Библиотека / Любовные Романы / ДЕЖЗИК / Каретникова Ксения: " Игра В Семью " - читать онлайн

Сохранить .
Игра в семью Ксения Каретникова
        Все мы играем, и с каждым человеком - новая роль… Вот и Кира играла, старательно скрывая от близких и родных свою личную жизнь. Не было страха - заиграться, от любовного наваждения нет лекарств… Но появление одного наглого "родственника" круто поменяло не только ее жизнь… И тут уже, действительно, стало страшно доиграться…
        ИГРА В СЕМЬЮ
        КСЕНИЯ КАРЕТНИКОВА
        Глава 1
        Такси приехало вовремя. Ровно в пять часов по Московскому времени на телефон пришло сообщение, что синий "Рено Логан" ждет меня возле подъезда. Я, будучи уже готовой к такому посланию, сразу же вышла в прихожую, надела новые туфли и, прихватив два пакета, с сувенирами и с подарком имениннику, покинула свою любимую квартиру.
        Заперев дверь на все замки, подошла к лифтам и нажала кнопку вызова. И… Тишина. Не одно из двух волшебных устройств, спускающее и поднимающее людей, ехать совсем не спешило. Нервно потеребив сумку на плече, я прошлась до окна и обратно…
        А я ведь уже опаздываю - меня к пяти и ждали. Но я, решив что хорошо выглядеть на празднике намного лучше и необходимей, чем прийти на этот праздник вовремя, специально задержалась. Родня должна понять и, как говорится, простить: я часа три как сошла с трапа самолета. Не побегу же я, только что прилетев, сломя голову, по гостям? И уж тем более не буду спускаться по лестнице десять этажей.
        Негодуя, я еще раз надавила на кнопку, хотя прекрасно понимала, что толку от этого мало… Но тут, о чудо, механизм маленького лифта заработал, кабинка поднималась и… проехала мимо моего этажа, куда-то на верх. Я психанула, пнула дверь ногой. И тут же об этом пожалела: туфли-то новые, итальянские, а двери лифта старые, отечественные.
        Лифт остановился где-то на пару этажей выше, я слышала как кто-то неспеша в него зашел и через пару секунд он все таки тормознул там, где я его ждала. Двери со скрипом открылись и перед моим гневным взором предстал Сашка - новый житель нашего подъезда из сорок второй вартиры.
        Познакомились мы с ним так же в лифте, и каждый раз здоровались и вроде как флиртовали. Но дальше нашей совместной поездки в десять этажей, этот флирт не заходил.
        - Привет, - улыбаясь во все свои тридцать два белоснежных зуба, поздоровался со мной сосед и сделал шаг назад. Я сменила гнев на милость, тоже широко улыбнулась и зайдя в лифт, ответила:
        - Привет, - и нажала кнопку первого этажа.
        - Как дела? - не убирая своей шикарной улыбки, поинтересовался Сашка.
        - Отлично. А у тебя? - ответила я банально на вполне банальный и стандартный вопрос, чтобы просто что-то ответить.
        - Тоже хорошо, - он оглядел меня с ног до головы и восхищенно подметил: - Вот это загар, отдыхала где?
        - Да, в Крыму, - кивнула я.
        - В Крыму? - он вроде бы удивился. - А я думал что ты только по заграницам отдыхаешь.
        Я пожала плечами:
        - Вот не поверишь. Везде была, а в родном Крыму ни разу. Даже в детстве. Вот и решила посетить, теперь вновь нашу, здравницу.
        - И как там?
        - Красиво, полезно, весело. Мне понравилось. С удовольствием съезжу еще раз.
        Сашка опять улыбнулся:
        - Компания подобралась хорошая? Или спутник был приятный?
        - Спутника не было. Я предпочитаю ездить отдыхать одна. А компания, действительно, подобралась хорошая, - улыбнулась я в ответ.
        Здесь я, конечно, приврала, ведь моему соседу совершенно необязательно знать как на самом деле я отдохнула. Так что, пусть думает что отлично.
        Тут лифт затормозил на самом нижнем этаже и мы с Сашкой поочередно покинули кабину. Сосед обогнал меня на ступеньках и, как истинный джентельмен, распахнул передо мной двери нашего подъезда.
        - Может, тебе помочь, с пакетами? - уже на улице спросил у меня Саша.
        - Да нет, спасибо, я на такси, - замотала я головой и, увидев припаркованный у клумбы с цветущими бархатцами, нужный мне синий Рено, с характерными желто-черными шашечками на крыше, подошла к машине, спрашивая у водителя:
        - На улицу Свободы? - водитель кивнул. Я кивнула ему в ответ и шагнула к задней двери.
        - В гости собралась? - предположил сосед и, вновь демонстрируя свои самые лучшие качества, подлетел к машине, открывая мне дверь.
        - Спасибо. Да, в гости, к родственникам, - ответила я, аккуратно устраивая пакеты на сиденье. Потом сама забралась в салон и, расположившись в нем поудобней, уж было собралась захлопнуть дверь, но Сашка тормознул мою попытку, задержал рукой дверцу и спросил:
        - Кир, а может как-нибудь сходим куда-нибудь?
        Поначалу я захотела ответить категоричным отказом, но подумав немного, решила, что поход "куда-нибудь" в принципе ни к чему не обязывает. И я вполне могу согласиться, и хорошо провести время с симпатичным мне соседом.
        - Может, - улыбнулась я, а Сашка обрадовавшись, полез в карман за мобильником.
        - Давай телефончик, - попросил он.
        Я продиктовала свой номер и попрощавшись с соседом, наконец захлопнула дверь. Сашка помахал мне ручкой, а водитель тронулся и повез меня по известному ему заранее маршруту.
        За окном хаотично мелькал мой простенький, но миленький райончик, я равнодушно разглядывала прохожих, вечно спешавших по своим делам. Эх, жаль что я так мало отдохнула… Но у меня были причины и повод вернуться.
        Когда машина свернула на главную улицу района, у меня зазвонил телефон. Я почему-то подумала, что это сосед Сашка, таким образом, проверяет правильность данного мной ему номера телефона. Но оказалось, что звонит Ксюха.
        - Здравствуйте, Ксения Сергеевна, - поздоровалась я, сняв трубку.
        - Привет! Ты уже на малой Родине? - услышала я веселый голос подруги.
        - Уже как часа три, - ответила я и зачем-то кивнула.
        - Ух ты, ну, с приземлением! Чем занимаешься?
        - К родне в гости еду, - со вздохом ответила я. - Сегодня Олежке двадцать пять.
        - Уже? - вроде бы удивилась Ксюха.
        - Что - уже? Тебе столько же.
        - Не напоминай, - заворчала она. - Я предпочитаю говорить, что мне двадцать с лишнем лет.
        - Ага, а еще ты говоришь, что после двадцати все года - лишние, - напомнила я подруге, смеясь. Что ни говори, а поднять настроение Ксюня умеет. Вечный живчик и позитивчик.
        - Увы и ах, так оно и есть… - согласилась Ксюха. - Значит Олежек сегодня герой дня. А чего это он собирает гостей посередине рабочей недели?
        - У него с детства привычка такая - отмечать факт своего рождения на свет непременно день в день. Ни в коем случае ни позже, и уж тем более ни раньше.
        - Н-да, - усмехнулась Ксюша. - Как я понимаю, он не изменился? И все такой же противный и пухлый маменькин сынок?
        Уф, что есть, то есть. Олежку я знаю очень хорошо и очень давно. Он - мой троюродный брат. А если быть точней в родственных связях - старший сын папиной двоюродный сестры, тети Леры. Так уж получилось, что наша семья и теткина жили в одном районе, в соседних домах, объединенных общим двором.
        В детстве Олег был толстеньким, завистливым, вечно всем и всеми недовольным, избадованным мальчишкой. Прибавьте к этому паническую жадность и склонность к ябедничеству. Во дворе с ним никто не хотел дружить. А вот мне приходилось с ним общаться из-за этих самых родственных связей, чему я была крайне недовольна и соответственно всячески пыталась этого избежать. И избежать так, что бы не обидеть дрожжайших родственников. Наловчившись, мне это стало неплохо удаваться… Но лишь до тех пор, пока нас с Олежкой не определили в одну школу и в один класс (Олег пошел в школу как и положено в семь лет, а вот мне было только шесть), где избегать нелюбимого брата у меня просто не получалось. Зато у Олега с легкостью получалось портить мне жизнь, одним только своим присутствием: за партой сидеть он хотел только со мной, на уроках бессовестно подглядывал и списывал, сдавал, если списывала я, а на переменах ходил за мной точно хвостик, отпугивая от меня подружек… Слава Богу, что продолжалось это всего-то шесть лет… Тетя Лера повторно вышла замуж, родила второго сына и переехала к мужу в другой район города.
Сказать, что я выдохнула с облегчением - это ничего не сказать. Моя жизнь заметно наполнились красками, после того, как ее покинул Олежка.
        Правда, покинул не навсегда, у нас традиционно происходили, подобные как сегодня, семейные сборища по праздникам. Но к ним, с возрастом, я отношусь уже спокойней. И поняла такую житейскую истину, что всех, а тем более таких родственников, лучше любить на расстоянии.
        Ксюха, так как жила с нами в том же дворе и ходила с нами в ту же школу, только училась в параллельном классе, тоже прекрасно знала практически обо всех особенностях Олега.
        - Боюсь, мон шер ами, некоторые люди просто не меняются, - ответила я, вынурнув из далеких воспоминаний.
        - Ясно, - Ксюха помолчала секунду, а потом с обидой спросила: - Значит сегоднясвою самую любимую и единственную подругу увидеть ты не сможешь… Ведь ночь, как я понимаю, твой уже тоже застолбил?
        "Твой" прозвучало брезгливо. Впрочем, Ксюня всегда с такой брезгливой интонацией произносит это слово.
        - Есть такое. Обещался быть.
        - Соскучился поди? - усмехнулась она.
        - Говорит, что очень… Обещал незабываемую ночь.
        - Жаль, - коротко бросила она. - В смысле, жаль что твой вечер и ночь заняты. А мне так не терпелось отчитаться тебе за проделанную, во время твоего отсутствия, работу и я, признаться честно, рассчитывала послушать чудесную историю о том как ты провела свой отпуск…
        - Отчитываться тебе, Ксения Сергеевна, не за что. Напоминаю, в очередной раз, что бизнес у нас общий и держится в основном на тебе… А что касается чудесной истории - так рассказывать особо нечего… - ответила я и глубоко вздохнула.
        - Чего - на курорте даже "волшебства" не было? - иронично поинтересовалась подружка, а я покачала головой.
        Ксюха когда-то была ярой фанаткой одного скандального и самого "долгоиграющего" реалити-шоу нашей страны. И упорно пыталась привлечь меня на свою сторону. Но я ее фанатизма не разделяла, фыркала и твердила, что этот "дурдом" смотреть ни за что не буду, что интриг, любви и скандалов и в жизни хватает. Но это словечко, которым участники телепроекта называют самый естественный и приятный процесс для ночного времяпрепровождения двух влюбленных людей, в нашем с Ксюхой лексиконе как-то прижилось.
        - А сказочное свинство за волшебство сойдет? - спросила я у Ксюши. Она засмеялась, а вот мой таксист усмехнулся. Я, удивившись его усмешке, вдруг подумала - неужели он тоже является фанатом этого реалити? А что? Знала я одного такого парня, которому нравилось смотреть сие шоу. У каждого придурка - свои радости. - Ладно, Ксюх. Давай мы с тобой завтра завалимся в наше караоке, напьемся, напоемся и обо всем поговорим?
        - О нет, там слишком шумно. Давай лучше я к тебе приеду? - предложила она.
        - Тоже вариант. Давай. Я как проснусь, сразу тебе наберу.
        - Ок. Ловлю тебя на слове, - согласилась она. - Буду ждать твоего звонка… И это, не напивайся там в гостях и уж очень сильно не старайся ночью. Я хочу видеть тебя завтра бодрой и свежей.
        - На счет первого - обещаю. А вот на счет второго… - я мечтательно потупила глазки. - Тут извини. Как ты сама говоришь - держу себя в руках, но чувствую что вырвусь.
        - Ладно уж, вырывайся. В конце концов, это полезно для здоровья, - засмеялась она и мы с Ксюшкой попрощались.
        С Ксенией Сергеевной мы знакомы ну очень много лет. Точной даты, когда началась наша крепкая дружба, я не назову, но лет пятнадцать точно. А сейчас не только дружим, но и работаем вместе: у нас небольшой, но очень сладкий и, как оказалось, весьма прибыльный бизнес - скромненькая такая кондитерская под названием "Сластенкин Рай". И общее дело нисколько не испортило наших отношений, как это часто бывает, потому как мы четко разделили обязанности: я занимаюсь исключительно всеми бумажными делами, а Ксюнич руководит непосредственно самой кухней, на которой трудятся несколько человек.
        Ксюха с детства любила, а главное умела готовить. Особенно хорошо ей удавались всевозможные десерты и сладости. И, естественно, что после школы Ксюшка пошла в повара-кондитеры. А меня родители пристроили на экономический факультет филиала одного известного Московского ВУЗа. И когда я закончила обучение, а Ксюня к тому моменту, уже успела поработать подмастерием у самого успешного в городе кулинара, да еще и поругаться с ним, а после со скандалом уйти из-за того, что ей давали мало свободы для личного творчества, у нас одновременно встал вполне логический вопрос - чего же делать дальше?
        И вот, сидели мы тогда вдвоем на маленькой Ксюхиной кухне, обмывали мой красный диплом белым сухим вином, заедая его сладкими заварными пирожными, приготовленными Ксюшкой в мою честь. И пол вечера сетовали на сложившуюся несправедливость. Ксюня ругала бывшего эгоистичного начальника, а я родных, которые заставили меня пойти учиться на такую распространенную специальность - экономистов пруд пруди, на работу, тем более без опыта, устроиться трудно… А когда винцо было допито, а пироженки съедены, ко мне вдруг пришла замечательная и гениальная идея: а почему бы, собственно, не объединить Ксюшкин талант и мое образование?
        И, как выяснилось, нет ничего невозможного, если ты обнаглел до нужной степени: где одолжить деньги на осуществление задуманного мы сообразили быстро, оставалось найти место. Этим занялась я, и специально искала такое, чтобы поблизости не было никаких, даже косвенно, похожих заведений. Из всех возможных вариантов, выбрала самый удачный: центр города, большая проходимость, помещение советской чебуречной, освободившееся буквально на днях. Арендовав сию площадь, мы сделали ремонт и вскоре открылись.
        Все начиналось с маленьких пирожных, для людей просто желающих перекусить. Потом стали поступать заказы на праздники и фуршеты. Слушок о наших вкусных десертах прокатился по всей округе и теперь мы были, чуть ли не главным кондитерским центром города.
        Бывший мастер Ксюни нервно покусывал логти, жалея что потерял ценного сотрудника и обрел такого конкурента.
        Все одалженное и потраченное окупилось быстро, и вот уже как два года мы жили и творили в свое удовольствие. И с не меньшим удовольствием тратили свои, кровные деньги.
        А со стартовым капиталом помогли родственники, в гости к которым я сейчас и еду. И хоть я за многое им благодарна (и кстати всю свою благодарность вернула. С лихвой), но все равно еду туда, без особого удовольствия.
        И есть тому множество причин.
        Во первых - Олежка. Но про него и свое нелегкое из-за него детство я уже рассказывала.
        Во вторых - тетя Лера, которая упрямо называет меня только Кирочка, а я… прям бешусь от этого! Переубеждать и просить ее меня так не назвать - бесполезно. И я, однажды, на очередное теткино предложение обращаться к ней на "ты", согласилась, и в отмеску стала называть ее Лерочкой, каждый раз стараясь передразнить теткину сюсюкающую интонацию. Замечательный суффикс "чк" так всем понравился, что вскоре стал неотъемлемой частью нашей семьи. И у нас теперь есть не только Кирочка и Лерочка: Лерочкин муж стал Вовочкой, а моя маман Олечкой…
        Но это еще пол беды. Когда все вокруг ласкательно друг друга называют, уже не так реагируешь на свое имя… Больше всего меня бесит, что наша Лерочка, последние года четыре, как только меня видит, первым делом интересуется: когда это я выйду замуж и нарожаю ораву детей? Ведь в этом, как она считает, главное женское предназначение. Сама-то она Олежку родила в семьнадцать лет и почему-то очень этим гордилась. "Я была молодой мамой и буду молодой бабушкой" - постоянно твердит Лерочка. Да вот, кто будет являться молодым дедушкой Олежкиным детям - мы так до сих пор и не знаем. Мне порой кажется, что сама Лерочка этого не знает. Со слов папы, его кузина в юности не очень-то была разборчива в связях, которые в большей степени были "случайными". Но теперь-то она у нас дама статусная, замужем. Вот уже двенадцать лет.
        Леркин муж моложе ее на пять лет, и выглядит моложе лет на десять, минимум. Я до сих пор не понимаю чем она его взяла. Вовочка - красивый, молодой мужчина. Высокий, умный, добрый, щедрый. С серо-зелеными глазами и с темными густыми волосами. А она далеко не красавица. Да, Лерочку вполне можно назвать симпатичной. Но последние остатки этой симпатичности она нещадно губила. Тут во всем виновата ее страсть к стилю 90-х: мелированные волосы с горизонтальной химией, которые она упрямо начесывала и залачивала, синяя подводка стойким карандашом на нижних веках и отвратительно-неестественный розовый оттенок губной помады. Одевается тетка модно, но совершенно не по возрасту. Ей все время хочется омолодиться, что бы, наверно, соответствовать хорошенькому мужу. И поэтому Лерочка носит только короткие юбчонки, из-под которых торчат такие же коротенькие и худенькие ножки. Грудь у нее, ничего не скажешь, выдающаяся. Но при этом, совершенно не по женски, широкие плечи. А она, усугубляя эту непропорциональность, любит носить объемные блузки с огромными декольте. В общем - желая подчеркнуть большие титьки, она
непроизвольно подчеркивает и плечи. С моим папулей они совершенно разные, разве что, этим самыми плечами и похожи. Я уж молчу о том, что мы с теткой вообще не выглядим как родственники. Пожалуй схожесть есть только в груди. Она у меня, конечно не такая большая как Лерочкина, но тоже далеко не маленькая. Это у нас от общей родственницы - от папиной бабушки.
        И это все. Все остальное не имеет ничего общего: Лера - пепельная блондинка, а я - шатенка, у нее серые глаза, у меня карие, я высокая под метр семьдесят пять, в тетке же всего метр шестьдесят. И я совершенно не приветствую ее вкусы и стиль одежды. Однако тетя из года в год дарит мне на все праздники что-то именно из одежды. Это что-то как правило, либо вульгарное, либо безвкусное. На столько, что даже дома я такое носить не буду, боясь оплеваться случайно пройдя мимо зеркала…
        Поэтому я, принципиально в ответ, дарю ей только кухонную утварь, прекрасно зная, что готовить тетушка не умеет… Она вообще мало чего умеет, что по сути должна уметь дделать женщина-домохозяйка… О, да, я ж не сказала, что она не работает. И никогда не работала. Всегда жила за счет других…
        Все таки, как же ей повезло с мужем! Ко всем его заслугам я забыла добавить, что он еще и богатый. У него свой логистический бизнес, автомобильный салон и несколько автомоек в городе. Начинал он с нуля, с этих самых автомоек, на которых сам и трудился, и лишь спустя какое-то время, из-за близкой дружбы Вовочки с сыном нашего нового мэра, его дела пошли в гору. Именно в этот момент они с Лерочкой, кстати, и познакомились. Тетка, не будь дурой, быстро от него забеременела и, благодаря новой жизни в своем чреве, затащила Вовочку в ЗАГС. Они, так же быстро расписались, пока у Леры не виден живот, и спустя семь месяцев на свет появился славный мальчуган по имени Артемка. Вот он, пожалуй, единственный мой кровный родственник из теткиной "ветки" нашей семьи, которого я люблю. Темка хорошенький, добрый мальчишка и все таки, и внешне и внутринне, больше похож на своего отца, чем на мамулю.
        В общем, констатировав все вышеперечисленное, скрипя зубами, резюмирую: Лерочка отхватила себе смачный кусок сытного пирога - Вовочка стал приносить домой немалые деньги и это избавило тетю от всей домашней работы. На то теперь есть милейшая женщина по имени Люба, которая все делает за Лерочку. А делать приходится много, квартира моих родственничков прям таки огромная: два сан узла, кухня, как моя спальня, четыре комнаты и большущая гостиная. И квартирка эта находится в недавно отстроенном микрорайоне, на окраине города, где живет в основном новая "элита" города. Рядом протекает чистая речушка и стеной стоит сосновый лесочек. Помню, когда жилых домов на этом месте еще не было, мы летом ездили сюда купаться. Собственно и сейчас это здесь не запрещено, и пляж продолжает быть доступным для всех желающих, а теперь еще и более благоустроенным.
        Была еще третья причина моего нежелания встречаться со всем семейством Климовых разом. Но о ней я даже думать сейчас не хочу.
        А между тем такси уже подъезжало к дому моей родни. Я с какой-то досадой посмотрела на веселенький цветной фасад многоэтажки… Ну ничего. Как сказал один мудрый человек: "То что нас не убивает, делает нас сильнее".
        А Ксюха еще любит добавлять: "А так же злее, подлее и равнодушней".
        Автомобиль притормозил возле дома и я, расплатившись с таксистом и прихватив свои пакеты, вышла из машины.
        Закинув сумочку на плечо, я подошла к первому подъезду и, набрав нужный номер квартиры, замерла в ожидании ответа.
        - Да, - ответил голос Лерочки.
        - Это я, - пропела я ей.
        - Опаздываешь. Все только тебя и ждут. Заходи, - отчитала меня тетушка и открыла мне дверь.
        Я показала язык ни в чем не виноватому домофону и зашла в подъезд.
        Родня жила аж на двадцатом этаже. И пока я поднималась в, якобы скоростном лифте, вдруг представила: какого это жителям верхних этажей подниматься пешком по лестнице, если вдруг лифты не будут работать? Я на свой-то десятый с трудом своими ножками поднимаюсь в случаях таких чп, а тут расстояние в два раза больше…
        Чего это за мысли мне в голову лезут?
        На этаже меня уже встречали. Олежек. Я нарочито лучезарно ему улыбнулась, выходя из лифта. Интересно, не переборщила ли с изображением радости встречи? Вроде нет: Олег тоже улыбнулся, надувая пухлые щеки, и приобняв меня за плечи, сказал:
        - Привет, сестренка.
        Я ему кивнула и мы направились к квартире.
        В прихожей нас ждала Лерочка. Она тоже заключила меня в свои объятия, пропела: "Кирочка, солнышко". Мои руки, желая наконец-то избавиться от ноги, всучили ей один из пакетов, доверху наполненный Крымскими сувенирами. Тетка тут же сунула в него свой острый и любопытный нос.
        Второй пакет я презентовала Олегу, поздравив его с этим "распрекрасным" днем и пожелав при этом стандартный набор слов-поздравлений: счастья, здоровья, удачи и любви, разумеется.
        - Народу много собралось? - поинтересовалась я, замерев перед зеркалом шкафа-купе и поправляя чуть растрепавшуюся прическу.
        - Что ты, - ответил Олежка. - Решил собрать только близких: мои да твои родители, - я усмехнулась своему отражению, уставившись в зеркало так, чтобы Олег и тетка этого не видели. Что ж, не удивительно, на все праздники братца являлись только родственники. Наш дорогой Олежек, за свои уже двадцать пять лет, так и не сумел обзавестись хорошими и верными друзьями. - И еще к нам в гости приехал Володькин родной брат.
        - Брат? - уточнила я, отлипая от зеркальной поверхности.
        - Да, Вадим. Ты его видела, на мамкиной свадьбе, - ответил Олежек и кивнул в сторону ванной комнаты. Оттуда был слышан звук текущей из-под крана воды.
        - Так это когда было, - с грустью в голосе сказала Лерочка.
        - Но ты так же хороша, как и тогда, - без зазрения совести польстила я тетушке и та тотчас заулыбалась.
        Тут шум воды в ванной прекратился и дверь рядом со мной резко открылась. Так как в этот момент я наклонилась, что бы снять туфли, то первым что я увидела - были мужские ноги в идеально белых носках.
        - Это Вадим, а это Кира, - представил нас Олежек и я, нацепив свою самую дружелюбную улыбку, выпрямилась и подняла глаза. Но увидев мужчину, что стоит передо мной, резко нахмурилась…
        Твою же мать! То-то он мне его лицо тогда сразу показалось знакомым.
        - Вадик, ты помнишь Кирочку? - спросила у него тетка.
        Вадим хитро улыбнулся и ответил:
        - Помню. Но не узнаю, - я приоткрыла рот от удивления, а он закончил. - Повзрослела. Такая красавица стала.
        Я закрыла рот и попыталась придать своему лицу очередное изображение радости. Но, стоит признаться, улыбка на этот раз совсем не получилась.
        - Пойдемте за стол, - предложила Лерочка и мы послушно прошли в гостиную.
        За большим, круглым, празднично-накрытым словом, уже сидела вся оставшаяся родня: мои родители, Артемка и хозяин дома, во главе застолья.
        Лера присела за стол по правую руку от Вовочки, а Вадим по левую. Я же для начала сделала круг почета и поцеловала всех собравшихся здесь людей в щечки, и лишь потом села рядом с родителями. Как раз напротив Вовочки и его брата.
        - Кирочка, что будешь пить? - спросил у меня Олежка.
        - Вино. Красное, - ответила я.
        - Сухое или полусладкое?
        - Любое, - ответила я равнодушно и, почувствовав некое дежа-вю, бросила взгляд на Вадима. Он, пристально на меня посмотрев, так привычно и нагло улыбнулся…
        Первая наша встреча с Вадимом, действительно состоялась на свадьбе Леры и Вовочки. Вадиму тогда только-только исполнилось восемнадцать лет и он, отгуляв на свадьбе брата, сразу же ушел в армию.
        На сколько мне известно, по рассказам мужа тетки, Вадим, отслужив, решил остаться в части и связать свою дальнейшую судьбу с армией. Отучился в местном ВУЗе, скоропостижно женился, потом так же развелся. Детьми не обзавелся и все это время уверенно двигался по военной карьерной лестнице.
        А вот вторая наша встреча состоялась недавно. Восемь дней назад, в Крыму.
        И я, хоть и подумав при этой встрече, что Вадим мне кого-то напоминает, но все равно родственничка не узнала. Так как совсем его не помнила… Должно быть, я, без особого интереса, рассматривала все фотографии с Вадимом, которые мне периодически показывала родня…
        Глава 2
        Первые два дня своего отдыха в "Новой России" я, как и положено всем впервые тут побывавшим, покаталась по экскурсиям, не без удовольствия изучая достопримечательности теплого края. Рассудив, что этих новых географических и исторических знаний вполне достаточно, оставшиеся восемь дней я решила провести более лениво: по утрам трудилась над своим загаром на пляже, а вечерами "выходила в свет". И для этих "выходов" мне не надо было покидать территорию отеля, ведь тут было все, что могло меня заинтересовать: и огромный бассейн, и караоке-бар, и ресторан с живой музыкой, и зал для бильярда, и… возможно, что-то еще, куда я так и не дошла.
        В первый же свой поход в караоке-бар, во второй вечер своего пребывания в Крыму, я познакомилась с Лешкой. Леша был веселым, милым, компанейским парнем, тоже отдыхающим, приехавшим из Тулы и без своего "самовара". Мы быстро нашли общий язык, на почве нашей общей любви к одному музыкальному жанру. И разговорившись, выяснили что у нас вообще очень много общего. Но наши с ним отношения никак не могли перерасти во что-то большее: Леха сразу предупредил, что женат, я тоже сообщила ему, что занята и мы, обрадовавшись что никто из нас ни на что не претендует, договорились держаться друг друга и просто хорошо провести время вместе.
        На пляж со мной ходить он отказался, так как на загар ему было плевать, а плескаться Леха предпочитал в бассейне. Ну а вечерами обещал заходить за мной в мой номер, чтобы сопровождать на культпоходы.
        На следующий вечер мы пошли в ресторан, где с живым звуком должна была выступать местная группа. Уютно устроившись поближе к сцене и заказав красного вина, мы с Лешкой с наслаждением слушали выступление.
        В момент, когда солист запел что-то лирическое и трогательное, Леха пригласил меня на танец. Я с удовольствием согласилась, будучи уверенной в своих танцевальных способностях - пару месяцев назад я ходила в танцевальный кружок, где, если конечно верить нашему обаятельному педагогу, я была лучшей ученицей. И вот когда мы кружились в танце, я вдруг почувствовала на себе такой проницательный взгляд. Оглядевшись, я увидела за соседним столиком улыбающегося брюнета. Он пил что-то из стакана со льдом и не отводя взгляда, с наглой усмешкой на меня пялился. Причем, весь вечер и даже когда я смотрела в его сторону.
        Так было и на следующий вечер, но уже в караоке. Мы с Лехой пели дуэтом песню "Я тебя никогда не забуду" из рок-оперы "Юнона и Авось", а наглый брюнет, в какой-то момент появившись из ниоткуда, сидел за столом, все так же потягивая что-то из стакана, и поглядывая в нашу сторону. Сам не пел и вообще сидел скромно и тихо.
        Его повторное появление рядом, а так же этот явно усмехающийся взгляд, меня почему-то раздражали.
        На пятый день, в самой первой его половине, я привычно лежала на полотенце, постелинном на горячем песочке, насыщая тело полезным витамином Д. Прикрыла глаза и с улыбкой слушала звуки пляжа: шум моря и крики чаек, перебивающиеся хаотичными диалогами отдыхающих. И вдруг почувствовала и увидела на себе тень - кто-то посмел закрыть собой солнышко.
        Я открыла глаза и приподнялась на локтях, пытаясь рассмотреть этого негодяя: надо мной стоял высокой мужчина в синих шортах и в солнечных очках. Мужчина криво улыбнулся и снял очки, зачесывая ими назад свои длинные, влажные волосы. Тут же, без стеснения пробежался взглядом по моему телу, не убирая улыбки с лица. И я узнала в нем того самого наглого брюнета.
        - Привет, - сказал он.
        - Добрый день, - ответила я просто из вежливости и перевернулась на живот.
        Брюнет громко усмехнулся, постоял немного, а потом присел рядом на теплый песок. Где-то с минуту он сидел молча, я тоже была нема, только лежа, да еще с закрытыми глазами.
        - Хороший день, - произнес он.
        - Здесь по другому и не бывает, - ответила я, не скрывая раздражения. Он опять усмехнулся. И опять повисла пауза. Он наверно не знал, что сказать, а я вовсе не хотела развязывать беседу.
        - Чего-то не клеится у нас разговор, - заметил брюнет.
        - Может тогда и не стоит попросту переводить клей? - съязвила я.
        - А ты с характером… - засмеялся он, но как-то зло. Было такое ощущение, что он и сам не хочет со мной общаться, но почему-то это ему надо. - Ладно, начну по-другому. Меня зовут Вадим. Мы с тобой живем в одном отеле.
        - Чудненько, - кивнула я. - Хорошее имя, хороший отель, хороший день. Это все?
        - Не нравлюсь я тебе? - неожиданно прямо спросил он.
        Я повернулась на бок и с такой же наглостью как Вадим, внимательно его осмотрела. В принципе, Вадима нельзя назвать не привлекательным: яркий брюнет, лет тридцати, с удивительным цветом глаз - прям таким сочно-зеленым (мне сперва показалось, что это линзы, но потом приглядевшись я заметила, что глаза слегка меняют цвет в зависимости от освещения), грубоватые, но такие мужественные черты лица. Он был весьма ладно сложен: крепкая, спортивная фигура, на руках и на ногах отчетливо виднеются мышцы. А еще, не менее важное, татуировка на плече, с изображением парашюта и тремя буквами: ВДВ. Десантник. Элита нашей армии.
        Если бы не было тех двух вечеров, когда он с такой усмешкой меня разглядывал, я бы вполне могла бы захотеть узнать его поближе.
        - Не нравишься, - резюмировала я итог осмотрения данного объекта.
        Вадим вновь усмехнулся и спросил:
        - Прямолинейность и язвительность, это твоя изюминка, как я понимаю?
        - С изюминкой должны быть кексы, - усмехнулась я в ответ. - Это я тебе, как разбирающийся человек говорю.
        - Так ты повар? - предположил он.
        - Нет, - замотала я головой. - Но ты был очень близко, - и тут, я кстати вспомнив о еде, полезла в сумку за мобильником, чтобы узнать сколько сейчас времени. Точно. Через полчаса обед. Я, убрав обратно телефон, поднялась с полотенца и начала собираться. Вадим тоже поднялся.
        - Как тебя хоть зовут? - крикнул он мне, когда я уже прихватив свое барахло направилась к отелю.
        - Кира, - ответила я не раздумывая, так как прекрасно понимала, что если этот тип очень захочет это узнать, то все равно узнает. Да хоть у тех же работников отеля.
        Этим же вечером, не дождавшись Лешку в своем номере, я в гордом одиночестве спустилась в ресторан. Петь сегодня не хотелось, есть особо тоже, а вот выпить винца и послушать музыку - вполне можно было.
        Я присела за столик, но не совсем рядом со сценой, а где-то посередине зала, и сделала заказ официанту. Дождавшись своего бокала вина и взяв его в руку, я повернулась на стуле лицом к сцене.
        Медленно потягивая прохладное вино я с наслаждением слушала музыку. Народу в ресторане было не много. Пара мужских компаний, которые в принципе вели себя тихо. Но так как я пока была здесь единственной представительницей женского пола, периодически поглядывали в мою сторону. И чем меньше становилось алкоголя на их столиках, тем чаще становились их поглядывания. Я очень пожалела, что сейчас здесь одна и что Лешка не пришел.
        Интересно - что же случилось? Уезжать он собирался только завтра, а сегодня вроде как планировал напиться перед отъездом. Может - передумал. Или решил напиться в другом месте и в другом компании. А вот мне без Лехи напиваться совсем не хотелось и я решила, что выпью сегодня всего два бокала и пойду к себе в номер, спать под телевизор.
        Но не успела я выпить и первый бокал, как в ресторане появился Вадим. Он обвел взглядом присутствующих и заметив меня, направился в мою сторону. Я демонстративно повернулась к нему боком, но он все равно подошел к моему столику.
        - Привет, - улыбнулся он мне, присел напротив и жестом подозвал официанта.
        Я ничего не ответила, но невольно посмотрел на него оценивающим взглядом. Сейчас он был одет в светлый льняной костюм: свободная рубашка с коротким рукавом, две верхние пуговицы расстегнуты, и плотно облегающие брюки. Волосы, на этот раз были сухие, но тоже зачесанные назад.
        - Что - так я нравлюсь тебе больше? - лукаво поинтересовался он, вертя в левой руке мобильник. Я уставилась на него с усмешкой. Вадим, действительно, чисто внешне, мне нравился. И вдруг, я почему-то подумала про себя, что со стороны, мы должно быть неплохо смотримся вместе. Но вот его излишняя самоуверенность, прущая из всех щелей, меня сильно отталкивала.
        Допив глотком вино, я медленно огляделась и случайно заметила, что мужской компании за соседним столом очень не понравилось появление Вадима рядом со мной. Возможно, погодя немного, они сами хотели видеть себя на его месте, а возможно была и другая причина, мне неизвестная.
        К нашему с Вадимом столику подошел официант. Вадим заказал себе виски со льдом. Тут официант заметив, что мой бокал пуст, собрался что-то спросить, но Вадим опередил его:
        - Что будешь пить?
        Мне жутко захотелось послать его далеко и надолго и тут же уйти, но, я сама от себя не ожидая, махнула рукой и ответила:
        - Вино. Красное.
        - Сухое или полусладкое? - уточнил официант.
        - Любое, - равнодушно ответила я.
        - Неси полусладкое, - сказал Вадим официанту довольно приказным тоном и тот кивнув, удалился.
        - Значит - тебя зовут Кира, - начал он, я кивнула. - Красивое имя. Редкое.
        - Мне самой очень нравится, - с усмешкой кивнула я.
        - А чем занимаешься? - поинтересовался Вадим.
        - Отдыхаю, - пожала я плечами. Вадик усмехнулся:
        - А вне отдыха? В повседневной жизни.
        Вроде бы начало разговора вполне обычное для встречи двух незнакомых людей. Но чувство у меня было какое-то странное - как буд-то внутри меня сидела маленькая такая Язвочка, которая очень хотела выбраться наружу. Ну или хотя бы отвечать на все вопросы наглого Вадима именно так - язвительно.
        - Я занимаюсь общественно полезной работой.
        - Это какой же? - приподнял он брови в удивлении.
        Я широко улыбнулась и ответила:
        - Никому не мешаю.
        Вадим хохотнул.
        Тут к нам вернулся официант и принес выпивку. Он поставил ее на стол, пожелал нам приятного вечера и вновь удалился. Я взяла свой бокал, Вадим свой и мы одновременно отпили.
        - Значит ты нигде не работаешь? - спросил Вадим и отставил свой стакан. Подумав, что чем меньше он обо мне знает - тем лучше, я проргнорировала этот вопрос и отвернулась в сторону сцены. Музыканты, увы, решили сделать перерыв. - Ага. Но ты приехала отдыхать в самый дорогой отель на этом курорте. Взглянешь на тебя и понимаешь, что денег на себя любимую ты не жалеешь, следишь за собой: маникюр, педикюр там всякий… Грудь, кстати, настоящая?
        Стремительно повернувшись обратно, я опустила лицо, посмотрела на свое декольте и выпрямив спинку, выпячила грудь вперед:
        - А сам как думаешь?
        Вадим тоже опустил свой взгляд на эту часть моего тела и ответил:
        - С виду - вроде бы настоящая. А так ли это - одному Богу известно. Наша современная медицина творит прям таки чудеса, - он хмыкнул и добавил: - Бывает, знакомишься с красивой девушкой, а потом выясняется, что она совсем недавно была мужиком.
        - И такое с тобой бывало? - хихикнув, поинтересовалась я. Вадим фыркнул, но не смутился и продолжил свою мысль:
        - На тебе не дешевые шмотки и золотые украшения… Правда вот главного отличительного украшения нет - ты не замужем. Отсюда я делаю вывод - либо ты дочь богатых родителей либо у тебя богатенький покровитель.
        Я улыбнулась и снова промолчала.
        Иногда лучше ничего не отвечать и с интересом послушать до чего додумается твой собеседник.
        - Значит - покровитель? - не унимался Вадим.
        Что ж, он додумался до самого банального.
        - А ты обо всем об этом с какой целью интересуешься? - задала я вопрос.
        - Ну, предположим, с личной.
        - С личной - не надо, - покачала я головой.
        - Это почему? - с наглой улыбкой поинтересовался Вадим. - Ты здесь одна, я тоже один.
        Опять покачав головой и, решив не ходить вокруг да около, я сообщила Вадиму о своих планах на счет него, а точнее об их отсутствии:
        - Предупреждаю тебя сразу: спать с тобой я не буду… Так что тебе лучше осмотреться здесь повнимательней, или сходить в другое место, и поискать себе кого-нибудь… другого, - я кивнула на бокал в своих руках и добавила. - А за вино я заплачу сама.
        Вадим усмехнулся:
        - Нет уж, я угощаю. Я видишь ли, тоже не бедствую… А для спать, ты, значит, предпочитаешь слащавеньких блондинов? - я нахмурилась и с непониманием уставилась на Вадима. - Ну тот, миленький блондинистый мальчик, который неплохо поет и с которым ты отрывалась два вечера подряд.
        Я засмеялась, но отвечать и на этот вопрос не стала. Пусть думает, как думает. О главном я его предупредила.
        - А ты, кстати, знаешь что он женат? - спросил он вдруг. И я, признаться честно, удивилась его осведомленности.
        - Знаю.
        Вадим нахмурился, но потом, резко растянув улыбку до ушей, произнес:
        - Вот блин, и тут не подхожу. Не женат я. Правда - был недавно.
        - Тебя поздравить или посочувствовать? - ехидно спросила я.
        Вадим поиграл жилваками. Явно разозлился. Наступила на больное, что ли? Мой неприятный собеседник схватил свой стакан и жадно начал пить его содержимое. Я последовала его примеру, глотнула вина и непроизвольно повернулась в сторону сцены.
        Музыканты вернулись и принялись наигрывать красивую и медленную мелодию. Ребята за соседним столом вновь оказались в поле моего зрения - они уже прилично выпили и сейчас наблюдали за нашей с Вадимом беседой с особым интересом.
        - Потанцевать не хочешь? - вдруг предложил Вадим.
        - Нет, - замотала я головой. Вадим фыркнул и наклонившись ко мне через весь стол сказал:
        - Очень жаль. Мне понравилось как ты двигаешься… - а потом тише добавил. - Очень бы хотелось прочувствовать это на себе.
        Тут злиться начала я:
        - Я же тебя вроде предупредила…
        Вадим выпрямился и засмеялся:
        - Кира, я про танец. А ты про что подумала? - спросил он насмешливо. - Или может - передумала и просто боишься в открытую об этом признаться?
        Я закатила глаза. Яснее ясного что он ко мне подкатывает, но делает это очень уж открыто и нагло.
        Не желая показывать ему свои истинные эмоции, я с наигранным спокойствием произнесла:
        - Прекрати. Переключи свое внимание на другой объект. С этим тебе ничего не светит.
        - Да ладно? У каждого объекта есть своя цена, - сказал он даже грубо, а его последующая ухмылка и наглая рожа вконец меня разозлили.
        - Я не хочу с тобой даже рядом находиться… Приятно было пообщаться. Бывай, - сказала я и резко поднялась с места. Вадим остановил меня, схватив за руку. Я дернула руку, но Вадим держал меня довольно крепко. - Пусти! - рявкнула я и эта сценка не осталась незамеченной - в мужской компании по соседству сразу два парня поднялись и направились к нам.
        - Все в порядке? - поинтересовался у меня один из них, весьма не трезвым и решительным голосом.
        Ой, как мне это не понравилось. У парней однозначно читалось на лице не желание меня защитить, а желание просто помахать кулаками.
        - Да, в порядке, - ответила я им с улыбкой, продолжая отбирать у Вадима свою руку. Но тот упорно мне это не позволял.
        - Мужик, отпусти девушку. Видишь - она собралась уходить, - не унимался тот же парень. Вадим ехидно фыркнул и ответил:
        - Валите, ребятки, мы сами разберемся.
        - Да, ребята, - ласково поддакнула я. - Разберемся. Не стоит вам связываться, зачем? Хороший вечер.
        Парни, глянув на меня, улыбнулись, но стоило им вновь посмотреть на Вадима, как их лица резко переменились. Ведь моя рука так и была в цепкой хватке Вадима. И это, как я поняла, был для них вполне весомый повод чтобы начать драку.
        - Пусти, - тихо сказала я Вадиму. - Зачем нарываешься?
        - А мне интересно что будет дальше, - нагло улыбнулся он и, резко дернув, потянул меня к себе.
        И тут один из парней, не сдержал свой порыв, подлетел к Вадиму и схватил его за грудки. Второй, не долго думая, тоже переместился поближе. Моя рука сразу оказалась на свободе, я отошла в сторону, но покидать ресторан не спешила и осталась понаблюдать за действом, искренне надеясь, что эти двое хорошенько наваляют наглому брюнету.
        Но увы, драка продолжалась недолго и совсем не так, как мне хотелось. Вадим быстро и ловко раскидал парней, при этом не повредя никакого чужого имущества. Побежденные парни валялись на полу, державшись и потирая кто какое пострадавшее место, их оставшиеся за столом друзья, неспешно, и косясь на Вадима, к ним подошли.
        Тут, ну прям очень вовремя, очухался дремлящий секьюрити и подбежал к ним с тупым вопросом:
        - Что здесь происходит?
        Мне захотелось вставить свои язвительные пять копеек и пока все соображали что ответить, я подошла в бывший эпицентр событий и ответила:
        - Уже ничего, - кивнула в сторону Вадима и продолжила: - Просто в вашем отеле живут неадекватные люди, - и обращаясь к уже поднимающимся с пола ребятам, закончила: - Я ж предупреждала, мальчики, не связывайтесь. Он ВДВ-шник! Знаете сколько раз неудачно с парашютом, а то и без, приземлялся? На всю голову ушибленный!
        Мою последнюю фразу услышали все, кто был в ресторане, я постаралась произнести ее максимально громко. Отдыхающие с жалостью посмотрели на "ушибленного" и покачали головой.
        Охранник с суровым лицом, шагнул к Вадиму и отозвал его в сторонку, видимо для разъяснений. А я, пользуясь тем, что Вадик сейчас занят, быстренько расплатилась за наш стол и покинула ресторан.
        Но до своего номера я так и не дошла. Вадим догнал меня в коридоре, на моем этаже.
        - Подожди, - крикнул он и я, закатив глаза, остановилась. Но лишь для того, чтобы сказать ему прощальные слова:
        - Слушай… как тебя там? Вадим? - он кивнул. - Очень тебя прошу: давай забудем о существовании друг друга и не будем мешать друг другу отдыхать?
        Он неуверенно кивнул, залез в карман:
        - Вот, возьми деньги. Ты за нас рассчиталась, а я не привык быть должен, - протянул он мне купюру.
        - А ты мне не должен. И я тебе не должна.
        - Возьми деньги, - сквозь зубы сказал он и я, понимая, что он не отстанет, взяла деньги и сунула их в сумочку.
        - Теперь все? - спросила я него.
        - Нет. Я… - он запнулся. - Я извиниться хотел.
        - Хорошо, - согласилась я и сложила руки на груди. - Извиняйся.
        Вадим усмехнулся и с большой неохотой произнес самое короткое в мире извинение:
        - Извини.
        - Извиняю, - кивнула я и подошла к своей двери. - На этом, надеюсь, все?
        - Не совсем… - я опять закатила глаза, а Вадим продолжил: - Есть вопрос: ты с чего решила, что я ВДВ-шник?
        - Татуху у тебя на плече видела. На пляже, - ответила я, открывая дверь. Вадим вдруг нахмурился. - Всего доброго, - крикнула я уже из своего номера.
        Но порой, сказать что-то или пообещать, гораздо проще, чем просто это сделать.
        Весь следующий день, Вадим, хоть нарочно и не мешал и не пытался приблизиться ко мне и заговорить, но везде и всюду попадался мне на глаза: и во время приема пищи в отеле, и на пляже, и у бассейна… И даже в магазине с эфирными маслами и всевозможными кремами. Но последняя капля моего терпения упала вечером, когда я пришла в караоке-бар и опять увидела там Вадима (а он между прочим, не поет, во всяком случае, я этого ни разу не видела и не слышала). Не выдержав, я развернулась и вся такая раздосадованная вернулась в свой номер. Ведь это было то единственное место, где я точно не увижу наглого брюнета.
        Все таки выходило, что он мешает мне отдыхать, хотя, по сути, делает это вроде бы, случайно. Ведь ни я, ни он не виноваты, что живем в одном гостиничном комплексе. Можно, конечно, попробовать съехать, но я сомневаюсь, что в разгар лета найду где-нибудь приличный свободный номер, с такими же удобствами и развлечениями. Да и проплаченных денег мне никто не вернет. А стоит это все не мало…
        Просидев половину следующего дня в номере и размышляя подобным образом, я решила, что… на хрен мне не сдался этот Вадик и что сегодня вечером я оторвусь по-полной, даже если он будет неустанно маячить перед моими глазами.
        Для начала я спустилась в бар, что рядом с рецепшеном, и для успокоения своих нервов выпила там вина.
        Потом заглянула в караоке и, к своей радости не обнаружив там Вадима, выпила еще и спела свою коронную песню - "Я не сдамся без бою!". Потом познакомилась с молодой супружеской парой, которые только сегодня заселились в наш отель, выпила и спела с ними еще. И еще. Нам было весело и душевно, но лишь до того момента как прекрасная половина этой пары уж больно быстро накидалась, и молодоженам пришлось пойти к себе в номер. А я переместилась в ресторан с живой музыкой.
        Здесь было потише, да и людей пока поменьше - музыканты только-только собирались начать свое выступление и в данный момент расставляли и настраивали свои инструменты.
        В центре зала сидела скучающая блондинка и я, поймав ее печальный взгляд, зачем-то к ней присоединилась. Мы разговорились, скоропостижно подружились и поделились друг с другом обыденными бабскими проблемами. И даже выпили с ней на брудершафт. Она, а блондинку звали Леной, тоже оказалась новенькой в нашем отеле - заселилась только вчера. Вот Лена-то как раз и явилась на отдых за приключениями на свою прекрасную пятую точку. Она просто бредила короткой курортной интрижкой и посему сидела здесь и источала на мужчин не двухсмысленные улыбки. Но никто не реагировал. Тогда Ленуся запечалилась, и вот в этот момент и появилась я.
        Посочувствовав, а потом убедив свою временную подружку в ее неотразимости, я выпила с ней еще. И тут зачем-то вспомнила про Вадима. Завертевшись по сторонам, я вдруг осознала, что он так нигде за сегодняшний вечер и не появился.
        Стыдно признаться, но сей факт меня даже немного расстроил. Сейчас у меня было такое хорошее настроение, что никакой бы Вадим его точно не испортил! Ведь что такое хорошее настроение? Хорошее настроение, это когда тупые не бесят, а веселят. А мне хоть и было весело, от выпитого алкоголя, но все равно хотелось большего.
        Послушав первую песню группы и опустошив очередной бокал вина, мы с Леной решили что нам сейчас с ней самим необходимо спеть, и перебазировались в караоке. Там заказали уже по "Дайкири" и быстро определились с общей песней. Когда до нас дошла очередь, мы вышли в центр зала и даже не смотря на экран с текстом, одновременно и, на удивление, точно попадая в ноты, запели:
        - "Если спросят меня где взяла, я такого мальчишку сладкого, то отвечу, что угнала, как чужую машину девятку я…" - и вот когда дело дошло до куплета, в зале появился Вадим. Увидев меня, он уж было собрался уходить, но услышав что именно мы поем, задержался у двери. Я широко улыбнулась и пока шел проигрыш между куплетами, подбежала к Вадиму и, взяв его за руку, притащила в середину зала. Он особо и не сопротивлялся.
        - Это Вадим, а это Лена, - быстро представила я их и начала петь второй куплет. - "Эй угонщица, слышу я в след, у тебя не стыда ни совести, но гоню я на красный свет, на немыслимо бешеной скорости…"
        Лена подхватила меня на второй части куплета и мы начали, плавно извиваясь, танцевать вокруг Вадима. А Вадим, ошалев от наших телодвижений, стоял на месте истуканом и с пятирублевыми глазами наблюдал за происходящим.
        Когда песня закончилась, весь зал, чуть ли не стоя, нам аплодировал и мы, очень довольные собой, отдав микрофоны следующим, присели за столик.
        - Ну привет, - усмехаясь сказал мне Вадим. - Шикарно отдыхаете. Песня прям так душевно исполнена, как буд-то вы сами все это прочувствовали.
        Я сделала тяжкий вдох и слегка запинаясь, процитировала классика:
        - И опыт - сын ошибок трудных, и гений - парадоксов друг.
        - Хорошо сказала, - пьяно похлопывая меня по плечу, сказала Лена.
        - Это не я сказала, а Александр Сергеевич, - подметила я и взяла в руки стакан с коктейлем.
        - Какой такой Александр Сергеевич? - поинтересовалась у меня Лена и тоже схватилась за стакан.
        - Пушкин, - ответил ей за меня Вадим и ласково так улыбнувшись, продолжил: - Леди, мне кажется что вам уже хватит. Поете вы конечно еще замечательно, но вот разговариваете и соображаете уже неважно.
        Мы с Леной переглянулись, не сговариваясь чокнулись и выпили. А Вадим закатил глаза.
        - Пойдемте хоть на воздух выйдем, - предложил он.
        - Не, через песню опять наша очередь, - замотала головой Лена.
        - Хорошо, - не стал спорить Вадим. - Но сразу после нее позвольте пригласить вас на рандеву к бассейну.
        - Купаться будем? - обрадовалась Ленуся.
        Вадим опять закатил глаза.
        - А что? Это идея, - кивнула я. - Слабо голышом?
        Лена машинально и совсем не думая, кивнула мне в ответ.
        - Леди, леди, ай-яй-яй. Завтра вам будет стыдно, - предупредил нас Вадик. Мы с Ленусей опять переглянулись, с прищуром посмотрели друг на друга и тотчас передумали. Какие-то остатки здравого смысла в нас еще оставались.
        Когда мы спели еще одну песенку (я сейчас уже и не вспомню какую) Вадим все таки уговорил нас пойти на улицу. И даже заплатил за нас на выходе.
        Мы с Леной, по-идиотски хихикая и совершенно не справляясь со своими ногами, повисли у Вадика на локтях. Он стойко и ответственно вывел нас на улицу, но там, почти у самого входа в наш корпус отеля, понимая что мы вряд ли сможем дальше уйти втроем, посадил наши пьяные тела на лавочку. И сам плюхнулся между нами. Лена громко зевнула и положила свою блондинистую голову Вадику на плечо.
        - Ты в каком номере живешь? - спросил он у Лены.
        - В сто пятом, - ответила она, уже из полудрема.
        - Это хорошо. Это первый этаж, - тяжело вздыхая, констатировал Вадим. - Ты-то как? - обратился он ко мне.
        - Пока тер-пимо, - ответила я, чувствуя как мои глазки уже с трудом различают предметы вокруг. Но сознание, на удивление, работало в нормальном режиме.
        - Посидишь тут немного, пока я отведу эту леди в ее номер?
        - Зачем по-си-дишь? Ты… от-ве-ди и там о-станься. А я са-ма… - сказала я и попробовала встать. Но ноги совсем меня не держали и я тут же припечаталась обратно к лавочке. Причем припечаталась очень больно. Потерла ушибленный копчик и сразу передумав, ответила Вадиму. - Все таки я… по-си-дишь тут.
        Вадим хохотнул, поднялся и, взяв уже уснувшую Лену на руки, пошел к крыльцу отеля. А я, опустив голову к коленям, попыталась собраться с мыслями.
        Но они, коварные, совершенно не хотели собираться. И даже наоборот - разбегались в моей голове, как тараканы от яркого света.
        Вадим вернулся очень быстро. Подбежал ко мне и коснувшись моего плеча, тихо спросил:
        - Ты уснула, что ли?
        - Ага, щас, - ответила я, поднимая голову. - В близ-жайшие часа два я точно не усну… "Верто-леты", будь они не ладны, - Вадим фыркнул, а я уставившись ему в лицо, вдруг сказала. - У тебя гла-за такие красивые. Не-обычные.
        - Ты тоже необычная. Особенно сейчас, - ответил он и помог мне приподняться. Я встала на ноги, но сделав неуверенный шаг, поняла что дойти до номера сама на вряд ли смогу. Тогда Вадик взял меня на руки точно так же, как и Лену.
        Я обхватила его за шею и устроила свою голову на его груди. От Вадима вкусно пахло одеколоном, а находясь в его крепких объятиях, я чувствовала себя невесомой пушинкой - он с такой легкостью нес меня на руках…
        У моей двери он поставил меня на ноги, открыл дверь и вновь взяв меня на руки, занес в номер и положил на кровать.
        - А ты не такое чмо, как мне сначала по-казался, - сказала я, устраиваясь под одеялом на животе и пристраивая тяжелую голову на подушку.
        - Ну спасибо, - произнес он с иронией.
        - Ну по-пожалуйста, - ответила я. Вадик закрыл дверь, подошел к моей тумбочке и включил настольную лампу.
        Свет ударил в глаза, я зажмурилась, а Вадим, заметив это, слегка убавил свет.
        - Ты решил пере-ночевать у меня? - поинтересовалась я с усмешкой. Вадим ничего не ответил, подошел к минибару, достал из него бутылочку минеральной воды и поставил ее на мою тумбочку. - Ладно, - расстаев от его заботы, сказала я. - Так и быть - оставайся.
        Вадик усмехнулся, присел рядом со мной и вдруг погладил меня по голове.
        - О, это уже пред… пред-варительные ласки? - спросила я.
        - Нарываешься. Вот возьму сейчас и начну. И ты отсюда никуда не денешься.
        Я улыбнулась:
        - А начинай, - и широко зевнула.
        - О нет уж, - с протестом в голосе серьезно сказал он. - Мне бревно не нужно. Я люблю, когда партнер тоже активно участвует в процессе.
        - Выбирай: либо так, либо никак, - сказала я и, нначиная проваливаться в сон, закрыла глаза.
        Вадим вновь погладил меня по голове, накрыл мою спину одеялом и сказал:
        - У меня еще будет такая возможность. И ты потом сама попросишь меня повторить. И не один раз.
        - Не дождешься, - сказала я с улыбкой и отключилась…
        Проснулась я одна и, конечно же, с отвратительными ощущениями. А еще более отвратительно я себя почувствовала, когда вспомнила все, что произошло накануне. Из номера выходить было стыдно. Мне почему-то казалось, что мои вчерашние метания и выступления были замечены всеми… Хорошо, что в минибаре была еще одна бутылка с минеральной водой. Ей и той, что мне вчера достал Вадим, я и отпаивалась все утро… Но в конец мне поплохело, когда я все таки вышла из номера и узнала, что Вадим этим утром съехал из отеля… Оставшиеся два дня своего отдыха, я не заводила больше никаких знакомств и просто жарилась на солнышке.
        Глава 3
        … Сидеть за праздничным столом мне было ну очень не комфортно. В голове крутились мысли о Вадиме, и о нашей сегодняшней встречи. Очень я вам скажу неожиданной и удивительной встречи. Я-то уж и не чаяла…
        Но больше всего меня удивляло, что он промолчал о том, что мы повстречались на отдыхе и даже свели там такое знакомство… Может сию информацию Вадим приготовил на сладенькое? Или что? То что он сегодня меня не узнал - чушь. Узнал… по глазам его видела и по наглой ухмылке.
        Я елозила на стуле, нервно ковырялась в своей тарелке и изо всех сил старалась не смотреть напротив. А вот то, что кто-то напротив проникновенно на меня смотрит - я чувствовала. Чей-то взгляд настойчиво жег мне лоб. Пару раз я невольно терла его рукой, ощущая жар.
        - Как отдохнула? - поинтересовалась у меня Лерочка, когда все сидящие за столом уже сказали теплые слова имениннику и пришло время для этакой "светской беседы".
        - Не плохо, - нехотя ответила я, не отрываясь от созерцания своей тарелки.
        - Нашла там себе кого-нибудь? - поинтересовалась любознательная тетка.
        Меня аж передернуло, а с противоположной стороны стола кто-то тихо хмыкнул.
        - Нет, - ответила я и запихнула в рот кусок колбасы.
        - Ох, Кирочка, тебе уже давно пора найти себе жениха… - решила она начать старую песню но я ее тут же пресекла:
        - Курортные романы редко заканчиваются чем-то серьезным.
        - Бывают исключения, - фыркнула Леночка. - В любом случае, время уходит, я в твоем возрасте уже водила сына в сад.
        - Лера, - вмешался в разговор Вовочка, - у каждого свой путь и свой выбор. Зачем ты навязываешь Кире свое?
        - Я ей помочь хочу, - сморщила она свой остренький носик. - Кирочка, может тебя с кем познакомить?
        - Спасибо, я как-нибудь сама, - ответила я с широкой улыбкой.
        - Как знаешь, - тетка вроде бы расстроилась, но сделав глоток шампанского, вдруг вспомнила: - Кстати, Вадик, ты говорил, что тоже отдыхал в Крыму? И вроде бы вместе с Кирочкой в одно время.
        - Да-а-а? - пропела я сипло и в конце даже закашлялась. Посмотрела в ожидании на Вадима. Он наинахальнище заулыбался мне в ответ. Что ж, вот оно, сейчас начнется.
        - Я был в Херсонесе, - зачем-то соврал Вадим.
        Я опять закашлялась и осушила разом полбокала вина. Значит Вадим решил о нашей встречи молчать. Странно… Почему? Почему он не сказал правду? Что-то задумал? Да что? Вот он… Слово даже нужного для него не подберу.
        - Кирочка, а ты где именно была? - не унималась тетка.
        И я, в отличии от Вадима, ответила честно:
        - А я в Ялте.
        - Интересно - а далеко этот Херсонес от Ялты? - спросила Лерочка и посмотрела на моего отца. Папуля считался у нас эрудитом. Много читает, многим интересуется и, соответственно, много знает. Но насколько далеко находятся друг от друга эти два Крымских города папа не ведал, и в ответ лишь пожал плечами. Лера с досадой фыркнула, а потом сказала: - Удивительно, как тесен мир… Люди отдыхают в одном месте, вполне могли бы где-то пересечься и просто не заметить этого.
        - Бывает и такое, что люди, живущие на одном этаже и то не пересекаются, - сказал ей Вовочка. - А Крым - большой полуостров. Некоторые европейские страны меньше его по площади.
        - Да? - удивилась Лерочка, а мне вдруг стало за нее стыдно. Я знала конечно железное женское правило, которое гласит, что "умение вовремя "включить дуру" - это главный признак женской мудрости", но с каждым таким разом я все больше уверялась в том, что моя тетушка "дуру не включала", а являлась ей основательно. Да и женской мудростью от нее даже и не пахло. Наивной хитростью и безпросветной наглостью - да. Но не более.
        - Да, Лера, - сказал ей Вовочка как-то уж очень нервно, я, в этот момент на него посмотрела, и мы встретились глазами. Вовочка ненадолго задержал на мне свой взгляд и улыбнувшись, сказал:
        - Красивый загар. Тебе идет.
        - Спасибо, - тоже улыбнулась я.
        - Небось каждый день над ним трудилась, - хихикнув произнес Вадим.
        Я медленно перевела взгляд на Вадика, тот игриво вздернул бровью, а потом подмигнул.
        - Вовочка, - обратилась к мужу Лера. - Нам просто необходимо, всей семьей, съездить в Крым, - и с нескрываемой завистью посмотрев на меня, добавила: - Я тоже хочу такой же загар.
        Стоило ли мне сообщать тетке, что такого загара, как у меня - у нее не получится? Я, по природе своей, смугленькая, загар на меня ложится быстро и ровно. А у Лерочки бледная кожа, и для этой кожи процесс приобретения загара суров и тяжеловат: сначала она краснеет, потом облазает и только потом на измученной коже проявляется едва заметный загарчик. И то, ненадолго.
        - В этом году, всей семьей, вряд ли получится, - ответил он ей, а тетка скорчила недовольную мину:
        - Вот так всегда…
        - Ты же знаешь, у меня много работы… - начал оправдываться супруг тетушки. - А если тебе прям так не терпится - то бери Артемку и езжайте хоть завтра. Хоть на месяц.
        "Или два", - мысленно фыркнула я и из последних сил сдержалась, чтоб не сказать это вслух.
        - Вечно ты со своей работой… - ответила Лерочка, почему-то проигнорировав предложение о поездке. - Ты чуть ли не живешь там: и днем и порой даже ночью. Да я уже ревную к ней, как к любовнице!
        Вовочка нахмурился, глотнул коньяка, а потом монотонно ответил:
        - Такова цена деньгам, дорогая, ничего не поделаешь.
        А мне так захотелось хихикнуть, но я, опустив глаза, сдержалась.
        Мой папа, почувствовав что атмосфера накаляется, решил перевести тему и предложил:
        - А приезжайте лучше вы все на выходные к нам на дачу: природа, свежий воздух. Мы купили новый гриль, испробуем. И пляж у нас есть, у водохранилища. Пешком от дома всего-то минут пятнадцать.
          Лерочка просяще посмотрела на Вову. Тот тяжко вздохнул, обвел всех сидящих за столом задумчивым взглядом.
        - Ладно, - согласился вдруг он. - Вечер пятницы могу освободить. Но в субботу мне нужно будет вернуться.
        - Конечно-конечно, вернемся! - обрадовалась тетка и потянулась к мужу с поцелуем. Он недовольно подставил жене щеку и та смачно запечатлела на ней поцелуй, оставляя ядренно розовый след от помады. Вовочка взял салфетку со стола и вытер испачканное место.
        - А расскажите мне, какие развлечения есть нынче в городе? - подал голос Вадим. - Давно уехал, наверно многое изменилось?
        Держать ответ взялся Олежек и стал нахваливать Вадиму развлекательные места, в которых сам бывал. И я, кстати, тоже приняла активное участие в этой беседе. Иногда мы с братом спорили, иногда сходились во мнениях.
        В целом остаток этого дня мы провели тепло и уютно: Лерочка не тупила, Вовочка на нее, соответственно, не злился, был добродушным и милым, Олежек тоже вел себя замечательно. И Вадим, на удивление, не раздражал.
        Разъехались по домам мы почти одновременно: первыми уехали мои родители, а я чуть позже, дождавшись вызванного заранее такси. Пока ждали машину, Артемка, все это время сидящий, по велению мамы, в своей комнате (ибо нечего ему сидеть за столом со взрослыми) затащил меня к себе и похвастался новыми компьютерными игрушками. Родители его баловали, в том смысле что не жалели денег на развлечения и игрушки, а вот вниманием Артем был обделен: отец пропадал на работе, а Лерочке было важнее другое. Однако Вовочка старался при каждом удобном случае выделить время сыну, чего не скажешь о матери, которая сидит дома, в соседней комнате, и особо своим младшим чадом не интересуется. Как при этом мальчишка не стал испорченным и замкнутым оставалось лишь гадать. Он и хорошо учился, и был отзывчивым и добрым. Мне нравилось с ним общаться, и я всегда старалась это делать.
        Когда такси наконец подъехало, провожать меня вызвались сразу оба брата - Вовочка и Вадим. Меня это удивило, но вида я не подала, горячо попрощалась с теткой и со своими братьями, и мы втроем вышли из квартиры.
        В лифте спускались молча и, как мне показалось, очень долго. Но это было даже хорошо, это позволило мне сравнить между собой моих провожающих: Вадим выше ростом, сантиметров на пять, и чуть шире в плечах. Волосы у братьев одного цвета и примерно одинаковой длины, да вот только укладывали они свои шевелюры по-разному: у Вовочки челка падала на лоб, а Вадим зачесывал ее назад. Черты их лиц имеют что-то общее, но что именно - уловить никак я не могла… Губы. Точно. У обоих они "бантиком" и пухлые, но в меру, так, по-мужски. И глаза - одинаковой формы, но из-за того что у Вадима они редкого и сочного цвета, создавалась иллюзия что у него они больше.
        В целом, Вовочка, несмотря на то, что старше, выглядел милее своего младшего брата. Ну а Вадим казался строже и брутальней. Наверно его военная стезя давала о себе знать.
        На улицу мы тоже вышли в молчании. И лишь у автомобиля, когда Вовочка открывал мне дверь, Вадим произнес:
        - Рад был увидеться.
        - Взаимно, - ответила я с фальшивой улыбкой.
        - Спасибо, что приехала, - сказал Вовочка. - Я тоже рад был увидеться.
        - И я, - вот тут моя улыбка была вполне себе искренней.
        Вадик покосился на Вовочку и сообщил:
        - Я погощу у брата несколько дней. Возможно - недель… Может как-нибудь составишь мне компанию для похода по вашим злачным местам?
        Я тоже покосилась на Вовочку, ответила:
        - Посмотрим, - и, чмокнув мужа тетки в щечку, села в такси. Водитель завел машину, а я помахав смотрящим нам вслед мужчинам ручкой, дождалась, когда мы отъедем от них на небольшое расстояние и достала из сумки телефон.
        Посмотрела на часы, прикидывая сколько у меня есть времени, чтобы подготовить себя и свою квартиру для запланированного любовного свидания. Ох, как долго я этого ждала…
        Я накапала в аромолампу несколько капель эфирного масла Иланг-Иланг и зажгла чайную свечку. Когда я приобретала этот чудесный набор в Крыму, то сознательно выбирала такие масла, которые не только обладают лечащими свойствами, но и должны создавать в помещение нужную атмосферу. Сегодня я планировала провести чудесный вечер. И не менее чудесную ночь. И заранее все подготовила.
        На прикроватном столике уже стояли: стеклянная тарелка с клубникой и нарезанным ананасом, шоколадные конфетки в вазочке, бутылочка игристого вина и два изящных высоких бокала. На кухне, на плите, томились креветки в сливочно-чесночном соусе. Аромат по всей квартире стоял специфический - афродизиаки были повсюду.
        Присев на незаправленную постель, я провела рукой по нежной текстуре постельного белья. Ах, этот египетский хлопок. Одно прикосновение к нему вызывает столько приятных тактильных ощущений. Я предпочитаю именно его - на нам комфортно и удобно спать. И не только спать…
        Он тоже любит этот хлопок. Он тоже любит проводить на нем, пусть иногда и такие короткие, но все таки такие сладкие и страстные мгновения вместе со мной. Как же я соскучилась… Как же я соскучилась по его нежным губам, которые всегда знают где меня нужно целовать. Как же я соскучилась по его крепким рукам, которые умеют сделать мое тело расслабленным и податливым. Как же я соскучилась по его глазам, которые всегда с таким вожделением смотрят на меня. Даже когда мы находимся на людях…
        Как же я, оказывается, соскучилась по нему.
        В дверь позвонили. У него есть свой комплект ключей, но ему нравится, когда я выхожу его встречать и открываю ему дверь. Ему приятно знать, что я его жду.
        Я поднялась с постели и прошла в прихожую. Остановившись возле большого зеркала на стене, я сняла заколку-крабик со своих волос - локоны игривыми завитушками легли на мои плечи. Слегка взбив корни волос рукой, я приспустила халат с одного плеча и шагнула к двери.
        Открыв дверь, первым, что я увидела это большой букет белых роз. Он всегда дарит мне только эти цветы. Белая невинность нежных бутонов на коварных, с шипами, стеблях.
        - Привет, - улыбнулся он и зашел в квартиру, протягивая мне букет. Я тоже улыбнулась, взяла розы и закрыла входную дверь.
        - Проходи, разувайся. А я пойду цветы поставлю, - сказала я и направилась на кухню, где на столе стояла уже заранее приготовленная ваза с водой. Я же знала, что он принесет цветы.
        Поместив в вазу букет, я тут же вернулась в прихожую. Он уже успел снять ботинки. Как только я к нему подошла - он заключил меня в свои объятия и я, уткнувшись носом в его шею, почувствовала такой родной и дурманящий запах. Смесь из хорошего дорогого одеколона и особенного запаха его тела.
        - Как же я соскучился, котенок, - сказал он тихо мне в ухо и коснулся своими пальцами моих губ.
        - И как же ты соскучился? - лукаво спросила я у него. Он взял меня за подбородок, притянул к себе и страстно впился своими губами в мои. И было в этом поцелуе столько желания, что я несомненно поверила его словам. Поверила и сама почувствовала тоже самое… Я тоже хотела его…
        Или это афродизиаки уже действуют?
        - Верю, - ответила я и шепотом добавила: - Я тоже соскучилась.
        - Как ты себя вела на отдыхе? - стараясь изобразить строгость, спросил он. Но у него не получилось, мы вместе засмеялись и я ответила:
        - Хорошо вела. Честно-честно.
        Он вновь улыбнулся, взял меня за руку, а я шагнула в спальню и потянула его за собой.
        - И как же тебя отпустили? - поинтересовалась я.
        - А только бы попробовали не отпустить, - он отпустил мою руку и резко прижавшись ко мне сзади, обнял меня за живот, одной рукой развязывая узелок моего халата. - Я не мог не прийти, я же обещал тебе, - прошептал он, целуя меня в шею. - Я правда, очень-очень соскучился, - я улыбнулась и повернулась к нему лицом. - Тебя не было всего десять дней, но мне показалось что целую вечность. Долгую, холодную, одинокую… Не бросай меня больше, это пытка, котенок.
        Он легким движением провел руками по моим плечам, снимая с меня халат. Шелковая ткань тут же плавно упала на пол. Его глаза заблестели, увидев мою обнаженную грудь, и принялись ласкать ее одним только своим взглядом.
        - А я так боялась, что ты не придешь, - сказала я, любуясь его горящими глазами. Мои руки потянулись к пуговицам его рубашки. Я расстегнула одну, другую. Медленно, дразня своими пальцами его кожу. - Все сидела, ждала и косилась на телефон, надеясь что ты не пришлешь мне смску со словами: "извини, сегодня не получится".
        - Я бы с ума сошел, если бы не пришел, - ответил он.
        И ведь говорил честно. Я совершенно не сомневалась в его чувствах ко мне… Но мне очень нравилось его дразнить.
        - У меня есть ужин, - сказала я. - Еще есть шампанское… и вкусные конфеты. Твои, любимые.
        Он покачал головой:
        - Мне сейчас очень хочется… тебя. А все остальное - позже. У нас еще вся ночь впереди.
        - Вся ночь? - обрадовалась я, заканчивая расстегивать пуговицы. Он быстро снял свою рубашку, швырнул ее куда-то в сторону шкафа и подхватил меня на руки.
        - Вся, - сказал он с придыханием, укладывая меня на постель. Он навис надо мной, погладил по щеке и провел рукой вниз: по шее, по возбужденной груди, по животу. Я вздрогнула от его прикосновений и облизнула пересохшие губы. А он продолжал спускаться ниже.
        - Какая же ты у меня красивая… - мужчина остановился на моем бедре, виртуозно быстро снимая с меня полупрозрачные трусики. Потом он оставил меня на несколько секунд, снял с своего тела оставшуюся одежду и вновь вернулся ко мне. Я подтянула ноги, сгибая их в коленях и он, своими горячими руками, приподнял их наверх, начиная поочередно целовать мои щиколотки. Мне это всегда нравилось, дыханье участилось, я прикрыла глаза, наслаждаясь моментом… Но он, наверно уже не в силах сдерживать себя, вдруг резко прижался ко мне, и всего лишь одним уверенным толчком стал со мной единым целым…
        Мир вокруг наполнился яркими красками и чем чаще и резче становились толчки, тем красочней мне казался мир. Я извивалась в такт, кусала губы и неустанно шептала имя человека, доставлявшего мне сейчас удовольствие:
        - Вовочка, Вовочка…
        Я никогда не хотела быть чей-то любовницей. И не думаю что все женщины, которые по сути таковыми являются, тоже этого хотели и специально к этому готовились. К этому невозможно быть готовой. И этому невозможно научится… Просто, когда любишь человека, тебе совершенно не важно, кто еще любит твоего любимого. Все становится не важным, когда он рядом. Когда есть только он и я. Когда есть НАШИ эмоции и НАШЕ счастье. Кто-то скажет, что это сомнительное счастье, а меня оно устраивает. Счастье - оно само по себе не приходит, а приходит умение его видеть. Я вижу. Я чувствую.
        Очень хорошо помню тот день, когда влюбилась в Вовочку. Это был март, следующий же день после Международного Женского праздника. И это был день их свадьбы с Лерочкой. Говорят, что все свадьбы, сыгранные не летом - браки по "залету". Не знаю, как у других, но в этом случае это было именно так. Впрочем - я об этом уже говорила… Несмотря на сей немаловажный факт, жених с невестой выглядели вполне счастливыми. Помню, как они зашли в ресторанчик: она в белом, длинном платье, а он в сером костюме с металлическим блеском. Какой же он был красивый! Все незамужние, да и замужние наверно тоже, подружки Лерочки ей завидовали. А я не завидовала. Будучи тогда маленькой, наивной, двенадцатилетней девчонкой, я просто любовалась и млела от того, что видела… Потом выяснилось, что и как человек новоиспеченный муж моей тети оказался хорошим: добрым, внимательным, заботливым. Мне так нравилось проводить с ним время: слушать как он говорит, как ласково называет меня "котенком"… Тогда у меня появилась мечта: встретить в своей жизни точно такого же "мальчика". Чтобы он был, если не точной копией, но очень похож на
Вовочку… Я не встретила. Я пользуюсь чужим.
        Все началось между нами, когда мне исполнилось девятнадцать. Я перестала быть нелепым подростком и становилась, хоть еще и молодой, но все таки женщиной. Первым это заметил именно Вовочка. Он хвалил мою красоту, шутил вслух, что староват для меня, а то бы обязательно приударил, и не будь он женатым - женился бы на мне… Что ж, лучший способ скрыть правду - это сказать ее в шутку… Я стала обращать внимание, что он начал поглядывать на меня по иному. Далеко не как любящий дядя. Я уже могла отличить обычный мужской взгляд, от заинтересованного. Меня это забавляло и очень сильно льстило. Я же всегда помнила о своей детской влюбленности в него… В общем, на тот момент, моим девизом по жизни, впрочем как наверно и большинства людей моего возраста, было: "В жизни обязательно надо попробовать все. А потом благополучно забыть о некоторых вещах". И мне захотелось попробовать потренировать на Вовочке свои женские чары. Чем я и занялась, совершенно не думая и не понимая, какие у этого всего могут быть последствия. Косметика поярче, юбка покороче, якобы случайные прикосновения, робкие поцелуи в щеки и нежные
объятия при встречах. Легкий флирт и не двуэсмысленные позы… В общем - делала все, что где-то слышала, видела, читала.
        Кто именно из нас сделал первый шаг к общей постели - я уже не помню. Возможно оба, одновременно, но все равно моей вины больше - потому как это я, своим игривым и откровенным флиртом, подтолкнула Вовочку на желание мной обладать. И наш первый раз был незабываем, волшебным, страстным… Я была на седьмом небе от исполнения своей мечты. Он так целовал меня, так прижимал к себе, так жадно овладел и… так стыдливо вел себе после…
        Конченной сукой, дрянью, тварью, и как там еще называют любовниц, я себе не считаю, хоть прекрасно понимаю, что вся эта ситуация - отвратительна, как бы я ее не оправдывала. Но это любовь. Моя. Наша. Настоящая. Единственная и неповторимая. И грызть себя за ее я уже устала. Да и ведь, по сути, на данный момент, от этого никто не страдает, у Лерочки есть человек, которого она так хотела: и представительный муж, и замечательный отец ее младшего сына, и хороший отчим старшему. А у меня есть любимый мужчина, с которым мне хорошо так, как ни с кем другим. Возможность того, что Вовочка оставит свою семью - я отметаю. Да, где-то в глубине души, я может и хочу, чтобы он весь и полностью принадлежал только мне. Но… Но даже если он расстанется с женой - открыто быть вместе мы все равно не сможем… Мне становится страшно только от одной мысли кем тогда я буду в глазах окружающих: бессовестной девкой, которая увела мужа у собственной тетки. Я уж молчу о том, как меня пугает что об этом подумают мои родители, особенно папа… Но и изменить случившееся я уже не могу. Нас связывает целых пять лет таких вот
отношений. Хоть и с перерывом, потому как мы, однажды осознав что же мы творим, пытались расставаться: два года, из тех пяти, не делили общее ложе и были друг другу только родственниками. Вовочка стал честным мужем, а я пробовала встречаться с другими. Увы и ах, эти "другие" никак не оправдывали моих ожиданий, я все время сравнивала их с Вовочкой и они заметно ему уступали. Быть может мне просто попадались не те или я была все еще не готова забыть Вовочку. Как выяснилось - и он не мог меня забыть. Ведь между нами так и оставалась та самая любовная химия, которая разом, в одну секунду, все переиграла, и мы вновь сменили статус наших отношений.
        К тетке я его не ревную. Научилась это принимать. Правда теперь у меня появилась нелюбовь к общим семейным праздникам. Все что происходит в эти моменты за общим столом, мне напоминает игру. Причем - играют в нее все, пожалуй кроме Артемки, и каждый по-своему. Мы с Вовочкой изображаем дядю с племянницей, а Олежек с Лерочкой, любящего пасынка и любящую жену соответственно, которых совсем не интересуют денежный аспект. Да вот, нтересует, ведь они ни единого дня в своей жизни не работали и панически бояться начинать. Меня же Вовкины деньги совершенно не интересуют - я зарабатываю сама. О деньгах попросила лишь однажды на создание и открытие нашей с Ксюхой кондитерской. Это было в тот период, когда мы с Вовочкой решили расстаться, так что одолжил он их вполне по-родственному. И эти деньги, все до копейки, я вернула.
        Глава 4
        Утро было более чем приятным. Впрочем - как и вся прошедшая, наполовину бессонная, ночь.
        Я проснулась и обнаружила себя обнаженной в крепких объятиях дорогого мне человека. Он спал, прижавшись к моей спине всем телом и уткнувшись носом мне в плечо. А я лежала, боясь пошевелиться. Потревожить. Разбудить. Расстягивая как можно дольше это время. Пока он со мной… Тело ломало, но ломало сладко и долгожданно. Я улыбалась и очень не хотела, что бы это чудесное утро заканчивалось.
        Испортил все будильник на Вовочкином телефоне. Он громко заиграл ритмичную мелодию и крепкие руки тут же прекратили меня обнимать. Я повернулась к любимому лицом, демонстрируя что тоже проснулась, а Вовочка чмокнул меня в шею, пробормотал на ушко "Доброе утро" и поднялся с постели.
        - Не хочу, чтобы ты уходил, - капризно сказала я ему, когда Вовочка открыл шкаф в поисках своего полотенца. - Мне ночи мало.
        Он повернулся ко мне с улыбкой, а я скинула одеяло и поманила его к себе пальчиком.
        - Не дразни, котенок, - сказал Вовочка с нежностью. - У меня важная встреча сегодня.
        Я надула губки, но прекрасно зная Вовочку, не стала настаивать. Тоже поднялась с постели и накинув халат, пошла на кухню, чтобы приготовить завтрак. Вовочка же направился в ванную.
        Когда он вышел из душа, завтрак уже был на столе: омлет, бутерброды с сыром и две дымящиеся чашки: одна с ароматным кофе, для него, другая с черным чаем для меня. Вовочка присел на стул и неспешно принялся за еду. А я села напротив, придвинула к себе чашку чая и с трепетом посмотрела на мужчину, которого я так давно люблю.
        Он точно такой же, как и двенадцать лет назад. Возраст никак не сказался ни на его лице, ни на его теле, ни на его характере. Хотя - какой возраст? Ему всего лишь тридцать семь. Всего лишь. Между нами тринадцать лет… Чертово число…
        Он сидел за столом, держа спину неестественно прямо. Голый торс, на котором остались и блистели не вытертые после душа капельки воды. Широкая грудь, широкие плечи. Сильные руки. Темные влажные волосы, они, как обычно, падали ему на лоб. И серо-зеленые глаза с медовой поволокой. Я, как и раньше, смотрю на него и млею. Восхищаюсь… Возбуждаюсь…
        По телу пробежалась волна, словно кто-то коснулся моего самого сокровенного и я, пребывая в романтичной эйфории, решила поделиться с Вовочкой своими ощущениями:
        - Мне было хорошо.
        Он улыбнулся:
        - А мне как было хорошо, - я улыбнулась ему в ответ.
        - Правда, не хочу уходить, но надо.
        - Я понимаю, - кивнула. - И не удерживаю. Я просто хочу, что бы ты знал… Что мне было безумно хорошо и что я сильно по тебе соскучилась.
        - Я это знаю, котенок, у меня точно так же, - сказал он тихо. Ненадолго повисла пауза, а потом Вовочка решил поинтересоваться:
        - Какие у тебя планы на сегодняшний день?
        - Никаких глобальных, - пожала я плечами. - Разберу чемодан с вещами, потом повспоминаю о нашей ночи… - произнесла я мечтательно. - А вечером меня хотела видеть Ксюха… А у тебя какие?
        Вовочка взял в руки чашку с кофе и, держа ее так, будто согревая ладони, подумал несколько секунд и ответил:
        - Сейчас, как я тебе и говорил, у меня важная встреча. Вечером иду на юбилей одной высокопоставленной морды. Очень неприятной морды, но весьма влиятельной. Приглашения от таких людей игнорировать нельзя… А днем я обедаю с Вадимом.
        Напоминание про Вадима резко опустило меня с небес на землю и безжалостно смыло все остатки мечтательности и романтизма.
        - Надолго приехал твой братец? - спросила я.
        - Пока не знаю, - попивая кофе, ответил Вовочка. - Но я хочу его уговорить остаться. В родительской квартире заканчивается ремонт и он вскоре сможет заселиться туда… Да и с работой у него проблем не возникнет. С его-то опытом, да и с моими связями.
        Я нахмурилась:
        - А он сам этого хочет?
        - Чего?
        - Оставаться здесь.
        - Он не хочет возвращаться туда, откуда приехал. Там вышла неприятная история… - произнес Вовочка и вдруг остановился, посмотрев на меня с сомнением.
        - Какая? - спросила я. Вовочка в этот момент закончил завтракать и я тут же поднялась, чтобы собрать со стола посуду.
        - Его бросила жена, - ответил мне Вова. - Ничего толком не объяснив. Просто - ушла, собрав все свои вещи, к другому мужику… И тут же подала на развод.
        Я хмыкнула, вымыла посуду и не покидая пределов раковины, повернувшись, сказала:
        - Всякое бывает. Это не трагедия. Детей, как я понимаю, у них нет?
        - Нет.
        - Ну, тогда ничего страшного. Люди часто расходятся.
        - Возможно, - согласился Вовочка. - Но Вадим, после развода, был сам не свой. Поэтому, долго не раздумывая, оставил жене квартиру, продал все, что у него оставалось, уволился из части и уехал в поисках лучшей жизни.
        - Не вынесла душа поэта? - усмехнулась я, а Вовочка резко на меня обернувшись, нахмурился и спросил:
        - Чем он тебе не угодил?
        - Кто?
        - Кто-кто, Вадим.
        - Почему не угодил? - удивилась я.
        - Потому, - ответил он. - Ты ерничаешь. И еще за столом я заметил, что он тебе чем-то не приглянулся.
        - Это я так флиртую, - попробовала я отшутиться, затем подошла к Вовочке сзади и обняла его. - Не обращай внимания. На меня так действует твой предстоящий уход. Ты же знаешь, как я не люблю тебя отпускать.
        Вовочка улыбнулся, усадил меня к себе на колени и с чувством поцеловал.
        Как только Вовочка ушел, я сразу позвонила Ксюхе. Мы поболтали минут пять и договорились, что она, прихватив с собой что-нибудь сладенькое, приедет ко мне часа в четыре.
          До четырех времени было предостаточно. Я разобрала багаж: что-то повесила в шкаф, а что-то определила в стиральную машинку и заставила ее немного поработать.
        Пока машинка стирала, я понежилась в ванне, опять использовав привезенное из Крыма эфирное масло (на этот раз - апельсиновое). Ну а часа в три, засуетилась по кухне, подготавливая стол для посиделок с любимой подружкой.
        Ксюха была пунктуальна до безобразия - ровно в четыре часа она позвонила в мою дверь.
        - Привет, Кирюха, - радостно улыбаясь, сказала Ксюня, заходя в квартиру. Она быстро скинула туфли, чмокнула меня в щеку, едва касаясь накрашенными губами и сразу прошла на кухню, неся в руках довольно большой черный пакет. Все это она проделала с такой скоростью, что я даже слегка расстерялась, наверно отвыкнув от гиперактивности Ксении Сергеевны.
        - Привет, - опомнилась я, тоже оказавшись на кухне. Ксюшка с характерным звоном поставила пакет на стол.
        - А вот и сладенькое, - произнесла она, доставая из пакета две бутылки ирландского ликера. - В магазине не было большой бутылки, поэтому пришлось взять две маленькие.
        Я приподняла брови и разочарованно сказала:
        - А я думала, что сказав "сладенькое" ты имела в виду какие-нибудь свои пирожные.
        - Уан момент плиз, - сказала Ксюха, вновь полезла в черную авоську и положила на стол прозрачную коробку с эклерами. - Вот. Заскочила утром на работу и сама по-быстрому сварганила.
        - Умница, - улыбнулась я и чмокнула подружку в щечку. - Как, кстати, дела в кондитерской?
        - Отлично. Поступил заказ на огромный, аж пятиярусный торт, для свадьбы сестры нашего мэра, представляешь? Девчонки-повара прям все трясутся от нервов и от радости. Невеста завтра должна придти к нам, что бы выбрать начинку… - тут Ксюшка с ухмылкой на меня посмотрела и спросила. - Небось, Вовочка твой, нас посоветовал?
        - Может быть, - пожала я плечами. - Я его ни о чем таком не просила.
        Ксюха покачала головой и выбросив пакет в помойное ведро, прошла в ванну, чтобы помыть руки.
        Ксения Сергеевна была единственным человеком, который знал о наших отношениях с Вовочкой. Во всяком случае, что касалось с моей стороны, - я больше никому об этом не рассказывала. Да и как про такое кому расскажешь? Ей же я доверяла безоговорочно, делилась всеми, даже самыми интимными, подробностями и… признаться честно, иногда жалела, что она о нас знает. Потому как Ксюха очень часто выступала в качестве моей "совести". Отчитывала, ругала, не упускала возможности меня задеть, но про все с интересом слушала. Как самая настоящая подруга. Коей, кстати единственной у меня, она и была.
        Подруга вернулась на кухню и мы сели за стол. Разлили густой ликер в коньячные рюмочки и начали его пить, закусывая Ксюхиными бесподобными эклерами.
        Пирожное как всегда было вкусное: сочное, с тонким тестом, с ореховым заварным кремом внутри, а сверху политое марципановой глазурью.
        - Интересно - во сколько лишних калорий нам все это обойдется? - спросила я с улыбкой. Ксюня махнула рукой:
        - А, плевать. Тебе переживать не стоит, ты от сладкого не толстеешь - уникальный метаболизм твоего особенного организма… А мне больше не для кого блюсти свою, и без того шикарную, фигуру.
        - Ты чего, рассталась со своим… этим… как его… - попыталась я вспомнить имя последнего Ксюшкиного воздыхателя, но запуталась в именах.
        Ухажеров у моей подружки всегда было много. Тут имел место быть эффект, как в фильме "Сладкая Женщина" с Натальей Гундаревой в главной роли: там от героини фильма всегда вкусно пахло конфетами, так как она всю жизнь работала на шоколадной фабрике. С Ксюшкой было тоже самое: от нее сладко пахло ванилькой, корицей и тем же шоколадом. Этот эффект она еще усиливала духами с нежной мускатной ноткой. И от этого шлейфа кондитерских ароматов еще не устоял ни один мужчина, на которого Ксения Сергеевна "ложила свой глаз".
        - С Димкой, - напомнила Ксюха. - Да, рассталась.
        - И почему на этот раз?
        Ксюнич тяжело вздохнула и подобрав нужные слова из своего уникального лексикона, с чувством ответила:
        - Знаешь как бывает, вот разговариваешь с человеком, а у него такой взгляд: свет горит, а дома никого нет.
        Я усмехнулась:
        - Не парься, Ксения Сергеевна, ты обязательно встретишь того у кого все будут дома. Просто обязана встретить.
        - А я и не сомневаюсь! - радостно ответила подружка, подливая нам ликер. - Ладно. Про Димку забыли - не стоит он того… Ты теперь мне расскажи: как в отпуск съездила?
        - Отпуск… - делая глоток и хмуря брови, ответила я. - Тут в двух словах не расскажешь. Тут целая история, с неожиданным продолжением.
        - Вот как? Ну так - повествуй, я никуда не тороплюсь.
        И я рассказала Ксюхе все, что произошло со мной в Крыму: в общем, и в частности про Вадима. Не забыв в конце в красках описать нашу удивительную встречу дома у родни и его странное там же поведение.
        - Получается, что он узнал тебя там, в Крыму? - поинтересовалась Ксюха, когда я закончила.
        - Получается так, - согласилась я. - Он вполне мог… видеть мои фото. Например - в социальной сети: на моей страничке, или на страничке того же Вовочки… он выкладывал наши общие, семейные фотографии.
        - Семейные фотографии, - ехидно передразнила меня Ксюха, а я закатила глаза, уже понимая, что сейчас начнется старая песня о главном. - Тебе самой не противно? Давно пора заканчивать это безобразие и найти себе молодого, красивого, богатого, а главное - не женатого.
        - Ксения Сергеевна, вот не поверишь - пыталась искать других. Ни к кому так, как к Владимиру Алексеевичу, меня не тянет. Никого так не хочется. Даже брезгливо становится от одной только мысли…
        - Это потому, что вы вместе не живете, и встречаетесь редко и украдкой. Ты с ним хотя бы месяцок вместе пожила и все бы для себя поняла. Ведь жить вдвоем - значит вместе решать проблемы, которых бы не возникло, если бы вы не жили вдвоем. В общем - быт и однообразие сразу убьют твою любовь… Да и не любовь это…
        - А что же?
        - Запретный плод, который очень сладок, - Ксюха усмехнулась, потянулась за очередным эклером. - Тебе надо попробовать кого-то еще… Да вон, того же Вадима. Ты так эмоционально про него рассказывала.
        - О нет уж, - запротестовала я. - Чуть не попробовала. И очень жалею об этом "чуть"… вдруг он все Вове расскажет? Я пока за их столом сидела только об этом и думала.
        - Если он сразу не рассказал, то и не расскажет. Это будет глупо с его стороны и уже неправдоподобно для окружающих. - Ксюня вновь разлила ликер и жестом предложила чокнуться. Я взяла рюмку и мы звонко чокнулись.
        - А почему он вообще промолчал о том, что мы встретились на курорте? - глотнув, задала я мучающий меня вопрос.
        Ксюха пожала плечами:
        - На этот вопрос тебе может ответить только сам Вадим.
        - Ну а ты как думаешь? - не унималась я, желая услышать мнение подружки.
        - А хрен его знает. Может - ему стыдно за свое поведение? - я с сомнением покачала головой.
        И тут у меня позвонил телефон. Мобильник лежал по-соседству, возле хлебницы. Я не поднимаясь со стула, дотянулась до него рукой, и взяв телефон в руки, с удивлением уставилась на экран.
        - Кто? - поинтересовалась Ксюха.
        - Понятия не имею. Номер не записан в книжке телефона.
        - Ответь. Мало ли кто, - посоветовала Ксюня и я, проведя пальцем по экрану, прислонила его к уху и ответила:
        - Алло.
        - Привет, - услышала я мужской голос. - Это Саша, твой сосед с двенадцатого этажа.
        - Привет, - поздоровалась я и даже улыбнулась.
        Ксюха губами спросила у меня "Кто?", и я, прикрыв ладонью нижнюю часть телефона, тихо ей ответила:
        - Сашка, сосед.
        Ксюшка вдруг заулыбалась, а Сашка спросил:
        - Чем занимаешься?
        - Да с подружкой сидим, болтаем. Девичник у нас, - ответила я ему. Ксюха придвинулась ко мне поближе и прислонилась ухом к моему телефону.
        - Ясно… - произнес Сашка. - Я чего хотел. Спросить и предложить одновременно: не хочешь съездить в выходные на пляж, поваляться на солнце и искупаться? Обещают солнечные и жаркие дни. Я и местечко отличное знаю.
        Я посмотрела на подружку - Ксюха интенсивно закивала, настаивая таким образом, чтобы я согласилась. Мне, честно говоря, не особо хотелось. Но чую, если не соглашусь, Сергеевна долго будет это припоминать… Эх, вот почему он позвонил именно сейчас?
        - Давай съездим, - обреченно ответила я соседу. - Но я смогу только в воскресенье. С пятницы на субботу обещалась съездить с родными на дачу.
        - Отлично, - обрадовался Сашка. - Тогда я позвоню тебе накануне, но предварительно договаримся - в воскресенье, часиков в одиннадцать я за тобой зайду, ок?
        - Хорошо, - сказала я и мы попрощались.
        - Молодец, - похвалила меня Ксюшка, когда я положила телефон на стол. - Я правильно поняла - это тот твой сосед, который выше живет, русый такой, высокий?
        - Он, - кивнула я.
        - Симпатичный, - пропела моя подружка. - Очень хорошо, что согласилась. А вдруг что-то у вас и получится? - я фыркнула, а Ксюха нахмурилась. - Так, а что ты там ему говорила про дачу?
        - Завтра вечером еду с родителями испытывать новый гриль.
        - Климовы тоже едут на испытания?
        - Тоже, - кивнула я.
        - Ясно… - она хмуро задумалась. - В субботу приедешь?
        - Именно.
        - Хорошо, тогда мне тоже придется приехать к тебе в субботу.
        - Зачем это? - не поняла я.
        - Чтобы в воскресенье утром передать тебя из рук в руки этому Сашке.
        Фыркнув, я поинтересовалась:
        - Боишься, что передумаю?
        - Ага, вот окажешься поблизости со своим Вовочкой, запудрит он твою красивую голову всякой хренью и ты забудешь что обещала симпатичному соседу.
        - Как же ты однако плохо обо мне думаешь, - с улыбкой покачала я головой.
        - Я хорошо о тебе думаю, просто хочу сберечь твою голову. Вдруг там все таки есть мозги?
        Вовочка этим вечером не позвонил. Лишь прислал сообщение с пожеланием спокойной ночи (ну и парочку комплиментов моим прелестями). Ближе к ночи мы с Ксюней, осилив только одну бутылку ликера, переместились в мою комнату, легли на постель и, негромко включив музыкальный канал по ТВ, болтали обо всем на свете. Пока не уснули.
        Глава 5
        - Подъем, соня! День за окном, - разбудила меня Ксюха, широко и громко распахивая шторы. Подруга всегда была ранней пташкой и искренне считала, что все люди жаворонки. А те, кто называют себя совами, по ее неоспоримому мнению, - ленивые жаворонки. Я в ее глазах была именно такой и переубеждать Ксению Сергеевну в обратном бесполезно.
        - И что что день? Я еще не проснулась и не хочу… - пробубнила я, накрывая голову одеялом.
        - Главное - встать, проснешься потом, - чересчур весело сказала Ксю, стягивая с меня одеяло.
        - Отстань, садистка!
        - Вставай, лентяйка! - Ксюня полностью стащила мое одеяло и бросила на пол. - Сегодня пятница. Развратница! Ох, чую, глаголю истину!
        - Это ты о чем?
        - О твоей поездке на дачу с любимыми родственниками. Точнее - с любимым, - подружка скривилась и, развернувшись, вышла из комнаты. А мне ничего другого не оставалось, как подняться с постели.
        Традиционно сделав утренние процедуры, я вышла на кухню. Где уже был накрыт стол. Причем на моей красивой скатерти, помимо двух чашек с чаем и пары бутербродов, стояли еще две тарелки с кашей. Овсянной. О существовании которой в недрах моей кухни я и не подозревала.
        Пока Ксюха доставала с полки хлеб, я поморщилась, уже представляя вкус любимого англичанами завтрака. Хочется заметить, что я не англичанин. И я не люблю овсянку. Но обижать подругу не хотелось и я села за трапезу. И, к удивлению своему, признаюсь - каша была вкусной. Мой талантливый кондитер, оказывается, добавил туда яблоко.
        - Спасибо большое, - отблагодарила я искрене, закончив кушать. Ксюня лишь улыбнулась в ответ. Моя пустая тарелка была для нее самой лучшей похвалой.
        Когда мы начали пить чай и я только потянулись за бутербродом, из комнаты раздался сигнал телефона. Я поспешила за аппаратом, ведь звонил именно мой, и, увидев имя звонившего абонента, тут же сняла трубку:
        - Алло, - начала я.
        - Привет, - ответил мне нежный мамин голос. - Как дела?
        - Отлично. Как у вас?
        - Тоже. Вот, на дачу собираемся… Ты с нами?
        - С вами, мы же договаривались.
        - Отлично. Тогда мы с папой где-то через час заедем. Собраться успеешь?
        - Конечно, мам, - ответила я и мы попрощались.
        Бросив телефон на стол, я быстро запихала в себя бутерброд и запила его чаем. Черным, крепким и ужасно сладким.
        - Спасибо. Все было вкусно, - я чмокнула Ксю в щечку и поднялась из-за стола.
        Направилась в комнату, чтобы собрать вещи на дачу. Ксюня последовала за мной.
        Первым делом я достала из шкафа купальники. Каких их у меня только не было: однотонные, разноцветные, какие-то пооткровенней, какие-то более закрытые. Выбрав на глаз самый открытый, сочно оранжевого цвета, я бросила его на кровать.
        - Собралась соблазнять своего Вовочку прилюдно? - ехидно поинтересовалась Ксюшка, вертя в руках две малюсенькие детальки купальника.
        - Скорее попровоцировать, - так же ехидно ответила я, отбирая у подруги купальный комплект.
        - Зачем?
        - А мне нравится как он, на этих самых на людях, жадно на меня смотрит и пытается тайком прикоснуться.
        - А, адреналин? - нахмурилась Ксю. - Так ты кайфуешь именно от этого? Но, знаешь ли, его можно получать и другими способами…
        - Ксюнь, давай без лекций, а? - перебила я подружайку.
        - Ладно, - отмахнулась она. - Мне все равно пора. Надо в кондитерскую сходить и проверить как там справляются девочки. И подготовить все к приходу важной клиентки. Можно я одену твое голубое платье? - без перехода и в своей манере попросила подружка.
        - Если вся твоя красота в него влезет, - с улыбкой ответила я. Ксюха мое ерничество пропустила мимо ушей и подошла к шкафу. Сняла с вешалки платье и быстро натянула его на себя. Причем - ее красота все таки влезла и подружка выглядела в этом голубом наряде даже лучше, чем я.
        Попрощавшись, Ксюха меня покинула. А я нарядилась в короткие джинсовые шорты и в белую маечку, побрасала в сумку еще пару необходимых вещей, и села ждать родителей.
        Приехали они как и обещали - через час. И вскоре я уже сидела на заднем сиденье нашего хэтчбека. Папа включил своего любимого Гарика Сукачева и плавно тронулся с места. Ехать под такое музыкальное сопровождение мне нравилось. Всегда. Я даже иногда шептала губами знакомые строчки, разглядывая в окне свое едва различимое отражение.
        Дорога до дачи занимала в среднем часа полтора. По сути, совсем немного. Но раньше мне казалось иначе… Да и вообще, многое раньше было иначе.
        Например, та же дача. Когда-то я безумно радовалась поездкам загород. А сейчас - не люблю. И редко там бываю: раз весной, чтобы помочь маме с рассадой, раз осенью, чтобы тоже помочь, но на этот раз со сбором урожая, ну и пару раз летом, так, чисто шашлычки и купание.
        А вот в детстве дачу я любила. Да и в юности тоже. Ведь на тот момент отдельной квартиры у меня еще не было и именно на нашей семейной "фазенде" происходило большинство тайных встреч с Вовочкой. Мы приезжали сюда, когда тут никого не было. Вдоволь наслаждались друг другом и уезжали домой. А порой и присутствие на даче родственников нас совсем не останавливало. Даже подстегивало. Пробуждая желание вкусить запретное… И мы с Вовочкой, под любым предлогом, оставляли родню и отправлялись то в лес, за грибами, то в магазин, за продуктами… Грибы мы приносили редко. Но зато продукты всегда.
        Пока я отдыхала в Крыму, родители успели заменить забор вокруг участка. Теперь это была не прозрачная рабица, а деревянный заборчик-частокол, высотой около двух метров. За таким забором практически невозможно разглядеть что происходит на участке… Эх, такое бы защитное строение, да года четыре назад…
        На самом участке ничего не изменилось. Мы заехали на территорию и одновременно покинули автомобиль. Папа тут же полез в багажник за заранее купленными продуктами, а мы с мамой, прихватив по паре пакетов с вещами, пошли к дому.
          В нем вкусно пахло деревом. В начале лета папа поменял пол на терраске и запах нового покрытия еще не успел выветриться. Разобрав пакеты с провизией, мы втроем разошлись кто куда: папа пошел к сараю, чтобы достать газонокосилку и подправить газончик, мама принялась за готовку обеда, а я, предложив ей помощь и получив отказ, направилась к кустам малины, чтобы полакомиться полезной ягодой.
        После обеда распалило солнце. Родители спрятались в доме от жары, а я, прихватив старый плед и книжку, решила поваляться на лужайке. Перед этим, конечно, надев оранжевый купальник.
        Книга была не оригинальная, но не менее горячая, чем солнце - женский роман. И когда герои страстно сливались в объятиях, возле нашего дома затормозила машина и посигналила. Папа тут же вышел из дома и поспешил к забору, чтобы открыть ворота.
        Машина резво заехала на участок и вскоре из нее вышла чета Климовых: Вовочка, Леночка, Артемка… Но вот вместо Олежки, еще одним гостем оказался Вадим. Мысленно чертыхнувшись, я поднялась с покрывала и пошла встречать родственников. Чмокнула тетку, одарила таким же невинным поцелуем Вову и обняла их сына. Вадиму же достался равнодушный кивок.
        - Красивые здесь места, - заметил братец Вовочки и с ехидной улыбочкой оглядел мой внешний вид…
        Вот чего он так пялится? Ведь видел меня уже в этом купальнике.
        - Да, красивые, - Вовочка тоже улыбнулся и его глаза жадно, как я люблю, забегали по моему едва прикрытому телу.
        Жеманно позируя и демонстрируя всю свою прелесть, я постояла еще немного между братьями, а потом вернулась к покрывалу и книжке.
        Минут через десять, наверно захотев понежиться на солнышке, вышла Лера. Тетушка тоже облачилась в купальник и уверенно шла в мою сторону, а я, бегло взглянув на родственницу, заметила, что несмотря на ее такую нестандартную фигуру, Лерочка выглядит вполне подтянутой… И тут я, впервые за несколько лет, представила как Вовочка, мой Вовочка, занимается с Лерой сексом.
        Не знаю, на сколько ему приятно и как часто это происходит, но ведь он это делает. Не может не делать. Тетка - его жена. И супружеский долг обязывает… Обязывает целовать, обнимать, ложиться в постель…
        Черт! Мне не хотелось об этом думать, но в голове упрямо рисовались омерзительные интимные картинки. Да еще глава книжки подбрасывала дровишек в, и без того, жаркие сцены моего воображения.
        Тетушка принесла с собой еще одно покрывало и устроилась рядом. Сначала тетка молча лежала на животе, а потом, видать, ей стало скучно и она решила завести беседу:
        - Как дела?
        - Нормально, - нехотя ответила я, не отрывая глаз от страницы книги.
        - Как кондитерская?
        - Замечательно.
        - А на личном фронте как? - тетке явно хотелось вывести меня хоть на какой-то разговор.
        - С позавчерашнего дня ничего не изменилось, - демонстративно перелистывая страницу, ответила я.
        - Ну как так? - возмутилась всерьез Лерочка. - Ты ж вроде симпотичная, стройная, не дурочка там какая-то… А замуж не торопишься. Уйдут твои лучшие годы!
        Я повернулась к тетке и ехидно, но при этом ласково произнесла:
        - Знаешь, вот моя подруга говорит, что нельзя сувать пальцы во что попало. Особенно в обручальные кольца.
        - Это Ксюха твоя, что ли говорит? - нахмурилась Лера. Я кивнула. - Нашла кого слушать! Вот помяни мое слово - останется твоя подруга в старых девах.
        - И что?
        - Как что? Семья, дети - это же здорово. Это счастье.
        - Счастье? - усмехнулась я, а потом решила спросить.
        - Лерочка, а вот ты счастлива в браке?
        - Конечно, - не раздумывая, ответила она. - Я люблю своего мужа, он любит меня.
        - И как ты поняла что любит?
        А вот этот вопрос поставил тетушку в тупик. Она задумалась. И думала очень долго, что позволило мне дочитать главу книги.
        - Он со мной нежный, ласковый и заботится обо мне, - наконец-то выдала Лерочка.
        - Для этого не обязательно быть женой, - ответила я тетке и поднявшись с покрывала, поспешила в дом.
        К вечеру все собрались за столом в беседке. Рядом жарилось мясо на новом барбекю. Папа травил байки мужикам, Лерочка с мамой шептались в углу, а мы с Артемкой играли в шашки. Когда мяско приготовилось, мы с мамой накрыли стол и все принялись пробовать творение нового родительского агрегата. Ну, и без алкоголя не обошлось. Мы с Вовочкой попивали светлое пиво, а остальные, не считая Артемки, тому предложен был компот, распивали армянский коньяк.
        Запасов крепкого напитка и компота на даче было много, а вот наше пиво уже заканчивалось.
        - Кир, еще пивка? - спросил Вовочка, осушив свой последний стакан.
        - Не откажусь, - кивнула я с улыбкой.
        - Тогда - поехали в магазин, - предложил он и тут же поинтересовался у остальных: - Еще что-нибудь нужно?
        Еще что-нибудь никому нужно не оказалось. Мы с Вовочкой поднялись из-за стола. И когда мы уже подошли к машине, нас окрикнул голос Вадима:
        - С собой возьмете?
        - Думаешь, вдвоем не справимся? - хохотнул ему брат.
        Вадим махнул рукой, а мы с Вовой загрузились в его машину.
        Ближайший магазин находился в паре километров от наших участков. Иномарка дядюшки выехала на асфальтированную дорогу и мы довольно быстро доехала до супермаркета. Но останавливаться у магазина Вовочка не собирался, он с неоднозначной улыбкой покосился на меня и надавив на газ, поехал дальше. В глубь деревни, к водохранилищу. Я усмехнулась и погладила Вовочку по бедру, от моего такого прикосновения он дернулся и пулей домчал нас до нашего давнишнего местечка.
        Здесь почти ничего не изменилось. Даже домов новых не прибавилось. Припарковав машину в раскидистых кустах, Вова повернулся ко мне и ласково произнес:
        - Котенок, это невыносимо… - что именно невыносимо, он не договорил. Но я итак поняла.
        Его губы потянулись к моим и мы поцеловались. Долго, чувственно, провокационно. Я чувствовала и понимала чего он сейчас хочет. И я хотела того же. Иначе бы не согласилась на эту поездку. За пивом. Которое, кстати, не очень-то и люблю.
        Мы переместились на задние сиденье и Вовочка, не теряя времени, принялся судорожно стягивать с меня шорты. Причем умудрился стянуть их вместе с трусиками. Потом задрал мою футболку и уделил внимание груди, которая от слегка грубых покусываний тут же напряглась. Я прикусила губу, ощущая нарастающее волнение в животе. А Вовочка, резко схватив меня за талию, усадил к себе на колени.
        Было тесно, немного неудобно, ступни упирались в передние сиденья, руки в подголовники задних… Вова приспустил свои штаны и я придвинулась поближе, прижимаясь к телу любимого и позволяя ему проникнуть в меня… Ох… Мы задвигались в такт… Медленно, наслаждаясь каждой секундой этого запретного действа… И даже так нам было жарко. Стекла автомобиля запотели. Становилось душно, но приближающийся пик наслаждения затмевал сознание и я перестала замечать все неудобства.
        - Котенок… - прошептал Вовочка, положив руки мне на ягодицы и сильно сжимая их. Я застонала, от боли, которая смешалась с закипающей страстью, и все это заставило меня задвигаться чаще. Еще чаще…
        - Котенок! - застонал мне в ухо Вовочка и его руки тут же ослабли, а тело вожделенно содрогнулось…
        Домой мы возвращались конечно же с пивом. И заодно прихватили сладостей.
        Все так и сидели за столом. Вовочка загнал машину, а я, прихватив пакет с покупками, направилась к беседке.
        - Что-то долго вы, - подметил Вадим.
        - Пятница, везде очереди, - соврала я не краснея. Достала из пакета пару баночек с пивом и конфеты. Артемка тут же потянулся за сладким.
        Где-то через час начало темнеть. Мама с Лерочкой ушли в дом, захмелевшего папу отправили спать, а Артема в душевую. Мы остались втроем. Вовочка предложил расжечь костер и посидеть возле него. Я согласилась, Вадим, увы, тоже.
        Из сарая вынесли лавочку, из дровника принесли березовые заготовки и мы переместились к старому мангалу. Огонь разгорелся быстро, сухие дрова горели ярко и завораживающее. Я сидела между братьями, попивая пиво и представляя, что у костра сидим только мы с Вовочкой… Он меня обнимает, прижимая к своей груди, а я, уткнувшись в него носом, чувствую себя такой счастливой… Но! Это всего лишь фантазии… Всего лишь…
        Столько лет прошло, а я получив таки доступ к этому мужскому телу, все равно не могу осуществить все то, о чем всегда мечтала. Вот о таких, например, романтичных мелочей… Если бы Вадим тоже ушел спать, я бы рискнула. Обнять, хотя бы… Хоть на секунду. Но брат Вовочки упорно сидел с нами. Как нарочно. И все выспрашивал у брата об успеваемости Артема в школе. Ха. Как будто ему это интересно. И как будто Вовочка об этом знает. Ведь родители не делают уроков с Артемом. Уроки с ним делает их домохозяйка, которая получает за это неплохую прибавку к зарплате.
        В общем, когда мы расходились спать, я была в растроенных чувствах. Несмотря на сегодняшний приятный интимный момент. Но, на удивление быстро, заснула…
        А вот утро было приятным. Меня разбудило нежное поглаживание. Я открыла глаза и увидела улыбающиеся серо-зеленые глаза Вовочки.
        - Пора, красавица, проснись… - прошептал он и чмокнул меня в висок. Моих губ коснулась блаженная улыбка и я сладко потянулась на кровати, скидывая на пол одеяло.
        - Как приятно, - ответила я. - Вот так бы, да каждое утро…
        Тут за стенкой послышались шаги - кто-то громко прошелся по столовой и остановился у моей двери. Вовочка тут же поднялся, подошел к столу и взял с него магнитофон.
        - Собственно, меня послали за ним. Барышням радио хочется, - тихо сказал дядюшка и направился с древним агрегатом к двери.
        Уже взявшись за ручку, он обернулся и сложил губы трубочкой, посылая мне воздушный поцелуй.
        - Вставайте, Кира Викторовна, - сказал он громко и покинул мою комнату.
        Когда Вовочка закрывал дверь, я успела заметить, что шагающем по столовой был Вадим… Вот чего ему все время неймется, а?
        Завтракала я в одиночестве, так как проснулась позже других, да еще и холодным омлетом. А заварив себе чая с бергамотом, я вышла из дома. Устроилась с кружкой в кресле и провела взглядом по участку.
        Вся моя большая семья была при деле. Мама с Лерой, вооружившись садовой утварью, переговаривались возле большой клумбы, Артемка наполнял бочки водой из колодца при помощи шланга и насоса. Папа докашивал траву у забора, а Вова и Вадим мыли машину. Из магнитофончика лилась ритмичная музыка… Странное понимание пришло ко мне. Это - моя семья, но я больше не ощущаю себя ее частью. Вот так, когда все вместе… я вдруг почувствовала себя ненужной. Чужой, не для каждого, а для всех разом. Ведь, визуально, у них за десять лет ничего не изменилось. А меня удачно заменил Артемка, носящийся сейчас, как я когда-то, со шлангом…
        Я резко поднялась и подошла к машине.
        - Вовочка, - обратилась я ласково к родственнику. - Вы во сколько обратно собираетесь?
        - Да через час где-то, - ответил он мне.
        - Меня с собой возьмете? - попросила я, Вова кивнул.
        - А ты, разве, не с нами до завтра? - поинтересовалась мама, слыша наш разговор.
        - У меня на завтра планы, - ответила я. Причем - правду. Завтра воскресенье, и я обещала соседу сходить с ним на пляж.
        Примерно через часа полтора мы уже возвращались в город. Вовочка за рулем, Лера с ним по соседству, а Вадим, Артем и я сзади.
        Я сидела у окна и всю дорогу без интереса пялилась в окно, слушая музыку в наушниках. Жуткая тоска навалилась на меня. Впрочем, всегда уезжая с дачи я ощущала нечто подобное. Только сейчас по другому поводу.
        Чета Климовых доставили меня до самого подъезда. Я с улыбкой попращалась с родственниками и пошла домой.
        Только я зашла в квартиру, как у меня зазвонил телефон. И звонила моя несравненная Ксения Сергеевна. Помнится, она вчера грозилась приехать сегодня с ночевкой.
        Хоть и нехотя, но я сняла трубку:
        - Алло.
        - Привет, как делишки? - весело отозвалась подружка.
        - Привет, нормально.
        - Чего-то не слышу радости в голосе… - фыркнула Ксюша.
        - А с чего это она должна быть?
        - Радостным надо быть всегда. А если радость кончается - ищи где ошибся, - процитировала она. - Или у тебя что-то случилось?
        - Ничего.
        - Да? - не поверила она. - Ну, ладно. С этим позже разберемся. Ты где?
        - Уже дома.
        - Как я удачно тебе набрала. Я как раз недалеко от твоего жилища. Ездила в магазинчик за цукатами, - поведала она. - Так что - жди, минут через пятнадцать буду, - и Ксю положила трубку, не дав мне возможности ей возразить.
        Да и как можно возразить Ксюхе? Я, обычно, так не рискую.
        Глава 6
        Ксения Сергеевна прибыла ко мне чуть позже, чем обещала. Зато, вместе с купленными в магазинчике за углом, цукатами, моя подружка принесла еще и пиццу.
        - Ужин заказывали? - весело спросила она, протискиваясь в мою прихожую.
        - Нет, мы не голодны, - ответила я, закрывая за Ксю дверь.
        - А че так?
        - Не хочется.
        - Захочется, - серьезно сказала Ксю и, сняв обувь, прошла на кухню. - Твоя любимая! С морепродуктами! - крикнула она мне.
        Я зашла следом и устроилась за столом. Уже мысленно готовясь к трапезе.
        Ксю - гастрономический тиран и манипулятор. Ей-богу, накормит даже сытого.
        - Ну, рассказывай как съездила? - поинтересовалась она, ловко вскрывая коробку с пиццей. Затем это итальянское блюдо было порезано на несколько сегментов и отправлено в микроволновку. И я успела поведать о том что было на даче до того как прозвучал таймер на микроволновой печи.
        - И? Чему ты удивляешься? - спросила Ксюшка. - Все правильно. В их жизни ничего не меняется. Да, говорят, со временем в браке проходит былая страсть. Но остаются другие, немаловажные вещи. Уважение, например… Которому ты, кстати, никак не научишься.
        - Почему это?
        - Потому это. Ладно ты не любишь тетку. Но ты должна ее уважать. Хотя бы из-за родственных связей.
        - Да? А не ты ли все время говоришь: всем кому я должна, я прощаю? - усмехнулась я. - Да и, то же уважение. Какое оно может быть, если Вова изменяет жене?
        - Это уже черная дыра его кармы, - пригрозив мне пальцем, сказала Ксю и откусила кусочек от своей порции пиццы. Я покосилась на вкусно пахнущую еду и тоже не удержалась. Взяла один сегментик. - А тебе еще не поздно подлатать свою.
        Отвечать я не стала и принялась интенсивно жевать нежнейшее и тонкое тесто. И тема про уважение как-то сама замялась. Прожевалась, наверно…
        Все таки мы слопали всю пиццу. А потом устроились в моей спальне и беседовали уже на другие, милые темки: шмотки, туфли и прочие аксессуары.
        А где-то спустя час нашей бабской болтавни, мой телефон ожил и на дисплее высветилось имя "Сашка".
        - Привет, - сняв трубку, поздоровалась я.
        - Здравствуй, самая очаровательная соседка на свете, - начал он с комплимента. - Ну что, завтра все в силе?
        - В силе, - ответила я под пристальным взглядом Ксении Сергеевны.
        - Отлично, - в его голосе послышались довольные нотки. - Тогда - в одиннадцать я зайду. До завтра, - и на этом наш разговор завершился.
        Утром Ксюшка встала как обычно раньше меня. Она чем-то загремела на кухне, а я проснувшись от этого шума, нехотя открыла глаза и потянулась за телефоном: 9:57. Надо тоже вставать.
        Широко зевнув и поднявшись с кровати, я поспешили в ванну. Там приняла душ, почистила зубы, и накинув халат, вышла на кухню.
        Ксюня, радостно мне улыбнувшись и пожелав доброго утра, поставила на стол тарелку с огромной стопкой оладушек. Интересно - во сколько она встала, чтобы успеть столько нажарить? Теперь дня на два, минимум, у меня есть завтрак… Ну в принципе, и ужин.
        Позавтракав оладьями и запив их чаем, мы стали собираться: Ксюха на работу - к двенадцати должна была подойти очередная невеста, летом просто свадебный "бум", а я на "свидание" с соседом Сашкой. Называть сей поход на пляж свиданием в прямом смысле этого слова - не хотелось: тут же возникало неприятное ощущение, словно я изменяю Вовочке. Парадокс прям какой-то: он может изменять мне с женой… нет, точнее - жене со мной, а я ему нет?
        Стоп! Куда это меня понесло? Не собираюсь я никому изменять. Не хочу. Вон эти мысли. Это не свидание.
        Когда мы с Ксюней уже, почти полностью собранные, стояли в прихожей, объявился Сашка. Он позвонил в дверь и я тут же, не глядя, ее открыла.
        - Привет, - улыбнулся мне сосед. - Готова?
        - Привет. Почти, - ответила я и отошла от двери, чтобы одеть босоножки. А Сашка, увидев Ксюху, еще раз сказал:
        - Привет.
        Ксения Сергеевна ему кивнула, а я вспомнив что они не знакомы, представила их друг другу:
        - Это Саша, а это Ксюша.
        - Очень приятно, - сказали они в один голос, после чего раздался такой же дружный смех.
        Мы бодро вышли из квартиры, вызвали лифт. Он на удивление быстро приехал. А пока ехали в кабинке, Сашка с интересом разглядывал Ксюшку, а она ему в ответ мило улыбалась.
        Наконец мы спустились на первый этаж и покинули прохладный подъезд. На улице было жарко и душно - такой день, действительно, лучше провести у речки.
        - Ладно, Кирюш, я побежала. Всем пока, - сказала подружка и чмокнув меня куда-то в щеку, застучала каблучками по асфальту к остановке. Вчера она добиралась до меня своим ходом, оставив машину у кондитерской.
        Сосед проводил ее взглядом.
        - Куда поедем? - поинтересовалась я у Сашки.
        - Знаешь такое место - "Бухта Свободы"? - ответил он вопросом на вопрос.
        - Знаю, - ответила я с усмешкой и фыркнула. Еще бы не знать.
        "Бухта Свободы" - это название микрорайона города на берегу той самой речушки, куда мы всей семьей ездили купаться. И это то самое место, где рядом находится дом семьи Климовых.
        - Как будем добираться? - спросила я.
        - Предлагаю не мучиться от жары и духоты в общественном транспорте, и поймать машину на перекрестке, - ответил Сашка, я соглашаясь кивнула и мы спешно зашагали в нужную сторону. - Ты, кстати, сама водишь автомобиль? - поинтересовался сосед.
        - Нет, - замотала я головой. - Пробовала - не мое это. Я предпочитаю быть пассажиром… А ты за рулем?
        - За рулем. Но не машины. У меня "харлей", - ответил он с гордостью, но потом грустно добавил: - Но он, увы, пока на ремонте.
        - Лихачишь? - ехидно спросила я.
        - В основном - нет, - улыбнулся Саша. - Просто неудачно припарковал свой мотоцикл возле магазина. А газель с продуктами его не заметила и помяла бока моего верного оня, - мы как раз проходили мимо супермаркета и Сашка кивнул в его сторону.
        Имея личное знакомство с несколькими владельцами "харлеев" и зная, как они обычно выглядят, меня немного смутило то, как был одет мой сосед: сланцы, голубая майка, светлые джинсы и увесистая коричневая сумка через плечо. Мои знакомые выглядели иначе.
        - Значит ты у нас байкер? - спросила я у него.
        - Ну, есть немножко, - пожал Сашка плечами.
        - Не очень-то ты на него похож, - с милой улыбкой, не желая его обидеть, произнесла я.
        - Это ты про внешний вид? - уточнил он. - Ха. Байкер - это состояние души, а не ноги в кожаных штанах. Да и в такую погоду это самоубийство.
        С этим трудно было не согласиться. Самоубийство, еще какое.
        - Что ж и в местную байкерскую тусовку ты вхож? - поинтересовалась я. - Тебе о чем-нибудь говорит словосочетание "Железный конь"?
        - Говорит, - кивнул Сашка. - Это Городской клуб, где собираются любители "харлеев". Я даже знаком с его основателем и владельцем - с Хорсом… - услышав про Хорса, я закивала. - А ты откуда про это все знаешь?
        - Я? А я с владельцем этого клуба, с Андреем Сивковым, или как ты его назвал с Хорсом, училась в одном университете. И мы с ним даже встречались, но уже после окончания учебы.
        - Надо же, как тесен мир, - улыбнулся Саша. - Надо будет как-нибудь вместе туда сходить.
        - Не надо, - резко сказала я. - С Андрюхой мы не очень-то хорошо расстались.
        Причиной нашего расставания с Андрюшкой было наше воссоединение с Вовочкой. Андрей так не вовремя пришел ко мне тем утром, и увидел в моей прихожей чужие мужские ботинки и куртку. Да еще и Вовочка в этот момент мылся в душе, звонка в дверь не услышал, и крикнул мне из ванной: "Котенок, принеси полотенце". Сивков налился краской и молча ушел. Больше мы с ним не виделись. И, полагаю, видеть меня бывшему будет не очень-то приятно.
        Между тем мы с Сашкой уже дошли до перекрестка и довольно быстро поймали попутку. До "Бухты Свободы" ехали молча, правда вынуждены были слушать примитивный шансончик играющий в прокуренной машине.
        На пляже было многолюдно. Большинство жителей нашего города тоже видать решили провести этот выходной день рядом с единственным, разрешенным для купания, водоемом.
        Нам с Сашей пришлось долго бродить между отдыхающими, чтобы найти себе местечко. Увидев, как двое молодых ребят поднялись и начали одеваться, мы тут же направились к ним и вскоре заняли их место. Сашка, достав из своей сумки покрывало, расстелил его на земле, а я, разувшись, сняла сарафан, и осталась в купальнике. Тоже разделенном, но не в таком открытом, как вчера на даче.
        - Кирочка! - услышала я ненавистное обращение ко мне и, чертыхнувшись, обернулась на зов.
        В паре метрах от нас на цветастом покрывале отдыхала чета Климовых: Лерочка, Артемка и Вовочка. Олежки и Вадима поблизости не наблюдалось: первый не любил ходить в такие места, так как стеснялся оголяться и демонстрировать окружающим свои лишние килограммы. А по какой причине отсутствует Вадим, мне было не интересно.
        Я демонстративно широко им улыбнулась и помахала рукой.
        - Кто это? - спросил у меня Сашка.
        - Родственники. Они живут в этом микрорайоне, - ответила я Сашке и присела на покрывало спиной к родне. Сашка тоже быстро разделся и кивая в сторону речки, спросил:
        - Ты идешь?
        - Придется по очереди, вещи как-то боязно без присмотра оставлять. Ты иди первым. Я потом, после тебя.
        Сашка не стал спорить и пошел к воде. А я, обхватив руками колени, наблюдала за тем, как он степенно погружается в воду. Стоит признать, у него не плохое тело. Не такое, конечно, как у Вовочки…
        Вот черт! Но почему, почему они здесь? Мне было жутко неуютно, да и настроение испорчено. Ладно бы я встретила только тетушку с Артемкой. Но Вовочку? У него же должны быть на сегодня какие-то важные дела. Ну и что что воскресенье. Выходные у дядюшки не нормированные.
        В общем, видеть все их счастливое семейство рядом и на людях мне было неприятно. Какая идиллия! Какая красивая и дружная семья! Тьфу ты, сплошное позерство и притворство. Противно.
        Сашка вернулся быстро. Как только он сел по соседству, я тут же пошла охладиться. Причем - сразу во всех смыслах этого слова. Поплавав вдоль берега минут пять, я вышла из воды и вновь присела на тоже место, рядом с Сашкой.
        - Как водичка? - спросил он у меня.
        - В такую жару просто отлично, - ответила я. - Ты пойдешь еще?
        - Попозже, - Сашка улыбнулся и кивнув в сторону моей родни, поинтересовался. - Ты не очень-то любишь своих родственников?
        - Почему ты так решил?
        - Ну, когда тебя окликнули, ты не подошла, а только помахала рукой. А потом и вовсе села к ним спиной.
        - Да нет. Просто - мы приехали отдохнуть, они здесь за этим же. Зачем мешать? - с улыбкой ответила я и не желая продолжать разговор про любимую родню, спросила: - Ты вот лучше мне расскажи, чем ты занимаешься?
        - Я айтишник. Программист. Не очень интересная профессия. Правда, позволяющая работать дома, - грустно ответил Сашка. - А вот у тебя вроде свой бизнес?
        - Да. У нас кондитерская на Московской улице, - кивнула я.
        - У нас? - уточнил он.
        - Да, у нас с Ксюшкой. Ты ее сегодня утром у меня видел. Она там главный кондитер, а я так - два-три раза в месяц прихожу бумажки подписать, да выручку посчитать.
        Сашка засмеялся и дальше наш разговор продолжался в том же духе: он с интересом расспрашивал меня о кондитерской и о Ксюхе, а я задала ему вопрос в чем именно заключается его работа.
        В целом, наше "свидание" было больше похоже на дружескую встречу. В принципе, меня такой расклад полностью устраивал. Как к мужчине, пусть и привлекательному, к соседу меня совсем не тянуло.
        В какой-то момент, уже нестерпимо изнывая от жары, я отыскала глазами продуктовый киоск, стоящий здесь еще со времен моего детства, и тут же направилась к нему, чтобы купить мороженое.
        Стоя в не маленькой очереди, я вдруг увидела как ко мне идет Вовочка. Вроде с улыбкой на лице, но в его походке ощущалась некая напряженность.
        Он подошел близко, наклонился к моему уху и тихо спросил:
        - Кто это с тобой?
        - Сосед, - спокойно ответила я и посмотрела в дядюшкино лицо. И на этом красивом лице, отчетливо увидела злость и раздражение: брови нахмурены, губы слегка поджаты.
        - И давно вы вместе? - задал он вопрос так же тихо и совершенно не скрывая своей злости.
        - В каком месте? - спросила я и бросила взгляд туда, где находилась Лерочка. Она не смотрела в сторону киоска и пристально наблюдала за купающимся в речке Артемкой.
        - Не прикидывайся. Вы что с ним… встречаетесь? - подобрал он слово.
        - Мы часто с ним встречаемся, так как живем в одном подъезде… Что с тобой? - нахмурилась я.
        - Ничего, - бросил он, но это было не правдой, и я, еще раз посмотрев в его лицо, тут же догадалась:
        - Ты… ревнуешь?
        Вовочка нервно пожевал губы, а я почему-то захихикала. Мне показалось все это таким забавным.
        - Не дури. Мы просто приехали искупаться… Ты, между прочим, здесь тоже не один., - напомнила я ему, и вспомнив, что лучшая защита - это нападение, продолжила: - Что, решил отменить важные дела и провести этот выходной день с семьей? Похвально.
        - Не язви. Это ради Артемки, - перевел он стрелки на сына. И так бывало довольно часто. - Ему захотелось искупаться, а этот пляж, ты сама знаешь, рядом с нашим домом.
        - Знаю, что с вашим, - выделяя последнее слово, сказала я. - И знаю, что все что ты делаешь только ради Артемки… Ты и спишь со своей женой ради Артемки?
        - Что ты несешь? - процедил он сквозь зубы и огляделся.
        - Тоже, что и ты. Показываю тебе такую же ревность, - улыбаясь, ответила я.
        - Показываешь? - удивился Вовочка.
        - Показываю, - кивнула я, продолжая улыбаться. - У тебя есть своя личная жизнь - у меня тоже она имеется, - я резко прекратила улыбаться и дотянувшись до его уха, прошептала: - Да вот только ты со своей личной жизнью еще и спишь, а я просто провожу свободное время. Прикинь, ситуация?
        - Проводишь время? - он слегка повысил голос, а потом тише произнес. - Да он тебя глазами жрет.
        - Ничего, - начала я тоже злится. - Сейчас будет жрать мороженое, - тут как раз подошла наша очередь.
        Мы купили мороженое и каждый молча разошелся к своим покрывалам.
        Минут через пятнадцать, вытащив Артемку из воды и съев свой холодный десерт, Климовы ушли домой. А я, выдохнув, спокойно и весело продолжила проводить свое, свободное время. Болтая с соседом как со старым другом.
        Домой вернулась вечером, часов в семь. Разогрев себе на ужин оладьи в микроволновке и вспомнив любимую подругу, которая их приготовила, я взяла телефон и, жуя оладушек, набрала Ксюхин номер.
        Ксения Сергеевна трубку сняла сразу и даже не поздоровавшись, первым делом спросила:
        - Как прошло свидание?
        - Неважно, - ответила я по слогам. - И это благодаря тебе. Причем дважды.
        - Как это дважды? - не поняла она.
        - Ну во первых, это ты уговорила меня пойти с Сашкой, - начала я с главного. - Знаешь куда он повез меня купаться? В "Бухту Свободы". И там, ты не поверишь, мы встретили всех Климовых.
        - Да ладно? И Вовочку твоего?
        - Ага. И он весьма остро отреагировал на эту встречу. Мы с ним столкнулись у киоска с мороженым и он устроил мне небольшую сценку ревности.
        - Серьезно? - хихикнула моя подружка, а потом выдала: - Ну ничего, ревнует - значит любит. А не ревнует - значит ничего не знает.
        - Тебе весело, а у меня настроение испортилось, как только я их увидела, - насупилась я, а Ксюха продолжала хихикать мне в трубку. - Ну, а теперь во-вторых… Вышло, что ревнует Вовочка меня очень даже зря. Твоя персона Сашку интересует больше моей.
        Повисла секундная пауза, а потом я услышала подружкин вопрос:
        - С чего решила?
        - Да он все наши разговоры очень тактично сводил к тебе! - ответил я ехидно. - Ты сама-то не заметила как он разглядывал тебя в лифте сегодня утром?
        - Заметила, - на выдохе сказала Ксюня. - Но не придала этому значения, так как решила, что он тебе нравится.
        - Мне нравится, - согласилась я и сразу пояснила: - Как сосед и как приятель. А тебе?
        - Внешне - да. Я еще вчера тебе сказала, что он симпатичный. А так… я ж его совсем не знаю…
        - Он айтишник. Это скучно. Но у него есть "харлей" - вот это весело, - рассказала я про Сашку вкратце.
        - Байкеров у меня еще не было, - мечтательно сказала Ксюха.
        - А айтишники были?
        - Были. Димка, мой последний. Тот еще зануда… эх, чему бы грабли не учили, а сердце верит в чудеса! Может байкерского в этом Сашке больше, чем айтишного?
        - Может, - засмеялась я. - Значит, я правильно поняла, если он еще раз про тебя спросит, я аккуратно намекну ему что ты была бы не против познакомиться с ним поближе?
        - Намекни. Но очень аккуратно, - сказала подружка и мы полюбовно попрощались.
        Я положила телефон на стол, но тут же взяла его обратно в руки и пролистала входящие звонки. Пропущенных не было. Вовочка не звонил.
        Обиделся. Но ничего, позвоню ему завтра. Когда он остынет.
        Глава 7
        Ночью была гроза. Мощная: с сильными порывами ветра, с громкими раскатами грома, с яркими молниями и с непрекращающимся дождем. Он стучал по крыше, отбивая особый ритм…
        Я не боюсь такой непогоды, она, наоборот, вызывает во мне сначала восторг, а потом умиротворение. Послушав и полюбовавшись немного таким явлением природы, я, обычно быстро и крепко засыпаю. И так было еще с детства…
        Помню, как однажды, лет десять назад на даче, где мы были всей нашей семьей, тоже началась такая гроза. Я проснулась среди ночи от шума и ярких вспышек. Села на кровати и, обняв свои ноги, с наслаждением стала слушать такие чарующие звуки, звуки грозы.
        Вовочка той ночью тоже проснулся и вышел из их с Лерочкой спальни. Проходя мимо комнаты где ночевала я, заглянул и увидел что я не сплю, а сижу, обхватив свои ноги руками. Он решил, что я испугалась. И подошел ко мне, молча сел рядом. Я дернулась, потому что из-за раскатов грома не слышала, как он вошел. Это еще больше убедило его в моем испуге… Вовочка обнял меня, а я, почувствовав на своих плечах сильные и теплые руки, прижалась к его груди и заулыбалась. Я тогда уже вовсю мечтала о нас с ним. Но еще наивно, даже местами наигранно… А от него так вкусно пахло. А тело было горячее и крепкое… Мне стало так хорошо в его теплых объятиях. Так уютно. Так сладко. Так надежно… А молния сверкала в окне, дождь стучал по крыше… а мои подростковые фантазии уносили меня далеко-далеко, в светлое и нафантазированное счастливое будущее. Которое всегда прекрасно тем, что мы до него еще не добрались.
        Проснувшись, я обнаружила, что происходившее ночью так до конца не прекратилось и утром. Самой грозы уже не было, но небо смотрело в окно серо-черными тучами и дождь продолжал лить глухой стеной.
        Поднявшись с кровати, я подошла к окну, открыла его и выглянула на улицу - влажная свежесть ударила мне в лицо. Я вытянула руку, собирая на ладошку капли дождя. Как делала это в детстве. Захихикала, как тогда же и, глубоко вдохнув запах ночной грозы, почувствовала себя ччуть-чуть счастливой. Не знаю почему, но со мной так всегда.
        Но здесь позвонили в дверь. Я, чуть не поскользнувшись на мокром полу у открытого окна, дошла до кровати, сунула ноги в тапки и накинув халат, пошла к входной двери.
        Взглянула в дверной глазок - по ту сторону, на лестничной клетке, стоял Сашка. Странно, увидеть его я совсем не ожидала.
        - Привет, - улыбнулась я ему, открыв дверь.
        - Привет, - ответил он. - Можно зайти?
        - Заходи, - сказала я и пустила соседа в квартиру.
        Сашка зашел, медленно и оглядываясь, а я вдруг заметила под его левым глазом огромный, фиолетовый синяк.
        - Ты одна? - неожиданно спросил он.
        - А с кем я должна быть?
        - Ну мало ли, - пожал сосед плечами.
        - Одна, одна, - хихикнув, ответила я, а Сашка, будто бы не поверив, аккуратно заглянул в спальню, а потом и на кухню.
        - Угостишь кофе? - попросил он.
        Я кивнула и жестом предложила ему пройти на кухню. Там я включила чайник, достала сахар и две чашки, в одну насыпала кофе, в другую бросила пакетик чая.
        Сашка сел на стул, я устроилась напротив и уставилась на соседа, а точнее на его синяк. Вчера его точно не было. Значит мой сосед успел где-то накуролесить вчера вечером. Эх, а с виду вроде приличный парень. А на деле, оказывается, драчун. Интересно еще - за что именно ему прилетело?
        Может мне и не стоит тогда поближе знакомить Сашку с моей любимой подругой?
        Сие, поистине мужское украшение, я разглялывала уже довольно долго. Отвлек меня чайник, который в какой-то момент щелкнул, сообщая что вода вскипела. Но заварив напитки, я присела обратно и продолжила любоваться соседским синяком. Сашка это видел, но почему-то молчал. В конце концов, я все таки не удержалась и напрямую спросила:
        - Кто это тебя так?
        - Они не представились, - покачал он головой.
        - Как это? - не поняла я, наливая кипяток в чашки. - . - Просто подошли и молча настучали?
        - Не совсем… - видно было, что сосед сомневается. Вроде бы побаивается что-то сказать. Но и хочет одновременно.
        Зачем тогда пришел, спрашивается? Неужели только за кофе? Или я должна сама полюбопыствовать? В общем, я нахмурилась и совсем не ласково попросила:
        - Говори же.
        Сашка, аккуратно потрогав свой синяк, глубоко вздохнул и тихо ответил:
        - В общем, меня убедительно попросили близко к тебе не подходить.
        Мои глаза от удивления поползли на верх.
        - Попросили? - уточнила я. - Сколько же их было?… И, подожди, что значит ко мне не подходить?
        - Их было двое… - Сашка придвинул к себе чашку с кофе, бросил две ложечки сахара и помешивая напиток принялся рассказывать: - Вчера вечером, часов в девять, я сидел в интернете перед ноутбуком, по работе… В дверь позвонили. Я подошел, спросил кто? Они представились соседями снизу, буд-то бы я их заливаю… а я ни разу в жизни своих соседей с одиннадцатого этажа не видел и поэтому, ничего такого не подозревая, открыл… у нас же это - камеры по всему подъезду, да и вообще, дом приличный… В общем, они как залетели в мою квартиру, дверь прикрыли и к стене меня припечатали: "Ты - Миронов Александр Александрович?" - спрашивает один. Я мол, да, именно, он. "А соседку свою с десятого этажа, Киру, знаешь?" Я врать не стал, говорю: знаю. А он мне: "Желательно забыть, больше не вспоминать и близко к ней не приближаться". Ну и напоследок, со словами: "А это тебе для закрепления информации" - по морде дали…
        От услышанного я задумчиво нахмурилась и спросила:
        - Как они выглядели?
        - Как-как… Два амбала неприятной и почти одинаковой наружности. Оба лысые, широкоплечие… А, у одного из них - мизинца на руке не было, я заметил, когда он руками перед лицом махал, а второй картавил… - Сашка с прищуром на меня посмотрел и поинтересовался: - Ты их знаешь?
          Я невольно кивнула.
        Судя по описанию, вчерашними Сашкиными гостями были два красавца, которые работают в Вовочкиной фирме в отделе личной безопасности: Паша и Петя, именно они периодически сопровождают Вову во время всяких его деловых встреч и переговоров…
        Ну Вовочка, ну дает. Не ожидала, что у него хватит ума на такое.
        - Я ж не знал что ты занята… - начал Сашка.
        - А я не занята. Есть у меня ухажер один, придурочный, а ребята, что тебя навестили, на него работают, - перебила я его, чувствуя что начинаю злиться. Но злилась я не на Сашку, поэтому уже спокойней ему сказала. - Саш, ты извини. Я… разберусь. И больше никто тебя и пальцем не тронет.
        - А тебе не за что извиняться, - махнул он рукой. - Просто… обидно. У нас же ничего не было. Да и… - Сашка запнулся, внимательно на меня посмотрел, а потом закончил. - Только ты не подумай обо мне ничего такого, что я, мол, испугался там, но… Я на тебя не претендую и… Мне очень понравилась твоя подруга.
        - А я ничего такого и не подумаю, - с улыбкой сказала я. - А про подругу я еще вчера поняла.
        Сашка улыбнулся в ответ:
        - Серьезно? Это было так явно?
        - Ну, почти, - кивнула я. - Я заметила. И твой взгляд. И все разговоры мы вели, так или иначе касаясь Ксюши.
        - Тогда - может чего посоветуешь? - спросил Сашка робко. - Как к подруге твоей подступиться?
        Эх, знал бы он что советов у меня лучше не спрашивать. Ведь чувство юмора у меня сильней чувства жалости. Но Сашка мне был, по-человечески, симпатичен, и Ксению Сергеевну я люблю… И вообще, раз уж обещала намекнуть, так намекну.
        - Ксюшка любит орхидеи, прогулки по ночному городу… И мечтает прокатиться на байке, - ответила я. Сашка опять улыбнулся:
        - Понял… - он кивнул, - Как сойдет это безобразие с лица, - сосед показал пальцем на синяк. - Так первым делом приду к ней с букетом. Орхидей. К тому времени уже и байк отремонтируют… А где она живет?
        - Вот это ты сам у нее узнаешь. Приди с букетом прямо к ней на работу, она, в отличии от меня, в кондитерской бывает каждый день.
        Сашка, подумав секунду, вновь кивнул.
        Вскоре, когда мы допили каждый свой напиток, Сашка ушел домой, пообещав мне, что подругу мою не обидит и что возможно в скором времени, мы будем дружить парами. Ага, если я ее найду… Если мне позволят ее найти.
        Проводив соседа я тут же вбежала в комнату, схватила с тумбочки телефон и набрала Вовкин номер. Он сразу сбросил мой звонок. Я опять позвонила - он опять сбросил. Я не унималась, и он не сдавался. Потом Вовочка, видать, просто отключил звук, а я, долго слушая его веселенькую мелодию вместо гудков, вспоминала в голове все известные мне матерные слова… Обычно - я не ругаюсь матом, но некоторые вещи лучше называть своими именами… вдруг мелодия играть перестала, Вовочка снял трубку и быстро сказав:
        - Я занят. У меня совещание, - тут же ее положил.
        Я матюгнулась. Длинной фразой. С чувством. И набрала ему смс, сначала тоже с матом, потом передумала, и все стерла. Нет уж, не будем терять лицо. Хоть внутри и бурлил вулкан сразу из нескольких чувств: и обида, и злость, и негодование и… разочарование.
        Ну как так можно? Не разобравшись, бить человеку лицо? Вовочка что, думал что Сашка промолчит, безвольно подчиниться такой "просьбе" и ничего мне не расскажет?
        Чушь! Где были Вовкины мозги? Или инструкцию к ним потерял!? Да и к чему это рукопрекладство, за что? За то что парень был вместе со мной на пляже? Мы вели себя нормально, просто отдыхали…
        Это что ж получается - по мнению Вовочки, я должна безвылазно сидеть дома и терпеливо ждать когда мой любимый соизволит выкроить для меня время? Мы ни о чем таком не договаривались! Никогда! Не ставили рамок и запретов… Я, по сути, свободная девушка, это он - человек семейный… А живет двойной жизнью… Это внешне у него была и есть правильная и ладная цепочка жизни, в которой вдруг появилась я - бракованное звено. Которое он скрывает, но и избавиться не может. Не хочет. Его все устраивает.
        Так и пусть его устраивает то, что у меня есть свое личное пространство, вне этой его цепочки! Я могу, я имею право проводить время с другими людьми. Тем более - ничего лишнего я себе никогда не позволяла… А он, выходит, мне не доверяет.
        И это бесит больше всего!
        - Шейпинг! Шоппинг! Шоколад! - вслух громко назвала я три состовляюших, по мнению Ксю, хорошего настроения. Сама же она первое не любила. А вот второе и третье… Точно! За покупками! Срочно. А после можно и шоколад. Жидкий, горячий.
        Я и место знаю, где все это совместить.
        Я подошла к шкафу, распахнула дверцы и сняв с вешалки первое попавшееся платье, одела его и, прихватив сумочку, покинула квартиру.
        На перекрестке поймала такси и уже через пятнадцать минут входила в автоматические двери торгового центра.
        Меня не интересовал какой-то конкретный магазин. Я гуляла по бутикам, хватая яркие вещи из новых коллекций и направлялась с ними в примерочные. Платья, юбки, блузы, футболки, шорты, даже комбинезоны. Я переодевалась и разглядывая свое отражение, потихоньку приходила в себя… Мне хотелось не столько купить, сколько просто померить.
        Но и без покупок, естественно, не обошлось. Мой гардероб за сегодня обогатился на пару платьев и туфель. А, еще сумочка. Ну и новое белье… В общем - шоппинг прошел удачно. Теперь шоколад.
        Я устроилась в кофейне на первом этаже и попросила принести их фирменного горячего шоколада. Попивая густой и сладкий напиток, я почувствовала что успокоилась. Рядом пакеты с покупками, в руках шоколад, и погода налаживается. Свежо во всяком случае…
        Эх, все таки действует эта Ксюхина теория трех "Ш" для хорошего настроения…
        Но стоило мне посмотреть в окно, как все тут же сошло на нет. Ведь напротив торгового находился деловой центр. Где, среди прочих, был офис дядюшки…
        Я достала из сумки телефон и вновь набрала его номер. Абонент недоступен… Сколько можно? Я еще раз посмотрела на здание напротив… Ага, не желает говорить со мной по телефону? Ну ничего, пообщается тет-а-тет.
        И я, допив глотком шоколад, прихватила сумки и поспешила к выходу. Перешла дорогу и дойдя, чуть ли не бегом, до входа делового центра, потянула на себя тяжелую дверь. На ресепшене сообщила охраннику куда мне нужно. Он равнодушно и практически не глядя меня пропустил.
        Поднявшись на лифте на третий этаж, я сразу же направилась в приемную директора.
        Секретаршей у Вовочки работала тучная женщина лет сорока по имени Светлана. Ее взяли по рекомендациям Лерочки. Очень тетка боялась, что типичная молодая секрутутка может увести любимого, вот и подсунула мужу Светлану… Я вот, кстати, считаю что любая женщина может увести суженного. И тут не обязательно быть молодой и красивой. Надо уметь просто найти подход. А мужчинам могут нравится разные типы женщин. Вот мы с Лерой мало чем похожи, однако, в свое время, обе приглянулись Вовочке.
        Светлана в лицо меня знала, хотя в офисе дядюшки я бываю крайне редко. Большой любви ко мне она не испытывала, но всегда была до противного вежливой.
        - Добрый день. У себя? - спросила я, указывая на дверь с Вовочкиными инициалами.
        - Добрый. Он занят. На совещании, - поправляя очки, ответили мне.
        - На долго?
        - Еще минут сорок.
        - Я подожду, - кивнула я, и шагнула к противоположной стене, собираясь устроиться на мягком диванчике.
        - Потом у Владимира Алексеевича еще одно совещание, - приподнимаясь с места, заявила мне Светлана. - День расписан по часам.
        - Я много времени у него не отниму… - натянув улыбку, произнесла я. - Понимаете, у меня возникли проблемы, а Владимир Алексеевич может мне помочь…
        - Может я помогу? - услышала я знакомый голос и мы с секретаршой одновременно обернулись.
        В дверях приемной стоял еще один Климов. Вадим. Вот только помощи от него мне сейчас как раз и не хватало.
        - Привет, родственница.
        - Привет. Родственничек, - ответила я с усмешкой.
        - Что у тебя случилось? - поинтересовался он тоже с усмешкой. - Пронеслась мимо меня как фурия…
        - Это не важно, - нахмурилась я.
        - Почему это? Вдруг я, все таки, смогу помочь? - чересчур любезно предложил он.
        - А ты, вообще, здесь какими судьбами? - поинтересовалась я. - Решил податься к брату? На него теперь работаешь?
        - Нет, и не собираюсь, - сунув руки в карманы джинсов, вальяжно ответил Вадим. Да уж, он точно здесь не работает - такой внешний вид не приемлем для сотрудников дяди.
        - Тогда, на вряд ли ты мне сможешь помочь.
        - Ну, смотри, я ж от чистого сердца…
        - Охотно верю… Ладно, - тут я обратилась к секретарше. - Передайте, что я заходила. Пусть дядя со мной свяжется. Срочно, как освободиться, - я шагнула к выходу, но тут Вадим предложил:
        - Может хоть пакеты тебе донести? Дорогая видно, ноша. Не все деньги в Крыму спустила?
        Я резко остановилась:
        - Могу себе позволить. Я прилично зарабатываю… - а потом бросила Вадиму с особенной интонацией:
        - Бывай, служивый.
        - И тебе не хворать, - усмехнулся Вадик.
        До дома я тоже добиралась на такси. Зашла в квартиру и, бросив пакеты в коридоре, опять полезла за телефоном. И вновь ответить мне не пожелали.
        Вовочка не перезвонил ни через час, ни через два. И тогда я лаконично написав: "С соседом ты погорячился, дядюшка. Не стоило. Он Ксюхин ухажер…" - послала сообщение ревнивому адресату. Пришел отчет о доставке и я выключила телефон.
        Еще час я нервно ходила по квартире, держа в руках выключенный телефон. И опять и снова погружаясь все глубже в вулкан мыслей, которые навязчиво возвращались в мою голову…
        Ну как так? Мало того, что Вова позволил себе такое, так еще не желает и избегает общения со мной! Не поверю, что у него не нашлось пары минут, чтобы мне позвонить…
        В общем, чем больше я обо всем об этом думала, тем сильней чувствовала необходимость от всего этого отвлечься. Желательно - в компании. И желательно - с алкоголем. Да, он не решает всех проблем, но иногда помогает разобраться - стоящая это проблема или нет? Если стоящая, то даже под действием большого градуса ты будешь унылым и апатичным, если не стоящая - ты просто про нее забудешь. Расслабишься, в конце концов. И отдохнешь.
        Я включила телефон. Ничьих звонков так и не было. Ну и черт с ним! Я набрала Ксюшку.
        Моя подружка ответила быстро. Сейчас она находилась в кондитерской и я попросила ее, как она освободиться, сразу приехать ко мне. На ее вопрос:
        - Зачем? - я ответила:
        - Чего-то хочется - то ли разнообразия до безобразия, то ли безобразия для однообразия.
        - Ок, поняла. Идем отрываться. Предлагаю караоке. Как здесь закончу - сразу к тебе. Ты пока произведи ревизию своего гардероба и прикинь в чем мы будем смотреться шикарней всего…
        - Ревизия не нужна. Есть два новых платья.
        - А, то есть шоппинг не помог, - усмехнулась Ксю.
        - И шоппинг и шоколад помогли. Но не долго, - ответила я, грустно вздыхая. И тогда подружка ласково произнесла:
        - Все ясно, Кира Викторовна, ждите. Скоро буду.
        Ксюня приехала через полчаса. Еще полчаса мы потратили на переодевание, потом около часа марафетились, а после, вызвав такси, ибо нам таким красивым не следовало одним шляться по улице, поехали в наше любимое караоке.
        Глава 8
        Для вечера понедельника, в заведении было многолюдно. Что ж - лето. Отпуска и каникулы. На улице сыро после дождя, а тут комфортно в любую погоду.
        Мы с Ксюней сели за столик в самом начале зала, сразу же заказали у проходящего мимо официанта по алкогольному "Мохито" и по привычке принялись рассматривать, почти заученный наизусть, список песен.
        Когда еще собирались у меня дома, я поведала подруге о случившимся с Сашкой (умолчав при этом о его намерении прийти к Ксюхе с цветами - пусть это будет сюрпризом для моей подруги). И мы с Ксюшкой договорились не возвращаться к этой теме, пока развлекаемся в караоке. Поэтому, пока ждали очереди на песню, все разговоры за нашим столом были только о маленьких женских радостях.
        Спев дуэтом нашу любимую балладу из репертуара Земфиры, мы вернулись за стол и, в ожидании следующей, продолжили пить "Мохито". Народ начинал потихоньку расходиться. Завтра - рабочий день.
        Ксюня мотала головой по сторонам, присматриваясь к оставшимся окружающим, я решила сделать тоже самое и, повернувшись к дверям, увидела как в зал вошел Вадим.
        Он заметил меня сразу, радостно улыбнулся, словно и ожидал увидеть, и подошел.
        - Какая встреча! - произнес он и без приглашения уселся к нам. - Привет!
        Я закатила глаза:
        - Я даже почти не удивлена, но все равно - ты здесь какими судьбами?
        Вадим, проигнорировав мою иронию, спокойно ответил:
        - Ты ж сама помогала нахваливать лучшие развлекательные места вашего города.
        - Имела такую неосторожность, - согласилась я, а Ксюня в этот момент пихнула меня по ноге под столом. Вадим, заметив это движение, сказал:
        - Ты сегодня опять с подружкой. Представишь нас?
        - Сам представься, - ответила я.
        Ксюха протянула руку, решив назваться первой:
        - Ксения.
        - Вадим, - тоже протянул он руку. - Очень приятно.
        - Вадим? - хихикнула Ксюшка. - А мне-то как приятно.
        Вадик нахмурил брови и с интересом спросил:
        - Вам Кира про меня рассказывала?
        - Ну если вы тот самый Вадим - брат Кириного дядюшки? - уточнила она.
        - Он самый.
        - Тогда рассказывала, - опять хихикнула Ксюха, а я одарила ее гневным взглядом.
        - И что именно? - ехидно спросил Вадим. Ксюха, поняв мой взгляд, быстро нашла что ответить:
        - Что вы приехали погостить к брату.
        Таким ответом все остались довольны. Во всяком случае - все сделали именно такой вид.
        Ксюха улыбалась и внимательно разглядывала Вадима. А Вадим делал вид, что этого не замечает и смотрел на меня. Пристально смотрел.
        - Может прекратим в гляделки играть? - не выдержала я. - Зачем мы сюда пришли?
        - Мы с тобой отдыхать. А вы, Вадим? - спросила у него Ксюня.
        - И я отдыхать… Ксения, а может мы перейдем на ты? - предложил он.
        Ксюшка кивнула, а я подметила:
        - А мне ты, помнится, такого не предлагал. Сразу начал "тыкать".
        - Ну так, с твоей подругой мы видимся впервые, - пожал он плечами.
        - А со мной тогда значит нет? - с улыбкой поинтересовалась я. - Значит в Крыму ты все таки меня сразу узнал?
        Вадик лукаво улыбнулся и отвечать не спешил. Тут подошла наша очередь на песню и Ксюша поднявшись, сказала:
        - Вы тут пообщайтесь пока, а я спою, - и вышла из-за стола.
        Мы проводили ее взглядом. Ксюха подошла к диджею, что-то ему сказала. Потом взяла в руки микрофон, подошла к экрану и, дождавшись музыки, запела.
        Глотнув коктейля, я поставила стакан и повторила Вадиму свой вопрос:
        - Значит - сразу узнал?
        Хоть музыка и играла довольно громко, но мы сидели так, что могли разговаривать практически не повышая голос.
        - Ну не совсем сразу, - откинувшись на спинку стула, ответил Вадик. - Сначала ты мне просто показалась знакомой. Потом, услышав как тот блондинчик называет тебя по имени, подумал, что и это редкое имя я где-то слышал. А на утро проснулся и вспомнил, что у жены моего брата есть красавица племянница с таким именем, - Вадим мне подмигнул и закончил: - Ну и социальные сети убедили меня окончательно, кто передо мной.
        В принципе - я так и думала.
        И, на удивление, тому что Вадим сейчас сидит за нашим столом, была совсем не против. Он уже не вызывал у меня такого острого негатива, и даже наоборот - появилась вполне нормальная человеческая симпатия. Подогретая алкоголем и, какими-никакими, родственными связями.
        - А чего ж сразу не признался? - задала я вопрос.
        - Мне стало интересно, узнала ли ты меня, - сказал он с усмешкой. - И даже, в какой-то момент мне показалось, что все таки узнала… После той стычки с ребятами в ресторане, когда ты сказала, что я ВДВ-шник, - я усмехнулась. Вадим, цокнув языком, развел руками. - Но нет. Не узнала. Татуировку мою запомнила.
        - Мы когда с тобой виделись в первый раз мне было двенадцать лет. Я должна была тебя запомнить? - спросила я, а он, соглашаясь, покачал головой. - Вот. Я не запомнила. И в Крыму не узнала… Но рожа твоя мне тоже показалась знакомой.
        Мой собеседник притворно нахмурился:
        - Фи, леди, рожа - как грубо из твоих уст.
        - Так и ты грубо себя вел, согласись? - он было собрался кивнуть, но передумал. - Клеился так… беспардонно. Нагло. Если ты притворялся, то получилось у тебя не плохо. Я поверила, - закончила я с усмешкой.
        - И отшила, - подметил он. - Почему, кстати, отшила? - придвинувшись ко мне поближе, спросил он. - Неужто и в правду не понравился? Или - есть кто?
        Я засмеялась.
        - Почему, понравился. Визуально ты вполне не плох, - не стала я скрывать.
        Вадим фыркнул:
        - Ты не ответила на последний вопрос.
        - А надо ли? - широко улыбаясь, поинтересовалась я.
        Вадим уставился в мое лицо, а потом пробежался взглядом по всему моему телу и внимательно меня рассмотрел. Как буд-то видит в первый раз. Мое тело вдруг покрылось мурашками от такого взгляда его необычных, зеленых глаз. Я дернулась, как от холода и вновь глотнула, уже заканчивающийся у меня, "Мохито".
        - Хорошо выглядишь. Как обычно - дорого, - произнес он.
        - Это ты опять про мою цену? - приподняла я брови.
        - Нет. Это комплимент, - смеясь, поправил он меня.
        - Первый раз в жизни слышу такой комплимент. Удивил.
        Тут к нам вернулась Ксюня. Она села на свое место и взяла в руки свой бокал. Мы с ней, не сговариваясь, потянулись друг к другу и чокнулись.
        - Следующую ты поешь, - сказала мне подруга. Мы одновременно допили коктейли и поставили бокалы на столик.
        - Сегодня тоже будешь петь Аллегрову? - ехидно спросил у меня Вадим.
        - Если напьюсь, - кивая, ответила я.
        - Очень бы хотелось еще раз на это посмотреть, - лукаво произнес Вадим и заметив в зале официанта, подозвал его к нам.
        - Ты пела Аллегрову? - с удивлением спросила у меня Ксюня, я кивнула. - Угонщицу?! - и вновь мой кивок. - Ну, значит ты действительно, напилась… Эта песня в твоем исполнении - знак того, что твое опьянение достигло самой последней стадии. - Ксюха хихикнула и они с Вадимом загадочно переглянулись. А я обиженно нахмурилась.
        Подошел официант. Вадик открыл меню, лежавшее на столе и, листая его страницы, спросил:
        - Леди, может водочки?
        - От водочки меня быстро уносит… - начала я, а Вадим усмехнувшись, сказал официанту:
        - Нам водки, пока ноль-пять, сок… апельсиновый, графинчик… и… давайте пиццу, вот - пеперонни.
        Молодой человек кивнул, забрал пустые бокалы со столика и удалился.
        - Значит ты решил нас напоить? - спросила у него Ксюша.
        - Решил, - не стал он спорить. - Если вы сами не против.
        - Не против, - ответила за нас Ксюха, а я, смеясь, добавила:
        - Главное в конце разъехаться по своим домам.
        - У меня пока нет своего дома, - заявил Вадим серьезно, но с улыбкой.
        - Ничего. Скоро ремонт в родительской квартире закончится и свой дом появится… Ты, кстати, все таки надумал здесь остаться? - поинтересовалась я.
        - Пока не знаю. На данный момент я в бессрочном отпуске. В котором не был… лет шесть. Вот с лихвой и восполняю этот пробел.
        - Шесть лет? - удивленно спросила Ксюха. - Не, за это точно надо выпить. Такая выдержка.
        К нам как раз вовремя подоспел официант. Он поставил на стол все, что заказывал Вадим и неспеша удалился. Вадик быстренько разлил сок в стаканы, водку в рюмки и предложил тост:
        - Давайте за… отдых. И за отпуска. Там порой случаются такие удивительные вещи.
        Мы кивнули и одновременно выпили.
        - Знаешь, - запив водку соком, обратилась я к Вадику. - Я по идее должна сказать тебе спасибо.
        - За что? - удивился он.
        - Ну во-первых - за то что тогда довел меня до номера, - начала я, Вадим усмехнулся. - А во-вторых, что не выдал меня.
        - Не выдал что и кому? - ехидно спросил он.
        Я вдруг нахмурилась и пристальнь на него посмотрела.
        - Родне, - сказала я, а потом резко улыбнувшись, добавила: - Хотя, если бы и выдал, мне тоже есть что им про тебя рассказать.
        - Например? - тут уже нахмурился он.
        - Например, что ты очень убедительно врешь.
        - Может быть. А вот ты не очень, - фыркнул он, я вновь нахмурилась, а Вадим пояснил: - Ты когда врешь, сразу глаза опускаешь. Словно тебе стыдно становится.
        Я посмотрела на Ксюху и спросила:
        - Серьезно? - та неожиданно кивнула. - Ясно. Предупрежден, значит вооружен. Буду иметь в виду.
        Решив не медлить Вадим опять разлил водку. На этот раз мы выпили и съели по куску пиццы.
        - Ты, кстати, тоже меня обманула, - вспомнил вдруг Вадим.
        - В чем же? - удивилась я, почему-то ожидая чего-то неприятного.
        Но Вадим с улыбкой ответил:
        - Что нигде не работаешь, - я словно выдохнула. - Мне жена брата рассказала про вашу пекарню.
        - Не пекарню, а кондитерскую, - поправила я его. - И я тебя не обманывала, я действительно, по сути, не работаю и не мешаю работать другим. Вон, спроси у Ксении Сергеевны - у нас общий бизнес.
        - Должность Киры Викторовны вполне ей это позволяет, - язвительно согласилась Ксюня.
        - Ну да, ты ж начальник, можешь на работе и не появляться, - заулыбался Вадим. И, немного подумав, выдал: - Признаться честно, в Крыму я подумал, что красивая расфуфыренная девчонка передо мной - банальная содержанка.
        - О, ты сегодня, сама прямота. Спасибо, что хоть не врешь, - ехидно сказала я ему. - Ну а теперь ты думаешь по-другому? - Вадим кивнул, но как-то неуверенно. - А помнишь, ты еще подумал, что я сплю с Лешкой, ну с тем блондином из отеля? Ну так вот - не спала я с ним. Это так, к сведенью, коли пошла такая пьянка с откровениями.
        Единственный мужчина за нашим столом ничего не ответил и вновь налил по маленькой.
        В голове начинало шуметь, по телу разливалась приятная ленивая нега, а некогда мучившие меня проблемки, теперь казались раздутым мыльным пузырем.
        И вот когда я уже полностью убедилась в волшебном свойстве алкоголя, у меня зазвонил телефон.
        Не ожидая ничего хорошего от этого звонка, я нехотя полезла в сумочку за мобильником. Так и есть - звонящий абонент - ревнивец Вовочка. Молодой человек за соседним столом закончил петь и диджей на время удалился из зала. Я не стала подниматься с места и отходить в сторону. А сняла трубку и холодно произнесла:
        - Алло.
        - Привет, - ответил Вовочка.
        - Здравствуй.
        - Ты где? - спросил он ласково.
        - Какая разница?
        Пауза.
        - Большая. Я приехал к тебе, а тебя дома нет, - опять ласково сказал он.
        А я, не обращая внимание на его тон, и разом вспомнив все свои утренние эмоции, злобно выпалила:
        - Конечно нет. Я отдыхаю. Я решила продлить себе отпуск - вчера была на пляже, а сегодня в кабаке… Завтра еще где-нибудь буду.
        Услышав такой ответ его ласковый тон как рукой сняло:
        - И опять с кем-то?
        - Это не важно. И не должно… - ответила я Вовочке и покосилась на Вадима.
        Тот заинтересованно слушал, что я говорю. И я, в какой-то момент побоявшись сказать лишнее, все таки поднялась и вышла из-за стола. Покинула зал и отошла в сторону уборных.
        - Послушай меня внимательно, - зашипела я в трубку. - Выходка с соседом Сашей - это край. Это вышка… Мне это не нравится. Мне не нравится! Я не хочу, чтобы это еще повторялось.
        - Не повториться. Я обещаю.
        - Вот уж сомневаюсь… Ты - эгоистичный собственник!
        - Котенок, извини, я просто не мог смотреть как он…
        - А я? - перебила я его. - Я думаешь могу смотреть? Все это время, а? Но я хоть раз позволила себе что-нибудь сделать или сказать?
        - Нет, - ответил он. - Прости меня. Я сам не думал, что увидев тебя с кем-то, у меня появится такая реакция.
        - Вот и я не думала, - согласилась я, а потом с уверенностью в голосе сказала: - А теперь я думаю, что нам… лучше оставить друг друга в покое.
        Вновь пауза. Потом Вовочка прохрипел мне в трубку:
        - Ты шутишь, да?… Скажи что шутишь!
        - Не шучу.
        - Тогда скажи, что оставить - на время, - попросил он, а я глубоко вздохнув, ответила:
        - Может быть. Я еще не решила… Прощай.
        - Кира! - позвал он меня, но я уже положила трубку.
        Все. Я это сделала.
        Человека надо проучить. Показать ему, что он не прав и так поступать ни в коем случае нельзя… Главное, самой не сорваться и постараться не свернуть с этого пути… Иногда вовремя сделанные шаги, меняют походку всей жизни. Проговорив это про себя, как мантру, я решила что пора вернуться в зал к ребятам. И когда я повернулась, увидела как за моей спиной, в радиусе полметра, стоит Вадим и хмурится.
        - Ты чего здесь? - спросила я у него.
        - Да вот хотел по нужде сходить, а здесь ты стоишь, - ответил он.
        - Подслушивал? - догадалась я.
        - Нет, - замотал он головой. - Но последние твои две-три фразы слышал… Навязчивый поклонник или разочаровавший возлюбленный?
        - А какая разница? - разозлилась я.
        - Никакой. Просто - если нужна будет помощь…
        - Обойдусь, - отмахнулась я. - Один из моих жизненных девизов: вытри сопли и помоги себе сама.
        Я шагнула в сторону зала, освобождая Вадиму дорогу в уборную. Куда он и направился.
        Честно говоря, появление Вадима меня напугало. Сердце бешено стучало в груди… Вовочку Вадим слышать не мог, а вот меня - да. И пока я шла к нашему столику, прокручивала в голове наш с Вовой разговор, пытаясь вспомнить что говорила я. Вроде - ничего такого, из-за чего Вадим мог догадаться с кем именно я разговаривала: имен я не называла, конкретных фактов и мест тоже.
        Значит - не догадался. Не должен…
        Ксюха сидела за столиком в одиночестве и откровенно скучала. Я присела рядом и спросила:
        - Как давно ушел Вадим?
        - Да почти сразу после тебя, - ответила Ксюха. - А что?
        - Да ничего. Я разговаривала с Вовочкой, а Вадим стоял сзади и подслушивал… хорошо что у меня хватило ума по имени его не называть.
        - И о чем ты говорила с любимым? - скривила она лицо. - Он, небось напросился на встречу и сегодняшней ночью будет интенсивно вымаливать прощение?
        - Нет. Я предложила оставить друг друга в покое.
        - Да ладно? - удивилась она и даже выгнулась в спине. - Ты серьезно?
        - Вот и Вовочка не поверил.
        Ксюха вдруг заулыбалась, обняла меня и радостно сказала:
        - Наконец-то! Давно пора! Как говориться - незаменимых нет.
        - Да, но есть неповторимые, - покачала я головой, прижимаясь к подруге. - Поэтому это на время…
        - Ну-ка, брось мне это! - сказала она и погладила меня по спине. - Все, ты слышишь, все люди неповторимые… И ты найдешь и я найду… И даже Вадим найдет.
        - И что же я найду? - услышали мы голос Вадима.
        Мы прекратили обниматься, а Вадик с улыбкой присел на свое место.
        - Что ищешь, то и найдешь, - улыбнулась ему Ксюшка.
        - Надеюсь, - хохотнул он и потянулся к бутылке. - Продолжим напиваться?
        - А то! - ответила Ксюха. - У меня и тост есть, - Ксюня взяла налитую Вадимом рюмку и с выражением сказала: - Друзья! Будьте счастливы! Хотя бы из вредности.
        Мы дружно закивали и выпили…
        И все таки Вадим нас напоил.
        Часов в одиннадцать вечера, когда мы уже выпили на троих два по ноль-пять, я для себя решила, и даже поделилась этим с окружающими, что "жизнь прекрасна, хоть и начинается на букву "Ж"". А потом с чувством исполнила "Угонщицу". После моего сольного выступления, Ксения Сергеевна решила что на этом все, что нам пора баиньки, и потребовала у Вадима, чтобы он вызвал нам такси. Что тот, собственно и сделал.
        В автомобиль мы загрузились втроем и все на заднее сиденье, Вадим сел между нами. Молодой водитель периодично поглядывал на нас и похихикивал. Особенно тогда, когда Ксюха с Вадимом, не понятно с чего, принялись выяснять для чего Бог создал женщину. Путем долгих споров и аргументов с фактами, они пришли к такому выводу: "Женщина создана для того, чтобы делать мужчину счастливым. Где бы этот несчастный не находился". Я попыталась записать эту потрясающую мысль смской на телефон, но мое резко ухудшившееся зрение, совершенно не хотело видеть буквы на экране. Ксюха предложила записать на диктофон и сама с выражение проговорила сие умозаключение.
        Первым такси довез Ксюху.
        Мы остановились возле ее дома, она поблагодарив нас за прекрасный вечер, смачно расцеловала всех, включая водителя. Бедный парень засмущался и, видать ошалев от поцелуя, предложил Ксюше проводить ее. Ксюня тактично отказалась, уверяя что до квартиры доберется самостоятельно. Всегда добирается. Мы дождались когда за ней закроются двери подъезда и поехали дальше.
        Следующей точкой маршрута был мой адрес. На заднем сиденье стало посвободней, но ни я, ни Вадим так и не отодвинулись друг от друга. И даже, в какой момент, Вадим приобнял меня и я, не став сопротивляться, положила свою голову ему на плечо.
        - Ты мне так нравишься, когда ты пьяная, - сказал он мне на ушко.
        - Ты мне тоже нравишься, когда я пьяная, - ответила я ему…
        Глава 9
        Разбудил меня телефон.
        Он очень громко заиграл привычную мелодию и я, открыв глаза, хотела было сразу ответить, но не смогла и схватилась за голову… Как болит-то…
        Нельзя так, Кира Викторовна, отдыхать. Это очень, очень вредно для здоровья…
        Телефон, между тем, продолжал звонить. Я не спешила его поднимать и для начала огляделась.
        Дом, мой милый дом. Это хорошо… Телефон. Вон, лежит на тумбочке… Вдруг он умолк, но тут же зазвонил вновь. И я потянулась за трубкой.
        - Алло, - ответила я не глядя на экран.
        - Доброе утро, - чересчур громко и бодро раздался из аппарата голос Вовочки. И от этой его бодрости мне стало еще хуже.
        - Кому как, - ответила я и попыталась сесть в постели.
        - Хорошо вчера погуляла? - язвительно спросил он.
        - Даже отлично, - зевнув ответила я.
        - С кем гуляла? - не унимался он.
        - Какая разница? - начала я возмущаться, но неожиданно уловив странные звуки с кухни, замолкла и прислушалась.
        И здесь я запоздало поняла, что в своей квартире была не одна: щелчком выключился чайник, на плите что-то звучно шкварчало и в прихожей послышались неторопливые и осторожные шаги.
        - Доброе утро, - заглядывая в мою открытую спальню, сказал Вадим и зашел в комнату.
        Я чуть не выронила телефон из рук и мысленно чертыхнулась.
        - Кто это у тебя? - завопил мне в трубку Вовочка и я, не зная что ответить, завершила разговор нажатием на кнопку.
        - Что ты делаешь в моей квартире? - спросила я у Вадима. Телефон в очередной раз зазвонил, я сбросила звонок и от греха подальше вовсе выключила телефон.
        - Сейчас?
        - Сейчас.
        - Встречаю не самое лучше утро в моей жизни, - насмешливо ответил он.
        - А раньше что ты делал? - смущенно спросила я.
        - Это когда?
        - Ночью.
        - Ночью? - он засмеялся. - А ночью я спал. Крепко спал.
        - Да? - с сомнением спросила я и заглянула под одеяло.
        Я была без платья, но в нижнем белье. Вчерашнем.
        Вадим проследив за моими движениями, хохотнул и спросил:
        - Завтракать будешь?
        - Спасибо, не хочу, - замотала я головой. - А вот водички я бы выпила… Если не трудно, принеси. Пожалуйста.
        - А вот не трудно, - ответил он. - Может и аспирин тогда захватить? Я там на кухне нашел и сам уже выпил. С вашего позволения.
        Немного подумав, жутко болеющей после вчерашнего, головой, я согласилась:
        - Давай аспирин.
        Вадим, почему-то решивший быть нынче уж больно услужливым, тут же направился на кухню и почти сразу же вернулся, держа в одной руке стакан с водой в другой упакованную таблетку. Поставил все это на тумбочку и, сказав:
        - Жду тебя на кухне, - вышел из комнаты.
        Я распаковала спасительную таблетку и бросила ее в воду. Выпив шипучую водичку и, дождавшись когда она начнет хоть немного действовать, а случилось это спустя примерно минут пятнадцать, я покинула свою спальню и присоединилась к Вадиму.
        Он сидел за столом на кухне и завтракал яичницей, которую сам и приготовил. В сковородке остывала еще одна порция, видимо ее Вадик заботливо оставил мне.
        - Присаживайся, угощайся. Чем богаты, - произнес он.
        Ну я и не стала отказываться, тем более все это богатство из моего холодильника, переложила такой чисто мужской завтрак в тарелку и устроилась за столом.
        - Там в холодильнике были оладьи. Ты извини, но ночью я прогололался и их съел, - признался Вадик. - И они были, ну очень вкусные.
        - Это Ксюха готовила, - призналась я в ответ, решив не причислять себе чужие заслуги.
        - Молодец Ксюха, - кивнул Вадим. - И вообще - классная у тебя подруга.
        - Знаю. Поэтому я с ней и дружу. Уже очень много лет.
        - Она, кстати, вчера тебе звонила, - сообщил он. Я сдвинула брови и в ожидании уставилась на Вадика. - Я ответил на звонок, ты уж не обессудь, сказал что с тобой все в порядке и что мы уже сладко спим.
        - Мы? - спросила я опять с сомнением и попыталась прочувствовать и прислушаться к своему телу - все таки было что-то или нет? Ведь наличие на мне нижнего белья безоговорочным доказательством того что "не было" еще не являлось.
        - Не было у нас ничего, не переживай, женщина, - задорно ответил Вадим, словно прочитав мои мысли.
        - А я и не переживаю. Я итак знаю, - фыркнув, произнесла я. - Только вот не помню небольшой отрезок времени… Между тем как ты решил проводить мою пьяную персону до квартиры и тем как я уснула… Не просветишь?
        Вадим хохотнул, но ответил:
        - Так уж и быть, просвещу, - отодвигая пустую тарелку, заговорил Вадим: - Мы вчера как в квартиру зашли, так ты сразу направилась в ванну, пробыла там минут десять, потом прошла в спальню, неуклюже стянула с себя платье и тут же, сказав: "Ну здравствуй, любимая!" - плюхнулась на кровать. Зарывшись под одеяло, ты обняла подушку и моментально уснула…
        А что? Очень на меня похоже. Во всяком случае "любимой" я называю только свою кровать.
        - А ты?
        - Что я?
        - А ты что делал, когда я уснула?
        - В чем ты меня подозреваешь, Кира? - засмеялся гость. - Я лег по соседству, так как кровать у тебя одна, и, не став рыскать по твоему дому в поисках еще одного одеяла, накрылся покрывалом. И вскоре тоже уснул. Как примерный родственник.
        - Родственник, - передразнила я. - А чего ж ты, родственник, не поехал вчера домой?
        - А кто бы тогда приготовил тебе завтрак и подал стакан воды с аспирином? - язвительно поинтересовался он.
        - Ничего, справилась бы как-нибудь.
        - Верю. Уж больно ты самостоятельная, - согласился он. - На самом деле ты сама предложила мне остаться у себя…
        - Да быть такого не может!
        - Может… - он вдруг замолчал, а потом пристально на меня посмотрев, игриво произнес: - И ты, между прочим, должна сказать мне спасибо.
        - За что это?
        - За то, что я, уже дважды, спас тебя от изнасилования.
        - Чего? Это когда и каким образом? - не поверила я.
        - Самоконтроль, Кирочка, самоконтроль, - хохотнул он. - Предупреждаю сразу - третий раз мой внутренний контроль, на вряд ли сработает.
        Что он имел в виду, я сообразила не сразу. А когда до меня наконец дошло, я хмыкнула и ответила:
        - Третьего раза не будет. Клятвенно обещаю тебе, что напиваться вместе мы больше не будем, - заверила я.
        - На счет напиваться - согласен. А вот на счет всего остального… - он забавно поиграл бровями. - Ты сама мне вчера сказала, когда уговаривала остаться, что ты теперь у нас девушка свободная…
        Свободная… После его слов я тут же вспомнила про Вовочку. Черт! Он же слышал. И… Что же он подумал, услышав мужской голос? Узнал ли своего брата? Черт…
        Я искоса посмотрела на Вадика и решила спросить:
        - А ты своим-то звонил?
        Он уставился на меня своими зеленющими глазами и с улыбкой ответил:
        - Да, позвонил вчера Вовке, пока ты в ванной была.
        - И… ты сказал, что со мной?
        Вадим покачал головой:
        - Нет, вдаваться в подробности я не стал. Просто предупредил, что ночевать не приду, - потом вновь уставился на меня и добавил: - Володька ничего не расспрашивал и, подозреваю был даже рад.
        - Почему это?
        - Потому это. Чего не понятного-то? Муж с женой наконец-то смогли провести вечер вместе. По-семейному. Без лишних родственников.
        Мне захотелось съязвить, но я сдержалась.
        Вместо этого я собрала со стола всю грязную посуду, подошла к раковине и сложила в нее все испачканное стопочкой. Но оценив взглядом количество посуды, мне стало так жутко лень и я решила что помою ее позже.
        - У тебя слишком коротенький халатик… - заметил вдруг Вадим.
        - Обычный, - пожала я плечами. - Скрывает то, что надо скрыть и показывает то, что следует показать, - я повернулась к Вадику боком и продемонстрировала свои ноги.
        Вадим усмехнулся и резко поднявшись, подошел ко мне сзади, попытался обнять.
        - Э-эй, - воспротивилась я, отталкивая Вадима. - Не слишком ли много ты себе позволяешь, родственничек?
        - Я? А кто меня все время соблазняет? - спросил он, а я чуть приподняла брови. - В Крыму разговором об предварительных ласках, вчера продефелировав в нижнем белье, а сегодня коротеньким и почти прозрачным халатиком?
        Он прав. Вполне. Не стоит мне так себя вести рядом с этим Вадимом. А то напридумывает себе бог весть что. А у меня соблазнение этого типа в планы вот совсем не входит.
        - Я не нарочно. Честно, - сказала я серьезно, а потом с иронией добавила: - Обещаю при следующей нашей встречи на мне будет значительно больше одежды.
        - При следующей встречи? - переспросил он, цепляясь за мои слова.
        Я громко выдохнула и поинтересовалась:
        - А не пора ли тебе домой?
        - Пора, - неожиданно согласился Вадим. - А то, боюсь, не сдержусь.
        Я закатила глаза:
        - Сдержанности тебе не занимать.
        - Мне воздастся, - ответил он и вышел из кухни в прихожую.
        Надевая ботинки Вадим все косился на мои ноги. А я, почувствовав некую неловкость, нервно дергала себя за подол халата, мысленно желая его удлинить. Вадик выпрямился и, совсем без лишних намеков, скорее уж по-дружески, чмокнув меня в щеку, сказал:
        - Я в твой телефон свой номер забил. Так что, соскучишься - звони.
        - До завтра точно на вряд ли, - с улыбкой заявила я.
        Проводив родственничка, я вернулась на кухню. Хоть голова и не болела, но общее состояние было все равно, мягко говоря, неважное. И я приняла решение сегодня бездельно поваляться в постели. Заварив себе чая с лимоном и включив телевизор, я вальяжно устроилась перед ним на своих мягких подушках.
        По развлекательному каналу шел комедийный сериал, серия за серией, которые я уже видела. Особо не прислушиваясь к происходящему на экране и допив кисленький лимонный чай, я накрылась одеялом и прикрыла глазки. Я и сама не заметила как уснула.
        Резко открыв глаза, я увидела, что один сериал уже сменился на другой. Я протяжно зевнула и попыталась прикинуть сколько же я проспала. Судя по увиденному мной на экране - уже был вечер. За окном еще светло, но летом-то и темнеет поздно…
        Странно что мне никто не звонил… Точно! А как мне мог кто-то позвонить, если утром телефон я отключила? Я схватила мобильник и нажала кнопку включения. Как только программа запустилась, мне сразу же пришло несколько сообщений о пропущенных звонках: раз пять звонила Ксюха и целых пятнадцать звонков от Вовочки.
        Нервничал, наверно, и переживал. Ну ничего, объясню ему все завтра. Придумаю что-нибудь уже на свежую голову.
        Посему презвонить я решила Ксюхе.
        - Привет, - ответили мне на том конце трубки.
        - Привет. Ты звонила?
        - И не один раз, - захихикала подружка, а затем пропела: - Как дела? Как ночь прошла?
        - Как ночь прошла я не заметила. Я спала.
        - А Вадим как?
        - Родственничек тоже спал. По соседству, но под другим одеялом.
        - Да? А чего так? Я-то думала вы найдете себе занятие поинтересней и полезней, - опять захихикала Ксюшка.
        - Сон - это очень полезно, - решила я поспорить.
        - Секс полезней, - серьезно сказала Ксюня, а потом вдруг добавила: - Ты ему нравишься.
        - Что я ему? - переспросила я.
        - Нравишься. Это видно.
        - Кому видно?
        - В первую очередь мне.
        - Ну и что? - фыркнула я. - Зато он мне совсем не нравится.
        - Нравится. И не спорь. Я-то тебя знаю, подруга…
        В этот момент я услышала, как открывается входной замок. Сделать это своим ключом мог только один человек. И этот человек, открыв дверь, со странным шумом ввалился в квартиру и вскоре я услышала Вовочкин голос:
        - А где там мой котенок?
        - Ксю, я перезвоню. У меня гости, - сказала я подруге в трубку и нажала кнопку сброса.
        Вовочка появился в дверном проеме, пристально огляделся и со странной улыбкой уставился на меня:
        - Котеночек… - пропел он и, я лишь взглянув на него, поняла, что Вовочка очень сильно пьян. В стельку. Он едва стоял на ногах и неуклюже опирался рукой о дверной косяк.
        - Привет, - поздоровалась я, не поднимаясь с кровати. - Решил навестить?
        - Решил, - пьяно кивнул он. - Ты одна? - Я кивнула. - Очень хорошо.
        Вова неуверенно шагнул в комнату и вдруг споткнулся, а я, предвидя нечто подобное, успела во время вскочить с кровати и принять Вовочку в свои объятия:
        - Ты где так нализался? - поинтересовалась я. Вовочка махнул рукой, смешно улыбнулся и полез ко мне целоваться. - О нет! - запротивилась я, отстраняясь.
        - Че, противно, да? А я вот люблю тебя любую… Безумно! С ума меня ты сводишь. И знаешь об этом, и этим пользуешься… - он резко нахмурился. - Ой, простите, я ж забыл, мой котенок меня… бросила! Представляешь? - он повысил голос. - Мой любимый, милый, страстный котенок… - здесь он глубоко вздохнул и снова сказал громко и с надрывом: - И сразу какого-то левого мужика домой привела… быстро так! Какой шустрый у меня был котенок…
        Не зная как правильно реагировать на такой странный и эмоционально не устойчивый поток речи, я замотала головой:
        - Вова, ты не в адекватном состоянии…
        - Вова?! - удивился он. - А куда же делся Вовочка, а? - он истерично засмеялся, а потом резко сдвинув брови, спросил: - Все - стал не нужен?! - я покачала головой, а Вова схватил меня за руки, сильно сжимая их в своих ладонях. - Ну да, у тебя же другой мужик теперь есть… Новый! - я попыталась вырваться, но меня не отпускали и от этого становилось еще только больней. - Молодой? - вновь повышая голос, спросил дядюшка. - Блондин, брюнет… Лысый? Каких ты предпочитаешь? А? Отвечай! Котенок!
        - Разных! - неожиданно и со злостью вырвалось у меня, а Вовочка резко замахнулся, я интуитивно сжалась и отвернулась. Но удара не последовало.
        Он отпустил меня, бегло огляделся, а потом нервно потер руками свое лицо:
        - Ты мне всю душу за последние дни вымотала! Всю! На мелкие кусочки, без ножа режешь! - он взвыл и обреченно добавил: - Я себя не узнаю. Я себя… ненавижу. Никого и никогда я так не ревновал… Безумие какое-то…
        Пребывая в полнейшей растерянности, я коснулась Вовочкиного плеча и погладила ее:
        - Давай потом поговорим? Завтра? - ласково предложила я. - А сейчас… Иди домой. К жене, - попыталась сказать я спокойно, но, увы, поздно поняла, что последние два слова говорить не стоило - они вконец его разозлили:
        - О! Иди к жене - как в наказание, да? - он уставился в мое лицо, водя по нему гневным взглядом. - Да, я спрашиваю? - я молча отвернулась. - А это и есть для меня наказание! Мне с ней противно! И с каждым годом, с каждым месяцем и с каждым днем мне все противней и противней! - он остановился, как-то странно на меня посмотрел и шепотом закончил: - Другое дело ты…
        Кто бы мог подумать, что у человека, который едва стоит на ногах, может быть столько силы. Он толкнул меня, повалил лицом в низ на кровать и навалился сверху, заламывая мои руки у меня на спине. Рукам было больно, я материлась и пыталась сопротивляться и отбиваться. Но этим, судя по всему, только подстегивала его еще больше. Вова схватился за край моего халата и одним рывком, разорвал его по шву - я услышала как затрещала шелковая ткань. Потом так же, не церемонясь, потянул за трусики, резко дернул кружевную ткань, и вскоре швырнул на пол то, что от них осталось…
        Вова на секунду отстранился от меня, не отпуская и даже еще сильнее удерживая мои руки, приподнялся, и нервно пыхтя, с лязгом расстегнул ремень своих брюк…
        Тут я прекратила сопротивляться, осознавая всю есполезность этого занятия, и уже просто надеясь, что то что сейчас произойдет, будет хотя бы физически безболезненным…
        Вовочка занялся со мной любовью. Импульсивно, агрессивно, и с явной жесткостью.
        Когда все кончилось, он тут же отпустил мои руки и быстро поднялся. Я же продолжала молча лежать на животе. Мне не хотелось сейчас на него смотреть. Не хотелось видеть его лицо, не хотелось показывать и свое… Слез не было, а жаль. Они облегчают… Наверно я еще не осознала, не поняла. Не хотела понимать…
        Я слышала, как он застегнул штаны. Постоял немного, что-то бормоча себе под нос, а потом, пнув ногой кровать, вышел из комнаты. Буквально через секунду хлопнула входная дверь… А я все лежала, не шевелясь, всерьез ожидая что он может вернуться… вокруг стояла такая гнетушая и пугающая тишина… я не выдержала, перевернувшись на спину, вскочила с кровати и по-звериному застонала.
        И издав стон, ощутила внутри себя абсолютную пустоту. Безразличие. Словно эмоции и мозг отключились.
        Я равнодушно оглядела свою комнату, нашла разорванное белье и, действуя по инерции, подняла их с пола. Пошла на кухню. Там, сняв с себя остатки халата, выбросила его и рваное кружево в мусорное ведро.
        Стоя голой посередине кухни, я нервно наглаживала свои истерзанные руки и озиралась по сторонам… Вдруг, увидев в раковине нож, шагнула к мойке… Долго и пристально смотрела на блестящие лезвие…
        Руки с дрожью к нему потянулись, но очень вовремя включившийся рассудок, изменил траекторию движения и я схватила кружку. Налила в нее холодной воды из-под крана и жадно выпила.
        Потом, решив что стакана воды мне мало, я направилась в ванну. Включила душ и залезла под него… Холодные капли, колючими иголками, били по коже. И я наконец-то полностью пришла в себя. Пришла и запретила себе думать о произошедшем. Не сейчас. Не сегодня. Никогда… никогда больше… Отрубило, отрезало. Резко. Сгорело…
        И жили они долго и счастливо.
        Но раздельно.
        Глава 10
        Тело хотело пробудиться, но мое подсознание упорно сопротивлялось и долго не отпускало меня из беззаботного и счастливого мира сновидений. Ведь мне снилось что-то хорошее… Не помню что именно, но ощущение от сна было приятное. Легкое. Воздушное.
        Но тело все таки победило. Оно как будто заставило меня резко открыть глаза и они хмуро уставилась в потолок. Обычный, белый потолок. Обычный потолок моей обычной и привычной квартиры. Квартиры, в которой я уже не смогу чувствовать себя привычно… Ведь воспоминания о вчерашнем вечере тут же накрыли меня волной жаркого, а потом леденящего потока…
        Действия, прикосновения, звуки…
        Треск ткани, лязг ремня… Нож еще этот, в мойке…
        Как же это мерзко. Противно…
        Не думать! Прогнать все это из памяти! Стереть…
        Глаза продолжали изучать потолок. На котором я вдруг увидела пятно… Может, ремонт сделать? Перекрасить стены, паркет обновить, купить что-то новое, из мебели, а старое выбросить… точно - надо зациклиться на этой идее, чтобы не думать о другом… Значит - ремонт. И начать его именно с потолка?
        Или - с чего там ремонты обычно начинают?
        Решительно встав с кровати, я вышла в прихожую. Так как и спала, голой. Проходя мимо зеркала, я остановилась и, взглянув на отражение, громко чертыхнулась: мало того, что мое лицо выглядело, мягко говоря, неважно, так еще и руки, от запястий до середины предплечья, покрыты синяками. Больше точечными, от пальцев. Какие-то ярче, какие-то тусклей… Твою ж!
        Я рванула на кухню, открыла холодильник и принялась искать на двери средство от синяков. Но такого, среди многочисленных тюбиков, у меня, увы, не оказалось.
        Продолжая чертыхаться, я вернулась в спальню. Открыла шкаф и, покопавшись немного на нижней полке, нашла новый, нераспакованный халат и примерила его. Рукава были длинные, как мне и нужно, полностью закрывавшие руки. Сам халатик тонкий, шелковый и милой расцветки, но длинней предыдущего - край подола доходил мне до колен. Не мой стиль, значит - я его кому-то покупала и пока не подарила… Или это один из Лерочкиных презентов…
        Лерочка… Вовочка…
        Так - не думать, не вспоминать!
        Вернемся к ремонту!
        Я вновь вышла в прихожую и медленно огляделась, прикидывая что стоит переделать здесь. Пол? Нет, тут он относительно новый. Стены?.. И в этот момент, уставившись на свою входную дверь, я подумала, что можно начать ремонт с замены замка. И даже не можно, а нужно: не хочу, что бы когда-нибудь, еще раз, ко мне вот так же завалились… как кое кто вчера…
        Порывшись во Всемирной Паутине, я нашла по отзывам хорошую фирму в нашем районе, и не раздумывая, вызвала их самого лучшего мастера. Пока ожидала, успела посетить ванну и худо-бедно привести свое лицо в порядок.
        Невысокий, темноволосый мастер с объемным металлическим чемоданчиком прибыл через полчаса и уже внимательно осматривал мою дверь. Внес предложение, которое меня устроило, и удалился в ближайший магазин за новым замком. Вернулся быстро и сразу принялся за работу, широко распахнув дверь.
        Решив не стоять у человека над душой, я расположилась на кухне, но периодически поглядывая на трудящегося в прихожей мастера. Мужчина работал умело и аккуратно. На такое смотреть можно бесконечно и с удовольствием.
        Когда старый замок был снят, я услышала как на моем этаже остановился лифт. Дверцы громко открылись и раздались неспешные шаги.
        - Добрый день, - тут же поздоровался кто-то с моим мастером и я, в ожидании самого худшего, особо не торопясь, вышла с кухни. Присмотрела себе среди разложенных на полу инструментов самый большой и осторожно выглянула из-за плеча мастера…
        У моей входной двери стоял Вадим, с коробкой тортика в руках, и с интересом наблюдая за развернувшейся у моей квартиры работой.
        - Привет, - громко сказала я Вадиму. Он, заметив меня, кивнул и ответил:
        - Привет. А что это у тебя тут происходит?
        - Замок меняю, - ответила я. - А ты зачем пришел?
        - Чай пришел попить.
        - Ты немного не вовремя… - потеребив рукав халата, подметила я.
        - Да ладно тебе, чем я помешаю? Я ж так заглянул… По-родственному, со сладеньким, - ответил он, кивая на коробочку в своих руках. Я сомневалась. Сладенького мне совсем не хотелось. Однако, судя по выражению лица родственничка, отступать он не собирался. И я смиренно произнесла:
        - Проходи.
        Мастер пропустил Вадима в квартиру, тот зашел и протянул мне торт. Я взяла коробку и, внимательно изучив аляпистую этикетку, ехидно поинтересовалась:
        - Спонсируешь наших конкурентов?
        - А я думал, что все торты в городе - ваших рук дело.
        - Увы - нет, - ответила я с фырканьен и мы прошли на кухню.
        Вадим сел за стол, а я, поставив на стол принесенный Вадимом десерт, включила чайник.
        - Так, все таки, зачем ты меняешь замок? - повторил свой вопрос Вадим, развязывая золотистый бантик на коробке с тортиком.
        - Захотелось, - ответила я, пожимая плечами. - Вообще, планирую ремонт сделать. И мебель сменить.
        Бантик быстро развязался, мой, как оказалось, чистоплотный гость поднялся с места и шагнул к раковине, под которой находилось мусорное ведро. Отрыв дверцу, Вадик бросил ленточку, она пролетела мимо, упав на пол. Названный родственник наклонился, поднял упавшее и вдруг замер на месте, уставившись на то, что лежало в ведре - мой шелковый халат. Почему-то это его насторожило и Вадим, выпрямившись, странно на меня посмотрел, а я опять пожала плечами.
        - Хозяюшка! - крикнули из прихожей. - Принимай работу.
        И я, сделав Вадиму извинительный реверанс, направилась к входной двери.
        Мастер продемонстрировал как работает новый механизм и отдал ключи. Я расплатилась за проделанную работу, поблагодарила и, распрощавшись с мужчиной, закрыла за ним дверь. И сразу вернулась на кухню.
          Вадим так и стоял на том же месте и нервно постукивал пальцами по столешнице. При моем появлении, он прекратил отбивать дробь и сложил руки на груди. Оглядел меня с ног до головы и задумался.
        Чайник, в этот момент, вскипел, я подошла к шкафу, чтобы достать чашки. И когда потянулась к верхней полке, скользкая ткань халатика сползла с моей руки, оголяя свежие синяки. Которые мой гость, к сожалению, заметил.
        - Что это у тебя? - резким тоном поинтересовался Вадим.
        - Где? - сделала я вид, что не поняла и тут же, достав две чашки с блюдцами, опустила руки.
        Вадим одним шагом приблизился ко мне, забрал посуду и поставил ее на стол. Потом он взял меня за руки и, задирая рукава, повторил свой вопрос:
        - Что это?
        - Синяки, - ответила я честно про очевидное.
        Вадик повертел мои руки, внимательно их рассматривая.
        - Больно! - пискнула я, одернув свои конечности.
        - Откуда они?
        - Не помню, - замотала я головой.
        - Ты не помнишь, как кто-то хватал тебя за руки? - я кивнула. - Что ты мне чешешь?
        Его тон был не только высокий, но и жутко возмущенный. А еще взгляд, его зеленые глаза смотрели на меня с ожиданием. Как буд-то я должна! Должна отчитаться! С чего бы это?
        - А ты чего это лезешь?! Я просила? - психанула я.
        Вадим опустил взгляд, шагнул к стене и присел на табурет. Посидел так несколько секунд, а потом, не поднимая глаз, тихо поинтересовался:
        - Это был Вовка?
        От этого неожиданного вопроса в висках запульсировало.
        Я тряхнула головой и спросила, подумав что ослушалась:
        - Чего!?
        Гость глубоко вздохнул, бегло огляделся и спросил:
        - Я спрашиваю, синяки - это Вовкиных рук дело?
        - Да с чего ты…
        - Я про вас знаю, - сказал он опять тихо. Мое сердце ухнуло куда-то в пятки.
        - Что ты знаешь?!
        - Да все! - ответил он резко, поднимая на меня глаза. Они вспыхнули изумрудным огнем, а я стушевавшись, тоже опустилась на стул.
        - А можно… По-конкретней?
        - Куда уж, - фыркнул он, отвел от меня свой взгляд и уставился в пол. - Мне сам Вовка рассказал… - Я в удивлении приподняла брови. - Имени твоего не называл, просто признался однажды, что у него есть любовница. Говорил, что влюбился как мальчишка… С ума она его сводит: молодая, привлекательная, горячая… Но из семьи он уходить не хочет и не может. Да и любовница на этом не настаивает… Мол, есть тому причины. Семейные, - родственник качнул головой.
        - С чего ты взял, что любовница твоего брата - я?
        - Да я не взял, я знаю. И узнал об этом в Крыму… Где мы с тобой, действительно, оказались случайно… Бывает же такое, ироничное совпадение. Я позавчера в караоке правду сказал - ты мне сразу показалась знакомой. А в тот день, когда я понял что пересекся на отдыхе с родственницей жены моего брата, я шел в свой номер и увидел тебя на лавочке возле отеля. Решил подойти, признаться кто я есть… Думал, вместе удивимся таким обстоятельствам… подошел поближе и услышал как ты разговариваешь по телефону… Не знаю что меня дернуло, но я подслушал твой разговор. Ты разговаривала с Вовкой. Ласково так, нежно и местами очень откровенно… Я догадался, что ты и есть та самая любовница…
        - А с чего ты решил, что я разговаривали именно с твоим братом? - нахмурилась я.
        - Ты называла его по имени.
        Я хмыкнула:
        - И что? Вов не мало на свете.
        - Да, Вов не мало. Но ты называла его Вовочкой. А я знал… Что любовница брата называет его так, а он ее - Котеночек… Да еще ты упомянула про Артемку и спросила тогда у него по телефону, что-то вроде: "как там поживает моя любимая тетушка Лера?"… В общем, открываться мне резко расхотелось. Но зато захотелось за тобой понаблюдать… - я слушала все это и чувствовала как в моей груди образуется большой комок, который подкатывает к горлу и стучит в такт моему сердцу, вернувшегося на место из ледяных пяток. Объяснить, даже самой себе, причину образования этого комка я не могла. А Вадим между тем не останавливался: - Ты так весело и беззаботно проводила время с тем блондинчиком из отеля, что мне стало даже как-то обидно за брата… Мне пришлось очень убедительно попросить его оставить тебя в покое, чтобы я мог с тобой познакомиться… И когда познакомился решил, с твоих же слов, что ты ничем не занимаешься и нигде не работаешь. "Она с Вовкой только из-за денег" - подумал я про тебя. И принял решение вывести тебя на чистую воду и сдать брату со всеми потрохами… На мои попытки соблазнений ты не велась. Да и
делал я это через силу, так как уже предвзято к тебе относился. Ты и сама это заметила… После драки в ресторане, ты попросила не мешать тебе отдыхать. И я продолжил наблюдать за тобой со стороны, исподтишка. Ты очень примерно себя вела. Это меня удивляло… Но потом произошел тот пьяный вечер в караоке отеля… - он резко замолчал и посмотрел на меня. Я отвела взгляд и поинтересовалась:
        - И что же? Что там такого произошло?
        - Казалось бы - ничего такого особенного между нами не было, но меня все равно все это зацепило… - пожал он плечами. - На следующий день я уезжал. Остаться не мог. А в поезде все думал и думал… В общем, домой я вернулся на один день. За вещами. А следующим днем приехал сюда. Володька давно звал… А дома меня уже ничего не держало…
        - Почему? - спросила я, хотя знала ответ на этот вопрос. Но Вадим меня проигнорировал, ему явно хотелось выговориться:
        - Ты так забавно себя вела на дне рождения Олега: ерзала, косилась то на меня, то на Володьку. Поэтому я не стал признаваться, что мы встречались. Думаю, понаблюдаю дальше… Потом эта поездка на дачу. Я ж понял, что за пивом вы поехали не просто так… А пока отсутствовали, у нас с Лерой состоялся разговор. О тебе. И ты не поверишь, но она нахваливала тебя, говорила, какая ты хорошая, какая красавица и умница… Рассказала что у тебя обнаружилась предпринимательская жилка - ты успешно открыла свой бизнес. Да, денег на него тебе одолжил Володька, но ты их все вернула… И я вдруг подумал, что рядом с братом тебе держат не деньги. Тогда - что? Может это я, человек обжегшейся на неверности, ошибаюсь? Может, ты все таки, по-настоящему любишь моего брата? - Вадим вновь пронзительно на меня посмотрел… Господи! Какие же у него красивые глаза! По ним можно читать, каждый раз как буд-то открывая новую страницу книги. - Знаешь, я много думал - кто виноват, когда в семье случается измена? И пришел к выводу, что оба супруга. Ведь если двое любят друг друга и по-настоящему счастливы, то никакой третий им никогда не
сможет помешать…
        - Потрясающая мысль. Это на личном опыте? - перебила я его, но Вадик словно не обратил на это внимание:
        - Вовка не счастлив с Леркой. В их доме холодно. Обыденно… А вот с тобой… Я знаю, точнее - догадываюсь, что ночь, после дня рождения Олега, Вовка провел у тебя, - Вадим вдруг фыркнул, покачал головой и продолжил. - Как он рвался тогда, и как забавно отмазывался… а Лерка-то ему поверила… На следующий день в обед мы встречались. Вовка весь аж светился от счастья… - Вадим вдруг остановился и посмотрев на мои руки руки, сказал. - А вчера… Он пришел поздно, пьянющий в стельку. Нес какой-то бред и все порывался позвонить тебе… Хорошо, что спать его укладывал я и Лера ничего не слышала… Что между вами произошло? Почему на твоих руках синяки, а в мусоре валяется твой вчерашний халат и… еще кое-что? Он… чем обидел тебя?
        - Ничего не произошло, - замотала я головой. И не потому что не хотела отвечать, а потому что не хотела вспоминать.
        Я невольно обняла себя за плечи и ощутила как по телу пробежали мурашки. Вадим опять фыркнул, но как-то зло, и я поняла, что и он все понял… Вдруг я почувствовала как по моим щекам катятся слезы. Горячие и неожиданные. И облегчение они не принесли, скорее - стыд и злость на это.
        Резво встав со стула, я подошла к окну, чтобы Вадим не мог видеть моего лица.
        - Тебе не стоит вмешиваться. Тебя это не касается.
        Он не ответил. Он сидел, а я стояла. И оба молчали. Слезы исчезли так же неожиданно, как и появились. Я вытерла их следы на свои щеках.
        Вадим поднялся и подошел ко мне. Обнял сзади за плечи и зарылся носом в мои волосы… Он вроде бы сейчас меня жалел. Не было в прикосновениях Вадима никакого намека на что-то другое. Но его близость неожиданно пугала и будила во мне странные чувства. Они мне не понравились. А еще мне страшно не нравилось то, что гость все тесней прижимается ко мне.
        - Я думаю тебе лучше уйти, - сказала я строго.
        - Ты же сама не хочешь, чтобы я уходил.
        - Хочу, - отстраняясь, ответила я.
        - Не хочешь… - покачал он головой и тут же развернув меня к себе попытался поцеловать.
        Волна жара обдала мое лицо, губы потянулись навстречу к губам, но я неожиданно отвернувшись в сторону, сказала:
        - Я спала с твоим братом.
        И как только я это произнесла, сразу испугалась: а вдруг, после этого напоминания, он уйдет? Ведь Вадим был прав - я, действительно, не хочу чтобы он уходил. Мне стало легче, от того что он все знает. Знает и не осуждает. Во всяком случае - сейчас и вслух. И даже ищет оправдания людским изменам.
        - Заметь, ты сказала это в прошедшем времени… - ласково подметил Вадим и погладил меня по плечу. Я дернулась. - Ладно. Извини. Не знаю, что на меня нашло… Давай попьем чай. Просто попьем чай.
        Он шагнул от меня, подошел к столу и включил, еще не успевший остыть, чайник. Вода быстро вскипела и Вадим разлил кипяток по стоящим на столе чашкам. Бросил в них пакетики чая, лежащие на столе в желтой коробке, и сел на табурет. Я посомневалась немного, но все таки присела на табурет по-соседству.
        Чай заварился. Вадим, по хозяйски, залез в ящик, достал из него ложки и нож, и начал нарезать тортик на сегменты. Разложив нарезанный десерт по двум блюдцам, один придвинул ко мне и первым снял пробу со своего кусочка.
        Минут десять мы ели и сидели молча. А я еще старательно не смотрела на своего гостя.
        - Хочешь, поговорим? - предложил Вадим.
        Я передернулась от неожиданности и замотала головой.
        - Тогда, может… Володька, я могу с ним поговорить. Сказать, что ты… - не унимался он, но я не дала родственнику договорить:
        - Ничего не надо… Не лезь, куда не просят.
        - Почему?
        Здесь в мою дверь позвонили. Мое сердце в очередной раз за сегодня, ухнуло вниз и мы с Вадимом переглянулись.
        Я дернулась в попытке подняться, но Вадим, коснувшись моей руки, сам поднялся и вышел в прихожую. Посмотрев в глазок, Вадим вдруг улыбнулся и сразу открыл дверь.
        Глава 11
        - Вот те раз… Привет. Надеюсь, я не помешала? - услышала я Ксюхин голос, а увидев воочую сию гостью, ощутила что мое сердце застучало в обычном режиме.
        Ксю зашла на кухню и в ее руках тоже была коробка с тортиком. Правда на этот раз я и не сомневалась, что приготовлен он был в нашей кондитерской.
        - Как раз вовремя. Мы собрались пить чай, - ответил ей Вадим. Ксюня поставила десерт на стол и бегло огляделась.
        - Не ожидала, конечно, тебя увидеть. Но это даже хорошо, что ты здесь, - с улыбкой сказала Ксюня Вадиму, но вдруг, уставившись на меня, резко нахмурилась.
        Наша многолетняя дружба с Ксюшкой не прошла даром, она, лишь взглянув на меня, сразу поняла, что со мной что-то не так.
        - Что-то случилось? - поинтересовалась она. - На тебе лица нет…
        - Что - от былой красоты и следа не осталось? - попыталась я отшутиться.
        - Тьфу на тебя. Три раза, - обиженно плюнула она и, кивнув в сторону вошедшего в след за ней Вадима, спросила: - Этот тебя что ли, обидел?
        - Скорее - наоборот. Утешает, - вступилась я за гостя.
        - Утешает? - Ксюха почему-то опять огляделась, а потом, присев рядом, повторила вопрос: - Я точно не помешала?
        - Точно, - ответил ей Вадим и, подойдя к шкафу, полез на полку за еще одной чашкой.
        - А жаль… - тихо сказала Ксюня. - Ладно, тогда - что все таки случилось?
        Я покосилась на Вадима и он, поняв мой взгляд правильно, поставил третью чашку на стол и молча вышел с кухни.
        Когда в моей спальне включился телевизор и из его динамиков донеслись узнаваемые звуки программы новостей, я вкратце поведала подруге, что именно со мной случилось.
        - Козлина! - ругнулась Ксения, разумеется в адрес моего дядюшки, после моего красноязычного повествования.
        - Сама виновата, - призналась я. - Надо было… по-другому… И давно…
        - Ага, мозг начинает соображать, когда пятая точка уже успела накуролесить, - съязвила моя подружка, но я на нее даже не обиделась. Ведь Ксю была права. - Что делать будем?
        - Что значит - будем? - приподняла я брови.
        - То и значит! Нельзя так это оставлять! - возмущаясь, повысила голос Ксения Сергеевна.
        - Это как раз то, что я хочу сделать - все так и оставить. И не возвращаться.
        - Тут ты конечно молодец, но… - Ксюня замолчала и прислушавшись, сделала кивок в сторону спальни. - А Вадим что, тоже в курсе твоих отношений с его братом? - я кивнула. - Ты рассказала?
        Я замотала головой:
        - Нет, он сам узнал, случайно. Еще в Крыму… До того момента, как подошел ко мне на пляже… Вадим подслушал мой телефонный и при этом весьма интимный разговор с Владимиром Алексеевичем.
        - Насколько интимный?
        - Насколько я помню - на много, - задумавшись, ответила я. - А сам Вова, оказывается, когда-то уже делился с младшим братом о наличии у себя молодой любовницы. Что это именно я, не говорил. Но Вадим, после подслушанного разговора, догадался.
        - Ага, - кивнула Ксюшка. - Теперь его поведение не выглядит таким уж и глупым…
        - Согласна. Но все равно странно и почему-то… неприятно.
        - Неприятно? - удивилась Ксюха. - С чего бы это? - я пожала плечами, а Ксюшка внимательно посмотрев в мои глаза, вдруг криво улыбнулась и предположила: - Кира Викторовна, а я поняла - он тебе все таки нравится.
        - Кто?
        - Вадим, - фыркнула Ксюша. - И не спорь… Это, кстати, вполне логично.
        - Чем же? - не поняла я.
        - Ну как чем, этот вдвшник похож на твоего Вовочку. В нем есть все то, что, по твоим же словам, тебе нравилось во внешности твоего дядюшки. Например - губы. Точно такие же, бантиком, - тихо сказала Ксюня, а я невольно облизнулась, вспомнив об неудавшемся поцелуе. - Волосы, глаза… У Вадима такие глаза, прям зеленые-зеленые, как камни изумруды. В них смотришь и влюбляешься. Каюсь, и я залюбовалась… - моя подружка остановилась и посмотрела на меня, я, соглашаясь, кивнула. - Фигурой братья похожи. Да вот только Вадик выглядит эффектней на фоне Вовы - шире в плечах и выше ростом… И, кстати, по многим другим, уже не внешним параметрам, он однозначно лучше.
        - И по каким же? - лукаво спросила я.
        - Ну, во-первых, он не женат, - я молча закатила глаза. - Во вторых - моложе. И в-третьих, он не является твоим родственником.
        - Как это? - возмутилась я с ухмылкой. - Является. Вадим - дядя моего троюродного брата.
        - Третья вода на киселе, - махнула Ксю рукой. - Вова хуже - он муж, повторюсь, - муж твоей тетки.
        Об этом немаловажном факте Ксюня напоминала мне каждый раз, когда наш разговор касался моего любимого дядюшки. И если раньше я не придавала ее подобным речам особого значения и попросту пропускала эти слова мимо ушей, то сейчас я словно услышала, наконец, подругу. Во мне даже появилось чувство, похожее на стыд.
        Но демонстрировать его, все равно, не хотелось.
        - Уже нет смысла пробуждать мою совесть и отговаривать меня от Вовы… - произнесла я тихо. - Я перегорела. Не хочу. Обидно и больно… - а потом кивнув на стену, за которой находилась моя спальня, а в ней Вадим, добавила: - Но и на Вадима переключаться я не хочу. Особенно после твоих сравнений. Он… на самом деле, похож на брата.
        Ксюха замотала головой:
        - Я уверена, что по характеру он другой, - я невольно усмехнулась. - Да, мы пообщались всего один вечер, но этого было достаточно, чтобы понять, что Вадик человек ответственный и далеко не глупый. А это немаловажно.
        - Я чего-то не поняла, Ксения Сергеевна, ты меня уговариваешь на отношения с Вадимом? - ехидно спросила я.
        - Предлагаю присмотреться. Как следует.
        - Присмотрелась, - нахмурилась я.
        - Плохо присмотрелась, - настаивала она. - У тебя ж близорукость. Небольшая, но все же. Так что, надо внимательней.
          А я насупившись от ее такой настойчивости, отмахнулась:
        - Отстань. Мне не до этого…
        Ксюша покачала головой, молча поднялась и включила чайник. А заварив себе чая, присела обратно и почему-то уставилась в мое лицо.
        Поводила по нему взглядом и вдруг заговорила:
        - Не хотелось бы расстраивать тебя еще больше, но… - резко замолчала моя подружка.
        - Но? - нахмурилась я.
        Ксю глубоко вздохнула и призналась:
        - В общем, у нас в кондитерской возникли проблемы.
        - Какие?
        - Помнишь, сдавалось в аренду соседнее помещение?
        Я задумалась на секунду и не очень уверенно ответила:
        - Смутно. Помню что оно пустовало несколько месяцев.
        - Хозяин искал арендатора. И нашел. Помещение снял один мужик и собирается открывать там фитнес-клуб.
        - И что? - не поняла я к чему клонит моя подружка.
        - Ему не нравится наше калорийное соседство, - скривив лицо, сказала Ксюня.
        Я фыркнула:
        - Его проблемы. Мы появились раньше.
        - Я того же мнения… да вот только… - моя подруга пожевала губы. - Он настоятельно рекомендует сворачивать наше дело и искать себе другое место.
        Тут я хохотнула:
        - Надеюсь - ты его послала?
        - Пыталась, ты ж знаешь, в моем кармане слов предостаточно, - кивнула Ксюня. - Да вот, мужик мало того что суров, но и, судя по всему, имеет криминальное прошлое, а может - и настоящее… И ему мало сданного ему помещение… - моя подружка выждала паузу, а потом неожиданно закончила: - Он хочет еще и наше.
        - О как! - усмехнулась я.
        - Ага, - Ксю подула на горячий чай и сделала глоток. - Обещал, что если мы добровольно не согласимся, он поможет нам принудительно.
        - Запугивал? - нахмурилась я.
        - Так точно. Не скажу, что прям мне писать захотелось, но мочевый пузырь позыв дал. И стало так неуютно…
        Я продолжала хмуриться. Все больше и больше.
        - Что делать будем? - повторила моя подружка этот вопрос, но теперь с другим контекстом.
        Я громко вздохнула и придвинула к себе чашку…
        Н-да… В первый раз мы в такой ситуации и я совершенно не знала не то что мы будем делать, а как вообще об этом думать. Хуже всего то, что теперь мне к кому обратиться за помощью. Раньше я бы пожаловалась Вовочке и его бравые ребятки быстро поставили запугивателя на место. При чем так, что он сам сбежал бы с нового арендованного места, задорно сверкая пятками.
        А как теперь-то? К дяде я точно не пойду в ножки кланятся, после всего что было. Но и терять кондитерскую не хотелось. Она наше детяще, мы столько всего в нее вложили…
        - Для начала я хочу сама посмотреть на этого сурового дядю, - ответила я, потому что Ксю ждала от меня хоть чего-то. - Часто он там появлятся?
        - Понятия не имею. Видела его и общались лишь два раза. Неделю назад и сегодня.
        - А чего раньше мне ничего не сказала? - возмутилась я.
        - Так он запугивать начал только сегодня. Раньше его наша кондитерская не волновала…
        Тут дверной звонок моей квартиры снова кто-то побеспокоил. Я даже встать с места не успела, как Вадим уже подошел к двери и вновь ее открыл.
        - Добрый день, - поздоровался с Вадимом знакомый мужской голос.
        - Добрый, - ответил ему Вадим.
        - А Кира… дома?
        - Саш, заходи! - крикнула я громко.
        Ксения Сергеевна, услышав из моих уст это имя и догадавшись кто именно зашел в гости, резко поменялась в лице, нацепив на него улыбку, выпрямила спинку и кокетливо устроила одну свою роскошную ножку на другой.
        Сашка зашел в квартиру и, подозрительно оглядываясь на Вадима, прошел на кухню. Вадим проследовал за ним.
        - Привет, - широко улыбнувшись, поздоровался сосед.
        Синяк под его левым глазом почти сошел, он уже "доцвел" до желтого цвета и особо не бросался в глаза. Однако Сашка все равно старательно поворачивал к нам лицо непострадавшей стороной.
        - Привет, - улыбаясь не менее широко, ответила ему Ксюха.
        - Мы тут чай пьем. Присоединяйся, - предложила я ему.
        Сашка странно покосился на Вадика и ответил:
        - Я вообще, за солью зашел…
        - Получишь соль, - хихикнув, сказала я. - Вот чай с тортиками выпьем и выдам я тебе этот белый порошок.
        Сашка почему-то сомневался. Но все таки присел на табурет между мной и Ксюшкой. Вадим тоже устроился за столом, напротив меня.
        - Знакомьтесь, это Вадим, а это Саша, - представила я их друг другу.
        Мужчины кивнули и внимательно посмотрели друг на друга. И если Вадим смотрел оценивающе, то взгляд Сашки был каким-то растерянным и смурным… и здесь я догадалась, какие мысли могли бродить в голове моего соседа.
        - Расслабься, Саш, Вадим не тот мой "придурочный кавалер", - сказала я соседу с усмешкой.
        Сашка громко и с облегчением выдохнул:
        - Ну слава Богу, а то я подумал… Сидеть за одним столом с человеком который… - сосед резко остановился, а не понимающий Вадим тут же поинтересовался:
        - Который что? - мы втроем переглянулись, но промолчали, а еще больше заинтересованный Вадим не унимался: - И что значит - это не тот придурочный кавалер? О чем вы?
        Я пожевала губы и посмотрела на соседа:
        - Саш, ты не будешь против если я все расскажу? Ксения Сергеевна, например, уже в курсе. - Саша посмотрел на Ксюшку с сомнением, но все таки кивнул. И тогда я принялась вкратце и не употребляя конкретных имен рассказывать: - Сашка - мой сосед и хороший знакомый. Пару дней назад он пригласил меня сходить на пляж, в "Бухту Свободы". На пляже состоялась одна встреча… после которой, вечером, к Сашке заглянули незваные гости и не без рукоприкладства попросили забыть о моем существовании.
        Глаза Вадима поползли на лоб, он одними губами отчетливо спросил: Вова? Я в ответ молча кивнула.
        - Совсем он рехнулся, что ли? - возмущенно спросил Вадик, а потом на секунду задумался и задал еще один вопрос: - Подожди, это было накануне того вечера, когда мы в караоке зажигали, и по телефону у туалетов ты с ним говорила? - я опять кивнула. - И из-за вот этого вот всего он вчера… Вот, действительно, придурочный… сукин сын!
        - Как ты сказал - из-за вот этого вот всего - называется "ревность", - поправила я его. - И ты, кстати, вчера утром тоже был ее причиной.
        - В смысле? - не понял Вадим.
        - Он вчера утром мне позвонил. И когда мы разговаривали - ты зашел в комнату и очень громко поздоровался. Он это слышал.
        Вадим громко матюгнулся, а потом, извинившись за это, и тихо сказав:
        - Мой голос он не узнал. Иначе обязательно бы все мне высказал, - резко поднялся и вышел в прихожую.
        Единственным ни-о-чем-не-понимающим за нашим столом теперь был Сашка. Он молча хмурился и косился то на прихожую, то на нас. Я решила кое-что ему прояснить:
        - Просто Вадим близко знаком с тем моим "придурочным кавалером". И ему, как видишь, с большим трудом верится, что тот способен на такие неадекватные поступки.
        - Ясно, - ответил Сашка, но судя по его виду - ясно ему все равно не было. Но ему это и не особо нужно.
        Вадим погулял немного по моей прихожей, а потом вернулся на кухню, и устраиваясь на том же стуле, заявил:
        - Ладно, и с этим разберемся… - он по очереди посмотрел на меня и на Ксюху, а потом сказал: - Но сначала надо разобраться с вашими проблемами в кондитерской.
        - Подслушивал? - одновременно ахнули мы с Ксюней. А затем я удивленно поинтересовалась:
        - Как ты мог что-то слышать? Телевизор просто орал!
        Вадим усмехнулся:
        - Телевизор орал в комнате, лично я был в коридоре. А там все хорошо слышно.
        - И как тебе не стыдно? - качая головой, поинтересовалась Ксюшка.
        Вадим фыркнул и совершенно спокойно ответил:
        - А почему мне должно быть стыдно? Ведь если бы вы хотели весь разговор оставить в тайне, то надо было сразу просто выставить меня за дверь. Любопытство - не только женский порок. Мужчины страдают от него не меньше. Я в том числе.
        И здесь до меня дошло, что он слышал не только ту часть нашего разговора про кондитерскую, но и то, что Ксюха мне здесь настойчиво советовала.
        - Н-да, я смотрю что подслушивать входить у тебя в привычку… И мне вот очень странно, что ты так спокойно во всем признаешься. Не ожидала от тебя такого… - разочарованно сказала я и тут же встретившись взглядом с усмехающимися глазами Вадика, психанула и на эмоциях сказала: - Не получилось раньше, зато сделаю это сейчас - будь добр, покинь мою квартиру!
        Вадим с ехидной улыбочкой покачал головой, демонстрируя что никуда уходить он не собирается. И мне тут же захотелось в него что-нибудь метнуть. Но так как поблизости были лишь чашки с чаем, из весьма дорогого и горячо любимого мной сервиза, и тортики, один из которых был старательно приготовлен умелой рукой моей подружки, - метать что-то в Вадима мне резко расхотелось. Хотя мой порыв незамеченым не остался:
        - Не стоит, - покачал Вадим головой, убрал ехидную улыбочку со своего лица и спокойно заговорил: - Кира Викторовна, должен признать что устами Ксении Сергеевны таки глаголила истина - я человек не глупый и ответственный. А еще честный, понятливый и, как ты сама успела заметить, физическими данными не обделенный. Я вам пригожусь.
        - А еще ты скромный, - добавила я с иронией.
        - Есть немного, - согласился он. - Но моя скромность мне совершенно не мешает. И я готов помочь…
        - Многоуважаемый Вадим… Алексеевич? - уточнила я, Вадик кивнул. - Ну так вот - ответственно вам заявляю - в вашей помощи мы не нуждаемся. Справимся. Взрослые девочки.
        - Не сомневаюсь что в словесных баталиях вам нет равных. Но кто-то, даже в роли брутального и молчаливого охранника, просто стоящего подле вас, будет вам просто необходим.
        - Если ты сейчас не уймешься, я с огромным удовольствием пошлю тебя в долгое, эротическое, но совсем неприятное путешествие. Догадываешься куда?
        - С тобой, Кирюшка, хоть на край света, - ответил Вадим и подмигнул.
        А я закатила глаза. Потом, понимая бесполезность пререканий в данный момент, поднялась со своего места и направилась к двери.
        Уже в коридоре я обернулась и сказав напоследок:
        - Допивайте чай, гости дорогие, и расходитесь по домам. Дверь теперь закрывается без участия хозяйки - просто посильней хлопните, - удалилась в свою спальню.
        Устроившись на своей мягкой постели, я запретила себе думать сейчас о чем-либо. Как говорится, в любой непонятной ситуации - ложись спать.
        И я последовав этому мудрому совету, вскоре задремала.
        Глава 12
        Проснулась от того, что мне очень сильно захотелось пить. Горло пересохло так, словно вчера я прилично употребила неприличное количество алкоголя.
        Присев в постели, я огляделась: в комнате я одна, а за окном был еще день - солнце коварно просвечивалось даже сквозь плотные и тяжелые шторы. Надеюсь, все мои гости внемли моим словам и я одна не только в своей спальне, но и во всей квартире.
        Я поднялась с кровати, в которой задремала не сняв халата, и неспеша проследовала на кухню.
        Там меня ждал сюрприз, в виде задержавшегося у в гостях Вадима - он сидел за столом и нагло рылся в моем ноутбуке, который я в последнее время привычно оставляла здесь же, на подоконнике.
        - Два! - громко сказала я.
        Вадим от неожиданности даже дернулся и посмотрев на меня, удивленно спросил:
        - Что - два?
        - Два вопроса у меня к тебя: какого черта ты остался? И какого черта ты роешься в моем пк?
        Вадик хохотнул и ответил:
        - Остался я у тебя так как мне пока идти некуда - к брату возвращаться нет никакого желания. Сама понимаешь… А роюсь я не в твоем пк, а в интернете, - он перевел взгляд с меня на экран ноутбука и бесцеремонно принялся что-то там изучать.
        - А это не одно и тоже? - разозлилась я.
        - Нет. Личные папки не тронуты - сможешь потом самолично перепроверить.
        - Прям успокоил! - развела я руками, а потом подошла к столу. Захлопнула крышку ноутбука и схватила свой пк, крепко прижимая его к груди. - А тебя в детстве разве не учили, что брать чужие вещи без спроса - это ай-яй-яй, как не хорошо. За это когда-то руки, между прочим, отрубали.
        - Учили, - кивнул он с улыбочкой. - И тебя, скорее всего, тоже. Однако, мы с тобой это учение пропустили мимо ушей.
        - Это на что ты намекаешь? - нахмурилась я.
        - Я пользуюсь чужим ноутбуком, а ты пользовалась чужим мужем, - напомнил он, а я сурово сдвинула брови…
        Воспоминания о прошлой ночи неожиданно нахлынули на меня леденящим потоком, пробежали по позвоночнику и зависли ноющей болью в самом внизу живота. В висках застучало, а синяки на руках словно ожили и запульсировали под кожей.
        Больно… Даже больнее, чем вчера.
        - Пошел вон… - тихо сказала я.
        - Прости, неуместная шутка, соглашусь, - извинился он вполне искренне.
        - Принимаю. Но, все равно, прошу тебя удалиться. По-хорошему.
        - Увы, я ж говорил, идти мне некуда, - спокойно ответил Вадик. - В твоих же интересах, между прочим, чтобы я остался. Ведь желание высказать брату все что я о нем думаю, еще не прошло - боюсь, как увижу его, сразу сорвусь, - Вадим забавно поиграл бровями, а его зеленющие глаза сверкнули изумрудным блеском. - Поэтому завтра с утречка, пока Володька будет на работе, заберу из их квартиры свои вещи и зависну пока у тебя, родственница.
        Я закатила глаза и спросила:
        - Почему это у меня?
        - Мне здесь нравится, - ответил он и обвел мою кухню взглядом.
        - Ага, весомый довод, - фыркнула я. - И надолго ты собрался у меня зависнуть, родственничек?
        - Пока не закончат ремонт в моей квартире.
        - И когда сие должно свершиться?
        - Скоро, - размыто ответил Вадим.
        Я глубоко вздохнула, уже мысленно смирившись с неизбежностью прибывания брата моего бывшего любовника у меня дома… Как звучит однако. Брат любовника. Бывшего любовника… Вчера я уже приняла решение, что больше не вернусь в постель к своему дядюшке, а сейчас окончательно убедилась в правильности этого решения.
        Однако никого другого приглашать в свою постель в ближайшее время я не планирую.
        - И где ты собрался ночевать? - спросила я.
        - Как где? Где и прошлый раз - размеры твоей кроватки впечатляют и позволяют ночевать на ней не то что вдвоем, а даже втроем.
        - О нет, - запротестовала я, почему-то сразу представив, как рядом со мной уже спит нагой родственник. Представленная картина будила во мне противоречивые чувства: смесь из вдруг возникшего физического желания и странной досады. - Шутки - шутками, а ты лучше найди себе другое место для ночлега. Вариантов масса: гостиницы, друзья или другие родственники.
        - Других родственников у меня нет. С друзьями тоже туго, я много лет не жил в родном городе и с такой просьбой обратиться к тем, кого когда-то считал другом, на вряд ли смогу. А гостиницы - дорого, Кирюша… - Вадим сделал глубокий вдох и серьезно заявил: - Так что твоя квартира самый лучший вариант… В общем - я останусь у тебя. И это не обсуждается.
        Сцепив зубы, я поинтересовалась:
        - Хотелось бы тогда обсудить точное место твоего сна в моей квартире…
        И Вадик пошел на снисхождение:
        - А спать, так уж и быть, я могу на полу. Привыкший, знаешь ли.
        - Жена часто прогоняла из семейного ложе? - не удержавшись, ехидно спросила я и поймала на себе гневный взгляд Вадика.
        - Нет, - сказал он тихо и зло. - Я, если ты помнишь, военный. И ты себе не представляешь где, как и при каких условиях мне приходилось ночевать.
        Мне резко стало стыдно. Я мало что знала про военных, но кое-какое представление имела.
        В горле еще сильней пересохло и я сразу вспомнила зачем, собственно, пришла на кухню, взяла кружку и налила в нее воды. Выпив всю налитую жидкость, поставила кружку обратно на полку.
        - Ладно, - ответила я. - Ты тоже меня извини… И я согласна на твое временное, повторюсь, временное проживание у меня… на полу, - Вадим хмыкнул, а я добавила: - Ты сам это предложил, за язык тебя не тянули. Да и мне так будет спокойней.
        Вадик, соглашаясь, закивал. Но потом вдруг спросил:
        - Боишься не устоять?
        - Перед чем?
        - Перед моим обаянием, - широко улыбаясь, ответил родственничек.
        - А оно у тебя есть? - усмехнулась я. Вадим покачал головой:
        - С тобой так приятно общаться.
        - Взаимно…
        Мы уставились друг на друга. Молча смотрели в глаза почти с минуту, как бу-то играя в игру "кто первый моргнет?". Вадим первым отвел взгляд и произнес:
        - Ладно, с жильем мы решили, - он хлопнул себя по карманам, что-то ища. - Теперь вот что, Кирюша, смею с сожалением заметить - у тебя пустой холодильник.
        - Никто не мешает тебе его заполнить, - равнодушно пожала я плечами. - Тем более если ты решил здесь пожить, - закончила я, собираясь покинуть пределы кухни.
        - Обязательно, - согласился он, доставая из кармана кошелек. Быстро посчитал купюры и добавил: - Я схожу в магазин, а ты приготовишь ужин.
        Моя челюсть тут же резко открылась от услышанного. Вот уж наглость! Я себе-то редко готовлю, а кому-то тем более… И я решила, что делать этого не буду и посему без зазрений совести, просто соврала:
        - Я не умею готовить.
        - Ой, не ври.
        - Не вру, - захлопала я глазками. - Максимум на что я способна - это сварить макароны и пожарить яичницу, - сообщила я с кривой улыбкой. Вадим фыркнул и поднявшись, сказал:
        - Не лукавь, Кирюха, твоя подруга открыла мне глаза на твои таланты - готовить ты умеешь. Может не так отлично, как Ксюшка, но более разнообразно, чем сама сказала.
        Я мысленно чертыхнулась. Вот, Ксюха, когда успела-то? Готовить я и в правду умею, но очень это не люблю. Тем более мои финансовые возможности позволяют мне хоть каждый день да по нескольку раз, питаться вне дома или, на худой конец заказать еду на дом… Да, будем считать, что я обленилась. Но зачем усложнять себе жизнь, если есть варианты попроще?
        - Я не могу прожить и дня не поев мяса. Уж извини - я мужик и привык питаться так, - просветил меня Вадик, проходя мимо меня в сторону прихожей, а я, положив ноутбук на стол, подошла к нему. Уперев руки в боки, я произнесла:
        - Думается мне, что мясо ты можешь сам себе приготовить.
        - Могу, конечно, - согласился он, замирая у входной двери, потом наклонился, чтоб надеть обувь, - Но что тогда будешь делать ты?
        - А я что-то должна? - удивилась я.
        - Естественно, - уж очень мило улыбнулся он. - Я, пока живу у тебя, беру на себя всю мужскую работу: починить, подлатать, выносить мусор каждый день. Даже обязуюсь ходить в магазин. Заодно помогу прекрасным леди разобраться с их проблемами в бизнесе.
        - Я же сказала уже - не нужно. Сами справимся.
        - Верю, Кирюшка, верю. Я лишь подстрахую, на всякий случай… - Вадим поднял на меня глаза. - С Ксенией Сергееаной мы это уже обсудили. Она категорично не против моего вмешательства.
        Вот, блин, сговорились за моей спиной! Ну, Ксю, ну подруга моя любимая.
        - Так что так, - он выпрямился. - А от тебя требуется лишь одно: кормить работягу, в лице меня, - и схватившись за ручку двери, добавил: - И, кстати, замок я бы тоже мог поменять - нечего было тратиться, могла просто позвонить и попросить меня.
        - Не поверишь - про тебя я даже не вспомнила. А замок требовалось сменить срочно.
        - Ну ничего. Теперь-то уж точно про меня не забудешь. Это я обещаю, - улыбнулся он и, не позволив мне ничего ему на это не ответить, быстро покинул мою квартиру. А я, прихватив ноут, направилась в спальню, где собиралась как следует спрятала свой пк. Но перед этим мне захотелось посмотреть что Вадим делал в моем ноутбуке. Я открыла крышку и для начала проверила свои личные документы. Надо же, а он не соврал, по моим папкам он, действительно не лазил - просмотров за сегодня не было. Тогда я решила глянуть историю браузеров… Адрес нашей кондитерской, информация о владельце помещения, поиск номеров телефонов по имени… Получается, что Вадик реально собирается нам помочь, иначе зачем ему все это? Я с улыбкой захлопнула ноут и убрала его в шкаф, под кипу белья. А потом посетила ванную. Там, раздевшись, я залезла под душ. И пока мылась, все думала о Вадиме. Его желание помочь меня умиляло… Но насколько оно альтруисткое? Кто знает, что там в голове у этого бывшего вояки… С другой стороны, присутствие в доме Вадима меня успокаивает и отвлекает от неприятных дум. Будем считать, что все происходящее - некая
обоюдая благотворительность. Ведь помощь нам не помешает, а Вадику, реально, пока негде жить.
        Вернулся Вадим довольно быстро. С двумя увесистыми пакетами и все с той же довольной лыбой на лице.
        - Встречей добытчика с добычей, - весело сказал он, разулся и отнес пакеты на кухню. Я тут же принялась разбирать покупки, внимательно рассматривая продукты и одновременно подмечая пристрастия Вадика в еде. Мяса было много, причем свежего и разнообразного: и свинина, и курица и говядина. Так же Вадик прикупил различных овощей: томаты, огурцы, морковь, картофель, лук, кабачки, баклажаны. Даже фенхель где-то откопал. (Интересно, он сам знает что это вообще?). Еще был пакет со сладостями: печеньки, конфеты, вафли. Я такое не покупаю - если мне хочется сладкого, я просто иду в нашу кондитерскую. И вообще стараюсь не есть так часто сладости. Тем более именно такие - непонятно из чего и кем сделанные… В общем, выбор Вадика мне не совсем приглянулся.
        - И что же именно я должна приготовить? - поинтересовалась я.
        - А что хочешь, - ответил он, убирая молоко и сыр в холодильник.
        - Лично я ничего не хочу. Сама могу схомячить одну морковку и вполне ей наесться, - ответила я тихо. Вадим не стал цепляться к моим словам и мирно предложил:
        - Сделай рагу из свинины с овощами. Просто, быстро и сытно.
        - Ага, очень просто, - покачала я головой.
        - Тут главное другое слово - быстро, - сказал гость и подмигнул.
        Что ж, рагу - значит рагу. Секунду подумав, я нехотя положила кусок мяса в раковину и надела фартук. Вадим, закончив заполнять холодильную камеру, молча взял из сушилки нож, быстренько почистил морковку и репчатый лук, оставил очищенные овощи рядом с раковиной, и так же молча удалился с кухни. Типо немного помог. Ну и на том спасибо.
        Приготовление ужина заняло у меня не больше сорока минут. Да, я старалась быстро, но не в угоду Вадиму, а из-за желания просто побыстрей закончить. И приготовила много, чтобы и завтра было что поесть наглому родственнику.
        Как только я выключила плиту, Вадик словно почувствовав, что рагу готово, пришел и, потирая руки, устроился за столом.
        - Пахнет вкусно, - произнес он. Я с видом заботливой и радушной хозяйки, положила пищу в глубокую тарелку и поставила еду перед незванным гостем. Так же подала ему вилку и даже нарезала, так же купленный Вадимом, хлеб.
        - Спасибо, - вежливо сказал Вадик и приступил к трапезе.
        - Пожалуйста, - фальшиво улыбнулась я, присаживаясь по-соседству.
        Есть, поначалу, я не собиралась. Но наблюдая за тем, как Вадим аппетитно поглощает приготовленное мною рагу, я не удержалась и тоже решила откушать. И должна была признать, что ужин у меня вполне удался.
        - Очень вкусно, - решил меня похвалить Вадик. - Можно добавки?
        Ох, как мне это не понравилось. Я-то надеялась что он наестся одной порцией, а тут еще одна. Такими темпами мне реально придется готовить каждый день. Но я все таки положила Вадиму еще. Пусть ест, может добрее будет.
        - Прям идиллия, - вдруг произнес Вадик. Я, не понимая о чем он, нахмурилась. И родственник пояснил: - Сидим так уютно, по-семейному.
        - Конечно, - решила я согласиться, но переводя его слова в другое русло. - Мы ж все таки родственники.
        Тут нахмурился Вадим:
        - Дальние, - отложив вилку и отодвинув от себя пустую тарелку, произнес он. - Настолько дальние, что это даже не считается.
        - Теоретически - да, а фактически - нет, - поспорила я.
        - С Володькой ты родственница, фактически, - произнес он настырно. - А со мной даже не теоритически.
        - А почему это тебя так задевает? - спросила я лукаво.
        - Кто сказал?
        - Ты злишься.
        - Да, я злюсь. Почему бы тебе просто не ответить на мою реплику так: да, Вадим, так душевно сидим.
        - Просто я не вижу ничего душевного, - ответила я. - По мне, наша ситуация выглядит примерно так: один добрый человек, это конечно я, принимает у себя в гостях своего дальнего и наглого родственника, это разумеется, ты, и кормит его ужином. Все обыденной и логично… И, соглашусь, пожалуй в одном - это действительно выглядит по-семейному.
        - Я совсем другое имел в виду, - сказал он и резко поднявшись, шагнул ко мне. Вадим попытался обнять меня за плечи, но я не позволила ему этого тактильного контакта, дернулась и тихо напомнила:
        - Я спала с твоим братом.
        Вадим отстранился от меня и возмущенно поинтересовался:
        - Зачем ты все время мне об этом напоминаешь?
        - Затем, что мне кажется, что ты все время об этом забываешь! - чуть ли не крича, ответила я. - И, знаешь, я думаю, что это все таки плохая идея - наше хоть и временное, но совместное проживание. Боюсь, что твое представление о нем, разительно отличается от моего. Повторюсь - жить в одном доме, не значит еще и спать в одной постели. Меня такое совершенно не устраивает.
        Гость покачал головой:
        - Я понял. И согласен.
        - Что-то мне не верится, что понял…
        Вадим фыркнул и, сложив свои шаловливые руки на груди, задумался, а потом на одном дыхании выдал:
        - Клянусь, что больше даже пальцем к тебе не прикоснусь. - и лукаво добавил: - Пока ты сама меня об этом не попросишь.
        - О, не дождетесь, Вадим Алексеевич.
        - Посмотрим, Кира Викторовна.
        Он довольно улыбнулся и подошел к раковине, чтобы помыть посуду. Я же направилась в спальню и включила телевизор. Вадим заглянул ко мне где-то через час, когда на улице уже стемнело. И заявил что хочет спать. Причем делать это он намерен, как и договаривались, на полу. Я выдала ему все лишние одеяла и подушки, которые только у меня нашлись, и сама проверила удобство этого спального места, когда Вадим, попросив у меня полотенце, пошел в душ. И, стоит признать, что так очень даже можно и вполне комфортно спать. Затем я погасила свет и нырнула в свою уютненькую кроватку. А пока засыпала, подумала, что завтра следует заглянуть в специальный магазин и наконец-то приобрести надувной матрас. Давно, кстати, собиралась. В хозяйстве пригодится. Даже когда этот наглый родственничек от меня съедет…
        Глава 13
        … Утро заглянуло в мою комнату жарким и палящим солнцем. Да и в помещении стояла жуткая духота - ночью было прохладно и я, заботливо подумав, что гостю может быть холодно на полу, закрыла окно. Сейчас об этом я очень даже пожалела, дышать в комнате просто нечем. И только я собралась встать, чтобы распахнуть створки, как Вадим меня опередил, он, громко зевая, поднялся с пола и направился к окошку. Я не стала показывать ночевавшему у меня гостю, что тоже уже пробудилась и, прикрыв один глаз, принялась молча наблюдать за Вадиком. Он был в одних трусах-боксерах, серого цвета, с какими-то буквами на широкой кайме ремня. Эти боксеры сильно обтягивали накачанные и упругие ягодицы родственничка, которые так и притягивали мой взгляд. Я ругалась на себя, но продолжала смотреть… да и Вадим, как буд-то назло, двигался медленно. А когда он вытянул руку, чтобы повернуть ручку окна, я еще смогла внимательно рассмотреть все играющие мышцы на его широкой спине и мускулистых плечах… Духота стала душить меня с удвоенной силой. Вот это зрелище! Как же это я на это все не повелась еще в Крыму, когда он в таком же
почти виде, подошел ко мне на пляже? Шорты! Тогда на нем были одеты широкие шорты для плаванья… А не эти тоненькие, трикотажные боксеры.
        Вадим открыл окно. Комната тут же наполнилась свежим воздухом и дышать стало легче. Родственичек развернулся, собираясь вернуться на свое спальное место, и я резко зажмурила глаза, решив продолжать притворяться спящей. Вадик осторожно прошел мимо меня и, судя по звуку, плюхнулся на лежавшие на полу одеяла с подушками.
        - Доброе утро, родственница Кирюшка, - со смешком сказал он, раскусив мое притворство. - Все успела разглядеть или мне еще раз подойти к окну?
        - Да было бы что рассматривать, - без зазрения совести соврала я и, бросив взгляд на Вадима, села на постель.
        - Да? - с прищуром спросил он. - А что же ты тогда рассматривала?
        Я нахмурилась, покосилась на окно:
        - Я следила, что бы ты, открывая окно, не сломал мне ручку.
        Вадик, не поверив мне, замотал головой:
        - Сам бы сломал, сам бы и починил.
        В ответ я громко фыркнула, так, что бы мой гость меня уж точно услышал. И он услышал, но акцентрировать на этом внимание не стал и сменил тему на более чревоугодную:
        - Слабо блинов нажарить?
        - А сейчас что, масленница? - поинтересовалась я возмущенно.
        - Сейчас утро. А утром блинчики - самое то, - Вадим повернулся на бок и, дотянувшись до моего одеяла, стал тащить его на себя. - Пожалуйста.
        Я дернула одеяло обратно и, легонько пихнув Вадика ногой в плечо, сказала:
        - Отравить тебя, что ли, чтоб с такими просьбами ко мне лезть перестал?
        - Сама же выхаживать будешь - душа у тебя добрая, чистая, сопереживающая, - интонация его голоса была нежная и ласковая, - А блинчики в твоем исполнении, готов поспорить, просто бесподобны.
        Этакий симбиоз лести и подхалимства из уст Вадима не позволил мне съязвить ему в ответ и я, едва слышно и досадно простонав, встала с кровати и, ни разу не взглянув на наглого гостя, вышла из комнаты. Заскочила на пару минут в ванну, умыться и переодеться в халат, а затем прошла на кухню и, сама пребывая в шоке от своего же податливого поведения, стала готовить тесто для блинов. Причем, припоминая вчерашнее рагу, а точнее объемы потребляемой Вадимом пищи, теста я сделала много - чтобы дня на три с завтраком не заморачиваться. Блинов ему хочется? Вот пусть ими только и завтракает! Всю неделю! Сама от блинов воздержусь. Не самая моя любимая, да и вредная для женской фигуры, еда.
        Замесив не сложное тесто и вооружившись двумя одинаковыми по диаметру сковородками, я уже жарила пористые, бездрожжевые блинчики по фирменному бабушкиному рецепту. При этом напевая что-то веселое и жизнеутверждающее себе под нос.
        Вадим появился на кухне, когда последняя порция блинов уже дожаривалась на выключенной плите. Гость надел на себя халат. Мужской. Вовкин… И этот халат, махровый, синий в золотистую полоску, смотрелся на Вадике совершенно нелепо: длина и рукава коротковаты, а приличная часть мощной мужской груди, не вмещалась в запАх, и выглядывала углом почти в девяносто градусов. Не по размеру одежонка. На дядюшке она сидела иначе, идеально по размеру. Я задержала взгляд на оголенной части тела Вадима, начиная злиться. Сама не понимая на что именно.
        - Какой божественный запах, - заметил громко Вадим, отвлекая меня от странных мыслей, прошел мимо и подошел к холодильнику. Достал из него сыр, масло и сметану. Потом Вадик включил чайник, взял с полки две кружки и, заварив в обе чая, присел за стол. Н-да, гость-то уже так по-хозяйски ведет себя у меня дома. А ведь еще и суток не прошло его гостевания. Эх, чуяла же что пожалею…
        Я поставила в центр стола тарелку с огромной стопкой блинов и с тяжким вздохом, намекая как же я устала, уселась рядом. Вадим свернул в трубочку блинчик и, макнув поджаристый край в сметанку, откусил кусочек.
        - Вкуснота какая, Кирюшка, - похвалил он меня, аппетитно жуя. - Хозяюшка…
        Мои глаза невольно закатились и я произнесла, сквозь зубы:
        - Клянусь вам, Вадим Алексеевич, это в первый и в последний раз. Отныне, готовить будешь сам. Не мое это.
        - Очень даже твое. Вкусно, эстетично и… - он сделал паузу, во время которой провел своим взглядом по моему телу, а потом добавил: - Уж очень эротично ты смотришься, стоя у плиты: полуголая, запыхавшаяся, сосредоточенная…
        - Какие, однако, странно-извращенские у тебя фантазии, - ухмыльнувшись, заметила я. Вадим мне подмигнул и стал молча кушать. Я же решила лишь попить чайку, но спустя пару глотков, все таки сунула в себя пару кусочков сыра. И даже не сразу поняла, что все это время я опять пялюсь на грудь Вадима. Отвела взгляд, подавляя в себе вдруг возникшее чувство смущения, и уставилась в кружку, делая маленькие глотки.
        
        Молчание гостя продолжалось недолго. Он, закончив жевать третий блин, неожиданно спросил:
        - Вот мне очень интересно - о чем ты думала, когда так пристально рассматривала меня сегодня утром?
        Чуть не поперхнувшись чаем, я отставила полупустую емкость с напитком и сурово посмотрела на родственничка.
        - Да не рассматривала я тебя!
        - Ой, да ладно, - усмехнулся Вадим. - Как будто я не заметил… Ты не переживай, в этом ведь нет ничего страшного. Я же тоже грешен, Кирюшка.
        - Ты меня рассматривал? - ахнула я.
        - Ага, еще тогда, после караоке, когда ты без стеснения прошлась по комнате в одном белье, - напомнил он. - Ну, так о чем подумала?
        - Честно? - спросила я, Вадик, естественно, кивнул. И я решила ответить честно, как и предложила. - Я подумала: а почему это я не повелась на тебя в Крыму?
        Родственничек довольно улыбнулся.
        - И как ты сама себе на этот вопрос ответила? - поинтересовался он.
        - Никак. Не нашла ответа, - пожала я плечами. - У меня, знаешь ли, интуиция хорошо работает. Она, видать, и в тот раз вовремя среагировала: не связывайся с этим ВДВшником - одни неприятности от них.
        - И много у тебя в жизни было представителей сих войск?
        - Ни одного, - замотала я головой. - Бог миловал.
        - Так откуда ж тогда такая нелюбовь к нашему брату? - искренне удивился он.
        - Это, скорее, как аллергия. Не ешь продукт - не знаешь. Но кто знает как она проявится, когда попробуешь? - фыркнула я. - Ладно, завтракай, родственничек, пока дают… А мне пора, - я быстро встала из-за стола и так же быстро направилась в сторону выхода.
        - А ты далеко? - остановил меня вопросом Вадим.
        - Я? В спальню.
        - А потом?
        - А потом - это мое дело.
        - Твое-твое, - закивал Вадик. - Но каким бы оно не было - на это дело мы отправимся вместе, - серьезно сказал он, а я нахмурив брови, спросила:
        - Ты ж вроде с утра собирался к брату заглянуть, за вещами?
        - А тебе так не терпится, чтоб я окончательно и основательно к тебе перебрался? - усмехнулся он.
        - Нет, мне просто не терпится избавиться от твоего присутствия. Хотя бы на некоторое время.
        - Извини, но, боюсь, что это не получится, - замотав головой, сообщил гость. - Мне вот совсем не хочется отпускать тебя одну… И поэтому сейчас ты, да, пойдешь в спальню собираться, а я пока уберу со стола и вызову НАМ такси. Мы сначала съездим за моими вещами, а потом отправимся в вашу кондитерскую, оценивать масштабы и возможности вашего неприятеля, - он поднялся и действительно принялся убирать со стола. А я, капризно топнув ножкой, грозно поинтересовалась:
        - С какого х… С какого этажа ты на голову мою свалился, а? Я вроде ни о чем тебя не просила и даже наоборот - открытым текстом говорила что в помощи твоей не нуждаюсь.
        Вадим закончив собирать посуду со стола, подошел ко мне и невозмутимо и мягко напомнил:
        - Я ж вчера обещал тебе взять на себя всю мужскую работу.
        - А зачем? - спросила я вдруг очень спокойно. Вадик просверлил меня своим изумрудным взглядом и как бы невзначай коснулся моего плеча. Я дернулась от его касания и Вадим, глубоко вздохнув, немного подумал, а потом игриво ответил:
        - Ну должен же я как-то компенсировать твои кулинарные старания, - и криво улыбнулся. Несмотря на эту его кривую улыбочку, таким ответом я осталась довольна и мне этого было более, чем достаточно… Надежный мужчина рядом - это в любом случае хорошо и даже нужно. Особенно сейчас, когда появилась неожиданная угроза нашему бизнесу… Хотя, на долю секунды, мне почему-то показалось, что ответить на мой вопрос Вадим изначально хотел что-то совершенно другое.
        В комнате, зависнув у гардероба, я начала перебирать свою одежду, в надежде найти что-то легкое, но с длинными рукавами - ведь синяки на моих руках коварно выступали фиолетовым цветом. Не дай бог еще за наркоманку примут или за жертву "домашнего насилия". Но нужного все не находилось. Летом я предпочитала носить открытую одежду, что, в принципе, логично. И когда я уже разочарованно качала головой, изучая кучу летних шмоток на полу, вспомнила вдруг, как в первый свой день прибывания в Крыму, я заглянула в местный бутик и купила там очень милую и оригинальную вещицу ручной работы - вязаную из тонкой нитки в крупную сетку кофточку, что-то наподобии удлиненного сзади кардигана, как раз с длинным рукавом. Одев джинсовые шортики с белой маечкой, я извлекла Крымскую обновку из упаковки и примерила ее, выйдя в прихожую к зеркалу. Очень мило, стильно и главное, цвет кардигана-накидки пастельный, нежно-лиловый - синяки разглядеть практически невозможно. Добавила к образу серые босоножки на каблуке и синюю сумочку через плечо, я довольно улыбнулась, изучая отражение в зеркале, и сообщила Вадиму, что готова.
Вадик ответил, что такси вызвано и вот-вот прибудет. И сам поспешил в комнату, чтобы одеться. Не дожидаясь смс подтверждения о прибытии машины, я предложила уже одетому Вадиму выйти на улицу и подаждать водителя там. Родственничек согласился. Мы покинули квартиру и буквально через пять минут устраивались в удобной машине с кондиционером.
        Как только мы отъехали от моего дома, Вадим набрал Лерочку. Поздоровавшись и узнав как у них дела, Вадик, сообщил своей невестке что сегодня съезжает от гостеприимных и любимых родственников и сейчас едет к ним домой за своими вещами. Тетка не поинтересовалась "к кому и куда?", а лишь сказала, что всегда будет рада видеть Вадика у себя в гостях и что, если он вдруг передумает, двери их дома всегда для него открыты. Но сказала она это все с такой неприкрытой радостью, что даже я не поверила. Еще из разговора Вадика и Лерки я поняла, что дома у них никого нет - Вова в это время всегда на работе, а сама Лерочка только вышла из дома и отправилась с сыновьями на шоппинг. Шоппинг тетка и ее старший Олежек обожают до дрожи в коленях и это мероприятие обычно занимает у родственников ну очень большое количество времени. Так что мы с ними на вряд ли пересечемся. Ну и славненько.
        Вскоре такси подъехало к "Бухте Свободы". Мы притормозили напротив подъезда Климовых. Вадим, взявшись за ручку двери, обернулся, внимательно на меня посмотрел и вдруг обратился к водителю:
        - У меня к вам огромная просьба, - Вадик достал из кармана пятьсот рублей и положил их на панель автомобиля. - Пока я буду отсутствовать, а отсутствовать я буду недолго, заприте пожалуйста все двери, чтобы эта очаровательная леди, - Вадим кивнул на меня, - Никуда не сбежала.
        Я от такой просьбы даже онемела, а таксист хохотнул и, взяв с панели деньги, кивнул. И тогда Вадим наконец покинул машину. Водитель тут же запер все двери, а я высунув лицо в открытое окошко, проводила родственничка недобрым взглядом и мысленно чертыхнулась, просто так, от обиды, ведь сбегать я никуда даже и не собиралась. Вадим, дойдя до подъезда, обернулся и послал мне воздушный поцелуй.
        - Муж? - с ехидной улыбочкой поинтересовался у меня таксист.
        - Боже упоси! - ответила я так же с улыбкой.
        - А кто? - удивился водила.
        - Родственник. Дальний.
        - Ну-ну, - закивал разговорчивый таксист. - Порой дальние становятся ближе родных.
        Вадим действительно вернулся быстро. По недавновыложенному асфальту он катил черный чемодан на колесиках, а на его плечо висела коричневая сумка-портфель. Таксист нажав кнопку, открыл Вадику багажник, тот быстро закинул в него свои вещи и сел в автомобиль.
        - Как ты себя вела? - поинтересовался он с усмешкой. Отвечать я не стала и лишь показала ему язык. - Фи, ну что за манеры? Надо срочно браться за твое воспитание.
        Я закатила глаза, а водитель тронулся и мы поехали обратно.
        Ехали быстро и молча. Я бездумно уставилась в окно, а Вадик, клацая клавиатурой, лазил в своем телефоне. И судя по периодическим сигналам о сообщениях, активно с кем-то переписываясь. В какой-то момент мне захотелось поинтересоваться с кем это ведет переписку Вадим, но подумав что это не мое дело, делать этого я не стала.
        Минут через десять нас с комфортом довезли до моего дома. Вадик расплатился с водителем, вышел из машины и сначала достал свои пожитки из багажника, а потом открыл мне дверь, по-джентельменски помогая выйти. Хлопнув дверью машины, родственник взял в одну руку ручку чемодана, а второй рукой крепко сжал мою ладонь, и направился к подъезду.
        - Я здесь тебя подожду, - выдергивая свою руку, запротивилась я.
        - Точно подождешь? - не поверил он.
        - Точно, - кивнула я, но Вадик мне все равно не поверил. Тогда я свободной рукой полезла в сумку, достала ключи и как можно убедительней сказала: - Я дам тебе ключи от квартиры и это - доказательство моих слов. Ведь куда я потом денусь? Как помаду домой? Второй комплект лежит в квартире.
        Вадим с сомнением отпустил мою руку и я тут же дала ему ключи. Вадик взяв их, помчался к подъезду и быстро скрылся в его недрах. Буквально через две минуты дверь подъезда вновь открылась и на улицу вышел Вадим. Увидев меня, он улыбнулся.
        - До последнего сомневался, - подойдя, сказал он.
        - Слушай, родственничек, ты начинаешь меня подбешивать. Вот, ей-богу, наплюю на родственные связи и сдам тебя ментам.
        - Что сделаешь? - не понял он.
        - Сдам ментам, - повторила я, а Вадим истерично хохотнул. - Чего ржешь? Сдам-сдам. Скажу, что ты сексуальный маньяк и преследуешь меня уже несколько дней.
        - Ну, если ты это сделаешь, то я вынужден буду воплотить твои слова в действительность - быть сексуальным маньяком мне, конечно, еще не приходилось, но не думаю, что это так уж сложно.
        - Уверена у тебя получится, - закивала я.
        - Не нарывайся, Кирюшка, - пригрозил он мне пальчиком. - Ты же помнишь что я самолично уже спасал тебя от изнасилования…
        - Помню-помню, - опять закивала я. - Дважды, кажется? И оба раза от самого себя. И ты пообещал, что в третий раз свой порыв уже не сдержишь. Вот я и переживаю и заочно спешу зачислить тебя в маньяки.
        - Меня оправдают, как узнают все обстоятельства, - хохотнув, лукаво ответил он и взяв меня под руку, шагнул в сторону кондитерской.
        Но не успели мы сделать и пары шагов, как услышали сзади мужской голос:
        - Кира! Вадим!
        Мы остановились, повернулись и увидели соседа Сашку, который шел со стороны магазина, держа в руках большой букет белых лилий.
        - Подождите! - крикнул он, ускоряя шаг. - Вы, случайно, не в кондитерскую? - поинтересовался Сашка, поровнявшись с нами.
        - Именно туда, - кивнула я.
        - Я с Вами, - широко улыбнулся сосед, пожал руку Вадиму и мы неспешно зашагали.
        - Букет для Ксюши? - поинтересовалась я. Сашка кивнул. - Эх, красота… - мечтательно добавила я, почему-то покосившись на Вадима.
        - Ей понравится? Лилии же ее любимые цветы?
        - Любимые. Понравятся, - с улыбкой ответила я.
        Далее, до самой кондитерской, мы шли молча…
        Глава 14
        Кондитерская конечно же работала: на многоярусных этажерках красовались аппетитные свежие пирожные и тортики, в воздухе витали сладкие ароматы. У разноцветного витражного окна стояло три маленьких кругленьких столика, где клиенты могли посидеть и вкусить купленные здесь ими сладости и даже бесплатно запить их цейлонским чаем - эта идея многим полюбилась и порой, в обеденный перерыв, на эти места был нешуточный спрос. Вот и сейчас все три столика были заняты. Еще несколько посетителей прогуливались по помещению, рассматривая гастрономическую красоту, создаваемую моей подружкой и ее подмастериями.
        Мы зашли в кондитерскую, сопровождаемые звоном дверного колокольчика. И все кто были в помещении по инерции на нас обернулись. За прилавком, у кассы, стояла Ритка - милая сотрудница, которая трудилась здесь почти с самого открытия.
        - Добрый день, Кира Викторовна, - произнесла она и улыбнулась. А увидев со мной мужское сопровождение, да еще одно из них с цветами, Рита улыбнулась еще шире.
        - Привет, Риточка, Ксения Сергеевна на месте? - спросила я.
        - Да, она на кухне. Украшает заказ. За ним через полчаса прийти должны.
        - Спасибо, - улыбнулась я в ответ и направилась в указанном направлении. Вадим и Сашка с цветами собрались было пойти со мной, но я их тормознула. - Ксюшка не любит, когда посторонние заходят на кухню.
        Мужчины, на удивление, спорить не стали, а, одновременно кивнул, принялись неторопливо осматриваться. А я прошла в подсобные помещения и сразу увидела подружку. Она крутилась вокруг стола, на котором стоял большой торт, и мастерила на нем, при помощи кондитерского мешка, коралловые розы. На Ксюшке был одет фартук и поварской колпак персикового цвета. Смотрелась она очень мило и очаровательно.
        - Привет, - громко сказала я. Ксюня отвлеклась на секунду от тортика, улыбнулась, но тут же перевела сосредоточенный взгляд обратно и ответила:
        - Привет. Подожди минутку, сейчас закончу.
        Эту вполне обычную фразу на самом деле следовало трактовать вот так: отойди в сторонку и не мешай. Чего я и сделала: зашла на кухню, присела на стул, одиноко стоящий у небольшого окна, и старалась не смотреть в сторону Ксюнича - она не только не любит когда посторонние появляются на этой кухне, а еще так же не любит, когда кто-то стоит рядом и наблюдает за ее творческой работой. Что ж, у всех свои привычки. И эта не самая необычная у Ксю.
        - Все, - спустя пять минут, отложив мешок, произнесла подружка. - Ну-ка, оцени мой шедевр.
        Поднявшись со стула, я шагнула к столу. И замерла с полуоткрытым ртом. Я никогда не перестану восхищаться мастерством Ксении Сергеевны. Ведь это десертное творение на самом деле было шедевральным, о чем я тут же сообщила своему самому любимому кондитеру. Кондитер тут же широко и довольно улыбнулась от честной похвалы, и упаковав торт в большую фирменную коробку нашей кондитерской, аккуратно убрала его в холодильник. Потом, сняв с головы колпачок, спросила:
        - Неужели ты решила выйти на работу?
        - Скорее - нет, - покачала я головой. - По идее, я еще в отпуске. Но после нашего вчерашнего разговора решила прийти, чтобы взглянуть на наших соседей, которые зачем-то покушаются на наш сладкий бизнес.
        - И очень даже вовремя, - кивнула Ксюшка. - Минут пятнадцать назад, я видела в окно "кабинетной" как их главный баран прибыл на свое новое рабочее место.
        - А больше ты ничего не видела?
        - Например?
        - Например то, что я пришла не одна… - изогнув бровь, поинтересовалась я. Очень мне не хотелось, чтобы Ксюшка таким вот своим любопытством испортила сюрприз, в виде соседа Сашки с букетом.
        - Неужели ты пришла с Вадимом? - предположила Ксю.
        - С ним самым.
        Ксюня улыбнулась и, сняв свой фартук, повесила его и головной убор на крючок у входа. Кивнула в сторону соседней комнаты. Я подошла к подруге и мы, неторопясь покинули кухню. Повернули направо и зашли в соседнюю небольшую комнатку, которую мы между собой и называли "кабинетная"… Она же "переговорная", "заработную-плату-считальная и выдавальная", а иногда даже "кабачная".
        - Он ночевал у тебя? - спросила подружка, поудобней устраиваясь на диванчике-канапе. Я кивнула и присела рядышком. - И как прошла эта сказочная ночь? - лукаво пропела Ксюнька.
        - Жарко и душно, - честно ответила я.
        - Да? - обрадовалась Ксюня, но я тут же пояснила, во избежании бурной деятельности Ксюхиной фантазии:
        - Гость спал на полу и я, побоявшись, что там он может простыть, закрыла окна. Из-за чего под утро в комнате стояла жуткая и невыносимая духота.
        Ксюха досадно покачала головой:
        - Ну и зря. Жарко должно быть от другого.
        - Уймись, Ксения Сергеевна, - пригрозила я ей пальцем. - Мне сейчас совершенно не до таких жарких ночей.
        - Ну и дура.
        - Моя жизнь, когда хочу - тогда и дура, - процитировала я Ксюшке ее же слова. Подружка скорчила лицо, а я принялась жаловаться: - Представляешь, Вадим решил поселиться у меня, пока не закончится ремонт в его квартире. Забрал сегодня свои вещи от брата и еще вчера стал вовсю хозяйничать в моей квартире. А еще он заставляет меня готовить! И это ты ему меня сдала, тоже мне, подруга…
        - Молодец, мужик, - усмехнувшись сказала Ксюнич, игнорируя мое последнее замечание. - Тебя надо брать именно так - с напором и с наглостью.
        Я фыркнула:
        - Меня вообще не надо брать. Я, если сама захочу, могу и так отдаться. Но не хочу я.
        - Твоя главная проблема в том, что ты хочешь, но зачем-то упорно оттягиваешь этот момент. Давно бы уже попробовала Вадика. А вдруг окажется, что в постели он ноль без главной палочки? Или с палочкой, но пользоваться этим не умеет? Тогда бы и не парилась, и сейчас этого зеленоглазого самца и рядом бы не было.
        - А я и не парюсь… точнее - парюсь, но не поэтому… Блин, ты меня запутала совсем! Раз уж я дала добро, то он будет жить у меня как и договаривались - как самый обыкновенный родственник… и плевать я хотела на все его поползновения!
        - А они были? - поинтересовалась Ксю.
        - Ну, - почему-то стушевалась я. - Поцеловать меня он уже пытался. И периодически норовит то обнять, то просто прикоснуться… А я сразу Вовочку вспоминаю и даже припоминаю. Вслух.
        Ксюша внимательно на меня посмотрела, а потом, качнув головой, произнесла:
        - Так сделай Вадима своей "таблеткой"… Прими его, как лекарство от дядюшки. - посоветовала Ксюха. Слово "таблетка", сказанное в таком контексте, еще одно завуалированное определение, взятое Ксюхой из реалити-шоу про построение любви. Якобы так можно забыться. Переключиться. А в последствии - и влюбиться… Не дай бог! Налюбилась.
        - Так, все, давай лучше вернемся от одного барана к другому, - сказала я и махнула рукой. Ксюха нехотя кивнула и вдруг, нахмурившись, уставилась мне куда-то за плечо:
        - О, бараны как-то и без нас справляются, - произнесла она и кивнула в сторону окна. Я повернулась, тоже посмотрела в окно и увидела как мой дальний родственник беседует на улице с неизвестным мне черноволосым мужчиной. Он был на голову ниже Вадима, а над кожанным ремнем нависал приличный животик.
        - Это тот самый покуситель на наш бизнес? - предположила я.
        - Тот самый, - ответила Ксюшка.
        - Вот блин, шустрый какой… Родственничек, - подметила я с иронией.
        - Шустрый, грозный и… внушительный. Покуситель-то, на его фоне, прям букашечкой несуразной выглядит. Вся его суровость куда-то резко улетучилась, - сказала Ксюня и подошла поближе к окну. Я тоже встала и присоединилась к подружке. Вадим, действительно, смотрелся более внушительно, чем его коренастый собеседник. Держался уверенно, говорил спокойно, в отличии от дядечки - тот заметно нервничал, часто жестикулировал и лихорадочно вытирал ладонью свой лоб. Их беседа была недолгой - покуситель хлопнул себя по карману брюк, достал телефон, Вадик тоже извлек свой аппарат, оба быстро что-то в них записали и дядечка, кивнув Вадиму, удалился. А Вадим, довольно улыбнувшись, направился в сторону входа в кондитерскую. Мы с Ксюшкой переглянулись.
        - Позови его сюда, - сказала я Ксюшке.
        - Почему я? Сама позови, - ответила она и опять вальяжно устроилась на диванчике. Я покачала головой, но вышла из "кабинетной" и пошла в зал. Вадим в этот момент как раз входил в кондитерскую. Увидев меня, он подмигнул, а я поманила его пальчиком. Этот жест, стоящий у витрины Сашка, тоже заметил. Мужчины одновременно пошли на мой такой призыв и уже через секунду мы входили в "кабинетную".
        - Приветствую вас, Ксения Сергеевна, - весело поздоровался Вадим, который первый зашел в комнату.
        - Привет-привет… - ответила Ксюня. Она собралась сказать ему что-то еще, но тут в дверях появился Сашка. А точнее - сначала появился белоснежный букет лилий. Ксю, увидев цветы, расползлась в улыбке и поднялась с дивана.
        - Привет, - улыбнулся в ответ Саша. - Это тебе.
        Ксю, продолжая улыбаться, приняла букет, а затем одарила Сашу скромным, но звучным поцелуем в щечку.
        - Спасибо, очень приятно, - произнесла она.
        - Как мило и трогательно, - подал голос Вадик. Ксю злобно на него шикнула.
        - Завидно, Вадим Алексеевич? - спросила я.
        - Что мне цветов никто не дарит? - усмехнулся он.
        - Нет, что у кого-то все мило и трогательно. А не у тебя.
        Отвечать родственничек не стал, вскользь огляделся и сел на диванчик, на котором до этого сидела Ксю. Я же прошла к окну и села в кресло, стоящее у стола. Ксю подошла к шкафчику, достала из него вазу. Шагнув к небольшой раковине в углу, чтобы нналить воды, моя подружка поинтересовалась у Вадима невозмутимым тоном:
        - О чем беседовал с нашим недругом? - Вадик ехидно нахмурился, а Ксюша пояснила. - Мы вас в окно видели.
        Родственничек посмотрел на меня, и я, подтверждая Ксюхины слова, закивала.
        - Вашего недруга зовут Игорь Григорьевич, а беседовали мы с ним о его намерениях на счет вашего помещения, - ответил Вадик.
        - И? - с нетерпением спросила Ксюха, чуть не уронив вазу с водой и цветами.
        - И ничего, - развел руками Вадик. - Беседовать со мной он отказался.
        Ксюнич тяжко выдохнула, поставила вазу на стол.
        - Однако, - подал голос Вадим. - Мы договорились встретиться завтра… Но уже в более большой компании.
        - Что ты имеешь в виду? - нахмурилась я.
        - Ну, разговаривать вдвоем не комильфо. С ним будут его друзья, ко мне подтянутся мои.
        - Вы что, назначили "стрелку"? - ахнула Ксения Сергеевна.
        - "Стрелки" остались в девяностых, - ответил Вадим с усмешкой. - У нас будет беседа.
        - И во сколько назначена ваша беседа? - поинтересовалась Ксю.
        - В три часа, - ответил Вадик.
        - И много будет твоих друзей?
        - Достаточно.
        Не удержавшись, я фыркнула, а потом посмотрела в окно. Наш злопыхатель, тот самый Игорь, вышел в этот момент из соседнего помещения и, бросив взгляд на наши окна, направился к припаркованному черному "Лексусу". Мой заинтересованный взгляд не замеченным не остался, все присутствующие тоже посмотрели в окно.
        - Странный он, - заметила я.
        - Согласен, - поддакнул вдруг Вадим. - Он явно удивился тому, что я вызвал его на беседу. Даже нервный тик его разобрал.
        - За каждым нервным тиком скрывается удивительная история, - заявила Ксения Сергеевна и мы все, не сговариваясь, закивали. Сашка с чувством посмотрел на мою подружку, Ксюха же в ответ выдала ему свою самую обаятельную улыбку. Ясно, что между этими двумя что-то да намечается. И я тут же почувствовала себя здесь лишней.
        - Ладно, - хлопнув себя по коленям и поднимаясь, сказал Вадим, тоже, видать, почуяв в воздухе романтические нотки. - Думаю, Кира Викторовна, нам следует оставить Ксению и Александра наедине.
        Ксюха, услышав это, чуть было не кивнула, но вовремя сдержалась. И я тоже встала со стула и шагнула к выходу.
        - Хорошего вечера. До завтра, - бросила я подружке.
        Мы с Вадиком вышли в зал по очереди, я первая, Вадим сразу за мной. Попращались с Ритой и вскоре мы с родственничком покинули кондитерскую.
        На улице Вадим потянул меня в сторону дома, я же категорично заявила что нам надо заглянуть в один магазинчик. Мы перешли дорогу и, сев на троллейбус, проехали пару остановок. Вышли возле большого магазина с говорящим названием "Миллиард мелочей". Долго искали, а потом выбирали надувной матрас, а выбрав, я еще решила прикупить себе нового постельного белья, разнообразие которого здесь было представлено в изобилии. На кассе мы с родственничком чуть не разругались - Вадим настаивал оплатить покупки. Я не соглашалась. В конце концов покупки мы разделили: матрас купил он, а постельное белье я. Когда мы покидали магазин, на город уже степенно спускались сумерки. Ждать троллейбуса не стали, поймали такси.
        В квартире Вадим попросил его срочно накормить. Я сперва закатила глаза, но потом вспомнив, что родственник не ел почти целый день, смиренно отправилась на кухню и поставила разогревать в микроволновку наглому родственника вчерашнего рагу. Пока таймер тихо тикал, отсчитывая две минуты, я пошла в комнату, чтобы переодеться. И застукала Вадима за таким же занятием. Причем, нижнюю часть одежды переодеть он уже успел, стоял возле моего шкафа в серых спортивных шортах до колен. А вот верхнюю снял, но на смену еще ничего не надел.
        - А ты можешь переодеваться в ванной? - возмущенно поинтересовалась я, не отводя взгляда от голого торса родственника.
        - Могу, - кивнул он. - Как скажешь.
        Такая покладистность меня слегка удивила и даже порадовала. Но когда я приблизилась к Вадиму, а точнее заглянув в свой шкаф, мое настроение резко сменилось:
        - Какого… Дьявола ты делаешь в моем шкафу?!
        - Раскладываю свои вещи, - невозмутимым тоном ответили мне.
        - А спросить?
        Вадим перевел на меня удивленный взгляд:
        - Ты же дала добро на наше совместное проживание…
        - Да, на временное! И это не значило, что твои вещи тут же должны перекочевать в мой гардероб!
        - Всего-то полочка. Так же удобней, чем каждый раз копаться в чемодане, - спокойно ответил Вадим. Я не удержалась и, глухо прорычав, топнула ножкой.
        - Тебе так идет, когда ты злишься, - сюсюкающей интонациец, заметил Вадик. Я прорычала еще раз и, импульсивно схватив свой халат со стула, поспешила в ванну.
        Раздевшись, я полезла под душ. Намылилась гелем с эфирными маслами, привезенным мной из Крыма… Крыма… Чертов отдых. Если бы не он, все могло бы сложиться по-другому… Хотя, вся эта история с Вовочкой должна была когда-то закончиться. И, самое интересное то, что если бы мы расстались на мирной ноте, то нас, скорее всего, тянуло бы обратно. Друг к другу. А так… Боль и злость. И боль не просто так. Увы, но этот человек не скоро станет мне полностью безразличным.
        Размышляя таким образом, я не сразу заметила что дверь в ванну открылась. Хорошо что я обычно моюсь, задернув шторку. А то предстала бы перед гостем во всей своей намыленной красе.
        - Я руки помыть, - громко сказал Вадим, включая воду.
        - А подождать никак? - возмущенно спросила я.
        - Ты уже двадцать минут тут намываешься. А я есть хочу.
        - На кухне тоже есть кран! - поведала я.
        Вадим фыркнул, вымыл руки и удалился, довольно звучно хлопнув дверью. А я поругала себя за неосмотрительнось и поклялась впредь запирать дверь в ванную комнату. Даже если просто переодеваюсь.
        Практически сразу после ухода Вадима, я вылезла из душа. Надела халат и вышла из ванны. Вадим силел на кухне и с аппетитом ел рагу. Я прошла мимо, включила чайник и, заваривать черного чая с бергамотом, села рядом, за стол.
        - Чем завтра будешь меня кормить? - поинтересовался вдруг наглый гость.
        - На завтрак у тебя блины, - сообщила я. - А потом мы можем заглянуть в ресторан. Я даже тебя угощу.
        Вадик покачал головой:
        - Домашняя еда вкусней.
        Я звучно усмехнулась:
        - Мне искренне жаль…
        - Почему это?
        - Потому что ты, видать, до этого питался в плохих ресторанах, - с ехидной улыбкой, ответила я. - Ладно, я пойду, почитаю что-нибудь хорошее на ночь, - я взяла чашку и шагнула к двери, - а ты тут не задерживайся. Тебя еще ждет надувной матрас.
        Устроившись поудобней в своей кроватке, я поставила чашку с чаем на тумбочку и достала из верхнего ящика книжку. Ту самую, которую я начала читать еще на даче. Когда до развязки оставалось чуть менее десяти страниц, а чай был выпит, в комнату пришел Вадим. Он молча распаковал надувной матрас и довольно быстро накачал его прилагающимся ножным насосом.
        - По утрам его нужно будет сдувать, - сообщила я, не отрывая взгляда от книги.
        - Зачем?
        - В комнате из-за него становится тесно. А я люблю пространство.
        - Ладно, - нехотя согласился гость, бросая на матрас одеяла и подушки, которые я еще вчера ему благотворительно выделила. Затем Вадим подошел к шкафу, извлек из него свое полотенце и направился в ванную. Я быстро дочитала роман, который к слову оказался до безообразия банальным, убрала книжку и, выключив свет, накрылась одеялом, сворачиваясь калачиком. Мое сознание уже проваливалось в сон, и в этот момент Вадик вернулся в спальню. Он тихо зашел, постоял немного на пороге, и начал аккуратно добираться до своего спального места. Повертелся немного, наверно подбирая удобное место и позу… А спустя минут пять в спальне послышалось ровное сопение родственничка. И лишь тогда мое сознание полностью отдалось во власть Морфея…
        Глава 15
        Пробуждение затягивалось. Я вроде бы проснулась, но вставать совершенно не хотелось.
        Перевернувшись на бок, я нехотя открыла глаза и обнаружила что на надувном матрасе никто не спит, а одеяла и подушки аккуратно сложены в стопочку. Да и с кухни раздавались специфические звуки. Тут же окончательно проснувшись, я резко села на кровати и покосилась на часы - десять утра. Еще бы два часа сна и только тогда это утро можно было бы назвать добрым.
        На кухне хозяйничал гость. Стоял у плиты и что-то жарил на сковороде.
        - Утро доброе, Кирюшка, - словно почувствовав меня спиной, произнес Вадим.
        - Ага, привет, - пробубнила я и тут же направилась в ванну.
        - Тебе чай или кофе? - крикнул он мне вдогонку.
        - Чай! - так же громко ответила я, запирая за собой дверь. Умывшись и наведя порядок на голове, я покинула ванную комнату. Прошла на кухню и устроилась за столом, на котором красовался завтрак: сложенные попалам, обжаренные блинчики, нарезанная колбаса, сыр и хлеб.
        - Приятного аппетита, - сказал родственничек, ставя передо мной чашку чая. Я перевела удивленный взгляд на Вадима и так же удивленно спросила:
        - А ты чего это сегодня такой добрый?
        - А таким я тебе не нравлюсь? - фыркнул Вадик.
        - Просто, это как-то подозрительно.
        - Я сегодня проснулся в хорошем настроении… Выспался, наверно. Знаешь, на матрасе намного удобней, чем на полу.
        - Еще бы, - закивала я.
        - Но на твоей кровате было все же удобней, - добавил он, подмигивая глазами.
        - О, вот теперь я тебя узнаю.
        Вадик хохотнул и принялся за утреннюю трапезу.
        - Чем планируешь заняться до трех часов? - поинтересовалась я.
        - Не знаю. Еще не думал. А ты?
        - Я бы хотела сходить на маникюр.
        - Хорошо, сходим.
        - Ты пойдешь со мной? - спросила я, родственничек кивнул. - Тоже будешь пилить и красить ногти, чтобы обескуражить и исцарапать недругов?
        - Посижу, полистаю журналы прошлого века и выпью пару чашек дешевого кофе.
        - Стоит ли идти на такие жертвы?
        - Часик потерплю. Ведь примерно столько длится подобная процедура?
        - Откуда такая осведомленность? - удивилась я и сама тут же догадалась: - А, небось бывшую жену сопровождал?
        Вадим вдруг резко нахмурился. Упоминание про бывшую ему явно не понравилось. Но меня это лишь подзадорило и я поинтересовалась:
        - Почему, кстати, ты развелся?
        - А Володька тебя разве не просветил?
        - Вкратце.
        - Думаю, этого было достаточно.
        Родственник ошибся. Теперь мне было этого не достаточно, любопытство так и распирало. Я огляделась, потом пристально посмотрела на гостя.
        - Она тебе изменила? - тихо спросила я. Вадим хмыкнул, но ответил, наверно понимая, что я не отстану:
        - Ага, с моим сослуживцем, - я с интересом придвинулась поближе, Вадим тяжко вздохнул и нехотя продолжил: - Я из наряда пораньше пришел, с цветами, сюрприз сделать хотел. Но сюрприз ждал меня.
        - А она это как-то объяснила?
        - А что тут объяснять? - чуть повысив голос, возмутился родственник. - Не любила значит, не хватало ей чего-то.
        - Чего, например? - не унималась я.
        - Может не будем об этом? - шумно отложив вилку, ответил Вадим. Я попыталась заглянуть в его глаза, но родственник упорно отводил от меня свой изумрудный взгляд. И ко мне вдруг пришла такая догадка:
        - Ты ее все еще любишь, что ли?
        - А тебе что? - начинал он злиться.
        - Да не кипятись. Просто интересно. Не хочешь отвечать - не надо, - я усмехнулась и добавила: - Итак все ясно.
        - Что тебе ясно?
        - Что чувства не прошли, - пропела я. - Поэтому ты и сбежал, все оставив ей.
        - Вот умеешь ты испортить настроение, - сквозь зубы, процедил Вадим.
        - Я ж старалась, - с довольной улыбкой ответила я.
        Родственничек демонстративно поднялся и вышел с кухни. И тут же из комнаты послышались характерные звуки - Вадим принялся сдувать матрас.
        Я убрала со стола и тоже прошла в комнату. Вадим в этот момент уже складывал свое сдутое спальное место в коробку.
        - Как там, кстати, ремонт в квартире? - полюбопыствовала я.
        - Не знаю. Надо бы съездить, посмотреть.
        - Так вот - съезди, посмотри, пока я буду на маникюре.
        - Мне не хочется оставлять тебя одну.
        - Да почему?
        - Вот не знаю, но чую что ты можешь найти приключения на свою очаровательную попку.
        - Спасибо, конечно, за комплимент. Но какие я могу найти приключения в салоне красоты? Разве что моя попка занемеет от часового сидения.
        Вадим с сомнением на меня посмотрел.
        - Ладно, но я тогда тебя провожу до салона, а потом встречу.
        - Хорошо, - закатив глаза, согласилась я, понимая что сердобольный родственник по-другому не отстанет. И принялась собираться. А Вадим, взяв стопку одежды с полки, направился в ванну.
        Синяки на руках еще не прошли. Но приняли такой цвет, который был практически не виден под моей загорелой кожей. Так что я решила одеть короткий сарафан на бретельках. Ведь жара все еще не покидала наш город.
        Я уже обувалась в прихожей, когда Вадик вышел из ванной комнаты. Он облачился в светлую футболку и длинные льняные брюки, в те самые, в которых дрался тогда с ребятами в ресторане нашего отеля в Крыму. Только, надеюсь, в этот раз подобного мы избежим.
          Вадим проводил меня не только до дверей салона. Он зашел со мной внутрь, убедился что у мастера есть свободное время, которое он готов выделить мне, и только после этого отчалил.
        И я принялась кайфовать. Все эти процедуры по наведению красоты мне всегда безумно нравились: будь-то стрижка, окрашивание, маникюр, педикюр… Ты расслабляешься и готовишься увидеть себя слегка обновленной. Пусть даже самую малость. Но и этого достаточно, чтобы почувствовать себя красивой.
        Час прошел незаметно. Довольная я выпорхнула из кабинета и, расстопырив пальцы, интенсивно размахивала кистями рук, при этом любуясь цветом выбранного мной лака. Сочно оранжевый, даже скорее морковный.
        - Наконец-то, - раздался недовольный голос родственника. Я повернулась на этот голос и увидела Вадима, сидящего на диванчике у выхода.
        - Что наконец-то? Ровно час. У нас в запасе еще почти полчаса. Успеем, - ответила я и подошла к стойке администратора. Девушка с улыбкой назвала мне сумму, и я принялась аккуратно расстегивать сумку. Делала я это на столько медленно, что Вадик не выдержал, подошел к нам и сам оплатил мой маникюр.
        - Я верну, - сказала я, когда мы направились к выходу.
        - Ага, обязательно, - ответил родственник, открывая дверь и пропуская меня вперед. Мы спустились по ступенькам и я решила поинтересоваться:
        - А ты успел съездить на квартиру?
        - Успел, - кивнул Вадим.
        - И что там?
        - Там все отлично, еще недельку и можно въезжать.
        - Недельку? - ахнув, поинтересовалась я. - Господи! За что мне это? А побыстрей никак?
        - Боюсь, что нет, - хмыкнул он.
        Через минут двадцать мы уже входили в кондитерскую. Ритка стояла за прилавком, а Ксения Сергеевна встретила нас в зале, сидя за одним из столиков для посетителей. Самих же посетителей, почему-то не наблюдалось.
        - Добрый день, - вежливо поздоровался Вадим. Ритка широко улыбнулась, а Ксюшка вскочила с места и подлетела к нам.
        - А почему никого нет? - захотелось мне спросить.
        - А ты табличку "закрыто" на двери не видела? - удивилась Ксюня. - Я всех девчонок отпустила. На всякий случай.
        - А Ритка? - тихо спросила я.
        - А Ритка на телефоне, заказы принимает… И, мало ли, может мы еще сегодня откроемся… Кстати, они уже здесь, - игнорируя мои слова, шепотом сказала вдруг Ксюша, обращаясь к Вадиму.
        - Где - здесь? - так же шепотом поинтересовался Вадик.
        - Здесь, в соседнем помещении, - ответила Ксю, кивая на стенку, арендуемую Игорем Григорьевичем.
        - Давно?
        - Минут десять. Приехали на двух машинах, человек восемь… - она вдруг запнулась и удивленно спросила: - А ты один?
        Вадим посмотрел на часы на экране своего телефона.
        - Не волнуйся, Ксения Сергеевна, сейчас народ подтягется. Они всегда пунктуальны. - И только он это сказал, как у кондитерской притормозило сразу три автомобиля. Из каждого вышли по трое довольно крепких мужчин, причем, водители своих мест не покинули, а одновременно открыв окна, дружно закурили. Вадим шагнул к выходу, мы с Ксю по инерции последовали за ним, но Вадик вдруг обернулся и сказал:
        - Так, Вы, леди, останетесь здесь. Из помещения не выходите и терпеливо наблюдаете за происходящим из окна.
        Спорить мы не стали и тут же поспешили занять места у окна. А Вадим, хохотнув, покинул кондитерскую, сопровождая свой уход звонким звоном дверного колокольчика. Подошел к мужчинам, пожал руку каждому, с некоторыми даже обнялся, по-братски похлопывая их по широким спинам.
        - Ты только посмотри, какие мужики! Прямо богатыри Черномора - все как на подбор! - заметила подружка. - Интересно, откуда у Вадима столько таких друзей?
        - Вот-вот, и мне интересно, - запивала я. - Друзей у него, оказывается, много, а пожить он решил почему-то у меня.
        Ксюшка хотела мне что-то ответить, но не успела. На улицу, ступая по асфальту, вышли наши враги. Двигались они степенно, даже как-то по-хозяйски. Особенно их главный, покуситель на наш бизнес.
        - Ты глянь, идут как, - заметила это Ксю, а потом усмехнулась: - Но наши их численно превосходят. И не только численно. Друзья Вадима поздоровей будут.
        Данные факты не могли не радовать. Но это, увы, еще ничего не значило. Порой и численное превосходство уступает профессионализму. Тем более, не дай боже, если оно подкрепленно холодным или, хуже, горячим оружием.
        Недруги, не дойдя до товарищей Вадима примерно двух метров, остановились. Вадим шагнул вперед, Игорь Григорьевич тоже сделал шаг ему навстречу. И мужчины, синхронно протянув правые руки, пожали их на расстоянии. А потом заговорили. Жаль, нам было не слышно, о чем. А по губам, ни я, ни Ксю, читать не умеем. Зато, можно было проследить за их эмоциями, которые выражались не только мимически, но и жестами. Их разговор выглядел оживленным, мужчины явно спорили, перебивая друг друга. Каждый казался уверенным в себе, сдаваться и уступать никто не собирался… До определенного момента. Родственник что-то произнес, и наш вражина задумчиво уставился на собеседника. Вадим продолжил говорить, Игорь Григорьевич слушать. А дослушав, покуситель заметно стушевался и, повернувшись к своим сопровождатым, разочарованно качнул головой. Вадик победно усмехнулся. И тут же все ребята нашего, судя по всему, не состоявшегося врага, покинули "поле боя".
        - И это все? - с негодованием спросила Ксю. Я лишь пожала плечами.
        Друзья Вадима тоже принялись расходиться. Родственничек всех поблагодарил и, когда его бравые товарищи разъехались, поспешил к нам, в кондитерскую.
        - Ну что? - тут же, подняв свою пятую точку с места и подлетев к Вадиму, поинтересовалась Ксюня.
        - Все в порядке. Территория поделена: он при своем, вы при своем. В общем - мир, - улыбнулся Вадик.
        - Достигнутый мир лучше и надежней ожидаемой победы? - фыркнула Ксю.
        - Надо же, Ксения Сергеевна, не ожидал что ты можешь цитировать Цицерона.
        - Я, вообще, вся такая неожиданная и внезапная.
        - Это уж точно, - согласился родственничек.
        - Не томи, Вадим Алексеевич, давай подробности, о чем говорили?
        Вадим не ответил и кивнул в сторону подсобных помещений. Намек мы поняли и дружно направились в "кабинетную". Лишь Ксю у дверей тормознула, крикнув в зал:
        - Ритка, открывай кондитерскую!
        Мы расселись, Ксюха на диванчик, Вадим рядышком, а я устроилась за столом.
        - Ну? - не выдержала молчания Ксюнич.
        - В принципе, этот разговор мог состояться еще вчера, - начал родственник. - Но этот фитнес-деятель был на сто процентов убежден, что у милых и добрых хозяек кондитерской заступников нет, и оттяпать их помещение будет проще простого.
        - Кто ж его так дезинформировал? - усмехнулась Ксюня.
        - Вот я у него тоже самое спросил. Точного ответа не получил, так как Игорь Григорьевич сам толком не знает, ему передали эту информацию методом испорченного телефона. Однако ваш сбизнес-сосед вполне искренне пообещал все разузнать.
        - Как же тебя так быстро удалось найти с ним общий язык? - спросила я. Вадик перевел на меня взгляд и с усмешкой ответил:
        - Мы нашли не общий язык, а общих знакомых. С которыми я готов был тут же связаться, а вот Игорь связываться с ними не желает.
        - А откуда у тебя такие знакомые? - поинтересовалась я.
        - Братство воздушных войск, - туманно ответил Вадик.
        - Спасибо ему большое! Короче, это дело надо отметить, - потирая ладони сказала Ксюшка и поднявшись, подошла к столу. Жестом попросила меня встать с места и, когда я встала, открыла дверцу стола и достала полную бутылку коньяка. Поставив бутылку на стол, она весело мне подмигнула и вышла из "кабинетной". А я присела обратно.
        - И все таки интересно - кто сказал этому Игорю что у нас нет заступников? - спросила я.
        - Когда он сам узнает имя первоисточника, обещал мне сообщить, - ответил Вадим, а я задумчиво нахмурилась. И тут вернулась Ксюня. В руках она держала поднос, с тремя рюмками, с нарезанным дольками лимона и с вазочкой разных кондитерских прелестей: лепестков из шоколада, розочек из марципана и улиток из сливочной помадки. Поставив поднос на стол, она открыла коньяк и разлила его по рюмкам. Ближайшую рюмочку придвинула ко мне, а взяв две других, вернулась на диванчик и отдала Вадиму одну из рюмок.
        - За настоящих мужчин, - пафосно сказала Ксюха, чокнулась с Вадимом и они залпом выпили содержимое своих рюмок. Я тоже осушила свою и закусила коньяк шоколадом.
        Бутылка опустела быстро. В кондитерской еще имелся кое-какой алкоголь, который использовался для приготовления некоторых десертов, но Ксюшка с Вадимом решили переместиться в ресторан. Я идти никуда не хотела. Не потому что коньяк уже активно гулял по моему организму, а потому что вспомнила, что обещала Вадиму с ним больше не напиваться. А в такой веселой компании это обязательно случиться. И когда Ксюха поинтересовалась у меня, почему это я не хочу идти в ресторан, я назвала именно эту причину.
        - Я снимаю с тебя это обещание, - махнув рукой, сказал Вадим.
        - Ага, а когда мы вернемся домой - начнешь приставать.
        - Не буду я к тебе приставать, - заверил он, но я ему не поверив, усмехнулась. Тогда Вадик добавил: - Слово офицера.
        Вот слову офицера я почему-то поверила.
        - Ладно, - нарочито снисходительно согласилась я. - Может тогда позовем с нами Сашку?
        - Он сейчас в отъезде, - просветила меня подружка. - В соседний город отправился, за запчастями для своего железного коня.
        - Ясно, - кивнула я.
        И мы отправились в ресторан, с поэтическим названием "Мцыри". Ксюшка давно нахваливала это место. Оно ей нравилось за, как она сказала, адекватное соотношение "цена-качество". А я привыкла доверять вкусу подружки.
        Ресторан оказался милым и уютным. Особенно мне понравился искусственный водопад, грациозно расположившийся посередине помещения. Ксюня выбрала столик поближе к нему и мы, устроившись и уже сделав заказ, заворожено наблюдали за падающими потоками воды, которые к тому же очень красиво подсвечивались неоновыми лампочками.
        Вскоре заказ принесли. Вадим выбрал шашлычное ассорти, Ксюнька салат Цезарь, а я есть совсем не хотела, но все же предложила еще заказать фруктовую и сырную тарелки. Ну и еще - нам принесли бутылку того же самого коньяка, который мы пили в кондитерской. Вадим разлил коньяк, мы дружно чокнулись и выпили. Поставив свой бокал на стол, я потянулась за сыром и, нехотя его съев, принялась неторопливо оглядываться. По соседству стоял празднично накрытый сдвоенный стол, за которым в данный момент сидели лишь двое: мужчина, средних лет, с густыми усами и с небольшим пивным животиком и женщина, лет на пятнадцать моложе своего спутника, в салатовом коротком платья и вся обвешанная, как новогодняя елка, золотыми украшениями. Эта парочка мне показалась знакомой и я в наглую продолжала пялиться на них, пытаясь вспомнить где и когда могла их до этого видеть. Мужчина с явным нетерпением взглянул на свои наручные часы, а потом, посмотрев в сторону входа, вдруг лучезарно улыбнулся, поднялся и шагнул, видать, идя кому-то на встречу. Я обернулась, что бы посмотреть кому это он так широко улыбается и… нецензурно
выругалась вслух.
        - Ты чего? - удивленно спросила у меня Ксюша, а я в ответ мотнула головой в сторону входа. Вадим и Ксюня одновременно повернулись и увидели, как и я секунду до, только что вошедших в ресторан Вовочку и Лерочку.
        Глава 16
        - Может - уйдем? - сразу предложила Ксюша, заметив как я сжала в руках салфетку на столе.
        - Вот еще, - ответила я. Оставила в покое салфетку и, схватив бутылку коньяка, разлила напиток по рюмкам. Вадим громко фыркнул, Ксю покачала головой.
        Не заметить нас чета Климовых никак не могла, так как мы расположились совсем рядом с тем столом, за который уж точно сейчас сядут они. И я уже мысленно начала подготавливать себя к явно неизбежной сцены приветствия с родственниками.
        - Какая встреча! Кирочка, Ксюшечка! - чересчур радостно воскликнула моя тетушка, поравнявшись с нашим столиком.
        - Добрый вечер, Валерия Васильевна, - кивнула ей Ксюша. А я сначала изобразила на своем лице удивление, а потом широко улыбнулась, демонстрируя всем окружающим свои выбеленные зубы. Стараясь при этом смотреть только на тетку и ни в коем случае не перемещать взгляд на Вову. У меня и так подкатывал огромный комок к горлу, из-за которого я боялась и слово произнести, что бы ненароком не выдать свои истинные чувства и эмоции.
        - О, Вадик, и ты здесь, - заметила Лерочка и, наклонившись к нему, демонстративно чмокнула своего деверя в щечку. Вадим довольно улыбался, однако я заметила, что этот чмок ему был неприятен.
        - Вадим, как кстати, можно тебя на пару слов? - произнес Вова и от звука его голоса мои щеки словно обдало жаром. Мне всегда нравился его голос: тембр, интонация… Я передернулась, а Вадим тут же поднялся, пытаясь сохранять на своем лице невозмутимое спокойствие. Я проводила спины мужчин взглядом - они отошли от нашего столика лишь на пару шагов и о чем-то тихо заговорили.
        - Что-то отмечаете? - поинтересовалась Лерочка, кивнув на бутылку коньяка.
        - Случайно встретившись, мы решили неслучайно это отметить, - ответила ей Ксюня и улыбнулась. Лера улыбнулась в ответ:
        - А нас вот, Станислав Яковлевич, на свой юбилей пригласил. Сорок пять лет, - сообщила тетка. И, услышав это имя-очество, моя девичья память тут же сработала - Станислав Яковлевич - зам Вовочки, а увешанная золотом спутница именинника, его бывшая секретарша и нынешняя супруга… Повисла пауза. Мы с Ксюней смотрели на Леру, она на нас. Сегодня тетушка была в красном платье с объемной баской на талии. Открытые плечи и большое декольте. Да, не заметить тетю не возможно, она любит находиться в центре внимания. - Как, вообще, дела? - спросила Лерочка, прерывая затянувшуюся тишину. Ей почему-то очень не хотелось отходить от нашего столика. А мне, наоборот, очень хотелось, чтобы она поскорее на это решилась.
        - Да лучше не бывает! - сегодня за нас двоих отдувалась Ксения Сергеевна. - Мы - молодые, красивые, успешные. Разве у нас могут плохо быть дела?
        Лерочка вновь улыбнулась, но на этот раз совсем не искренне. Тут за наш столик вернулся Вадим, а Вовочка, не бросив в нашу сторону даже секундного взгляда, взял Леру за руку и потянул ее к соседнему празднично накрытому столу.
        - Ну, еще увидимся, - бросила тетушка напоследок.
        Как только они устроились за своим столом, я схватила рюмку и жестом предложила остальным ко мне присоединиться, остальные присоединились и мы, чокнувшись, выпили.
        - Что от тебя хотел твой братец? - задала Ксюня Вадиму вопрос, который очень беспокоил и меня.
        - Что хотел? - бегло оглядываясь, спросил Вадим и сам же ответил на свой вопрос: - Хотел услышать ответы на два своих вопроса. Первый - к кому я от них переехал, и второй - как я оказался в вашей очаровательной компании?
        - И что ты ответил? - спросила моя подружка.
        - Что переехал я к друзьям… Мы, ведь друзья? - уточнил у меня Вадик. Я неуверенно кивнула. - А в вашей компании я оказался случайно.
        - Ну, Лерочке мы сказали примерно тоже самое. Это я по поводу случайности нашей встречи, - кивнула Ксюня и взяв вилку, стала кушать свой салат. Вадим тоже принялся за еду. А я, взяв с фруктовой тарелки кусочек ананаса и откусывая от него по чуть-чуть, уставилась на соседний стол, наконец-то решившись посмотреть на Вовочку. Сегодня он был хорош, как никогда. Волосы зацесаны назад, глаза горят и смотрят на окружающих скорее снисходительно, чем как-то иначе. На нем дорогой костюм, бежевого цвета, голубая, слегка прозрачная рубашка, две верхние пуговицы которой расстегнуты, и эта чуть оголенная часть его тела больше всего и притягивала мой взгляд. По спине пробежались мурашки, но я тут же заставив себя вспомнить, как он недавно себя со мной повел и насколько, мягко говоря, был груб, и мысленно превратила мурашки в ощущение холода. Прохладно здесь. Про-хла-дно. В очередной раз передернувшись, я посмотрела на довольного именинника, а потом опять уставилась на дядюшку.
        У Ксюшки зазвонил телефон, он отвлек меня от созерцания Вовы, я посмотрела на подружку, которая быстро дожевав, полезла в сумку, достала мобильник. Ксю внимательно изучила экран мобильника и, сказав нам:
        - Клиент, на счет заказа, - поднялась из-за стола. И вскоре удалилась в неизвестном мне направлении. А я вновь взглянула на своего бывшего любовника.
        - Прекрати, - сурово произнес Вадим.
        - Что - прекрати? - не поняла я, но не отвела своего взгляда.
        - Прекрати так пялиться на соседний стол. Что ты там увидеть хочешь?
        Я тут же перевела свой взгляд на Вадика и отрешенно ответила:
        - Ничего.
        Вадим фыркнув и, брезгливо пожевав свою еду, наклонился ко мне, тихо спросил:
        - Ты что это, надумала его простить и скоропостижненько вернуться в его койку?
        Его интонация была грубой, но это меня не разозлило и я, опустив глаза и стараясь говорить спокойно, ответила:
        - Нет, не надумала, - но мой голос предательски дрогнул. Я откашлилась и добавила: - Тогда я просто перестану себя уважать, но… В раз забыть все что было - и плохое, и хорошее - я не могу. Пять лет просто так из жизни и из памяти не выкинешь.
        
        - Пять лет? - удивился Вадим. - Вы были вместе пять лет?
        - Да, - с таким же удивлением ответила я. - А ты думал сколько?
        - Думал, что года два… - начал он. - Во всяком случае, примерно два года назад Володька впервые проговорился мне про свою… любовницу.
        Слово "Любовница" прожгло мне уши. Я понимала, что подхожу под его значение идеальней некуда, но слышать это, все равно, было неприятно.
        - Мы не все это время были вместе. Расставались, однажды… - сказала я и повертела в руках бокал с коньяком. - И как раз года два назад, вновь сошлись.
        Вадим уставился на мою руку, которая нервно поставила бокал на стол, и очень тихо поинтересовался:
        - И у тебя за все эти пять лет не было других мужчин?
        - Почему? Были, - пожав плечами, ответила я равнодушно. - В тот самый период, когда мы расстались, я пробовала встречаться с другими… Точнее - с другим. С моим одногруппником, у нас даже, вроде как наметились серьезные отношения. Но… - Я запнулась, пытаясь подобрать слова.
        - Но мой братец тянул тебя к себе гораздо больше… - догадался Вадим. Я, не став оспаривать банальную истину в его словах, кивнула. Вадик, взяв в руки бутылку, стал медленно откручивать крышку и вдруг спросил: - Слушай, а чем он тебя так зацепила и продолжает цеплять? - я нахмурилась. - Его деньги тебе не нужны, о тонкой душевной организации брата я не знаю, мало как-то мы общались. О мужской красоте говорить тоже не берусь - не разбираюсь в этом… но ведь не только из-за привлекательной внешности ты с ним была столько лет?
        - Конечно не только, - согласилась я. - У твоего брата много других достоинств… - Вадик показушно хмыкнул. - Но говорить о них с тобой - я не хочу. Да и вспоминать о них мне тоже уже не хочется.
        - Ну и правильно, - кивнул Вадим, разливая коньяк. - Тем более, недавние его поступки, в отношении тебя должны перечеркнуть большую часть того хорошего, что ты находила в нем… - родственничек прищадумался и в конце добавил: - Да и не стоит забывать о самом главном факте - он муж твоей тети.
        - Главнее факта не найдешь! И этот факт мне хорошо известен! - слегка разозлилась я, Вадим нахмурился.
        - Вадим, тебе не идет быть моей совестью. Ксения Сергеевна справляется с этой ролью уже давно и намного лучше, - с улыбкой сказала я. В этот момент, только что упомянутая Ксения Сергеевна как раз вернулась за наш стол.
        - Как у нас дела? - поинтересовалась она. - Атмосфера не накаляется?
        - Пока - переменная облачность, но и осадков, в ближайшее время, не ожидается, - ответила я. Ксюнька хохотнула и потянулась к своей рюмке.
        В головушке моей начинало шуметь. Да и за столом, где Станислав Яковлевич отмечал свой сорок пятый день рождения, было весьма шумно и очень даже весело. Особенно весело было Лерочке - она громче всех хохотала. Я, не специально, но стабильно-систематично возвращалась взглядом к их столу, и уже несколько раз встречалась глазами с Вовочкой. Он сурово на меня смотрел, а я хитро улыбалась ему в ответ, чем очень сильно раздражала Вадима, он каждый раз различными звуками пытался "возвратить" мой взгляд за наш столик: то бокал звучно поставит, то вилкой по тарелке погремит, то громко закашляется.
        - Слушайте, может все таки уйдем? - не выдержав, предложила Ксюха.
        - Нам осталось всего-то немного, - сказала я, кивая на бутылку, - Еще по одному бокалу.
        Вадим тут же схватил бутылку, с поразительной точностью одинаково разлил остатки коньяка по нашим рюмкам, и подозвал официанта, с пожеланием принести нам счет. Я, наблюдая за всем этим, усмехнулась. Вот почему он, спрашивается, злится? Ему что, больше всех надо? И чего, собственно, загостившийся у меня родственничек этим добивается?
        - Пожалуй, мне стоит освежиться, - сказала я, понимая что готова задать все эти вопросы вслух. Неторопливо поднялась, а потом наклонившись к Ксюхе, спросила. - А где здесь уборные?
        Ксюшка указала мне рукой куда-то налево и я сразу же поспешила в этом направлении. Дошла до указателя и, свернув за угол, быстро нашла дамскую комнату.
        Закончив все необходимые дела, я встала напротив зеркала. Вымыла руки и посмотрела на свое отражение. Вот как так? Вот почему, когда Владимир Алексеевич так близко, я словно робею, теряюсь… и как завороженная смотрю на него? Люблю? Неужели? Или все дело в детской мечте, переродившейся в привычку? Ведь это привычка. Приобретенная. Рефлекс - смотреть запретно, но взгляд блуждает. Трогать нельзя, но руки тянутся в попытке… Так было всегда… Нет. Хватит. Надо просто вспомнить: лязг ремня, порванную одежду и синяки… Я покосилась на свои запястья. Едва видимые синяки вдруг заныли, заставляя меня вспомнить тот жуткий день. Переведя взгляд на зеркало, я мысленно послала Вову к черту. Затем поправила прическу и шагнула к выходу. Толкнув дверь уборной, я чуть нос к носу не столкнулась с любимым дядюшкой.
        - Привет, - от неожиданности, брякнула я.
        - Ага, - сказал он. - Какого черта ты здесь делаешь?
        Он злился: жилваки играли, глаза смотрели сурово, а руки, которые он убрал в карманы брюк, нервозно дергались. Меня почему-то очень позабавила такая картина.
        - Пардон, а что можно делать в туалете? - с усмешкой спросила я. Вова отреагировал на мои слова неожиданно: сильно схватил меня за руку и, прижав к стене, гневно задышал мне в ухо:
        - Ты нарочно, да? - я с непониманием захлопала ресницами. Все меньше и меньше я узнавали своего Вовочку. - Приперлась в этот ресторан, зная что тут буду я, и даже села за ближний столик.
        - Я не знала что ты будешь здесь, - покачала я головой.
        - Ага, конечно! Я же тебе, еще до твоего отъезда в Крым, говорил, что у моего зама в этот день - день рождения и что отмечать его он собрался именно здесь.
        - Я забыла, - честно ответила я.
        - Забыла она, - не поверил мне Вовочка. - Что ты от меня хочешь, на что меня провоцируешь?
        Внимательно посмотрев в Вовкины глаза, я опять покачала головой. Мурашек уже не было. Но и злости никакой к нему я не испытывала. Да и вообще, я почувствовала вдруг какое-то неожиданное равнодушие. Словно передо мной стоял не мой Вовочка, а просто - Владимир Алексеевич. Просто человек, который побывал в моей жизни.
        - Я от тебя ничего не хочу. Ни сейчас и никогда больше, - ответила я и попыталась выдернуть свою руку. Руку он отпустил, но теперь схватил меня за шею. Я вдруг испугалась, Вова вел себя не нормально и… неосмотрительно. Здесь, в любой момент, мог появиться кто угодно. Но Вову это судя по всему, совершенно не беспокоило.
        - Что у тебя с моим братом? - спросил он.
        - Ничего.
        - Да? - истерично усмехнулся дядюшка. - А почему он тогда так нахально раздевает тебя глазами?
        - Наверно потому, что руками раздеть не получается, - съязвила я и тут же об этом пожалела. Вова разозлился еще больше, надавил пальцами на мою шею так, что мне стало трудно дышать. Я вцепилась руками в его руку, пытаясь ее убрать. - Отпусти, - прохрипела я.
        - Придушил бы тебя собственными руками, - наклонившись к моему уху, прошептал он. - С удовольствием убил бы, чтоб не мучиться… Достала ты меня… Извела! Быть с тобой - не могу, но и без тебя хреново, каждую минуту, каждую секунду, думаю: где ты? с кем ты? - он ослабил хватку и я ненасытно втянула ртом воздух. А потом аккуратно поинтересовалась:
        - Это ненормально, не находишь?
        - А я - ненормальный. Свихнулся, от любви, - согласился Вова.
        - От какой любви? - спросила я. - Где она, любовь эта? Когда любят - заботятся. Когда любят - доверяют… и, когда любят - отпускают.
        - Бред! - рявкнул он. - Не отпускают! Любовь просто так не уходит.
        - Да, мы иногда сами ее на это толкаем. Но, так, порой, лучше и правильней.
        Он просверлил меня взглядом:
        - Ты… ты просто сама никогда меня не любила.
        - И зачем же тогда я пять лет терпела? - с усмешкой спросила я, а глаза Вовы округлились в диком гневе:
        - Терпела?! - переспросил он, опять потянувшись к моей шее рукой. - Ты меня терпела?
        Я вжалась в стену и, глубоко вздохнув, спокойно ответила:
        - Не тебя, а нашу ситуацию: твою жену, нашу тайну, наши редкие встречи, невозможность делиться своим счастьем с окружающими… Но это все не самое страшное - я понимала, что наши отношения возможны только так и никак иначе, но… Меня удерживало рядом с тобой странное и такое же ненормальное желание - урвать этот запретный плод… Вкусить, хоть немножко… Но он все таки горький, Вовочка… - я покачала головой и уставилась Вова в глаза. - И ты, своим маниакальным поведением, даже это желание убиваешь… Убил, - поправила я. - Я не смогу тебе простить твое поведение по отношению ко мне и… к моим знакомым. И я точно никогда не забуду, что произошло между нами, когда ты явился ко мне пьяным… и я не хочу, чтобы это повторилось.
        - Не повториться, - сказал он тихо.
        - Не повториться, - согласилась я. - Все, что было между нами… больше не повториться… Прости, если есть за что и…
        Он не дал мне договорить:
        - Хватит меня этим пугать.
        - Я никогда тебя этим не пугала, вспомни, я смиренно ждала тебя, ничего не просила и не требовала. Не требую и не пугаю и сейчас. Я серьезно. Хватит.
        Мой спокойный тон и невозмутимый вид, вызвали в Вове очередной приступ ярости - он опять схватил меня за шею:
        - Не смей, слышишь, не смей! Ты… ты моя, моя…
        - Твоя кто? - спросила я. Вова нахмурился и задумался. Думал он долго и долго ничего не отвечал. - Вот видишь, ты даже не можешь ответить на этот простой вопрос… Я подскажу - я племянница твоей жены, та самая девчонка с косичками, которую ты научил играть в шашки и карты. Пусть ей я и останусь. А все прочее - отпусти. Отпусти меня сейчас и навсегда. А я постараюсь впредь не попадаться тебе на глаза.
        Он наконец-то понял что я говорю серьезно, отпустил мою шею. Я облегченно выдохнула и посмотрела в лицо дядюшки: его глаза были полны гнева, страшное и опасное зрелище. Вова вдруг резко поднял руку, а я вжала голову в плечи, как в ожидании удара. Но удара не последовало. Вова просто провел рукой по голове, зачесывая волосы назад.
        - Ты пожалеешь, - тихо сказал он, отступая от меня на шаг. - Пожалеешь. Очень скоро. Я тебе обещаю…
        - А что это вы тут делаете? - услышали мы голос Вадима и одновременно обернулись. Вадик стоял в двух метрах от нас и, сложив руки на груди, хмурился.
        - Разговариваем, - ответил Вова и отступил от меня на еще один шаг. Вадим внимательно оглядел Вову с ног до головы, а потом посмотрев на меня, с улыбкой сказал:
        - Кирюх, мы за стол уже рассчитались, ждем тебя… - перевел взгляд на брата, убрал улыбку и произнес: - Да и тебя, Володь, там уже потеряли.
        - Пойду, найдусь, - кивнул Вова и равнодушно сказав:
        - Пока, - поспешно удалился.
        Едва сдерживая слезы, я сползла по стене и села на корточки, прижимаясь спиной к холодной поверхности. Не плакать. Главное не плакать. Чтобы никто не видел.
        - Что вы тут делали? - подойдя поближе, поинтересовался Вадим.
        - Разговаривали, - повторила я Вовкины слова и провела ладонью по пылающему лицу. - Он наконец-то понял, что мы все таки расстались.
        - А до этого не понимал?
        - Видимо, нет…
        Вадик неожиданно фыркнул:
        - И ты, как я понимаю, вашему расставанию сама не очень-то и рада.
        - Я не рада, - кивнула я. - Но совсем не этому.
        - А чему? - нахмурился он.
        - Я не хочу об этом разговаривать.
        - Да почему? - возмутился наглый родственник. - Может я могу чем помочь?
        - Зачем? Что ты вечно лезешь, куда не просят? - произнесла я, и, не дожидаясь ответа, резко поднялась. Толкнув Вадима плечом, я спешно направилась к выходу, где, забавно пританцовывая, нас ждала Ксения Сергеевна.
        - Все в порядке? - спросила она.
        - В хаотичном, Ксю, - нахмурилась я. Подружка тоже наэмурилась и сказала:
        - Я только что видела твоего дядюшку… Пролетел как фурия.
        - Мы побеседовали. Немного… - ответила я и невольно потерла шею. - Мне сказали, что я пожалею.
        - О вашем расставании? - уточнила подружка, я кивнула. - И ты уже жалеешь?
        Глубоко вздохнув, я обернулась, бросая короткий взгляд в зал, туда, где отмечался юбилей. Повернулась обратно к Ксюшке и ответила:
        - Я жалею об одном, что нельзя стереть кое-какие моменты из жизни.
        - Да, стереть из своей жизни ничего нельзя, - кивнула Ксюша. - Но дорисовать можно!
        Я улыбнулась. Здесь к нам подошел Вадик и мы наконец-то покинули ресторан.
        Проводив подругу до самого подъезда, мы с Вадимом шли до дома, пешком. За всю дорогу не проронили ни слова. Каждый думал о своем и по всей видимости, не спешил делиться друг с другом своими мыслями.
        Глава 17
        Зайдя в родную квартиру, я сразу направилась в ванну. Быстро приняла душ и, облачившись в халат, прошла на кухню. Там, открыв небольшой шкафчик у раковины, достала бутылку водки. Не початую. Она всегда стоит у меня здесь, на всякий случай. Вот такой, как сегодня, например… Хотя водку я пью редко. Но наверно поэтому и держу здесь именно этот русский напиток, а то другой покупался и обновлялся бы гораздо чаще.
        Я не стала искать рюмку и налила водку в маленькую кофейную чашку, взятую с полки. Выпила одним глотком и, передернувшись, но не закусывая, налила еще.
        - Все таки решила напиться? - спросил у меня Вадим, появившись на кухне. Он был по пояс обнаженным, в джинсах, а на его плече висело махровое полотенце. Судя по всему мой временный сожитель, собирался принять душ.
        - Скорее - решила забыться, - ответила я, отводя взгляд.
        - Не вижу повода, - сурово отозвался Вадим.
        - Ты не видишь, зато я вижу, - отмахнулась я.
        Вадик сложил руки на груди:
        - Это не конец света.
        - Не конец, - согласилась я и процитировала известную фразу: - И это пройдет…
        Вадим покачал головой, я глотнула горького напитка и, поморщившись, добавила:
        - А чтобы это побыстрей прошло - поможет алкоголь. И последующее за ним похмелье.
        - А чем же похмелье поможет? - хмыкнув, спросил Вадик.
        - Когда у тебя похмелье, тебе плохо. Ты ни о чем думать не можешь… а время-то идет, и, вроде как, лечит, - сказала я и, налив еще, приподнесла чашку к губам. Вадим позволил мне выпить ее содержимое, затем подошел, молча забрал у меня из рук бутылку и вдруг вылил остатки водки в раковину.
        Возмущаться почему-то я не стала. Безразлично понаблюдала как течет прозрачная жидкость, разрывая своеобразным звуком тишину в помещении.
        - Иди-ка ты, Кирюшка, спать. Во сне тоже время идет. И идет лучше, чем с похмельем, - сказал он, выбрасывая пустую тару в мусорное ведро. Я посмотрела на родственничка. Мне захотелось ему съявить, но вместо этого я даже как-то чересчур спокойно произнесла:
        - Да вот только надо как-то умудриться заснуть.
        - Уснешь, - сказал он ласково. - Могу тебе сказку на ночь рассказать.
        Я фыркнула и, проводя ребром ладони по шее, ответила:
        - Нет уж, спасибо, мне одной сказки уже хватило.
        - Это ты о чем? - не понял Вадик.
        - Это я о той сказочке, которая писалась про нас с твоим братом. И не дописалась. Обрываясь на середине…
        - Да нет, - перебили меня. - Все закончилось как надо. И хорошо… А воообще - то была не сказка.
        - А что же?
        - Если я не путаюсь в литературных жанрах, то это - скорее притча, ну или басня.
        - Точно. "Мораль сей басни такова", - хихикнула я, а потом внимательно посмотрев на полуголого Вадима, поинтересовалась: - Ты матрас надул?
        - Да, надул, - ответил Вадик. - Иди, ложись, а я сейчас быстренько ополоснусь и присоединюсь к тебе.
        - Ко мне? - приподняла я бровки.
        - К тебе, - кивнул он. - Прилягу по соседству и буду трепетно охранять твой сон… Больше спиртных напитков в доме, надеюсь, нет?
        Я фыркнула и, покачав головой, направилась в спальню. Матрас, действительно, был найдут, и даже уже застелен бельем. Я, погасив свет, аккуратно обошла спальное место Вадима, дошла до своего и включила ночник, стоящий на тумбочке. Потом сняла халатик и переоделась в пижаму. Устроившись на своей мягкой постели, я накрылась уютным одеялом и, обняв большую подушку, уткнулась в нее лицом. Спать совсем не хотелось. Мысли о Вовочке и о нашем расставании, блуждали в моей дурной голове. Я все прокручивала и прокручивала наш разговор, вспоминала свои эмоции и чувства в определенные моменты… Я говорила искренне? Я расставалась серьезно? Навсегда? Захочу ли я вновь быть с ним? Так же. Ведь, по-другому не будет. Никогда. Наши отношения обречены лишь на тайное существование. У нас нет шанса на настоящую семью… А хотела я, вообще, чтобы все было по-другому? По-нормальному, как у всех? Может, мне действительно больше нравилось прятаться и скрываться, чем любить открыто? И все дело в запретной страсти, которая и толкала меня? И Вову, кстати, тоже. Так - нельзя. Так нечестно… Тогда - о чем я сейчас жалею? И зачем
вообще об этом думаю? Я потрясла головой, пытаясь прогнать все эти мысли и постаралась настроить себя на что-то другое… Например - почему бы не подумать про Вадима? И почему бы не просто подумать, а как выразилась Ксения Сергеевна, принять Вадика в качестве "таблетки"? Может мне, все таки, рискнуть? Может - он сможет "излечить мою болезнь", ну, или хотя бы, "заглушить симптомы"? Главное, чтобы не появились "побочные эффекты": тошнота, рвота и… привыкание. А то получится, как с дядюшкой. Без любви. На одном желании…
        Вадик прервал все мои вопросительные думы. Он громко открыл дверь ванной и появился на пороге комнаты. Как обычно на нем были одеты трусы-боксеры, сейчас черного цвета. В руках он держал свои джинсы. Зайдя в комнату, Вадим положил свои штаны на стул и тут же улегся на матрас.
        - Спокойной ночи, - пожелал он, накидывая на нижнюю часть своего тела одеяло. Я отшвырнула подушку на вторую половину кровати и тоже легла, повернувшись на бок, лицом к Вадиму. Без стеснения и, совсем не скрывая этого, я разглядывала голую грудь, плечи и живот своего дальнего родственника.
        - Ты чего? - поинтересовался Вадим.
        - Ничего, - ответила я и, хихикнув, добавила: - Рассматриваю.
        - За все это время так и не успела? - тоже повернувшись боком, ехидно спросил он. - Например вчерашним утром?
        
        - Вчерашними утром я успела рассмотреть тебя только со спины, - ответила я с ироничной досадой.
        - Я ж предлагал тебе пройтись еще раз, - напомнил он с ухмылкой. Я усмехнулась в ответ:
        - Моя, трезвая на тот момент, совесть не позволила мне принять твое предложение.
        - Я бы не сказал, что она и сейчас не трезвая, - подхалимски заметил родственничек.
        - А, то есть ты считаешь, что в этот раз мы не напились вместе?
        - Я-то уж точно, - хмыкнул он, а потом спросил: - Ладно, рассматривай. И, может, заодно, все таки расскажешь что у вас там случилось? С Володькой, в ресторане.
        - Я не думаю, что тебе нужно знать детали, - ответила я. - По факту и по сути - мы с ним разошлись. Меня в конец оттолкнуло его поведение. Не ожидала, что он когда-то проявит себя с такой стороны. Оказывается, я его совсем не знала.
        - Я, видимо, тоже, - кивнул гость. - Что ж, если не хочешь вдаваться в подробности, не надо. Не буду настаивать. Может, придет время и ты сама захочешь мне все рассказать.
        - Может, - согласилась я и, зачем-то облизнув губы, неожиданно для себя самой попросила: - А поцелуй меня.
        - Что? - не поверил он и даже слегка приподнялся на логтях, позволяя мне заглянуть в свое лицо. Вадим одновременно и улыбался и хмурился. И выглядело это забавно. - Я же поцелую, - серьезно сказал он.
        - Я об этом и прошу… - бездумно кивнула я и напомнила: - Ты же сам сказал, что не коснешься меня, пока я не попрошу… Ну же, родственничек, я прошу.
        Вадим откинул одеяло, присел на матрасе. Поставил ноги на пол и, вроде бы, собрался подняться, но потом, пристально посмотрев на меня, предупредил:
        - Твоя просьба одним только поцелуем может не закончиться…
        Мне не понравился такой его ответ. Не понравился. Чего проще было просто молча встать и поцеловать? И что было бы потом - было бы потом… А сейчас, даже целоваться мне расхотелось. А захотелось побыть уже знакомой Вадиму "язвочкой".
        - Ведь за этим же ты решил у меня пожить, - сказала я ему ехидно.
        - Зачем - за этим?
        - За сексом, - с натянутой улыбкой сказала я. - За чем же еще? Что физиологически нормальный мужчина может хотеть от физиологически нормальной женщины?
        Вадим перестал улыбаться и теперь только хмурился:
        - Много чего может хотеть, - ответил он.
        - Но это же главное! - капризно настаивала я на своем. - Инстинкт. Естество. Закон природы: самцу необходимо окучивать самочку, добиваясь ее расположения, а добившись - совершить с ней половой акт, ради которого, собственно, все и затевалось. После, скоропостижненько забыть о ее существовании и начать искать себе новый объект для окучивания.
        Вадим, покачав головой:
        - Ты так плохо обо мне думаешь?
        - Почему плохо? - сделала я вид, что удивилась. - Я нормально думаю. Даже, я бы сказала, нормально по вашему, по-мужски.
        Родственничек с непониманием на меня смотрел:
        - Что это на тебя нашло?
        - Да не нашло, а просто я наконец сама себе призналась, что ты очень даже привлекательный самец. И окучивать ты умеешь… Против природы, как говорится, не попрешь, и, если это неизбежно, то лучше пусть все совершится как можно скорее, - ответила я, сбросила с себя одеяло, и, нарочито кокетливо улыбаясь, призывного похлопала рукой по матрасу кровати. Вадик опять покачал головой:
        - Ты забываешь, что помимо природных инстинктов, в человеке есть кое-что что сильно отличает его от животного. Например - разум. Или чувства.
        Я громко засмеялась.
        - Я тебя умоляю! Разум и чувства всегда можно отключить!
        - Ты серьезно?
        - Конечно! У многих это получается. А иногда это само по себе срабатывает.
        Говорила я скорее назло, чем серьезно. А вот Вадиму, судя по всему, показалось иначе. Он провел рукой по волосам и сказал:
        - Не надо всех чесать под одну гребенку, Кира. Все люди разные.
        Его тон и интонация голоса были очень похожи на Вовкины. Меня аж покоребило от такой похожести. Толпа пугающих мурашек пробежала по всему телу, я с прищуром посмотрела на гостя и выдала:
        - Да, но у тех, в чьих жилах течет одна и тоже кровь, шансы быть так причесанными возрастают в разы. И тут не только природа, Вадим. А еще и генетика.
        - То есть - моя вина и беда в том, что я родился от тех же родителей, что и Володька?
        При этом ответе голос родственника стал другим, привычным, более низким. Но пугающее ощущение не покидало и мурашки вновь устроили забег по моей коже. Я чуть подалась вперед, чтобы ближе рассмотреть мужское лицо напротив… Господи! Все таки Вадим очень похож на брата. Особенно сейчас, в полумраке, когда искусственный и тусклый свет практически не падает на Вадика. Когда его волосы слегка растрепались и лежат точно так же, как у Вовочки… И поза, и явно читающиеся напряжение в плечах и руках, такие же… Я дернулась, Вадим тоже… И здесь холодные изумруды глаз блеснули в свете ночника. Красиво. Завораживает… За такие глаза простить можно многое. Даже всю эту внешнюю похожесть.
        - Твоя беда может быть в этом и есть. А вина в другом… - я прикусила губу и томно сказала: - Я, всего навсего, попросила тебя меня поцеловать. Сама попросила… А ты как-то странно отмазываешься. Не понимаю - что тут такого сложного - поцеловать? Тем более, когда просят?
        - Сложного нет. Просто твоя просьба показалась мне тоже странной… - спокойно произнес Вадик. - Ты же, на самом деле, этого не хочешь…
        - Вот тут ты прав, - тут же согласилась я. - Когда предлагала - хотела. А сейчас, и в правду, не хочу. Так что - пеняй на себя и с такими намеками ко мне больше не лезь. Бывай! - я перевернулась, оказавшись к Вадиму спиной, и с головой накрылась одеялом. Надеюсь, он примет мои слова всерьез. Или не примет… Или… Так все таки - на что именно я надеюсь?
        Тут я почувствовала движение сзади, Вадим, а это был именно он, так как больше некому, резко сдернул с меня одеяло, развернул к себе лицом и, схватив мои руки, навалился сверху. Его лицо оказалось очень близко к моему: глаза Вадика опять заблестели, а губы слегка приоткрылись и потянулись к моим. Он попытался меня поцеловать, а я, изо всех сил желая вырваться, упорно сопротивлялась, при этом плотно сжимая свои губы. Вадик отступать не собирался: одной рукой схватил обе мои руки, а вторую запустил под мою футболку, но выше или ниже живота исследовать тело не спешил. Он гладил мой живот, не останавливая попыток меня поцеловать и мне, чувствуя такое напористое желание в его прикосновениях, становилось все трудней сжимать губы. В какой-то момент, я дала слабину, и Вадим, тут же воспользовавшись этим, сподобился таки запечатлеть поцелуй на моих устах. Мои губы, не сумев устоять перед сладким натиском, инстинктивно ответили на поцелуй. Как буд-то это делала не я, а они сами… Сначала порывисто, даже грубо, но постепенно, словно тая, движения наших губ стали плавными, трепетно ласкающими друг друга. Я
никак не могла понять, какие чувства вызывает у меня этот поцелуй, но и останавливаться не собиралась. Разум, действительно, предательски отключился и позволил гормонам вальяжно гулять в крови. Мне вдруг стало жарко: лоб покрылся испариной и ладошки вспотели. Пульс заметно участился, а по телу пробежалась нервная дрожь… Вадим первым оторвался от меня, отпустил мои руки и приподнявшись надо мной на локтях, неотрывно смотрел в растерянное лицо. Я смутилась от такой пронзительности его взгляда и отвернулась. Вадик тут же взял меня за подбородок, развернул к себе:
        - Отчасти, ты права… - сказал он тито. - Но добивался я твоего расположения не для того чтобы совершить с тобой, как ты выразилась, половой акт.
        - Да? - усмехнулась я. - А для чего?
        Родственничек улыбнулся, погладил меня по щеке и ласково ответил:
        - Чтобы влюбить тебя в себя.
        - Зачем? - от неожиданности пискнула я, а Вадим вновь погладил меня по щеке и, наклонившись к моему уху, шепнул:
        - Чтобы это было взаимно.
        - Что - это?
        - То, что я испытываю к тебе, - ответил он.
        - А что ты испытываешь ко мне? - не унималась я, хотя уже догадалась что именно он хочет мне сказать, вот так вот, ходя вокруг да около. Вадим усмехнулся, покачал головой и, опять наклонившись к моему ушку, шепнул:
        - Ты поняла, - он поцеловал меня в шею, провел рукой от щеки до груди и остановился на самой выступающей ее точке. Я дернулась от такого касания, а Вадим повел рукой дальше. Он играл со мной, медленно изучая руками мое тело и внимательно наблюдая за моей реакцией… На бедре он задержался, подцепляя пальцами пояс шортиков, и стал неторопливо их снимать. Я остановила эту попытку, схватив его за руку. Тогда Вадим резко поднялся, взял меня за подмышки, усаживая на постель и, пока я не опомнилась, стянул с меня футболку. Мои руки тут же, по инерции, прикрыли обнаженную грудь, а Вадик толкнул меня обратно, как только моя горячая спина коснулась прохлады простыни, Вадим ловко снял с меня нижнюю часть пижамы. Бросив шорты на пол, он положил свои сильные руки мне на бедра, быстрым движением развел их в стороны и ловко устроился на освободившимся месте. Мои губы приглушенно охнули, а руки не знали что делать: толи спасать от посягательств грудь, толи отталкивать наглого гостя. Который, между тем. опустил голову и начал покрывать влажными поцелуями низ моего живота, крепко сжимая руками мои бедра…
Сопротивляться мне уже не хотелось. Мне было приятно, тело обдало томной вибрацией, я опять охнула. А нежные и пухлые мужские губы постепенно опускались все ниже и ниже.
        - Вадим, - позвала я. - Прекра… - не договорив, я громко ахнула и, убрав свои руки от груди, вцепилась ими в простыню. Тело импульсивно содрогнулось, я выгнула спину и, не собираясь так легко соглашаться на то, что собирался продолжить делать Вадим, попыталась его прогнать - отпихивая чем можно. Но мои действия скорее были из вредности, Вадик приподнял лицо и, понаблюдав за моими вялыми попытками, усмехнулся.
        - Еще скажи, что тебе не нравится, - уверенно сказал он. Я просяще замотала головой, а Вадим, опять усмехнувшись, всем телом потянулся к моему лицу и впился солеными губами в мои. - Ты же хочешь меня, - заметил Вадим и его руки, как бы между делом, оказались на груди. Как назло в горле пересохло, ответить у меня не получилось. В мое правое бедро тут же уперлось нечто твердое и пульсирующее. Ощущая эту пульсацию, я судорожно промычала, не в силах больше сопротивляться нашему обоюдному желанию… Да! Мне хотелось Вадима. Хотелось стать с ним одним целым. Почувствовать его мужскую силу, отдать взамен женскую ласку… И я, обняв руками мускулистую спину, обреченно подняла ноги вверх, прижимаясь изнемогающим нутром к животу Вадима. Вадик же, правильно восприняв мои такие действия за разрешение, рывком спустил с себя тесные боксеры, устроился поудобней и одним уверенным и точным движением проникнул в, на все уже готовую, меня.
        Он двигался и жарко дышал, я по возможности ему помогала и, не стесняясь, громко стонала, то наглаживая, то царапая спину человека, который трудится над моим удовольствием. Это было страстно и продолжалось долго - Вадим нарочно несколько раз замедлялся, позволяя мне догнать его ощущения… Когда я уже кусала пересохшие губы и готовилась финишировать, Вадим, словно почувствовав это, включил ускорение, и к финишу мы прибыли одновременно.
        Взрыв. Стон. Мой, громкий, его, тихий… Триллиарды маленьких иголочек кололи все внутри, распротраняя негу по изнеможденному телу. Сладкое, ноющеее ощущение наполненности. Вадим лег рядом, а я закрыла глаза, чувствуя что куда-то лечу, словно под моей спиной нет кровати. Словно я в невесомости… Не скажу, что я не испытывала подобного раньше, просто не ожидала испытать такое с этим мужчиной… Таблетка… Таблетка? Резко открыв глаза и повернувшись, я встретилась взглядом с Вадимом. Его глаза смотрели на меня слегка затуманенно, на приоткрытых, тяжело дышащих, губах томная улыбка, руки дрожат, влажное тело касается меня…
        - Я люблю тебя, - нежно целуя меня в плечо, сообщил Вадим. Я вдруг опешила и, молнеиносно протрезвев от всего наслаждения, рефлекторно сжалась… От его признания и от незнания как и что на это ответить. Резко вскочила с кровати и бросилась в ванную. Там, смывая с себя наши запахи, все думала и думала… Любит. Он сказал, что любит. Вот так, прямым текстом, в лоб. Так, казалось бы, просто и быстро… Помнится, Вовочка не так быстро признался мне в любви. Откладывал или не сразу почувствовал… А Вадим? Может просто, вырвалось? Или он это сказал потому что так обычно все и говорят, после такого? Вырвалось… Да, именно. А я так глупо себя повела. Что сейчас может почувствовать этот мужчина, с удивительными зелеными глазами? Выключив воду, я покинула кафельную комнату. Медленно, босиком, на мысочках, вернулась в комнату. Вадик так и лежал в той же позе. Увидев меня, он сказал:
        - Извини. Я не тороплю тебя. Я не требую ответной, аналогичной фразы, - я подошла ближе и села на краешек кровати, Вадим вытянул руку, погладил меня по груди и добавил: - Просто я хотел, что бы ты это услышала. Чтобы ты это знала. И запомнила.
        От этих слов мне немного стало легче, неожиданно накатившие эмоции отпустили и я легла рядом.
        - Я запомню, - с улыбкой кивнула я, и, повернувшись на бок, устроила свою голову на его широкой груди. Не удержалась и поцеловала… Ощущая жар и манящий аромат мужского тела, я вновь почувствовала нарастающее желание внизу. Я играюче провела ладонью по животу Вадима и скользнула пальчиком вниз. Вадим поймал мою руку и поцеловал ее в ладошку.
        - Кира Викторовна, вы, что это, желаете повторить? - ехидно спросил он.
        - Желаю, - не стала я врать. - Осилишь?
        Вадим удовлетворено улыбнулся, собираясь подняться, но я остановила его, прижав к кровати, сама поднялась и устроилась на его бедрах. Закинула голову назад, распуская волосы и позволяя Вадиму полюбоваться обнаженным телом. Потом переместилась чуть выше.
        - Даже так? - усмехнулся Вадим.
        - Я тоже кое что умею…
        Глава 18
        Пробуждение было сладким. Клянусь, я проснулась с блаженной улыбкой на лице и, открыв глаза, увидела точно такую же улыбку на довольном, все еще спящем лице Вадима. Окинула взглядом комнату. Мы лежали абсолютно голые, на сбившийся и влажной простыне. Одеяло прикрывало лишь наши ноги, до колен. В комнате было душно, но не от жары за окном, а от витающей в спальне атмосферы произошедшего… Поток воспоминаний хлынул в мое лицо жаром. Мне было хорошо. Очень хорошо. Не припомню, чтобы когда-то, за одну ночь, столько раз подряд я испытывала удовольствие… Но тут что-то щемящее проникло в сердце… В голове нараспев промелькнуло слово "таблетка"… Я неожиданно поежилась. Аккуратно потянула одеяло ввверх, прикрывая свою наготу, и покосилась на Вадима… Такой хороший. Когда спит… Черт! Может зря я приняла такое лекарство? Ведь от любви его не бывает. От страсти тоже… Да и не выход это! Эх, надо было все таки напиться. Ведь похмелье, по сравнению с этим, реально лучше. Знаешь же точно, что оно пройдет. А то что случилось между нами просто так никуда не денется… Хотя. Интересно, а что об этом думает Вадим? И
думает ли вообще? И, самое важное, что из того что может подумать Вадим, хотелось бы мне?
        - Доброе утро, - произнес он вдруг с такой лаской, при этом заботливо убирая прядь волос с моего плеча. Я передернулась, ответила:
        - Доброе, - И попыталась накрыться с головой. Мне почему-то хотелось спрятаться, а лучше - убежать. А еще лучше - вернуться во вчера и предотвратить все произошедшее. Все таки зря! И, чего это родственничек так довольно на меня смотрит? Да еще с пришуром, не отводя от меня своих изумрулныэ глаз? Ну, подумаешь, природа взяла свое… И не один раз.
        - Как спалось?
        - Хорошо…
        - Проголодалась? - поинтересовался Вадим. Ах, вот в чем дело! Сейчас, небось, заставит меня готовить ему завтрак!
        - На завтрак у меня нет сил, - сразу предупредила я. - В холодильнике еще должны были остаться блинчики.
        Вадим кивнул. Неторопливо поднялся и, не одеваясь, вышел из спальни. Проводив оголенный тыл гостя слегка смущенным взглядом, я осела на кровати… Сердце колотится в груди, а в голове творится нечто странное. Мысли скачут, играя в чехарду. Но одна, весьма настойчиво, повторяет: неправильно все это. Неразумно. Не честно. Я тут же тоже встала и, пользуясь тем что Вадим удалился и чем-то гремит на кухне, быстренько надела пижаму, которую нашла на полу, между кроватью и надувным матрасом.
        И только я забралась обратно под одеяло - Вадим вернулся в спальню. Таким же довольным, как и уходил. Да еще и с подносом в руках.
        - Завтрак в постель, - сказал родственничек, пристраивая поднос на кровати. Я присела и посмотрела на принесенное Вадимом: блинчики, клубничное варенье и две чашки с горячим чаем. Вадик залез на кровать и сел рядом со мной, как буд-то нарочно касаясь своими коленками моих.
        Признаться честно, есть мне очень хотелось, но только не при виде совершенно голого гостя. И ведь не стыдно ему совсем
        - Спасибо, - ответила я, - может, это, оденешься?
        Вадик фыркнул и одеваться не стал. Лишь прикрыл свой пах краешком одеяла. Ну и на том спасибо. Я взяла блинчик и, мокнув его в варенье, откусила. Вадим с улыбкой понаблюдал за мной немного, а потом и сам принялся есть. Делал это с аппетитом, пару раз капая себе на грудь вареньем. В какой-то момент, я поймала себя на мысли, что мне хочется слизать эти капельки с его загорелой кожи… Но, нет. Я отвела взгляд от родственника и старалась больше на него не смотреть.
        - Какие планы на сегодня? - поинтересовался Вадим, когда завтрак был съеден, а поднос отставлен на тумбочку.
        - Не знаю, - пожимая плечами, ответила я.
        - Чем займемся?
        Простой вопрос, но он почему-то заставил меня нахмуриться.
        - В смысле?
        - Может, сходим куда-нибудь? - приторно-сладко улыбнулся Вадим.
        - Куда?
        - Ну, в кафе, на пляж. Или в кино… Хочешь в кино?
        - Честно говоря, не очень… - замотала я головой. Ну вот - зачем? Чего он хочет? И почему так резко изменился? Куда делась вся его язвительная спесь и усмешки? Он… Он решил что может рассчитывать на что-то большее, чем секс? Или, это прилюдия, что-то вроде - "кто девушку танцует, тот с ней и спит"?
        - Ты подумай, а я пока в душ схожу, - сказал Вадим, поднялся с кровати и, прихватив полотенце, направился в ванную.
        Как только за Вадиком закрылась дверь, в моей голове пронеслось: беги! Быстрей, отсюда. Из этой слащавости и показушности. Я вскочила с кровати, заметалась по комнате. Быстро стянула с себя пижаму и подошла к шкафу. Открыв его, схватила первое попавшееся белье и платье и начала одеваться, сбиваясь и все время попадая мимо нужных дыр. Когда наконец оделась, выбежала в прихожую, но вдруг замешкалась, вспомнив что телефон лежит в комнате на тумбочке. Вернулась, схватила телефон, и заодно лежавшую рядом с ним резинку для волос. Неуклюже торопясь, вновь выбежала в прихожую. Так: босоножки, солнечные очки, сумочка, ключи… И уже через секунду я закрывала дверь своей квартиры с той стороны.
        Зачем-то спустилась на этаж ниже и только там вызвала лифт. Пока он ехал, я все прислушивалась к тому, что происходит на моем этаже. К счастью, ничего. Вадим, наверно, еще намывается. Лифт приехал, я вошла в кабину и уже меньше чем через минуту, на ходу формируя на своей голове высокий пучок, выбегала из подъезда, словно за мной кто-то гонится. Добежала до ближайшего угла дома и, прижавшись к стене, отдышалась. И тут же констатировала совершенную мной глупость. За мной, мало того что никто не гнался. Да я сбежала из своей собственной квартиры! Зачем? Все равно же вернусь. Замотала головой по сторонам и запаздало подумала, а куда идти? Напротив меня стояла палатка, с простой вывеской: Горячая выпечка… Точно! Пойду к Ксюхе. Ведь друзья для того и нужны, чтобы им можно было выговориться и послушать советов. А иногда и спрятаться. Только я об этом подумала, как ноги сами понесли меня в сторону кондитерской. Но не успела я сделать и пары шагов, как в моей сумке зазвенел телефон. Доставая мобильник, я уже знала, чье имя высветится у меня на экране. И не ошиблась. Звонил Вадим. Я, не сбрасывая звонка,
просто отключила звук. Убрала телефон обратно в сумку и спокойно потопала дальше.
        
        Сегодня было уже не так жарко - солнце светило, но не припекало настолько, чтобы ныть и изнемогать от жары. Однако пить все равно хотелось. Я почему-то представила себе бокал холодного пива. Светлого. И, проходя мимо очередной палатки, купила себе освежающего напитка. Который пила по пути маленькими глотками. И мне было плевать, что могут подумать случайные прохожие.
        Подходя к кондитерской я вспомнила, что сегодня суббота. Ксении Сергеевны могло не быть на рабочем месте.
        Но Ксюшка была, встретила меня в зале, раскладывая свежие эклеры на витрине.
        - Какие люди! - заулыбалась она при виде меня, но потом покосилась на полупустую бутылку в моих руках и нахмурилась. - Чего это ты, с утра пораньше?
        - Жажда, - пожимая плечами, выдала я.
        - Чего, вчера еще дома продолжили?
        - О да! Еще как.
        Ксю выложила на витрину последний эклер и кивнула мне в сторону "кабинетной". Я послушно пошла за подругой. В кабинет Ксюша вошла первой, я в след за ней, закрывая дверь на торчащий из замка ключ.
        - Рассказывай, - заинтересованно велела Ксюня, устраиваясь в кресле. Я бросила сумку на стол и села на диванчик. С чего начать рассказ я не знала, глубоко вздохнула, отпила холодного пива и задумчиво уставилась в окно. Ксю в ожидании застучала пальцами по столу и вдруг спросила: - Че, было?
        - Было, - не стала я скрывать.
        - Ну наконец-то! Давно пора! - даже с каким-то чрезмерным восторгом сказала Ксюха. - И как он?
        - Нормально.
        - А где подробности? Да такие, чтобы я позавидовала?
        - А чему завидовать?
        - Размерам, умению, ловкости, - хохотнула моя подружка.
        - Все в пределах нормы.
        - Так не интересно, - качнула головой Ксю. - Он что, чем-то обидел тебя?
        - Ага, - кивнула я. - После всего признался в любви.
        Ксения Сергеевна нахмурилась и возмущенно спросила:
        - И ты этому недовольна?!
        - Крайне.
        - Вот дура! Такой мужик, да еще в любви признался.
        Ксюхиных эмоций я не разделяла. И заявила:
        - Ты бы знала как он мне вчера напомнил Вову.
        - В постеле? - ахнула Ксю.
        - Нет. В постеле он другой: немного грубый, но при этом ласковый и… Старательный… - я запнулась, чувствуя вибрации в теле, от терпких воспоминаний, а потом абстрагировалась и продолжила: - До постели. Голос, интонация, даже движения некоторые…
        - Это не удивительно, они ж братья…
        - Вот-вот. Братья. А если они похожи не только внешне? И я для младшего, как эстафетная палочка от старшего? Знаешь, бывает меж братьями вот такое завистливое соперничество.
        - Ты все таки дура, - констатировала Ксю. - Как есть дура, какой бы умной не была.
        - Пускай! - обиженно фыркнула я. - Утром он, представляешь, завтрак в постель принес и в кино сходить предложил…
        - И?
        - Что и? Он вел себя не как обычно. Наигранно.
        Фальшиво. Приторно… Бее!
        - Может, просто ты до этого никогда не видела эту сторону Вадима?
        - А может он просто притворяется? - хмыкнув, спросила я. - Ксю, понимаешь, мне сейчас ничего не хочется: ни новых отношений, ни новых разочарований. Тем более от человека с фамилией Климов. Блин…
        Я одним глотком допила пиво, а Ксюша сочувственно на меня посмотрела и поинтересовалась:
        - А где он сейчас?
        - Не знаю, наверно, у меня дома. Я сбежала, пока он был в душе.
        Как же я ошибалась, и поняла это буквально через пару секунд, когда в дверь "кабинетной" громко постучали и вслед за этим раздался голос Вадима:
        - Ксения Сергеевна, вы тут?
        Мои глаза округлились, ладошки вспотели и пустая бутылка вдруг выскользнула из рук, разрывая тишину своим звонким падением. Упала, но не разбилась. Ксюха покачала головой.
        - Секунду! - крикнула она, а я принялась мотать головой по сторонам, в поисках укрытия. Ксю нашла его быстрей, указав пальцем на шкаф. Я тут же подлетела к нему и торопливо залезла в узкое и темное пространство. После чего Ксюня поспешила открыть дверь кабинета.
        - Привет, Вадим, - поздоровалась она. Посетитель здороваться не стал, шумно вошел в помещение и сразу же спросил:
        - Кира не у тебя?
        - Как видишь.
        - А ты не знаешь, где она может быть?
        - Не знаю.
        Повисла пауза, я замерла, боясь пошевелиться и выдать себя. Однако прятаться не в пустом шкафу очень неудобно. Тесно и безумно душно.
        - Слушай, - подал наконец голос родственничек, - а может ты ей позвонишь и спросишь где она?
        Тут я чуть не упала, качнулась, но на месте устояла. Сумка! Она осталась лежать на столе и если сейчас на телефон кто-нибудь позвонит, звука слышно не будет, а вот вибрацию аппарата вполне.
        - Вадим Алексеевич, - обратилась к нему Ксю, - я, конечно, тебе очень благодарна и ты мне глубоко симпотичен, но делать этого я не буду. Кира моя подруга.
        - Ох уж эта женская солидарность, - усмехнулся Вадим. - Хорошо, понимаю, а просто позвонить и узнать как у нее дела можешь?
        - Все нормально с ней.
        - То есть, где она ты все таки знаешь? - моя подружка тактично промолчала. - С ней точно все в порядке?
        - Точно.
        - Ладно, - протяжно ответил Вадим и тут же послышались его неспешные, удаляющиеся шаги. Но вдруг, Ксюша его тормознула:
        - Подожди, а ты… правда ее любишь?
        Здесь я чуть не упала во второй раз. Ну зачем? Зачем Ксюха его об этом спрашивает? Боже, как же жарко…
        - Что, она уже успела тебе все рассказать?
        - Ну…
        Вадим молчал. Видимо думал. А я уже начала заливаться потом, стекающим со лба.
        - Люблю, - вдруг ответил Вадик. - Я, видишь ли, не привык разбрасываться такими словами. И, как ни крути, но военное прошлое дает о себе знать. Я прямой человек. Сказал-сделал, приказ-выполнение. Может это не совсем то в отношениях, с Кирой тем более… - Вадик вдруг вздохнул и добавил: - Я ее не понимаю. Хотя… Один умник сказал, что женщин не надо понимать, их надо просто любить.
        - Золотые слова, - при этих словах, судя по голосу, Ксю точно улыбнулась. - Кира у нас особенная девушка. К ней и подход особенный нужен. Ласка и забота - это, конечно, хорошо. Но не постоянно и не так резко. Этим можно оттолкнуть.
        - А что тогда? Грубость и безразличие?
        - Баланс нужен, Вадим Алексеевич.
        Я слышала как он усмехнулся. Постоял еще немного, а потом бросив:
        - Спасибо, до встречи, - наконец-то удалился.
        Ксюха закрыла дверь на ключ и я покинула свое тесное укрытие. Молча подошла к столу, схватила свою сумку.
        - Ну, спасибо… - злобно сказала я подружке.
        - Ты чего злишься? - искренне удивилась она. - Я сказала что-то не так?
        - Главное, что ты вообще сказала! - продолжила я злиться. - Что ж вы все лезете, куда не надо? А?
        Удивление подруги сменилось возмущением:
        - А как иначе, Кирюш? Не только Вадим тебя не понимает. Мне кажется, ты сама себя не понимаешь.
        Я хмыкнула.
        - Пусть так. Но понять себя должна тоже я сама. Без ваших намеканий и пинаний, - я шагнула к двери, а Ксю тихо произнесла:
        - Усмири свои эмоции. Просто поддайся обстоятельствам. Попробуй.
        - А если я опять ошибусь?
        - Никогда не говори: "Я ошиблась", лучше скажи: "Надо же, как интересно получилось…". Короче - научись проще ко всему относится.
        - Куда уж проще, - фыркнула я и покинула кабинет.
        Мне уже было не важно, ушел Вадим или нет. Я быстро прошла в торговый зал, миновала его и вышла на улицу. Родственничка поблизости не наблюдалось. Вот и славно.
        Завернув за угол, я пошла в противоположную сторону от дома. Ведь домой мне пока не хотелось. Я держала свой путь в торговый центр.
        В любимом магазине одежды ничего себе не подобрала. Мне все не нравилось, все не так. Да и коллекция старая, все самое лучшее из которой, не так давно, я уже купила. С досадой я направлялась к выходу, но вдруг тормознулась. У самого выхода. Где, буквально на днях, открылся новый магазин. Нижнего белья.
        Цены здесь кусались. Но и качество было на высоте. Купив себе два комплекта, заметно повеселевшая я, заспешила к выходу.
        До дома шла пешком. Шла целенаправленно, готовясь… Да уже к чему угодно. Встречи с Вадимом не избежать, так что откладывать ее нет смысла.
        Поднялась на этаж и, мысленно перекрестившись, сунула ключ в скважину. Вошла в квартиру и замерла, прислушившись. Тишина. Даже слегка пугающая. Неужели Вадима нет? Ушел? Насовсем? Я рванула в комнату и увидела безмятежного родственничка, лежащего на моей кровате. И даже не поняла, что именно почувствовала в тот момент: радость или разочарование.
        - Привет, - даже как-то равнодушно, сказал родственник. Я лишь кивнула. - Ты где была?
        - Я… Мне надо было подумать.
        - И как тебе думалось в шкафу? - усмехнулся он, а я нахмурилась:
        - В каком шкафу?
        - В том, что стоит у Ксении Сергеевны в кабинете, в кондитерской.
        - А с чего ты взял, что я там была?
        - Во-первых, твоя сумка, - он кивнул на сумочку, перекинутую у меня через плечо, - она лежала у Ксюхи на столе. А во-вторых, - он опять усмехнулся, - тихо сидеть ты не умеешь.
        Я чертыхнулась, разумеется, про себя. А Вадим резко поднялся и шагнул ко мне.
        - Ответишь мне на вопрос? - я бездумно кивнула. - Ты чего, испугалась?
        - Чего? - с непониманием переспросила я.
        - Того, что между нами начинается.
        - А что начинается?
        - Отношения, - ответил он, шагнув ближе.
        - Какие? - пискнула я, делая шаг назад. Но он не помог, за моей спиной каким-то образом оказался шкаф.
        - Я надеялся, что нормальные. Но судя по твоему поведению, я бы даже сказал, побегу… Ладно, в общем, тут, отчасти, есть и моя вина - я не знал как правильно себя с тобой вести. Теперь понял, что только забота и ласка не катит… Что ж, придется последовать совету твоей подруги.
        - Какому?
        - Буду учиться балансировать, - ответил он и, взяв меня за руку, притянул к себе. Настолько ловко, что наши лица оказались в опасной близости друг к другу. - Я ж тебе вчера сказал, что я тебя не тороплю, - Вадим едва коснулся своими губ моих и добавил: - Но и сам медлить не собираюсь.
        Что ответить я не знала. Вот не знала и все. Посылать его не хотелось, но и показывать что я на все согласная тоже. Молчание - золото. За ним скрыть можно многое… А между тем, губы Вадима еще раз коснулись моих. Но уже не так незаметно. Более чувственно. Я прикрыла глаза и вдохнула ртом. Вадик обнял меня за талию и я, выронив фирменные пакеты, потянулась руками к плечам родственника. "Усмири эмоции, поддайся обстоятельствам", - повторяла я в голове Ксюхины слова. Если мне хочется, если меня тянет и влечет, значит надо отдаться порыву. И не выпускать коготки своей внутренней язвочки. Не всегда она к месту… А наши губы уже вовсю целовались. Неустанно, ненасытно… Бретельки платья скатились с моих плеч, не без помощи горячих пальцев Вадима. Но вдруг, родственник остановился и, посмотрев в мои глаза, спросил:
        - Ты меня услышала?
        - Да. Медлить ты не собираешься, так что - не противоречь своим словам, - ответила я и Вадик, улыбнувшись, поднял меня на руки. Положил на кровать, но немного отстраняясь, неожиданно задал вопрос:
        - А может, все таки, в кино?
        Я схватилась за его футболку и, притягивая к себе, ответила:
        - Успеем…
        Глава 19
        Это был не просто секс. А секс марафон какой-то. Вадима можно понять, если, конечно, верить его словам, что секса у него не было давно. А мне просто нравилось. Нравилось с ним этим заниматься. Нравилось то, что в нужные моменты он был очень ласков, иногда грубоват, порою требователен. Но при этом всегда внимательный и чуткий. Вадим умудрялся следить за моей реакцией, чуть ли не на все свои действия. И вскоре просто управлял моим телом, как опытный кукловод послушной марионеткой.
        Постель была измята, простынь кое-где порвалась, от моих ногтей, вонзавшихся в тонкую ткань. Матрас мы не сдули, точнее сдули немного, но по-другому.
        Усталость пришла к нам только к вечеру. Да и, то что был уже вечер, мы поняли не сразу - за приятным занятием время бежит быстро. Незаметно. Неуловимо.
        Вадим поглалив меня по спине, взял свой телефон и, посмотрев на экран, заметил:
        - Восемь часов.
        - Хорошая цифра. Похожа на бесконечность, - хихикнула я, прижимаясь к Вадику.
        - Мы еще успеем в кино, на крайний сеанс, - сказал Вадим, положил телефон обратно и обнял меня.
        - Крайний? - не поняла я.
        - А, не обращай внимание, суеверная привычка, десантники никогда не говорят слово "последний", предпочитая заменять его на "крайний". Иногда говорю, сам не замечая, - пояснил Вадим, а потом спросил: - Ну так что, на счет кино?
        - Ты, правда, хочешь в кино?
        - Мне, конечно, нравится проводить с тобой время в горизонтальном положении, но можно же еще прогуляться, - ответил он. - И поесть.
        - Ах, поесть, - фыркнула я. - Ну, прости, я ж говорила что готовка - не мое.
        - Ничего, все меняется, - усмехнулся он, а потом неожиданно добавил: - Да и не обязательно делать это каждый день… Готовить, я имею в виду. Есть кафе, рестораны… Давай сходим, а? Посмотрим что идет в кино, если ничего не понравится, просто посидим в кафешке. - И тут желудок голодного мужчины капризно заурчал.
        - Ладно, - снизошла я до согласия и лениво поднялась с кровати. Подошла к шкафу и, открыв дверцу, принялась выбирать себе наряд. Остановилась на джинсах и белой майке. Классический уже вариант для похода куда угодно. Пока я ковырялась на нижней полке, Вадим так и лежал на постеле. Я, наконец выбрав джинсы, обернулась и поинтересовалась:
        - А ты чего лежишь? Собирайся давай.
        - Я оденусь меньше, чем за минуту, - ответил Вадик. - А еще… отсюда отличный вид. Особенно когда ты нагибаешься.
        Я, демонстративно фыркнув и взяв белье и одежду, направилась одеваться в ванну. А то, мало ли, какой еще вид покажется Вадиму отличным. Мы тогда рискуем никуда не пойти.
        Когда я выходила из ванной комнаты, Вадик был уже одет. Он тоже выбрал джинсы и футболку. Увидев меня, Вадик вышел в коридор.
        - Хорошо выглядишь, - подметил он, обуваясь в кеды.
        - Обычно, - пожала я плечами.
        - Нет, хорошо. У тебя удивительная способность украшать собой любую одежду.
        - Лишний раз убеждаюсь - ты мастер на необычные комплименты.
        Мы покинули квартиру. Решили поехать в центр, в самый большой кинотеатр города. Для этого поймали машину на перекрестке, и вскоре уже стояли перед афишами, выбирая фильм. Вадим хотел посмотреть очередной шедевр про супергероев от Марвелл. Меня тянуло на французскую мелодраму… Однако мы все таки смогли договориться, выбрав для совместного просмотра русскую комедию.
        До ближайшего сеанса было минут сорок. И мы отправились ждать показа в кафе, которое находилось на первом этаже кинотеатра. Вадим тут же заказал себе вполне полноценный ужин, я же обошлась одним овощным салатом. Запивать еду решили пивом. Я светлым, Вадик темным. И только мы собрались приступить к принесенной официантов еде, как рядом с нами возник еще один родственничек.
        - Ну надо же, какая встреча! - мы одновременно повернулись. А стоящий у нашего столика Олежек, с улыбкой добавил: - Привет, семья.
        - Привет, - в голос, без должной радости, ответили я и Вадим.
        - К вам можно присоединиться или у вас свидание и вам лучше не мешать? - с ехидством в голосе поинтересовался Олежка.
        - Присоединись, - кивнула я. Хотя мне совершенно не хотелось, что бы он присоединялся к нам, но еще больне не хотелось, что бы мой кузен всерьез решил что у нас с Вадимом свидание. Олег кивнул в ответ и, взяв у соседнего столика стул, присел за наш. Присутствие родственника никак не испортило Вадиму аппетит, он уже начал интенсивно жевать бифштекс, а я вяло ковырялась вилкой в салате.
        - Как дела? - спросил Олежек, подзывая жестом официанта.
        - Нормально, - отозвалась я, делая глоток пива.
        Здесь к нам подошел официант, Олег тоже заказал у него пива, официант поспешил исполнить заказ, а братец поинтересовался:
        - В кино собрались? Или уже оттуда?
        - Только туда, - ответил Вадик, тоже запил еду пивком и добавил: - Решили на комедию сходить. А ты?
        - А я пока не решил.
        - Новый фильм от Марвелла хорош, - сходу посоветовала я. Ладно потерпеть Олежку полчасика. Но еще часа два сидеть с ним в одном зале, слушать его похрюкивающий смех и глупые комментарии… Увольте! Пусть идет на супергероев.
        - А что ж вы не на него?
        - Уже ходили и смотрели, - без зазрения совести, соврала я. Вадим едва удержался, чтобы не хмыкнуть. Я бросила на него укоризненный взгляд, а Олег спросил:
        - И давно у вас это?
        - Что? - закашлялась я.
        - Походы в кино.
        - Мы не только в кино ходим, - с усмешкой ответил Вадим. Олег неожиданно нахмурился и с напыщенной грустью поинтересовался:
        
        - Что ж не звали с собой?
        Мы с Вадимом молча переглянулись. Вот что за банный лист, этот старший сын моей не любимой тетушки. Вечно он так, жалостливо, ад противно. Но на такой его вопрос честно и прямо не ответишь - хоть и разбавленная, но все таки родная кровь, обижать ее носителя не хочется.
        Олегу принесли бокал пива, он сделал большой глоток и посмотрел на нас по очереди, явно ожидая ответа на свой вопрос.
        - Видишь ли, у меня на твою сестру есть планы - ухаживаю я за ней, - произнес вдруг Вадим, и я от неожиданности передернулась. Олег, видать, не сразу понял что сказал Вадик, похлопал своими ресницами, и задал мне вопрос:
        - Че, правда?
        - Правда, - ответил за меня Вадик. Олег натянул на лицо припротивную улыбку, кивнул на меня и сказал, обращаясь к Вадиму:
        - Ох, не легко тебе будет.
        - А я легко и не люблю, - хмыкнул Вадим. - Трудности закаляют.
        - Ага, - не убирая противной улыбки с лица, сказал Олежек. - И что, думаешь есть шансы?
        - Шанс есть всегда, и я свой не упущу, - как-то уж слишком уверенно ответил Вадик.
        - Ладно, понял, не буду тогда мешать, - братец, прихватив свой бокал, поднялся. Окинул нас сверху оценивающим взглядом, потом, подмигнув, пожал Вадиму руку, меня чмокнул в щеку и удалился.
        - Ну, - начала я, когда братец исчез из нашего поля зрения, - и зачем ты ему это сказал?
        - А что, что-то не так?
        - Конечно не так! - возмутилась я. - У Олежки язык хуже бабского. Вскоре об этом узнает Лера, начнет доставать, потом от нее узнают и мои родители. И начнется вынос моего бедного мозга.
        - А в чем вынос будет заключаться? - искренне удивился Вадик.
        - В распросах… Ты Лерочку не знаешь? Она разве не выпытывала у тебя о личном, когда ты жил у них?
        - Выпытывала. Я тактично отмалчивался или удалялся в выделенную мне комнату, - Вадим глотул пива, я сделала тоже самое, и он продолжил: - Если тебе не нравится разговор, его всегда можно прекратить…
        - Нет, ты все таки плохо знаешь тетушку… Вот увидишь, она непременно позвонит. Возможно даже сегодня, но скорее всего завтра.
        - Господи, Кир, в самом деле, кому какое дело, кто с кем и как проводит время?
        - Проводит время? - нахмурилась я. Даже не знаю почему, но эта фраза меня зацепила. Ну конечно! Мы просто проводим вместе время! Что же еще? Именно так все и называется. Сегодня провели время вместе, завтра врозь, а послезавтра друг другу надоели и начали проводить время с другими… Все циклично. Все логично… Тогда - почему меня это цепляет?!
        - Так-так-так, вижу, что в твоей голове идет какой-то неоднозначный мыслительный процесс. Т-пру, стоять, Зорька! - хохотнул Вадим. - Это пусть остальные пока думают, что мы просто проводим вместе время. Я всего навсего хотел сказать, что не стоит так рано пускать людей в нашу личную, интимную жизнь.
        Хмуриться я перестала. Но думать об этом - нет. И когда мы доели, допили и поспешили в зал… И даже весь киносеанс я сидела погруженная в себя, напрочь игнорируя попытки моего сопровожатого то положить свою руку мне на плечо, то взять мою ладонь. Фильм интересовал меня мало, как ни пыталась я проникнуться сюжетом, которого, как назло, и не было, у меня не получалось не думать… Как-то это все чуждо для меня: наша личная, интимная жизнь… Наша… Его. Моя. Общая? Странно, несмотря на пятилетние отношения с Вовой, у нас не было ничего подобного. Даже устно. Даже мысленно… Наши чувства, наша тайна - да. Но не жизнь… Меня это пугает, беспокоит… И больше меня беспокоило то, что меня это вообще беспокоит!
        Титры и нарезка из неудавшихся кадров появились на экране. Все дружно направились к выходу из зала, кто-то отправился в кафе, кто-то вместе с нами на улицу. Время было около одиннадцати. Дневной свет растворится в сумерках, а дорогу до дома освещали редкие фонари. Мы с Вадимом шли, я нарочно соблюдала дистанцию, каждый раз чувствуя когда Вадик пытался приблизиться. Его навязчивое желание касаться меня слегка раздрожало. Да и не только это, меня раздражало буквально все: редкие прохожие на встречу, мигающие фонари, неровный асфальт и такая длинная дорога до дома… ПМС, что ли?
        У подъезда Вадиму таки удалось приобнять меня, когда я спотыкнулась о бордюр и чуть ли не сама упала в его объятья. Вадик широко улыбнулся, посоветовал быть осторожней, а потом чмокнул меня в нос. Обескураженная я, промолчала и вырываться не стала. Тем более, нога начала болеть. Не сильно, но ощутимо.
        В квартиру меня заносили чуть ли не на руках. Захлопнули дверь и шагнули в спальню, но на пороге комнаты мне удалось высвободиться. Я юркнула под руку своего носильщика и поспешила укрыться в ванной. Быстро сняла с себя одежду и залезла под душ. Намылилась гелем с эфирными крымскими маслами, вдыхая пряный аромат, и встала под теплые струи… Вода шумно билась по коже, смывая ароматную пену. Я раслабленно водила руками по телу, помогая воде избавиться от геля.
        - Можно к вам присоединиться? - услышала я вопрос Вадима и он, не дождавшись ответа, тут же залез ко мне… Вот я, дура в общем! Опять забыла запереть дверь.
        - Как вкусно пахнет, - заметил Вадик, прижимаясь подбородком к моему плечу. - Набор из Крыма?
        Я молча кивнула, удивившись, что он про это помнил… А руки Вадика скатились по влажным плечам и прижали меня к прохладному телу. Затем его пальцы оказались на груди и потормошили резко напрягшиеся соски. По телу пробежала волна. Возбуждения. И не у меня одной - Вадим возбуждался вместе со мной, в районе поясницы я это почувствовала довольно ощутимо. По инерции выгнулась и наклонилась вперед, руки Вадима устроились на моих бедрах, а то что упиралось в спину, вскоре оказалось во мне…
        Заниматься этим в ванной, не так удобно и романтично как кажется, поэтому мы, мокрые и голые, переместились в спальню…
        Уснули только под утро. Изнеможденные, уставшие, но довольные.
        Разбудил меня телефон. Я нехотя оторвался голову от подушки, схватила трезвонящий аппарат и почти не удивилась, увидев что звонит Лера. Что ж, а я оказалась права - Олежек уже поведал маме о нашей вчерашней встрече. Сначала я не хотела отвечать на звонок, даже выключила звук, но понимая, что просто так тетушка не отстанет, все таки сняла трубку.
        - Доброе утро! - чересчур бодро начала Лерочка. Я на секунду отстранила телефон от уха и посмотрела на экран. Девять утра. Воскресенье. Редко тетка встает в такое время. Эх, как же ее распирает узнать подробности нашего с Вадимом времяпрепровождения.
        - Угу, - ответила я, решив попробовать притвориться сонной.
        - Как дела, Кирочка?
        - Почти хорошо, - ответила я и зевнула для пущей убедительности. - А хорошо будет если я еще посплю пару часиков. У тебя что-то срочное?
        - Счастье свое проспишь! - хохотнула тетушка. - Что у тебя нового?
        - Да ничего…
        - А Олежек мне сказал, что видел тебя вчера с Вадимом… - пропели на другом конце трубки.
        - И что? Он всего лишь мой дальний родственник… - начала я, а тетка, фыркнув, меня перебила:
        - Ой, глупости! Родственник, - она еще раз фыркнула, а потом защебетала: - У вас отношения, да? Или он только за тобой ухаживает? Ты, это, не будь дурочкой, не упускай такого мужика! Ведь он просто замечательный: добрый, мужественный, щедрый, воспитанный, симпатичный…
        - А что по этому поводу думает твой муж? - неожиданно вырвалось у меня.
        - В смысле?
        - Ну, Вадим его родной брат, - запнулась я, жалея о своем вопросе.
        - Ой, я не знаю. Я ему еще не говорила… Он вчера поздно пришел, а сегодня рано ушел. В прочем, как обычно, сама знаешь, - пожаловались Лерочка, а я безшумно усмехнулась. О, да, это уж точно, я-то знаю, как никто! Сколько раз была свидетелем его отмазок, сколько придумывала их сама… Стоп! А где это он вчера задержался? Раньше Вова вот так приходил домой от меня. А сейчас? Неужели… Он уже нашел мне замену? Вот так быстро и легко? Как-то неприятно мне стало от осознания такого… Хотя, чего это я? Сама хороша. В моей постели уже спит другой…
        - Ладно, Лерочка, мне безумно хочется спать… - произнесла я, решив на это закончить наш разговор.
        - Что, ночевала не одна? - с усмешкой в голосе, спросила тетушка.
        - Пока, Лерочка, - как можно вежливей попрощалась я и сбросила звонок. Потянулась, чтобы положить телефон на тумбочку и плюхнулась обратно на подушку.
        - Кто звонил? - неожиданно подал голос Вадим. Я посмотрела на него и ответила:
        - Готова поспорить что разговор ты слышал. Мои фразы-то уж точно.
        - Слышал, - кивнул Вадик. - И… мне хочется у тебя кое-что спросить.
        - Ох, ну попробуй, - хихикнула я. Вадим лукавого улыбнулся, притянул меня к себе, я устроила голову у него на плече и тогда Вадик задал свой вопрос:
        - Почему ты спросила у нее про Володьку?
        Примерно такого вопроса я и ожидала. Врать, лукавить и перекручивать я не хотела. Но и объяснить почему у меня это вырвалось, тоже не могла.
        - Не знаю, вырвалось само, почему-то…
        - Тебе действительно так важно что о нас подумает мой брат? - тихо спросил Вадик, я повернулась к нему лицом и, посмотрев в эти теплые, изумрудные глаза, ответила:
        - Мне не столько важно что подумает, сколько - как он на это отреагирует? Он в последнее время вел себя, мягко говоря, не адекватно…
        Вадик грустно улыбнулся.
        - Не думаю что он решит нам вредить.
        - Я тоже не думала, что он велит своим мальчикам избить Сашку. Или что он придет тогда ко мне пьяным и… - я резко замолчала и отвернулась. Вадим крепко меня обнял и поцеловал в висок.
        - Ладно, поживем-увидим, - ласково произнес он. - Какие у нас планы?
        - Давай поспим еще немного…
        Сказав "немного", я имела в виду хотя бы те же самые пару часиков. Мы накрылись одеялом, я не стала убирать головы с руки Вадима, прикрыла глаза и сразу провалилась в сладкую негу… Но, видать, как следует выспаться этим утром нам не судьба. Где-то через час в тишине квартиры опять раздался звонок телефона. На этот раз телефона Вадима. Он аккуратно вытащил из-под моей головы свою руку, поднялся с кровати и поспешил ответить на звонок:
        - Да… Кто? А, Игорь Григорьевич… Да, узнал, добрый день… - голос Вадима начал удаляться, вместе с его обладателем, который вышел из комнаты. Мой сон как рукой сняло. Ведь Вадиму звонил арендатор соседнего с кондитерской помещения, который обещал связаться, как узнает кто имел неосторожность его дезинформировать.
        Вадик разговаривал минут десять. Все это время я провела в зудящем нетерпении, и, когда Вадим появился на пороге комнаты, тут же у него поинтересовалась:
        - Что хотел наш бывший недруг? Поведал, кто злодей?
        - Поведал, - кивнул Вадим. Медленно зашел в комнату и бросил телефон на кровать. Затем он сел, ко мне спиной, а я устроилась рядом.
        - Ну, не томи?
        Вадик посмотрел на меня таким взглядом, что я слегка поежилась, потом отвел глаза и наконец-то ответил:
        - Володька.
        Честно говоря, я не поверила, поэтому спросила:
        - Точно?
        - Если в нашем городе нет другого бизнесмена с такими паспортными данными, то точно, - произнес Вадим раздраженно. Но мне все равно с трудом в это верилось. Все предыдущие поступки Вовы, худо-бедно, но понять можно. А вот этот поступок? Чего он этим хотел добиться? На что рассчитывал? Что я… Обращусь к дяде за помощью? И, в следствии этого, вернусь к нему? Или все гораздо проще - Вовой движет месть?
        - А может, этот Игорь врет? - предположила я.
        - Какой смысл ему врать?
        - Мало ли, - пожала я плечами. - Может у этого Игоря личные счеты с Вовой? И он нарочно на него наговаривает?
        - Знаешь, после всех ревностных поступков брата, я склонен поверить, что это так и есть, что подстегивание на рейдерский захват вашей кондитерской - Володькиных рук дело.
        Повисла пауза. Я видела как Вадиму все это неприятно. Как играют его желваки, как перекатываются от напряжения мышцы на спине и предплечьях. И тогда я обняла его сзади, сильно прижимаясь к горячему мужскому телу. Вадик тут же обмяк и погладил меня по руке.
        - Ты думаешь что он таким образом мне мстит? - спросила я тихо, Вадим качнул головой. - Что будем делать?
        - А что мы можем сделать? Ничего. Покушение на бизнес не состоялось. Никто не пострадал…
        - Это, конечно, да, - согласилась я. - И, знаешь, мне теперь очень интересно, как поведет себя Вова, узнав что его план не удался… А ты еще спрашивал, почему меня так волновало что он о нас подумает… Что у него там в голове? Мне, если честно, даже как-то страшно, немного.
        - Не переживай, я с тобой, - ласково ответили мне и чмокнули в ладошку. Потом Вадим резко развернулся и посадил меня к себе на колени. Я поцеловала Вадика в губы, вкладывая в поцелуй как можно больше нежности.
        - А хочешь яичницу? - предложила я. Вадим улыбнулся и кивнул. Все в этом мире приходит и уходит, а кушать хочется всегда.
        Глава 20
        Яичница, по словам Вадима, удалась. Я с улыбкой поблагодарила, но про себя подумала - это блюдо вообще, очень трудно испортить. Льстит, родственник. Понимаю, но все равно приятно.
        Завтракал Вадик вновь облачившись в Вовкин халат. Мне это, мягко говоря, не нравилось. Я бросала на махровую ткань недобрый взгляд, припоминая бывшего любовника… Надо бы его выбросить, халат этот… А лучше сначала порвать на тряпки, сделать ими влажную уборку и лишь потом выбросить. А Вадиму купить новый. По размеру… Хотя этот сидит на нем очень даже сексуально. Я же устраилпсь на табуретке, напротив Вадима, в его футболке. Она смотрелась на мне как мини-платье, я бы даже сказала очень мини. Мои голые ноги постоянно притягивали маслянный взгляд изумрудных глаз родственника.
        После приема пищи, помыть посуду вызвался Вадим. Он занял место у раковины, а я осталась сидеть на стуле, наблюдая за мужчиной и допивая чай. Такую картину я наблюдала редко… Пожалуй, в моей квартире посуду мыл только Вадим. Вова, например, никогда. Он не задерживался у меня на столько, на сколько задержался его брат.
        Когда раковина была пуста, а мой чай допит, мы отправились в спальню. Вальяжно устроились на постеле, и только я взяла в руки пульт, чтобы включить телевизор, как вдруг услышала странный шорох у входной двери. Вадим на меня обернулся и я поняла, что этот звук мне не померещился - кто-то ковырялся в моем замке. А затем этот кто-то, не справившись с замком, решил воспользоваться дверным звонком. Вадим нахмурился, и посмотрел на такую же хмурую меня. Потом резво встал и тихо вышел в прихожую. Я, с тревожным ощущением замерла и прислушалась. Открывать дверь Вадим не спешил, хотя уже стоял возле нее.
        - Кто там? - крикнула я Вадиму. Вадик вдруг чертыхнулся и повернул замок.
        - Ты? - тут же услышала я возмущенный и удивленный голос своего дядюшки.
        - Я, - ответил ему Вадим. В прихожей раздались быстрые и громкие шаги и через секунду Вовочка заглянул в мою спальню.
        - Вот значит как, - сквозь зубы процедил он. Я невольно огляделась: разобранная, мятая постель, я на ней, в мужской футболке, Вадим встретил его в одном халате… Не трудно догадаться, что здесь не так давно происходило.
        - Вот так, - ответил Вадим брату, заходя в комнату. Он подошел к кровати и присел рядом со мной. Я отвела взгляд, стараясь не смотреть на незванного гостя… Да, я понимала, особенно после разговора с Лерой, что он может все узнать. Но мне, все равно, сейчас было банально стыдно. - Что-то случилось? Ты какими судьбами? - невозмутимым тоном спросил Вадим.
        - Я? - Вова поскрипел челюстью и, уставившись на брата, выдал: - Ты, кстати, в моем халате.
        - Снять? - усмехнулся Вадик.
        - Да нет уж, сиди в нем… А какими судьбами, - дядюшка криво улыбнулся, - я пришел к своей любовнице.
        - Серьезно? - с усмешкой приподнял брови Вадим. - В таком случае - она больше не твоя любовница.
        - Да? А чья?
        - Ничья. Она. Моя. Любимая. Девушка. - ответил Вадик зло. Дядя опешил:
        - Любимая? Вадя, да ты что, с ума сошел? Она - моя любовница, та самая, про которую я тебе рассказывал, ты слышишь? Мы… да мы пять лет вместе.
        - Знаю, - кивнул Вадим. - Я все знаю, Володь.
        - Она тебе рассказала?
        - Нет, - покачал он головой и вздохнул. - Давай лучше я тебе кое-что расскажу: в Крыму мы отдыхали вместе. Так уж вышло, что мы случайно оказались в одном отеле…
        - В Крыму? - удивленным тоном, перебил Вадима дядя. - Так у вас все началось еще тогда?
        Вадик покачал головой:
        - Нет, тогда у нас ничего не началось… Я, не сразу, но признал в Кире племянницу твоей жены, а она меня не узнала. И однажды, услышав разговор Киры с тобой по телефону, я догадался что вас связывают более тесные отношения, чем это видится окружающим… И я решил с ней познакомиться, чтобы узнать поближе…
        - Узнал и прям сразу в нее влюбился, да? - ехидно спросил Вова.
        - Не сразу. У меня было на это время, и там и уже здесь.
        - Так значит, от нас ты съехал сюда? - оглядевшись, спросил дядюшка.
        - Сюда… Понимаешь, я, действительно, влюбился. Так бывает.
        - Бывает? - с истеричным смешком поинтересовался Вова. - А ты вот у нее теперь спроси - влюбилась ли она в тебя? Готов поспорить, что нет.
        - Пусть так. Я никого не тороплю.
        Вова вновь заскрипел челюстью. Зубы разболелись? Я хотела задать ему этот вопрос, но сдержалась, позволяя мужчинам все выяснить без меня.
        - Как ты… - начал было Вова, обращаясь к Вадиму, но набрав в грудь воздуха, уставился на меня и резкой интонацией спросил: - А ты… ты трахалась одновременно со мной и с моим братом?
        Меня словно ударили по лицу, я как так явно ощутила жалящую пощечину и дернулась, в попытке подняться, но Вадим остановил мою эту попытку, погладил по коленке и спокойным тоном ответил:
        - Хоть тебя это и не касается, но скажу честно, дабы не наводить поклеп на Киру: одновременно это не происходило. Я терпеливо дождался, когда вы расстанетесь…
        - Дождался? Ах, ты дождался? - не поверив, возмутился Вова. - Ты тоже хороша, - обратился ко мне Вова. - Шалава, дрянь!
        - Следи за словами, - процедил Вадим, злобно сверкнув глазами. Вова провел рукой по голове, зачесывая волосы назад, растеряно поозирался по сторонам:
        - У меня в голове не укладывается, что вы, за моей спиной…
        - А мы обязаны тебе отчитываться? - фыркнул Вадим. - Ты, собственно, зачем пришел?
        Вова качнул головой и чересчур спокойно произнес:
        - Поговорить с ней хотел… Я ж души в ней не чаял, а она… она… - тут я подняла глаза и посмотрела на Вову, встречаясь с его взглядом. В них и злость, и сметение… И обида, и гнев… Целый спектр таких разных эмоций.
        - Не чаял? - искренне удивился Вадик. - Поэтому в твоей жизни Кира числилась в любовницах?
        - Она была совсем не против… Нас все устраивало. Нас - это и меня и ее. Все было хорошо.
        - Да? А хорошо ли то, что ты, в пьяном угаре, оставил синяки на Кириных руках и порвал ее одежду?
        Вовка изобразил удивление на своем лице:
        - Это она тебе наговорила? Не верь!
        - Я бы может и не поверил, если бы самолично, укладывая тебя спать в тот вечер, не слышал твои стенания. А на следующий день не застал Киру в ужасном состоянии…
        Это, возможно, было лишним. Говорить этого не стоило. Стыд вновь замелькал на горизонте, но вовремя сменился злостью. Я посмотрела на Вадика с укором, а он, не глядя на меня, вновь погладил мою коленку.
        - И что? Да, я был зол! Я приревновал!
        - То есть, ты считаешь, что ты сделал все правильно?
        Мой дядюшка фыркнул.
        - Быстро же она промыла твои мозги, брат… Хотя, понимаю, я тоже когда-то не устоял перед ее прелестями…
        - Дело не в этом.
        - В этом. У нас с тобой, видать, одинаковые пристрастия. И не только в любовницах, даже наши жены похожи. Спим с одними, даже я бы уточнил - с одной, а женимся на других.
        - Грубо, Володь, грубо, - покачал головой Вадим. - Кстати, спешу тебе напомнить, что я в разводе.
        - Не так давно.
        - И своей жене, в отличии от тебя, я не изменял.
        - Ах, да, это же она тебе изменила, - Вова опять фыркнул, Вадим заиграл желваками и его брат резко шагнул к входной двери. Но выйдя в приходую, так же резко обернулся:
        - Вы не будете вместе, - прозвучала странная угроза Вовы. А потом он, как обухом по голове, добавил: - Она просто не создана для семьи. Она может в нее только играть.
        - Мы сами разберемся, - ответил Вадим уже спокойно. Вовка собирался еще что-то сказать, но передумал, развернулся и, не попрощавшись, покинул мою квартиру. Вадим поднялся и прошел за ним следом. Проверил дверь и запер ее на еще один оборот замка. Потом направился на кухню.
        А я плюхнулась на подушки и закрыла глаза. В голове крутилась фраза, сказанная Вовой: "Она не создана для семьи, она может в нее только играть". Еще одна невидимая пощечина, которая прожгла не только кожу, но и сердце… Даже больнее чем тогда, когда он наставил мне синяков… А может, мне так больно, потому что это правда? Не создана, могу лишь играть… Ведь именно это я и делала - играла. Столько лет. Непростительно, эгоистично… И заигралась.
        Вадим вернулся в спальню. В руках он держал стакан с водой.
        - Ты как? - спросил он, протягивая мне стакан. Я послушно взяла протянутую емкость, выпила половину и поставила стакан на тумбочку.
        - Нормально, - пожала я плечами.
        - Ну я же вижу…
        - Что ты видишь? - разозлилась я вдруг. Вадим неожиданно улыбнулся и, сев рядышком, обнял меня за коленки. Они сегодня явно не давали ему покоя.
        - Не заводись, - сказал он ласково. - Не хочешь говорить сейчас, не надо.
        Не заводись… Как же! Меня на данный момент раздражало все: и его слова и его поведение. Не нравится мне опять такая нежность и ласковость. Выглядит фальшиво. Так же наиграно, как и все вокруг меня.
        - Что значит - не заводись? - повысила я голос, отталкивая Вадика ногами. - Это когда это я заводилась?
        Вадим усмехнулся.
        - Прости, я снова забыл: нежность в отношениях не для тебя, - сказал он и схватил меня за мои интенсивно дрыгающиеся ноги.
        - В каких отношениях? - поинтересовалась я.
        - В наших.
        - А у нас есть отношения?! - возмутилась я такому напору, обещал же не торопить. - Все что между нами происходит - это еще ничего не значит.
        - Согласен, - шутливо согласился Вадик. - Не значит. А что для тебя значит?
        - Ничего, - насупилась я и, немного перефразировав слова Вовы, добавила. - Я не создана для них.
        - Глупости, - отмахнулся Вадим. - Человек, способный чувствовать, способен и на отношения.
        - Значит - я не способна чувствовать.
        - Ой, не ври, - лукаво произнес Вадим. - Я уже не один раз чувствовал, а так же видел и слышал, как ты у нас "не способна чувствовать".
        Я хмыкнула. И не знала чем парировать. Перестала дергаться и плавно опустилась головой на подушку. Вадим лег рядом, обнял меня и тихо сказал:
        - А на Володькины слова внимания не обращай. Чего не скажешь со зла… Мне надо будет поговорить с ним. Брат у меня вспыльчивый, но отходчивый. Во всяком случае - я таким его знал… - Вадик глубоко вздохнул и на выдохе добавил: - В конце концов - он должен будет принять и смириться, что мы теперь вместе.
        - Да кто тебе сказал что мы вместе? - возмутилась я. Вадик с улыбкой покачал головой и очень убедительно произнес:
        - Я сказал. И не спорь. Я так решил.
        - Решил он… - фыркнула я.
        - Решил, - кивнул Вадим, снимая с себя халат. Бросив его на пол, Вадик ллег обратно. В наглую полез мне под футболку, и, оказавшись своим лицом рядом с моим, накрыл мои губы поцелуем. Его руки вальяжно прогулялись по моему телу, устроились на бедрах, а я, смиренно и с желанием обняла его за спину.
        Пол дня мы провели лениво. Валялись, в обнимку, у телевизора. Болтали, узнавая друг друга лучше, и при этом старательно избегали разговоров о произошедшем сегодня. Однако, это было сложно. К сожалению, брат Вадима, так или иначе, но мелькал практически во всех темах. Косвенно, пусть лишь в упоминании имени, но мелькал.
        Во второй половине дня Вадик проголодался, а так как готовой еды в доме не было, он решил сходить в магазин. Я отговаривала сначала, предлагая заказать ту же пиццу или суши. Но Вадиму захотелось чисто мужского - пельменей. Что ж, пусть будут пельмени, они хоть лучше и проще, чем какое-нибудь там жаркое. Закинул их в подсоленную воду, проследил чтоб не слиплись - вот и все мастерство.
        А пока Вадик ходил, я снизошла для приготавления овощного салата. И Вадима порадую инициативой и сама поем, а то пельмени не моя пища.
        Из магазина Вадим принес не только пельмени. Целый пакет различного съестного и… Букет цветов. Розовые герберы, перевязанные атласной ленточкой. Признаюсь, это было неожиданно и приятно. Я с улыбкой приняла букет и поспешила в комнату, чтобы достать вазу, а Вадим прошел на кухню, разбирать пакеты.
        На кухню я вернулась с вазой, в которой нежно красовались герберы. Налила воды и поставила цветы на стол, рядом с бутылкой красного вина, которую, видимо, купил Вадим. Я взяла бутылку и внимательно изучила этикетку, крымское, но довольно не плохое. Напиток этой же марки я пила в Крыму, даже прокатилась с экскурсией на указанный на бутылке завод.
        Вернув бутылку на место, я оглядела остальные покупки Вадима: две пачки пельменей в красно-белой коробке, банка маслин, нарезка колбасы, сыра и фрукты, среди которых ананас и клубника… А что, вполне себе романтический ужин может получиться, даже несмотря на пельмени. Я отошла от стола, полезла в шкаф и достала кастрюлю. Налив в нее воды, водрузила на плиту. В ожидании когда закипит вода, разложила сыр и колбасу на тарелку, украшая блюдо маслинами, а Вадик принялся мыть клубнику и нарезать ананас.
        Романтично трапезничать мы сели где-то минут через пятнадцать. Вадим откупорил вино, разлил бардовую жидкость в прозрачные бокалы и придвинул один ко мне. Мы одновременно отпили и приступили к еде.
        Вадик с аппетитом, впрочем как всегда, ел. И пельмени, и салат и бутерброды. Я косилась на него, без особой охоты пережевывая салат. В голове зрел вопрос, который я, не удержавшись, все таки решила задать.
        - Я хотела у тебя спросить… - Вадим посмотрел на меня своими изумрудными глазами с сомнением, но кивнул. - Ты как давно развелся?
        - Месяца три.
        Я отложила вилку и продолжила спрашивать:
        - И ты, сразу после развода, уехал?
        - Да, - ответил он. - Получил свидетельство о расторжении брака и рванул на отдых.
        Вадим отвечал четко, как по инструкции. И явно не собирался развивать эту тему. Но меня уже было не остановить:
        - А она правда похожа на Леру?
        Вадик чуть не подавился. С непониманием уставился на меня.
        - Я как-то не замечал, - откашлившись, ответили мне.
        - А если постараться и подумать?
        - Ну, они примерно одного роста… - начал Вадик, задумавшись. И думал он долго.
        - Она блондинка? Брюнетка?
        - Блондинка.
        - То есть, тебе больше нравятся блондинки?
        - Почему? - искренне удивился Вадим.
        - Ну, раз уж ты женился на светловолосой барышне.
        Зеленоглазый родственник посмотрел на меня с прищуром и нашелся что ответить:
        - Мне нравишься ты. Тебя я люблю.
        - Неужели… - я запнулась, не зная как правильно построить следующий вопрос. Подумав секунду, я произнесла: - Вот ты говоришь, что любишь меня… А ведь прошло не так много времени, после развода.
        - Кира, - Вадим улыбнулся. - Это чувство возникает независимо от времени.
        - Но неужели так быстро?
        Вадим подлил вина, взял бокал и кивком предложил мне сделать тоже самое. Мы отпили и Вадик загадно спросил:
        - Ты мне не веришь?
        - Не то что бы… Я сомневаюсь просто.
        - Не надо сомневаться, - улыбнувшись, сказал он. - Люблю. И точка.
        - Вот так вот, быстро? - Вадим кивнул. - А жену?
        - Бывшую, - напомнил он. Сделал себе очередной бутерброд и принялся его неторопливо жевать.
        - Ты не ответил на вопрос… - вернула я интересовавшую меня тему.
        - Ее не люблю, - резко ответил Вадим.
        - Но любил же?
        - Кирюшка, к чему ты клонишь?
        - Я понять хочу. Откуда приходит любовь и куда уходит? Есть ли у нее срок годности? Вот, если бы тебе жена не изменила - ты бы до сих пор был с ней?
        - А ты с Вовкой? - фыкнул он. - Бессмысленно строить гипотезы - если бы, да кабы. Мы уже этого никогда не узнаем.
        Он был прав. Никогда не узнаем. У сослагательного наклонения нет ни прошлого, ни будущего. Ничего уже не изменить…И жалеть, значит, не стоит.
        Я допила остатки вина, звучно поставила бокал на стол. Схватила бутылку и нервно, немного пролив бордовую жидкость на стол, плеснула себе еще.
        - Не могу понять, ты ревнуешь, что ли? - прозвучал вдруг вопрос Вадима.
        - Не имею такой привычки.
        - Тогда - что случилось? Объясни, пожалуйста, я не понимаю.
        - Твой брат… - бросила я злобно. - Меня зацепили его слова. Например о том, что ваши с ним жены похожи.
        - Сколько раз говорить - у меня нет жены, она бывшая, - закатил он глаза.
        - Ксюха, кстати, считает, что идеальный мужик, когда баба его спрашивает о бывших, должен отвечать "Нет никаких бывших, все сдохли, не переживай", - припомнив, выдала я.
        - Ты тоже так считаешь?
        - Я считаю, что бывших жен, равно как и мужей, не бывает… - "Собственно, и любовников тоже" - чуть не брякнула я, но во время тормознулась. - Ну, да ладно, - махнула я рукой. - Еще, Вова сказал, что я не создана для семьи…
        - Глупости, он сказал это нарочно, чтобы обидеть… - ласковым тоном ответил Вадик, и, - оглядев стол, добавил: - Вот мы с тобой, чем уже не семья?
        - Ну да, точно, я же в семью могу только играть, - передразнивая интонацию дядюшки, выдала я. Парировать на это Вадим не успел, я резко подорвалась с места, услышав как в комнате начал трезвонить телефон.
        Звонила Ксюха. Причем - настойчиво и долго. Я сняла трубку:
        - Алло.
        - Ну здравствуй, Кира Викторовна, не забыла меня?
        - Тебя забудешь, - фыркнула я. - Вчера ж виделись.
        - Помню-помню… Ну чего, как у вас там дела? Нашли общий язык? Или состыковались другими частями тела?
        Я не удержалась, хохотнула и ответила:
        - Состыковались нормально, а вот с языками пока не очень.
        - Ничего, и ими притретесь… Вадим у тебя?
        - Да.
        - Не выгнала - это уже хорошо. Значит, действительно, все нормально… А раз так, может соизволишь завтра явиться на работу, поработать? Пора бы зарплатные ведомости посчитать. А то я с этими бумажками буду возиться до третьего пришествия.
        - А что, второе уже было?
        - Судя по тому, что творится нынче в этом грешнном мире - было.
        - Ладно, завтра буду.
        - Постарайся до обеда.
        - Хорошо, - согласилась я, положила трубку и вместе с телефоном вернулась на кухню. Вадим успел убрать посуду, на столе остались лишь фрукты и бутылка вина.
        - Кто звонил? - спросил Вадик.
        - Ксюша, приглашала завтра поработать, - ответила я.
        - Правильно, поработай. Иди сюда, - сказал он и протенул мне руку. Я на автомате подала ладонь, Вадик взял ее и притянул меня к себе, усаживая на колени. Крепко обнял и вдруг зашептал на ушко: - Не думай о прошлом и о плохом… У нас все будет хорошо. По другому просто не может быть.
        Поверить легко. Но не поверить - еще легче… И я промолчала, потому как пока так и не определилась.
        Глава 21
        Кажется, просыпаться под звонок телефона входит у меня в безусловную привычку. В это, такое пасмурное, утро нас разбудил мобильник Вадима. Он надрывался, издавая противную стандартную мелодию, причем, не один раз. Поэтому Вадику все таки пришлось ответить - он встал с кровати и, взяв телефон в руки, вышел из комнаты. А я села, прислоняясь спиной к холодной стене, и постаралась прислушаться. Но слышала только обрывки банальных фраз, и по ним поняла лишь одно: Вадиму позвонил дядюшка.
        Минут через пять Вадик вернулся в комнату и, увидев что я проснулась, тут же сообщил:
        - Звонил Володька.
        - Чего хотел? - поинтересовалась я.
        - Позвал к себе, в офис. Хочет поговорить.
        Я с сомнением задумалась, покосилась в окно. За ним серо и тоскливо. И мне вдруг стало как-то странно грустно.
        - Езжай, поговори.
        - Не хочу оставлять тебя одну, - произнес он тихо, присаживаясь на кровать.
        - Почему?
        - Не знаю. Просто - не хочу.
        - Что за глупости? Собирайся к брату. Ты же сам хотел с ним поговорить, - улыбнувшись, сказала я и поцеловала зеленоглазого мужчину. - А мне все равно в кондитерскую надо. Пора возвращаться в рутинный клин трудовых будней… Да и, раньше приду, раньше закончу.
        Вадим улыбнулся в ответ, но все равно как-то грустно, обнял меня и вдруг сказал:
        - Знаешь, мне пожалуй тоже пора найти себе работу…
        - Правильно, не можем же мы все время отдыхать, - я опять улыбнулась и, толкнув Вадима плечом, скомандывала: - Давай-давай, собирайся, сходи в душ, а я пока, так уж и быть, приготовлю завтрак.
        Вадим кивнул и, прихватив полотенце и одежду, послушно направился в ванну, а я, натянув так понравившуюся мне мужскую футболку, поспешила на кухню. По-быстрому организовала завтрак: омлет с овощами и бутеброды с сыром. Когда я разливала кипяток по кружкам, в одной из которых был кофе, в другой пакетик чая, Вадим вышел из ванной, одетый в джинсы и футболку.
        - Я тут подумал, на счет работы… - сказал Вадим, присаживаясь за стол. - Позвоню я, пожалуй, одному своему приятелю. Он давно звал меня к себе в охранную фирму.
        - Охранником? - нахмурилась я.
        - Почему же? Он предлагал мне должность заместителя начальника безопасности.
        Я присвистнула:
        - Здорово. Подобная работа тебе, как бывшему военному, должна быть близка.
        - Это да. Но для меня важней люди, с которыми ты работаешь, чем сама работа… Вот тебе с Ксюхой очень повезло.
        - Повезло, - не стала я спорить. - Она у меня талантливая и работоспособная. А я примитивная и ленивая. Но нам удается корпоративно сосуществовать.
        Утреннюю трапезу мы закончили быстро. Не теряя времени, я поспешила выпроводить Вадима. Уже на пороге взяла с него обещание позвонить, как они с братом вдоволь набеседуются и на всякий случай всучила Вадику второй комплект ключей от квартиры. Вернулась на кухню, вымыла посуду и решила немного прибраться, перед тем как пойти в кондитерскую. Настроение, несмотря на погоду, было хорошее. Я что-то напевала себе под нос и даже пританцовывала, прогуливаясь по квартире с пылесосом. А закончив пылесосить, с чувством порвала Вовкин халат и протерла им пол на кухне. Удовлетворенно оглядела проделанную домашнюю работу и начала собираться на основную.
        Когда я уже надевала босоножки, в квартиру позвонили. И это был не Вадим, так как ушел он с ключами… Тихо подойдя к двери, стараясь не издавать ни единого звука, я посмотрела в дверной глазок: по ту сторону стоял мой дядюшка, в сопровождении двоих охранников. Увиденное меня, мягко говоря, напугало. Вот что ему от меня надо? И, неужели, они с Вадимом уже успели пообщаться?
        - Открой дверь, - словно почуяв меня, сказал Вова.
        - Уходи! А то я вызову полицию! - крикнула я.
        - Открывай, - не унимался дядя. - Иначе я выбью дверь.
        - Ты выбьешь? - громко усмехнулась я. Вовка меня услышал и ответил:
        - Конечно же не я! Мои ребята!
        Вот в способностях его ребят я не сомневалась. Такие - могут. И лицо соседу моему разбить. И дверь выбить… А ее жалко. Очень.
        - Обещаю, я войду один, тебя не трону и ничего плохого не сделаю, - прозвучало с той стороны вполне адекватным голосом.
        Обреченно вздохнув, я все таки открыла дверь. Вовка зашел, один, как и обещал, его ребята остались на лестнице. Дядя окинул меня нарочито безразличным взглядом и осмотрелся, замечая розовые герберы, которые так и стояли на кухонном столе.
        - О, какие милые цветочки, - процедил он и прошел в комнату, не снимая обуви. А я ведь только убралась! Но просить его разуваться не стала, надеясь, что пришел он не надолго, застыла на пороге комнаты и поинтересовалась:
        - Зачем пришел?
        - Мне надо поговорить с тобой наедине, - поледнее слово он интонационно выделил. И я тут же догадалась:
        - Так значит ты нарочно назначил Вадиму встречу в офисе, а сам явился сюда?
        - Да, - не стал он врать.
        - И о чем ты хочешь поговорить?
        Вова присел на мою кровать и, оглядевшись, серьезно заявил:
        - Оставь моего брата в покое.
        - В смысле?
        - В прямом, оставь - брось, пошли.
        Невольно усмехнувшись, я покачала головой. А Вова тут же полез в карман своего пиджака и достал оттуда стопку денег:
        - Хочешь, денег тебе дам?
        Я замерла с выпученными глазами и с полуоткрытым ртом. Его предложение меня удивило, разозлило и… оскорбило, черт побери!.. Он предлагает мне денег в обмен на отказ от Вадима? Он в своем уме? И вообще, неужели вот этот мужчина - мой Вовочка? Как я столько лет не замечала каким он является на самом деле? Мы так давно были вместе, так близко… Но, видно, только телом, не душой.
          Сделав глубокий вдох и взяв себя в руки, в переносном и в прямом смысле слова - сложив их на груди, - я спокойно и тихо сказала:
        - Пошел вон.
        Не знаю, то ли мой вид, то ли интонация моего голоса, но что-то подействовало на Вову, и он тут же убрал деньги обратно в карман, схватился за голову и произнес:
        - Извини… Я уже не знаю, что делать… Все так быстро, неожиданно… Я готов принять то, что мы с тобой теперь не вместе. В конце концов, я всегда знал и понимал, что это случится… Но жить и знать что ты и Вадим… я не смогу, - он замолчал на секунду и добавил: - Вот как, как? Почему именно он?
        - Я не знаю, Вов, вот так…
        Дядюшка провел рукой по волосам и вдруг выдал:
        - Да и не подходите вы друг другу.
        - Почему?
        - Он хороший парень… - начал Вова, а я резко его перебила:
        - А я плохая?
        Дядюшка покачал головой:
        - Ты не сделаешь его счастливым.
        - Откуда ты это знать можешь?
        - Меня ты не сделала.
        Его слова прозвучали как удар. Как удар в спину: неожиданно, больно и обидно. Не сделала счастливым. А ведь старалась. Старалась сделать наши короткие встречи счастливыми и при этом не мешать существовать его семье, сохраняя в ней мир… Я старалась. А он?
        - Плохой пример, - замотала я головой. - По мне, счастье - привилегия, как минимум, для двоих. Один не может быть счастлив…
        - А ты была счастлива со мной? - спросил он вдруг.
        - Была, - честно ответила я. - Во всяком случае - я так думала.
        - А сейчас?
        - А сейчас - не уверена, - я посмотрела ему прямо в глаза и тише добавила: - Ты сделал мне больно, ты меня обидел… Многих твоих поступков я просто не ожидала.
        - Я, оказывается, очень ревнив, - нашел Вова себе сомнительное оправдание.
        - Ревность я еще могу понять, Вов, - кивнула я и решилась наконец-то спросить: - Но причем здесь кондитерская?
        - А что с ней не так? - сделал он вид что не понял.
        - Мы знаем что ты пытался чужим руками отнять у нас помещение.
        Владимир Алексеевич фыркнул и отвернулся. Вновь провел рукой по волосам. И таким своим поведением окончательно убедил меня в том, что Игорь все таки не соврал.
        - Подло, дядюшка, - фыркнула я в ответ. - Ты сейчас, как будто мне мстишь. Нарочно мешаешь. Жить и стать счастливой в том числе… Я вот никогда никуда не лезла и не мешала тебе.
        Вовка поднялся с места и шагнул ко мне. Ожидая самого худшего, я отступила назад, уже мысленно прикидывая: куда бежать? Сзади было зеркало, как бы Вова не решил меня в него толкнуть… Но злых помыслов у дядюшки не было. Он встал напротив и грустно сказал:
        - Я никогда не думал что у нас все закончится именно так, - он вздохнул. - А уж тем более что на моем пути встанет мой брат.
        - Он не вставал на твоем пути, - попыталась я поспорить. - Только мы с тобой виноваты, что все сложилось именно так. И… нам с тобой лучше расстаться, пусть не друзьями, но хотя бы на мирной ноте. Так будет легче. И нам и всем окружающим.
        Он долго смотрел на меня, водя взглядом, когда-то родных глаз, по моему лицу. Взгляд прожигал, щеки запылали, а в голове возникли образы и сцены… Из нашего прошлого… Что же это такое? Почему я не могу выкинуть все это из головы?
        - Ты правда считаешь, что так будет легче? - спросил он, я кивнула. - Честно, а я вот не думаю…
        - Твое право.
        И тут у Вовы позвонил телефон. Он достал мобильник из кармана, нахмурился и сообщил:
        - Вадим звонит.
        - Ответь ему, - посоветовала я. - И вообще - поезжай к нему, поговори. Он сам этого хотел. Вы с ним братья. Роднее никого нет.
        Вова задумался на секунду, и все таки меня послушался, снял трубку:
        - Да, привет… Ты уже на месте?… Извини… Мне надо было отъехать, по срочному делу… Но я уже собираюсь обратно… Да, дождись меня, пожалуйста… Я буду минут через тридцать… Да, хорошо, - он положил трубку, посмотрел на меня и сказал тихим и спокойным голосом:
        - Я пойду… А ты все таки хорошо подумай. На счет Вадима. Может вам не стоит…
        - Я подумаю, - кивнула я. Дядя пошел к двери, схватился за ручку и тут я произнесла:
        - Я не буду говорить Вадиму, что ты приходил. И ты не говори.
        Вова, не оборачиваясь, кивнул и ушел. Я постояла в прихожей минут пять, передумала, вместо босоножек надела балетки и, прихватив зонтик, тоже покинула квартиру.
        Зонт я взяла не зря, пасмурная погода разбушевалась, проливаясь на город косым дождем. На асфальте уже образовались огромные лужи. Я раскрыла зонтик и быстрым шагом засеменила в сторону кондитерской. И достигла рабочего места за рекордно короткое время.
        В зале, наверно еще и по случаю дождя, было многолюдно. Все столики заняты, а у прилавка выстроилась большая очередь. Я молча кивнула Ритке и направилась в подсобные помещения. На приоткрытой кухне колдовали повара во главе с несравненной Ксенией Сергеевной.
        - Добрый день! - громко поздоровалась я. В ответ раздались подобные и весьма радостные приветствия. Надеюсь, что сотрудники искренне рады и мне, а не только тому что сегодня получат зарплату. Ксю лишь кивнула, сосредоточенно украшая очередной многоярусный шедевр миндальными лепестками. - Не буду вам мешать и сама пойду работать, - сообщила я и, толкнув соседнюю дверь, зашла в "кабинетную".
        Устроилась за столом, включила компьютер и вскоре, хоть и нехотя, но тщательно, погрузилась в мир цифр и данных ведомостей и накладных.
        И должна признать - за мое отсутствие Ксюша справлялась отлично. Все документы в порядке, главное привести их в должный окончательный вид. Два часа я работала спокойно, мне никто не мешал. Еще час работы и можно выдавать заслуженные деньги всем работникам. Но тут в дверь постучали. И, не дождавшись ответа, в "кабинетную" зашла Ксюха.
        - Как у нас дела? - поинтересовалась она.
        - Еще работую, - не отрывая взгляда от монитора, ответила я.
        - Давай, чайную паузу устроим? - предложила Ксю. - Труд должен быть не только общественно полезен, но и лично не вреден.
        Я все таки оторвала глаза от компьютера и увидела в руках своей подружки поднос с разноцветными круглыми пирожеными и двумя чашками.
        - Ладно. Действительно можно передохнуть, - согласилась я, клацнула клавишей мышки, сохраняя документ, и откинулась на спинку стула. Ксюшка подошла к столу, поставила поднос и села напротив.
        - Попробуй, макарон удались на славу, - сообщила Ксю, кивая на пирожные. - Модная нынче штучка, а по сути безе, только с миндалем. У этих я сделала прослойку из шоколадного ганаша.
        Прозвучало это аппетитно и я взяла ярко розовую пироженку, попробовала. Сладость буквально таяла во рту, а крем, вызывал бурный восторг. В общем, я испытала самый настоящий гастрономический оргазм.
        - Очень вкусно, - кивнула я, Ксюня заулыбалась, тоже взяла макарон. - Однако, сдается мне, что ты пришла сюда не только затем, чтобы угостить меня сладостями.
        - Конечно! - без лукавства, ответила Ксю. - Меня ж распирает от любопытства! Как у вас там, с Вадимкой?
        - Я так и знала, эх, Ксения Сергеевна, никакой ты не альтруист.
        - Возможно, я не самая идеальная женщина мире, но это ведь, смотря в чьем мире, - подмигнув, заметила Ксюха. - Рассказывай, короче.
        - Знаешь, когда тебе говорят "рассказывай", ты начинаешь теряться и совершенно не понимаешь, что именно рассказать, а главное - с чего начать, - нахмурилась я.
        - Начни с самого интересного, например - может все таки поделишься сексуальными навыками Вадима Алексеевича?
        - Ксю! - возмутилась я. Ксюха хмыкнула, отпила чая:
        - Ладно, расскажи чем вы занимаетесь вне постели.
        - Мы в кино ходили, - вспомнила я. - И там встретили Олежку. А утром мне позвонила Лера и допытывалась, что у нас там с Вадиком.
        - Любопытная какая, - фыркнула Ксю.
        - Ага, и кого-то мне очень сильно напоминает.
        - Вот только не надо меня сравнивать со своей теткой! - возмутилась Ксю. - Я искренне тебя люблю и очень сильно за тебя переживаю.
        - Верю, - кивнула я и продолжила: - Начни переживать сильнее - вчера к нам заявился Вовочка.
        - Ух ты! Надеюсь, он застал вас голыми?
        - Почти. Вадим был в его халате, а я в футболке Вадима.
        - Красота какая, - с довольным видом усмехнулась Ксюшка. - И что дядюшка?
        - Прифигел, конечно. Гадости говорил. Например, что я не создана для семьи.
        - Слушать обиженного мужика хуже, чем обиженную бабу, - махнула рукой моя подружка.
        - Да, но в его словах есть зерно правды. Ксю, у меня ж по сути никогда не было серьезных отношений…
        - И что? - нахмурилась Ксения Сергеевна. - Все когда-то случается в первый раз. Просто раньше тебе попадались не те мужики.
        - А Вадим, по твоему, тот?
        - Честно? Мне нравится Вадим. Мне кажется, что у вас все может получиться.
        Мои губы дрогнули в попытке поспорить. Но я все таки промолчала. И Ксюха это явно заметила. Но тоже промолчала.
        - Вова сегодня опять в гости зашел, - решила я рассказать. - Сначала позвонил Вадиму, вызвал его на разговор и, когда Вадим ушел, заявился.
        - И чего хотел?
        Я с усмешкой ответила:
        - Денег предлагал, чтобы я отказалась от его брата.
        - Деньги не взяла? - уточнила она, я кивнула. - Надо было взять и послать дядюшку в малоприятное эротическое путешествие. Моральная компенсация за все эти годы… - я сурово сдвинула брови, а Ксю хихикнула: - Ладно-ладно, шучу. Правильно сделала… - Ксюша задумалась на секунду и спросила: - А что по этому поводу думает Вадим?
        - По поводу денег? Я не буду ему про это рассказывать. И тебя прошу тоже… После разговора Вова поспешил таки к брату. Возможно, они до сих пор беседуют.
        На этом месте я вдруг вспомнила про нашего бывшего недруга… Стоит ли просветить Ксю, что это с подачи дядюшки Игорь пытался избавиться от нашего соседства? Наверно, не стоит. А то вспыльчивая и импульсивная Ксения Сергеевна может начудить ненароком. И я поинтересовалась про другого соседа:
        - А как у вас с Сашкой?
        - Ой, Кирюх, не поверишь, хорошо. Он замечательный. И как человек. И как любовник, - прямым текстом сообщила мне подружка о немаловажном переходе на другой уровень в их отношениях.
        - И когда сие свершилось?
        - Сегодня ночью, он вчера только вернулся. И с поезда сразу ко мне - с цветами для меня и запчастями для "харлея".
        - Поздравляю, рада за тебя, - улыбнулась я. Ксюшка собралась поведать мне еще что-то, но здесь у меня зазвонил телефон. Я достала аппарат из сумочки и, увидев что звонит Вадим, сразу сняла трубку. Он сообщил мне что уже освободился, что встреча прошла нормально и спросил освободилась ли я. Я ответила что еще на работе и провожусь тут как минимум час. Мне ответили что уже спешат ко мне в кондитерскую и дождуться меня в зале.
        С улыбкой на лице я закончила разговор и убрала телефон. Ксю, сидевшая все это время молча, с прищуром на меня посмотрела и усмехнулась. Потом так же молча взяла поднос и покинула "кабинетную".
        Как и предполагала, я уложилась в час. Все досчитала, заполнила, перечислила деньги за аренду и принялась выдавать зарплаты. И вскоре, с чувством выполненного долга, покинула наконец-то свое рабочее место.
        Вадим дожидался меня в зале, устроившись за столом и поглощая свежие пирожные. Ксю сидела напротив и что-то задорно ему рассказывала. Вадик слушал внимательно и улыбался. Я понаблюдала немного за их идиллией, затем подошла и ехидно поинтересовалась:
        - Сплетничаете, подружки?
        Вадик поднялся из-за стола, приобнял и чмокнул меня в губы. Они у него были сладкими-сладкими, как лежащие на столе в изящной вазочке песочные корзинки с кремом.
        - Ну что, какие планы? - спросил Вадим. Я изнеможденно ответила:
        - Честно говоря, я устала.
        - Домой?
        - Да, только заскочим в один магазинчик.
        Вадик не стал спорить и мы покинули кондитерскую под провожающий, лукавый взгляд Ксюхи.
        Магазинчик, в который я хотела заглянуть, располагался в подвальчике дома по-соседству. Здесь продавались всевозможные банные принадлежности, и халаты в том числе. Мерить что-то Вадик категорично отказался. Но опытная продавщица на глаз определила размер моего спутника, я выбрала цвет, серый в золотистую полоску, и уже отсчитывала деньги на кассе. Вадим, нахмурившись, топтался рядом и возмущался тому, что я оплачиваю покупку.
        Дома я еще раз попросила Вадима примерить обновку. Он сначала отнекивался и фыркал, а потом принялся с энтузиазмом раздеваться. Но раздевался он не для того, чтобы что-то там примерить… В итоге раздели и меня, а халат так и остался лежать нераспакованным.
        Насладившись лаской и побывав пару раз на пике наслаждения, я отправилась в ванную. Намылилась, смыла с себя пену и только тогда поняла, что забыла полотенце. Аккуратно вылезла из ванны и приоткрыла дверь, чтобы позвать Вадима. И тут услышала его голос:
        - Ладно, Жень, - он разговаривал по телефону, стоя на кухне. Серые боксеры обтягивали его упругие ягодицы и я, залюбовавшись, даже забыла что мне было нужно, - я напишу тебе завтра во сколько я смогу встретитьсясе. Все, пока, - Вадим закончил разговор по телефону и я ласково позвала:
        - Вадь, - впервые я так к нему обратилась, даже причмокнула, словно пробуя это слово на вкус. Вадим дернулся от неожиданности. - А принеси мне, пожалуйста, полотенце.
        - Сейчас, - бросил он и поспешил в комнату. Принес то, что я попросила и, не глядя протенул полотенце.
        Обернувшись махровой тканью, я выключила воду и покинула ванную комнату. Вадик сидел на кровате, почему-то опустив голову. Его телефон лежал рядом.
        - С кем ты разговаривал? - спросила я, заходя в комнату. Вадим поднял лицо:
        - Когда?
        - Пока я была в ванной… Я слышала как ты говорил по телефону, - я подошла ближе и коснулась еще мокрыми коленками ног Валика. - Это по поводу работы? - предположила я.
        - Да… - ответили мне, но как-то неуверенно.
        - Завтра пойдешь на встречу?
        - Да, наверно, нужно сходить, - Вадим опять опустил голову, потер виски. Мне показалось вдруг, что его что-то беспокоит.
        - Что-то случилось? - поинтересовалась я, поглаживая его по волосам.
        - Нет, просто голова разболелась.
        - Ложись тогда, отдохни, - ласково произнесла я.
        Вадим поднял на меня глаза, пробежался по мне взглядом. Резко улыбнулся.
        - С тобой разве отдохнешь? - заявил он лукаво и, взяв меня на руки, уложил на постель. Я захихикала, крепко прижимаясь к мужскому телу. - Кирюшка, я тебе очень, очень люблю, - нежно произнес он, жадно целуя мои губы.
        И в этот момент я почувствовала себя на столько счастливой, на сколько еще никогда себя не ощущала…
        Глава 22
        Судя по всему, лето решило взять затяжной тайм-аут. Ведь сегодняшнее утро было таким же пасмурным и дождливым, как и вчера. И ладно, если бы были шумовые и визуальные эффекты, раскаты грома, молния, так нет - на улице шел унылый, монотонный дождь.
        Я пробудилась раньше Вадима, аккуратно, чтобы не побеспокоить спящего, выбралась из-под одеяла и прошла на кухню. Там заварила себе кофе, хотя не очень жалую этот напиток. Взяла чашку и застыла у окна. Долго наблюдала за разноцветными зонтиками, под которыми куда-то хаотично спешили люди. Наблюдала, пытаясь отвлечься… Меня что-то угнетенно беспокоило. И я никак не могла понять что… Я все думала о событиях последних дней: о Вове, о нас с Вадимом… И о том, что вчера Вадик так толком и не рассказал мне, как прошла его встреча с братом. Он увиливал, многозначительно отвечая: все нормально, все хорошо… А что если это не так? Что, если Вова предложил денег и ему? Или что-то другое? Хотя… Нет, не думаю, после подобных предложений Вадим вел бы себя не так. У него явно было хорошее настроение… Пока не разболелась голова… А разболелась ли? Может, у головной боли имелась другая причина?
        - Доброе утро, - услышала я сзади.
        - Доброе, - отозвалась я, не оборачиваясь.
        - Ты чего так рано встала? - Вадим тихо подошел, обнял меня за плечи.
        - Не спится…
        - Грустишь?
        - Погода располагает, - кивнула я.
        - Так то за окном, главное, что в доме, - Вадик чмокнул меня в шею.
        - Да, но вот на то, что за окном, мы повлиять не можем, а оно на нас - очень даже, - ответила я. Отставила чашку, положила голову Вадиму на плечо и поинтересовалась:
        - Ты во сколько пойдешь на встречу?
        Вадим дернулся, а потом обнял меня сильнее.
        - Не знаю, - ответил. - Точное время мы не обговаривали… А ты чем заняться хотела?
        В ответ я пожала плечами.
        - На работу сегодня не надо?
        - Если только над душой у поваров постоять… Но Ксюха не позволит… Да и как-то выходить никуда не хочется.
        - Понимаю. Мне, честно говоря, тоже.
        Вадим отстранился от меня и направился в ванную. Я допила кофе, вымыла чашку и принялась готовить завтрак. Уже на автопилоте…
        Спустя минут пять Вадим, в шортах, но без футболки, вернулся на кухню. Сел за стол, на котором уже стояла тарелка с горячими бутербродами и чашка дымящегося кофе.
        - Какая красота! - заметил Вадик и приступил к поглощению утренней пищи. Я наблюдала за ним и улыбалась. Сама не зная, от чего и почему… Мне нравилось за ним наблюдать. Да мне просто нравилось смотреть на Вадима! Сердце начинало фальшивить и сбивалось с ритма… Но это не пугало. Это тоже мне нравилось.
        Вдруг где-то запищал телефон, Вадим достал его из кармана шорт и прочитал пришедшее послание. Меня слегка удивило, что Вадик взял телефон с собой в ванную. Но я промолчала. Наверное, ждал звонка.
        - По поводу встречи?
        - Да, через час в кафе, - ответили мне, убирая телефон обратно в карман.
        Завтрак был съеден, и вскоре Вадим начал собираться на встречу. Оделся в бежевые брюки и в белую футболку-поло. Я всучила ему зонтик, Вадим поблагодарил и нежно поцеловал меня на прощание. Закрыв за Вадимом дверь, я, не зная, чем себя занять, направилась в ванную. Огляделась и, заметив пену для ванны, решила немного в ней понежиться. Заткнула слив, включила воду. Когда вода наполнилась до половины, вылила под струю два полных колпачка ароматной и густой жидкости. Вода начала пениться, я разделась и медленно погрузилась в невесомую стихию.
        Лежала минут десять, прикрыв глаза и расслабленно водя руками в воде. Так хорошо, так спокойно. Я каждой своей клеточкой чувствовала, как в кожу впитываются полезные масла, а голова очищается от негативных мыслей. Ароматерапия, самая настоящая.
        Но дальше наслаждаться мне не позволили. Я услышала, как в комнате разрывается телефон. Вылезла, аккуратно ступила на холодный кафель и, на ходу залезая в тапки, поспешила в комнату. Телефон утих и снова зазвенел. Я схватила аппарат и уставилась на экран… Как же мне не хотелось отвечать! Но я все-таки сняла трубку.
        - Здравствуй, Кирочка, - веселым голосом пропели на том конце.
        - Привет, Лерочка.
        - Как твои дела?
        - Хорошо, - ответила я почти правду.
        - Какие планы на сегодня?
        - Никаких, - выдала я и тут же пожалела:
        - Отлично! - радостно воскликнула тетушка, - Собирайся, я через полчаса за тобой заеду.
        - Зачем?
        - Устроим шопинг! В такую погоду он необходим, а мне как раз знакомая рассказала, что в торговом центре открылся итальянский шоу-рум и по случаю открытия в нем космические скидки!
        - Это здорово, конечно, но в такую погоду больше необходимо никуда не выходить, - попыталась я отвертеться от предложения.
        - Мы ж не по улице будем ходить, - заканючила Лера. - Я уже спускаюсь к машине, Вовочка дал мне на сегодня личного водителя. Он довезет меня до тебя, а потом нас до торгового центра. Ну и обратно по домам, - тетка говорила настойчиво и я понимала, что от встречи не отделаться. Не поеду с ней в магазин, она припрется сюда и будет доставать меня на моей территории… Уж лучше торговый центр. Выделю ей время и сбегу при первом же удобном случае.
        - Ладно, - согласилась я.
        - У тебя полчаса, - предупредила Лера и отключилась.
        Я сразу же вернулась в ванную комнату, спустила воду и ополоснулась. Потом долго выбирала, что надеть, почему-то на каждую шмотку, примеряя, думала, что по ее поводу скажет тетка. Обхаять мой внешний вид - одно из Лерочкиных любимых занятий. Зато вот ее одежду критиковать ни в коем случае нельзя. А так иногда хочется… И переодеть ее тоже хочется.
          В общем, посмотрев в окно, я остановилась на платье-миди. На него накинула тонкую джинсовку, на ноги надела балетки. Тетка позвонила, когда я причесывалась, заплетая объемную косу на бок. Лера пафосно сообщила, что машина подана, и я спешно покинула квартиру, не забыв прихватить сумочку и зонтик.
        За рулем автомобиля сидел один из тех ребят, которые вчера заявились ко мне с Вовочкой. Он равнодушно мазнул по мне взглядом, а я принципиально не стала здороваться и молча села в салон на заднее сидение. Мы тут же плавно тронулись. Пока добирались до центра Лерочка, на удивление, не проронила ни слова. Даже по поводу моего внешнего вида, который она придирчиво рассматривала, пока я шла от подъезда. Но стоило нам только зайти в торговый центр, как ее прорвало:
        - Как у вас дела с Вадимом?
        В этот момент я шла сзади, что позволило мне невидимо для тетушки закатить глаза.
        - Нормально, - ответила я, прекрасно понимая, что такого ответа для Леры будет недостаточно. Но и тут тетка удивила, молча кивнула и, взяв меня под руку, потащила на второй этаж.
        - Магазин должен быть там, - заявила Лера. Однако, поднявшись, мы обошли все магазины, но нужного бутика так и не нашли.
        - Знакомая напутала наверно что-то, - заявила Лера, достала из сумки телефон и быстро набрала кому-то сообщение. Ответ пришел быстро. - Точно, перепутала, там другой тц, с похожим названием, - она как можно милее улыбнулась и вдруг предложила: - Может, кофейку?
        - Может тогда зайдем в Лизану? - предложила я в ответ, кивая на вывеску.
        - Успеем, мне хочется кофе! - настойчиво сказала тетка и потянула меня к лестнице. Где-то на середине витиеватого спуска, Лера поинтересовалась:
        - Так ты и Вадим, вы… Встречаетесь?
        - Мы иногда проводим вместе время…
        - То есть между вами пока ничего такого нет?
        Здесь я нахмурилась. Помнится, по телефону позавчера тетя искренне радовалась нашему союзу, а сейчас той радости явно не было.
        - Ничего нет, - сорвала я.
        - Ну и замечательно, - выдала Лерочка, и я нахмурилась еще больше:
        - Почему?
        - Понимаешь, тут такое дело, - начала она и резко остановилась. Посмотрев на меня, Лера продолжила: - Жена Вадима хочет наладить с ним отношения, помириться.
        От услышанного я чуть не спотыкнулась на последней ступеньке. Заботливая тетушка вновь взяла меня под руку и бодро зашагала к ресторанному дворику.
        - Насколько я знаю - они в разводе, - заявила я.
        - По факту - да. Но они ошиблись, развелись на эмоциях, по глупости, ничего толком не взвесив… А они - семья, и семье нужно давать второй шанс.
        Здесь я все-таки споткнулась, внимательно посмотрела на Лерочку и с усмешкой спросила:
        - Ты знаешь, из-за чего они развелись?
        - Конечно, знаю, - кивнула тетя. - Она оступилась. Красивым женщинам это бывает свойственно.
        - И после такого возможен второй шанс? - с искренним удивлением поинтересовалась я, Лера неожиданно опять кивнула. И это вынудило меня задать такой вопрос: - Вот ты, ты бы сама смогла простить измену?
        Она задумалась, но буквально на секунду.
        - Смогла бы, - фыркнула тетка. - Я люблю своего мужа, он любит меня. А небольшая интрижка на стороне ничего не значит.
        Казалось бы - и здесь надо удивиться. Но я не удивилась… Еще бы, она не простила. Лерочке дорог статус, большая квартира и деньги Вовы, которые она может тратить налево и направо: шмотки, отдых и этот чертов кофе! Корысть, жадность - вот и вся ее любовь… Мне стало как-то противно, захотелось вырваться из цепкой хватки Леры. Я всегда так переживала, что она подумает, узнав о нас с Вовой. Мне было стыдно перед ней. Каждый раз, при каждой встречи… А ей, по большому счету, плевать…
        - А откуда ты знаешь, что бывшая хочет примирения? - спросила я.
        - Она приехала в город, не дозвонилась до Вадима, тот же в сердцах сменил сим-карту, и позвонила нам. Вовочка дал ей новый номер брата, - Лера улыбнулась и добавила: - Женя ему позвонила, Вадим ответил, и они собирались встретиться.
        По моей спине пробежал холодок… Женя? Она сказала Женя? Именно с человеком с таким именем разговаривал вчера Вадим… Холодок снова коснулся спины… Неужели Вадим меня обманул и сейчас, на самом деле, встречается с бывшей? Встречается, чтобы наладить отношения?
        - А, вон и они, - сказала вдруг тетка и кивнула в сторону одного из дальних столиков. Я тут же повернулась в указанном направлении и обомлела… За тем самым столиком к нам лицом сидел Вадим, напротив него светловолосая девушка. Я остановилась и уставилась на затылок бывшей жены моего нынешнего. - Ты только посмотри, как они хорошо вместе смотрятся, просто идеально подходят друг другу, правда? - тетка явно язвила, ведь она тоже могла лицезреть в анфас только брата своего мужа. - Разве можно нарушить такую идиллию? Помешать семье воссоединиться, - я перевела взгляд на тетку. И все поняла. Не просто так она мне сегодня позвонила, не просто так она притащила меня в этот торговый центр… Не просто так здесь не оказалось нужного магазина. И не просто так тетке захотелось кофе. Она знала, знала, что Вадим с Женей будут здесь. И спланировала нашу встречу… А может, и не она одна. - Подойдем поздороваться? - ехидно спросила Лера.
        - Ну ты и сучка, - с улыбкой произнесла я и, выдернув свою руку, быстрым шагом поспешила к выходу. Вышла на улицу, на которой наконец-то прекратился дождь, и свернула за угол. Отдышалась, пытаясь унять свои эмоции. Которые плескались через край, заставляя пульсировать виски… Вадим обманул меня! Сказал, что встречается с приятелем, да еще по работе… Обманул!
        Здесь я невзначай посмотрела на вход центра и увидела Леру. Она легкой походкой вышла из автоматических дверей и пошла в сторону парковки. Я проводила ее взглядом, дождалась, когда тетка сядет в машину и она тронется, и тут же вернулась в торговый центр. Мне захотелось понаблюдать за этой парочкой. Может, что-то понять. Что-то решить. Даже исправить. Я остановилась на том же месте, с которого только что сбежала, и огляделась. Найдя подходящий магазинчик, быстро миновала столики ресторанного дворика. В магазине застыла у полупрозрачной витрины… Отсюда хорошо был виден стол, за которым сидел Вадим и его спутница. А вот он меня при всем желании увидеть не смог бы - на прозрачном стекле, с той стороны витрины, нанесен рисунок, который удачно меня прятал… Сейчас бывшие супруги сидели ко мне в профиль. Но я смогла рассмотреть эту Женю… Вова оказался прав - сходство с Лерой было удивительным: цвет волос, прическа, форма лица… Даже стиль одежды похож. Но согласиться с Лерой в том, что эта Женя красивая женщина, не могу. По мне - обычная… Хотя, я же не мужчина, не мне судить о женской красоте. Ведь не
просто так Вадим когда-то в нее влюбился и женился. Я на нее совсем не похожа. А значит, придется опять признать правоту дядюшки - вполне возможно, что я не подхожу Вадиму.
        Глубоко вздохнув, я перевела взгляд на зеленоглазого родственничка. На его лице не читалось никакой неприязни к собеседнице. Он с улыбкой что-то говорил, с улыбкой слушал и с улыбкой бросал взгляды на бывшую… Это изобилие его улыбок вызывало во мне раздражение, даже злость… Появилось желание подойти и высказать ему, что он точная копия брата: такой же эгоист, предатель! Поистине, есть разумное зерно в словах, что самые лучшие люди - выдуманные… Да и вообще, все мужики одинаковые - обманывать у них заложено генетически… Женя вдруг отодвинулась от стола, чтобы достать что-то из сумки… И на столе, рядом с блондинкой, я увидела букет цветов… Розовые герберы. Так похожие на те, которые мне совсем недавно дарил Вадим… Со стороны их встреча выглядела обычным свиданием. От осознания этого мое раздражение усилилось, сердце в груди сжалось, ногти вонзились в ладонь зажатого кулака… И лишь эта боль меня слегка привела в себя… А что, если он ее просто любит? Все еще и как раньше? И я не стала для него такой же таблеткой, какой он, увы, стал для меня… Мои руки сами полезли в сумку. Я нащупала телефон и набрала
Вадима, хотя еще не знала, что я ему скажу.
        Вадик дернулся, видимо от вибрации, сунул руку в карман брюк и достал свой мобильник. Посмотрел на экран и… отключил звук! Да, не сбросил. Но и не ответил. Я набрала еще раз, телефон Вадима опять зазвенел, он нахмурился, повертел его в руках и…
        - Алло, - ответил.
        - Привет, как дела? - я старалась говорить спокойно, чтобы не выдать своих эмоций.
        - Нормально.
        - Не помешала? - я все-таки фыркнула, но здесь это было вроде бы уместно.
        - Конечно, нет, - я видела, что он улыбнулся. Искренне? А почему нет? Он же не знает, что я его сейчас вижу.
        - Встретился с приятелем?
        - Да, еще пока на встрече…
        - Долго еще? - Вадик покосился на Женю, та широко улыбнулась и кокетливо поправила прядь волос у шеи.
        - Пока не знаю.
        - Но смысл во встрече есть? Удачно?
        - Смысл есть, - ответил Вадим тихо. - Но не знаю, насколько удачно…
        Я невольно фыркнула. Врет… Он врет. Я слышу и вижу. Врет сейчас, а значит - мог врать и раньше. А признаться-то трудно. Признаться неприятно. Правда неудобна…
        - Знаешь, - начала я, приняв единственно правильное на мой взгляд сейчас решение. - Я думаю нам надо взять тайм-аут, - я произнесла это серьезно. Уверенно. Убеждая себя, что, порой нужно просто отпустить. И посмотреть - вернется или нет?
        - Что? - не понял Вадик.
        - Мы поторопились, Вадим. Нам не стоило…
        - Что на тебя опять нашло? - перебил он меня.
        - Ничего… Просто, так правильно. Ты подумаешь, решишь, что тебе нужно и нужно ли.
        - Кира! - рявкнул он, поднялся с места и отошел от столика. Его спутница посмотрела на Вадика с непониманием.
        - Не спорь. Я так решила, - я тоже прибавила своему голосу пары децибел. - Решила, что так будет честно. Не стоит начинать новое, пока не завершилось старое.
        - Ты встречалась с Володькой? - тихо спросил он вдруг, а я усмехнулась. И оттого, что он это предположил, и от констатации в моей голове данного факта - я ведь тоже обманула Вадима, промолчав о нашей встречи с Вовой. Да вот только я об этой встречи не договаривалась и совсем ее не ожидала. И промолчала в надежде сохранить между братьями нормальные отношения… Пожалуй, если есть хоть малейший шанс, семью, действительно, нужно сохранить.
        - Бывай, служивый, - произнесла я и вместе с устным прощанием сделала взмах рукой. Который зеленоглазый родственничек, конечно же, не увидел. Я выключила телефон и в спешке покинула свое укрытие.
        Опять пошел дождь. Небо было затянуто серыми тучами, и казалось, что сейчас уже вечер, а не середина дня. Я шла, держа в руке раскрытый зонтик, и старалась ни о чем не думать. Любые мысли сейчас вызывали во мне тоску. Я боялась, что не сдержусь и заплачу.
        Шла я, кстати, в сторону дома. Но чем ближе подходила, тем яснее понимала, что идти домой не стоит. Там вещи Вадима, и он сам может туда прийти. А нам не надо встречаться. Хотя бы пока, но вполне возможно, что никогда.
        На ближайшем перекрестке я сменила траекторию своего движения. Дом теперь был сзади, а впереди… Кондитерская. Не то чтобы мне хотелось поделиться с Ксю случившимся, просто не хотелось быть сейчас одной.
        Уже на подходе к месту работы, я вдруг подумала… Люди часто уходят, чтобы их догнали, остановили и вернули. А я этого не хочу. Значит, в кондитерскую идти не стоит, первым делом Вадим, если захочет, конечно, будет искать меня там. Я резко остановилась, поозиралась по сторонам и, увидев вывеску, на которой красовалась большая пивная кружка, зашагала к ней. Поднялась по трем ступенькам и потянула на себя тяжелую дверь. В баре было довольно многолюдно, но я нашла свободный стол, у окна, которое как раз выходило на кондитерскую, и присела на низкий деревянный стул. Смахнула невидимые крошки со стола и кивнула стоящему у барной стойки официанту. Он подошел ко мне, я заказала коктейль с эротичным названием "секс на пляже" и в ожидании своего напитка уставилась в окно. Капли дождя бились в стекло и длинными дорожками стекали вниз, они мешали рассмотреть, что происходит за окном. И я перестала пялиться в окно, начав осматривать помещение. Тусклый свет, темная мебель, унылые люди нагнетали. А что я, собственно, ожидала от примитивного бара?
        Первый коктейль был выпит. За ним второй… Заказав третий, на этот раз "Кровавую Мэри", я включила телефон. Вадим звонил раз десять, прислал штук семь сообщений, которые я не стала читать, а просто удалила. Еще было шесть звонков от Ксю. Я тут же набрала ее номер:
        - Ты где, мать твою? - завопила подружка, сняв трубку после первого же гудка.
        - Ближе, чем ты думаешь, - ответила я, наблюдая за тем, как официант ставит передо мной бокал с кровавым коктейлем.
        - Что у вас произошло?
        - Родственничек успел нажаловаться? - фыркнула я.
        - Оборвал телефон, даже заходил в кондитерскую, минут пять назад, - сообщила Ксю. Вот как, я все-таки была права. - Так что у вас произошло? Опять надумала себе чего-то? Я знаю, ты можешь, в последнее время, судя по твоим мыслям, тебя постоянно преследуют глупости.
        - Ксю, ты ж мне друг? - спросила я, проигнорировав слова Ксении Сергеевны.
        - К чему такой вопрос? Я ж могу обидеться.
        - Рискни… В общем, я сижу в баре напротив. Приходи. Но если после тебя сюда придет Вадим, то у меня больше не будет подруги по имени Ксюша.
        - Сейчас буду.
        И Ксю была, даже быстрее, чем я ожидала. Влетела в бар, нашла глазами меня и, на ходу закрывая зонт, приблизилась к моему столику.
        - Мэри, значит, - заметила она.
        - Будешь?
        - Буду.
        Я жестом попросила официанта повторить. Он принес заказ, мы с Ксю чокнулись, отпили, и я рассказала подруге обо всем, что сегодня со мной произошло. Ксюха слушала внимательно, ни разу не перебив. И лишь когда я закончила, Ксю произнесла:
        - Вадим, конечно, не прав, что не рассказал о встречи. Но ты же точно не знаешь, по какой именно причине она произошла - после всего что ты сейчас рассказала я бы не стала верить твоей тетушке. Та еще, с… жучка.
        Я хмыкнула в ответ:
        - Конечно, она вполне могла, но не наврать, а скорее приукрасить. Но я же их видела, Ксю, собственными глазами. Они вполне мило общались, словно не было того предательства с ее стороны. Он улыбался, она кокетничала…
        Подруга повертела стакан в руках, нахмурилась.
        - Честно, я не знаю даже что тебе еще сказать. С одной стороны, ты вроде бы поступила правильно, не устраивая скандала и поставив ваши отношения на паузу, дав тем самым Вадиму время разобраться в себе… а с другой стороны - ты бы могла побороться за свое счастье.
        - Если Женя тоже решила бороться, то, боюсь, я все равно проиграю. Да и решать Вадиму… А я не хочу повторения истории с Вовой.
        - То есть ты ничего делать не будешь? - удивилась Ксюша. Я покачала головой, допила глотком коктейль. - А я бы рискнула, я бы показала ему, что я к нему чувствую, переманила на свою сторону. Лучшее познается в сравнении.
        - Он меня достаточно узнал. Пусть себе сравнивает на здоровье… - я попыталась улыбнуться. - И, давай больше не будем об этом. Лучше расскажи что-нибудь хорошее…
        Мы разошлись через час. Ксюня вернулась в кондитерскую, а я, вызвав такси и предварительно позвонив маме, решила навестить родителей. Купила по дороге торт и вино и старалась вести себя у родных как ни в чем не бывало. А когда мама предложила остаться у них на ночь, с искренней радостью согласилась.
        Глава 23
        Все таки как же это здорово просыпаться в родных стенах, в том месте где прошла самая светлая пора твоей жизни - детство. Счастливое, беззаботное, неповторимое. Все тут такое знакомое и родное: предметы, звуки, запахи… Запахи! Я проснулась именно от него - от наивкуснейшего аромата, доносившегося с кухни. А потом в комнату зашла мама и с нежной улыбкой сказав:
        - Доброе утро, - подошла к моей кровати и чмокнула меня в висок… И так тепло стало, так уютно.
        - Доброе, - ответила я.
        - Вставай, завтрак готов, - мама погладила меня по волосам и шагнула к двери. Я тут же поднялась с постели. Накинула на плечи свой старенький, но еще цивильный, халатик и поспешила на кухню.
        На столе стояла большая тарелка сырников. Я невольно сглотнула слюну и направилась в ванну. Быстро умылась и так же быстро вернулась, устраиваясь на любимом месте кухонного диванчика. Схватила румяный сырник и с жадностью его съела.
        - Кирюш, мне на днях звонила тетя Лера… - начала мама, присаживаясь рядом. Услышав ставшее ненавистным имя, я нахмурилась… Ну вот! А так хорошо начинался день!
        - И?
        - Она сказала, что ты встречаешься с Вадимом.
        Я снова нахмурилась. Вспоминать и говорить о Вадиме мне сейчас совершенно не хотелось. Даже больше чем о любимой тетушке. Но показывать это маме я не стала и ответила:
        - Мы несколько раз сходили в кино, в ресторан и в караоке. Пару раз с Ксюхой. Если это называется встречаться - то да, мам, мы встречаемся.
        - Ясно, - мама качнула головой. - Что ж, жаль.
        - Почему?
        - Ну… Ты давно одна, ни с кем не встречаешься. Во всяком случае - ничего мне не рассказываешь.
        - Не рассказываю потому что нечего, - ответила я и мысленно прикусила язык. Врать маме мне всегда было стыдно. Поэтому я старательно избегала всех тем, где могла таиться ложь.
        - Вот я и говорю, жаль… - вздохнула она и добавила: - А Вадим ничего такой, приятный.
        - Мам! - я собралась закатить глаза, почуяв в маминых речах влияние тетки.
        - Что - мам? - слегка повысила она голос. - Одной тяжело, Кирюш.
        - Тяжело, - кивнула я, внимательно посмотрела на маму и поинтересовалась: - А когда Лера тебе звонила?
        - В понедельник.
        Я задумалась, значит тетка позвонила маме в тот же день что и мне, когда она еще радостно советовала не упускать такого мужика, как Вадим… Что же потом такого произошло, что она передумала, да еще потащила меня вчера в торговый центр, чтобы я увидела Вадима с бывшей? Ценность семьи, про которую она мне твердила? Верю с трудом. Семьи уже нет… Да, они сидели вместе, да Вадим мило общался с бывшей женой, но не все же расстаются врагами? Цветы… Эти чертовы цветы, розовые герберы, всплыли перед глазами… мне, наверно, все таки надо было подойти к их столику и расставить все точки на месте. По факту. А не делать этот тайм-аут… Может, стоит поговорить сейчас? Все выяснить? Сказать, что я видела, что я все знаю? Решить, наконец… Как сказала Ксю - за свое счастье нужно бороться. Не так буквально, но это правильно.
        Закончив завтракать, я начала собираться домой. В комнате, первым делом, включила телефон, который со вчерашнего звонка маме был выключенным. Входящих звонков не было. Мне стало обидно и я вдруг, сама от себя не ожидая, набрала номер Вадима. В ответ механический женский голос заявил мне что абонент недоступен. Я ускорила свои сборы и уже через пять минут выходила в прихожую. Расцеловала маму, сказала как сильно я ее люблю и покинула семейное гнездо.
        Погода была все еще пасмурная: тучи так же вальяжно затягивали небо. Но уже без дождя. Наполовину сухой асфальт, местами лужи. Поэтому до дома я решила добираться не своими ножками. Поймала машину. Ехала, всем богам молясь, чтобы Вадим был сейчас у меня дома и сладко спал на постели, которая уже успела стать нашей. А его телефон просто разрядился.
        Расплачивалась с водителем уже полусидя в машине, сдачу брать не стала и поспешила к подъезду. Лифт, зараза такая, ехать не спешил. А когда наконец-то приехал, две пожилые соседки, как нарочно, медленно покидали кабинку. Я грубить старшим не рискнула и терпеливо подождала. Потом пулей залетела в лифт и пока ехала, достала из сумки ключи. Дверь открывала с надеждой. С ней же и зашла в квартиру… Но… Дома никого не оказалось. На кухне холодный чайник и вымытая посуда, в спальне застеленная кровать и… открытая полка шкафа. На которой раньше лежали вещи Вадима… А сейчас - пусто. Меня словно облили ледяной водой и выставили голой на улицу. Обида, разочарование, гнетущая тоска… Что из этого было больней я не знала. Все разом… Ушел. Но я ведь не выгоняла! Не просила его собрать вещи, уйти.
        Из его одежды я нашла лишь футболку, ту самую, в которой щеголяла последние несколько дней… Ах, да, еще халат, он так и лежал нераспакованным. Вот и все, что он мне оставил… Я села на постель и еще раз набрала номер Вадима. Мне опять ответил механический женский голос… Ушел… Куда? К ней? Он вернулся к жене? А может он, вообще, уехал? С ней? "Н-да, меньше знаешь - больше накручиваешь"… Надо было, надо было поговорить нормально еще вчера… Дура, какая же я дура! Сама подтолкнула его на это. Сама… Отпустила, так легко… Он мог подумать, что просто мне не нужен… Я бы, на его месте, подумала именно так.
        А нужен ли он мне? Люблю ли я Вадима? Еще нет. Точнее - еще немного и да… Это значит, что так может случиться. Или не случиться вовсе… Или я просто пока не понимаю своих же чувств.
        Люблю ли я до сих пор Вову? Нет, черт побери, не люблю. И наверно никогда не любила. Страсть - была. Желание - было. Ощущения были настоящими, но настоящей любовью во всем этом даже и не пахло… Я просто привыкла к таким отношением. Они давали более сильные эмоции потому что были запретны. Прятаться, скрываться - это подстегивало, накаливало. Но все это, по сути, лишь игра. В которой не может быть победителя, а вот проигравшим вполне может оказаться каждый.
          Я не проиграла. Я просто заигралась. И с Вовой, и с Вадимом… И вдруг, вот в эту самую секунду, поняла что к этим мужчинам у меня совершенно разные чувства. Даже несмотря на все то что произошло, и на то, что сделал вчера Вадим, я ощущаю к нему больше трепета. За эти пару недель он сделал для меня больше чем Вова за пять лет…. И мне больно. Очень больно что я сейчас сижу одна и пялюсь на футболку зеленоглазого родственничка… А вот что сейчас делает он? Слезы подкатывали, но я не дала им волю. Все живы, здоровы. Остальным слезы не оправдываются.
        Футболка полетела в угол. С глаз долой. Он ушел - значит так решил. Пусть. Мне тоже надо что-то решить. Я поднялась, обошла всю квартиру. Но никак не могла найти себе место. И в прямом и в переносном смысле… На кухне налила воды в кружку, выпила. И тут взгляд уставился на розовые цветы. Я вытащила ни в чем не повинный букет и безжалостно распотрошила его. Цветы, конечно, не при чем. Но мне стало легче. А немного остыв, я собрала остатки цветов с пола и выбросила их в мусорное ведро.
        Нервно сняла с себя одежду и направилась в ванную. Если уж приходить в себя, то только здесь. Вода успокаивает и способна смыть негатив. Включила воду, залезла в ванну и села на холодное дно. Минут десять сидела, поливая себя водой из душа. Ни о чем не думала. Тупо жалела себя.
        В какой-то момент я машинально потянулась за гелем для душа. Открыла флакон и почувствовала пряный и сладкий аромат эфирных отдушек. Иланг-иланг… И тут же вспомнила запах Черного моря, почувствовала легкий бриз, представила теплый песок, закаты, восходы Крыма… Там мне было хорошо… Всегда хорошо там, где нас нет. Но… Мы же в любой момент можем оказаться где угодно.
        Решаясь и, наконец решившись, я вылезла из ванны. Обернулась полотенцем и покинула ванную комнату. В спальне подошла к шкафу, достала чемодан и стала кидать в него все летние вещи, попадающиеся мне под руку. А собрав чемодан, начала собираться сама. Сомнений не было, совсем. Да, возможно, очередной побег. Но он мне нужен, я чувствую это. Вызвала такси и уже через двадцать минут я без сожаления покидала квартиру.
        У подъезда встретила Сашку. Он стоял, довольный, у до блеска начищенного "харлея" и заботливо протирал его, и без того, сверкающие детали.
        - Привет, соседка, - улыбнулся Сашка, увидев как я стихийно выплываю из подъезда. Я не хотела задерживаться, но проявить вежливость все же следовало. Да и такси еще не подъехало.
        - Привет, - кивнула я и, внимательно рассмотрев его двухколесное чудо, подметила: - Шикарен твой железный конь. Починил наконец?
        - Да, поеду сегодня Ксюшку катать, - сообщил сосед, и заметив мой чемодан, кивнул на него и спросил: - А ты куда-то собралась?
        - Да, - ответила я честно. - Решила вдруг, что мало отдохнула.
        - С Вадимом едете?
        - Нет, - я попыталась улыбнуться. - Красивые и свободные девушки отдыхают в одиночестве.
        Сашка фыркнул, а я, заметив подъезжающую желтую машину, сделала шаг навстречу. Не успела я сделать второй, как сосед вдруг предложил:
        - Может тебя подвезти?
        Я остановилась и насмешливо заявила:
        - Боюсь мы втроем: я, ты и мой чемодан, на байке не поместимся, - Сашка пожал плечами. Автомобиль подъехал, водитель уточнил адрес и я, убрав чемодан в багажник, обратилась к соседу: - Спасибо, Сашка, чаушки.
        Мне повезло. На ближайший рейс, в нужном мне направлении, оставался один-единственный билет. Правда на не очень хорошее место. Но мне было не до этого. Это всего на три часа. Через три часа я буду в Крыму. А все что происходило здесь - пусть здесь и останется.
        Пока я ждала посадки на мой телефон пришло сообщение - абонент Вадим снова в сети. Пальцы дрогнули, хотели нажать кнопку вызова, но мозг отклонил действие… Если Вадим сам перезвонит - отвечу. Он должен был видеть мои пропущенные звонки. Но зеленоглазый не перезвонил, ни когда подали рейс, ни когда мы поднялись на борт. А в самолете телефон я отключила. Значит - все я делаю правильно. Время нас рассудит.
        Только на взлете я запаздало подумала: где я буду жить в Крыму в разгар сезона? На хороший отель рассчитывать даже не стоит… Но есть же хостелы, частные гостинницы. Придумаю что-нибудь.
        Первый час полета я ерзала. Вертела головой по сторонам, рассматривая затылки пассажиров. Второй час, прикрыв глаза, пыталась уснуть. Ну, или хотя подремать. Удалось мне это только на третьем часу, так что когда я открыла глаза - самолет уже садился в Новой России.
        Багаж получила быстро и вышла на улицу в поисках таксиста. В лицо ударили лучи горячего солнца, тело тут же покрылось испариной… Жара! Местная погода радовала, это не то что творилось на моей малой родине в последние дни. Мне тут нравилось. Мне вообще нравилось в Крыму. К черту все заграницы - отдыхать отныне я буду только здесь.
        С таксистом мне повезло даже больше, чем с билетами. Он оказался не только водилой, но и совладелецем частной гостиницы, в которой еще оставились свободные комнаты. В общем, мне везло как никогда. Звезды явно за то что я вернулась в Крым.
        Заселевшись в довольно неплохую и светлую комнату, я плюхнулась на кровать и включила телефон. Надо же предупредить близких что я поотсутствую недельку. Быстренько отправила Ксюшке и родителям одинаковые смски. Но куда именно я отправилась - писать не стала. Ответы пришли сразу, с кучей вопросов, особенно от Ксю. Я ответила многозначительно: решила сменить обстановку и уехала греться на солнце.
        К моей удаче эта частная гостиница находилась совсем недалеко от той, в которой я отдыхала в прошлый раз. Так что я смогу загорать на том же пляже и посещать те же заведения. Что я собственно и сделала, отправившись в этот же вечер в караоке. Там познакомилась с парой из Питера, с Юлей и Сергеем, они приехали в Крым на несколько дней, оставив в северной столице на бабушек двух детишек. С питерцами я быстро нашла общий язык, так что мы обменялись телефонами и договорились, по возможности, проводить вечера вместе.
        Два дня я упорно игнорировала звонки Ксю. Отвечала только на смски. Она все пыталась выведать где именно я нахожусь. В конце концов мне пришлось признаться подруге что я в Крыму.
        На третий день, проснувшись в полдень после посиделок с Юлей и Сергеем в караоке, я обнаружила на дисплее телефона пропущенный вызов от Вадима. Звонка я не слышала, спала крепко… Тяжелая голова соображала туго, пальцы среагировали быстрей и набрали номер… Но мне в который раз вторили: абонент недоступен… Что ж, нам, видимо, не судьба пообщаться.
        Четвертный день я посветила загару. С утра отправилась на пляж, устроилась на покрывале, обжигая свое тело солнечными лучами. Лежала, смотрела по сторонам и вдруг почувствовала такую тоску. Она словно вгрызалась в сердце, остервенело открывая куски, от чего сердечко то замирало, то билось учащенно… Я скучаю по Вадиму. Особенно здесь, в Крыму, на этом пляже. Мужчина с изумрудными глазами меня не отпускает и такого, не то что давно со мной не было, такого вообще никогда со мной не было… Ну, ничего. И это пройдет. И у Вадима, если он испытывает подобное, тоже пройдет. Все проходит. Возвращается на круги своя… Кто-то вон, к бывшим возвращается, кто-то возвращается в места, с которых что-то изменилось, что-то началось… И все это - игра. Атавизм из детства… Пусть зеленоглазый будет счастлив с тем, кто способен не играть, а строить отношения.
        Прогоняя мысли, я перевернулась на спину и закрыла глаза. Слушала шум пляжа. Минут через пять, я вдруг почувствовала на себе тень.
        - Хороший день, - услышала я знакомый голос и, открыв глаза, приподнялась на локтях. И тут же чуть с них не рухнула… Надо мной стоял Вадим. В синих шортах и в солнечных очках. Голый торс блестел на солнце, а напряженные руки убраны в карманы. Сердце от неожиданности ухнуло вниз, а руки задрожали… Приехал. Нашел меня. Вернулся, хотя я отпустила…
        - Здесь по другому и не бывает, - ответила я точно так же как и в прошлый раз, переворачиваясь на живот. Наша первая встреча на пляже словно повторялась и Вадим, наверно пытаясь полностью ее воссоздать, снял очки, зачесывая ими волосы назад и присел на песок, рядом со мной.
        - Я очень скучал, Кира. Очень, - тихо произнес он. Мне захотелось сказать тоже самое, но… Оставались вопросы, на которые необходимы ответы.
        - Как ты меня нашел? - поинтересовалась я.
        - Ксюха подсказала направление. А точное место - интуиция.
        Я фыркнула. Ну, подружка, даже и не знаю: поругаться с ней или все же сказать спасибо? И, интересно, что она еще выболтала зеленоглазому.
        - Значит, ты уже знаешь что я видела вас с Женей? - предположила я.
        - Знаю, - кивнул он. - Женя… Она позвонила, попросила встретиться, сказала что у нее проблемы. Я решил пойти. Просто, чтобы узнать чего она от меня хочет, ведь не отстала бы.
        - Ну-ну… - усмехнулась я. - Ваша встреча очень походила на свидание. Цветы еще эти.
        - Когда я пришел в кафе, она уже сидела с цветами… Сказала, что потом идет к знакомой на день рождения…
        Я нахмурилась. Хотелось поверить, безумно.
        - Мне Ксюха много чего рассказала. Про Леру в том числе, - сообщил Вадим. - Что это именно она настояла на походе в торговый центр и в нужный момент привела к столикам. Я, после разговора с твоей подругой, сразу же поехал к Жене. И она мне призналась, что вся ситуация была подстроена женой моего брата… Женя хотела вернуться ко мне, а Лера вызвалась ей помочь… Только - зря все это, к бывшей возвращаться я не хочу. У меня есть ты, - Вадик улыбнулся. Затем резко нахмурился и добавил: - С Леркой разбираться я не стал. Встретился с Володькой… Как оказалось - все это было его идеей. Он не терял надежды нас поссорить.
        Звучит все вполне правдоподобно, я сама понимала, что все подстроено, и даже не удивилась, что не Лерой, а ее мужем. Но… Меня беспокоило другое, о чем я и спросила:
        - Почему ты мне не сказал что встречаешься с бывшей?
        Вадим покачал головой:
        - Не хотел тебя расстраивать без повода. Думал, встречусь, узнаю что хочет и все. Невинная встреча двух людей.
        - Да уж, невинная… - фыркнула я, присаживаясь на покрывале. - А почему ты ушел? Собрал вещи…
        - Ушел, потому что ты так захотела… Когда ты позвонила и предложила расстаться на время, я, проще говоря, прифигел, честное слово… Звонил тебе, ты телефон отключила… А потом решил что тебе просто надо дать время остыть, прийти в себя и после этого уже разбираться с твоими тараканами… Я ж не знал тогда, что все дело в этой чертовой встречи с Женей.
        - И куда ты перебрался?
        - В родительскую квартиру. Одна комната уже пригодна для жилья.
        - А где Женя твоя жила?
        Вадим вдруг рассмеялся.
        - Она не моя. Она мне на хрен не нужна.
        - Так все таки, где?
        - В гостинице, где ж еще? - Вадим придвинулся ко мне. - Прости, что не сказал правду. Я был не прав. Никогда больше такое не повториться. Я люблю тебя, сильно, как никого и никогда. Ты мне веришь? - спросил он и погладил меня по щеке, я потерялась об его руку, в это мгновение понимая - верю. И даже больше - люблю.
        - Я тоже люблю тебя, - ответила я тихо. В изумрудных глазах Вадима мелькнула искорка. Он хоть и пытался это скрыть, но был безумно доволен моим ответом. Я собралась обнять его, прижаться посильнее, поцеловать и не отпускать дальше вытянутой руки. Но Вадик вдруг заговорил:
        - А теперь послушай меня внимательно. Кое с чем, сказанным тобой по телефону, я согласен… Действительно не стоит начинать новое, пока не закончилось старое… - Я нахмурилась, а Вадим продолжил: - Мне кажется мы неправильно с тобой начали. Переиграем?
        - Что? - не поняла я. Вадик встал, одел очки и протянул мне руку:
        - Привет, меня зовут Вадим… - я по инерции пожала его руку. - Что ты делаешь сегодня вечером?
        Внимательно посмотрев на красивого и такого уже родного мужчину рядом, я улыбнулась. И решила что согласна на все его предложения и игры. Лишь бы он был рядом. Лишь бы он говорил что любит. Лишь бы…
        - Сегодня вечером я пою в караоке, - поведала я ему о своих истинных планах на вечер.
        - Отлично. С удовольствием присоединюсь и послушаю… Ты где остановилась? - спросил он. Я фыркнула и покачала головой. - Мне же нужно за тобой зайти, чтобы сопровождать на свидание.
        - На свидание?
        - Да, я намерен за тобой ухаживать. Как и полагается. По всем правилам: будут цветы, рестораны, прогулки под луной, робкие поцелуи…. Я даже готов не приставать к тебе до, минимум, третьего свидания… Или когда там считается можно?
        Я засмеялась:
        - Мне, конечно, нравится такой расклад. Но - к чему такие жертвы?
        - О, еще какие, - улыбнулся он, а потом наклонился к моему уху и тихо сказал. - Ты бы знала как я соскучился по тебе. Как я тебя хочу… особенно сейчас, когда ты лежишь передо мной, почти голая… Но я обещаю, что сцепив зубы и кое-что еще, я постараюсь и дождусь окончания нашего третьего свидания… Все будет честно, по правилам.
        Хихикнув, я вспомнила и повторила слова Вадима:
        - И тебе воздастся.
        Эпилог
        - Поправь галстук, - шепотом сказала я, но не удержавшись, сделала это сама. Вадим улыбулся, вытянул губы трубочкой, выпрашивая этим поцелуй, а я, покачав головой, встала на место. Нервно поправила неудобную юбку, разглаживая складочки и, в ожидании, неспешно огляделась: над нами арка, украшенная цветами, дорожка к ней, усыпанная лепестками, гости в праздничных нарядах, стоящие сзади, потолок из воздушных шариков над головой… и женщина-регистратор в нелепом бежевом костюме с черной папкой в руках… Как-то чересчур. Я говорила - это все излишне. Не стоит все делать с таким размахом, да еще американизировать торжество, устраивая выездную церемонию. ЗАГСа было бы вполне достаточно, а потом можно небольшой фуршет, для родных и близких. Но нет же, мы здесь, в старинной усадьбе, аренда которой стоит приличных денег… Хорошо что на десертах сэкономили. Большой, да даже скорее гигантакий, торт украшал стол в соседнем зале, в котором пройдет банкет… А сколько сил и нервов потрачено за месяц подготовки! Суета сует, эти марш-броски по магазинам, в поисках всего самого лучшего и уникального… Я чувствовала себя
очень уставшей. Но при этом все таки счастливой.
        - Идут, - раздался голос сзади и я повернулась в сторону двери.
        Грянула музыка и на дорожку, ведущую к арке, вышли молодожены. Красивые, улыбчивые, довольные. Он в сером костюме с галстуком-бабочкой, она в длинном белом платье с букетом цветов в руках. Я залюбовалась, мне вдруг почудилось что идут они словно в замедленной съемке… Торжественно дойдя до конечной точки, они встали, повернулись друг к другу.
        Регистраторша громко и с выражением начала:
        - Согласны ли вы, Александр Александрович взять в жены Ксению Сергеевну?
        Он, разумеется, был согласен.
        - Согласны ли вы, Ксения Сергеевна, взять в мужья Александра Александровича?
        Ксюша тоже ответила утвердительно.
        Потом состоялся обмен кольцами, ответственный за которые был Вадим. Жених с невестой произнесли трогательные клятвы, я видела, несколько гостей в зале полезли в карманы за платками или салфетками. А после официальной части, как всегда закончившийся поцелуем жениха и невесты, все направились на банкет. Расселись по своим местам, согласно табличкам на столах, и приступили к еде.
        Окна этого зала выходили в сад. И в нем сейчас шел снег: пушистые хлопья невесомо опускались на землю, застилая ее белоснежным покровом. Красиво. Все таки - удачное место выбрала подружка. И даже время, символично белое… Хоть мне всегда и казалось что свадебная пора - исключительно летом. Ксении Сергеевне вздумалось поторопиться, хотя принудительных причин для этого не было. Все бы уже знали.
        Не успели гости толком перекусить, как на авансцену вышел организатор свадьбы, предлагая гостям начать поздравлять виновников торжества. Потом были конкурсы и, кстати, совсем не пошлые и вполне интересные. Я не участвовала, просто не было сил, после такой подготовки. А вот Вадима я выпихивала чуть ли не на каждый. В один из конкурсов, пока Вадик танцевал ламбаду, ко мне подошла счастливая невеста, присела рядом и вдруг спросила:
        - Ты случайно не знаешь откуда старший Климов знает про нашу свадьбу? - я нахмурилась и качнула головой. - Он мне позвонил, вот только что, с поздравлениями.
        - Может - Вадим проболтался? - предположила я. - Они тут обедали на днях.
        - Наладили общение? - удивилась Ксю. - И ты не против?
        - Да, пусть общаются, братья же. За полгода он больше никаких гадостей не предпринимали. Смирился, наверно.
        - И с Лерой тоже наладите?
        - О, нет, Вадим категорично заявил что на семейные праздники с участием Леры он ни ногой. Впрочем, как и я.
        - Ну и правильно, - согласилась Ксю, - все таки хорошо, что все закончилось именно так…
        - Это ты про свадьбу? - усмехнулась я.
        - И про нее тоже, - кивнула подружка, повертела в руках свой букет и вдруг всучила его мне. - На.
        - Зачем это?
        - Я решила его не бросать. А передать эстафету лично.
        - Но мы пока не планируем жениться, - покачала я головой с улыбкой, возвращая цветы. - Я даже не собиралась ловить букет.
        - Ничего не знаю. Женщины должны выходить замуж, - заявила Ксю, положила букет мне на колени и с усмешкой добавила: - Ни один мужчина не должен оставаться безнаказанным!
        Конец

 
Книги из этой электронной библиотеки, лучше всего читать через программы-читалки: ICE Book Reader, Book Reader BookZ Reader. Для андроида Alreader, CoolReader Библиотека построена на некоммерческой основе (без рекламы), благодаря энтузиазму библиотекаря. В случае технических проблем обращаться к