Важное объявление: В связи с блокировкой в России зеркала ruslit.live, открыто новое зеркало RusLit.space. Добавте пожалуйста его в закладки.


Библиотека / Любовные Романы / ЛМНОПР / Майклз Николь: " Обними Меня Крепче " - читать онлайн

Сохранить .
Обними меня крепче Николь Майклз

        Когда-то, еще в университете, Дерек Уолш бросил Линдси Моралес, предпочтя счастью с ней карьеру. Теперь, много лет спустя, его мечты сбылись,  - а ценой стал неудавшийся брак и тяготы жизни отца-одиночки.

        Но однажды Дерек вновь встречает Линдси - уже не юную и наивную студентку, а блестящего талантливого дизайнера, с которым ему предстоит совместно работать над проектом перестройки старинного дома.

        Однако смогут ли они начать все сначала? Смогут ли ради вновь зарождающейся из пепла былых обид любви переступить через прошлое?..

        Николь Майклз
        Обними меня крепче

        

        Глава 1

        Остаться одной в День святого Валентина само по себе плохо, но если еще и на работе, как Линдси Моралес, и того хуже. Нет, ее никто не заставлял, просто работа всегда помогала ей справиться с жизненными трудностями. Помимо всего прочего, ее сегодняшние проблемы заключались в полном отсутствии сладостей в форме сердечек, открыток, полных бессмысленной чепухи, и безумно дорогих цветов. Она и раньше никогда не получала ничего подобного от мужчины в День святого Валентина. Впрочем, это к лучшему: сладости откладываются в бедрах, а цветы имеют обыкновение вянуть и засыхать. Нет причин жалеть об отсутствии у нее всего выше перечисленного, ни единой.
        Линдси тяжело вздохнула и через ветровое стекло взглянула на светло-желтый деревенский дом, построенный в самом начале века, который она подрядилась обновить. Фары ее машины прорезали ночную тьму и осветили крыльцо, которое как раз и находилось в процессе перестройки. Получалось очень неплохо. Линдси всячески старалась сохранить его первоначальный облик. Похоже, ее инструкции выполнялись. И все же… чего-то здесь не хватало. Возможно, гамака? Или пары кресел-качалок? Она обязательно предложит это своей подруге Анне - ведь по завершении работы дом будет ее.
        А какой роскошный будет дом! Здесь вообще очень красиво. Линдси достаточно часто приезжала сюда, чтобы запомнить постройки и ориентироваться в темноте. За домом на краю обширного поля стоял большой амбар, по периметру просторного двора росли высокие деревья. Все вокруг дышало красотой и покоем. Как, должно быть, приятно каждое утро просыпаться в таком замечательном окружении.
        Линдси заглушила двигатель, взяла портфель с журналами и бумагами, лэптоп и маленькую сумку-холодильник и вышла из машины.
        Порыв холодного февральского ветра ударил в лицо, заставив ее зажмуриться, и Линдси поспешила к ступенькам. Слава богу, кто-то догадался оставить включенным уличное освещение. Линдси достала из кармана джинсов ключи, открыла дверь и вошла в дом, с удовольствием вдохнув запах свежего дерева и краски. Наконец-то можно отгородиться от жгучего холода. Она не была здесь почти неделю и теперь собиралась проверить, какая работа выполнена и как.
        Включив свет в вестибюле, она с удовольствием огляделась. Лестница была перестроена и тщательно отделана - материалы они с Анной выбирали вместе. Большая люстра, украшенная кристаллами Сваровски, сверкала. Линдси не нравился подрядчик проекта, но сейчас пришлось признать, что он свое дело знает. Во всяком случае, умеет находить хороших поставщиков. Впрочем, сейчас ей было трудно отдать должное мужчине, даже если он этого заслуживает.
        Нельзя сказать, что у Линдси были проблемы с подрядчиками вообще,  - только с этим. У них с Дереком Уолшем было общее прошлое, о котором она предпочитала не вспоминать, но это легче сказать, чем сделать, хотя, если не видишь человека, проще. Это и было основной причиной ее ночного путешествия в День святого Валентина.
        Сейчас она пришла сюда, в старый дом, в джинсах и поношенной футболке, намереваясь заняться физической работой, а он, наверное, усиленно обхаживает какую-нибудь очередную дуреху, дарит ей цветы, угощает изысканным ужином. И одет небось как супермодель. Это вовсе не сложно для него, для богатого и слишком привлекательного. Линдси тут же представила его в брюках, выгодно подчеркивающих узкие бедра и стройные ноги, и хорошо сшитом пиджаке, под которым угадывались крепкие мускулы. Ему не нужно изобретать замысловатые визитные карточки, дарить шоколадные наборы и преподносить дорогие букеты. Он и безо всей этой мишуры легко мог заманить женщину к себе постель.
        Линдси все это отлично знала. А теперь, после развода, у него и вовсе полностью развязаны руки. Именно из-за таких, как Дерек, Линдси предпочитала работать, а не ходить на свидания. И она будет твердить себе это снова и снова, до тех пор пока сама не поверит.
        Еще раз окинув взглядом вестибюль, Линдси направилась по небольшому коридору к кухне, но по пути остановилась и заглянула в гостиную. Свет зажигать не стала: из вестибюля проникало достаточно света, чтобы увидеть безусловный прогресс. Старое ворсистое покрытие исчезло, пол под ним был отшлифован и подготовлен к покраске. И Линдси, и Анна с первого взгляда влюбились в мраморный камин, находившийся здесь, и Линдси со всех сторон оклеила его стикерами с надписью: «Не трогать!»
        Аналогичные записки она оставила и на некоторых других вещах: книжных шкафах, стоявших в коридоре верхнего этажа, оригинальной раздвижной двери столовой, верхних шкафчиках в кухне и, разумеется, на всех архитектурных украшениях и металлоизделиях.
        Дому было больше ста лет, что и делало его особенным, даже, пожалуй, уникальным. Не то чтобы в округе не имелось других старых домов, но постройки именно этой эпохи не возводились массово, поэтому каждая представляла собой неповторимый образец. Благодаря вложенному в строительство тяжелому труду, любви и вниманию к деталям это были настоящие сокровища, которые стоило сохранить.
        Линдси точно знала, что Дерек не разделяет ее взгляды на этот счет. Этот проект вообще не годился для модного архитектора. Он привык строить элегантные офисные здания из стекла и металла. Скука. Всякий раз, приходя в дом, она боялась, что он позволит рабочим разобрать какое-нибудь домашнее сокровище. Многочисленные стикеры - это ее способ напомнить ему, чтобы не слишком резвился.
        Договоренность между ними и, конечно, их друзьями Анной и Майком была проста. Будучи генеральным подрядчиком, Дерек выполнит основные работы: изменение планировки, водопровод и канализацию, электрику, а также снесет несколько стен,  - обеспечив прочность и безопасность постройки, а потом явится она и сделает дом красивым и уютным.
        Как правило, они работали вместе: обсуждали детали, обменивались идеями и составляли взаимоприемлемый план работ. Но теперь Линдси предпочитала держаться в стороне, да и вообще была бы рада больше никогда в жизни не слышать его голоса. Что ж, пока стикеры и короткие, но деловые сообщения по электронной почте делали свое дело. Она была довольна. Ей удавалось избегать Дерека, и работа двигалась в нужном направлении.
        Линдси вошла в кухню, включила свет и ухмыльнулась. Нижние шкафчики, новые и самые обычные, предназначались для кухонной утвари, но пока еще не были покрашены, зато верхние - настоящие сокровища. Вероятно, они ровесники дома. Изначально белая краска выцвела и немного пожелтела, причем как раз в нужных местах, благодаря чему создавалась неповторимая патина. Многие часами бродят по Интернету, чтобы найти рекомендации по созданию чего-то подобного на вещах восьмидесятых годов прошлого века, купленных на гаражных распродажах. Линдси и сама иногда занималась подобной работой. Даже продавала некоторые вещи. Но эти шкафчики ей понравились с первого взгляда. Их сочетание с новыми шкафчиками нижнего ряда станет сказочно красивым, особенно когда она поставит двери из пузырчатого стекла, а Анна потом заполнит все это великолепие красивой посудой.
        Она провела рукой по чуть шероховатой деревянной поверхности и задумалась, как много всего видели эти шкафы: приготовления к рождественским обедам, первый завтрак перед школой. Наверняка были дни грусти и отчаяния. Линдси любила старые вещи именно за их истории. Они хорошо служили нескольким поколениям хозяев, и ей нравилось давать им новую жизнь, второй шанс. Светлое покрытие защитит дерево, сделает его более гладким и поможет вещам прожить еще сто лет.
        Она подняла глаза, заметила гигантский пакет, лежащий на одной из полок, потянулась за ним и увидела приклеенный к нему стикер с надписью: «Не выбрасывать!»
        Это был один из ее пакетов, который она оставила, чтобы складывать туда ручки, петли и прочие металлические детали шкафчиков. Ниже было добавлено хорошо знакомым ей почерком: «Твой властный голос необычайно сексуален».
        Линдси порывисто вздохнула. Это была еще одна причина избегать подрядчика. Прошло уже восемь лет с тех пор, как она была влюблена в него. Надо же, как быстро летит время! И пусть ей не хотелось в этом признаваться: врать самой себе - занятие бессмысленное,  - до сих пор она не приобрела иммунитет к его чарам. Слишком Дерек был силен и опасен.
        Она положила пакет на стол и постаралась собраться с мыслями. Дерек мешал ей, а она не могла себе позволить отвлекаться. Надо было заниматься делами. Она поставила сумку-холодильник на будущий кухонный островок, который пока был двумя козлами, накрытыми листом фанеры. Этот островок тоже ее тайная задумка, и она предвкушала, как удивит им Анну.
        Открыв сумку, она достала еду, которую приготовила для себя: овощи, салат из цыпленка на круассане, ореховое печенье и три бутылки малинового пшеничного пива. Пусть ей не с кем провести День святого Валентина, но это не значит, что девушка не имеет права побаловать себя. Хрумкая морковкой, она сервировала «стол», вставила наушники в разъем телефона, открыла бутылку пива и загрузила свою любимую музыку: «Аэросмит». Сегодня ее задача - измерения. Пора заказывать плитку над мойкой, морилку, краску, оконную фурнитуру.
        Самой захватывающей частью восстановления дома было то, что весь процесс отражался в блоге, который Линдси вела вместе с двумя лучшими подругами. Начала все Анна, потом к ней присоединилась Калли, владелица самой восхитительной - и успешной - кондитерской в городе, а около двух лет назад они пригласили Линдси разместить в блоге информацию о реставрации старых вещей и ремеслах. Линдси пришла в восторг. Ей очень понравилось новое занятие, и за последние годы их блог «Мой маленький идеальный мир» приобрел большую популярность. Читатели с удовольствием следили, как продвигается работа по созданию «Дома мечты Анны».
        Линдси потянула за ушко рулетки, и та громко скрипнула - нет, скорее взвизгнула. Как же она ненавидела эту штуковину: этот дешевый металлический корпус и тонкую ленту,  - но пока у нее не было ничего другого. Единственный плюс - занимает совсем мало места, поэтому удобна для переноски. Линдси рассчитывала со временем приобрести хорошие инструменты.
        Приступив к работе, она в первую очередь измерила расстояние между верхними и нижними шкафчиками. Здесь хорошо будет смотреться стеклянная плитка. Или чисто белая? Линдси улыбнулась, представляя себе разные варианты. Какая это радость - превращать что-то старое и поблекшее в оригинальное и красивое. Когда она здесь все закончит, дом будет по-настоящему сказочным. Если уж она не может создать нечто подобное для себя, то по крайней мере поможет подруге воплотить мечты в жизнь.

        У Дерека не было привычки устраивать засады на ни в чем не повинных девушек, но Линдси Моралес не оставила ему выбора. Она делала все возможное - разве только не получила соответствующего постановления суда,  - чтобы они не встречались, даже работая над этим совместным проектом. Возможно, после сегодняшнего вечера это будет ее следующий шаг, но Дерек преисполнился решимости попытать счастья.
        Амбар, стоявший на заднем дворе владений друга Майка, он использовал как временный офис, откуда можно наблюдать за работой. И сегодня он довольно долго сидел там и ничего не делал - просто ждал.
        Дерек тихо закрыл за собой дверь и направился через двор к дому. Около получаса назад он слышал, как приехала Линдси. Интересно, чем она сейчас занимается? Ему ужасно хотелось ее увидеть, но, что намного важнее, им надо серьезно поговорить. По крайней мере, ему было что ей сказать. Он вздохнул, понимая, что был трусом и не сказал ей все это восемь лет назад, а теперь она, скорее всего, не захочет слушать, но все равно им придется поговорить.
        Его не удивило, что она выбрала праздник - и ночное время, чтобы приехать сюда и поработать. Она наверняка была уверена, что окажется здесь одна. Когда же Майк - намеренно - обмолвился, что она приедет, у Дерека появилось множество разных мыслей. Во-первых, он в очередной раз убедился, что Майк - отличный друг; во-вторых, искренне удивился, что у такой роскошной женщины нет никаких планов на День святого Валентина, кроме рабочих, и, наконец, мысленно поблагодарил Бога за то, что у нее нет никаких планов на День святого Валентина. Едва представив себе Линдси с другим мужчиной, он постарался как можно скорее выбросить эту мысль из головы - об этом ему думать не хотелось.
        В воздухе кружились крупные снежинки и светились в лунном свете. За последний час ветер усилился, и сетчатая дверь слегка вибрировала. Дерек достал ключ, намереваясь ее открыть, но дверь распахнулась сама при малейшем прикосновении. И как это называется? Почему, интересно, она не запирается, когда работает здесь ночью одна? Неужели не смотрит «Новости»? Или хотя бы ужастики?
        Он тихо вошел в дом и, чтобы не испугать девушку, уже открыл было рот, намереваясь ее окликнуть, но тут услышал… пение, и на его лице расплылась широкая, хотя, наверное, глуповатая улыбка. Линдси определенно не соловей, но и явно не претендовала на это. Он слушал сейчас девушку, которая считала, что одна, и не старалась произвести впечатление. Дерек сразу узнал песню, очень удивился и медленно пошел по коридору, как никогда остро ощущая ее близость.
        Первое, что он увидел, заглянув в кухню,  - длинный конский хвост, и сразу вспомнил, как восхитительны ее волосы на ощупь - мягкие, шелковистые, густые. Он всегда считал ее волосы живыми и приходил в неописуемый восторг от прикосновений. Он помнил каждый изгиб ее тела, запах золотистой теплой кожи, блеск огромных карих глаз. Чего нельзя сказать о бывшей жене. Но ведь она не была Линдси, да и никто не был: она такая одна.
        Несколько мгновений Дерек молча наблюдал за ней. Футболка, джинсы, обтягивающие аппетитную попку, от которой он никак не мог отвести глаз, особенно сейчас, когда она перегнулась через стол, чтобы дотянуться рулеткой до стены. Мгновенно ощутив напряжение в паху, он с большим трудом заставил себя посмотреть в сторону. Дерек до сих пор хотел ее, отлично помнил, как прекрасно ее обнаженное тело. После многих лет борьбы с собой он наконец почти убедил себя, что их с Линдси отношений не должно было быть. Это была ошибка. Но вот проклятье! Сейчас он стоял на пороге кухни и пожирал ее глазами, пил, как вино, и не мог утолить жажду, представлял, как обнимает ее, прижимает к себе.
        Дерек скрипнул зубами и титаническим усилием воли отбросил непрошеные мысли. Ему здорово повезет, если Линдси не отвергнет его предложение дружбы,  - об объятиях вообще речи не идет. Пока она ясно дала понять, что даже говорить с ним ей неинтересно. Но сколько можно прятаться друг от друга? Они ведь взрослые люди. У них много общих друзей, многие уже женаты, так что волей-неволей порой им приходится находиться в одном помещении, поэтому надо учиться как-то друг друга терпеть.
        Тот факт, что он намеренно проводил на работе времени больше, чем это было необходимо - можно сказать, дневал и ночевал здесь,  - был очевидным признаком непреодолимого желания увидеть ее, но она не показывалась, хотя все декоративные детали были ее сферой деятельности. Они обменялись по электронной почте несколькими короткими сообщениями, касающимися выбора освещения и отделочных материалов, и на этом их общение закончилось. Этому следовало положить конец, и Дерек намеревался сделать это немедленно.
        Он сильно прикусил нижнюю губу, едва сдержав смех, когда она громко пропела очередную строчку, явно подражая Стивену Тайлеру. Ему достанется на орехи, когда она поймет, что не одна, но его это не пугало. Игра стоила свеч.
        Прислонившись к дверному косяку, он смотрел и слушал. Ее голос разливался по комнате, проникал в его тело, вызывая в нем вполне объяснимые изменения. Губы Дерека расплылись в улыбке, когда она написала что-то на стикере и со шлепком приклеила его на стену. Она обожала везде лепить эти маленькие записочки, а ему нравилось их читать: это походило на игру.
        Его бригада привыкла к ярким стикерам, расклеенным по всему дому и содержавшим очень короткие и безапелляционные приказы, в конце которых стояло множество восклицательных знаков. Он с удовольствием читал записки вроде: «Не красьте это!!!!!», «Здесь нужна еще одна розетка!!!!!».
        Склонив голову, Дерек окинул взглядом ее самодельный стол. Она устроила себе прямо-таки пир, даже с пивом. Может, она пьяна? Нет, не похоже: просто пока не чувствует, что не одна. Эта мысль ему не понравилась. Совершенно.
        Что-то изменилось, и Дерек поднял глаза. Все еще к нему спиной, она больше не пританцовывала, а, напряженно застыв, смотрела в окно на его отражение.
        В следующее мгновение, резко обернувшись, Линдси выдернула наушники и воскликнула:
        - Что ты здесь делаешь?
        В ее широко открытых глазах читалась тревога.
        Он мог повести себя как угодно, но инстинктивно выбрал ту линию поведения, которой она, несомненно, от него и ожидала: улыбнувшись, ответил:
        - Наслаждаюсь спектаклем.
        Линдси залилась краской, но это его не обескуражило. Отойдя от дверного косяка, он шагнул в кухню, и теперь их разделял импровизированный стол - будущий кухонный островок. Девушка выглядела как загнанный зверек, но быстро обуздала эмоции и взяла себя в руки. При этом она изо всех сил старалась не встречаться с ним взглядом, и Дерек почувствовал раздражение, оскорбленный ее открытой враждебностью. И тут же вспомнил, как разозлился из-за ее беспечности: одна, ночью, в пустом доме, и даже не заперла дверь.
        Она неловко кашлянула, а он, пожав плечами, добавил:
        - Причем достаточно долго, чтобы понять: будь я бандитом, ты была бы уже мертва… если не хуже.
        - Если бы меня интересовало твое мнение по этому вопросу, я, безусловно, оценила бы заботу. Но поскольку оно меня не интересует, лучше оставь его при себе.
        Дерек шумно вздохнул. Ему надо было собраться с мыслями, прежде чем он ляпнет что-то сгоряча и окончательно испортит и без того сложную ситуацию. Все и так началось неправильно.
        - Хорошо. Тогда я просто напомню: в следующий раз запирай чертову дверь.
        - Ты сказал, я запомнила. Можешь запереть ее, когда будешь выходить.  - Она отвернулась и взяла в руки наушники.
        - Линдс, пожалуйста…  - вырвалось у него, и в голосе прозвучало такое отчаяние, что потрясен был не только он.
        Рука Линдси застыла, так и не добравшись до уха, но она не обернулась, и несколько мгновений оба хранили молчание, предоставляя инициативу друг другу.
        - Я работаю, Дерек,  - сказала она наконец.
        Он поневоле прикрыл глаза, услышав свое имя из ее уст. Она произнесла его впервые за восемь лет, и он бы порадовался, если бы только в ее голосе не было столько ненависти.
        - Я заметил. Высчитываешь, сколько надо плитки?
        Он сделал еще один маленький шажок в ее сторону.
        - Как видишь.
        Линдси опять потянулась к стене своей дешевой рулеткой. Лента согнулась, и Дерек достал из кармана куртки свою рулетку и положил рядом с ней на стол.
        - Возьми мою. Будет удобнее.
        - Нет, спасибо.
        Она даже не взглянула на его рулетку и снова потянулась к стене, на этот раз пытаясь удержать ленту двумя руками. Рулетка была настолько древней, что не имела даже стопора, так что ленту с правой стороны Линдси не удержала и та опять, согнувшись, с шумом втянулась в корпус.
        Дерек подтолкнул к ней свою рулетку.
        - Да не упрямься ты - эта ведь лучше.
        Фыркнув, Линдси отбросила свою рухлядь в сторону и взяла его рулетку, которая в ее маленькой ладошке выглядела гигантской.
        - Тяжелая какая… Не уверена, что она удобнее.
        Дерек едва сдержался, чтобы страдальчески не закатить глаза: ничего не изменилось - противоречит, как всегда.
        - Поверь, эта рулетка намного лучше: на ней хороший стопор, так что можно работать одной рукой. Можешь оставить ее себе - у меня в машине есть еще.
        - Да кто бы сомневался…  - буркнула Линдси.
        - А что, это тоже недостаток?
        Не обращая на него внимания, она повертела рулетку в руке, вытащила на несколько дюймов ленту и осмотрела. Он бы отдал все на свете, чтобы знать, о чем она думает. И еще ему очень хотелось, чтобы она наконец обратила взор на него.
        - Знаешь, если ты на минутку отвлечешься и посмотришь на меня… мы сможем поговорить.
        Дерек очень постарался произнести это спокойно, да и на что, собственно, ему злиться… но - проклятье!  - она даже не желает поднять на него глаза! Как тут не выйти из себя!
        Ее тело напряглось, но голова все же повернулась в его сторону. Теперь она внимательно изучала пол между ними, и ему приходилось прилагать титанические усилия, чтобы не подойти к ней и не приподнять пальцами подбородок, заставив посмотреть на него. У нее совершенно необыкновенные глаза: неповторимого цвета опавшей листвы с золотистыми и карими искорками; осенняя трава, мед и шоколад.
        Она опустила рулетку и схватилась обеими руками за стол, словно нуждалась в опоре. Дереку не нравилось, что его присутствие вызывает у нее столь явный дискомфорт, но он не знал, как подойти к ней, как заставить ее поверить ему. Не исключено, что она вообще никогда ему не поверит и ему придется с этим смириться.
        Только вот смириться он никак не мог. Если бы она посмотрела на него, позволила ему объясниться, он сумел бы облечь в слова свое бесконечное сожаление о том, что позволил ей уйти тогда - восемь лет назад. Одно только воспоминание о той ночи вызывало сердечную боль. За восемь лет не проходило и дня, чтобы он не жалел о случившемся между ними.
        Он не искал ее все эти годы - во всяком случае, пока был женат,  - потому что не принадлежал к тем, кто нарушает клятвы. Но и после развода не предпринимал шагов в этом направлении, поскольку считал, что не заслуживает Линдси. И вот теперь судьба свела их снова. Дерек счел это подарком, шансом исправить прошлое, и в душе затеплилась надежда. Главное - чтобы она посмотрела ему в глаза.
        - Не думал, что увижу тебя снова, Линдс.  - Несмотря на все старания, спокойно говорить не получалось: в голосе отчетливо звучала тоска.
        Еще не договорив, Дерек понял, что сказанное было ошибкой. Девушка судорожно вздохнула и принялась нервно двигать рулетки по столу. Дьявол! А ведь он рассчитывал держать эмоции в узде, хотел просто поговорить; у него даже в мыслях не было пытаться соблазнить ее, а уж тем более причинить боль.
        - Я надеялась, что больше никогда тебя не увижу,  - холодно произнесла она.
        Слышать неприятно, но Дерек был готов к такой реакции.
        - Не могу сказать, что удивлен.
        - Тогда почему ты здесь?  - Она к нему так и не повернулась.  - Нам вовсе не обязательно встречаться: у каждого свой фронт работ. По иронии судьбы мы оказались на одном объекте, но это ничего не значит, так что перестань меня преследовать.
        Ну, раз она сама заговорила об этом… Что ж, возможно у него в последнее время действительно появились кое-какие новые привычки. Прошлой осенью он научился появляться в нужное время в нужном месте: например на кухне Анны,  - когда там собирались друзья Линдси. Да, глупость, конечно, но он понятия не имел, что еще предпринять. Случайно узнав, что у них есть общие друзья, он понял, что не может упустить шанс увидеть Линдси. Ему хотелось объясниться, дать ей понять, что он бесконечно сожалеет об их разрыве, сказать, что все прошедшие годы не переставал думать о ней.
        А по ночам - господи, как он ненавидел ночи!  - она являлась к нему во снах. Он никогда не стал бы ей об этом говорить, если бы не лелеял надежду, что, узнав о его мучениях, она поняла бы, насколько его чувства искренни. Пусть никогда и не произносил таких слов, для себя он давно уяснил, что любит ее, горячо, всем сердцем, всем своим существом. Он никогда ее не забывал, и она должна знать, что все у них было по-настоящему.
        - Когда Майк показал мне блог и я увидел твое лицо…  - Его голос дрогнул. Теперь, когда она так близко - можно протянуть руку и коснуться ее плеча,  - он внезапно лишился способности выражать свои мысли словами.  - Мне показалось, что я больше никогда не смогу дышать.
        Линдси на мгновение закрыла глаза - или ему показалось?  - но быстро взяла себя в руки и отошла на безопасное расстояние - за кухонный островок,  - так и не взглянув на него. Судорожно схватив бутылку пива, но так и не сделав ни одного глотка, она стиснула ее так, что побелели костяшки пальцев.
        - Зря ты начал этот разговор.
        - Линдс…
        - Не смей меня так называть!  - совершенно неожиданно выкрикнула Линдси.  - Это позволено только друзьям, а мы вовсе не друзья.
        Дерек почувствовал, как по лицу прошла судорога, и после нескольких секунд шока медленно проговорил:
        - Раньше мы были больше, чем друзьями.
        - Возможно… Не помню,  - буркнула Линдси.
        Они оба знали, что это ложь: слишком уж очевидной была реакция на его присутствие.
        - Ты совсем не умеешь лгать.
        Дерек чуть склонил голову, мысленно взмолившись, чтобы она наконец взглянула на него, и дождался.
        Он ожидал увидеть в ее глазах боль, обиду, даже ненависть, но только не холодное презрение, которым она окатила его. Теперь, когда их взгляды встретились, Дерек пожалел, что это произошло: если до этого у него оставалась надежда, то теперь она исчезла без следа.
        - Зато ты очень хороший лжец,  - процедила Линдси.  - И я это помню. Так что, уж извини, разговаривать с тобой не хочу: ни сейчас, ни когда бы то ни было в будущем.
        Хоть голос ее и был ровным, Дерек почти не сомневался, что она изо всех сил сдерживает бурлящие эмоции. Она смотрела на него в упор, и хотя ее слова причиняли ему боль, это была чистая правда. Да, она знала, что он лжец, но, откровенно говоря, даже понятия не имела, насколько хороший, так что гнев ее в полной мере был оправдан. Внезапно промелькнувшая в ее глазах боль оказалась для него не только неожиданной, невыносимой.
        Дерек очень медленно и осторожно сделал несколько шагов вперед и остановился прямо напротив Линдси, а оказавшись так близко, не смог удержаться и коснулся ее подбородка. Глупо, конечно, но очень уж хотелось, чтобы она подняла голову и посмотрела на него. Ее губы тут же сжались в ниточку, но взгляд она не отвела, и Дерек увидел расширившиеся зрачки, полные противоречивых эмоций.
        - Я не хотел тебя расстраивать, прости.
        Да что же это такое: все у него получается не так, как хотелось бы!
        - Тогда не прикасайся ко мне!  - отпрянула Линдси.
        - Я всего лишь пытаюсь тебе сказать, что мне бесконечно жаль,  - заверил Дерек, сунув руки в карманы.  - Просто дай мне шанс показать, что даже после всего, что было в прошлом, мы можем остаться друзьями.
        Линдси медленно покачала головой, а потом и вовсе ожесточенно затрясла.
        - Нет, друзьями мы быть не можем. Меня нынешнюю ты совсем не знаешь. Я уже не та, какой была восемь лет назад, да и ты изменился, вне всякого сомнения. Прошло слишком много времени.
        - Недостаточно, чтобы я успел забыть, как сильно ты меня ненавидишь.
        Линдси невесело усмехнулась:
        - Вот тут ты прав. Не уверена, что сумею когда-нибудь все забыть. У тебя не было причин меня унижать, стараться ударить побольнее за исключением разве что одной: ты эгоистичный засранец. Поэтому нет, мы не можем быть друзьями, так что не старайся: зря потеряешь время.
        Дерек с шумом втянул воздух. Каждое мгновение в присутствии Линдси было болезненным напоминанием об их расставании. Он все еще отчетливо помнил боль и шок в ее глазах, когда лгал ей в лицо. Тогда он ей сказал, что их отношения - ошибка, они больше не должны встречаться, он любит другую. Сейчас одно воспоминание об этом заставило Дерека вздрогнуть.
        Как же потом он тосковал по ней! Даже ожидание рождения первенца не могло скрасить этой тоски. Он был слишком молод, стремился к одобрению окружающих, хотя в действительности это не имело никакого значения. И нет смысла рассчитывать на ее прощение, если он сам себя простить не мог. Она права: он засранец. Эгоистичный? Ну, это вопрос спорный. В то время он не сомневался, что поступает правильно, как всегда. Ему и отец говорил: «Не будь раздолбаем, будь мужчиной».
        Линдси сделала бы его самым лучшим мужчиной, но теперь уже слишком поздно об этом говорить.
        - Ты права: я все испортил, один я во всем виноват, за что и ненавижу себя. Но я и так потерял слишком много времени - все годы, когда тебя не было в моей жизни,  - поэтому вполне могу позволить себе потратить еще несколько минут, чтобы попытаться загладить вину.
        В ее глазах мелькнуло удивление, но Дерек не сомневался, что она старательно сдерживает эмоции. Она никогда не была слабой, но теперь стала еще сильнее, и он с ненавистью к себе подумал, что сам сделал ее такой. Женщина должна черпать силу в поддержке и любви мужчины, а не в предательстве. Господи, он отдал бы все на свете, чтобы стать для нее опорой и поддержкой.
        Дерек всмотрелся в ее глаза, стараясь разглядеть, какие эмоции она скрывает, но увидел только ненависть, поэтому прошептал:
        - Спокойно ночи, Линдси.
        Не удержавшись, он провел костяшками пальцев по ее щеке и зажмурился, наслаждаясь теплотой и мягкостью кожи, и прежде чем она почувствовала настоятельную потребность дать ему пощечину, развернулся на каблуках и вышел из кухни.
        Шагая по коридору, Дерек ощущал лишь огромную, затмившую все остальные чувства ярость и больше всего на свете хотел сейчас швырнуть что-нибудь тяжелое в стену. Он был ужасно зол: на себя - за то, что когда-то отпустил ее; на нее - за то, что оказалась такой сильной и красивой. Конечно, ее нельзя за это винить, но он не возражал бы, прояви она слабость, которая дала бы ему шанс.
        Дерек захлопнул за собой дверь и запер ее на замок и, шагая по двору к своему грузовичку, бормотал себе под нос проклятия.
        Забравшись на водительское сиденье, он завел двигатель, включил передачу и развернул машину, собираясь выехать на шоссе, но передумал, остановился и несколько минут сидел в темноте, пытаясь успокоиться и выровнять дыхание.
        А чего, собственно говоря, он ждал? Что она бросится ему в объятия? Это вряд ли. Возможно, следовало чем-то ее удивить или преподнести подарок на День святого Валентина?
        Нет, конечно. Все это глупости. Завоевать прощение Линдси будет очень трудно, если вообще удастся, и винить за это ее нельзя: слишком много боли он причинил ей. В то время в его жизни царил полный бардак. Только в одном он не мог с ней согласиться: у него была причина поступить так, а не иначе,  - его сын. Таннер был для Дерека всем. Ему просто надо убедить ее понять это.

        Глава 2

        Линдси въехала на подъездную дорожку к дому и с удивлением увидела во дворе несколько машин, среди которых выделялся знакомый черный пикап. Проклятье! Она специально назначила встречу пораньше, чтобы опять не столкнуться со своим заклятым врагом. Прошло три дня после того, как он испортил ее вечеринку, рассчитанную на одну персону, посвященную Дню святого Валентина, и Линдси очень надеялась, что до следующей пройдет месяца три, не меньше, но удача ей явно изменила.
        Линдси припарковалась у грязного фургона, вышла из машины и сразу услышала звонкий женский смех. Вероятно, это Ванесса, журналистка, с которой она договорилась здесь встретиться, и разговаривает наверняка с Дереком. С кем же еще?
        Она обошла фургон и сразу его увидела: лениво прислонившись к перилам крыльца, он с ухмылкой смотрел сверху вниз на маленькую блондинку, одетую в обтягивающие, словно вторая кожа, джинсы, высокие сапоги, короткую кожаную курточку и расшитую кепочку. Девушка была очаровательна, и Линдси захотелось сплюнуть от досады, особенно когда она осмотрела собственную одежду - черные легинсы, поношенные ковбойские ботинки и старый растянутый свитер.
        Впрочем, какое все это имеет значение? Она явилась сюда не для того, чтобы флиртовать с Дереком,  - в этом у нее не было сомнений. Даже разговаривать с ним она не собиралась. Собрав всю свою твердость в кулак, Линдси уверенно подошла к ним и улыбнулась девушке.
        - Доброе утро. Вы, Ванесса?
        - Совершенно верно,  - весело отозвалась журналистка и пожала протянутую руку.  - А вы, стало быть, мисс Моралес?
        Линдси кивнула, стараясь не обращать внимания на пристальный взгляд Дерека. Она не станет его поощрять, даже не посмотрит в его сторону. Вот только жаль, что его взгляд, казалось, проникает внутрь ее тела, пронизывает до костей,  - так было и раньше. Она всегда ощущала силу его взгляда как физическую нагрузку.
        В колледже она часами сидела на занятиях, зная, что он фиксирует каждое ее движение. Тогда ей это нравилось, а уж если глаза их встречались и он посылал ей слабую улыбку… Когда они узнали друг друга ближе, его улыбки стали обещанием будущих поцелуев; позже несли с собой воспоминания о ночных объятиях, о том, как он касался ее тела, самых чувствительных местечек. Нередко один только взгляд Дерека заставлял ее изнемогать от желания.
        - Дерек как раз рассказывал историю Анны и Майка: как они встретились, как она устроила здесь вечеринку для клиентки и влюбилась в это место.  - Ванесса прижала руку к груди и грустно улыбнулась.  - Так красиво и романтично.
        Когда сказанное дошло до сознания, Линдси вскипела, и ей захотелось придушить наглеца. Ведь это она собиралась рассказать историю Анны и Майка, это была ее новость: ну, вернее, ее, Анны и Калли,  - но уж точно не Дерека.
        У Анны была еженедельная колонка в «Канзас-Сити-стар». В редакции спросили, сможет ли она обеспечить материал для большой статьи с продолжением в раздел «Дом и хобби» о переделке старого дома. Это была сущая находка для всех: блог, бизнес Анны, кондитерская Калли - все выиграют,  - но больше всех Линдси, поскольку ее работа по декоративному оформлению как раз начиналась. У нее все получалось, но пока она еще никак не могла раскрутиться, и у нее даже не было возможности снимать квартиру одной, так что приходилось жить с соседкой. Линдси рассчитывала, что газета поможет ей, сделает рекламу ее бизнесу. Если этого не произойдет в самое ближайшее время, то придется активно заняться поисками другой работы.
        Вымученно улыбнувшись, Линдси сказала:
        - Как это мило с его стороны. История действительно замечательная. Полагаю, мне остается только показать вам дом.
        Линдси направилась к крыльцу и услышала, как Ванесса предложила:
        - Надеюсь, вы присоединитесь к нам, Дерек?
        - Нет!  - резко обернулась Линдси, не сразу сообразив, что, пожалуй, со стороны могла показаться грубой.  - У него очень много работы, и будет лучше, если мы не станем ему мешать.
        В первый раз за это утро Линдси взглянула на Дерека, и это оказалось самой большой ошибкой. Он буквально излучал тестостерон, который проникал даже сквозь одежду - от светло-серой тенниски, скрытой под толстой фланелевой рубашкой, до поношенных джинсов. Рукава рубашки были закатаны, открывая сильные руки, покрытые тонкими темными волосками. Наглец успел даже нацепить пояс для инструментов, на который она не могла смотреть. Это уже слишком.
        Наткнувшись на взгляд Дерека, Линдси поняла: он заметил, что она за ним наблюдает. Его глаза выражали заинтересованность, губы чуть приоткрылись, словно он собирался сказать: «Вот я и поймал тебя».
        Той ночью, когда они встретились после долгой разлуки, она старалась не смотреть ему в глаза, руководствуясь при этом исключительно инстинктом самосохранения, что вполне понятно: он дьявольски привлекателен - этого у него не отнимешь. Его глаза манили и обещали, хотя на этот раз Линдси не могла бы сказать, что именно. Он все время пытался поймать ее взгляд, но вот в чем проблема: Линдси боялась переоценить свои силы.
        После неловкой паузы Дерек повернулся к Ванессе и одарил ее до такой степени проказливой улыбкой, что Линдси захотелось закричать.
        - Она права: дел и правда полно. Сегодня ночью обещают сильный снег, и нам необходимо к этому подготовиться. Приятно было познакомиться, Ванесса.
        Линдси поспешила к дому, чтобы не слышать, что ответит блондинка. Наблюдение за их сегодняшним общением и так заставило ее кровь вскипеть. Интересно, как долго эти двое флиртовали до ее приезда? Возможно, уже обменялись телефонными номерами? Решили встретиться повторно? Наверняка Дерек осыпал ее комплиментами. Небось и теперь, когда ее нет рядом, все еще любезничают. Линдси уже успела придумать с десяток сценариев дальнейшего развития отношений этой пары, и каждый заставлял ее злиться все сильнее.
        Отойдя от входной двери, она остановилась и глубоко вздохнула. Нет, если не получается избегать с ним встреч, необходимо усмирить эмоции. Если все время злиться и ревновать, это ему как бальзам на душу. Нет, она обязательно справится с собой и не позволит ему почувствовать удовлетворение.
        Им предстоит встретиться на свадьбе. Возможно, он придет с подружкой, и не исключено, что с этой самой Ванессой. Линдси поняла, что видеться с Дереком ей придется, а значит, следует проявлять выдержку и не реагировать так остро на его флирт с женщинами. Флирт у него в крови, и это совершенно не должно ее задевать. С какой стати? Она не желает иметь ничего общего с этим человеком, а значит, пусть приглашает на свидания кого хочет - Ванессу или кого-то еще.
        - Ух ты! А этот мистер Уолш весьма недурен. Вы обратили внимание, как сексуально смотрится на нем пояс для инструментов?  - раздался голос Ванессы.
        Отвернувшись, Линдси закатила глаза.
        - Правда? Не обратила внимания.
        - Вы не должны заставлять такого роскошного мужчину страдать. Жаль, что я не могу оказаться на вашем месте.
        Линдси медленно обернулась, стараясь не показывать свое потрясение.
        - Страдать? О чем вы?..
        Ванесса ухмыльнулась.
        - Да ладно! Он всерьез запал на вас. Сначала, когда пел дифирамбы вашим непревзойденным талантам, я подумала, что он испытывает к вам братские чувства, но едва ваша машина въехала во двор, он забыл обо мне и, пока вы не вошли в дом, не сводил с вас восхищенного взгляда.
        Линдси покачала головой. Они с Ванессой были едва знакомы: так, обменялись несколькими письмами по электронной почте, и все,  - но неожиданно Линдси ощутила острую потребность поболтать с незнакомкой, как часто бывает между случайными попутчиками.
        Но все же каков подлец! Да как он осмелился проявлять к ней интерес после всего, что сделал?
        - Возможно, так все выглядит со стороны, но между нами ничего нет, напротив: мы с трудом терпим друг друга.
        - Это все из-за сексуальной неудовлетворенности. Вам нужна разрядка, в прямом смысле слова,  - рассмеялась Ванесса.  - Впрочем, хватит об этом: не мое это дело,  - давайте лучше осмотрим дом.
        - Да, вы правы,  - кивнула Линдси.
        Слова Ванессы задели за живое, и она ненавидела себя за это. Ей совершенно не нужно его внимание, с нее хватит. Вероятно, ее физическая реакция сродни мышечной памяти, а значит, надо показать своему телу, кто тут главный.
        Ванесса остановилась и с интересом огляделась.
        - Великолепно. Сегодня утром я еще раз просмотрела фотографии, которые Майк сделал в декабре: как здесь все было раньше. Вы проделали потрясающую работу: сохранив изначальный облик, заставили старый дом заиграть новыми красками.
        Линдси улыбнулась: как, оказывается, приятно слушать комплименты по поводу дизайнерской работы. Дискомфорт, который она испытывала в течение последних десяти минут, исчез.
        - Именно такую цель я и ставила перед собой. Я люблю старые дома за их очарование, неповторимость, душу, но при этом мне нравится, чтобы соблюдался баланс между старым и новым.
        Ванесса кивнула и подняла телефон.
        - Замечательно. Продолжайте. Я записываю. Мне нравятся ваши идеи.
        Линдси немного занервничала, узнав, что ее слова записываются, хотя и понимала, что это нужно для статьи, на которую возлагала большие надежды.
        Ванесса сделала еще несколько шагов и провела рукой по панелям, которыми были отделаны стены.
        - Очень красиво. А какого цвета будет пол?
        Линдси рассказала журналистке о своих задумках во всех деталях, показала гостиную, кухню и комнаты на верхнем этаже, описала верхние шкафчики, кухонный островок, будущий внешний вид камина. Она понимала, что Дерек изложил историю отношений Анны и Майка - конечно, лишь ключевые моменты, без подробностей,  - поэтому только намекнула, как Анна собирается использовать свою новую собственность для развития бизнеса.
        В кухне Ванесса, подойдя к окну, долго смотрела на простирающееся вдаль поле, пока еще голое, но вскоре на нем заколосится пшеница.
        - Здесь очень красиво. В этом месте определенно присутствует некая романтическая энергия. Вы не можете этого не чувствовать. И я рада поучаствовать в процессе, пусть даже всего лишь написанием статей.
        - Мы тоже рады. Как и наши читатели,  - сказала Линдси.  - Некоторые дизайнерские идеи родились благодаря их советам. Мы устроили голосование относительно отделочных красок и даже цвета черепицы.
        - Что ж, я думаю, мы сделаем популярную серию для читателей. Здесь есть о чем писать: дом, свадьба, блог, взаимоотношения. Все это будет перекликаться со статьями Анны. Людям нравятся и она, и ее блог. Не могу дождаться, когда начнется работа.
        Линдси улыбнулась, взволнованная открывающимися перспективами.
        - Мэтт сегодня заедет к Анне, чтобы сфотографировать ее вместе с Майком. Вы не возражаете, если я пришлю его сюда? Он сделает несколько фотографий дома. Читателям это понравится.
        - Конечно. Пусть приезжает в любое время. Сегодня очень много дел, так что все рабочие будут здесь.
        Линдси и Ванесса поболтали еще несколько минут на крыльце, потом журналистка уехала, а Линдси, очень довольная беседой, направилась к своей машине, незаметной за большим грязным фургоном. Проклятье! Дерек, конечно же, был здесь: стоял, прислонившись к водительской дверце, и строчил кому-то сообщение,  - а услышав ее шаги, повернулся. И опять, совершенно некстати, тело предало ее.
        Засунув телефон в карман, он как ни в чем не бывало произнес:
        - Привет.
        - Мне некогда,  - буркнула Линдси, обошла его и потянулась к дверной ручке.
        - Подожди, Линдс!
        Он протянул было к ней руку, но она резко отпрянула и окинула его неприязненным взглядом.
        - Я же сказала: оставь меня в покое. Что непонятно?
        Дерек усмехнулся.
        - Да нет, все понятно. Просто хотел узнать, как все прошло.
        Он скрестил на груди руки, и у нее перед глазами оказались рельефные крепкие мышцы, хотя Линдси изо всех сил отказывалась их замечать. Нет, он не должен ничего видеть!
        - Нормально. А почему тебя это интересует?
        - Ну, это ведь и мой проект тоже.  - Он окинул ее с ног до головы горящим взглядом.  - И мне небезразлично, как его преподнесут в местных газетах.
        - Мне кажется, у тебя не возникло никаких проблем с журналисткой. Еще до моего приезда она была вполне готова снять трусы и наброситься на тебя. Так что на твоем месте я не стала бы особенно беспокоиться.
        Несколько мгновений они сверлили друг друга взглядами, потом уголки губ Дерека дернулись, поползли вверх, и вскоре он уже широко улыбался.
        - Говоришь, дело дошло до трусов? Жаль, что я ничего не заметил.
        Взгляд Линдси стал откровенно враждебным. Как он может шутить! Ведь видит, что это ее раздражает.
        - Боже правый, женщина! Это же шутка! Расслабься!  - расхохотался Дерек.
        - Непременно так и сделаю, если освободишь мне дорогу.
        Дерек передвинулся ближе к дверной ручке ее машины, преградив ей доступ. Единственный способ попасть внутрь - сдвинуть его со своего пути, что для нее было совершенно нереально. Прежде чем она успела сообразить, что еще можно предпринять, он без тени улыбки произнес:
        - Прости меня за ту ночь.
        Линдси подняла глаза, но ничего не сказала. Да и что тут скажешь. Она за многое была на него зла. Вообще, когда речь шла о Дереке, ее охватывало сильнейшее смятение, и она не могла точно определить, что чувствует: злость, грусть, или любопытство,  - но одно несомненно, что уж греха таить: ее тянет к нему физически.
        Опять разозлившись на себя, в конце концов, так и не найдя слов, она лишь пожала плечами.
        - Я не собирался тебя пугать.  - Дерек взъерошил большой пятерней свою густую шевелюру.  - Я всего лишь хотел поговорить, безо всяких негативных эмоций.
        - Ты, вероятно, считаешь, что мир вращается вокруг тебя, но это далеко не так. Тебе придется подождать, пока я захочу с тобой поговорить.
        Дерек слегка прищурился и задумался, похоже, нисколько не сомневаясь, что и она хочет примирения. Судя по всему, он все же прокрутил в уме разные варианты, потому что в конце концов кивнул и отошел от машины. Едва открыв дверцу, Линдси услышала скрип гравия под его ботинками. Дерек быстро удалялся, и у Линдси заныло сердце. Почему-то всякий раз, когда он уходил, ее охватывало чувство, близкое к панике, и это глупо, учитывая, что она сама всегда просила его уйти. Неожиданно ей отчаянно захотелось, чтобы он обернулся, и, не осознавая, что делает, она выкрикнула:
        - Дерек!
        Он будто споткнулся и сделал шаг в обратном направлении, всего один, чтобы не оказаться к ней слишком близко. Взгляд его был настороженным, однако в глазах светилась нежность. А еще надежда. Почему он так настойчив?
        - Ты должен знать: возможно, этого никогда не произойдет.
        Уголки его губ чуть приподнялись в горькой усмешке:
        - Тогда все решится без моего участия. Значит, так тому и быть.
        С этими словами он резко развернулся и ушел.
        Линдси нажала на кнопку «публиковать», закончив статью в блоге, и вздохнула с облегчением. За стеной ее сестра Мэл с мужем Бреттом купали свою трехмесячную дочурку. Веселый лепет малышки, обожавшей воду, заставил Линдси улыбнуться. Ей захотелось прочитать комментарии на свои предыдущие записи, и она нажала другую кнопку. В последние дни она писала только про работы в доме мечты для Анны. Когда все будет закончено, она снова вернется к консультациям желающих что-либо сделать своими руками, описанию своих визитов в лавки старьевщиков и на блошиные рынки, рассказам о разных ремеслах. Ей очень нравилось общаться с читателями, отвечать на вопросы, собирать идеи, делиться своей страстью к реставрации. Интернет-сообщество интересно и многогранно. Оно дало ей верных подруг и единомышленниц Анну и Калли, и они совместными усилиями построили свою маленькую империю. А если вышеупомянутая империя позволит ей в ближайшее время снять квартиру, будет совсем хорошо.
        Еще два месяца назад Линдси снимала жилье с подругой, но та внезапно вышла замуж и съехала, а арендная плата ей была не по карману. Неприятный сюрприз, но ничего не поделаешь. Состояние ее финансов приближалось к критическому. Заказов не было. Нет заказов - нет продукции - нечего продавать. А если нечего продавать, откуда возьмутся деньги?
        Анна и Майк платили ей за дизайнерскую работу по дому, но это были небольшие суммы, явно недостаточные, чтобы обзавестись жильем. Ей нужны были хоть какие-то накопления, чтобы снова почувствовать себя уверенно. Хорошо бы отец вернул то, что давно у нее позаимствовал, но в глубине души она понимала, что ничего от него не получит.
        Линдси закрыла ноутбук, положила на тумбочку у кровати и откинулась на подушку. Семейство за стеной, должно быть, закончило купание, поскольку малышка возмущенным криком выражала недовольство.
        Линдси задумалась, будет ли и у нее когда-нибудь все это: семья, муж, счастье и стабильность. К сожалению, чтобы получить перечисленное, надо с кем-то встречаться, ходить на свидания, целоваться, заниматься сексом… Нет, вниманием мужчин она не была обделена: и на свидания ее приглашали,  - но Линдси всегда так долго сомневалась, не ищут ли они развлечений на одну ночь, что претендентам надоедало ждать. Такое действительно несколько раз случалось, так что ее колебания имели под собой реальную почву.
        Линдси сняла носки и забралась под простыни, стараясь не прислушиваться к звукам, доносившимся из-за стен, потом погасила лампу и устроилась поудобнее. Было еще очень рано: всего половина девятого,  - но день выдался длинный и трудный. С утра пораньше она встретилась с Анной, потом бесконечно долго выбирали плитку и краски. Кроме того, сон позволял ей не думать о чем не следовало, и все же… все же… Мысли о плитке плавно перетекли к дому, а потом и к Дереку, что неудивительно: широкие плечи, пояс для инструментов на узких бедрах… Он совсем молодой - чуть за тридцать,  - но выглядит так, словно всю жизнь занимался тяжелым физическим трудом на открытом воздухе. Его лицо с резкими чертами было немного обветрено, но ему это очень шло. И хоть у него не возникало необходимости каждый день бывать на стройплощадке, он проводил там все время, с утра до вечера, как чернорабочий. Линдси, конечно, обдумывала и анализировала каждую их встречу, каждый взгляд, каждое прикосновение, даже те слова, что услышала от Ванессы. Линдси не думала, что у Дерека могли сохраниться к ней какие-то чувства: слишком много
времени прошло - восемь лет. Да, он наверняка испытывает чувство вины, возможно и некоторые сожаления, но ей не это нужно от мужчины. Она не могла забыть его горькую усмешку и странные слова: «… Все решится без моего участия. Значит, так тому и быть».
        Почему он так настойчив? И чего добивается? Как может объяснить то, что сделал? Хоть убей, она не могла найти ему убедительное оправдание: как можно встречаться с одной женщиной, а чувства испытывать к другой. Она до сих пор задавалась этим вопросом, как и много лет назад.
        Их отношения были недолгими, но безумными, всепоглощающими, исполненными страсти. Линдси влюбилась так сильно, безоглядно и быстро и чувствовала себя такой счастливой, что у нее не было времени подумать о последствиях происходящего до того, как он выбил почву у нее из-под ног.
        Она и теперь, восемь лет спустя, помнила ту ночь до мелочей, словно это было вчера. За несколько дней до этого они вместе провели восхитительную ночь. Тогда они уехали из Лоренса в Канзас-Сити и сняли комнату в отеле. День был великолепный: канун Рождества, покупка подарков, восхитительная еда,  - а ночь и вовсе волшебной: он неустанно, снова и снова, покрывал все ее тело поцелуями. Тогда Линдси была уверена, что единственная у него, ни секунды в этом не сомневалась и даже, лучась счастьем, поделилась с Мэл. И тогда Дерек исчез: несколько недель о нем ничего не было слышно, и она встревожилась. Он не отвечал на телефонные звонки, не прислал ни одной эсэмэски, не появлялся на занятиях. В конце концов, объявился: пришел сам, но выглядел при этом каким-то странным, взъерошенным.
        Линдси хоть и сердилась, но была готова выслушать и простить: ведь наверняка для столь экстравагантного поступка у него была весомая причина. Он вошел в комнату, лицо его исказилось от боли, а потом заговорил, и весь ее мир в одночасье рухнул: «Линдси, мне очень жаль, но я… не знал, как тебе сказать».
        В ту самую минуту, когда эти слова сорвались с его губ, она поняла, что все кончено. Она потерянно стояла рядом - в шортиках и футболке, с легкомысленным конским хвостиком - и чувствовала, как сердце разбивается на части.
        «Так не должно было случиться… но у меня другая… Мне жаль. Поверь, правда жаль».
        Шли годы, и Линдси снова и снова прокручивала в голове эту сцену, представляя, что следовало сказать, сделать. Иногда ей казалось, что надо было дать ему пощечину. Или сказать, что ей все равно, поскольку он лишь один из многих, с кем она спала, хотя ничто не могло бы быть дальше от правды. Возможно, ей следовало расплакаться и потребовать объяснений или наотрез отказаться его отпускать, поскольку ничто не могло быть хуже действительности.
        Тогда она лишь тихо проговорила: «Мне тоже жаль». Дерек рванулся к ней, прижал к стене и поцеловал. Это был долгий медленный поцелуй. Потом он ласкал губами ее лицо, перебирал пальцами волосы и издавал глухие хриплые стоны. В какой-то момент Линдси подумала, что ей померещилось и ничего такого он не говорил, но нет: внезапно отпрянув, он оставил ее в одиночестве.
        Именно поцелуй разозлил ее до безумия. Дерек только что признался, что у него другая женщина, и тут же полез к ней целоваться, как к дешевой шлюхе, которой привык пользоваться. И она позволила ему, даже ответила на поцелуй. До сих пор она не забыла его поцелуи, более того: хотела их снова,  - а значит никогда его не простит.

        Глава 3

        Дерек свернул на подъездную аллею дома бывшей жены и почувствовал тяжесть в сердце. Выходные, которые проводил с сыном, случались слишком редко, но хуже всего было встречаться с Лизой. И ситуация не улучшалась. Говорят, что истинную цену человека можно узнать, только пройдя через развод. Сначала Дерек не слишком волновался, потому что ту Лизу, на которой когда-то женился, было очень трудно любить. Они оба были несчастны в браке, и предполагалось, что взаимное освобождение сделает ее добрее, мягче. Он и подумать не мог, что все станет стократ хуже. Как же он ошибался!
        Лиза во всем винила только его, и развод оказался сущим кошмаром. Она не гнушалась откровенной и совершенно безумной лжи, которая была бы почти смешной, если бы не угрожала общению Дерека с сыном. Она воспринимала любое его слово в штыки и жаждала мести. Создавалось впечатление, что развод Лиза восприняла как оскорбление, хотя их брак к тому времени уже перестал существовать и они открыто ненавидели друг друга. Возможно, она считала, что следует и дальше влачить столь жалкое существование, но кто в здравом уме на это согласится? Слава богу, у него был хороший адвокат, и ему повезло с судьей, который смог разобраться в галиматье, которую она нагромоздила с лихвой. Лиза и до сих пор продолжала нести при каждой встрече такую чушь, что вяли уши.
        Дерек припарковал машину, вышел и направился к двери. Уже неделю в Канзас-Сити мело, и все вокруг было укрыто пушистым белым покрывалом. У Дерека имелись грандиозные планы на выходные с Таннером: это и катание на санках, и лепка снеговика, горячий шоколад, и компьютерные игры. Надо только пережить встречу с бывшей женой, отвезти сына к себе домой, где они смогут расслабиться и насладиться обществом друг друга. Дереку было жизненно необходимо провести время с сыном, чтобы вспомнить о своих приоритетах. Всю прошлую неделю он пребывал не в ладу с собой и всем миром, и все из-за одной зеленоглазой девушки, которую так и не смог забыть.
        Он постучал в дверь дома, в котором когда-то жил, немного страшась предстоящей встречи. Никогда не знаешь, чего ожидать от Лизы. Она могла быть и сверх меры вежливой, почти ласковой, и плеваться ядом. Одно хорошо: ей хватало ума хранить их отношения в тайне от сына, поскольку нравилось считаться превосходной матерью. Дерек лишь надеялся, что так будет и дальше. Сам он делал все возможное, чтобы оградить сына от безумия матери, но не был уверен в успехе.
        Лиза открыла дверь, и ему пахнуло в лицо ароматами жареной курицы. У нее гости? Ему не было дела до нее самой - главное, чтобы хорошо обращалась с сыном и не препятствовала их встречам. Хотя странно: обычно она выставляла напоказ другого мужчину, только если приходила в бешенство из-за какого-то его проступка. Не исключено, что у нее в гостях какая-нибудь подруга, хотя подруг у нее мало, да и с теми она предпочитает куда-нибудь ходить, а не приглашать к себе. И родители тоже вряд ли приехали: слишком далеко живут и определенно не приурочат свой визит к выходным, когда Таннера не будет дома.
        - Привет,  - сказала она с застенчивой улыбкой.
        Тесные джинсы и облегающая футболка выгодно подчеркивали миниатюрную фигурку, но теперь это не вызывало у Дерека ничего, кроме раздражения. Лиза всегда была очень привлекательна: отрицать этот очевидный факт было бы глупо,  - только он не испытывал к ней никаких чувств уже много лет.
        - Ты, конечно, рассердишься, но я совершенно забыла, что сегодня пятница, когда начала готовить любимый ужин Таннера - куриные стрипсы и домашние макароны с сыром. Он был очень разочарован, когда понял, что не попробует все это. Я сказала ему, что ты, наверное, не станешь возражать, если перед уходом вы поедите здесь.
        Ну и штучка! Дерек вошел в дом, поискал глазами сына, не нашел и устремил на Лизу тяжелый взгляд. Он собирался отвести Таннера в новую пиццерию, открывшуюся в Престоне. Да, Таннер любит куриные стрипсы, но и пиццу не меньше. И вряд ли можно утверждать, что у малыша больше не будет шансов попробовать ее стряпню. И на ее «я забыла» Дерек, разумеется, не купился. Он уже открыл было рот, чтобы потребовать объяснений, когда по лестнице сбежал Таннер. И злость сразу куда-то подевалась. Господи, какой же замечательный у него малыш!
        - Привет, па!  - воскликнул Таннер.  - Извини, мама забыла. Надеюсь, ты не очень сердишься. Она уже все приготовила.
        Дерек тяжело вздохнул, потому что уже не в первый раз замечал, как осторожно ведет себя Таннер в присутствии обоих родителей: как будто старается сохранить мир. Ему не хотелось взваливать на плечи мальчика лишнюю тяжесть, и он ответил:
        - Конечно, нет, малыш. Ни за что не позволю себе лишить тебя любимых блюд.
        Он постарался не передернуться, когда Лиза, плавно покачивая бедрами, сжала его руку и, направляясь в кухню, бросила через плечо:
        - Ты молодчина, Дерек.
        Он стиснул зубы, чтобы не дать вырваться тысячам дерзостей, которые хотелось бы наговорить, и пошел следом за ней через гостиную, попутно взъерошив мягкие волосы сына. Лиза уже некоторое время не выкидывала никаких фокусов, но Дерек не расслаблялся: у нее всегда был туз в рукаве. Вначале он считал, что все эти ее игры направлены на то, чтобы вернуть его, но вскоре понял: она его провоцирует, хочет заставить проявить себя плохим парнем, сделать больно Таннеру. Только он не доставит ей такого удовольствия, никогда. И если для этого потребуется вытерпеть ужин с ней, значит, так тому и быть.
        Они вошли в кухню, и Дерек сразу отметил, что она уже накрыла стол, причем на четверых. Со вздохом он покосился на Лизу, но та сразу захлопотала по хозяйству. Ему не нравились мысли, помимо воли возникавшие в его мозгу относительно матери его сына, женщины, с которой он когда-то собирался прожить всю жизнь, но он ничего не мог с собой поделать. Она доводила его до безумия и отлично знала это.
        - Где ты хочешь, чтобы я сел?  - вежливо спросил он.
        Она оглянулась и с улыбкой предложила:
        - Садись, где тебе будет удобно. Я пригласила Лейна. Не подумала…
        - Конечно,  - ответствовал он сухо и, хоть никогда не слышал этого имени, моментально вскипел: не из ревности, вовсе нет, а потому, что любое ее действие отражалось на их сыне.  - Надеюсь, Лейн не будет возражать, что я здесь?
        - О нет, он прекрасный человек. То, что было в прошлом, его не интересует. Это такая приятная перемена в моей жизни. Не думаю, что была когда-нибудь так счастлива.
        Дерек промолчал, но высказаться очень хотелось. Нет, он не позволит ей манипулировать им. Должно быть, Лейн - святой, если способен выдержать эту женщину… Или во всем виноват все-таки Дерек? Не исключено, что Лиза хорошая - ведь она была такой когда-то,  - а все плохое в ней от него. В старших классах они были неразлучны и счастливы, а в колледже отдалились друг от друга. Это происходит с юными парами сплошь и рядом. Расставание было не за горами, но они продолжали держаться вместе: то ли по привычке, то ли из страха… или им так было удобнее - кто знает. И еще долго после того, как оба поняли, что не составят счастье друг друга навсегда, у них был секс.
        Таннер придвинул стул ближе к столу, и Дерек сразу заметил, что сын чем-то подавлен. Это его насторожило, и с фальшивой улыбкой он спросил:
        - Как дела в школе, сынок?
        Таннер равнодушно пожал плечами.
        - Полагаю, что нормально.
        - Нормально? И только? Как ты справился сегодня с тестом по грамматике?
        - Сделал одну ошибку.
        - В каком слове?
        - Ситуация. Написал вместо «си» «се».
        - Ну, похоже, теперь ты запомнишь, как правильно. Но я все равно тобой горжусь - это трудное слово.  - Дерек подмигнул сыну.
        Лиза поставила в центр стола большую миску с горячими макаронами и снова вернулась к плите.
        - Знаешь, я подумал, что мы завтра можем покататься на санках!  - сказал Дерек, чуть подавшись к сыну.
        Таннер метнул взгляд на мать, и та обернулась и нахмурилась - явно, услышала, о чем речь.
        - Надо же. Таннер только вчера катался на санках,  - возразила Лиза, поставив на стол тарелку с куриными стрипсами.  - Мы с Лейном водили его на горку, что за бакалейным магазином. Опять не подумала, что у тебя появится такая же идея. Извини.
        Дерек оперся руками о кухонный стол и немного подался вперед, призывая себя успокоиться, и покосился на сына. Таннер выглядел грустным и виноватым. Ребенок не должен страдать от того, что происходит между родителями, поэтому он взял сына за руку и улыбнулся.
        - Это же прекрасно, малыш! Я рад, что ты хорошо провел время.
        - Но я хочу покататься и с тобой, папа. Тем более что горка в Престоне лучше.
        - Не сомневаюсь. Да и катание на санках никому еще не повредило.
        Таннер довольно заулыбался, и Дерек моментально забыл, что мгновением раньше хотел придушить Лизу. Она прекрасно знала, что он всегда водит сына кататься на санках, когда позволяет погода. И так было с тех самых пор, как мальчик научился ходить. Все эти годы она никогда не сопровождала их: не любила долго находиться на морозе. Дерек понимал, что Лиза намеренно повела вчера Таннера на горку, чтобы лишить этого удовольствия бывшего мужа, но ничего не получится. Ни она, ни этот неведомый Лейн - кто бы ни был этот придурок - никогда не заменят Таннеру отца. Его отец - он, и этого никто не в силах изменить.
        Пятью минутами позже, когда в кухню вошел Лейн, Дерек отчетливо понял, что тот не знал, зачем его пригласили на ужин. Такую смесь удивления, шока и смущения сыграть невозможно. Он даже посочувствовал несчастному и потому решил спокойно встать, пожать ему руку, представиться и извиниться за не слишком приятный сюрприз.
        - Нет проблем. Я рад наконец познакомится с вами,  - произнес Лейн со смущенной улыбкой.
        Похоже, Лизе удалось задуманное: все сидевшие за столом испытывали неловкость. Классика жанра. Зачем она это делает? Ведь может же быть милой и приветливой, если захочет.
        «Он сказал «наконец»?  - дошло тут до Дерека.  - Интересно, как давно здесь околачивается этот тип? И почему Таннер о нем никогда не говорил? Может, Лиза скрывала свои отношения от ребенка?  - Ну, удачи тебе, парень,  - подумал Дерек.  - Она тебе ох как понадобится».

        - Мне кажется, вот этот цвет придаст дополнительную теплоту плитке. Ты согласна?  - спросила Анна, приложив окрашенную дощечку к образцу плитки.
        Было раннее субботнее утро. Подруги сидели за кофе с пончиками в кухне и занимались выбором краски для пола.
        Вот уже час они спорили, но все еще не пришли к окончательному решению.
        - Думаю, первое впечатление самое правильное,  - заявила Линдси и выбрала из штабеля окрашенных дощечек на столе другую.  - Этот цвет не такой темный. Ты же раньше хотела, чтобы все было выдержано в светлых тонах.
        Анна покачала головой и указала на другой образец.
        - Ты права, но я не могу не думать, что Майку больше нравится этот.
        Линдси откинулась на спинку стула и тяжело вздохнула.
        - Да, это правда. Но он сказал это после того, как ты заставила его выбирать, хотя ему, совершенно очевидно, было все равно. И даже после того, как выбрал цвет - а меня не оставляет мысль, что он ткнул пальцем в первый попавшийся,  - Майк сказал, что следует сделать так, как нравится тебе. Если будешь довольна ты, то и он тоже.
        Линдси говорила низким голосом, подражая интонации жениха Анны, собралась было повторить и не слишком приличный жест, но благоразумно воздержалась. И правильно сделала.
        Послав ей лучезарную улыбку женщины, любящей и любимой, Анна кивнула:
        - Ты права: он так и сказал,  - но ведь мы будем здесь жить вместе, и мне хотелось бы знать, чего он хочет.
        - Думаю, он хочет тебя, а на все остальное ему наплевать,  - улыбнулась Линдси.  - И если он утверждает, что хочет того же, что и ты, поверь ему и не спорь. Ну а если не можешь принять решение сама, поставь вопрос на голосование в блоге.
        У Анны загорелись глаза.
        - Точно! Давай так и сделаем! А то мне-то нравится все.
        Линдси кивнула.
        - Хорошо, я выложу новые фотографии кухни и образцов. Дадим на голосование два дня. Посмотрим, что получится.
        - Читателям это понравится. Всякий раз, когда мы устраиваем голосование, народ прямо-таки рвется в бой. Ну а я собираюсь поехать и воочию убедиться, как идут дела, а то не была там уже несколько недель. Дерек сообщил, что прихожая готова, но я просила не присылать фотографии: хочу взглянуть на месте.
        Линдси едва не вздрогнула, когда подруга упомянула имя ее заклятого врага. Ведь до недавнего времени все шло хорошо, а теперь что-то изменилось, и они постоянно сталкиваются. Чего он добивается? Неужели думает, что, все время появляясь на ее пути, вынудит сдаться? Линдси искренне надеялась, что его план не сработает.
        - Почему бы нам не отправиться туда сегодня же вечером?  - предложила Анна, прервав грезы Линдси.  - Возьмем с собой все образцы и посмотрим, как они будут выглядеть на закате.
        - Хорошая идея.
        - Прекрасно!  - заявила Анна, но тут же нахмурилась.  - Да, вот еще что: я обещала Клэр, что мы пойдем кататься на санках. Ты могла бы пойти с нами, а потом займемся делами. С меня ленч.
        Линдси прищурилась.
        - Не думай, что тебе удастся меня провести! Тебе просто не хочется участвовать в этой забаве, разве не так?
        Анна вздохнула.
        - Да, не хочу. Ты же знаешь: я боюсь высоты и ненавижу снег,  - но позволить Клэр кататься одной я боюсь еще больше.
        Линдси ничего не имела против катания на санках, несмотря на то что оказаться в сугробе ей тоже не слишком хотелось, да и к скорости особой приязни не испытывала.
        - Хорошо, договорились. У тебя есть какая-нибудь подходящая одежда? Не хочется ехать домой.
        Анна подмигнула и встала.
        - Ты настоящая подруга! Сейчас приготовлю.
        - Насколько я тебя знаю, все уже готово,  - усмехнулась Линдси.
        Спустя двадцать минут они уже въехали на парковку на краю города. Линдси хоть и не жила в Престоне, но тоже слышала о знаменитой горке - так здесь называли длинный, поросший травой склон, расположенный на территории местной начальной школы. Жители окрестных городков и даже пригородов Канзас-Сити зимой возили сюда детей кататься на санках. Линдси знала, что горка далеко не маленькая, но даже не предполагала, что такая крутая и высокая. Но делать нечего: она справится. Тем более что Клэр уже ерзала от нетерпения и пыталась отстегнуть ремень. Не отправишь же маленькую девочку вниз одну!
        Анна принялась доставать вещи из багажника, а Клэр заверещала, увидев своих школьных подруг:
        - Поторопись, мама! Здесь все мои друзья!
        - Клэр, прошу тебя, успокойся. Всему свое время. Спешка никому не поможет.
        - Здесь сегодня так много народу!  - Линдси выбралась из машины и натянула на голову красную вязаную шапочку.  - Впрочем, чему удивляться? Это, наверное, последний снегопад.
        Поправив шарф, выданный Анной, она надела перчатки и принялась помогать выгружать все необходимое: санки, термос с какао, пакет с чашками и многое другое. Анна, как всегда, в своем репертуаре, улыбнулась Линдси, заметив пакет с домашней пастилой.
        - Вы идите наверх, а я, пожалуй, подожду вас у подножия,  - сказала Анна.
        - Пойдем скорее, Линдси!  - завопила Клэр и бегом устремилась к склону.
        - Эй, юная леди, не так быстро! Я не могу бегать в этих ботинках!
        Линдси со вздохом сунула под мышку большие пластиковые сани и поплелась за Клэр. Сначала их путь лежал по ровному заснеженному полю, потом тропинка начала подниматься вверх по склону. Довольно скоро Линдси поняла, что явно переоценила свои возможности. Это был не пологий склон, а настоящая гора, на которую, как ей казалось, невозможно забраться без альпинистского снаряжения. В дополнение ко всему поднялся ветер, и периодически в лицо летели снежные заряды, а глаза слепило яркое солнце. К тому моменту как они добрались до вершины, Линдси едва держалась на ногах, поэтому, бросив сани в снег и отступив в сторону, чтобы не мешать прохожим, взмолилась:
        - Притормози, малышка: я должна немного отдохнуть.
        Мимо со смехом пробежала компания подростков. Линдси глубоко вздохнула и ослабила шарф. Забавно: щеки и нос щипало от мороза, а по телу тем временем струился пот. Да, похоже, пора в спортзал, а то совсем дряхлая стала.
        - Привет, мистер Дерек!  - послышался у нее за спиной голос Клэр.  - Привет, Таннер.
        Линдси застыла. Только этого ей сейчас не хватало! Как будто ее сердце и без того не колотится так, что того и гляди выскочит из груди. Ей совершенно не хотелось оборачиваться, но выхода не было. Дерек стоял у нее за спиной и выглядел не менее удивленным, чем она. Оглядев ее с ног до головы, он подошел ближе и с тревогой спросил:
        - Ты в порядке, Линдс?
        Линдси переступила с ноги на ногу и, уставившись на ботинки, буркнула:
        - Разумеется. Просто немного отвыкла лазать по скалам.
        - Понятно.
        Линдси хоть и не видела ничего через его солнцезащитные очки, но без труда поняла, что ярко-синие глаза смеются. Дерек в джинсах, синем пуховике, перчатках и ярко-оранжевой вязаной шапочке - кажется, такие носят охотники - выглядел донельзя нелепо… восхитительно нелепо. Вспомнив, что сама одета в пуховик на три размера больше, Линдси почувствовала себя весьма непривлекательной кособокой снежной бабой.
        Линдси опустила глаза на мальчика, которого Дерек держал за руку, и ее сердце пропустило удар.
        - Познакомься, Линдс: это мой сын Таннер,  - судорожно сглотнув, произнес Дерек.
        Мальчик смущенно улыбнулся, а Линдси почувствовала дурноту. Он оказался старше, чем ожидалось. Благодаря Калли она знала, что у Дерека есть сын, что он был женат и развелся. Мысленно прикинув, сколько может быть лет мальчику, она решила, что не меньше пяти, хотя он довольно высокий.
        Она прикусила губу и взглянула на Дерека. Всегда свойственная ему непоколебимая уверенность исчезла с его лица, и, похоже, он нервничал.
        Он обнял сына за плечи, привлек к себе и, неуверенно кашлянув, заговорил снова:
        - Познакомься, Таннер, это Линдси, мой старый друг.
        - Рада познакомиться, Таннер,  - доброжелательно сказала Линдси и взглянула на ребенка, таращившегося на нее.
        У него были синие глаза Дерека, пухлые губы и копна светло-русых волос, торчавших во все стороны из-под шапки. Он был так похож на отца, что у Линдси заныло сердце.
        - Я тоже рад,  - ответил он серьезно.
        - Ты так и не смогла затащить сюда маму, Клэр?  - улыбнулся Дерек, явно стараясь сменить тему.
        - Она боится высоты.
        Линдси не слушала болтовню Дерека с девочкой, сосредоточившись на его сыне, спокойно стоявшем рядом. Таннер почти на фут выше Клэр и определенно старше. Значит, мальчику лет семь. Или восемь. Неожиданно Линдси почувствовала головокружение. Теперь многое обретало смысл.
        «Так не должно было случиться… но у меня другая…» Она до гробовой доски не забудет эти слова. Они навсегда ее изменили.
        - Ну что, вы готовы?  - спросил Дерек, и Линдси, вздрогнув, повернула голову к нему.
        От ее взгляда не скрылась его напряженность, плотно сжатые губы. Он точно знал, о чем она думает, и, очевидно, именно это хотел ей объяснить. Но, в конце концов, какая разница? Прошлое должно оставаться в прошлом. Какова бы ни была причина их расставания, это больше не имело значения. Пока они работают над одним проектом, она постарается держаться на расстоянии. Надо только проявить выдержку, и все будет в порядке. У нее всегда все было в порядке, в полном порядке, так что не о чем беспокоиться.
        - Конечно, мы готовы. Пойдем, Клэр.
        Взяв сани, Линдси направилась к ожидавшим своей очереди, и Клэр нетерпеливо приплясывала рядом, пока другие скатывались с горы.
        Линдси знала, что Дерек с сыном стоят за ними, но боялась оглянуться, хотя и понимала, что это невежливо: ведь только что познакомилась с мальчиком. Достаточно и того, что она слышала их разговор.
        - Малыш, это у тебя бурлит в животе?  - весело спросил Дерек, и его сынишка рассмеялся.
        Линдси зажмурилась: ну почему ей всегда приходится слушать чужой детский смех?
        - Потом мы можем сходить в пиццерию,  - сказал Дерек.
        Наконец подошла их очередь. Линдси посмотрела вниз, и у нее закружилась голова. Сверху склон казался намного выше и стократ круче. Она поискала глазами Анну - точнее, ее яркую красную шапочку. Отсюда подруга выглядела совсем крошечной. Только теперь Линдси окончательно поняла, почему та предпочла остаться внизу.
        За ее спиной Дерек тихо спросил:
        - Что-то не так?
        - Все нормально,  - буркнула она не оборачиваясь.  - Готова, малышка?
        - Ох как высоко!
        Вот это здорово! Оказывается, Клэр тоже боится. Неужели страх высоты передается по наследству? В любом случае они не сбегут: позади - мужчина, впереди - бездна… Лучше уж бездна.
        Линдси наклонилась и поставила санки на снег.
        - Вперед, Клэр! Это будет здорово.
        Выбирая самый безопасный способ съехать с горы, Линдси села на санки, и неожиданно они поехали. Не успела она испугаться, как мужская нога в высоком ботинке остановила их.
        - Усаживайтесь,  - сказал Дерек.
        Она предпочла не поднимать голову, чтобы случайно не встретиться с ним взглядом. Откинувшись назад, Линдси похлопала рукой по пластиковому сиденью и сказала Клэр:
        - Забирайся, милая!
        Та даже побледнела от испуга и тихо проговорила, глядя то на Линдси, то на Анну далеко внизу:
        - Мне страшно.
        - Все в порядке. Будет здорово. Обещаю тебе.  - Линдси никак не могла признаться шестилетнему ребенку, что тоже боится, а еще слегка нервничала, поскольку за ними уже выстроилась довольно большая очередь.  - Мы задерживаем других ребят. Твоя мама будет гордиться тобой. Кроме того, чем быстрее мы спустимся, тем скорее получим горячего шоколада.
        Клэр еще немного помедлила и жалобно посмотрела куда-то поверх головы Линдси - предположительно на Дерека и Таннера.
        - Тебе понравится, Клэр,  - сказал Дерек.  - Обещаю. Знаешь, я сниму тебя на свой телефон и пошлю видео Майку. Он будет гордиться тобой.
        Линдси была потрясена. Дерек разговаривал с Клэр так, что не приходилось сомневаться: он замечательный отец. И эта идея послать видео Майку пришлась очень кстати. Девочка так обожала Майка, что готова была на все, лишь бы он ею гордился.
        - Ну что,  - спросил Дерек,  - готовы, леди?
        - Готовы!  - отозвалась Клэр.
        - Тогда держитесь!
        Линдси почувствовала, как нога Дерека подтолкнула сани, и они полетели вниз. Она инстинктивно схватила Клэр, сидевшую перед ней, в охапку и услышала смех Дерека, который заглушил пронзительный вопль девочки. Еще мгновение, и испуганные крики превратились в восторженный смех. В ушах свистел ветер. Прошло всего несколько секунд, и они уже неслись по ровному полю. Линдси опустила ноги, чтобы остановить сани, и Клэр, даже не дождавшись полной остановки, пулей вылетела из саней и со смехом понеслась к матери.
        Только теперь Линдси осознала, что все время, пока сани летели вниз, ухмылялась словно идиотка. Посмотрев вверх, на вершине она быстро нашла Дерека, хотя народу было много, по ярко-оранжевой шапочке. Он помахал ей и сел вместе с Таннером в сани.
        Улыбка Линдси завяла: наконец-то она осознала, что тогда случилось. Дерек действительно все то время любил не ее, а ту, другую, которая родила ему сына, этого замечательного мальчика. Иными словами, все оказалось совсем не так, как она привыкла думать. Чувства, в которых была уверена и которые проявлялись во взглядах, в прикосновениях, поцелуях, она придумала сама.
        Как он сказал? Потерял слишком много времени - все годы, когда ее не было в его жизни? И что это значит? Он совершил ошибку? Что ж, сожаления, как горькая пилюля, но что он хочет от нее? Кажется, он говорил, что ему нужно лишь ее понимание? Вероятно, хочет избавиться от чувства вины. Совесть мучит: сначала заставил ее влюбиться, а потом бросил.
        Тогда следует его убедить, что его извинения никому не нужны, а уж жалость - тем более. Она приняла все как должное, выдержала удар и стала сильной. Нет больше той слабой, легко поддающейся влиянию девчонки. Больше ничего подобного с ней не произойдет. Никогда.
        Она будет считать возвращение в ее жизнь Дерека рождением новой Линдси. Она знала, что, если не научится защищаться, Дерек Уолш опять разобьет ей сердце, и на сей раз уже навсегда.

        Глава 4

        Она все поняла.
        Дерек видел, как Линдси переводит взгляд с Таннера на Клэр и обратно, явно прикидывая возраст, и составляя хронологию событий. Разумеется, со временем Дерек собирался ей все рассказать, но сейчас был совершенно неподходящий момент. Ему хотелось создать соответствующую обстановку, но ничего не вышло. Проклятье!
        Надо было все ей рассказать раньше, и не важно, была ли она к этому готова. Возможно, она вообще никогда не будет к этому готова. Но ведь и ему даже в голову не могло прийти, что они встретятся с Линдси на горке: она не живет в Престоне,  - тем не менее, он не мог отрицать, что в глубине души обрадовался. Быть может теперь они наконец смогут поговорить, и он скажет ей то, что должен был сказать много лет назад. Дерек искренне надеялся, что Линдси поймет, почему все случилось именно так. Теперь ей придется его выслушать… если, конечно, она захочет. А вот в этом он очень сомневался.
        Что ж, если понадобится, он будет умолять Линдси выслушать его. Ему необходимо ее прощение: они должны перешагнуть через прошлое и идти дальше.
        Дерек издалека наблюдал, как Линдси бредет вверх по склону. Это был уже шестой ее подъем, а для Клэр - восьмой: она дважды съехала с горки с другой девочкой, пока Линдси ждала ее наверху. Нет, он вовсе не следил за ней… ну ладно, следил: не мог удержаться.
        Интересно, как у нее получается выглядеть так сексуально даже в жутком пуховике? Хотя, возможно, это видит только он, поскольку знает, что под бесформенной одеждой скрыто восхитительное тело. При одном лишь взгляде на ее невероятное тело у него всегда захватывало дух, а с годами оно стало еще более женственным: округлые бедра, тонкая талия, аппетитная попка. Ее груди всегда идеально помещались в его ладонях; поместятся и теперь, хотя стали полнее. Едва представив себе их тяжесть, шелковистую мягкость кожи, твердость сосков, Дерек скрипнул зубами, стянул шапку и ожесточенно почесал голову, прежде чем вернуть головной убор на место. Он должен выкинуть подобные мысли из головы. Решительно и бесповоротно. Раз и навсегда. Мало того что шансы все начать с нуля близки к нулю, это вообще плохая идея. Он не в том положении, чтобы позволить себе серьезные отношения, а причинить Линдси боль еще раз уж точно недопустимо.
        Дерек и Таннер поднялись на горку и направились к очереди на спуск. Краем глаза он заметил, что Линдси, Клэр и еще одна девочка - похоже, племянница Майка Бейли - о чем-то оживленно беседуют чуть в стороне от толпы. Ему было известно, что девочки - лучшие подруги. Так вышло, что именно эта дружба когда-то сблизила Анну и Майка.
        Глядя на эту троицу, Дерек увидел, как Линдси достала из кармана что-то голубое в форме яйца, и у нее в руках яйцо распалось пополам. Когда она поднесла половинку к лицу, он понял: бальзам, чтобы не потрескались на морозе губы. Вот она соединила половинки и убрала обратно в карман, а затем обернулась. Неужели почувствовала взгляд? Нет, едва ли. Но на всякий случай он поспешил повернуть голову в другую сторону.
        Через несколько минут, когда уже почти подошла их очередь спускаться, Таннер вдруг дернул его за рукав.
        - Смотри, они направляются к большому спуску.
        Дерек чертыхнулся и подумал: интересно, почему сын наблюдает за этой троицей? Неужели заметил его взгляды в их сторону? Поскольку времени на раздумья не было, он просто жестом дал понять Таннеру, чтобы вышел из очереди и следовал за ним.
        - Папа! Ты куда? Наша очередь подходит!
        Но Дерек уже шагал туда, куда Линдси вела двух подружек. Большой спуск - это самая высокая и самая крутая часть горки: оттуда обычно спускаются подростки и сноубордисты. Дети помладше там тоже бывают, но редко, потому что многим запрещают родители из соображений безопасности. Сломать здесь шею, конечно, можно, но для этого надо, чтобы обстоятельства сложились крайне неудачно. Ничего по-настоящему опасного в спуске не было, и Дерек обычно оставлял его напоследок, но лишь из-за того, что в конце спуска есть небольшой трамплин и обязательно вылетишь из саней. Снег тогда забьется во все мыслимые и немыслимые щели и придется отправляться домой.
        Но зачем Линдси ведет туда девочек? Она вроде бы и на этом, значительно более пологом, спуске не испытывала особого энтузиазма.
        Дерек и Таннер подошли туда, где они стояли, наблюдая за трюками сноубордистов, и Дерек спросил:
        - Собираетесь попробовать?
        Линдси едва не подскочила от неожиданности.
        - Тебе надо повесить на шею колокольчик!
        Дерек хихикнул и обошел ее, чтобы видеть лицо.
        - Это будет неинтересно.
        Линдси выдохнула и, похоже, расслабилась.
        - Девочки хотят на санях Клэр съехать здесь. Это не опасно?
        - Я всегда здесь катаюсь,  - заявила Бейли.  - Дядя Майк привел меня сюда первый раз, когда мне исполнилось три года.
        Девочка с вызовом уставилась на взрослых, воинственно уперев руки в бока, и это было так забавно, что Линдси и Дерек переглянулись и едва не расхохотались. Но она сдержалась.
        - Не сомневаюсь, потому что хорошо знаю Майка,  - с трудом сохраняя серьезность, произнес Дерек.
        - Так что мы с Клэр вполне можем спуститься с этой горки без взрослых!  - заключила Бейли.  - Это будет круто!
        - Пожалуйста, Линдси,  - заканючила Клэр и с мольбой повернулась к Дереку.  - А ты снимешь меня на видео и отправишь Майку! Я так хочу, чтобы он увидел, какая я смелая!
        Девочки не отставали: прыгали вокруг, дергали за рукава и ныли,  - и уже не в первый раз Дерек молча поблагодарил судьбу за то, что у него мальчик. С девчонками столько проблем! Невооруженным глазом было видно, что Клэр безумно завидует Бейли, которая уже не раз спускалась по этому крутому склону с ее будущим отчимом и не в состоянии думать ни о чем другом.
        - Полагаю, это решать не мне, а Линдси,  - ответил он Клэр.
        Линдси на несколько секунд подняла на него взгляд, потом подошла к краю горки и с сомнением в голосе пробормотала:
        - Не знаю…
        - Ну пожалуйста, Линдси, прошу тебя,  - еще громче захныкала Клэр.
        - Давай-ка позвоним маме и спросим у нее.  - Она достала из внутреннего кармана пуховика телефон, отошла в сторону и, поговорив с Анной, вернулась, хотя лицо ее выражало прежнее сомнение.  - Мама разрешила, но лишь после того, как она подойдет к подножию этого склона, чтобы встретить вас там. И не забудьте остановить сани, когда склон закончится, иначе улетите прямо в реку.
        - Не стоит беспокоиться,  - не мог не вмешаться Дерек.  - Они наверняка не докатятся до берега: слишком легкие. Даже мы с Таннером, как правило, останавливаемся раньше.
        Линдси склонила голову и взглянула на него с откровенным удивлением.
        - Выходит, тормозить незачем?
        Дерек широко улыбнулся.
        - Все будет хорошо.
        Дождавшись, когда Анна и сестра Майка Эрин - оказывается, она тоже ждала внизу - подойдут к подножию склона, девочки уселись в сани, а Дерек сделал знак Таннеру, чтобы тоже спустился. Тот кивнул и сел в свои сани. Раз уж им суждено было встретиться сегодня, Дерек намеревался использовать этот подарок судьбы себе на благо и еще раз попытаться поговорить с Линдси.
        - Не хотите посмотреть, как съедет Таннер? Вам будет спокойнее.
        Услышав слова отца, мальчик оттолкнулся и поехал вниз. Все с замиранием сердца наблюдали, как он плавно скользил по крутому склону, несколько раз подпрыгнул на ухабах, а футах в восьми от Анны и Эрин свалился с саней, но тут же вскочил на ноги и помахал рукой.
        - Вроде бы не очень страшно…  - протянула Линдси, словно старалась убедить в этом саму себя.  - Ладно, давайте на счет «три».
        Она начала отсчет, а когда произнесла «три» и подтолкнула сани, девчонки так завизжали, что все расхохотались, а по телу Дерека волной прокатилась дрожь. Господи, он уже и забыл, какой у нее смех: ему не доводилось слышать эти восхитительные звуки уже много лет.
        Линдси напряженно наблюдала за спуском: лицо порозовело от холодного ветра, на высоких скулах полыхал яркий румянец, длинные ресницы припорошил иней - ничего прекраснее Дереку никогда не доводилось видеть. Заметив его пристальный взгляд, она смутилась и нахмурилась. Было очевидно, что она с радостью сбежала бы куда угодно, только бы не стоять сейчас здесь, на заснеженной горе, рядом с ним.
        - Прекрасно выглядишь!  - произнес Дерек и тут же пожалел о сказанном: не следовало начинать разговор с банальности,  - хотя, с другой стороны, эти слова были чистейшей правдой.
        На лице Линдси мелькнуло удивление, но сразу же сменилось раздражением.
        - Хорошо, я понял: никаких комплиментов,  - тут же пошел на попятную Дерек и указал в сторону леса.  - Поговорим? Мы оба знаем, что это необходимо.
        - Вовсе нет.
        Линдси даже не потрудилась взглянуть на него, и у Дерека упало сердце.
        - Послушай, я…
        - Стоп! Не смей ничего говорить!
        Она развернулась и ткнула его в грудь пальцем, он почти не почувствовал это сквозь толщу одежды. Но ярость в ее глазах на время лишила его дара речи. Удивленный столь резким всплеском эмоций, Дерек так резко закрыл рот, что даже зубы клацнули. Немного придя в себя и частично вернув дар речи, он пробормотал:
        - Хорошо. Тогда, может, поищем, на чем съехать вниз?
        - Я лучше подожду Клэр здесь.
        - Пожалуйста, это займет не больше десяти минут!
        В этот момент зазвонил телефон. Линдси ответила, а Дерек, взглянув вниз, заметил Анну, прижимавшую к уху трубку.
        - Нет, все в порядке,  - сказала тем временем Линдси, и наступила пауза.  - Он… что? Черт! Ладно, пока!
        - Что-то не так?  - встревожился Дерек.
        - Твой сын сказал Анне, что мы вот-вот подеремся.
        - Проклятье!
        Он посмотрел вниз: Анна наливала детям из термоса какао,  - и поймал взгляд Таннера. Мальчик несколько секунд внимательно смотрел на отца, а потом повернулся к остальным. Оказывается, его сын гораздо сообразительнее, чем можно было предположить.
        - Сколько ему лет?
        Ее тихий вопрос был для Дерека как острый нож в сердце. Он знал, что этого разговора не избежать, хотел его, понимал, что она заслуживает услышать правду, но теперь ему казалось, что эта правда ее убьет.
        Делать нечего… Набрав полную грудь воздуха, Дерек выпрямился и, посмотрев ей в глаза, выпалил:
        - В июне будет восемь.
        Губы Линдси скривились, голова непроизвольно дернулась, словно она осмысливала информацию или старалась не расплакаться. Она отвернулась, но Дерек метнулся к ней и снова заглянул в лицо.
        - Линдси, давай поговорим. Не уходи. Я хочу все исправить.
        Она вымученно рассмеялась.
        - Исправить? Ты серьезно? Ничего исправить уже нельзя. Можно только идти дальше, что я и пытаюсь делать, но ты мне упорно мешаешь.
        Ее голос сорвался. Дерек почувствовал боль - ее боль - и сделал к ней неуверенный шаг. Теперь она стояла так близко: смотрела прямо ему в грудь, сжав губы,  - что ему приходилось наклонять голову, чтобы видеть ее лицо.
        - Мне нужно очень многое тебе сказать. Ясно… что я не был честен с тобой. Не всегда, конечно, но в тот день… в тот день и правда солгал, поэтому должен все объяснить.
        Линдси, фыркнув, подняла глаза: ее лицо ничего, кроме негодования, не выражало - и заговорила, очень тихо, словно опасаясь, что ярость вырвется наружу.
        - О каком объяснении может идти речь? У тебя восьмилетний сын! Да ты просто подонок, и мне наплевать на все, что ты можешь сказать!
        В душе Дерека вспыхнул гнев, но здесь не поспоришь: Линдси права - он действительно поступил с ней подло, и она вовсе не обязана его слушать.
        - Это унизительно! Мы стоим здесь и выясняем отношения на глазах у твоего сына.  - Линдси сжала кулаки, гнев исходил от нее волнами.  - Он понял, что нас что-то связывает, и попытался предотвратить этот разговор. Как, по-твоему, я должна себя чувствовать?
        - Линдс, он просто очень впечатлительный и сообразительный мальчик,  - сказал Дерек, хотя признавать это было неприятно.
        За прошедшие годы Таннер научился замечать малейшие нюансы поведения взрослых. Дереку даже думать не хотелось, что известно сыну о его взаимоотношениях с бывшей женой. А ведь он так старался защитить ребенка от всех неприятностей.
        - Впечатлительный? Ты полагаешь, что это все объясняет и мне становится лучше? Я вовсе не злобная фурия, но ты делаешь меня именно такой.
        Дерек сглотнул подступивший к горлу комок. Ему хотелось завыть от отчаяния. Даже в гневе она была прекрасна.
        - Ты никогда не была и не будешь фурией. Таннер разволновался из-за меня, что-то почувствовал. Давай докажем, что он ошибся и мы вовсе не ссорились: просто обсуждали кое-какие проблемы. А еще лучше спустимся вместе.
        Ее глаза стали как блюдца.
        - Ты спятил?
        Дерек с трудом улыбнулся.
        - Что-то вроде этого.
        - У тебя сани, рассчитанные на одного человека.
        Дерек не мог оторвать глаз от ее пухлых блестящих губ.
        - Уверен, мы что-нибудь придумаем.
        Линдси обошла его как неодушевленный предмет и направилась к тропинке.
        - Убегаешь? Значит, ты и дальше намерена холить и лелеять ненависть ко мне?  - заключил он с горечью, почувствовав себя раздавленным.
        Линдси, словно наткнувшись на невидимое препятствие, остановилась и, прежде чем он успел отреагировать, резко развернулась и направилась к краю склона.
        - Бросай свои чертовы сани!
        Хоть и удивленный, Дерек подчинился и стал ждать дальнейших указаний, понимая, что и сейчас здесь главная именно она. Нет проблем. Он сделает все, что она пожелает.
        - Садись!  - скомандовала Линдси.
        Он молча сел, широко расставив и вытянув вперед ноги.
        - Сдвинь ноги.
        И опять он безропотно выполнил команду. Ему и раньше всегда очень нравилось ей подчиняться, когда у нее возникало желание проявить властность. Ради бога, он все стерпит, заслужил.
        Раздраженно вздохнув, она занесла ногу, намереваясь опуститься ему на колени, и Дерек положил руки ей на бедра, чтобы помочь, но тут же получил шлепок.
        - Не смей!
        - Линдс, не глупи. Мы, два взрослых человека, пытаемся уместиться в одноместных санях. Мне, хочешь не хочешь, придется тебя держать.
        - Не придется.
        Дерек покачал головой, но постарался не двигаться, когда ее тело прижалось к нему.
        И угодил в ад. Или в рай - как посмотреть. Это была пытка. Мучительная и восхитительная. Даже сквозь многочисленные слои одежды он чувствовал ее невероятное тело, о котором тосковал долгих восемь лет. Она села, немного поерзала, устраиваясь поудобнее, и Дерек, зажмурившись, процедил, чувствуя, что уже… на грани:
        - Тебе удобно?
        - Нет, мне неудобно,  - заявила она воинственно.  - Пожалуй, так я вывалюсь.
        - Не хотелось бы снова возвращаться к этому вопросу, но я мог бы тебя держать. Или ты можешь сесть на меня верхом… разумеется, повернувшись ко мне лицом. Лично меня устраивают оба варианта,  - засмеялся Дерек.
        Линдси застыла и тут же попыталась подняться, но он успел удержать ее, обхватив за талию.
        - Извини, неудачно пошутил.
        Ее растрепавшиеся волосы загораживали ему обзор, и он их убрал. От нее пахло лимоном и мятой, и, не удержавшись, он прошептал:
        - Хотя я бы не возражал.
        Она повернула голову и окинула его презрительным взглядом.
        - Убери свои руки, Уолш!
        - Как скажешь,  - произнес он с улыбкой.
        - Давай уже наконец спускаться!
        Линдси сидела у него на коленях, вытянув ноги поверх его ног, протянув руки назад, стараясь не прикасаться к нему и ухватившись за край саней.
        - Если не хочешь, чтобы я держал тебя, то держись хотя бы сама, иначе вывалишься.
        - Все нормально,  - буркнула Линдси.  - Поехали.
        Отталкиваясь ногами, Дерек подвинул сани к краю, и они покатили вниз. Ветер бил в лицо. Линдси, откинувшись назад и прижавшись спиной к его груди, изо всех сил держалась за сани. Не в силах удержаться, он обхватил ее за талию и притянул к себе. Она промолчала, но он почувствовал, как напряглось ее тело. Сани подпрыгнули на небольшом ухабе, Линдси испуганно ахнула, и Дерек посильнее прижал ее к себе, чтобы не дать упасть. Ему вдруг стало весело, и он громко рассмеялся. Она, похоже, тоже, хотя он не был в этом уверен, поскольку не видел ее лица.
        Они подпрыгнули на последнем ухабе, выехали на финишную прямую, и тут что-то пошло не так. Дерек так и не понял, что именно произошло, но они оба оказались в снегу и покатились по склону в сторону от саней. Как только движение прекратилось, он вскочил на ноги, чтобы избавить Линдси от своей тяжести.
        - Все в порядке?  - послышался голос Анны.
        Дерек обернулся и, увидев всю компанию, спешившую к ним, наклонился, чтобы отряхнуть снег с джинсов.
        - Ой, папа!  - испуганно воскликнул Таннер, Дерек, проследив за его взглядом, увидел Линдси.
        Она стояла на четвереньках, спина тяжело вздымалась, как будто ей было трудно дышать. У Дерека потемнело в глазах. Он упал рядом с ней на колени и заметил, что она не опирается на левую руку, неловко прижимая ее к груди.
        - Линдси, ты ушиблась?
        - О нет!  - воскликнула Анна, подбежав к подруге.  - Линдси, что случилось?
        Линдси потрясла головой, не в силах произнести ни слова. Дерек откинул ей с лица волосы и увидел, что у нее в глазах стоят слезы, а еще она сильно прикусила нижнюю губу, словно хотела сдержать крик.
        - Малышка, ну скажи наконец, что случилось?  - спросил он с тревогой, подавшись к ней.
        - Все… нормально.
        Не приходилось сомневаться, что не было здесь ничего нормального.
        - Ты ушиблась? Поранилась?
        - Нет, но рука…  - произнесла она дрожащим голосом.
        Дерек понял, что она с трудом сдерживает слезы, и это привело его в смятение. Он встал и, обхватив Линдси за талию, стал поднимать, но почувствовал, как она напряглась.
        - Все хорошо, просто соберись,  - сказал он и поднял ее на ноги.
        - Дерек, у нее что, сломана рука?  - воскликнула Анна, чуть не плача.
        - Не знаю. Линдси, позволь я взгляну на твою руку.
        Она подняла голову, и все увидели ее искаженное от боли лицо. Анна зажала рот рукой, а Клэр всхлипнула. Какой-то сноубордист лихо съехал с горы и рухнул им под ноги. Дерек вышел из ступора и понял, что надо действовать.
        - Таннер, собери все сани и неси на парковку.
        Сын отправился выполнять поручение, Анна позвала девочек, а Дерек осторожно повел Линдси к машине. Он всем своим существом ощущал ее боль, хотя, следует отдать ей должное, она изо всех сил старалась держаться и даже пару раз выругалась сквозь зубы.
        Ее явно раздражала собственная беспомощность, и, отдышавшись, она сообщила:
        - Со мной все в порядке, надо лишь принять болеутоляющее и, возможно, приложить холодный компресс. Или, наоборот, грелку - точно не знаю. Но в любом случае это ерунда. И если ты меня отпустишь, мне сразу станет легче.
        Скорее в аду начнут подавать воду со льдом, чем он ее отпустит, не удостоверившись, что все в порядке.
        - Дерек, я не шучу. Все хорошо. Рука даже не слишком сильно болит. Мне нужно только… Фу ты черт!  - зашипела она от боли.
        - Линдси, уймись!  - прикрикнул Дерек.
        Удивительно, но она послушалась, и он повел ее к машине. Впрочем, покладистости хватило ненадолго.
        - Куда ты меня ведешь? Машина Анны там.
        Она начала вырываться, но он проигнорировал ее протесты, открыл дверцу, снял перчатки и бросил на сиденье.
        - А теперь позволь взглянуть на твою руку.
        Линдси прикусила губу и подняла левую ладонь. Он медленно ощупал ее, а когда сделал попытку снять перчатку, Линдси ойкнула и отдернула руку.
        - Малышка, дело плохо: это может быть перелом.
        - Немедленно прекрати меня так называть! А в больницу меня вполне может отвезти и Анна.
        Окинув ее тяжелым взглядом, Дерек покосился на стоявших неподалеку Анну, Клэр и Таннера. Эрин и Бейли видно не было - наверное, уже уехали.
        - Анна, возьмешь детей к себе? Я отвезу Линдси в больницу.
        - Что? Нет!  - запротестовала Линдси и с мольбой взглянула на подругу.  - Не оставляй меня с ним!
        Глаза Анны изумленно округлились, и она невозмутимо кивнула в сторону Таннера, что заставило Линдси моментально сменить тон.
        - Я имела в виду, что ты сама могла бы отвезти меня в больницу. Не хотелось бы утруждать Дерека - ведь с ним ребенок.
        - Дорогая,  - мягко сказала Анна,  - будет проще, если дети поедут к нам. Клэр еще не обедала, а кто знает, сколько времени придется провести в больнице. А я накормлю обоих, и мы вместе дождемся вашего возвращения. Кроме того, эпидемия гриппа еще не закончилась, и ни к чему лишний раз подвергать детей опасности заразиться.
        Линдси понимала, что подруга права, но все в ней противилось перспективе провести так много времени с Дереком. Он это чувствовал, но вместе с тем знал, что Линдси по зрелом размышлении согласится с доводами Анны. Итак, он все-таки заполучил ее. Пусть не так, как хотелось бы, но ему ли привередничать.
        - Садись в машину,  - сказал он тихо.
        - Я тебя ненавижу!  - ответствовала Линдси и забралась в салон, помогая себе здоровой рукой.
        - Ничего, переживу, но сначала я должен убедиться, что у тебя не сломано запястье.  - Дерек довольно-таки бесцеремонно подвинул ее на сиденье и захлопнул снаружи дверцу раньше, чем она успела отреагировать.
        Вернувшись к Анне, он перекинулся несколькими словами с Таннером, и тот был безмерно доволен, узнав про сыр на гриле, картофельные чипсы и шоколадное печенье.
        Дерек чувствовал себя ужасно, понимая, что Линдси пострадала из-за него. Он должен был убедить ее держаться не за край саней, а за него. Впрочем, заставить Линдси Моралес сделать что-то против ее воли почти невозможно - так, во всяком случае, было до этого момента. Теперь же он, несмотря на бурные протесты, повезет ее в больницу.
        Дерек завел двигатель, а Линдси попыталась справиться с ремнем безопасности одной рукой и даже снять перчатку с другой. У нее ничего не получалось, поэтому он перегнулся и пристегнул ее сам.
        Она сдавленно его поблагодарила, и он отчетливо слышал, с каким трудом ей далось это скупое «спасибо».
        Дерек спрятал улыбку, хотя ему очень нравилось наблюдать за Линдси. У нее полыхали щеки, спутанные волосы выбились из-под яркой шапочки, глаза горели гневом. Чтобы не показывать свою слабость, она прикусила нижнюю губу и отвернулась. Лучше бы улыбалась.
        - Ты же знаешь, я не полное дерьмо.
        Линдси не ответила, но, судя по тому, как дрогнули ее ресницы и застыло лицо - по крайней мере та его часть, которая была видна,  - услышала его.

        Глава 5

        Машина выехала на шоссе. На обочинах лежал грязный снег. Крупные снежинки разбивались о ветровое стекло. Почему-то вид летевших прямо в лицо снежинок вызывал тошноту. Линдси закрыла глаза и, прислонившись затылком к подголовнику, постаралась не думать, что сидит в машине своего заклятого врага, но не преуспела в этом.
        Боль в руке не утихала, но это в данный момент было наименьшим из всех обрушившихся на нее зол. Хуже всего был запах, запах Дерека: будоражащая смесь знакомого мускуса и чего-то нового… древесной стружки? Да, похоже. Раньше от него так не пахло. Но, вероятно, это нормально, учитывая его работу. Она почувствовала еще запах кожи, но он исходил от пояса с инструментами, лежавшего на сиденье между ними. На полу у нее под ногами громоздились рулоны бумаги - не иначе строительные чертежи. Было сразу видно, что это машина делового человека, его машина.
        Дерек включил печку, и теперь замерзшее лицо приятно обвевало теплым ветром. Но тепло, к сожалению, не помогло больной руке, да и моральный дух Линдси от тепла не улучшился.
        Ей следовало прислушаться к его словам. Ведь он говорил, что не надо держаться за пластиковые санки. Но тогда она не боялась прищемить пальцы: теплые прикосновения Дерека казались ей страшнее. Когда они свалились в снег, она так и не отцепилась от санок - почему-то ей казалось очень важным их удержать.
        В процессе совместного полета она сильно потянула запястье и резко вывернула, а последним ударом стал обрушившийся на несчастное запястье их общий вес.
        Именно тогда ее пронзила боль, такая сильная, что из глаз хлынули слезы.
        Только бы не перелом!
        У нее не было времени на сломанную руку. А главное, она не могла позволить себе такие расходы. Один только рентген чего стоит - удовольствие не из дешевых, но без него определенно не обойтись. У нее повреждена рука, и надо точно знать, насколько сильно. А что, если у нее перелом, а она об этом не узнает? Не хотелось, конечно, признавать, но Дерек был прав, заставив ее поехать в больницу. Просто ей не нравилось, что ее везет именно он, а не кто-то другой.
        - Ты в порядке?  - спросил Дерек.  - Головой не ударилась?
        - Все нормально.
        Быть может, если все время повторять эти слова, они воплотятся в жизнь? Линдси открыла глаза, стараясь не смотреть в его сторону. Слава богу, они как раз заезжали на больничную парковку. Дерек подъехал к стеклянной двери приемного отделения и остановил машину.
        - Спасибо…  - начала было Линдси, но Дерек перебил:
        - Иди внутрь. Я сейчас подойду.
        - Нет, теперь я справлюсь одна.  - Она все же повернулась к нему и подняла глаза.  - Уезжай. Я позвоню сестре, и она заберет меня.
        Дерек устремил на нее горящий взгляд.
        - Линдси, я никуда не уеду и не брошу тебя здесь.
        - Но я не хочу, чтобы ты оставался!
        Она сердито уставилась на него, всем своим видом показывая, что говорит серьезно, а выражение его лица говорило, что ему наплевать и на ее злость, и на ее слова.
        - Выходи, малышка. Мне надо припарковаться.
        Линдси скрипнула зубами и попыталась правой рукой отстегнуть ремень безопасности, но ее пуховик был таким объемным, а перчатки настолько скользкими, что сразу стало очевидно - ничего не получится. Дерек молча отстегнул ремень. Линдси решила не благодарить его, вышла из машины и захлопнула дверцу. Машина отъехала, и она зашла в приемное отделение. Хорошо хоть, там почти не было народу - только женщина с маленьким спящим ребенком на руках и двое мужчин, один из которых прижимал ко лбу окровавленную тряпку. Бедолага. Линдси отошла к окну. Прошло совсем немного времени, и ее позвали к стойке регистратуры.
        - Заполните, пожалуйста, эту форму, и я сразу же вами займусь,  - сказала медсестра.
        Линдси посмотрела на свою здоровую правую руку и заколебалась. Ей надо освободить пальцы, иначе она не сможет писать, но как?
        - Извините, пожалуйста,  - начала она нерешительно и протянула руку в перчатке к медсестре,  - но не могли бы вы…
        Сзади протянулась большая мужская ладонь и перехватила ее руку.
        - Сейчас все сделаем.
        Сильные пальцы Дерека очень осторожно стянули с нее перчатку. Линдси пыталась себя убедить, что вид его рук на нее не произвел никакого впечатления, но это была ложь. Она много дней и ночей мечтала о его руках - больших, сильных, теплых, с темными волосками на тыльной стороне ладони, длинными пальцами и аккуратно подстриженными ногтями. Она не могла не заметить, что кожа на них стала грубее, чем была раньше, в колледже, но ничего не сказала.
        Быстро заполнив бланк, Линдси направилась в комнату ожидания. Дерек - за ней. Когда он сел рядом, она сразу почувствовала его запах и тепло. Он по дороге успел снять пуховик и нелепую шапочку, оставшись в легкой, изрядно поношенной рабочей куртке. Его волосы пребывали в беспорядке, словно расческу ему заменила пятерня. Впрочем, для него это нормально.
        - Это займет какое-то время,  - сказала Линдси.  - Тебе не обязательно ждать.
        - Кажется, мы это уже обсудили,  - чуть раздраженно проговорил Дерек.  - Лучше скажи, как ты себя чувствуешь. Надеюсь, тебе дадут какое-нибудь обезболивающее.
        Было ясно, что он останется, что бы там она ни говорила, и Линдси разозлилась на саму себя, осознав, что в глубине души рада этому. Да и кому понравится торчать в больнице в одиночестве.
        Пластиковое окно регистратуры открылось, и раздался голос медсестры:
        - Линдси Моралес!
        Линдси встала, подошла к окошку и ответила на вопросы медсестры: цель визита, принимала ли медикаменты, выезжала ли в последние недели из страны. Когда с вопросами было покончено, ей предложили еще немного подождать: сейчас подойдет другая медсестра и окажет помощь. Она напомнила себе, что следует во что бы то ни стало держаться от Дерека как можно дальше, и села не рядом с ним на диванчик, а на стул у противоположной стены.
        - Даже так? Не хочешь сидеть рядом со мной?  - Он подался вперед, устремив на нее тяжелый взгляд.
        - Что ты хочешь от меня услышать? Мы даже не друзья.
        - Да, но не я тому виной.
        Линдси возмущенно ахнула.
        - Хочешь сказать, что я? Да как ты смеешь!
        Дерек вздохнул и опустил голову, словно в знак поражения, а когда снова поднял, на лице его застыло выражение вины.
        - Ты права. Прости, пожалуйста. Во всем виноват только я. Но мы могли бы стать друзьями. Если бы ты позволила.
        Линдси пожала плечами.
        - Не думаю, что это необходимо.
        - Перестань, ради бога,  - взмолился Дерек.  - Один из моих лучших друзей женится на твоей подруге. Мы оба будем у них на свадьбе, к тому же работаем в их доме. Так разве нельзя по крайней мере нормально общаться?
        - Если только по работе.
        Дереку хватило смелости усмехнуться.
        - Значит, это исключительно деловые замечания с кучей восклицательных знаков развешаны по всему дому?
        - Почему нет? Очень информативно. Я вовсе не собираюсь целовать чью-либо задницу, а хочу донести свою точку зрения до исполнителя.
        - Ну, это тебе уж точно удается.  - Он ухмыльнулся.  - Парни даже придумали название для твоих стикеров.
        Линдси изумленно приоткрыла рот, потрясенная его словами.
        - Какое?
        Дерек засмеялся и покачал головой.
        - Не скажу: это будет предательство.
        - Это несправедливо! Ведь я вовсе не грымза какая-нибудь.
        Обидно, что рабочие явно думают иначе, и вдвойне, потому что при них она была в доме всего пару раз.
        - Я знаю,  - продолжил Дерек,  - но в последнее время ты готова общаться с кем угодно, только не со мной.
        Линдси беспокойно поерзала и подняла глаза.
        - Я не знаю, что должна чувствовать сейчас. Если раньше я была в бешенстве, то теперь… теперь мне известно, что все было еще хуже, чем можно было себе представить. Знать, что ты никогда не…
        - Линдси Моралес!  - Громкий голос медсестры не дал ей сказать то, о чем она потом могла пожалеть: из-за сильной боли она не очень хорошо соображала.
        Линдси встала. Дерек тоже. Она открыла было рот, чтобы остановить его, но он ее опередил.
        - Я иду с тобой. А если начнешь возражать - устрою сцену. И учти: наш разговор не закончен.
        Следуя за Линдси, Дерек кипел от негодования, поскольку понял, что именно она хотела сказать: он никогда ее не любил. А почему бы, собственно говоря, ей так и не думать? Ведь, по сути, именно в это он заставил ее поверить много лет назад. Тогда ему казалось, что так будет проще. Ведь невозможно объяснить женщине, которую безумно любишь, что выбираешь не ее; что выбираешь не любовь, а правильный поступок, которого от тебя ожидают, даже если при этом причиняешь ей боль. Все это было дико, глупо, неправильно, но он должен был сказать ей правду, какой бы неприглядной она ни была.
        Медсестра отвела Линдси в отгороженный ширмой угол, усадила на стул и принялась выяснять, что произошло. Линдси подробно все рассказала, и его опять охватило чувство вины. Он знал, что весит прилично, что следовало крепче держать ее, не допускать, чтобы она упала, и уж тем более не падать на нее… Понимая, что ей больно, он чувствовал себя все хуже. Если бы только он мог взять ее боль себе…
        - Что ж, давайте снимем куртку,  - предложила сестра,  - и перчатки.
        - Я не могу,  - жалобно призналась Линдси.  - Там плотные манжеты, и очень больно.
        Женщина нахмурилась и повернулась к стеклянному шкафчику.
        - Придется разрезать.
        Линдси явно заколебалась, но тут вмешался Дерек:
        - Купим тебе новые. Пусть режет.
        - Это перчатки Анны,  - сказала Линдси.
        - Ничего, она поймет.  - Он взглянул на медсестру.  - Режьте.
        Та осторожно разрезала перчатку, и их взору предстало распухшее и покрасневшее запястье. Дерек даже зажмурился, но не потому, что был слишком уж чувствительным, а потому, что дело касалось Линдси: ей было очень больно, и виноват в этом он.
        - Ух ты,  - дрожащим голосом заметила Линдси.  - Выглядит даже хуже, чем я думала.
        - Насколько больно, если оценивать по десятибалльной шкале?  - спросила медсестра.  - Один - это боли нет совсем.
        От Дерека не укрылось, что она бросила на него быстрый взгляд.
        - Если не шевелить рукой - думаю, на три балла, а если шевелить - шесть… с половиной.
        Дерек не выдержал и усмехнулся:
        - С половиной?
        - Ну семь. Так лучше?
        Медсестра перевела взгляд с одного на другого и опустила глаза на экран ноутбука, потом, что-то напечатав, продолжила осмотр: измерила кровяное давление и температуру, посчитала пульс. Проводив их в палату и пообещав, что в самое ближайшее время к ним придет врач, медсестра ушла.
        Дереку приходилось бывать в больнице с сыном, и он знал, что «в самое ближайшее время» может означать что угодно: и пять минут, и час,  - поэтому предложил, усаживаясь на жесткий как камень скрипучий стул:
        - Ты права: это займет какое-то время. Устраивайся поудобнее.
        - Ты можешь ехать,  - проговорила Линдси, присев на краешек кровати и придерживая здоровой рукой больную.
        Дерек взял пульт и включил телевизор, подвешенный под самым потолком. На экране возник Губка Боб.
        - Это же мой любимый эпизод!  - заявил он вполне серьезно.
        Линдси закатила глаза, но он почувствовал облегчение, увидев, что она забралась на кровать и откинулась на приподнятое изголовье. Под ярким светом больничных ламп ее кремовая кожа выглядела очень бледной.
        Через десять минут пришла очередная медсестра, прикатив с собой тележку с ноутбуком. Снова начались вопросы. Дерек заметил, что Линдси явно чувствует неловкость. Ее глаза беспомощно метались между ним и сосредоточенно печатавшей женщиной. Не приходилось сомневаться: она не хочет, чтобы он слышал ее ответы, поэтому он встал:
        - Пожалуй, выйду ненадолго.
        Линдси заметно расслабилась и кивнула. Дерек закрыл за собой дверь палаты и прислонился к стене в коридоре. В приемном покое было немноголюдно - хоть в этом повезло. Он рассеянно улыбнулся двум медсестрам, стоявшим у окошка регистратуры, и в этот момент до него донесся голос Линдси.
        - Понимаете, сейчас у меня нет медицинской страховки. Может, вы пришлете мне чек?
        Дерек вздохнул и опустил голову, уставившись на носки своих ботинок. Неудивительно, что она не хотела ехать в больницу. Он заставил ее приехать, а теперь ей приходится думать, как за это заплатить. Он отошел от ширмы, чувствуя себя проказливым ребенком, которого поймали за подслушиванием. Через несколько минут медсестра вышла, волоча за собой тележку. Он пошел за ней и, лишь отойдя довольно далеко от палаты, заговорил:
        - Привет! Скажите, что я должен сделать, чтобы вы прислали ее счет мне?
        Дама откровенно удивилась.
        - Вы член семьи?
        - Нет, близкий друг.
        - Боюсь, я не могу послать счет постороннему.
        - Ладно. Скажите, к кому следует обратиться, чтобы решить этот вопрос. Или, возможно, я могу оплатить счет сейчас?  - Он достал бумажник и протянул женщине карточку.
        - Но это не по правилам.
        - Понимаю. И послать мне ее чек тоже не по правилам?
        - Совершенно верно.
        - Значит ли это, что вашей больнице не нужны деньги?  - Дерек взмахнул карточкой.  - Послушайте, мне совершенно неинтересно, как вы все это оформите. Я всего лишь хочу его оплатить. Все остальное меня не касается! Неужели больница откажется от денег?
        Женщина неохотно взяла карточку.
        - Хорошо, я верну вам ее через несколько минут.
        - Нет-нет, я сам зайду к вам чуть позже.
        - Договорились. Мой кабинет слева по коридору.
        Она жестом указала, в каком направлении, и Дерек кивнул.
        - Хорошо. Оплатите все процедуры - все, что необходимо.
        Женщина ушла, и Дерек вернулся в палату. Линдси полулежала с закрытыми глазами. Когда он сел, стул громко заскрипел, и она, вздрогнув, посмотрела на него.
        - Как себя чувствуешь?
        - Такое ощущение, что сердце бьется в руке.
        Дерек уже хотел было отправиться попросить для Линдси какое-нибудь болеутоляющее, но тут дверь отворилась и на пороге возникла другая медсестра с очередной тележкой. У Дерека потемнело в глазах: он узнал эту юную особу.
        - Тук-тук,  - весело произнесла сестра, но тут заметила Дерека, на мгновение нахмурилась, но быстро пришла в себя:  - О… привет, Дерек.
        - Здравствуй, Бет. Как дела?  - «И, прошу тебя, не болтай!»  - добавил он мысленно.
        - Нормально.  - Девушка снова улыбнулась и обратилась к Линдси, которая выглядела и смущенной, и раздраженной:  - Здравствуйте, я Бет, ваша медсестра.
        Она дала Линдси несколько таблеток и маленькую чашечку с водой.
        - Это ибупрофен, обезболивающее.
        Повернувшись к своей тележке, Бет взяла пузырь со льдом, положила руку Линдси на подушку и пристроила сверху пузырь, потом вытащила одеяло и укрыла ей ноги. Дерек встрепенулся: ей холодно? Почему же он не подумал об этом?
        - Расскажите, что случилось,  - попросила Бет, и Линдси в очередной раз повторила свой рассказ, только в изрядно укороченном варианте.
        Медсестра понимающе кивнула:
        - Не повезло вам, бедняжка. Но вы не одна такая: у нас на этой неделе было уже несколько любителей покататься с гор на санях.
        Расспросив Линдси о самочувствии и еще раз осторожно ощупав руку, Бет удалилась, пообещав, что доктор придет через несколько минут.
        Дерек ждал, что Линдси что-нибудь скажет, но она молча откинула голову на подушку и закрыла глаза. Впрочем, в этом не было ничего удивительного: она всегда была немногословной и сдержанной. Он очень хорошо помнил, что Линдси едва произнесла несколько слов, когда он заявил о расставании. Она не кричала, не плакала, не обзывала его и не пыталась ударить. Он не знал, могло ли это что-то изменить, но ему была необходима хотя бы какая-то реакция. В ее глазах стояли слезы, и это убивало. Тогда он поцеловал ее, совершив тем самым большую ошибку, потому что до сих пор чувствовал на губах вкус того поцелуя.
        Дерек положил руки на колени и с нежностью посмотрел ей в лицо. Губы все такие же полные и чувственные, она по-прежнему очень красива, хотя и стала другой. Вроде бы та же девочка… но теперь засиявшая новыми гранями, некий усовершенствованный вариант самой себя. Это вызывало в нем гордость и досаду одновременно. Он так хотел с ней поговорить, но не мог позволить себе обсуждать прошлое, когда Линдси лежала на больничной койке и страдала от боли.
        Хоть глаза у нее и были закрыты, Дерек понимал, что, скорее всего, она заметила его неловкость при виде медсестры и ее мозг напряженно работает. Пожалуй, надо объясниться: ему вовсе не нужен еще один повод для ее ненависти.
        - Если тебе интересно… ничего не было… на что бы это ни было похоже.
        Он познакомился с Бет как-то вечером в одном из баров Престона. Они немного пофлиртовали, а потом он проводил ее домой. Никакого секса, даже второго свидания не было. Между ними просто ничего не возникло - так бывает. Нет, Дерек не вел жизнь монаха и ничего не имел против случайных связей, даже какое-то время встречался с женщиной и после развода, но у него было слишком мало времени на интрижки. Да и, если ничего не чувствуешь, зачем продолжать? Дерек не сомневался, что и она была того же мнения. Во всяком случае, ни у него, ни у нее ни разу не возникло желания позвонить. Его очень удивило, что, неожиданно увидев ее, он ощутил неловкость. Господи, за что ему все это!
        Его мысли прервал тихий голос Линдси, но глаз она так и не открыла:
        - Мне неинтересно. И совсем не важно, на что это похоже.
        Яд в ее голосе свидетельствовал о том, что она обижена, и Дерек не выдержал. Резко поднявшись со скрипучего больничного стула, одним шагом он преодолел разделявшее их пространство и склонился над ней. Глаза Линдси распахнулись, и он увидел в них панику. Господи, как же ему хотелось ощутить еще какие-нибудь ее чувства, кроме ненависти!
        - Может, ты бросишь мне хотя бы чертову обглоданную кость? Я всеми силами пытался общаться с тобой по-дружески, но ты лишь усугубляешь положение.
        - Это я-то усугубляю?  - прошипела она.  - Да я из кожи вон лезла, чтобы держаться подальше от тебя. Старалась не появляться в доме, когда ты там, даже не приходила к Анне, если знала, что могу застать там тебя. Это ты постоянно встречаешься у меня на пути, навязываешь мне свое общество.
        - А что, если именно этого я и хочу: чтобы ты приходила в дом, когда я там? Может, я специально провожу все время на площадке, хотя у меня есть и другие объекты в городе? А что, если я мечтаю и о твоих звонках, и о визитах? Об этом ты не думала?
        - А ты думал обо мне? Хоть раз в жизни ты мог бы подумать не только о себе? Ты знаешь, чего хочу я? Что нужно мне? Я только что узнала, что у тебя восьмилетний сын, а ты требуешь какую-то чертову кость?
        Дерек молчал, стиснув зубы, все еще нависая над ней, и несколько мгновений они сверлили друг друга взглядом. Он сейчас не думал ни о чем другом, кроме нее, но понимал, что она имела в виду не это. И была права. Он эгоистичный ублюдок: каким был, таким и остался,  - но вернуть хотя бы бледную тень прежней Линдси не желать не мог. Та Линдси улыбалась ему, смеялась над его шутками, стонала в его объятиях, и он желал этого всем своим существом, каждой клеточкой своего тела, хотя и понимал, что ничем хорошим это не кончится.
        Минуты тянулись мучительно медленно. Напряжение между ними было таким сильным, что воздух, казалось, звенел. Наконец, он глубоко вздохнул и опустил голову. Теперь он был к ней так близко, что чувствовал запах ее волос, кожи и видел, как взволнованно поднимается и опускается ее грудь. Как же ему хотелось прикоснуться к ней! Иметь на это право. Но такого права у него не было и, возможно, никогда не будет, если она не изменит своего отношения к нему.
        Он снова поднял голову.
        - Мне очень жаль. И я никогда не устану это повторять. Ты права. Да, я слишком активен: а это неправильно… несправедливо,  - но прошу, поверь, мне хотелось только поговорить. Многое в жизни пошло наперекосяк, и я понимаю, что прошлого не вернешь, но ведь можно сделать так, чтобы мы могли… улыбаться друг другу. Мне не хватает твоей улыбки, чертовски не хватает. Она мне снится. Я вижу ее, когда закрываю глаза.
        Ему показалось, что в глазах Линдси что-то мелькнуло, и явно не ненависть: что-то из прошлой жизни, когда они любили друг друга.
        Дерек видел, как она судорожно сглотнула, наклонился и коснулся губами ее лба. От аромата у него участилось дыхание, и он в изнеможении закрыл глаза. Эта женщина могла вить из него веревки с первого момента их встречи.
        Какое-то время она не шевелилась. Его губы снова коснулись ее лба в слабом намеке на поцелуй. Почувствовав, что ее здоровая рука вцепилась ему в запястье, он замер в ожидании, что она его оттолкнет, но, к счастью, не дождался.
        Линдси, очевидно, испытывала слишком сильную боль и не вполне осознавала свои действия. Ведь не может же она, в самом деле, удерживать его! Хотя, конечно, было бы счастьем думать так. В любом случае он решил не упускать случай и, прижавшись губами к ее виску, прошептал:
        - Линдси, умоляю, не надо меня отталкивать.
        Послышались тяжелые шаги, и они отпрянули друг от друга. Дерек как раз успел выпрямиться, когда вошел доктор. Ну вот он и прикоснулся к ней, почувствовал губами шелковистую мягкость кожи… и все стало в миллион раз хуже: теперь он желал большего.

        Глава 6

        Спустя три часа Линдси вышла из дверей приемного покоя с зашинированной рукой. Слава богу, это оказался не перелом, а растяжение с частичным разрывом связок, не требовавшее особого лечения. У нее из головы не выходил больничный счет: она прикидывала, сколько времени уйдет на его оформление и пересылку, как долго сможет тянуть время, прежде чем больница обратится к коллекторам. Больше всего на свете ей хотелось лечь и заплакать.
        Она огляделась по сторонам. Дерек уже подогнал машину к краю пандуса и, увидев ее, вышел и открыл дверцу.
        Едва слышно поблагодарив его, Линдси поставила ногу на ступеньку и неловко села, помогая себе здоровой рукой. Таблетки, которые ей дали в больнице, уже перестали действовать, поэтому рука сильно болела, а сама она чувствовала себя до крайности измученной.
        Дерек помог ей устроиться, сам пристегнул ремень, и Линдси пришлось вжаться в сиденье, чтобы не оказаться слишком близко к нему. Ей уже хватило близости с этим мужчиной в прошлом и вовсе не нравилось, что он снова появился в ее жизни. Хуже того: она начала привыкать к его запаху, его голосу, самому его присутствию. Именно этого она всячески старалась избегать, а он сумел потихоньку ее приручить. Будь он проклят, этот несносный… невероятный мужчина!
        Захлопнув дверцу с ее стороны, Дерек занял водительское сиденье. Не считая нескольких минут, проведенных в больничном коридоре, он постоянно был рядом: и когда ее везли в рентгеновский кабинет, и там, за стеклянной перегородкой, пока делали снимок. Сначала она протестовала, потом перестала.
        Дерек даже успел поговорить с доктором и медсестрой, расспросив их о том, что ей и в голову не приходило. Его забота раздражала: он чувствует себя виноватым, как и должно быть,  - но Линдси внезапно осознала, что у нее больше нет сил, но главное - желания, продолжать злиться на него. Понятно, что всему виной события сегодняшнего дня. Завтра, когда все пойдет своим чередом, как обычно, она, безусловно, вспомнит, что он эгоистичный ублюдок. Он лгал ей, изменял. Вот так. Теперь все правильно. Гнев вернулся.
        - Ты голодна?  - спросил Дерек.
        Она даже не заметила, как тихо было в машине до того, как он заговорил.
        - Нет, вряд ли,  - подумав, она пожала плечами.
        - Ты почувствуешь себя лучше, если поешь. Время обеда уже давно прошло.
        Линдси не ответила и не повернулась от окна, внимательно вглядываясь в раскинувшуюся перед ней панораму Канзас-Сити. Сейчас они ехали по мосту на противоположный берег Миссури. Дерек настоял на том, что отвезет ее домой, а потом пригонит машину, которая так и осталась у дома Анны. Его забота сводила ее с ума.
        Задумавшись, Линдси и не заметила, что они остановились у торгового центра.
        - Зачем мы сюда приехали?
        Дерек заглушил двигатель.
        - Посиди, я скоро вернусь.
        Линдси облегченно вздохнула: наконец-то немного побудет одна. Рука болела. Голова тоже. Мерное гудение вентилятора навевало дремоту. Закрыв глаза, она постаралась расслабиться и незаметно уснула.
        Ее разбудил звук открывшейся дверцы. Она испуганно выпрямилась, но, увидев Дерека, забравшегося в машину с двумя пакетами, снова расслабилась. Запахло едой, и только теперь Линдси поняла, насколько голодна - даже слюнки потекли.
        Она протерла глаза и увидела, что солнце уже клонилось к закату, поэтому казалось, что времени значительно больше, чем было в действительности. Дерек порылся в пакете и, повернувшись к ней, протянул таблетку и бутылку воды.
        - Сначала это.
        Следом из пакета был извлечен завернутый в бумагу чизбургер и пакетик с картошкой. Положив чизбургер себе на колени, она автоматически подняла верхнюю половинку булочки: сыр и пикули, больше ничего. Именно так она всегда ела чизбургеры, когда заказывала в кафе кампуса, где они часто обедали вместе.
        - Все в порядке?  - спросил Дерек, прожевав изрядный кусок своего гамбургера.
        - Да, спасибо. Оказывается, я действительно проголодалась.
        - Понятно. Я тоже голоден как волк. Все же полдня мы провели в больнице.
        - Мог бы уехать!  - тут же ощетинилась Линдси.
        Дерек тяжело вздохнул.
        - Но я хотел быть там, с тобой.
        Линдси посмотрела на второй пакет, который он поставил на консоль между ними. Он взял в больнице рецепты и купил все необходимое. Зачем он все это делает? Эта демонстрация благородного рыцарства заставляла ее чувствовать себя неблагодарной фурией. Но разве это справедливо? Ведь именно он все испортил, и сегодняшний день сделал этот бесспорный факт еще более очевидным.
        Реальность существования его восьмилетнего сына неожиданно показалась Линдси последней каплей в море: этого она уже не в силах вынести. Она далеко не слабая женщина, черт побери, но справится со всем лишь при условии, если будет все знать. Ей необходима полная информация.
        - В тот день ведь ты уже знал, не так ли? Почему же не сказал мне?  - тихо спросила она.
        Воцарилась тишина, и бесконечно долгое время были слышны только звуки города и слабое гудение вентилятора, потоком теплого воздуха согревавшего ноги.
        В конце концов Дерек глубоко вздохнул и медленно проговорил:
        - Не знаю. В тот момент… мне было стыдно.
        Линдси повернулась и посмотрела на сидевшего рядом мужчину. Лицо его было жестким, широко открытые глаза отражали огни витрин и уличной рекламы.
        - Я не хотел, чтобы ты знала правду. Мне казалось, что проще будет разорвать наши отношения. Лиза забеременела. Это потрясло меня. И еще мой отец…
        Она ничего не знала о его семье. По сути, их отношения были поверхностными: эмоции, страсть, волнения. Они никогда не говорили о любви, хотя оба чувствовали ее. Их отношения так и не дошли до стадии, когда узнаешь об уязвимых местах друг друга, и Линдси неожиданно подумала, что он мог еще многое скрывать от нее, намеренно скрывать.
        - А что с твоим отцом?
        Дерек потряс головой.
        - Ничего. Неважно. Я должен был поступить именно так. Был ли выбор? Да, наверное. Но в тот момент мне казалось правильным остаться с Лизой. Я не мог допустить, чтобы мой сын рос без отца.  - Наконец он повернулся к ней.  - Но ты должна знать: я всегда отчаянно тосковал по тебе.
        Линдси прикусила губу, стараясь подавить нежелательные эмоции, пришедшие из далекого прошлого и настигшие ее. Несколько раз она глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. В голове роилось множество вопросов, но она не могла их задать и не была уверена, что хочет знать ответы.
        - Я не обманывал тебя в главном,  - снова заговорил он.
        Интересно, почему он всегда знает, о чем она думает? Читает ее мысли, что ли?
        - Мы с Лизой расстались, как только я понял, что люблю тебя, поэтому известие о ее беременности стало для меня шоком.
        - Не понимаю.
        - Мы с ней встречались в старших классах школы, потом в колледже, но начали отдаляться друг от друга. Обоим было ясно, что расставание неизбежно, но никто не хотел делать первый шаг. Мы… не знаю, как объяснить… оставались рядом по привычке, что ли. И продолжали заниматься сексом, пусть это было и неправильно. И только когда я увидел тебя, понял, что пропал.
        Линдси отвернулась: его пристальный взгляд выбивал из колеи.
        - Когда мы с ней расстались я не знал, что она беременна, но она ждала моего ребенка.
        Теперь ситуация прояснилась: стало более-менее понятно, почему их разрыв, для которого вроде не было никаких оснований, произошел столь внезапно. Он так резко оборвал их отношения, что у нее голова пошла кругом. Было нестерпимо больно. Но все, о чем он поведал сейчас, не может изменить прошлое, а значит, и говорить больше не о чем.
        - Тогда ты сказал, что у тебя другая…
        - Я солгал, Линдс, потому что был идиотом. Я думал… не знаю, о чем я думал. И что должен был думать. Если я собирался жениться на Лизе, которая готовилась стать матерью моего ребенка, то должен был любить ее, но не любил и не хотел, чтобы ты любила меня, потому что тогда не смог бы уйти. Возможно, я хотел, чтобы весь мир был таким же несчастным, как я, вот и заявил тебе, что все кончено.
        Линдси горько усмехнулась. Неожиданно ей показалось, что в просторном салоне автомобиля стало тесно и душно, стены и крыша будто давили на нее.
        - Ты не мог бы отвезти меня домой?
        Дерек долгое время не сводил с нее пристального взгляда, но она так и не смогла повернуть к нему лицо. Наконец, вздохнув, он отвернулся и вырулил с парковки, так и не выпустив из руки недоеденный гамбургер.
        Не исключено, что когда-нибудь она сможет принять случившееся, возможно, даже попытаться понять и простить, но никогда ничего не забудет, а это значит, что никогда не возникнут романтические отношения между ними. Смогут ли они быть друзьями? Как знать…

        Дерек ехал по шоссе, машинально дожевывая гамбургер, совершенно не чувствуя вкуса, и снова и снова прокручивал в уме события дня.
        Он неоднократно представлял себе этот разговор, но и подумать не мог, что он состоится в машине, на парковке торгового центра, и у Линдси будет повреждена рука. И все-таки она его выслушала, причем не кричала и не плакала, хотя и почти ничего не сказала в ответ. Ни к какому решению они не пришли, и Дерек отнюдь не чувствовал себя лучше. А самое ужасное - нет, это не просто глупость, это клинический идиотизм,  - он и сам не знал, чего хочет. Ее понимания? Определенно. А еще надеется на прощение. И, черт возьми, несмотря на глас рассудка, безумно хочет ее. Да, он понимал, что в одну воду нельзя войти дважды и они никогда не вернутся к прежним отношениям, но все же рассчитывал на второй шанс.
        Да, они могут стать друзьями, но временами один только взгляд на нее казался столь мучительной пыткой, что Дерек даже сам себе не мог объяснить, зачем снова и снова подвергает себя такому испытанию. Он ясно осознавал: всю свою жизнь после Линдси ждал чего-то подобного тому, что было между ними, и, естественно, не дождался, потому что таких, как она, больше не было. Только одна женщина могла сделать его счастливым.
        Пусть теперь от нее не исходят те же флюиды, что в юности, но она осталась такой же любящей, сострадательной и чувственной, какой была восемь лет назад.
        Пытаясь сосредоточиться на дороге, Дерек начал читать дорожные указатели, потом попросил:
        - Напомни, на какой улице живет твоя сестра.
        Внимательно выслушав ее объяснения, он продолжил путь в молчании. Сжимая руль, он убеждал себя не требовать от нее ответа. Ему отчаянно хотелось знать, о чем она думает, и только железная воля - и нежелание попасть в аварию - помогли не поворачиваться поминутно к Линдси и не пытаться прочитать ее мысли. У нее всегда все было написано на лице: в юности она не умела или не желала скрывать свои чувства. Теперь, спустя восемь лет, глядя на нее, он сходил с ума. Как она прекрасна! Возможно, он никогда больше не увидит, как она, счастливая, хохочет, но в памяти тот образ сохранился навсегда. Дерек не лгал в больнице, когда сказал, что отдал бы все на свете только за одну ее улыбку, предназначенную ему.
        Спустя несколько минут они подъехали к дому. Дерек выключил зажигание и отстегнул ее ремень.
        - Посиди, я помогу тебе выйти.
        Пока он обходил машину, она уже открыла дверцу и пыталась выбраться, помогая себе здоровой рукой.
        - Я справилась сама.
        Ее упрямство все же не имеет границ.
        - Неужели ты не понимаешь, что мне приятно помогать тебе!  - воскликнул он возмущенно.
        Линдси не ответила, и он предположил, что ее удерживает от возвращения к заносчивой раздражительности только бесконечная усталость. Не надо было обладать особой проницательностью, чтобы это заметить.
        - Могу я тебя проводить?
        Она покачала головой.
        - Нет, пожалуйста, не надо. Я в порядке.
        Нисколько не удивившись, Дерек кивнул, достал из машины пакет с лекарствами и отдал ей.
        Линдси взяла и после паузы сказала:
        - Спасибо, что помог: отвез в больницу и вообще…
        - Не стоит благодарности. Мне очень жаль, что так случилось. Искренне жаль.
        Линдси пожала плечами и вздернула подбородок.
        - Все будет в порядке. Как всегда.
        Больше ничего не добавив, она повернулась и направилась к дому, поднялась по ступенькам и скрылась из виду. Дерек тихо выругался и вернулся в машину. Что за ужасный день! Он уже начинал думать, что Линдси права и им лучше держаться подальше друг от друга, только как это вынести? Нет, надо все-таки как-то наладить отношения. Между ними, конечно, много чего было, но ведь не только плохое - хорошее тоже было, много хорошего. Просто надо ей напомнить, как все было, прежде чем рухнуть в тартарары.
        В то время его личная жизнь была… В общем, не было никакой личной жизни, и он предпочел получить ученую степень по архитектуре - надо же было чем-то себя занять,  - чтобы заслужить одобрение отца. А это в свою очередь означало, что он отказался от мечты стать художником, автором комиксов, хотя это было страстью Дерека с детства. Отец лишил его этого увлечения: постоянно твердил, что ничего у него не получится, что рисунки его бездарны. Оглядываясь назад, он понимал, что, может, в чем-то он был и прав… хотя кто знает. Кроме того, теперь, когда сам стал отцом, он не мог даже представить, как взглянет в глаза сыну и заявит, что его мечта - ребячество и глупость.
        Их отношения с Лизой, начавшиеся еще в старших классах школы, в колледже стали постоянным источником неудовлетворенности. Еще год они виделись, но все реже, хотя полного разрыва не произошло. В сущности, это было лишь делом времени. Втайне Дерек надеялся, что Лиза сама его бросит, облегчив тем самым задачу, но время шло, а они оставались вместе - каждый по своим причинам, которые не имели ничего общего с любовью.
        А потом на его пути возникла Линдси.
        Впервые он заметил ее на лекции по современной архитектуре профессора Робертса. Она была новенькой, пришла впервые и заняла место в первом ряду. Многие студенты выбирали этот предмет, а Дерек тогда уже учился на последнем курсе и был личным помощником профессора Робертса. В тот день Дерек опоздал, поэтому прошел через кабинет профессора, смежный с аудиторией, и, не привлекая внимания, сел за стол, отведенный специально для него.
        Ему потребовались секунды, чтобы заметить новенькую. Сначала его внимание привлекли ее губы: пухлые и яркие,  - обхватившие карандаш. Девушка внимательно слушала профессора, явно стараясь не пропустить ни одного слова, и все записывала.
        Дерек не мог отвести от нее глаз, отлично понимая, что в любую минуту она может заметить это. И она действительно заметила его пристальный взгляд, но не скользнула по нему мельком глазами, как можно было ожидать, а уставилась в упор, словно хотела сказать: «Я чувствую, как ты на меня смотришь; прекрати, пожалуйста». Дерек улыбнулся в ответ, она ответила тем же и снова сконцентрировала внимание на лекции профессора. Только у нее ничего не вышло. Это было видно по тому, как она все время отвлекалась, вертела головой, ерзала, но больше на него ни разу так и не посмотрела. И он погиб. В течение двух долгих недель он не сводил с нее глаз на занятиях, и всякий раз, лишь только звенел звонок, она первой опрометью выбегала из аудитории.
        Поскольку ему никак не удавалось познакомиться с загадочной красавицей, он однажды оставил на ее столе лист бумаги с двумя картинками-комиксами. На одной был изображен мужчина, в «речевом облачке» которого значилось: «Привет, я Дерек»,  - а на другой картинке - женщина, очень похожая на нее, с чувственными губами, большими глазами и пышной шевелюрой. Ее «речевое облачко» было пустым.
        Оглядываясь назад, Дерек понимал, что это был не самый умный его поступок: ведь двадцать два не двенадцать,  - но тогда с удовольствием наблюдал, как она рассмотрела рисунки и на лице у нее появилась широкая улыбка. Она взяла карандаш и что-то написала.
        После занятий она снова выбежала из аудитории в первых рядах и скрылась, но на ее столе остался листок. Он сразу его забрал и увидел: «Привет, Дерек. Я Линдси».

        Глава 7

        Линдси разбудил детский плач, и она взглянула на часы: только семь утра, вставать еще рано. Острая боль в запястье напомнила, что накануне она повредила руку, а болеутоляющие таблетки не принимала уже почти двенадцать часов.
        Разумеется, ее мысли вернулись к вчерашним событиям: катание на санках, падение, больница Дерек. Линдси зажмурилась, понимая, что ее решимость тает, хотя бы потому, что он не сдастся и упорно идет к своей цели. Так было всегда.
        Ей все еще трудно было осознать реальность того, что узнала, того, о чем он рассказал. Следовало задать больше вопросов, но ей все еще очень трудно было примириться с тем, что он ее бросил из-за того, что его бывшая девушка забеременела, что он солгал.
        Линдси не давали покоя эти многочисленные «что?», «как?» и «если». Скажи он тогда правду, как бы она поступила? Смогла бы остаться с мужчиной, от которого должна вот-вот родить другая женщина? Как долго продлилась бы их взаимная страсть? Не исключено, что со временем один из них утратил бы интерес к другому. Или нет? Что, если она продолжила бы встречаться с мужчиной, отцом маленького ребенка?
        Больнее всего задевало то, что она никогда не узнает ответы на все эти вопросы, поскольку Дерек лишил ее права выбора из-за того, что недостаточно ей доверял. Даже если он был уверен, что поступает правильно, то должен был все ей объяснить. Она заслуживала знать правду тогда, а не сейчас, спустя восемь лет.
        Линдси окончательно проснулась. Рука болела невыносимо. Когда накануне она вернулась, сестры и зятя не было дома, и она сразу легла в кровать, измученная донельзя. Она хотела накрыть голову подушкой и еще немного поспать, но детский крик достиг немыслимых децибелов. Интересно, как такому маленькому существу удается издавать воистину оглушительные звуки. Правда, периодические минуты тишины свидетельствовали о том, что трехмесячной Иден Мэри Миллер все-таки иногда требовалось перевести дух.
        Застонав, Линдси скатилась с кровати, подняла с пола спортивные штаны, одной рукой осторожно натянула, а в коридоре едва не столкнулась с мужем сестры.
        - Ох, Линдси, слава богу! Сделай одолжение!  - Он кивнул в сторону своей спальни, одновременно поправляя галстук.  - Я катастрофически опаздываю. Иден не спала всю ночь.
        Линдси улыбнулась ему с максимальной приветливостью, на какую была способна в такую рань.
        - Никаких проблем. Где Мэл?
        - В душе,  - бросил он через плечо, даже не обернувшись. Забинтованную руку он не заметил, а настроения что-то объяснять у нее не было.  - Спасибо, Линдс. Увидимся позже.
        - Позже,  - проворчала Линдси и прошествовала в хозяйскую спальню.
        Иден была еще очень мала, поэтому ее колыбелька стояла рядом с кроватью родителей. Ребенок, красный от натуги, оглушительно вопил, и Линдси, прикинув, как сподручнее взять девочку на руки, предпочла наклониться и поднять ее снизу, как футбольный мяч. Не очень грациозно, зато надежно. Только теперь, с поврежденной левой рукой, она с удивлением обнаружила, что для выполнения обычных повседневных манипуляций эта рука используется чаще, чем кажется.
        Иден притихла и покрутила головкой в поисках ближайшего источника еды.
        - У меня ничего для тебя нет, юная леди, так что потерпи: мама сейчас придет.
        Линдси заглянула в колыбельку в поисках соски-пустышки, но та, вероятно, завалилась под одеяло. Чтобы ее найти, пришлось положить малышку на кровать сестры, что было непросто. Наконец она обнаружила соску и сунула малышке в ротик.
        - Возьми, моя хорошая.
        Иден поняла, что во рту что-то есть, и принялась яростно сосать. Прошло несколько секунд, она осознала, что резиновая соска не наполняет пустой желудок, и вот-вот должна была разразиться катастрофа. Тут Линдси услышала, что в ванной перестала течь вода, и крикнула:
        - Мэл, поторопись!
        - Я уже почти готова,  - ответила сестра через дверь.
        Линдси села на кровать и улыбнулась своей маленькой племяннице. Превращение в тетю стало одним из главных и самых лучших событий в ее жизни. Она втайне надеялась, что когда-нибудь у нее будут свои дети - возможно,  - а пока нянчилась с Иден и получала от этого большое удовольствие.
        Линдси жила у сестры временно и была безмерно благодарна им с мужем за терпение и щедрость: они не брали с нее долю арендной платы. Если все будет нормально с работой, она рассчитывала когда-нибудь приобрести собственное жилье - возможно, что-то вроде студии в одном из старых зданий делового центра Престона или любую другую небольшую квартирку. Это была ее мечта, и она намеревалась ее осуществить, отдавая себе отчет, что придется очень много работать. Рассчитывать ей не на кого. Она хотела иметь собственную небольшую фирму, которая занималась бы дизайном и реставрацией строительных объектов.
        А пока у нее имелся маленький интернет-магазин, где продавались мелкие вещицы вроде отреставрированных светильников и арматуры. Для более крупных вещей она использовала антикварный магазин в Уэст-Боттомс. Линдси и здесь мечтала о большем. Ей хотелось иметь собственную студию, где можно было бы встречаться с клиентами, и витрину в большом магазине. Вот почему для нее так важна была газетная статья, которая могла бы дать старт ее бизнесу.
        Дверь ванной распахнулась, и на пороге показалась Мэлони, окутанная клубами пара: на голове - тюрбан из полотенца, халат распахнут.
        - Мама уже здесь, крошка!  - Она уселась на кровать и взяла дочь на руки, чтобы покормить.
        Линдси не могла бы точно сказать, что именно чувствует, глядя на родную сестру, ставшую матерью: ревность, радость, гордость. Всю свою жизнь Мэлони была любимицей фортуны. Свою экзотическую красоту - кожу цвета миндаля, чуть раскосые темные глаза и роскошные каштановые волосы - она унаследовала от своей матери Гери. У самой Линдси черные волосы и сросшиеся брови были прощальным подарком от ее собственной матери, чистокровной итальянки, которая неожиданно исчезла, когда дочери было три года. Воск и пинцет помогли решить проблему бровей, а мать она так больше никогда и не увидела. Девочка осталась с беспокойным заполошным отцом, за которым ей приходилось следить больше, чем ему - за ней. Отца она любила больше всех на свете. Благодаря ему в ней тоже были некоторые черты Мэл: темные волосы и отличная фигура,  - однако всю жизнь она посматривала на старшую сестру с тайной завистью.
        Тем не менее детство Линдси прошло не без присутствия женщины. Гери иногда приглашала ее вместе с Мэл к себе на выходные и относилась к ней очень хорошо. Линдси обожала эти визиты. От Гери она узнала, каково это - быть гордой мексиканкой, сильной женщиной, и, даже став взрослой, не забыла эти уроки.
        Голос Мэл вернул ее к реальности.
        - Я даже не видела тебя вчера. Когда мы вернулись домой, ты уже спала.  - Она наконец взглянула на сестру, и глаза ее изумленно расширились.  - О господи! Что случилось с твоей рукой?
        Линдси рассеянно улыбнулась.
        - Ничего страшного: растяжение и разрыв связок.
        - Ты уверена? Шина - или как это называется - выглядит устрашающе. И где тебя угораздило?
        - Каталась на санях с горы.
        - Линдс! Больно?
        - Да, но у меня есть обезболивающее, так что терпеть можно.
        - Я даже не знала, что ты собираешься на гору.
        - Я и не собиралась, все произошло случайно: составила компанию Анне и Клэр.
        - Ты была в больнице?  - Голос Мэл был полон тревоги.
        - Да, мне сделали рентген, и, слава богу, перелома нет. Надо просто немного поносить эту штуку.
        - Как же ты будешь теперь работать?
        Линдси рассеянно погладила Иден по головке и поморщилась от боли.
        - Полагаю, будет не слишком удобно, но я справлюсь. Уверена.
        Только думала она при этом о другом. Накануне Дерек предложил ей свою помощь. Она поблагодарила, хотя не была уверена, что жаждет эту помощь принять. Должен же быть какой-то другой выход. Перспектива работать часами вместе с Дереком вовсе не радовала: наоборот, представлялась самым легким и быстрым способом сойти с ума.
        Мэл укоризненно покачала головой.
        - Ты должна была позвонить мне. Не могу поверить: сестра оказалась в больнице, а я ни сном ни духом.
        - Ничего страшного не произошло, да я и не так уж плохо себя чувствовала.
        Линдси не знала, стоит ли рассказывать сестре о Дереке. Мэл наверняка встревожится, учитывая, что восемь лет назад она была готова разбить его машину, забросать тухлыми яйцами дом и продать его личные данные всем желающим, готовым заплатить за это хотя бы цент. Узнав, что Дерек снова появился на сцене - в любом качестве,  - Мэлони не обрадуется. Эта сильная женщина никогда не позволяла мужчинам решать за нее или помыкать ею. Линдси всегда восхищалась силой и уверенностью сестры.
        Когда Дерек прекратил их отношения, Линдси сразу же рассказала об этом сестре. Теперь, оглядываясь назад, она признавала, что это было, вероятнее всего, ошибкой.
        «Выкинь его из головы!  - решительно заявила тогда Мэл.  - Этот ублюдок и твоего мизинца не стоит». И хоть старшая сестра всегда была на стороне Линдси, все же искренне недоумевала, почему она так сильно переживает. Ведь ясно, что он негодяй, да еще и слепой к тому же, а значит, нечего и слезы из-за него лить. Так было легко говорить сильной Мэлони, а Линдси чувствовала себя на ее фоне еще уязвимее и слабее.
        Мэл чуть пошевелилась, устраиваясь поудобнее, и малышка, выпустив сосок, тут же завопила. Мамаша моментально исправила ситуацию и, когда Иден опять зачмокала, подняла глаза на Линдси и нахмурилась.
        - Но ведь это не все, да? Случилось что-то еще?
        Она снова отвлеклась, чуть поменяв позу, и Линдси понадеялась, что вопрос был задан так, мимоходом, и сестра тотчас его забудет. Но не тут-то было. Усевшись, Мэлони подняла глаза.
        - Рассказывай давай.
        Что ж, это даже хорошо. Если уж учиться стоять за себя, то начать стоит прямо сейчас. Линдси не должна извиняться за то, что происходит в ее жизни, и не обязана ничего объяснять.
        - Ничего. Ничего особенного,  - не глядя на сестру, проговорила Линдси.
        Да, похоже, говорить легче, чем делать. Можно, конечно, солгать Мэл, но какой в этом смысл? Мэлони и Бретт тоже приглашены на свадьбу Анны, и она, безусловно, узнает Дерека. А самое главное, Линдси чувствовала, что ей необходим совет сестры.
        - Сестренка, я же вижу: с тобой что-то происходит. Поделись.
        Линдси вздохнула, но делать нечего.
        - Понимаешь… я не говорила тебе, но прошлой осенью столкнулась с Дереком Уолшем.
        Мэлони несколько секунд молчала, потом прищурилась.
        - Ты говоришь о маменькином сынке и мерзком ублюдке Дереке Уолше?
        - Да, о том самом, единственном и неповторимом.
        - А как понимать это «столкнулась»?
        - Ты знаешь Майка, жениха Анны? Так уж случилось, что они с Дереком лучшие друзья.
        - И ты сообщаешь мне об этом только сейчас?  - Удивительно, но в голосе сестры не было раздражения.  - Ты с ним разговаривала?
        Линдси заколебалась.
        - Значит, разговаривала.  - Мэлони протяжно вздохнула.  - Не могу поверить: ты мне ничего не сказала.
        - Прости, Мэл. Я думала, что это ничего не значит. Всеми силами старалась его избегать, но он не отступает. Все дело в том, что он тоже работает в доме Анны. Он подрядчик.
        У Мэл приоткрылся рот от удивления.
        - Линдс…
        - Знаю, знаю. Он вчера тоже был на горке, когда мы катались. Именно он и отвез меня в больницу, а потом привез домой.
        - Что?  - Мэл даже задохнулась от возмущения.  - Нет, ты сведешь меня с ума. Столько всего произошло, а я ни о чем не знаю?
        - Извини.  - Линдси пожала плечами - точнее, одним, здоровым.  - Впервые мы с ним увиделись прошлой осенью, когда ты была беременна и все твои мысли занимал будущий ребенок. Потом родилась Иден, и тебе было не до того. Я не жалуюсь: только хочу сказать, что это казалось мне неважным, поэтому и не стала рассказывать о встрече с Дереком. Я мечтала лишь об одном - забыть о нем и не отвлекать тебя по пустякам.
        - Боже, Линдси! Я всегда бы нашла время поговорить с тобой. Этот негодяй ведь едва не убил тебя!
        Линдси поморщилась, вспомнив о самом страшном периоде своей жизни, начавшемся после их разрыва. Конечно, Мэл ничего не забыла. Оно и понятно, ведь Линдси тогда была полностью разбита.
        - Знаешь, думаю, я просто не хотела говорить о нем. И думать. Но не получается. С упорством, достойным лучшего применения, он постоянно встречается у меня на пути. Везде.
        Мэлони вздохнула и опустила глаза на Иден, которая тихо посапывала засыпая.
        - Он был внимателен к тебе?
        - О да, сверх меры.
        И она не преувеличила, пусть вчера и поняла, что он не только подлец, бросивший ее, но еще и лжец. Новость о существовании Таннера она решила пока оставить при себе. Мэл, безусловно, начнет давать советы, что теперь ей следует делать и как на него реагировать, а ей хочется все решать самой.
        - Как я понимаю, он все еще увлечен тобой. Мне кажется, он из тех парней, для которых годы не помеха.
        Линдси улыбнулась. Именно такие разговоры с сестрой ей нравились больше всего. Конечно, она права: Дерек все еще увлечен,  - но Линдси не собиралась говорить об этом. При встрече она не могла не признать, что Дерек стал еще привлекательнее. Мэл права: годы ничуть его не испортили - скорее наоборот: тонкие морщинки, появившиеся в уголках глаз, сделали его сексуальнее, плечи стали шире, ноги - мощнее. Юноша за восемь лет превратился в мужчину.
        - Судя по выражению твоего лица, ответ - «да».
        Мэлони уложила Иден на пеленальный столик и затянула потуже пояс халата. Линдси, не дожидаясь просьбы, взяла влажные салфетки и подгузник и передала сестре.
        - На какой машине он ездит?  - спросила Мэл, осторожно снимая с Иден ползунки.
        Линдси знала, что ответ сестре не понравится.
        - У него довольно большой рабочий грузовичок. А когда я увидела его в первый раз, он был на «мерседесе». Вероятно, профессия архитектора позволяет не испытывать острого недостатка в средствах.
        Мэл закатила глаза.
        - Типичная картина. Но ты держи его в узде. Он уже однажды обидел тебя, а я ничего не сделала. Имей в виду, я обязательно припасу дюжину тухлых яиц и лом для его «мерседеса».
        - Я справлюсь, Мэл.
        Глаза сестры потеплели.
        - Уверена, что так и будет. Но такой уж у меня темперамент. Это ты у нас всегда уравновешенная и рассудительная. Возможно, даже хорошо, что так получилось. Теперь ты можешь выкинуть из головы все фантазии о нем. Ты своими глазами убедилась, что он всего лишь мужчина, ничем по большому счету не отличающийся от других. Он больше не владеет твоими эмоциями.
        Через некоторое время Линдси ушла в свою комнату. Она была благодарна сестре за любовь и поддержку, но хотела бы чувствовать себя такой рассудительной и уравновешенной, какой ее считает Мэлони. Линдси всей душой хотела быть сильной, но ей казалось, что возвращение Дерека в ее жизнь наглядно показало, как плохо ей жилось без него. А в одном Мэл определенно ошибалась: эмоции, касающиеся разрыва с Дереком, до сих пор держали ее в заложницах.
        Она очень боялась потерять себя - как это было тогда - и ненавидела за то, что много лет была наивной и позволяла людям видеть свою слабость. Новая Линдси заслуживала - и требовала - большего. Осталось только притворяться до тех пор, пока она сама в это не поверит.

        Днем Линдси поехала в северную часть Престона, завезла несколько мелких предметов в «Свит опал» для оформления и направилась в кондитерскую Калли, своей подруги и коллеги по блогу. Линдси хотелось выпить кофе - он у Калли был великолепный - и съесть булочку с корицей.
        Когда она переступила порог, над головой мелодично звякнул колокольчик, и сразу ее окутали восхитительные запахи ванили и корицы. Она глубоко вдохнула потрясающие ароматы, улыбнулась и села за боковой столик. Через несколько минут Калли принесла кофе и булочку и поставила перед ней на столик.
        - Не хочу показаться самоуверенной, но…
        - Все правильно! Я хотела именно это!
        Линдси взяла чашку и поднесла к губам, торопясь сделать первый глоток, но Калли остановила ее и воскликнула:
        - Я забыла, что ты теперь однорукая! Подожди минутку.
        Линдси с улыбкой увидела, как подруга подошла к стойке, где стояла кофеварка, и спросила через плечо:
        - Ваниль или корица?
        - Ваниль.
        Спустя минуту Калли поставила перед Линдси чашку с горячим кофе.
        - Анна мне все рассказала. Вот это поворот! И главное, там оказался не кто-нибудь, а именно Дерек! И, говорят, сильно переживал к тому же. Можно сказать, был сломлен.
        Линдси покачала головой.
        - Уж не знаю, был ли сломлен, но явно чувствовал себя не лучшим образом. Это был несчастный случай. В жизни всякое бывает.
        Разговор напомнил, что следует позвонить Анне. Они перекинулись несколькими словами, после того как Дерек высадил ее из машины: подруга хотела убедиться, что все в порядке,  - но Линдси едва помнила, о чем они говорили,  - слишком была измучена.
        - Как идет работа в доме?  - Голос Калли хоть и был спокоен, но Линдси почувствовала себя виноватой, поскольку не могла выполнить свою часть работы так, как планировалось.  - Буду рада помочь. Баскетбольный сезон подошел к концу, так что мои девочки практически свободны.
        Кроме кондитерской и ведения блога Калли еще тренировала местную танцевальную группу старшеклассниц. Ну истинный трудоголик! Линдси не представляла, как она все успевает да еще не забывает про своего бойфренда. Ну как, скажите, просить о помощи подругу, и так загруженную под завязку?
        - Ничего, я справлюсь.
        - Линдс, ты забыла: у тебя только одна рука,  - резонно возразила Калли и окинула подругу особым, свойственным только ей взглядом, в котором читалось: «Ты это что, всерьез?»  - Без помощи не обойтись.
        Линдси улыбнулась и покачала головой.
        - У тебя и так забот не перечесть и еще Беннет.
        Услышав имя своего бойфренда, Калли нахмурилась.
        - Да уж, этот парень не дает мне скучать.
        Линдси жестом остановила подругу.
        - Только без подробностей, пожалуйста. В любом случае у тебя и так дел полно, так что, уверяю, я справлюсь.
        - Жизнь порой действительно безумна,  - философски изрекла Калли.  - Но мы должны заботиться друг о друге.
        Она взяла со стола чашку и сделала глоток кофе. Подруги хорошо понимали друг друга, но Линдси волновал другой вопрос.
        - Ты, наверное, сочтешь меня безумной, но я намерена принять предложение о помощи от… Дерека.
        Калли поперхнулась и едва не выплюнула горячий кофе на Линдси, а отдышавшись, проговорила:
        - Я считала бы тебя безумной, если бы ты отказалась. Сломанная рука - знак судьбы.
        - Она не сломана.
        Калли отмахнулась, вероятно посчитав, что это несущественно.
        - Все равно: гипс же…
        - Это шина.
        Калли застонала.
        - Линдс, перестань упрямиться. И не надо бороться. Прими помощь Дерека. Я говорю это не потому, что не хочу помогать тебе сама: если надо, я полностью в твоем распоряжении,  - но… это может пойти тебе на пользу. Если даже не отношения, перемирие тоже хорошо. Анна и Майк будут рады, что вы достигли понимания, ну или еще чего. Они переживают из-за твоей неустроенности.
        Линдси вздохнула. До прихода в кондитерскую она точно знала, что, во-первых, примет предложение Дерека, а во-вторых, именно эти слова и услышит от подруги. Правда, ей хотелось поделиться с ней еще одной новостью.
        - Знаешь, он тогда порвал со мной из-за сына. Его жена, теперь уже бывшая, ждала ребенка.
        Глаза Калли округлились, непроизвольно она подалась вперед.
        - Боже мой, и ты узнала об этом только сейчас? Я думала, тебе известно, что у него сын. Мы же вроде говорили…
        - Да, про сына я знала, но думала, что сначала он порвал со мной, а потом женился и у него родился ребенок.
        Калли откинулась на спинку стула.
        - Если я правильно поняла, он встречался одновременно с тобой и с кем-то еще?
        Линдси покачала головой.
        - Нет, то есть он сказал, что нет. По его словам, встретив меня, он порвал прежние отношения.
        - Ты ему веришь?
        Верит ли она? Первое, что приходило на ум,  - да, причем непонятно почему. Что это, надежда? Или слепая вера? Трудно сказать, но ответ все равно один:
        - Да, я ему верю.
        Калли кивнула, обдумывая ситуацию.
        - Дерек не показался мне лжецом, но от мужчин можно ждать чего угодно.
        Линдси молча кивнула, и Калли продолжила.
        - Значит, узнав о ее беременности, он решил поступить благородно - жениться.
        - Да, но мне все равно хотелось бы, чтобы он мне тогда все объяснил.
        Калли взглянула на подругу с жалостью:
        - Радость моя, ничего бы не изменилось. Неужели ты думаешь, что, узнав правду, почувствовала бы себя лучше?
        - Нет, но все-таки это честнее.
        Линдси отпила глоток кофе из их теперь уже общей чашки.
        - Не буду спорить, но все мы склонны совершать глупости, когда находимся во власти эмоций. Порой просто следует сделать шаг навстречу и простить. Поверь, я знаю, о чем говорю.
        Линдси невесело хмыкнула.
        - Понимаю. Нет, я не собираюсь вступать с ним в отношения: этого определенно не будет,  - но хотелось бы избавиться от ненависти, тем более что скоро свадьба наших друзей, куда мы все приглашены. Думаю, как только закончатся работы по дому и свадебные торжества, мы почти не будем видеться. Ну разве что изредка…
        Калли покачала головой, вовсе не уверенная в этом.
        - Время покажет.

        Глава 8

        Дерек отвел телефонную трубку от уха, с тоской посмотрел на нее и вздохнул. Вот уже несколько минут он слушал занудный монолог Лизы о том, что у нее свои планы на те выходные, когда назначена свадьба Майка и Анны, и что Дерек может взять Таннера, но не водить на торжество.
        Доводы были совершенно нелепыми. Она пыталась его убедить, что присутствие на венчании непоправимо травмирует ребенка. Такую чушь она несла всегда, если переставала себя контролировать, если приходила в отчаяние. Тогда годилась любая тактика. Общаться было бы проще, пойми Дерек, чего она боится. Ведь он никогда не пытался забрать у нее сына: мальчику нужна мать,  - ему всего лишь хотелось, чтобы она не препятствовала их встречам.
        - Лиза, послушай.  - Дерек выпрямился и снова поднес трубку к уху.  - Я никогда ничего от тебя не требую, но женится мой лучший друг и, естественно, хочет видеть на свадьбе моего сына. Мальчик будет участвовать в церемонии - нести кольца. И будь я проклят, если скажу ему, что моя бывшая жена этого не позволила.
        Говорить так с Лизой было рискованно и, более того, опасно, и Дерек не сомневался, что за все это ему еще предстоит заплатить.
        - Хорошо,  - согласилась она наконец.  - Но когда речь зайдет о моей свадьбе, ты будешь мне должен.
        Установившееся ледяное молчание казалось осязаемым. Наконец, переварив услышанное, Дерек спокойно спросил:
        - И когда же произойдет это знаменательное событие?
        - Пока не знаю,  - надменным тоном, который всегда доводил Дерека до бешенства, произнесла Лиза.  - Возможно, этим летом. Я заслужила свое счастье. Ты, разумеется, так не думаешь, но это ничего не меняет. Мой избранник меня любит и не ущербен эмоционально.
        Дерек с трудом сдержал себя. В принципе он согласен с ней, кроме разве что последнего заявления, но сорваться себе не позволит, потому что именно этого она и ждет.
        Его очень удивило, что новость о ее скорой свадьбе вызвала такие эмоции. О ревности тут речь не шла, скорее это был страх, что она воспользуется такими переменами в жизни, чтобы ограничить его общение с Таннером, что другой мужчина займет его место в жизни сына. Одна лишь мысль об этом выводила Дерека из себя и наполняла гневом.
        - Лиза, я никогда не был эмоционально ущербным, и тебе это отлично известно,  - спокойно произнес Дерек и услышал в ответ ее возмущенное фырканье.  - Но ты права: ты заслуживаешь счастья с человеком, который будет тебя любить. И поскольку ты согласилась отпустить Таннера со мной, я с удовольствием приму твои предложения, когда речь пойдет о твоей свадьбе.
        Услышав тихий стук, Дерек повернулся к двери. На пороге стояла Линдси - самая красивая женщина на свете. Интересно, как много она слышала?
        - Лейн умный и терпеливый, любит нас обоих и хорошо относится к Таннеру.
        Дерек застыл: вот он, его самый страшный ночной кошмар. Другой мужчина намерен занять его место рядом с сыном. Он покосился на Линдси, но та внимательно рассматривала картину на стене - возможно, даже слишком внимательно. Смотреть на нее и слушать голос Лизы - пытка.
        Дерек стиснул зубы и наконец нашел в себе силы ответить.
        - Прекрасно. Значит, у нашего сына будет два положительных примера в жизни. Но, думаю, это мы обсудим позже.
        - Конечно,  - как-то слишком легко согласилась Лиза.
        Дерек чувствовал, что грядут неприятности, и очень скоро.
        - Пока, Лиза.
        Поднявшись из-за стола, он повернулся к Линдси. Ему не верилось, что это не мираж и не сон, что она действительно у него в офисе. Ее темные волосы свободно рассыпались по плечам. Красный свитер и выцветшие добела джинсы обтягивали стройное тело.
        - Сюрприз.  - Он взглядом указал на ее левую руку.  - Как себя чувствуешь?
        - Нормально. Пока шина на мне, я почти не чувствую боли.  - Она окинула взглядом комнату.  - Извини, что побеспокоила.
        - Не стоит извиняться. Я всегда рад тебя видеть.  - И это была чистая правда.
        - У тебя все в порядке?  - спросила она настороженно (очевидно, слышала достаточно, чтобы понять, с кем он разговаривал).
        - Да. В полном.
        Дерек проигнорировал вдруг возникшее желание поделиться с ней своими проблемами. Ему уже давно не с кем было поговорить. Да, есть Майк, лучший друг, который, безусловно, явился бы по первому зову, но даже с ним как-то неловко говорить о бывшей жене. А родителям он уже давно отвык доверять свои мысли.
        - Что привело тебя ко мне?
        - Ну… просто хотела поблагодарить.
        Линдси нервничала и не чувствовала уверенности в себе. Ему так хотелось подойти к ней и обнять, что пришлось до боли сжать кулаки в попытках сдержаться. Он должен заслужить ее доверие. Если не получится начать все с чистого листа, они могут стать друзьями… возможно. И он будет рад… наверное.
        - Впервые вижу тебя в костюме,  - констатировала Линдси, окинув его взглядом с ног до головы, но лучше бы этого не делала.
        Дерек засмеялся и опустил глаза на темно-синие слаксы, которые надел этим утром в комплекте с пиджаком.
        - Иногда приходится надевать: три раза в неделю. Зависит от рабочих планов.
        - Значит, многие здания в Канзас-Сити построены благодаря тебе?
        Она коснулась пушистого локона, упавшего на грудь, и Дерек никак не мог отвести глаз от ее тонких пальцев. Ногти хоть и были коротко подстрижены, но тщательно ухожены и покрыты светло-розовым лаком. В ней было красиво абсолютно все.
        - Ну, кое-где строительство еще продолжается, но недавно мы начали мой одиннадцатый большой проект - шестиэтажное здание многофункционального медицинского центра.
        - Впечатляет.
        Обыденность их разговора вызвала у него странные чувства.
        - И все-таки: почему ты здесь, Линдс?
        - Если хочешь, я уйду…
        - Нет-нет, совершенно не хочу. Просто я знаю, что не отношусь к твоим любимым героям, поэтому и не понимаю…
        - Ты же сам предложил мне помощь.
        Сказать, что Дерек был удивлен,  - значит не сказать ничего. Да, он определенно говорил, что она должна позволить ему помочь ей, и не однажды, если быть точным, но у него и в мыслях не было, что она согласится.
        - Это правда.  - Он обошел стол и сделал неуверенный шаг к ней.  - Правильно ли я понимаю: ты согласна принять мою помощь?
        Линдси пожала плечами:
        - Скажем так: я смирилась с мыслью, что мне придется принять твою помощь, поскольку не могу работать в полную силу, а нарушать график отделки дома Анны нет времени.
        Дерек не смог сдержать довольную ухмылку, особенно когда Линдси одарила его своим коронным взглядом «ты ублюдок», хотя вовсе так не думала. Она не стояла бы сейчас здесь, если бы ее мнение о нем и впрямь было таким. Понимание этого существенно улучшило его настроение, и он почти забыл о тяжелом разговоре с Лизой.
        - Если у тебя не пропало желание, мне действительно нужна помощь.
        - Не пропало, даже не сомневайся.
        - Но необходимо установить некоторые правила,  - поспешно добавила Линдси.
        Как интересно!
        - Хорошо. И какие же?
        Она откашлялась и воинственно заявила.
        - Во-первых, никакого флирта, чтобы не создавать проблем.
        - Но ведь флирт - стандартный режим функционирования для женщин. За собой я ничего подобного не замечал. Но в любом случае я в этом не заинтересован. Ладно, не вопрос. Следующее правило?
        - Никаких прикосновений.
        - Разве это не включено в первое правило?
        - Я всего лишь подстраховываюсь.
        - Понял!  - Дерек довольно подмигнул, но Линдси не выглядела веселой, поэтому он нарочито серьезно прикрыл рот рукой и нахмурился.  - Извини. Забыл о правиле первом.
        - Третье: никаких разговоров о прошлом.
        А вот это проблема.
        - Линдс, мы не можем двигаться дальше…
        Она протестующе подняла руку.
        - Пожалуйста! Сейчас все хорошо. Понимаешь? Мы разговариваем. Мы собираемся какое-то время вместе работать. Нет никакого смысла перекраивать по-новому старые события.
        Дерек шумно выдохнул и почесал затылок. Ему не нравились эти правила, категорически не нравились, но, видимо, придется согласиться.
        - Хорошо. Ты изложила свои правила, а теперь я перечислю свои.
        Брови Линдси удивленно взлетели на лоб.
        - У тебя они тоже есть?
        - Разумеется.  - Дерек гордо выпрямился и скрестил на груди руки.  - Правило первое: не флиртуй со мной.
        Линдси уперла здоровую руку в бок.
        - И что, по-твоему, ты сейчас делаешь?
        - Излагаю тебе свои правила. Обрати на них внимание, поскольку я говорю серьезно. Правило второе: не прикасайся ко мне.
        Судя по ошарашенной физиономии, Линдси была совершенно сбита с толку.
        - Ты в порядке, Дерек?
        - Абсолютно. И правило третье: ты должна позволить мне кое-что сказать о прошлом.
        Линдси сжала губы, в глазах появилась настороженность. Дерек не собирался прикасаться к ней, хотя желание было невыносимым, а просто сделал шаг вперед, чтобы быть к ней хоть чуть-чуть ближе.
        - Мне жаль, бесконечно жаль, что я причинил тебе боль, что недостаточно доверял, чтобы сказать правду. Поверь, мне действительно чертовски жаль.
        Дерек не сводил с нее горящих глаз, стараясь уловить малейшие оттенки чувств. Всегда, когда она нервничала или ощущала неловкость, ее глаза становились прозрачными и она машинально прикусывала губу или втягивала щеку. Так было и сейчас. Через несколько секунд она взяла себя в руки и все признаки нервозности исчезли.
        - Хорошо. Спасибо.  - Она сделала шаг к двери.  - Думаю, теперь мы можем приступить к работе. Так что до завтра, встречаемся в доме Анны?
        Как можно было предположить, она почти никак не отреагировала на его извинения. Ему, конечно, хотелось чего-то большего, чем два слова: возможно, чтобы она пробыла здесь подольше и они обсудили какие-то планы,  - трудно сказать. В общем, Дерек сделал над собой усилие и улыбнулся:
        - Да, конечно, давай около девяти.
        - Договорились. Девять часов - в самый раз: не слишком рано, но и не поздно.
        Их глаза встретились, Дереку показалось, что она хочет еще что-то сказать, и он вопросительно взглянул на нее, но так ничего и не дождался.
        - Пока, Дерек.
        - До завтра, Линдси.
        У него заныло сердце, когда она вышла. Ему хотелось остановить ее, попросить, чтобы выслушала, чтобы простила, чтобы дала еще один шанс, но нет. Он уже и так безмерно благодарен ей за то, что пришла,  - это огромный шаг вперед. Надо набраться терпения и ждать.
        В этот момент Дерек вдруг отчетливо понял, что никогда не сможет стать ее другом: ему этого будет мало,  - и ему отчаянно захотелось послать к черту все ее правила. Они оба заслуживают второго шанса. Однако более разумная и спокойная часть его существа гордилась Линдси: его девочка умеет за себя постоять.
        В любом случае он счастлив: проводить время с ней - об этом можно было только мечтать. И неважно, какими правилами придется руководствоваться. Вероятно, надо попытаться подойти к проблеме творчески и убедить Линдси, что правила иногда стоит нарушать.
        На следующее утро Дерек приехал на объект в восемь часов, чтобы, пока ее нет, проверить, как обстоят дела и что необходимо сделать в первую очередь. Перекинувшись парой слов с водопроводчиками, он направился к грузовичку за поясом с инструментами и, уже застегивая его, заметил въезжающий на парковку автомобиль Линдси. На часах было всего десять минут девятого. Это обстоятельство хоть и позабавило Дерека, но вызвало раздражение. Он подошел к ее машине, дождался, когда откроется водительская дверца, и сказал:
        - Что-то ты рано.
        - Да и ты, смотрю, тоже.
        - Но я-то подрядчик, а ты - отдельная бригада из одного человека да еще с одной рукой. Ты решила приехать сюда пораньше и поработать в одиночестве?
        - Во-первых, ты меня не нанимал, так что отчитываться перед тобой я не обязана. Во-вторых, мои планы не твое собачье дело.
        Она полезла в машину и, достав пластиковую чашку с крышкой: Дерек сразу узнал одноразовую посуду из кондитерской Калли,  - сунула ее ему в руки.
        - Я привезла тебе кофе, ублюдок.
        Таковым он себя немедленно и почувствовал, но все же взял чашку и схватил Линдси за руку раньше, чем она успела увернуться.
        - Эй, извини, я был не прав. Просто, увидев тебя на час раньше, я предположил, что ты решила работать без меня. Ты же слышала, что сказал доктор: надо соблюдать осторожность, иначе можно себе навредить.
        Линдси высвободила руку, и Дерек напрягся, ожидая, что она напомнит ему о правилах, но не дождался.
        - Я не ребенок, Дерек. Сказанное доктором слышала, так что в твоей заботе не нуждаюсь. Просто рано проснулась, вот и приехала пораньше. Хотя не понимаю, с какой стати я должна тебе что-то объяснять. Судя по всему, я была не в себе, когда обратилась к тебе за помощью.
        Дерек мысленно выругался, посмотрел в сторону дома, и двое рабочих, с интересом наблюдавших за ними, поспешно отвернулись.
        - Ты права: я превысил свои полномочия. Но я беспокоюсь, и с этим тебе придется смириться.
        - А тебе придется признать, что у тебя нет никаких прав командовать. Я делаю что хочу. И если мне взбредет в голову поиграть в бейсбол, я так и поступлю. Мы поняли друг друга?
        Дерек потрясенно кивнул. Сказать ему было нечего.
        Линдси снова полезла в машину, достала вторую чашку кофе, аккуратно вложила ее в пальцы левой руки и неловко потянулась за сумкой, лежавшей между передними сиденьями.
        - Позволь, я достану и помогу донести.
        Слава богу, она не стала спорить, и они вместе направились к дому.
        - Спасибо за кофе.
        - Не за что.
        В ее голосе все еще звучало раздражение, и Дерек мысленно выругался. Нельзя начинать с негативной ноты. Она рано встала, привезла ему кофе, а перед этим попросила о помощи, но он снова все испортил.
        Шагая к дому, краешком глаза он тайком рассматривал спутницу. Длинные волосы она собрала в хвост, открыв длинную грациозную шею. Как он любил ее ласкать! И лицо! И тело! Верхние пуговицы обтягивающей темно-зеленой рубашки, как всегда, были расстегнуты, и Дерек, опустив глаза, мог видеть соблазнительную ложбинку.
        В этот момент они подошли к крыльцу, и он благоразумно отстал, позволив ей идти чуть впереди. До него донесся ее запах, и пришлось сжать кулаки, чтобы не позволить себе прикоснуться к ней, схватить в объятия и поцелуями заставить забыть обо всем, что их разделяло.
        Линдси открыла дверь, и они вошли внутрь. Оказавшись в кухне, она поставила чашку на самодельный кухонный островок и повернулась к Дереку, давая понять, что готова к работе.
        - С чего начнем?  - спросил он.
        - Я хотела бы покрасить шкафчики. Нижние будут такого же цвета, как пол, а верхние немного светлее. Краска у меня в машине на заднем сиденье. Принесешь?
        - Конечно. Там открыто?
        Линдси кивнула, и он быстро направился к парковке. Открыв заднюю дверцу, Дерек застыл: детское кресло, для совсем маленького ребенка. Рядом были разбросаны игрушки, соски, салфетки. Это место явно предназначалось для мамы с ребенком. Но что-то здесь не так. Кто-нибудь обязательно сказал бы, будь у Линдси ребенок. Да она сама бы сказала. А если нет? Что ж, судьба порой подкидывает и не такие штучки.
        Дерек взял с сиденья коробку с краской, плечом захлопнул дверцу и поспешил в кухню. Линдси протирала поверхности, предназначенные для окраски, влажной тряпкой. Она лишь мельком взглянула на него и вернулась к работе.
        - У тебя есть ребенок?  - Он не мог сдержаться. Вопрос вырвался сам собой.
        Она усмехнулась, скрывая неловкость:
        - О нет.
        - А для кого же детское кресло?
        - Это для Иден, моей племянницы.
        У Дерека будто гора свалилась с плеч. Руки вдруг ослабли, и он был вынужден поставить коробку на пол, иначе рисковал ее уронить. Он и сам не мог объяснить, почему его так сильно расстроило это открытие, но - проклятье!  - ведь расстроился же. Причем огорчил его не сам факт наличия ребенка, а то, что Линдси была с кем-то близка.
        - Я не знал, что у тебя есть племянница.
        - А откуда ты мог узнать? Я же ничего не говорила.  - Линдси снова начала энергично протирать шкафчики.
        - Сколько ей?  - Дерек принялся выгружать из коробки банки.
        Линдси очень хорошо подобрала материалы: явно занималась этим раньше и знала свое дело.
        - Ей почти четыре месяца. Она и есть причина, по которой я так рано встала. Прошлой ночью она просыпалась каждые пару часов и поднимала крик: похоже, зубки. А поскольку эта комната рядом с моей… ну, ты понимаешь.
        Линдси работала спиной к нему, но по тому, как смягчился ее голос, Дерек понял, что она улыбнулась.
        - С младенцами тяжело. Помню, когда родился Таннер, я мечтал только об одном - полноценном шестичасовом сне. Думаю, ему было около полугода, когда он наконец перестал просыпаться ночью. Мы так выматывались, что засыпали, оставив его на своей кровати.
        Линдси словно застыла: рука ее замерла на дверце шкафчика.
        Проклятье! Ну кто его тянул за язык!
        - Извини, я не подумал…
        - Не за что извиняться.  - Она быстро вернулась к работе.  - Я понимаю: у тебя сохранились самые теплые воспоминания о том периоде жизни.
        Ну почему ему никто не заткнет рот! Впрочем, он не сильно сожалел о сказанном. Рождение Таннера было для него самым радостным событием, но пока он мог бы оставить подобные комментарии при себе. Наверняка Линдси считает, что он оставил ее, чтобы жениться и обрести благословенное счастье с Лизой.
        Ничего не могло быть дальше от истины, чем это умозаключение. Да, он пытался. Поначалу он искренне хотел сделать Лизу счастливой. Когда Таннеру было два года, они даже стали подумывать о втором ребенке. Дерек надеялся, что запланированная беременность - что перевернула бы их мир с ног на голову - поможет им стать настоящей счастливой семьей, но истина заключалась в том, что они с Лизой были совершенно несовместимы и никакой ребенок не мог этого исправить. В конце концов они даже перестали спать в одной постели, и существовавшее между ними хрупкое подобие дружбы рухнуло, превратившись в злость и неприязнь.
        - Ты давно живешь с сестрой?  - решил он сменить тему.
        - Около месяца. Это временно.
        Линдси перешла к следующему шкафчику.
        - До каких пор?
        - Пока не найду другое жилье.
        В ее голосе Дерек явно услышал раздражение и благоразумно решил не развивать эту тему. В конце концов, всю необходимую информацию он сможет получить от Майка.
        - Ладно. Что я должен делать?
        Линдси отложила тряпку и повернулась к нему.
        - Там в коробке есть еще одна тряпка. Мы протрем все поверхности, потом обработаем пылесосом с соответствующей насадкой и покрасим.
        Она кивнула на пылесос в углу, и Дерек взялся за дело: нашел в коробке маленькое полотенце, намочил и принялся энергично оттирать следующий шкафчик. Через несколько минут он оглянулся на Линдси и увидел, что она наблюдает за ним. Когда их глаза встретились, она неуверенно улыбнулась и отвернулась.
        Это напомнило ему о многочисленных взглядах украдкой, оставшихся в прошлом. Дерек очень долго подавлял любые мысли об этой женщине, в основном потому, что они были бесполезны. Он потерял ее и все, что они находили друг в друге: беззаботный смех, поцелуи тайком, а потом и обжигающую всепоглощающую страсть, с которой он не сталкивался ни до Линдси, ни после. До сегодняшнего дня. Они не вернулись в прошлое - это невозможно: оба стали совершенно другими,  - но Дерек был исполнен решимости взять все, что сможет.

        Глава 9

        В понедельник утром небо оказалось ясным, а воздух - чистым и прозрачным. Подобное нередко встречается на Среднем Западе - тебе необходимы то зимние сапоги, то шлепанцы. В такое прекрасное утро хочется выйти на улицу и вдоволь погреться на солнышке. Именно этим Линдси и планировала заняться.
        У Дерека была работа в городе, поэтому Линдси вытащила креслице Иден на террасу, уложила в него малышку и сбегала в кухню за кофе. Потом, включив музыкальную игрушку, чтобы на какое-то время занять племянницу, она удобно устроилась на стуле. Запястье под шиной отчаянно чесалось, поэтому руку она положила на прохладное стекло столика, а лицо подставила теплому солнышку.
        Ощущения были восхитительные - солнце пригревало, дул легкий ласковый ветерок, пели птицы, вторя музыкальной игрушке. Линдси улыбнулась. Неделя выдалась очень беспокойной: она переживала из-за того, что боялась не успеть выполнить всю работу в доме Анны к сроку и никак не могла разобраться со своими эмоциями.
        Большую часть недели они работали вместе: во вторник занимались нижними шкафчиками, в четверг покрывали лаком верхние, в пятницу циклевали полы, а на завтра было намечено покрыть их лаком. Линдси чувствовала все нарастающее беспокойство, потому что начинала ждать встречи с Дереком. Это опасно. Как говорится, плавали - знаем. Все это уже было. Сначала ей было приятно его внимание, доставлял удовольствие флирт. Потом она стала испытывать более сильные чувства, а закончилось все разбитым сердцем. Пережить нечто подобное еще раз она не желала. Привыкнув быть честной с собой, Линдси не могла не признать, что Дерек все чаще нарушал правило первое, а она не возражала.
        Решив, что ей есть о чем подумать, кроме Дерека, Линдси выпрямилась, отпила кофе и открыла журнал, посвященный ремеслам. Она любила такие просматривать: оттуда можно было и новые идеи почерпнуть, и с модными тенденциями ознакомиться. Если бы не любимое занятие, она, вероятно, давно бы сошла с ума. Из работы она черпала спокойствие и удовлетворение. Жаль только, что никак не улучшалось ее материальное положение.
        Линдси медленно переворачивала страницы, делала заметки. Пока она как-то сводила концы с концами, но долго это не продлится. Чтобы иметь стабильный доход, нужны деньги - начальный капитал. Исходные материалы были далеко не дешевыми. Конечно, ей приходилось иногда рыться в мусоре на свалках, но чаще она все-таки приобретала вещи на гаражных распродажах и в лавках старьевщиков. Ей надо развиваться. Если бы отец вернул деньги, которые одолжил в прошлом году, ее финансовые перспективы были бы намного благоприятнее, но на это вряд ли стоит рассчитывать. У отца, кроме нее, никого нет, поэтому она не жалела, что помогла ему. Все равно пора уже начинать строить планы на будущее.
        Иден забеспокоилась, и Линдси наклонилась к племяннице.
        - Эй, красотка, что случилось? Потеряла пустышку?
        Линдси сунула в маленький ротик соску и снова завела музыкальную игрушку, а обнаружив, что подпевает незатейливой мелодии, улыбнулась.
        Зазвонил телефон. Взглянув на экран, она увидела номер Калли и жизнерадостно воскликнула:
        - Хей!
        - Хей - это, насколько мне известно, старинный танец,  - сообщила Калли.
        - Ха-ха.
        Линдси была счастлива за подругу. Несколько месяцев назад она начала встречаться с тренером из местной школы и была безумно влюблена.
        - Я еду в центр: нужно приобрести кое-что для кондитерской,  - и вот хочу узнать, нет ли у тебя желания встретиться где-нибудь и перекусить?
        - Я бы с удовольствием, но сегодня осталась за няньку - сижу с Иден. Мэл отлучилась по делам.
        - Так ничего страшного. Бери ее с собой. Нам необходимо обсудить девичник Анны.
        - Весьма заманчиво, но подожди-ка минутку…  - Линдси сделала паузу, с любовью взглянула на спящую племянницу и сказала:  - Иден говорит, что согласна, но за порцию тайской лапши.
        Калли рассмеялась.
        - Всего четыре месяца, а уже умеет извлекать выгоду из любой ситуации. Наш человек. Может, заехать за вами?
        - Давай лучше встретимся в городе. Я уже установила в машине детское кресло. В одиннадцать?
        - Договорились. До встречи.
        Двумя часами позже Линдси вошла в магазин Лулу, снабжавший кафе и рестораны. Автомобильное кресло со спящей Иден висело у нее на здоровом плече. Калли помахала ей из дальней кабинки. Подруги аккуратно установили кресло на два сдвинутых стула и сели за стол.
        - Какая она крошечная!  - Калли улыбнулась и понизила голос.  - Расскажи, как у тебя дела с мистером Уолшем.
        - Все хорошо. Оказывается, здорово, когда тебе помогают. Мы нашли общий язык.
        - Теперь это так называется? Ты с ним целовалась?
        - Боже правый, конечно же, нет!
        Калли засмеялась.
        - Ладно-ладно. От вас чего угодно можно ждать. Когда вы в одной комнате, между вами искры летят: того и гляди что-нибудь вспыхнет.
        У Линдси не было времени обдумать сказанное, потому что подошла официантка. Девушки заказали салат из крабов, куриную тайскую лапшу и зеленый чай.
        - Итак, внимательно слушаю,  - потребовала Калли, как только официантка отошла.
        - А я что-то обещала рассказать?
        - Даже начала.
        - Вовсе нет.  - Линдси улыбнулась.  - Честное слово, и рассказывать-то нечего. Думаю, мы пришли к некоему подобию понимания. Между нами установились дружеские отношения: так проще работать вместе.
        - Ты же знаешь: он хочет большего,  - сказала Калли.
        Линдси нахмурилась.
        - Ты не можешь это утверждать с полной уверенностью, да и я не думаю, что это так. Он чувствует свою вину из-за того, что произошло восемь лет назад. Вот и все. Ему нужно знать, что я все оставила в прошлом и больше не сержусь. Возможно, когда-нибудь так и будет, не знаю.
        - Вы говорили о прошлом?
        - Немного. Думаю, мы оба понимаем, что нет смысла толочь воду в ступе. Все равно ничего в прошлом изменить нельзя.
        - Понимаю. Ты простила его?
        Линдси задумалась.
        - Не знаю. Не уверена. Понимаешь, мне все еще больно, но… Наверное, я поняла, что все это было очень давно и таить злость нет никакого смысла.
        Калли сочувственно вздохнула.
        - Мне очень жаль, что тебе пришлось так много пережить. Жаль, что тогда мы еще не были подругами. Думаю, я нашла бы, что ему сказать.
        - Охотно верю,  - засмеялась Линдси.
        Иден заворочалась, вероятно, тоже не прочь перекусить. Линдси достала из сумки бутылочку и начала отстегивать малышку от кресла.
        - Можно я покормлю ее?  - попросила Калли, с умилением глядя на малышку.
        - Конечно.
        Линдси переложила племянницу на колени к подруге, и та тут же принялась ворковать:
        - Боже мой! Какая же ты крохотная! А красавица какая! Пожалуй, заберу тебя с собой!
        Калли чмокнула Иден в макушку, но малышка скривилась и не оценила ласку. Тогда Линдси передала подруге бутылочку и вернулась к еде.
        - Я все тебе рассказала. А теперь скажи, когда ты решишься завести своего карапуза.
        - Тише ты!  - прошептала Калли, чтобы не мешать малышке.  - Я еще не готова, хотя эта прелесть способна кого угодно заставить передумать.
        Линдси довольно хихикнула, потому что знала, что имеет в виду подруга. Достаточно лишь взять Иден на руки, и чувствуешь необыкновенную нежность и умиление. Она испытала это на себе. Разница лишь в том, что у Калли есть партнер, с которым, Линдси уверена в этом, подруга намерена прожить до конца своих дней. Она не была близко знакома с Беннетом, но видела, как он смотрел на Калли, и понимала, что они созданы друг для друга. И отцом Беннет будет замечательным. Представив подругу с выводком малышей, Линдси рассмеялась, и Калли спросила:
        - Ну и что здесь смешного?
        - Представила тебя в окружении многочисленного потомства.
        - Только не вздумай сказать то же самое в присутствии Беннета. Он и так уже заявил мне, что первого сына мы назовем Робертом, в честь его первого тренера.
        - Роберт?  - воскликнула Линдси.  - Не знаю, как насчет Роберта, но маленький мальчик по имени Бобби - это очень здорово. Крошка Бобби Кларк!
        - Здорово,  - согласилась Калли.  - Так и назовем!
        Они посмеялись и, пока Иден с аппетитом поглощала ленч, начали обсуждать девичник Анны. Они устроили для подруги вечеринку с подарками еще в январе, и она получилась на удивление удачной. Это было нелегко, поскольку именно этим Анна зарабатывала себе на жизнь, но ей понравилось, и она наслаждалась каждой минутой.
        - Если та вечеринка была прощанием с девичеством, то эта, я полагаю, должна стать развлечением для взрослой женщины, может, даже слегка безумным. Как тебе идея?  - спросила Калли.
        - Забавно…  - осторожно сказала Линдси, как всегда немного стушевавшись от соображений подруги по поводу организации свободного времени.
        Калли любила зажигать, а Линдси очень редко ходила в клубы и вообще не жаловала подобные развлечения. Впрочем, девичник устраивается не для нее.
        - У тебя уже есть какие-то конкретные задумки?
        - Как ты смотришь на совместный мальчишник и девичник?
        - Очень интересно…  - протянула Линдси и тут же запаниковала: девичник - значит, на всю ночь, совместный - значит, с мужчинами, и определенно с Дереком.  - И где ты планируешь это устроить?
        - Одна из моих постоянных покупательниц работает в новом казино в Мейвилле. Я спрошу, сможет ли она организовать для нас помещение. Думаю, мы сумеем договориться. Что ты об этом думаешь? Близко, все включено, можно пить и ни о чем не думать. Там есть клуб, игровые автоматы, еда, бассейны.  - Калли смотрела на подругу с надеждой.
        - В перспективе неплохо. Кого пригласим?
        - Разумеется, Анну и Майка, Беннета. Возможно, Брук и Алекса. Конечно, Эрика и того, с кем он сейчас встречается. А еще Эмму, если освободится. Ну и Дерека.
        - Получается, что вместо совместной вечеринки ты хочешь создать пары.
        - Нет! Я же сказала: будет Эмма. И потом, ты с Дереком можешь не общаться, если не захочешь. Но мне кажется, ты вовсе не против. Вы уже привыкли друг к другу.
        - Даже если мы привыкли работать вместе, на ночь вы все разойдетесь парами по своим комнатам, и ситуация будет неловкой.
        Линдси не хотелось этого признавать, но она не могла позволить себе снять отдельный номер.
        - Не будет никакой неловкости. Если хочешь, Дерек может поселиться с Майком, а мы, девочки, будем вместе.
        - О да. Это предложение особенно понравится твоему бойфренду,  - съязвила Линдси.
        - Согласна,  - хмыкнула Калли,  - не обрадуется. Но даже если всем нашим мужчинам потребуется холодный душ на ночь, им придется это пережить. Линдси, я не хочу, чтобы ты из-за этого беспокоилась. Мы все там будем и поступим так, как захотим.
        Придется согласиться. А как же иначе? При этом она даже самой себе боялась признаться, что ей может понравиться планируемое мероприятие. Что ж, а если в конце вечеринки ей придется в одиночестве ехать домой, так тому и быть.
        - Ладно, ты права: идея действительно хорошая.
        Калли просияла:
        - Замечательно! Обещаю, вечеринка будет супер.
        - Не сомневаюсь. И с нетерпением жду.
        Калли достала смартфон и открыла страничку с календарем.
        - Так и запишем.
        Линдси тоже достала из сумки ежедневник и карандаш: предпочитала вести записи по старинке. Подруги согласовали дату, и каждая сделала у себя соответствующие пометки.
        - Я не обговорила дату с остальными, но вряд ли возникнут какие-то проблемы. Конечно, у Анны есть Клэр, а у Дерека - Таннер, но, думаю, мы что-нибудь придумаем.
        Линдси кивнула и допила чай. Придется смириться с тем, что Дерек снова стал частью ее жизни, и ее задача на сей раз удержать ситуацию под контролем.

        Линдси выпрямилась и тыльной стороной ладони убрала прядь, упавшую на лицо. Руки были заляпаны краской, все тело ныло, но пол в кухне они наконец закончили. Совместная работа принесла видимые плоды.
        Оглянувшись и увидев Дерека, она засмеялась. Краска была у него везде - на руках, лице и даже в волосах.
        - Что?
        - Ты немножко грязный. Больше ничего.
        - Я надеялся тебе таким понравиться,  - подмигнул ей Дерек.
        Линдси закатила глаза.
        - Правило первое.
        - Да ладно тебе,  - засмеялся Дерек.  - Это просто шутка. Когда я начну флиртовать с тобой, малышка, ты об этом узнаешь первой.
        Линдси покачала головой. Этот мужчина медленно, но верно продвигался к своей цели - испытывал на ней мощную силу своего очарования.
        Они часто в процессе работы разговаривали, но в основном на безопасные темы - об Анне и Майке, кино, доме. Несколько раз она ловила себя на том, что собирается сказать: «А помнишь, как когда-то…» Ей определенно не нужно совместное путешествие по волнам памяти. Не зря же она сама ввела эту тему в разряд запретных.
        Линдси положила кисть, нашла бутылку с водой и с жадностью припала к ней. Было уже почти пять часов, а значит, пора отмываться от краски и приводить себя в порядок. Она не знала, какие у Дерека планы на вечер, и не собиралась спрашивать, но в них определенно не входила работа до поздней ночи.
        Дерек вышел из кухни, проследовал через холл в ванную и завопил оттуда:
        - Бог мой, а ты, оказывается, не пошутила. Я весь в краске.
        Линдси тихонько хихикнула и оглядела полностью законченный пол кухни. Они сегодня хорошо поработали. Особенно Дерек. Ее возможности красить пол были ограниченными, поскольку она не могла наклониться и опереться на больную руку. Ей приходилось становиться на колени, наклоняться немного вбок и делать кисточкой маленькие мазки. А Дерек работал как автомат и вроде бы совершенно не уставал. Линдси призналась себе, что украдкой посматривала… несколько раз… на его ягодицы. А какая нормальная женщина могла бы удержаться?
        Звякнул дверной звонок. Линдси удивилась, поскольку они никого не ждали. Возможно, Анна и Майк приехали посмотреть, как идут дела. Если да, то обрадуются. Прогресс очевиден.
        - Я открою,  - крикнул Дерек.
        Она слышала, как он прошел к двери и заговорил с визитером. Второй голос тоже был мужской. Дерек вернулся не сразу, и Линдси, заподозрив неладное, осторожно встала, вышла из кухни, стараясь не наступить на свежую краску, и едва не столкнулась с ним. В руках он держал большую пиццу и упаковку пива.
        - Ты голодная? Надеюсь, да, потому что еда уже здесь.
        - Не следовало ничего заказывать. Уже почти пять. Я думала, ты торопишься домой или у тебя есть планы на вечер.
        Дерек на всякий случай отступил на шаг назад.
        - Сейчас мои планы связаны только с тобой. Сегодня вечером собираешься куда-нибудь?
        - Нет.
        Линдси почувствовала себя виноватой, потому что была уверена: он закончит работу и уйдет. А он вроде бы никуда не спешил. Почему она всегда ждет от него худшего? Она взглянула на коробку с пиццей.
        - Это из «Пай-Миа»?
        - Да,  - ухмыльнулся Дерек и поставил коробку с пиццей и пиво на пол рядом со сложенным одеялом, которого она раньше не замечала.  - Надеюсь, ты не возражаешь против пикника? Мы весь день ползали по полу, так что не привыкать.
        Линдси не смогла сдержать улыбку. Дерек расстелил одеяло в столовой на полу, протянул ей руку и помог сесть, а потом и сам расположился рядом.
        - Какую пиццу заказал? Ты что, спланировал это заранее?
        - Слишком много вопросов. Отвечу на первый. Разведка донесла, что больше всего ты любишь пиццу из «Пай-Миа».
        Усмехнувшись, он открыл коробку и повернул так, чтобы Линдси увидела содержимое. Она восторженно ахнула: козий сыр, цыпленок и карамелизованный лук. Именно такую пиццу она и ее подруги любили больше всего.
        - Это моя любимая!
        Дерек улыбнулся.
        - Рад, что сумел угодить тебе. Должен признаться, до сих пор не могу поверить, что заказал пиццу с козьим сыром.
        - Это очень вкусно! Ты должен попробовать!  - воскликнула Линдси.
        - Ну не знаю…  - с сомнением протянул Дерек и засмеялся.
        - А вот твоя любимая пицца, как я вижу,  - прямой путь к подагре.
        Одна половина пиццы была такой, как любит Линдси, а вторая содержала ассорти из всех мыслимых видов мяса, прикрытых полосками бекона.
        - Зато я умру счастливым. Хорошая пицца, хорошая компания, и все это после хороших дневных трудов.
        Дерек протянул ей открытую бутылку пива, потом взял себе, и они чокнулись.
        - За больную поясницу!  - произнесла тост Линдси и отсалютовала бутылкой.
        - А еще за больные колени.
        - На тебе были наколенники!  - возмутилась Линдси и взяла кусочек пиццы.
        - Малышка, никакие наколенники не помогут, если простоять на коленях шесть часов. Тем более в моем возрасте.
        Линдси сразу перестала жевать, неожиданно почувствовав тревогу. Дерек очень активно работал в течение последних дней, хотя и не должен был: это не его дело.
        Подрядчик нанимает рабочих, дает задание, а потом проверяет выполнение. А он мало того что работал вместе с ней, так еще и отвлекался от более важных дел на других объектах.
        Дерек, вероятно, ощутив ее беспокойство, подался к ней и заглянул в глаза.
        - Линдс, не волнуйся. Я готов сделать то же самое еще раз, и еще, если понадобится. Для тебя. Ты меня понимаешь?
        Она кивнула.
        - А теперь ешь.
        Некоторое время они молча жевали, потом Дерек отряхнул крошки с ладоней и откинулся назад, опершись на руки.
        - Расскажи, как ты оказалась связанной с этим блогом.
        - Вести его начала Анна, очень давно: думаю, тебе это известно,  - потом пригласила Калли. Та размещала там кулинарные рецепты и все такое. С Анной мы встретились на открытии маленького магазина товаров народных промыслов. Я пришла туда, потому что мне нравятся причудливые вещи, сделанные своими руками. Оказалось, что и ей тоже нравятся. Мы разговорились, начали переписываться. Я следила за ее блогом, она - за моим разделом на «Этси шоп». Со временем она предложила мне участвовать в блоге.
        - Что такое «Этси шоп»?
        - Это онлайн-магазин, где можно купить самодельные и винтажные товары. Я нахожу старые вещи, реставрирую, приспосабливаю для использования, а потом продаю.
        - Иными словами, что для одного мусор, для другого сокровище?
        - Что-то вроде. Оригинальное замечание, но мне кажется… скорее, я нахожу для старой вещи новый способ быть полезной. Вот, например, сломанную лестницу можно превратить в подставку для лампы.
        - Ты и такое делала?
        - Да. В основном я и занимаюсь чем-то подобным.
        Линдси достала из кармана смартфон и открыла приложение «Этси». За несколько прошедших дней она научилась очень ловко печатать одной рукой. Подвинувшись к Дереку, он повернула к нему экран.
        - Вот смотри.
        Дерек потянулся к ней, взглянул на экран и, заинтересовавшись, взял телефон и принялся перелистывать фотографии.
        - А это что? Держатель для драгоценностей?
        Линдси рассмеялась.
        - В общем, да. Я сделала его из старого дерева - недалеко от нашего дома разобрали амбар,  - мелкоячеистой проволочной сетки и случайно найденных на свалке старых кованых кронштейнов. В этом году я продала штук двадцать подобных вещиц. Также я иногда выполняю отдельные заказы по дизайну интерьеров, но давать новую жизнь старым вещам - мое главное занятие.
        - Значит, ты постоянная клиентка гаражных распродаж?
        - Да, а что здесь такого?
        - Великолепно! Линдси Моралес - профессиональная старьевщица и собирательница хлама.
        - Называй как хочешь,  - пожала плечами Линдси, совершенно не обидевшись.
        Дерек продолжил просматривать фотографии.
        - Надо же! Каминная доска, книжные полки, подставки для ламп.  - Он еще несколько секунд листал страницы, потом поднял глаза.  - Знаешь, Линдс, я впечатлен, но вовсе не удивлен.
        Его слова доставили ей удовольствие, причем значительно большее, чем ей хотелось бы. Она чувствовала себя настолько легко и свободно, что даже на всякий случай отодвинулась, чтобы не совершить какой-нибудь глупости. Ей показалось, что в его глазах мелькнуло разочарование. Впрочем, полной уверенности у нее не было.
        - Спасибо.
        - Где ты этим занимаешься?
        - То здесь, то там… Где придется. Сейчас у меня нет места для работы, потому что я живу с Мэл и Бреттом. Многоквартирные жилые дома не слишком хорошо приспособлены для занятия ремеслами. Но мелкие работы я выполняю. Неприятно, когда хочешь работать, а негде.
        - А как ты представляешь себе идеальное место для работы?
        - Просторно. Много свежего воздуха. Помещение для складирования. Мастерская.
        Дерек кивнул.
        - Иными словами, тебе нужна студия.
        - Студия - это, конечно, хорошо, но дорого. К тому же более крупные предметы - мебель, например,  - тяжело носить вверх-вниз по лестнице. Честно говоря, я предпочла бы гараж.
        - Ты и мебелью занимаешься?  - удивился Дерек.
        - Да. Собираюсь продемонстрировать свое умение на кухонном островке в доме Анны. Это будет сюрприз.
        - Понятно.
        - Уже несколько недель я ищу подходящую мебель. Мне нужно что-то старое, чтобы можно было покрасить в нашей цветовой гамме: возможно, в цвет раздавленной клюквы или, например, бирюзы. Пока не решила. А сверху я хочу поставить толстую столешницу - как прилавок мясника.
        - Интересно.
        - Я делала такое и раньше. У меня есть маленькая витрина в Уэст-Боттомс. Вообще-то на этой неделе - первая пятница месяца, и я рассчитывала съездить туда и заодно поискать что-нибудь подходящее.
        Каждые первые выходные месяца ее любимый район, где можно было заключить лучшие сделки и найти уникальные вещи - Уэст-Боттомс,  - наполнялся антикварными киосками и лавками. Творческая энергия била там ключом, и Линдси никогда не пропускала эти дни. Ее витрина располагалась в большом торговом пространстве, где снимали площади самые разные ремесленники. Линдси не сомневалась, что найдет там нужные составляющие для кухонного островка Анны.
        Дерек потянулся за пивом.
        - Значит, в пятницу? Тебе, случайно, не нужно компания? Я хотел бы посмотреть другие твои работы.
        Линдси замерла, не зная, что сказать, потому что не могла игнорировать внезапно пробудившийся внутренний голос, настойчиво повторявший: «Это уже слишком, так не должно быть»,  - но другая часть ее существа - та, которую следует всегда держать в узде,  - разволновалась и обрадовалась возможности провести с Дереком целый день в одном из своих самых любимых мест, показать работы. Она знала, что у них разные вкусы: Дерек предпочитал современный стиль и чистые линии,  - но всегда о ее работах отзывался тепло.
        - Ты же знаешь, у меня есть грузовичок,  - заметив ее сомнения, сказал Дерек.
        Линдси улыбнулась.
        - Хорошо, можем поехать вместе. Обычно мне приходится кого-то нанимать: вещи-то тяжелые.
        Его предложение было как нельзя кстати: дополнительные расходы совершенно не вписывались в ее бюджет. Анна, конечно, заплатила ей, но этой суммы хватит ненадолго. И хотя Анна и Майк оплачивали все материалы, Линдси хотелось, чтобы хозяева увидели дом в полной готовности, поэтому кое-что приходилось покупать за свой счет.
        Дерек ухмыльнулся.
        - Вот видишь, оказывается, и я на что-то гожусь.
        - Но учти, я обычно выезжаю рано.
        Он пожал плечами.
        - Никаких проблем. Я за тобой заеду, а завтрак можем захватить с собой.
        - Завтрак? Зачем? Можно ведь поесть и дома. Не надо превращать наше общение в… отношения.
        - О чем это ты? С каких пор поедание гамбургеров стало называться отношениями?
        - Ты знаешь, что я имею в виду.
        Дерек окинул ее насмешливым взглядом.
        - Линдси, все это полная чепуха. Если два человека работают вместе над одним проектом и едят за одним столом, не исключено - по крайней мере, я на это надеюсь,  - что они могут поговорить.
        Линдси, обдумывая его слова, принялась водить пальцем по этикетке на бутылке пива.
        - Убедил. Заезжай за мной в семь.
        Дерека явно обрадовал ее ответ, и он съязвил:
        - Вот видишь, как все просто.
        - Что просто?
        Она могла думать только об одном: как просто снова влюбиться в него, даже поклявшись, что этого никогда не будет.
        - Просто дружить со мной,  - подмигнул ей Дерек и взял еще кусок пиццы.
        А Линдси пришлось в очередной раз напомнить себе, что это только дружба и ничего больше.

        Глава 10

        Дерек заехал на парковку у дома Линдси, точнее, у дома ее сестры, которая, судя по всему, как раз спускалась по ступенькам вслед за Линдси с младенцем на руках.
        Дерек припарковался и вышел из машины. Солнце немного грело, однако в воздухе еще ощущалась зимняя прохлада.
        - Доброе утро. Вы, должны быть, Мэлони.
        Женщина позволила пожать ей руку, но от Дерека не укрылись скептически сжатые губы на красивом лице. Она явно все знала об их с Линдси отношениях. А чему тут удивляться? Они же сестры. Вон как похожи. Правда, Мэлони все же не так красива, как Линдси, но тоже довольно привлекательна, хотя и выглядит несколько неряшливо с торчащими в разные стороны волосами и в растянутом спортивном костюме. Скорее всего, по утрам так выглядят все мамаши, имеющие грудных младенцев, вот только ни один мужчина в здравом уме никогда не должен об этом даже заикаться.
        - Рада познакомиться,  - проговорила Мэлони, но радости в ее голосе не было.
        - Взаимно.  - Он взглянул на хнычущего младенца у нее на руках и чуть коснулся пальцем маленькой пухленькой ручонки.  - Это, должно быть, Иден.
        - Совершенно верно,  - присоединилась наконец к ним Линдси.
        Дерек почувствовал, как его палец крепко сжали, и рассмеялся.
        - А она сильная, как и положено будущей матери семейства.
        Он со значением повернулся к Линдси и наткнулся на ее взгляд. В этот момент Иден изо всех сил дернула его за палец, он перевел взгляд на малышку и получил в награду широкую беззубую улыбку. Заметив черты Линдси в маленьком круглом личике и больших глазах, он на мгновение представил, что эта очаровательная малышка - их дочь…
        - Вы ей понравились,  - констатировала Мэл.  - Пожалуй, в данный момент я положусь на ее мнение, но имейте в виду: буду наблюдать за вами неусыпно.
        - Мэлони!  - ахнула Линдси: так смутили ее слова сестры.
        Дерек, кашлянув, высвободил палец из цепких пальчиков малышки.
        - Я вас понял.
        - Поехали!  - поторопила Линдси и, наклонившись, нежно коснулась губами темноволосой головки Иден.
        Дерек улыбнулся Мэлони, которая все это время не сводила с него внимательных глаз:
        - Был счастлив наконец познакомиться с вами.
        Мэл лишь хмыкнула, не найдясь что сказать, а Дерек мысленно усмехнулся и направился к машине. Сестры за его спиной обменялись несколькими фразами, но он ничего не имел против: хорошо, что у Линдси есть такая заботливая сестра. Тут же вспомнилось, какая пропасть их разделяет из-за того, что он плохо когда-то с ней поступил. Вероятно, тогда ее сестре тоже пришлось многое пережить, и теперь она искренне тревожится.
        Попрощавшись с Мэл, Линдси направилась к машине. В розовых джинсах, белых кедах и потертой джинсовой куртке, выглядела она прелестно. Дополнением к образу своей девчонки служили распущенные волосы - такую ее прическу он любил больше всего - и большие солнечные очки. Впрочем, неважно, что на ней надето: она в любой одежде выглядела роскошно.
        Линдси села в машину, и, не ожидая просьбы, он наклонился и пристегнул ремень безопасности. От нее восхитительно пахло - какой-то очень женский аромат с ноткой цитруса. Интересно, что это за духи?
        Дерек завел двигатель и повел машину в северном направлении - к Уэст-Боттомс. Несколько минут ехали в полной тишине. Всякий раз, когда они оказывались вдвоем, Дереку казалось, что он делает шаг вперед и два шага назад.
        - Мы сможем там где-нибудь поесть?
        - В закусочной на Восьмой улице.
        - Хорошо. Пусть будет закусочная.  - В молчании прошло еще несколько минут, потом он бросил на Линдси быстрый взгляд и спросил:  - Все в порядке?
        - О да,  - ответила она так быстро, что Дерек не успел среагировать, и продолжила:  - Понимаешь, все это как-то странно… нереально, что ли… Ты так не считаешь?
        Он пожал плечами.
        - По-моему, все нормально. Во всяком случае, ничего плохого я не вижу.
        Дерек продолжал смотреть на дорогу, но краем глаза заметил, что Линдси отвернулась к окну, и вздохнул. Создавалось впечатление, что она постоянно борется с собой: и хочет стать его другом, и боится этого. Можно лишь предположить, какая часть теперешних ее сомнений вызвана прощальным разговором с сестрой.
        Спустя десять минут они подъехали к Уэст-Боттомс. Этот ныне модный рынок антиквариата в конце 1800-х - начале 1900-х годов был процветающим центром торговли скотом в Канзас-Сити. Будучи архитектором, Дерек в свое время прилежно изучал историю развития и планировки города. В гигантских складских помещениях теперь расположились магазины, рестораны, кафе… Это место явно пользовалось успехом. Всюду, на сколько хватало глаз, сновали люди и стояли машины.
        Они свернули на Восьмую улицу, и Линдси попросила:
        - Остановись вон там: чуть впереди справа.
        Дерек нашел место для парковки, остановился, обошел машину и, открыв для Линдси дверь, отстегнул ремень безопасности. К нужной двери они шли молча, и Дерек едва не застонал, когда, пропустив вперед Линдси, почувствовал восхитительные ароматы - кофе и бекон.
        Закусочная оказалась весьма приятным местом, хотя, по мнению Дерека, нуждалась в небольшом косметическом ремонте. Возможно, конечно, таков был ее стиль, или хозяевам было все равно.
        Пробегавшая мимо официантка указала на столик у дальней стены, где они могли расположиться. Дерек следовал за Линдси, не в силах оторвать глаз от движения ее бедер и ягодиц, обтянутых розовыми джинсами. Боже правый! Как же осточертело восхищаться ею на расстоянии! Он так хотел коснуться ее, что зудели кончики пальцев.
        Они сели друг напротив друга, и Линдси немедленно схватилась за меню. Дерек же, опершись локтями о столешницу, принялся бессовестно рассматривать ее. Через несколько секунд она взглянула на него поверх ламинированного листка и буркнула:
        - Выбирай быстрее. Здесь море народу, поэтому официанты очень заняты, когда подходят, заказ надо сделать быстро.
        Дерек насмешливо покосился на нее:
        - Ты меня плохо знаешь. Неужели думаешь, что я не смогу очаровать официантку? Уверяю тебя, смогу.
        Она закатила глаза, но уголки ее губ поползли вверх.
        - Как раз в этом я нисколько не сомневаюсь.
        Тем не менее он скосил глаза в меню, сразу остановился на мясном ассорти, а потом вернулся к своему занятию. Ему нравилось наблюдать, как она немного щурится, когда о чем-то размышляет. Он восхищался ее тонкими пальцами с аккуратным маникюром, рыжеватыми искорками в темных волосах, обрамлявших лицо, даже тоненькой морщинкой под левым глазом. Он мог бы часами смотреть на Линдси Моралес.
        Краем глаза он заметил приближавшуюся к их столику официантку - женщину средних лет - и тревожно зашептал:
        - О боже! Она идет! Ты готова? Она уже и так рвет и мечет!
        Линдси положила меню на стол и опустила голову, чтобы не расхохотаться.
        - Доброе утро, ребята,  - поздоровалась официантка.  - Кофе?
        - Да, пожалуйста.
        Линдси взглянула на Дерека, и тот с хитрым видом ей подмигнул. Перед ней на столе тут же появилась кружка с напитком.
        - Кофе для джентльмена?
        - Конечно.  - Он посмотрел на табличку с именем официантки и, когда она поставила перед ним чашку, сказал:  - Спасибо, Линн.
        Женщина зарделась от удовольствия и с искренней дружелюбной улыбкой поинтересовалась:
        - Что вам принести на завтрак?
        Дерек кивнул Линдси, а когда она сделала заказ, попросил принести ему большую тарелку мясного ассорти.
        - Я так и думала, что вы закажете именно это блюдо, как и положено настоящему мужчине,  - улыбнулась официантка.
        - Надо же,  - протянул Дерек.  - Ненавижу быть предсказуемым.
        - Это был комплимент. Если вам понадобится что-то еще, дайте мне знать.
        - Большое спасибо, Линн,  - поблагодарил Дерек и с удовольствием сделал большой глоток кофе.
        Когда официантка удалилась, Дерек довольно ухмыльнулся, а Линдси покачала головой.
        - Не обольщайся. Она женщина средних лет, а ты - симпатичный молодой мужчина. Не думаю, что требовался особый талант, чтобы очаровать ее.
        Дерек фыркнул и, не подумав, выпалил:
        - Согласен. Что же получается? Придется ждать, пока ты достигнешь средних лет, чтобы мое обаяние подействовало и на тебя? Или мне следует приложить больше усилий?
        Линдси, не поднимая глаз, вцепилась в край стола, словно это был спасательный круг.
        - Эй, ты забыл? Это всего лишь завтрак!
        Дерек потянулся к ней через стол.
        - Боишься, что мы переступим черту?
        Она пожала плечами.
        - Может быть.
        Дерек выпрямился, не сводя с нее глаз. Сестра определенно успела вправить ей мозги.
        - Линдси, мне понравилось с тобой работать. Очень понравилось. Мне хорошо, когда ты рядом. Неужели у тебя другие ощущения?
        Она немного расслабилась.
        - Нет, конечно. Лучше дружить, чем враждовать. Мне вообще не нравится, когда люди злятся друг на друга.
        - Но я не злюсь.
        Линдси заглянула ему в глаза и поняла, что он готов идти дальше. Но ведь где-то в глубине души она была не против… Или все-таки против?
        - Дерек, пожалуйста…
        Он снова потянулся к ней и положил ладони на стол рядом с ее руками.
        - «Пожалуйста» что, Линдси? Скажи, что я должен сделать. О чем ты просишь?
        Он рискнул и легонько коснулся подушечкой пальца ребра ее ладони, потом провел по всей длине пальца до покрытого светлым лаком ноготка. Итак, правило два демонстративно нарушено. Хотелось послать к черту все запреты и не только касаться ее, но и ласкать, обнимать везде и всегда так, чтобы у нее не было пути назад.
        Линдси не шелохнулась: просто смотрела на его пальцы. Хочет ли она, чтобы он прикасался к ней? Есть только один способ это узнать.
        На этот раз он стал нежно ласкать ее мизинец. Это было совершенно невинное прикосновение, но он чувствовал себя как минимум нарушителем государственной границы.
        Он как раз обдумывал свой следующий шаг, когда Линдси высвободила пальцы - ей срочно понадобилось придвинуть к себе свою кофейную кружку. Дерек убрал руки, а она взяла маленькую индивидуальную упаковку сливок и нахмурилась.
        - Что-то не так?
        - Обычно у них ореховые сливки, а сегодня только ванильные.
        - Подожди!  - Он огляделся в поисках Линн.
        - Нет, все в порядке. Я и ванильные люблю. Не стоит лишний раз дергать официантку.
        - Линдс, прекрати: ты должна получить то, что хочешь.
        Когда официантка вышла из кухни, Дерек подал ей сигнал, и через минуту она уже была у их столика.
        - Линн, вы не могли бы оказать нам любезность и принести ореховые сливки?
        - Без проблем. Сейчас сделаем.
        Дерек повернулся к Линдси и подмигнул.
        - Вот видишь. Если уж я не могу флиртовать с тобой, то приходится практиковаться на Линн, чтобы не потерять квалификацию.
        Линдси опустила глаза и хихикнула, а Дерек понял, что пропал.

        Линдси вышла из кафе и блаженно зажмурилась. Светило солнце, щебетали птицы. Она надеялась, что весна пришла уже окончательно, но все знали, что снег нередко бывает и в марте, так что обольщаться едва ли стоило. Правда, в данный момент это не имело значения, поскольку в ее душе полыхало адское пламя после завтрака с Дереком. Он разговаривал с ней, смотрел на нее, прикасался к ней. И Линдси никак не могла решить, то ли совершает величайшую ошибку, то ли именно этого и хочет.
        Сзади Дерек, расплатившись за завтрак, подошел к ней, и Линдси сказала:
        - Ты не должен был платить за меня.
        - Если ты еще раз заговоришь об этом, я всерьез обижусь. Ты, вероятно, не знаешь, но у друзей так принято.
        Она подняла глаза. Дерек улыбался, зажав между губами зубочистку с запахом мяты. Неожиданно для себя она вдруг позавидовала этой зубочистке.
        «Похоже, ты совсем спятила, Линдси». Утром у нее состоялся крайне неприятный разговор с Мэл, и теперь она была в смятении, не в силах разобраться в буре своих эмоций и желаний. Мэл утверждала, что мужчина и женщина, которых раньше связывали близкие отношения, не смогут быть только друзьями. Линдси энергично возражала, но в глубине души очень боялась, что сестра права, потому что он притягивает ее как магнит. Главным ее аргументом было утверждение, что у нее хватит сил справиться и с ним, и с собой, но она и подумать не могла, что даже его невинное прикосновение к руке может напрочь лишить ее и сил, и воли.
        Много лет она считала Дерека врагом и смириться с внезапной переменой была не в состоянии. До сих пор, вспоминая прошлое, Линдси испытывала боль, но надо же когда-то переступить через это и идти дальше! Стоит ли воздвигать бесчисленные стены и преграды между ними? И что ею руководит? Разум или страх?
        Определенно, и то и другое.
        Они оставили грузовичок у тротуара и направились к рыночной площади. Там было полно народу, и все что-то искали: кто-то какой-то необходимый предмет интерьера, а кто-то пришел ознакомиться с самыми модными тенденциями в дизайне. Во всех постройках, на всех этажах что-то продавали. На крыше одного из зданий даже был установлен репродуктор, и окрестности оглушал забойный джаз. Попадая сюда, Линдси всегда испытывала заряд бодрости и творческой энергии.
        - Сначала сходим вон туда,  - указала Линдси на возвышавшееся прямо перед ними здание.  - Здесь я продаю свои изделия. Хочу узнать у хозяйки магазинчика, Бекки, как дела.
        - Сегодня ты главная. Пойдем туда, куда скажешь,  - кивнул Дерек, а после паузы спросил:  - Как давно ты продаешь здесь свои вещи?
        - Уже несколько лет.
        - Какие? Такие же, как на «Этси»?
        Линдси посторонилась, чтобы дать пройти женщине, которая обзавелась ярким приставным столиком.
        - В общем, да. Но здесь я, как правило, размещаю более крупные вещи, которые тяжело продать онлайн. Я много хожу по гаражным распродажам, блошиным рынкам и прочим заведениям такого рода, нахожу приглянувшиеся мне дешевые вещицы, реставрирую и, если можно так сказать, перепрофилирую.
        - Все та же мусорология? Знаешь, а мне хотелось бы как-нибудь отправиться в вояж по свалкам вместе с тобой.
        - Прекрати!
        Линдси все же не выдержала и рассмеялась. Вот так, со смехом и шутками, они поднялись по каменным ступенькам в здание, где размещалось несколько магазинов, в том числе и «Розовая жемчужина».
        Дерек остановился, изумленно уставившись на вывеску, и перешел на шепот:
        - Ты серьезно? Послушай, но это же неприлично!
        Линдси взглянула на него, приподняв брови.
        - «Розовая жемчужина»? Иди за мной, умник.
        - Фу как грубо!
        Линдси ткнула его кулаком в живот и сделала вид, что оскорбилась, а когда открыла большую стеклянную дверь, он наклонился вперед и прошептал:
        - Я же мужчина, и название мне не нравится, потому что определенно наводит на кое-какие… приятные мысли.
        - Тише!
        Линдси постоянно чувствовала неловкость: Дерек смущал ее, к тому же то и дело подтрунивал над ней, отпускал двусмысленные шуточки. Все это выбивало ее из колеи, не говоря уже о его чертовской привлекательности.
        Пока они шли по улице, женщины оборачивались ему вслед. Он прямо-таки излучал сексуальность. И хоть Линдси неустанно твердила себе, что между ними ничего не будет, ее это задевало.
        Они поднялись по узкой лестнице на второй этаж, где и находился бутик «Розовая жемчужина». Народу здесь было много, что не могло не радовать. Еще нет десяти, а в магазине уже не протолкнуться. Линдси, а за ней и Дерек, стала пробираться сквозь толпу, в основном это были женщины, к прилавку.
        - Линдси!  - из-за прилавка помахала ей продавщица.
        - Надо же, сколько народу,  - удивленно сказала Линдси, когда Бекки подошла к ним.
        - Да уж. Такой прекрасный день, а люди рвутся не на природу, а в магазины.
        Бекки обращалась к Линдси, но не сводила глаз с Дерека, и той пришлось даже немного подвинуться, чтобы не загораживать обзор.
        - Бекки, познакомься, это мой друг Дерек. Мы вместе занимаемся ремонтом дома Анны, только он подрядчик.
        Глаза Бекки вспыхнули. Еще раз окинув оценивающим взглядом стройную мужскую фигуру, девушка протянула руку.
        - Рада познакомиться. Линдси много рассказывала о доме и показывала фотографии. Это будет что-то потрясающее.
        Откровенный флирт Бекки почему-то испортил Линдси настроение, и она вымученно улыбнулась. Хозяйка магазина, разведенная, с двумя дочерьми, которых растила одна, была чуть старше Дерека, но выглядела великолепно, потому что тщательно следила за собой. У них с Дереком довольно много общего, так что кто знает…
        Неожиданно для себя Линдси почувствовала раздражение и покосилась на Дерека. Он с улыбкой пожал Бекки руку, и браслеты на ее запястье мелодично зазвенели, а Линдси тут же поняла, что ненавидит браслеты. Взрослая женщина, уже за тридцать, а обвешалась побрякушками, как девочка-подросток.
        - Мы сегодня ненадолго - забежали посмотреть, как дела. Я тебе говорила, что сегодня работать не смогу: полно дел в доме Анны,  - но в следующем месяце обязательно буду здесь.  - Линдси старалась побыстрее закончить беседу и оказаться как можно дальше от Бекки.  - Сегодня мы ищем что-нибудь для кухни и столовой. Так что мы пойдем. Пока! Увидимся!
        - Это же здорово!  - воскликнула Бекки с совершенно неуместным энтузиазмом.  - Давайте посмотрим вместе: возможно, что-нибудь подберем и здесь.
        - Не стоит беспокоиться.  - Линдси кивнула на длинную очередь к прилавку, где работали несколько продавщиц, но рук явно не хватало.  - Занимайся своими делами, а мы уж как-нибудь сами.
        - Да, пожалуй, но вы обязательно меня позовите, если понадобится помощь,  - улыбнулась Бекки и ненароком коснулась руки Дерека.
        Прикосновение было совершенно невинным, хотя и необязательным, и у Линдси в жилах вскипела кровь. Она намеренно не смотрела на Дерека, чтобы не выдать себя, и быстрым шагом направилась в ту часть магазина, где находились ее товары.
        - Она владелица?  - Дерек, едва успевая лавировать в толпе вслед за Линдси, хихикнул.  - Женщина, у которой магазин называется «Розовая жемчужина», кажется мне по меньшей мере странной.
        Так она и думала. Линдси резко остановилась и развернулась так стремительно, что он едва не налетел на нее, и, понизив голос, прошипела:
        - Если тебе любопытно, спроси у нее сам, тем более что она не прочь поболтать с тобой, и, похоже, не только.
        Изумление на лице Дерека медленно сменилось проказливой ухмылкой, и, сжав губы, он окинул ее заинтересованным взглядом. Линдси с трудом сглотнула. Ей никогда не удавалось обмануть его. Не получится и сейчас, потому что чувства всегда написаны у нее на лице. Он умел их читать. И сейчас - проклятье!  - был очень доволен.
        Он поднял руку и лениво погладил ее по щеке.
        - Ты отлично знаешь, малышка, что у меня нет никакого желания с ней общаться, но то, что ты здорово разозлилась, не может не радовать.
        - Я вовсе не разозлилась… просто немного раздражена. Мы теряем время…  - пробормотала она беспомощно, понимая, что не сможет его обмануть.
        Слава богу, Дерек не стал развивать тему, а нарочито внимательно принялся рассматривать старый проигрыватель, выставленный на прилавке. Линдси выглянула из-за его плеча и посмотрела на Бекки, но та поспешно отвела глаза. Она все видела: они стояли слишком близко друг к другу, он заглядывал ей в глаза и ласково гладил по лицу…
        Ну и ладно. Пусть Бекки думает что хочет. У них никаких отношений нет. И быть не может.

        Глава 11

        Дерек чувствовал, что его самообладание дало трещину. Всякий раз при встрече с Линдси ему приходилось держать себя в руках, и для этого требовалось все больше усилий. Он заметил, что и Линдси старается побороть влечение к нему, и это ей тоже удается все хуже. В очередной раз он убедился в этом в «Розовой жемчужине». Выражение ее лица было таким, что невозможно ошибиться: чистейшая, неприкрытая ревность.
        Они хотели друг друга, и это было очевидно. Вместе с тем Дерек понимал, что должен немедленно взять себя в руки, иначе все испортит.
        Не поворачиваясь к ней, он спросил:
        - Где же твой обретший новую жизнь хлам?
        Линдси шумно вздохнула.
        - Прямо перед тобой.
        Весь магазин был разделен на отдельные прилавки, в качестве перегородок между которыми использовались крупные вещи - в основном предметы мебели. Дерек подошел к прилавку Линдси, приготовившись изобразить фальшивый энтузиазм, потому что ни секунды не сомневался: подобные изделия не способны никого привлечь. И ошибся.
        На стене над ее прилавком висели винтажные лампы: одни - с кристаллами, другие - с бусинками, третьи - причудливо окрашенные. Все выглядели хоть и старыми, но вовсе не хламом, а, напротив, очень стильными.
        Линдси занимала в магазине очень небольшое пространство: пятачок футов двенадцать на двенадцать,  - но вещей здесь было много. Прежде всего в глаза бросались предметы мебели: массивный письменный стол, несколько разных приставных столиков и даже старая складская тележка на тяжелых кованых колесах, переделанная в кофейный столик. И повсюду стояли и висели мелкие предметы: оленьи рога и стеклянные вазы, деревянные чаши, старые ящики для инструментов и даже несколько кукол. Все это было очень разным, но каким-то чудом выглядело органично: женственность, хрупкость, красота, теплота и надежность. В этом вся Линдси. Ее собственный дом был бы именно таким.
        Ей просто необходима студия, чтобы создавать всю эту красоту, и сам процесс явно приносил ей радость, иначе из ее рук не выходили бы такие волшебные творения. Дерека вдруг охватило непреодолимое желание дать ей все, о чем она мечтает.
        Он обернулся. Линдси явно нервничала - даже губу прикусила.
        - Теперь ты знаешь, чем я занимаюсь. Можешь критиковать.
        Заметив пустое место у стены, она обрадовалась:
        - Похоже, я продала один столик.
        - Линдси, у меня нет слов. Это потрясающе.
        Она хоть и удивилась, но явно была довольна.
        - Тем не менее не могу даже представить, чтобы одна из этих вещей появилась в твоем офисе.
        - Это не мой стиль, но я вполне способен оценить их. У тебя здорово получается. Ты за эти годы существенно продвинулась вперед: я же помню твои рисунки.
        Линдси улыбнулась.
        - Ну да, ты же их по большей части сам и делал.
        - Пусть так, но это не умаляет твоих заслуг. У тебя талант.
        - Спасибо.
        Они несколько секунд смотрели друг на друга, пока не поняли, что мешают другим покупателям. Подошли две женщины и принялись рассматривать изделия. Линдси почувствовала неловкость, оттого что они брали в руки то одно, то другое, тихо переговаривались и смотрели на ценники, понятия не имея, что их автор стоит рядом.
        - Давай уйдем отсюда и поищем что нужно,  - предложила Линдси и поспешила к выходу.
        Дерек последовал за ней, отчетливо понимая: он уже нашел все, что ему нужно.

        Усталая и разочарованная, Линдси поднялась на пятый этаж очередного старого здания. Было уже два часа пополудни, а они так и не нашли что искали, хотя это было уже не первое здание, которое методично обследовали.
        И все же Линдси получила огромное удовольствие. В таких местах всегда можно найти что-то интересное и почти забытое: например, настольные игры, старые банки для хранения продуктов, которыми пользовалась еще прабабушка, и даже игрушки из детских обедов в фастфудах. Линдси и Дерек делились друг с другом воспоминаниями, которые навевали случайно увиденные предметы.
        За прошедшие три часа она узнала о Дереке больше, чем за три месяца, которые они встречались в колледже. Тогда все затмевала страсть. Разговаривать, чтобы ближе узнать друг друга, было некогда, да и незачем: больше хотелось целоваться, касаться друг друга, смотреть в глаза.
        Только сейчас Линдси поняла, что детство Дерека было вовсе не простым. Нет, вероятно, ничего особенно плохого не было, но некоторые вскользь оброненные комментарии Дерека об отце вызвали вопрос: а была ли между ними любовь? Это вызывало грусть, поскольку, хотя ее собственная мама покинула ее, а отец был… проблемным, она никогда не сомневалась, что любима. Ни одной секунды.
        Линдси обвела глазами помещение, пытаясь решить, стоит ли здесь походить или можно сразу уйти. На этом этаже вроде бы не было крупной мебели: только кухонная утварь и текстиль.
        Дерек подошел к отделу винтажной одежды, к полке, где было сложено женское белье, взял очень закрытый и жесткий, больше похожий на корсет бюстгальтер и показал Линдси.
        - Какая сексуальная модель, не находишь?  - спросил он с ухмылкой.  - Похоже, скоро вернется мода на конические груди.
        Линдси рассмеялась и, подойдя ближе, коснулась этого произведения портновского искусства.
        - Больше похоже на орудие пытки.
        Дерек вернул шедевр на место, и они пошли дальше молча. Иногда Линдси протягивала руку и касалась какой-нибудь необычной ткани, заинтересовавшей ее. Казалось, что каждое ощущение стократ усиливалось присутствием рядом восхитительного мужчины.
        Они вошли в отдел, больше похожий на захламленный бабушкин чердак. Чего тут только не было: ржавые трехколесные велосипеды, сломанный китайский шкафчик, груды коробок. Оба сосредоточенно рассматривали эту рухлядь, но Линдси постоянно ловила себя на том, что думает вовсе не о деле, да и мысли Дерека были тоже явно заняты чем-то другим.
        В углу Дерек остановился у штабеля деревянных ящиков, набитых старыми комиксами. Линдси, заглянув через его плечо, улыбнулась: похоже, теперь он действительно заинтересовался. Его тонкие пальцы пробежались по журналу, лежавшему сверху,  - привет из семидесятых годов, потом он взял его и начал аккуратно перелистывать страницы. Их края были загнуты, бумага пожелтела, и Дерек листал их с величайшей осторожностью, словно они могли рассыпаться.
        Отложив первый журнал в сторону, он взял другой и принялся листать, иногда останавливаясь, чтобы прочитать ту или иную страницу.
        У Линдси в самом дальнем углу шкафа хранились свои комиксы, которые никогда не были и не будут опубликованы. Рисунки и подписи к ним когда-то выполнил этот самый мужчина.
        В колледже они нередко общались с помощью комиксов. Он оставлял пустым ее «речевое облачко», и она аккуратно его заполняла. Всякий раз, когда они встречались, у Дерека для нее были новые страницы. Она часто спрашивала, почему он не занимается этим профессионально, ведь комиксы у него получались великолепно, но он только отмахивался и менял тему или говорил, что рисованием невозможно заработать себе на жизнь. А Линдси видела по его глазам, что именно от этого занятия он счастлив. Это же должно что-то значить!
        - Ты так и не расстался с коллекцией комиксов, которую собрал?
        - Нет, оставил для Таннера.
        - Здорово. Он тоже любит комиксы?
        Дерек усмехнулся.
        - Точнее, посмеивается надо мной. Нет, рисует он отлично, но предпочитает видеоигры.
        Линдси улыбнулась, глядя, как он продолжает листать комиксы, теперь уже из другой коробки. Она узнала «Человека-паука», «Росомаху», «Фантастическую четверку».
        - У меня была очень большая коллекция, но однажды мой папаша почти все выбросил.
        Линдси шокировали его слова.
        - Но почему?
        - Потому, что якобы они занимали слишком много места, и потому, что таким образом он хотел преодолеть мою зависимость от этого, как он считал, глупейшего занятия. Может, была и другая причина - не знаю: я давно бросил попытки его понять.
        Линдси прикусила губу.
        - Возможно, он просто не знал, как много для тебя значит коллекция.
        Дерек обернулся к ней и засунул руки в карманы.
        - Ну нет: как раз это он знал точно.
        - Тогда это ужасно. Мне жаль.  - Она потянулась к коробке и наугад взяла один из комиксов.  - Ты можешь купить что-нибудь из этого. Они не слишком в хорошем состоянии, но все же…
        Линдси не знала, что сказать. То, что касалось прошлого Дерека, доселе оставалось для нее тайной. Он редко и крайне неохотно раскрывал подробности своих отношений с отцом, но каждая казалась хуже предыдущей. Что же это за человек такой?
        - Не все возможно заменить,  - сказал он очень тихо.  - Я испытал это на собственной шкуре, отказавшись от многого, чего хотел.
        Линдси положила журнал и нахмурилась, а Дерек повернулся к ней, взял за руку и коснулся пальцев губами. Она подняла голову и заглянула ему в глаза, потом вздрогнула: от его губ по всему телу распространилось тепло. Она не могла шевельнуться, забыла, что должна дышать. Сердце билось гулко и часто.
        А Дерек обнял ее за талию и притянул к себе. Она не сопротивлялась, потеряв способность соображать под его горящим взглядом. Линдси понимала, что это значит: все изменится, если позволить ему продолжать. И уже никогда не будет по-прежнему. Она должна остановить его, но… не могла.
        - Линдси, обещаю больше не нарушать твои правила,  - сказал он, опуская руку, сжимавшую ее дрожащие пальцы,  - но очень хочу, чтобы ты нарушила мои. Пожалуйста.
        Вот и все. Его просьба была отчаянной, голос - еле слышным, а в глазах светилась надежда. И Линдси поняла, что готова отдать ему все. К черту прошлое и то, что произошло между ними, какими бы ни были причины: надо жить здесь и сейчас. Им обоим пришлось пройти через многое. Кое-что она начала понимать только сейчас; многое, вероятнее всего, не поймет никогда.
        Неважно, чем все закончится. Линдси знала, что хочет его поцеловать, как знала это все время. Ни что на свете не могло сравниться с ощущением его губ на своей коже. И пусть потом снова будет больно. Главное - испытать опять наслаждение: острое, радостное, прекрасное. Не отводя глаз, она приподнялась на цыпочки, и ее губы коснулись его губ - осторожно, медленно, неуверенно.
        Она закрыла глаза и сразу вспомнила, как они подходят друг другу. Это было как воплощение мечты - шелковистость его губ, теплая влага языка.
        Тело Линдси отреагировало моментально горячей волной. С тихим стоном она подалась вперед, желая лишь одного: быть ближе к нему, слиться с ним воедино. Дерек судорожно вздохнул - или всхлипнул?  - и прижал ее к себе.
        Теперь он целовал ее требовательно, жадно, даже немного грубо. Его язык раздвинул ей губы, проник в глубины рта, и Линдси поняла, что восемь лет ждала именно этого.
        Боже! Как это чудесно! Дерек точно знал, в чем она отчаянно нуждалась. Каждое движение его рта было таким интимным, словно они уже занимались сексом.
        Она поняла, что готова на все, это и было главной причиной, почему следовало сохранять дистанцию. Она боялась потерять себя в его объятиях, раствориться в его страсти, отдать ему сердце и всю себя… и знала, что так бы и поступила, несмотря ни на что.
        Услышав рядом голоса, Линдси отпрянула и высвободилась из его объятий. В какой-то момент ей показалось, что он ее не отпустит, но он все же убрал руки, пусть и с явной неохотой. Она глубоко вздохнула, стараясь унять сердцебиение, но получалось не очень хорошо. Сердце бешено колотилось, мысли путались. Взглянув на Дерека, она убедилась, что глаза его закрыты, а грудь вздымается тяжело и часто.
        - Извини. Похоже, это была не очень хорошая идея.
        - Линдси…
        - О, ты только взгляни на это платье, Тина,  - послышался женский голос, и Линдси, стараясь говорить легко и свободно, заметила:
        - Думаю, нам пора прерваться на ленч.
        Она направилась к выходу, но, обернувшись, убедилась, что он стоит на месте и смотрит на нее с каким-то странным выражением. И только заметив обступивших его со всех сторон женщин, он вышел из ступора и последовал за ней.
        - Как ты относишься к такос, что продают на улице?  - спросила Линдси.
        - Все, что хочешь.
        Они спустились на первый этаж и вышли из здания. Ей казалось, все ее тело вибрирует, но Дереку знать об этом вовсе не следовало.
        Нацепив на нос солнечные очки, она оглянулась в поисках своего любимого грузовичка. Народу на улице было очень много. Воздух наполняли запахи попкорна, специй и, конечно, мексиканских блюд. Заметив то, что искала, Линдси кивком позвала Дерека за собой. Если он и чувствовал себя неудовлетворенным, то никак этого не показывал. Его лицо оставалось спокойным и, пожалуй, даже холодным.
        - Если ты мне доверяешь, я возьму на свой вкус. Руби, владелица заведения, моя подруга.
        - Конечно, доверяю,  - сказал Дерек так серьезно, что она улыбнулась и стала уверенно пробираться через толпу.
        Линдси познакомилась с Руби несколько лет назад, когда только начала продавать свои изделия в «Розовой жемчужине». Они сразу подружились и с тех пор помогали друг другу чем могли. Руби часто вывешивала на своем грузовичке рекламу товаров Линдси, а та в знак благодарности пару лет назад покрасила и разрисовала ее грузовичок, да так, что он теперь неизменно привлекал всеобщее внимание. Для мелких предпринимателей налаживание подобных связей было чрезвычайно важным.
        Дерек и Линдси направлялись к ярко-красному грузовику, на задней части кузова которого было написано крупными буквами: «Такос Руби». Всякий раз, когда видела бросающийся в глаза цвет и рисунки, Линдси довольно улыбалась.
        - Похоже, здесь поработал мастер!  - присвистнул Дерек, подойдя ближе.
        Линдси мысленно усмехнулась, но промолчала. Это ей пришло в голову выкрасить грузовик в рубиново-красный цвет, логотип компании нанести причудливым винтажным шрифтом и изобразить темнокожую версию Дороти из страны Оз с такос в руках. Руби готовила традиционные такос, такие же, как бабушка Линдси - мексиканка: свежие кукурузные лепешки, много сока лайма и начинки. Все это было горячим, острым и невероятно вкусным.
        Все блюда в меню были названы именами персонажей «Волшебника страны Оз»: «Дороти», «Железный Дровосек», «Тото» и другие. Самая большая порция, разумеется, именовалась «Волшебник». К счастью, стоять в очереди не пришлось долго: всего минут десять.
        - Кого я вижу! Моя самая красивая покупательница и главная фигура Первой пятницы!  - воскликнул симпатичный юноша в окошке.
        - Привет, Рико. Как дела?  - улыбнулась Линдси.
        Рико, младший сын Руби, в свои девятнадцать был слишком молод для Линдси, но это не мешало ему флиртовать.
        - Сейчас, когда ты здесь, намного лучше.
        Опершись о прилавок, он заглянул ей в глаза, и Линдси покосилась на Дерека. Тот взирал на юношу так, словно намеревался испепелить его взглядом. Едва она собралась сделать заказ, как рядом с Рико появился Бен, его старший брат, такой же красавец, только ему уже исполнилось двадцать два. Отодвинул младшего брата от окошка и с откровенным обожанием уставился на Линдси и радостно воскликнул:
        - Привет, красотка! Чем тебя сегодня порадовать?
        В этот момент Линдси почувствовала руку Дерека у себя на талии: жест собственника,  - на мгновение растерялась, но решила не протестовать. После того как они поцеловались, это было вовсе не удивительно, но все же немного неловко.
        - Привет, Бен.  - Кивнув на спутника, Линдси неуверенно добавила:  - Это мой друг Дерек.
        Юноша лишь мельком взглянул на него и снова уставился на Линдси, очевидно не заметив нарочитой демонстрации собственнических чувств Дерека или ему было на это наплевать.
        - Рад познакомиться.
        - А где же Руби?  - поинтересовалась Линдси.
        - Поехала в Даллас навестить сестру.
        Только тут Линдси обратила внимание, что за ними выстроилась очередь, и поспешила сделать заказ:
        - Я бы хотела…
        - Я и так знаю,  - ухмыльнулся вернувшийся к окошку Рико и бросил через плечо:  - Для Линдси, и побольше сока.
        - Вот, значит, как,  - пробормотал Дерек с неприязнью в голосе.
        - Это очень вкусно: я всегда заказываю одно и то же, только прошу побольше сока лайма…
        - Да понял я, понял! Не забывай: я тоже когда-то был молодым. И тоже хотел произвести впечатление знанием предпочтений своей половины.
        Тон Дерека был сухим, словно песок пустыни, и Линдси помимо воли ухмыльнулась.
        Рико просунул голову в окошко и обратился к Дереку:
        - А что для вас?
        - Что ж, если это и правда так вкусно, приготовьте мне то же самое.
        Рико уставился на него с откровенным недоумением:
        - И что, тоже побольше сока?
        - Совершенно верно.
        Юноша засмеялся и подмигнул.
        - Вам понравится.
        - Не сомневаюсь.
        Дерек демонстративно уткнулся носом ей в волосы, теплое дыхание пощекотало кожу, и Линдси вздрогнула. А как же насчет флирта и прикосновений? Сама придумала правила и сама же их нарушила.

        Они уселись за один из столиков, расставленных в стороне от дороги, чтобы посетители могли перекусить и отдохнуть. Дерек считал, что, пока они в общественном месте, он вполне сможет вести себя вполне цивилизованно, но когда останутся одни…
        - Ну и как тебе?  - нарушила ход его мыслей Линдси.
        - Вкусно.
        - Я же говорила!  - довольно засмеялась Линдси.
        - Именно так эти лепешки готовила моя бабушка. Все очень просто: цыплята тушатся в томатном соусе с соком лайма и луком и подаются с сальсой, кусочками авокадо и кинзой.
        Дереку очень нравилось наблюдать, с каким аппетитом она ест это мексиканское кушанье и как двигаются ее губы, когда говорит о нем.
        - Совершенно непохоже на такос, которые продают в придорожных забегаловках.
        - Конечно, нет! Эти же настоящие, с чили и травами.
        - Ты хорошо знаешь этих двух мачо, больших специалистов в мексиканской еде?  - не выдержал Дерек.
        Линдси покачала головой и постаралась спрятать улыбку.
        - Это сыновья моей подруги Руби. С ней мы познакомились случайно. Как-то раз я остановилась купить себе на ужин такос и поделилась с ней рецептом моей бабушки. Она приготовила их специально для меня, а после этого такие стали называть «такос Линдси».
        Как говорится, у кого уши горят, о том и говорят. Вероятно, уши загорелись у Рико, потому что в этот момент он подошел и остановился у их столика, облокотившись о спинку свободного стула. Дерек насторожился.
        - Все в порядке?  - спросил Рико.
        - Чудесно,  - улыбнулась Линдси.
        Дерек лишь молча кивнул, думая, что лучше бы парень держался от них подальше.
        - Знаешь, Линдс, я только хотел предупредить: Пит спрашивал про наш грузовик,  - но не беспокойся. Я сказал, что мы были твоими единственными клиентами, а вообще ты этим не занимаешься. Это на случай, если он сам обратится к тебе и начнет выспрашивать.
        Дерек посмотрел в том направлении, куда указал Рико, и увидел довольно уродливый белый грузовик, на борту которого красовалась кривая надпись: «Барбекю Пита». Сложив наконец два и два, он удивленно посмотрел на Линдси, и та, явно сконфуженная, кивнула.
        - Ты прав: больше никаких грузовиков. Просто мне хотелось помочь вашей маме. Кстати, передай ей привет от меня, хорошо?
        - Конечно, Линдс,  - улыбнулся Рико и кивнул Дереку.  - Еще увидимся.
        - Не сомневаюсь.
        Дерек чувствовал себя сбитым с толку и ждал каких-то объяснений от Линдси, а не дождавшись, спросил:
        - Линдси, надеюсь, ты собиралась мне сказать о том, что покрасила и разрисовала этот грузовик?
        Она пожала плечами.
        - Не знаю.
        - Но почему?  - удивился Дерек.  - Это же прекрасная работа!
        - Спасибо, конечно. Но если хочешь знать, промолчала я в основном потому, что не хотела слушать, как гений комиксов критикует мою работу.
        Некоторое время они молча смотрели друг на друга, причем Дерек с удивлением отметил, что она не отвела взгляд.
        - Я когда-нибудь критиковал твои работы?
        Она покачала головой.
        - Кажется, нет.
        - Так в чем же дело?
        - А вдруг начнешь?

        Глава 12

        В среду вечером Дерек вышел из офиса, закрыл дверь и направился к магазину своего лучшего друга Майка.
        Здание он купил пять лет назад. Тогда это казалось надежным вложением. Кроме того, он надеялся, что в маленьком городке будет проще общаться с Таннером. К сожалению, надежды не оправдались: сына он по-прежнему видел редко.
        Но Дерек не жалел о покупке: ему нравился Престон,  - а здание перестроил. Теперь там был офис и большая переговорная комната, и еще оставалось место, которое он тогда не знал, как использовать.
        Все получилось само собой и очень удачно: выяснилось, что Майку необходимо помещение, и Дерек сдал оставшуюся часть здания ему в аренду, чтобы тот мог продолжать свой бизнес по восстановлению старых машин. Оба остались довольны. Майк оказался превосходным арендатором: никогда не задерживал арендную плату,  - а кроме того, в любое время друзья могли встретиться и поболтать.
        Погода была как по заказу: тепло и солнечно. В распахнутые ворота гаража виднелись ноги Майка, торчавшие из-под оранжевого «Камаро».
        - Ты как, уже заканчиваешь?  - окликнул друга Дерек.
        Майк выкатился из-под машины - с улыбкой от уха до уха и грязным пятном на щеке.
        - Думаю, да. Прокатишься со мной? Устроим тест-драйв.
        Дерек пожал плечами.
        - Не возражаю, но только если заедем куда-нибудь выпить пива.
        Майк хохотнул и предложил:
        - Тогда отложим тест-драйв на завтра, а сегодня пешком прогуляемся к «Смоки».
        - Так даже лучше. Только пойди умойся.
        Спустя пятнадцать минут Майк принял душ, переоделся, и они отправились к пивной «Смоки», что находилась в трех шагах. Дерек намеревался заказать острые куриные крылышки, самую большую кружку пива, а возможно, и не одну, чтобы постараться не думать о Линдси, от которой с пятницы не было ни слуху ни духу.
        Тогда все время, оставшееся до отъезда из Уэст-Боттомс, они почти не разговаривали. Правда, Линдси в конце концов нашла искомый предмет, из которого собиралась соорудить кухонный островок, и так обрадовалась, что и Дерек почувствовал себя значительно лучше. Ему очень понравилось наблюдать, с каким азартом она торгуется, стараясь сбить цену. Он никогда не видел ее такой.
        На обратном пути на его вопрос, когда следующий день их совместной работы, она не ответила, а потом и вовсе замолчала. Как вам это нравится? Дерек понимал, что ее взволновал поцелуй, но и предположить не мог, что настолько. В понедельник он отправил ей эсэмэску, но ответа не получил. Позже, правда, он осознал, что сам виноват: текст не требовал немедленного ответа: «Дай знать, когда намерена начать работу над кухонным островком». Надо было написать что-то более определенное, предусматривающее ответ.
        Он снова и снова анализировал их последнюю встречу, но так и не успокоился. Это же Линдси: сама правила установила и сама же нарушила,  - а теперь пошла на попятную, но только два шага назад превратились в пять, если не больше.
        Дерек вслед за Майком прошел через зал, приветственно помахав рукой бармену, к столику у дальней стены. На нескольких мониторах транслировались разные баскетбольные матчи, народу было немного, так что заказ приняли моментально. Через минуту друзья уже потягивали холодное пиво.
        - То, что нужно,  - удовлетворенно вздохнул Майк, сделав большой глоток.
        - Согласен.
        - Как там, в доме? В последнее время я был очень занят. Хорошо, что делом занимаешься ты: можно ни о чем не волноваться. Анна просто говорит вам с Линдси, чего хочет, и на этом все.
        Дерек высоко ценил доверие друга.
        - Все идет по плану, но вам все равно лучше приехать посмотреть.
        - Да. Анна собиралась в эти выходные.  - Майк отпил пива и, чуть поколебавшись, спросил:  - Она говорила, что вроде бы вы с Линдси работали вместе…
        Дерек ничуть не удивился осведомленности друга.
        - Да, и это было… здорово.
        У Майка глаза полезли на лоб.
        - Ты сказал «здорово»? Я не ослышался? Насколько помню, прошлой осенью, когда вы случайно встретились на кухне Анны, она тебе, мягко говоря, не обрадовалась.
        Дерек невесело улыбнулся, вспомнив тот день. Линдси определенно не обрадовалась. Узнав, что Анна с ней знакома, он постарался оказаться в нужное время в нужном месте. И получил сполна. Оглядываясь назад, он понимал, что должен был сто раз подумать: восемь лет - немало, но все же недостаточно, чтобы все забыть. В общем, ему на шею Линдси не бросилась.
        - Так что ты имеешь в виду под словом «здорово»?  - спросил Майк.
        Появление бармена с тарелками, полными горячих острых куриных крылышек, избавило его от необходимости отвечать.
        - Очень горячие, очень острые, очень много, как обычно!  - рассмеялся Эйдан.
        - Спасибо, друг, ты самый лучший бармен на свете!  - ответствовал Дерек.
        Эйден в приветственном жесте поднял руку и удалился обратно к бару. Дерек и Майк были постоянными посетителями заведения и приходили в «Смоки», как правило, по средам, когда здесь подавали крылышки.
        Эйдан готовил сам и подавал всего несколько коронных блюд. Забавно, но он вовсе не походил на бармена - скорее на байкера: широченные плечи, накачанные мускулы, бородка и бритая голова, прикрытая банданой. Майк и Дерек любили гадать, кем был Эйдан в прошлой жизни: мошенником, священником, даже участником программы защиты свидетелей. Вероятнее всего, ничего такого в действительности не было, но им нравилось гадать.
        - Это замечательно, что Эйдан, когда мотался с байкерами по окрестностям, разузнал рецепт крылышек,  - сказал Майк.
        Дерек покачал головой и, выбрав крылышко покрупнее, поддержал их обычное развлечение:
        - Я почти уверен, что этот рецепт ему дал шаман индейского племени из дебрей Амазонки.
        - Пожалуй, да, ты прав,  - согласился Майк и, кивнув в сторону бара, добавил:  - Но кем бы он ни был, с дамами обращаться явно умеет.
        Дерек обернулся и увидел у барной стойки трех женщин, которые весело смеялись, слушая Эйдана.
        - Да, похоже, дамам нравятся его шутки, как и маска отморозка, которую он на себя надел.
        - Что касается меня, я не смог бы отрастить столько волос на физиономии, даже если бы захотел,  - буркнул Майк.
        - Это точно. Ты всегда будешь выглядеть нищим студентом,  - засмеялся Дерек.
        - Да пошел ты! Если я не ношу костюмы-галстуки и не отсиживаю задницу в офисе, значит, не работаю? В отличие от некоторых я работаю руками.
        - Ты хочешь сказать, что я не работаю руками?  - возмутился Дерек.  - Да будет тебе известно, всю прошлую неделю мы с Линдси красили твою кухню!
        - Спасибо, что напомнил. Так как у тебя обстоят дела? Есть надежда?  - решил Майк не позволять Дереку сорваться с крючка.
        Дерек тяжело вздохнул.
        - Все очень сложно.
        Майк нахмурился.
        - Хочешь сказать, что не спал с ней?
        Дерек покачал головой, поспешил схватить очередное крылышко и принялся энергично жевать. Ему не нравился оборот, который приняла беседа. Очень хотелось сказать другу: «Даже если и да, это не твое дело»,  - но он благоразумно промолчал, потому что не сомневался: Майк желает ему только добра.
        - Но хоть что-нибудь между вами было?
        - Она поцеловала меня. В пятницу.
        И это была почти правда, но Майк едва не подавился.
        - Так я тебе и поверил!
        Оба рассмеялись, потому что это была любимая присказка отца Майка и в юности они ее слышали часто. Это был замечательный человек, и Дерек любил проводить время в доме друга. Мать Майка умерла, когда он был еще маленьким, но отец больше так и не женился. Чак Эверетт был строгий, но понимающий, веселый, но требующий к себе уважения. Дереку всегда хотелось, чтобы его собственный отец был таким же. К сожалению, отец Майка скоропостижно скончался от сердечного приступа, когда они учились в последнем классе средней школы. Дерек помнил, как сильно горевал друг: они даже на некоторое время перестали общаться, потому что Майк не желал никого видеть.
        - Нет, серьезно: не могу поверить, что она тебя поцеловала. Мы ведь говорим о Линдси. Я ничего не перепутал?
        - Ну, очевидно, я ее спровоцировал, а потом просто не оттолкнул. Признаюсь: за последние недели мы стали немного ближе.
        - Думаешь, из этого что-нибудь получится?
        Дерек выпрямился и прислушался.
        - Интересно, почему здесь постоянно крутят «Ю ту»?
        Майк повернул голову в сторону бара.
        - Вероятно, Эйдану нравятся ирландские рокеры. Но не пытайся уйти от ответа.
        Дерек задумался и вдруг выпалил:
        - Знаешь, я очень хочу этого. А сначала не хотел. Или, точнее, не хотел признаваться, что хочу. Я никогда ее не забывал.
        Наконец-то он произнес эти слова вслух, и вроде бы сразу стало легче. Ну, если не легче, то понятнее.
        Майк кивнул, расправился с очередным крылышком и, обсосав косточки, констатировал.
        - Если она тебя поцеловала, значит, тоже этого хочет.
        Дерек покачал головой.
        - Не уверен. Ее тянет ко мне: это очевидно,  - но она сопротивляется как может. Не знаю, чего она на самом деле хочет, но если то, что мы после того поцелуя даже не общались, что-то значит, прогноз неблагоприятный.
        - Ты не можешь этого знать наверняка. Возможно, она думает. Знаешь, они сейчас в «Пай-Миа». Поедим - и можно нагрянуть к ним. Вот будет сюрприз!
        Дерек окинул друга задумчивым взглядом.
        - До сих пор не могу понять, как подцепить такое сокровище: ведь ты же ничего не понимаешь в женщинах, а ешь как пещерный человек.
        - Ты просто завидуешь!  - рассмеялся Майк.
        Друзья продолжили трапезу, но Дерек понимал, что Майк прав. Он хотел, чтобы и у них с Линдси были отношения, и поцелуй лишь усилил это желание. Судя по всему, снова придется устроить засаду.

        Линдси взяла третий кусок пиццы с курицей, луком и козьим сыром, после того как Калли изложила Анне свои мысли относительно девичника.
        - Вы даже не представляете, как мне нравится эта идея! Любимые подруги и Майк - что может быть лучше? К тому же я несколько старовата для общепринятых… развлечений.
        - Вот еще!  - возмутилась Калли.  - Присутствие будущего мужа не избавит тебя от надевания на шею соски-пустышки в виде пениса.
        Глаза Анны в ужасе округлились.
        - Я пошутила,  - захохотала Калли и тут же осеклась:  - Помяни черта…
        Подруги обернулись и увидели направлявшегося к ним Майка, но не одного, а с Дереком. Сердце Линдси радостно затрепетало.
        - Привет, девочки.  - Майк наклонился и чмокнул Анну в щеку.  - Как дела?
        - Хорошо,  - ответила та.  - Я так рада, что ты решил заглянуть к нам: целый день тебя не видела и ужасно соскучилась.
        Линдси взглянула на Калли, которая засунула палец в рот, изображая кляп, и, давясь от смеха, прошептала:
        - Ты вполне можешь говорить.
        Но Калли заморгала, и ее взгляд устремились куда-то выше головы подруги. Линдси тоже подняла голову и тут же уткнулась в бездонные глаза, даже уловила исходивший от него слабый запах алкоголя.
        Улыбнувшись, она тихо поздоровалась, и он ей ответил:
        - Привет.
        - Присаживайтесь.  - Анна взялась за спинку стула, стоявшего за соседним столиком, но Майк немедленно перехватил его и сел рядом с ней.  - Мы уже закончили все дела с блогом и обсуждали кое-что очень интересное. Расскажи им, Калли.
        Линдси не оглядывалась, но почувствовала, что Дерек тоже нашел свободный стул, подвинул к ней и сел. Что подумают друзья, трудно было даже предположить. Интересно, Майк знает об их пятничной поездке?
        - Суть в следующем: мы с Линдси подумали, что будет необычно устроить совместную вечеринку: нечто вроде два в одном,  - сообщила Калли и засмеялась.  - Все вместе мы отправимся в новое казино в Мейвилле.
        - Весьма заманчивая перспектива!  - Майк положил руку на спинку стула Анны, взглянул через стол на Дерека и ухмыльнулся:  - Извини, Уолш, твоя идея со стриптизершами не проходит.
        Линдси на мгновения застыла, но, прежде чем успела что-то сообразить, Дерек под столом положил ей руку на бедро и поспешил урезонить друга:
        - Думай, что говоришь!
        Повернувшись к Анне и увидев, что та от изумления аж рот разинула, Дерек усмехнулся:
        - Он шутит, Анна: ничего подобного я не предлагал.
        - Это правда, дорогая.  - Майк поцеловал любимую женщину в щеку.  - Я просто тебя дразнил.
        Счастливая улыбка Анны заставила Линдси почувствовать укол зависти, в то время как рука Дерека по-хозяйски лежала у нее на бедре. У нее даже появилось искушение тоже прикоснуться к нему под столом, но она сдержалась. Как ей хотелось такой же простоты и легкости, как у Анны и Майка, у которых нет груза прошлого, нет былых обид! Возможно ли, что и у нее когда-нибудь будет так? Едва ли. А пока Линдси охватило неприятное ощущение, что она тонет.
        - Давай выйдем,  - ворвался в ее мысли тихий голос Дерека.
        Линдси подняла глаза, увидела, как внимательно наблюдавшая за ней Калли быстро кивнула, и решилась. Отбросив его руку, она прихватила кардиган и твердым шагом направилась к выходу.
        Уже наступил март. Улица их встретила винтажными фонарями, деревянными скамейками и развешанными повсюду корзинами для рассады первых весенних цветов.
        Ресторан «Пай-Миа» располагался в одном из зданий, устроившихся вдоль восхитительной Мейн-стрит, протянувшейся через центр Престона. В этот маленький городок съезжались на выходные жители Канзас-Сити и других окрестных городов. Здесь было множество самых разных ресторанов, бутиков и антикварных салонов, парикмахерская, салон красоты, кондитерская Калли и мелкие магазинчики. Линдси очень любила «Свит опал», хозяйка которого, подруга Брук, частенько брала на реализацию ее творения.
        Престон - милый уютный городок, где хотелось поселиться, завести семью, чтобы устраивать пикники по выходным, заезжать за кофе перед работой и болеть за местную футбольную команду. Он буквально излучал радость и довольство - то, чего Линдси отчаянно желала, но сомневалась, что когда-нибудь обретет.
        - Давай присядем,  - предложил Дерек, указав на ближайшую скамью.
        Она пошла за ним и, не произнеся ни слова, села на некотором расстоянии от него. Послышался его вздох: ей показалось - раздраженный, и Дерек, придвинувшись к ней, положил руку на спинку скамьи.
        - Что ты делаешь?
        - Двигаюсь к тебе поближе. А на что, по-твоему, это похоже?
        Линдси внимательно посмотрела ему в глаза: из-за огромных зрачков они казались иссиня-черными. Дни уже стали длиннее, и уличные фонари еще не зажигали. Солнце пока не опустилось за горизонт, а лишь скрылось из виду за крышами приземистых старых зданий.
        Все же непонятно: как ему в любое время удается выглядеть совершенно неотразимым. Ну и чего, скажите на милость, можно ожидать от женщины в такой ситуации? Что она будет вести себя правильно? Сегодня на нем были темно-синие джинсы и свитер цвета слоновой кости, который прекрасно оттенял легкий загар. И даже отросшая к вечеру щетина делала его невероятно сексуальным.
        - Думаю, нам надо кое-что обсудить.
        - Да?
        Линдси решила притвориться непонимающей, и он об этом догадался.
        - Неужели тот поцелуй оказался таким уж неприятным?
        Его голос был столь тихим и хриплым, что Линдси подняла удивленный взгляд: такой прямоты не ожидала,  - и лишь убедившись, что Дерек прячет улыбку, расслабилась.
        - Конечно, нет.
        - Тогда почему ты так долго не давала о себе знать?
        - У нас вроде бы нет договоренности каждый день созваниваться.
        - Нет, но я знаю, что ты меня избегаешь.
        Она пожала плечами и отвела глаза.
        - Мне просто надо было подумать.
        - Справедливо, но в любом случае мне не хотелось бы, чтобы ты отдалялась.
        - Позволь мне самой это решать.
        - Ладно. Так к чему привели твои размышления? Пришла к каким-то выводам?
        - Да, кое к чему пришла,  - кивнула Линдси.
        - Поделишься?
        - Думаю, того поцелуя не должно было быть, а еще - подобное недопустимо.
        - Лично я в этом не уверен. Хочешь узнать мое мнение на этот счет?
        Он протянул руку и осторожно коснулся локона на ее плече, отчего по всему телу пробежали мурашки. Неправильно это!
        - Думаю, да.
        - Мне кажется, тот поцелую тебя испугал, потому что пробудил дремавшие доселе желания. Теперь ты хочешь большего и ненавидишь меня за это.
        Линдси с трудом сглотнула, а его рука тем временем скользнула по ее волосам, коснулась шеи… Она знала, что в любой момент он может опять ее поцеловать и его надо остановить. Еще минута, и она его остановит непременно…
        - Знаешь, он испугал и меня тоже, но по другой причине.  - Его глаза горели страстью.  - Я счастлив, что хочу тебя так сильно, но ужасно боюсь, что никогда не смогу получить.
        У Линдси аж дыхание перехватило. Ей следовало прямо сейчас сказать ему «нет» и еще раз «нет». Пережить потерю она не сможет, а он ни словом не обмолвился ни о любви, ни о своих планах на будущее. Что же касается временных отношений, секса от случая к случаю… на это она не пойдет.
        - Что мне сделать, чтобы ты чувствовала себя увереннее?
        Дерек склонился к ней, теперь их лица были совсем рядом. Сердце Линдси забилось чаще. Да, в искусстве соблазнения ему нет равных, а значит, ей потребуется вся сила воли, чтобы противостоять.
        Мимо проехала машина, набитая подростками, которые кричали и свистели, а один из них завопил:
        - Нам нужно место!
        Эти слова отрезвили Линдси, напомнив, что они стремительно приближаются к опасной территории, и она попросила:
        - Дай мне немного места.
        Дерек несколько опешил, но все же отодвинулся.
        - Ты уверена, что хочешь именно этого?
        - Да.
        Он кивнул, несколько секунд сидел молча, опустив голову, а потом криво ухмыльнулся:
        - Думаю, тот недоросль имел в виду что-то другое.
        Оба рассмеялись.
        - Пойми, просто все…  - начала было Линдси, но Дерек перебил:
        - Все идет слишком быстро. Я понимаю.
        Она не услышала в его голосе раздражения и была признательна ему за это.
        Дерек же продолжил:
        - Линдс, ты заслуживаешь самого лучшего, и я хочу тебе это дать. Но больше всего мне необходимо, чтобы тебе был нужен я, но если нет - поверь, я приму и это. Тогда мы могли бы стать друзьями.
        У Линдси сжалось сердце: таким серьезным было его лицо, такими грустными глаза,  - и она лишь смогла кивнуть.
        Тут дверь распахнулась, и огни ресторана осветили лицо Дерека, но он не обратил на это никакого внимания, даже не обернулся, продолжая смотреть на Линдси.
        - Какой прекрасный вечер!  - с преувеличенным восторгом провозгласила Калли.
        Линдси поняла, что подруга волнуется, и встала.
        - Давай завтра вернемся к работе,  - быстро сказал Дерек.  - Нет смысла бросать начатое.
        Линдси кивнула и, покосившись на него, уточнила:
        - Речь о кухонном островке для Анны.
        - Разумеется, о чем же еще?  - усмехнулся Дерек.
        - Прекрасно. Утром увидимся.
        - До завтра.  - Дерек достал из кармана ключи.  - Спокойной ночи, Линдси.
        - До свидания, Дерек.
        Он, не оглядываясь, направился к своему «мерседесу». Линдси не могла бы сказать с уверенностью, что ей нравится больше: этот шикарный монстр или старенький грузовичок.
        - Все в порядке?  - Калли с тревогой взяла подругу за руку.
        Линдси с облегчением вздохнула.
        - Думаю, что да.
        - Со стороны вы смотрелись очень… гармонично.
        - Слишком.
        - Не ручаюсь за достоверность, но мне кажется, что он уже не такой, каким был восемь лет назад.
        - Этого я и боюсь.

        Глава 13

        Линдси и Дерек трудились над кухонной зоной уже два дня, но он не предпринимал никаких попыток к сближению, не флиртовал и не прикасался к ней, даже если она оказывалась рядом. Ее радовало, что он уважает ее желание иметь личное пространство. Они совершенно свободно общались, смеялись и работали, и напряжение между ними скоро исчезло.
        Линдси так долго искала детали, что ей не терпелось увидеть кухню в готовом виде. Она не знала, каково было предназначение всех этих предметов в прежней жизни, но для ее замысла они подходили идеально. Островок получился чуть выше столешницы, по краям у него имелись маленькие шкафчики, в центре - два ряда ящиков, и большая стальная полка внизу. Это целое хранилище для кухонной утвари, так что Анна будет в восторге.
        - Похоже, мне нужна передышка,  - заявил Дерек, положив шлифовальную машину.  - А тебе?
        Днем существенно потеплело, и в амбаре, где они работали, стало душно. Заметив, что Дерек расстегнул верхние пуговицы фланелевой рубашки, Линдси поспешно опустила глаза и с преувеличенным вниманием уставилась на ящик, над которым работала, но уже через минуту поняла, что не в силах сдерживаться. Сквозь опущенные ресницы она взглянула на него, а он как раз в этот момент расстегивал последнюю пуговицу рубашки, под которой оказалась светло-серая футболка, как вторая кожа обтянувшая его тренированное тело. Дерек провел пятерней по волосам и обернулся взглянуть на то, что у них получилось.
        Боже правый, ну нельзя же мужчине быть таким привлекательным! Она помнила его обнаженное тело так же ясно, как если бы видела его вчера: блаженство, поскольку воспоминание было чудесным, и проклятье, потому что ей хотелось увидеть его снова. Вот он, перед ней, мужчина из плоти и крови - настоящее искушение.
        Он машинально коснулся живота, и футболка слегка приподнялась, явив взору Линдси узкую полоску над брючным ремнем. Ей пришлось срочно схватить свою шлифовальную машинку, словно это был спасательный круг, и сосредоточиться на обработке передней стенки ящика, где вроде бы оставалась какая-то неровность. Пожалуй, следует обработать ее еще раз, чтобы справиться с возбуждением. Да, это должно помочь.
        Краем глаза она заметила, что Дерек направляется к ней. Носком ботинка он ненароком задел ее теннисную туфлю, и только тогда она подняла глаза и изобразила удивление, как будто и не наблюдала за ним с таким напряженным вниманием.
        - Извини, задумалась,  - солгала Линдси, сняв защитную маску.
        - Я думаю, пора сделать перерыв. От этого сидения на земле спина как деревянная - не разогнешься.
        Линдси взглянула на пыльный пол, на котором сидела, и только теперь осознала, что и у нее от неудобной позы затекли ноги. Она оглянулась, словно не знала, куда поставить незаконченный ящик, Дерек решительно его отобрал и подал ей руку.
        - Вставай. Пойдем погуляем.
        Едва приняв вертикальное положение, Линдси поспешила высвободить руку и буркнула:
        - Пошли.
        Оказавшись на свежем воздухе, Линдси с удовольствием подставила лицо теплому солнцу. Они прошли через двор и приблизились к саду. Линдси здесь очень нравилось. Неухоженный, дикий, заросший бурьяном и полевыми цветами, он был очарователен. Миновав эти цветущие заросли, они оказались на маленьком заднем дворике в окружении высоких деревьев.
        - Видишь вон тот белый забор?  - спросила Линдси, жестом указав вправо, и остановилась.
        - Да, а что с ним?
        - Там заросли сирени. Свадьба Анны и Майка пройдет на их фоне. Как ожидается, ко дню их свадьбы сирень уже расцветет. Хочется верить, что так и будет. Анна очень на это надеется и будет расстроена, если не получится. Именно здесь, возле этих зарослей, Майк сделал ей предложение.
        - Правда? Оказывается, мой друг романтик! А я и не знал. Впрочем, это не удивительно.
        Дерек медленно направился к белому забору, представив взору Линдси потрясающую задницу в старых, сильно изношенных джинсах с дырой над задним карманом, в котором лежал его бумажник. Она могла бы поклясться, что сквозь протертую ткань джинсов проглядывает что-то синее. Когда-то он предпочитал трусы-боксеры, но это было давно, так что вкусы могли измениться: возможно, теперь ему нравятся плавки? Неожиданно ее охватило сильнейшее любопытство: захотелось немедленно выяснить этот жизненно важный вопрос.
        Дерек тем временем уже тряс белый забор, словно хотел убедиться в его прочности, и это был чисто мужской жест: ни одной женщине и в голову не пришло бы что-либо подобное.
        - Насколько я понял, свадьба будет не особенно многолюдной?
        - Думаю, человек пятьдесят, не больше,  - ответила Линдси.  - Но все будет очень красиво.
        - Не сомневаюсь.
        Линдси вдруг поймала себя на мысли, как это странно - обсуждать свадьбу подруги с ним. А какой была его свадьба? Роскошной или скромной? С какой тематикой? Разумеется, спрашивать она не станет, это не ее дело, хотя и жаль, что очень многого о нем не знает.
        - Ты живешь в Престоне?
        - За городом.
        - В деревне?
        - Ну, не совсем в деревне,  - улыбнулся Дерек.  - Просто у нас дома расположены на довольно внушительном расстоянии друг от друга. У меня там свой дом - небольшой, но хороший, там вполне достаточно места и для меня, и для Таннера. Кроме того, там большой участок. Я обычно провожу дома очень мало времени, если нет Таннера: как правило, работаю допоздна в офисе или на площадке.
        Так, неспешно беседуя, они подошли к массивному старому дереву в углу двора. Его ствол был таким толстым, что Дерек, словно хотел почувствовать сердцебиение, приложил к нему ладонь. Странно, но и Линдси захотелось последовать его примеру. Она не стала сдерживаться - зачем?  - и тоже приложила ладонь к стволу, примерно в футе от его руки.
        - Ты что-то хочешь почувствовать?
        Дерек засмеялся и убрал руку. Похоже, это был непроизвольный жест.
        - Ничего. Просто делаю так всегда: люблю деревья - смотреть на них, трогать.
        Этого Линдси о нем не знала, поэтому не смогла скрыть удивления.
        Она посмотрела ему в глаза. Взгляд его был напряженным, губы слегка кривились - то ли в улыбке, то ли в усмешке.
        - Это здорово, что ты любишь деревья.
        - Да я их просто обожаю.
        Это было сказано так по-мальчишески задорно, что Линдси рассмеялась и тряхнула головой, вдруг почувствовав себя снова юной девушкой, которая украдкой посматривает на самого привлекательного в группе юношу. Ей хотелось лишь одного - почувствовать его: губы, тело, руки… Линдси подошла чуть ближе… еще ближе… и еще.
        Дерек перестал улыбаться, осознав происходящее, дыхание у него участилось. От него потрясающе пахло, и запах этот был до боли знакомым. В глубине души Линдси понимала, что ничего у нее не получится: она не сможет уйти, не отдав еще раз хотя бы часть себя этому мужчине. И дело не только в сердце. Дерек обладал всем, что она всегда искала. Оставалось только выяснить, сохранилось ли это по истечении восьми долгих лет.
        Она медленно протянула руку и положила ладонь ему на живот - на ту самую полоску, которая виднелась из-под футболки,  - и ощутила тепло кожи. Дерек на несколько секунд перестал дышать, а Линдси посмотрела прямо ему в глаза и тихо проговорила:
        - Извини, что морочу тебе голову, но я действительно не знаю, что делаю.
        - Делай что хочешь,  - прошептал он в ответ.  - И не смей ни о чем сожалеть.
        Ее ладонь скользнула вверх по его груди, и Линдси с наслаждением ощутила тепло и гладкость кожи, а потом почувствовала, как на бедро легла сильная мужская рука, и поняла, что хотела именно этого.
        Дерек притянул ее к себе, осторожно прислонил спиной к стволу, чуть приподняв на небольшом корневище, так что их глаза теперь были на одном уровне. Больше не сомневаясь, он подался вперед, и его губы завладели ее ртом. Этот поцелуй был совершенно другим: не ласковым и нежным, а дерзким, требовательным, собственническим. Он буквально вопил, предостерегая: «Если собираешься остановить меня, то сделай это прямо сейчас!»
        Линдси словно вышла из ступора, и их губы внезапно пришли в движение: стали безумными, неистовыми, лихорадочными,  - сжимались и раскрывались, хватали и требовали большего.
        Тогда, в Уэст-Боттомс, она так напряженно думала о значении этого поцелуя, что ей было не до ощущений, зато теперь чувствовала все. Хотела этого. Стремилась к созданию новой памяти с этим мужчиной. К воспоминаниям, к которым можно возвращаться снова и снова, не испытывая ни сожалений, ни стыда. Таково было ее решение. Теперь, когда стала намного сильнее, она могла взять то, что ей нужно. В отличие от нее ему, похоже, нужно только ее тело. Что ж, с этим придется жить, раз уж он не может предложить ей ничего большего. Но поскольку хотела она его безумно, подобные соображения остановить ее уже не могли.
        Дерек раздвинул ей губы языком, она с радостью откликнулась на эту ласку, и языки их вступили в сладостное сражение. Здоровой рукой она гладила его грудь, а больная лежала у него на плече. Кора дерева царапала спину сквозь футболку, но Линдси было наплевать. Дерек подхватил ее за ягодицы и властно прижал к себе, отчего из груди ее вырвался хриплый стон. Инстинктивно она обхватила ногами его бедра, прижимаясь теснее.
        Дерек в ответ прижался к ней напрягшимся мужским естеством и хрипло спросил:
        - Чувствуешь меня?
        Одновременно он покрывал лихорадочными поцелуями ее губы, подбородок, щеки. Господи, как же она любила, когда он так ее целовал! Поцелуй Дерека Уолша был актом победы и покорности, обольщения и завоевания. Линдси откинулась назад, чтобы ему было удобнее. Сейчас их ничего не разделяло - кроме одежды, конечно. Они не могли бы стать ближе друг к другу, даже если бы пожелали.
        Дерек немного отклонился, в то время как ее спина оставалась прижатой к дереву, и положил ей руки на грудь: полную, совершенной формы, с напряженными сосками - и принялся поглаживать, сжимать, теребить соски.
        - Ты прекрасна!  - выдохнул он шумно, с трудом.  - Ты даже не представляешь, как я хочу тебя, Линдси. И всегда хотел.
        Она втянула воздух, тщетно пытаясь уловить смысл его слов, а его губы уже скользили по шее. Он целовал ее, лизал, посасывал и покусывал, вызывая целый вихрь непередаваемых ощущений. Наконец его губы опустились к ее груди и втянули в рот покрытый тонкой тканью футболки сосок. Теперь его правая рука легла ей на спину, защищая от твердой древесной коры и одновременно прижимая теснее, а губы ласкали второй сосок. Ее тело моментально вспомнило, каким искусным соблазнителем и опытным любовником был Дерек Уолш, с какой легкостью заставлял ее забыть обо всем на свете.
        Теперь ее майка и бюстгальтер были влажными от его теплого рта, между бедрами разливался жар. Она еще крепче обхватила его ногами и для удобства скрестила лодыжки. Дерек заглянул ей в глаза.
        - Как твоя рука? Все хорошо?
        Линдси кивнула, поскольку, честно говоря, совершенно забыла о поврежденной конечности.
        Дерек тяжело и хрипло дышал, и ей пришло в голову, что, вероятно, ему тяжеловато ее держать… хотя он вроде бы не слишком напрягался.
        - Знаю, я обещал, что не буду спешить, дам тебе время и пространство, но, черт бы побрал все на свете…
        - Забудь…  - выдохнула Линдси.
        Дерек негромко хохотнул и прижался лбом к ее лбу.
        - Ты уверена, малышка?
        - Мы же на улице…  - И это было ее единственно возражение.  - Можно куда-нибудь зайти?
        Он заглянул ей в глаза: похоже, вовсе не ожидал ее согласия - и, несмотря на волнение, повеселел. На шаг отступив от дерева, он поставил свою драгоценную ношу на ноги, взял за руку и потащил за собой к дому. При этом он так торопился, что Линдси пришлось бежать.
        - Эй, полегче!
        Дерек резко остановился, оглянулся, заключил ее в объятия и завладел губами. Она с готовностью ответила на поцелуй, а потом он прошептал:
        - Мы сделаем это. Ты не пожалеешь, обещаю. Я хорошо позабочусь о тебе, Линдс.
        Она не слишком поняла, что он имеет в виду. Хорошо позаботится о ее теле? В этом можно было не сомневаться. Только вот пускать его глубже - к своему сердцу, к своей душе - она не собиралась. Но благоразумно решив не вступать в разговоры, она отдалась блаженству поцелуя. Наконец оторвавшись друг от друга, они опять пошли - точнее, побежали - к дому. Возле крыльца Дерек сказал:
        - Жди здесь, я сейчас вернусь.  - Увидев, как вытянулось у нее лицо и исчезла улыбка, поспешил добавить:  - Ключи. Я должен взять ключи.
        Линдси медленно поднялась по ступенькам и остановилась у двери, окинула взглядом двор. С высокого крыльца ей была хорошо видна дорога, по которой, поднимая облако пыли, ехала машина. Ей на нос едва не села муха. Из сада доносилось пение птиц. Был самый обычный день. Жизнь текла своим чередом.
        А она вдруг отчаянно запаниковала, оттого что согласилась заняться сексом с Дереком, взявшим ее девственность, разбившим ей сердце, единственным мужчиной, которому когда-то отдала всю себя, а теперь собиралась подвергнуться опасности испытать ту же боль снова.
        Линдси зажмурилась и сжала кулаки. Она все равно пойдет на это. Сможет. Люди занимаются сексом постоянно, и это вовсе не должно что-то значить. Она может стать как все и дать своему телу то, чего оно хочет и ждет.
        Дерек вышел из-за угла и взлетел на крыльцо, перепрыгивая через две ступеньки, а увидев ее лицо, застыл, медленно подошел ближе и положил руку ей на талию.
        - Ты передумала?  - после непродолжительного молчания спросил он слегка дрожащим голосом.
        Линдси обхватила его за шею, приподнялась на цыпочки и чмокнула в подбородок.
        - Нет, не угадал: хочу, причем безумно.

        Дерек открыл дверь и пропустил Линдси вперед. Они вошли в дом и сразу очутились в тепле, окутанные запахами свежего дерева и краски. Конечно, не самое идеальное место для интимного свидания, но выбирать не приходилось. Он почувствовал, как она стиснула его руку, и, осознав, что замер столбом на пороге, предложил:
        - Наверх?
        - По крайней мере там есть ковер.
        Линдси улыбнулась и потянула его к лестнице. И хотя оба спешили, выбрали самую дальнюю спальню, которая к тому же была самой маленькой, но имевшееся там окно закрывала розовая занавеска. Пол покрывал ковер, тщательно вычищенный, но старый и потертый. Только им было все равно. Свет включать не стали - хватало послеполуденного солнца. Не говоря ни слова, Дерек поспешил заключить Линдси в объятия, и некоторое время было слышно только их прерывистое шумное дыхание.
        Его руки жадно шарили по ее телу, словно он все еще не верил в реальность происходящего - в то, что женщина, о которой так долго мечтал, которая многие годы являлась ему в снах, наконец появилась в его жизни.
        - Ты не представляешь, сколько я этого ждал,  - признался Дерек.
        - И я… я тоже.
        Дерек с надеждой заглянул ей в глаза.
        - Это правда?
        Линдси кивнула, и он опять завладел ее губами. Ему хотелось остановить это мгновение, чтобы оно длилось вечно. Аккуратно высвободив ее пострадавшую руку из поддерживающей петли, он расстегнул ее рубашку и помог снять.
        Простой белый бюстгальтер, без всяких украшений, невероятно сексуально открывал ее упругую грудь, и Дерек все смотрел на нее и не мог наглядеться. Ее нежная кожа была золотистой, мягкой и гладкой - такой, какой он ее запомнил.
        - Какая ты красивая! А с возрастом стала еще лучше.
        Линдси опустила глаза, но потом нашла в себе силы поднять лицо, и их взгляды встретились.
        - Я рада, что тебе нравится.
        Дерек расстегнул бюстгальтер и наконец сумел в полной мере насладиться восхитительным зрелищем ее грудей с темными бутонами сосков. Он довольно улыбнулся.
        - У тебя потрясающая грудь, и я ее обожаю.
        Линдси улыбнулась, зардевшись, но прикрываться руками, оставшись без бюстгальтера, не стала, Дереку это понравилось, и он накрыл оба холмика ладонями, зажмурившись от удовольствия. Это восхитительно - прикасаться к обнаженной коже, а не вспоминать о ней.
        Он подул на сосок и с удовольствием услышал, как она ахнула, и почувствовал, как выгнулась ему навстречу. Сосок стал твердым и сморщился, и тогда он подул на второй.
        - О, это так…  - договорить она не смогла.
        - Приятно?  - подсказал Дерек и потерся кончиком носа о ее переносицу.
        Она улыбнулась, отвела глаза и обняла его, а он потянулся к ней и спросил, едва не задыхаясь:
        - Ты уже влажная?
        Она кивнула.
        - Прекрасно. Именно этого я и хочу, малышка: чтобы ты была готова принять меня.
        Дерек поднялся и сбросил рубашку. Глаза ее округлились, и ему это понравилось: она непроизвольно показала, что восхищена его телом,  - во всяком случае, он надеялся на это.
        - Хочу, чтобы ты легла.
        Дерек с радостью увидел, как она без возражения сбросила туфли, сняла джинсы и опустилась на колени, и протянул ей руку, чтобы помочь устроиться поудобнее. Линдси села, чуть откинулась назад, облокотившись о локти, и замерла. Ничего прекраснее этой свободно устроившейся на старом ковре полуобнаженной женщины Дерек в жизни не видел. Сбросив ботинки, Дерек опустился на колени, склонился над ней, опершись руками о пол по обе стороны от ее бедер, и раздвинул ей ноги, освобождая место для себя. В этом положении их лица оказались рядом, и он снова поцеловал ее, с удивлением обнаружив, что ответный поцелуй Линдси уже не был нежным: в ней кипела страсть, и ему это понравилось. Несколько мгновений он не шевелился, позволив ей делать все, что хочет. Она раздвинула языком ему губы и принялась исследовать глубины рта. И это было прекрасно: она целовала его с такой непосредственностью и искренностью, что у Дерека перехватило дыхание. Он поймал ее язык губами и втянул в рот, затем чуть прикусил нижнюю губу и, немного надавив на нее всем телом, уложил на ковер и принялся целовать груди.
        Линдси запустила пальцы здоровой руки ему в шевелюру и прижала голову к себе. Это было настолько сексуально, что Дерек почувствовал, как тесно ему стало в джинсах, поэтому расстегнул их - исключительно для того, чтобы чувствовать себя свободнее,  - и продолжил восхитительное путешествие губами по ее телу.
        Линдси застонала и вцепилась ему в волосы, что не помешало ему опуститься ниже и ухватиться зубами за резинку ее трусиков. Помогая себе рукой, Дерек потянул их вниз, и Линдси решила помочь: сама стянула трусики с правой ноги. Не колеблясь ни минуты, он приник губами к ее самому сокровенному местечку, готовый на все, чтобы доставить ей наслаждение. Все остальное для него не имело никакого значения. Он посасывал и лизал влажные складки, раздвигал языком, и Линдси тяжело дышала и стонала, инстинктивно сжимая его голову бедрами. Он любил в ней все: ее запах, ее вкус, ее страстные стоны и даже то, как она судорожно хватала его за волосы, пусть и было немного больно. И вот наконец это настигло ее - она содрогнулась в его руках, закричала и, дернув за волосы, упала на ковер, словно окончательно лишившись сил. Дерек же развел шире ей бедра и лизнул ее там.
        - О, не надо, я больше не вынесу!
        Он не послушался и стал медленно двигаться вверх, прокладывая поцелуями дорожку от пушистого треугольника внизу живота к шее, а когда их лица снова оказались на одном уровне, проник языком ей в рот.
        Ее здоровая рука гладила его по спине. В какой-то момент, угадав ее намерение, Дерек немного приподнялся, позволив ее руке оказаться между их телами. Ее пальцы потянули за резинку боксеров и коснулись головки пениса. Дерек сдержал стон и заглянул ей в глаза.
        - Возьми его.
        Линдси легонько сжала твердое мужское естество, он с шумом выдохнул и прохрипел:
        - Сильнее.
        - Боюсь сделать тебе больно,  - прошептала она.
        Дерек нервно всхлипнул и сжал ее руку своей, показывая, чего ему хочется.
        - Вот так.
        Она подчинилась, и по телу Дерека прокатилась волна дрожи.
        - Мне нравится держать его в руке,  - хрипло прошептала Линдси.
        - М-м-м, а уж как нравится мне!  - пробормотал Дерек, покрывая поцелуями ее шею, подбородок, глаза, губы.  - Мне нравится абсолютно все, когда ты рядом со мной, подо мной, на мне.
        - А ты не собираешься это снять?  - дотронувшись до пояса его джинсов, спросила она.
        Дерек поднялся и, стоя на коленях между ее согнутыми ногами, достал из кармана презерватив (слава богу, нашелся в грузовике: он взял его вместе с ключами от дома и мысленно поблагодарил Линдси, что не спросила, специально он его принес или, хуже того, всегда держал под рукой).
        Линдси напряженно наблюдала, как он встал, быстро избавился от одежды и натянул презерватив. Было что-то завораживающее в уверенных движениях этого большого сильного мужчины. Лишь когда он снова опустился на колени и прижал пенис к ее теплым влажным складкам, Линдси закрыла глаза и прошептала:
        - Дерек…
        - Скажи, чего ты хочешь, Линдс.
        Она тряхнула головой, но так и не открыла глаза. Он понимал, что где-то глубоко внутри нее продолжается борьба разума с чувствами, поэтому положил ладонь ей на грудь, не торопясь войти в нее. Веки ее чуть приподнялись, и он увидел, что глаза ее заволокло дымкой желания, прежде чем они закрылись.
        - Ты хочешь меня?
        - Да,  - с придыханием ответила Линдси.
        Он чувствовал, как поднимается и опускается грудь под его ладонью.
        - Скажи это.
        - Да… я хочу тебя.
        Его рука проскользила по ее шее, подбородку, уху и, в конце концов, легла на затылок, собрала волосы, струящийся шелк, в кулак.
        - Направь меня сама.
        Линдси взяла твердый пенис и, ни секунды не колеблясь, направила в себя. Дерек с глубоким вздохом погрузился в ее глубины и тут же почувствовал, как вокруг него сжались мышцы, так что перехватило дыхание.
        - О, какое блаженство!  - пробормотал он, из последних сил пытаясь сдержаться.
        Неважно, что чувствует он сам: главное - действовать медленно, чтобы доставить ей максимум удовольствия. Линдси должна почувствовать себя на вершине блаженства. Если ей не понравится секс с ним, он себе этого никогда не простит.
        Ее ногти впивались ему в спину, но он не чувствовал боли. Войдя в нее на всю длину, он медленно вышел и снова ворвался внутрь. Линдси резко всосала его нижнюю губу, и его тело сотрясла дрожь. Дерек уже очень давно не испытывал столь изумительных ощущений и почти забыл, какое наслаждение доставляет слияние двух тел, если оно происходит по любви. Так было только с Линдси, лишь она одна любила его по-настоящему, но понял это он не сразу.
        Дерек постепенно ускорял темп, не сводя с нее внимательных глаз, наблюдая за реакцией.
        - Мне кажется, я мог бы оставаться в тебе сутки напролет и чувствовать себя при этом совершенно счастливым.
        - Совсем забыла, как ты любишь поговорить… особенно во время секса.
        Дерек хмыкнул и медленно вышел из нее, чтобы снова войти.
        - Лгунья. Уверен: ты не забыла ничего… как и я.
        Ее улыбка исчезла, и Дерек тут же пожалел о своих словах. Да, ему не хватало ее каждый день, каждый час, каждую минуту, но это вовсе не значит, что и она испытывала такие же чувства. Он замедлил движения.
        - Извини, я не пытался…
        - Ш-ш-ш.  - Она прижала палец к его губам.  - Не надо ни за что извиняться, а уж тем более за это. Ты прав: я ничего не забыла, ни единой секунды. И мне тоже тебя очень не хватало.
        У Дерека будто камень с души свалился. Он все-таки добился своего: получил эту женщину, и теперь уже навсегда.

        Глава 14

        Линдси не представляла, что будет с ее сердцем, то ли выскочит из груди, проломив ребра, то ли разобьется о них на тысячи осколков. Не совершила ли она глупость, признавшись, что ни на мгновение не забывала о нем? Что помнила каждую мелочь? Что скучала? Когда он услышал об этом, глаза его потемнели. Ну и что дальше? Что им теперь с этим делать? Говорить можно что угодно, но слова не изменят простую истину, которая до боли ясна: происходящее между ними не просто секс.
        - Мне очень не хватало тебя, малышка. Я постоянно думал о тебе, только о тебе,  - шептал Дерек, задыхаясь.
        Что она наделала? Ее признание - в самый уязвимый момент - положило начало обмену эмоциями, к которому она не была готова. Дерек продолжал лихорадочно шептать, и каждое слово иглой впивалось ей в сердце.
        - У меня перед глазами стояло твое лицо, твоя улыбка, звучал твой смех.  - Он провел кончиком пальца по ее носу, шее, ни на мгновение не прерывая движения внутри тела.  - Я ничего не забыл, Линдси. Помню, как это чудесно - ощущать себя в тебе. Помню твой вкус, твой запах.
        Дерек принялся посасывать мочку ее уха, и Линдси забыла, что надо дышать. Как всегда, он много говорил во время секса, и, видит бог, ей нравились эти милые глупости и даже скабрезности. Глубокий мягкий тембр его голоса волновал ее ничуть не меньше, чем прикосновения рук и движения тела. Но эти признания ее убивали. Неужели он действительно чувствовал то, о чем говорил? Или это было лишь дополнением к сексу?
        Немного отстранившись, Дерек просунул между ними руку и стал ласкать ее пальцами. Линдси забилась, застонала, чувствуя приближение разрядки.
        - Вот так, малышка, так. Мне так нравятся эти звуки!
        Линдси вцепилась в него, словно боялась упустить, ногти вонзились в плечи, лицо раскраснелось и покрылось испариной.
        - Обожаю смотреть на тебя, когда нахожусь там, внутри, особенно в момент приближения оргазма: ты такая раскрепощенная, смелая…
        Линдси закрыла глаза, пытаясь сконцентрироваться на ощущениях, а не на пробуждаемых его словами воспоминаниях. Он всегда любил наблюдать за ней во власти оргазма, умел сделать так, что она чувствовала себя самой любимой и самой красивой. Но это было давно и воспринималось по-иному, а сейчас Линдси не могла позволить этим словам проникнуть ей в сердце. Это секс. И ничего больше. Два взрослых человека дарят друг другу физическое наслаждение. Речь не идет о возвращении к былым сильным чувствам. Убедив себя в этом, Линдси подхватила его ритм и начала двигаться навстречу, упираясь пятками в ковер.
        Она не станет больше его целовать, потому что это слишком интимно, вызывает слишком сильные ощущения. И смотреть на него тоже не станет. Нельзя мужчине быть таким привлекательным - это преступление. Приняв наконец решение, Линдси уткнулась лицом ему в грудь, обхватила здоровой рукой за туловище, и через несколько секунд уже задыхалась в сладких судорогах оргазма.
        - Не закрывайся, Линдс, смотри на меня,  - потребовал Дерек, выходя и врываясь в нее и ни на мгновение не закрывая рта…
        Нет, это невозможно. Не издав ни звука, она крепко зажмурилась, чтобы уж наверняка не встретиться с ним глазами: боялась разрыдаться.
        - Линдси!..
        В его голосе звучало отчаяние. Ну и пусть. Только когда спазмы, сотрясавшие тело, затихли, она опустила голову на пол и наконец взглянула на него.
        Выражение его лица было обиженным и смущенным, а потом он рассердился. И она отлично понимала почему. Он только что полностью раскрылся перед ней, обнажил все свои чувства и эмоции и всего лишь попросил не прятать глаза, но она не смогла выполнить его просьбу. Неужели он не понимает, что многое зависит от природы человека? Является защитным механизмом?
        Линдси сглотнула подкативший к горлу ком и уставилась в стену. Выражение обиды на таком родном лице невозможно было вынести. Не сказав больше ни слова, Дерек опустился на нее, придавив к полу. Его толчки стали быстрыми и какими-то отчаянными, что ли. Связь между ними исчезла, остался только секс, и Линдси показалось, что у нее отняли что-то волшебное, жизненно необходимое. Даже воздух в комнате изменился. Исчезло ожидание чуда. Теперь на ковре лишь совокуплялись мужчина и женщина.
        Дерек буквально вбивал в нее член, вынуждая раздвигать ноги все шире и шире. Его оргазм был мощным и злым. Он в последний раз вошел в нее - так глубоко, как только мог,  - и его тело наконец содрогнулось, из горла вырвался хриплый крик. Линдси прижалась к нему, мимоходом подумав, что у него на спине останутся царапины от ее ногтей, но он сразу же скатился с нее, улегся рядом на спину и уставился в потолок. Линдси краем глаза наблюдала за ним. Он шумно и часто дышал. Покрытая темными волосками грудь ритмично вздымалась и опускалась. Всем своим видом он выражал обиду, и, не в силах это вынести, Линдси набросила на голое тело его рубашку и встала.
        - Я думал, ты тоже хотела этого,  - процедил Дерек ледяным голосом.
        Линдси вздохнула, но так и не рискнула повернуться к нему.
        - Я хотела… думала, что хочу.
        Линдси слышала, как он встал с пола.
        - Думала, что хочешь? Что, черт возьми, это значит? Что изменилось так быстро?
        Его неожиданная ярость шокировала ее, а из-за боли, прозвучавшей в голосе, она почувствовала неожиданный укол совести. Надо было собраться с мыслями. Если уж он намерен предъявлять ей претензии, она тоже найдет что сказать.
        - Ты пытаешься войти в ту же реку еще раз, Дерек, хочешь, чтобы между нами все было как раньше.
        - Конечно.  - Он уже успел надеть боксеры и футболку и теперь натягивал джинсы.  - Тогда у нас все было хорошо, а ты, очевидно, просто забыла.
        - В том-то все и дело, Дерек. Тогда все хорошо, потрясающе, волшебно у нас было. Я чувствовала себя счастливой. Когда мы занимались любовью, и в моем сердце я чувствовала любовь.  - В глазах у нее заблестели слезы, нос заложило, голос стал срываться.  - Но больше не хочу: это меня уничтожит.
        Плечи Дерека поникли, глаза стали грустными, в них застыла мольба, и он опустился перед ней на колени.
        - Линдси, прошу тебя.
        - Нет! Прекрати!  - Она отпрянула, когда Дерек протянул к ней руки.  - Не смей меня жалеть! Мне не нужна твоя жалость!
        - А хоть что-нибудь тебе от меня нужно?
        Линдси пожала плечами.
        - Не знаю.
        - Не знаешь? А как насчет перетаскивания тяжелых вещей или окрашивания полов? Можешь оставить мне свою коронную записочку, когда понадобится оплатить твои больничные счета, или сказать лучшему другу, что не придешь к нему на свадьбу, потому что там будешь ты.
        Линдси потрясенно ахнула, когда он вскочил, схватил ботинки и рванул к двери, намереваясь уйти, даже не объяснившись после столь неожиданного взрыва. Ну уж нет, этого она не допустит. Вернув себе способность говорить, Линдси выкрикнула:
        - Какое отношение ты имеешь к моим больничным счетам?
        Неужели он оплатил счет? С какой стати?
        - Об этом можешь не волноваться,  - буркнул он, подойдя к двери.
        - Дерек, не смей уходить от меня!
        Он вздрогнул, повернулся и сделал несколько шагов ей навстречу.
        - Именно уходить от тебя я и не хочу, но на сей раз ты меня отталкиваешь. Я же всего лишь дал тебе то, чего ты хотела.
        - Я всегда хотела быть с тобой, а ты выбрал другую.
        - Я выбрал не ее, а сына, и тебе это отлично известно! Сколько можно повторять, что мне очень жаль? Я не могу доказывать это тебе снова и снова. Или ты веришь мне, или нет.
        Линдси еще никогда не видела его в такой ярости, но тем не менее у нее и в мыслях не было, что он может ее ударить. Дерек Уолш мог причинить боль только ее сердцу.
        Линдси наклонила голову, высматривая свою одежду. Из глаз хлынули слезы, но, собрав волю в кулак, она заставила себя держаться.
        - Я верю тебе, это не проблема, но не могу не думать, что могла бы любить твоего сына вместе с тобой. Только ты не дал мне ни одного шанса.
        От его массивного тела, заполнившего дверной проем, исходили волны ярости. Дерек тяжело дышал, но глаза его жадно шарили по ее телу, словно пытались запомнить все детали, прежде чем он уйдет и в этот раз. «Только не уходи».
        - Прошу тебя, уйди,  - проговорила она тихо.
        В ту же минуту Дерек вышел - нет, выбежал - в коридор. Линдси слышала, как он буквально слетел вниз по лестнице, и прежде чем открылась входная дверь, послышались сильный удар - это его кулак во что-то врезался - и негромкое ругательство. Скорее всего, осталась трещина в панели. Она поморщилась, словно ударилась сама.
        Теперь можно и поплакать.

        Глава 15

        В воскресенье утром Линдси и Мэлони встретились с отцом за поздним завтраком. Платила за всех Мэлони. Вероятно, поэтому Исаак и согласился - он, как всегда, был на мели, потому что никак не мог найти постоянную работу. После инсульта, случившегося семь лет назад, он был на инвалидности, но не работать позволить себе не мог, поэтому частенько брался за временную работу с минимальной оплатой то здесь, то там и нигде долго не задерживался. Линдси очень переживала за отца: с каждым годом он все глубже погружался в депрессию. Дочери были уверены: если бы он мог найти постоянную работу и прочно встать на ноги, то почувствовал бы себя намного лучше.
        Ей следовало лучше знать, что к чему. Из-за отца она в свое время бросила колледж, решив, что потом вернется к занятиям, а пока побудет немного дома. Прошлой осенью она тоже решила отложить все свои дела и помочь ему. Он был в трудном положении и без машины не мог работать. Линдси боялась, что если он не будет поддерживать хотя бы видимость нормальной жизни, то впадет в депрессию, из которой уже не сможет выбраться.
        Она многим пожертвовала, чтобы помочь отцу, это правда, только вот в колледж так и не вернулась - на это попросту не было денег. Но как еще она могла поступить? У него никого не было, кроме них с Мэлони. Но старшая сестра всегда умела устанавливать границы, поэтому не слишком интересовалась его проблемами. Отец никогда и ни о чем не просил Мэлони, а Линдси не посвящала сестру в его проблемы.
        Увидев, как отец корчит рожицы Иден, которая теперь хохотала над всем и вся, она засмеялась. Он качал малышку на колене, шептал что-то на ушко и нет-нет да и чмокал в пухлые щечки.
        - Я очень рада, что мы наконец увиделись, папа,  - сказала Мэлони.  - А то ведь внучка тебя забудет.
        - Знаю. Постараюсь больше не допускать ничего подобного. Но мы ведь все равно друзья, правда?
        Линдси улыбнулась Мэл, потом взглянула на отца: тот уже опять развлекал Иден.
        - Как работается в бакалейном магазине?
        - Нормально. Скучать некогда.
        Мэл и Линдси переглянулись: слишком уж уклончив ответ. Хоть отец и выглядел вполне здоровым, был весел и утверждал, что у него все нормально, что-то с ним все же было не так. Похоже, и его материальное положение никак не улучшилось, что было плохой новостью и для Линдси тоже. Мэлони обычно не выбирала выражения, когда общалась с отцом, поэтому Линдси была ей очень признательна за то, что в этот раз промолчала. Все свои соображения она выскажет потом, когда они останутся наедине.
        - Значит, Линдс, ты так и живешь с Мэл и Бреттом?  - заговорил наконец отец.
        - Да. Пока я не могу себе позволить собственное жилье.
        Похоже, он так и не понял, что ее финансовое положение оставляет желать лучшего и, одолжив ему денег, она усугубила ситуацию.
        - Для нас Линдси настоящее Божье благословение,  - сообщила Мэл.  - Она нам здорово помогает.
        - Не удивлен. Наша Линдси такая.
        Линдси улыбнулась, но слова отца ее задели. «Наша Линдси». Так было всегда: от нее ждали помощи, жертвы, прощения,  - и она никогда не отказывала близким.
        - Кажется, у нас неприятность, причем большая…  - принюхавшись к Иден, сморщил нос Исаак.
        Мэл отложила салфетку и потянулась к дочери, спокойно сообщив:
        - Ничего страшного, дедушка: надо всего лишь поменять подгузник.
        Исаак с готовностью отдал ребенка Мэлони, та взяла малышку, сумку с детскими вещами и отправилась в дамскую комнату. Линдси вдруг почему-то занервничала, оставшись наедине с отцом, тем более что он устремил на нее подозрительный взгляд.
        - У тебя все хорошо, папа?
        - Я стараюсь, но как-то все…
        У Линдси упало сердце.
        - Значит, ты солгал и в магазине больше не работаешь?
        Ему хватило вежливости напустить на себя пристыженный вид.
        - Нет, меня уволили. Все к этому шло, уже давно.
        Линдси вздохнула.
        - Когда?
        - В прошлом месяце.
        - Что? И ты молчал?
        - Знаю, мне следовало сказать раньше, но я стараюсь не взваливать свои проблемы на тебя.
        Линдси огляделась, не слышит ли Мэлони. Отец никогда не говорил ничего подобного в ее присутствии: знал, что разозлится.
        - Папа, что это значит? Ты все свои счета оплатил?
        - Нет, кое-что еще осталось.
        Линдси откинулась на спинку стула и приказала себе не паниковать. В каком-то смысле ее отец вел себя как ребенок: так было всегда,  - а она опекала его, как мать.
        Это одновременно и выводило ее из себя, и расстраивало. Ну почему, скажите на милость, она не может вести себя как Мэл? Установив разумные границы, думать в первую очередь о себе. Нет, Мэл вовсе не эгоистичная и не жадная, а сильная - именно такая, какой всегда старалась быть Линдси, только тщетно.
        - Во вторник утром я иду на собеседование. Может, одолжишь мне… долларов триста, пока я не встану на ноги? И тогда все будет хорошо.
        Линдси почувствовала, как к глазам подступили злые слезы. У нее было триста долларов, но она уже несколько месяцев упорно копила деньги, чтобы наконец съехать от Мэл, снять квартиру - пусть маленькую, но свою. Главное, чтобы был гараж или какой-нибудь сарай, где можно работать. Пока такого места нет, дела идут очень медленно, а значит, и доходы мизерные. Иными словами, свободных денег нет. И потом, она точно знала: отец долг не отдаст, как всегда.
        - Папа, я…
        - Обещаю, детка, это в последний раз. Работа в бакалейном магазине была слишком тяжела для меня физически, а та, которую я сейчас присмотрел, полегче. Только вот мне сказали, что, если я не оплачу счета до конца недели, мне отключат воду. И электричество…
        - Папа, хватит!  - Линдси было невыносимо его слышать, к тому же в зале появилась Мэл.  - Извини, но больше я содержать тебя не могу.
        Линдси достала из кошелька двадцатидолларовую купюру.
        - Вот все, что я могу тебе предложить. На первое время хватит хотя бы на еду. Ищи работу.
        - Линдси, как же я…
        - Мне очень жаль, папа. Поверь: правда жаль.
        Она еле сдержалась, чтобы не расплакаться, но когда к столу подошла Мэл, вымученно улыбнулась. Отец сразу потянулся к Иден, финансовые вопросы были забыты. Они вообще больше почти не разговаривали. Когда настало время прощаться, отец крепко обнял и расцеловал Мэл и Иден, сказал, что очень любит их, после чего кивнул Линдси и ушел.
        В результате ее охватило острое чувство вины. Но ведь это несправедливо! Она так много для него сделала! И он никогда раньше так с ней не обращался.
        Прежде чем вернуться в машину, Мэлони взглянула на сестру и нахмурилась:
        - С отцом все в порядке?
        - Конечно. А почему ты спрашиваешь?
        - Я почувствовала странное напряжение между вами. Он что, опять просил у тебя денег?
        Линдси отступила на шаг, удивленно уставившись на сестру: даже притворяться не пришлось. Такого вопроса от Мэлони она определенно не ожидала.
        - Нет, с чего ты взяла?
        Ну вот, теперь она лгунья. Из-за этого Линдси почувствовала себя еще хуже, тем более что Мэл не проведешь.
        - Ладно. Но если он когда-нибудь еще станет просить у тебя деньги, не давай!
        Линдси предпочла воздержаться от комментариев и лишь пожала плечами.
        - Как скажешь.

        Глава 16

        Прошла одна неделя с тех пор, как он сбежал от Линдси, с тех пор, как они бросали обвинения в лицо друг другу, с тех пор, как между ними произошло то, что началось как потрясающий секс.
        Взглянув на часы, Дерек встал из-за стола. Через двадцать минут у него назначена встреча, и к ней следовало подготовиться, но голова была занята только одним - мыслями о Линдси.
        Он ненавидел себя: за то, что сбежал, но еще больше за то, что не смог вернуться. Что ж, в последнее время он слишком давил на нее. Наверное, действительно пора отойти в сторону: пусть получит столь необходимое ей личное пространство. У нее есть все основания проявлять осторожность. А он, вероятнее всего, просто глупец, если считает, что они смогут вернуться к прежним отношениям, к тому же слишком поспешил сказать то, что говорить не следовало. Но ведь он не лгал! Он действительно скучал по ней! Думал о ней! И она призналась в том же.
        В дверь, предварительно постучавшись, заглянула секретарша.
        - Дэвис пришел немного раньше. Пригласить его?
        - Да, я готов.
        Через час он пожал руку Дэвису и подписал контракт на проект нового офиса, демонстрационного зала и склада для «Приборов Дэвиса и Дженнона». Заказчики хотели получить нечто современное и функциональное, и им понравились предложения Дерека. Провожая Нейла Дэвиса к машине, Дерек чувствовал себя польщенным.
        Он остановился на пороге и сделал глубокий вдох. Было пасмурно. Серое небо в точности соответствовало его настроению. Понимая, что чувствует себя все хуже, он решил поступить так же, как обычно в подобных ситуациях: отправился к Майку. Тот стоял у рабочего стола, прижав к уху телефонную трубку, и довольно улыбался, заметив друга, кивнул и продолжил:
        - Я тоже тебя люблю.
        Дерек поморщился: почему-то его привел в раздражение разговор Майка с невестой, хотя зависть ему вообще была несвойственна, и уж тем более если речь шла о друге. Он искренне желал будущим молодоженам счастья, тем более что Майк его заслужил более чем кто-либо другой. Только вот в данный момент чужое счастье ужасно раздражало.
        Майк попрощался с невестой и повернулся к другу.
        - Ты как раз вовремя. Время ленча. Давай так: сначала поедим - я угощаю,  - а потом вместе отправимся примерять смокинги.
        - А это обязательно?
        Примерка одежды - последнее, чем Дереку хотелось бы заниматься, но, впрочем, какая разница…
        - Анна настаивает, что примерка должна состояться на этой неделе. Так почему бы сразу не отмучиться? Потом можно вообще об этом забыть.
        Дерек уже начал было придумывать причину для отказа, но вовремя одумался: свадьба у его лучшего друга, да и требуется от него не так уж много.
        - Ладно, согласен, только с одним условием: угощаешь не ты.
        - Опять ты на меня давишь.  - Майк со вздохом вытер руки фланелевой тряпочкой.  - Может, тогда сначала покончим с примеркой?
        Двадцатью минутами позже они уже ехали по мосту через реку в Канзас-Сити. Дерек неожиданно понял, что за всю поездку не произнес ни слова, и заставил себя заговорить.
        - К свадьбе все готово?
        - Вроде бы да.  - Майк покосился на друга с откровенным изумлением.  - Ты хочешь предложить свою помощь?
        Дерек засмеялся и покачал головой.
        - Нет, я всего лишь старался не сидеть как надутый индюк и не молчать, чтобы не портить настроение и тебе.
        - Понял. У тебя плохое настроение. Что стряслось?
        Дерек не сразу ответил: думал, не сделает ли хуже,  - но потом все-таки решился.
        - У нас с Линдси был секс.
        Глаза Майка изумленно расширились, и он уставился на друга, позабыв, что надо следить за дорогой.
        - Ты шутишь?
        - Нет.
        - Когда это случилось?
        - Неделю назад, когда мы вместе работали в вашем доме.
        Майк нахмурился.
        - Так я не понял: это хорошо или плохо?
        - Все начиналось очень хорошо, но закончилось хуже некуда.
        Майк отвел глаза и, резко затормозив на светофоре, все еще ничего не понимая, спросил:
        - Так что же все-таки произошло?
        - Честно? Не знаю. То есть я не знаю, в какой момент все пошло не так и что можно сделать, чтобы это исправить. Она сказала, что я хочу все вернуть…
        - А ты действительно хочешь?
        - Ну… да.
        Майк несколько секунд думал.
        - И что, по ее мнению, ты должен для этого сделать?
        - В том-то все и дело, что, похоже, она и сама не знает. Думаю, мы оба… Проклятье! Ничего не понимаю.
        - Она испугана.
        - Наверное.
        - Неудивительно.  - Майк сделал левый поворот и выехал на Канзас-авеню.  - Судя по всему, вам просто необходимо спокойно поговорить.
        Дерек нервно хохотнул.
        - Не уверен, что теперь она вообще захочет меня видеть.
        - Да ладно! Ты же сам знаешь, что это неправда. Все не может быть настолько плохо, иначе она позвонила бы и пожаловалась.
        - А откуда тебе известно, что она этого не сделала?
        Майк смутился.
        - Анна сказала бы мне.
        - С какой стати?
        - Потому что у нее от меня секретов нет,  - просто сказал Майк.
        - Разве так бывает?  - буркнул Дерек.
        - Конечно!
        Майк заехал на парковку, быстро нашел свободное место, поставил машину и заглушил двигатель.
        - Ты действительно считаешь, что Анна делится с тобой всем?
        Дерек никак не мог поверить, что друг говорит серьезно.
        - Я это знаю,  - пожал плечами Майк.
        - Не верю!  - с ожесточением потряс головой Дерек.  - У женщин вечно какие-то секреты.
        Майк открыл дверцу и с усмешкой покосился на друга.
        - Разумеется. Но сейчас ее лучшая подружка - я. Понимаешь? И единственная. Вот она и рассказывает мне даже то, что я предпочел бы не знать. Особенно если это касается кого-то из тех, о ком она действительно беспокоится.
        - Ты подружка Анны? Вот как?
        - Да. И мне это нравится. Уверен: и тебе понравилось бы.
        Как знать… у него никогда не было женщины, которая захотела бы поведать ему свои секреты или, напротив, выслушать все, что наболело, поддержать; с которой можно было бы просто поделиться мыслями, пусть даже глупыми. Лиза на эту роль определенно не подходила - в этом Дерек был уверен. А ему хотелось бы, чтобы рядом была такая женщина.
        - Пошли.  - Майк выбрался из машины.  - Давай как можно скорее покончим с этим.
        Они уже подошли к двери магазина, когда Майк вдруг остановился, резко повернувшись к Дереку, и рявкнул:
        - Подожди! Получается, что ты занимался сексом в моем новом доме раньше, чем я?
        Дерек потупился и промолчал, и Майк голосом судьи назидательно заявил:
        - Это неправильно, друг мой. Совершенно неправильно.

        Линдси вышла из машины и помахала Ванессе, ожидавшей ее на крыльце. Этот прекрасный мартовский день ясно свидетельствовал о том, что весна уже не за горами.
        - Спасибо, что приехали незамедлительно, несмотря на вечер пятницы,  - поблагодарила Ванесса, шагнув навстречу Линдси.
        - Без проблем. Как я выгляжу?
        Линдси надела ярко-красное платье с тонким пояском и туфли на высоких каблуках. Волосы оставила распущенными. Рука больше не болела, и шину наконец-то сняли.
        Ванесса позвонила утром и спросила, может ли она подъехать вечером для небольшой фотосессии, необходимой для статьи о доме Анны. Линдси очень волновалась, но в то же время надеялась, что фотографии станут не только иллюстрацией к материалу, но и пробудят интерес к ее бизнесу.
        - Восхитительно! Красное вам очень идет.  - Ванесса взглянула на подъездную дорогу.  - Через несколько минут остальные тоже будут на месте. Насколько мне известно, фотограф отстал от меня минут на двадцать.
        - Никаких проблем. Где вы хотите снимать?
        - Решать Мэтту, фотографу: он лучше знает, где более подходящее освещение,  - но лично мне хотелось бы снять вас обоих во дворе на фоне дома. Возможно, еще в саду. Это будут самые трогательные снимки, тем более что деревья уже выпустили первые листочки и кое-где появились первоцветы.
        Линдси ощутила приступ тошноты.
        - Обоих? Кого…
        Договорить ей не дал громкий хруст гравия под массивными колесами огромного черного пикапа, появившегося на подъездной дорожке. Линдси зажмурилась. И что он здесь делает?
        - А вот и наш герой,  - пропела Ванесса.
        Линдси опустила голову и принялась со всем вниманием изучать носки своих туфель. Вот хруст гравия прекратился, мотор стих и хлопнула дверь.
        - Одет с иголочки. Ну просто загляденье. Милая, вам очень повезло.
        - Да уж…  - Линдси выдавила улыбку и наконец подняла взгляд на шагавшего к ним Дерека.
        Ванесса права: выглядел он в темно-синей джинсовой двойке великолепно. Нарочито взъерошенные волосы, легкая щетина, белая рубашка с расстегнутыми до груди пуговицами - ну чем не плейбой? Он шагал, засунув руки в карманы джинсов, и не сводил напряженного взгляда с Линдси.
        - Эта статья будет о двух творческих умах: немного о вас и вашем бизнесе, немного - о Дереке и его бизнесе. Я расскажу о том, что вас связывает с хозяевами дома и друг с другом: ведь вы были знакомы задолго до этого проекта, верно?
        Ванесса повернулась к Линдси, и та пробормотала:
        - О да, можно сказать и так…  - Линдси пробормотала.  - Мы учились в одном колледже, недолго… потом много лет не виделись.
        - Ой как интересно! Но, похоже, вам не хочется говорить об этом. Я просто решила, что ваша совместная фотография будет очень кстати и привлечет больше внимания к статье.
        - Замечательно…  - кисло согласилась Линдси.
        - Привет, Дерек!  - воскликнула Ванесса, когда он подошел к ним, и если и заметила напряжение между своими героями, то не подала виду.
        - Привет! Рад видеть вас, Ванесса!  - легко и задорно улыбнулся он журналистке.
        Линдси пришлось обхватить себя руками за плечи, чтобы скрыть дрожь. Они не общались с того самого дня, и она понятия не имела, в каком Дерек настроении.
        - Линдси, прекрасно выглядишь!  - неожиданно весело и вроде бы искренне воскликнул Дерек. Она этого не ожидала.
        - Спасибо, ты тоже ничего…
        Снова послышался скрип гравия, и к дому подъехала маленькая, обшарпанная и побитая, но явно шустрая машинка.
        - А вот и Мэтт. Я переговорю с ним и через несколько минут вернусь.
        - Я с вами!  - встрепенулась Линдси и направилась было вслед за Ванессой, но перед ней вдруг выросла массивная стена - восхитительно пахнущий мужчина.
        Линдси подняла на него удивленный взгляд.
        - И что это значит?
        - Линдси, прошло десять дней. Я согласился на эту фотосессию по одной-единственной причине - хотел увидеть тебя.
        - Зачем? Чтобы снова поругаться?
        Он судорожно сглотнул, и Линдси успела увидеть, как двинулся кадык под накрахмаленным воротником отутюженной рубашки. Загорелая кожа выглядела такой теплой и мягкой, что от желания коснуться ее стало покалывать кончики пальцев. Ну почему он не может просто оставить ее в покое, не разбивать ей сердце?
        - Все в порядке: Мэтт со мной согласен!  - жизнерадостно сообщила Ванесса за спиной у Дерека.
        Линдси поспешно отступила от него и, чтобы поскорее покончить с этим, спросила:
        - Где мы будем стоять?
        Мэтт и Ванесса привели Дерека и Линдси туда, где, по их мнению, был наиболее выигрышный ракурс, и поставили сначала в одном месте, потом в другом. Мэтт сделал несколько пробных снимков, проверил освещение и фон и удовлетворенно сказал:
        - Вот так, отлично! Только встаньте, пожалуйста, ближе друг к другу.
        Ванесса чуть в стороне держала большой круглый рефлектор.
        - Вы вдвоем смотритесь потрясающе. Улыбайтесь!
        Линдси вымученно улыбнулась: из-за слишком близкого соседства с Дереком чувствовать себя комфортно не получалось. Пока Мэтт делал снимки, Дерек прошептал:
        - Я скучал по тебе.
        Линдси не шелохнулась, но ей хотелось зажмуриться и просто необходимо было несколько раз глубоко вздохнуть, чтобы не свалиться в обморок, потому что почувствовала вдруг сильнейшую слабость. Кажется, она сегодня не обедала. А как насчет завтрака?..
        Мэтт наконец оторвался от камеры:
        - Да, Ванесса права: вы хорошо смотритесь вместе. Только, Дерек, подвиньтесь к ней поближе!
        Фотограф сделал еще несколько снимков, но что-то его все же не устраивало.
        - Все хорошо, но чего-то не хватает. Не знаю… Мне бы хотелось, чтобы вы выглядели как-то… подружелюбнее, что ли…
        Линдси чуть повернулась к Дереку и спросила:
        - Так лучше?
        - Да, немного.  - Фотограф поскреб подбородок.  - Дерек, попробуйте обнять ее за плечи.
        - Зачем это?  - встрепенулась Линдси и посмотрела на Ванессу, ожидая поддержки.  - В этом нет никакой необходимости.
        - Это будет пикантно. Мы сделаем несколько снимков, а потом выберем самые лучшие. Давайте просто попробуем.
        Дерек послушно обнял ее за плечи. Линдси шумно вздохнула и неискренне заулыбалась.
        - Прекрасно,  - заключила Ванесса.  - Линдси, положите руку на бедро.
        Линдси едва ли скрипнула зубами, но все же подчинилась и вернула на лицо несколько поблекшую улыбку. Мэтт сделал еще несколько снимков и воскликнул:
        - А что, мне нравится!
        - Мне жаль, что так вышло, поверь…  - буркнул Дерек.
        - Забудь. Все нормально,  - сказала Линдси, все так же неискренне улыбаясь.
        - Не согласен. Мне не следовало…
        Линдси несколько секунд молчала, слушая указания Мэтта, который потребовал изменить позу. К счастью, на этот раз обошлось без прикосновений.
        - Мне тоже очень жаль,  - сказала она наконец.  - Я должна была вести себя сдержаннее.
        - А теперь пойдемте на задний двор,  - крикнул Мэтт.
        - С удовольствием!  - преувеличенно восторженно отозвалась Линдси и устремилась было в указанном направлении, но, сделав несколько шагов, обнаружила, что идти на высоких каблуках по земле и гравию чрезвычайно неудобно и ее походка далека от грациозной. Надо было не спешить и идти последней, а то ковыляла как корова на льду да еще была вынуждена слушать звонкий смех Ванессы, которой что-то рассказывал Дерек. Кстати, а что именно он ей рассказывал?
        Обойдя дом, Линдси заставила себя не смотреть на старое дерево. Век бы его не видеть! И не думать о том дне. Хотя, честно говоря, она все эти десять дней больше ни о чем не могла думать. Оказывается, не только она одна чувствовала себя несчастной и сожалела о случившемся. Дерек тоже. Правда, Линдси не понимала, лучше ей от этого или хуже.
        - Па! Мой плеер сдох! Можно я возьму ключи от машины?
        Линдси обернулась и увидела неподалеку Таннера - видимо, сидел в грузовике.
        - Конечно.  - Дерек достал из кармана ключи и бросил сыну.  - Только поверни ключ…
        - …до положения, когда включится радио. Я все помню, папа.
        - Привет, Таннер!  - поздоровалась Линдси.
        - Привет.  - Он немного смутился и, кивнув на клумбу с полураспустившимся тюльпанами, добавил:  - Ваше платье совсем как эти цветы.
        Решив, что поговорили достаточно, мальчик побежал к машине. Линдси заметила, что Дерек внимательно наблюдал за ними, и слабо улыбнулась. Он тоже ответил улыбкой.
        - Куда нам встать на сей раз?  - Линдси решила, что шоу должно продолжаться, чтобы побыстрее закончиться.
        - Думаю, будет лучше, если вы сядете на эти ступеньки.  - Мэтт махнул рукой в сторону старой каменной лестницы на краю сада, по обе стороны которой уже распустились белые нарциссы.  - Дерек, сначала садитесь вы, подайтесь вперед и обопритесь локтями о колени.
        Дерек выполнил требование, и Линдси отметила в который раз, как же он красив!
        - А теперь вы, Линдси. Садитесь сюда и прислонитесь к нему.
        Линдси закатила глаза, но покорно побрела к лестнице.
        - Не бойся, я не кусаюсь,  - хмыкнул Дерек.
        Она не ответила, молча выбрала местечко поровнее, чтобы можно было сесть без опаски, осторожно отклонилась назад и прислонилась к Дереку.
        - Поставьте одну ногу на ступеньку ниже - покажем эти потрясающие каблуки,  - сказала Ванесса из-за спины Мэтта.  - Линдси, а теперь повернитесь и посмотрите на него.
        Линдси взглянула через плечо на Дерека, но Ванессу не устроило выражение ее лица.
        - Нет, не так! Дерек, заставьте ее смеяться.
        Дерек, глядя на нее сверху вниз, прошептал так, чтобы слышала только Линдси:
        - Не ревнуй, детка. Ванесса не интересуется мужчинами.
        Линдси для начала изумленно разинула рот, а потом расхохоталась, но быстро взяла себя в руки и очаровательно улыбнулась - на камеру. Проклятье! Этот сексуальный смех всегда воспламенял его. Похоже, Ванесса знает, что делать.
        Если это надо было для работы, они могли хорошо притворяться, но истина заключалась в том, что в такой близости к этому мужчине Линдси сразу вспомнила, почему ее отношение к нему начало потихоньку меняться.
        Десять долгих дней, снова и снова прокручивая в голове происшедшее, Линдси понимала, что возлагает напраслину на Дерека. В этом она призналась откровенно. Самой себе, разумеется. Было бы глупо обвинять во всем лишь его. Она тоже ответственна за происходящее, тем более что в тот день именно она проявила инициативу.
        В принципе он не сделал ничего дурного. Его вина лишь в том, что заставил ее чувствовать. Она ощутила себя красивой, желанной, но разве это так уж плохо? Вопрос заключался в том, что теперь делать. Она извинилась. Ну и что? Как быть дальше? Делать вид, что между ними не было секса и они ничего друг другу не говорили?
        Спустя десять минут съемка наконец была закончена, и они тепло распрощались с Ванессой и Мэттом. Линдси знала, что они не одни,  - слышала, как Таннер в грузовике во что-то играет на своем плеере.
        - Мы могли бы присесть на минуту?  - Дерек указал на ступеньки.
        Линдси кивнула и направилась к крыльцу, а когда села, Дерек опустился с ней рядом, не слишком близко, но и не особенно далеко.
        - Прежде чем что-нибудь скажешь, я хочу, чтобы ты кое-что мне объяснил. Зачем ты оплатил мой больничный счет?
        На следующий день после травмы она позвонила в больницу и убедилась, что все полностью оплачено. Без страховки сумма составила около тысячи долларов.
        Дерек принял ту же позу, что и при съемке на ступеньках в саду: оперся локтями о колени и, вздохнув, посмотрел ей в глаза.
        - Просто хотел помочь.
        - Но почему? С чего ты взял, что мне нужна помощь?
        - Я услышал, как ты сказала медсестре, что у тебя нет страховки. Мне не хотелось, чтобы ты тревожилась еще и из-за денег, тем более что я чувствовал свою вину за то, что произошло.
        Линдси закрыла глаза.
        Как же это унизительно: взрослая женщина - скоро тридцать стукнет - не имеет ни медицинской страховки, ни жилья.
        - Я верну тебе деньги.
        Его взгляд стал жестким.
        - Я не возьму у тебя никаких денег, даже не начинай. Договорились?
        Линдси покачала головой.
        - Это не тебе решать. Я категорически отказываюсь быть объектом твоей благотворительности. И ты не имеешь права что-то предпринимать за моей спиной. Понимаешь, именно в этом заключается проблема, по крайней мере часть ее: слишком уж ты хорош. Я не знаю, как справиться с этим или как это трактовать.
        - Трактовать?
        - Ну да: как это объяснить. Ты что, меня жалеешь?
        Дерек засмеялся.
        - Бог с тобой! Моя жалость ко многим в этом мире не имеет никакого отношения к оплате их больничных счетов.
        - Но тогда… что это значит?
        - Это значит… что я беспокоюсь о тебе, что ты мне небезразлична. Неужели непонятно? Возможно, это немного неловко или слишком прямолинейно, но я мужчина и привык решать проблемы по-своему. Если тебе не нравится, скажи: я готов принять это к сведению. Черт, если уж тебя это так задело, можешь вернуть мне деньги. Но только не отстраняйся, не уходи от меня, Линдс.
        Она не знала, как реагировать на его слова, что сказать. Когда стало ясно, что она не собирается отвечать, Дерек продолжил:
        - Линдси, я не знаю, хорошая это идея или не очень, понятия не имею, что из этого получится: допускаю, что ничего хорошего,  - но умоляю: давай попробуем еще раз.
        Сердце забилось где-то в горле, пальцы задрожали, а он продолжил:
        - Мне понятны твои опасения: думаешь, что, вернувшись в твою жизнь, я опять сделаю тебе больно.
        - Нет, я не думаю, что ты хочешь причинить мне боль, да и тогда не хотел, но… причинил.
        - Понимаю. Но никто не может знать, что готовит ему жизнь. Могу лишь сказать, что очень хочу быть с тобой. Возможно, мы неправильно начали. Или слишком поспешили.
        - Возможно.
        Линдси уставилась в землю, совершенно выбитая из колеи. Ей и в голову не приходило, когда ехала сюда, что увидится с ним, что они будут сидеть рядом на ступеньке и спокойно разговаривать.
        - Ты действительно хочешь, чтобы мы возобновили отношения?
        Она подняла голову и увидела его довольную ухмылку.
        - Давай начнем с самого начала.
        - С конфет и букетов? Ты приглашаешь меня на свидание?
        - Именно. На свидание.
        Линдси засмеялась и взглянула на их припаркованные рядом машины в надежде, что за ними не наблюдает Таннер. В последнее время она часто задавала себе вопрос, что Дерек рассказал сыну о ней… о них.
        - Даже не знаю…
        - Скажи «да». На сей раз все будет правильно. Никакой спешки, никаких засад и игр в прятки: просто постараемся узнать друг друга лучше.
        Она задумалась (или сделала вид, что думает), но в голове вертелось только одно слово.
        - Хорошо.
        Дерек заулыбался.
        - Отлично! Только сразу условимся: никаких споров по поводу денег - плачу я.
        - Как скажешь.

        Глава 17

        Накормив Таннера ужином, Дерек ехал домой довольный, с улыбкой на лице. Сегодняшняя встреча не могла пройти лучше. А ведь, отправляясь на фотосессию, он себе места не находил от беспокойства. По выражению лица Линдси было понятно, что его появления она не ожидала, но, к счастью, все прошло именно так, как ему хотелось. Совместная фотосессия дала им возможность поговорить.
        - Она тебе нравится?  - вдруг спросил Таннер, хотя до сих пор молчал.
        Дерек ласково улыбнулся сыну.
        - Очень, Тан. А что об этом думаешь ты?
        Таннер пожал плечами: похоже, ему было все равно.
        - Ничего. Все нормально.
        - Ты уверен? Я имею в виду… Мне хотелось бы, чтобы ты всегда говорил что думаешь… обо всем. Всегда, понимаешь?
        Таннер вернулся было к прерванной игре, но через несколько минут вдруг спросил:
        - А ты ей нравишься?
        Дерек улыбнулся и промолчал, а когда подъехал к дому и припарковал грузовичок, взглянув на сына, сказал:
        - Думаю, что да.
        - Она немножко сумасшедшая, да?
        Вот это номер! Дереку даже в голову не могло прийти, что Таннер так думает о Линдси. Просто всякий раз, когда они встречались, обстоятельства складывались крайне неудачно. Это несправедливо по отношению к ним обоим.
        - Нет, Таннер. Линдси очень хорошая: милая и добрая. Думаю, она просто немного смущается, когда мы видимся.
        - Скорее всего, ты ей нравишься, но она не хочет, чтобы ты об этом знал. Мама говорила, что у девчонок иногда такое бывает.
        - Это тебе сказала мама? Странно.
        Дерек и правда удивился, но, с другой стороны, ей лучше знать.
        - Возможно, она и права, что касается девчонок, но, думаю, с Линдси не совсем так. Когда становишься взрослым и тебе начинает кто-то нравиться, это поначалу пугает. Ты боишься, что, если любовь пройдет, это причинит боль. Ты меня понимаешь?
        - Значит, у вас с мамой любовь прошла?
        Вряд ли Дереку приходилось отвечать на вопросы труднее этого.
        - Что-то вроде того, сынок. К сожалению, так бывает: порой осознаешь, что совершил ошибку и исправить ее не смог.
        Печально, но факт. Похоже, Таннера этот ответ вполне удовлетворил.
        - Думаю, Линдси полюбит тебя, папа. Ты же крутой.
        Дерек засмеялся и взъерошил шевелюру сына.
        - Спасибо, малыш. Ты у меня тоже крутой парень. Ну что, пошли в дом?
        - Да.  - Таннер поднял с пола свой рюкзачок, но вдруг замер.  - Поскорее бы она перестала нервничать.
        - Тебя что-то пугает?
        - Она ведь хорошая, да? Вот я и думаю: если жить с кем-то хорошим, то не будет одиноко, когда у меня не получится приходить сюда так часто.
        - Что ты имеешь в виду?  - нахмурился Дерек и почувствовал, как его охватывает паника.  - Всегда все будет по-прежнему.
        - Я слышал, как мама говорила кому-то по телефону, что, если она выйдет замуж за Лейна, мне не придется встречаться с тобой так часто. Но я хочу по-прежнему приезжать к тебе каждую неделю и даже чаще.
        Дерек увидел страх в глазах сына и почувствовал, как к горлу подступил комок. Он был не просто зол на Лизу - его взбесило такое отношение к сыну. Да как она смеет!
        Положив руку Таннеру на плечо, он сказал:
        - Знай, сынок: я не позволю, чтобы это произошло. Ты мне веришь?
        Мальчик кивнул, и Дерек предложил:
        - А теперь пойдем в дом. Уже поздно.
        После того как сын сходил в туалет, умылся и почистил зубы, Дерек уложил его в постель и сел рядом.
        - Завтра мы выспимся и поедем завтракать в кондитерскую. Как тебе такой план?
        - И мне можно будет съесть два рулета с корицей?
        Дерек наморщил лоб, сделав вид, что раздумывает, потом серьезно произнес:
        - Не думаю, что есть какие-то аргументы против. Определенно.
        Таннер рассмеялся.
        - Тогда меня все устраивает!
        Неожиданно на его лицо набежала тень, и Дерек встревожился:
        - Что-то не так?
        - Знаешь, папа, я вот что подумал… Может, если ты будешь очень-очень хорошим, Линдси тоже тебя полюбит и будет здесь жить. Мама говорит, что ты слишком много работаешь и редко бываешь дома. А если здесь поселится Линдси, мы сможем с ней играть, пока ты на работе, и мама согласится отпускать меня сюда чаще.
        Дерек непроизвольно сжал кулаки: кто мог предположить, что Лиза говорит с сыном на такие темы.
        - Таннер, ты знаешь, что у меня собственный бизнес. Да, мне нужно много работать, но вместе с тем я сам решаю, когда и сколько. Иными словами, мне ничто не может помешать найти время для тебя. Вероятно, твоя мама это не учитывает.
        Чертовски хитрая политика! Но что Дерек еще мог сказать сыну? Лиза его мать и всегда будет ею, а малыш и так сбит с толку их отношениями.
        - Хорошо. Я передам ей твои слова.
        - А может, я улажу этот вопрос сам? Ведь он касается отношений между мной и твоей мамой. Я не хочу, чтобы ты из-за этого расстраивался. Знай: важнее тебя в моей жизни ничего нет. Что же касается Линдси, надеюсь, со временем все встанет на свои места и я сам скажу все твоей маме. Договорились?
        Таннер не ответил: закрыл глаза и перевернулся на бок.
        - Я люблю тебя, сынок.
        - И я, папочка…
        Дерек склонился над кроватью, поцеловал сына, выключил свет и вышел, а когда пришел к себе в комнату, сразу же отправил сообщение своему адвокату. Хорошо усвоив уроки, полученные в процессе развода и сражений из-за опеки над сыном, он точно знал, что его действия должны быть упреждающими, а не ответными. Стоит Лизе узнать о Линдси, и ее реакция может быть совершенно непредсказуемой.
        К сожалению, Таннер не мог знать, что Лиза не обрадуется возвращению Линдси в его жизнь. И хоть Дереку претило просить сына хранить эту информацию в тайне от матери, пока другого выхода не было. Больше всего на свете он мечтал о том, чтобы сын в его жизни был всегда, но и без Линдси существовать не мог.
        Дерек сказал себе, что сделает все, чтобы получить их обоих, но действовать придется очень и очень осторожно. На сей раз он станет обдумывать каждый шаг, взвешивать каждое слово, чтобы не причинить боли ни Линдси, ни Таннеру.

        Линдси вертелась перед большим зеркалом в спальне Анны, и юбка ее платья подружки невесты красивыми складками облегала ноги. Анна выбрала великолепную ткань цвета шалфея с мелкими, чуть более темными крапинками. Платье выглядело одновременно классическим и современным: приталенное, с низким декольте и вырезом на спине, с широкой юбкой, декорированной глубокими карманами. Линдси влюбилась в него с первого взгляда.
        - Я в восторге, Анна!  - Калли попыталась оттеснить Линдси от зеркала.  - По-моему, мы великолепны.
        Линдси улыбнулась.
        - Я рада, что твоей маме удалось чуть-чуть подобрать лиф сверху, иначе моя грудь при первом же резком движении вывалилась наружу.
        - У тебя хоть есть чему вываливаться,  - посетовала Калли, коснувшись своей груди.  - У меня так просто все торчит и в разные стороны. И что с этим делать?
        - Просто надо забеременеть и родить,  - рассмеялась Анна.  - Тогда грудь обвиснет так, что не будешь знать, как с этим справиться.
        - Подтверждаю. Достаточно посмотреть на мою сестру, которая кормит младенца. У нее так обвисла грудь, что под ней можно носить сумку.
        - Ну, такой образ я даже представлять не желаю,  - поморщилась Калли.
        - Я же говорю, Калли, тебе нужно родить,  - повторила Анна, сидя с поджатыми ногами на кровати и с улыбкой наблюдая, как подружки примеряют платья.  - Даю Беннету время до конца года, чтобы сделать предложение, а потом приступаю к действиям.
        - Послушай, а вдруг это совсем не то, чего я хочу?  - заявила Калли, усаживаясь рядом с Анной.
        Та расхохоталась.
        - С самого начала ты вместе со мной занималась планированием свадьбы. И если бы всякий раз, когда ты говорила: «Будь это моя свадьба, я бы…»  - я получала доллар, то мне вполне хватило бы денег на свадебное путешествие.
        - Ну хорошо. Допустим, я это говорила, иногда: думать об этом на самом деле было забавно,  - но если бы я этим не занималась для тебя, мне ничего подобное и в голову бы не пришло.  - Неожиданно глаза Калли вспыхнули.  - Но если он все же решится сделать мне предложение, надеюсь, это произойдет не в перерыве между таймами одной из его игр.
        - Ага! Значит, ты все-таки думала об этом! Вы с Беннетом разговаривали о будущем?  - поинтересовались Линдси.
        - Напрямую - нет: мы не так уж давно вместе.  - Калли растянулась на кровати, скрестив свои красивые ноги.  - Мы говорили только о мечтах, к примеру: «Вот бы отправиться на Гавайи» или «Уйду на покой и буду путешествовать по стране в трейлере». Такие планы мы обсуждали подробно.
        Анна кивнула.
        - Ну, это понятно: вы действительно вместе недолго,  - но ведь мы с Майком тоже решили пожениться едва ли не сразу после знакомства. Тем не менее я была уверена, что поступаю правильно, да и он тоже.
        - У вас не тот случай,  - возразила Калли.  - Майк был помешан на тебе с первого дня. И он отличный парень: мы все знаем, как сильно тебя любит.
        Линдси, улыбнувшись подругам, подумала, как бы и ей хотелось иметь то, что есть у каждой из них, начиная с уверенности, где спать через полгода и с кем.
        - Кстати, о мужчинах.  - Калли повернулась к Линдси.  - Расскажешь о своем свидании накануне?
        - Да, в общем, и рассказывать нечего.
        - Не верю, тем более учитывая блаженную улыбку на твоем лице,  - заявила Калли.
        У Линдси и Дерека было уже два свидания. Первое - в понедельник вечером: поужинали в небольшом ресторанчике возле дома ее сестры; второе - вчера, в пятницу: в маленьком джазовом клубе выпили и послушали музыку. Дерек держал ее за руку, и все: ни разу не поцеловал и не упомянул о прошлом. Все было так, словно они только что познакомились.
        - Это было… здорово. Больше мне сказать нечего.
        - Ну и когда следующее свидание?  - спросила Анна.
        - Не знаю. Он, можно сказать, как в старину, официально ухаживает за мной. Немного странно, но мне нравится.
        Линдси не лукавила: ей на самом деле все нравилось. Дерек был приветлив и предупредителен: открывал перед ней двери, говорил комплименты и провожал до дома. Не будь Линдси знакома с ним с колледжа, давно бы уже влюбилась: ни дать ни взять джентльмен,  - только чего-то во всем этом не хватало. Голодная страсть, которая их сжигала, стоило оказаться рядом, продолжала бурлить в глубине их душ, несмотря на видимое спокойствие. О себе она могла это сказать с уверенностью, и, по ее мнению, Дерек испытывал то же самое (иногда она перехватывала его напряженный взгляд).
        Она понимала, почему он так себя ведет, и ценила это, однако, хотя ни за что не призналась бы в этом, ей не хватало того, что было прежде, когда они вместе работали в доме Анны: взглядов украдкой, якобы случайных прикосновений, двусмысленных намеков.
        - Значит, дата следующего свидания еще не назначена?  - уточнила Калли.
        - Нет, и, к сожалению, уж точно не на этой неделе. Погода хорошая, в городе берут начало многие строительные проекты, так что Дерек очень занят.
        - В следующие выходные вы обязательно увидитесь, потому что у нас совместная вечеринка,  - сказала Анна.
        - Вот именно! Эта идея пришла мне в голову удивительно вовремя!  - воскликнула Калли.  - Теперь вы можете получить комнату на двоих!
        Девушки расхохотались, а Линдси смущенно заметила:
        - Я пока не могу сказать ничего определенного. Помните: мы стараемся делать все правильно.
        Калли фыркнула:
        - Кто знает, как правильно: иногда правильно, если вы голые.

        Глава 18

        В понедельник утром Дерек поднял глаза от чертежной доски, когда в кабинет быстрыми шагами вошла его ассистентка Молли. Ее глаза были широко распахнуты, в них плескалась паника. И Дерек тут же ощутил, как все его внутренности связались тугим узлом. Разумеется, первым делом он подумал о Таннере.
        - Что случилось?
        - Красный код!  - выпалила Молли.  - Она только что ворвалась в здание, разъяренная как фурия.
        Они услышали, как распахнулась входная дверь, и Молли попятилась.
        Дерек тихо выругался и отшвырнул карандаш, а через мгновение увидел Лизу. Молли не преувеличила: его бывшая жена была в ярости.
        Воинственно прошагав прямо к его столу, Лиза швырнула ему сложенную газету, да так, что карандаши разлетелись по полу.
        - Доброе утро, Лиза,  - спокойно поздоровался Дерек.
        - Что это значит?  - завопила она, указав на фотографию в разделе «Дом и хобби».
        Дереку не надо было смотреть: и так знал, что увидит,  - но все же взглянул и первым делом отметил, что, несмотря на напряжение между ними в тот день, фотограф сумел поймать момент, когда они оба выглядели счастливыми. Для публикации была выбрана фотография из сада. Они сидели на ступеньках старой лестницы, смотрели друг на друга и улыбались. Второе, что он отметил, это название статьи: «Возрождение прошлого, часть 3: пара снова вместе». Понятно.
        - Возрождение прошлого? Что это за дерьмо, Дерек? Здесь сказано, что ты знал эту девку еще в колледже. Это она? Та самая, с которой ты встречался?
        Лиза не говорила - пронзительно визжала, ее трясло. Дерек глубоко вздохнул, постаравшись взять себя в руки. Надо признать, Ванесса весьма точно определила суть происходящего. Тогда, много лет назад, от общих друзей Лиза узнала, что он с кем-то встречается, но это было до того, как выяснилось, что она беременна. Тогда он не захотел обсуждать с ней подробности, хотя она временами и обвиняла его.
        - Лиза, я все могу объяснить.
        - Да ну? Может, заодно объяснишь, почему украл десять лет моей жизни?
        Она что, разучилась считать? Дерек сжал пальцами переносицу. Хотя нет: если она считает все годы, которые они были вместе, начиная со старших классов школы - а, видимо, так оно и есть,  - действительно получается десять лет. Неужели так долго? Проклятье!
        - Лиза, что ты хочешь от меня услышать? Мы уже много раз обсуждали наши отношения. Но это,  - указал он на газету,  - не то, что ты думаешь. Мы действительно встретились случайно, здесь, во время работы над этим проектом. Ты прочла всю статью или только картинки посмотрела?
        Лиза возмущенно фыркнула.
        - О да, я прочла. Оказывается, вы не только занимаетесь реставрацией дома для своих хороших друзей, но и вообще идеальная пара. Но самое любопытное вот что: «Кто знает: возможно, Уолш и Моралес создадут нечто большее, чем красивый дом». Ты меня совсем не уважаешь, Дерек?
        - Хочешь верь, хочешь нет, но все это не имеет к тебе никакого отношения.
        - Нет, имеет, и самое прямое - ко мне и нашему сыну.
        Дерек ощутил тошноту. Именно этого он всеми силами старался избежать в отношениях со своей бывшей женой. Ему и в голову не могло прийти, что она увидит фотографии и поймет: Линдси та самая девушка, из его прошлого. И кто мог подумать, что Ванесса изложит информацию под таким углом, весьма предвзято. Но как можно винить журналистку? Она же ничего не придумала: что видела, то и описала.
        - Не могу поверить, что ты так поступил со мной. Снова.
        Дерека охватила слепящая ярость. С ней? Если он что-то и сделал с ней - вернее, для нее,  - то обеспечил ее домом и внушительным банковским счетом.
        - Какого черта ты несешь, Лиза? В тот раз я оставил ее. Ты это понимаешь? Я любил ее, но бросил - из-за тебя.
        Ее глаза наполнились болью, и Дерек почувствовал себя виноватым.
        - Большое тебе спасибо, что пожалел: женился. Не могу выразить всю глубину своей благодарности. Мне приходится постоянно напоминать себе, что ты меня осчастливил. Разве это не мечта любой девушки: сначала залететь, а потом выйти замуж и все время помнить, что муж не испытывает к тебе ничего, кроме чувства долга?
        - Лиза, чего ты от меня хочешь? Я уже сказал: мне очень жаль, что все произошло тогда так, а не иначе.
        Дерек никогда не говорил с ней про Линдси. Лиза, конечно, подозревала, что у него кто-то есть, но не была в этом уверена, а теперь все выплыло наружу. Объявив во всеуслышание о своей любви, Дерек вдруг и сам осознал, что никогда не знал иного более сильного чувства.
        У Лизы задрожали губы.
        - Почему ты так поступил со мной?
        Дерек понимал, что адекватного ответа на этот вопрос не существует. Он перепробовал множество вариантов, поскольку подобных разговоров у них было не счесть, но ни один ее не устроил.
        - Лиза, пожалуйста, не начинай.
        - Я ненавижу тебя!
        Дерек сделал шаг к ней.
        - Я знаю. Иногда я и сам себя ненавижу за то, что сделал с нами. Все было неправильно. Я позволил отцу…
        - Замолчи!  - вся красная от гнева, выкрикнула Лиза.  - Не смей винить отца-ублюдка за свои поступки! Ты давно уже мужчина, Дерек, а не ребенок. Вот и веди себя как мужчина.
        Лиза развернулась и ринулась было к двери, но вдруг остановилась и бросила через плечо:
        - Кстати, о детях. Если твоя девка посмеет подойти к моему сыну, я больше не позволю вам встречаться. Ни минуты не сомневайся: я сделаю все возможное и невозможное, чтобы заставить тебя страдать так же, как страдала я!
        Потрясенный, Дерек застыл, не в силах пошевелиться. Открылась и захлопнулась входная дверь, потом появилась Молли (интересно, откуда? под столом пряталась, что ли?), но он не мог не то что говорить - даже дышать.
        - Ты в порядке?  - спросила она еле слышно.
        - Нет, не в порядке, но… все нормально.
        - Это неправда, но настаивать не буду. Пожалуй, схожу лучше и принесу тебе что-нибудь перекусить, а то работаешь без перерыва уже больше семи часов.
        Дерек натянуто улыбнулся. Молли очень хорошая, он ей многим обязан, поэтому искренне сожалел, что она стала свидетелем этой безобразной сцены.
        Дерек почесал затылок.
        - Пожалуй, я не голоден, но ты вполне можешь взять представительскую карточку и купить еды навынос для себя и Кейтлин.
        Молли робко улыбнулась.
        - Ты не обязан покупать нам еду: я получаю зарплату.
        - Да знаю. Просто хочется сделать приятное. Извини, что тебе пришлось все это выслушать.
        Молли переступила с ноги на ногу.
        - Не слишком себя вини, хорошо? Она переживет. Не могла же она ожидать, что ты до старости останешься в одиночестве. А кроме того, ты не делаешь ничего плохого.
        - Похоже, она считает иначе.
        - Ты просто не должен пытаться осчастливить всех вокруг.
        Молли улыбнулась и вышла из комнаты, а через несколько минут он услышал, как открылась и закрылась входная дверь.
        Всю жизнь Дерек старался поступать правильно. Почему же это так часто приводило к обратным результатам? Возможно, Молли права, и ему надо перестать стараться, а начать жить так, как хочется… хочется ему самому. А пока придется идти по тонкому льду, чтобы разобраться с Лизой. Он не мог допустить снова потерять Линдси, но знал, что, если связь с ней будет стоить ему отношений с сыном, он себе этого никогда не простит.
        Иными словами, он оказался в такой же ситуации, как и восемь лет назад. Линдси ни в чем не была виновата и стала жертвой его глупости. Сейчас все должно быть иначе. На сей раз он не имеет права на ошибку: надо поступить так, чтобы никому не причинить боли и не потерять любимую женщину.

        Во вторник вечером подруги собрались у Анны. До свадьбы оставалось три недели, и это была их последняя встреча. Калли и Линдси решили, что две недели до свадьбы и неделю после будут заниматься блогом сами, а Анна - только если захочет. Их читатели об этом были извещены и ничего не имели против, скорее наоборот: весь кухонный стол, кофейный столик и значительная часть пола гостиной были завалены пакетами с подарками. Анна как раз рассматривала один из них - комплект кухонных полотенец с ручной вышивкой.
        - Как-то неловко: я хоть и предупреждала: никаких подарков,  - все почему-то решили, что обязаны мне что-то подарить. Какой-то замкнутый круг.
        - Послушай, Анна,  - заговорила Линдси,  - люди шлют тебе подарки от души, причем многие сделаны своими руками, и когда ты рассказываешь о них в своем блоге, все довольны, потому что это еще и реклама. Давай поместим в блоге фотографию всех этих пакетов, поблагодарим читателей и дадим понять, что ты очень занята.
        - Хорошая идея! Я так и сделаю. И даже помещу в конце ссылки на тех, у кого свои онлайн-магазины. Уверена: им дополнительная реклама не помешает.
        - А ты что, ведешь учет?  - удивилась Линдси.  - Или хочешь, чтобы я составила список?
        - Это было бы здорово!  - обрадовалась Анна.
        Линдси улыбнулась.
        - Тогда я приду в субботу утром, все сделаю, и у нас останется время подготовиться к вечеринке.
        - Ну и я тоже приду!  - воскликнула Калли.  - Помогу Линдси, а потом все вместе поедем в Мейвилл.
        На субботу была назначена совместная вечеринка. Линдси поначалу очень переживала, а теперь не могла ее дождаться.
        - Договорились. А теперь предлагаю обсудить это,  - сказала Калли и развернула газету со снимками Линдси и Дерека.
        К великому сожалению, Линдси первой раскрыла газету и обнаружила снимки Мэл и показала ей. Удивительно, но сестра была настроена позитивно и говорила в основном о прическе и туфлях Линдси.
        - И начнем мы с этих убийственных каблуков,  - заявила Калли.
        Линдси засмеялась.
        - Моя сестра тоже первым делом обратила внимание на туфли.
        - Да, очень хорошие туфли,  - сказала Анна и отправила в рот ложку салата.
        Она начала тридцатидневную диету, исключив из рациона белки и чистые углеводы, чтобы свадебное платье лучше сидело. Подруги пытались убедить ее, что в этом нет никакой необходимости, но тщетно. Линдси не могла ее за это осуждать: если бы замуж выходила она, то, вероятно, тоже придумала бы что-то подобное.
        Они все еще говорили о статье, когда завибрировал телефон Линдси. Поскольку он лежал на столе, подруги увидели высветившееся на экране имя: Дерек. Глаза Калли вспыхнули от любопытства, а Линдси ответила:
        - Привет, Дерек.
        - Здравствуй, Линдс.
        От его глубокого бархатного голоса по телу пробежала волна тепла. Убедившись, что обе подруги с любопытством взирают на нее и ловят каждое слово, она постаралась сделать вид, что ничего необычного не происходит.
        - Что-нибудь случилось?
        - Я думал о тебе.
        Дерек засмеялся, но как-то неестественно, даже нервно, словно испытывает неловкость.
        - Мы можем поговорить несколькими секундами позже?
        - Конечно.
        Линдси встала и объявила улыбавшимся подругам:
        - Скоро вернусь.
        - Да уж пожалуйста,  - усмехнулась Калли.
        Линдси вошла в кухню, закрыла дверь, села на табуретку и сказала в трубку:
        - Все, можно говорить.
        - Ой, прости, ты, должно быть, занята.
        - Все нормально, просто я не одна: здесь Анна и Калли.
        - Я звоню просто так, без всякой причины: захотелось услышать твой голос.
        - Очень приятно, но… все в порядке? Правда ничего не случилось?
        Дерек рассмеялся:
        - Конечно, нет. А что, захотеть услышать твой голос без всякой причины непозволительно?
        Теперь засмеялась Линдси.
        - Безусловно, позволительно. Просто я удивлена: ты не так уж часто мне звонишь.
        - Раньше мы могли болтать по телефону часами,  - упрекнул Дерек, и Линдси вздрогнула, вспомнив выложенный плиткой узор на потолке своей комнаты в общежитии, который детально изучила, пока, лежа на кровати, болтала с Дереком по телефону.  - Помнишь?
        - Конечно.
        Они несколько секунд помолчали, и Линдси ощутила тревогу: что-то не так, такое поведение совершенно несвойственно Дереку.
        - Мне, конечно, очень льстит, что ты позвонил лишь потому, что неожиданно захотел услышать мой голос, но… хотелось бы знать истинную причину.
        - Но все и правда замечательно.  - Дерек тяжело вздохнул и вдруг выпалил:  - В данный момент я лютой ненавистью ненавижу свою бывшую жену, но это не твоя проблема.
        Линдси не знала, что сказать, и какое-то время молча переваривала информацию. Молчание нарушил Дерек:
        - Прости: я не собирался это говорить,  - но не сдержался.
        - Расскажи-ка лучше, что случилось.
        - А может, не по телефону? Как ты смотришь на то, чтобы приехать ко мне?
        Его тихий, завораживающий голос вывел ее из ступора.
        - Сейчас?
        - Ну да, сию минуту.
        - Дерек, ты пьян?
        - Выпил немножко.
        - Судя по голосу, вовсе даже не немножко.
        - Пусть так.  - Голос его вдруг стал совершенно уверенным.  - Но даже если бы я был трезв как стеклышко, все равно просил бы тебя приехать сюда.
        Линдси растерялась.
        - Нет, сначала расскажи, что стряслось.
        - Линдс,  - едва ли не простонал он.  - Ты мне нужна.
        Линдси вскочила.
        - Говори адрес.
        Дерек мгновение молчал, словно не мог поверить, что она согласилась приехать, наконец сказал:
        - Я отправлю эсэмэску. Когда ты сможешь выехать?
        - Не знаю… минут через десять-пятнадцать.
        - Тогда до скорой встречи.
        Они попрощались, и Линдси, глубоко вздохнув, улыбнулась. Дерек пригласил ее к себе. И она согласилась. Похоже, их отношения переходят на новый уровень. Это уже не просто ухаживание. Он сказал, что она ему нужна. Это немного пугало, но было правильно.

        Глава 19

        Отправив Линдси эсэмэс с адресом, Дерек осмотрелся. Вроде бы ничего - достаточно чисто. Во всяком случае, так ему показалось. Душ он, как всегда после работы, принял, осталось только почистить зубы, поскольку три бутылки пива свежему дыханию не способствуют.
        Дерек хоть и не был пьян, но алкоголь все же ослабил некоторые сдерживающие центры, поэтому и позвонил Линдси с просьбой приехать.
        Приняв решение ухаживать за Линдси по всем правилам, он имел самые благие намерения и хотел, чтобы она чувствовала себя в безопасности, доверяла ему. Им предстояло как следует узнать друг друга, ведь за восемь лет они оба стали совершенно другими. Все началось хорошо, но только одно его мучило: каждое мгновение, когда не видел ее, не касался нежной кожи, казалось безвозвратно потерянным. Дерек не доверял самому себе, не доверял судьбе. Ему хотелось получить Линдси всю, целиком, и не отпускать от себя; хотелось быть с ней по праву, а не повинуясь внезапному капризу.
        Дерек почистил зубы, запил стаканом воды таблетку аспирина, чтобы предотвратить неизбежную после употребления спиртного головную боль. Он пил не часто: раз в неделю, а то и реже,  - и почти никогда дома, но после визита Лизы пребывал в отвратительном настроении, поэтому и позволил себе.
        Хуже всего было чувство вины: и за то, как поступил с Лизой, и за Линдси. В результате пострадали все, в том числе и он сам.
        Услышав звонок, Дерек бросился ко входной двери и, распахнув ее, увидел Линдси - с улыбкой на лице, немного смущенную.
        - Привет,  - негромко поздоровалась она.
        - Привет. Очень рад,  - так же тихо ответил он.
        Дерек отошел в сторону, пропуская ее в дом, и тут же, не теряя ни минуты, заключил в объятия и завладел губами. Она ответила на поцелуй. Ее губы, теплые и чуть влажные, были настойчивыми. Или ему показалось? Дерек чувствовал, что, если немедленно не получит эту женщину, то его разорвет. Он целовал и целовал ее, не в силах насытиться, лихорадочно гладил плечи, шею.
        - Дерек…
        От ее тихого шепота по груди прошел холодок и вполне предсказуемо сконцентрировался в одной части его тела, сразу отвердевшей.
        Жадный собственнический поцелуй заглушил ее стоны. Их языки встретились, заново познавая друг друга, руки Дерека скользили по ее телу, такому знакомому и всякий раз новому.
        Линдси отстранилась и подняла глаза.
        - Ты уверен, что не хочешь мне ничего рассказать? Я беспокоилась.
        Ему очень польстило, что она тревожилась, и он действительно хотел поговорить, но не в данный момент.
        - Потом, все потом…
        - Может, на сей раз мы дойдем до кровати?
        Дерек сдавленно усмехнулся, схватил Линдси за руку и потащил за собой вверх по лестнице в спальню, а там, включив ночник, снова заключил в объятия.
        - От тебя невозможно оторваться…
        Его ладони скользнули по спине вниз, легли на ягодицы, сжали, но Линдси шутливо оттолкнула его и, отступив немного назад, принялась медленно снимать через голову рубашку. Дерек едва не задохнулся, увидев ярко-красный бюстгальтер и соски, словно стремившиеся прорваться сквозь тонкую ткань. Ее тело сводило с ума, а от улыбки можно было умереть.
        - Линдс…  - Он потянулся к ней.  - Иди ко мне.
        Оказавшись опять в его объятиях, она подставила ему свои соблазнительные губы, пальцы быстро пробежались по пуговицам на рубашке и раньше, чем он успел это понять, легли на обнаженную грудь. Ткань соскользнула с плеч, и он отбросил рубашку в сторону.
        Их губы снова встретились, и этот поцелуй был глубокий и страстный. Одновременно Линдси пыталась справиться с его джинсами, ее примеру последовал и Дерек: одной рукой расстегивал ее джинсы, а другая лежала у нее на затылке - чтобы не прерывать поцелуй.
        Как только оба оказались обнаженными, Дерек потянул ее к кровати и упал на спину, увлекая на себя. Ее колени оказались по обе стороны от его бедер - она села на него верхом,  - Дерек взял ее за бедра и потянул вниз. Линдси застонала, глухо и страстно, и принялась его целовать: подбородок, шею, грудь. Когда она выпрямилась, Дерек поднял глаза и впился взглядом в ее шикарное тело: тонкая талия, плоский живот, полные груди с темными вершинками сосков. Ему казалось, что он спит и видит восхитительный сон. Он так долго мечтал об этой женщине и думал, что эта мечта никогда не станет явью.
        Дерек накрыл ладонями ее груди, а она обхватила его руки, прижала к себе и потерлась о пенис. Голова ее при этом откинулась назад, рот приоткрылся. Дереку показалось, что она вот-вот достигнет оргазма от одного только соприкосновения их тел. Это было как запретный подарок - видеть ее такой свободной, раскованной, целиком отдавшейся страсти. Дерек нащупал пальцем ее самое чувствительное местечко между ногами и принялся описывать вокруг него круги. Линдси прикусила губу, закрыла глаза и стала в такт его движениям тереться о пенис.
        - Посмотри на меня, Линдси.
        Он на секунду затаил дыхание, но когда она открыла глаза и устремила на него свой гипнотический взгляд, его охватил восторг, и он тоже стал двигать бедрами. Даже простое соприкосновение двух тел доставляло ничуть не меньше удовольствия, чем проникновение внутрь ее тела. Дерек видел, что она близка к оргазму: грудь часто вздымается, дыхание тяжелое и прерывистое.
        Их взгляды были прикованы друг к другу. Сквозь шелковистые темные пряди, рассыпавшиеся по груди, проглянул сосок, и ему захотелось сфотографировать ее в этот момент: обнаженное тело непрерывно двигается, губы приоткрыты, ресницы дрожат.
        - На этот раз все будет как надо,  - прошептал Дерек.  - Я буду смотреть в твои глаза, когда ты достигнешь вершины.
        И в этот самый момент она застонала, ее тело содрогнулось в оргазме, но взгляд ни разу не отвела.

        Линдси упала на него, груди прижались к мускулистой груди, лицом уткнулась ему в шею. Ее немного смущала ситуация, ставшая полной неожиданностью, но она ни о чем не жалела.
        Дерек провел ладонями по ее спине, сжал ягодицы. Отдышавшись, она опять села и, взглянув на него сверху вниз, увидела, что он ухмыляется.
        - И что, позволь спросить, тебя так развеселило?
        - Это было чертовски… горячо.
        Линдси наклонилась и убрала упавшую ему на лоб прядь. Боже правый! Как же хорош этот мужчина, как красив… И ей совсем не хочется его отпускать. Никогда. И пора бы это признать. Дело зашло слишком далеко, и если все опять закончится ничем, она не переживет: все будет гораздо хуже, чем в прошлый раз. Она это понимала, но решила рискнуть.
        Приподнявшись, она обхватила член рукой, направила в себя, опустилась, приняв его целиком, и расслабилась, доверив Дереку устанавливать ритм. И это было прекрасно. Уже через несколько мгновений Линдси поняла, что опять близка к оргазму. Дерек громко застонал, вскрикнул, губы их слились, и разрядки они достигли одновременно. Не прерывая поцелуя, он прижал ее к себе.
        Напряжение постепенно спадало, и они лениво ласкали друг друга. Спустя несколько минут Линдси приподнялась и посмотрела на него. Он взял прядь, упавшую ей на лицо, и заправил за ухо, чтобы они могли видеть друг друга, а потом спросил:
        - Поверишь, если я скажу, что опять хочу тебя?
        - Не знаю,  - хмыкнула Линдси.  - По-моему, все-таки нужна небольшая передышка.
        - Может, да, а может, и нет.
        Линдси успела лишь пискнуть, когда он, быстро перекатившись, оказался сверху и прижал ее к кровати. Правда, совершая эти телодвижения, он покинул ее тело, но, скорее всего, ненадолго.
        Линдси хихикнула, и они на некоторое время замолчали, напряженно глядя друг на друга. Все было хорошо. Мирно. Спокойно. Совершенно.
        Наконец в Линдси проснулось любопытство.
        - Так что же все-таки случилось? Почему ты так расстроился?
        Какое-то время он молчал и только гладил ее лоб, щеки, губы.
        - Мне не хочется делать из наших отношений то, чем они не являются. Я просто хочу тебя и не желаю слишком много думать. Ведь однажды я уже совершил ошибку.
        - Ты меня пугаешь.
        - Знаю. Себя тоже. Но ты здесь.
        - Да, я здесь.
        - И я здесь. И ничего между нами.
        Линдси прикусила губу, отчаянно пытаясь не расплакаться.
        - Малышка, не плачь.  - Дерек всегда чувствовал ее эмоции раньше, чем они становились очевидными.  - Все должно быть хорошо.
        Линдси не могла вымолвить ни слова, боялась, что, если откроет рот, рыдания вырвутся наружу, поэтому лишь молча кивнула.
        - Я без ума от тебя, Линдс. Так было всегда. И если раньше я об этом молчал, то сейчас говорю прямо.
        Он коснулся губами ее губ, и постепенно легкие осторожные прикосновения перешли в глубокий чувственный поцелуй. Линдси почувствовала теплую влагу на своей щеке. Соленая капля скатилась туда, где соединились их губы. Дерек на мгновение прервал поцелуй, слизнул слезинку и снова приник к ее губам.
        О господи! Линдси хотелось утонуть в этом мужчине. Она чувствовала, что ее сердце разлетелось на мелкие кусочки, и каждым прикосновением губ он забирал один из кусочков себе. Она принадлежала ему, и с этим уже ничего нельзя было поделать.

        Глава 20

        Дерек принес наверх кружку кофе, и его не удивило, что постель оказалась пустой. Он слышал, как Линдси встала, потом хлопнула закрывшаяся дверь ванной. Когда она наконец появилась, он приветливо улыбнулся и, указав взглядом на кружку, сказал:
        - Доброе утро, красавица. Ваш кофе.
        - Спасибо.  - Она скользнула под простыню и села, прислонившись к изголовью кровати.  - Не могу поверить: уже почти восемь. Даже не помню, когда в последний раз так долго спала.
        - Ну, после того как ты вчера на меня накинулась, вовсе не удивительно, что так устала.
        Линдси нарочито сердито взглянула на него поверх кружки, но тут же рассмеялась и, сделав несколько глотков, поставила кружку на колени и сказала:
        - Мне надо домой - переодеться, собрать вещи и ехать к Анне.
        - Сегодня же вечеринка.
        - Да. Мы отправимся туда вместе. Знаю, вы никогда так не поступаете.
        - Нет, конечно. Кстати, в туалет мы тоже не имеем обыкновения ходить толпой.
        - Ну и зря: именно там можно узнать много полезного.
        После короткой паузы Дерек спросил:
        - Они знают? О нас?
        - Ты имеешь в виду наши теперешние отношения?
        - Да.
        Линдси пожала плечами.
        - Да, знают достаточно.
        - Значит, если ты будешь ночевать в моей комнате, они не удивятся?
        Улыбнувшись, Линдси покачала головой.
        - Нет, определенно нет.

        Линдси, Калли и Анна в ванной гостиничного номера Анны по очереди заглядывали в зеркало, хотя, по мнению Линдси, выглядели фантастически. Она порылась в косметичке, достала тюбик красной помады, и когда сняла крышечку, Калли восторженно ахнула:
        - Ты наконец-то решилась на яркую помаду! Тебе очень пойдет.
        - Да вот пока раздумываю…
        - Определенно,  - вмешалась Анна,  - с таким цветом кожи и волос красная помада будет смотреться изумительно.
        - Это несправедливо!  - возмутилась Калли и полезла в свою косметичку.  - Ты загорелая даже в марте!
        Линдси еще раз взглянула в зеркало, нанесла на губы яркую помаду, а сверху немного блеска и, довольная эффектом, улыбнулась. Густые волосы спадали ей на плечи и спину тугими спиралями, подведенные глаза таинственно мерцали, очень короткая юбка и туфли на высоких каблуках эффектно подчеркивали красоту длинных ног.
        - Превосходно, дамы. Полагаю, нас весь вечер ожидает бесплатная выпивка.  - Она достала телефон и, приняв соблазнительную позу, предложила:  - Подойдите ближе: нам необходимо отличное селфи.
        Подруги несколько секунд кривлялись и хихикали, потом Калли призвала всех к порядку, велела улыбаться одними глазами и принять самый сексуальный вид. Наконец Линдси сделала снимок и показала подругам.
        - Надо же, с первого раза получилось. Пожалуй, сразу же выложу в интернет. Круто, да?
        Все с ней согласились и начали собираться, чтобы спуститься вниз, к ожидавшим их мужчинам.
        - Все готовы?  - спросила Анна, надевая туфли.
        - Да. Эрик прислал эсэмэску, что они сидят в баре, а Беннет вот-вот подъедет. Там с ними какой-то его друг.
        - Друг Эрика?  - уточнила Линдси.  - Кто такой?
        - Понятия не имею.  - Калли закатила глаза.  - Хочется верить, что кто-то адекватный.
        - Жаль, что у них не заладилось с Дэвидом,  - заметила Анна.  - Он был такой милашка, и мне нравился, а Эрик такой нерешительный.
        - Этот парень не видит дальше своего носа,  - фыркнула Калли.  - Молодость и красота не вечны. Что он будет делать потом, оставшись в одиночестве?
        Линдси внезапно стало грустно. Насколько хорошо то, что у нее есть сейчас? Ей хотелось думать, что да. Даже если ее что-то и пугает, совершенно необязательно, что это плохо. И она определенно не хотела, в отличие от Эрика, позволить этому хорошему ускользнуть, как уже сделала однажды: даже не попыталась бороться за Дерека. Теперь, по прошествии лет узнав правду, она могла предположить, что это было бы по меньшей мере бесполезно, но он хотя бы знал, что она его любит.
        - Что ж, выглядим мы на все сто,  - подвела итог Анна.  - Теперь, прошу вас, ведите себя прилично: много не пейте, далеко не уходите и держите при себе телефоны.
        - Да, мамочка!  - прыснула Калли.
        Анна нахмурилась и огляделась.
        - Ключи от комнаты не забыли?
        Калли и Линдси продемонстрировали свои ключи.
        - Вы можете спокойно заходить в эту комнату, скажем, до полуночи, но если придете позже, я не могу гарантировать, что увидите приличную картину.  - Анна проказливо подмигнула и добавила, уже серьезно:  - Шутка, разумеется. При необходимости заходите в любое время. Договорились?
        Взгляд Анны задержался на Линдси, и та согласно кивнула. После этого три грации-чаровницы вышли из комнаты и направились к ожидавшим их кавалерам.

        Дерек уже в сотый раз посмотрел на дверь лифта: на этот раз вышла седовласая пара - и вздохнул. Линдси покинула его еще утром, сразу после второй кружки кофе, и он весь день думал о ней. Еще никогда он не чувствовал такой близости с женщиной, как прошлой ночью, и это его удивляло, учитывая их прошлое, но как же он был рад! Ему казалось, что они наконец движутся в нужном направлении и смогут преодолеть трудности, исправить то, что он сделал когда-то.
        Пока же следовало преодолевать трудности по очереди. Он сказал, что между ними ничего нет - в смысле, что их ничто не разделяет,  - но это вовсе не означает, что у него нет проблем, которые следовало решить. Он должен думать о сыне. Просто надо как следует обдумать, как сделать так, чтобы все получилось. Дерек ни секунды не сомневался, что это возможно. Пока он не хотел рассказывать Линдси об угрозах Лизы. Сначала надо разобраться в ситуации. Он уже связался с адвокатом, изложил ему суть дела и теперь намеревался добиваться желаемого.
        - Потрясающе! Ты только посмотри,  - воскликнул Майк и показал Дереку экран своего мобильного телефона.
        Это была фотография трех девушек в ванной гостиничного номера. Все они выглядели восхитительно, но он не мог отвести глаз от Линдси, прелестной, как никогда. Губы яркие, словно вишни, сексуальные, тугие локоны, обтягивающее великолепную фигуру платье с низким вырезом. Она и в день фотосессии выглядела потрясающе, но теперь являла собой образ настоящей сирены.
        - Где ты это взял?  - пробормотал Дерек.
        - В «Твиттере».
        Майк несколько секунд обалдело рассматривал фотографию, потом воззрился на Дерека.
        - Не знал, что у тебя есть страница в «Твиттере»,  - удивился тот.
        Майк пожал плечами.
        - Теперь есть: решил последовать примеру Анны.
        Дерек услышал смех, обернулся и увидел ее. В тот момент, когда их глаза встретились и Линдси улыбнулась, он почувствовал неимоверное облегчение. И еще счастье. Он хотел бы испытывать те же ощущения всегда при взгляде на любимую женщину, а эта женщина действительно любима.
        Когда подруги подошли ближе, Майк вскочил и коснулся губами виска невесты. Дерек постарался сделать вид, что не завидует.
        - Веселой вечеринки, моя ненаглядная.
        В это время Дерек увидел, как какой-то амбал подошел сзади к Калли и обхватил ее за талию. Она со смехом повернулась в его объятиях и поцеловала в губы. Дерек не был знаком с Беннетом, бойфрендом Калли, но, судя по всему, это именно он.
        Теперь все разбились по парам, кроме них с Линдси. Она осталась у барной стойки, сжимая в руках маленькую черную сумочку. Ее платье, тоже черное, без бретелек, плотно облегало стройную фигуру. Дерек кивком поманил ее за собой. Она сделала несколько шагов и остановилась, но он быстро пересек разделившее их пространство, схватил ее за руку, привлек к себе и прошептал на ухо:
        - Ты сегодня такая, что мне хочется тебя съесть.
        Линдси рассмеялась.
        - Я позаимствовала это платье у Мэл.
        Он осмотрел ее с ног до головы.
        - Ты должна оставить его себе, хотя без одежды ты мне нравишься больше.
        Дерек обнял ее за плечи, чмокнул в макушку и замер, ожидая, что она смутится или забеспокоится, но она не сделала ни того, ни другого - только улыбнулась.
        - Дэвид!  - взвизгнула Калли и бросилась на шею бойфренду Эрика.  - Мы только что говорили о тебе.
        Дерек вопросительно взглянул на Линдси.
        - Эрик и Дэвид все время то сходятся, то расходятся, а он нам очень нравится.
        - Ах вот оно что…
        Они подождали еще несколько минут, пока не появилась Эмма, сотрудница и подруга Калли, со своим бойфрендом. Теперь, когда собрались все, можно было отправляться в стейк-хаус, расположенный в другом конце здания. Дерек взял Линдси за руку, их пальцы сплелись, и они медленно отправились к месту проведения вечеринки.
        - Ты бывал здесь?
        - Однажды: здесь проводилась конференция для застройщиков,  - но это было давно, больше года назад. Теперь здесь все по-другому, новый владелец. К тому же я не игрок, поэтому у меня не было желания вернуться сюда. А ты как относишься к игре?
        - Безразлично. Просто интересно: казино в Вегасе такие же?
        - Ты и там не была?  - удивился Дерек.
        - Никогда. Я вела довольно замкнутую жизнь,  - призналась Линдси.
        - Да, примерно такие же. Может, пошикарнее и помноголюднее. И там определенно больше полуобнаженных женщин.
        Линдси засмеялась.
        - Как это, должно быть, скучно.
        - Да, ты права: в Вегасе совершенно нечем заняться.
        Дереку очень нравилась их пикировка. С Линдси вообще легко разговаривать - это он запомнил еще по прошлой жизни. Она такая милая и забавная.
        Они продолжали болтать о казино: игорных залах, магазинах, кафе,  - и, когда подошли к ресторану, рука Дерека уже уверенно обнимала ее за талию. Друзья уже ждали их у столика метрдотеля, и Дерек заметил, что Майк внимательно за ними наблюдает. Друг одарил его своей коронной дерзкой ухмылкой и отвернулся, но Линдси, вероятно, заметив их обмен взглядами, шепотом спросила.
        - Ты давно знаешь Майка?
        Дерек на минуту задумался.
        - Кажется, со второго класса младшей школы. Чертовски давно.
        - То есть целую вечность!
        - Мы жили по соседству, почти каждый день играли вместе, а в старших классах были и вовсе неразлейвода. Потом на какое-то время утратили связь, но она скоро восстановилась. Это здорово, когда у тебя есть друг, которого знаешь всю жизнь.
        - Понимаю.
        Дерек обнял Линдси за плечи и снова чмокнул в макушку, вдохнув сладкий аромат волос. Не дотрагиваться до нее было выше его сил. Ему хотелось поцеловать ее по-настоящему, но не было уверенности, что она готова к публичной демонстрации их отношений.
        Все расселись за столом и очень скоро уже наслаждались восхитительным ужином. Линдси, улыбаясь, погладила его ногу под столом и придвинулась поближе. Возможно, она совсем не против, чтобы их отношения стали очевидными для окружающих?
        Покончив с ужином, компания направилась в ночной клуб. Чтобы попасть туда, надо было пройти по главному игровому залу казино, и Дерек заметил, с каким любопытством Линдси разглядывает все вокруг.
        - Хочешь попробовать?
        - Нет-нет, я не могу.
        - Блек-джек? Покер?  - Дерек указал на ряды столов.  - Будь я игроком, выбрал бы покер. По крайней мере здесь имеет значение мастерство хоть в какой-то степени, а не только одна удача.
        - Расклад все равно будет не в твою пользу,  - сказала Линдси.
        Дерек остановился и обнял ее. Краем глаза заметив, что остальные не обращают на них внимания, он наклонился и нежно ее поцеловал. Она ответила на поцелуй, и он ощутил фруктовой вкус ее губной помады.
        - Вся жизнь - игра, Линдс. Надо только оценить, насколько высоки ставки, и решить, стоит ли рисковать,  - произнес он с улыбкой.
        Говорить приходилось громко, поскольку вокруг стоял невообразимый шум, но их все равно никто не мог услышать.
        - Ради тебя готова рискнуть,  - сказал Линдси, глядя ему в глаза.
        Дерек улыбнулся и сжал ее руку. В этот момент у них за спиной раздался рев сирены, и все посетители, находившиеся в непосредственной близости, обернулись. В углу зала, над группой игровых автоматов, мигало разноцветными огнями табло.
        Дерек наклонился к ее уху:
        - Какой-то везунчик только что выиграл джекпот - десять тысяч долларов.
        Взглянув в лицо спутнице, он нахмурился: прищурившись, она в упор смотрела туда, где сверкали и переливались огни.
        - Это мой отец.

        Глава 21

        Линдси показалось, что она вот-вот лишится чувств. Сначала она подумала, что ей померещилось, но нет: это действительно отец с широкой улыбкой пожимал руку служащему казино. Мужчины оживленно переговаривались и, судя по всему, отлично знали друг друга. Все еще не веря самой себе, она направилась к ним.
        - Линдси, подожди!  - воскликнул Дерек и попытался остановить ее, но она решительно вырвалась.
        - Папа?
        Отец с улыбкой обернулся к ней, и лицо его посерело, глаза заметались, в них ужас сменился откровенной паникой.
        - Линдси, я выиграл: можешь поверить?
        - Нет, папа, не могу. Что ты здесь вообще делаешь?
        Тут к ним подошел какой-то мужчина примерно того же возраста, что и отец, одетый в яркую гавайскую рубашку, и дружески похлопал его по плечу.
        - Везет тебе, Исаак! Уже второй выигрыш в этом месяце!
        Линдси ахнула, а отец опустил глаза, залившись краской стыда. В тот же миг Дерек сжал ее руку, пытаясь успокоить, но она снова вырвалась.
        - Папа, прошу, скажи, что всякий раз, когда я давала тебе деньги, ты не играл.
        Дерек не сразу понял, о чем речь: она что, дает ему деньги?
        - Отвечай, черт возьми!
        Вокруг стало тихо: кажется, даже игра прекратилась,  - слышно было только позвякивание автоматов, стоявших в отдалении. Исаак не сказал ни слова. Линдси понимала, что его шокировал ее тон, но ей было все равно. Наконец он сделал к ней неуверенный шаг.
        - Линдси, я могу объяснить… Я прихожу сюда очень редко.
        - Очень редко? А как же тогда ты ухитрился дважды выиграть в этом месяце? Почему тебя здесь все знают?  - кивнула она в сторону радостно скалившегося идиота в яркой рубашке.
        - Ты все не так поняла…  - потряс он головой.
        Краем глаза Линдси заметила, что толпа вокруг них начала редеть: вероятно, многие игроки почувствовали себя неловко.
        - Папа, ты же знаешь, в каком положении я нахожусь! Может, объяснишь, почему я должна забыть о своей мечте и едва сводить концы с концами? Ты сказал, что у тебя нет денег на еду, на оплату счетов, что вот-вот отключат электричество.
        - Но это правда!  - У него хватило наглости напустить на себя возмущенный вид.
        - Поэтому ты решил спустить мои деньги?
        - Но я же выиграл!  - указал он на табло, где все еще светилась надпись «10 000».
        - А сколько ты перед этим проиграл? Да и как-то не верится, что ты поспешил бы сообщить мне об этом выигрыше. Это мои деньги, папа.  - Теперь Линдси ткнула пальцем в сторону горящего табло.  - Но ты ведь опять собираешься играть.
        Его взгляд метался из стороны в сторону в поисках выхода, он выглядел совершенно потерянным, вмиг постаревшим, и Линдси ненавидела себя за то, что жалеет его, хотя он заслуживал лишь гнева, но никак не жалости.
        - Не могу поверить, что ты способен так поступать со мной, папа.
        Исаак протянул к ней руку.
        - Линдси…
        Она отшатнулась, чувствуя, как по щекам потекли горячие злые слезы. А ведь Линдси искренне верила, что отец нуждается в ней, снова и снова приходила ему на помощь, себе во всем отказывая, и так было всегда, всю ее жизнь.
        Наткнувшись на теплую стену, она сообразила, что это грудь Дерека, а потом ощутила и его руки на своей талии. А ведь она о нем почти забыла, и теперь ей стало стыдно.
        - А это еще кто такой?  - выкрикнул Исаак, уставившись на Дерека, как будто имел право на такие вопросы.
        - Я тот, на кого ваша дочь может положиться.
        Линдси услышала - или почувствовала - гнев в его голосе.
        - Пойдем отсюда.
        Дерек потянул ее за собой, подальше от ее отца, и Линдси ощутила одновременно облегчение и щемящую грусть. Они направились обратно тем же путем, которым пришли, но Линдси сообразила это, только когда они вошли в лифт.
        - Куда мы? А как же вечеринка?
        - Я должен с этим разобраться.  - Дерек прижал ее к себе, и она, закрыв глаза, уткнулась лицом ему в грудь.  - Сколько ты ему дала?
        Линдси покачала головой, не в силах говорить из-за стыда за отца.
        - Надеюсь, не больше, чем он сейчас выиграл?
        - Половину.
        - Проклятье!  - негромко выругался Дерек.  - Никогда не думал, что могу испытывать такое острое желание набить кому-то морду.
        - Пожалуйста, давай просто больше не будем об этом говорить.
        Он прижал ее к себе.
        - Прости. Я не должен был так говорить. Надеюсь, ты понимаешь, что я никогда не ударил бы твоего отца… наверное.
        Она рассмеялась бы, если бы ее так не переполняла злость. И еще грусть. Мэл будет вне себя, когда обо всем узнает. Едва подумав об этом, Линдси почувствовала еще большее унижение.
        Только в прошлом году она дала отцу около двух тысяч долларов, а после того как была вынуждена уйти из колледжа… об этом лучше не думать. Около шести тысяч, и это не считая затрат на его восстановление после инсульта, когда Линдси пришлось переехать к нему. Она жертвовала всем ради отца, а он, как выяснилось, проигрывал ее деньги.
        Выходя из лифта, Линдси услышала, как Дерек с кем-то говорил по телефону: скорее всего, делился новостями с Майком,  - но ей было все равно. Злость и обида вытеснили все остальные чувства.
        Завибрировал ее телефон, и Линдси, взглянув на экран: отец!  - сбросила звонок. Они как раз подошли к комнате Дерека, и он открыл дверь ключом-карточкой, которую держал наготове. Номер был такой же, как у Анны. Линдси, едва переступив порог, направилась прямиком в ванную, закрыла за собой дверь и только тогда дала волю слезам.

        - Линдси, малышка, позволь мне войти,  - постучав в дверь ванной, где Линдси просидела уже не менее получаса, попросил Дерек.
        Сначала он решил дать ей время успокоиться, но теперь начал волноваться.
        После того как он позвонил Майку, подруги немедленно явились поддержать Линдси, но она отказалась разговаривать, и он убедил их оставить ее в покое и продолжать развлекаться. Как он и заявил ее отцу, теперь Линдси его забота. Эта женщина предназначена ему судьбой, и он готов свернуть горы, чтобы сделать ее счастливой, чтобы она всегда была рядом.
        Он прислонился лбом к холодному металлу двери и услышал слабые звуки: что-то упало, потом раздался шум воды, и, наконец, щелкнул замок. Дерек выпрямился, ожидая появления Линдси, а после того как она вышла из ванной, раскрыл объятия и облегченно вздохнул, когда она доверчиво прижалась к нему.
        - Поговорим?
        - Через минуту.
        Она крепко обняла его за талию, а он уткнулся носом ей в макушку.
        Именно этого он и хотел - стать для нее тем человеком, к которому можно прийти, когда грустно, который решит ее проблемы, позаботится о ней. Судьба дала ему второй шанс, и он готов был сделать для нее все: как возможное, так и невозможное.
        Прошло несколько долгих минут, и Линдси наконец подняла лицо, очень бледное, все в пятнах, с покрасневшими глазами, но все равно прекрасное. Дерек убрал мокрые от слез пряди с ее заплаканного лица и жестом предложил ей лечь. Она уютно свернулась клубочком на кровати, а он прилег рядом, с радостью почувствовав, как она придвинулась к нему.
        - Думаю, отец страдает игроманией - это как наркотик,  - проговорила она грустно.
        - Похоже на то.
        - А я, как идиотка, все это время искренне верила, что помогаю ему. Уважаю Мэл: она, видимо, знает его лучше меня, поэтому он никогда ничего у нее не просит.
        Дерек ласково погладил ее по волосам, а когда заговорил, голос его был полон сочувствия.
        - Я не собираюсь его оправдывать, но ты должна понимать, что это болезнь. Едва ли он хотел сделать тебе больно.
        Линдси кивнула.
        - Я в этом не сомневаюсь, но, честно говоря, мне не становится легче.
        Невысказанная истина заключалась в том, что и он сам причинил ей боль, хотя вовсе этого не желал.
        - Как же он мог так поступить со мной? У меня в голове не укладывается!  - всхлипнула Линдси.
        Дерек лишь крепче прижал ее к себе, когда из глаз снова хлынул поток слез. Растерявшись, понятия не имея, как ее успокоить, он начал ее целовать: нежно, едва касаясь губами глаз, щек, лба. Она не отстранилась, не попросила прекратить, а, в конце концов, сама потянулась к нему. Дерек почувствовал ни с чем не сравнимую радость. Вначале это было слабое прикосновение губ и рук, но довольно скоро ее поцелуи стали более требовательными, ждущими… страстными.
        - Линдси, не думаю, что сейчас самое подходящее время…  - неуверенно пробормотал Дерек, когда она взялась за «молнию» его брюк.
        - Я хочу тебя. Пожалуйста. Прямо сейчас…
        Вряд ли найдется мужчина, способный отказать женщине в такой просьбе. Во всяком случае, Дерек таковым определенно не был. Теперь он не смог бы остановиться, даже если бы на кон была поставлена его жизнь. Он расстегнул «молнию» на ее платье и стянул его вниз, а Линдси в это время лихорадочно сражалась с пуговицами на его рубашке.
        - Не торопись, малышка: я не хочу порвать твое платье.
        - Плевать! Можешь делать с ним что угодно.
        Дерек уложил Линдси на спину и завел ей руки за голову.
        - И что, по-твоему, ты делаешь?
        - Пытаюсь немного приструнить тебя. Не шевелись, лежи спокойно. Обещаешь?
        Она раздраженно закрыла глаза и буркнула:
        - Обещаю.
        - Даже руками не шевели. Пусть они остаются там.
        - Как скажешь.
        Дерек, пожирая ее глазами, скатился с кровати и аккуратно снял с нее платье. Он был приятно удивлен, когда выяснилось, что под ним нет бюстгальтера. За платьем последовали трусики, и, снимая их, он поцеловал каждый дюйм ее длинных стройных ног. Линдси не сводила с него глаз, хотя он не мог бы сказать, наблюдает она за ним или думает о чем-то своем. Он стремился сделать так, чтобы она не думала и не тревожилась, только чувствовала.
        - Ты со мной, Линдси?
        Она лишь молча кивнула, но это зрелище - она, обнаженная, на кровати, в ожидании,  - могло довести до безумия.
        - Тебе сейчас это необходимо, я и дам тебе то, что ты хочешь.
        Он быстро разделся, забрался на кровать и накрыл ее тело своим.
        - Прикоснись ко мне, Линдси.
        Подчиняясь его зову, трепетные пальцы легко коснулись спины, ягодиц, скользнули ниже…
        Дерек приподнялся на локтях и коленями раздвинул ей бедра. Она инстинктивно обхватила его ногами, словно приглашая, и выдохнула:
        - Именно это мне нужно сейчас.
        Дерек, глядя на ее лицо, затуманенные страстью глаза, пообещал:
        - Я дам тебе все, что хочешь.
        Скользнув в ее тело, он удовлетворенно вздохнул и начал ритмично двигаться, но ей этого было мало. Что есть сил сжав ноги у него на пояснице, она хрипло выкрикнула:
        - Быстрее!
        Дерек ухмыльнулся и ткнулся носом ей в шею.
        - А мне нравится медленно.
        - Прошу тебя, умоляю!
        Ее ногти вонзились ему в спину, и хриплые стоны наконец заставили двигаться быстрее.
        Они достигли разрядки одновременно, и какое-то время Линдси казалось, что она больше никогда не сможет дышать, но по прошествии некоторого времени она улыбнулась и, закрыв глаза, блаженно выдохнула:
        - О господи!
        Дерек перекатился на спину и прижал ее к себе, уже через несколько мгновений она спала.

        Глава 22

        В следующий вторник, как обычно, Линдси въехала на парковку на Мейн-стрит и, прежде чем выйти из машины, достала зеркальце и внимательно осмотрела свое лицо. Н-да, вид, конечно, еще тот: тушь потекла, волосы спутаны (после утреннего душа она не стала их укладывать, оставив сохнуть на воздухе).
        Накануне она легла очень поздно: была занята важными вещами - сначала обновила свои странички в социальных сетях, потом разместила в «Этси» фотографии новых изделий,  - и все это время старалась не жалеть себя.
        Старания ни к чему не привели, и сегодня ей было до ужаса жаль себя, несчастную. Она все еще была в шоке от поступка отца, годами проигрывавшего ее деньги. Он еще много раз звонил ей в воскресенье, она не отвечала, и в конце концов звонки прекратились. Она не была готова разговаривать с ним и не знала, когда сможет. Вне всякого сомнения, к Мэл он не явится: не захочет огласки.
        Линдси ничего не рассказала сестре, но не потому, что хотела защитить отца, просто ей было стыдно. Разумеется, она расскажет… когда-нибудь потом, в более подходящий момент, который наступит не раньше, чем они перестанут жить под одной крышей. Но когда это будет?..
        Подкрасив губы, Линдси вышла из машины и направилась к заведению Калли. Было уже почти два часа. Она с утра работала в доме Анны - наносила последние штрихи. Этим самым последним штрихом стал очаровательный маленький столик у входной двери. Она нашла его на очередной гаражной распродаже и привела в порядок. Он идеально вписался в интерьер.
        После трехчасовой работы Линдси чувствовала, что без кофе с печеньем не выживет, и распахнула дверь. Знакомый перезвон колокольчиков сообщил о ее визите. Улыбнувшись, она оглядела помещение и замерла, увидев Дерека с сыном. Они стояли у прилавка и болтали с Эриком. Таннер обернулся и, заметив ее, приветливо улыбнулся.
        - Смотри, папа, это же Линдси!
        Совершенно ошеломленная, она несколько секунд переводила взгляд с одного лица на другое. Дерек тоже выглядел удивленным. Эрик, перехватив ее взгляд, приложил руку к губам.
        - Привет,  - вышла наконец из ступора Линдси.  - Какой сюрприз!
        Это действительно был сюрприз, причем не слишком приятный, поскольку в этот самый момент Линдси вспомнила, насколько ужасно выглядит.
        - Ну да, сюрприз,  - ухмыльнулся Дерек.
        Хоть они вроде бы и встречались, но ни разу не обсуждали взаимоотношения с его сыном, так что Линдси решила вести себя по-дружески.
        - Ты за этим пришла?  - спросил, кашлянув, Эрик и протянул ей чашку кофе с крышечкой чтобы взять с собой.
        - Да, спасибо.  - Она взяла чашку и взглянула сначала на Таннера, потом на его отца, в который раз поразившись их потрясающему сходству.  - Какие у вас планы на сегодня?
        - Мы собрались в кино,  - заявил Таннер.  - А сюда пришли за печеньем. Видишь, на мне эта куртка: печенье можно положить в карманы.
        - Разумно. Лично я предпочитаю печенье Калли любому другому, но в кино беру обычно попкорн. Это неискоренимая привычка.
        Таннер взглянул на отца, который не сводил горящих глаз с любимой женщины, и перевел взгляд на Линдси.
        - А вы пойдете с нами?
        - О, я бы с удовольствием, но…  - Она растерянно улыбнулась и покосилась на Дерека в надежде, что он подскажет ей выход из положения.
        - Ты обязательно должна пойти с нами!  - сказал он.
        От удивления у Линдси открылся рот, и она не сразу вспомнила, что его надо закрыть.
        Ее реакция, вероятно, была смешной, потому что Дерек усмехнулся и шепнул сыну:
        - Ничего не поделаешь: Линдси занята.
        - Нет! То есть да, я пойду с вами.
        Да, она пойдет, чтобы познакомиться с Таннером поближе.
        - Правда?
        - Конечно. На какой фильм мы идем?
        - «Рогатые солдаты».
        Линдси с шумом выдохнула, почувствовав некоторое сомнение, но тут же засмеялась.
        - Прекрасно, но мне хотелось бы тоже купить немного печенья.
        Эрик стоял за прилавком с пакетом наготове.
        - Какое именно?
        - Кокосовое масло.
        Когда Эрик подошел к кассе, Дерек уже был там, с пятидолларовой купюрой в руке, и даже не посмотрел на нее, пока расплачивался и убирал сдачу в карман.
        И лишь потом важно изрек:
        - Если мы с Танном приглашаем женщину на свидание, то сами и платим. Правда, парень?
        - А ведь это у нас впервые, да, папа?
        Услышав слова сына, Дерек повернулся и подмигнул Линдси:
        - Слышишь? Это наше первое свидание. Значит, ты исключительная.
        - Я действительно чувствую себя неповторимой,  - сказала она и улыбнулась Таннеру.  - Прежде чем мы пойдем, позвольте вас на минуту покинуть. Я скоро.
        Линдси пересекла кухню, бросила пустую чашку в мусорный бак и вошла в комнату отдыха для персонала. Калли всегда разрешала подругам ею пользоваться. Там она отыскала на полочке под зеркалом большую косметичку, открыла ее и с облегчением вздохнула. Как она и предполагала, Калли не могла не держать под рукой хоть какую-то косметику; нашлась даже зубная паста.
        Спустя четыре минуты Линдси выглядела уже значительно лучше: привела себя в порядок, освежилась,  - но все же не хотела создавать впечатление, что в комнату отдыха вошел один человек, а вышел совершенно другой. Не стоило демонстрировать с такой очевидностью зависимость своей внешности от косметики. Она помыла руки, еще раз посмотрела на себя в зеркало, вошла в зал и обнаружила Эрика в гордом одиночестве.
        - Они ждут тебя в машине. И забрали твое печенье.
        - Эрик, скажи, что я поступаю правильно,  - поспешно заговорила Линдси.
        Слава богу, помещение было совершенно пустым.
        - Ты имеешь в виду поход в кино с любимым человеком? Даже не сомневайся: поступаешь правильно.
        - С любимым человеком и его сыном,  - уточнила Линдси.  - Ты же понимаешь: это все меняет.
        - Это значит лишь то, что любимый человек относится к тебе со всей серьезностью. Позволь ему это.
        - Спасибо.
        Она поцеловала Эрика в щеку и направилась к выходу, а оказавшись на улице, поняла, что погода стала лучше, солнце ярче, ветерок свежее, и все ее тело наполнилось легкостью и светом.
        - Сюда,  - окликнул ее голос справа.
        Дерек стоял у своего «мерседеса», ожидая ее. Таннер уже сидел в машине. Линдси пошла к нему, чувствуя не только легкость, но и нервное напряжение. Она идет в кино с Дереком и его сыном, а это значит, что она или сошла с ума, или впала в детство. Дерек стоял у пассажирской дверцы, но даже не посторонился, когда она приблизилась.
        - Я рад, что ты согласилась.
        - Да, но ты уверен, что это хорошая идея?
        - Понятия не имею. Я никогда не подпускал к моему сыну ни одну женщину, но сейчас мне кажется, что все правильно.
        - Я очень хочу ему понравиться.
        Дерек быстро пожал ей руку.
        - Ни минуты не сомневаюсь, что ты ему уже нравишься.
        Линдси очень хотелось надеяться, что это правда. Дерек открыл перед ней дверцу машины, она села и сразу повернулась назад, к Таннеру, увлеченному какой-то электронной игрушкой.
        - Эй! Спасибо за приглашение.
        Мальчик поднял глаза и хмыкнул.
        - Не стоит благодарности.
        Линдси выпрямилась, пристегнула ремень и улыбнулась Дереку, который сел рядом и, ни к кому конкретно не обращаясь спросил:
        - Все готовы?
        Двигатель завелся, и тишину в машине какое-то время нарушали лишь звуки электронной игры Таннера и едва слышное бормотание радио. Затянувшееся молчание нарушил Дерек: покосившись на Линдси, сказал:
        - Пора бы тебе научиться держать язык за зубами.
        Линдси усмехнулась, взглянула на него, потом на Таннера и пробормотала:
        - Просто я немного нервничаю.
        - Это ни к чему,  - вмешался Таннер.  - Да, папа?
        Глаза Линдси округлились, и она почувствовала, как краска заливает лицо и шею. Она была абсолютно уверена, что Таннер настолько увлечен игрой, что ничего не слышит, но это оказалось не так. Дерек коснулся ее бедра, а она схватила его руку и сильно стиснула.
        Спустя десять минут они въехали на парковку, вышли из машины и направились к зданию кинотеатра. Таннер бежал впереди.
        - Думаешь, тебе удастся пережить «Рогатых солдат»?  - ухмыльнулся Дерек.
        - Учитывая, что я никогда о них не слышала, это может быть даже интересно.
        - Тебя заманили печеньем!
        Пока они шли ко входу, их руки иногда соприкасались, и от каждого прикосновения ее бросало то в жар, то в холод. Сегодня Дерек не был похож на офисного работника, одетый в джинсы, футболку и теннисные туфли, и в таком виде очень нравился Линдси. Впрочем, ему шла любая одежда, да и без одежды он был неотразим.
        Они подошли к кассе. Линдси осталась в стороне, позволив мужчинам купить билеты. Через несколько секунд Таннер подошел к ней. Она взглянула на него сверху вниз и улыбнулась. Линдси понятия не имела, что сказать, но ей хотелось, чтобы мальчик чувствовал себя свободно.
        - Это первая часть «Рогатых солдат»?
        - Вторая,  - ответил он не задумываясь.
        Она подождала продолжения, но мальчик молчал - значит, не болтун. Линдси привыкла, что Клэр болтала без остановки, поэтому сдержанность Таннера ее приятно удивила. Крутой парень растет. Как и его отец.
        Они вошли в зал и направились к своим местам. Линдси немного замешкалась, решая, где именно сесть. Дерек прошел между рядами и уселся первым. Таннер побежал за ним и занял место рядом. Если сесть с его стороны, то Таннер окажется между ними. Посчитав, что это не совсем удобно, она решила занять свободное место с краю.
        - Ты не хочешь сесть рядом с папой?  - удивленно взглянул на нее Таннер.
        - Хочу.
        Она протиснулась между ними и рядом кресел и села возле Дерека. Тот усмехнулся и прошептал ей на ухо:
        - Расслабься.
        - Что ты имеешь в виду? Я и не напрягалась.
        Линдси установила чашку в держатель и устроилась поудобнее.
        - Я тебе это уже говорил,  - прошептал Дерек,  - но готов повторить, что чертовски рад.
        - Я тоже.
        - У тебя все хорошо?
        - Да.
        - Ты разговаривала с отцом?
        Линдси покачала головой.
        - Нет. Пока нет. Я еще не готова.
        Прежде чем Дерек успел что-то сказать, Таннер дернул отца за руку, давая понять, что фильм начался. Вот и хорошо. Она не хотела сейчас думать о грустном, поэтому настроилась наслаждаться этим киношным свиданием с любимым мужчиной и его сыном.

        Глава 23

        Спустя два часа они вышли на улицу, щурясь на солнце, казавшееся слишком ярким после темноты кинозала. Весь путь до машины Линдси и Таннер оживленно обсуждали фильм, а Дерек молча плелся за ними.
        Не только Линдси поначалу нервничала: Дерек тоже чувствовал себя не в своей тарелке, хотя изо всех сил старался этого не показать. Он знал, что рискует, демонстрируя окружающим Линдси и Таннера вместе, понятия не имел, что скажет сыну потом, но тем не менее был до безумия рад, что она с ними. Так распорядилась судьба. Линдси в нужное время вошла в пекарню - в их с Таннером мир.
        Радостное удивление, которое он заметил на лице Линдси, когда она увидела их, было дополнительным бонусом. Он отлично понял, что она смущена своим внешним видом, не осознавая, что прекрасна, несмотря ни на что. Приятно, конечно, что она при первой возможности отлучилась, чтобы привести себя в порядок,  - это не могло не польстить его самолюбию.
        - Ну а вообще тебе фильм понравился?  - спросила Линдси, открывая дверцу для Таннера.
        Лицо мальчика стало задумчивым, и он совершенно серьезно сказал:
        - Фильм нормальный. Сюжет слабоват, но компьютерная графика выше всяких похвал.
        Дерек засмеялся, заметив шок на лице Линдси.
        - Ты еще не в курсе, но мы киноманы. Правда, сын?
        - Да. Почти в каждый папин выходной мы ходим в кино, чему мама очень рада, потому что сама не любит кино для мальчиков.
        Дерека порадовало, что Линдси никак не среагировала на упоминание о Лизе. Едва он завел двигатель, Таннер снова с головой ушел в свою игру. Тогда Дерек взял руку Линдси и положил себе на колено. Она слегка напряглась, но губы ее тронула улыбка.
        - Папа, как ты думаешь: Келетрон действительно мог убить его этой саблей? Мне кажется, он как-то очень уж легко рухнул.
        Дерек ухмыльнулся и пояснил Линдси:
        - Таннер обычно некоторое время обдумывает увиденное, прежде чем выкинуть все из головы.
        В следующие двадцать минут они втроем активно обсуждали, под силу ли трем лягушкам-мутантам спасти мир от инопланетян. Дерек любил такие беседы с сыном, и его приятно удивило, что Линдси не осталась в стороне.
        Таннер весело смеялся над замечаниями Линдси, они активно обменивались мнениями, и все было прекрасно. Дерек привык, что они с Таннером вдвоем выступали единым фронтом против всего мира. Он даже иногда обдумывал возможность отсудить у своей безумной бывшей супруги опеку над сыном. А Линдси легко нашла с мальчишкой общий язык, без труда вписалась в их компанию. Он видел, что сыну она нравится, и чувствовал себя в долгу перед ним за приглашение. Честно признаться, Дерек не знал, рискнул бы пригласить ее сам, если бы Таннер его не опередил. А теперь он категорически не желал, чтобы их свидание закончилось.
        - Как вы смотрите на то, чтобы купить какой-нибудь еды навынос и поужинать у нас дома? У тебя есть планы на сегодняшний вечер?  - повернулся он к Линдси.
        - Нет.
        Дерек взглянул в зеркало заднего вида: сын так и не оторвался от игры.
        - Как ты считаешь, Таннер, будет круто, если Линдси поужинает с нами?
        - Да,  - буркнул мальчик, не поднимая головы.
        - Будем считать, решение принято единогласно,  - заключил Дерек.  - Как ты относишься к китайской еде? В прошлый раз мы с Таннером брали жареный рис с цыпленком.
        - И яичный рулет,  - добавил мальчик.
        Оказывается, игра не мешала ему слышать все разговоры. Для Дерека это стало неожиданностью, и он решил, что теперь надо быть осторожнее.
        - И яичный рулет,  - кивнул Дерек.  - А что предпочитаешь ты, Линдси?
        - Мне тоже нравится жареный рис с цыпленком, но я предпочитаю овощи.
        - Фу, какая гадость!  - фыркнул Таннер с заднего сиденья. Линдси засмеялась, и, подмигнув, Дерек утешил ее:
        - Не волнуйся, мы обязательно купим и овощи.

        До отвала наевшись жареного риса, яичных рулетов и цыпленка с овощами под сложным названием «моо гоо гай пан», Линдси начала было собирать пустые коробки с кухонного стола, но Дерек, подойдя сзади, обнял ее и прошептал:
        - Ты не должна этим заниматься.
        Она с удовольствием прижалась к его широкой груди.
        - Мне не трудно.
        Линдси захихикала, когда он поцеловал ее в шею и даже игриво прикусил кожу, но тут же смущенно оглянулась:
        - Вдруг кто-нибудь войдет?
        Дерек забрал коробки у нее из рук, отправил в пакет для мусора и повернул ее лицом к себе.
        - Этот кто-нибудь принимает душ.
        - Ну, тогда другое дело…
        Она подняла голову и подставила губы для поцелуя. Его губы были такими теплыми и манящими. Язык раздвинул ей губы и проник в рот. Линдси больше ни о чем не хотела думать, отдавшись во власть поцелуя, но тут услышала:
        - Я хотел бы, чтобы ты осталась на ночь.
        Линдси отстранилась и заглянула ему в глаза.
        - Думаю, лучше как-нибудь в другой раз.
        - И в другой раз тоже.
        Она рассмеялась и, высвободившись из его объятий, поднялась из-за стола. Дерек вздохнул и присел на подоконник.
        - Трудно поверить, что до свадьбы Анны и Майка осталось чуть больше недели.
        - Согласна. Кажется, только-только начали работать, и вот…
        - Но ведь все получилось, правда? Да, кстати, Анне понравился кухонный островок?
        - Она в полнейшем восторге. Впрочем, я в этом и не сомневалась.
        - Ну и замечательно! Ты хорошо поработала, Линдси.
        - Не я - мы.
        Линдси взяла со стола два печенья счастья и одно протянула Дереку, но он покачал головой:
        - Я не ем печенье счастья.
        - Но почему? Это же просто забавно. Никто не ждет от него каких-то благ.
        Он пожал плечами.
        - Не ем, и все. И никогда не ел.
        - Какой ты, оказывается, скучный: никакой романтики.
        Линдси разломила свое печенье, достала полоску бумаги с предсказанием и пробежала глазами.
        - Ну, что там?  - нетерпеливо спросил Дерек.
        - Почему я должна тебе говорить? Ты же не ешь печенье счастья. И ни во что не веришь.
        Он выхватил полоску из ее пальцев и громко прочитал:
        - «Очень скоро ты отправишься в восхитительное путешествие».
        Взглянув на Линдси, он положил листок на стол, взял свое печенье, после нехитрых манипуляцией извлек полоску и с выражением прочитал:
        - «Если у черепахи нет панциря, она или голая, или бездомная». Что за чушь!
        Линдси хихикнула и, развернув целлофановую обертку, протянула ему другое печенье.
        - Попробуй еще раз.
        Дерек достал листок и прочитал:
        - «Если хочешь увидеть радугу, придется смириться с дождем».
        - Вот видишь, это хорошее.
        Она подошла ближе, и Дерек взял ее за руку.
        - Надеюсь, твое восхитительное путешествие - это я.
        - В таком случае я твоя радуга.
        Он заглянул ей в глаза.
        - Ну или можешь быть моей голой черепашкой. Выбирай сама, что больше нравится.
        На лестнице послышались шаги, и они отпрянули друг от друга. Дерек подмигнул Линдси и взял из ведра пакет с мусором.
        - Пойду вынесу это во двор.
        - Хорошо, папа,  - отозвался Таннер.
        Дерек вышел через гаражную дверь, а Линдси растерянно посмотрела на мальчика, усевшегося за стол, потому что понятия не имела, что сказать. Почему-то он сейчас ей казался совсем маленьким. Отчаявшись найти хоть какие-то слова, она протянула ему печенье счастья, и он сразу же стал его разворачивать.
        - Ты очень нравишься моему папе,  - вдруг сказал Таннер.
        Его слова застали Линдси врасплох, и она села, чтобы не возвышаться над ним.
        - Мне он тоже нравится.
        Мальчик задумчиво вертел печенье в маленьких пальчиках: судя по всему, этот разговор был очень важен для него.
        - Я очень этому рад. Не волнуйся: я обещал папе, что ничего не расскажу о тебе маме: это только разозлит ее, и она опять станет звонить адвокату.
        Линдси непроизвольно разинула рот и почувствовала головокружение. «Звонить адвокату». Слова гремели у нее в ушах. «Опять».
        Она знала, что у Дерека не слишком хорошие отношения с его бывшей женой, но она-то здесь при чем? Неужели она часть проблемы?
        Хлопнула гаражная дверь, и звук шагов возвестил о возвращении Дерека. Линдси боялась обернуться, не могла заставить себя посмотреть на него. Ее жизнь вроде бы только начала налаживаться, а тут… Вдруг ее присутствие ухудшит положение Дерека и Таннера? Она заморгала, стараясь справиться с подступившими слезами.
        - Что случилось?  - встревожился Дерек, вероятно, почувствовав напряжение.
        Линдси решила, что разговор лучше отложить на потом: обсуждение подобных вопросов при Таннере недопустимо.
        - Ничего.
        Она перевела взгляд на Таннера, который жевал печенье, а Дерек нахмурился.
        - Сын, ты снова жуешь печенье? Придется почистить зубы еще раз.
        Линдси видела, как тревожные глаза мальчика заметались между ней и отцом. Ну вот, из-за нее уже возникла напряженность между ними. После короткой паузы Таннер вышел из-за стола и потопал вверх по лестнице.
        Дерек сразу присел на корточки рядом с ее стулом.
        - В чем дело?
        - Таннер сказал… нет, он ни в чем не виноват, но…  - Она не знала, как облечь в слова свои весьма противоречивые ощущения.  - Скажи, наше общение не раздражает твою бывшую жену?
        Дерек вздохнул и понурился.
        - Если мое пребывание здесь влияет на твои отношения с сыном, ты должен мне сказать.
        - Что именно сказал тебе Таннер?
        - Успокоил, что не расскажет обо мне маме, иначе она разозлится и опять начнет звонить адвокату.
        - Проклятье!  - Дерек встал и взъерошил пальцами волосы.  - Я не хочу, чтобы ты из-за этого беспокоилась, Линдс.
        - Ты сам себя слышишь? Как я могу не беспокоиться? Ребенок - твой ребенок - только что сказал, что вы с ним договорились держать наши с тобой отношения в тайне от его матери, чтобы она не злилась. Я его ни в чем не виню, но чувствую себя ужасно. Ты не находишь, что это унизительно для меня?
        - Не говори так. Ты здесь вообще ни при чем. Речь идет об отношениях между мной и ею. Она злится на меня, и только на меня. И уже давно.
        - Разве так уж важно, на кого направлен ее гнев? Если я ухудшу ситуацию… Пойми, Дерек, я не смогу с этим жить.
        Все прошедшие годы Линдси убеждала себя, что, когда они расстались, единственной пострадавшей стороной была она. Оказалось, что это не так. Дерек любил ее, но сына любил больше. А как же иначе? Разве можно на кого-то променять маленького человечка, который так похож на тебя? Который смеется как ты? Морщит нос как ты? Судя по всему, ему опять предстоит делать выбор.
        - Что она предпримет, если узнает о нас?
        Дерек придвинул стул и сел напротив, так что их колени теперь соприкасались.
        - Она уже знает: прочитала статью и поняла, что мы уже пара.
        - И что?
        - Пригрозила, что запретит мне встречаться с Таннером,  - едва слышно произнес Дерек.
        Линдси не могла поверить своим ушам. После этих ужасных слов он словно сдулся и выглядел теперь измученным, загнанным в угол, но все равно потянулся к ней и взял ее руки в свои.
        - Она действительно способна на такое?  - ужаснулась Линдси.
        - Я очень хотел бы сказать «нет».  - Дерек начал медленно перебирать ее пальцы.  - Я перевожу изрядные суммы на содержание ребенка и алименты. Ни разу не пропустил. Если она просит больше, даю больше, но теперь понимаю, что недооценивал ее. Она винила меня за то, что, женившись на ней, я разрушил ее жизнь, а теперь бесится, потому что стал встречаться с тобой, а не просидел монахом до конца своих дней.
        Поразмыслив, Линдси пришла к выводу, что не может винить Лизу: не хотелось бы ей жить в браке без любви,  - но ведь они оба пришли к такому решению, не один Дерек.
        Линдси опустила голову. Как же все это сложно! Они с Дереком - как два корабля, попавшие в ночной шторм: качаясь на волнах, швыряют пассажиров в море - направо и налево. Форменное безумие. И пусть все ее существо кричало, что надо бороться за свою любовь, Линдси знала, что вступить в борьбу, исход которой будет стоить любимому мужчине отношений с сыном, не сможет.
        - Не знаю, что и думать…
        - Ты вообще не должна об этом думать, Линдси. Я все улажу сам, обещаю.
        Нет, ее это не устраивало.
        - Я не заинтересована в отношениях, где все проблемы будешь решать ты. Это касается не только меня, но и твоего сына, а ведь ничего важнее его в твоей жизни нет. Быть может, это судьба подает нам какой-то знак?
        Дерек издал болезненный стон.
        - К черту судьбу! Я люблю тебя, Линдси. Любил тогда. Люблю и сейчас. Все очень просто. Все должно быть просто.
        - Видимо, не все. Мы пытались чего-то добиться, но судьба не позволяла. Что дает тебе надежду думать, что позволит сейчас?
        Дерек вскочил, потом снова сел.
        - Ты единственная женщина, которая делает меня счастливым, а я больше всего на свете хочу сделать счастливой тебя. Когда я вижу и слышу, как ты общаешься с моим сыном, в душе воцаряется мир, на который никогда не надеялся.
        Его слова разрывали сердце, но ей следовало оставаться сильной. Ради него. Ради Таннера. И, главное, ради себя.
        - Думаю, ты должен прежде всего урегулировать все вопросы с Лизой. Я не могу стать камнем преткновения. Ты в конце концов возненавидишь меня так же, как Лиза ненавидит тебя.
        - Ты любишь меня, Линдси?
        Дерек с тревогой посмотрел ей в глаза, ожидая ответа, и она подумала, что придется солгать или промолчать. Она никогда не признавалась ему в любви - и не была уверена, что сейчас подходящее для этого время,  - но не могла хранить это от него в тайне. То, чем они не делились, уничтожало их изнутри.
        - Да, я люблю тебя. Очень люблю. Но как раз поэтому мы не должны пока встречаться, чтобы во всем разобраться.
        Дерек рванулся к ней, едва не свалившись со стула, и схватил за плечи.
        - Если любишь, не уходи!
        - Я ухожу не навсегда - просто нам нужно время.
        - А выглядит так, словно ты меня бросаешь.
        Линдси прижалась к его груди.
        - Сейчас самое главное сделать так, как будет лучше для Таннера. А ему нужен ты.
        Дерек покачал головой.
        - Когда-то я уже принял такое решения и потерял тебя. Больше позволить себе этого я не могу.
        - И не надо.  - Линдси грустно улыбнулась.  - Я доверяю тебе, Дерек. Начни доверять себе и ты сам.
        Линдси поднялась, быстро чмокнула его в щеку и ушла.

        Дерек взял из машины рюкзак Таннера и пошел следом за сыном по дорожке к дому. Мальчик поднялся по ступенькам, а Дерек остался на улице, ожидая появления Лизы.
        - Мам!  - крикнул Таннер с порога.  - Я дома.
        Лиза спустилась со второго этажа и нежно улыбнулась сыну. Ее лицо светилось истинной любовью и радостью.
        - Привет, малыш. Я соскучилась.
        - Я тоже соскучился.
        Таннер обхватил мать за талию, и Лиза настороженно взглянула на Дерека.
        - Привет. Мы можем поговорить?
        - Думаю, да,  - нейтральным тоном - вероятно, из-за Таннера - проговорила Лиза.
        - Сын, ты позволишь нам с мамой поговорить наедине?
        Таннер схватил с пола рюкзак, постоял несколько секунд, хмуро глядя на родителей, и буркнул, направляясь к лестнице:
        - Говорите.
        - Выйдешь?
        Лиза не ответила, но спустилась к нему. Сегодня на ней были серые брючки до колен и большая, не по размеру, футболка, отчего она выглядела почти юной.
        Дерек тут же вспомнил, что она и в самом деле очень молода - едва исполнилось тридцать. Они очень рано стали родителями и оказались вовлеченными в водоворот жизни, к которой ни она, ни он не были готовы.
        Дерек сел на ступеньку и предложил ей последовать его примеру.
        - В чем дело? Что-то случилось?
        - Нет, но поговорить нам надо.
        - Ты же знаешь, что у нас это не слишком хорошо получается,  - проговорила она сухо.
        - Да, но все же надо попытаться.
        Несколько минут они сидели на ступеньке молча, сохраняя дистанцию, глядя прямо перед собой, потом Дерек заговорил:
        - Лиза, я хочу извиниться перед тобой.
        Он не видел, но почувствовал, как она напряглась, и принялась с преувеличенным вниманием рассматривать свои ногти. Не сомневаясь, что она внимательно слушает, он продолжил:
        - Хочу сразу сказать, что о прошлом нисколько не жалею. У нас есть Таннер, а значит, не все было так уж плохо. Сожаления достойно другое: я не повел себя тогда иначе. Мне казалось, что, поженившись, мы поступаем правильно, потому что оба были напуганы, оказавшись в такой ситуации…
        - …И подвергались давлению,  - добавила она тихо.
        - Да, давление, безусловно, было, но мне следовало позаботиться о нас обоих. О нашем сыне. И еще об одном человеке, очень важном для меня. А я не сумел.
        Лиза не ответила. Дерек повернулся к ней, но не заметил никакой видимой реакции и продолжил:
        - Ты права: я знал Линдси тогда. Мы стали встречаться после нашего разрыва, и я влюбился по уши. Люблю и сейчас. То, что мы поженились при таких обстоятельствах, было неправильно, несправедливо по отношению к тебе. Но я старался, Лиза. Видит бог, я старался.
        Она смахнула с лица слезинку и отвернулась, не желая смотреть на него.
        - Знаю. Я тоже старалась.
        - Да, и это мне известно. Но между нами не было любви. Мне кажется, мы должны простить друг друга хотя бы теперь, иначе не сможем двигаться дальше.
        Воцарилось молчание, нарушаемое лишь шепотом листьев, потревоженных легким ветерком, и тихими всхлипами женщины, сидевшей рядом на ступеньках. Он не собирался ее успокаивать, но из-за того, что она плакала, ему тоже стало грустно. Все происходившее между ними было неизмеримо печальным, но они смогут пройти через это, если постараются.
        - Я хочу, чтобы мы оба были счастливы, Лиза. Ты уверена, что этот парень - Лейн, кажется?  - за которого собираешься замуж, сделает тебя счастливой?
        Лиза наконец выпрямилась и с шумом втянула воздух.
        - Да. Думаю, что да. Иногда мне кажется, что я не знаю, какими должны быть настоящие здоровые отношения между мужчиной и женщиной и что полагается при этом чувствовать.
        - Ты не можешь не знать, счастлива ли. Он заботится о тебе? Поддерживает? Щадит твои чувства?  - Помедлив, Дерек все же решился задать самый главный для него вопрос:  - А Таннера он любит?
        Лиза кивнула и наконец посмотрела бывшему мужу в глаза.
        - Да, они прекрасно ладят, даже когда Таннер говорит о тебе… а о тебе он говорит все время.
        Дерек ухмыльнулся, а Лиза захихикала. Напряжение между ними сразу же спало.
        - Я всегда буду самым крутым парнем в его жизни, и тебе это хорошо известно.
        Она закатила глаза.
        - Да уж.
        Дерек никогда не думал, насколько трудно взрослому человеку войти в уже сформировавшуюся семью. Наверное, такая перспектива не может не пугать. Он не хотел, чтобы Линдси испытывала отрицательные эмоции. Она должна знать, что желанна, любима. Понизив голос, Дерек продолжил:
        - Лиза, я очень хочу, чтобы ты была счастлива. Если с Лейном - здорово, а если нет - искренне желаю тебе встретить человека, который сделает тебя счастливой. Но ты должна уважать и мои чувства: я люблю Линдси и хочу, чтобы она всегда была и в моей жизни, и в жизни Таннера.
        Она не ответила, и Дерек продолжил монолог:
        - Я не могу постоянно жить в страхе, что ты запретишь мне встречи с сыном. Знай: я буду сражаться до последнего.
        После бесконечно долгой паузы Лиза наконец устало кивнула.
        - Можешь не бояться. Таннер тебя любит, ты ему нужен. Тебе это хотелось услышать?
        Теперь кивнул Дерек.
        - Да, именно это.
        Лиза хлопнула ладонями по коленям.
        - Значит, разговор окончен?
        Дерек какое-то время молча смотрел на бывшую жену. Скорее всего, они никогда не станут друзьями, но он надеялся, что со временем станут хотя бы союзниками. Их сын не должен страдать, как и они сами.
        - Могу только повторить: прости, если сделал тебя несчастной, и поверь: никогда этого не хотел.
        Лиза поднялась и криво усмехнулась:
        - Да знаю я, знаю.
        И, быстро взбежав по лестнице, скрылась в доме.

        Глава 24

        В четверг утром Линдси с Иден на руках отправилась к почтовому ящику. Стоял прекрасный весенний день, ярко светило солнце, начали распускаться цветы. Она наклонилась, чтобы показать малышке ярко-красные тюльпаны, дать потрогать нежные лепестки.
        - Красивый цветочек, правда?
        Прежде чем она успела выпрямиться, пухлая ручонка схватила цветок и смяла.
        - Ах ты боже мой!  - воскликнула Линдси и воровато оглянулась, не стал ли кто-нибудь свидетелем этого преступления.
        Мэл и Бретт всерьез занимались ландшафтным дизайном своей территории и с благоговением относились к каждому цветку. Разжав пальчики Иден, Линдси убедилась, что цветок безвозвратно погиб, и нахмурилась, но потом чмокнула малышку в щечку и сказала:
        - Извини, цветочек. Мы не хотели.
        Они подошли к почтовому ящику, и Линдси, вынув корреспонденцию, сразу отметила, что письмо, лежавшее сверху, адресовано ей, к тому же узнала почерк Дерека.
        Посадив Иден на бедро, она вскрыла конверт, достала сложенный лист бумаги, развернула и ахнула, увидев две картинки-комиксы. На одной был изображен мужчина, стоявший перед старым домом, прислонившись к крыльцу. На ступеньках сидела девушка и смотрела на него снизу вверх. У нее были длинные каштановые волосы, большие глаза и пухлые красные губки. В «речевом облачке» мужчины были слова: «Привет, мы раньше не встречались? Меня зовут Дерек».
        Линдси тут же заулыбалась: он изобразил дом Анны во всех деталях. «Речевое облачко» женщины на второй картинке было пустым, зато внизу имелась приписка: «Твое доверие для меня все. Я наконец поверил сам себе. Люблю тебя. Всегда любил и буду любить».
        По щекам Линдси потекли слезы. Перевернув конверт, она увидела, что письмо отправлено из офиса.
        Уехав от Дерека накануне, она особо не переживала. Да, было грустно, но она знала, что это не конец, а только пауза. Ей хотелось стать для Дерека всем, но он должен сам это понять и привести в порядок дела. Похоже, судя по записке, он уже сделал это. Она не лукавила, когда сказала, что доверяет ему, несмотря на все, через что им довелось пройти.
        Она уже направилась к дому, когда из-за поворота вывернула машина и остановилась. Отец. Вздохнув, Линдси развернулась и пошла ему навстречу. Только сейчас, когда вышел из машины, она заметила, как сильно он похудел. Как она не обратила на это внимание раньше?
        - Привет, Линдс.
        - Здравствуй, отец.
        Прошло уже довольно много времени, но ее гнев так и не прошел.
        Исаак улыбнулся Иден и только потом посмотрел дочери в глаза.
        - Я пришел, чтобы извиниться, Линдси. Ты даже не представляешь, как мне стыдно.
        В первый момент, растерявшись, она не знала, что ответить. Сказать «все в порядке» не могла, потому что порядка и в помине не было. Сказать, что простила, тоже не могла, потому что пока не простила.
        - Спасибо, что хватило совести хотя бы извиниться.
        Он кивнул и упер руки в бока. Она знала, что ему трудно, но он никогда не поймет, сколь сокрушительным было для нее его предательство. Забавно… опять ее предал мужчина.
        - Папа?  - Они не заметили, как подошла Мэл.  - Что ты здесь делаешь?
        Услышав голос матери, Иден завертелась на руках Линдси, и та отдала ее Мэл, молча ожидая, как отец объяснит старшей дочери причину своего появления. Она подумала, что сейчас вполне подходящее время и место, чтобы расставить все точки над «и», хотя Мэл, конечно, выскажет ей все, что думает, когда они останутся наедине.
        - Я пришел, чтобы извиниться перед твоей сестрой.
        У Линдси екнуло сердце. Она до последнего не верила, что отец рискнет признаться во всех грехах, и не могла не отдать должное его силе воли. Ей было очень хорошо известно, что отец всю жизнь предпочитал уходить от ответа и отрицать даже самые очевидные факты, поэтому ее очень удивило его поведение.
        Мэл обернулась к Линдси, попутно заслонив свое лицо от кулачка Иден.
        - За что?
        - Мэлони, я вовсе не горжусь собой. Твоя сестра последние полгода… очень меня выручала. Нет, она помогала всегда, но… в последнее время особенно часто.
        - Выручала тебя?  - Мэлони никак не могла взять в толк, в чем дело.
        Неловкое молчание было недолгим.
        - Должен признать, что у меня есть проблема… с игрой.
        - Папа…  - в шоке выдохнула Мэл.
        - Я знаю, что ты стыдишься меня, дочка.
        - Папа, перестань!  - воскликнула Линдси, не в силах вынести этот унизительный тон и жалобный голос: как бы то ни было, он их отец.  - Мы вовсе не стыдимся. Мы…
        - Нет, Линдс,  - остановила ее Мэл.  - Не оправдывай его. Папа, все это бред сивой кобылы. Скажи, ты знал, что Линдси осталась без средств к существованию? Как ты смел клянчить деньги у дочери, которой даже жить негде!
        Линдси промолчала: с логикой сестры не поспоришь,  - но вместе с тем ей не хотелось, чтобы Мэл заступалась за нее, поэтому все же добавила:
        - Да, Мэл сказала правду, но я мирилась, поскольку была уверена, что тебе нужна помощь. Она тебе действительно нужна, но не только моя: здесь необходим совет специалиста.
        - Ты права, Линдс.  - Исаак отвел глаза.  - Один человек в казино слышал наш разговор, потом подошел ко мне и, сказав, что у него такая же проблема, дал телефон консультанта.
        - Посетитель казино?  - с сомнением в голосе сухо проговорила Мэл.
        - Но я же не сказал, что он избавился от зависимости,  - просто понял меня.  - Исаак Моралес никогда не лез за словом в карман.  - Я не жду, девочки, что вы меня поймете, и даже не прошу благосклонности - всего лишь хочу, чтобы между нами не стояло еще и это.
        - Что ж, лиха беда начало. Звони, это не повредит, но денег ты больше не получишь.
        - И от меня тоже,  - добавила Мэл.
        Линдси потрясенно уставилась на сестру: неужели отец обманывал их обеих?
        - Вы во всем правы, девочки. Я постараюсь больше не причинять вам боль, да и раньше не хотел.
        Эти слова были так хорошо знакомы Линдси.
        - Знаю, папа.
        Он полез в карман, достал чек и отдал ей. Взглянув на сумму: пять тысяч долларов,  - Линдси едва не расплакалась от облегчения.
        - Папа, ты использовал остальные деньги…
        - Все ушло на оплату счетов, так что мне срочно нужно найти работу. Кстати, в тот вечер я ушел из казино сразу же, как только получил деньги, и больше там не был.
        - Понятно. Ты эти деньги выиграл,  - отметила Мэл, заглянув в чек через плечо Линдси.
        Исаак кивнул.
        - Знаете, девочки, очень трудно, если выиграешь, уйти: хочется выиграть больше. А если не повезет - кажется, вот-вот выиграешь. Но я понял свою проблему и, даю слово, приложу все усилия, чтобы с ней справиться.
        Линдси вздохнула.
        - У тебя все получится, папа. Я знаю, ты сможешь. И… спасибо.
        Она обняла отца, и он почти сразу уехал, а сестры вернулись в дом.
        - Почему ты мне ничего не сказала?  - спросила Мэлони.
        - Как выяснилось, ты тоже давала ему деньги, но мне ничего не говорила.
        - Это было несколько лет назад, и я сразу его предупредила, чтобы на постоянные субсидии не рассчитывал.
        Линдси почувствовала себя немного лучше, обнаружив, что она не единственная дойная корова в семье, хотя и самая стабильная.
        - Надеюсь, ты знаешь, что можешь оставаться здесь столько, сколько необходимо,  - заметила Мэл, поднимаясь по ступенькам.
        - Знаю, но вы семья, а мне нужно место еще и для работы.
        - Обещай, что поделишься со мной своими планами.
        Линдси кивнула, а Мэл добавила:
        - И еще один совет: постарайся обналичить чек в самое ближайшее время.
        - Именно так я и хотела поступить,  - засмеялась Линдси.
        Вернувшись в свою комнату, она достала комикс Дерека и села на кровать. В последнее время в ее жизни произошло много событий, и она еще не разобралась, какие из них хорошие, а какие - не очень. Хорошо, что злость на отца улеглась. Конечно, на то, чтобы простить его, потребуется время, но она очень хотела. Все ошибаются, и все заслуживают прощения. Она не так давно осознала, что, прощая, сбрасываешь с плеч тяжелую ношу. Нужна немалая сила, чтобы нести на себе бремя гнева. Больше она не хотела.
        Странно, но пониманием сей несложной истины она была обязана Дереку. Она улыбнулась, подумав о том, как далеко они продвинулись. Его новый комикс - начало новых отношений. Теперь все будет по-другому - она точно знала это, а еще знала, что влюблена, влюблена безумно.
        Что она сказала Дереку, прежде чем уйти? «Доверяй себе»? Теперь Линдси собиралась последовать собственному совету.

        В пятницу вечером Дерек в четвертый раз вышел в приемную и вопросительно уставился на Молли, но та, не отрываясь от компьютера, сказала:
        - Нет смысла стоять у меня над душой. Ты всерьез думаешь, что если бы почта пришла, я не принесла бы ее тебе?
        - Извини. Конечно, принесла бы.  - Дерек удрученно вздохнул.
        Она все же отвлеклась от работы и вопросительно уставилась на босса.
        - Скажи хотя бы, чего ты ждешь.
        - Так… кое-что должно прийти… не о чем беспокоиться.
        - Именно потому, что совершенно не о чем беспокоиться, ты с самого утра слоняешься из угла в угол по кабинету? Убедительное объяснение.  - Молли засмеялась.  - Иди и постарайся сосредоточиться на чем-то другом. Почтовый ящик виден из моего окна. Как только почтальон подъедет, я узнаю.
        Дерек кивнул.
        - Хорошо, спасибо, Молли.
        Обойдя секретаршу, он остановился у нее за спиной и посмотрел в окно, но она тут же возмутилась:
        - Исчезни! Я не могу зависать в социальных сетях, когда ты все видишь. Чувствую себя виноватой.
        - Так и должно быть,  - усмехнулся Дерек, но все же вернулся в кабинет и сел за стол, поражаясь нелепости собственного поведения.
        С чего он взял, что Линдси ответит? Впрочем, в прошлый раз, восемь лет назад, у него не было такой уверенности, однако она ответила.
        Возможно, проблема во времени. Письмо она должна была получить вчера. Чтобы до него уже дошел ответ, ей следовало отправить его немедленно. Почему он указал на конверте адрес офиса? Уже пятница. Если Линдси отправит письмо сегодня, он не получит его до понедельника. Нет, придется заехать сюда завтра, проверить почтовый ящик. Главное - не забыть взять у Молли ключ.
        Похоже, он потихоньку сходит с ума.
        Дерек услышал, как заскрипел стул Молли, после чего послышались шаги, явно ко входной двери. Он вскочил и рванул в приемную.
        - Хочешь меня обогнать?  - ухмыльнулась секретарша.
        Дерек увидел почтовый грузовик, остановившийся у ящика, и в нетерпении протянул руку.
        - Дай мне ключ! Скорее!
        - Если ты будешь двигаться с такой же скоростью, ключ тебе не понадобится: почту отдадут лично в руки.
        Дерек выбежал из офиса. Почтальон болтал с Майком, перебирая пакеты с корреспонденцией.
        - Привет, дружище!  - с хитрой улыбкой поздоровался Майк.  - Что ты здесь делаешь?
        - Это же очевидно,  - буркнул Дерек.  - Пришел забрать почту.
        Он никогда не разговаривал с почтальоном, но Майк явно любил поточить лясы.
        - Так вот и передай сыну, Джек: пусть привозит ее сюда. Я посмотрю тормоза.
        - Спасибо, Майк, за помощь. Безопасность лишней не бывает.
        Дереку хотелось крикнуть, чтобы почтальон перестал наконец болтать и начал работать, но он заставил себя терпеливо ждать. Наконец Джек протянул Майку пакет с корреспонденцией, и Дерек с нетерпением наблюдал, как его друг не торопясь просматривал почту.
        - А я надеялся получить сегодня кое-какие каталоги. Или журнал. Я уже давно не получал журналов.
        - Ты можешь побыстрее?  - процедил сквозь зубы Дерек.
        У них был общий почтовый ящик. Точнее, Майк использовал почтовый адрес офиса Дерека, поскольку его предприятие располагалось в том же здании и не имело своего. Наконец он передал другу почту, одарив странным взглядом.
        - Да забирай, пожалуйста. Ты чего так разнервничался-то?
        - Ничего. Просто мне нужно поскорее вернуться к работе.
        Майк фыркнул и неторопливо направился в обход здания, но через пару шагов обернулся и бросил через плечо:
        - Можешь успокоиться: оно там.
        Дерек застыл и медленно обернулся к другу. Тот развернулся и пошел обратно, а приблизившись, ткнул Дерека пальцем в грудь.
        - Я же говорил, что Анна рассказывает мне все.
        Тряхнув головой, Дерек направился в офис, на ходу перебирая конверты. Майк сказал, что письмо пришло.
        - Нашел, что искал?  - спросила Молли.
        Наконец ему попался маленький голубой конвертик, на котором в верхнем правом углу было написано «Линдси». Он почувствовал такое облегчение, что даже ноги подкосились.
        - Да, нашел.
        Он бросил остальную почту - в одночасье ставшую неважной - на стол секретарши и удалился в кабинет. Кажется, Молли пробормотала ему вслед, что это уже несмешно, но ему было все равно. Захлопнув дверь, он сел за стол и аккуратно вскрыл конверт. Внутри был тот же листок с двумя картинками, только теперь и ее «речевое облачко» было заполнено. Прочитав ответ, Дерек расплылся в блаженной улыбке: «Да, мы встречались раньше. Это были лучшие дни в моей жизни. Кстати, я Линдси».
        Но окончательно его добила приписка внизу листа: «Я тоже тебя люблю. Любила и буду любить».
        Без промедления Дерек схватил карандаш и начал новый рисунок. Когда они впервые затеяли эту игру, она продлилась довольно долго. И оба получали удовольствие, пересылая друг другу комиксы. Это был своеобразный флирт по переписке. Роман в комиксах. На этот раз не было никакой спешки. Раньше он все усложнял и многое напортачил, но больше такого не допустит.
        Свадьба Анны и Майка состоится уже в следующие выходные. Они с Линдси увидятся на репетиции и, конечно, на свадьбе. Она будет нарядно одетой и безумно красивой, как всегда. Дерек понимал, что не выживет, если не сможет постоянно касаться ее, целовать, а значит, в его распоряжении всего одна неделя, чтобы окончательно завоевать женщину своей мечты, женщину, без которой он не мыслил жизни. Он обязан ее убедить, что на этот раз у них все получится: они обязательно будут вместе.

        Глава 25

        Линдси свернула на подъездную дорожку сельского дома Анны и Майка. Она видела его много раз на разных стадиях ремонта, но сегодня он наконец выглядел настоящим домом. Слева от входной двери стояли одинаковые кресла-качалки, перила крыльца украшали яркие флажки, в двух гигантских вазах, поставленных по обе стороны кресла, росли папоротники.
        Майк переехал сюда несколько дней назад и перевез большинство своих пожитков, но Анна и Клэр собирались перебраться только после свадьбы.
        Калли выскочила на крыльцо, сбежала по ступенькам и устремилась к машине, только светлые кудрявые пряди подпрыгивали, струясь по плечам. Линдси открыла дверцу, помахала подруге, и та спросила:
        - Нужна помощь?
        - Не помешает. Возьми коробку с заднего сиденья.
        Последние дни подруги были очень заняты подготовкой к свадьбе. Калли, разумеется, приготовила свадебный торт, напекла разного печенья и пирожных для десертного стола, помогала Анне. Линдси отвечала за украшения и гостевые карточки. Отыскав большую винтажную раму с богатой филигранью, она ее покрасила, протянула по всей длине два шнура и подвесила на них на маленьких прищепках карточки. Ее делом были также всевозможные знаки и указатели, так что последние дни перед свадьбой были наполнены лаком, водоэмульсионной краской, клеем и лентами. Линдси практически все сделала собственными руками с помощью Мэл - у нее на террасе. И ей очень нравился результат.
        Подруги договорились встретиться сегодня, чтобы завершить подготовительные мероприятия и сделать несколько любительских фотографий для блога. Официальные свадебные будут сделаны профессиональным фотографом и выложены после церемонии, но читатели требовали информации. Они следили за ходом реконструкции дома, за отношениями между участниками и хотели знать, как продвигаются дела.
        Линдси взяла с заднего сиденья несколько изготовленных вручную знаков и пошла следом за Калли в дом, а оказавшись внутри, не поверила своим глазам. Все преобразилось. Изменилась сама атмосфера. Теперь здесь витало… счастье и определенно побывала Анна: на стенах висели картины и украшения из ее квартиры; на столике у входной двери, сделанном Линдси, стояло селфи Майка, Анны и Клэр. Они сфотографировались в день, когда он сделал предложение. Рядом со снимком она поставила ярко расписанный кувшин со свежими цветами.
        Чувствуя нечто близкое к благоговению, Линдси прошла в гостиную. Там тоже многое изменилось. Анна и Майк купили новую мебель, обитую серым полотном, которая хоть и выглядела современной, но была теплой и удобной. На диванах лежали разноцветные подушки, разные по форме. На каминной доске, над которой Линдси долго работала, стояли фотографии в серебряных рамках. На стене висел большой плоский телевизор - вклад Майка в общее дело.
        - Ну и что ты об этом думаешь?  - поинтересовалась Анна, остановившись за спиной Линдси.
        Та оглянулась и улыбнулась подруге.
        - Думаю, что хотела бы здесь жить.
        Анна засмеялась и обняла подругу.
        - Я так благодарна тебе, дорогая. Ты помогла создать дом моей мечты.
        Услышав слезы в голосе Анны, Линдси порывисто обняла ее.
        - Пожалуйста, не плачь! Мне доставила огромное удовольствие эта работа.
        Несколько секунд они стояли без движения, потом Анна отстранилась и вытерла слезы. Только теперь Линдси обратила внимание на ее внешний вид: старый спортивный костюм и грязная футболка,  - а поскольку никогда не видела Анну в таком виде, засмеялась.
        - Знаю!  - воскликнула подруга, и было непонятно, плачет она или смеется.  - Выгляжу ужасно, но я уже несколько месяцев живу в постоянном напряжении, поэтому безмерно благодарна вам, девочки.
        Линдси взглянула на Калли, которая стояла, прислонившись к дверному косяку, и сказала:
        - Мы сделали бы то же самое для тебя еще раз, Анна.
        - Я знаю. И я ваша вечная должница. На меня так много всего навалилось: блог, дочь, Майк, подготовка к свадьбе, ремонт дома. Даже не знаю, что бы я делала без вас.
        Анна повернулась к Линдси, и в глазах ее светилась искренняя любовь.
        - Все, что касается ремонта дома… Я не сомневалась, что ты учтешь все мои пожелания и обо всем позаботишься, даже несмотря на то что тебе пришлось работать с Дереком. Линдс, ты не представляешь, как много все это значит для меня. И для Майка тоже. Мы оба влюблены в наш новый дом.
        Линдси улыбнулась и тоже вытерла слезы.
        - Я так рада. Кстати, это было не так уж страшно. Я имею в виду работу с Дереком.
        Все трое засмеялись сквозь слезы.
        - Пожалуй, ты должна поблагодарить Анну,  - сказала Калли.
        Анна вздохнула.
        - Ты сегодня получила очередной комикс?
        - Да. И уже ответила.
        Линдси теперь каждый день получала очередной рисунок и сразу же отвечала. Это было как в их прошлой жизни, и она понимала, что Дерек пытается исправить то, что тогда пошло не так, и наверстать упущенное!
        - Что теперь?  - спросила Анна.  - Майк сказал, что Дерек не желает говорить на эту тему - поведал только о своем разговоре с Лизой.
        Линдси кивнула. Хоть она и не сомневалась, что Дерек поговорил с бывшей женой, все равно лишний раз убедиться в этом было приятно.
        - Возможно, это не мое дело, но я хотела, чтобы ты знала: он очень надеется все исправить.
        Линдси улыбнулась.
        - Он мне тоже говорил об этом.

        Дерек удобно расположился на новом диване Майка с бутылкой пива в руке. Чтобы провести с другом весь день перед свадьбой, день репетиции, он взял выходной в пятницу. Они планировали провести весь день в доме, наблюдая за последними приготовлениями к свадьбе в субботу.
        Сегодня Линдси получит ответ - очередной комикс - лично. И хотя Дерек не сомневался, что ответ будет таким, которого он ждет, все равно очень беспокоился. Ожидание сводило его с ума, и он в сотый раз посмотрел на часы. Еще четыре часа.
        - Хочешь еще сэндвич?  - спросил Майк из кухни.
        - Нет, спасибо.
        - Успокойся. Все будет в порядке. Ты же знаешь, что она без ума от тебя.
        - Это тебе Анна сказала? А ей Линдси?
        - Остынь!  - повысил голос Майк.  - Все будет в порядке.
        Время шло, и Дерек, слегка успокоившись, тоже решил, что все будет в порядке. Линдси ответила на все его письма, даже сделала приписку, что любит его, но ведь всегда что-то может пойти не так.
        Эта мысль снова заставила его нервничать. Он все поставил на кон ради этой женщины. Правда, должен был сделать это восемь лет назад. За час, что провел в бесплодных метаниях, он помог расставить столы и стулья и отправился наверх в поисках Майка. Тот как раз выходил из хозяйской спальни. При виде друга Дерек заулыбался.
        - Ну и как, хорош?  - горделиво спросил Майк, повернувшись сначала в одну сторону, потом в другую, чтобы продемонстрировать свой костюм: брюки цвета хаки, светло-голубую рубашку и галстук с изображением упитанного кота.
        - Нет слов. Можно убрать автомеханика из гаража, но невозможно убрать гараж из автомеханика. Кажется, так?  - не мог отказать себе в удовольствии поддразнить друга Дерек.
        - Помолчал бы. Моя падчерица…  - На этом слове Майк запнулся.  - Клэр подарила мне этот галстук на Рождество, но мне до сих пор не представилось случая его надеть.
        - «Падчерица»?
        - Слово, конечно, странное,  - согласился Майк, спускаясь по ступенькам,  - но ничего, пусть пока будет так. Не всю же жизнь Клэр будет называть меня «дядя».
        - Да уж,  - пробормотал Дерек,  - а вообще, тебе повезло. Надеюсь, и у меня когда-нибудь… в будущем…
        Майк остановился и выпалил:
        - Она будет здесь! Конечно, это всего лишь репетиция свадьбы, но я уверен, что она придет… к тебе.
        Он протянул другу руку, и тот, пожав ее, раскрыл крепкие мужские объятия. Когда они отстранились друг от друга, Дерек глубоко вздохнул, и Майк забеспокоился:
        - Ты смотри тут у меня не заплачь.
        - Я никогда не плачу.
        Майк хмыкнул:
        - Уверен? Могу напомнить…
        - Ну ладно, ладно. Я действительно плакал, на «Форресте Гампе»[1 - Фильм-драма (1994) реж. Р. Земекиса.  - Примеч. ред.]. Но неужели так уж необходимо постоянно напоминать мне об этом?
        Майк ухмыльнулся и пошел дальше, бросив через плечо:
        - Ты слюнтяй, Уолш, но я тебя люблю.
        Дерек потряс головой и последовал за другом. Они вместе пришли в кухню, где Майк задержался, а Дерек вышел через раздвижные двери в сад. Там было уже полно цветов, а белый забор скрывали заросли сирени. В воздухе витал сладкий цветочный аромат. Это было по-настоящему красивое место для бракосочетания.
        Сминая подошвами траву, Дерек направился к старому дереву. Именно здесь его комическая версия назначила свидание Линдси. Чтобы успокоиться, он несколько раз вдохнул полной грудью благоухающий воздух и шумно выдохнул. Он был без ума от этой женщины, причем уже много лет, и в какой-то момент вдруг понял, что не хочет - и не может - жить без нее. Ему оставалось только надеяться, что она чувствует то же самое.

        Глава 26

        Линдси опоздала. Ее задержала на пятнадцать минут авария на шоссе при выезде из Престона. К тому же забыла дома телефон. В общем, все было не так, как хотелось бы. Неужели опять судьба против? Нет, определенно нет. С отчаянно бьющимся сердцем и вспотевшими ладонями, она свернула на подъездную дорожку, резко затормозила, распахнула дверцу и побежала по гравию. В платье. На высоких каблуках.
        Это могло кончиться очень плохо.
        - Эй, подруга, остановись, а то упадешь!  - крикнула Калли с крыльца.
        - Не могу,  - запыхавшись, сообщила Линдси.  - Надо бежать.
        Она обогнула дом и, прежде чем завернуть за последний угол, остановилась перевести дыхание, а отдышавшись, убрала с лица волосы и громко проговорила:
        - Все нормально.
        Завернув за угол, она остановилась. С этого места уже было видно старое дерево, но там никого не было. Он ушел. Плечи Линдси поникли.
        - Линдси.
        Вздрогнув, она увидела Дерека, направлявшегося к ней. В классических брюках и застегнутой на все пуговицы белой рубашке он выглядел безупречно. Нет, кажется, верхние пуговицы все же были расстегнуты - именно так, как ей всегда нравилось,  - открывая загорелую шею.
        - Дерек!  - Линдси побежала прямо к нему, и он раскрыл ей свои объятия.  - Я боялась, что ты ушел.
        - Нет, малышка.  - Он прижал ее к себе так сильно, что стало трудно дышать.  - Я пошел к дороге, высматривая тебя. Ждал.
        - Извини, что опоздала. Сначала Иден срыгнула мне на платье, потом была авария на шоссе, а еще я забыла телефон.
        Она замолчала, когда Дерек взял ее за плечи и чуть отстранил, чтобы заглянуть в глаза.
        - Все это не имеет значения. Ты здесь. И это главное. А если бы ты не пришла, я все равно нашел бы тебя.
        Линдси улыбнулась и обвила руками его шею. Их губы встретились. Поцелуй был медленным и долгим.
        - Мне не хватало тебя,  - прошептала Линдси, уткнувшись ему в шею.
        Никогда ей не насытиться потрясающим запахом его одеколона, силой его рук, обнимающих ее, нежностью губ, целующих ее.
        - Мне еще больше не хватало тебя,  - прошептал Дерек, касаясь ее губ пальцем.
        - Мне понравились твои комиксы.
        Он довольно улыбнулся.
        - Я рад. А мне понравилось получать твои, хотя всякий раз я очень боялся, что ты не ответишь.
        - Как можно? Мы ведь с этого начали. И ты уже знал, что я люблю тебя.
        - Я надеялся, что услышу именно это.
        Он снова завладел ее губами, а когда наконец они оторвались друг от друга, Линдси сказала:
        - Ты ведь поговорил с Лизой, да?
        - Да. И разговор прошел на удивление хорошо. Так что пока все нормально. Я потом тебе все расскажу, а сейчас хочу, чтобы нас ничто не отвлекало. Есть только мы: ты и я.
        Линдси кивнула:
        - Хорошо. Мне нравится эта идея.
        - Отлично. Я хочу, чтобы ты поняла, Линдси, вот что: мы слишком долго жили врозь, но должны стать семьей: ты, я, Таннер… и другие дети, которые у нас родятся.
        Она секунду молчала, потом коротко хохотнула:
        - Полагаю, с этим мы справимся. По крайней мере попробуем.
        Дерек тоже ухмыльнулся:
        - Мы будем очень стараться.
        Он принялся целовать ее губы, нос, щеки. Едва не растаяв от наслаждения, Линдси закрыла глаза и почувствовала, как его губы скользнули по векам.
        - Ты уверен, Дерек?
        - Абсолютно. Думаю, именно этого я всегда хотел.
        - Прекрасно. Потому что и я этого хочу.
        - Это будет непросто.
        Она невесело засмеялась.
        - Мы не ищем легких путей.
        - Это точно. Но я уверен, что наше совместное будущее того стоит.  - Он ласково погладил ее щеку подушечкой пальца.  - Ты того стоишь.
        - Ты тоже. И Таннер. И дети, которые у нас появятся.
        - Вот именно, дети. Можем начать работать над этим прямо сейчас.
        - Дерек…  - Линдси прижалась к его груди, а он оперся подбородком о ее макушку. Его запах, смешанный с благоуханием цветов, наполнил ее душу счастьем и покоем.
        - Я люблю тебя, Линдси, и больше никогда не отпущу.
        - Не беспокойся. Я и сама никуда не уйду.

        Эпилог

        Свадьба Анны и Майка получилась великолепной. Идеально было все, от белых кружев на платье Анны до черного «камаро» жениха. Они записали свои клятвы, и написанное Майком было передано и Анне, и Клэр. Он поклялся любить и защищать обеих. Гости - по крайней мере гостьи - прослезились все без исключения. Во время свадебного приема напитки лились рекой, еда была самой изысканной, а затейливые украшения превратили деревенский дом в сказочный замок. Когда начался первый вальс счастливых новобрачных, Линдси воспользовалась возможностью выйти и подышать свежим воздухом. Солнце уже опустилось за лес, оставив после себя на небе розовые и голубые полоски. Вечер был прекрасный, и Линдси чувствовала себя абсолютно счастливой.
        Она стояла с бокалом в руке, глядя на горизонт, когда услышала за спиной шаги, а обернувшись, увидела Дерека и Таннера.
        - Вы двое невероятно, потрясающе похожи, и оба такие красивые!
        - Мне уже надоела эта штука. Можно я ее сниму?  - попросил Таннер, дергая галстук на шее.
        Дерек потрепал сына по голове.
        - Конечно, малыш. А может, поедем покатаемся? Втроем?
        Линдси пожала плечами.
        - Можно. Только ненадолго. Я хочу еще немного побыть с подругами, а потом помочь с уборкой.
        Дерек протянул ей руку.
        - Мы привезем тебя сюда: хочу кое-что показать.
        - Мне?  - Линдси была заинтригована.  - Тогда поехали.
        Через десять минут они остановились перед офисом Дерека, что Линдси очень удивило, но он лишь сказал, подмигнув:
        - Просто доверься мне.
        Они втроем вышли из машины, но направились не к его офису, а к владениям Майка.
        - Куда это мы?  - спросила Линдси.
        Дерек остановился, дождался, когда она подойдет, и взял ее за руку.
        Они приблизились к большой черной двери в задней части здания, и Дерек достал ключи. Линдси несколько раз заходила в мастерскую Майка и раньше, но ей там не понравилось. В памяти остались кучи металлического хлама. Наверное, такой и должна быть автомастерская. Но теперь, когда они зашли внутрь, оказалось, что помещение пустое.
        - Майк что, выехал отсюда?
        - Да.
        Дерек включил свет. Закуток, который Майк использовал как офис, был покрашен в бежевый цвет, бетон прикрывали деревянные полы. Это напомнило Линдси старые здания в Уэст-Боттомс.
        - Я выбирал покрытие сам… мне показалось, тебе это понравится, но все остальное полностью на твое усмотрение.
        - Мое?
        Для Линдси это был настоящий шок. Она сделала несколько неуверенных шажков и повернулась, рассматривая помещение. Его нельзя было назвать огромным, но все же здесь было достаточно просторно, чтобы выставлять множество вещей. Она представила себе, как оно заполняется ее творениями, и судорожно сглотнула.
        Дерек и Таннер проводили Линдси в маленькую комнатку.
        - Здесь раньше была спальня Майка. Теперь это твой офис.
        Дерек включил свет, и Линдси, увидев деревянные полы и стены цвета слоновой кости, радостно засмеялась.
        - Ну что, идем дальше?
        Дерек взял ее за руку и повел обратно через большое помещение, которое Линдси уже считала будущим выставочным залом, и небольшой коридор в бывший гараж Майка.
        - А вот это самая лучшая часть: твоя мастерская.
        - Дерек!  - прошептала Линдси.
        В помещении было пусто, но оно, по сути, так и осталось гаражом: бетонный пол, гигантские поднимающиеся двери, ряды стеллажей вдоль стен, мойка.
        О лучшем невозможно было даже мечтать.
        - А где же будет работать Майк?
        - Он планирует недели две отдохнуть - провести с Анной и Клэр. А за это время у них на участке возведут сборную конструкцию. Он намерен работать дома - переведет туда весь свой бизнес. А здесь, со мной, будешь работать ты.
        Дерек опять ее обнял и прошептал, глядя в глаза:
        - По крайней мере, я на это надеюсь.
        Линдси улыбнулась.
        - Ты шутишь? В жизни не видела ничего лучше. В полу даже сточные отверстия есть, чтобы легче было убирать.
        Дерек засмеялся и чмокнул ее в нос.
        - Знай я, что водостоки сделают тебя счастливее, подарил бы раньше.
        Линдси улыбнулась.
        - Сколько будет стоить аренда?
        Дерек скорчил гримасу.
        - Ну… не знаю, я пока не думал об этом.
        - Подумай, и я буду сама оплачивать аренду,  - заявила она воинственно.
        Линдси действительно намеревалась это делать, а еще отложила часть денег, чтобы вернуть Дереку долг - то, что заплатил за нее в больнице.
        - Уверен: мы сможем договориться.
        Он взял ее руку, поднес к губам и поцеловал, но идиллию нарушил Таннер:
        - Пап, а мы можем остаться здесь на всю ночь? Здесь круто.
        - Ни в коем случае, сын. Мы должны вернуться на свадьбу.  - Дерек покосился на Линдси.  - Но, возможно, новая хозяйка позволит тебе сюда приходить.
        - В любое время,  - выпалила она не задумываясь.  - А еще я могла бы взять Таннера с собой на гаражную распродажу, чтобы потом вместе сделать что-нибудь крутое.
        - Копаться в старом хламе?  - Таннер явно был сбит с толку.
        - Да. Это так здорово! Мы даже сможем смастерить какую-нибудь необычную вещь для офиса твоего папы.
        У Дерека запершило в горле, и, откашлявшись, он сказал:
        - Хорошая идея.
        Они еще долго стояли рядом, наблюдая за Таннером, который продолжал исследовать новое место. Линдси подняла глаза на Дерека.
        - Еще одно требование. Последнее. На следующий День святого Валентина я жду шоколад, открытку и цветы.
        Дерек засмеялся.
        - А у тебя, однако, не слишком высокие запросы.
        Линдси тут же ощетинилась:
        - Дело не в этом! Просто мне никто никогда ничего не дарил на День святого Валентина.
        - Шутишь!  - удивился Дерек.
        - И вовсе нет.
        - Что ж, очень рад. Это значит - ты ждала меня.
        Линдси рассмеялась, но тут же нахмурилась:
        - Смотри не разочаруй меня.
        Касаясь губами ее виска, он прошептал:
        - Больше никогда в жизни. Теперь ты моя. Отныне и навсегда.
        notes

        Примечания

        1

        Фильм-драма (1994) реж. Р. Земекиса.  - Примеч. ред.

 
Книги из этой электронной библиотеки, лучше всего читать через программы-читалки: ICE Book Reader, Book Reader BookZ Reader. Для андроида Alreader, CoolReader Библиотека построена на некоммерческой основе (без рекламы), благодаря энтузиазму библиотекаря. В случае технических проблем обращаться к