Важное объявление: В связи с блокировкой в России зеркала ruslit.live, открыто новое зеркало RusLit.space. Добавте пожалуйста его в закладки.


Библиотека / Любовные Романы / ЛМНОПР / Лазорева Ольга: " Глаза Цвета Янтаря " - читать онлайн

Сохранить .
Глаза цвета янтаря Ольга Лазорева


        Жизнь с нелюбимым мужем приучила ее быть закрытой и сдержанной. Сумеет ли кто-нибудь разбудить ее чувственность, и настанет ли тот день, когда Наташа вдруг поймет, что она - женщина-зима - наконец-то впустила в свое сердце лето?.. Разглядят ли люди ее глаза - цвета янтаря?..

        Ольга Лазорева
        Глаза цвета янтаря

* * *

        Глава первая

        Вечеринка началась очень шумно, ведь Сергей был уже изрядно пьян. Он достал, как заправский фокусник, из карманов пиджака множество разноцветных резиновых шаров и предложил гостям надувать их. Все хохотали до слез, пока занимались этим. Затем Сергей решил сбросить шарики с балкона. Гости с радостью ухватились за эту идею и дружно высыпали на балкон. Шары, подхваченные ветром и подсвеченные алыми лучами заходящего солнца, полетели разноцветным фантастическим роем. Внизу во дворе восторженно завизжали дети. В ответ им не менее восторженно зашумели гости.
        Лена слегка нахмурилась и ушла на кухню. Там Боря, ее муж, аккуратно выкладывал на квадратное фарфоровое блюдо разнообразные закуски. Он поднял голову и посмотрел на Лену. Его гладкое холеное лицо выглядело безмятежным. Она, все еще хмурясь, спросила:
        - Может, на это блюдо лучше фрукты? - Потом, помолчав немного, добавила с легкой досадой в голосе: - Хотя делай, Боря, как хочешь.
        - Что с тобой, дорогая? - Борис тщательно вытер руки и подошел к ней. - Тебя что-то беспокоит?
        - Нет, не то что беспокоит…, - Лена улыбнулась немного неуверенно. - Понимаешь, Серж опять вытворяет черт знает что. Он сегодня ужасно взвинчен и, по-моему, выпил лишнего. У него что, проблемы на работе?
        Боря сел к столу и потянулся за сигаретой. Неторопливо закурив, он внимательно посмотрел на жену.
        - Насколько я знаю, у него все в полном порядке, и вчера они подписали очень выгодный контракт.
        Он затянулся и после паузы добавил:
        - А что ты, собственно говоря, так за него волнуешься? Ты ведь знаешь, Серега всегда такой. Человек настроения. Конечно, в работе это иногда мешает, но он умеет собраться. Зато от женщин отбоя нет. Любите вы таких мужиков, нервных и загадочных.
        Лена, тряхнув короткими светлыми волосами, неожиданно рассмеялась:
        - Это не про меня! Я как раз люблю таких, как мой муженек, спокойных и добродушных.
        И она быстро поцеловала его в щеку. Боря взял ее за руку и заглянул в глаза.
        - Ленка, ты меня не обманешь! Я же вижу, как ты напряжена. В чем все-таки дело?
        Она вздохнула и после паузы сказала:
        - Да ничего особенного. Просто я пригласила Пташку, но она что-то запаздывает. А Серега, как назло, в ударе.
        Боря удивленно приподнял брови.
        - Пташку? А кто это? - довольно равнодушно спросил он. - Одна из твоих подруг? Что-то я никого не помню с таким прозвищем.
        Лена улыбнулась и торопливо ответила:
        - Вообще-то она Наташа. Мы ее с детства так зовем. Она всегда обожала птиц, и прозвище ей дали соответствующее. Тем более оно очень созвучно с ее именем.
        - И откуда она приезжает? - спросил Борис.
        - Из Киева. Она - орнитолог, преподает в Киевском университете, ездит в экспедиции, в общем, все у нее в порядке.
        - А чего ее туда занесло? - поинтересовался Боря.
        - А она еще студенткой замуж выскочила. Муж, его зовут Евгений, из Киева. Вот и уехала за ним.
        Лена налила сок в стакан, отпила и продолжила:
        - Мы ведь раньше жили в одном дворе, в школу вместе ходили. Я когда своих стариков навещаю, то маму ее частенько вижу. Вот она мне все и рассказывает. А пару дней назад Пташка вдруг позвонила и сообщила, что прилетела в Москву. Решила здесь свой отпуск провести.
        Лена вздохнула, потом допила сок и ополоснула стакан.
        - А я возьми, да и пригласи ее на сегодня. Совсем забыла про эту дурацкую вечеринку! - сказала она и улыбнулась, глядя в голубые глаза Бориса.
        - Да ладно, все будет нормально! Никто тут твою принцессу не съест. Может, она вообще сегодня не придет, мало ли что. Не паникуй раньше времени, - сказал он и улыбнулся ей в ответ.
        Лена, легко вздохнув, проговорила:
        - Ты, как всегда прав. И чего я, правда, заранее нервничаю? Давай-ка лучше, отнесем гостям закуску и коктейли.
        Лена взяла блюдо и вышла из кухни. Боря проводил взглядом ее стройную невысокую фигурку в облегающем коротком платье цвета спелой вишни и, затянувшись последний раз, аккуратно загасил окурок в маленькой керамической пепельнице. Потом взял поднос, уставленный высокими хрустальными бокалами, и направился в гостиную.
        Там царило веселье. Музыка была включена настолько громко, что почти заглушала разговоры и смех. Большинство гостей танцевало. В дверях Бориса чуть не сбил с ног Сергей.
        - Ты далеко? - рассмеялся Боря. - Чуть все коктейли на меня не опрокинул!
        - Извини, старичок, - быстро проговорил Сергей и остановился, виновато улыбаясь.
        Его зеленые, как ягоды винограда, глаза сияли на разгоряченном раскрасневшемся лице. Он быстро поправил упавшую на лоб прядь светло-русых, уже начинающих выгорать на летнем солнце, волос.
        - Я тут с балкона, - торопливо продолжил он, - такую «секс бомб» увидел! Умри все живое! Она подобрала один из наших шариков. Это что-то! Хочу ее догнать. Я с ребятами поспорил, что познакомлюсь. Уж очень строгий вид у нее, ну прямо… Я побежал!
        - Да подожди ты! Зачем тебе это надо? Пойдем лучше выпьем! - сказал Боря и засмеялся.
        Потом поставил поднос со стаканами на столик и вышел за Сергеем в коридор.
        - Нет, нет! Я поспорил, - упрямо проговорил Сергей.
        В этот момент раздался звонок в дверь. Они недоуменно переглянулись.
        - Кто это? - пробормотал Боря, открывая замок, - Не иначе та самая Пташка, то бишь Наташа.
        Распахнув дверь, он отступил.
        На пороге стояла молодая женщина. На вид ей было около тридцати, но, возможно, и меньше, так как кожа лица выглядела гладкой и нежной. Темно-каштановые волосы, туго зачесанные назад и собранные в высокий узел на затылке, глаза, прикрытые очками с тонированными стеклами, тонкие, красивого рисунка, но высокомерно приподнятые брови, чуть поджатые пухлые розовые губы были, несомненно, красивыми, но производили впечатление сухости и даже жесткости. К тому же женщина было одета в строгий черный костюм. Черные туфли на высокой шпильке дополняли наряд. В одной руке трепетал красный шарик, который совершенно не гармонировал с ее холодным и замкнутым видом.
        - Простите, - произнесла она низким бархатным голосом, - мне нужна Елена Ивановна. Или я не туда попала?
        Она сняла очки и усмехнулась, глядя почему-то на Сергея.
        Глаза у нее оказались светло-коричневого цвета и редкого оттенка, напоминающего золотистый янтарь. Густые длинные и черные ресницы в сочетании с сияющим цветом глаз создавали необычный эффект.
        - Да, да, прошу, проходите, - опомнился, наконец, Боря, - Лена! - крикнул он.
        Гостья переступила порог. Боря, закрыв за ней дверь и пробормотав на ходу: «Я сейчас приглашу жену», удалился в гостиную.
        Сергей остался в коридоре и в некотором замешательстве смотрел на незнакомку. Потом перевел взгляд на шарик в ее руке. Она холодно улыбнулась и сказала:
        - Я подобрала его на улице. Какие-то болваны разбрасывают шары с балкона.
        Глаза Сергея чуть сузились, и он пробормотал:
        - Вообще-то, это мы бросали шары.
        Она пристально посмотрела на него, но тут же опустила взгляд.
        - Не понимаю зачем, - тихо заметила она. - Помедлив, протянула ему руку: - Нас забыли представить. Наталья Николаевна.
        Сергей взял кончики ее холодных пальцев, слегка пожал и тут же отпустил. Затем проговорил, почему-то смутившись:
        - Сергей.
        И после паузы добавил:
        - Степанович.
        Ему было двадцать девять лет, и он не любил таких официальных обращений.
        В этот момент в коридор впорхнула Лена и затараторила:
        - Ох, Пташечка моя дорогая, наконец-то! Здравствуй! Как я рада! А я уже решила, что ты сегодня не приедешь.
        Она бросилась Наташе на шею и начала целовать ее. Та снисходительно улыбнулась и отстранилась.
        - Здравствуй, Елена! Вот мы и увиделись. А ты отлично выглядишь и совсем не изменилась, все такая же хорошенькая. Познакомь же меня со своими друзьями!
        - Да, конечно! - Лена расцвела улыбкой. - Это мой муж Борис.
        Наташа кивнула и протянула руку. Боря галантно склонился и поцеловал кончики ее пальцев.
        - Очень рад, - пробормотал он. - Милости просим к нашему шалашу, - не к месту добавил он и смешался.
        - А это, - продолжила Лена, - наш общий друг Сергей. Он…
        - Мы уже познакомились, - не совсем учтиво оборвала ее Наташа и, не глядя на Сергея, уверенно прошла в гостиную.
        - Здравствуйте! - громко и четко произнесла она, остановившись на пороге, и широко улыбнулась.
        В гостиной к этому времени царил интимный полумрак, звучала медленная тягучая мелодия, и гости, разбившись на пары, плавно и ритмично покачивались в танце. При появлении Наташи почти все остановились и повернулись к ней. В освещенном проеме двери четко вырисовывался силуэт ее грациозной фигуры. В руке ярко алел шарик.
        - Серега! Ты все-таки догнал ее и даже привел сюда! - раздался радостный голос. И из угла комнаты к Наташе поспешил полноватый, лысеющий мужчина средних лет. - Ай да орел! - на ходу приговаривал он, - Любую, значит, можешь склеить… Мадам, вы обворожительны! Прошу присоединиться к нашей компании!
        Он схватил Наташу за локоть и потащил за собой. Лена сделала круглые глаза и в ужасе замахала ему руками. Мужчина удивленно глянул на нее, не понимая, что происходит. Наташа, приподняв подбородок и надменно вскинув брови, отстранилась, прошла мимо него, не сказав ни слова, и села в глубокое кресло, изящным движением закинув ногу на ногу. Узкая юбка плотно обтянула ее бедра. Покрасневшая Лена громко объявила:
        - Друзья, познакомьтесь с моей давней подругой Пташкой, то есть я хотела сказать, Наташей, - тут же поправилась она и зачем-то добавила, - Натальей Николаевной.
        Все стали шумно приветствовать гостью, но почему-то никто не подошел к ней. Через минуту танцы продолжились. Вокруг Наташи образовался странный вакуум. Лена, взяв два коктейля со столика, подошла к ней. Устроившись в соседнем кресле, она озадаченно посмотрела в ее лицо.
        - Сколько мы не виделись? - спросила она. - А ты сильно изменилась. Даже сразу и не пойму, в чем тут дело. Может, в прическе? Ты ведь раньше стрижки носила.
        Лена отпила коктейль.
        - Надоело, - лениво ответила Наташа. - Один раз я попала в трехмесячную экспедицию. Волосы отрастали, мешали… Это было в Центральной Африке. Жара, влажность. Ужас! А так намного удобнее. Завязала в хвост и без проблем.
        Она помолчала, а потом, оживившись, добавила:
        - Мы тогда наблюдали за одной очень редкой птицей в естественной среде обитания. - И она произнесла какое-то длинное латинское название. - Понимаешь, ее гнездовья находятся, в основном, в дуплах, трещинах скал, на речных обрывах…, - Наташа, не договорив, вдруг осеклась. - Тебе это, наверное, не совсем интересно.
        - Нет, почему же, - рассеянно ответила Лена, не сводя глаз с нее.
        Наташа сидела, непринужденно откинувшись на спинку кресла. В одной руке она держала стакан с коктейлем, изредка потягивая содержимое, а другой теребила нитку, к которой был привязан шарик. На одном из ее длинных изящных пальцев поблескивало плоское золотое кольцо. Круглый прозрачный камешек в нем резко искрил цветными гранями. Лена заворожено смотрела на игру камня.
        «Какой крупный брюлик! Стоит, наверняка, больших денег! Н-да, видно она не бедствует! Вот что значит, удачно выйти замуж!» - мелькнуло в ее голове, а вслух она сказала:
        - Ты знаешь, Пташка, нам надо встретиться в более спокойной обстановке, поговорить обо всем и обо всех, школу вспомнить. А то эта вечеринка…
        Наташа не ответила. Лена после паузы почему-то спросила:
        - А как тебе Сергей? Это наш заправский сердцеед. Все наши дамы от него без ума. Завидный жених, между прочим, - зачем-то добавила она и тут же прикусила губу.
        Они одновременно посмотрели на Сергея. Тот сидел немного наискосок от них, на диване и о чем-то оживленно беседовал с хорошенькой темноволосой девушкой. Сергей держал ее за руку, проникновенно смотрел в зарумянившееся лицо и что-то тихо рассказывал, а она откровенно строила ему глазки.
        - Не мой тип! - резко ответила Наташа. - Терпеть не могу таких! Наглый, развязный, невоспитанный.
        - Это ты о ком? - непритворно удивилась Лена.
        - О Сергее вашем. О ком еще? Не люблю таких! - повторила она и поджала губы.
        - Что ты, Пташка! Да ты его совсем не знаешь! Он же у нас душа компании. И друг отличный. Да и вообще…, - не договорив, Лена решительно встала. - Вот что, пойдем, пригласи его потанцевать.
        - Ты что, с ума сошла? Не буду я с ним танцевать, а тем более приглашать его. С какой стати? Уволь меня от своих затей! Этот человек мне чрезвычайно неприятен, - с нескрываемым раздражением произнесла Наташа.
        И поднялась с кресла.
        - Ты куда это? - испуганно спросила Лена и состроила умоляющую гримасу.
        Наташа усмехнулась и выпустила шарик.
        - Мне вообще-то не мешало бы в ванную, - сказала она уже более мягким тоном.
        - Да, да, конечно, - пробормотала Лена, - по коридору налево.
        Наташа, легко лавируя между танцующими парочками, вышла из комнаты. Шарик остался лежать в глубине кресла, мягко поблескивая красными боками. Лена сбросила его на пол. Лицо ее приняло обиженное выражение.
        Наташа быстро нашла ванную и, прикрыв дверь, посмотрела в зеркало. Она увидела строгое бледное лицо с нахмуренными стрелками бровей и недовольно поджала губы.
        «Ну и вид! - подумала Наташа. - Приехала, называется, отдохнуть. Какая я бледная, просто серая! И тени под глазами. Зачем я здесь? - Она сморщила нос. - Хотя, Лена - все-таки школьная подруга. Хорошо, что повидались. Но она не меняется! Все такая же простушка! А муж у нее довольно милый и на вид такой спокойный, основательный. Впрочем, таким простеньким обычно везет с замужеством. Не то что мне. - Ее янтарные глаза потемнели и стали печальными. Уголки пухлых розовых губ опустились вниз. Она вновь глянула в зеркало. - Что это я? Главное, не распускаться! И, пожалуй, лучше уйти отсюда под благовидным предлогом».
        Наташа сполоснула лицо водой, пригладила волосы и шагнула к выходу.
        В этот момент дверь распахнулась, и в ванную влетел разгоряченный Сергей. Он мгновенно защелкнул замок и прокричал кому-то:
        - Ну, уж нет! Здесь ты меня не достанешь. А я буду взывать к защите от сексуальных домогательств до тех пор, пока меня не освободят.
        За дверью послышался звонкий смех, крики, затем последовал громкий и настойчивый стук в дверь.
        - Спасите, помогите, насилуют! - дурашливо фальцетом выкрикнул Сергей и потом добавил грозным голосом: - Немедленно оставьте меня, - и, давясь смехом, продолжил: - а не то я… - Он осекся, так как, повернувшись, только сейчас заметил, что он не один. - Ага! - довольно злорадно воскликнул Сергей, и в его глазах заплясали чертики. - Вы тут! А слона-то я и не заметил!
        Наташа вздернула подбородок и сухо произнесла:
        - Я не слон! И разрешите, я пройду.
        Она двинулась к двери. Сергей стоял спиной к выходу, и его высокая широкоплечая фигура практически загораживала выход.
        - Откройте немедленно! - странно сорвавшимся голосом крикнула Наташа, подумав недоуменно: «Что это я? Кричу?»
        - Да не ори ты! - весело сказал Сергей.
        Повернувшись к ней спиной, он начал дергать ручку. Повозившись с минуту, развернулся к Наташе и, нахально глядя ей в глаза, радостно сообщил:
        - Не открывается! Замок заело.
        Его взгляд скользнул по ее лицу, губам и остановился на вздымающейся груди, плотно обтянутой черным жакетом с довольно глубоким вырезом.
        - Немедленно выпустите меня! - строго сказала Наташа.
        И тут же почувствовала, как рука обвила ее талию и, скользнув ниже, обхватила бедра. Резким рывком Сергей притянул к себе задохнувшуюся от возмущения девушку и заглянул в ее ставшие очень темными от расширившихся зрачков глаза. Оцепенев, она увидела, как его лицо склоняется все ниже. Его яркие, переставшие улыбаться губы неумолимо приближались. Она почувствовала едва уловимый запах вина и свежий аромат одеколона, ощутила, как его бедра тесно прижимаются, а руки медленно скользят по спине и плечам. Наташа хотела вырваться, но непонятно откуда взявшееся томление лишило ее сил. Губы пересохли, веки отяжелели, голова странно закружилась, тело обмякло. Наташа приподняла лицо, словно подставляя губы для поцелуя. И тут же почувствовала влажное прикосновение. Она ответила, сама не понимая, что делает. Но желание было слишком сильным, и ей захотелось просто поддаться ему, ни о чем не рассуждая. Она чувствовала, как его губы прижимаются все сильнее, ощутила пальцы, забирающиеся под жакет, вздрогнула и попыталась отстраниться. Но Сергей крепко прижал ее и вновь начал целовать все более страстно и настойчиво.
Когда его язык проник ей в рот, Наташа резким движением освободилась из цепкого объятия и влепила звонкую пощечину. Оттолкнув Сергея, она дернула ручку, и та, к ее удивлению, легко поддалась. Дверь с треском распахнулась, из коридора тут же выглянули две хихикающие растрепанные девушки, но увидев покрасневшую разозленную Наташу, мгновенно скрылись в гостиной. Из кухни вышла испуганная Лена и недоуменно воззрилась на подругу. Но та быстро взяла себя в руки. Поправив волосы, одернув жакет и выпрямив спину, она проговорила чуть задыхающимся голосом:
        - Лена, мне, пожалуй, пора. Еще много дел, а уже поздно. Я ухожу. Попрощайся за меня со всеми. Было очень мило. Созвонимся как-нибудь. До свидания!
        И она решительно направилась к двери. Лена двинулась за ней, растерянно приговаривая:
        - Да, да, конечно. Я все понимаю. Позвоню обязательно. Еще увидимся.
        Она открыла входную дверь и подождала, пока Наташа вызовет лифт. Затем, защелкнув замок, пошла на кухню, где увидела мужа.
        - Знаешь, ну просто чужой человек, - с возмущением проговорила Лена. - Как же она изменилась! Да она на нас косыми не глядела. Мы для нее просто козявки какие-то. Обидно, знаешь ли! Так официально держалась.
        Боря глубоко затянулся. Потом ласково глянул на нее и передал сигарету.
        - Да забудь ты об этом! Повидались и хорошо. Нам что, детей с ней крестить? - спросил он.
        Его глаза смотрели насмешливо. Потом он встал и обнял Лену за плечи.
        - Пойдем лучше с ребятами выпьем, - предложил он.
        - Пойдем, - легко согласилась Лена и улыбнулась в ответ.
        Она смяла недокуренную сигарету, бросила ее в пепельницу и поправила прическу. Они вместе вошли в комнату. Гости к этому времени были уже немного утомлены танцами и выпитым вином. Веселье пошло на спад. Многие сидели небольшими группами и лениво переговаривались. Лена поискала глазами Сергея и увидела, что он в одиночестве стоит на балконе, свесив голову вниз. Она подошла к нему и тоже посмотрела вниз. От подъезда в этот момент отъезжала серебристая машина. Скоро она скрылась в сером сумраке улицы. В руке Сергея трепетал алый шарик.
        - Ну, как тебе моя школьная подруга? - спросила Лена.
        Сергей искоса глянул на нее и нехотя ответил:
        - Много о себе понимает, а сама - «синий чулок». Не выношу таких!
        Лена вздохнула и заметила:
        - Надо же, никому Пташка не понравилась!
        - Сама виновата, - подытожил Сергей. - Проще надо быть с людьми, и они к тебе потянутся.
        Он выпустил шарик и тот плавно полетел вниз, тускло алея в сумеречном свете летнего вечера.
        Прошло несколько дней, и Наташа почти забыла о неприятном инциденте, случившемся с ней в гостях. Она решила в этот отпуск полностью отвлечься от всех своих проблем. Наташа много времени проводила с мамой, гуляла в одиночестве по Москве, по своим любимым местам, и постепенно душа ее начала наполняться долгожданным покоем. Наташа словно вернулась в детство, юность, но воспоминания мало тревожили ее, так как она понимала, насколько отличается сейчас от той девчушки-школьницы с короткой стрижкой, вечно смеющимся ртом и задорным взглядом. Мальчики почему-то мало интересовали ее, Наташа предпочитала проводить время в Зоологическом музее или зоопарке, часами разглядывая птиц. А в выходные довольно часто ездила с Леной на Птичий рынок, бродила между клеток с пищащими канарейками, крикливыми попугаями или толстыми нахохленными голубями. Правда, однажды Наташа не на шутку влюбилась в мальчика из параллельного класса. Звали его Саша. Она не обращала на него внимания, пока однажды не столкнулась с ним на рынке. Он продавал двух молодых волнистых попугаев. Девочки, обрадовано смеясь, подбежали к нему. Саша,
увидев их, сильно покраснел, но они вполне дружелюбно стали расспрашивать его, что он тут делает. Оказалось, что Саша тоже обожает птиц. У его попугаев появилось потомство, вот он и решился отправиться на птичий рынок. Наташа попросила подарить птенцов ей, и парень весьма охотно согласился. Затем они поехали к ней домой. Пока устраивали птенцов на новом месте, болтали обо всем. Наташа чувствовала себя на удивление легко с Сашей. И довольно скоро он стал частым гостем в их доме. Ей нравились его серые близорукие глаза, волнистые темно-русые волосы и всегда серьезный вид. Она стала скучать без него и сама не заметила, как сильно влюбилась. Наташе казалось, что парень не видит этого и общается с ней только как друг.
        Но однажды, когда мама ушла вечером в театр, Саша задержался у нее дольше обычного. Они сидели на диване. Быстро смеркалось, но свет почему-то включать не стали. Разговор, вначале очень оживленный, стал затихать, и вскоре они вообще замолчали. Саша внезапно навалился на нее и, грубо тиская, стал торопливо и неумело целовать в губы, щеки, шею. Наташа оцепенела от неожиданности. Но потом ей стало настолько противно ощущать его мокрые губы на своем лице, что, разрыдавшись, она с силой оттолкнула его и начала молотить, не разбирая, сжатыми кулачками. Саша почему-то разозлился и, отскочив, крикнул:
        - Дура! Какая же ты дура!
        Потом молча оделся и ушел. Для Наташи все произошедшее оказалось настоящим ударом. Ее чистая любовь мгновенно улетучилась, и она долго испытывала отвращение к самой себе и к противоположному полу. Ей казалась, что она нечаянно в чем-то испачкалась, в чем-то липком, грязном и несмываемом. Саша по прошествии времени пытался наладить с ней отношения, но она только смотрела на него с нескрываемым презрением и зло смеялась.
        Когда Наташа подросла и превратилась в хорошенькую девушку, то от поклонников у нее не было отбоя, но она никого к себе не подпускала. А ее острый язычок и ядовитые шуточки быстро ставили на место особо назойливых. А потом учеба в университете полностью поглотила ее. И уже на последнем курсе она познакомилась с молодым человеком, приехавшим из Киева в Москву по делам, и неожиданно для себя увлеклась им с первой же встречи. Евгений был старше ее на десять лет. Он занимал пост генерального директора одного из крупнейших винодельческих предприятий Украины. Наташе нравился сам стиль общения взрослого, умного, воспитанного мужчины. Она чувствовала себя с ним комфортно и уверенно. Евгений красиво и серьезно начал ухаживать за Наташей, и вскоре она не сомневалась, что влюбилась. Когда она закончила учебу, Евгений предложил ей выйти за него замуж и перебраться в Киев. Наташа, к удивлению многих, согласилась. Молодожены уехали, и все вроде бы пошло как по маслу. Наташа поступила в аспирантуру Киевского университета, продолжала заниматься любимым делом, жила в роскошной пятикомнатной квартире в центре
города, имела все, что можно купить за деньги, но счастье куда-то исчезло. Наташа довольно быстро обнаружила, что они с мужем совершенно разные люди, настоящего понимания между ними нет, Женя, конечно, любит ее, но по-своему, и скорее, как красивую редкую игрушку, которую нужно беречь, так как она его собственность. К тому же интимная жизнь у нее как-то сразу не заладилась. Брачная ночь, которую она ждала с трепетом девственницы, принесла лишь боль и отвращение. К тому же Женя был удивлен, что она нетронута и, как это ни покажется странным, неприятно удивлен. В Москве он не раз пытался сблизиться физически, но Наташа всегда мягко отказывала, не объясняя причину. А ему, видимо, и в голову не могло прийти, что она до сих пор девственница. После свадьбы они отправились домой. Женя, как только они оказались в квартире, набросился на нее. Наташа даже не успела снять белое платье, как он уже закинул ей подол на голову. Она потеряла равновесие и упала на кровать. Женя навалился на нее. Он дышал тяжело, больно тискал все ее тело. Она извивалась под ним и пыталась откинуть подол платья с лица. Но он не обращал
на это внимания. Боль оказалась сильной. Она застонала сквозь стиснутые зубы, но Женя, видимо, неправильно истолковал эти звуки и не отпустил ее. Она задыхалась под пышным многослойным капроновым подолом, терпела боль и уже не пыталась освободиться. Наташа ждала лишь одного, когда эта пытка закончится. После такой брачной ночи она долго не могла заставить себя еще раз решиться на близость. Женя не понимал ее холодности и замкнутости. Потом они серьезно поговорили на эту тему, но муж обвинил ее в том, что она заранее не предупредила.
        - Да я и представить не мог о таком! - возмущенно говорил он, бегая по спальне. - И это в наш-то век всеобщей дозволенности и, я бы сказал, распущенности молодых девиц.
        - Но ведь ты видел кровь, - тихо ответила Наташа.
        - Да откуда я знаю все эти ваши женские дела? - пожал он плечами и остановился напротив нее. - Я когда заметил, то решил, что у тебя начались месячные. Поэтому и прекратил. А ведь я хотел всю ночь наслаждаться близостью. Я столько ждал этого! Да я просто с ума сходил от желания! И никак не мог насытиться. Конечно, ты должна была сказать мне, что нетронута. Я был бы более нежен.
        Наташа с удивлением глянула в его покрасневшее лицо, хотела сказать, что нежность не помешала бы в любом случае, но промолчала. Ее смущали разговоры на подобные темы. Ей было неприятно обсуждать интимную близость. Она и с подругами-то никогда не говорила на подобные темы. А к Жене все еще испытывала что-то сродни затаенного недоверия. До замужества ей представлялось, что он сильный умный опытный мужчина, все-таки разница в возрасте была приличной. И Наташа была уверена, что физическая близость с таким мужчиной принесет ей незабываемое наслаждение. Она смотрела эротические фильмы, и там все было очень красиво и возбуждающе. Но реальность оказалось совершенно другой. И ничего, кроме отвращения, секс у нее не вызывал. Но постепенно все нормализовалось. Наташа привыкла, ее тело приспособилось. Правда, она выполняла супружеские обязанности из чувства долга, не получая удовлетворения и по-прежнему испытывая отвращение. Со временем Наташа стала очень взвинченной, часто плакала без какой-либо видимой причины, потом окончательно замкнулась в себе и с головой ушла в работу. А после окончания аспирантуры,
стала уезжать в экспедиции, не бывая дома по два-три месяца. Она специализировалась на редких и исчезающих видах птиц, начала писать диссертацию. Наташа чувствовала себя отлично только тогда, когда была полностью поглощена работой.
        Женя тоже был не вполне доволен своей семейной жизнью. Он редко видел жену, а когда она возвращалась домой, то жаловалась на усталость и этим объясняла свою холодность. К тому же он страстно хотел детей, но Наташа почему-то не беременела. Женя заставил ее пройти полное обследование, прошел его сам, но они оба оказались совершенно здоровы. Врачи посоветовали им не торопиться и набраться терпения. Наташа тоже была огорчена, что не может забеременеть, так как считала, что ребенок мог бы примирить ее с браком и наполнить жизнь новым смыслом. Но время шло, и все оставалось по-прежнему. Наташа стала подумывать о разводе. Как-то она попыталась поговорить об этом с Женей, но он мгновенно вышел из себя и даже начал кричать на нее, чего раньше никогда не случалось. Когда он немного успокоился, то долго извинялся, а потом заявил, что развода ей не даст. Наташа решила не торопить события, но ситуация в семье ее чрезвычайно напрягала. Она становилась все более раздражительной, в ее облике появилась сухость и даже жесткость, и в свои двадцать семь она выглядела намного старше. К тому же Наташа совсем перестала
пользоваться косметикой, полюбила строгий деловой стиль, хотя одежду предпочитала дорогую и элегантную.
        Этим летом Наташа решила отказаться от участия в очередной экспедиции и провести июль в Москве. Но она никак не могла попасть в ритм московской жизни. Все ее прежние знакомые охотно общались с ней, но их жизнь шла по своей накатанной колее, и Наташе не было в ней места. Поэтому она просто бродила по улицам, по своим любимым местам и что-то от прежней девочки просыпалось в ней. Она часто ловила на себе восхищенные взгляды мужчин, но они словно боялись подойти к ней и познакомиться.
        Однажды в воскресное утро, перебирая свои старые тетради, любовно сохраненные мамой, она наткнулась на растрепанную записную книжку. Раскрыв, Наташа стала перелистывать ее, вчитываясь в фамилии. Кого-то она даже не смогла вспомнить. Но вот ей попался на глаза номер Саши. Она тут же вспомнила их неудавшийся роман. Потом взяла телефон. После недолгого раздумья начала набирать номер.
        - А это было бы интересно. Только, может, он давно там не живет, - прошептала она, ожидая ответа.
        К ее изумлению Саша все еще жил по этому адресу, и сам подошел к телефону.
        - Вас слушают, - раздался в трубке низкий мужской голос, и Наташа почему-то рассмеялась.
        Потом спросила:
        - Саш, ты?
        - Да… А с кем я говорю?
        - С Пташкой. Помнишь меня?
        Саша ответил не сразу, а потом настолько бурно обрадовался, что Наташа удивилась. Он тут же предложил встретиться и не хотел слышать никаких возражений. Жил он рядом, буквально через двор, и она после недолгих колебаний согласилась.
        - Жди, - только и сказала она, - скоро буду.
        Наташа быстро поднялась с кресла, но тут же остановилась, задумавшись, что бы ей надеть. На улице было солнечно и очень жарко, и она выбрала короткое льняное платье цвета спелых пшеничных колосьев, которое было сшито точно по ее фигуре. Посмотрев на себя в зеркало, надела круглые янтарные бусы под цвет глаз. Эти бусы после окончания девятого класса подарила ей мама. Окинув себя внимательным взглядом, Наташа решила, что волосы лучше распустить. Она вынула шпильку из пучка, и густая блестящая волна темно-каштановых волос упала ей на спину, прикрывая лопатки. Наташа, в душе удивляясь своему волнению, сообщила маме, что пойдет погулять, и вышла из квартиры.
        На улице ее обдало жаром. На светло-голубом небе не было ни облачка. Наташа на секунду прикрыла глаза и подставила лицо под горячие лучи. Тряхнув волосами, решительно пересекла двор и направилась к дому, в котором жил Саша. Он сразу открыл дверь, едва она нажала кнопку звонка. Наташа вошла в коридор и огляделась. Странно, но со времени ее юности здесь ничего не изменилось. Все так же у стены стоял велосипед, в углу притулились удочки, валялись какие-то коробки, и громоздился все тот же очень старый сундук. Она перевела взгляд на стоящего перед ней Сашу.
        «А вот он изменился, - подумала Наташа, - и явно не в лучшую сторону».
        Саша пополнел, его русые, когда-то красивые волосы сильно поредели, лицо выглядело одутловатым, веки припухли. Глаза за стеклами очков казались тусклыми и какого-то неопределенного цвета. Саша молчал, не сводя с нее глаз, но потом, словно опомнившись, торопливо пригласил пройти в комнату. Они сели на потертый диван, с которого спрыгнул большой и толстый рыжий кот. В комнате тоже мало что изменилось, только в углу на письменном столе стоял новенький компьютер.
        - Чаю? - вдруг спросил Саша.
        - Можно, - ответила Наташа и встала. - Пойдем лучше на кухню, - предложила она и улыбнулась.
        Саша почему-то залился краской и покорно пошел за ней. На кухне царил беспорядок, чувствовалось отсутствие женщины. Наташа надела фартук и для начала вымыла посуду, удивляясь сама себе. Саша в этот момент сел на стул и начал рассказывать. Выяснилось, что его мама умерла несколько лет назад, с женой он развелся и сейчас живет один, работает преподавателем физики в их бывшей школе. Наташа заварила чай, сделала бутерброды, а он все говорил и говорил, не переставая. Девушка молча накрыла стол на кухне. Села напротив него и стала пить чай. Саша внезапно замолчал, как-то виновато поглядывая из-под очков. Потом спохватился:
        - Да что же это я! Все о себе и о себе. Ты-то как поживаешь? И как же ты изменилась! Встретил бы на улице - не узнал.
        - Знаешь, у меня все в полном порядке, - ответила Наташа. - Вот приехала в отпуск и навещаю старых друзей. Недавно у Ленки побывала.
        - А, ясно, - непонятным тоном ответил он. - Как муж? Дети?
        - Пока не обзавелись, - усмехнулась она. - А муж прекрасный человек. Он сейчас в Киеве, работы у него много. Мне с ним необычайно повезло, - зачем-то добавила она.
        - Может, вина? - неожиданно предложил Саша и заерзал на стуле. - Есть хороший кагор. Тетка привезла из Геленджика. Неделю назад вернулась.
        Наташа задумчиво на него посмотрела. Потом мягко улыбнулась и отрицательно покачала головой.
        - Я заглянула к тебе ненадолго, - сообщила она.
        - Но почему же ненадолго? - отчего-то разнервничался Саша. - Мы столько лет не виделись! Да и в школе перед выпуском были в натянутых отношениях. Знаешь, меня ведь все время это мучает, - тихо продолжил он. - Что тогда случилось? Ведь у нас, по моим ощущениям, практически была любовь. Или ты так не считаешь?
        Наташа откровенно удивилась такому вопросу. Во-первых, Саша изменился внешне, и она все еще не могла совместить в сознании того юного худощавого симпатичного паренька с этим лысеющим и уже начинающим расплываться мужчиной неопределенного возраста. Ей все казалось, что она общается с малознакомым человеком. Во-вторых, воспоминания о ее первом чувстве давно стерлись, и казалось, что все это происходило не с ней, и уж тем более она никак не могла быть влюбленной вот в этого рыхлого невзрачного блондина.
        - А ведь я, и правда, был увлечен тобой, - продолжил Саша и придвинулся к ней. - Ты всегда мне нравилась, всегда! Я потом долго не мог забыть тебя, Натусик! И даже думал, что это и была любовь.
        - Но ведь забыл, - заметила она и откинулась на спинку стула. - И даже женился.
        - Да, женился, - повторил он, не сводя глаз с ее лица. - Но понимаешь, как бы тебе это объяснить… Как это обычно бывает? Встретил симпатичную девушку, вроде показалась подходящей партией, она меня понимала во всем, вместе было хорошо. Тут еще мама все твердила, что пора свое гнездо вить. Уж очень ей внуков хотелось. Сам не заметил, как в загс отправился.
        - И что потом произошло? - поинтересовалась Наташа скорее из вежливости, потому что особого интереса эта история у нее не вызывала.
        - Да все, как обычно, - нехотя ответил он. - Не сошлись характерами.
        - Понятно, - ответила она и отпила остывший чай, тут же поморщившись, так как он показался ей горьким.
        - Но почему ты тогда меня оттолкнула? - спросил Саша. - Все-таки хотелось бы знать. Ведь я же чувствовал, что небезразличен тебе.
        Она замолчала и глубоко задумалась, опустив ресницы. Потом, глянув на Сашу, который смотрел на нее не отрываясь, внезапно встала и сказала довольно холодным тоном:
        - Мне пора. Приятно было с тобой повидаться.
        Наташа направилась к выходу. Саша, засопев, двинулся за ней, приговаривая:
        - Куда же ты? Подожди! Мы ведь толком-то и не поговорили.
        В коридоре Наташа на секунду задержалась у зеркала. Саша вплотную подошел к ней и попытался обнять за талию. Но Наташа неожиданно начала смеяться и никак не могла остановиться. Саша замер, потом отпустил ее и прислонился спиной к двери. Его лицо сильно покраснело.
        - Знаешь, ты тут ни при чем, - с трудом успокоившись, сказала она. - И забудь о прошлом!
        - Меня будет это мучить, - упрямо проговорил он.
        - Да не из-за чего мучиться, на самом деле, - нехотя проговорила Наташа. - Я действительно была влюблена в тебя. Но это было очень наивное, чистое чувство. И когда ты на меня набросился, словно животное, я мгновенно с облаков грохнулась на землю. Это сейчас я понимаю, что такое поведение для вас, самцов, стандартно, - добавила она и недобро усмехнулась. - Но будучи невинной и наивной девчушкой откуда я могла это знать? Так что не вини себя ни в чем! Просто ты преподал мне первый урок. Все закономерно в этом мире.
        Наташа быстро поцеловала его в щеку.
        - Мы еще увидимся? - тихо спросил он.
        - Возможно, - ответила она и ясно ему улыбнулась.
        Саша открыл дверь и посторонился. Она, чуть не наступив на рыжего кота, путающегося под ногами, вышла из квартиры. В лифте ее снова разобрал непонятный ей самой смех. Но когда она оказалась на улице, то взяла себя в руки и лишь легкая улыбка морщила ее губы. Наташа неторопливо пересекла двор.
        «Что я хотела получить от этой встречи? - думала она, выходя в переулок. - Сама себя не понимаю!»
        Привычка все анализировать не давала ей покоя. Наташа знала эту свою особенность, которая часто переходила в самоедство, и старалась особо не углубляться в незначительные, на ее взгляд, проблемы.
        «На что я рассчитывала? - спросила она саму себя. - Ведь все ответы я давно знаю и отлично отдаю себе отчет в том, что тогда произошло. Неужели я думаю, что тот первый неудачный опыт чисто физического контакта, хотя и контактом-то это было трудно назвать, является причиной моей не заладившейся семейной жизни? Но моя брачная ночь дала мне намного более негативный опыт! А может, просто со мной не все в порядке и мне нужна помощь профессионального психоаналитика или даже сексопатолога? Ладно, постараюсь сейчас не думать об этом. Всему свое время».
        Наташа перешла улицу и замедлила шаг. Она мельком глянула на часы.
        «Ну и куда теперь? - в растерянности подумала она. - А не сходить ли мне в Пушкинский? Сто лет там не была».
        Эта мысль вызвала улыбку, и Наташа решительно двинулась по улице, помахивая сумочкой и все ускоряя шаг, словно убегая от чего-то неприятного.
        От Большой Якиманки, где жила Наташа, идти было далековато, но ее это не смутило. Она обожала вот такие знойные летние дни. К тому же прохожих было мало. Дойдя до конца улицы, она свернула налево и вскоре поднялась на Большой Каменный мост. Наташа невольно замедлила шаг, любуясь громадой воссозданного до мельчайших подробностей Храма Христа Спасителя. Его золотые купола ослепительно сияли на солнце.
        «Все-таки это чудо!» - восхитилась она, не отводя взгляда от Храма.
        Ее настроение становилось все лучше.
        Спустившись с моста, она свернула в сторону Музея изобразительных искусств имени А. С. Пушкина.
        Толкнув тяжелую дверь музея и войдя внутрь, Наташа непроизвольно сделала то, что всегда делала в детстве: запрокинула голову и посмотрела на цветной узорчатый потолок. Легко вздохнув, она удовлетворенно подумала: «Ничего не изменилось!»
        Потом огляделась в сумраке вестибюля.
        «Сколько лет прошло! - думала Наташа. - А как будто вчера!»
        Она прошла в Итальянский дворик и, мельком осмотрев его, остановилась у огромной статуи Давида.
        - Привет, красавчик! - прошептала она, - А ты все такой же…
        Наташа вспомнила, как бегала сюда с одноклассницами, и они втихомолку хихикали, рассматривая определенные части обнаженного мужского тела. Улыбаясь, Наташа прошла мимо статуи и медленно поднялась по лестнице на второй этаж. Войдя в зал греческой скульптуры, она сразу направилась к своей любимой статуе копьеносца, бронзовой копии знаменитой работы Поликлета. Наташа медленно обошла скульптуру вокруг, не отводя восхищенного взгляда от великолепных форм. Затем, отступив немного назад, замерла перед ней, любуясь мощным торсом, красивой лепкой мускулов и невозмутимо-прекрасным лицом Дорифора. Губы ее слегка приоткрылись, янтарные глаза засияли, густые ресницы чуть опустились. Время остановилось для нее. Великая сила гармонии полностью подчинила ее своей власти.
        - Классный самец, не так ли? - произнес кто-то над самым ее ухом.
        Наташа вздрогнула и резко обернулась. Кровь прилила к ее лицу жаркой волной. Рядом стоял Сергей и улыбался, как ни в чем не бывало. Его зеленые глаза блестели. Он смотрел на нее, не отрываясь. Наташа растерялась, не зная, что сказать. Но машинально отметила, что на Сергее светло-зеленая футболка-поло с короткими рукавами, что у него неплохо накачаны мышцы, что он успел загореть и, благодаря этому, глаза его стали более яркими, а волосы светлыми.
        «Эффектный молодой человек», - невольно подумала Наташа и тут же нахмурилась.
        - Извините, не поздоровался, - удрученно сказал Сергей и протянул ей руку.
        Но Наташа в ответ свою не подала и даже почему-то спрятала руки за спину, пробормотав:
        - Добрый день.
        - Вы здесь одна? - задал он довольно глупый вопрос, так как в зале кроме них и смотрительницы, дремавшей на стуле в углу, никого не было.
        Сергей придвинулся ближе и попытался взять Наташу под руку. Когда его прохладные пальцы коснулись ее локтя, она замерла на мгновение, но потом глухо проговорила:
        - Оставьте меня, пожалуйста.
        Сергей наклонился к ней так близко, что она почувствовала, как его дыхание защекотало ей висок. Его пальцы быстро и нежно скользнули от локтя к плечу.
        - У вас восхитительная кожа, гладкая, как атлас, - прошептал он, почти касаясь губами ее волос.
        Наташа замерла, чувствуя, как неистово колотится сердце. Непонятное томление разлилось по телу, у нее перехватило дыхание.
        «Что со мной происходит? Неужели голову напекло?» - испугалась Наташа и, резко отдернув руку, пошла прочь, не оглядываясь.
        В ушах у нее шумело, щеки горели.
        «Чего он пристает ко мне? - думала она со злостью. - Испортил мне все удовольствие! Еще увяжется за мной».
        На выходе, ведущем в другой зал, она оглянулась. Сергей стоял неподвижно, заложив руки за спину и глядя ей вслед. Наташа невольно перевела взгляд с его фигуры на возвышающуюся рядом статую.
        «Да, определенное сходство имеется», - неожиданно для себя отметила она и невольно улыбнулась.
        Сергей, увидев, что она обернулась, явно обрадовался и поспешил к ней. Подойдя, он внимательно посмотрел в ее глаза и проговорил извиняющимся миролюбивым тоном:
        - Вы простите, ради Бога! Я все время делаю что-то не то. Сам не пойму своего поведения. Но вы такая необыкновенно красивая девушка, у вас такой восхитительный и необычный цвет глаз, у вас…
        - Хватит! - резко оборвала его Наташа. - Я не выношу пустых трафаретных комплиментов.
        Сергей замолчал. Наташа, глянув в его замкнувшееся лицо, сказала более спокойным тоном:
        - Пойдемте лучше, посмотрим импрессионистов. Я с детства к ним неравнодушна.
        Они пошли через залы со скульптурами, почти нигде не задерживаясь. Но возле бюста Антиноя Наташа остановилась, любуясь прекрасным лицом юноши. Сергей замер рядом. Он посмотрел немного насмешливо на точеный профиль скульптуры и пробормотал:
        - Капризный и изнеженный.
        Наташа, не поворачивая головы, сказала:
        - Это самые красивые мужские губы, какие я когда-либо видела. Смотрите, эти линии совершенны и чувственны. Так и хочется…
        Она замолчала, испытывая замешательство. Повернувшись к Сергею, увидела, что он не сводит глаз с ее губ.
        - А самые красивые женские губы…, - начал он, но Наташа, не дослушав, быстро отошла от бюста.
        Сергей двинулся за ней. Они почти одновременно вошли в небольшой зал, стены которого были увешаны картинами. Наташа приблизилась к полотну, на котором изображались башни лондонского парламента, едва проступающие сквозь сиренево-сизую дымку тумана.
        - Вы любите Моне? - спросила Наташа, медленно отходя назад и не отрывая взгляда от картины.
        - Я люблю Родена, - услышала она в ответ и оглянулась.
        Сергей стоял рядом, но отвернувшись, и смотрел в центр зала, где на возвышении матово сияла бронзовая скульптура Родена «Вечная весна». Наташа на мгновение задержала взгляд на двух фигурках, слившихся в страстном объятии, и почему-то тут же отвела глаза. Сердце ее учащенно забилось, ладони вспотели.
        «Да что это со мной? - растерянно подумала она. - Тахикардия? Может, врачу показаться? И на сегодня с меня, пожалуй, хватит!»
        - Мне пора, - мягко проговорила она. - Приятно было с вами повидаться, Сергей Степанович. Так, кажется, вас зовут?
        Сергей кивнул, не сводя с нее взгляда.
        - Всего доброго! - Наташа улыбнулась и, помедлив, добавила: - Навряд ли мы еще когда-нибудь встретимся.
        Она решительно направилась к выходу. Сергей двинулся за ней. Но, увидев, что она ускорила шаг, остановился.
        Наташа быстро вышла из музея. Солнце ослепительно сияло в вышине, и после прохлады залов воздух показался ей раскаленным. Она пересекла улицу и медленно побрела мимо громады Храма Христа Спасителя к набережной. Там она долго стояла, облокотившись на горячий парапет, и смотрела на серебрящуюся воду реки. Настроение упало, непонятная грусть сжимала сердце. Ветерок, дующий от воды, ерошил ее густые каштановые волосы, вспыхивающие на солнце золотисто - рыжими нитями. Растрепавшиеся прядки щекотали ей щеки и шею, и это ее почему-то успокаивало. Редкие прохожие, особенно мужчины, оборачивались на нее, задерживая взгляды на грациозной фигуре.
        Наташа услышала, как рядом затормозила машина. Кто-то быстро подошел к ней сзади, сильно ухватил за локоть, и через минуту она оказалась на переднем сидении салона. Все произошло мгновенно. Хлопнули дверцы, взревел мотор, и машина помчалась на недозволенной скорости по набережной. Наташа, оцепенев, смотрела Сергея:
        - Не двигаться! Это похищение века, - смеясь, заявил он. - Какой бы запросить за вас выкуп, прекрасная принцесса?
        - И чего вы ко мне привязались? - устало проговорила Наташа, приходя в себя.
        - Любовь, - кратко ответил Сергей и резко свернул в небольшой переулок.
        - Здесь нет поворота, - заметила Наташа.
        - Гаишников тоже не видно, - ответил Сергей, - а так короче.
        - А мы, собственно говоря, куда? - сухо поинтересовалась она.
        - В темный лес, - услышала неожиданный ответ и, повернувшись, внимательно посмотрела на Сергея.
        Она увидела, что его яркие губы чуть подрагивают от еле сдерживаемого смеха, глаза блестят. Наташа вдруг заметила, какие у него длинные ресницы. Их пушистые светлые кончики загибались вверх. Она задержала взгляд на этих кончиках, сама не зная зачем. Потом, спохватившись, отвернулась. Какое-то время они ехали молча, думая каждый о своем. Вдруг Наташа спросила:
        - Вы женаты?
        Сергей, не сдержав удивления, посмотрел на нее и ответил:
        - Был. А вы?
        - Я хочу развестись, - зачем-то призналась Наташа, - да вот муж не отпускает.
        - Значит, правильно я вас похитил! - рассмеялся Сергей. - Теперь вашему мужу придется вызвать меня на дуэль. Я его застрелю, и вы останетесь прелестной вдовушкой, свободной и независимой.
        - Дурная шутка, - глухо ответила Наташа и нахмурилась.
        - Извините, не подумал!
        Сергей стал серьезным и замолчал.
        Когда они выехали на МКАД, Сергей, глянув на ее напряженное лицо, ласково проговорил:
        - Да не нервничайте вы так! Просто погуляем в лесу, подышим свежим воздухом, послушаем пение птиц.
        При слове «птиц» левая бровь Наташи чуть приподнялась.
        - Отдохнете на природе, а потом я вас домой доставлю целой и невредимой, - продолжил он. - Что скажете?
        - Знаете, я начинаю вас ненавидеть, - спокойно и холодно ответила Наташа. - Что это за манера, хватать людей прямо на улице и силой увозить в неизвестном направлении?
        - Со мной это впервые, честное слово, Наташа. Можно я вас буду называть просто по имени?
        - Можно, - неожиданно согласилась она, - но знайте, я считаю ваше поведение отвратительным.
        - Ничего, потом вы мне еще «спасибо» скажете. Я ведь частенько в выходные вот так уезжаю. Беру с собой термос, бутерброды и на весь день, подальше от жары и шума. А сегодня, прежде чем уехать, забежал в музей к одному своему другу. Он там работает. И вы там оказались в это же время. Странно, правда? Хотя я знаю, что случайностей на этом свете не бывает, - добавил он серьезным тоном.
        Но Наташа лишь усмехнулась и стала глядеть в окно. Сергей, сбавив скорость, свернул с шоссе на узкую лесную дорогу. Минут через двадцать он свернул еще раз и, загнав машину под большую раскидистую ель, заглушил мотор.
        - Вот и приехали, - сообщил Сергей и выбрался из машины.
        Наташа последовала его примеру. Она глубоко вдохнула воздух и огляделась по сторонам. Они остановились в густом ельнике, темном и прохладном, что в знойный июльский день было очень кстати. Наташа, закрыв глаза, прислушалась к голосам леса, пытаясь определить, какие птицы здесь обитают.
        Вдруг сильные руки обхватили ее сзади, и горячие сухие губы заскользили по шее. Она, охнув от неожиданности, вырвалась и пошла вперед, но Сергей одним прыжком нагнал ее и, развернув, притянул к себе. Она в смятении увидела его глаза совсем близко. В них словно вспыхивали золотистые искорки, и горело такое желание, что Наташа замерла от внезапно нахлынувшего волнения. Веки ее странно отяжелели. Она не понимала, что с ней происходит и, самое странное, совсем не хотела анализировать. Впервые в жизни Наташа чувствовала сильнейшее физическое влечение к мужчине, которое практически лишило ее способности рассуждать здраво. И когда она ощутила мягкий жар его губ на своих губах, то, казалось, из самой глубины ее существа вырвался тихий стон. Наташа, забыв обо всем, прижалась к Сергею всем телом и обхватила его за шею. Их поцелуй длился и длился, и они никак не могли оторваться друг от друга.
        На машину упала еловая шишка, и ее стук нарушил тишину леса. Они, вздрогнув, отстранились друг от друга и открыли затуманенные глаза.
        - Подожди, - глухо проговорил Сергей и стремительно двинулся к машине.
        Открыв багажник, он достал большой клетчатый плед и расстелил его у подножия ели. Сев на него, он молча посмотрел на стоявшую невдалеке Наташу. Она медленно приблизилась и опустилась рядом, не сводя взгляда с Сергея. И он, не отрываясь, смотрел на нее. Ее обычно приглаженные волосы растрепались и окружали голову пышным каштановым ореолом, глаза сияли, как янтарь, подсвеченный солнцем, губы припухли от поцелуев, щеки пылали. Сергей помедлил секунду, с восхищением глядя в ее лицо, потом резко опрокинул на спину. Его рука скользнула вверх по бедру под платье. Он нащупал кружевную резинку трусиков и забрался под нее. Наташа закрыла глаза. Ощущения были необычными, но невероятно приятными. Наташа даже представить не могла, что может получать такое удовольствие от мужских ласк.
        - Подожди, - прошептала она.
        И отстранившись, села, скидывая босоножки и стягивая платье через голову. Мысли ее путались, сердце колотилось. Постоянный контроль над собой был утерян. Наташа больше ни о чем не хотела думать. Ее тело просило только одного. Отбросив платье в сторону, она выпрямилась и повернула голову к Сергею. Он уже был без одежды. Загорелое, в меру накачанное тело выглядело очень красиво на черно-красном клетчатом пледе. Сергей полулежал в довольно напряженной позе, словно готовился к прыжку. Его глаза с сильно расширившимися зрачками выглядели темными, но блестящими.
        - Ты великолепна! - тихо произнес он охрипшим голосом и схватил ее за руку. - Роден умер бы от счастья, увидев такую модель для своих фантазий.
        Сергей с силой потянул ее к себе, и Наташа, засмеявшись, упала на него, тут же задрожав от прикосновения к горячему мускулистому телу. И ощутив язык, проникающий в рот, беспрерывно двигающиеся пальцы, жар напрягшегося тела, ерзающего под ней, она тут же забыла обо всем на свете и хотела только одного - слиться в одно целое. Сергей, не отрываясь от ее губ, перевернул ее на спину, и она раскрылась навстречу, изнывая от нетерпения. То, что она испытала потом, повергло ее в шоковое состояние. Ее тело мгновенно откликалось и вторило малейшим его движениям. И в какой-то миг внутри нее словно вспыхнул огонь. И это было настолько острое и никогда ранее неиспытанное ею наслаждение, что она потеряла сознание, растворяясь в нем и полностью ему отдаваясь…
        Через какое-то время Наташа пришла в себя. Лежа на животе, приподняла голову и увидела за краем пледа несколько кустиков земляники. Она лениво потянулась за ягодками и, отправив их в рот, повернула голову к лежащему рядом Сергею.
        - Ну что за жадина! Все ягоды съела! - сказал он и приблизил губы к ее губам. Почти касаясь их, прошептал: - Ты испачкалась земляничным соком. Надо это исправить.
        Он начал нежно слизывать сок с ее губ. Наташа не смогла сдержать стона, так как костер внутри нее, который угас на время, снова запылал. Сергей замер и глубоко заглянул ей в глаза. Затем перевернул девушку на спину… И на этот раз ощущения были необычайно сильными и острыми…
        Они не заметили, как провалились в сон. Очнулась Наташа оттого, что кто-то щекотал ее губы травинкой. Она приподнялась и увидела склонившегося к ней Сергея. Он был одет. Сергей смотрел на нее со странным выражением, потом протянул руку и сказал:
        - Вставай, спящая красавица. Скоро уже солнце сядет. Нам пора ехать.
        Наташа вскочила и начала торопливо натягивать одежду. Она словно очнулась от наркотического сна и с ужасом думала, что она натворила. Ее душа была в смятении. Невыносимый стыд обжигал. Подойдя к машине и достав из сумочки расческу, она стала приводить в порядок спутавшиеся волосы. Забрав их в гладкую прическу и закрепив шпилькой, Наташа подошла к пледу и наклонилась, явно что-то высматривая. Сергей недоуменно наблюдал за ней, потом приблизился и попытался взять за руку. Но девушка резко выпрямилась и зло посмотрела ему в глаза.
        - Не трогайте меня! - крикнула она, вырывая руку.
        - Да что с тобой, солнышко? - опешил Сергей.
        - Не-на-ви-жу! - четко, по слогам произнесла Наташа.
        Глаза Сергея сузились и потемнели. Он нагнулся и дернул плед за край. На траву с еле слышным постукиванием посыпались янтарные бусинки.
        Наташа присела на корточки и стала собирать их в короткий подол платья. Сергей, не оглядываясь, пошел к машине. Он открыл багажник и, бросив туда скомканный плед, с размаху захлопнул крышку. Потом сел на переднее сидение и стал молча наблюдать, как Наташа собирает бусы. Брови его хмурились, пальцы нервно сжимали руль. Наташа закончила собирать бусинки и встала, одной рукой придерживая подол платья, в котором лежал янтарь. Сергей искоса посмотрел на ее точеную фигуру, на стройные красивые ноги и что-то пробормотал себе под нос. Лицо его стало замкнутым, глаза - грустными. Наташа подошла к машине и устроилась на заднем сидении. Открыв сумочку, она высыпала туда бусинки и замерла, скрестив руки на груди.
        - Поговорим? - после небольшой паузы предложил Сергей и обернулся к ней. - Твоя реакция ненормальна, поведение лично мне непонятно. А я человек простой, и люблю ясность во всем. Разве тебе было плохо?
        Она пристально и жестко глянула ему в глаза и отчеканила:
        - Ненавижу!
        - Разговор не удался, - сухо проговорил Сергей и завел машину.
        Когда они выбрались на шоссе, уже совсем стемнело. Сергей гнал на умопомрачительной скорости. Пробок на их счастье почти не было, и они довольно быстро въехали в город.
        - Вас куда подвезти? - нарушил он молчание.
        - До ближайшего метро, - ответила Наташа.
        - Вот даже как! - пробормотал Сергей.
        Через какое-то время он высадил ее у станции метро. Наташа ушла, не прощаясь и не оборачиваясь. А он долго еще сидел в машине и смотрел в темную глубину улицы.
        Глава вторая

        Наташа ехала в полупустом вагоне, закрыв глаза. Она чувствовала невероятную усталость.
        «Зачем я это сделала? - без конца спрашивала она себя. - Зачем? Как вообще могло такое произойти со мной?! Я же не падшая, чтобы вот так бесстыдно отдаться практически первому встречному и еще испытывать при этом недостойное, чисто животное удовольствие!»
        Ее ум, привыкший всегда мыслить рационально и логично, пытался разобраться в случившемся. Но периодически возникающее непонятное и жгучее волнение при воспоминании о некоторых моментах сбивало с толку. Наташа впервые в жизни себя не понимала и мучилась от совершенно противоположных чувств. Ее бесило то, что она утратила контроль над собой, и в тоже время ее поразила реакция организма. Наташа представления не имела, что способна на такие ощущения. Она невольно вновь и вновь вспоминала сильные объятия, глупые и ласковые словечки, которые он шептал в промежутках между поцелуями, его неподдельную страсть, и чувствовала, как волна непонятной нежности, смешанной с непреодолимым волнением, захлестывает все ее существо.
        «Да что это со мной? - удивлялась она. - Ведь я его совсем не знаю!»
        Мысли ее метались. Она открыла глаза, окинула взглядом полупустой вагон и попыталась успокоиться.
        «Это просто страсть, - уговаривала себя Наташа. - И ничего больше. Я попала в лапы опытного соблазнителя. И он каким-то непостижимым образом с первого раза сумел подчинить страсти мое тело и вызвал в нем ответную реакцию. А ведь Ленка меня предупреждала, что он у них там главный бабник. Представляю, сколько таких вот дурочек он возил в лес!»
        При этой мысли Наташе стало отчего-то невыносимо тоскливо, но она тряхнула головой и вслух сказала:
        - Хватит! Не ревную же я, в самом деле? Нужно немедленно выбросить все это из головы и забыть этого человека. Убедить себя, что ничего не было. Мне просто приснился странный сон. И все это было не со мной и не в этой реальности, вот и все!
        Она вздернула подбородок и поджала губы. Но мысли о Сергее не оставляли.
        Через какое-то время Наташа вышла на станции «Полянка» и поднялась наверх. На улице было уже темно, только фонари отбрасывали желтые круги света. Наташа быстро двинулась в сторону дома, машинально любуясь освещенной прожекторами, яркой, раскрашенной как пряник церквушкой на противоположной стороне улицы, затем свернула в переулок и устремилась через двор к своему подъезду. Подойдя ближе, она увидела на их балконе неподвижно стоящую мать. Наташа помахала ей рукой и вбежала в подъезд.
        - Мамочка! - воскликнула она, входя в квартиру, - ты еще не спишь? Поздно уже.
        - Наташенька, - всхлипнула та и протянула ей измятый бланк телеграммы. - Где ты так долго пропадала? И почему ты не взяла с собой телефон?
        - Да я на столике в коридоре его забыла. А что случилось?
        Она взяла бланк из дрожащих пальцев матери, пробежала глазами текст и побледнела.
        - Не может быть! Женя в больнице? Несчастный случай…, - растерянно шептала она, снова и снова перечитывая текст. - Мама! Собери мои вещи, а я выясню насчет билета. Я должна улететь немедленно.
        На следующий день около полудня Наташа сидела в кресле самолета, улетающего в Киев. Она смотрела в иллюминатор, безучастно наблюдая, как земля уходит вниз. Когда они набрали высоту, Наташа откинулась на спинку сидения и закрыла глаза. Ей безумно хотелось спать. Но в памяти всплыло лицо Сергея, его зеленые глаза, внезапно она явственно ощутила вкус поцелуя на губах и невольно вздрогнула. Усилием воли отогнала от себя это видение и стала думать о Жене. И не заметила, как заснула. Наташа очнулась, когда самолет уже заходил на посадку. Она привела себя в порядок и внутренне собралась. Ее никто не встречал, хотя она отослала срочную телеграмму свекрови.
        «Она, видимо, в больнице, - решила Наташа и поймала такси. - Куда же мне теперь? - растерянно думала она, подъезжая к центру города. - Домой? Или сразу в больницу?»
        Достав из сумочки сотовый, она набрала номер Богдана, ближайшего помощника мужа и их общего друга. Выяснив, в какой больнице находится Женя, назвала таксисту адрес. Через полчаса она входила в палату.
        Навстречу ей торопливо поднялась со стула, стоящего у самой кровати, высокая статная женщина.
        - Наталья! - облегченно воскликнула она. - Слава Богу, ты вернулась!
        Она всхлипнула.
        - Здравствуйте, Оксана Васильевна! - Наташа чуть коснулась губами щеки свекрови. - Как Женя?
        - Не видит ничего, не слышит. Уже третьи сутки, - сказала она и начала тихо плакать. - Это я во всем виновата! Показалось, что картина в зале низко висит. Залез Женечка на стремянку. Уж не знаю, как, чего… Начал гвоздь вбивать….вижу, назад завалился… стремянка упала, его по голове… Господи, прости меня!
        Наташа усадила ее на стул и налила воды в стакан. Устроившись рядом, попыталась успокоить, но Оксана Васильевна была на грани истерики.
        - Не казните себя! - участливо проговорила Наташа. - И не такое бывает! Это просто несчастный случай. Главное, он жив! Вот что, - решительно сказала она, - вы сейчас поедете домой, отоспитесь, попытаетесь успокоиться, а с Женей я побуду.
        - Что ты, Наталья! Как я его оставлю? Да и ты устала, только с самолета.
        - Думаете, лучше будет, если и вы сляжете? Вам необходим отдых. А завтра приедете и смените меня. - Наташа ободряюще улыбнулась. - К тому же я уверена на сто, нет, на двести процентов, что все будет хорошо и Женя поправится.
        - Да? Ты уверена? - с надеждой в голосе спросила Оксана Васильевна и даже всхлипывать перестала.
        - Абсолютно! - твердо ответила Наташа.
        Когда Оксана Васильевна ушла, Наташа обессилено опустилась на стул возле постели и тихо заплакала, не сводя глаз с лица мужа. Оно было настолько бледным, что казалось серым, закрытые глаза запали, черные волосы скрывала повязка, рот был искривлен.
        «Бедный!» - подумала Наташа и попыталась успокоиться.
        Потом осторожно взяла его вялые безжизненные пальцы. Задумавшись, она сидела тихо и неподвижно, не замечая времени. На душе у нее становилось все тоскливей. Но она заставила себя думать о хорошем, считая, что муж даже в таком состоянии чувствует ее настроение.
        Она низко склонилась к нему и зашептала:
        - Женя, милый, держись! Я с тобой.
        И в этот момент Наташа увидела, как его веки дрогнули. Она замерла, подумав, что это ей показалось, и стала пристально вглядываться в его лицо. Послышался слабый затрудненный вздох, и его веки медленно приподнялись. Наташа нажала на кнопку вызова медсестры.
        - Ната, - услышала она хриплый шепот и попыталась улыбнуться, но слезы брызнули из ее глаз.
        Тут дверь распахнулась, и в палату торопливо вошли врач и медсестра. Они склонились над больным. Наташа, постояв какое-то время в нерешительности, удалилась в коридор. Там она опустилась в кресло, стоящее у стены, и закрыла в изнеможении глаза. Из забытья ее вывел мужской голос.
        - Простите, кем вы приходитесь пострадавшему?
        Она подняла глаза и увидела склонившееся к ней лицо врача. Он смотрел мягко и участливо, и Наташа почему-то испугалась.
        - Я? - спросила она и сжала руки.
        - Не волнуйтесь, - врач улыбнулся ей, - он вышел из коматозного состояния. А это, на данном этапе, главное.
        - Я его жена, - ответила Наташа и встала. - Можно, доктор, этой ночью я побуду с ним?
        - Побудьте, - мягко сказал врач. - Можно поспать на кушетке. В шкафу есть подушка и плед. Устраивайтесь. Медсестра рядом, если что.
        Он кивнул ей и удалился. Когда Наташа вошла в палату, Женя спал. Лицо его уже не было таким бледным, исчезла страдальческая складка возле рта. Наташа легонько погладила его щеку и вздохнула.
        Рано утром приехала Оксана Васильевна. Она сияла от радости. Наташа расцеловалась со свекровью и отправилась домой, договорившись сменить ее на следующий день. Когда она вошла в квартиру, то только и смогла, что бросить сумку в коридоре, скинуть туфли и добрести до своей спальни. Там она, едва скинув одежду, упала поперек кровати и провалилась в глубокий сон. Она спала так крепко, что не слышала телефонных звонков, и очнулась только под вечер.
        «Женя вне опасности, - было первой ее мыслью. - Надо маме позвонить, успокоить ее»
        Наташа взяла телефон со столика и набрала номер. Рассказав матери последние новости, она спросила, что там у нее новенького.
        - Тут тебе какой-то Сергей звонил, тобой интересовался, - услышала Наташа. - Я сообщила, что ты срочно вылетела к мужу.
        Наташа почувствовала, как ее сердце ухнуло куда-то, а потом сильно заколотилось, но она взяла себя в руки и ответила безразличным тоном:
        - Не знаю никакого Сергея! Ошибся кто-то.
        Попрощавшись с матерью, она положила трубку и посмотрела в окно.
        «Откуда у него мой телефон? - недоумевала она. - Хотя, мог у Ленки взять…»
        Наташа закрыла глаза, улыбнулась и неожиданно почувствовала томление, разливающееся по всему телу. Она явственно ощутила его поцелуи и вздрогнула.
        - Забыть, забыть, забыть! - прошептала она, тряхнула волосами и встала.
        Зайдя в ванную, сразу залезла под горячий душ. Подставив лицо под воду, замерла, наслаждаясь прикосновениями бегущих струй. Но вода ее не успокоила. Непонятно откуда взявшееся желание нарастало. Наташа выключила воду, прислонилась спиной к стене, облицованной розовой кафельной плиткой и поставила одну ногу на край ванны. И замерла, стараясь успокоиться. Потом повернула голову вправо и посмотрела на свое отражение в большом зеркале, забрызганном мельчайшими капельками воды. Наташа скользнула взглядом по длинным ногам, по изящной линии округлых бедер, переходящих в тонкую талию, по упругой высокой груди. Взгляд ее остановился на лице, которое она с трудом узнала. Темные мокрые пряди упали на лоб, почти закрывая его, веки были чуть опущены, от длинных влажных ресниц на щеках лежали тени, глаза мягко мерцали, словно янтарь под водой, пухлые розовые губы были приоткрыты, так цветочный бутон раскрывается утром в ожидании жарких солнечных поцелуев.
        Наташа заворожено смотрела на свое отражение, мысли ее путались. Вдруг раздался телефонный звонок, и она, вздрогнув, сдернула с вешалки большое махровое полотенце, завернулась в него и выскочила из ванной. Босиком побежала в спальню, оставляя на блестящем паркете мокрые следы маленьких узких ступней.
        - Алло, я слушаю, - быстро произнесла она, с трудом переводя дыхание.
        - Наташа, это ты? - услышала она мужской голос.
        - Да, это я, - ответила немного растерянно.
        - Узнала? Это Сергей. Хочу спросить: когда назад собираешься? Насколько я знаю, с твоим мужем уже все в порядке. Твоя мама мне все рассказала. Она у тебя очень милая. Я сейчас у нее в гостях. Что скажешь?
        Наташа, не ответив, положила трубку и отключила телефон. Вернувшись в ванную, тщательно вытерлась, не глядя на себя в зеркало. Затем, надев цветастое трикотажное платье, пошла на кухню и сварила себе очень крепкий кофе. Слегка перекусив, Наташа занялась распаковкой вещей. Раскрыв сумку, заметила в углу маленькую коричневую косметичку. Достав, высыпала из нее в ладонь янтарные бусинки и задумалась, машинально перебирая их.
        Она чувствовала странную внутреннюю дисгармонию, и это нехарактерное для нее состояние выводило из себя. Стыд при воспоминании о поездке в лес не проходил, и в то же время Наташа ловила себя на мысли, что не прочь повторить такой опыт еще раз, чтобы вновь ощутить головокружительное и острое наслаждение, которое заставило ее тогда полностью потерять голову. Она вдруг осознала, что почти все время вспоминает Сергея, и ее неодолимо тянет к нему против воли.
        «Да что же это такое?! - мысленно возмущалась она. - Ведь я совсем не знаю этого человека! Конечно, внешне он очень привлекателен, но явно избалован женским вниманием. И как он решительно действовал! Захотел и получил, с этим не поспоришь».
        Наташа вновь и вновь вспоминала подробности их последней встречи и никак не могла успокоиться. Она бросила бусинки на стол и подошла к окну. Вечер был тихий. Солнце расплывчатым красноватым шаром висело над домами в дымке смога. Вереница машин медленно ползла по проспекту, как большая дергающаяся гусеница. Периодически раздавались резкие гудки, говорящие о раздраженном состоянии водителей.
        «Опять пробки», - машинально отметила Наташа и отошла от окна.
        Она опустилась в кресло и закинула руки за голову. Взгляд ее бездумно скользил по комнате, выдержанной в светлых спокойных тонах, потом остановился на картине молодого украинского художника, висящей на стене напротив нее. Странное сплетение резких мало сочетаемых по цвету линий и кругов вдруг неприятно поразило ее. Наташа неожиданно отметила, что полотно совсем не вписывается в цветовую гамму ее спальни.
        «И зачем я это купила? - подумала она. - Авангардисты просто издеваются над нами, выдавая этот хаос за искусство. А сколько я заплатила! Ужас!»
        Наташа закрыла глаза и тут же вспомнила полотно Клода Моне «Чайки». Но сквозь его воздушные нежно-сиреневые тона мгновенно проступило лицо Сергея, его лукавый пристальный взгляд.
        «Может, мне просто нужен мужчина? Нужен именно моему телу. И дело только в этом? - мелькнула мысль, и она усмехнулась. - Видимо, я самая обыкновенная баба с вполне естественными потребностями, а вовсе не фригидная стерва, как я уже было решила. Может, все мои проблемы с Женей только оттого, что он не подходит мне физически? К тому же воспоминания о первой ночи оставили неизгладимый след в душе. И как я ни стараюсь избавиться от них, ничего не выходит. Но мое тело требует своего. Я ведь молодая и здоровая. Может, поэтому я так легко уступила Сергею? К тому же он, по всей видимости, подходит мне именно физически».
        Наташа вздохнула и встала. Начала доставать из сумки вещи и аккуратно складывать их в большой платяной шкаф. Но постепенно ее движения замедлились. Наташа села на кровать и внезапно улыбнулась.
        - А почему бы мне не проверить? - сказала она вслух. - Почему бы не попробовать еще с кем-нибудь? Ведь никто не узнает. Поставим, своего рода, научный эксперимент в целях сохранения брака. Должна же я разобраться, в чем тут дело! Ведь Сергей всего лишь второй партнер в моей сексуальной жизни. Мне и сравнивать-то не с чем.
        Наташа легла на спину. Она начала вспоминать подробности поездки в лес, сердце ее заколотилось. Она попыталась представить на месте Сергея какую-нибудь звезду экрана, признанного секс-символа. Но у нее ничего не получилось. Тогда она стала вспоминать коллег по университету. Было несколько молодых мужчин, которые нравились ей. Но это вызвало лишь смех. Наташа даже попыталась создать некий идеальный образ, который бы удовлетворял всем ее запросам. Но перед глазами стоял только Сергей.
        «Нет, это никуда не годится! - с раздражением подумала она. - Не может же быть, что мне нужен только он! Это неправда! И это сводит меня с ума! Как я буду жить дальше с такими мыслями? Я должна немедленно решить эту проблему! Любым способом!»
        Наташа зашла в Интернет и быстро обнаружила нужные ей службы.
        - Вот то, что мне нужно, - пробормотала она, снимая телефонную трубку. - Я должна убедиться! И почему бы не сделать это таким экстремальным способом?
        Набирая номер, с удивлением заметила, что пальцы ее чуть дрожат.
        - Алло! Здравствуйте! Можно мне узнать насчет выезда на дом молодого человека, - довольно уверенно проговорила она, хотя сердце ее сильно забилось.
        «Господи, что я делаю? Муж в больнице! Что это со мной? Я веду себя неадекватно, но отступать поздно! Я должна все для себя выяснить, все понять о себе самой!» - подумала Наташа, выслушивая условия. Когда ей назвали сумму, она опешила.
        - Это что, за час?! - невольно вырвалось у нее.
        Узнав, что время посещения не ограничено, успокоилась и поинтересовалась, какого типа молодые люди у них имеются. Прослушав информацию, остановила свой выбор на ярком блондине с зелеными глазами и спортивной фигурой. Положив трубку, Наташа, изумляясь сама себе, опустилась на кровать и задумалась. Ей вдруг захотелось позвонить и все отменить. Но решение забыть Сергея любым путем и доказать себе, что это просто физическое влечение, остановило ее порыв и она мгновенно успокоилась. К тому же осознание того, что и она в состоянии испытывать оргазм, придавало ей внутренней уверенности. И она хотела закрепить это, чтобы избавиться от кое-каких возникших за время ее семейной жизни комплексов.
        Молодой человек приехал через час. Наташа к этому времени приняла еще раз душ и зачем-то накрыла в спальне маленький столик, поставив на него бутылку довольно дорогого вина и легкие закуски. Она встретила гостя в тонком шелковом халатике на голое тело и с распущенными волосами. Парень на вид оказался очень милым, но моложе, чем ей представлялось, и абсолютно непохожим на Сергея, что ее почему-то мгновенно расстроило. Он сел рядом с ней на кровать и внимательно посмотрел в глаза. Наташе стало неловко и неприятно одновременно.
        - Как вас можно называть? - спросил парень, расстегивая рубашку.
        - Наташа.
        - А меня, как захочешь, - ответил парень, сразу переходя на «ты».
        Он быстро разделся и остановился перед ней, что называется, во всей красе. Наташа медленно перевела взгляд с его стройных мускулистых ног на узкие бедра, на широкую грудь, потом посмотрела ему в лицо и начала смеяться.
        - Ничего, ничего, - ласково повторял парень, приблизившись к ней и гладя ее по волосам.
        Потом приподнял ее голову и начал нежно целовать губы, пытаясь раздвинуть их языком. Наташа соскочила с кровати, резко оттолкнув его и вытирая рот рукой. Она запахнула халат, достала из сумочки деньги и, сунув их растерявшемуся парню, нервно проговорила:
        - Извините, произошла досадная ошибка. Вам лучше немедленно уйти.
        - Но…, - парень был в недоумении, - я сделал что-то не так? Скажите! Я - лучший в службе и у меня осечек никогда не бывает.
        - Вы здесь ни при чем. Все дело во мне. Я вам заплатила сполна. Всего доброго! - сухо ответила Наташа.
        Парень быстро натянул джинсы. Когда он накинул на плечи рубашку, то вдруг улыбнулся как-то по-детски смущенно и спросил:
        - А можно я немного поем? А то с утра на ногах…
        Он вдруг залился краской и замолчал. Наташа растерялась, потом улыбнулась и пригласила его за столик.
        - Может, вина? - неуверенно предложила она.
        - Можно, - кивнул парень. - Меня Стасик зовут, - зачем-то сообщил он.
        - Очень приятно, - заулыбалась она и открыла бутылку. - Я, пожалуй, тоже выпью. А то последнее время что-то стресс за стрессом.
        - А чего у тебя случилось-то? - поинтересовался Стасик будничным тоном и начал сооружать бутерброд из куска белого хлеба, сыра, колбасы и огуречных кружочков.
        Наташа отпила вина, помолчала, наблюдая, как он ест, потом спросила:
        - Ты, может, курицу хочешь? Или пирог с вишней? У меня холодильник забит едой. Моя свекровь отлично готовит. Она тут заезжала без меня и навезла продуктов.
        - Давай! - охотно согласился Стасик.
        - Пошли на кухню? - предложила Наташа. - Только я переоденусь.
        Она быстро встала, без стеснения скинула халат и стала натягивать белье.
        - А ты офигенная девушка! - заметил Стасик. - И фигура у тебя просто закачаешься! Я вино захвачу, - без перехода сказал он. - Оно просто супер!
        - Ладно, неси его на кухню, - кивнула Наташа и надела домашнее трикотажное платье. - У меня муж занимается винным бизнесом, - зачем-то сообщила она.
        На кухне Стасик сел за стол и налил вина себе и ей. Наташа открыла холодильник, достала запеченную курицу, овощи, пирог.
        - Да куда столько! - засмеялся он, наблюдая, как она уставляет стол тарелками.
        - Знаешь, я сама впервые за последние сутки почувствовала зверский голод, - сказала она и отделила от курицы ножку.
        Положив ее себе на тарелку, села за стол. Стасик поднял бокал и провозгласил немного торжественно:
        - За прекрасную хозяйку этого милого дома!
        Они чокнулись и выпили.
        - Ну, так что у тебя случилось-то? - вновь спросил Стасик.
        Он откинулся на спинку диванчика и внимательно посмотрел на Наташу. Она перестала есть и подняла на него глаза.
        - Я же вижу, что ты вроде нормальная девушка, хотя хата у вас элитная, да и район престижный. Но, мне кажется, ты не из этих скучающих мадамочек, которые развлекаются с парнями от нечего делать, просто потому, что с жиру бесятся от безделья.
        - Я вообще-то работаю в университете, - сказала она. - Просто тут такое дело…
        Наташа замолчала в нерешительности. Но Стасик смотрел с явным участием, и она вдруг все рассказала ему. Он слушал, не перебивая.
        - Знаешь, история-то вполне обычная, - начал он, когда она замолчала, - ты уж поверь мне! Многие девушки, да и женщины вообще не знают, что такое оргазм, понимаешь? И в этом очень часто мужья виноваты. Знала бы ты, сколько подобных историй я наслушался. Я ведь по вызову уже второй год подрабатываю. Так-то я студент, учусь на ветеринара. Родители в селе, тут под Киевом, мы не из богатых. А мне за учебу платить надо, за квартиру, да и на жизнь.
        - Я тебя вовсе не осуждаю, - сказала Наташа, - так что можешь и не объяснять, почему ты таким бизнесом занялся. Каждый выбирает сам, как ему на жизнь зарабатывать. А что, тебе многие такое рассказывают? - после паузы поинтересовалась она.
        - Да почти все! - усмехнулся Стасик. - Мне даже иногда кажется, что берут парня по вызову часто именно для того, чтобы понять, на что сами способны. Мы ведь считаемся суперскими любовниками. Вот многие женщины и думают, что переспав с опытным и сексуальным, они смогут, наконец, испытать оргазм. А ты, видишь, вообще с первым встречным испытала, как ты мне сейчас рассказала. Так что радуйся, Наталка! Это не так часто и бывает. Видимо, мужчина тебе попался опытный. А муж твой просто…
        - Прекрати! - оборвала его Наташа. - Он сейчас в больнице.
        - Прости! - тут же спохватился Стасик. - Но ты ведь далеко не дурочка, так что сама должна понимать, что к чему. Хотя на самом деле нельзя все сваливать на мужчин! - с чувством добавил он.
        - Это почему? - усмехнулась Наташа и допила вино.
        Стасик тут же снова налил ей, а потом и себе.
        - Себя необходимо изучать, - серьезно проговорил он, - ну, в смысле, свое тело. Ты вот изучала?
        - Что за вопрос?! - возмутилась она и залилась краской.
        - Вот видишь, - мягко произнес он, - какая реакция! А что в этом такого? Нужно знать свои эрогенные зоны!
        - Может и нужно, - после паузы согласилась она, - но не все это вот так открыто обсуждают.
        - Ну и зря! - улыбнулся Стасик. - Муж с женой просто обязаны обсуждать подобные темы. А как иначе получится гармоничная семейная жизнь?
        - Знаешь, я вот с Сергеем ничего подобного не обсуждала, - заметила Наташа, - однако сразу все получилось. А с мужем в браке несколько лет и никогда ничего даже близко. Мало того, появилась все нарастающая антипатия к занятиям сексом и часто - отвращение. Что скажешь?
        - На самом деле странно у тебя с этим парнем, - задумчиво произнес он. - Обычно нужно время, чтобы «разморозить» женщину.
        - Вот и я о том, - закивала Наташа.
        - А может, это любовь? - неожиданно предположил Стасик. - Такую возможность ты исключаешь? Не страсть, как ты мне все тут твердишь, не физическая совместимость, а именно любовь. И любовь с первого взгляда! Это редко бывает, и это нужно ценить.
        - Глупости! - отмахнулась она. - Ерунда все это! Детские фантазии. Мне даже смешно слышать это от тебя, мальчика по вызову. Уж ты-то насмотрелся на изнанку этой так называемой любви!
        - Все в жизни бывает, - сказал он.
        Стасик пробыл около двух часов. Они тепло попрощались, и Наташа начала благодарить его за то, что выслушал ее. Он отчего-то смутился и даже захотел вернуть ей деньги, но она резко этому воспротивилась. Закрыв за ним дверь, Наташа вернулась в спальню и, упав на кровать, глубоко задумалась.
        Прошла неделя. Женя быстро шел на поправку. Вскоре его должны были выписать. Наташа ежедневно проводила с ним несколько часов. Они много говорили, чего раньше с ними не бывало, и Наташа неожиданно для себя поняла, что совсем не знает мужа. А Женя, всегда такой молчаливый и сдержанный, раскрывал перед ней самые потайные уголки своей души. Его черные выразительные глаза неотрывно следили за ней, когда она приходила, и какое-то новое, незнакомое Наташе выражение появилось в них. В день его выписки она постаралась выглядеть великолепно. На улице сияло яркое солнце, и Наташа решила надеть белый льняной костюм, который, правда, не очень любила. Но он необыкновенно шел ей и нравился Жене. Зауженная книзу юбка открывала колени и плотно обтягивала бедра, короткий жакет был притален, его довольно глубокий вырез приоткрывал верхнюю часть груди. На шею Наташа надела нитку крупного серебристо-белого и очень дорогого жемчуга, которую ей подарил Женя на первую годовщину их свадьбы.
        Когда они вышли из клиники под руку и сели в машину, сияющая Оксана Васильевна неожиданно заметила:
        - Ну, вы прямо, как жених и невеста. Так свадьба и вспоминается!
        Бледное лицо Жени слегка порозовело, и он пристально посмотрел на Наташу. Она безмятежно улыбнулась в ответ.
        - Куда поедем? - спросила Наташа, заводя мотор. - На квартиру?
        - Нет, нет, дочка! - возмутилась Оксана Васильевна. - Жене необходим свежий воздух, поэтому только на природу! Я уже все подготовила. Ведь у тебя отпуск, Наташенька. Побудете там пока.
        Оксана Васильевна почти безвыездно жила в их загородном доме и это всех устраивало, так как она следила за порядком и была довольно далеко от них.
        Когда приехали на место, Оксана Васильевна тут же устремилась к дому, открывая двери. Наташа помогла Жене выйти из машины и повела его, поддерживая за талию, так как у него кружилась голова. Потом они обедали, сидя за большим круглым столом и неторопливо беседуя о различных пустяках.
        «Ну, просто как в старые добрые времена», - думала Наташа, отпивая ароматный чай из тонкой фарфоровой чашечки и поглядывая на мужа.
        Но чувствовала она себя почему-то нервозно, хотя оживленно отвечала на вопросы и без конца улыбалась.
        После обеда Женя поднялся на второй этаж в свою спальню и прилег отдохнуть, так как чувствовал слабость и головокружение. Оксана Васильевна осталась в гостиной смотреть телевизор. Наташа, немного посидев с ней для приличия, решила подняться к Жене и посмотреть, как он себя чувствует. Осторожно приоткрыв дверь, она увидела, что он не спит, а просто лежит на кровати, закинув руки за голову.
        - Заходи, - тихо сказал он и закрыл глаза.
        Наташа вошла и присела на краешек кровати. Она стала нежно, чуть касаясь, поглаживать его виски, массируя их.
        - Тебе нехорошо? - спросила она, видя, что его лицо побледнело.
        - Все в порядке, - ответил Женя чуть охрипшим голосом и откашлялся. - Осталась слабость, но она должна пройти, как доктор сказал. И я скоро окончательно окрепну.
        - Вот и славно, вот и славно! - улыбаясь, ответила она. - А сейчас тебе лучше поспать!
        - Подожди! - сказал Женя и, видя, что она хочет уйти, взял ее за руку. - Наташа, я хотел серьезно поговорить с тобой. Пожалуйста, выслушай и не перебивай. Пока я лежал там, у меня было много времени подумать. Я хочу спросить тебя: может, начнем все с начала? Может, наш брак еще можно спасти?
        Он вопросительно глянул в ее посветлевшие глаза.
        «А почему бы и нет? Мы так сблизились за время его болезни! И я даже стала по-другому смотреть на него, - подумала Наташа. - Но торопиться не надо».
        Она провела рукой по его вьющимся черным с проседью волосам и склонилась к губам. Женя неожиданно страстно поцеловал ее, и на мгновение в ней вспыхнуло желание. Но чем дольше длился их поцелуй, тем желание почему-то становилось все слабее и слабее. Под конец Наташа уже вообще ничего не чувствовала, как будто целовалась со статуей. Она отстранилась и беспомощно улыбнулась. Он смотрел на нее умоляюще и явно волнуясь. Ей стало не по себе, и она быстро проговорила:
        - Конечно, попробовать стоит! Но торопиться не будем.
        Наташа встала. Женя молча наблюдал за ней.
        - Знаешь, я сегодня не могу остаться, у меня кое-какие неотложные дела в университете, - неожиданно заявила она. - Если я уеду, ты не обидишься?
        - Поезжай, я все понимаю, - после паузы ответил Женя и закрыл глаза.
        Наташа наклонилась к нему и поцеловала в губы, едва коснувшись.
        - Я позвоню вечером, а тебе сейчас лучше поспать, - сказала она и вышла, осторожно прикрыв за собой дверь.
        На лестнице, сама не зная зачем, она вытерла губы тыльной стороной руки и только потом спустилась вниз. Оксана Васильевна спала у работающего телевизора, и Наташа, не став ее будить, тихо покинула дом.
        Глава третья

        Через неделю Наташа была в Москве и обнимала удивленную и обрадованную мать. Рассказав ей последние новости и немного передохнув с дороги, она разложила свои вещи, затем отправилась по магазинам закупить продукты. Но мысли ее были заняты другим, она вздрагивала при каждом телефонном звонке и никак не могла ни на что решиться. Одно она знала точно: ей до безумия хотелось увидеть Сергея и разобраться в том, что с ней происходит. Бросить едва начавшего выздоравливать мужа и улететь в Москву, придумав, что ее мать неожиданно почувствовала себя плохо, матери сказать, что хочет догулять отпуск именно в Москве и что Женя только рад этому - такое поведение было настолько несвойственно Наташе, что она злилась на себя и была постоянно взвинчена.
        Прошло два дня после ее приезда, а Наташа так и не могла ни на что решиться. Проснувшись утром на третий день, она подумала: «А почему бы мне не навестить Лену?»
        Она легко спрыгнула с кровати, приняла душ, завернулась в полотенце и выглянула в окно. День обещал быть очень жарким. Позавтракав, Наташа сказала маме, что решила прогуляться. Она надела легкие брюки фисташкового цвета и зеленовато-золотистый топ. Выйдя из подъезда, первым делом достала телефон и набрала номер Лены. Та ответила не сразу и ее голос был явно заспанным. Но как только она узнала подругу, то сразу восторженно закричала:
        - Пташка! Ты как снег на голову! Вот молодец, что позвонила! Когда приехала-то?
        - Пару дней, - ответила Наташа.
        - А ты сейчас где? Слышу, что на улице, - заметила Лена.
        - Вышла подышать свежим воздухом.
        - Ага, ага, - пробормотала Лена. - Ты это, давай ко мне! Хорошо? Поболтаем обо всем!
        - Хорошо, сейчас приеду, - охотно согласилась Наташа.
        По пути она купила торт «Птичье молоко», который сама очень любила.
        Лена открыла дверь и сразу потащила гостью на кухню.
        - Вот молодец, что тортик купила! А я как раз раздумывала, что подать к чаю! Дома даже печенья нет. Сейчас чайник поставлю. Да ты садись, рассказывай. Как муж?
        Ее голубые глаза с любопытством изучали Наташу. Та опустилась на табуретку и скупо рассказала о Жене и его выздоровлении.
        - Ну, слава Богу, что все обошлось! А то мы тут не знали, что и думать, - тараторила Лена, порхая по кухне.
        Почти мгновенно на столе появились коричневые керамические чашки, был заварен жасминовый чай и по центру стола водружена коробка с тортом.
        - Я не буду выкладывать на блюдо. Ты не возражаешь? - спросила Лена. - Из коробки, знаешь, как-то вкуснее. И, я бы сказала, демократичнее, - она хихикнула, - потому что каждый отрезает себе, сколько захочет.
        - Согласна, - рассеянно откликнулась Наташа и налила себе чай.
        Она вдруг притихла и задумалась. А Лена ухитрялась одновременно пить чай, есть торт и говорить без умолку.
        - Знаешь, Пташка, - рассказывала она, - извини, что мы командировали Сергея к Екатерине Михайловне. У нее был такой убитый голос по телефону. Она все твердила про несчастный случай. А я никак не могла к ней поехать, потому что Борька в командировку улетал, и мне собирать его надо было, провожать, сама понимаешь! А мама твоя была ужасно расстроена, почему-то до тебя не могла дозвониться и все говорила, что муж твой уже, видимо, ну того… - Лена перевела дух, глотнула чай и продолжила: - Вот мы и упросили Сергея съездить к твоей маме, все равно он сейчас в отпуске и в этом году почему-то торчит в Москве.
        «Вот даже как, - неприязненно подумала Наташа, - его еще и упрашивали! А чего я, собственно говоря, хочу? Что я себе вообразила? Что он по своей воле поехал к моей маме, что выказывал внимание, окружал заботой незнакомую женщину? Да с чего это я взяла? Все, пора с облаков спускаться на землю и четко понять, что все я себе напридумывала. С меня хватит! Пора поумнеть!»
        Она порывисто встала и обворожительно улыбнулась Лене.
        - Ты знаешь, я совсем забыла… Ведь у меня через полчаса важная встреча. Извини, дорогая, побегу, - заявила она и поцеловала Лену в щеку. - Рада была повидаться.
        Лена, замолчав на полуслове, растерянно смотрела на нее, не зная что и думать. Наташа уже вышла в коридор.
        - Пташка! Подожди! - воскликнула Лена и поспешила за ней. - Случилось что? - недоуменно спросила она.
        Но Наташа молча покачала головой и вышла из квартиры. Закрыв за ней дверь, Лена вернулась на кухню и стала неторопливо доедать кусок торта.
        «Странная все-таки она какая-то, - думала Лена. - И чего приходила? Сергею что ли звякнуть и рассказать, что Пташка вернулась?»
        Прошло еще несколько дней, и Наташа начала успокаиваться. Сергея она так и не видела, и он никак не давал о себе знать. Зато ежедневно звонил Женя. Они наскоро перебрасывались новостями, болтали о всяких пустяках, но в его голосе чувствовалось постоянное напряжение. До своего отъезда Наташа пыталась сблизиться с ним. Женя был еще не совсем здоров, и о полноценном сексе даже речи не возникало. Но они несколько ночей провели вместе. Он был необычайно нежен, обнимал ее, целовал, пытался ласкать. Но от его прикосновений внутри нее все сжималось, и привычный приступ отвращения доводил чуть ли не до слез. Наташа убедилась окончательно, что ничем хорошим их брак не закончится. И для себя решила, что развод неизбежен. Но не хотела это обсуждать по телефону и откладывала разговор до своего возвращения.
        В Москве у нее появились кое-какие приятные дела. На днях должна была выйти книга одного ее американского коллеги-орнитолога о редких и исчезающих птицах Австралии. Наташу при подготовке проекта попросили дополнить одну из глав материалом, собранным в экспедиции по этому материку. Она с радостью согласилась. Издание должно было получиться отличное, богато иллюстрированное цветными фотографиями. Среди соавторов стояла и ее фамилия. И узнав, что Наташа в Москве, ее пригласили на презентацию.
        Ее отпуск проходил размеренно и спокойно. Она продолжала гулять по городу, но вечера старалась проводить с матерью. И все бы хорошо, но мысли о Сергее не давали покоя. На улицах машинально среди прохожих она искала его лицо, по ночам он ей часто снился, но первой разыскивать его не позволяла гордость. Лена периодически звонила ей, но о нем не упомянула ни разу, а Наташа не спрашивала. Она стала часто грустить и задумываться, особенно по вечерам. Екатерина Михайловна видела, что настроение дочери оставляет желать лучшего, но думала, что это связано с недавним происшествием в Киеве.
        В день презентации книги у друга директора издательства был день рождения. И он устроил для узкого круга банкет в одном из залов ресторана «Прага». Наташа была тоже приглашена. Один из ведущих редакторов издательства, его звали Константин, молодой человек с рыжеватыми волосами и яркими голубыми глазами, не отходил от Наташи на презентации и предложил заехать за ней вечером и отвезти на банкет. Она равнодушно кивнула. Дома Наташа не особо мучилась выбором наряда, так как привезла с собой только одно платье, подходящее для данного случая. Она открыла шкаф и сняла с вешалки сильно декольтированное длинное платье, сплошь затканное золотой нитью. Надев его, Наташа подошла к трюмо в маминой спальне. Платье великолепно сидело на ней, облегая фигуру и спускаясь до пола переливающимися складками. Оно было словно соткано из солнечного света и выгодно оттеняло необычный цвет глаз девушки. Она забрала волосы в высокую прическу, спустив одну прядь вдоль щеки. Наташа подкрасила черной тушью ресницы, отчего они стали настолько длинными, что почти касались кончиками бровей. На верхние веки нанесла совсем немного
бледно-золотых теней, и глаза ее стали казаться еще ярче. Наложив на скулы едва заметные румяна и слегка припудрив лицо, Наташа задумчиво посмотрела в зеркало на свои розовые пухлые губы.
        «Красить или не красить? - подумала она. - И чем не гамлетовский вопрос?»
        Наташа усмехнулась и убрала помаду в косметичку. Затем надела на запястье изящный браслет, в виде сплетения золотых листиков.
        «Туфель нет подходящих! - спохватилась она. - Ничего, сойдут и черные лодочки на шпильке».
        Наташа оглядела себя еще раз и отошла от трюмо, довольная результатом.
        «Ну, мужики, держитесь!» - злорадно подумала она и улыбнулась.
        Тут в комнату заглянула Екатерина Михайловна и всплеснула руками:
        - Дочка, какая же ты у меня красавица! - Она вздохнула, а потом сказала: - Только поздно не возвращайся. И лучше позвони, а то я буду волноваться. И смотри там! - Она погрозила Наташе пальцем: - Веди себя достойно, а то эти мужчины…
        - Мамочка, все будет в порядке! Я ведь у тебя уже взрослая девочка. И мне пора! Только что звонили, меня ждут!
        Наташа на мгновение прижалась губами к маминой щеке, потом быстро вышла из квартиры, приподнимая подол платья.
        Когда она спустилась во двор, то увидела, что Костя стоит у машины. Наташа с удовольствием отметила, как при ее появлении рот молодого человека медленно приоткрывается, а глаза округляются. Костя суетливо помог ей сесть в машину, придерживая дрожащими вспотевшими пальцами за локоть, потом устремился на свое место.
        - Вы словно райская птица…, - начал он, заводя мотор.
        - Поехали! - кратко бросила Наташа, не глядя на него и закусив губу от еле сдерживаемого смеха.
        В ресторане все уже были в сборе. Костя усадил Наташу за столик на четверых. Напротив устроилась какая-то незнакомая ей пара. Их представили. Это оказались фотохудожник со своей подругой. Девушка с внешностью модели и чрезмерно яркой косметикой окинула Наташу хмурым взглядом, но улыбнулась ей, хотя и несколько натянуто. Уголки ее большого капризного рта недовольно скривились. Зато художник просто пожирал Наташу глазами, в которых читалось откровенное восхищение.
        - Вы просто богиня, - прошептал он и поцеловал ей кончики пальцев.
        Завязалась поверхностная, ни к чему не обязывающая беседа. Время шло незаметно. Свет в зале чуть притушили, и зазвучала медленная танцевальная мелодия. Мужчины начали приглашать дам. К Наташе устремились сразу трое, но Костя, сидевший рядом с ней, опередил всех и первый пригласил ее на танец. Они встали и прошли между столиками на свободное пространство. Многие оборачивались им вслед. Наташа была в этот вечер необычайно хороша. При этом освещении платье мягко мерцало, по ткани пробегали золотые искорки при каждом ее движении. В янтарных глазах, казалось, вспыхивают такие же искорки, и этот блеск притягивал взоры, как мужчин, так и женщин. Наташа напоминала золотую птицу, прилетевшую сюда из неизвестной сказочной страны.
        Когда танец закончился, Наташа сказала, что ей немного душно, и она хочет выйти подышать. Костя рвался ее проводить, но она отклонила его предложение. Наташа неторопливо покинула зал, по-прежнему привлекая внимание окружающих. Ее это забавляло, и улыбка не покидала ее лица. Выйдя из зала, она сделала несколько шагов по коридору, и тут кто-то резко ухватил ее за локоть. Она возмущенно обернулась и оказалась лицом к лицу с Сергеем.
        - Кто этот рыжий болван, с которым ты сейчас танцевала? - спросил он, даже не поздоровавшись.
        - А ты что, следишь за мной? - в тон ему ответила Наташа. - Тоже мне, агент «ноль-ноль-семь», гроза доверчивых женщин.
        - Еще чего! - огрызнулся он. - Я тут совершенно случайно!
        Сергей молча, не сводя с нее взгляда, обнял за талию и притянул к себе. Выражение его лица стало на миг очень нежным и каким-то беспомощным. Он наклонился и начал целовать ее. Она не смогла сдержать тихого стона, отвечая ему, потом, оторвавшись, запрокинула голову и закрыла глаза. Все окружающее пропало для нее. Она чувствовала только, как быстрые поцелуи осыпают ее шею, плечи, обнаженный верх груди.
        Возле них раздалось многозначительное покашливание, и они отпрянули друг от друга. Мимо проходил официант с подносом в руке. Он внимательно смотрел прямо перед собой, но улыбка морщила его сжатые губы.
        - Бежим! - внезапно предложил Сергей и, схватив ее за руку, увлек к выходу.
        Пока ехали, оба молчали. Довольно скоро машина остановилась возле типового высотного дома.
        - Я здесь живу, - тихо сообщил Сергей и посмотрел на Наташу.
        Лицо ее было взволнованным. Она, помедлив минуту, открыла дверцу и вышла. Сергей моментально выскочил следом, схватил ее за руку и потащил за собой. Когда они оказались в лифте, их словно бросила друг к другу непреодолимая сила. Поцелуй был настолько глубоким и длительным, что у обоих перехватило дыхание. Лифт остановился, Сергей, не выпуская руки Наташи, быстро вышел из него и открыл дверь квартиры. В темноте коридора они продолжали беспрерывно целоваться, постепенно освобождаясь от одежды, и когда дошли до спальни, оба были обнажены.
        Сергей молча толкнул ее на кровать и упал сверху. Почувствовав тяжесть его тела, она застонала и обхватила его. Ни о какой прелюдии и речи не могло быть.
        - Прости, что так все у нас…, - хрипло прошептал он в ее раскрытые губы.
        Но Наташа не дала ему договорить и начала лихорадочно целовать. Он жадно ответил. И скоро она снова погрузилась в невероятное наслаждение…
        Наташа проснулась около полудня и долго лежала, не открывая глаз. Постепенно события ночи восстановились в ее памяти, и она легко вздохнула, потянувшись всем телом и улыбнувшись. Какой-то сильный и сладкий аромат беспокоил ее. Наташа, открыв глаза, приподнялась на постели и окинула взглядом спальню. И тут же замерла в изумлении, потому что пол, столик, тумбочка, постель были густо усыпаны алыми розами. Цветы были различной формы, на длинных и коротких стеблях, в бутонах и совсем распустившиеся, очень мелкие и огромные, но все они были чистого алого цвета. Наташа тихо рассмеялась и легко спрыгнула с кровати. Стараясь не наступать на розы, она вышла из спальни и, найдя ванную, долго стояла под горячим душем. Затем завернулась в большое полотенце, которое обнаружила на вешалке, и пошла на кухню. Ее удивил идеальный порядок, царивший в этой небольшой уютной квартирке. И Наташа вдруг нахмурилась, подумав, что тут не обошлось без женских рук. Но она отогнала от себя неприятные мысли, потому что не хотела портить безоблачного настроения, в котором сейчас находилась. Никогда ей не было так хорошо. Наташа
открыла холодильник и увидела пакет апельсинового сока. Налив в стакан, присела к столу и задумалась.
        В этот момент хлопнула входная дверь, и через мгновение в кухню вошел сияющий Сергей, держа в руках большой пакет с продуктами. Он вопросительно заглянул в глаза Наташи и улыбнулся еще шире.
        - Здравствуй, милая! Как спалось? - спросил он чуть охрипшим от волнения голосом.
        И Наташа протянула ему руки. Сергей поставил пакет на пол и усадил ее к себе на колени, обняв и уткнувшись носом в шею.
        - Отлично спала, - прошептала она, поворачивая к нему лицо. - Спасибо за розы! Благодаря им, мое пробуждение впервые в жизни походило на сказку.
        Сергей, не отвечая, начал целовать ее. Потом подхватил на руки и отнес в спальню.
        Прошло три дня. Все это время они не выходили из квартиры. Наташа позвонила маме и сказала, что ей надо на пару дней уехать «по делам издательства». Потом они отключили все телефоны. Время словно остановилось для них. Они не могли оторваться друг от друга.
        - Если это не любовь, - сказали они на утро четвертого дня, - то тогда мы понятия не имеем, что такое любовь.
        И тут же решили никогда больше не расставаться. Сергей потребовал, чтобы Наташа, не медля, развелась с мужем и перебралась в Москву. Она, не раздумывая, соглашалась со всем, что он ей предлагал. Утром четвертого дня она решила съездить домой, все объяснить маме и забрать свои вещи, чтобы остаток отпуска провести вместе с Сергеем. Он довез ее до дома и остался в машине.
        Наташа легкой походкой пересекла двор и скрылась в подъезде. Сергей, пока она шла, не отрывал от нее глаз. Утро было довольно сырым и туманным. Пустой двор с покосившимися, деревянными скамейками и валявшимися кое-где пивными бутылками и прочим мусором, выглядел немного уныло. Очертания домов, деревьев, детской площадки были словно размыты в неподвижно зависающей голубовато - серой дымке тумана. И фигура Наташи в золотом платье, быстро двигающаяся в этом бледно-сером размытом мире, казалась нереальным сверкающим видением. Сергей заметил, как толстая дворничиха, лениво подметавшая тротуар, остановилась, открыв рот и провожая взглядом спешившую Наташу. Затем она перевела взгляд на Сергея, сидевшего в машине, и поджала губы.
        «Сплетня обеспечена», - подумал он и отчего-то заулыбался.
        Молодой человек потянулся, потом откинулся на спинку сидения, заложив руки за голову. Мысли его текли безмятежно. Он думал о том, что произошло, и понимал, что, наконец, судьба подарила ему женщину, о которой он мечтал всю жизнь.
        Сергей был натурой страстной и увлекающейся. С четырнадцати лет он не давал прохода девочкам. Но частые и довольно беспорядочные связи не приносили ему удовлетворения. Когда ему исполнилось девятнадцать, он встретил девушку, которую, как ему показалось, полюбил с первого взгляда. Это произошло на студенческой вечеринке. Все были уже сильно пьяны, шумели и хохотали, а она сидела немного в стороне, тихая и молчаливая, и походила скорее на эльфа, чем на земное существо. Ее хрупкая фигурка выглядела необычайно изящной и грациозной. На маленьком белом личике с тонкой, почти прозрачной кожей выделялись огромные черные глаза с мохнатыми, загнутыми вверх ресницами, губки были крохотные, но красиво изогнутые и нежно-розовые. Звали ее Эля. Сергей был моментально покорен ее необычной внешностью и бросился пылко ухаживать. Она неожиданно ответила взаимностью, и после короткого бурного романа они поженились к всеобщему изумлению. Но примерно через полгода Сергей понял, что поторопился. Эля отличалась крайне капризным и непостоянным характером. Он быстро устал от перепадов ее настроения, от бесконечных сцен,
слез, истерик и выяснения отношений. Интимная сторона их брака также оставляла желать лучшего. Эля и в этом была крайне непоследовательна. То она изнывала от страсти и изводила его непомерными нагрузками, то неделями оставалась холодной и с непонятной брезгливостью отвергала малейшие попытки заняться любовью. Скоро Сергея это начало раздражать. Он пытался говорить с ней, хотел выяснить, понять для себя ее поведение, может, что-то наладить, но Эля сразу впадала в истерику, рыдала и без конца твердила, что он ее просто не любит и никогда не любил. Они развелись, причем инициатором был Сергей. После развода он с головой окунулся в разгульную жизнь, но вскоре впал в жесточайшую депрессию. С трудом выйдя из этого состояния, он решил, что пора побыть одному и разобраться в себе. И в этот момент на вечеринке друзей встретил Наташу.
        Сергей вздохнул и открыл глаза. Он услышал, как в подъезде хлопнула дверь, повернул голову и увидел Наташу, которая уже переоделась в трикотажное домашнее платьице. Сергей выбрался из машины и устремился ей навстречу. Сердце его отчего-то сжалось. Наташа была бледна и явно расстроена.
        - Что-то случилось? - спросил он, взяв ее за руки и заглядывая в повлажневшие глаза.
        - Мама заболела. Вчера давление очень сильно подскочило. У нее гипертония. С ней всю ночь соседка сидела, она и врача вызвала, а меня разыскать не могли. И зачем я только телефон отключила?!
        Наташа всхлипнула и уткнулась головой ему в плечо. Сергей обнял ее и прижал к себе. Гладя рукой по волосам, торопливо проговорил:
        - Успокойся, родная. Все обойдется. Я сделаю все, что будет нужно. Пойдем!
        - Нет, что ты! Ни в коем случае! Маму нельзя волновать. Ведь я пока еще замужем, а про нас с тобой она ничего не знает. Сейчас не время объяснять ей что-либо. Это ее просто убьет. Ты поезжай домой, Сережа, а я тебе позвоню.
        Она подняла заплаканные глаза и посмотрела в его встревоженное лицо долгим тоскливым взглядом. Сергей наклонился, взял в ладони ее щеки и начал целовать припухшие губы. Внезапно они услышали приближающееся шарканье метлы по тротуару и разжали объятия.
        - Береги себя, - сказала Наташа и, отвернувшись, пошла к дому.
        Сергей сел в машину и замер, ощущая невероятную пустоту в душе.
        Прошла неделя. Наташа не отходила от матери. Сергей звонил ежедневно и рассказывал ей всевозможные смешные истории, пытаясь приободрить. Она была ему очень благодарна, но ее любовь немного утихла. Женя тоже звонил почти ежедневно. Наташа, наконец, отбросила все сомнения и сообщила ему, что приняла окончательное решение и требует немедленного развода. Также она сказала, что хочет как можно скорее перебраться в Москву. Женя молча выслушал ее. Потом, не возражая, ответил, что со всем согласен. Он не пытался как-то влиять на ее решение. Ее это обрадовало и удивило одновременно.
        Постепенно Екатерине Михайловне становилось все лучше. В один из дней, после очередного визита врача, ей разрешили вставать и даже порекомендовали посидеть какое-то время на свежем воздухе. Выкатив на балкон кресло, Наташа вывела туда маму и усадила ее. Было начало августа, и жара понемногу спала. Третий день дул легкий приятный ветерок, и воздух казался чистым и свежим. Балкон их квартиры на третьем этаже выходил во двор, и Екатерина Михайловна, полулежа в кресле, с довольным умиротворенным видом смотрела на зеленую листву кленов и тополей. Наташа устроилась возле ее ног на маленькой скамеечке.
        - Ах, доченька, как прекрасно! - после паузы проговорила Екатерина Михайловна. - До чего же не люблю столько времени проводить в постели. А ведь я чувствую себя на удивление хорошо. Все эти доктора - перестраховщики. Давно надо было встать. Тебя только измучила. Какой у тебя отпуск неудачный получился! То Женя, то я.
        Во дворе хлопнула дверца машины, и Наташа машинально посмотрела вниз. Не веря своим глазам, увидела Сергея, который стоял под их балконом, подняв вверх голову. В одной руке он держал букет красных роз, в другой - коробку с тортом.
        - Мама, а там Сергей, - растерянно сказала Наташа.
        - Ах да, тот милый молодой человек, - заулыбалась Екатерина Михайловна. - Проведать, наверное, приехал по поручению Леночки. Так приятно! Ты позови его, пусть поднимается.
        Наташа перегнулась через перила и махнула Сергею. Он тут же скрылся в подъезде. Через пять минут стоял в коридоре и, задыхаясь, целовал Наташу.
        - Извини, без приглашения. Не выдержал, - шептал он между поцелуями.
        - Наташенька, где наш гость? - услышали они и попытались успокоиться.
        Наташа отвела Сергея к маме и оставила их вдвоем. Сама же отправилась на кухню заваривать чай. Когда она вернулась на балкон, то увидела, что мать весело смеется над какой-то историей, рассказанной Сергеем. Пить чай Екатерина Михайловна не захотела и сказала, что с удовольствием посидит на балконе в одиночестве. Наташа вопросительно глянула на Сергея, и он, улыбнувшись, ушел в комнату.
        - Мама, не оставим же мы тебя тут одну, - начала Наташа.
        Но Екатерина Михайловна тут же остановила ее и попросила занять гостя, напоить его чаем, пока она подремлет на свежем воздухе. Наташа нехотя покинула ее и пошла в гостиную. Но Сергея там не было. Она немного удивилась и, выйдя в коридор, тихо позвала его. Услышав его голос в своей спальне, Наташа отправилась туда и, войдя, зачем-то плотно притворила за собой дверь.
        Сергей сидел на ее кровати, немного ссутулившись. Наташа села рядом, прислонившись головой к его плечу.
        - Как мама? Что врачи говорят? - тихо спросил он и нежно провел пальцами по щеке Наташи.
        Она, повернув голову, коснулась губами его ладони.
        - Все в порядке. Мама практически поправилась. Еще немного и она совсем будет здорова, но волновать ее ни в коем случае нельзя. Ты понимаешь? - тихо произнесла она.
        - Понимаю. Но как же я соскучился по тебе! - шепнул он ей на ухо и зарылся носом в ее распущенные пушистые волосы.
        - И я, - прошептала она и повернула к нему лицо.
        Он начал целовать ее, и Наташа почувствовала, как у нее кружится голова. Она оторвалась и сказала, поправляя волосы:
        - Может, пойдем, чаю выпьем?
        Она посмотрела в лицо Сергея. В его глазах читалось еле сдерживаемое желание, и Наташа поспешно встала. Но он обнял ее за бедра и притянул к себе, целуя сквозь ткань платья живот. Наташа, запрокинув голову, запустила пальцы в его густые волосы и стала торопливо и немного нервно гладить их. Но скоро взяла себя в руки и отстранилась.
        - Сережа, любимый…, - еле слышно произнесла она и, сделав в нерешительности шаг назад, остановилась, не сводя с него глаз.
        Затем резко отвернулась и вышла из спальни.
        Потом они пили чай, ели торт и болтали ни о чем, сидя за маленьким столиком напротив друг друга. Колени их часто и словно случайно соприкасались, пальцы встречались, глаза сияли.
        - Как же хорошо с тобой! - сказали они почти одновременно и дружно рассмеялись.
        Сергей пробыл в гостях до вечера. Он помог уложить Екатерину Михайловну в постель, долго сидел возле нее, отвечая на самые разные вопросы и рассказывая забавные случаи из жизни. Когда он собрался уходить, Наташа, провожая его до двери, почувствовала непреодолимую щемящую грусть. Она молча смотрела, как он обувается, как бренчит ключами от машины, как быстрым жестом приглаживает волосы, и ей все больше и больше хотелось остановить его, оставить у себя, не отпускать. Но благоразумие взяло верх, и она продолжала молчать. Потом они начали целоваться и потеряли счет времени. Когда, наконец, оторвались друг от друга, Сергей протянул Наташе брелок с ключом и сказал:
        - По правде говоря, у меня сегодня был последний день отпуска. Завтра - на работу. Я тут подумал, не мешало бы тебе иметь ключ от моей квартиры. Как только увидишь, что мама окончательно поправилась, сразу мчись ко мне в любое время суток. А то я с ума без тебя схожу. Хорошо?
        И он вопросительно заглянул ей в глаза. Наташа взяла протянутый ей ключ и кивнула, не отрывая взгляда от его лица. Сергей замер на мгновение, потом резко отвернулся и стремительно вышел за дверь. Наташа кинулась на балкон и стояла там до тех пор, пока его машина не выехала со двора.
        Прошла еще неделя, и Екатерина Михайловна окончательно поправилась. Она часто расспрашивала о Сергее, и Наташа неожиданно для себя поняла, что факты его биографии ей абсолютно неизвестны. Несколько раз заезжала Лена и оставалась на пару часов, но Наташа о любимом с ней почему-то не могла заговорить. А Лена, в свою очередь, считая, что Наташа его терпеть не может, вообще о нем не упоминала. Сергей звонил ежедневно, как правило, поздно вечером, когда приезжал с работы.
        Жизнь вошла в обычную колею. Екатерина Михайловна чувствовала себя превосходно и обходилась без посторонней помощи. Наташа стала часто говорить, что боится оставлять ее надолго одну, и что лучше бы ей переехать жить в Москву. Екатерина Михайловна со всем соглашалась, но твердила, что негоже жене жить отдельно от мужа, и поэтому Женя, без сомнения, будет возражать. Наташа обещала все уладить. Она немного успокоилась, видя, что мать чувствует себя отлично. Но тоска по Сергею становилась невыносимой, и Наташа решила съездить к нему в субботу с утра пораньше. Маму она предупредила с вечера, что хочет поехать на Даниловский рынок за свежим деревенским творогом и сметаной.
        - Ты если проснешься рано, мамочка, а меня еще не будет, - сказала она, - то не волнуйся. Мало ли, вдруг я задержусь на рынке. Ты пока попьешь молока или чаю. А я приеду и сделаю твои любимые сырники.
        - Господи, - заулыбалась Екатерина Михайловна, - ну что ты со мной, как с маленькой? Ты особо не спеши! Тебе давно пора проветриться!
        Наташа проснулась в пять утра и услышала, что на улице идет дождь. Ей даже показалось, что она слышит раскаты грома. Она посмотрела на круглый циферблат часов, висевших напротив ее постели, и подумала, что еще можно поспать пару часов. Но поворочавшись с боку на бок минут пятнадцать, поняла, что уже не уснет и, изнывая от нетерпения, решила, что поедет к Сергею немедля.
        - Это ничего, - пробормотала она, легко соскакивая с постели, - это даже отлично, что так рано. Сюрприз для него! И хорошо, что я вчера не стала говорить ему, что, возможно, смогу приехать. А то всю ночь бы не спал! Разбужу его поцелуем. Тихонько открою дверь, зайду в спальню, разденусь, заберусь к нему под одеяло и прижмусь… Боже, как я безумно соскучилась! Умру, кажется, если сейчас же не увижу его, не почувствую его объятия!
        Наташа тихо засмеялась.
        «А я заметно поглупела», - подумала она.
        Наташа тщательно умылась, затем забралась под горячие струи душа и долго стояла, с удовольствием ощущая стремительное движение воды по телу. Затем она вытерлась и вернулась в спальню.
        «Что бы надеть? - размышляла она, натягивая черные кружевные трусики. - Я должна быть невероятно обольстительной. - И она застегнула черный прозрачный и очень открытый бюстгальтер. - На улице сыро, - подумала Наташа, выбрав строгие черные брюки, - но не холодно!»
        И она надела золотисто-желтую с причудливыми черными завитушками шелковую блузку, расстегнув пуговицы так низко, как только позволяли приличия.
        «Никаких украшений и тем более косметики», - решила Наташа, расчесывая распущенные волосы.
        Нанеся капельку духов с терпким сладким ароматом, она, еще раз посмотрев на себя в зеркало, взяла яблоко и вышла из квартиры, осторожно закрыв за собой дверь.
        Наташа решила ехать на такси. Ей повезло, и она буквально через пять минут поймала машину на перекрестке.
        - Быстрее, пожалуйста! - задыхаясь, проговорила она, садясь в машину и называя адрес.
        - Опаздываете? - спросил водитель и окинул ее оценивающим взглядом.
        - Очень вас прошу, быстрее! - умоляюще повторила Наташа и обворожительно улыбнулась ему, сияя глазами.
        Он кашлянул, ответил, что в такую рань, да еще в субботу пробок не должно быть. И машина помчалась по влажному, тускло блестевшему асфальту. Наташа сидела всю дорогу молча. Губы ее улыбались. На коленях лежало большое красное яблоко, которое она иногда машинально трогала пальцами. Водитель периодически искоса поглядывал на нее и неприметно вздыхал. Высаживая ее возле нужного дома, пробормотал:
        - Повезло же кому-то.
        Поднимаясь в лифте, Наташа торопливо достала из сумочки брелок с ключами. Подойдя к квартире Сергея, она остановилась, пытаясь перевести дыхание. Грудь ее вздымалась, руки дрожали.
        - Главное, не шуметь, - прошептала она, - и не разбудить раньше времени. Хочется, чтобы он открыл глаза от моего поцелуя.
        И Наташа осторожно повернула ключ в замке. Дверь легко и бесшумно раскрылась, и девушка проскользнула внутрь. В коридоре было темно и тихо.
        «Спит мое солнышко», - подумала она, улыбаясь, и подкралась к двери спальни.
        Чуть приоткрыв ее, заглянула в узкую щель и оцепенела.
        Сергея в спальне не было, но на разобранной, смятой постели сидела, потягиваясь, очень молоденькая девушка с распущенными и спутанными светлыми волосами, обрамляющими ее заспанное личико. На ней была короткая шелковая ночная сорочка голубого цвета. Одна из узких бретелек сползла с плеча. Девушка лениво поправила ее, потянулась и зевнула. Кровь бросилась Наташе в голову. И тут она услышала, как где-то в конце коридора открылась дверь. Раздался голос Сергея, приглушенный шумом льющейся воды:
        - Послушай, вредина, куда ты задевала мое большое полотенце?
        Наташа отпрянула от двери и стремительно, но бесшумно покинула квартиру. Она влетела в лифт, и крупная дрожь начала сотрясать все ее тело. Закусив до крови губы, она пыталась не разрыдаться, но слезы безостановочно текли по щекам.
        - Этого не может быть! Это неправда! - без конца повторяла она.
        Но потягивающаяся фигурка девушки, сидящей на постели Сергея, неотступно стояла перед глазами.
        Наташа вылетела из подъезда и пошла по улице, сама не зная куда и ничего не видя перед собой. Дождь к этому времени усилился. Наташа мгновенно промокла, волосы ее падали на лицо мокрыми тяжелыми прядями, блузка облепила тело, но она ничего не замечала. Она шла, не разбирая дороги, и плакала навзрыд. Вдруг возле нее затормозила машина.
        - Эй, девушка, подвезти? - услышала Наташа мужской голос и, не раздумывая, села в машину.
        Ее била дрожь, и она никак не могла успокоиться. Тут она заметила, что с ее одежды стекают струи воды, и глянула на водителя.
        - Извините, - глухо сказала Наташа, опуская глаза.
        Водитель, молодой парень с веселыми карими глазами и озорной улыбкой, не сводил с нее взгляда и улыбался все шире.
        - Вы похожи на мокрую курицу, - беззлобно заметил он. - Так куда вам?
        Наташа назвала адрес, и они поехали. Парень оказался крайне словоохотливым и всю дорогу болтал на самые разные темы, не смущаясь тем, что его спутница молчит. Внезапно он затормозил и вышел из машины. Наташа не обратила на это внимания, продолжая сидеть неподвижно. Он почти сразу вернулся и протянул ей открытую бутылку минеральной воды.
        - Выпейте, легче будет, - участливо сказал водитель.
        И Наташа, выйдя из транса, посмотрела на него с недоумением.
        - Что? - спросила она.
        - Выпейте! И что случилось-то? - спросил он и ободряюще улыбнулся.
        Наташа, неожиданно для себя, все рассказала, потом стала жадно пить воду.
        - Вот скотина! - возмутился он. - Но все это к лучшему! Хорошо, что сейчас все открылось. А то бы вышли замуж и что тогда? Представляете? - спросил он и тронул машину с места.
        Дома было тихо. Екатерина Михайловна, которая принимала сейчас седативные препараты, спала крепко и обычно просыпалась поздно. Наташа пробралась в ванную и, скинув с себя мокрую одежду, встала под горячие струи воды. Постепенно она пришла в себя. Потом какое-то время сидела на краю ванной, завернувшись в полотенце и глядя в стену.
        Раздался телефонный звонок, и Наташа, быстро скользнув в спальню, схватила трубку.
        - Алло, - услышала она веселый голос Сергея. - Я тебя разбудил? Звоню так рано, чтобы сообщить, что возникли срочные неотложные дела. Наташенька, я сейчас уезжаю, но уже завтра к вечеру вернусь. Не волнуйся. Хорошо?
        Наташа молчала, сжав губы.
        - Эй! - услышала она после паузы. - Да ты спишь на ходу? Ложись, может, еще успеешь досмотреть свой сон. А я убегаю. Целую и люблю.
        И он положил трубку. Наташа в оцепенении слушала короткие гудки, потом с размаху бросила трубку. Взгляд ее посветлел, слезы высохли.
        - Сволочь! - сказала она вслух. - Лживая сволочь! - Она опустила голову и прошептала: - Но как я смогу жить без него?
        Слезы снова хлынули, но она, вспомнив о матери, взяла себя в руки.
        «Нельзя распускаться! - приказала она себе. - Надо принять безмятежный вид. Маму нельзя волновать! К тому же скоро отпуск закончится и начнутся занятия в университете, все равно придется уехать».
        Наташа вытерла глаза, надела платье и пошла на кухню.
        - Дочка, - послышался голос из комнаты, и Наташа поспешила туда.
        Екатерина Михайловна уже проснулась и встала.
        - Мне кажется, я слышала телефонный звонок, - сказала она и вопросительно посмотрела на дочь. - Ты уже душ приняла. На рынок поедешь? - поинтересовалась она.
        - Вряд ли сегодня получится! Дождь на улице, - ответила Наташа и опустила глаза.
        - А звонил кто?
        - Номером ошиблись.
        На следующий день погода улучшилась, дождь прекратился. Наташа решила уйти из дома на весь день, так как чувствовала, что долго не выдержит. Она никак не могла справиться с отчаянием, и ей все труднее удавалось принимать безмятежный вид. Недолго думая, Наташа позвонила Косте и спросила о его планах на день. Вначале он, видимо, потерял дар речи, но быстро пришел в себя. Ясно, что дела у него были, но он без раздумий ответил, что совершенно свободен и в полном распоряжении Наташи.
        - Мне бы хотелось отвлечься, отдохнуть, - сказала она. - Видите ли, моя мама была больна, и я безвылазно сидела дома.
        - Да, да, - пробормотал Костя севшим от волнения голосом, и вдруг после паузы предложил: - А давайте, поедем в лес за грибами? Я знаю чудные места по Ярославке. Грибов там видимо-невидимо.
        Наташа без колебаний согласилась. Ее приятно удивило такое предложение. Она, по правде говоря, опасалась, что ее банально пригласят в кафе или еще куда-нибудь в этом роде.
        - Во сколько за вами заехать? - спросил он.
        - Чем скорее, тем лучше, - ответила Наташа.
        И положив трубку, сразу начала собираться. Надела джинсы, футболку, легкие кроссвоки, туго завязала волосы косынкой.
        - Надеюсь, сегодня он не будет называть меня райской птицей, - невесело произнесла она и усмехнулась.
        Налив в термос чай и завернув пару бутербродов, Наташа заглянула к маме и сообщила ей, что собралась за грибами.
        - Куда? За какими грибами? - удивилась Екатерина Михайловна. - И с кем это?
        - С одним знакомым из издательства. Не волнуйся, к вечеру вернусь.
        И чмокнув ее в щеку, Наташа покинула квартиру. Перейдя двор, она остановилась у проезжей части улицы и стала ждать. Минут через пятнадцать возле нее затормозила машина.
        - Садитесь, - услышала она.
        Дверца распахнулась, и Костя кивнул ей, улыбаясь. Наташа забралась на переднее сидение, и они поехали.
        - А я думал, ждать еще придется. Женщины обычно долго собираются, - сказал он, улыбаясь во весь рот и окидывая спутницу быстрым взглядом. - Не забыли еще, как меня зовут? Константин.
        - Не забыла, - ответила она. - Смотрите лучше на дорогу.
        - Как хорошо-то, что вы мне позвонили! - радостно заметил он.
        Какое-то время они ехали молча. Константин следил за дорогой, но периодически поглядывал на Наташу. Она сидела неподвижно и смотрела прямо перед собой с довольно замкнутым видом. Минут через двадцать ему надоело молчание и он начал рассказывать различные истории из издательской жизни, смешные и не очень. Вначале Наташа из вежливости слушала, что он говорит, но потом ей стало действительно интересно. Костя обладал необычайно тонким чувством юмора, иногда, правда, переходившим в сарказм. Но ей понравилось то, что он подтрунивал не только над знакомыми, но и над собой, и не боялся предстать в невыгодном свете. Наташа так увлеклась разговором с ним, что не заметила, как они выехали из города, потом свернули с шоссе и очутились в светлом веселом березняке. Когда она вышла из машины, услышала пересвист птиц, увидела белые стволы берез с кудрявой зеленью листвы, то на душе у нее впервые за последние сутки стало легче, и еле заметная улыбка тронула губы. Костя тем временем достал из багажника две корзины и два ножа и сказал Наташе:
        - От меня далеко не отходите, а то заблудитесь. Бледную поганку от сыроежки отличить сумеете?
        - Не волнуйтесь, грибы я знаю. С детства люблю собирать.
        - Вот и славно, - обрадовался Костя. - Тогда начнем с этой опушки.
        Он пошел вперед, забирая немного влево и внимательно глядя под ноги. Наташа двинулась за ним, но чуть правее. Через десяток шагов она наткнулась на два маленьких и совершенно одинаковых подберезовика с коричневыми бархатными шляпками. Она радостно вскрикнула и, присев на корточки, срезала их крепкие ножки у самой земли. Затем поднесла к лицу и с наслаждением вдохнула пряный, ни с чем несравнимый запах. Костя обернулся к ней, и она показала ему грибы, довольно улыбаясь. Он улыбнулся в ответ, показал поднятый вверх большой палец и устремился вперед.
        Часа через три они вернулись к машине. Корзины были заполнены доверху. Наташа совсем не чувствовала усталости, но сильно проголодалась. Они забрались в машину и достали съестные припасы. Тут Костя заметил, что тонкие кожаные кроссовки Наташи промокли, так как в лесу после вчерашнего дождя было довольно сыро.
        - Снимайте скорее, а то простудитесь! - обеспокоено сказал он. - Сейчас посмотрю, что у меня есть.
        Покопавшись в багажнике, он принес большие шерстяные носки. Она, посмеиваясь, взяла их и, немного смущаясь, быстро переоделась.
        - Вот и отлично! - довольно сказал Костя. - А сейчас пора перекусить, а то у меня живот от голода подвело.
        Поев, они откинулись на спинки кресел и стали непринужденно болтать, как будто были давно знакомы. Наташа с удовольствием посматривала на Костю. Ей все больше нравилось сочетание его рыжеватых волос и пронзительно-синих глаз. К тому же он любил улыбаться и при этом очень смешно морщил нос.
        «Приятное лицо», - подумала Наташа и закрыла глаза, заложив руки за голову.
        Костя замолчал как раз на середине рассказа о секретарше директора и ее многочисленных поклонниках. Внезапно Наташа почувствовала его дыхание и открыла глаза. Близко она увидела прозрачную синь его глаз и приоткрытые влажные губы. Но ей было настолько все безразлично, что она даже не шелохнулась. Лишь опустила ресницы. Она почувствовала, как горячие губы легко коснулись ее губ и замерли, словно выжидая. Потом обхватили ее губы жадным нетерпеливым поцелуем. Но Наташа будто окаменела. С изумлением она поняла, что вообще ничего не ощущает: ни желания, ни возмущения. Внутри нее была пустота.
        Костя понял, что происходит что-то не то и, оторвавшись, посмотрел с недоумением и легкой обидой. Ее ясные глаза были спокойными, выражение лица холодным и невозмутимым. Костя откинулся в кресле и, немного помолчав, завел мотор.
        - Ну что, домой? - сухо спросил он.
        - Да пора бы! - после паузы ответила Наташа и, положив ему руку на плечо, вдруг улыбнулась. - Ты хороший парень, Костик. Но мне, знаешь, отчего-то не хочется заниматься всеми этими глупостями. Извини, если ввела тебя в заблуждение.
        - Да, что ты! Извиняться не за что. Это мне надо просить у тебя прощения! - торопливо проговорил он и улыбнулся немного виновато. - Действительно, поехать с девушкой в лес, это ведь не обязательно заниматься… всякими глупостями! Экая я скотина все-таки!
        - Но некоторые считают, что в лес ездят именно за этим, - грустно ответила Наташа и отвернулась в окно.
        Костя подвез ее к самому подъезду и вручил корзину с грибами. Наташа поцеловала его в щеку и сказала:
        - Спасибо за чудесный день! Мне на самом деле было очень хорошо. До свидания!
        Он молча улыбнулся и сел в машину.
        Поднявшись в квартиру, Наташа отнесла корзину на кухню и начала раздеваться. Мама ходила за ней по пятам и расспрашивала о поездке, без конца удивляясь количеству грибов.
        - Ну что мы будем делать с ними, Наташенька? - волновалась она. - Их так много!
        - Часть высушим. Будешь зимой грибной супчик варить, а часть сегодня пожарим. Можно еще и заморозить. Сейчас я передохну и начну обрабатывать все это богатство.
        Через какое-то время они сидели на кухне, вооружившись ножами, и чистили грибы.
        - Такое добро! - быстро говорила Екатерина Михайловна, обирая пальцами лесной сор с крупного белого гриба. - Надо все их в дело пустить. Не дай Бог, пропадут. Они быстро портятся. Где Сергей-то? - неожиданно спросила она. - Помнишь? Такой приятный молодой человек! Может, ему часть предложить?
        - Чего это ты его вспомнила? - недобро усмехнулась Наташа.
        - Ну, как же, дочка! Он был так внимателен. Хочется его грибочками побаловать.
        - Да с какой стати, мама? - возмутилась Наташа. - Ты лучше часть грибов соседке тете Стеше отнеси.
        - А ведь ты права! - обрадовалась Екатерина Михайловна. - Вот она обрадуется! Давай сложим в пакет вот эту кучку, и я немедленно отнесу. Как я сразу-то не подумала!
        Наташа наложила полный пакет еще нечищеных грибов.
        - Дочка, я скоро! - улыбнулась Екатерина Михайловна, беря пакет и выходя из кухни.
        - Можешь не спешить. Посиди, поболтай. Я и одна здесь управлюсь, - сказала Наташа и опрокинула грибы в мойку.
        Екатерина Михайловна ушла, и буквально через пять минут раздался звонок в дверь.
        - Вот это скорость! - рассмеялась Наташа и пошла в коридор, на ходу вытирая полотенцем руки.
        Она распахнула входную дверь со словами: «Ну, мама, ты быстро…» и замерла, так как на пороге стоял Сергей. В одной руке у него алели розы.
        - Здравствуй, родная! - задыхаясь, проговорил он и, шагнув к ней, захлопнул за собой дверь.
        Наташа отпрянула назад, ее лицо окаменело, зрачки расширились.
        - Вот я и вернулся! - сказал Сергей и сгреб ее в охапку. - Как же я соскучился, любимая!
        Но Наташа резко высвободилась и зло посмотрела на него. Ее губы дрожали.
        - Пошел вон! - глухо произнесла она. - Уходи и никогда не возвращайся!
        Она прислонилась к стене, скрестив руки на груди и закрыв глаза. В наступившей тишине слышала только биение своего сердца.
        «Я выдержу, - думала Наташа, - выдержу».
        Вдруг какой-то стук вывел ее из оцепенения. Она открыла глаза и увидела на полу рассыпавшиеся розы. Алые бутоны горели среди зеленых листьев, словно маленькие яркие костры. Она подняла взгляд на Сергея. Он стоял неподвижно, закрыв лицо руками. Потом стремительно шагнул к ней и, упершись ладонями в стену, наклонился, пристально глядя в ее ледяные глаза.
        - Ну почему? - мягко спросил он. - Просто скажи: почему?
        - Сам знаешь! - гневно бросила Наташа. - Отойди от меня! Все кончено!
        Он наклонился еще ниже и припал губами к ее сжатым губам. Против воли она ответила на его поцелуй, но тут же резко высвободилась и, оттолкнув Сергея, отошла к двери и настежь распахнула ее.
        - Убирайся вон! Иначе я закричу.
        - Боже, какая мелодрама, - пробормотал Сергей и стремительно шагнул из квартиры.
        Потом остановился и посмотрел ей прямо в глаза.
        - Я думал, что встретил настоящую и единственную любовь, а оказалось, что ты просто вздорная бабенка, которой нужна всего лишь…, - зло проговорил он, добавив матерное слово.
        - Во-о-н! - закричала Наташа и с силой захлопнула дверь.
        Какое-то время она стояла в коридоре, прижав пылающий лоб к прохладным обоям. Слезы медленно текли по щекам, кровь стучала в висках, сознание мутилось.
        - За что? - в отчаянии спрашивала она. - За что?! Я так люблю его! Все еще люблю. Зачем он так со мной?
        Она разрыдалась и бросилась в ванную. Открыв кран с холодной водой, стала лихорадочно умываться.
        «Сейчас мама вернется, - мелькнуло у нее в голове. - Я должна успокоиться любой ценой!»
        Она пошла в коридор, подобрала розы с пола и, не раздумывая, сбросила их с балкона.
        Затем вернулась на кухню и продолжила мыть грибы. Екатерина Михайловна задерживалась, и Наташа окончательно пришла в себя. Она начала жарить грибы, потом чистить картошку и лук. Тут вернулась Екатерина Михайловна, очень оживленная и довольная, и стала делиться последними дворовыми сплетнями, рассказанными ей соседкой. Поужинав, они уселись смотреть телевизор. Наташа была молчаливой и притихшей, но Екатерина Михайловна решила, что дочь устала от поездки и надоедать ей расспросами не стала.
        Ночью Наташа без конца просыпалась, начинала плакать, потом лежала без сна, одолеваемая самыми мрачными мыслями, затем вновь проваливалась в тяжелое забытье и снова просыпалась. Уже под утро, совершенно измученная, она, наконец, крепко уснула, и тут ее разбудил звонок. Наташа, не открывая опухших глаз, взяла мобильный с тумбочки и осипшим голосом пробормотала:
        - Слушаю.
        Раздался взволнованный голос Сергея:
        - Наташа, только не бросай трубку! Выслушай меня. Я так не могу! Мы ведем себя словно дети. Я всю ночь не спал! Приезжай ко мне, и мы спокойно во всем разберемся. Хорошо? Я бы сам к тебе примчался немедленно, но не хочется тревожить твою маму. Ну, так как?
        - Приеду, - после недолгого мучительного раздумья согласилась она и положила трубку.
        Наташа сразу встала, набросила халат и пошла умываться. Посмотрев на себя в зеркало, обомлела. Вид ее был ужасен. Бессонная ночь, слезы, отчаяние отразились на лице.
        - Не могу же я появиться перед ним в таком виде! - сказала она.
        Но потом сникла и подумала, что все это сейчас не имеет никакого значения и что все равно простить она не сможет.
        Минут через сорок Наташа остановилась возле его квартиры, нервно сжимая брелок с ключами в похолодевших пальцах. Не успела она поднять руку, как дверь распахнулась и Сергей, схватив ее, втащил внутрь.
        - А то вдруг передумаешь, - сказал он, увлекая ее за собой по коридору к спальне.
        Наташа, вначале растерявшаяся, резко остановилась и выдернула руку.
        - Ты один? - спросила она и приподняла левую бровь.
        Сергей повернулся к ней лицом и в полумраке коридора пытался вглядеться в глаза.
        - Естественно, я один, - с недоумением ответил он. - А с кем я должен быть?
        - Тебе лучше знать, - сухо ответила Наташа и прошла мимо спальни в гостиную.
        Там она спокойно уселась на диван, закинув ногу на ногу.
        - Радость моя, что происходит? - спросил он, заходя в гостиную вслед за ней. - Какая муха тебя укусила?
        Сергей сел на пол возле ее ног и снизу глянул на нее ясными глазами. Наташа ничего не ответила.
        «Если он мне сейчас сам все расскажет, если будет умолять о прощении и поклянется, что это вышло случайно и больше никогда, никогда не повторится, то, возможно, я смогу заставить себя все это забыть», - думала Наташа, глядя в его умоляющие глаза.
        Тут она почувствовала, как пальцы гладят ее лодыжки, как медленно и нежно скользят по ногам все выше и выше и забираются под платье, и невыносимое и неконтролируемое возбуждение охватило все тело. Глаза закрылись, мысли исчезли. Она хотела только одного - чтобы вновь повторилось то безумное наслаждение, которое она всегда испытывала в объятиях Сергея. Пусть даже в последний раз!
        И когда он приподнялся, взял ее за бедра и стянул вниз на ковер, Наташа не стала сопротивляться. Она обхватила его и припала к губам. Услышав его участившееся дыхание, легла, не разжимая объятья, на спину и позволила делать все, что он захочет…
        Спустя два часа они сидели на кухне и пили кофе. Наташа полностью пришла в себя. Но, несмотря на только что испытанный восторг, на душе ее было смутно и печально. Она отпивала обжигающий черный кофе маленькими глотками и, не отрываясь, смотрела на сидящего напротив Сергея. Он улыбался довольно и безмятежно. Наташа поставила чашечку на стол и проговорила, делая над собой усилие:
        - Ты ничего не хочешь мне сказать?
        - Я тебя люблю, давай поженимся, - мгновенно, не задумываясь, ответил Сергей и широко улыбнулся.
        Он вопросительно глянул на нее, но Наташа молчала, нахмурившись и опустив глаза.
        «Спросить напрямик? - тоскливо думала она. - Но получится, что я шпионила за ним. Нет, не могу! Он должен мне рассказать все сам, если действительно любит меня. - Она посмотрела на улыбающегося Сергея. - Но ведь он думает, что я ничего не знаю. А не пойман - не вор. Может, это было просто на один раз? Он, видимо, не может долго без секса. Но как я смогу доверять такому мужчине? Ведь он будет изменять мне всегда, как только захочет. Мне не нужен такой муж! Это выше моих сил!»
        И неожиданные слезы навернулись на глаза.
        - Родная, что с тобой? - услышала Наташа встревоженный голос и, порывисто встав, глухо пробормотала: - Оставь меня!
        Сергей тоже встал и взял ее за руки.
        - Да что с тобой происходит, наконец?! - уже раздраженно спросил он.
        И попытался заглянуть ей в глаза, но Наташа упорно отворачивалась. Сергей нахмурился, лицо его стало замкнутым и суровым. Помолчав, он резко и неприязненно спросил:
        - А, может, дамочка, вам один секс и нужен? Муж-то, видно, в этом деле лопух. Ведь вы в постели пока полный ноль, хотя давненько замужем.
        При этих словах Наташа, резко отстранившись от него, стремительно пошла к выходу. Сергей, в душе ругая себя, бросился за ней. Но она, неожиданно развернувшись, ударила его по лицу и зло прокричала:
        - Не подходи! Сейчас я знаю, что ты думаешь обо мне на самом деле. А сам-то ты кто? Кобель! Самый настоящий озабоченный кобель! А еще смеешь о любви со мной говорить! Да что ты о любви-то знаешь?! Пусти меня, скотина!
        Сергей с перекошенным от злости лицом распахнул перед ней двери и прокричал в ответ:
        - Катись! Скатертью дорога! Истеричка! Беги к своему мужу - недоумку, он тебя ждет - не дождется. - И, ядовито усмехнувшись, добавил: - Пусть тебе на восьмое марта какую-нибудь игрушку из сексшопа подарит. Может, тогда ты успокоишься!
        Наташа, не ответив, вылетела из квартиры и побежала вниз по лестнице. На площадке следующего этажа она остановилась и вызвала лифт. Слезы ее высохли.
        «Вот все и закончилось! - подумала она. - И на этот раз навсегда».
        С застывшим лицом Наташа вышла из подъезда и медленно побрела по улице.
        «Ничего, - думала она. - Я выдержу и постараюсь его забыть, чего бы мне это ни стоило».
        Глава четвертая

        Через неделю Наташа была в Киеве. Жизнь пошла по накатанной колее. Но ее глаза потухли. До начала занятий в университете оставалось еще несколько дней, и она занялась различными хозяйственными делами. Неожиданно решила сменить интерьер своей спальни и первым делом убрала со стен все картины авангардистов, заменив их компьютерными копиями импрессионистов Моне, Дега и Сезанна. Но она все делала без удовольствия, как-то машинально. Мысли все время возвращались к тому, что произошло с ней в Москве. Наташа ясно понимала, что все еще любит Сергея, что зря она в последнюю их встречу не поговорила с ним спокойно, что их глупая ссора ни к чему не привела, а только причинила боль. И в то же время, она отдавала себе отчет в том, что никогда не сможет простить измены.
        Женя был к ней очень внимателен, но в душу не лез, видя, что Наташа постоянно чем-то расстроена. Их душевная близость, возникшая во время его болезни, исчезла. Они жили вместе, но были абсолютно чужими друг другу. К тому же Наташа перестала спать с ним в одной постели. Женя пытался найти выход из создавшейся ситуации и несколько раз начинал говорить о ней. Но Наташа, улыбаясь, отвечала всегда одно и то же: что между ними все кончено навсегда, что она просит развода, что в ее дальнейшие планы входит переезд в Москву. Женя слушал молча, только бледнел все сильнее. Но как-то собрал свои вещи и переехал к матери. Он решил выждать и пока ничего не предпринимать. Наташа осталась одна в их огромной квартире и была этому очень рада.
        Спала Наташа все это время ужасно. Однажды ей приснился настолько ясный и четкий сон, что наутро она помнила его в мельчайших деталях. Вначале она видела, как они лежат с Сергеем в постели, как он неистово ласкает ее. Она испытала очень бурный оргазм. Но почти мгновенно увидела себя на улице. Она стояла в конце длинной аллеи, деревья склонялись над ее головой, образуя туннель из зеленой, пронизанной солнцем листвы. Вдали ясно слышался шум моря. По туннелю шли двое. Они удалялись от нее, и Наташа начала кричать: «Сережа!!!» Слезы заливали ей глаза, но Сергей ни разу не оглянулся. Зато оглянулась его спутница. Это была та самая разлучница, девушка с длинными светлыми волосами, которая сидела в то злополучное утро в спальне Сергея. Она повернулась лицом к Наташе и медленно пошла к ней, глядя прямо в глаза зелеными русалочьими глазами, потом тихо, но отчетливо произнесла: «Вы ошиблись». Наташа вскрикнула и сразу проснулась. Все утро она чувствовала себя разбитой, голова кружилась, она вновь и вновь принималась плакать, ее начало тошнить.
        «Нет, так и заболеть недолго», - подумала она и решила сходить к своему психоаналитику.
        Но он мало чем помог ей. Наташа только яснее осознала, что в данный момент безумно любит Сергея. Психоаналитик порекомендовал выждать какое-то время и воздержаться от принятия решений. Наташа решила последовать его совету. Но в глубине души ей начало казаться, что Сергей просто позабавился с ней, а потом за ненадобностью отбросил, как надоевшую игрушку. Она надеялась только на одно, что со временем ее чувства утихнут, и она все забудет. И еще она поняла, что возвращаться сейчас в Москву было бы глупо и неосмотрительно. Она должна быть как можно дальше от этого мужчины, чтобы избежать случайностей и скорее его забыть. Поэтому Наташа решила пробыть еще один учебный год в университете, уладить дела с разводом, а потом только переехать в Москву. Она позвонила Жене и предложила ему вернуться, но с условием, что они будут поддерживать дружеские отношения и не переходить этих границ. Женя появился на следующий день, ничего выяснять не стал, согласился быстрее закончить дело с разводом и, вообще, вел себя безупречно.
        Скоро начались занятия в университете, и Наташа с удовольствием окунулась в суматошную студенческую атмосферу. Она неожиданно для себя решила поменять прическу. Ей вдруг разонравился чрезмерно строгий и деловой имидж, хотя студенты ее обожали и не считали ни «злым преподом», ни «занудным сухарем». Перед началом занятий Наташа отправилась в салон и сделала стрижку. Орест, ее старый знакомый, невысокий полноватый украинец с черными блестящими глазами, с радостью воспринял идею стрижки и уверенно заявил, что он все сделает «на высшем уровне». Наташа вздохнула, закрыла глаза и ответила, что полностью доверяется мастеру. Когда все было закончено, Орест отошел на несколько шагов, любуясь результатом.
        - Наталья! - воскликнул он и в восхищении закатил глаза. - Тебя просто нельзя узнать! Скажи, что я - гений. А?
        Наташа улыбнулась ему и внимательно посмотрела в зеркало. Стрижка была асимметричной и необыкновенно шла ей. Один висок оказался очень коротким, а челка в противовес - длинной и объемной. Она закрывала второй висок и спускалась на щеку. Затылок был выбрит, обнажилась стройная шея. Орест высветлил пряди, и они тонкими золотистыми полосками поблескивали в каштановом шелке волос. Овал лица стал казаться более округлым и мягким, а глаза засияли в тени челки загадочно и ярко. Наташа выглядела сейчас моложе даже своих лет.
        «Н - да, - подумала Наташа, - давненько я не делала стрижек. И зря! Но каков эффект! Видел бы меня сейчас Сергей!»
        При воспоминании о нем Наташа нахмурилась.
        - Что? Не нравится? О, матерь божья! - испугался Орест, всплеснув руками.
        - Что ты! Очень хорошо! - успокоила его Наташа. - Ты и вправду гений!
        Студенты встретили ее восторженно. Эрик, высокий изящный мулат, не выдержав, крикнул на всю аудиторию:
        - Вы стали еще прекраснее, наша королева птиц!
        Все расхохотались. После краткого обмена впечатлениями, студенты заняли свои места, и занятия начались. Наташа почувствовала себя в своей стихии и впервые почти весь день не вспоминала о Сергее.
        Прошла неделя. Наташа окончательно втянулась в работу и начала успокаиваться. С Женей отношения установились ровные и дружелюбные. Они непринужденно общались, вместе завтракали и ужинали, иногда смотрели телевизор. Наташа чувствовала себя комфортно. Она решила, что год пройдет незаметно, она успокоится, все забудет и сможет вернуться в Москву. Как-то вечером Женя пригласил ее в театр, и она с радостью согласилась. До спектакля они решили поужинать во французском ресторане, который оба очень любили и раньше частенько заезжали туда. Когда они уселись за столик на двоих возле окна, у Наташи отчего-то резко упало настроение. Женя сделал заказ и спросил, не выпить ли им немного вина. Наташа молча кивнула, не отводя взгляда от окна. Непреодолимая апатия навалилась на нее. Во время ужина Женя старался развлечь ее разговором, рассмешить, но она, натянуто улыбаясь, по большей части молчала.
        «Сережа, милый, где ты сейчас? Что с тобой? С кем ты? - думала она и видела перед глазами его озорной взгляд, быструю улыбку, жест руки, когда он откидывал со лба непослушную челку, слышала его низкий чувственный голос. - Что я здесь делаю с этим чужим мне мужчиной? Почему я не с Сергеем? Ну почему?» - без конца спрашивала себя Наташа, и неожиданные и невольные слезы брызнули из ее глаз.
        Женя замер на середине фразы и с тревогой наклонился к ней через столик.
        - Тебе нехорошо? - спросил он. - Может, воды?
        Наташа отрицательно покачала головой и подняла бокал с вином.
        - За любовь! - неожиданно сказала она и сделала большой глоток.
        Тут же почувствовала сильнейший приступ тошноты и, извинившись, прошла в туалетную комнату. Освежив горящее лицо холодной водой, присела на пуфик, пытаясь прийти в себя.
        «Интересно, что же это такое я сегодня съела?» - подумала она в недоумении, так как кроме салата и цыпленка ничего себе не заказывала.
        Вдруг она вспомнила, что сегодня со студентами покупала на перемене слоеные пирожки с печенью.
        «Все ясно! То-то мне показалось, что начинка у пирожков немного горчит, - подумала она. - Надо завтра выяснить, что за дрянь продают у нас в универе».
        Когда ей стало лучше, Наташа вернулась в зал. Женя с тревогой смотрел на нее, но она улыбнулась и объяснила причину своего состояния. Он предложил поехать домой, но Наташа категорически отказалась. Скоро они были в театре. Женя пригласил ее на модный мюзикл. Сюжет был примитивен, но обилие ярких танцевальных номеров, красочные костюмы и прекрасные исполнители делали зрелище очень впечатляющим. Но к концу первого акта у Наташи безумно разболелась голова, тошнота возобновилась. Она покинула зал, в коридоре ей стало дурно, и она потеряла сознание.
        Очнулась Наташа в машине «Скорой помощи» и увидела склоненное к ней испуганное лицо мужа. Рядом сидела медсестра. Наташа попыталась подняться, но ее снова уложили на кушетку.
        - Я совершенно здорова, - пробовала возмутиться она. - Я просто съела сегодня некачественные пирожки.
        - Лежите, - сказала медсестра. - В клинике разберутся, здоровы вы или нет.
        - Да, Наташенька, тебе лучше полежать. Ты так всех напугала. Надо обследоваться, - сказал Женя и взял ее за руку.
        Она вздохнула и закрыла глаза.
        Часа через полтора она сидела на постели в палате, беззаботно болтая ногами, и чувствовала себя отлично. Женя примостился рядом на стуле. Наконец появился довольно улыбающийся врач. Наташа улыбнулась ему в ответ и спросила:
        - Ну как, доктор, жить буду?
        Доктор расплылся в улыбке и радостно сказал:
        - Хочу вас поздравить. И вашего мужа, конечно. - Он кивнул в сторону Жени. - С вашим здоровьем все в порядке. Просто вы - беременны.
        Наташа улыбаться не перестала, но зрачки ее невероятно расширились, и бледность разлилась по лицу.
        - Это точно, доктор? - упавшим голосом спросила она.
        - Без сомнения. Поздравляю вас еще раз. И не тяните с обращением к вашему гинекологу. Токсикоз может усилиться.
        Когда они сели в машину, Наташа все еще была не в себе. Новость ее убила. Она не могла смотреть в глаза Жени.
        - Успокойся, дорогая, - неожиданно мягко проговорил он и обнял ее за плечи. - Ведь дети - это благословение Божье. Поедем домой. Тебе надо хорошенько поужинать и лечь спать. Ты сейчас должна думать не только о себе.
        Наташа отстранилась и с изумлением посмотрела на него.
        - Ты же понимаешь, что это не твой ребенок? - нервно спросила она, чтобы расставить все точки над «i».
        - И что? - с вызовом спросил Женя. - Это не мешает мне любить тебя по-прежнему. Я готов на все закрыть глаза и попытаться все-таки сохранить нашу семью. А о ребенке будем правду знать только мы с тобой. Ведь официально мы все еще в браке. Мне даже усыновлять его не придется. Подумай, Наташа. Это неплохой для тебя выход из создавшегося положения. Если, конечно, ты захочешь оставить ребенка.
        - Как ты мог такое подумать?! - воскликнула в негодовании Наташа. - Об аборте и речи не может быть.
        - Тем более, - сказал Женя и улыбнулся. - Не нервничай. Тебе это сейчас не рекомендуется.
        Когда они вернулись домой, Наташа первым делом приняла душ. Завернувшись в большой махровый халат, она забралась в кресло и задумалась. Новость все еще не укладывалась у нее в голове. Она не знала, стоит ли об этом кому-либо сообщать. Если узнает мама или Лена, то об этом непременно узнает и Сергей. А она пока не решила, хочет этого или нет. Неожиданно Наташа заулыбалась и, положив руку на живот, подумала:
        «А у меня непременно будет мальчик, точная копия его отца. И назову я его Сергей. - Она тихо засмеялась. - Сергей Сергеевич».
        Наташа вновь стала серьезной. Мелькнувшая было мысль немедленно уехать в родной город и начать новую жизнь показалась ей заманчивой. Но она вспомнила все, связанное с последними днями ее пребывания в Москве, и грусть заполнила сердце.
        «Нет, не хочу, - решила она. - Я там и выносить-то ребенка спокойно не смогу. Буду только нервничать без конца. Самое правильное, остаться здесь. Доработаю, сколько получится, в университете, потом рожу, а там можно и в Москву переезжать с малышом. И лучше, действительно, никому об этом не сообщать».
        Спала она в эту ночь прекрасно и встала отдохнувшей и в отличном настроении. Сварив кофе, задумалась, а не повредит ли он ей сейчас. В этот момент в столовую вошел Женя с огромным букетом белых хризантем.
        - Это тебе, - ласково произнес он, протягивая букет. - Еще раз поздравляю.
        - Спасибо, - немного неуверенно ответила Наташа, принимая букет и ставя его в керамическую вазу. - Хочешь кофе? - спросила она.
        - Хочу, - ответил Женя.
        Его черные глаза неотступно следили за ней. Наташа начала нервничать. Она налила ему кофе и села за стол.
        - Дорогая моя…, - начал он.
        - Не надо, - перебила она. - Твое предложение очень великодушно, но мне это не подходит. Я настаиваю на разводе.
        - Ты хочешь немедленно вернуться в Москву и осчастливить отца ребенка? - спросил он и сжал чашку пальцами.
        - Нет. Я решила рожать здесь. С тем мужчиной у меня все кончено. Это была ошибка. Если тебе неприятно мое присутствие в квартире, то я могу съехать прямо сейчас.
        - Что ты, милая! - мягко проговорил Женя и встал. - Живи, сколько нужно. Это ведь и твой дом. Хочешь, я уеду?
        - Ну что мы, как дети? - после паузы заметила Наташа и улыбнулась. - Квартира огромная. Места хватит обоим. Обещай мне, что наши отношения останутся дружескими даже после развода.
        - Разумеется, - сухо ответил Женя. - И все-таки, может, ты еще раз все взвесишь? Ребенку нужен официальный отец.
        - Нет! Мое решение окончательно! - резко проговорила она.
        Потом встала и подошла к нему. Проведя рукой по его начавшим седеть волосам, Наташа ласково проговорила:
        - Так будет лучше. Тебе нужно найти другую женщину. Ты еще будешь счастлив и у тебя будет много детей. Своих, понимаешь?
        Женя растерянно смотрел на нее. Глаза его увлажнились, слезинка скатилась по щеке. Наташа просто не верила своим глазам. Раньше она никогда не видела, чтобы муж давал волю чувствам. Она положила руки ему на плечи и улыбнулась беспомощно. К ее ужасу Женя начал рыдать, уткнувшись головой в ее плечо.
        - Ты ничего не понимаешь, - глухо выкрикивал он, - мне никто не нужен! Я люблю тебя, только тебя! Я понял, что жить без тебя не могу. Не вынесу, если ты уедешь, и я тебя больше никогда не увижу. Не вынесу! Не отпущу тебя!
        Наташа оцепенела. Женя внезапно успокоился и отстранился от нее, вытирая глаза носовым платком.
        - Извини, прости меня, - пробормотал он, не поднимая глаз. - Я всю ночь не спал. Перенервничал из-за всего этого. Я ведь даже представить не мог, что у тебя появился другой мужчина. Это так на тебя не похоже!
        - Я все понимаю, но и ты пойми! Я совершила ошибку и раскаиваюсь, что причинила тебе боль, - ответила Наташа. - Давай разведемся, как можно быстрее! Это все упростит, да и мне спокойнее будет.
        - Хорошо, - кивнул он. - Я сделаю все, что ты скажешь.
        Прошел месяц. Беременность протекала нормально. Наташа регулярно посещала врача, следовала всем рекомендациям. Чувствовала она себя превосходно. Внешне она не изменилась, только улыбаться стала чаще, и глаза ее постоянно сияли изнутри мягким золотым светом. С Женей они официально развелись, но об этом, как и о беременности, никто не знал. Женя не сказал о разводе даже своей матери. Оксана Васильевна ни о чем не подозревала. Она продолжала жить в их загородном доме, в Киев приезжала редко и общалась с невесткой, в основном, по телефону. Мать Наташи также была не в курсе.
        Они продолжали жить в одной квартире, и Женя очень заботился о бывшей жене. Он дошел даже до того, что отвозил ее в университет на машине, а потом уже ехал в свой офис. Если он не мог сам заехать за ней обратно, то присылал водителя с фирмы. Наташа вначале сопротивлялась такой неусыпной опеке, но потом махнула рукой. Ей это даже понравилось.
        Поначалу она сильно тосковала по Сергею, особенно по ночам, когда оставалась одна. Она плакала в подушку, лежала без сна, без конца вспоминая их короткий роман. Но постепенно успокоилась, так как приучила себя думать только о будущем ребенке. Наташе доставляла удовольствие мысль, что малыш - это частица любимого мужчины, которая находится внутри нее, растет и превращается в маленького Сережу. Она была уверена, что у нее родится сын. И она хотела, чтобы он был здоровым. Поэтому Наташа принимала заботу Жени, понимая, что может положиться на него, если случится что-то непредвиденное. Для нее это было сейчас немаловажно.
        Как-то в пятницу вечером Женя неожиданно зашел к ней в спальню и предложил на выходные съездить на дачу. Наташа удивилась и хотела отказаться, но вспомнила, что у Оксаны Васильевны в субботу день рождения и поняла причину приглашения. Для родственников было бы странно, если бы Женя приехал без «жены».
        - Хорошо, - мягко сказала она. - Только зачем мне там быть два дня? Я могу завтра поздравить твою маму и вечером уехать.
        - Ты помнишь, что у мамы день рождения? - спросил Женя и даже покраснел от удовольствия. - Соберутся только самые близкие. Приедет мамина сестра, тетя Варя, ты ее хорошо знаешь, и мой брат Михайло с женой и сыном. Его ты тоже знаешь, он приезжал в Киев несколько раз. Познакомишься с его женой. Она очень милая.
        - Женя, к чему мне все это? Мы и так в довольно двусмысленном положении. Или ты хочешь всем официально объявить, что мы развелись? - поинтересовалась Наташа и подняла глаза.
        Лицо Жени стало замкнутым.
        - Ничего я не хочу. Успокойся, - глухо проговорил он. - Просто погуляешь на свежем воздухе. Помнишь, какой там лес замечательный? Мне не нравится, что ты безвылазно живешь в городе, дышишь этим загазованным воздухом.
        - Убедил, останусь на два дня, - согласилась Наташа.
        Утром она проснулась с небольшой головной болью и поняла, что ей не хочется никуда ехать. Она с удовольствием провела бы эти выходные дома, валяясь в постели с книжкой. Но, боясь обидеть свою бывшую свекровь, Наташа решила все-таки поехать.
        «Надо надеть что-нибудь нарядное и удобное», - задумалась Наташа, стоя возле раскрытого шкафа и изучая в зеркало слегка пополневшую фигуру.
        Она достала костюм, состоящий из короткого, открывающего колени, прямого платья и жакета к нему. Платье было в черно-бежевую шашечку с тонкой золотой нитью по контуру клеток, а жакет однотонного цвета кофе с молоком, только по краям отделанный узкой полоской черной ткани. Надев костюм, Наташа с удовлетворением увидела, что он отлично скрывает ее немного округлившийся живот.
        Скоро за ней зашел Женя. Он окинул ее восхищенным взглядом, но промолчал. Они спустились вниз и сели в машину. По пути Наташа попросила остановиться возле цветочного магазина и выбрала большой букет чайных роз. Когда они подъехали к загородному дому, одновременно с ними прибыла тетя Варя в большом черном джипе, за рулем которого сидел ее семнадцатилетний внук. Высадив ее, он крикнул:
        - Поздравь от меня бабушку Ксану. А я очень спешу! Завтра тебя заберу ближе к вечеру. Позвоню. Пока!
        И он тут же уехал.
        - Ох, уж мне эти хлопцы! Вечно времени нет, - проворчала тетя Варя, подходя к Жене и Наташе, которые только что вышли из машины.
        - Добрый день, - сказала Наташа, улыбаясь.
        Женя расцеловал тетку в обе щеки.
        - Здравствуйте, здравствуйте, - расцвела та, окидывая их внимательным взглядом. - Давно я вас вместе не видела. Наташа, ты чудесно выглядишь. И стрижка тебе идет. Вот уж никогда бы не подумала! Не сторонница я всех этих модных стилей, но тебе очень красиво. Да, Женя?
        И она хитро посмотрела на племянника.
        - Наталье все идет, - ответил он, улыбнувшись и, взяв обеих женщин под руки, повел их к дому.
        Оксана Васильевна встречала их на пороге. Из-за ее спины выглядывал старший брат Жени Михаил и его жена Леся. Их маленький сынишка бегал в саду возле дома. После церемонии поздравления все уселись в гостиной и стали обмениваться новостями. Наконец-то почти вся семья была в сборе. Ближе к вечеру накрыли праздничный стол.
        Наташа ела мало и вообще не пила спиртного. Женя на недоуменный взгляд Оксаны Васильевны объяснил это тем, что у Наташи в последнее время проблемы с желудком. Скоро все расслабились. Михаил любил рассказывать анекдоты и знал их великое множество. Смех за столом не умолкал. Одна Наташа улыбалась довольно натянуто. К тому же возле нее все время вертелся Васек, пятилетний сынишка Михаила. У него были очень светлые волосы и прозрачные зеленоватые глаза. Наташа с тоской смотрела на него и становилась все печальнее. Женя заметил, что происходит что-то неладное и под благовидным предлогом увел ее из гостиной в сад. Они медленно пошли по песчаной дорожке мимо аккуратных цветочных клумб и сели на скамеечку под старым раскидистым каштаном. Прохладный осенний ветерок шелестел в его листве, и Женя, близко придвинувшись к Наташе, спросил, не холодно ли ей. Она, не ответив, посмотрела на луну, встающую из-за деревьев и, вдруг уткнувшись ему в плечо, беззвучно заплакала. Женя, немного растерявшись, обнял ее одной рукой и стал успокаивать, говоря, что все будет хорошо. Наташа постепенно затихла, потом устало
проговорила:
        - Извини, но этот мальчик, Васек, просто выбил меня из колеи. Он поразительно похож…, - она замолчала.
        Женя тоже молчал, нежно поглаживая ее руку. Потом начал, едва касаясь, целовать ее ладони. Наташа не сопротивлялась. Через какое-то время она полностью успокоилась. Они вернулись в дом и присоединились к гостям. Поздно вечером все разошлись по своим комнатам. Женя тихо сказал Наташе:
        - Нам придется провести ночь в одной кровати.
        Она молча кивнула. Они поднялись на второй этаж и вошли в свою комнату. Наташа сразу скрылась в ванной, а Женя разобрал постель. Он сел в кресло и задумался. Ситуация выглядела двусмысленной. Он с трудом сдерживал себя, потому что весь вечер с ума сходил от желания. Наташа была рядом, такая милая, нежная, мягкая и доверчивая. Казалось, что стоит только протянуть руку, и она вновь будет принадлежать ему. Но он боялся сделать непоправимую ошибку, которая испортит все, чего он с таким трудом достиг.
        Когда Наташа вышла из ванной, он уже взял себя в руки и выглядел невозмутимым. Они легли в постель, отодвинувшись друг от друга.
        - Спокойной ночи, дорогая, - спокойно проговорил Женя и отвернулся.
        - Спокойной ночи, - ответила Наташа и, помедлив секунду, придвинулась к нему и мягко поцеловала в затылок.
        Женя повернулся к ней. Его глаза в темноте блестели. Он начал медленно целовать ее лицо, нежно нашептывая всякие милые глупости. Она замерла, не сопротивляясь этой неожиданной ласке. Но вот его поцелуи стали более настойчивыми, и Наташа, вздрогнув, тут же отстранилась. Но Женя, мгновенно взяв себя в руки, притянул ее к себе и положил ее голову к себе на плечо.
        - Спи, родная, - тихо сказал он.
        И начал убаюкивать ее. Наташа вновь расслабилась и доверчиво прильнула к нему. Скоро она уснула. Женя полежал неподвижно какое-то время, потом осторожно высвободился из ее объятий и встал с кровати. Накинув халат, он вышел из комнаты и спустился в гостиную. Сев на диван, закурил. Пальцы его дрожали, он с трудом сдерживался, чтобы не разрыдаться. Так плохо ему давно не было.
        - Что мне делать? - вслух сказал он. - Как жить дальше? Я больше не в состоянии все это выносить!
        - Женя, это ты тут бормочешь? - раздался за его спиной веселый голос. - Чего ты в темноте сидишь?
        Возле дивана вспыхнула настольная лампа, стоящая на столике, и рядом с Женей присел Миша. В руке он держал бокал с вином.
        - Что с тобой? - немного испуганно спросил он. - Да на тебе лица нет!
        - Михайло, если бы ты знал! - горестно проговорил Женя и замолчал.
        - Что, с бизнесом проблемы? - предположил Миша и встал.
        Он налил вино в бокал, протянул его Жене.
        - Нет, там все в полном порядке, - ответил тот, затушил сигарету и взял бокал.
        - Что же тогда?
        - Понимаешь, - начал Женя и замолчал. Потом, видимо решившись, повернулся к Мише и пристально посмотрел ему в глаза. - Только это сугубо между нами!
        - Само собой! И потом мы так редко встречаемся. Я в Киев приезжаю не чаще двух раз в год. Так что у тебя случилось?
        - Мы ведь с Наташей развелись! - признался Женя.
        - Иди ты! - присвистнул Миша. - Неужели?
        - Да, месяц назад. Но сохраняем видимость брака.
        - Что-то я ничего не пойму. Почему вы тогда вместе остаетесь? - спросил Миша, вставая и начиная в волнении ходить по гостиной.
        - Это все сложно, - после паузы ответил Женя и тоже встал, ища сигареты.
        - Ты лучше объясни, все как есть! Я все-таки не чужой человек!
        Михаил протянул ему пачку сигарет и закурил сам. Они вновь уселись на диван, придвинувшись друг к другу.
        - Я ее люблю, - тихо проговорил Женя. - Но она беременна от другого мужчины, поэтому попросила развода. Когда она родит, то переедет жить в Москву. А я просто не знаю, что мне делать. Я не хочу потерять ее навсегда. Понимаешь теперь, Михайло, как все у нас сложно?
        - Ну и дела! - огорченно поговорил Миша и откинулся на спинку дивана. - А как вы потом все объясните?
        - Не знаю! Ничего не знаю. Но пока она со мной и нуждается в моей заботе. А там, кто его знает, как все обернется.
        - А отец ребенка? Он в курсе? И кто он, кстати?
        - Я не знаю. Я ничего не знаю! Но Наташа сказала, что это была ее ошибка и там у нее все кончено. И это дает мне хоть какую-то надежду. Понимаешь?
        - Понимаю, - задумчиво проговорил Миша. - И все-таки, Жень, лучше не питать никаких иллюзий. Найди себе другую, - неожиданно предложил он.
        - Не хочу. Я люблю Наташу. Я жить без нее не могу. И пусть так, но все-таки мы вместе. А там видно будет, - упрямо заявил Женя.
        - Смотри, браток, ситуация кажется мне безвыходной, - задумчиво произнес Миша. - Лучше вам сразу разойтись раз и навсегда. Тебе же лучше будет, да и ей, в принципе. Ну и дела!
        На следующий день все встали довольно поздно и разбрелись по дому. Женя пригласил Наташу погулять, и она с радостью согласилась, так как начала чувствовать легкое раздражение от постоянного присутствия родственников бывшего мужа. До леса было рукой подать, и Наташа, опираясь на руку Жени, шла медленно, с удовольствием вдыхая свежий холодный воздух. Пройдя по улице вдоль аккуратных ухоженных особняков, они свернули на узкую дорогу и буквально через пять минут оказались под густыми кронами деревьев. Увидев тропинку, пошли по ней вглубь леса.
        - Наташенька…, - начал было Женя.
        Но она перебила его, быстро проговорив:
        - Знаешь, когда я была в Москве, то тоже однажды оказалась в лесу. Ох, и много же мы грибов в тот раз насобирали!
        - Здорово, - сказал Женя.
        И, сорвав травинку, начал покусывать ее, глядя прямо перед собой.
        Какое-то время они шли молча. Потом Наташа начала рассказывать о том, как прошла презентация книги, как она ездила в гости к Лене. Женя внимательно слушал ее, не перебивая, изредка улыбаясь, но словно ждал чего-то более откровенного. Но Наташа продолжала легко болтать обо всем и ни о чем конкретно. Иногда она поглядывала на Женю, на его строгий четкий профиль, на короткие черные вьющиеся волосы с начинающими седеть висками, на черные выразительные глаза. Ей отчего-то становилось все спокойнее на душе, постепенно темп ее речи замедлился, а потом она вообще замолчала. Походив около часа, они присели отдохнуть на поваленное дерево. Женя обнял ее за плечи, и она положила голову ему на плечо. Тишина леса, свежий воздух убаюкали ее, и Наташа задремала. Проснувшись минут через пятнадцать, она почувствовала, как Женя легко, едва касаясь, гладит ее волосы, ее стриженый затылок. Это было очень приятно. Наташа вздохнула и сонно подумала:
        «Какой он все-таки милый. И такой надежный. С ним я всегда буду, как за каменной стеной. Может, я действительно просто дурью маюсь? Этот мужчина никогда мне не изменит, не предаст, и будет любить меня и моего ребенка до конца своих дней».
        Наташа открыла глаза и отстранилась, улыбнувшись ему. Он смотрел на нее с нежностью. Потом сказал:
        - Ты спала, как ангел. Как ты себя чувствуешь, родная?
        - Отлично. Только, знаешь, что-то есть хочется.
        Женя засмеялся и открыл сумку, которую взял с собой из дома.
        - Я это предвидел, - проговорил он, доставая пакет с бутербродами и термос с горячим чаем.
        - Ты просто чудо! - восхитилась Наташа и с аппетитом принялась за еду.
        Вечером они уехали домой. Поднявшись в квартиру, нежно пожелали друг другу спокойной ночи. Но Наташа внезапно остановилась у дверей своей спальни. Женя с недоумением посмотрел на нее. Она бросила сумку на пол и подбежала к нему, тут же обняв и прижавшись всем телом. У него перехватило дыхание от неожиданности.
        - Спасибо за чудесный отдых, - проговорила она. - Ты был таким милым и внимательным.
        - Но ведь я люблю тебя, - тихо ответил он. - Как же иначе?
        Он склонился и поцеловал ее губы долгим и страстным поцелуем. Наташа против воли ответила ему, но потом отстранилась.
        - До завтра, - сказала она, опустив глаза.
        - Спокойной ночи, любимая, - мягко произнес Женя и отправился в свою спальню.
        Наташа долго лежала в постели и то включала настольную лампу, стоящую у изголовья на тумбочке, то выключала ее. Наконец, она оставила ее в покое и села, обхватив колени руками.
        «Что же мне, в конце концов, нужно? - рассуждала она. - Сережа уже, по-видимому, даже забыл, как меня зовут. У него, наверняка, новая игрушка, если не две сразу. И мне надо забыть его раз и навсегда, и в свои дальнейшие планы не включать. И о ребенке ему знать не нужно. Малыш будет только моим. А вот Женя по-настоящему любит меня, только меня. Сейчас я в этом уверена. Он никогда не сделает мне больно. И он такой заботливый! А ведь знает, что я ношу под сердцем чужого ребенка. Даже это его не останавливает. Только так и проверяется настоящее чувство!»
        Но, несмотря на все эти здравые мысли, в памяти Наташи упорно вставал образ Сергея. И она понимала, что забыть его, разлюбить будет невероятно трудно. Она надеялась только на то, что когда родится малыш, вся ее любовь перейдет на него. В этот момент раздался телефонный звонок. Наташа сняла трубку и услышала взволнованный голос матери:
        - Наташенька, где же ты была эти дни? Я потеряла тебя. И сотовый был отключен. У тебя все в порядке?
        - Мама! Что ты так разволновалась? Мы с Женей ездили за город. У Оксаны Васильевны в субботу был день рождения.
        - Ох, а я-то, старая дура, совсем забыла и не поздравила сватью! Что ж ты мне не напомнила, дочка?
        - Да мы так быстро собрались. Я тебе не успела позвонить. А сотовый дома забыла. Только что вернулись. Два дня там были.
        - Понятно! А ко мне вчера Сергей заезжал. Помнишь того приятного молодого человека, знакомого Лены? - сказала она.
        Наташа почувствовала, как у нее екнуло сердце, и кровь застучала в висках.
        «Только не волноваться, - подумала она. - Малышу это вредно».
        - И чего он хотел? - спросила она нарочито спокойным тоном.
        - А бог его знает! - засмеялась Екатерина Михайловна. - Я так толком и не поняла. Но очень хотел поговорить с тобой. Сказал, что звонил тебе несколько раз, но никто трубку не брал. Решил, что ты номер поменяла. Я тут с ним чай пила. Он принес очень вкусные пирожные.
        - А что он еще говорил? - с любопытством спросила Наташа.
        - Отчего-то интересовался, не развелась ли ты еще с мужем. Наташенька, что происходит? Я ведь и не знаю ничего. У вас с Евгением все в порядке?
        - Ну, конечно, мамочка! Что ты слушаешь всяких идиотов?! И не пускай его больше! - раздраженно ответила Наташа.
        - Ну как же, дочка! Он очень приличный молодой человек. Кстати, возмущался, где ты по ночам ходишь, - добавила она.
        - Ах, он еще и возмущался! - фыркнула Наташа. - Тоже мне, блюститель нравственности! За собой бы лучше следил.
        - Ничего я не понимаю в ваших делах, - удрученно заметила Екатерина Михайловна. - Так что ему передать, если еще раз зайдет или позвонит?
        - Чтоб катился ко всем чертям! - резко ответила Наташа. Но тут же спохватилась и взяла себя в руки. - Не обращай внимания, мамочка, - ласково сказала она. - Мы только с дороги, что-то голова разболелась. Вот и раздражаюсь по пустякам.
        - Еще бы! - рассмеялась Екатерина Михайловна. - Головная боль - обычное дело после праздника!
        Поговорив еще несколько минут и распрощавшись, Наташа отключила телефон и легла на спину. Слезы медленно текли по щекам, сердце щемило. Она никак не могла успокоиться.
        «Все кончено, - думала она. - Никогда я не смогу быть с Женей, потому что никогда не разлюблю Сергея. Это сильнее меня, бороться бесполезно. И он наверняка все еще помнит обо мне. Иначе зачем бы ему беспокоить мою мать?»
        Слезы высохли, она закрыла глаза и начала погружаться в сон. Мысли текли неторопливо.
        «Любимый! Если бы я могла войти в твой сон, раствориться в нем, остаться и слиться с тобой, чтобы утром, проснувшись, ты понял, что полон мной, что любишь только меня и, открыв глаза, первое, что ты произнес бы, было мое имя…»
        Утром Женя зашел к ней в спальню, чтобы поторопить ее. У него в этот день была важная встреча, и он не хотел опаздывать. Наташа уже собралась, но выглядела немного бледной и уставшей. Женя с тревогой заглянул в ее покрасневшие глаза и участливо спросил:
        - Тебе сегодня нездоровится? Может, не поедешь в университет?
        - Нет, со мной все в порядке, - решительно проговорила Наташа. - Просто сегодня ночью я почти не спала и приняла решение. Оно окончательное. - Наташа перевела дух. - Женя, я больше не хочу вводить тебя в заблуждение. Я никогда не вернусь к тебе. Было бы некрасиво и непорядочно заставлять тебя думать по-другому. У тебя нет никаких шансов.
        - Наташа, что с тобой? Какая муха тебя укусила? Ведь я ни на что не претендую! - тихо сказал он, опуская глаза. - И мы, если ты помнишь, официально развелись. Так что успокойся, и пусть все остается по-прежнему. Это, прежде всего, в твоих интересах. Хорошо?
        - Хорошо, - неуверенно ответила Наташа и испытующе посмотрела на него.
        Но Женя улыбнулся ей безмятежно и сказал:
        - Дорогая моя, из-за тебя я опоздаю, а это совершенно недопустимо.
        - Да-да, поехали быстрей. Извини, - заторопилась Наташа и, схватив сумку, быстро вышла из спальни.
        Женя, с трудом сохраняя улыбку на лице, проследовал за ней.
        «Ничего, - думал он. - Посмотрим еще, есть ли у меня шансы. Пока ты со мной! И отпускать я тебя никуда не собираюсь!»
        Глава пятая

        Эта осень оказалась для Сергея крайне напряженной, хотя на работе все складывалось удачно. Компания, где он работал, заключала контракты один выгоднее другого. И он был загружен работой, домой приезжал поздно, иногда заполночь и был рад этому, так как падал без сил в постель и сразу отключался. Это помогало ему хоть на время забыть о Наташе. Но наутро, пока Сергей собирался на работу, завтракал, ехал в машине, он без конца думал о ней, вспоминал мельчайшие подробности их короткого романа, анализировал и так и не мог понять, почему они разошлись. Он не видел за собой никакой вины. Вначале Сергей решил, что у Наташи взбалмошный и капризный характер, но, узнав ее поближе, он понял, что она мягкая и доверчивая и, в сущности, крайне наивная. Просто она скрывала это за привычной для нее маской «синего чулка». При этом Сергей понимал, насколько она умна и внутренне интересна. Тем необъяснимее были эти перепады эмоций от «люблю» до «ненавижу». Он не мог найти никакого правдоподобного объяснения ее поведению во время их последней встречи. Он помнил, с какой страстью и неподдельным чувством Наташа отдалась
ему, как смотрела на него, как отвечала на его ласки. И вдруг эта странная холодность и даже ненависть. А потом она вернулась в Киев, так до конца не объяснившись с ним, вернулась, насколько он знал, к мужу. С ее исчезновением жизнь Сергея утратила вкус. Друзья, видя, как он из заправского донжуана превращается в угрюмого холостяка, стали активно знакомить его с девушками. Это было нетрудно, так как в глазах противоположного пола Сергей стал еще интереснее. Его грустный загадочный вид моментально привлекал толпы утешительниц.
        В октябре у Лены был день рождения, и Сергей, естественно, оказался в числе приглашенных. Он явился с огромным букетом темно-малиновых роз и бутылкой шампанского. Но перепутал время и оказался в квартире друзей на час раньше назначенного срока. Именинница встретила его полуодетая, с растрепанными волосами и быстро потащила на кухню.
        - Вот что, Серега, - с воодушевлением заговорила она, - раз уж пришел так рано, то помоги Борьке накрыть на стол. А мне, сам видишь, нужно срочно привести себя в порядок.
        Сергей, рассмеявшись, звонко чмокнул ее в щеку и проговорил:
        - Всегда ты так, Ленка! Лишь бы заставить мужиков работать бесплатно. Хоть бы покормила для начала, а то я с работы.
        - Что значит, бесплатно? А поцелуй? И хватит с тебя! Между прочим, это у меня сегодня день рождения!
        Она убежала в спальню. Сергей прошел в гостиную и увидел там Бориса, стоящего у почти накрытого стола с нахмуренным лицом. Увидев друга, он облегченно произнес:
        - Как удачно, что ты раньше! Ничего не успеваем. Оба час назад с работы, а все уже скоро соберутся.
        - Да чего ты так разнервничался, Боря! Ведь все свои будут. Или еще кого-то ждете? Каких-нибудь заморских пташек? - с замиранием сердца поинтересовался он и вопросительно посмотрел на Бориса.
        - Это ты о ком? - с недоумением спросил тот. - Не иначе о школьной подружке Ленки? Так она в Киеве давным-давно.
        - А-а, - протянул Сергей и замолчал.
        - Пошли на кухню скорей! Надо еще салаты заправить, - засуетился Боря.
        - Пошли, - вздохнул Сергей.
        Через полчаса в кухне появилась Лена, полностью преображенная. На ней было длинное темно-синее платье, открывающее плечи и застегивающееся на воротник-стойку. Он был расшит причудливым и сложным узором из мелкого цветного бисера. Короткие светлые волосы Лена уложила в красивую прическу, глаза аккуратно подкрасила.
        - Ты просто прелесть! - воскликнул Боря и потянулся ее поцеловать.
        - Да, Лена, ты сказочно хороша сегодня! Разводиться не собираешься? - невинно спросил Сергей.
        - Смотрите у меня! - погрозил им пальцем Боря.
        Раздался длинный звонок в дверь, и Лена пошла открывать. Собралась обычная компания. Сергей со всеми был хорошо знаком, кроме одной пары. Оба были высокими, по-спортивному подтянутыми и разительно походили друг на друга. Мужчину Сергей видел здесь и раньше, но только один раз, а вот его спутницу впервые. Он с интересом стал наблюдать за ней. Чем-то она привлекла его внимание. Одета девушка была в обычный брючный костюм, правда, сочного цвета фуксии, что в осенний вечер смотрелось несколько вызывающе. На вид Сергей дал ей около тридцати лет, хотя ее истинный возраст считывался с трудом. Лицо с гладкой матовой кожей выглядело очень молодо. Темно-карие бархатистые глаза смотрели немного лукаво и в тоже время вызывающе. Стрижка была немыслимо короткой, но это шло к ее облику. Она была очень высокого роста, почти вровень со своим спутником. Сергей наблюдал за ней какое-то время, потом подошел.
        - Простите, но нас забыли представить друг другу. Я вас вижу в нашей компашке впервые. Меня зовут Сергей. А вас? - спросил он и обворожительно улыбнулся.
        - Тина, - ответила она низким грудным голосом и взмахнула длинными ресницами.
        - Тина? - переспросил Сергей. - Странное имя.
        Она гортанно рассмеялась и добавила:
        - Вообще-то Валентина. Но мы с братом близнецы, вот родители и назвали нас одинаково. А чтобы не путать, впоследствии мы превратились в Валю и Тину. Вы знакомы с моим братом? Он недавно начал работать вместе с Борисом.
        - Мельком, - пробормотал Сергей и неожиданно предложил: - А не выпить ли нам, милая Тина-Валентина, «на брудершафт»?
        Она задорно рассмеялась и тут же согласилась, поднимая наполненный наполовину бокал с шампанским.
        - Нет, нет! Доверху! - запротестовал Сергей.
        Он долил бокалы. Потом они, скрестив руки, стали медленно пить шампанское.
        - А Серега опять за свое! - сказала Лена мужу, наблюдая эту сцену из угла комнаты.
        - Вот и отлично! - обрадовался Борис. - А то он последнее время стал чересчур серьезным. Сам на себя не походил. А эта Тина - славная. Ты не находишь?
        - Я ее совсем не знаю. Но на вид симпатичная. А рост у нее просто сногсшибательный! Навскидку, метр восемьдесят, не меньше. А чем она занимается?
        - Тренер по фитнесу. Нет, ты только посмотри на него!
        И они повернули головы. Сергей в этот момент тащил упирающуюся и смеющуюся Тину в коридор. Гости подшучивали и смеялись вместе с ними.
        - Осторожнее, девушка! - крикнул кто-то из присутствующих. - Вы в руках известного обольстителя.
        Но они уже скрылись из вида.
        Сергей затащил Тину на кухню и там неожиданно обнял за талию. Она, мгновенно став серьезной, посмотрела на него жаркими глазами и подставила губы. Он не стал раздумывать и начал целовать, но вдруг отстранился и отошел к окну. Сев на подоконник, задумчиво и молча посмотрел на Тину. Потом взял красное яблоко из вазочки на столе и протянул ей.
        - Хочешь?
        Ее глаза смотрели настороженно. Она подошла к Сергею вплотную и припала к его губам долгим и глубоким поцелуем. Потом оторвалась, взяла яблоко из его пальцев, и тихо сказав: «Хочу», отвернулась и вышла из кухни. Сергей не двинулся с места, щеки его пылали, но глаза были грустными. Через минуту он встал, быстро оделся и незаметно покинул квартиру, ни с кем не прощаясь.
        Около полуночи Сергея разбудил настойчивый звонок в дверь. Он сразу соскочил с кровати, натянул брюки и, недовольно пробурчав: «Кого это черт принес в такое время?», пошел открывать. Распахнув двери, с изумлением увидел на пороге Тину, которая спокойно шагнула мимо него в квартиру, на ходу скидывая легкую замшевую куртку.
        - Ну-ну, - пробормотал Сергей, закрывая за ней двери.
        Тина уверенно прошла в спальню, села на разобранную постель и начала расстегивать блузку.
        - Интересно, - насмешливо заметил Сергей и остановился напротив нее, скрестив руки на груди.
        Она сбросила блузку и замерла, глядя на него широко распахнутыми глазами. Потом чуть откинулась назад, словно позировала перед фотографом, и приподняла подбородок. Сергей смотрел на ее вздымающуюся от прерывистого дыхания небольшую упругую грудь, едва прикрытую откровенным прозрачным бюстгальтером, на крупную родинку на животе чуть пониже пупка, на сережку пирсинга, на розовый ремень, плотно обтягивающий ее узкие бедра. Тина, поймав его взгляд, расстегнула пряжку и стала медленно скользить замочком молнии вниз по ширинке. Сергей вышел из столбняка и сделал шаг назад, прислонившись спиной к стене. Тина тут же вскочила и, подойдя к нему, прижалась всем телом. Глаза ее закрылись, дрожащие прохладные пальцы начали лихорадочно гладить его плечи, спину, опустились ниже. Сергей глубоко вздохнул, пытаясь взять себя в руки, потом отодвинулся от нее и пробормотал:
        - Уходи немедленно.
        Тина посмотрела на него сумрачно, застегнула брюки, подобрала блузку с пола и вышла из спальни. На пороге она обернулась и сказала с вызовом в голосе:
        - Смотри, пожалеешь, да поздно будет!
        - Пожалею, - пробормотал он, не двигаясь с места.
        Закрыв дверь, Сергей лег в постель, но долго не мог уснуть. По правде говоря, он сам себе удивлялся. Представься ему несколько месяцев назад такой случай, он бы повел себя совершенно по-другому. Но с некоторого времени для него все изменилась. Он не мог забыть Наташу, и другие женщины перестали его интересовать. На вечеринке Тина чем-то зацепила его, Сергей даже на миг почувствовал прежнее легкое возбуждение от предвкушения привычной игры, но ее поцелуй все поставил на места. Сергей мгновенно ощутил, что его касаются губы чужой женщины, пусть красивой и сексуальной, но чужой. Ему стало грустно и неинтересно, и странный холодок вошел в сердце.
        - Ох, Наташенька! - в тоске повторял он, ворочаясь без сна с боку на бок. - Что же ты со мной сделала?
        Утром Сергей проснулся с одной мыслью, что ему необходимо после работы заехать к Екатерине Михайловне и попытаться связаться с Наташей. Он хотел только одного - спокойно поговорить хотя бы по телефону и, наконец, выяснить, что она действительно чувствует. И сразу после окончания рабочего дня он поехал к Екатерине Михайловне. Она непритворно обрадовалась его визиту, начала хлопотать, предложила чай со сдобными лепешками. Сергей посидел с ней из вежливости на кухне, пока она замешивала тесто. Но потом сообщил, что хотел бы поговорить с Наташей. Екатерина Михайловна кивнула, сказала, что ее номер в записной книжке на столике возле телефона, и продолжила замешивать тесто. А Сергей удалился в комнату. Но телефон Наташи не отвечал, и Сергей внезапно осознал, что он безумно ревнует.
        «Наверно, поехала куда-нибудь со своим мужем. А мне и надеяться нечего», - мысленно твердил он, еще раз набирая номер. Но ответа не было.
        Он вернулся на кухню и начал болтать с Екатериной Михайловной о различных пустяках. Она испекла лепешки, заварила чай. Когда они сидели за столом, Сергей не выдержал и начал расспрашивать. Екатерина Михайловна охотно рассказала, что Наташа по-прежнему работает в университете, живет все в той же квартире с мужем и, судя по всему, счастлива и спокойна. Но все это Сергей уже знал из разговоров с Леной. Посидев еще какое-то время, он распрощался, пообещал не забывать ее и заезжать в гости.
        После этого визита Сергей неделю был не в себе. Он с трудом высиживал на работе, но дома ему было не лучше. А тут еще, как назло, Тина одолевала его своим вниманием. Она звонила ему ежедневно и на работу и домой, и даже, как-то приехала в офис, подгадав к обеденному перерыву. Сергею ничего не оставалось, как пригласить ее в кафе, в котором он обычно обедал. Тина заказала себе только чашечку кофе, и, пока Сергей ел, пила кофе маленькими глотками, не поднимая глаз. Потом отодвинула пустую чашку в сторону и решительно проговорила:
        - Сережа, я же знаю, что небезразлична тебе. Я это чувствую. Объясни, что нам мешает быть вместе.
        - Не буду я тебе ничего объяснять, - равнодушно ответил Сергей. - С какой стати?
        Он встал из-за столика и, не глядя на Тину, вышел из кафе. Он с трудом сдерживал раздражение, но грубить не хотел. Однако девушка на этом не успокоилась. Она дошла до того, что однажды вечером подкараулила его у подъезда дома, в котором он жил. Когда Сергей подъехал и остановил машину, она резко распахнула дверцу и уселась рядом с ним. Сергей вздрогнул от неожиданности, но невольно улыбнулся.
        - Поговорим? - спросила Тина.
        - Дорогуша, - начиная раздражаться, ответил он, - у нас ничего не выйдет. Неужели еще непонятно? Не трать время.
        - Я люблю тебя, - тихо и серьезно сказала Тина и сильно покраснела.
        - А я тебя нет. Понимаешь? - ответил он и с жалостью на нее глянул.
        - Неправда! Ты хотел меня. В этом я не могла обмануться, - упрямо проговорила она.
        И пристально посмотрела ему в глаза, потом перевела взгляд на губы. Сергей перестал улыбаться и вздохнул.
        - Тина, - после паузы сухо произнес он, - давай решим этот вопрос раз и навсегда. Я прошу прощения за мое поведение в тот вечер. Ты настолько очаровательна, что устоять довольно трудно. Дело вовсе не в тебе, а во мне. Я люблю другую женщину, люблю по-настоящему и изменять ей, даже просто физически не собираюсь. Это понятно?
        - Тогда почему ты не с ней? - спросила Тина, повернувшись к нему всем телом.
        - Она замужем и живет не в Москве, - после паузы ответил он.
        - Вот как? - радостно заулыбалась она. - Значит, у тебя никаких шансов. А вот у меня, по-моему, все!
        - Ошибаешься, - резко ответил Сергей. - И оставь меня в покое! Или ты хочешь, чтобы я тебя возненавидел?
        Тина не ответила. Они какое-то время молчали. Сергей смотрел прямо перед собой и ждал, когда она уйдет. Но вот он услышал тихое всхлипывание, достал из кармана носовой платок и молча протянул его Тине. Но она, распахнув дверцу машины, выскочила из нее. Но тут же остановилась, наклонилась к окошку и прокричала:
        - Все равно ты будешь мой! Не отступлю ни за что! Я буду бороться!
        И она зашагала прочь от машины. На Сергея эта сцена произвела весьма неприятное впечатление, и в то же время ему было лестно, что молодая красивая женщина так неистово влюбилась в него.
        А в конце октября к Сергею неожиданно переехала младшая сестренка Настя. Сергей очень любил ее. Настя в этом году окончила школу, но в институт не прошла по конкурсу. И сейчас просто сидела дома, потому что никак не могла подобрать себе занятие по душе. На этой почве у нее с родителями возникали постоянные разногласия. Отец хотел, чтобы она шла ученицей к нему на завод, мать настаивала, чтобы Настя пока не работала, а посещала курсы и как следует подготовилась к экзаменам. Сама Настя уже ничего не хотела. Она целые дни валялась на диване и смотрела любимые фильмы. Сергей во все это не вмешивался, так как считал, что она должна принять самостоятельное решение. И вот после очередной ссоры с родителями, Настя решила, что с нее хватит нравоучений, и уехала к старшему брату.
        Она свалилась как снег на голову. Но Сергей очень ей обрадовался, так как в последнее время чувствовал себя одиноким.
        - Сбежала? - спросил он довольно, когда, вернувшись вечером с работы, увидел на кухне Настю.
        - Ага, - ответила она, нарезая овощи для салата. - Предки запилили! Но ведь ты меня не прогонишь? Я тебе ужины буду готовить.
        И она хитро глянула на Сергея.
        - И завтраки, - добавил он, улыбнувшись.
        - Вставать так рано? Тебе же к девяти в офис! - возмутилась Настя. - Мог бы ради такого дела и жениться.
        - Не на ком, - ответил Сергей. - И потом, мала ты на такие темы рассуждать!
        - Это я-то мала? - фыркнула она. - Мне, между прочим, дорогой мой братец, уже семнадцать лет. И я, к твоему сведению, уже сто раз влюблялась! Вот!
        - Господи, только этого мне не хватало! - пробормотал Сергей и вздохнул. - Смотри у меня! А то отправлю обратно.
        - Ну, Сережка! - захныкала Настя. - Не надо обратно! Можно, я хоть немного у тебя поживу? Отдохну от нравоучений.
        - Да, живи! Что я, изверг что ли! - Сергей сел к столу. - А ты не хотела бы действительно поработать? Помнишь, моего школьного друга Ивана? Ему, как раз, в спортклуб девушка на ресепш нужна. Данные у тебя подходящие, компьютер хорошо знаешь, общаться умеешь. Ну, что?
        Настя заулыбалась.
        - А это мысль! - сказала она довольно. - Спортклуб! Такие накачанные красавчики!
        Она хихикнула.
        - Опять за свое! - заметил Сергей, перемешивая салат и глядя укоризненно на Настю. - Другие мысли имеются в этой головке?
        Настя ничего не ответила. Она отвернулась к плите и поставила турку на огонь. Сергей окинул ее задумчивым взглядом, любуясь ладной стройной фигуркой и длинными, такими же русыми, как и у него, волосами. Глаза у Насти были тоже зеленого цвета, но более светлые и с приподнятыми вверх уголками. Она чем-то неуловимо напоминала русалочку из сказок, и ее часто так называли.
        - А вот Тина…, - неожиданно сказала Настя, наливая кофе в чашки.
        - Кто, кто? - не дал ей договорить Сергей. - Откуда ты ее знаешь?
        - Да чисто случайно познакомились.
        - А поподробнее?
        - Когда я к тебе приехала и подошла к квартире, она как раз звонила в дверь. Тут-то мы и познакомились. Я, как воспитанная девушка, пригласила ее на чашку чая, и она любезно приняла приглашение, - пояснила Настя и лукаво улыбнулась. - Сережа! Она тебя так любит! Ну, так любит!
        - Нет, как ты могла пустить в дом незнакомого человека? - возмутился Сергей. - Да еще чаи с ней распивала! Ужас просто!
        - Пустила, что тут такого? - удивилась Настя и сделала невинные глаза. - Тина такая милая. Ничего плохого не случилось. Чего ты взбесился из-за ерунды? Я ее и в гости пригласила, как радушная хозяйка.
        - Знаешь, Настюха, убить тебя мало! - закричал Сергей, вскочил и забегал по кухне. - Зачем ты вмешиваешься в мою личную жизнь? У меня нет с этой женщиной ничего общего!
        - Сейчас нет, так потом будет, - невозмутимо проговорила она. - Подумаешь, дело какое! - Настя пожала плечами. - Короче, Серега, завтра вечером, будь добр, не опаздывай. Они придут в гости.
        - Кто это «они»? - уточнил Сергей мрачным тоном.
        - Как кто? Тина, конечно. И она хотела взять брата, чтобы мне скучно не было. Ну, типа для компании. Двойное свидание…
        - Бесподобно! - окончательно разозлился Сергей и вылетел из кухни, на ходу крикнув: - Завтра меня с работы можешь не ждать!
        На следующий день он ушел из дома рано, чтобы избежать разговоров с сестрой. Настя, когда проснулась, убрала квартиру, потом сходила в магазин за тортом. В восемь вечера она была уже сильно взвинчена, так как ни гости, ни Сергей не появлялись. Подождав еще с полчаса, она достала торт из холодильника, выложила его на блюдо и налила себе чай. Отрезав огромный кусок, Настя с удовольствием принялась за еду. И тут раздались почти одновременно два звонка: один в дверь, другой - телефонный. Настя вздрогнула, уронив на стол недоеденный кусок торта. Она подскочила к телефону и, сняв трубку, услышала голос Сергея.
        - Настена, я сегодня не приеду, - быстро проговорил он. - Не жди и ложись спать. Это тебе в наказание. Будешь знать, как приглашать в дом кого попало. Они, кстати, пришли?
        - Только что, - пискнула Настя и услышала короткие гудки.
        Бросив трубку, она кинулась к двери и распахнула ее. На пороге стояли Тина и ее брат, который держал в одной руке коробку с тортом, а в другой - светло-розовую розу.
        - Здравствуйте, проходите, - сказала Настя довольно робко и отступила назад, пропуская гостей.
        Тут она заметила, что ее пальцы испачканы в шоколадном креме, и сильно смутилась. Предложив Тине и ее брату пройти в гостиную, она устремилась на кухню и спрятала остатки торта в холодильник. На блюдо она выложила торт, который принес Валентин. Вымыв руки и поставив чайник, она вернулась в комнату. Тина с улыбкой представила ей брата.
        - Чай на кухне будем пить? Или сюда принести? - спросила Настя.
        - Конечно, на кухне, - ответила Тина. - А Сергей? Еще на работе?
        - Ах, да! - спохватилась Настя. - Совсем забыла! Он звонил перед вашим приходом. Сказал, что срочные неотложные дела. Просил привет передать.
        И Настя слегка покраснела.
        - Ах, вот как, - задумчиво произнесла Тина и поджала губы.
        Потом они сидели на кухне, пили чай и болтали о всевозможных пустяках. Тина периодически поглядывала на часы и становилась все грустнее. Через какое-то время она ушла на балкон и оставалась там довольно долго, несмотря на промозглый октябрьский вечер.
        Настя сидела напротив Валентина и, немного смущаясь, периодически посматривала на него. Он ей понравился с первого взгляда. У Валентина были такие же, как у сестры, темно-карие выразительные глаза и точеные черты лица. Когда они остались наедине, то оба почему-то замолчали. Настя, чтобы как-то преодолеть возникшую неловкость, предложила еще торт, но он отказался. Посидев немного за столом, Валентин встал и, извинившись, вышел. Вернулся он уже с сестрой, и они сразу засобирались.
        - Еще рано, - попробовала удержать их Настя.
        - Нет, нам пора. Мы и так засиделись. А завтра всем на работу, - проговорила Тина и, немного помолчав, добавила: - Спасибо за приятный вечер, Настенька. Передай Сереже, что я очень сожалею.
        Она отвернулась и вышла из квартиры. Валентин, пристально посмотрев Насте в глаза, тихо проговорил:
        - Приятно было познакомиться. Я очарован.
        И вышел вслед за сестрой.
        Настя закрыла дверь и пошла на кухню. Увидев недоеденный торт на столе, она вспомнила, что в холодильнике еще один, и начала хохотать.
        «Что только Сережка подумает? Что я тут всю ночь обжорством занималась?»
        И новый приступ смеха накатил на нее. Убрав со стола и вымыв посуду, она отправилась спать. Лежа в постели, вспомнила карие глаза Валентина и вздохнув, подумала:
        «Какой он все-таки робкий по сравнению с сестрой, но какой красивый! Очень красивый…»
        Рано утром ее разбудил Сергей. Правда, он старался не шуметь, но, увидев в холодильнике остатки от двух тортов, не выдержал и рассмеялся. Заспанная хмурая Настя появилась на пороге кухни.
        - Чем вы тут вчера занимались? Устраивали конкурс поедателей сладкого? - спросил Сергей, наливая себе кофе.
        - Смейся, смейся, - хмуро пробормотала Настя. - А мне вчера не до смеха было. Я просто не знала, что мне с ними делать.
        - С кем? С гостями? Или ты о тортиках?
        - Свинья ты все-таки, Сережка! Бросил меня на произвол судьбы, - заметила Настя, зевнула и закрыла глаза. - Спать хочу, просто умираю. Ты куда сейчас?
        - На работу, куда еще, - невнятно проговорил Сергей, дожевывая бутерброд. - Я переодеться забежал. У приятеля в соседнем доме ночевал. Будь тут умницей. Жди меня и приготовь вкусный ужин.
        Он поцеловал Настю и вышел из квартиры.
        «Про Тину даже и не спросил. Вот они мужчины!» - подумала она и отправилась в постель. Только уснула, раздался телефонный звонок.
        - Нет в этом доме покоя! - проворчала Настя, снимая трубку. - Алло, - сказала она расслабленным голосом.
        - Здравствуйте, Настя. Я вас не разбудил? Это Валентин.
        - Я уже давно на ногах, - бодро ответила она и села.
        - Хотел узнать о ваших планах на сегодняшний день. Может, сходим куда-нибудь, если вы свободны?
        - Хорошо, - сказала Настя, пытаясь сдержать радостное волнение.
        Прошла неделя. Знакомство Насти с Валентином вылилось в бурный и стремительный роман. Они мгновенно влюбились друг в друга, старались ежедневно встречаться и часами болтали по телефону. Сергей, как ни странно, ничего не замечал, полностью погруженный в работу и личные проблемы. Но однажды рано утром Тина подкараулила его у подъезда и предложила поговорить. Сергей нахмурился и ответил довольно сурово, что все уже давно сказано.
        - Да я не о себе! - с досадой перебила его Тина. - Тебе не кажется, что отношения Насти и Вальки зашли слишком далеко?
        Сергей непритворно изумился и пристально посмотрел на девушку.
        «Да он не в курсе!» - злорадно подумала она и вслух сказала:
        - Сообщаю тебе, что они уже решили пожениться, хотя знакомы без году неделя. Правда, держат это в секрете, но я нечаянно услышала их разговор по телефону и, уверяю тебя, все очень серьезно.
        - Пожениться?! - возмутился Сергей и даже покраснел. - Но ведь моя сестра еще несовершеннолетняя. Она только школу закончила. Ну-ка, давай, расскажи мне все подробно!
        Тина не смогла сдержать торжествующую улыбку, когда садилась к нему в машину. Она рассказала обо всем, что знала, а потом спросила:
        - Ну и что нам теперь делать?
        Сергей никак не мог прийти в себя от вероломства сестры. Потом решительно проговорил:
        - Никаких женитьб! Завтра же отправлю ее к родителям! Но вначале всыплю ей как следует!
        Тина пожала плечами и усмехнулась.
        - Но это не решение проблемы! - после паузы сказала она. - И потом, если они по-настоящему любят друг друга, им ничто не помешает. Ты хоть понимаешь, что такое любовь? - спросила она странным тоном и прищурила глаза.
        - Завтра же к родителям! - сурово произнес Сергей, помолчал, потом нехотя спросил: - Тебя подвезти?
        - Да, - обрадовалась Тина. - У меня через час тренировка.
        Вечером Сергей после весьма неприятного разговора усадил Настю в машину и отвез в квартиру родителей. Она притихла и имела очень виноватый вид.
        - Я его люблю, - без конца повторяла Настя. - Жить без него не могу!
        - Да ясно мне все! - отмахивался Сергей. - Не работать, не учиться, а просто выскочить замуж! И это все, чего ты хочешь? Стать обычной домохозяйкой.
        - Я его люблю, - твердила сквозь слезы Настя.
        - Мала ты больно о любви понимать! - отрезал он.
        Но то, что Настя оказалась под присмотром родителей, не помогло. Влюбленные продолжали встречаться при каждом удобном случае. И перед Новым годом Валентин официально попросил ее руки. Родители после мучительного раздумья дали согласие. Свадьбу решили сыграть в апреле, когда Насте исполнится восемнадцать. Тина во всем этом принимала самое деятельное участие. Сергей поневоле вынужден был мириться с ее постоянным присутствием в его жизни, тем более скоро они вообще должны были породниться. Общие знакомые, видя Тину постоянно рядом с Сергеем, начали поговаривать, что вместо одной свадьбы, возможно, будет две.
        Глава шестая

        Наташа тем временем вынашивала ребенка. Переносила она свое состояние прекрасно, проблем со здоровьем не было. Женя продолжал заботиться о ней, и они по-прежнему жили в одной квартире. Окружающие были уверены, что у них отличная семья и они в ожидании счастливого события. Оксана Васильевна была на седьмом небе от счастья и мечтала о появлении внука. Она неоднократно предлагала переехать к ней загород, но Наташа мягко отказывалась. Она относилась спокойно к своему довольно двусмысленному положению, решив, что, когда наступит подходящее время, она просто переедет в Москву, никому ничего не объясняя. Пусть Женя сам выкручивается. Ее все это уже касаться не будет.
        К концу апреля Наташа перестала работать в университете. Она вышла в декретный отпуск. Погода стояла чудесная. Было тепло и солнечно, и она решила съездить на пару недель в пансионат недалеко от Киева и отдохнуть. Ей очень хотелось побыть в одиночестве, погулять на свежем воздухе, полюбоваться начинающими зацветать садами. Женя стремился поехать вместе с ней, но она категорически отказалась. Наташа решила отправиться на своей машине, так как чувствовала себя отлично, а ехать было недалеко.
        В день отъезда проснулась очень рано. Она еще с вечера сложила необходимые вещи, и Женя отнес их в машину. Ей пришла в голову мысль, что хорошо бы уехать прямо сейчас, не прощаясь с бывшим мужем, чтобы вновь не выслушивать его наставления и предложение поехать вместе. Последнее время он стал утомлять ее своей надоедливой и неусыпной опекой. Чем меньше оставалось до родов, тем Наташа становилась спокойнее, а Женя, наоборот, нервничал все сильнее. И Наташа решила уехать прямо сейчас. Она быстро оделась. В этот момент зазвонил телефон.
        «Кто бы это мог быть в такую рань?» - с недоумением подумала она, не испытывая никакого желания говорить с кем бы то ни было.
        Но телефон продолжал звонить, и она сняла трубку.
        - Наташенька, это я, мама. Как твои дела? - услышала Наташа и обрадовалась.
        - Мамочка, здравствуй! Как хорошо, что ты позвонила! Я вчера весь вечер пыталась с тобой связаться, но безрезультатно. Даже волноваться начала.
        - Так я, дочка, у соседки была. Ей вчера семьдесят исполнилось. Представляешь? Вот и отмечали. Всех старинных подруг собрали, кто, конечно, еще в живых остался. А ты почему звонила? Случилось что?
        - Нет, все в порядке. Просто я решила на пару недель съездить в пансионат. Не знаю, может, сотовый там брать не будет. Хотела тебя предупредить, чтобы ты меня не потеряла.
        - А что это ты сейчас решила? А студенты твои как же? - удивилась Екатерина Михайловна.
        - Все нормально, мама. У меня много отгулов накопилось, - на ходу придумала Наташа. - Через две недели вернусь.
        - Не понимаю, какие могут быть у тебя отгулы, - вздохнула Екатерина Михайловна. - Ну, тебе виднее.
        - Ты там как поживаешь? Есть какие-нибудь новости?
        - Да все, как всегда. Живу - не печалюсь, да тебя домой поджидаю, - ответила Екатерина Михайловна, снова вздохнула и после паузы, оживившись, сказала: - Да, Наташа, тебе это навряд ли интересно, но позавчера приезжала к родителям Лена и ко мне забежала. Про Сергея рассказывала. Помнишь Сергея-то?
        - Помню! - начиная волноваться, ответила Наташа.
        - Так вот, он тут сестру замуж выдает и, поговаривают, что сам тоже скоро женится, - сообщила Екатерина Михайловна и замолчала, ожидая ответа.
        Наташа оцепенела. После паузы, с трудом взяв себя в руки, спросила:
        - На ком, неизвестно?
        - Ох, Наташенька, это такая романтическая история! - торопливо начала рассказывать Екатерина Михайловна. - Его сестра совсем молоденькая, только восемнадцать исполнилось, но мгновенно влюбилась. Просто с первого взгляда, как Лена мне рассказала. И он в нее мгновенно. Ну, так бывает в жизни. Но родители и Сергей против, конечно. Она ведь была тогда несовершеннолетняя, когда первый взгляд-то произошел. Представляешь? Но у них такая любовь была, что все согласились. И вот скоро свадьба. А у жениха сестра есть. Очень настойчивая и красивая девушка, как Лена говорит. И она в Сергея влюбилась и тоже с первого взгляда. Вот и вышло две пары: братья и сестры. Прямо как в романах. Ты слушаешь?
        - Да, да, - глухо проговорила Наташа. - Мама, меня Женя зовет. Нам ехать пора.
        - До свидания, дочка! Отдохните там как следует. Потом позвони обязательно, как вернешься.
        И она положила трубку.
        Наташа, постояв еще какое-то время у телефона с закрытыми глазами, вдруг резко развернулась и вышла из квартиры. Сев за руль, она помчалась по пустынным утренним улицам. Выехав за черту города, развила совершенно недопустимую скорость, испытывая странное успокоение от холодка опасности, сжимающего сердце. Начал накрапывать дождик, но она не сбросила скорость. И когда въехала в стену дождя, то машину повело, так как дорога была скользкой. Наташа опомнилась и решила сбавить скорость, но в этот момент острая боль пронзила поясницу. Наташа, охнув, вцепилась в руль, нечаянно резко повернув его вправо. Машина вылетела на обочину, и больше Наташа уже ничего не чувствовала.
        Очнулась она в каком-то сумраке, и тут же ощутила боль во всем теле. Перед ее лицом мелькнуло что-то белое, и Наташа дернулась от укола. Она закрыла глаза и вновь впала в забытье.
        Роды начались прямо в машине «Скорой помощи», которая увозила потерпевшую с места аварии. Наташа чудом осталась жива. Ее машина перевернулась на бок и остановилась в таком положении. А буквально через минуту по шоссе проезжал дальнобойщик. Он мгновенно выскочил из машины, вызвал помощь, а потом осторожно вытащил Наташу из перевернутой машины. Она была без сознания. И, все также не приходя в себя, она в машине «Скорой помощи» родила мальчика, который был жив и невредим. Их привезли в ближайший к месту аварии роддом. Наташа находилась в забытьи еще несколько дней, а когда окончательно пришла в себя, то ничего не помнила. Она не помнила ни своего имени, ни кто она и откуда, но знала одно: ее сына зовут Сергей. По документам, которые были в ее сумке, полиция установила ее личность.
        На следующее утро в клинику примчался перепуганный Женя. Его проводили в палату. Увидев Наташу, он бросился к ней, но она, с любопытством посмотрев на него, спросила немного равнодушно:
        - Кто вы?
        Женя остановился в растерянности, потом быстро вышел из палаты. Найдя лечащего врача, он забросал его вопросами о состоянии больной, сообщив, что он муж, а новорожденный - его сын.
        Врач, как мог, успокоил его, сказав, что после сотрясения мозга и стресса такое бывает, что заранее сказать ничего нельзя, нужно просто ждать.
        Прошло чуть больше месяца, и врачи, наконец, сочли возможным выписать Наташу с новорожденным из клиники. Физически она была здорова, но память ее так и не восстановилась. Малыш родился восьмимесячным, но чувствовал себя отлично и быстро набирал положенный вес. Женя забрал их и отвез в загородный дом. Там их с нетерпением ждала Оксана Васильевна. Наташу провели наверх в ее комнату, рядом была оборудована детская. Она первым делом переодела ребенка и уложила его в кроватку. Оксана Васильевна ходила за ней по пятам, изнывая от нетерпения поскорее взять внука на руки. Женя стоял у двери. Наташа немного недовольно смотрела на них. Она абсолютно не помнила ни эту женщину, ни этого мужчину, ни этот дом. Уложив ребенка, Наташа присела на кушетку возле кроватки и в изнеможении закрыла глаза. Голова ее кружилась.
        - Наташенька, ты меня совсем не помнишь? - услышала она. - Я - мама Жени, твоя свекровь, зовут меня Оксана Васильевна.
        Раздалось всхлипывание, и Наташа открыла глаза. Женщина внимательно на нее смотрела. Ее глаза были мокрыми. Видно было, что она с трудом сдерживает слезы.
        - Мама! Мы же с тобой договорились, - укоризненно сказал Женя. - Наташу нельзя волновать. Доктор сказал, что со временем ее память восстановится. Нужно подождать и быть очень терпеливыми.
        - Да, сыночка, извини! - спохватилась Оксана Васильевна и подошла к кроватке. - Ах, какой красивый мальчик! - заворковала она. - И как мы его назовем?
        Наташа вышла из оцепенения, оживилась и проговорила:
        - Его зовут Сережа. Это я помню точно.
        Оксана Васильевна пристально посмотрела на нее, потом перевела взгляд на ребенка и сразу заулыбалась.
        - Ну, вот и хорошо! Значит, что-то ты помнишь, - заметила она и склонилась над кроваткой. - Надо же! У него уже и волосики есть, и какие светленькие. А ведь вы оба темноволосые.
        - Мама, потом цвет поменяется, - недовольно проговорил Женя.
        - А почему Сергей? Ведь мы, кажется, заранее с тобой решили, что назовем его Петром, в честь твоего отца, - не унималась Оксана Васильевна.
        При этих словах Наташа начала беспокоиться и быстро заговорила:
        - Нет, нет, его зовут Сергей, и только Сергей! Никаких Петров! Кто это Петр? Я не знаю такого! Да и вас я никого не знаю!
        Она вскочила и заходила по комнате, приговаривая:
        - Мне вообще лучше уйти отсюда. Вы все чужие! Кто вы? Кто? Хочу уехать!
        - Вот видишь, мама, что ты наделала! - прошептал Женя.
        Он приблизился к Наташе, обнял за плечи и мягко проговорил:
        - Родная, ты устала. Тебе лучше прилечь, пока малыш спит. А мама за ним пока присмотрит.
        Он открыл дверь и завел Наташу в спальню. Начал помогать раздеваться, но ей были неприятны его прикосновения. Она отстранилась и хмуро сказала:
        - Я сама.
        Женя возражать не стал и вышел из спальни, прикрыв за собой дверь. Наташа осталась одна и огляделась. Она ничего здесь не помнила. Взгляд ее остановился на прикроватной тумбочке. Наташа увидела свадебную фотографию и, взяв ее, стала с любопытством разглядывать. На фотографии была, несомненно, она в белом платье, фате и с букетом белых роз. Выражение лица было немного смущенным, но счастливым. А рядом стоял Женя и широко улыбался.
        «Значит, это правда? - подумала Наташа, ставя фотографию обратно. - И это действительно мой муж. Но почему, я совсем ничего к нему не чувствую? Он мне даже неприятен».
        Она напряглась, пытаясь хоть что-то вспомнить из своего прошлого, но память была девственно чиста. Ее жизнь начиналась с того момента, как она очнулась в больнице.
        «Откуда же тогда это имя Сергей?» - напряженно думала она, пытаясь проникнуть в свое прошлое.
        Но у нее начала сильно болеть голова. Тогда она решила успокоиться, прошла в ванную и приняла душ. Потом долго стояла возле зеркала, изучая свое лицо. Но это тоже ей ничего не дало, хотя лицо ей в принципе понравилось.
        Через какое-то время Наташа, заглянув в детскую и увидев, что малыш крепко спит, спустилась в гостиную. Там ее встретила улыбающаяся Оксана Васильевна.
        - Дочка, ты голодна? - участливо спросила она.
        - Нет, - ответила безразлично Наташа. - У меня совсем нет аппетита.
        - Это ничего, милая, это пройдет. Но тебе нужно сейчас хорошо питаться, а то малыш не будет расти.
        - Почему? - заинтересовалась Наташа.
        - Но ведь молоко плохое будет.
        - У меня нет молока. Оно еще в больнице пропало, не знаю почему, - ответила Наташа и нахмурилась.
        - Ну, что тут поделаешь, - вздохнула Оксана Васильевна. - Ты не виновата, доченька! Только Жене не могу простить, что он отпустил тебя одну в таком состоянии.
        - Куда отпустил? - с недоумением спросила Наташа.
        Она села в кресло и закрыла глаза. У нее вновь начала кружиться голова.
        - Мама! Ты опять ее утомляешь, - проговорил вошедший в гостиную Женя.
        Он подошел к Наташе, сел перед ней на корточки и взял ее руки. Она открыла глаза и вопросительно на него посмотрела.
        - Наташа, родная моя, - начал он. - Тебе обязательно нужно поговорить с твоей мамой. Она живет в Москве и ничего о случившемся не знает. У нее гипертония и волновать ее нельзя ни в коем случае. Я все это время сам звонил ей и говорил, что ты отдыхаешь дольше запланированного времени, что позвонить тебе нельзя, и ты передаешь ей привет. Предлагаю тебе ни о чем особо не разговаривать, а просто сказать, что ты уже вернулась и у тебя все в порядке. Хорошо?
        - Я попробую. А что это - Москва?
        Оксана Васильевна всхлипнула и быстро вышла из гостиной. Женя молча посмотрел ей вслед, потом взял телефон и стал набирать номер, говоря:
        - Москва - это город, в котором ты родилась и выросла. Я тебе потом видео покажу.
        Он подождал, потом сказал в трубку бодрым голосом:
        - Алло! Здравствуйте, Екатерина Михайловна. Сейчас с Натальей говорить будете.
        И он протянул трубку Наташе. Она взяла ее и услышала совершенно незнакомый ей женский голос:
        - Дочка, это ты?
        Наташа подняла глаза на Женю, и он энергично закивал. Тогда она спокойно ответила:
        - Я, мама. Как твои дела?
        - Хорошо! Но я очень беспокоилась из-за тебя. Что там у тебя происходит? Что это за пансионат такой, в который даже позвонить нельзя? Ты вернулась, наконец?
        - Да, я дома, мама, не волнуйся, - после паузы ответила Наташа, потом добавила: - При встрече все расскажу. Но у меня все хорошо.
        Они пообщались еще минут десять, причем, в основном, говорила Екатерина Михайловна. Распрощавшись, Наташа положила трубку и расплакалась.
        - Я ничего не помню! Ничего! - повторяла она, всхлипывая. - И это страшно!
        Женя помог ей встать и отвел в спальню.
        - Наташа, любимая, - твердил он, - ты должна постараться и взять себя в руки. Я буду тебе обо всем рассказывать. Постепенно память восстановится. А тебе нужно помнить только одно, что ты теперь мать и должна сохранять спокойствие ради нашего сына.
        - Нашего?! - сама не зная почему, возмутилась Наташа и увидела потемневшие глаза Жени.
        Что-то начало вновь сильно беспокоить ее, и она расплакалась. Женя помог ей раздеться и уложил в постель. Сев на краешек, он сжал ее похолодевшие пальцы и нежно проговорил:
        - Спи, дорогая. Тебе нужно много отдыхать. А потом мы с Сережей сходим погуляем. Погода чудесная, теплая, все вокруг цветет.
        Наташа внимательно посмотрела в его глаза и неожиданно спросила:
        - И ты любишь меня?
        - Очень, - тихо сказал Женя и опустил глаза.
        - Давно мы женаты? - после паузы заинтересовалась Наташа.
        - Пять лет, - ответил он и встал. - Тебе надо поспать. Разговоры утомляют тебя. Я пойду.
        Наташа закрыла глаза и, почувствовав легкий поцелуй на своих губах, невольно сжалась, но промолчала. Через какое-то время она действительно уснула.
        Прошло полгода, и в состоянии Наташи мало что изменилось. Она помнила свою жизнь только с того момента, как очнулась в больнице. Правда, ей снились странные сны, но очень туманные и путанные. Наутро она пыталась их вспомнить, но могла восстановить только какие-то отрывки. Почти всегда она видела город со множеством церквей, меж которыми она без конца бродила и кого-то искала. Иногда она догоняла мужчину, но он не оборачивался, вновь уходя от нее. Она видела только его светлые волосы и знала, что его зовут Сергей. И еще она знала, что должна непременно догнать его и заставить обернуться. Почему-то это было очень важно. Засыпая, Наташа втайне надеялась, что именно сегодня это случится, но он так ни разу не обернулся. От лечащего врача она утаивала эти сны, да и вообще никому о них не говорила. Но когда ей снился этот мужчина, она весь следующий день находилась в крайне подавленном состоянии. К тому же ее мучило совпадение имен. Она сразу назвала сына Сергеем и была абсолютно уверена, что это единственно возможное для него имя. Наташа понимала, что разгадка всего этого кроется в ее прошлом.
        Маленький Сережа очень радовал ее. Он был спокойным, здоровым и развивался нормально. Особых хлопот никому не доставлял. Женя, оформляя документы, записал его, без ведома Наташи, на свою фамилию. Но эти вопросы ее мало интересовали. Она жила сейчас в особом замкнутом мире, наполненном книгами и заботами о сыне. Наташа много читала. Ее память жадно заполняла пустующие пространства. Жили они практически в одиночестве. Это была инициатива Жени. Он предупредил всех о состоянии Наташи и просил пока ее не беспокоить.
        В жизни Жени все вроде бы наладилось. Он был рядом с любимой, своего ребенка она считала их общим. Но его беспокоило то, что Наташа упорно отказывалась от физической близости. Несколько раз он пытался настоять на своем, но Наташа с отвращением отодвигалась от него и один раз даже расплакалась. Женя обратился к ее лечащему врачу, но тот успокоил его, сказав, что это обычное явление и после родов так часто бывает. А Наташа, тем более, перенесла такую травму. Врач посоветовал не настаивать и заверил, что когда память восстановится, то все придет в норму. Но Женя прекрасно понимал, что в этом случае Наташа заберет малыша и уйдет от него. Хотя какая-то надежда у него оставалась.
        Летом они поехали на озера на целый месяц и отлично там отдохнули. Наташа, правда, часто уходила одна гулять по берегу. Она садилась на каком-нибудь возвышении и подолгу смотрела на серебрящуюся воду. Но после поездки она стала намного спокойнее.
        А в сентябре Наташа решила, что ей необходимо поехать в университет. Она надеялась, что память как-то прореагирует. Но Женя категорически воспротивился этому.
        - Пойми, дорогая, - сказал он, - ты все еще не здорова. Память все в том же состоянии, работать ты не сможешь, так как весь запас твоих знаний улетучился неизвестно куда. Тебе бы в первый класс заново пойти, - неуклюже пошутил он, - а ты преподавать в университете собираешься. Занимайся лучше мной и сыном. А там видно будет.
        Наташа молча слушала его, сидя в уголке дивана и нахохлившись. Выглядела она, несмотря на все произошедшее, отлично. Волосы больше не подстригала, и они падали ей на плечи темно-каштановыми волнами. Следов на лице после аварии не осталось, и кожа была по-прежнему матовой и гладкой. Но вот глаза потухли, словно жизнь исчезла из них.
        Наташа грустно посмотрела на него и тихо проговорила:
        - Я чувствую страшную пустоту внутри и ничем не могу ее заполнить. Понимаешь? Я обожаю сына, но мне этого мало, это только часть моей жизни, а все остальное - пустота, пустота. Я хотела поехать в университет в надежде, что смогу там что-то вспомнить. Ведь ты говорил, что я проработала там четыре года. Почему же нельзя мне туда поехать?
        - Потому! - упрямо проговорил Женя. - Тебе противопоказаны сильные волнения. Ты еще недостаточно окрепла. Разве тебе плохо дома? Ведь я выполняю все твои желания!
        Женя сел рядом с ней на диван и попытался обнять, но она отстранилась.
        - Мне здесь хорошо, но я чувствую себя будто в клетке, - тихо ответила она.
        - В клетке? - недовольно спросил он. - Но ведь у тебя есть все!
        Помолчав, Наташа повернулась к нему и, глядя в глаза, спросила:
        - А почему бы мне не съездить в Москву? Кто знает, что произойдет с моей памятью, когда я увижу родной город, маму, подруг. Мне кажется, что это хорошая идея. Может, стоит посоветоваться с доктором?
        - Что ты! - возмутился Женя и даже вскочил с дивана. - Об этом не может быть и речи! Малыш еще очень мал для таких поездок, да и ты не здорова. И потом, ты же видела и Москву и свою маму на видео, и это не вызвало в тебе никаких эмоций. Ты ничего и никого не узнала.
        - Но это же видео, а, если я поеду, все будет реально, и тогда, кто знает!
        - Ни за что! - окончательно разволновался Женя. - Психика - очень сложная и тонкая материя. И, по правде говоря, врачи ни черта в ней не понимают. Неизвестно, чем это для тебя закончится. Я считаю, нужно подождать еще хотя бы полгода. А там видно будет.
        Женя вновь сел рядом с ней и, быстро обняв, прижал к себе и поцеловал в висок. Но Наташа нахмурилась и отвернулась.
        На Рождество Оксана Васильевна все-таки решила пригласить гостей. После обсуждения с Женей она позвонила только родственникам. Приехали все те же, кто был на ее дне рождения. Они впервые увидели Наташу после аварии. Женя всех обзвонил и вкратце рассказал о положении дел, предупредив, как себя нужно вести. И все общались с ней естественно и непринужденно.
        Наташа встречала гостей с малышом на руках, принимала подарки и поздравления, но улыбалась натянуто и немного испуганно. Гости восхищались маленьким Сережей и одобрительно подмигивали Жене. Вечером уселись за праздничный стол. Беседа текла оживленно, все шутили и без конца смеялись. Наташа, сидя рядом с «мужем» во главе стола, продолжала играть роль хозяйки, улыбаясь и спрашивая, всего ли достаточно. Но на душе у нее было тяжело. Она чувствовала себя среди этих людей почему-то настолько чужой, словно была с другой планеты. Ей хотелось одного: бросить все, забрать сына и уехать, куда глаза глядят. Ей, по непонятным для нее причинам, опостылел и этот дом, и этот мужчина, который называл себя ее мужем.
        Единственным лучиком радости был маленький Сережа. Наташа видела, как он не похож ни на ее мужа, ни на родственников. Он словно был слеплен из другого теста. И уже сейчас проявлял себя, как яркая незаурядная личность. И чем старше он становился, тем все больше казался ей похожим на Сергея из ее снов, хотя она по-прежнему видела его только со спины. Она пыталась успокоить себя тем, что видит во сне сына, но уже выросшего. Однако интуиция ей подсказывала, что это совсем не так. И Наташа снова пыталась вспомнить свое прошлое, мучительно напрягая память. Но там была одна пустота.
        К концу ужина Наташа почувствовала невыносимое и непонятное ей раздражение, и под благовидным предлогом покинула гостиную. Набросив пальто, она потихоньку вышла на улицу и, отойдя от двери на несколько шагов, прислонилась затылком к холодной стене дома. Подняв голову, погрузила взгляд в темное ночное небо с яркими искрами звезд. Слезы медленно текли по ее щекам.
        «Что же происходит с моей жизнью? - с тоской спрашивала она себя. - Ведь так дальше нельзя. Я чувствую, что просто схожу с ума».
        Хлопнула входная дверь, и Наташа услышала мужские голоса. Она затаила дыхание и старалась не двигаться, так как не хотела ни с кем общаться. Наташа узнала голос мужа и его брата Михаила.
        Миша, затянувшись, сильно раскашлялся и с досадой проговорил:
        - Все хочу бросить курить, да не получается! Надо бы заняться этим вопросом серьезно.
        Женя хмыкнул и проговорил:
        - Ты с шестнадцати лет все хочешь заняться этим вопросом серьезно, да все что-то мешает. Седой уже весь, а все не бросишь.
        - Вот увидишь, брошу, - ответил Миша.
        Они замолчали. Наташа буквально вжалась в стену дома. Тень, падавшая от большого клена, практически скрывала ее.
        - Слушай, брат, а Наталья прекрасно выглядит. Как у вас с ней сейчас? - спросил Миша.
        - Да все также. Но с таким диагнозом ничего наверняка сказать нельзя.
        - Да, ситуация, - протянул Миша. - Не хотел бы я оказаться на твоем месте! А она вообще в курсе, что вы официально в разводе?
        Женя помолчал, потом ответил раздраженно:
        - Да ничего она не знает! Пойми, Михайло, я боюсь последствий. Зачем ей такие потрясения? Правда ее может убить. Я решил довериться естественному течению событий. Время все расставит на места.
        Миша закашлялся, потом, отдышавшись, сказал:
        - Тебе, конечно, виднее. Ну а когда все-таки память вернется? Ведь, насколько я помню, вы после развода были в крайне натянутых отношениях. Или я ошибаюсь?
        - Не ошибаешься. Наташа меня просто терпела, так как в ее положении у нее не было другого выхода.
        - Да, неприятная история, - заметил Миша. - А с этим у вас как? Ты понимаешь, о чем я.
        - Ни единого раза не было. А ведь она считает, что я ее муж, но упорно мне отказывает в близости. Врач советует выждать, а я не настаиваю.
        - Ладно, брат, не переживай! - после паузы сказал Миша. - Все еще образуется. Главное, что она и ребенок с тобой. Со временем привыкнет. Пойдем в дом, а то уже подмораживает, - заметил он.
        - Пошли, - ответил Женя.
        Наташа услышала, как хлопнула входная дверь, вытерла повлажневшие глаза и запахнула плотнее пальто. То, что она только что услышала, потрясло ее. Она почувствовала сильный озноб. Наташа и вообразить себе не могла, что Женя, казавшийся ей нежным, внимательным и заботливым, способен на такое вероломство.
        - Как он мог? - шептала она. - Как он мог скрыть от меня правду? Мы в разводе? Я его просто терпела? И почему же я ни разу не просмотрела свой паспорт! Но мне такое и в голову прийти не могло. Господи, что же мне делать?
        Наташа сжала виски пальцами и попыталась сосредоточиться. Голова вдруг невыносимо заболела, по всему телу разлилась дурнота. Наташа испугалась, что потеряет сознание прямо здесь, и решила немедленно вернуться в дом. Когда она подошла к двери, то та распахнулась ей навстречу, и на пороге показался встревоженный Женя.
        - Дорогая моя, любимая, - взволнованно заговорил он, бросаясь к ней, - где ты была? Мы тебя потеряли.
        Он завел ее в дом, помог снять пальто. Потом взял за руки, заглядывая в глаза. Наташу невольно передернуло от отвращения, но она, мгновенно взяв себя в руки, спокойно проговорила:
        - У меня сегодня что-то сильно болит голова. Наверное, переволновалась из-за приезда гостей. Вот я и решила прогуляться. Не волнуйся, мне уже намного лучше.
        Женя вздохнул с облегчением и заулыбался. Усадив Наташу в кресло, он сказал:
        - Надо было одеться потеплее. У тебя руки просто ледяные! Пойду, сварю тебе кофе.
        И он удалился в сторону кухни. Родственники окружили Наташу, спрашивая о ее самочувствии, но у нее настолько сильно болела голова, что она закрыла глаза, так как была не в состоянии отвечать на их вопросы. Она никак не могла справиться со странным волнением. Ее без конца начинала бить мелкая дрожь. Наташа извинилась и, сказав, что неважно себя чувствует, вышла из гостиной, даже не дождавшись Женю.
        Зайдя в детскую и убедившись, что сын безмятежно спит, она легко поцеловала его. Но почувствовав, что дурнота усиливается, Наташа пошла в свою спальню и там упала, как подкошенная, на кровать. Она моментально провалилась в сон, похожий на обморок.
        - Любимый…, - прошептали ее губы.
        Наташа вновь в который раз увидела, как бродит по городу между церквей, как вдали появляется все тот же мужчина и она устремляется за ним. И вот, наконец, догнав его, она кладет руку ему на плечо, и он медленно оборачивается. И она видит близко-близко зеленые, как ягоды винограда, глаза, светло-русую челку, яркие улыбающиеся губы. Наташа явственно ощутила поцелуй и невольно застонала от мгновенно охватившего ее сильного желания.
        - Сережа, - прошептала она.
        - Радость моя, - услышала низкий мужской голос и счастливо рассмеялась в ответ, тут же просыпаясь от своего смеха.
        Наташа села в постели и замерла, прислушиваясь. Но в комнате было тихо. Она включила лампу у изголовья, с изумлением огляделась вокруг и внезапно, в одно мгновение все вспомнила. Как будто бы перепутанная мозаика ее прошлой жизни наконец сложилась в осмысленную и правильную картину. Ее личность восстановилась. Все события ее жизни прокрутились перед ее внутренним взором в обратном порядке. Она вспомнила, кто она и откуда. Картины юности, детства стремительно проносились в памяти, сменяя друг друга. Она видела лица знакомых, подруг, матери, давно умершего отца; видела свой двор в Москве; вспомнила студентов из университета. Огромное множество мелочей всплыло в ее памяти, словно закрытые полочки открывались одна за другой и выдавали ей свое содержимое.
        И, конечно, она вспомнила Сергея. Наташа ощутила мучительную боль, когда поняла, что с ней произошло. Она ясно помнила все, даже то, как мчалась в отчаянии по мокрой дороге в то утро, и как, вцепившись в руль, закричала, когда почувствовала, что машина переворачивается. Потом был пробел, и дальше воспоминания касались пребывания в клинике и всех последующих событий. Наташа поняла игру Жени и то, что им двигало. Она знала, что он так поступил только из любви к ней, но все равно считала это подлостью. Мысли ее вновь вернулись к Сергею. Наташа поняла, что все еще любит его, что любовь не исчезла, не прошла, а все также живет в ее сердце.
        «А ведь он, наверное, давно женат, - с горечью подумала она, и слезы побежали по щекам. - Он меня даже и не вспоминает. Не знает, что у него есть сын. Господи, - спохватилась Наташа, - ведь и мама ничего не знает о внуке. Как все это простить Жене? Как он мог так поступить? - Она задумалась, потом вытерла слезы. - Хотя, что он мог сделать? Позвонить моей маме и сказать, что я попала в аварию, родила раньше срока и что он - не отец ребенка?»
        Наташа встала и подошла к окну. Выглянув, она увидела, что на улице все также темно.
        «А ведь Женя всех убедил, что это его сын! - подумала Наташа и нахмурилась. - Я должна что-то сделать! Моя жизнь отныне принадлежит только мне, больше я не позволю собой манипулировать. - На душе у нее становилось все легче, и она неожиданно улыбнулась. - Как будто я проснулась после долгого мучительного кошмара», - подумала Наташа и пошла в ванную.
        Она тщательно умылась и, посмотрев на себя в зеркало вновь засиявшими глазами, проговорила:
        - Здравствуйте, Наталья Николаевна! С возвращением!
        Наташа вернулась в комнату и остановилась в раздумье. Потом подошла к шкафу и раскрыла его. Заметив на нижней полке свою дорожную сумку, вскрикнула от радости. Открыв ее, увидела, что все на месте. Главное, что там были ключи от квартиры и машины. Она достала из тумбочки свои документы и положила их в сумку. Потом надела джинсы и теплый свитер. Достав со шкафа большой чемодан, Наташа стала складывать в него одежду. Все это она делала машинально, не останавливаясь. Но когда застегнула заполненный доверху чемодан, то опустилась в кресло и задумалась. Она испытывала сильное желание забрать ребенка и немедленно покинуть этот дом и этих людей. Но она прекрасно понимала, в какое положение поставит Женю и Оксану Васильевну перед родственниками. Наташа взглянула на часы. Было четыре утра.
        «Что же делать? Как поступить?» - мучительно раздумывала она.
        Но представив, что утром придется со всеми объясняться, выслушивать возражения и уговоры Жени, смотреть в заплаканное лицо Оксаны Васильевны, она невольно содрогнулась и решительно встала.
        - Почему я должна думать о других? - тихо произнесла она. - Пора подумать о себе самой! К тому же они могут все свалить на мою якобы невменяемость.
        Наташа взяла чемодан и сумку и спустилась вниз. В гостиной никого не было. Она вышла из дома и направилась к гаражу. Прогревая мотор, вдруг испугалась, что в доме кто-нибудь услышит шум, но все было по-прежнему тихо. Положив чемодан в багажник, Наташа вернулась в дом и поднялась в детскую. Достала сына из кроватки и завернула его в одеяло. Маленький Сережа даже не проснулся. Она уложила его в плетеную переносную колыбель и вышла из детской. Вскоре Наташа была возле машины. Устроив ребенка на заднее сидение, она села за руль и мягко тронулась с места. Когда вывернула на шоссе и прибавила скорость, то чему-то рассмеялась.
        Примерно через час Наташа подъехала к дому, в котором они жили. Припарковав машину, она взяла колыбель со спящим малышом и поднялась в квартиру. Открыв двери, вошла в прихожую. Когда включила свет, то увидела, что все на своих местах без изменения, квартира выглядит убранной, даже пыли нигде не было. Наташа прошла в свою спальню и поставила колыбель на постель. Здесь тоже было очень чисто, как будто только что сделали уборку. И воздух был свежим.
        «Странно, ведь здесь никто давно не живет», - отметила Наташа, потом посмотрела на сына.
        Он спокойно спал. Наташа раздела его и уложила на свою кровать, предварительно постелив чистое белье. Малыш на мгновение открыл сонные глазенки, что-то радостно пролепетал и опять погрузился в сон. Наташа посидела немного возле него, потом быстро вышла из квартиры и, спустившись вниз, принесла чемодан. Заглянув в спальню и увидев, что Сережа по-прежнему спокойно спит, отправилась в ванную. Приняв душ, Наташа осторожно улеглась в постель и придвинулась поближе к сыну. Она смотрела на золотистые волосики, на темные загнутые реснички, на изгиб его маленького розового рта и ясно видела, каким он будет, когда вырастет.
        - Точная копия отца, - прошептала Наташа, невольно улыбаясь.
        Потом, выключив лампу, закрыла глаза. Но, уже начиная проваливаться в сон, она вдруг безумно испугалась и села, обхватив колени руками.
        «Господи, - подумала Наташа, - а если, когда я проснусь, я снова ничего не буду помнить?»
        Она уткнулась лбом в колени и прошептала:
        - Все что угодно, но только не это!
        Посидев какое-то время, Наташа сказала:
        - Я абсолютно здорова! Больше со мной ничего подобного не повторится никогда!
        Четко и уверенно проговорив это несколько раз, словно читая мантру, она легла на спину и крепко заснула.
        Проснулась Наташа в восемь утра и, хотя спала всего три часа, чувствовала себя отлично. Сережа тоже уже проснулся, но лежал тихо, глядя на мать и шевеля ручонками.
        - Здравствуй, цветочек мой, - сказала она нежно и поцеловала его пухлую розовую щечку.
        Сережа заулыбался, схватил ее волосы и дернул.
        - Ах ты, баловник! - проговорила, рассмеявшись, Наташа и высвободила волосы из его цепких пальчиков. - Надо бы тебя переодеть, да и покормить чем-то. Ничего не поделаешь, придется нам вместе поехать в магазин и купить все необходимое.
        Наташа спрыгнула с постели. Быстро одевшись, вдруг вспомнила, что еще, будучи беременной, многое купила заранее. Открыла шкаф и с радостью увидела, что все осталось на местах. На полках были аккуратно уложены всевозможные кофточки, костюмчики, шапочки и даже несколько упаковок с памперсами. Отправившись на кухню, она нашла там целую батарею бутылочек, сосок и даже набор посуды для малыша.
        - Вот какая я предусмотрительная мамочка оказалась! - рассмеялась Наташа. - Но за продуктами все равно ехать придется.
        Некоторые вещи Сереже оказались уже малы, но нашлись и впору. Она переодела его в теплый комбинезон, и они спустились вниз. Доехав до ближайшего магазина, Наташа купила все необходимое.
        Когда она подъехала к дому, то возле подъезда увидела машину Жени. Припарковавшись, она замерла, вцепившись в руль. Потом, вздернув подбородок, решительно вышла из машины, взяла сына на руки и отправилась в подъезд. Внизу она столкнулась с Женей, который только что вышел из лифта. Он бросился к Наташе. Лицо его было бледным и встревоженным.
        - Дорогая! - начал он.
        Но Наташа, холодно глянув, бросила ему ключи от машины и проговорила:
        - Забери сумки из машины и поднимайся. Малышу давно пора есть.
        - Конечно, дорогая, конечно, - засуетился Женя.
        Но, посмотрев на Наташу внимательнее, замолчал.
        Он молчал все время, пока Наташа готовила еду, переодевала ребенка, кормила его. Потом поставила колыбель в гостиной и, усадив туда Сережу, дала ему игрушки. Он начал сосредоточенно их изучать, ни на кого не обращая внимания. Наташа села на диван и, строго глянув на Женю, который стоял у двери, пригласила его пройти. Он устроился в кресле рядом с диваном. Они оба какое-то время молчали, потом Наташа спросила:
        - Ничего объяснить мне не хочешь?
        Женя, очень бледный, грустно глянул ей в глаза и проговорил:
        - Наташа, я очень люблю и тебя и малыша и не смогу без вас жить. Все мои поступки объясняются только этим. Мной двигала исключительно любовь.
        - А я?! - повысила голос Наташа, но, посмотрев на сына, стала говорить тихо. - Обо мне ты подумал? Ты говоришь о любви, но ведь ты знал, что между нами все кончено. Знал, как я к тебе отношусь. Знал? Отвечай!
        Женя моргнул, потом отвел взгляд в сторону, не в силах смотреть в ее горящие глаза. Потом пробормотал:
        - Знал. Но ты была так беспомощна, ничего не понимала, ничего не помнила, нуждалась в любви и защите. Что я должен был сделать? Я решил, что лучше, если ты будешь со мной.
        - Но ведь ты убедил меня, что я все еще твоя жена, а Сережа твой сын. Ты воспользовался ситуацией для своих целей. Это подло! Любящие люди так не поступают! - Наташа гневно посмотрела на него. - А вспомни, как ты пытался приставать ко мне ночами!
        - Прости меня, дорогая! Но ведь ты должна понять, что мной двигала любовь! Все можно исправить. Я так рад, что к тебе вернулась память. Ты все вспомнила? - поинтересовался он и посмотрел на Наташу с еле скрываемым любопытством.
        Она кивнула.
        - Вот и отлично, - продолжил Женя и даже попытался улыбнуться. - Может, вернешься обратно? Подумай! Никто ничего не знает. Приедем вместе. Начнем все сначала. У нас есть будущее. Подумай о сыне. Почему он должен расти без отца? Он, между прочим, носит мою фамилию.
        - Вот даже как! Знаешь, я думаю, что это легко исправить. И насколько я понимаю, мы с тобой официально развелись, поэтому ты не имеешь ни ко мне, ни к Сереже никакого отношения.
        - Послушай, - умоляюще заговорил Женя.
        Но Наташа перебила его:
        - Я больше ничего не хочу слушать! Ты, видно, по-хорошему не понимаешь? А мне настолько опротивело мое двусмысленное положение, что я больше не хочу ни секунды в нем оставаться. И ты предлагаешь мне снова окунуться в эту ложь? Я помню все! Все! И я давно тебе говорила, что не люблю тебя. С меня хватит!
        - Но подожди…, - начал он.
        Она резко встала и подошла к двери. Распахнув ее, четко проговорила:
        - Я за все тебе благодарна, но больше не хочу тебя видеть! Никогда! Уходи из моей жизни и больше никогда в ней не появляйся!
        Женя вскочил с кресла и растерянно посмотрел на нее. Он подошел к двери и, остановившись, сказал:
        - Прости меня!
        - Простила, - ответила Наташа. - Но не хочу тебя видеть. Ты мне противен. Понимаешь ты это? Противен! Меня тошнит от одного твоего вида!
        - Понимаю, - ответил он и опустил голову. - У меня нет никаких шансов? - после паузы тихо спросил он.
        - Ни малейших! Хватит, Женя, все кончено.
        Он посмотрел ей в глаза, потом перевел взгляд на Сережу, который в этот момент изучал очередную игрушку.
        - Ты можешь жить в этой квартире столько, сколько понадобится, - сказал Женя нарочито спокойным голосом. - Я так понимаю, что ты собираешься вернуться в Москву?
        - Естественно, - сухо ответила Наташа.
        - Может, это и к лучшему, - после паузы пробормотал он.
        Потом направился в коридор, но тут же остановился и повернулся к ней. Лицо его было уже спокойным, глаза улыбались.
        - Может, попытаемся остаться друзьями? Разреши мне видеться с Сережей! Ведь я его люблю, как родного ребенка!
        - Исключено! - жестко ответила Наташа. - Я все равно уеду. К тому же для тебя будет лучше забыть нас как можно скорее.
        Губы Жени дрогнули, он отвернулся, опустил голову и вышел из квартиры.
        На следующее утро Наташа проснулась в приподнятом настроении и с необыкновенной легкостью на душе. Покормив сына и позавтракав сама, она решила первую половину дня поездить по магазинам, необходимо было купить детские вещи. Погода эти дни стояла чудесная. Чуть подмораживало, небо было ясное, сияло солнце. Город, украшенный к Рождеству, напоминал огромную веселую ярмарку. На улицах было много народа, все улыбались, поздравляли друг друга, покупали подарки. Наташа с удовольствием окунулась в эту праздничную атмосферу. Она объездила множество магазинов и накупила кучу разных вещичек. Вернувшись домой, Наташа приготовила вкусный обед. Покормив Сережу и уложив его спать, села за стол. Налив в бокал красное вино, поздравила себя с началом новой жизни. Закончив обед, Наташа заглянула в спальню. Сережа крепко спал. Она пошла в комнату.
        «Надо позвонить маме, - начиная волноваться, подумала Наташа, - надо позвонить»
        И она, взяв телефон, начала набирать московский номер. Но тут же положила трубку.
        «Не могу! Лучше позже. Нужно успокоиться и прийти в себя. А то сразу начну выяснять про Сергея».
        Наташа встала с кресла и перешла на диван. Устроившись удобнее, попыталась расслабиться. Взгляд ее скользнул на противоположную стену, увешанную копиями картин импрессионистов. Она сразу вспомнила, как они с Сергеем случайно встретились в музее, и что за этим последовало. Наташа так явственно ощутила, как он целует ее губы, что закрыла глаза и прошептала:
        - Милый мой, любимый, единственный… Как же я соскучилась по тебе!
        Вдруг Наташа услышала тихие шаги в коридоре. Она осторожно встала и приблизилась к двери. Сердце ее колотилось. По пути Наташа взяла со столика тяжелую статуэтку каслинского литья. В коридоре никого не оказалось, и Наташа бесшумно скользнула к кухне. Возле плиты спиной к ней стояла девушка в голубых джинсах и белом свитере.
        - Вы кто? - строго спросила Наташа.
        Девушка испуганно вскрикнула и обернулась.
        - А… а вы кто? - растерянно спросила она.
        - Я? Хозяйка! А вот вы кто такая? Отвечайте быстро и вразумительно, иначе я вызову полицию.
        - Так вы Наталья Николаевна! - обрадовано заулыбалась девушка. - Извините, вы меня так перепугали. Меня нанял ваш муж, чтобы я поддерживала порядок в квартире, пока вы отсутствуете, цветы поливала и все такое. Он сказал, что вы очень больны и пока будете жить за городом. - Девушка виновато улыбнулась. - Извините, я не приходила четыре дня. Ведь было Рождество.
        Наташа отчего-то начала смеяться.
        - А я решила, что вы меня грабить собираетесь, - сквозь смех выговорила она. - Мне Женя ничего о вас не говорил. И я действительно была больна. Но уже полностью выздоровела. А как вас зовут?
        - Марийка, - ответила она и вдруг покраснела. - То есть, я хотела сказать, Мария.
        - Одним словом, Маша, - улыбнулась Наташа. - Можно перейти на «ты»?
        - Конечно, - согласилась та.
        Наташа задумчиво посмотрела на нее. Девушке было от силы лет восемнадцать. Ее пухленькое личико с широко раскрытыми карими глазами и мелкими веснушками на вздернутом носу выглядело милым и довольно простодушным.
        - Ты умеешь ухаживать за маленькими детьми? - спросила Наташа.
        - Няней я никогда не работала. Но у меня трое младших братовьев, и я нянькалась с ними почти с самого их появления на свет божий.
        - Моему сыну девять месяцев. Он очень спокойный мальчик. И мне необходима помощь.
        - Конечно, Наталья Николаевна! Давайте попробую. А где он? - заулыбалась Маша.
        - Здесь. Иди за мной, сейчас познакомлю.
        И Наташа пошла в спальню. Сережа спокойно спал. Маша наклонилась над ним, затаив дыхание. Потом шепотом проговорила:
        - Ой, який гарный хлопец! На кого он похож? На папу?
        - Да, - ответила Наташа, улыбнувшись, - вылитый отец!
        - Но какой он у вас светленький! А ведь Евгений Петрович брюнет.
        - И что? - строго спросила Наташа.
        - Прошу прощения, - пробормотала Маша и покраснела.
        Обговорив необходимые детали, они распрощались.
        «Как все отлично складывается, - довольно думала Наташа, закрыв за своей новой няней двери. - Мне нужно решить кучу проблем, а таскать за собой Сережку не очень-то удобно. Маша, на вид, славная девчушка. И то, что ее нашел Женя, служит лучшей рекомендацией».
        Около семи вечера Наташа позвонила в Москву. Когда она услышала в трубке мамин голос, то чуть не расплакалась от волнения. С трудом взяв себя в руки, постаралась говорить обычным тоном.
        - Здравствуй, мамочка! Это я. Как твои дела? - спросила она, уняв дрожь в голосе.
        Потом слушала рассказ матери о последних новостях, а сама все думала, как сообщить ей о внуке. Но все-таки решила сейчас этого не делать, зная, для матери это будем настоящим шоком.
        «Я должна ее как-то подготовить», - думала Наташа, слушая мать.
        В этот момент Екатерина Михайловна, говоря о Лене, вспомнила и Сергея.
        - Как он там, кстати? - спросила небрежно Наташа. - Счастлив с молодой женой?
        - Что это ты опять им заинтересовалась? - удивилась Екатерина Михайловна. - Ведь месяцами не спрашивала.
        - Да так, просто интересно стало.
        - Знаешь, дочка, а ведь он не женился! И даже не собирался, как мне Лена потом рассказала.
        У Наташи екнуло сердце, и она сжала трубку. А Екатерина Михайловна тем временем продолжала:
        - Это все одни разговоры были. Все из-за той настырной женщины, я тебе говорила. Знаешь, Наташенька, он ведь заезжал ко мне. О тебе спрашивал.
        - И что ты ему сказала? - спросила после паузы Наташа.
        - Что я могла сказать? Только правду. Что ты счастливо живешь с мужем, что у тебя все в порядке. Ведь это так?
        - Мама, я должна тебе кое-что сообщить, - начала Наташа, но тут же замолчала.
        - Что-то случилось? - забеспокоилась Екатерина Михайловна.
        - Мама, ты только не принимай близко к сердцу. Мы с Женей расстались. И это окончательно. Мы уже официально развелись. Я скоро вернусь в Москву. Вот закончу все свои дела и вернусь. Разве ты этому не рада?
        - Рада, Наташенька, что ты вернешься домой. Но твой брак! Но как же так? Что случилось-то? - заволновалась Екатерина Михайловна.
        - По телефону всего не расскажешь. Когда мы увидимся, я тебе все подробно объясню. Договорились?
        - Хорошо, дочка. Тебе, конечно, виднее. Но Женя был таким прекрасным мужем! Я тебя не понимаю. Как же так?
        Екатерина Михайловна всхлипнула.
        - Мама, мы же договорились, что волноваться ты не будешь! Все к лучшему. Неужели ты не хочешь, чтобы я к тебе вернулась?
        - Ну что ты говоришь? Это мое самое заветное желание! Когда ты приедешь? - ответила Екатерина Михайловна уже другим тоном.
        - Думаю, не раньше лета. С университетом надо дела закончить, да и вообще, - неопределенно ответила Наташа. - Время быстро пройдет. А жить мы будем у тебя. Не возражаешь?
        - Господи! Еще бы я возражала! - возмутилась Екатерина Михайловна, перестав всхлипывать. - А кто это - мы? - удивленно спросила она.
        - Мы? Я сказала: мы? Я просто оговорилась, мамуля, - невозмутимо ответила Наташа.
        Положив трубку, она задумалась. Улыбка не сходила с ее лица.
        «Значит, он не женат? Может, и меня все еще не забыл? Но это лучше выяснять при личной встрече! - Она неожиданно погрустнела. - А ведь он думает, что я замужем и счастлива в браке. Почему все так запуталось? И ничего не знает о сыне!»
        Наташа с нежностью посмотрела на Сережу, который сидел на полу на пушистом ковре и внимательно изучал игрушечную машинку. Она легко улыбнулась, но потом стала опять серьезной.
        «У него, наверняка, есть женщина, - мелькнула неприятная мысль. - Не может же он все это время быть в одиночестве! Это просто нереально! - Она вспомнила, что ей говорила мама, и усмехнулась. - Надо же! Приезжал, узнавал. Может, это просто любопытство?»
        Но в глубине души Наташа была уверена, что Сергей все еще помнит ее. Глаза ее сияли, губы вновь начали улыбаться.
        Глава седьмая

        Сергей встречал Новый год в одиночестве. Настя с Валей отправились к родителям, звали и его, но он отказался. Звали его в гости и Лена с Борисом и другие знакомые, но Сергей ни к кому не поехал. Тина, которая так и не оставила его в покое, предложила встретить Новый год с ней вдвоем, но он категорически отказался.
        Тридцать первого декабря Сергей с утра заехал на работу, чтобы кое-что доделать, а потом долго бродил по городу. Зима была снежной. И сегодня с утра сыпала и сыпала над Москвой мелкая белая крупка. Кое-где на улицах вспыхивали разноцветные огоньки на украшенных елках. Народу было много, все спешили, оживленно разговаривая и смеясь, многие несли в руках яркие пакеты с подарками. Сергей шел среди этих радостных людей, никого не замечая, погруженный в свои невеселые мысли. Он машинально старался выбирать многолюдные места, чтобы как-то почувствовать атмосферу праздника, но ощущал только еще большее одиночество среди оживленных улыбающихся лиц. Его серая замшевая куртка была усыпана снегом, в коротких светлых волосах - он никогда не носил головной убор - запутались снежные крупинки. Он шел и шел без всякой цели и думал о Наташе. Еще весной он узнал от ее матери, что Наташа вернулась к мужу и счастлива с ним, но не хотел верить в это. Он часто видел ее во сне, тосковал о ней и, что было хуже всего, никак не мог ее забыть. В разлуке его любовь не утихла, а наоборот приобрела какие-то космические
масштабы. Сергей больше не мог контролировать это чувство, а тем более бороться с ним. Любовь к Наташе заполнила всю его душу, не оставив места ни для кого другого. Сергей понимал, что шансов у него никаких, но ничего не мог с собой поделать. Друзья заметили, как он изменился, стал грустным и задумчивым, но на все вопросы он отмалчивался и свою душу никому не раскрывал. Сергей часто вспоминал подробности их скоропалительного романа и пытался понять причину разрыва. Но, не видя за собой ни малейшей вины, мучился от несправедливости всего произошедшего и не мог объяснить поведение Наташи.
        Ближе к вечеру ноги сами привели его в Замоскворечье. Его тянуло, как магнитом, к дому, где жила когда-то Наташа. На Большой Якиманке он остановился, задумавшись.
        «А почему бы и нет? - сказал Сергей сам себе. - Почему бы мне просто не зайти к Екатерине Михайловне и не поздравить ее с праздником? Может, что новое о Наташе узнаю».
        И он решительно двинулся вперед. По пути зашел в магазин, купил большой замысловатый торт и через несколько минут, стараясь сдержать дрожь волнения, звонил в знакомую дверь. Подождав, вновь нажал кнопку звонка, но ответа не последовало. Дверь осталась закрытой.
        «Странно, - подумал Сергей, переминаясь с ноги на ногу и отряхивая снег с куртки. - Куда же она подевалась? Наверно, в гостях».
        Он подождал какое-то время и вновь позвонил. Безрезультатно. Понуро спустился по лестнице и вышел из подъезда. Посмотрел на окна и увидел, что они темны. В растерянности постоял немного, глядя на знакомый, занесенный снегом двор, потом побрел прочь. Невыносимая тоска навалилась на него.
        «Впору повеситься, - мрачно подумал Сергей. - Сегодня праздник, все со своими друзьями, родными, любимыми. А я как бездомная собака».
        Он глянул на коробку с тортом, потом решительно направился к ближайшей станции метро.
        Когда Тина открыла дверь и увидела на пороге замерзшего несчастного Сергея, то сердце ее замерло от удивления и счастья. Он сумрачно посмотрел на нее и пробормотал:
        - Пройти-то можно?
        Тина вышла из столбняка и отодвинулась в сторону, жестом приглашая его в квартиру. Говорить она не могла от перехватившего горло волнения. Зайдя, Сергей протянул ей коробку с тортом и проговорил:
        - Здравствуй! Поздравляю с наступающим! Ты - одна?
        - Здравствуй, Сережа, - прошептала она. Откашлявшись, сказала уже нормальным голосом: - Да, одна. Вот сижу и жду тебя.
        - Так уж и ждешь? - усмехнулся Сергей.
        - Жду! - с вызовом ответила Тина. - Что-то мне подсказывало, что ты обязательно сегодня придешь ко мне. Как видишь, я не ошиблась. Раздевайся скорее! Ты весь промок. И волосы какие мокрые!
        Она провела рукой по его влажной челке. Но Сергей резко отстранился и протянул ей торт. Тина взяла его и ушла на кухню, на ходу сказав:
        - Раздевайся и проходи. Я сейчас.
        Сергей снял куртку, прошел в комнату и сел на диван, оглядевшись. В углу стояла маленькая пушистая елочка, густо увешенная одинаковыми белыми шарами. К дивану был пододвинут квадратный столик, накрытый на двоих. На нем стояли свечи, бутылка шампанского и узкие бокалы. В комнату, радостно сияя, впорхнула Тина. Она несла поднос, уставленный закусками. Сергей помог ей накрыть стол. Потом они сели напротив друг друга. Сергей открыл шампанское и разлил его по бокалам.
        - С наступающим! - кратко сказал он и, подняв бокал, посмотрел на Тину.
        В ее зрачках горели отраженные огоньки свечей, алые губы улыбались. Узкая бретелька сильно декольтированного вечернего платья сползла с плеча. Тина, поймав взгляд Сергея, неторопливо поправила ее.
        - А, может, «на брудершафт»? - спросила она, не сводя глаз с его лица и облизнув и без того влажные губы. - Помнишь день нашего знакомства?
        Она вызывающе улыбнулась.
        - Не стоит, - хмуро проговорил Сергей и сделал глоток из бокала.
        Тина вздохнула, немного подождала, потом залпом осушила свой бокал. Глаза ее засияли ярче, кровь прилила к щекам. Она сжала руку Сергея и проговорила:
        - Почему ты в последнее время такой грустный? Не хочешь поделиться со мной? Ведь я твой самый верный и преданный друг!
        Сергей отнял руку, вскинул на нее глаза, но промолчал. Он взял вилку и начал рассеянно вертеть ее. Тина, не дождавшись ответа, встала и подошла к музыкальному центру.
        - А почему это мы сидим без музыки? - спросила она и поставила первый попавшийся под руку диск.
        Зазвучала медленная инструментальная музыка.
        - Как хорошо! - сказала Тина. - Пригласишь меня на танец?
        Сергей помедлил, потом все-таки встал и подошел к ней. Тина была почти с него ростом. Она положила руки ему на плечи и посмотрела пристально и нежно в самую глубину его глаз. Потом обхватила за шею, прижалась всем телом и начала целовать в губы страстно и жадно. Сергей тут же мягко отстранился и укоризненно посмотрел на нее.
        - А ведь мы с тобой договорились, - сказал он. - Но ты опять за свое! Знаешь, зря я пришел сюда. Извини, но мне лучше уйти.
        И он решительно направился в коридор. Тина бросилась за ним, хватая за руки и пытаясь удержать. В ее глазах стояли слезы.
        - Не могу я, Сережа! Ты же знаешь, как сильно я люблю тебя! Не уходи вот так! - быстро говорила она, цепляясь за него.
        - Извини, ты тут не причем. Зачем я пришел? Сам не знаю, что на меня нашло! От тоски, наверное… Но бесполезно все это!
        Сергей снял с вешалки куртку и быстро оделся.
        - Подожди! - сквозь слезы продолжала уговаривать его Тина. - До Нового года осталось всего два часа. Давай хотя бы встретим его, а потом можешь уходить.
        Тина вдруг безудержно разрыдалась, закрыв лицо руками. Сергей посмотрел на нее с жалостью и тихо проговорил:
        - Извини, если сможешь. Знаю, что я - свинья!
        И он вышел из квартиры.
        Примерно через час Сергей был дома. Он машинально разделся, пошел в душ, потом налил коньяк и включил телевизор. Дождавшись боя курантов, чокнулся с экраном телевизора, поздравил себя с наступившим годом, отключил телефон и лег в постель. Он долго лежал без сна, глядя в потолок, потом перевернулся на живот и, уткнувшись в подушку, разрыдался впервые за много лет.
        Прошло полгода. Июнь в Москве выдался необычайно жарким. Сергей вынужден был работать. Он часто виделся с сестрой и ее мужем, проводил с ними выходные. Они любили выезжать за город, останавливались возле какого-нибудь озерка, разбивали палатки и наслаждались тишиной, чистым воздухом и прохладой. Тина, если получалось, обязательно принимала участие в этих поездках. То, что Сергей все еще оставался один, подогревало ее пыл. Она по-прежнему не давала ему прохода. Все знали об их отношениях и откровенно жалели Тину. Но ей было на все наплевать. Девушка хотела только одного: чтобы этот мужчина принадлежал ей, и упорно шла к своей цели. Сергея это раздражало, но в то же время ему по-прежнему льстило такое сильное чувство. Но он все также любил Наташу.
        Однажды он заехал к Екатерине Михайловне, и она поведала ему, что Наташа рассталась с мужем по неизвестной причине. Сергей в душе обрадовался, у него появилась надежда. А когда Екатерина Михайловна сообщила, что Наташа интересовалась им, он почувствовал себя счастливым. Сергей понимал, что она скоро вернется к матери, и решил, что должен объясниться с ней. Он тщательно продумывал, что и как ей скажет. Сергей надеялся, что в скором времени все прояснится. Он заметно повеселел и стал даже, как прежде, шутить с друзьями и принимать участие в различных совместных мероприятиях. Тина заметила изменения в его настроении, и отнесла это на свой счет. И решила действовать более активно.
        Однажды в субботу вся компания отправилась за город на машине Сергея. Выехали ранним утром, так как день обещал быть очень жарким. Решили отправиться на Клязьминское водохранилище. Сергей предлагал остановиться в каком-нибудь пансионате, но Настя и Валя дружно воспротивились, так как жаждали полного уединения. Они устроились на заднем сидении машины, а Тина села рядом с Сергеем. Он вел машину, как всегда, бесшабашно и постоянно превышал скорость, но никому не было до этого никакого дела. Парочка сзади была занята только собой, а Тина с утра выглядела задумчивой и по большей части молчала.
        Когда оказались на водохранилище, то увидели, что народу довольно много, и машины еще подъезжают. Долго ехали берегом и все-таки нашли укромное безлюдное место. Здесь был удобный спуск к воде, небольшой песчаный пляж, с одной стороны которого росли развесистые старые ивы. На берегу имелся след от старого кострища, по обе стороны которого лежали два толстых бревна. Решили, что лучше места не найти, и остановились здесь. Сергей загнал машину в тень под деревья. Тина и Настя переоделись в купальники и с визгом бросились в холодную с утра воду. Валя ставил палатку, Сергей выгружал припасы. Но они оба поглядывали на резвящихся в воде девушек. Вместе они смотрелись довольно смешно, так как Настя не доставала даже до плеча Тины. Но у обеих были отличные пропорциональные фигуры. Девушки уже успели хорошо загореть. Кожа приобрела красивый коричневатый тон, а крохотные купальники - у Насти голубого, а у Тины красного цвета - совершенно не скрывали формы их тел.
        Наплававшись досыта, они вышли из воды и занялись устройством импровизированного стола. Перекусив, все разбрелись, кто куда. Настя и Валя удалились по берегу и вскоре их голоса затихли. Сергей, немного поплавав, расстелил покрывало в тени листвы и улегся на спину. Он сам не заметил, как задремал. Ему приснился удивительно яркий сон. Он чувствовал, как нежные мягкие пальцы гладят его, как горячие губы прикасаются к его губам, как гибкое женское тело прижимается к нему. Сергей обхватил неизвестную ему девушку, ласкающую его, и приподнял, чтобы заглянуть ей в лицо. И увидел очень близко смеющиеся янтарные глаза, темно-каштановую волну волос. Сергей нервно зашептал:
        - Наташа, любимая, как я соскучился по тебе!
        Он запустил пальцы в шелковистые пряди, крепко прижал к себе ее трепещущее тело, задыхаясь от нежности и желания.
        - Наташа, - пробормотал он и неожиданно проснулся.
        Он услышал приближающиеся голоса Насти и Вали и сразу сел. Голова его немного кружилась, лицо горело. Сергей протер глаза.
        «Ну и сон! Я все чувствовал, словно и не сплю! - подумал он. - Я так скоро с ума сойду!»
        На душе у него стало тоскливо. И в этот момент он увидел Тину. Она сидела немного сбоку от него, совсем рядом и сосредоточенно чистила картошку. Загадочная улыбка морщила ее влажные губы. Сергей напрягся, изучая ее покрасневшее взволнованное лицо, и решил быть настороже.
        Поздно вечером перед сном решили еще раз искупаться. Тина предложила раздеться догола и, смеясь, первая скинула купальник.
        - А что! - кричала она, входя в воду, - кого стесняться? Сольемся полностью с природой!
        И она поплыла по спокойной воде. Зрелище было фантастическое, так как встала полная луна, и по воде бежала сверкающая лунная дорожка. Тина вплыла прямо в нее, и вокруг ее тела расплескались расплавленные круги серебра.
        - Эй, русалка! - закричал Валентин, - смотри, как бы тебя комары не съели!
        Он тоже вошел в воду, но плавки снимать не стал. За ним последовали Настя и Сергей. Быстро окунувшись, они выскочили на берег и завернулись в полотенца. Комаров было действительно много, и они тонко жужжали. Настя достала крем и предложила всем намазаться.
        - А то ночью они нас съедят, - сказала она, натирая лицо и шею.
        - Ты не этого бойся, - засмеялся Валя, - а бойся того, что я тебя этой ночью раньше комаров съем.
        Настя расхохоталась и лукаво ответила:
        - Это еще неизвестно, кто кого съест!
        Они постояли на берегу еще какое-то время, а Тина все плавала и плавала без устали.
        - Знаешь, Серега, мы спать пошли. Хочешь, жди ее. Но предупреждаю, что сестрица моя так долго может. Как-то в Сочи три часа из моря не вылезала.
        Валентин, взяв Настю за руку, пошел к машине, на ходу сказав:
        - Ты не будешь возражать, если мы сегодня в твоей тачке переночуем? Палатка, конечно, огромная, всем места хватит, но что-то одним хочется! В общем, сам понимаешь, - добавил он и замолчал, замявшись.
        - Да вы что! Сговорились? - возмутился Сергей. - Оставляете меня наедине с этой… акулой?!
        - Но-но, аккуратнее! - строго произнес Валентин. - Не забывай, что… акула - моя сестра!
        - Прости, вырвалось! - тут же ответил Сергей. - И все-таки, может, все мы в палатке?
        - Спокойной ночи, Серега! - крикнула ему Настя и залезла в машину. - Не маленький! Сам выпутывайся!
        Валентин последовал за ней.
        - Вот бессовестные! - проворчал Сергей и пошел к палатке.
        Он забрался внутрь, лег в самый угол, накрылся пледом и попытался уснуть. Через какое-то время, когда уже начал дремать, услышал, как в палатку входит Тина. Он не шелохнулся, притворившись крепко спящим, но неожиданно ему стало смешно от нелепости происходящего. Сергей чуть не рассмеялся, но вовремя сдержался. Тина приблизилась к нему и быстро скользнула под плед. Когда она прижалась немного влажным и полностью обнаженным телом, Сергей почувствовал, что ее сотрясает дрожь. Он оцепенел от неожиданности, а Тина, видя, что он не возражает, начала страстно целовать его плечи, шею, спину. Он не шевелился, так как был в смятении. Ее пальцы скользили по его коже, губы маленькими поцелуями спустились по спине вниз. Сергей перевернулся на спину. Тина еле слышно засмеялась и начала гладить и целовать его живот. Она прижималась к Сергею всем телом, терлась об него. Он лежал неподвижно с закрытыми глазами. Его истосковавшаяся душа жаждала любви, тело хотело ласки, и он пока не сопротивлялся. Но скоро его охватило странное противоречивое чувство. Он ясно ощущал, что это руки Наташи ласкают его, что это ее тело
прижимается к нему. И это было настолько реально, что он верил в это и с наслаждением отдавался ласке.
        - Ты ведь хочешь меня! - услышал он торжествующий голос Тины и мгновенно пришел в себя.
        Резко оттолкнув ее, Сергей сел.
        - Подожди! - тут же испугалась она. - Что ты делаешь?
        - Ничего не делаю, - хмуро ответил он. - И не собираюсь!
        Тина тут же приникла к нему. Ее губы настойчиво прижались к его губам, но Сергей грубо оттолкнул ее и быстро покинул палатку. Тина вышла следом и встала напротив него, заглядывая в лицо, освещенное лунным светом.
        - Я люблю тебя, - жалобно сказала она. - Ну, что тебе стоит? Хотя бы один раз! Мне многого не нужно. Было так хорошо! Разве тебе не понравилось? Ты же возбужден!
        - И что? - усмехнулся Сергей. - Ты взрослая женщина и прекрасно понимаешь, что это естественная реакция организма. Но я люблю другую женщину! Имей, в конце концов, гордость! Нельзя так вешаться на мужчину. Я перестаю тебя уважать. Ты ведешь себя…
        Он замолчал, вовремя остановившись.
        - Мне все равно! - ответила Тина. - Рано или поздно ты будешь моим! И потом я не вижу рядом с тобой никакой другой женщины. Где она? Кто она? А? - И Тина дурашливо закрутилась на месте. - Ау! Незнакомка, тайная любовь, где ты? Или ты просто фантазия? - продолжила она ехидно.
        - Какая же ты все-таки идиотка! - резко проговорил Сергей. Потом посмотрел в ее расстроенное лицо и добавил: - Хотя я сам виноват, что позволил. Ты прости меня!
        Он вернулся в палатку, забрался под плед и закрыл глаза. Тина зашла через пару минут и устроилась в другом углу.
        Утром все встали довольно поздно. Сергей и Тина были хмурыми и молчаливыми. Зато Настя и Валя сияли улыбками и без конца поддразнивали друг друга. К обеду погода начала портиться, явно собиралась гроза. Решили уехать в Москву. Быстро собрались, погрузив вещи и палатку в машину. Когда отъехали от водохранилища и выбрались на шоссе, Тина вдруг оживилась и начала рассказывать разные истории о ребятах, с которыми занималась в фитнес-клубе. Настя и Валя весело реагировали на особо смешные места ее рассказов. Но Сергей был по-прежнему не в настроении. Он вел машину, сосредоточенно глядя на дорогу. Правда, изредка посматривал на Тину с явным недоумением. На душе у него было противно при воспоминании о прошедшей ночи. Сергей сам удивлялся такой реакции. Раньше у него было много женщин, но ничего кроме удовольствия он не испытывал. Но сейчас изменилось что-то в нем самом. Он смотрел на Тину и задавал сам себе один вопрос: неужели ей не обидно? Но она сидела с невозмутимым лицом. И все говорила и говорила, улыбаясь и периодически оборачиваясь назад. Потом смотрела на Сергея ясными глазами и пыталась втянуть
его в общий разговор. К тому же ухитрялась как бы невзначай коснуться его коленом или рукой. Сергея это безумно раздражало, но он был за рулем и не мог дать ей отпор.
        При въезде на МКАД их настиг ливень.
        - Немного не успели, - с сожалением констатировала Настя. - Надо было уехать с самого утра.
        - Вообще не надо было оставаться ночевать! - зло заметил Сергей.
        Тина прикусила губу и замолчала. Через какое-то время Сергей высадил сестру с мужем возле их дома. Они быстро побежали в подъезд, пригибаясь под дождем. Сергей тронулся с места.
        - Любимый, - прошептала Тина и прижалась щекой к его плечу.
        Он выключил мотор и, отодвинувшись, внимательно посмотрел в ее полуприкрытые затуманенные глаза.
        - Вот что, Тина, - сухо проговорил Сергей, - ты, я смотрю, вообразила себе бог весть что! Думаешь, что все равно добьешься своего? Вчерашняя ночь тебя ничему не научила?
        Тина, закрыв глаза, прошептала:
        - Не научила. Ты хотел меня. Я это знаю точно. И меня, по правде говоря, волнует только это. А какая-то твоя мифическая любовь не имеет никакого значения!
        И она потянулась к нему, подставляя губы для поцелуя. Сергей взял ее за плечи и, встряхнув, резко сказал:
        - Оставь меня в покое раз и навсегда! Ясно?
        - Не оставлю. Я тебя люблю! И добьюсь!
        - Господи, дай мне терпения, - пробормотал Сергей и завел мотор.
        Он подвез Тину до дома и с трудом уклонился от поцелуя.
        - До встречи! - сказала она и выбралась из машины.
        В начале июля Сергей решил взять двухнедельный отпуск и съездить в Одессу к своему старому другу, который давно звал его в гости. Он чувствовал, что ему просто необходимо сменить обстановку. Настя напросилась ехать вместе с ним. Он вначале категорически отказывался брать ее с собой, но она сумела убедить его. Она ластилась к нему, как кошка, умоляла, чуть не плача, говорила, что ей тяжело сидеть в душной и пыльной Москве.
        - Господи, ну поезжай в какой-нибудь пансионат! - возмутился, в конце концов, Сергей. - Почему именно со мной?
        - Валька не хочет, чтобы я ехала одна! А у него отпуск только в сентябре. Что же я до сентября в городе пробуду?! Ну, пожалей несчастную сестрицу, - вновь заныла она.
        - Ты бы лучше к экзаменам в институт готовилась. Что, в этом году поступать не будешь? - перевел Сергей разговор на другую тему. - И почему, позволь тебя спросить?
        - По кочану! - почему-то обиделась Настя.
        Сергей рассмеялся, потом взял ее за руку и заглянул в глаза.
        - Не хочешь, не говори. Но причина должна быть очень уважительная.
        Настя перестала дуться, потом после паузы сказала, сильно покраснев:
        - Мы не хотели пока никому говорить. У нас будет ребенок.
        Сергей на секунду онемел, потом схватил сестру в объятия и закружил по комнате.
        - Что же ты молчала, глупышка! Счастье-то какое! У меня, значит, скоро появится племянник или племянница!
        Он опустил смеющуюся Настю на пол и расцеловал в обе щеки.
        - Когда ждете? - поинтересовался Сергей.
        - В январе. Ну, так что, берешь меня с собой? - улыбнулась Настя.
        - О чем разговор? Естественно! Тебе надо хорошо отдохнуть, подышать целебным морским воздухом. А тебе это не повредит? - забеспокоился он.
        - Ну вот, еще один! - вздохнула Настя. - Мне Вальки хватает. И ты туда же! Я чувствую себя отлично. Какие вы, мужики, все-таки нервные!
        - Просто мы тебя любим, русалочка! Ладно, можешь собираться. Много вещей не бери. Едем всего на две недели. Через три дня вылетаем. Так что на сборы у тебя всего ничего.
        - Спасибо! Я моментом упакуюсь! - засмеялась Настя и захлопала в ладоши.
        Через три дня они вылетели в Одессу. В аэропорту их провожали Валя и Тина. Когда пригласили пройти на посадку, Тина схватила Сергея за руку и заглянула ему в глаза.
        - Помни, я тебя люблю, - тихо сказала она и быстро поцеловала его.
        Сергей с жалостью посмотрел на нее и, ничего не ответив, пошел на посадку. Настя, оторвавшись от Вали, засеменила рядом.
        В Одессе их встретила изумительная погода. Небо было безоблачным, солнце сияло ослепительно, с моря дул приятный свежий ветерок. Виталий, так звали друга Сергея, встретил их и отвез к себе на квартиру. Он был капитаном дальнего плавания. Они с Сергеем учились в одной школе. После ее окончания Виталий поступил в мореходное училище и потом так и остался в Одессе. Но друзья продолжали переписываться и встречаться, когда была возможность.
        Виталий не сводил восхищенного взгляда с Насти.
        - Да, Серега, сестра у тебя превратилась в нереальную красотку! - заметил он и тяжко вздохнул. - А я-то помню ее крохой со смешными косичками.
        - Опоздал! Она уже замужем, - засмеялся Сергей.
        - Ну вот, так всегда! Как красивая девушка, так уже занята. Придется продолжить поиски. А ты-то сам чего все еще в холостяках задержался?
        И Виталий вопросительно посмотрел на друга.
        - Да вот, знаешь, не любит никто, - сказал Сергей.
        И Настя рассмеялась.
        - Не верь ему. Отбоя нет! Просто братец мой привереда. Сам не знает, чего хочет! - заметила она.
        Распаковав вещи и устроившись, они решили погулять по городу, а на пляж поехать ближе к вечеру. У Виталия днем были какие-то неотложные дела. Он дал им комплект ключей от квартиры и сказал, чтобы они его не ждали и под него не подстраивались. Потом он ушел. Настя и Сергей наскоро перекусили и отправились гулять по Одессе.
        Глава восьмая

        Наташа с сынишкой прилетели в Москву в начале июля. Она решила начать жизнь с новой строки. Насчет работы не беспокоилась, так как заранее договорилась, и в сентябре уже могла начать преподавание в родном университете. Ее тревожило только одно - разговор с мамой. Наташа не представляла, как объяснит ситуацию. И она ни на минуту не забывала о Сергее. Любила она его по-прежнему, но не знала, чего ждать от встречи.
        Когда Наташа вышла из самолета с сыном на руках, ноги ее буквально подкашивались от волнения. Маленький Сережа, проспавший весь перелет, с любопытством вертел головой по сторонам. Когда Наташа увидела маму, стоявшую среди толпы встречающих с букетом маленьких розочек в руках, то у нее перехватило дыхание, и слезы навернулись на глаза. Екатерина Михайловна подслеповато щурилась, вглядываясь в прибывших, но Наташу пока не замечала. Только когда та подошла почти вплотную к ней и сказала дрогнувшим голосом: «Мамочка, а вот и мы!», она узнала дочь и, припав к ней, расплакалась. Наташа с трудом сдерживала слезы. Маленький Сережа не понимал, что происходит и, дергая ногами, пытался сползти с рук матери. Екатерина Михайловна отстранилась от Наташи и не сводила с него изумленных глаз.
        - Боже! - прошептала она, сжав руки. - Кто это?
        - Твой родной внук, мамочка. Зовут Сережа, - сказала Наташа, улыбаясь сквозь слезы.
        Она звонко чмокнула сына в пухлую щечку. Екатерина Михайловна схватилась рукой за сердце, потом, глубоко вздохнув, спросила с дрожью в голосе:
        - А отец? Евгений? Да как же он вас отпустил?!
        - Мама, разговор этот долгий. Давай отложим до дома, - предложила Наташа.
        Она опустила сына на пол. Потом взяла его за руку, проговорив:
        - Сережа, ты останешься с бабушкой, а я возьму такси. У нас много вещей. Веди себя, как подобает мужчине.
        Улыбнувшись, она ушла. Сережа, подняв голову, посмотрел на Екатерину Михайловну с любопытством. Она держала его за руку и ощущала, как счастье начинает наполнять душу. Она глаз не могла оторвать от внука, от его ладной крепенькой фигурки, от круглой мордашки со светлыми, как лен, волнистыми волосиками, от пухлых щек и больших светло-зеленых глаз. Она буквально лишилась дара речи от волны нежности, затопившей ее.
        - Я твоя бабушка. Зовут меня баба Катя, - сказала она, наклоняясь к нему.
        Сережа поднял голову и внимательно глянул в ее улыбающееся лицо.
        - Это город Москва, - продолжила она. - Ты теперь всегда будешь здесь жить, вместе с мамой и со мной.
        В этот момент появилась Наташа, за которой шел таксист. Он помог погрузить вещи в машину, и скоро они поехали. Наташа села на переднее сидение, а сзади устроилась Екатерина Михайловна с внуком. Когда въехали в город, Наташа почувствовала неизъяснимую радость.
        «Я дома! Дома! - повторяла она про себя. - Наконец-то все позади, и я вернулась к самой себе!»
        Первые два дня Наташа занималась разбором вещей и налаживанием быта. Мама упорно предлагала ей занять две комнаты, а сама хотела переселиться в гостиную, но Наташа отказывалась.
        - Что ты, мамочка, - говорила она, - ты в своей комнате живешь долгие годы. Зачем же нарушать порядок? Нам с Сережкой хватит и моей. Сделаю кое-какую перестановку. Увидишь, как все здорово получится.
        И Наташа, недолго думая, избавилась от старой огромной кровати, загромождавшей почти всю комнату. Она купила компактный раскладной диван, а для сына детскую кровать. И все прекрасно разместилось, даже еще место осталось. Управившись с этим, Наташа выгнала из гаража старый москвич, на котором уже давно никто не ездил. Вызвала автомеханика, и тот привел его в порядок. Наташа объездила магазины и сделала необходимые покупки. К концу третьего дня она начала уставать от этой беготни. Но ее радовало то, что Сережа отлично поладил с бабушкой и все время проводил с ней.
        Вечером, когда его уложили спать, Наташа пошла на кухню и поставила чайник. Екатерина Михайловна сидела за столом и молчала. Наташа внимательно всмотрелась в ее лицо и спросила:
        - Замотал тебя, Серега? Ты бы с ним построже, а то живо на шею сядет! Это у него вид только ангельский! А так он - сущий бесенок.
        - Да что ты, Наташенька! Сережа ведет себя образцово. Беспокойства от него никакого. Одна мне радость!
        Екатерина Михайловна замолчала и отодвинула чашку с чаем. После паузы проговорила немного неуверенно:
        - Ты все бегаешь. Я тебя и не вижу эти дни. И толком мы так и не поговорили.
        Она посмотрела на дочь.
        - Мама, я знаю, что у тебя много вопросов ко мне. Но неужели ты сама не догадываешься, кто отец?
        - Сергей, - сказала Екатерина Михайловна, - я так и подумала. Достаточно только взглянуть на моего внука. Просто живой портрет. Но тогда я вообще ничего не понимаю. Как все это у вас получилось? И почему ты тогда в Киев вернулась?
        - Мама, я тебе потом все расскажу. Нужно в себя сначала прийти. - Наташа замолчала и опустила глаза. Потом тряхнула волосами и заулыбалась. - Мне на самом деле очень хочется увидеть Сергея. Ведь он не знает ничего о сыне. Он когда у тебя был в последний раз? Давно? Как он живет?
        - Заезжал ко мне последний раз, кажется, в мае, - после паузы ответила Екатерина Михайловна. - Про тебя интересовался. Я сказала, что ты хочешь вернуться в Москву. Обрадовался и спросил, когда ты приедешь. Но я ведь, Наташенька, и сама толком ничего не знала и ему определенно ответить не смогла.
        - А как он выглядит? Здоров ли он?
        - Прекрасно выглядит. Красивый молодой человек. Да у тебя его портрет есть. Вон, в соседней комнате спит, - улыбаясь, произнесла Екатерина Михайловна. И вновь стала серьезной. - Что же между вами произошло? Почему вы расстались? Можешь мне объяснить?
        Наташа подняла на нее повлажневшие глаза и тихо сказала:
        - Мам, я хочу сама разобраться, что тогда произошло. Для этого мне нужно с ним увидеться и спокойно поговорить. Если бы ты знала, как я сожалела, что не сделала этого раньше!
        - А ты завтра съезди к Елене, поговори с ней. По телефону о таких вещах не очень-то удобно, так ты лучше с глазу на глаз. Она в курсе всех его дел. Если уж звонить ему не желаешь.
        - Да звонила я ему, мама! Сразу, как приехала. И потом несколько раз. Никто к телефону не подходит. А мобильный я его не знаю. Может, он уже съехал с той квартиры? Не знаю! Ничего не знаю!
        Наташа нахмурилась, сжав пальцы так сильно, что побелели костяшки. Глаза ее наполнились слезами.
        - А, может, он женился уже? И счастлив. Все может быть, - после длительной паузы предположила она.
        - Дочка, съезди к Елене. Уж она тебе все подробно доложит. Чего так себя изводить?
        - Хорошо. Завтра и съезжу. Только позвоню предварительно. А то тоже, может, куда уехали. Июль все-таки.
        Наутро Наташа проснулась в приподнятом настроении и решила во чтобы то ни стало сегодня же разыскать Сергея.
        «Найду и спрошу прямо обо всем. Пусть он даже изменяет мне, но лучше знать правду. Сколько можно так мучиться от неизвестности?» - думала она.
        На душе у нее сразу стало легче, и Наташа заулыбалась. После завтрака она позвонила Лене. Долго никто не отвечал, но, наконец, она услышала в трубке запыхавшийся голос:
        - Алло, я слушаю.
        - Лена, привет! Это Наташа, - немного волнуясь, сказала она.
        - Боже ты мой! Пташка! Ты как всегда неожиданно. Чудом меня застала! Мы завтра уезжаем на дачу на неделю. Сейчас собираем тут кое-что. Ты надолго?
        - Знаешь, а я ведь насовсем приехала. Очень бы хотела с тобой повидаться, но раз ты занята…, - неуверенно проговорила Наташа.
        - Не так уж и занята! - перебила ее Лена. - Мы ведь только завтра поедем, а сегодня я свободна. Через пару часов все соберу. Давай к нам прямо сейчас, а?
        - Может, лучше просто погуляем? - после краткого раздумья предложила Наташа.
        - Давай! Хорошая идея! А то я тут уже обезумела от всех этих сумок и коробок. Где и во сколько?
        - На «Третьяковской» в двенадцать.
        Лена немного опоздала и выскочила из метро красная и растрепанная. Она бросилась к Наташе и, как всегда, заговорила без умолку:
        - Пташка! Подружка! Как ты здорово выглядишь! Что-то в тебе изменилось, только не пойму в чем дело. Давай, все подробно рассказывай. Когда приехала? Неужели окончательно?
        - Погоди, погоди, - остановила ее Наташа, - ты меня просто с ног сбила. Куда пойдем?
        - Все равно. Можем просто погулять. Погода чудесная.
        Они перешли Большую Ордынку и углубились в переулок, ведущий к Третьяковской галерее. Разговор перескакивал с одной темы на другую. Наташа почему-то не могла заставить себя спросить о Сергее, а Лена о нем не упоминала. Пройдя мимо галереи, они перешли водоканал и попали в тенистый зеленый сквер. За ним увидели небольшое кафе на улице.
        - Давай там посидим, - предложила Наташа.
        И Лена с радостью согласилась.
        - Второй день ношусь, как угорелая, - сказала она. - Эти сборы кого угодно вымотают. Каждый год одно и то же. Едешь на неделю, а вещей набирается, как для дальней экспедиции.
        Они заняли столик с краю под круглым синим тентом. Взяли кока-колу и по порции мороженого. Лена сразу выпила почти всю воду и удовлетворенно вздохнула, вытирая губы.
        - До чего жарко! Сейчас бы на пляж.
        - Завтра уже там будешь. У вас в деревне речка есть? - спросила Наташа.
        - Речки нет, но есть озеро, называется Купавна.
        - Красивое название, - заметила Наташа.
        Она немного помолчала, потом, слизнув с ложечки мороженое, внимательно посмотрела на Лену. Та приподняла бровь и улыбнулась. Наташа кашлянула, потом спросила нарочито безразличным тоном:
        - А где сейчас Сергей?
        - Сергей? - искренне удивилась Лена. - Он уехал. По-моему, пару дней назад. У него отпуск, вот и уехал. А что? - с еле сдерживаемым любопытством спросила Лена.
        - Надолго? И куда? - торопливо спросила Наташа, тут же помрачнев.
        - В Одессу. У него там школьный товарищ. Давно его звал. Но насколько, понятия не имею. - Лена замолчала, а потом неожиданно расхохоталась. - Знаешь, тут такая история была, просто умора! - продолжила она, когда перестала смеяться. - Мы его чуть не женили. Он свою сестричку замуж выдавал. А у жениха имеется сестра Валентина, а попросту Тина. Она нам вначале понравилась, но потом! До чего настырная девица оказалась! На бедного Сергея вешалась, проходу ему не давала. А тут еще эта свадьба. То одно надо, то другое. Она все с Сергеем советовалась, все к нему лезла. - Лена на секунду замолчала, слизывая мороженое, потом продолжила: - Мы-то что должны были думать? Все время вместе их видели. Вот слух и пошел, что и они женятся. А потом как-то Серега к нам заехал. Долго они с Борькой на кухне сидели. Ясно, напились в стельку. Вот Серега и рассказал, что Тину эту уже просто ненавидит, достала она его своей любовью. Между прочим, он тогда сильно тобой интересовался.
        Лена хитро посмотрела на подругу. Та сидела молча, опустив глаза, и машинально помешивала ложечкой остатки растаявшего мороженого. Подняв взгляд на Лену, она тихо спросила:
        - А ты не знаешь адрес друга, к которому он поехал?
        Лена не смогла сдержать изумления, ее брови подскочили, глаза округлились. Но после паузы она сказала:
        - Не знаю. Но могу спросить у Тины. Она сейчас в городе. Уж эта-то точно знает. А тебе это срочно нужно?
        - Хотелось бы поскорей, - ответила Наташа и, непринужденно улыбнувшись, добавила: - Ты ведь завтра уезжаешь.
        - Ах, да! Значит, так, Пташка, вечером я тебе звоню уже с информацией. Хорошо?
        - Хорошо. И я на тебя надеюсь.
        Посидев еще немного, они встали и практически одновременно спросили:
        - Куда пойдем?
        - А давай просто побродим по улицам, - предложила Наташа. - Знала бы ты, как я соскучилась по Москве!
        - Я не против. Пошли?
        И они отправились в сторону Большого Каменного моста.
        Вечером Лена позвонила, как и обещала. Она раздобыла точный адрес. Под конец разговора не выдержала и спросила:
        - Ты что, собралась к нему ехать? Ох, Пташка, не темни! Зачем тебе это нужно?
        - Нужно, просто необходимо, - ответила, засмеявшись, Наташа. - Какая ты, Ленка, все-таки любопытная! С детства такая была. Все-то тебе знать хочется!
        Лена вздохнула и сказала:
        - Вот она, людская неблагодарность! Я ей адресок, а она даже не хочет намекнуть, в чем дело.
        - Скоро все узнаешь, - засмеялась Наташа. - До свидания! Борису привет.
        Положив трубку, она задумалась. Брови ее хмурились, янтарные глаза потемнели. Но потом, она заулыбалась и сказала:
        - Поеду! Решено! А то сколько мне изнывать в неизвестности? Не могу больше ни дня! И Сережку возьму! За одним в море поплескаемся.
        С утра она отправилась в кассы аэрофлота и купила билет. Потом сообщила маме, что хочет ненадолго уехать. Екатерина Михайловна внимательно посмотрела на дочь и только спросила:
        - К нему?
        Наташа молча кивнула.
        - Может, лучше позвонить предварительно? Номер-то у тебя уже есть?
        - Есть, Лена дала. Но звонить не буду. Не могу я по телефону ничего выяснять. Хочу его глаза увидеть!
        - А Сереженька? Может, пока со мной?
        - Нет, мама. Пора ему с отцом познакомиться.
        Глаза Наташи засияли, на губах появилась мечтательная улыбка.
        - Поступай, как знаешь, доченька. А я вас ждать буду.
        Когда самолет сел и пассажиры вышли, неожиданно начался сильный ливень. У многих были недовольные лица, но Наташу все радовало. Даже этот поистине тропический ливень. Сердце ее трепетало от ожидания встречи. Она остановила такси и, назвав адрес, откинулась на заднем сидении. Закрыв глаза, Наташа прижалась к кудрявой голове сына, пытаясь унять все возраставшее волнение. Таксист вначале пытался говорить с ней, но, видя, что она не отвечает, тоже замолчал.
        Через какое-то время он высадил их возле нужного дома. Дождь уже закончился, и сквозь быстро уносящиеся тучи проглядывало ясное голубое небо. Скоро засияло солнце. И лужи на асфальте заискрились всеми цветами радуги. Наташа с сыном на руках выбралась из такси, с трудом подхватив большую дорожную сумку.
        - Давай помогу, девушка, - участливо предложил таксист, но она, поблагодарив, отказалась.
        Наташа шла к дому, ступая прямо по лужам. Сердце ее невыносимо колотилось. Зайдя в подъезд и найдя нужную ей квартиру, Наташа опустила сумку на пол, поставила рядом Сережу и попыталась успокоиться. От волнения она задыхалась, ладони ее вспотели, голова кружилась. Наконец она решилась и нажала кнопку звонка. Ответа не последовало. Подождав немного, она вновь позвонила. Безрезультатно. Наташа в изнеможении опустилась на сумку и задумалась. Сережа стоял рядом и сосредоточенно ковырял замок сумки.
        Рядом хлопнула дверь, и из соседней квартиры вышла маленькая старушка с авоськой в руках. Она с любопытством посмотрела на Наташу, затем вежливо поздоровалась и спросила, к кому они приехали. Наташа поднялась и ответила:
        - К Виталию. Вы не скажете, где он?
        Старушка заулыбалась.
        - Так вы к Виталику? А он уехал вчера. Гостей повез в Рыбаковку.
        - Куда повез? - разочарованно спросила Наташа.
        - В пансионат, в Рыбаковку. Это тут у нас, под Одессой, на побережье. Гости из Москвы к нему приехали. На неделю они туда отправились. А я за его квартирой присматриваю. Он ведь в море надолго уходит. А вы прямо к нему? Чего же не предупредили? Не позвонили?
        Старушка не сводила любопытных глаз с Наташи, потом посмотрела на Сережу.
        «И правда, чего я не захотела позвонить предварительно? - удрученно подумала Наташа. - Все в сказку хочу попасть!»
        - Ой, какой мальчик хорошенький! Ваш? - поинтересовалась старушка.
        - Да, сын, - ответила Наташа. - А далеко эта самая Рыбаковка?
        - Не очень. На автобусе меньше часа. Да у меня точный адрес есть. Там и название пансионата и номер его комнаты. Сейчас я вам принесу. Там и телефон его есть. Виталик мне всегда подробно пишет. Мало ли что!
        Старушка скрылась в своей квартире. Через пару минут она вернулась, нацепив на нос очки.
        - Вот тут все, - сказала она, протягивая Наташе листочек бумаги.
        Потом достала из кармана большое красное яблоко и протянула его Сереже. Он посмотрел на яблоко, потом на мать. Наташа кивнула ему, и он взял яблоко и попытался засунуть его в карман. Наташа поблагодарила старушку и сказала, что они немедленно едут.
        - Конечно, конечно, - засуетилась та. - Счастливо добраться! Виталику от меня привет передавайте.
        Наташа довольно быстро поймала такси. Водитель вначале не соглашался ехать загород, но она предложила заплатить вдвое по счетчику.
        «Что же дальше? Все как-то не так!» - немного растерянно думала она, садясь в машину.
        Но останавливаться было поздно. Меньше чем через час они уже подъехали к нужному пансионату. Высотные корпуса стояли на самом берегу моря. Наташа выяснила, где находится администрация, и направилась туда, попросив таксиста немного подождать. Сумку она, не раздумывая, оставила в машине.
        Наташе повезло, так как нашлись свободные путевки. Она заполнила анкету, получила ключи от двухместного номера и отправилась устраиваться. Сережа уже сильно устал. Глаза его закрывались. Когда Наташа вернулась к машине, он уснул у нее на руках, привалившись головой к плечу. Таксист предложил помочь, но Наташа, улыбнувшись, отказалась. Она подхватила сумку на плечо и со спящим Сережей на руках направилась к корпусам.
        Ее номер находился на пятом этаже, с окнами на море. Обставлен он был просто и только самым необходимым. В гостиной имелся холодильник, маленький телевизор, комплект мягкой мебели и журнальный столик, в спальне стояли две заправленные кровати, в углу - шкаф, рядом тумбочка и два стула. Из спальни дверь вела в совмещенный санузел. Наташа поставила сумку на пол, потом, сбросив цветастое покрывало с одной из кроватей, уложила Сережу. Он даже не проснулся. Сев на другую кровать, она скинула босоножки на высоком каблуке и вытянула ноги.
        «Что же мне делать дальше? - спросила она сама себя. - Я веду себя, как ненормальная. Зачем я сюда приехала? Могла просто позвонить этому Виталию и попросить Сергея. - Она опустила голову. - Нет, это было бы еще хуже. Я должна поговорит с ним, глядя в глаза!»
        Она встала и подошла к зеркалу.
        - Господи, как я плохо выгляжу! И бледная какая, - пробормотала она, внимательно изучая свое отражение.
        Наташа раскрыла сумку и, достав белые шорты и яркий красный топик, переоделась. Затем надела солнцезащитные очки и соломенную шляпу с большими полями.
        «Хорошо замаскировалась, - подумала Наташа, улыбаясь. Она посмотрела на спящего сына. - Как же с Сережкой быть? Спит он, конечно, крепко. Намаялся с утра».
        Она выглянула из номера. В коридоре шла уборка. Наташа бросилась к молоденькой девушке в белом халатике и начала просить посидеть с ее малышом буквально полчаса.
        - Мне очень нужно отлучиться! - умоляюще сказала она. - Сын будет крепко спать, вы просто с ним побудьте. Я вам заплачу!
        - Да не волнуйтесь вы так! И денег мне ваших не надо! - заулыбалась девушка. - Конечно, побуду. Тем более мне в номерах убирать нужно. Вот и начну с вашего!
        - Спасибо! Как вас зовут?
        - Леся, - с улыбкой ответила девушка.
        Легко сбежав по лестнице, Наташа направилась к видневшемуся неподалеку пляжу. Небо уже совершенно очистилось, но видно было, что здесь тоже недавно прошел дождь. Наверно, из-за этого народу на пляже было совсем немного, так как песок был сырой. Наташа подошла к воде и, посмотрев вдаль на еле различимую полоску горизонта, вдохнула полной грудью свежий воздух, пахнущий солью и водорослями. Она сняла босоножки и пошла босиком по подвижной кромке воды. Море было спокойным. Ветром к берегу пригнало много медуз, и они висели в воде, словно диковинные белые шары разной формы и размера. Наташа вначале смотрела на них, идя неторопливо и с удовольствием ощущая босыми ногами прохладный влажный песок.
        Она внезапно успокоилась. Синева воды и неба, золотистый пляж, необъятная даль и морской ветерок начали расслаблять. Наташа шла, улыбаясь, но вдруг подумала, что Сергей вполне может оказаться сейчас на этом же пляже. Она стала внимательно вглядываться в отдыхающих. Многие бродили по берегу, кое-кто купался.
        «А вдруг я его не узнаю?!» - мелькнула нелепая мысль.
        И в тот же миг Наташа его увидела.
        Сергей сидел совсем недалеко, на скамейке и громко смеялся, что-то рассказывая. Он обнимал за плечи изящную девушку в закрытом голубом купальнике. Рядом с ней сидел загорелый широкоплечий мужчина, примерно одних лет с Сергеем, и тоже смеялся. У Наташи забилось сердце и потемнело в глазах. Она моментально узнала эту девушку, ее большие светлые продолговатые глаза, ее длинные русые волосы. Именно ее она видела в то утро в спальне Сергея. Наташа сделала невольный шаг в их сторону, но потом резко развернулась и пошла прочь, не оглядываясь.
        Забежав в номер, она едва сдержалась, чтобы не разрыдаться. Леся была там и встретила ее улыбкой, сказав, что малыш крепко спит.
        - Благодарю! - торопливо сказала Наташа. - Вы меня необычайно выручили!
        - Да не за что! С вами все в порядке? - заботливо спросила девушка. - На вас просто лица нет.
        - Все хорошо! Спасибо! - ответила она и вымученно улыбнулась.
        - Если что, обращайтесь, - любезно предложила Леся.
        Когда она вышла из номера, Наташа упала на диван в гостиной, уткнувшись лицом в подушку, и всхлипнула. Ей хотелось кричать от отчаяния, но она боялась разбудить все еще спящего Сережу. Усилием воли она взяла себя в руки.
        «А что я хотела?! - думала она. - На что рассчитывала? Что он будет любить меня верно и преданно, несмотря ни на что? Да, именно этого я и хотела!» - ответила она сама себе.
        Потом встала и пошла в ванную. Сережа безмятежно спал. Она глянула на него и попыталась взять себя в руки.
        «И хоть бы с какой другой! Но ведь снова эта! Значит, вовсе не случайность, не «одноразовое» приключение, как я себя утешала все это время!»
        И она, плотно притворив за собой дверь, вновь всхлипнула. Включив холодную воду, тщательно умылась.
        «Я должна больше ни о чем таком не думать! - сказала она себе. - Сережка скоро проснется. Есть запросит. Надо бы выяснить, как здесь с питанием».
        Наташа вышла на балкон и облокотилась на перила.
        «А, может, стоит уехать прямо сейчас? - мрачно размышляла она. - Разве я смогу выдержать здесь долго?»
        Ее взгляд скользнул вниз. Она смотрела на прогуливающихся людей и вдруг поймала себя на мысли, что невольно ищет мускулистую фигуру Сергея.
        «Что же мне делать? Что?!» - в отчаянии спросила она себя.
        И слезы вновь побежали по щекам.
        - Ма, ма, - услышала Наташа и вернулась в комнату.
        Сережа сидел на кровати. Личико его было розовым и заспанным. Увидев ее, он заулыбался и протянул к ней руки.
        - Радость моя, - сказала она, сразу успокаиваясь, - ты уже проснулся? Кушать будем? Но вначале надо умыться.
        Наташа переодевала сына, но все думала о сложившейся ситуации. Слезы увлажнили глаза. Малыш начал пристально вглядываться в ее лицо и нахмурил брови. Наташа тут же взяла себя в руки и улыбнулась.
        - Кушать хочется. А тебе? - мягко проговорила она.
        - Ба, - сказал Сережа и снова начал улыбаться.
        - Хорошо, что-нибудь придумаем, - ответила Наташа, беря сына на руки и выходя из номера.
        Сергея в этот день она больше не видела. Уложив сына, который после купания в море и беготни на свежем воздухе моментально уснул, она рано легла сама, устало вытянувшись на кровати.
        «Утро вечера мудренее. Завтра будет видно, что мне делать дальше», - думала Наташа.
        Перед ее глазами неотступно стояло смеющееся лицо Сергея. И лицо девушки, сидящей рядом. «А они как-то странно похожи», - машинально отметила Наташа, проваливаясь в сон.
        Она проснулась очень рано и сразу посмотрела на сына. Он спокойно посапывал в кровати. Наташа бесшумно спрыгнула на пол. Она быстро оделась, умылась и, налив себе чашку кофе, вышла на балкон. Солнце встало недавно, и небо окрасилось в нежные жемчужно-розоватые тона. Море было спокойным и выглядело так, словно его гладь покрывал жидкий розовато-сиреневый перламутр. Белые чайки носились над водой, крича громко и отрывисто. Пляж был практически пустым, только несколько человек бежали вдоль кромки воды. Наташа глотнула кофе и задумалась.
        «Я должна поговорить с ним, - неожиданно решила она. - Должна во что бы то ни стало! Не собираюсь уезжать, несолоно хлебавши. Не для того я проделала такой путь. Если он разлюбил меня, то лучше услышать об этом от него самого, чем мучить себя догадками - Наташа вздохнула. - И, в конце концов, пора ему узнать, что он - отец».
        Первую половину дня Наташа провела с сыном на пляже. Но в полдень они вернулись в номер, так как нежная кожа ребенка покраснела под сильным солнцем. Пообедав, они улеглись на кровать. Через какое-то время Сережа стал зевать, а потом благополучно заснул. Наташа выждала немного, но, видя, что сынишка спит крепко, встала и открыла шкаф.
        «Хватит тянуть! Я должна немедленно его найти», - подумала она и сняла с вешалки первую попавшуюся одежду.
        Это был белый льняной сарафан на очень узких бретельках. Наташа быстро натянула его, потом расчесала волосы и подошла к зеркалу. Лицо ее хорошо загорело за вчерашний день, бледность исчезла. Кремово-розовый тон кожи, заалевшие щеки подчеркивали необычный цвет глаз, их янтарную прозрачность и блеск. Наташа критически оглядела себя в зеркале.
        «Что ж, сегодня я выгляжу явно лучше. Вот только нос необходимо припудрить, а то он покраснел», - озабоченно подумала она.
        И провела пуховкой по лицу. Немного подумав, тронула губы розовой помадой. Посмотрев на крепко спящего сына, она вздохнула и пошла искать вчерашнюю девушку-уборщицу. Леся охотно согласилась побыть с малышом и в этот раз от денег уже не отказывалась.
        Наташа шла по пляжу босиком, держа сандалии в руке. Ветер трепал ее распущенные волосы, задирал подол короткого сарафана. Встречные мужчины невольно оборачивались ей вслед, не в силах отвести восхищенного взгляда. Некоторые пытались заговорить, но Наташа не обращала внимания и шла дальше, не останавливаясь. Сергея нигде не было видно. Ей стало грустно. Наташа приблизилась к самой воде и пошла по полосе прибоя. Мелкие прохладные волны подкатывали ей под ноги и с тихим шелестом убегали обратно.
        Сзади послышались голоса, чей-то смех. Молодая пара обогнала ее и пошла впереди. У девушки были очень длинные, падавшие ниже пояса, золотящиеся на солнце волосы. Стройную фигуру плотно обтягивал ярко-голубой закрытый купальник. Ее спутник, в коротких джинсовых шортах и черной майке, шел, касаясь ее плечом и обняв одной рукой за талию. Девушка повернула к нему лицо и что-то быстро проговорила, смеясь. Он обернулся к ней, и тут Наташа поняла, что это Сергей. Она почувствовала, как гулко заколотилось сердце и кровь прихлынула к щекам. Наташа остановилась, словно споткнувшись. Она молча глядела на удаляющуюся пару и не могла взять себя в руки. В глазах ее потемнело, голова сильно закружилась.
        - Сергей! - позвала она внезапно охрипшим голосом.
        Он услышал, потому что остановился, обернулся и мельком глянул на нее. Потом пошел дальше. Но внезапно замер и словно окаменел. Его спутница тоже остановилась и недоуменно что-то спросила. Сергей, не ответив ей, медленно повернулся, глядя во все глаза на Наташу. Она сделала шаг к нему.
        - Не может быть! - прошептал Сергей, бросаясь к ней.
        Он схватил ее за плечи и начал осыпать поцелуями глаза, губы, лицо. Его руки дрожали. Внезапно он отстранился и закусил губу.
        - Извини, - пробормотал Сергей, стараясь успокоиться. - Я подумал, что ты мираж, видение, что я перегрелся на солнце…
        - Ну, ты даешь! - рассмеялась его спутница. - На мираж так никто не набрасывается.
        Она посмотрела на Наташу ясными зелеными глазами. Потом толкнула локтем неподвижно стоящего Сергея и прошептала:
        - Может, ты нас все-таки представишь?
        - Да, да, - очнулся Сергей. - Это - Наташа. А это моя сестра Настя.
        - Сестра? - тихо, начиная кое-что понимать и чувствуя невероятное облегчение, спросила Наташа.
        - Да, родная сестричка. Младшая, - зачем-то добавила Настя и улыбнулась. - Очень приятно познакомиться! - Она протянула Наташе руку. - Нет, ну какой у меня братец скрытный! Он про вас ничего не говорил. А вы давно здесь?
        - Вчера приехали, - ответила Наташа.
        Она понемногу начинала приходить в себя.
        - Приехали? - переспросил Сергей и нахмурился. Потом тихо добавил: - Понятно.
        - Ничего тебе не понятно! - сказала Наташа и улыбнулась.
        Настя внимательно на них посмотрела и решительно проговорила:
        - Вам, я вижу, многое нужно сказать друг другу. Я пойду в номер, немного полежу, а то что-то голова кружится. Вы позже приходите. Мне хочется познакомиться поближе. Вы не против?
        Она посмотрела Наташе прямо в глаза.
        - Нет, конечно, - ответила та и улыбнулась.
        - Ну и отлично! Буду ждать.
        Настя удалилась по направлению к корпусам.
        Сергей молчал, не сводя взгляда с раскрасневшегося лица Наташи. Потом сказал дрогнувшим голосом:
        - Пойдем куда-нибудь, где нет людей. Я знаю один укромный пустынный пляж. Отсюда около часа ходьбы. Мне нужно столько всего тебе сказать!
        - Не могу. Мне нельзя уходить надолго, - ответила она, отрицательно качая головой.
        - Это почему? - нахмурился Сергей.
        Наташа, стараясь унять волнение, начала говорить:
        - Сергей, мне нужно сказать тебе что-то очень важное…
        - Да, знаю я! - перебил он. - Ты приехала на отдых с мужем и не хочешь осложнений. Ты, видимо, снова помирилась с ним, хотя твоя милая мама мне тут говорила… Ладно, неважно! Лишь бы ты была счастлива. Не волнуйся, я тебе надоедать не буду. Вообще могу сделать вид, что мы незнакомы.
        Наташа посмотрела в его потемневшее лицо и неожиданно расхохоталась.
        - Вот что, Отелло, пойдем-ка со мной! - решительно проговорила она и взяла его за руку.
        - Куда? - с недоумением поинтересовался Сергей.
        - Увидишь, - все еще улыбаясь, ответила она и потянула его за собой.
        Когда они подошли к двери номера, Наташа глянула на Сергея и, приложив палец к губам, прошептала:
        - Только, Бога ради, не шуми.
        Сергей растерянно посмотрел на нее и кивнул. Они вошли.
        - Вы уже вернулись?
        Им навстречу вышла Леся. Глянув на Сергея, она замолчала.
        - Да, все в порядке! - сказала Наташа.
        - Я могу идти? - уточнила девушка.
        - Да-да, спасибо! - быстро ответила Наташа и начала краснеть.
        Когда за ней закрылась дверь, Сергей огляделся, затем вопросительно посмотрел на Наташу. Она взяла его за руку и открыла дверь спальни. Маленький Сережа все так же спокойно спал. Наташа подошла к кровати и еле слышно проговорила:
        - Знакомься, это мой сын. Зовут, как тебя.
        Она подняла глаза на Сергея. Он, затаив дыхание, не сводил глаз с малыша. Потом опустился на край кровати, сжав руки. Маленький Сережа пошевелился, открыл сонные глаза и посмотрел на него. Потом перевел взгляд на мать. Затем сел и вновь стал смотреть на Сергея. Через несколько минут он зевнул и улыбнулся.
        Сергей и Наташа молчали. Малыш подполз к Сергею и, встав на колени, зацепился ручкой за его майку и начал ее дергать.
        - Ба, - сказал он.
        - Сережа, это твой папа, - ласково проговорила Наташа и улыбнулась.
        Сергей вышел из столбняка и обнял малыша. Потом поцеловал его спутанные после сна золотистые волосики и поднял взгляд на Наташу. Глаза его были влажными. Она мягко улыбнулась и проговорила:
        - Я все тебе расскажу, только вначале нужно покормить Сережку. А то он нам сейчас тут устроит!
        Сергей встал, подхватил его на руки и спросил:
        - А что он любит?
        - Кашу не очень, - вздохнула Наташа.
        Они вышли из номера. Когда закончили есть, то отправились к морю. Сережа сразу побежал к воде и уселся на песок, перебирая мелкие цветные камешки и ракушки. Сергей и Наташа устроились неподалеку на скамейке. Наташа начала рассказывать. Она поведала о том, как утром приезжала к нему, как застала там Настю, в каком отчаянии убежала, не став ничего выяснять. Потом говорила об аварии, о потери памяти и обо всех последующих событиях.
        Сергей сидел, не шелохнувшись, сжав руки между колен. Когда она закончила, наступило молчание. Наташа смотрела вдаль. Лицо ее было грустным, уголки губ опустились.
        Но вот она почувствовала, как Сергей обнимает ее за плечи и притягивает к себе. Она положила голову ему на плечо и вздохнула. Их пальцы встретились и переплелись. Он начал целовать ее растрепанные волосы, губы его дрожали.
        - Ну, почему, почему мы сразу все не выяснили? - глухо проговорил Сергей. - Сколько несчастий мы могли бы избежать! Я ведь тут с ума сходил! Давно понял, что ты - единственная женщина моей жизни и никакой другой у меня уже больше не будет. Решил, что так и умру холостяком. Хочешь верь, хочешь нет, но у меня с тех пор так никого и не было.
        Он повернулся и, взяв лицо Наташи в свои ладони, заглянул в ее сияющие влажные глаза.
        - Никогда, слышишь, никогда больше ты не покинешь меня! С этой секунды мы будем неразлучны, любимая!
        Он начал целовать ее. Время для них остановилось.
        - Ма! - вывел их из транса требовательный голосок.
        Они отстранились друг от друга. Сережа стоял возле скамейки, зажав в руках камешки, и смотрел на них с любопытством.
        - А где твоя кепка? - строго спросила Наташа. - Солнышко голову напечет и она заболит.
        Она встала и пошла к воде. Подняв валявшуюся на песке кепку, Наташа надела ее на голову сына. Сергей подхватил его на руки и весело проговорил:
        - Вот что, мои дорогие, а не пора ли племяннику познакомиться с тетей?
        Наташа вопросительно глянула на него, потом заулыбалась и сказала:
        - А ведь ты прав! Настя нас, наверное, заждалась.
        Когда они вошли в номер, то увидели там Настю и Виталия, которые ели виноград и о чем-то весело болтали. Они изумленно посмотрели на вошедших.
        - Серега, знакомь! - первым опомнился Виталий и ринулся к ним, протягивая Наташе руку. - Какие глаза! Чистый янтарь! Я сражен на месте, - начал он.
        Но Сергей, рассмеявшись, перебил его:
        - А вот тут ты точно опоздал. Познакомься: моя жена и сын.
        Виталий оторопело уставился на него, потом перевел взгляд на ребенка. Настя поперхнулась ягодой винограда и закашлялась.
        - Ну, ты даешь, братик! Предупреждать надо! Все-таки в моем положении…
        Виталий вышел из оцепенения и начал смеяться.
        - Я же говорю: как красивая женщина, так точно не моя! Что ты будешь делать?! Так одиноким и помру! - проговорил он, когда успокоился.
        Настя прыснула и заметила:
        - Как бы не так! Помрешь ты холостяком! Вон на пляже сколько вокруг тебя увивается одиноких красоток.
        - Это они тут одинокие, а дома у всех мужья имеются, уверяю тебя.
        Сергей посадил сына на стул возле Насти.
        - Хочешь виноград? - предложила та и, повернувшись к Наташе, спросила: - Можно? Он без косточек.
        - Можно. Он его любит.
        Настя взяла кисточку и, отщипнув ягоду, протянула ее ребенку.
        Сергей задумчиво посмотрел на них, потом сказал:
        - Вот что, сестричка, ты не могла бы присмотреть за пацаном? Нам с Наташей нужно многое обсудить. Сама понимаешь, столько не виделись. Мы пройдемся по пляжу и через полчасика вернемся. Не возражаешь?
        Настя кивнула. Наташа подошла к ним и, присев на корточки, проговорила:
        - Сыночек, я пойду погуляю с папой и скоро вернусь. А ты пока побудешь с тетей Настей и этим дядей.
        - Мы тебе машинку купим, - радостно проговорила Настя. - Тут есть магазинчик, и там я видела маленькие машинки с конфетами.
        Сережа заинтересованно посмотрел на нее и протянул к ней руки.
        - Вы, я смотрю, быстро договорились, - сказала Наташа и поцеловала сына в макушку. - Веди себя хорошо и слушайся тетю.
        В коридоре Сергей неожиданно расхохотался.
        - У Настены вначале такой вид испуганный был! Еще бы! Мгновенно без всякой моральной подготовки стать тетей! - заметил он. Потом стал серьезным и задумчиво проговорил: - Сын… Мой сын! Не могу поверить, что это правда. Нужно привыкнуть к этой мысли.
        Они спустились по лестнице и остановились. Сергей крепко сжал руку Наташи. Она, улыбнувшись, потянула его за собой. Они пошли быстро, не произнося ни одного слова. Войдя в номер, Наташа закрыла дверь на ключ и повернулась к Сергею. Глаза его горели. Их одежда полетела в разные стороны.
        Когда Сергей толкнул ее, и она упала, смеясь, на кровать, то тут же замерла, закрыв глаза. Все ее существо хотело лишь одного - слиться с этим мужчиной, вновь ощутить себя единым неделимым целым.
        - Любовь моя, - прошептали они одновременно и улыбнулись.
        Когда Наташа пришла в себя, она первым делом посмотрела на часы.
        - Нам пора, милый, - пробормотала она. - Я беспокоюсь за сына.
        Сергей, не слушая, начал целовать ее, но она отстранилась и соскочила с кровати. Быстро приняв душ, они оделись. Когда пришли в соседний корпус, то поняли, что в номере никого нет.
        - Куда они подевались? - встревожено спросила Наташа, постучав еще раз и не дождавшись ответа.
        - На пляже где-нибудь, - ответил Сергей и со вздохом добавил: - А мы так спешили!
        Они спустились и пошли к воде. Скоро увидели Настю, малыша и Виталия. Сережа сосредоточенно насыпал песок в кузов нового игрушечного грузовика. Настя сидела рядом и что-то говорила ему. Виталий лежал возле них на большом полосатом полотенце.
        - Привет честной компании! - весело сказал Сергей, подходя к ним.
        - Мам! - на миг обрадовался Сережа, но снова занялся грузовиком, не обращая внимания на взрослых.
        - Он вас не сильно замучил? - спросила Наташа.
        - Да что вы! Такой спокойный мальчик. И кушал хорошо и вел себя замечательно, - ответила Настя и заулыбалась. - Можете оставлять его со мной, когда захотите.
        - Спасибо, - сказала Наташа, потом предложила: - Давай перейдем на «ты».
        - Давай! - обрадовалась Настя.
        Они побыли на пляже еще немного, затем вместе отправились на ужин. Около девяти вечера Наташа сказала, что сыну пора спать. Настя сочувственно глянула на брата и неожиданно предложила посидеть возле Сережи.
        - Думаю, вы хотите побыть только вдвоем, - сказала она.
        - Ты самая чуткая сестренка на свете! - обрадованно сказал Сергей. - Мы столько не виделись! А я мечтаю прогуляться с Наташенькой при лунном свете по берегу моря! Давно мечтаю…, - добавил он и глянул на покрасневшую Наташу.
        И они отправились в номер.
        Когда малыш уснул, они какое-то время сидели возле него. Потом Сергей шепотом спросил:
        - Он как спит? Спокойно?
        - Обычно да, - тоже шепотом ответила Наташа.
        - Так чего сидите! - тихо заметила Настя. - Идите уже… на свое свидание! - добавила она и хитро рассмеялась.
        Они смущенно улыбнулись и бесшумно покинули номер.
        Солнце садилось, стало чуть прохладнее, чем днем. Но все равно ночь обещала быть очень теплой. Они пошли берегом, взявшись за руки. Небо, море и песок окрасились в красноватые тона. Вода мягко шуршала, перекатывая мелкую гальку и песчинки. Они миновали пляж, потом большую отмель, заваленную пустыми ракушками и высохшими водорослями. Обогнув крохотную бухточку, вышли на песчаный полуостров, наполовину заросший какими-то кустиками и высокой жухлой травой. Солнце к этому времени село и сразу стало темно. На небе ясно засияли первые звезды. Вокруг не было ни души. Наташа остановилась и огляделась. Потом села на все еще теплый после дневного жара песок.
        - До чего здесь странно! - сказала она. - Даже не понимаешь, где находишься.
        - Да, это так, - ответил Сергей, опускаясь рядом с ней. - Я сюда пришел один раз вечером. Потом сидел на берегу несколько часов и думал о тебе. Не представляешь, как я тосковал! - Он коснулся рукой ее обнаженного плеча. - Разве мог я тогда представить, что через несколько дней ты будешь сидеть здесь рядом со мной! Такое бывает только в сказках.
        Наташа легла на спину и посмотрела в звездное небо. Губы ее улыбались. Грудь вздымалась под тонкой тканью сарафана. Она нашла руку Сергея и потянула его к себе. Он лег рядом и прижался к ней. Наташа счастливо засмеялась, потом вздохнула и закрыла глаза. Его пальцы ласкали нежно. Она замерла и расслабилась. Но вскоре почувствовала, что больше не в силах сдерживать себя. Их одежда полетела на песок…
        - Не представляю, который может быть час, - тихо проговорила Наташа, когда пришла в себя. - Перед Настей неудобно. Надо идти обратно.
        - Надо, - ответил Сергей, обнимая ее. - Но я не могу от тебя оторваться!
        - Давай окунемся, а то мы все в песке! - предложила она.
        - Давай, - согласился Сергей.
        Наташа побежала к воде. Сергей бросился за ней. Они поплыли вглубь темного моря, но довольно скоро повернули обратно. У берега Наташа остановилась Вода доходила ей до талии. Опустив голову, она стала прополаскивать волосы. Почувствовав, как Сергей обхватил ее сзади, громко вскрикнула.
        - Серега! Ты меня испугал!
        Она повернулась к нему лицом, откинув волосы со лба. Сергей приподнял ее и засмеялся, ощутив, как ее ноги обхватывают его талию. В воде тело ее было легче пушинки. Наташа обняла его за шею. На миг они замерли, прижавшись друг к другу… Потом легкие волны побежали от них кругами. Когда они вышли из воды, то вновь прильнули друг к другу. Сергей потянул ее на песок, но Наташа резким движением освободилась и подняла одежду.
        - Милый, надо бежать, - сказала она.
        Сергей вздохнул и начал одеваться.
        Когда они осторожно вошли в номер и увидели, что и малыш и Настя спят, оба облегченно вздохнули.
        - Я останусь? - умоляюще прошептал Сергей.
        Но Наташа отрицательно покачала головой.
        - До завтра, любимый, - сказала она и крепко его поцеловала. - Завтра соберешь свои вещи и переедешь к нам. А вот Настену и будить не буду!
        - И не надо, - пробормотала Настя и села. - А который час?
        - Ночь глубокая! - тихо засмеялся Сергей.
        - Ну, вы и гулены! - ответила она и заулыбалась.
        - Настя, спасибо тебе огромное! Если хочешь, то можешь у меня оставаться! - сказала Наташа.
        - Не, я с братом в наш корпус вернусь. Мне у себя удобнее будет!
        Когда они ушли, Наташа скинула одежду и легла. Она была абсолютно счастлива в этот миг. Наконец судьба улыбнулась ей и дала все, о чем она мечтала.
        Наташа проснулась рано, открыла глаза и глянула на сына. Он безмятежно спал. Она представила, как в соседнем корпусе безмятежно спит его отец, и улыбнулась, наслаждаясь ощущением полного сбывшегося счастья. Потянувшись всем телом, Наташа выскользнула из-под покрывала. Надев шелковый сарафан, приятно холодящий тело, она вышла на балкон. Море сияло и серебрилось, небо было лазоревым, белые чайки кричали над водой. Наташа глянула вниз и замерла. Под ее балконом стоял Сергей и, подняв голову, смотрел на нее, улыбаясь. В его руке алел огромный букет роз. А на асфальте цветными мелками было написано: «С добрым утром, любимая!»

 
Книги из этой электронной библиотеки, лучше всего читать через программы-читалки: ICE Book Reader, Book Reader BookZ Reader. Для андроида Alreader, CoolReader Библиотека построена на некоммерческой основе (без рекламы), благодаря энтузиазму библиотекаря. В случае технических проблем обращаться к