Важное объявление: В связи с блокировкой в России зеркала ruslit.live, открыто новое зеркало RusLit.space. Добавте пожалуйста его в закладки.


Библиотека / Любовные Романы / ЛМНОПР / Моррис Джейн: " Всё Можно Исправить " - читать онлайн

Сохранить .
Всё можно исправить Джейн Моррис

        Все женщины мечтают о счастье, любящем муже и обеспеченной жизни. Джоан Нейл не была исключением. И вот долгожданная удача - она случайно попадает на вечеринку, где знакомится с мужчиной своей мечты, который даже не догадывается, что его возлюбленная простая официантка. Он влюбляется в нее и делает предложение.
        Казалось, ее мечта исполнилась: скоро свадьба и она навсегда забудет о своем невеселом прошлом. Но все ее надежды рушатся в один миг, когда дядя ее избранника проводит расследование и разоблачает Джоан…

        Джейн Моррис
        Всё можно исправить


1

        Несмотря на то, что была весна, на улице стоял жуткий холод. Однако никакие капризы погоды не могли остановить Джоан. Она на всех парусах, будто за ней гналась вся нью-йоркская полиция, неслась на своих высоких каблуках по Мэдисон-авеню, не замечая недоумевающих взглядов редких прохожих и сильного пронизывающего ветра, пытающегося сорвать с нее тонкий дымчатый шарф.
        Джоан узнала о предстоящей вечеринке, которую специально для нее устраивал Джордж, всего несколько дней назад, но пойти в магазин за новым нарядом смогла выбраться только сегодня. Слишком много было работы в последнее время. А ведь вечеринка будет через каких-то пару часов, так много надо всего успеть. Да еще все приличные магазины перед уик-эндом закрывались раньше обычного. Джоан была расстроена всеми этими обстоятельствами, но ее настроение не мешало ей действовать решительно. Она буквально ворвалась в один из немногих еще не закрытых в этот час бутиков и поклялась, что без покупки отсюда не уйдет.
        - Я могу вам помочь? - спросила девушка-администратор у Джоан, которая еще не успела отдышаться после быстрой ходьбы.
        - Нет, спасибо. - Она ничего не имела против помощи, но сейчас точно знала, что справится сама.
        Для того чтобы дыхание восстановилось, Джоан несколько раз вдохнула и выдохнула и смело шагнула в зал, где уже не было посетителей. Впрочем, это было ей только на руку. Весь магазин был в ее распоряжении. Очень внимательно рассматривая вечерние платья, Джоан неожиданно остановилась как вкопанная и с восхищением посмотрела на черное шелковое платье, украшающее безликий манекен. Вот то, что подойдет ей для сегодняшнего вечера. Она любовалась им и представляла глаза Джорджа, когда он увидит ее в этом платье. Но тут взгляд Джоан остановился на ценнике, и ей с трудом удалось сдержаться от того, чтобы не присвистнуть от изумления.
        Она уже не в первый раз оказалась в подобном магазине, но привыкнуть к тому, что за одно платье приходится отдавать почти весь месячный заработок, очень трудно. Особенно когда деньги достаются нелегким трудом. Конечно, у нее дома имеются наряды, и даже очень неплохие, однако пойти на светскую вечеринку в платье, которое уже видели, не представлялось возможным. Что о ней подумают. Она даже поежилась, когда представила, как за ее спиной будут шушукаться, если ей придется надеть «старое» платье. Нет, этого допустить Джоан не могла. Слишком дорого ей досталось нынешнее положение - официальной подруги одного из самых богатых холостяков Нью-Йорка, чтобы так рисковать. К тому же именно сегодня, как подсказывала ей интуиция, должно было решиться ее будущее, и она не хотела бы, чтобы из-за какого-то платья все сорвалось. Она должна быть безупречной. Поэтому, вскинув свою прелестную головку, как бы отгоняя все ненужные сомнения и глотнув побольше воздуха, Джоан развернулась на своих высоких каблуках и обратилась к девушке-консультанту:
        - Я хотела бы примерить.
        Девушка сняла платье и предупредительно раздернула занавеску примерочной.
        - Пройдите, пожалуйста.
        Когда Джоан надела платье и увидела свое отражение в зеркале, ее охватил почти детский восторг. Платье сидело идеально, подчеркивая соблазнительные формы ее безупречной фигуры. Она поняла, что не в силах отказаться от того, что делает ее такой красивой, а комментарий продавщицы, что «о такой фигуре можно только мечтать», только подтвердил ее выбор. С видом, что покупает дешевую безделицу, и загнав мысли о неоплаченных счетах в самый дальний уголок, Джоан с улыбкой произнесла:
        - Я его беру, упакуйте.
        Рассчитываясь за новый наряд, она думала о том, что придется туже затянуть пояс и немного поголодать, тем более что от этого фигура только выиграет. Да и вообще печалиться не о чем, ведь скоро походы по дорогим магазинам будут для нее обычным делом и платье стоимостью в две тысячи долларов станет повседневным нарядом.
        Выходя из магазина, Джоан увидела двух женщин, разглядывавших витрину. Она обратила внимание на их ухоженность, аристократичность и на то, с каким достоинством они держатся, вальяжно прогуливаясь вдоль витрин. Джоан понимала, насколько мало она на них походит. Женщина должна быть похожа на мягкую и пушистую кошечку; ласкающую мужчину, превращающую его жизнь в праздник. А Джоан больше напоминала Диану-охотницу, загоняющую зверя в силки. Однако она надеялась, что, когда у нее будет много денег, она научится как можно меньше думать о них, а будет больше уделять времени нарядам и своему богатому мужу. Тогда она сможет это себе позволить. И кто знает, может быть, и она научится разговаривать с тем сдержанным изяществом, которое так свойственно представительницам высшего общества.
        Кто знает, мечтательно подумала Джоан. С этими мыслями она отправилась домой, чтобы хорошенько подготовиться к вечеринке.


        Верхний Ист-Сайд, лучший район Манхэттена, никого не может оставить равнодушным. Джоан ехала в такси по вечернему Нью-Йорку и испытывала почти детский восторг, когда любовалась сверкающими огнями витринами дорогих магазинов, галереями, музеями, которых было в изобилии на Пятой авеню. И в то же время она никак не могла избавиться от нервного напряжения, преследовавшего ее с тех пор, как она получила приглашение от Джорджа на вечеринку. Неужели сбылось то, о чем так долго она мечтала. Уже когда он разговаривал с ней по телефону, она по его взволнованному голосу догадалась, что очень скоро должно произойти самое главное событие в ее жизни.
        Это был длинный и трудный путь, и он еще далек от завершения, однако дело, как говорится, движется. Джоан всегда была за то, чтобы действовать и не ждать, когда желаемое само упадет к ней в руки. Да в общем-то и выбора у нее особенно не было. Либо продолжать жить в нищете, либо рискнуть. Джоан выбрала второе и очень сильно надеялась, что не прогадает.
        Она еще издалека увидела сверкающий огнями особняк Боуинов и невольно посмотрела на водителя - казалось, он должен был слышать биение ее сердца, - но, увидев его невозмутимое лицо, тут же отвернулась, подсмеиваясь над собой. Припарковаться из-за большого скопления машин удалось только у соседнего дома, поэтому оставшуюся часть пути пришлось идти пешком. Но это уже не имело никакого значения. Главное, что она здесь. На ней шикарное платье, так соблазнительно обтягивающее ее безупречную фигуру, серьги с изумрудами, которые так подходят к ее зеленым глазам и делают их цвет более глубоким, а туфли на шпильках подчеркивают стройность и длину ее ног. А самым главным оружием были завитки каштановых волос, будто случайно выбившихся из прически и так трогательно оттеняющих ее белоснежную кожу. Однако ничего случайного здесь не было. Все продумано до мелочей, как у хорошего полководца.
        Джоан была ослепительно хороша, она знала об этом и не собиралась упустить свой шанс. А еще большую уверенность ей придали два молодых человека, только что вышедших из соседней машины. Они буквально шеи свернули, чтобы получше рассмотреть ее. Но она лишь слегка коснулась их взглядом и, кокетливо усмехнувшись, ступила на широкую мраморную лестницу, ведущую в особняк, а возможно, и в новую жизнь.
        Несмотря на то, что ее здесь уже знали, она с особенным удовольствием протянула пригласительный билет долговязому дворецкому и, гордо расправив плечи, покрытые норковым манто, вступила в огромный зал, заполненный до отказа представителями золотой молодежи. Ну что ж, скоро и она сможет причислить себя к элите. В такой момент Джоан не хотела сомневаться.
        В первую секунду она растерялась, оглушенная громкой музыкой, но, увидев в другом конце зала Джорджа, вновь приободрилась и помахала ему рукой, так как перекричать музыку она все равно бы не, смогла. Они стали двигаться сквозь толпу танцующих навстречу друг другу. Джоан старалась не упустить Джорджа из виду, поэтому практически не смотрела по сторонам, только иногда кивала в ответ на приветствия знакомых. Она прошла половину пути, когда неожиданно перед ней возникло препятствие в виде чьей-то огромной спины. Она уже собиралась обойти ее обладателя, но от нетерпения задела его локтем, отчего он резко обернулся и содержимое его бокала оказалось на ее платье. Если бы сейчас поблизости произошло извержение вулкана или землетрясение, это вряд ли произвело бы на Джоан большее впечатление. Она смотрела на пятно, и ее глаза быстро наполнялись слезами. Эффект был такой же, как если бы полководец вдруг обнаружил, что остался в решающий момент боя без авиации.
        - О, извините, - сказал незнакомец.
        На нее смотрели сочувственные глаза, в глубине которых плясали веселые искорки.
        - Вот возьмите. - Мужчина протянул ей платок. - Простите. Мне так неловко.
        Его слова звучали искренне, однако Джоан сейчас была не в состоянии оценить его сочувствие. Перед ней стоял враг. Подавив желание тут же расплакаться, она вскинула свою прелестную головку и в упор посмотрела на обидчика. Любой другой в замешательстве должен был бы опустить глаза и тут же сгореть под ее испепеляющим взглядом, но перед ней оказался сильный противник. Он продолжал смотреть на нее с сочувствием, и в то же время его ничуть не смущала ее воинственность.
        - Да вы знаете… - от волнения Джоан начала заикаться, - кто вы такой? - произнесла она наконец с трудом.
        Незнакомец терпеливо повторил:
        - Я еще раз прошу у вас прощения. Мне правда неловко.
        Простить человека, который посмел встать на ее пути к счастью. Нет, сегодня она на это не способна. Тем более ее все больше раздражали его высокомерие и спокойный тон. А еще Джоан уловила в его глазах едва прикрытую иронию. Конечно же он относился к той породе мужчин, для которых испорченное платье у незнакомой дамы никак не может стать причиной неудачного вечера, а, напротив, будет только поводом для гнусных насмешек и шуточек. Да он и понятия не имеет, сколько ей пришлось трудиться, чтобы заработать на это платье. Все эти мысли в одно мгновение пронеслись в голове Джоан и только укрепили ее в уверенности не оставлять обидчика безнаказанным.
        - Да мне плевать на ваши извинения! - грубо воскликнула она, полная негодования.
        - Как хотите. - На этот раз он довольно холодно посмотрел на нее, демонстративно убрал платок в карман и уже собирался отвернуться, когда Джоан окончательно покинула сдержанность и она вспомнила все ругательства, которые слышала от мальчишек в детстве. Однако эффект от ее монолога оказался почти нулевым, хотя самым мягким выражением в нем было «грязная скотина». Ее обидчик высокомерно приподнял брови, и Джоан буквально оглушил его раскатистый смех. Когда он наконец перестал смеяться, на его губах продолжала играть мерзкая ухмылка.
        - Не думал, что здесь присутствуют уличные девки. Надо будет охране сделать выговор, чтобы впредь не пускали кого попало.
        Наглость незнакомца на какое-то мгновение выбила у Джоан почву из-под ног. У нее было ощущение, что ее облили ледяной водой. Однако, выйдя из оцепенения, она сделала шаг вперед и уже собралась было занести руку для пощечины, но, увидев Джорджа, огромным усилием воли сдержала себя и тут же поспешила к нему, гневно бросив на ходу:
        - Мы еще встретимся!
        - Не сомневаюсь, - парировал он.
        И она невольно вздрогнула от дьявольского смеха, прозвучавшего у нее за спиной.
        Слава богу, Джордж смотрел на ее лицо, а не на подол платья.
        - Здравствуй любимая. Я тебя заждался.
        - А я как соскучилась. - Джоан первый раз со времени их знакомства почувствовала искреннюю радость от встречи. Возможно, катализатором послужила стычка с незнакомцем и его враждебность по отношению к ней, в то время как лицо Джорджа просто сияло от счастья. И она была благодарна ему за это.
        По знаку Джорджа зазвучала медленная композиция, и они, тесно прижавшись друг к другу, стали двигаться в такт музыке. Глядя в его влюбленные глаза, Джоан мысленно давала клятву, что, если Джордж женится на ней, она никогда-никогда не изменит ему и сделает все, чтобы он был счастлив. Он был высокий, худой, дорогой костюм от Армани сидел на нем немного мешковато, да и вообще его даже симпатичным было трудно назвать. Однако сейчас он казался ей прекраснейшим принцем, который увезет ее в сказку на белом коне. Зал был полон народу, но они видели только друг друга.
        Музыка закончилась, но они не спешили разомкнуть объятия. И все же первым пришел в себя Джордж. Он немного отстранился от Джоан и восхищенно проговорил:
        - Боже, ты великолепна!
        Изобразив смущение, она намеренно опустила глаза, чтобы он смог рассмотреть ее длинные ресницы.
        - Не преувеличивай. Я самая обыкновенная. А ты такой умный, красивый, вокруг тебя столько девушек. Даже не знаю, почему ты выбрал меня. Мне даже страшно становится, как подумаю об этом.
        Никто и никогда не называл его умным, а тем более красивым.
        - Нет, ты даже сама не представляешь, какая ты. Они все пустые, разодетые куклы. - Джордж окинул взглядом зал. - А ты настоящая, живая. Я не перестаю удивляться, что в нашем, так называемом высшем, обществе смог встретить такую девушку - искреннюю, лишенную всяческой фальши. Остальных всегда интересовали только мои деньги.
        От этих слов Джоан стало не по себе. Она почувствовала себя мошенницей, но отступать в ее намерения не входило.
        Неожиданно, наверное даже для самого себя, Джордж взошел на небольшой подиум и взял микрофон. Музыка замолкла, и сотни глаз устремились на него. Он на секунду смутился, но потом взял себя в руки и, глядя на Джоан, сказал то, что чувствовал в данный момент:
        - Добрый вечер, дамы и господа. Я намеренно не написал в приглашении повода, по которому мы сегодня здесь собрались. А сейчас хочу раскрыть этот секрет. Сегодняшняя вечеринка посвящена моей любимой, самой лучшей, самой красивой из всех девушек, живущих на земле. Я очень счастлив и поэтому хочу, чтобы все мои гости были также счастливы и разделили со мной мою радость. Веселитесь и ни в чем себе не отказывайте.
        Джордж спустился в зал под бурные аплодисменты и подошел к Джоан. Она первая преодолела смущение и тихо произнесла:
        - Спасибо. Никто и никогда не делал для меня ничего подобного.
        - Ты единственная, кто этого заслуживает и даже большего.
        Джордж в волнении схватил Джоан за руку, и она, уже предчувствуя победу и дрожа от нетерпения, что вот-вот услышит долгожданное предложение о замужестве, немного прикрыла глаза, когда неожиданно за ее спиной прозвучал знакомый насмешливый голос:
        - Стоило мне уехать на несколько месяцев, как у тебя в жизни произошли изменения. Познакомь меня наконец с прекрасной незнакомкой. Сколько можно скрывать ее от нас.
        Джоан обернулась, уже зная, кого она увидит, и не ошиблась - перед ней стоял недавний обидчик.
        Джордж нехотя отпустил ее руку и представил их друг другу:
        - Мой дядя - Дэвид Боуин, а это моя девушка - Джоан Нейл. Она работает в мэрии, в отделе по связям с общественностью. - Последнее было сказано с особой гордостью.
        Только сейчас она разглядела его как следует. Ростом он был немного ниже племянника, однако шире в плечах раза в три. Волосы черные - коротко подстрижены. Джоан сравнила его с боксером - сплошной комок мускулов, но при этом он довольно легко двигался. Казалось, ничто не может ускользнуть от его цепкого взгляда и он всегда готов отразить удар, откуда бы ни исходила угроза. Никто и никогда не мог бы усомниться в его происхождении, но в то же время было в нем что-то первобытное - возможно, это ощущение силы, исходящее от его играющих мышц, которых не мог скрыть даже дорогой костюм. Единственное, что их объединяло с Джорджем, так это черные волосы и глаза: у обоих они были небесно-голубыми. Только у Джорджа они широко распахнуты, а у Дэвида чуть прищуренные. Именно так, с откровенным подозрением, он смотрел сейчас на Джоан, и ей казалось, что он видит ее насквозь. Она немного поежилась, но тут же отбросила мрачные мысли и, сделав вид, что видит его впервые, улыбнулась ему самой очаровательной улыбкой, на какую только была способна, и, протянув руку для рукопожатия, проговорила:
        - Очень приятно. Мне Джордж очень много о вас рассказывал. Жалко, что нам только сейчас удалось встретиться. Я считаю за честь познакомиться с вами.
        Дэвид тоже не подал виду, что уже видел Джоан. Он ответил на ее рукопожатие, однако его лицо оставалось непроницаемым.
        - Я не менее рад нашему знакомству, хотя, признаюсь, немного слышал о вас. Вы же знаете, Джордж такой скрытный. И хотя я редкий гость на подобных мероприятиях, но пропустить эту вечеринку было бы непростительно, так как племянник сказал, что устраивает ее в честь своей девушки. Браво, Джордж, ты, несомненно, пошел в своего дядю, у тебя безупречный вкус. Ну, теперь-то мы знаем, кто смог завладеть сердцем Джорджа. Поверьте, это очень непросто. - Он без стеснения рассматривал ее. - Л уж речь, которую ты произнес, меня просто поразила. Раньше ты не отличался особым красноречием. Но что только не делает с мужчинами любовь!
        Было видно, что Джорджа тяготит этот разговор, поэтому он с не свойственной ему решимостью прервал дядю. Приобняв Джоан за талию, он сухо произнес:
        - Ты очень великодушен. Однако, извини, Джоан только недавно пришла, я еще не успел предложить ей выпить.
        - Ну что ж, не смею задерживать. Еще увидимся.
        Он произнес это с такой интонацией и смерил Джоан таким взглядом, что она почувствовала невольное беспокойство. Подобное чувство испытывает человек, входящий в темную, абсолютно незнакомую ему комнату.
        Даже когда они остались вдвоем, Джоан чувствовала напряжение. Голос Джорджа помог ей немного расслабиться:
        - Вечно он сует нос в чужие дела.
        - Но ты всегда рассказывал о нем с восхищением. - Джоан и под пыткой бы не призналась, что сразу же возненавидела Дэвида.
        - Я и не отказываюсь. Но одно дело его жизнь и совсем другое - когда он пытается навязать мне свои правила. Будто он один знает, как надо жить. - Джордж все больше горячился. Было видно, что это давний спор и победителем из него он выходил редко. - Хватит с меня того, что он командует мною в компании, а уж моя личная жизнь его не касается. Вот увидишь, он и в наши отношения обязательно влезет, - добавил он с горечью. - Ну ничего, скоро мне исполнится двадцать пять, и, согласно завещанию деда, я сам смогу распоряжаться своими акциями. Вот тогда я ни от кого не буду зависеть. - Неожиданно он спохватился: - Ох, извини. Я такой болван, разглагольствую тут об акциях, а тебе так и не предложил выпить. Ты, наверное, жутко скучаешь?
        - Ну что ты, мне интересно все, что касается твоей семьи.
        - Ты такая добрая. - Джордж сделал знак официанту, и тот принес шампанского.
        Несмотря на то что Джоан не переставала думать о том, как ее стычка с дядей Джорджа отразится на их отношениях, она все же смогла насладиться этим прекрасным вечером. Тем более произошло то главное, о чем она не переставала думать ни минуты, с тех пор как переступила порог этого дома, - Джордж наконец сделал ей предложение. Уже под утро, когда они подъехали к ее дому и долго стояли возле двери, не в силах попрощаться и Джоан уже почти потеряла надежду, Джордж все-таки набрался храбрости и сказал то, что обычно говорят в таких случаях, робко протянув при этом кольцо с огромным бриллиантом. Джоан в смущении отвела взгляд и ответила, что она согласна. Джордж чуть не задушил ее в своих объятиях и сказал, что завтра же напишет своим родителям об этом и, когда они вернутся из путешествия по Италии, о помолвке объявят официально.
        - Никогда я еще не был так счастлив.
        После всех волнений этого вечера и оттого, что он смотрел на Джоан с такой любовью, у нее закружилась голова, и она прижалась к его плечу, чтобы не упасть. А потом она сама поцеловала его.
        - Я люблю тебя и тоже безумно счастлива. - Джоан и сама уже верила в то, что говорила. - И спасибо тебе за кольцо. Ничего более красивого я не встречала в жизни. - Случайно ее взгляд скользнул по ночному небу, и она с восторгом воскликнула: - Смотри, звезда упала! Но потом разочарованно добавила: - Ой, я не успела загадать желание.
        Джордж посмотрел на нее и очень серьезно проговорил:
        - Не расстраивайся. Теперь мы вместе, и я исполню любой твой каприз.
        У Джоан на глаза навернулись слезы, и она еще теснее прижалась к Джорджу.
        - Ты прав, когда ты со мной, чего мне еще желать.
        Она действительно была на седьмом небе от счастья.

2

        Джоан окунулась в сказку. Почти у каждого человека бывают в жизни дни, которые он вспоминает потом всю жизнь. Называет самыми счастливыми и говорит, что подобное вряд ли может повториться. Именно это время, как ей казалось, наступило у Джоан.
        Многие мужчины, получив согласие от девушки на брак, тут же успокаиваются. Но Джордж, наоборот, начал ухаживать за Джоан с удвоенной силой. Он заезжал за ней почти каждый день с огромными букетами роз и устраивал настоящие праздники и сюрпризы. Угадать, где они проведут вечер, было невозможно. Сегодня они обедали в самом шикарном ресторане Парижа, где выступали приглашенные специально для них знаменитые певцы, а назавтра уже нежились под жаркими лучами солнца на Калифорнийском побережье.
        Когда-то Джоан дала себе слово, что между ней и Джорджем до свадьбы не может быть ничего, кроме поцелуев. И он уважительно относился к ее мнению. Но однажды она не смогла устоять. Это произошло после того, как Джордж спел серенаду под ее балконом, когда они отдыхали несколько дней во Флориде. Невозможно было просто закрыть дверь и оставить его стоять под балконом. Тем более Джоан и самой не хотелось в тот день оставаться одинокой. И она не прогадала. После этой ночи Джордж, уже без сомнения, принадлежал только ей.
        Она была ошарашена, опрокинута и уже не ощущала реальности, не могла адекватно реагировать на происходящее, отличить реальность от вымысла. Яхты, лимузины, ложа в опере и, наконец, личный самолет. Кто добровольно откажется от этого. Малейшее ее желание тут же исполнялось. Джоан жила как во сне и просыпаться ей совсем не хотелось. Это был сон-сказка. Она даже сказала как-то Джорджу об этом. И он, очень довольный ее признанием и тем, что смог произвести на нее такое впечатление, гордо произнес:
        - Поверь, это только начало. Я сделаю все, чтобы ты никогда не захотела просыпаться.
        К тому же, посещая вместе с Джорджем роскошные ночные заведения, загородные закрытые клубы, Джоан вдруг стала замечать, что он стал интересовать не только ее. Вероятно, вихрь положительных эмоций, смена душного офиса на теннисный корт сделали свое дело. Роскошные девушки стали все больше и больше обращать внимание на ее жениха. Она с удивлением обнаружила, что ревнует Джорджа ко всем этим красоткам - охотницам за богатыми холостяками. Конечно, в первую очередь она боялась потерять такого завидного жениха, но в то же время Джоан стала замечать, что ее отношение к нему становится все более теплым и искренним. Она была уверена - со временем она обязательно полюбит Джорджа. Его невозможно было не полюбить. У него было все, что нужно для счастья: богатство, надежность, верность - и главное, это невероятная любовь, которую он испытывал к Джоан.
        Настоящее же чудо произошло при знакомстве Джоан с родителями Джорджа - Барбарой и Фрэнком. Они наконец вернулись после полугодового путешествия по Европе и сначала очень удивились появлению в жизни их сына женщины, которую он не просто любит, а готов на ней жениться, поэтому встретили ее немного настороженно. Но потом, пообщавшись с Джоан всего несколько дней и узнав, что ее отец в данное время является послом США в Канаде, они нашли выбор Джорджа прекрасным и дали свое благословение. Тем более что сам Джордж, по их мнению, именно благодаря Джоан изменился в лучшую сторону. Куда-то делась его угловатость, он перестал чураться людей и стал более свободным в общении.
        Итак, день свадьбы был назначен. Все были счастливы. Барбара, не принимая никаких возражений, взяла на себя все хлопоты по организации предстоящего празднества. И только один человек, Дэвид Боуин, не разделял всеобщей шумихи и радости по поводу грядущей свадьбы. Когда Барбара заговаривала с ним о предстоящем мероприятии, он с иронией поднимал руки.
        - Ох, увольте меня от этого. Никогда не понимал, зачем мужчины добровольно идут в рабство к женщине.
        - Какой же ты циник! - возражала Барбара. - Ну ничего, в старости ты обязательно пожалеешь, что остался один. Ведь так важно, чтобы рядом был родной человек.
        - Ну что ж, каждому свое, - отвечал на это тот.
        Джоан благодарила бога, что дела заставляли Дэвида, возглавляющего семейный бизнес, проводить большую часть времени в Бостоне, где находился филиал их компании. Хорошо, если бы его занятость длилась до самого медового месяца. Она интуитивно догадывалась, что если что-то или кто-то и способен помешать ее браку с Джорджем, то это может быть только Дэвид Боуин.
        Джоан в ужасе отпрянула и чуть не свалилась с шезлонга, на котором загорала, почувствовав на своих плечах прикосновение чьих-то холодных мокрых рук.
        - Извините, я, кажется, напугал вас.
        Как ни тяжело было Джоан общаться с дядей Джорджа, она все же постаралась, чтобы ее голос прозвучал как можно спокойней:
        - Вы меня ничуть не напугали. Но, я думаю, если вам неожиданно посадить на спину лягушку, вы вряд ли останетесь равнодушным.
        Дэвид только что вынырнул из бассейна, и на его лице, как всегда, сияла белоснежная улыбка.
        - Не очень-то лестное сравнение, - сыграл он обиду, но Джоан чисто интуитивно разгадала игру.
        Расположившись на соседнем шезлонге, он подставил палящему солнцу и без того загорелую спину.
        - А почему вы не купаетесь? Вода в бассейне как молоко. Боитесь испортить прическу?
        Было понятно, что так просто от него не отделаться.
        - Не в этом дело. Джордж должен вернуться с минуты на минуту. Мы поедем обедать в
«Оазис», - нехотя ответила Джоан.
        - Ах Джордж…
        Джоан не видела лица Боуина, но могла поклясться, что когда он произносил последние слова, то наверняка ехидно улыбался при этом. Ей очень хотелось встать и уйти, но она боялась сделать это. Даже себе она не могла признаться в том, что с тех пор, как Джордж представил их друг другу, она его боялась, причем это был страх реальный, сковывающий до немоты. Дэвид Боуин обладал удивительной способностью смотреть на человека так, словно знал всю его подноготную.
        После небольшой паузы он спросил:
        - А вы очень любите Джорджа? - Голос его при этом звучал притворно-ласково, отчего ее кожа покрылась пупырышками.
        Нервно сглотнув, она произнесла:
        - Да, очень. А вы сомневаетесь?
        - Как ни странно, сомневаюсь. - На этот раз он говорил без тени улыбки.
        Вот началось. У Джоан все похолодело внутри.
        - Ваши подозрения просто оскорбительны, - произнесла она неуверенно. Она уже давно предчувствовала, что подобного разговора с дядей Джорджа не удастся избежать. Его нельзя было обвинить хоть в малейшей симпатии к ней. Однако она взяла себя в руки и наигранно весело спросила: - Неужели вы так и не смогли забыть о том небольшом инциденте, который произошел в день нашего знакомства? Но это я должна на вас обижаться, ведь вы тогда испортили мое новое платье. А то, что я вспылила и наговорила кучу гадостей, что ж, поверьте, это только потому, что была сильно расстроена.
        Он не поддержал ее веселости.
        - Угадали. Я действительно не могу забыть тот вечер.
        - Боже, как банально! Я задела ваше мужское самолюбие, и вы собираетесь мстить слабой женщине?..
        Он перебил ее:
        - Я собираюсь выяснить, что скрывается за вашим красивым личиком.
        Джоан решила перейти от защиты к нападению и резко спросила:
        - Что вы имеете в виду?
        Дэвид оставался по-прежнему спокоен.
        - Ничего особенного. Мне просто очень интересно, откуда у сотрудницы отдела по связям с общественностью, девушки из приличной семьи, такой богатый лексикон. Может, вы проходили стажировку после окончания университета в Гарлеме?
        Ее судьба висела на волоске. Общение с Джорджем расслабило Джоан. Его дядя оказался куда более сильным противником. Резко вскочив, Джоан схватила халат и, бросив на ходу «Ну и выясняйте», стремглав кинулась навстречу спешившему к ней Джорджу. Видя ее состояние, он с беспокойством спросил:
        - Тебя кто-то обидел?
        Джоан в волнении прижалась к нему.
        - Ничего особенного. Просто поспорила с твоим дядей.
        - Да уж, мой дядя кого угодно выведет из себя.
        - Мне кажется, он меня недолюбливает, хотя не знаю почему.
        Джордж горько усмехнулся.
        - Ты здесь абсолютно ни при чем. Джордж боится, что после моей женитьбы он не сможет меня контролировать, поэтому любой мой выбор его никогда не устроит.
        - Да, я понимаю, но все же неприятно. Он твой близкий родственник, и я бы хотела ему понравиться.
        - Не расстраивайся. Главное, что ты нравишься мне. К тому же после свадьбы мы будем жить отдельно на нашем маленьком острове.
        Джоан в изумлении уставилась на Джорджа.
        - У тебя есть свой собственный остров?
        Ему понравилось, какой эффект эта новость вызвала у Джоан. Он засмеялся и ответил:
        - Да, мне его оставил дедушка в наследство. Мы там будем совершенно одни. Потерпи еще немного, всего какие-то две недели.
        У Джоан от волнения навернулись слезы на глаза, и она восторженно пообещала:
        - Сколько угодно.
        Она не хотела думать о плохом, ведь она уже многого добилась. А главное, это любовь Джорджа и то, что его родители приняли ее и согласились на брак. Однако дальнейшие события показали, что Джоан слишком беспечно отнеслась к подозрениям Дэвида: он умел действовать решительно и ничего не оставлял на потом.


        Джоан уже второй день была на ногах - обслуживала симпозиум психологов в отеле
«Каролина». Несмотря на то, что отель находился в Челси, она понимала, что все равно сильно рискует, ведь кто-нибудь из знакомых Джорджа мог ее увидеть. Ему же она сказала, что поехала в командировку. Да и про подозрения Дэвида она не забывала ни на секунду. Однако Джоан не могла себе позволить сделать передышку, настолько ей были нужны деньги. Никто, кроме нее самой, не позаботится о наряде невесты. Конечно, можно было сказать Джорджу про платье, но это наверняка вызвало бы подозрение у его родных, поэтому она предпочла выкручиваться сама. Легенда про то, что она поссорилась со своим отцом и он отказался давать ей деньги, конечно же работала, но использовать этот аргумент бесконечно не представлялось возможным. Оставалось только надеяться, что в окружении Джорджа нет ни одного психолога.
        К вечеру поднос особенно казался тяжелым, а ноги словно налились свинцом, однако поток людей не иссякал. Неужели в нашем штате столько психологов? - не без раздражения подумала она, садясь на диван отдохнуть в специальной комнате для официанток, где они переодевались. Но через несколько минут ее позвал администратор:
        - Джоан! Подойди ко второму столику.
        Она вышла в зал, и администратор указал на столик в углу зала.
        - Прими заказ.
        Когда Джоан подошла к столику с блокнотом в руках и приготовилась записать заказ, устало бросив при этом дежурное «Что бы вы хотели?», она даже не посмотрела на сидящих, вернее на сидящего.
        - Извините за банальность, но я бы хотел оказаться вместе с вами где-нибудь в укромном уголке. У вас в меню есть такая услуга?
        При звуке этого голоса она мгновенно вскинула на посетителя свои огромные зеленые глаза и в ужасе сделала шаг назад, выронив при этом блокнот. Перед ней сидел Дэвид Боуин собственной персоной. Его наглая усмешка говорила сама за себя.
        - Так вот где заседает ваш отдел по связям с общественностью! А этот фартучек так идет будущей жене миллионера, ведь он того же цвета, что и свадебное платье. - Он говорил очень мягко, но его взгляд пронзал ее словно кинжал.
        Джоан стояла не шелохнувшись, будто громом пораженная.
        - Присядьте, пожалуйста. Сделайте одолжение своему будущему родственнику. Я думаю, нам есть что обсудить. - Дэвид указал на стул напротив себя.
        Однако Джоан, похоже, уже вышла из оцепенения, которое охватило ее в тот момент, когда она только увидела Дэвида. Посмотрев на стул, на который он ей указывал, она неожиданно попятилась, а потом резко развернулась и бросилась бежать.
        Это было не просто глупо, а абсолютно бессмысленно. Но у Джоан не было времени для анализа. Скорее всего, она бежала не от Дэвида, а от осознания того, что игра закончена - шах и мат. Ее сил хватило только на небольшой марафон. Через несколько кварталов она оказалась в парке и опустилась на скамейку. За ней, конечно, никто не гнался. Это была самоуверенность власть имущих. Куда ей деваться, ее не ждет личный самолет. Да что говорить, у нее даже нет родственников, у которых она могла бы спрятаться. Про брата наверняка Боуин уже знает.
        Джоан провела всю ночь на скамейке в парке, а сейчас стояла недалеко от дома, где вместе с подругой снимала небольшую квартиру и куда еще час назад вошел Дэвид, оставив на входе своих людей. Джоан видела их, они видели ее, но никаких действий не предпринимали, только постоянно разговаривали по телефону, по-видимому получая указания от хозяина. Она уже не боялась ни Дэвида, ни его людей. Первый шок, когда она увидела Дэвида в ресторане, прошел. Эффект был как от удара в солнечное сплетение: дыхание перехватывает и кажется, что вновь почувствовать, как твои легкие заполняются кислородом, не удастся. Тогда ей понадобилось не больше секунды, чтобы осознать, что ее надежды рухнули. В один миг она потеряла все. Мечты о красивой жизни так и остались мечтами. Правду говорят люди - тому, кто высоко взлетел, ох как больно падать.
        Горько усмехнувшись своим невеселым мыслям, Джоан направилась к дому. Ищейки Дэвида напряглись и схватились за телефоны - после бессонной ночи им не терпелось обрадовать хозяина. Но Джоан даже не удостоила их взглядом. Она поднялась на третий этаж и, лишь секунду помедлив у двери, вошла в квартиру, уже точно зная, кого она там увидит.
        - Я уже думал, что не дождусь. - С этими словами Дэвид повернулся к ней на крутящемся кресле. - А впрочем, куда вам без этого… - Рука Дэвида лежала на пакете, где были собраны все документы Джоан и деньги.
        Она стояла, прислонившись спиной к двери, не видя ничего перед собой - слезы, помимо ее воли, застилали ей глаза. Дэвид же не намерен был жалеть ее. Его не трогали ни ее бледность ни растерянность во взгляде. А голос был голосом судьи, готового к долгому допросу подсудимого.
        - Ну что, сами все расскажете или будем объясняться в полиции?
        Джоан, все так же не глядя на Дэвида, спросила:
        - Что вы хотите знать?
        - Все с самого начала. Каким образом Натали Портер, девушка из бедного квартала, вдруг превратилась в Джоан Нейл, чей отец был одним из высокопоставленных чиновников в Министерстве иностранных дел?
        - Это была случайность, - с трудом произнесла Джоан.
        Но Дэвида такой ответ не удовлетворил. Он по-хозяйски расположился в кресле, положив ногу на ногу. Торопиться ему было некуда.
        - Ну нет, милая девушка, эти игры со мной не пройдут. Случайно преступниками не становятся. Рассказывайте все по порядку, что вы там со своим братцем задумали. А уж потом я решу, что с вами делать.
        - Мне все равно, - глухо сказала она.
        - Все равно, даже если речь идет о тюрьме? - Говоря это, Дэвид немного поддался вперед.
        И она сдалась.
        - Хорошо я все расскажу, - сказала, словно выдохнула, и с удивлением обнаружила, что напряжение, которое не отпускало ее со вчерашнего дня, немного спало.
        - Ну вот так-то лучше. И давайте сразу договоримся, что на меня уже давно не действуют ни слезы, ни прочие ухищрения, к которым так любят прибегать женщины. Итак?..
        Джоан ничего не оставалось, как начать свою исповедь.
        - Год назад, в доме, где мой брат служит привратником, пропала жившая там девушка…
        - Джоан Нейл, я полагаю?
        - Да.
        - Продолжайте.
        - Ну, жила - довольно сильно сказано. Так, появлялась время от времени. Она все время была в разъездах. То по делам компании, где она работала специалистом по связям с общественностью, то боролась за свободу в Африке, а однажды приковала себя цепями вместе с другими гринписовцами к атомному крейсеру. От нее даже отец отказался. Он так и не узнал о ее исчезновении. Она была в отъезде, и вдруг письма, которые пересылали на ее адрес, стали приходить обратно с пометкой, что адресат выбыл в неизвестном направлении.
        - И когда ваш брат рассказал вам об этом, вы решили, что это подходящий случай присвоить себе чужое имя?
        - Не сразу. Однажды мне случайно попало приглашение на светскую вечеринку. Я обнаружила его под столиком, который до этого обслуживала. Вероятно, обронил кто-то из клиентов. Я подумала: а почему бы немного не развлечься? Но мне не в чем было пойти. Вот тогда я и вспомнила рассказ брата. И решила незаметно проникнуть в квартиру Джоан и взять платье.
        - Но платье не имя. Именно на той вечеринке вы и познакомились с Джорджем?
        Джоан согласно кивнула.
        - Он пригласил меня танцевать, и я, сама не знаю почему, назвалась чужим именем. Поверьте, это вышло случайно. Новое платье, новое имя.
        - Все у вас случайно. Однако, я полагаю, охмурить моего племянника вы решили все же не случайно? - Голос Дэвида зазвучал угрожающе.
        Джоан вдруг захотелось, чтобы ее поняли. Она приложила руки к груди и попыталась смягчить гнев Дэвида:
        - Поймите, всю жизнь я только и делала, что думала о куске хлеба. Неужели только избранные могут мечтать о счастье. Я не хотела многого.
        Дэвид не поддался ее искренности. Наоборот, он начал терять терпение.
        Джоан вздрогнула от его смеха, потрясшего ее маленькую квартирку.
        - «Не хотела многого»! Только не говорите, что вы не знали о миллионах Джорджа.
        Джоан в отчаянии крикнула:
        - Клянусь, я не знала!
        - Вот уж клятвы здесь ни к чему. Кто теперь вам поверит? - Дэвид выразительно посмотрел на нее.
        Почувствовав тщетность своих усилий, Джоан расслабилась и уже более спокойно ответила:
        - Ваше дело - верить или не верить. Но тогда я не знала о том, насколько Джордж богат. К тому же после вечеринки он проводил меня домой…
        - Вы, конечно, назвали ему адрес настоящей Джоан.
        - Вы поразительно догадливы. Мы расстались возле подъезда, и я даже не думала о продолжении этой истории. Для меня это было всего лишь маленьким приключением, возможностью прикоснуться к той, другой жизни. Однако на следующий день мне, то есть Джоан, передали через привратника цветы и записку с просьбой о встрече. Вот тогда все и началось. Это сравнимо с наркотиками. Немного попробовал и уже не можешь отказаться. Когда я шла на очередное свидание с вашим племянникам, я думала, что делаю это в последний раз. Но поступала так снова и снова. И однажды, когда мы с Джорджем были приглашены на помолвку к его другу, я вдруг подумала… - Джоан замолчала, не в силах продолжать.
        Однако Дэвид был нетерпелив.
        - Ну же, давайте-давайте, поздно идти на попятный. Теперь уже договаривайте все до конца.
        Ей ничего не оставалось, как перевести дух и продолжить:
        - Тогда я подумала: а почему бы и мне не попробовать? Я видела, как Джордж относится ко мне, и думала, что его симпатия может перерасти в нечто большее. В общем, если раньше мы встречались только раз в неделю, то потом я стала все больше и больше демонстрировать Джорджу, что тоже к нему неравнодушна, и мы стали встречаться чаще.
        - Неужели Джордж ни разу ничего не заподозрил?
        - Думаю, что нет. Дело в том, что у настоящей Джоан не было никаких родственников, кроме ее отца, а он отказался от нее. Так что после ее пропажи ее никто не искал. А брат помог мне с документами и с ключами от квартиры.
        - Но ведь хозяин должен был заявить в полицию о пропаже жильца?
        - Деньги за проживание перечислялись автоматически со счета Джоан. Хозяину не выгодно было терять такого жильца. Вот он и медлил с заявлением в полицию.
        - И вы спокойно продолжали обделывать свои делишки, обворовывая несчастную девушку.
        Джоан от несправедливости обвинения замотала головой.
        - Нет. Это неправда. Я сознаюсь в том, что присвоила чужое имя, документы и брала несколько раз ее платье, но в краже денег меня никто не сможет обвинить. Здесь моя совесть чиста.
        - А есть ли у вас она?
        - Представьте, но у бедных она тоже есть.
        - Ну, это вы будете рассказывать своему священнику. А меня интересует, где же вы все-таки брали деньги на наряды?
        Джоан нашла в себе силы на иронию:
        - Вам будет трудно в это поверить, но я их зарабатывала. Джордж думал, что я в командировке, а я в это время работала официанткой. Везде где придется, бралась за любую работу. Иногда не спала двое суток подряд.
        - Вот здесь я вам верю. - Дэвид нервно закурил. - Было ради чего стараться. Вы с братом играли по-крупному. Я думаю, не обошлось без уроков техники речи, этикета. Ведь так?
        Джоан опустила голову.
        - Да.
        - А что касается вашей легенды, то здесь вам позавидовал бы даже самый опытный шпион - не подкопаешься. Но все же, как говорится, вы провалились. Хотите, я скажу, на чем я вас подловил?
        Джоан только пожала плечами - сейчас это уже не имело никакого значения.
        Дэвид ухмыльнулся.
        - И все же я скажу. Вы никогда не упоминали о своих друзьях, редко кому-то звонили. А ведь у специалиста по связям с общественностью должен быть довольно широкий круг знакомств в самых высших слоях общества. И потом, вы с такой легкостью ехали с Джорджем отдыхать, ни разу не отказали ему, как будто работа в мэрии - это что-то вроде частного клуба, который можно посещать по своему усмотрению. Но вам еще повезло. Когда я попросил своего друга из мэрии узнать о вас, там что-то перепутали и сказали, что вы в командировке. Но через месяц все же выяснилось, что Джоан Нейл никогда не работала в мэрии. По моей просьбе выяснили, что она работала в коммерческой фирме, но давно пропала. Так что у вас была небольшая отсрочка. - Дэвид внезапно замолчал. - А впрочем, вы правы. Сейчас это уже неважно. - Глупо, конечно, но я все же спрошу. Вы любите Джорджа? - Он внимательно наблюдал за ней, стараясь не упустить ни одного движения.
        Ответа не последовало. Пора было остановить этот поток лжи. Джоан поняла, что, сказав неправду, она еще больше разозлит Дэвида.
        - Понятно. Ну хоть здесь не соврали. Теперь картина более-менее ясна. Надеюсь, вы понимаете, что о свадьбе не может быть и речи?
        Она продолжала молчать. У нее в душе не было ничего, кроме ощущения краха.
        - У вас не найдется чего-нибудь выпить? - неожиданно попросил Дэвид. - В горле пересохло.
        Джоан покосилась на пустую бутылку, стоявшую на столе рядом с Дэвидом.
        - Только чай.
        - Ну, чай так чай, - усмехнулся он. - Да, интересно, что бы сказал министр экономики, который так самозабвенно ухаживал за вами на последнем приеме в посольстве, узнай он про вас. Весь вечер на глазах у всех целовать руки у простой официантки с сомнительным прошлым. - Дэвид не отрываясь смотрел на Джоан.
        Она не заметила его заинтересованного взгляда. Вскипятив воду, она начала разливать чай, когда неожиданно почувствовала на своих плечах руки Дэвида.
        - Прошу вас, пустите меня. - Джоан просто стояла и не сопротивлялась, настолько нелепой ей казалась ситуация.
        - Ну что ты, девочка моя. Я не хуже своего племянника умею обращаться с молоденькими официантками. - Говоря это, он развернул ее к себе лицом и начал медленно целовать, при этом его руки опускались все ниже. - Ты мне сразу понравилась, как только я тебя увидел. Такая красота не должна пропадать понапрасну. Я сниму уютную квартирку, где нам будет хорошо вдвоем. Ты ни в чем не будешь нуждаться. - Его поцелуи становились все более настойчивыми. - Какая тебе разница - я или мой племянник? Главное, что у меня тоже есть деньги.
        Когда-то Джоан знала, как поступать с нежелательными поклонниками. Там, где она выросла, приходилось учиться не давать себя в обиду. Но сейчас Джоан будто парализовало от страха. Да и что она могла сделать в подобной ситуации? Она была полностью в его власти. Выбора у нее не было: либо уступить, либо оказаться в полиции. Однако резкий запах алкоголя вывел ее из забытья. И, несмотря на то, что Джоан уже успела понять, насколько Дэвид силен и у нее практически нет шансов ему противостоять, неожиданно даже для самой себя она стала сопротивляться. Но Дэвид, подогретый изрядной долей спиртного, не обратил на это внимания. Когда он повалил Джоан на кровать и она поняла, что пропала и его не остановить, она сделала последнюю попытку:
        - Пожалуйста, пустите меня. У меня будет ребенок. - И в отчаянии добавила: - Ребенок Джорджа. - Она выставила имя Джорджа словно щит перед собой.
        Это подействовало как холодный душ. Дэвид поднялся и, еще до конца не осознавая сказанное Джоан, некоторое время стоял молча, оперевшись на стол и тяжело дыша. Потом он выпрямился, закрыл глаза и медленно провел по лицу рукой.
        - Еще одна случайность. Вы специалист по случайностям и времени даром не теряете. В бой вступила тяжелая артиллерия. Вы хороший полководец. Но я покончу с этим всем разом. - Он достал из кармана бумажник и положил на стол. - Это возьмете сейчас, остальное получите, как только уедете отсюда. Кстати, а Джордж знает о ребенке?
        Джоан сидела на кровати и никак не могла успокоиться, ее бил озноб. Она почти прокричала:
        - Мне ничего от вас не надо! Убирайтесь отсюда! Я не хочу вас видеть, никого из вашей семьи!
        Дэвид, напротив, уже взял себя в руки и спокойно ответил:
        - Поверьте, это обоюдное желание. Я обещаю оставить вас в покое, но прежде вы напишете письмо Джорджу.
        - Какое письмо, что вам еще от меня надо?! Не знает он о ребенке, не знает! Оставьте меня в покое, - произнесла она трясущимися губами. Больше всего ей сейчас хотелось остаться одной.
        Однако Дэвид настойчиво произнес:
        - Я не хочу, чтобы эта история длилась бесконечно. Если вы уедете, не объяснив хоть как-то причины своего бегства, Джордж будет искать вас. Поэтому вы должны написать ему что-нибудь вроде того, что полюбили другого, что уезжаете. Главное, чтобы, прочитав его у него не возникло сомнений на ваш счет. Придумайте сами. Но это можно будет сделать завтра, когда вы немного успокоитесь.
        Джоан резко встала и твердо заявила:
        - Либо сейчас, либо никогда. Завтра меня здесь уже не будет.
        Дэвид с облегчением вздохнул.
        - Ну вот и прекрасно. У вас найдется листок бумаги и ручка?
        - Найдется.
        - Хорошо.
        Джоан села за стол, и через несколько минут письмо было готово. Дэвид взял его и прочел.
        - Ну что ж, очень убедительно. Вы поступили правильно. Там, в бумажнике, несколько тысяч. На первое время вам хватит, потом сообщите свой адрес - я пришлю остальное. - Он положил письмо в карман и подошел к двери. - Прежде чем уйти, я хочу еще раз предупредить вас. Никогда - слышите, никогда! - больше не хочу ничего знать ни о вас, ни о вашем ребенке. Считайте, что вы еще хорошо отделались. И не дай бог вам придет в голову шантажировать нашу семью своею беременностью… - Его глаза гневно сверкнули, и он повторил с нажимом: - Не дай вам бог. Прощайте. - С этими словами он вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь.

3

        Прошло всего несколько месяцев с того памятного дня, когда Дэвид разоблачил Джоан. Спешно покинув Нью-Йорк, она нашла приют у своего дяди в Лос-Анджелесе, владельца небольшого кафе. Несмотря на то, что они не виделись много лет, он все же принял ее с условием, что она поможет ему в кафе. Тогда она была уверена, что уже ничто не поможет ей подняться. Но время все лечит. И сейчас, сидя на скамейке в городском парке Лос-Анджелеса, Джоан совсем не хотелось вспоминать о прошлом, она думала только о ребенке, который должен был скоро появиться на свет, и о том, что ради него она должна идти только вперед и не оглядываться. Однако прошлое само решило напомнить о себе, когда она меньше всего этого ожидала.
        Поднявшись со скамьи и подойдя к небольшому озерцу, возле которого играли дети, Джоан сама бы не смогла ответить, что заставило ее обернуться. По тропинке, ведущей к озеру, шел Дэвид. Она очень удивилась, ведь они общались исключительно через его поверенного. Когда он подошел совсем близко, ее поразила его тяжелая поступь и усталый взгляд.
        - Здравствуйте Джоан. Ваш дядя сказал, где вас можно найти.
        - Здравствуйте. Кажется, я ничем не нарушила нашего договора. Что же привело вас сюда? - удивленно спросила она.
        Дэвид опустил взгляд.
        - Мы могли бы поговорить где-нибудь в спокойном месте?
        Джоан нехотя согласилась.
        - Дядино кафе еще не открылось, но у меня есть ключ. Там нам никто не помешает.
        Они доехали на машине Дэвида до кафе. Джоан открыла дверь, и они прошли за один из столиков. Перед этим Джоан налила два стакана с содовой.
        - Спасибо.
        Было видно, как Дэвиду трудно начать разговор. Джоан решила ему помочь.
        - Итак, могу я узнать, чем вызван ваш визит? - Она обратила внимание на его дрожавшие руки, когда он пил содовую.
        - Я хочу попросить вас вернуться.
        Джоан удивленно посмотрела на Дэвида.
        - То есть как это?
        - Как будто ничего не было. Я прошу забыть о нашем договоре, вообще обо всем, что произошло. Вы должны вернуться к Джорджу. Он вас любит. Я просто тогда не знал, до какой степени он вас любит. А теперь он страдает.
        Ответ Джоан прозвучал довольно резко в тишине небольшого зала кафе:
        - Об этом не может быть и речи. И не потому, что я хочу кому-то отомстить. Просто вы были правы. Нельзя начинать семью с обмана. И тем более чтобы ребенок рос в такой семье. Я сама прошла через это. Мои родители жили друг с другом по инерции и постоянно выясняли отношения. Поверьте, ничего хорошего здесь нет. Мы с братом были предоставлены сами себе и постоянно сбегали из дому от вечных скандалов. Я не хочу такой же участи для своего ребенка.
        Дэвид молчал и все время смотрел куда-то в сторону. Она не могла до конца понять причины, по которой он приехал, однако после паузы твердо заявила:
        - Я уже вам сказала, что не люблю Джорджа. И вы знаете об этом лучше, чем кто бы то ни было, и мне, признаюсь, странно сейчас слышать от вас предложение вернуться. - Она поднялась со стула. - Думаю, дальнейший разговор не имеет смысла.
        Ее поразило, как внезапно его лицо стало серым.
        - Вы правы, за все в этой жизни приходится платить. Я вас тогда не пожалел, так с какой стати вы будете жалеть меня?
        Только сейчас Джоан заметила у него поседевшие виски. Поддавшись внезапно нахлынувшему чувству, она снова опустилась на стул и очень осторожно спросила:
        - Что с вами?
        Дэвид не смог справиться с волнением и почти шепотом проговорил:
        - Прошу вас, спасите моего сына!
        Джоан с удивлением посмотрела на него.
        - Вашего сына? Но я не знаю его. Как я могу ему помочь. Я и представления не имела, что у вас есть сын.
        После небольшой паузы она услышала:
        - Это Джордж. Он очень болен и сейчас находится в больнице.
        - О боже. - У Джоан от изумления округлились глаза.
        Предвосхищая вопросы, Дэвид решил сам все объяснить:
        - Мне было шестнадцать лет, когда я приехал в родительский дом на каникулы. В это же время там гостил старший брат с женой. Тогда все и произошло. Она сама созналась во всем брату, и тот простил ее, а ребенка усыновил. К тому времени они уже прожили вместе десять, лет и вряд ли у них могли быть свои дети.
        - А вы?
        - А что я? Мне было шестнадцать. Отец поставил условие, что я должен вернуться в колледж. Я увидел Джорджа, когда ему исполнилось уже четыре года.
        - Джордж знает?
        - Нет, - поспешно ответил Дэвид. - Вряд ли мое признание сделало бы его счастливее. Да и Барбара с Фрэнком не заслужили этого.
        - А мне Джордж как-то сказал, что восхищается вами.
        Дэвид с интересом посмотрел на Джоан, но ничего не ответил. Она же не могла скрыть свое удивление.
        - Да, сложная штука жизнь. Со стороны все, что происходило в вашей семье, казалось сказкой. А оказывается… - Джоан не договорила. Она была просто ошарашена признанием Дэвида и даже забыла на время, зачем Дэвид приехал к ней.
        И все же он первый очнулся от воспоминаний. Пристально посмотрев ей в глаза, он спросил:
        - Вы поможете мне, вернее Джорджу?
        Джоан сделала слабую попытку отказаться:
        - Ну как вы все это представляете? Неужели вы думаете, что мой приезд может что-нибудь изменить?
        - Вы поймите. После вашего отъезда Джордж все время находится в подавленном состоянии. Врачи говорят, что, если у пациента нет желания бороться, он обречен. А когда вы вернетесь, у него появится смысл в жизни. Он будет бороться. И, кто знает, возможно, случится чудо. - И, уже отвернувшись, он тихо добавил: - Вы ничего не потеряете, даже если Джордж умрет. Вы, как жена, будете иметь все права на наследство.
        - Ну зачем вы так? - Джоан задели слова Дэвида.
        - Простите. - Дэвид провел ладонью по лицу. - Я уже и сам не понимаю, что несу.
        Джоан решила сменить тему:
        - Вы так и не сказали, чем болен Джордж.
        - У него обнаружили сложное заболевание крови. Название вам ничего не скажет. Когда болезнь дала о себе знать и Джордж еще неплохо себя чувствовал, он прошел лечение в лучших клиниках Швейцарии и Англии. Были небольшие улучшения, но потом болезнь наступала с новой силой. Пришлось вернуться в Нью-Йорк. Врачи делают все, что в их силах, но за результат никто не ручается.
        Джоан слушала Дэвида, уже зная, что не поехать она не сможет. Боже, как далека она от той среды, в которой Дэвид и его семья вращаются с рождения! - думала она. Джоан понимала, что, вернувшись к Джорджу, вряд ли сможет им стать по-настоящему своей. Однако невозможно без боли в сердце смотреть на страдания любого человека, но когда в подобной ситуации оказывается такой сильный человек, как Дэвид, которого, казалось бы, ничто не в силах сломить, больно вдвойне. И Джоан приняла решение.
        - Хорошо, я поеду с вами.
        Дэвид только и смог произнести:
        - Спасибо.
        - Не благодарите. К сожалению, это все, что я могу сделать для Джорджа. А этого слишком мало.
        - Поверьте, это очень много. Когда я ехал сюда, то почти не надеялся уговорить вас, ведь я, мягко говоря, не очень-то хорошо с вами обошелся тогда.
        Джоан поспешно перебила Дэвида:
        - Давайте договоримся - никогда об этом не вспоминать.
        Первый раз за этот вечер она увидела на его лице улыбку.
        - Согласен. Единственное, о чем я хотел бы вас еще попросить, касается вашего имени. Все знают вас как Джоан, а родители Джорджа уже не в том возрасте, чтобы принять какие-то вещи. Вы понимаете?
        - Хорошо. Да я и сама привыкла к этому имени.
        - Да… Ну и, конечно, не проговоритесь, пожалуйста, Джорджу, что я его отец.
        - Можете на меня положиться.
        Какое-то время они еще сидели в кафе, беседуя как старые добрые друзья. Прошлое забылось или по крайней мере его очертания стали менее четкими. Острых углов не осталось. Они объединились, оказавшись лицом к лицу со страшной болезнью.
        Выехав на следующий день с утра, они ехали целый день и останавливались только однажды, чтобы подкрепиться. А еще Дэвид звонил домой сказать, что Джоан с ним и что необходимо как-то осторожно подготовить Джорджа для встречи с ней.
        В Нью-Йорке они оказались только под вечер. Подъехав к особняку, они не спешили выходить из машины. Джоан удалось немного вздремнуть, и сейчас она с трудом отходила ото сна.
        - Вы, наверное, очень устали? - спросил ее Дэвид.
        Его голос звучал заботливо. Именно этого сейчас больше всего не хватало Джоан - заботы. А еще ей вдруг стало по-настоящему страшно. Однако в этот момент боялась не только она.
        - Боже, что же я наделал?! На какой ад я нас всех обрекаю! - Дэвид с усилием сжал руль. - Сейчас я совсем не уверен, что поступил правильно.
        - Нет, вы все сделали правильно, - возразила Джоан. - Вы защищаете своего сына, и, кроме вас, никто этого не сделает. - Говоря это, она прикрыла своей рукой его руку. - Пойдемте.
        Дэвид помог ей выйти из машины, он был растроган великодушием Джоан.
        В доме вспыхнул свет, и несколько слуг выскочили встречать их. За ними шел мистер Фрэнк Боуин. Джоан удивилась тому, как он постарел.
        - Девочка моя. - Он обнял ее так, как будто она была их дочерью, хотя виделись они всего несколько раз, а потом спохватился: - Пойдемте же скорее в дом. Барбара скоро спустится, она очень устает последнее время. Почти не выходит из больницы.
        Не успели они зайти, как к ним навстречу буквально выбежала мать Джорджа.
        - Дорогая, ты все-таки приехала! - Джоан ощутила на щеках мокрое от слез лицо Барбары. - Я знала, что ты не откажешь. Ты спасешь нашего мальчика!
        Отец и мать смотрели на нее с огромной надеждой. Она не смогла выдержать этот взгляд и со слезами отвернулась. Она вдруг ясно поняла - они возлагают на нее слишком большие надежды, которые она не может оправдать. Лучшие светила со всего мира не смогли справиться со страшной болезнью. Что же может сделать она, слабая женщина?
        Барбара, как бы опомнившись, всплеснула руками.
        - Боже, ты с дороги, а мы тебя держим на пороге. В твоем состоянии давно пора отдыхать. - С этими словами Барбара с Фрэнком увели Джоан в дом.
        Все это время Дэвид стоял в стороне, оставаясь безучастным свидетелем этой сцены. Казалось, он был режиссером, который только один знает, как закончится спектакль. Он совсем не хотел, чтобы его мрачные прогнозы сбылись, но кардинально повлиять на ситуацию он уже вряд ли мог. Ситуация полностью вышла из-под контроля.


        За ночь Джоан так и не смогла отдохнуть, она то засыпала, то просыпалась, тысячи мыслей не давали ей покоя. Спасибо Барбаре, которая, понимая ее положение, приказала принести ей завтрак прямо в постель. Она взялась опекать Джоан так, как если бы та была ее дочерью.
        Сама же Джоан думала о предстоящей встрече с Джорджем. Сможет ли она правильно повести себя и не выказать смятения, происходящего в ее душе. Она пыталась отыскать там хоть капельку любви, но колодец был пуст. Возможно, если бы у них было больше времени, она смогла бы его полюбить по-настоящему, но разлука в несколько месяцев задушила едва только зарождавшуюся любовь в зародыше. Джоан даже казалось, что они не виделись не несколько месяцев, а несколько лет. Настолько события того времени казались далекими. И только ребенок, который должен был скоро появиться на свет, не давал Джоан усомниться в том, что все, что произошло когда-то между ней и Джорджем, было на самом деле.
        Утром, сразу после завтрака, они все вместе отправились в больницу - Джоан, Фрэнк, Барбара и, конечно, Дэвид. Джоан нервничала, понимая в какое болото она себя загнала. Добровольно обрекать себя на дежурство возле постели умирающего, практически чужого для нее человека…
        Но, когда она вошла в палату и увидела Джорджа, такого изможденного, сломленного не только тяжелой болезнью, но и ее внезапным исчезновением, все ее сомнения и страхи показались настолько мелкими, что она тотчас позабыла о них. Джоан вдруг поняла, что готова на все жертвы мира, чтобы спасти отца своего ребенка, наконец просто человека, который никогда не сделал ей ничего плохого, а только старался во всем угодить. Так неужели она в такой час будет думать о любви?! Нет, она припрячет эти глупые мысли подальше до лучших времен. Конечно, Джоан была реалисткой и допускала любой исход, но она точно знала, что, когда ее ребенок вырастет, он не сможет обвинить ее в предательстве по отношению к отцу в самый страшный момент его жизни.
        Она просто стояла в дверях и смотрела на Джорджа, не в силах пошевелиться. Джордж, напротив, едва увидев Джоан, буквально бросился к ней, тем самым приведя своих родных в недоумение, ведь уже неделю он почти совсем не вставал.
        - Джоан! Я знал, что ты вернешься, любовь моя! - Он обнял ее, и так они простояли несколько минут. Джордж боялся отпустить Джоан, боялся, что она тотчас исчезнет, словно мираж.
        На его лбу выступила испарина, и Джоан, заметив это, поспешила усадить его обратно в кресло. К тому же из-за волнения ей тяжело было говорить, поэтому, поправляя плед в ногах Джорджа она выгадывала немного времени, чтобы прийти в себя.
        Барбара не выдержала и, разрыдавшись, выбежала из палаты. Фрэнк и Дэвид последовали за ней. Не хотели мешать. Да и такой трогательный момент мог пронять даже мужчин.
        - Пожалуйста, не волнуйся. Тебе это вредно. - Джоан разговаривала с Джорджем как с ребенком: нежно и ласково.
        Его глаза блестели от волнения и усталости, и он прикрыл их.
        Испугавшись, она с беспокойством спросила:
        - Тебе плохо? Позвать доктора?
        Улыбнувшись и открыв глаза, он покачал головой.
        - Нет, сейчас пройдет. Ты даже не представляешь, как я счастлив. Вчера меня предупредили о твоем приезде и о ребенке тоже сказали, но я до последнего момента не мог поверить в то, что ты вернешься. Я хотел сам поехать к тебе, но мне не дали это сделать.
        Джоан взяла его руку и поцеловала.
        - Джордж… - она сомневалась, не зная как сказать, - то письмо, которое я написала, забудь о нем, там все неправда.
        Он прикрыл ее рот ладонью, не дав договорить.
        - Не говори об этом. Ты здесь, а прошлое пусть остается в прошлом.
        Джоан поразило его великодушие. Она снова склонилась к его руке.
        - Ты прав, не будем вспоминать прошлое. Главное, чтобы ты выздоровел.
        Джордж наклонился и поцеловал ее.
        - А для меня главное - это ты и ребенок. Сейчас мне уже ничего не страшно.
        Всю последующую неделю они провели вместе. Джоан приходила с утра в больницу и оставалась там почти до самого вечера, даже обедала вместе с Джорджем. Он не мог обходиться без нее. Они говорили о ребенке, о том, как его назовут, тем более уже было известно, что будет мальчик, а еще строили планы на будущее. Пожениться решили через несколько дней. Дэвид сказал, что сам все организует и их зарегистрируют прямо в больнице.

4

        Церемония прошла скромно, присутствовали только самые близкие родственники. Но Джорджа это совсем не волновало. Он был абсолютно счастлив. Единственное, что его огорчило, это то, что врачи не разрешили ему даже на одну ночь покинуть больницу. Он должен был оставаться под их наблюдением, а Джоан также требовался отдых, ведь через месяц ей предстояло родить. Поэтому почти сразу после церемонии новобрачным пришлось попрощаться.
        Сама жизнь расставила все по своим местам. Оказавшись дома в спальне, она представила: а что, если бы все было по-другому? Настоящая свадьба и жених - не в больнице, а в этой огромной постели вместе с ней, была бы она счастлива? Вряд ли. И все же Джоан никогда еще не ощущала себя так одиноко.
        Сидя на кровати, она вспоминала прошедший день, свадебную церемонию. Все в этой свадьбе было странно. Ее даже не спасало подвенечное платье невесты, украшенное сотнями крохотных бриллиантов. Странная церемония, потому что проходила в больнице, странная невеста, потому что перед Богом она уже жена, странный жених - только что из-под капельницы. А гости больше напоминали верующих, которые приносят жертву богам, чтобы те спасли их сына. А жертвой, конечно, была она. Сейчас же ее оставили одну - помолиться.
        Неожиданно в дверь постучали.
        - Войдите.
        Джоан была бы сейчас рада любому, кто бы разделил с ней ее одиночество. Но Дэвиду она была рада вдвойне, ведь он единственный, кто знал истинное положение вещей, поэтому с ним она могла быть сама собой. На его лице сияла улыбка, а в руках он держал шампанское. Вслед за ним слуга вкатил столик с фруктами.
        - Вижу, совсем заскучала. Сейчас мы устроим настоящий пир.
        Он разлил шампанское по бокалам и протянул один Джоан. Она сделала протестующий жест.
        - Мне нельзя.
        - Ничего страшного. Немного шампанского не опасно.
        Она сдалась и взяла бокал. А Дэвид принял торжественный вид, подобающий ситуации, и произнес тост:
        - Итак, выпьем за жениха и невесту и пусть этот союз продлится долгие годы! - И со значением добавил: - За Джоан Боуин!
        Джоан немного отпила из бокала и с грустью поставила его на столик.
        - Ну же, не надо грустить. - Дэвид взял ее руку. - Поверь, все будет хорошо.
        Она встала и вышла на террасу. Дэвид последовал за ней.
        - Вы знаете, я всю жизнь мечтала стать богатой и считала, что деньги могут решить любые проблемы, - сказала Джоан, задумчиво глядя на звездное небо.
        - А сейчас ты думаешь по-другому?
        - Сейчас не знаю. Во всяком случае, в данную минуту я бы предпочла находиться где-нибудь в дешевой забегаловке, чем в этом роскошном доме. А еще в одном я уверена точно - за все в этой жизни приходится платить.
        - Неужели настолько тяжело?
        Джоан не ответила.
        Дэвид как мог пытался ее успокоить:
        - Постарайся думать о ребенке. Я понимаю твое сегодняшнее состояние, но, поверь, когда ребенок будет расти, ты поймешь, что с деньгами перед ним откроются огромные возможности. Он получит все, что пожелает. Это совсем другая жизнь. Многие матери могут только мечтать об этом для своих детей.
        - Наверное, вы правы.
        - Однако ты сделала ошибку, настояв на контракте, по которому тебе лично ничего не принадлежит.
        Немного помедлив, она все же ответила:
        - Просто очень многое изменилось с тех пор, как я пыталась заполучить всеми правдами и неправдами вашего сына в мужья. Я поняла, что хочу сама зарабатывать на жизнь и ни от кого не зависеть.
        - Вот как раз в этом я тебя понимаю. Но и ты должна понять, что, живя с Джорджем, это будет невозможно. Тебе придется вести светский образ жизни согласно положению, которое занимает наша семья в обществе.
        Джоан улыбнулась.
        - Обещаю, что не подведу.
        - А я не сомневаюсь, что ты справишься. Ты выглядишь настоящей леди.
        - Спасибо вам. Если бы не вы, не знаю, что бы со мной здесь было. Порой я чувствую себя такой одинокой.
        Дэвид горько усмехнулся.
        - Но ты забыла, что это я сначала насильно разлучил тебя с Джорджем, а потом, когда ты этого совсем не хотела, уговорил вернуться к нему.
        - Я ничего не забыла. Это вы забыли, что у меня был выбор: возвращаться сюда или нет. А уж к моей беременности вы совсем не имеете никакого отношения.
        - Кто знает, может, как раз об этом я сожалею больше всего.
        Джоан с удивлением посмотрела на Дэвида. Но он демонстративно посмотрел на часы, предоставив ей самой разгадывать его последнее заявление.
        - Ах какой же я болван! Тебе давно пора отдыхать.
        Они зашли обратно в комнату, и Дэвид, пожелав ей спокойной ночи, отправился к себе.
        Джоан собралась было уже переодеваться ко сну, когда услышала стук в дверь: вероятно, кто-то еще хотел пожелать ей спокойной ночи.
        - Войдите.
        Оказалось, это был отец Джорджа.
        - Разреши, я ненадолго.
        - Конечно, входите, - поспешно ответила Джоан.
        Она пригласила его сесть в кресло, а сама расположилась на кровати. Только сейчас Джоан заметила в его руках небольшую шкатулку.
        - Я лишь хотел сказать, что очень рад за вас с Джорджем. Мы с Барбарой не знаем всего, что произошло между вами и почему ты уехала, но, честно говоря, и не хотим влезать в ваши отношения. Главное, это снова видеть Джорджа счастливым. А еще мы хотим преподнести тебе наши фамильные драгоценности.
        Джоан запротестовала:
        - Ну что вы, не надо. Я ничем не заслужила этого.
        Но Фрэнк не стал ее слушать. Он открыл шкатулку и достал из нее бриллиантовое колье невероятной красоты, под стать ему диадему и браслет.
        - Я передаю все это тебе с радостью. Ты носишь под сердцем нашего внука, и большего утешения я бы не смог желать для себя.
        Джоан держала в руках шкатулку и не могла вымолвить ни слова. От волнения у нее перехватило дыхание. С одной стороны, она была тронута вниманием и заботой о ней родных Джорджа, а с другой стороны - чувствовала себя не в своей тарелке оттого, что хоть и во благо, но все же обманывает их в том, что касается ее отношения к Джорджу. И в этом обмане, в котором она вынуждена будет жить, ей, похоже, придется находиться еще очень долго, возможно всю жизнь.
        Однако пути назад уже не было, поэтому она просто поблагодарила Фрэнка за подарок:
        - Спасибо.
        Они обнялись и пожелали друг другу спокойной ночи.
        Для Джоан наступила еще одна бессонная ночь.

5

        А потом потянулись дни ожидания материнства, похожие один на другой. Барбара с Фрэнком постоянно были рядом, готовые выполнить любое ее желание. Джоан тяготилась этой заботой, она не умела даже принять ее как следует. Никто и никогда не проявлял к ней такого внимания, все проблемы ей приходилось решать самой. Сейчас же она не успевала даже подумать, как все мгновенно выполнялось. Единственное, что ей было позволено делать, это посещать Джорджа в больнице. Конечно, Джоан не мечтала вернуться к работе официантки, но она была уверена, что праздность не для нее.
        Как-то Джоан поделилась своими мыслями с Дэвидом, но он только посмеялся над ней и посоветовал не забивать свою голову всякой чепухой, а думать только о ребенке.
        - Теперь ты по праву принадлежишь к семейству Боуинов. Считай, что родить здорового ребенка и есть твоя основная работа, - сказал он ей тогда со значением.
        И она решила принять все происходящее как должное.
        Тем более что суета еще больше усилилась, когда выяснилось, что состояние Джорджа стабилизировалось после последнего переливания крови. Хотя из больницы его по-прежнему не выпускали. Произошло настоящее чудо, и все буквально молились на Джоан, даже не сомневаясь в том, что улучшение произошло исключительно благодаря ее возвращению.
        И вот долгожданный день родов настал. Проснувшись рано утром, Джоан сразу поняла, что что-то не так. Она не сразу решилась кого-то позвать, зная, что поднимет весь дом. Но, когда боли усилились, ей пришлось это сделать. Она поднялась и с трудом дошла до спальни Барбары. Как только Джоан зашла к ней, та сразу все поняла. Обычно очень чувствительная и суетливая, сейчас Барбара была само спокойствие. Она помогла собрать необходимые вещи, и они поехали в клинику. Фрэнк сопровождал их.
        После недолгого отдыха, когда началась очередная схватка, она в изнеможении повернула голову и увидела Дэвида, который сидел рядом. Джоан хотела было что-то сказать, но вместо этого только скривилась от боли, схватившись за его руку.
        - Все будет хорошо. Если тебе хочется, покричи. - Он был так добр к ней. - А может, мне уйти?
        - Нет, останься, - только и смогла вымолвить она.
        Дэвид еще много чего говорил, но она почти не слышала его. Он наклонялся, вытирал пот с ее лба, а потом снова что-то рассказывал. Странно, но Джоан почему-то не думала, как он здесь оказался и кто его пустил, она подумала о его руке. Она так сильно ее сжимала, что наверняка на ней еще долго будут синяки. А потом она действительно стала кричать, а когда уже, казалось, стало совсем невмоготу, ее повезли на роды. Дэвида туда не пустили…
        - У вас мальчик, - услышала она словно издалека.
        К сожалению, ребенка почти сразу унесли, так как Джоан была просто без сил, все было словно в тумане. Но сквозь этот туман она вдруг ясно разглядела образ Дэвида.
        - Дэвид? - произнесла она почти беззвучно.
        - Молчи, тебе надо беречь силы.
        - А где Майкл, почему он не со мной? - забеспокоилась Джоан.
        Дэвид не понял, о ком она говорит, и вопросительно посмотрел на нее.
        - Мой мальчик. - Больше она была не в силах говорить.
        Дэвид понимающе кивнул.
        - Когда отдохнешь, его принесут.
        Медсестра сделала ей укол, и она погрузилась в спасительный сон. Последнее, что она чувствовала, как рука Дэвида гладила ее руку.
        На следующий день Джоан чувствовала себя несравнимо лучше и чуть не вскочила, когда ей принесли ребенка. Даже когда он уснул, она не хотела выпускать его из своих рук. Она сама почти дремала, когда неожиданно услышала веселый голос, который несомненно принадлежал Дэвиду:
        - Ты стала еще прекрасней.
        Его почти не было видно из-за огромного букета роз.
        - Я, конечно, понимаю, что мой скромный букет затеряется в вашем саду, но все же поздравляю. - Он подошел и поцеловал Джоан, а букет поставил в свободную вазу. - У тебя тут целый цветник.
        Она смутилась, вспомнив вчерашний день, ведь Дэвид видел ее в таком неприглядном виде, поэтому смущенно пробормотала:
        - Да, боюсь, как бы это не повредило ребенку. Но все равно спасибо за цветы. - Она положила спящего сынишку в кроватку. Ей хотелось поблагодарить Дэвида за поддержку, но она не знала, как это сделать. - Я хотела сказать…
        Но Дэвид намеренно перебил ее:
        - Ой, а кто это у нас такой славный? - Он подошел к кроватке и, наклонившись, внимательно посмотрел на Майкла. - Вылитый Джордж в детстве.
        Джоан ничего не оставалось, как кисло улыбнуться и тоже сменить тему.
        - Все время спит. Я уже начинаю беспокоиться. - Она наклонилась над ребенком и поправила ему одеяльце.
        - Ничего страшного, а что им еще делать. Сейчас это для них самое главное - хорошо кушать и спать, - успокоил ее Дэвид.
        - Как Джордж? Он сегодня звонил, я беспокоюсь, как бы новость о рождении сына не взволновала его.
        - Конечно, это его взволновало, но чувствует он себя хорошо. Он беспокоился, что не смог быть с тобой рядом. Все рвался сюда, но врачи, конечно, не пустили. Ну ладно, отдыхай, скоро домой. А там уже покоя не будет.
        - А мне кажется наоборот. Наверняка Барбара все, что касается Майкла, возьмет в свои руки, и я останусь не у дел.
        - Возможно. Но я знаю, ты будешь сопротивляться.
        Дэвид был уже у двери, когда Джоан все же не выдержала и поблагодарила его:
        - Спасибо тебе, Дэвид. Если бы тебя рядом не было, я не знаю, что было бы со мной.
        Он повернулся к ней и с улыбкой произнес:
        - Не стоит, ты сама молодец, а я только руку подставил.
        Джоан ничего не ответила, а только рассмеялась. Все-таки как с ним легко!


        И она оказалась права - Барбара ни на секунду не оставляла Майкла, да еще наняла няню. А когда у Джоан пропало молоко и ребенок перешел на искусственное вскармливание, Барбара взяла это на себя. Заглядывала в спальню к Джоан и под предлогом, что той надо отдохнуть, забирала внука к себе. И в конце концов Джоан осталась не у дел.
        Однажды она стояла у окна и провожала глазами Барбару, которая пошла гулять с Майклом. Она даже не заметила, как невольный вздох вырвался у нее из груди.
        - А не пойти ли и нам прогуляться? - прозвучало у нее за спиной.
        От неожиданности Джоан резко обернулась и увидела Дэвида. Как всегда одетый с иголочки, он излучал такую энергию, что невольно заставил Джоан внутренне подтянуться.
        - К сожалению, вынуждена отказаться, - сказала она с горькой улыбкой. - Я обещала зайти к Джорджу до обеда, он и так, наверное, заждался.
        - Я был у него, он просил передать, что процедуры перенесли на утро и он ждет тебя после обеда. Так что мы можем спокойно идти гулять.
        Лицо Джоан по-детски засияло.
        - Ну хорошо, я только переоденусь! - воскликнула она в порыве искренней радости.
        - Вот и славно. Я буду ждать в машине.
        Когда Дэвид ушел, Джоан бросилась к шкафу и стала лихорадочно перебирать платья. Она поймала себя на мысли, что чувствует себя так, будто у нее свидание. Однако ничего поделать с собой не могла - она действительно очень хотела выглядеть перед Дэвидом безупречно, поэтому выбрала самое лучшее и любимое из всех своих платьев - обтягивающее, стального цвета с перламутровыми пуговицами. Когда Джоан надела его, она почувствовала себя намного уверенней. А нитка жемчуга на шее придала законченность ее образу. Волосы она тщательно расчесала, но оставила распущенными и лишь с одной стороны закрепила заколкой, отчего стала выглядеть немного кокетливо.
        Когда она подошла к машине, Дэвид только и смог, что в изумлении присвистнуть.
        - Я-то хотел всего лишь прогуляться в городском парке и пропустить пару стаканчиков в баре, но, видно, об этом придется забыть.
        - Да уж, для забегаловки я выгляжу слишком роскошно, - согласилась с ним Джоан.
        - Значит, едем в ресторан.
        И они оба заразительно рассмеялись. Дэвид распахнул перед Джоан дверцу. Сев в машину, она скомандовала:
        - Приказываю отвезти изголодавшуюся даму в самый шикарный ресторан этого города.
        - Слушаюсь.
        В ресторане Джоан поняла, что давно не чувствовала себя так раскованно. Словно узник, которого выпустили на свободу, она наслаждалась всем вокруг. И, по-видимому, чтобы закрепить это настроение, она восторженно воскликнула:
        - Хочу танцевать!
        Дэвид позвал официанта и попросил включить музыку. Зазвучала медленная мелодия. Дэвид, казалось, в какой-то момент засомневался, но потом все же подошел к Джоан и помог ей подняться. От выпитого шампанского у нее слегка кружилась голова, и она положила ее Дэвиду на плечо. Казалась, Джоан парит над землей, так хорошо ей было, но неожиданно она почувствовала, что руки, держащие ее за талию, полыхают огнем. Она подняла глаза и внимательно посмотрела на Дэвида - его лицо было вполоборота к ней. Он избегал смотреть ей в глаза, но она смогла все же прочесть на его лице все то, что чувствовала сама: напряжение, сильное сексуальное напряжение. Это открытие только подтвердило ее догадку, что ее внезапно возникшее влечение к Дэвиду взаимно. Музыка закончилась. Дэвид почти с облегчением отпустил руки и проводил Джоан на место. Они заказали еще по коктейлю. Дэвид первый нарушил молчание:
        - Ну что, нам пора. - Его голос звучал глухо. Он избегал смотреть ей прямо в глаза.
        - Да, пора, - повторила Джоан словно эхо.
        Когда они отъехали от ресторана, Дэвид направил машину в сторону, противоположную их дому. Увидев это, Джоан удивленно воскликнула:
        - Но разве мы не едем домой?!
        - Нет, - коротко бросил он.
        Однако Джоан не удовлетворил такой ответ.
        - И все же куда мы едем?
        Дэвид не выдержал и рассмеялся.
        - Ты нетерпелива, как маленький ребенок.
        Она засмеялась в ответ и театрально подняла руки вверх.
        - Ну хорошо, сдаюсь, вези меня хоть на край света. Развлекаться так развлекаться.
        - Вот сразу бы так. Вы, современные женщины, хотите все держать в своих руках, но иногда надо довериться мужчине, подчиниться его воле.
        Она продолжала улыбаться, но в душе у нее было вовсе не так безоблачно. Она чувствовала, что и так излишне доверилась мужчине - именно потому, что в ее понимании он был слишком мужчина. Его обаяние действовало безотказно, и, похоже, он умел им пользоваться. Хотя, с другой стороны, Джоан интуитивно догадывалась, что и Дэвиду приходится нелегко. Слишком много барьеров стоит на их пути. Однако то, что успело возникнуть между ними, уже не могло просто так бесследно исчезнуть.
        Они подъехали к модному магазину на Лексингтон-авеню. Джоан когда-то покупала здесь платье для встречи с Джорджем. Она с недоумением посмотрела на Дэвида.
        - Зачем ты привез меня сюда? Решил подарить мне платье?
        Дэвид так засмотрелся на нее, что не сразу ответил.
        - Ну что же ты молчишь? Я в замешательстве, ты меня так заинтриговал.
        - Немного терпения, это сюрприз, - ответил он, быстро отведя глаза в сторону. Но было уже поздно. Джоан, конечно, видела этот взгляд, его нельзя было спутать ни с чем. Она лишний раз убедилась, что нравится Дэвиду, и от этого подтверждения ей стало хорошо на душе.
        Они зашли в магазин, где их встретили продавцы и менеджеры, выстроившиеся в ряд. Дэвид представил им Джоан:
        - Познакомьтесь. Джоан Боуин - ваш новый управляющий. Прошу любить и жаловать.
        Джоан удивленно и в то же время радостно уставилась на Дэвида. Но он проигнорировал ее немой вопрос.
        - С этого дня все вопросы по работе с магазинами будет решать она. Сара, - обратился он к одному из администраторов, - покажите, пожалуйста, миссис Боуин магазин.
        Джоан с интересом слушала все, что ей говорили, и время от времени поглядывала на Дэвида. Он снова смотрел на нее не отрываясь, как недавно в машине, и ей это нравилось. Да и сама она знала, что выглядит великолепно.
        Они провели в магазине полдня. Джоан ознакомилась с новой коллекцией и не смогла удержаться, чтобы не примерить несколько платьев. Все восторженно заохали. Действительно, любой наряд был ей к лицу.
        Уставшие, они вышли из магазина и сели в машину.
        - Спасибо тебе, ты подарил мне отличный день. Жаль, что сказка закончилась, - сказала Джоан с сожалением.
        - Все только начинается, - возразил Дэвид.
        - Ты знаешь, что это невозможно. Зачем ты дразнишь меня? - Невольный вздох вырвался у нее из груди.
        Дэвид внимательно посмотрел на нее.
        - Почему невозможно?
        - Ты прекрасно понимаешь почему. Я должна быть рядом с Джорджем.
        - Но Джордж сам предложил, чтобы ты поработала в магазинах.
        - Да? - Она была удивлена.
        - Он видел твою маету и решил обсудить это со мной. Он сказал, что ему самому будет легче, если у тебя появится интересное дело, потому что все больше и больше чувствует себя эгоистом.
        - Но это не так. Джордж ни в чем не виноват! - возразила Джоан с горячностью.
        - Да, конечно, но, думаю, тебе это пойдет на пользу, а значит, и Джорджу будет только лучше.
        Отказаться от такого предложения было невозможно. Ведь еще такой возможности вырваться из четырех стен, может, больше не представится.
        - Возможно, ты прав. Да что там, я просто счастлива. - Она действительно вся сияла.
        - Ну вот и славно. С завтрашнего дня можешь приступать. - Дэвид говорил серьезно, но ему понравилась реакция Джоан на его предложение.
        - Ты настоящий волшебник. Не просто угадываешь желания, но и исполняешь их. - Она была ему очень благодарна.
        Дэвид мрачно усмехнулся.
        - Жаль, что мои желания некому исполнить.
        Джоан внимательно посмотрела на него.
        - И какие же у тебя желания? Может, я смогу помочь?
        Лицо Дэвида сделалось непроницаемым, он как будто отгородился от нее неведомой стеной. И только сухо произнес:
        - Вряд ли.
        Оставшуюся часть пути они ехали молча. И только когда они приехали домой и Дэвид помог ей выйти из машины, Джоан неожиданно даже для самой себя сказала:
        - Может быть, тебе стоит больше доверять мне?
        Но Дэвид уже взял себя в руки.
        - Давай не будем об этом. Ни к чему хорошему такие разговоры нас не приведут.
        Джоан задел его ответ. У нее было такое чувство, что она навязывается. Она гордо вскинула голову и направилась к дому не оглядываясь. Ну что ж, может, действительно, как говорит Дэвид, лучше иногда довериться мужчине. Пусть он принимает решение.
        Она направилась в душ, чтобы немного успокоиться перед встречей с Джорджем. Она боялась, что горящий огонь в глазах может выдать ее.

6

        Итак, Джоан самозабвенно взялась за управление магазинами. Она изголодалась по работе - что, кстати, ее саму очень удивило, поэтому старалась использовать каждую минуту. Дэвид ей всячески помогал, но в то же время смотрел на все с иронией. Однако со временем, видя, что дела у Джоан идут хорошо, он стал более серьезно относиться к ее идеям и новшествам. Она действительно очень старалась, и ее успехи отдалили ее от Дэвида, так как он все меньше и меньше стал появляться в магазинах. И уже через несколько месяцев Дэвид полностью передал управление в ее руки.
        Джоан записалась на курсы, и теперь у нее практически не оставалось времени ни на что другое. Правда, когда она вечером без сил буквально валилась на кровать, то, засыпая, она все же успевала подумать о Дэвиде. Он по-прежнему держал ее на расстоянии, хотя не заметить его отношения к ней было невозможно. Джоан часто ловила на себе его взгляды, но, заметив, что она тоже на него смотрит, он тотчас отворачивался.
        За несколько месяцев жизнь Джоан устоялась: она была занята ребенком, работой, учебой и была рада этому. Но однажды, когда она как обычно пришла к Джорджу в больницу, привычный уклад ее жизни был нарушен. Он радостно сообщил ей, что уже через неделю будет дома.
        Конечно, Джоан была рада его выздоровлению, ведь, собственно, для этого она когда-то вернулась и провела не одну бессонную ночь рядом с его постелью. Но тогда она просто хотела помочь отцу своего ребенка, по возможности спасти его. А сейчас Джоан ясно поняла, что ей придется исполнять более трудную роль - роль жены. И если роль сиделки она исполняла искренне, по велению сердца, то роль жены ей придется сыграть по-настоящему.
        Все эти мысли вихрем пронеслись у нее в голове. Джоан была абсолютно не готова к таким переменам. Поэтому, когда Джордж сообщил ей новость, она только и смогла, что кисло улыбнуться в ответ. Боже, что же теперь будет с ними со всеми?! До нее только сейчас начал доходить смысл всего происходящего. Теперь она смотрела на Джорджа совсем другими глазами, и представить его в роли своего супруга она никак не могла: перед ней был абсолютно чужой человек.


        Пока Джордж был в ванной, Джоан лежала в постели и думала о странностях жизни. Они были женаты уже почти десять месяцев, у них был ребенок, но сегодня у них была первая брачная ночь. Она вспомнила, как Дэвид посмотрел на нее, когда они сидели за ужином и Джордж сказал, что наконец-то он дома и Джоан не придется больше спать одной. Никто не укорил его за эту вольность, все понимали, через что ему пришлось пройти. Только Дэвид поспешно встал и, сославшись на срочный звонок, вышел из столовой. Тогда она почти злорадствовала ему вслед. Но сейчас она думала о нем с грустью. Ведь ей было не слаще, чем ему.
        Когда Джоан услышала, что Джордж выходит из ванной, она струсила и притворилась спящей. Однако, почувствовав, как он гладит ее волосы, она открыла глаза. Джордж не мог оторвать от нее взгляд.
        - Я люблю тебя. Мне кажется, я и выжил только благодаря тому, что мечтал об этой минуте.
        Он наклонился и стал целовать ее, не переставая говорить ей ласковые слова. Джоан еще секунду назад была готова закричать, когда он приблизился к ней, но все-таки она ответила ему. Да и как она могла не ответить? Она была его женой перед Богом и людьми - любящей, самоотверженной, проводящей бессонные ночи у его постели. И только она одна могла провести грань между этой Джоан и той Джоан, которая, поддавшись на уговоры Дэвида, хотела лишь облегчить страдания отца своего ребенка. Однако она даже не заметила, как ее отношения с Джорджем - самоотверженная сиделка и тяжелобольной - перерастали в игру под названием «семья». И ей волей-неволей придется выучить роль жены назубок. Спектакль зашел слишком далеко.
        На следующий день они отправились на остров, который принадлежал Джорджу, чтобы побыть там исключительно вдвоем. Майкл остался с бабушкой и дедушкой. Джоан не хотелось оставлять работу, но Джорджу отказать она тоже не могла. После почти года, проведенного в больнице, ему просто необходим был простор и свобода.
        Сначала поездка захватила Джоан. Она еще никогда не была в таком красивом месте. Остров располагался в Атлантике, вернее это был архипелаг, состоящий из островков, соединенных волей человека. На небольшом пространстве удивительным образом соседствовали вместе тропический лес, холмы и великолепный пляж. А вдоль одного из берегов тянулась гряда неприступных скал. А когда Джоан увидела розовых фламинго спокойно гуляющих по берегу, она радовалась как ребенок. Однако через несколько дней ее энтузиазм улетучился. Вернуться в круговерть большого мегаполиса стало единственным ее желанием. Это было одиночество вдвоем. Правда, Джордж об этом пока не догадывался.
        Как-то гуляя по пляжу, Джордж признался Джоан:
        - Ты знаешь, я очень рад, что выполнил свое обещание отвезти тебя на наш остров. Жаль только, что пока мы не можем остаться здесь навсегда.
        - Ну разве это так важно, главное - ты выздоровел.
        Он остановился и пристально посмотрел ей в глаза. Джоан очень смутил этот взгляд. В нем можно было прочитать все, что чувствовал Джордж по отношению к ней: любовь, нежность и невероятную страсть. Он обнял ее и тихо проговорил:
        - Ты еще ничего не поняла. Все, что касается тебя, для меня очень важно. И я буду всегда стремиться сделать для тебя даже невозможное. - Продолжая пристально смотреть на нее, он увлек ее за собой на теплый песок. - Нас могут увидеть. - Джоан немного отстранилась от него.
        Но Джордж, еще более тесно прижавшись к ней, накрыл ее рот долгим поцелуем и, оторвавшись только на миг, улыбаясь ответил:
        - Кто может помешать любить мне свою жену на моем собственном острове?
        Джоан закрыла глаза, отдавшись воле судьбы и поцелуям Джорджа.
        Уже, когда они, уставшие, лежали на песке и их ноги ласкал океан, Джоан в задумчивости сказала:
        - Ты прав, тебе никто не может помешать.
        К счастью, Джордж, ослепленный счастьем, не уловил в ее интонации грустные нотки.
        Вернулись они только через месяц. Джордж был счастлив и полон решимости покорить весь мир и бросить его к ногам Джоан. А она просто хотела вернуться к своему сыну, а еще к работе в своих магазинах. Это единственное, что ее отвлекало от мыслей о Дэвиде.
        А о нем она вспоминала все чаще и чаще и уже понимала - то, что они будут вместе, это вопрос времени.
        И если Дэвид избегал встреч с Джоан, то Джордж, напротив, буквально обволакивал ее своим вниманием, заботой, подарками. Предупреждал все ее желания. Даже начал вмешиваться в работу ее магазинов, но она вовремя его остановила, резко и решительно. Джоан просто необходим был оазис свободы. Иначе она могла просто не выдержать. Ее постоянно окружали близкие люди: Майкл, Джордж, Барбара, Фрэнк. Но она была так одинока, ведь рядом не было самого главного человека - Дэвида. Она видела, как он смотрел на нее во время своих коротких визитов в Нью-Йорк, однако Джоан не понимала, почему он ничего не предпринимает.
        Засыпая в объятиях Джорджа, Джоан думала о том, что где-то рядом находится Дэвид. Его спальня была всего в нескольких метрах от их спальни. Неужели сейчас он не думает о ней. Нет, не может быть. Ведь сама она ждала только знака от него. Более того, со временем ей стало казаться, что Дэвид все больше и больше отдаляется от нее. После долгих командировок он большую часть времени проводил в своей квартире, а не в семейном особняке. А в те редкие моменты, когда они все же оказывались наедине, он спешил скорее уйти, ссылаясь на срочные дела. Она старалась не показывать вида, какую боль это доставляет ей, но в душе у нее бушевал ураган.
        Однажды, когда она завтракала в одиночестве, так как Джордж улетел в Бостон, в гостиную вошел Дэвид. Увидев, что она одна, он немного замешкался, но потом все же решил остаться.
        - Ты меня боишься? - спросила Джоан с иронией, заметив его нерешительность.
        - Почему ты так решила? - ответил он вопросом на вопрос, намазывая при этом на тост масло.
        - Да так, показалось. С тех пор как Джордж вернулся, мы ни разу не разговаривали наедине. - Она уже закончила завтракать, но выходить из-за стола не спешила.
        - Думаю, сейчас вам с Джорджем лучше не мешать.
        От этих слов ее передернуло. Ей даже показалось, что он нарочно хотел ее задеть. Но она не осталась в долгу.
        - Скажи, а я тебе нравлюсь? - Ее ироничный взгляд должен был смягчить откровенность вопроса.
        На первый взгляд Дэвид выглядел спокойно и вопрос Джоан никак не смутил его. Однако от нее не ускользнула его напряженная поза. Он пристально посмотрел ей в глаза.
        - Итак? - поторопила его Джоан.
        - Ты знаешь, что нравишься. - Он опустил глаза, и она поняла, что не ошиблась.
        Но почему-то это подтверждение его чувств к ней не принесло ей облегчения. Что-то было в его взгляде, что очень не понравилось Джоан. Возможно, обреченность. Ей вдруг показалось, что, несмотря на страдание, которое было огромными буквами написано у него на лице, он никогда не позволит себе сделать шаг ей навстречу, так как этот шаг будет одновременно сделан от Джорджа. Это открытие настолько потрясло ее, что, больше не проронив ни слова, она встала из-за стола и вышла из столовой, оставив Дэвида с его белоснежной совестью наедине, а он в свою очередь даже не пытался ее остановить.

7

        И вдруг пружина, находившаяся у Джоан внутри, внезапно распрямилась. И напряжение, накопившееся в ней после долгих бессонных ночей возле постели больного мужа, игры в любящую супругу, ожидания, когда Дэвид все же решится приблизиться к ней, вылилось наружу. Она больше не хотела быть сдержанной, думающей о чувствах других. Она не хотела быть просто справедливой, и, хотя Джордж ни в чем не был виноват перед ней, она почти ненавидела его.
        Особенно ситуация накалилась, когда родители Джорджа уехали в очередное длительное путешествие. Джоан все более запутывалась в себе, так и не находя поддержки у Дэвида, топила свои переживания и чувства в вине, а также в веселых разгульных вечеринках, которые она устраивала довольно часто в последнее время. Джордж сначала не находил ничего предосудительного в том, что его жена хочет развлечься. Да и те чувства, которые он испытывал к Джоан - страстную любовь, бесконечную благодарность за самопожертвование, - мешали ему взглянуть трезво на происходящее. Но потом до него стал доходить истинный смысл ее настроения, а ее фривольное поведение на этих праздниках он, мягко говоря, совсем не одобрял. Ситуация становилась слишком очевидной. Правда, для Джорджа очевидность заключалась в усталости Джоан. Он никак не связывал ее с Дэвидом, поэтому считал, что просто должен помочь Джоан, поддержать ее в трудную минуту, как когда-то сделала она по отношению к нему.
        Сначала он пытался действовать запретами, но это ни к чему не приводило. Тогда он стал активно принимать участие в этих вечеринках, пытаясь контролировать Джоан, и сам невольно стал участником бесконечных застолий и обильных возлияний. Присутствие Джорджа все больше и больше раздражало Джоан, и она намеренно провоцировала его на скандал. Был только один человек, который мог остановить это безумие, но он оставался в стороне.
        Очередная вечеринка в особняке Боуинов была в самом разгаре. Несмотря на то, что здесь собиралось только высшее общество, вино и шампанское делали свое дело - веселье, что называется, было на грани. Джоан не замечала или не хотела замечать, какие испепеляющие взгляды кидал на нее Джордж. Она флиртовала, казалось, со всеми мужчинами подряд. Но когда рука одного из кавалеров Джоан оказалась у нее немного ниже талии, Джордж не выдержал и, подойдя к ним, без лишних слов сшиб его с ног. Обычно сдержанный, сейчас же накачанный изрядной долей алкоголя, Джордж уже не контролировал себя. Он больно схватил Джоан за руку.
        - Иди к себе, вечеринка окончена.
        Но Джоан уже давно спустила тормоза и не хотела останавливаться.
        - Нет, мы поедем кататься на яхте.
        Джордж был вне себя.
        - Ты никуда не поедешь.
        Гости, последнее время привыкшие к подобным сценам, начали потихоньку расходиться.
        Джоан тщетно пыталась выдернуть свою руку.
        - Пусти меня. Подождите, ребята, я с вами.
        - Я последний раз повторяю - ты никуда не пойдешь, - проговорил Джордж тихо, но твердо.
        Джоан рассмеялась ему в лицо.
        - Интересно, и кто мне помешает?
        Вместо ответа она получила сильную пощечину. Хмель выветрился мгновенно. Она невольно отступила назад.
        Джордж и сам бы не смог объяснить произошедшее. Он стоял не шелохнувшись и смотрел на Джоан почти с испугом.
        - Ты сама этого добивалась, - вымолвил он с трудом.
        Ее же взгляд выражал презрение и ненависть. Джоан устала быть сдержанной.
        - Ты еще пожалеешь об этом. - Она все же поднялась наверх, но прошла не в спальню, а в комнату для гостей.
        Несмотря на то, что в комнате стоял полумрак, Джоан заметила сидевшего на кровати Дэвида. Даже не взглянув на него, она проследовала в ванную. Вернувшись в комнату, Джоан нарушила молчание:
        - Надеюсь, ты теперь доволен? Моя жизнь похожа на ад. Ты знал с самого начала, что будет именно так. Дорого же я заплатила за свои ошибки. - Она не могла сдержать слез, которые градом текли по ее лицу.
        Джоан была несправедлива, но Дэвид был не в силах не только возразить, но даже посмотреть ей в глаза. Наверное, первый раз в жизни он был растерян и беспомощен.
        И вдруг случилось то, чего она подспудно желала долгое время. Дэвид встал, подошел к Джоан, притянул ее к себе и с силой стиснул в своих объятиях. Не отпуская, он заставил ее сделать несколько шагов назад, и она оказалась прижатой к стене. Они стояли так, не шелохнувшись, несколько минут. Однако сейчас ею руководила обида. Это ведь Дэвид вернул ее Джорджу, это ведь он так долго мучил ее, держась все время на расстоянии. (Она и представить не могла, какие адовы муки испытывал Дэвид, видя ее рядом с Джорджем.) Поэтому, когда он попытался ее поцеловать, она резко отвернула голову, уперевшись руками в его грудь.
        - Пусти меня, я не хочу!
        Но Дэвид продолжал удерживать Джоан, как бы давая шанс одуматься. А потом ему все же удалось ее поцеловать, но она не ответила не потому, что не хотела, а из простого упрямства. Джоан казалось, что ее страдания никак не сравнить с его. Она сделала еще одну попытку высвободиться из его объятий, и, когда Дэвид, поняв, что силой он ничего не решит, ослабил свои руки, она со злобой бросила ему в лицо:
        - Я ненавижу тебя, всех вас! - Оттолкнув Дэвида, Джоан выбежала из комнаты, с трудом сдерживая рыдания, и уже не услышала звука разбившегося вдребезги зеркала. Она намеренно причиняла ему боль, как бы сравнивая их положение. Джоан мстила Джорджу, Дэвиду, но хуже всего было ей самой.


        Развязка была неминуема, и она наступила неожиданно. Однажды, когда Дэвид после долгого отсутствия вернулся домой, слуги сообщили ему, что Джоан куда-то пропала, ее не было почти два дня. Сначала они подумали, что она у подруги, но сегодня стало ясно, что ее нигде нет. Они еще никому не успели сообщить, так как Джорджа и его родителей тоже не было в городе.
        Чтобы не предавать случившееся огласке, Дэвид вынужден был действовать осторожно. Ему и его людям понадобилось немало усилий, чтобы разыскать Джоан. Это им удалось только к вечеру, после того как Дэвид вспомнил, как однажды она рассказывала про небольшой захолустный ресторан, где когда-то работала официанткой. Кормили там неважно, зато все время играла старая французская музыка, под которую танцевали завсегдатаи. Джоан рассказывала, что ей так и не удалось ни разу там потанцевать - слишком много было работы.
        И вот теперь, похоже, она исполнила свою мечту. Дэвид стоял в дверях и смотрел на танцевавшую Джоан, тесно прижавшуюся к изрядно подвыпившему кавалеру. Ее голова покоилась у него на плече. Не требовалось особой проницательности, чтобы понять, что и сама Джоан была подшофе. Дэвид позвал ее, пытаясь перекричать музыку, но его попытки привлечь ее внимание оказались тщетными. Некоторое время Дэвид стоял, ничего не предпринимая и оценивая ситуацию: скандал им обоим был ни к чему. Однако одна мелодия сменялась другой, и Джоан, похоже, решила протанцевать до утра. Пора было прекращать этот цирк. Дэвид подошел к сладкой парочке.
        - Извините, но придется нарушить вашу идиллию. - Он решительно взял Джоан за руку, немного оттолкнув при этом ее друга, и повел за собой, словно нашкодившего ребенка. Она покорно шла за ним. Это был тот случай, когда женщина должна подчиниться, довериться воле мужчины. Все время, пока они ехали в машине, не было произнесено ни слова. Они так долго ждали этого момента, что не хотели тратить время и силы на объяснения.
        Дэвид привез ее в свою квартиру. Он помог ей выйти из машины и, взяв на руки, не отпускал ее уже до самой спальни, где отвлекся только для того, чтобы сбросить покрывало с постели. Вслед за ним на полу оказалась их одежда. Далее терять времени он был не намерен.
        Дэвид больше не сдерживал себя. Он полностью заставил Джоан подчиниться себе, не давая ей возможности пойти на попятный. От его поцелуев у нее перехватывало дыхание. В какой-то момент она со стоном отвернулась, но уже в следующий миг сама приблизила губы к его губам.
        Это было мучительно, почти невыносимо и в то же время прекрасно. Все смешалось: слезы, признания в любви, обвинения… Они тонули в водовороте чувств, желаний, и никто из них не хотел бороться с этой стихией.
        Когда они все-таки вынырнули ненадолго, только чтобы глотнуть немного воздуха, Джоан спросила:
        - Почему ты не сделал этого раньше? Зачем так долго мучил меня и себя?
        Дэвид нервно закурил.
        - Ты знаешь ответ.
        Но она как будто не слышала его слов и в задумчивости, скорее обращаясь в пустоту, повторила:
        - Почему ты не сделал этого раньше?
        Вместо ответа он притянул ее голову и буквально впился губами в ее губы. Слова были ни к чему. Зачем думать о прошлом или пытаться безуспешно заглянуть в будущее? К черту объяснения, ведь сейчас они вместе и только это имеет значение. Теперь Джоан точно знала, что он ее любит. Об этом говорили его глаза, его поцелуи, его руки. Оба понимали, что они точно солдаты должны будут научиться жить между сражениями, научиться использовать любую передышку. И, похоже, оба были готовы к этому.


        В целях конспирации их свидания проходили не только на квартире у Дэвида. Они встречались в гостиницах, недорогих придорожных мотелях. Все казалось красивой сказкой. Ради любимого Джоан шла на все - придумывала хитроумные планы, чтобы лишний раз оказаться рядом с Дэвидом. Они даже умудрялись незаметно ускользать с праздничных обедов, которые устраивала мать Джорджа. Поначалу эта игра захватила Джоан. Но потом, словно кто-то неведомой рукой снял с нее розовые очки - и некрасивая правда обнажилась, заставив ее взглянуть по-другому на все происходящее.
        А правда, по ее мнению, заключалась в том, что она вынуждена была жить с нелюбимым мужем, постоянно лгать ему, чтобы в любой удобный момент сбежать к любовнику. К тому же любовник являлся отцом ее мужа. После их встреч с Дэвидом Джоан возвращалась к Джорджу, а Дэвид оставался свободен. Она знала, что он не виноват, но в какой-то момент, вероятно оттого, что не в силах что-либо изменить, стала считать это несправедливым и винить во всем Дэвида. Джоан казалось, что ему так удобно: с одной стороны, она всегда рядом, а с другой - никаких обязательств. В то время как она сама связана по рукам и ногам. Она мать, жена и невестка.
        Все эти мысли долгое время не давали ей покоя, и в какой-то момент она приняла решение. Джордж улетел по делам в Бостон, по его возвращении все должно быть совсем по-другому. Правда, она не знала, что значит «по-другому», но думала, что как-то все само образуется, надо просто постараться.
        Итак, это было их последнее свидание, но Дэвид ни о чем не догадывался. Они встретились как обычно у него на квартире, и, казалось, все было великолепно, но…
        Джоан наводила последние штрихи в своем туалете, когда - неожиданно даже, наверное, для самой себя - произнесла:
        - Мы больше не увидимся. Завтра возвращается Джордж, и я хотела бы прекратить все это до его приезда.
        Дэвид буквально в секунду оказался около нее. Взяв ее лицо в свои ладони, он пристально посмотрел ей в глаза.
        - Что ты такое говоришь? Опомнись.
        Джоан резко отвернулась от него, боясь, что снова подпадет под обаяние его глаз.
        - Чего ты хочешь от меня? Ты сам отвел меня к алтарю. Так больше не может продолжаться. Мы не сможем всю жизнь оглядываться, бояться, что кто-нибудь нас заметит вести двойную жизнь и как ни в чем не бывало смотреть Джорджу в глаза. Ни ты, ни я не хотим причинить ему боль. Надо остановиться сейчас, пока мы не приросли друг к другу с мясом. Потом это сделать будет почти невозможно.
        Дэвид резко возразил ей:
        - Ты прекрасно знаешь, что мы не виноваты в том, что произошло.
        - Как удобно списать все на обстоятельства, а мы вроде как жертвы этих самых обстоятельств. Но в одну постель мы ложимся по своей воле! - ответила Джоан, почти крича.
        - Ты как будто хочешь меня наказать. Только не пойму за что! - Он тоже перешел на повышенный тон.
        Но Джоан, похоже, было уже не остановить. Она собрала свои вещи и, взяв сумку, сделала несколько шагов по направлению к двери, а потом остановилась и, не глядя на него, тихо произнесла:
        - Ты до сих пор так ничего и не понял. Мы уже оба наказаны за обман. И расплачиваться нам придется, похоже, всю жизнь.
        - Всего лишь красивые слова. - С одной стороны, Дэвида восхищала ее сила, а с другой - было ясно, что ее не переубедить. - Тогда почему ты не сказала всего этого раньше? Получается, что, когда ты сегодня ложилась со мной в постель, ты уже знала, что бросишь меня! Объясни, пожалуйста, что это все значит?! - Дэвид был взбешен.
        - Думай как хочешь, - ответила она намеренно резко и открыла дверь.
        Он быстро подошел к ней и, взяв за руку, резко развернул лицом к себе.
        - Пусти, мне больно.
        Дэвид нехорошо рассмеялся.
        - Тебе больно? Да за такое тебя следовало бы совсем прибить.
        - Ну хорошо, убей меня, если от этого тебе будет легче, - сказала она спокойно.
        Ее слова подействовали отрезвляюще. Дэвид отпустил ее руку, и она вышла.
        - Я хочу сказать, что это твое решение, только твое, - сказал он ей вслед, но Джоан даже не оглянулась.
        Дэвид сразу понял, что это не истерика уставшей женщины, не эмоции, а продуманное решение, поэтому, когда за Джоан закрылась дверь, он почувствовал опустошение. Это была единственная женщина, которую он любил. До встречи с ней у него было много связей. Как только его не называли газетчики: плейбой, самый завидный жених. Однако встреча с Джоан навсегда перевернула его жизнь, он перестал даже смотреть на других женщин. И что же? Она теперь с легкостью его бросает. Ну что ж, пусть так. Уж он-то один не останется. Сейчас им руководила только злость.
        Однако последнюю точку ставить не так-то легко. На следующий день Дэвид позвонил Джоан.
        - Я хочу еще раз услышать твое решение.
        - Ты его знаешь. Сегодня приезжает Джордж и…
        Ее голос звучал неуверенно, но свое решение она не поменяла, поэтому, так и не дослушав Джоан, Дэвид грубо перебил ее:
        - Можешь не продолжать. Надеюсь, ты будешь счастлива.
        - Я тоже желаю тебе счастья.
        Дэвид саркастично рассмеялся.
        - А вот в этом можешь не сомневаться. За меня нечего беспокоиться. Я сумею себя развлечь. В Нью-Йорке никогда не было недостатка в молоденьких официантках.
        Ответом ему были гудки в трубке.


        Сидя в своем любимом кабинете, Джоан размышляла о своей невеселой жизни, вернее подводила итоги.
        Итак, Дэвид не остановил ее. А она так надеялась на это, на то, что он не отпустит ее и убедит, что все будет по-другому. Она бы поверила Дэвиду, стоило ему приложить хоть малейшее усилие, но он не сделал этого, а просто улетел в Бостон. В глубине души Джоан ожидала чего-то подобного, поэтому старалась морально подготовиться к этому. И сначала у нее действительно получалось, даже отношения с Джорджем как-то стали потихоньку налаживаться. Она стала больше уделять внимания семье, ребенку. К тому же скоро должно было состояться открытие еще одного магазина, поэтому Джоан приходилось долго засиживаться на работе. Казалось, она была вполне довольна своим положением. Но потом Джоан снова почувствовала невероятную тоску по Дэвиду и уже корила себя за поспешное решение о разрыве…
        Неожиданно зазвонил телефон, но Джоан, полностью поглощенная своими невеселыми мыслями, не обратила на него никакого внимания. Однако телефон не унимался, его настойчивый трезвон наконец достиг ее сознания. Джоан огляделась и тупо уставилась на аппарат, но потом ее взгляд прояснился, и она вдруг подумала, что звонит Дэвид. Это было удивительно, но она не ошиблась - это был действительно он. Однако ее радость была преждевременной. Он звонил не для того, как она предполагала, чтобы говорить о них. Дэвид позвонил из чисто деловых соображений. Он говорил исключительно о делах компании. Джоан что-то рассеянно отвечала и ждала, ждала, что он позовет ее, попросит забыть о том, что случилось. Но он не позвал. Закончив разговор все тем же деловым тоном, с которого начал, Дэвид положил трубку.
        Джоан еще некоторое время не могла прийти в себя. А может этот звонок ей просто приснился? Она пыталась вспомнить, о чем шла речь, но не могла. Единственное, в чем Джоан была уверена наверняка, так это в том, что Дэвид полностью возлагает на нее всю вину за случившееся и не будет предпринимать никаких усилий, чтобы вернуть ее.
        Но Джоан не плакала, ее сознание полностью отключилось. Ей казалось, что только чудо сможет вернуть ей способность чувствовать жизнь во всех ее красках. А сейчас было только опустошение.

8

        Это было обычное утро, ничем не отличавшееся от других. Джоан спустилась к завтраку последней и поэтому не услышала начала разговора, но поняла, что речь идет о вечернем приеме. Ее это не огорчило и не обрадовало - сколько таких приемов устраивалось в их доме. Поэтому она доедала свой бекон и почти не слушала того, о чем говорили за столом, пока до нее не дошел смысл фразы, сказанной Барбарой:
        - Подумать только, а ведь Дэвид неоднократно уверял меня, что никогда не женится. Но вот и его бастионы рухнули - наверное, эта девушка действительно, как говорит Дэвид, исключительна.
        Джоан, как будто проснувшись, не удержалась от вопроса:
        - А, что Дэвид решил жениться?
        Барбара удивленно посмотрела на Джоан.
        - Как, разве ты не знаешь? Мы уже целую неделю обсуждаем предстоящий приезд Дэвида и его невесты, а ты будто в облаках летаешь. Совсем ничего вокруг не замечаешь из-за своих магазинов.
        - Простите, я, кажется, не выспалась. - Джоан от услышанного действительно казалось, что она еще спит.
        Барбара тем временем продолжила:
        - Завтра они прилетают из Бостона, а послезавтра устраивается прием, на котором мы будем праздновать помолвку Дэвида с Натали.
        Джоан слушала, затаив дыхание.
        - Сначала я пришла в ужас оттого, что Дэвид решил ввести в наш дом манекенщицу, но оказалось, что она из очень хорошей семьи, которая проживает сейчас в Калифорнии. Отец - депутат парламента, а мать занимается общественной работой.
        Боже, ее зовут Натали!
        Джоан неожиданно сделалось дурно. Она поднялась из-за стола, перед глазами у нее все плыло.
        - Извините, я поднимусь к себе. Что-то я себя неважно чувствую.
        Джордж заботливо спросил:
        - Тебя проводить, дорогая?
        - Нет-нет, я сама.
        Барбара тоже в свою очередь обеспокоилась.
        - Да ты побледнела. Может, вызвать врача?
        - Не волнуйтесь, ничего страшного. Наверное, давление упало. Полежу - и все пройдет.
        - Если что-то понадобится, позови меня. - Лицо Барбары выражало искреннюю тревогу.
        - Да, спасибо.
        Она поднялась в спальню и, едва закрыв за собой дверь, опустилась на пол. Ей действительно было дурно. Новость произвела на нее ошеломляющее впечатление. Джоан ждала Дэвида, скучала по нему. И была уверена, что рано или поздно он вернется и у них все наладится. Но то, что он вернется не один, такого и представить не могла. Несчастья всегда подкарауливают нас там, откуда мы их совсем не ждем.
        Весь день Джоан провела в спальне, сославшись на нездоровье. Один раз приходил Джордж узнать, как она себя чувствует, но Джоан сказала, что приняла таблетки и теперь отдыхает. Слава богу, ее никто больше не тревожил. К вечеру волнение немного улеглось, и она уже думала только о том, как при встрече с Дэвидом не выдать своих чувств. Она еще не утратила гордости и должна достойно встретить новый удар судьбы. Никто и никогда не догадается, насколько ей сейчас плохо. А уж Дэвид вообще будет последним человеком, кто поймет, что творится в ее душе. Она покажет ему, как он ей безразличен. С этими мыслями Джоан погрузилась в тревожный сон.
        На следующий день, едва проснувшись, она бодро вскочила с постели и в очень радостном расположении духа - во всяком случае, внешне - спустилась к завтраку. За столом сидел только Джордж. Барбара с Фрэнком отправились куда-то по делам. Джоан весело поцеловала Джорджа, чем его очень удивила, так как в последнее время она постоянно хандрила, и села с ним завтракать.
        - Ты прекрасно выглядишь. - Джордж смотрел на нее с любовью.
        - Спасибо. Но, знаешь, я хочу выглядеть еще лучше, поэтому после работы я отправлюсь в салон. Так что не жди меня к обеду, перекушу по дороге, - говорила она уже на ходу. - Все пока, я убегаю.
        Джордж едва успел ей напомнить:
        - Не забудь, сегодня вечером Дэвид представит свою невесту.
        - Конечно, я буду. Дэвид столько для нас сделал, - сказала она со значением и упорхнула как мотылек, не дав Джорджу ответить ей. Однако его больше устраивало нынешнее состояние его жены, чем депрессия последних месяцев.


        Вечером, когда уже начали собираться гости, Джоан никак не могла собраться с духом, чтобы спуститься вниз. Была потрачена масса усилий, времени, чтобы выглядеть великолепно и не ударить в грязь лицом. На ней платье от Версаче, дорогие бриллианты. Над ее прической трудились стилисты в одном из лучших салонов Нью-Йорка. Однако она была готова снаружи, но абсолютно не готова внутри, поэтому не могла объективно оценить, настолько ли она хороша, чтобы конкурировать с невестой Дэвида.
        В спальню зашел Джордж.
        - Я удивляюсь тебе, дорогая. Раньше ты не была такой копушей… - Внезапно он осекся на полуслове и подошел к ней. - Боже мой, ты просто великолепна. Сегодня ты затмишь всех. - Его глаза горели неподдельным восхищением. Какое-то время Джордж стоял не шелохнувшись, но потом, опомнившись и как бы извиняясь, проговорил: - Но нам действительно пора, гости уже собираются. Как бы я хотел остаться здесь с тобой и послать всех к черту, но ничего не поделаешь - надо идти.
        - Да-да. Ты иди, я скоро, мне еще надо кое-что подправить. - Джоан испугалась, что Джордж может прочесть ее мысли, сейчас она была слишком беззащитна.
        Однако Джордж, похоже, ничего не замечал, кроме того что его жена само совершенство.
        - Ты будешь королевой этого вечера, - сказал он уже в дверях.
        Когда Джордж вышел, она еще какое-то время пыталась настроиться и понять, как ей быть дальше. Все произошло так стремительно, что казалось нелепым сном. Неужели Дэвид за какие-то несколько месяцев действительно мог так влюбиться, что немедленно сделал предложение? А ведь ей он ни разу даже не намекал на женитьбу. От этих мыслей Джоан стало совсем не по себе. Ее раздирали противоречия. С одной стороны, она хотела увидеть, кого же все-таки Дэвид предпочел ей, а с другой - она жутко боялась этой встречи. Но любопытство победило - она решительно переступила порог спальни и спустилась к гостям.
        Реальность превзошла все ожидания. Когда Дэвид представлял Джоан свою невесту, она на какую-то долю секунды потеряла дар речи: оттого, что говорила с Дэвидом, и от того, насколько его избранница оказалась красива. Она как будто только что сошла со страниц модного глянцевого журнала. Зеленоглазая блондинка с длинными ногами манекенщицы. Джоан посмотрела ей в глаза и с удивлением прочитала в них сочувствие и понимание. Вероятно, при разговоре с Дэвидом Джоан помимо своей воли выдала свои чувства. Казалось, эта красивая кукла за один миг уловила ее смятение и неуверенность, а также узнала все ее тайны. Она протянула свою холеную руку с безупречным маникюром и тепло поприветствовала Джоан:
        - Очень рада с вами познакомиться. Уверена, что мы подружимся.
        Джоан кисло улыбнулась в ответ.
        - Я тоже рада знакомству. - Она не смела смотреть на Дэвида, но его холодность не почувствовать даже на расстоянии было невозможно. Вот он здесь, рядом. Достаточно протянуть руку и дотронуться. Но это только иллюзия. Он далеко от нее, он с другой. Чужой, недосягаемый и безразличный.
        - Дэвид рассказал о ваших магазинах. Мне бы очень хотелось в них побывать. Уверена, там все так же совершенно, как и вы сами. - Натали была сама любезность.
        - Спасибо. Мы обязательно посетим мои магазины, и вы выберете все, что вам понравится. А сейчас, извините, мне надо встретить гостей. Чувствуйте себя как дома. - Джоан натянуто улыбнулась и пошла поприветствовать вновь прибывших гостей.
        Она фактически бежала с поля боя. Когда суета немного улеглась и гости, предоставленные сами себе, вели неспешные разговоры, Джоан вышла на веранду, чтобы немного расслабиться, ведь она ни на секунду не забывала о Дэвиде. У нее было чувство, что ее обокрали. Она возненавидела свою соперницу с первой минуты и готова была вцепиться ей в волосы, чтобы больше не видеть этой самоуверенной улыбки и победоносного взгляда. Но в то же время в глубине души Джоан была справедлива и понимала, что, в сущности, Натали ни в чем перед ней не виновата. Но Дэвид… Как он может так жестоко с ней поступать? Он смотрел на нее и не видел. В его глазах не было ни капли тепла, как будто все, что произошло между ними, приснилось ей одной. Ее поразило, насколько Дэвид быстро сдался, не проявив ни малейших усилий для борьбы. Что ж, значит, такова цена его любви к ней. А может, он никогда и не любил ее. Вероятно, она была просто очередным приключением для него.
        Слезы душили Джоан. Ей пришлось ненадолго отлучиться в ванную, чтобы привести себя в порядок и перевести дух. Умывшись, она замерла на какое-то время перед зеркалом и ужаснулась, настолько жалкой показалась сама себе. Нет, так дело не пойдет. Быстро восстановив утраченный макияж и проведя расческой несколько раз по густым волосам, Джоан, гордо расправив плечи, направилась к гостям и уже оставшуюся часть вечера провела в веселье и остроумных разговорах.


        Джоан сидела в гостиной, не имея даже сил зажечь свет. Полностью опустошенная, одна со своей бедой. Да, дорого стоил ей сегодняшний вечер. Трудно изображать счастливую женщину, да еще развлекать гостей ненужными разговорами, не будучи актрисой. Но, похоже, ее затруднений никто не заметил…
        Удобно устроившись в кресле, Джоан задремала, но, услышав легкий шум, непроизвольно вздрогнула и чуть не выронила стакан, который держала в руке. С трудом открыв глаза и подняв голову, она увидела Дэвида. Он стоял перед ней в домашнем халате и шлепанцах с бутылкой виски в руке.
        - Решила просидеть так до утра? Ты вообще в курсе, что уже три часа ночи? - спросил он насмешливо, при этом наливая себе полный стакан.
        - Присоединишься? - кивнул он на ее пустой бокал.
        Она сделала отрицательный жест головой.
        - Нет спасибо. Мне достаточно.
        Дэвид смотрел на нее сверху вниз почти без всяких эмоций. Хотя одну эмоцию его лицо все же выражало - пренебрежение. Это больно задело Джоан, однако внешне она выглядела холодной и равнодушной, держась при этом немного отстраненно и наблюдая, как Дэвид садится в соседнее кресло.
        - Ну, так что ты здесь делаешь? Одна, в темноте? - повторил он вопрос.
        - То же самое я могу спросить у тебя. Что ты делаешь здесь в то время, как твоя невеста там, наверху? - Она даже себе боялась признаться, что ждала, когда Джордж уснет. Последнее время она делала это все чаще и чаще, ее все больше и больше тяготила их близость. Но Дэвид будет последним человеком, которому она в этом признается.
        - Ты права, - ответил он, засмеявшись. - Но что-то мне не спится.
        - А у меня просто нет сил, чтобы подняться в спальню. Я всегда очень устаю от этих приемов.
        - Но раньше ты любила вечеринки, - возразил он ей.
        Трудно было не уловить иронии в его голосе. Джоан не думала, что Дэвид решит вспомнить прошлое именно в таком ключе.
        Она пожала плечами.
        - Все течет, все изменяется. Вот и ты, помнится, говорил, что никогда не женишься, однако… - Джоан сделала соответствующую гримасу.
        - Ты ревнуешь? - Дэвид пристально посмотрел на нее.
        - Ничуть. - Джоан гордилась своим спокойствием и с удивлением обнаружила, что и от Дэвида не ускользнули ее непринужденная поза, гордая осанка и ровный голос. Он откровенно любовался ею, и его внимание трудно было не заметить. В глубине души она праздновала победу.
        - Это еще раз доказывает, что ты не любила меня. - Чтобы скрыть свои чувства, он закурил.
        - Не тебе судить о любви. Мне рассказывали, как ты в Бостоне развлекался. Модели, секретарши… Говорят, ты даже соблазнил жену своего компаньона.
        Его лицо будто окаменело. Она понимала, что перешла границу. Швырнув недокуренную сигарету в пепельницу, Дэвид довольно грубо ответил:
        - Я свободный мужчина и никогда ни перед кем не отчитывался. А тебе совсем не идет роль наседки.
        Он хотел задеть ее, и это ему удалось. Однако она уже успела стать настоящей светской львицей и научилась держать удар, поэтому тоже не осталась в долгу:
        - Но теперь тебе придется отчитываться. Позволь тебе напомнить, что ты уже почти женатый человек, - сказала она не без злорадства, поднимаясь при этом с кресла с гордо поднятой головой. - Спокойной ночи.
        Однако у Дэвида были другие планы. Он резко встал и преградил ей дорогу, обхватив двумя руками за талию.
        - Ты все-таки ревнуешь. Но ты должна быть довольна, теперь мы в равных условиях: у тебя муж, у меня невеста. Ведь именно разница в нашем статусе тебя так смущала. Тебе, по-видимому, не хватало остроты ощущений при наших встречах. Представь, они там наверху, а мы здесь. Почему бы нам не развлечься?
        Он намеренно хотел ее обидеть. Джоан сделала попытку вырваться из его цепких рук, но ей это не удалось. Только волосы тяжелой волной упали ей на плечи, вырвавшись из плена черепаховой заколки.
        Дэвид не удержался от возгласа:
        - Боже, как ты прекрасна! Ты создана для любви. - Его пальцы погрузились в ее волосы и стали ласкать ее.
        - Пусти меня, - сказала она, тяжело дыша.
        - С чего это вдруг ты стала такой недотрогой? Раньше ты не жаловалась на мои поцелуи. Может, у тебя завелся кто-то другой? - Он говорил шепотом, но этот шепот больно резал ей слух. - Забавно, если ты изменяешь не только собственному мужу, но и любовнику…
        Джоан изо всей силы влепила Дэвиду увесистую пощечину, однако это его не только не остановило, но как будто еще больше раззадорило. Одной рукой он продолжал держать ее за талию, крепко прижимая к себе, а другой стал расстегивать ей платье.
        - Нет. - Джоан продолжала сопротивляться, уперевшись руками в его грудь. - Не трогай меня!
        Платье совсем соскользнуло на пол. Она сделала попытку нагнуться, чтобы поднять его, но Дэвид не дал ей это сделать.
        - А ты стала настоящей светской дамой. Держишь мужчину на расстоянии, но не забываешь при этом поддразнивать его. Однако со мной ты промахнулась, я играю по своим правилам.
        Прижатая к его широкой груди, она задыхалась от негодования и гнева. Джоан настолько задели его циничные замечания, что слова замирали на ее губах. Несмотря на то, что когда-то они провели не одну ночь вдвоем, сейчас она стеснялась своей наготы. Но Дэвида, похоже, уже было не остановить. Он целовал ее плечи, шею. Его дыхание обжигало, а руки опускались все ниже. Джоан хотела закричать, но не смела. Кто сможет понять ее в этом доме? Это была только ее тайна.
        Трудно было узнать в этом грубом, необузданном самце, того, другого - нежного и любящего. Сейчас он намеренно унижал ее.
        - Зачем ты так со мной? - с трудом вымолвила она.
        - Одни женщины заслуживают уважения, а другие нет.
        Джоан отвернулась, и Дэвид не заметил, как слезы покатились у нее по щекам. И вдруг она перестала сопротивляться. Дэвид, обрадованный победой, подхватил ее на руки и положил на диван, но, когда он попытался поцеловать ее в губы, то почувствовал на своих губах вкус ее слез. Это подействовало на него отрезвляюще, и он отпустил Джоан. Подняв с пола ее платье, он подал его ей.
        - Прости, не знаю, что на меня нашло. - Дэвид тяжело сел в кресло, голова его при этом была опущена.
        Джоан надела платье и молча направилась в спальню.
        - Ты сама-то понимаешь, что ты сделала? - произнес он с досадой, не глядя на нее. - Стоило немного подождать…
        Она остановилась и обернулась, вопросительно посмотрев на него. Он почувствовал ее взгляд и приподнял голову.
        - Что ты имеешь в виду? - спросила Джоан сквозь слезы.
        Дэвид сначала хотел было ответить, но потом передумал.
        - Ничего, тебе лучше уйти, - махнул он рукой. - А то я за себя не отвечаю. - Последнее было сказано тихо, скорее эти слова предназначались ему самому.


        На следующий день Джоан выпало новое испытание: ей пришлось показывать Натали магазины, где она была управляющей. Дэвид сослался на срочные дела и удачно отвертелся от неприятной для него процедуры - сидения возле примерочных.
        Джоан же, напротив, пришлось пройти эту Голгофу до гонца. Натали без умолку болтала о Дэвиде, их отношениях, при этом пытаясь окольными путями выведать у Джоан о ее отношении к своему жениху. Натали нашептывала ей на ухо интимные подробности их жизни с Дэвидом и внимательно следила за ее реакцией. Боже, это было невыносимо, но Джоан держалась стойко и старалась ничем не выдать своих чувств. Наконец Натали выбрала несколько платьев, и они сели в машину, чтобы отправиться домой. Она так искренне радовалась обновкам, что вызвала этим у Джоан улыбку. Все-таки чем-то ее Натали зацепила - возможно, время от времени так явно проявлявшейся детской непосредственностью, и Джоан поняла, что невольно испытывает к ней симпатию.

9

        У Джоан снова была бессонница. Очевидно, последние события не добавили ей спокойствия. Она ворочалась с одного бока на другой, пыталась читать скучную книгу, даже считала до тысячи, но уснуть так и не смогла. Столько разных мыслей роилось у нее в голове! Она думала о свадьбе Дэвида, не веря, что та состоится, о Натали, которая, казалось, каким-то непостижимым образом узнала ее тайну. Неужели все так и закончится? Ее смятение мешало ей заснуть. А утром снова надо быть в форме. Она твердо знала, что ни за что не покажет, как трудно ей сейчас приходится.
        Джордж же, напротив, спал как младенец. Чтобы не разбудить его, она накинула халат и спустилась к бассейну. Это было последнее средство, иначе придется прибегнуть к помощи снотворного, но таблеток Джоан не любила с детства. Погрузившись с головой в прохладную воду, после чего резко вынырнув, она поняла, что это как раз то, что нужно: напряжение покинуло ее, мышцы расслабились. Рассекая уверенными движениями темную гладь воды, Джоан избавлялась от бессонницы. Она была уверена, что после хорошей дистанции у нее не будет сил даже подумать о чем-нибудь.
        Когда Джоан выходила из воды, кто-то протянул ей полотенце. Она подняла голову и увидела Дэвида. Растерявшись, она даже не сразу взяла у него полотенце.
        - Ну же, бери. Не бойся.
        - Спасибо, я не боюсь, - поблагодарила Джоан неуверенно. - Ты что, следишь за мной?
        - Почему ты так решила?
        - Сначала в гостиной, теперь здесь.
        Смех Дэвида прозвучал неожиданно громко в ночной тишине.
        - Я, признаться, хотел спросить у тебя то же самое. Забавно, но как-то с трудом верится, что мы случайно, словно давние супруги, общаемся исключительно в халатах.
        - Что?! - У Джоан от возмущения перехватило дыхание. - Ты в своем уме?!
        - Ладно, я пошутил, просто я почти каждый День плаваю в это время в бассейне.
        Джоан не удержалась от иронии:
        - Странное развлечение для жениха в столь позднее время.
        Но Дэвида трудно было смутить.
        - Мы с моей невестой предпочитаем утренний секс, если ты об этом.
        А вот Джоан, похоже, смутилась. Быстро растеревшись полотенцем, она накинула халат и уже было направилась к дому, как вдруг остановилась и повернулась к Дэвиду.
        - Раз уж мы снова оказались наедине, чего я больше никогда не намерена допускать, я хочу с тобой поговорить.
        Дэвид театрально поклонился.
        - Я весь внимание. Тем более мне это нетрудно, нам стоит только развязать пояса у халатов, других препятствий нашему общению я не вижу.
        - И не надейся, - сказала Джоан, с вызовом вскинув голову и демонстративно затянув потуже пояс у халата. Пройдя к беседке, она села на диван.
        Дэвид последовал за ней.
        - Жаль, - произнес он, как показалось Джоан, еле сдерживая улыбку.
        - Я хотела поговорить с тобой о Натали, - сказала она как можно серьезнее.
        Дэвид удивленно приподнял брови.
        - Неужели?
        - Да, именно. Ты морочишь голову бедной девочке. Вчера я ясно это поняла.
        - Тебе ее жалко?
        - Представь себе. Ее ждет ужасное будущее с тобой. Уверена - ты вряд ли будешь верным мужем.
        - А тебе не кажется, что я не обязан перед тобой отчитываться? - Неожиданно голос Дэвида стал грубым.
        Джоан вдруг поняла всю нелепость своей миссии, но не хотела это признавать. Однако голос ее все же смягчился.
        - Ну, она такая молоденькая… Неужели для тебя так важно доказать всем таким образом - и прежде всего себе, - что ты счастлив?
        Она испугалась того, как изменилось его лицо. Скулы напряглись, а в глазах был сплошной лед. Он подошел к ней и, наклонившись совсем близко к ее лицу, произнес зловещим шепотом:
        - Запомни, тебя это совсем не касается. Никому не позволю лезть ко мне в душу, а уж тем более бывшим любовницам.
        От этого замечания и от его опасной близости у Джоан все сжалось внутри. Она совсем смутилась.
        - Извини, наверное, я и вправду лезу не в свое дело.
        - Ничего страшного, - сказал он гораздо спокойнее. - Таковы все женщины. Лезть в чужие дела - это ваше любимое занятие.
        При последних словах Джоан поджала губы, но ничего не ответила. Слишком уж много он знает про женщин.
        Дэвид передумал плавать и направился домой, а потом обернулся и уже с улыбкой произнес:
        - Не переживай, она получит мои миллионы. Думаю, это будет неплохой компенсацией за мои временные отлучки.
        Это циничное замечание подняло в груди Джоан новую волну негодования.
        - Не все можно измерить деньгами! - выкрикнула она ему вслед.
        Но Дэвид уже был далеко, поэтому она не была уверена, что он услышал ее. Странно, но именно сейчас она думала еще и о том, что последнее слово осталось все же не за ней.
        Джоан еще некоторое время не могла подняться с места. «Бывшим любовницам»! Как будто ее ударили по щеке. Он ясно дал ей понять, что она была для него одной из многих. Так мерзко она еще никогда себя не чувствовала. А еще она боялась, что Дэвид решит, будто она ревнует. Она уже жалела, что затеяла этот дурацкий разговор о Натали.
        Джоан откинулась на спинку дивана и закрыла глаза. Боже, кого она обманывает - ведь она действительно ревнует. Через несколько минут она замерзла и направилась домой. Там Джоан ждал тот, кто действительно любит ее. Как же все нескладно устроено в этом мире…


        Джоан стояла у окна и плакала. Сегодня утром она узнала, что свадьба Натали и Дэвида состоится через месяц, а сейчас они снова уезжают в Бостон и вернутся только к свадьбе. Сердце буквально рвалось из груди. Она больше не хотела быть сильной, не хотела быть гордой. К чему все это светское притворство? Джоан хотела только одного - чтобы Дэвид был рядом. Если бы только можно было отмотать пленку назад, вернуть все как было. Пусть тайком, пусть изредка, но видеть его. А что теперь? Во всех последних событиях она винила только себя. Ведь это она своими руками толкнула его в объятия другой. Сотню раз Джоан задавала себе один и тот же вопрос: зачем я это сделала? Ответа у нее не было. Неожиданно дверь открылась - и на пороге появился Дэвид. Не спрашивая разрешения, он вошел и остановился напротив Джоан. Она вопросительно и в то же время со слабой надеждой в глазах посмотрела на него.
        - Я думаю, нам надо наконец серьезно объясниться, - сказал он твердо.
        - О чем ты? - Ее лицо было мокро от слез. - Что бы ни сказали друг другу, это ничего не изменит, ведь ты уезжаешь.
        - Мы наделали много глупостей, пришла пора исправлять их, и сейчас все зависит только от тебя, - возразил Дэвид.
        Он не собирался помогать ей, она сама должна сделать выбор, поэтому не только в словах, но и в действиях был лаконичен. Для себя он уже все решил.
        Они смотрели друг другу в глаза не отрываясь. Только у Дэвида было во взгляде ожидание, а в глазах Джоан отражалась настоящая борьба. И она сдалась. Сделав шаг ему навстречу, она бросилась в его объятия словно в пропасть. Точно зная, что погибнет, она все же сделала этот шаг. И только его сильные руки, сжимающие, ласкающие ее тело, придали ей уверенности. Боже, только бы он никогда не отпускал ее!
        - А как же свадьба? Натали, гости? - Джоан больше не плакала и пыталась в этой ситуации мыслить трезво. - Мы не можем вот так просто забыть обо всем. У меня такое ощущение, что мы связаны по рукам и ногам невидимыми путами, но они крепче настоящих цепей. - Отчаяние нахлынуло на нее с новой силой.
        Дэвид с любовью смотрел на нее сверху вниз.
        - Давай я сам разберусь с этим. Вот увидишь, все будет нормально.
        Ее не надо было уговаривать. Она еще теснее прижалась к нему и тихо произнесла:
        - Вот бы все проблемы решались так же легко.
        - К сожалению, это невозможно, - ответил Дэвид.
        В данный момент они оба думали о Джордже.


        Подойдя к окну, Джоан увидела, как Натали направляется к машине. Шофер укладывал ее чемоданы в багажник. Дэвида рядом не было. По всей видимости, объяснение состоялось и помолвка расторгнута. Прежде чем сесть в машину, Натали внезапно обернулась и, подняв голову, в упор посмотрела на Джоан. Это был такой долгий и пронзительный взгляд, что Джоан не выдержала и невольно сделала шаг назад. Она прочитала в глазах Натали ненависть и предупреждение.
        Вечером она встретилась с Дэвидом и рассказала ему о своих страхах, о том, как Натали смотрела на нее.
        - Думаю, она знает о нас, - сказала Джоан уверенно.
        Но Дэвид только посмеялся над ней.
        - Успокойся. Я дал ей такие отступные, что у нее даже в мыслях не будет что-то затевать против нас.
        - Ты заплатил ей? - спросила Джоан в изумлении.
        - Да, это лучший способ избежать ненужных сцен. - Его голос звучал уверенно.
        Джоан усмехнулась.
        - Вот еще одно различие между богатыми и бедными. Богатые все проблемы решают с помощью денег, а бедные устраивают скандал.
        - Но ты теперь тоже не бедная, так что, если возникнет проблема, можешь попробовать решить ее без скандала, - напомнил Дэвид.
        - Уж лучше бы совсем без проблем.
        - Согласен. Тем более не всякий скандал можно замять с помощью денег.
        - Что ты имеешь в виду? - В глазах Джоан снова появилась тревога. Она неосознанно провела ладонью по лицу, как бы отгоняя новую проблему.
        - Ты забыла про папарацци. Этим только дай повод, в покое еще долго не оставят. Про предстоящую свадьбу не писал только ленивый. Но самое неприятное - это разговор с Барбарой. Слава богу, они с Фрэнком уехали на выставку в Бостон, но скоро они вернутся и тяжелого разговора не избежать.
        - Никогда не видела, чтобы ты перед кем-то оправдывался, - невольно рассмеялась Джоан.
        - Ты права. Но ведь это Барбара. Мне предстоит долгий допрос с пристрастием. Она так радовалась, что я наконец решил жениться, так как всю жизнь считала себя виноватой передо мной.
        У Джоан неприятно кольнуло в сердце, и она отвернулась. Дэвид напомнил ей про то, что когда-то было между ним и Барбарой.
        - Бог мой, прости, я настоящий болван, - спохватился он, но было уже поздно.
        Возникла пауза. Джоан действительно была шокирована. Раньше она как-то не думала про их взаимоотношения.
        - Если тебя это хоть немного успокоит, мы никогда не вспоминаем с Барбарой прошлого. Она жена моего брата - и это все.
        - Неправда. Это не все. Ты забыл еще об одной мелочи.
        Дэвид вопросительно посмотрел на Джоан.
        - У вас общий ребенок.
        - Я помню об этом. - Он прямо посмотрел ей в глаза. - Не пойму: чего ты добиваешься? Или ты никогда не совершала ошибок?
        Джоан смутилась.
        - Прости. Просто последние события не прибавили мне спокойствия. Тебя всегда окружает слишком много женщин. А я хотела бы быть единственной.
        - Но так и есть. Ты единственная, кто дорог мне по-настоящему. Все остальные в прошлом, - сказал он серьезно.
        - Ты не представляешь, как бы мне хотелось в это верить.
        Он подошел к ней и обнял.
        - Ты просто устала. Завтра все будет по-другому.

10

        - Странно, что ты выбрал именно Нью-Джерси.
        Джоан приехала ненадолго погостить к своему брату Энтони. Они сидели в гостиной в его небольшой квартире, которая находилась прямо над его автомастерской.
        - Сам не знаю, почему мне захотелось вернуться сюда. Знаешь, со временем больше вспоминаешь о хорошем, чем о плохом.
        Джоан непроизвольно усмехнулась.
        - Например? Приведи хоть один пример, когда наши родители вспомнили бы о нас. - Она понимала, что зря горячится, но обида сидела слишком глубоко, поэтому ей трудно было сдержаться.
        - Ну, например, как однажды отец взял меня на рыбалку. Правда потом…
        - Потом он напился и забыл привезти тебя домой, - закончила Джоан за него.
        Энтони усмехнулся.
        - Да, но попытку быть хорошим отцом он все же сделал.
        - Нет, я бы не смогла сюда вернуться, - произнесла Джоан задумчиво. - У меня никаких приятных воспоминаний этот город не вызывает. - В ее голосе сквозила обида. - Мечты о любящих и трезвых родителях так и остались мечтами. Наверное, я скажу страшную вещь, но иногда мне кажется, что автокатастрофа была единственным возможным итогом их жизни.
        - Я думаю, ты просто не хочешь признаваться. Наверняка ты часто вспоминаешь родителей?
        Джоан огромным усилием воли проглотила комок в горле и не ответила.
        Энтони пожалел, что затронул эту тяжелую тему, однако то, о чем он собирался поговорить с Джоан, не было для нее более легким. И все же он решился.
        - Я хочу предупредить тебя.
        Джоан вопросительно посмотрела на него.
        - О чем это ты? - усмехнулась она. - Ты так серьезен, не пугай меня.
        - Я о Дэвиде, - ответил он прямо.
        - Не понимаю. - Она продолжала улыбаться, но уже по инерции, а в глазах затаилась тревога.
        - Ты прекрасно понимаешь, что я хочу сказать. Почему ты не можешь развестись и выйти за него?
        - Ну ты же знаешь - Джордж болен.
        - Насколько я знаю, самое страшное позади и он чувствует себя хорошо. Так, может, это самый подходящий момент?
        - Дэвид боится, что стресс может вернуть болезнь.
        Энтони мрачно посмотрел на сестру.
        - Хорошая отговорка.
        - Я думаю, ему виднее и он правильно выберет момент. - Джоан не хотела показывать, что ее саму этот вопрос мучает очень давно и она не знает на него ответа. Но что толку говорить об этом, не в ее власти что-либо изменить, у нее уже была одна попытка, которая закончилась плачевно. Второй раз рисковать Джоан не хотела.
        Однако Энтони не собирался отступать, он был настойчив и твердо понимал, что делает это ради сестры.
        - А если ваша связь раскроется раньше, чем он что-то предпримет?
        Джоан беспечно пожала плечами.
        - Значит, судьба такая, да рано или поздно, я думаю, это все равно должно случиться. Надеюсь, Дэвид к тому моменту уже примет решение и найдет выход из сложившейся ситуации.
        - А не слишком ли ты ему доверяешь?
        - Я люблю его, - парировала она без заминки. - И что значит «слишком доверяю», я ему просто доверяю - и все.
        - Не хочу тебя пугать, сестренка, но ты должна быть очень осторожна. Нельзя забывать, в какой семье ты живешь. Богатые люди всегда защищают только свои интересы. Пока ты эти интересы защищаешь и поддерживаешь, они на твоей стороне, но, как только они хоть немного усомнятся в тебе, почувствуют с твоей стороны хоть малейшую угрозу, пусть даже безосновательную, они моментально сплотятся против тебя. Так было и будет всегда.
        - Ты хочешь сказать, что Дэвид может предать меня?
        - Ведь он тоже Боуин и он один знает всю правду о твоем прошлом. Не исключено, что когда нужно будет выбирать, он предпочтет семью.
        - Предположим, ты прав. И что с того? Самое худшее, что мне грозит, - это развод.
        - Ты останешься ни с чем, - напомнил ей Энтони.
        - Подумаешь, соберу чемодан и начну все сначала. Ведь мне не впервой. Вспомни, как нам порой приходилось туго, а теперь у нас есть опыт, а главное - мы получили образование, так что без куска хлеба не останемся.
        Она действительно до конца не понимала, чем рискует. Энтони не хотел расстраивать сестру, однако оставлять ее в неведении он тоже не мог. Лучше встречать опасность во всеоружии, чем быть застигнутым врасплох. Немного помедлив, он все же решился:
        - А как же Майкл?
        Джоан почувствовала, как к горлу подкатила тошнота. Она сразу поняла, что ей хотел сказать Энтони.
        - Ты думаешь, они на это пойдут? Смогут забрать у меня сына?
        - Можешь не сомневаться. Вспомни, как тщательно провел Дэвид расследование, чтобы разоблачить тебя. А когда ты сказала о ребенке? Неужели эта новость хоть немного его разжалобила? Тебе было дозволено вернуться, только когда они оказались в безвыходной ситуации, а твои чувства их вообще не интересовали. Прости, если мои слова ранят тебя, но ты знаешь, что я прав. Но главное, это, конечно, то, как поведет себя Джордж, если узнает, что ты ему изменяла.
        Энтони добился своего, ей стало по-настоящему страшно. Однако она не могла до конца поверить в то, что Дэвид может отвернуться от нее.
        - Я верю Дэвиду, - повторила она как мантру. Однако ее голос предательски дрожал.
        Энтони подошел к ней и обнял.
        - Эх-эх. Ты ослеплена от любви и ничего вокруг себя не замечаешь. Но, прошу тебя, будь осторожна, постарайся хоть иногда мыслить трезво. Возможно, касательно Дэвида я погорячился и он не оставит тебя, но Джордж… - Энтони многозначительно покачал головой. - Его реакция может быть непредсказуемой.
        - Я постараюсь, - заверила она брата.
        Уже в аэропорту, провожая Джоан, Энтони неожиданно спросил:
        - Ты когда-нибудь жалела, что так все вышло?
        - Нет… Вернее, не знаю. Я просто об этом не задумывалась, - проговорила она слишком поспешно, но Энтони все понял и не стал донимать сестру дальнейшими вопросами. Теперь-то уж что, обратного пути нет. Но она вдруг сама продолжила разговор: - Я одно могу сказать. Все, что с нами происходило и происходит, это делаем мы сами. Нам некого винить. Хотя, признаться, иногда такой соблазн и возникает.

11

        Джоан очень любила квартиру Дэвида, которая была свидетелем многих счастливых часов, которые они провели вместе. Вот и сейчас, лежа в огромной постели, они наслаждалась счастьем, которое так неожиданно ворвалось в их жизнь. И в то же время тревога не покидала Джоан. Она никак не могла выбросить из головы последний разговор с братом, который не одобрял ее связи с Дэвидом. Тогда он спросил ее о том, что будет с ними дальше и почему Дэвид ничего не предпринимает. Но она не смогла ему ответить. А еще он был прав, когда говорил, что она ведет себя слишком беспечно. Ведь при любом исходе событий Дэвид ничего не теряет, а Джоан может потерять все…
        - Что с нами со всеми будет? - Невольный вздох вырвался у нее из груди. Она прислонилась щекой к широкой груди Дэвида и слушала ровное биение его сердца.
        Дэвид не ответил ей. Она знала, что он тоже думает об этом, а еще о том, как выйти из сложной ситуации и не причинить никому вреда. Энтони, конечно, во многом прав, но и Дэвиду она не могла не доверять. Она была уверена - он обязательно что-нибудь придумает. Надо просто немного подождать. Поэтому Джоан решила не настаивать и просто наслаждаться каждой минутой, проведенной с Дэвидом. Она приблизила свои губы к его губам, и тотчас весь мир вокруг них перестал существовать.
        Они были заняты только друг другом, когда неожиданно в эту идиллию вмешался третий.
        - Да… Что же мне с вами делать?
        Им не надо было оборачиваться, чтобы понять, кому принадлежит этот голос.
        Джордж стоял в дверях, оперевшись о косяк одной рукой, другая была спрятана в кармане. Несмотря на то, что его высокая фигура в длинном плаще закрывала почти весь проем, они увидели за его спиной несколько вооруженных людей. Первой пришла в себя Джоан:
        - Что все это значит?
        Джордж усмехнулся.
        - Ты меня об этом спрашиваешь?
        Дэвид сделал попытку подняться, но был остановлен Джорджем:
        - Я бы не советовал. Ребята могут занервничать и чего доброго пальнуть.
        - Неужели тебе для разговора с нами нужны эти люди? - спросил Дэвид.
        - С некоторых пор, как ты говоришь, эти люди стали мне ближе вас, родных людей. Они меня еще ни разу не предали. Сначала меня обманывала моя невеста, присвоив себе чужое имя. Теперь, уже будучи женой, она изменяет мне с моим дядей. - По мере того как он говорил, его голос становился все более жестким, а глаза наливались ненавистью. - Такие, как вы, готовы на все. Ведь я не умер, как вы этого ожидали. Возможно, этим стенам, - Дэвид театрально развел руками, - уже известен план несчастного случая.
        Джоан в ужасе закричала:
        - Нет. Что ты такое говоришь?! Остановись, прошу тебя! Разреши мне все объяснить. - Она хотела броситься к нему, как-то оправдаться, но гневный окрик Джорджа вернул ее на место.
        - Клянусь, если еще хоть раз один из вас встанет с этого места без моего разрешения, я сам пристрелю его. - Он сел на стул напротив них и положил рядом с собой на стол пистолет. Вооруженная до зубов охрана осталась в дверях. - Мне больше нечего терять. А ваши объяснения мне ни к чему. Вряд ли вы готовы сказать правду. А то, что жалели меня, боялись все рассказать из-за того, что болезнь может вернуться, так приберегите эти сказки для сентиментальных старушек.
        - Но это правда. - Джоан пыталась спасти ситуацию.
        - Я оценил твою попытку, - усмехнулся Джордж. - Если бы вы действительно боялись за меня, вы бы не пошли на это. Все очень просто, не так ли? - Его лицо было серым от усталости, вероятно он не спал несколько дней. - Я понимаю, вам трудно смириться с тем, что сейчас я хозяин положения, ведь я вечно болтался у вас под ногами, как мелкое надоедливое животное, которое только мешало вашим планам… Но сейчас вам придется подчиниться.
        Джоан била мелкая дрожь, ей было очень страшно, но она все же сделала последнее усилие:
        - Джордж, прошу тебя, давай поговорим в другом месте и в другое время.
        - А чем тебе не нравится это место? По-моему, здесь очень уютненько, - ответил он с сарказмом. - Мой дядя всегда знал толк в развлечениях и в том, как все обставить должным образом. - Он кивнул в сторону столика, который украшали фрукты и шампанское.
        - Ведь именно это так действует на женщин, не так ли? - Последние слова были обращены к Джоан, но она не ответила. - Впрочем, все как обычно - фрукты, шампанское и… чужая жена. - После короткой паузы Джордж продолжил: - Вообще-то в данный момент вас меньше всего должны интересовать вопросы места и времени нашего с вами рандеву. Вас сейчас должен волновать другой вопрос: «Что он с нами сделает? . Да, папочка?
        У Дэвида пересохло в горле. Охрипшим голосом он спросил:
        - Когда ты узнал?
        - Давно, еще в школе. Мир не без добрых людей. Вот она, еще одна ложь, из-за которой я должен опасаться своих родственников.
        Джоан взмолилась:
        - Прошу, перестань. Это невыносимо.
        В волнении Джордж встал и подошел к окну.
        - А ты думаешь, мне легко было вынести все это? Когда Натали попросила о встрече и высказала свои догадки по поводу вас, я не поверил. Дурак!
        - Натали? - удивленно спросил Дэвид.
        - Да, Натали. Ты был слишком самоуверен. Не задумываясь вышвырнул свою невесту, как только любовница снова поманила тебя. Честно говоря, не ожидал от тебя такого постоянства, но, видно, запретный плод сладок.
        - Значит, решила отомстить, - горько усмехнулся Дэвид.
        - Да, ты зря потратил свои деньги. На этот раз ты просчитался. Миллион долларов не помог Натали забыть об уязвленном самолюбии. Надо отдать ей должное, она женщина настырная. Прислала мне фотографии. И тут уж мне пришлось поверить. Каждый день детектив приносил все новые и новые доказательства вашего предательства. - Джордж продолжал смотреть в окно, а голос становился все глуше. - Думали, что я сдохну. Простите, что помешал вашим планам.
        Дэвид осторожно заметил:
        - Действительно, Джордж, давай поговорим в другом месте.
        Но Джордж пропустил его слова мимо ушей.
        - Сначала я хотел просто пристрелить вас обоих. - Он отвернулся от окна и посмотрел в глаза Джоан. - Но не смог. К сожалению, я еще люблю тебя. - Каждое слово давалось ему с трудом. - Люблю и одновременно ненавижу. Ты вытащила меня из такой пропасти, откуда люди редко возвращаются, и тут же сбросила в пропасть, у которой вообще нет дна… Подумать только. Ты под разными предлогами отказывала мне в близости и бежала к нему. Но я хочу дать тебе еще один шанс, хотя ты этого и не заслуживаешь. Ты пойдешь со мной? Если ты согласишься поехать со мной на остров, то я, возможно, прощу тебя. - И после паузы добавил: - Решай здесь и сейчас. Завтра уже будет поздно.
        Как ни было Джоан страшно, она все же нашла в себе силы ответить:
        - Прямой вопрос требует прямого ответа. - Она не смогла выдержать того, как Джордж смотрел на нее, и опустила голову. - Прости, но я не люблю тебя.
        Джордж резюмировал:
        - Ну что ж, я ожидал этого.
        - Зачем тогда спрашивал? - саркастически заметил Дэвид.
        Громкий смех был ему ответом.
        - Да, действительно, странно как-то, муж спрашивает жену, пойдет ли она с ним. Простите за плохое воспитание. Однако пора заканчивать с этим цирком, представление слишком затянулось. - Джордж повернулся к Джоан. - Выбирай: либо ты со мной, либо больше никогда не увидишь сына.
        Несмотря на то, что Энтони предупреждал ее о таком развитии событий, она была не готова к происходящему. Ее рот в изумлении приоткрылся. Сначала она посмотрела на Дэвида, а потом перевела взгляд на Джорджа.
        - Я не ослышалась? - Ее голос дрожал от волнения. - Я не верю, что ты способен на это.
        - Обманутый муж способен на многое, - горько усмехнулся он. - Ты невнимательно смотрела водевили, на которые так любила ходить.
        - Джордж, остановись, - вмешался Дэвид. - Сейчас ты можешь совершить непоправимое, откуда не будет выхода.
        - Вы меня опередили… - От волнения у Джорджа перехватило голос. Закашлявшись, он взял со стола бутылку с виски и сделал несколько глотков, но через минуту уже продолжил свои обвинения: - Вы уже совершили непоправимое. Что бы ни произошло, вы всегда будете теми людьми, которые предали своего сына и мужа.
        Несмотря на то, что нервы Джоан уже были на пределе, она все же спокойно спросила:
        - Ты обвинил меня в стольких грехах, почему же ты так упорно требуешь, чтобы я поехала с тобой на остров? Неужели ты сможешь мне доверять?
        Он усмехнулся и на миг стал прежним Джорджем, каким они его знали раньше. Но уже в следующее мгновение его лицо снова будто окаменело.
        - Ты права, к вам у меня нет больше доверия, но я решил рискнуть. Время покажет: возможно, я выиграю, а возможно, и проиграю. Правда, данную партию выиграл, похоже, я. К тому же я решил проверить, что значит счастье любой ценой. Ведь вы действовали именно так. Зачем обращать внимание на желания и чувства другого человека, даже если этот человек ваш муж или сын. Важно только то, чего тебе хочется. Ведь так?
        Но ему никто не ответил, тогда Джордж продолжил:
        - А мне пока хочется, чтобы ты оставалась со мной. - И цинично добавил: - Пока не надоешь мне. - Он нехорошо усмехнулся при этом. - А потом, возможно, я сам подарю тебя своему отцу.
        От этих слов Джоан отпрянула как ужаленная, ее лицо пылало огнем, однако она решила больше не спрашивать о себе, чтобы не добавлять щепок в огонь его тщеславия, поэтому спросила про сына:
        - Где сейчас Майкл?
        - Он на острове. А ты должна поехать туда вместе со мной. И чтобы тебе понапрасну не мучиться, я облегчу тебе жизнь.
        - Это каким же образом, интересно? - спросила Джоан не без иронии.
        Джордж внимательно и почти с сочувствием посмотрел на нее, но при этом жестко произнес:
        - Я лишу тебя выбора. Если ты помнишь, ты подписала брачный контракт, в котором сказано, что при разводе каждый остается при своем. А еще вот это. - Он вытащил из кармана фотографии Джоан и Дэвида, не позволявшие усомниться в характере их отношений, и бросил их на кровать. - Как ты думаешь, кому отдадут сына? Отцу-миллионеру или нищей матери, да еще изменившей своему мужу? И, как говорят мои адвокаты, хорошо, если тебе разрешат хотя бы иногда видеться с Майклом.
        - Ты отлично подготовился, - с трудом произнесла Джоан. По ее щекам градом текли слезы. Казалось, ее душу вывернули наизнанку. Ее поразила жестокость Джорджа. Это был уже не тот человек, за которого она выходила когда-то замуж и спасала от смерти. Не обращая внимания на то, что была практически раздета, она молча встала и стала одеваться - в этот момент она забыла о стеснении.
        Джордж же, напротив, отвернулся и направился к двери.
        - Собирайся, я буду ждать тебя внизу. - Немного помедлив, он обратился к Дэвиду, который в этой ситуации был скорее не участником, а немым свидетелем: - А тебе я хочу сказать следующее. Если ты приблизишься к моей жене ближе чем на сто метров, клянусь, - его голос понизился до зловещего шепота, - я не посмотрю, что ты мой отец я уничтожу тебя.
        Джоан не выдержала всего этого и закричала:
        - Хватит, я иду с тобой, что тебе еще надо?!
        Лицо Джорджа исказила усмешка.
        - Ты права, для него трудно придумать худшее наказание. Ты будешь вечным соблазном маячить перед ним, но подойти он уже не сможет, а тем более потрогать. - С этими словами он вышел.
        Его люди последовали за ним.
        Джоан лихорадочно продолжала одеваться. Дэвид, смотревший на ее метания по комнате, спросил:
        - Неужели ты пойдешь к нему?
        Она вскинула на него свои прекрасные, мокрые от слез глаза и со злостью ответила:
        - А ты как думаешь?
        Он подошел к ней и обнял.
        - Прошу, останься. Мы обязательно что-нибудь придумаем.
        Казалось, Джоан уже не слышала его, она была далеко отсюда. Тогда он слегка встряхнул ее за плечи.
        - Я не смогу без тебя.
        Она скинула его руки и направилась к двери.
        - А я не смогу без своего сына.
        Дэвид больше не стал ее останавливать, он ругал только самого себя за свою беспомощность.
        Когда Джоан спустилась, Джордж стоял, прислонившись к машине, и курил. Охранники находились неподалеку от своего хозяина. Джоан не без иронии спросила, махнув в их сторону головой:
        - А спать с тобой ты заставишь меня тоже с их помощью?
        Джордж молча распахнул перед ней дверцу машины. Он получил желаемое, поэтому ответом ей была только его торжествующая улыбка. Он отпустил охрану и сам сел за руль.
        - Ничего, у нас еще все будет хорошо. Вот увидишь.
        Он, похоже, твердо верил в то, что говорил. Джоан отвернулась и стала смотреть в окно. Она понимала, что сейчас бесполезно с ним спорить, он был победителем. Однако она все же нарушила молчание, когда увидела, что они, не заезжая домой, сразу отправились на яхту.
        - Но у меня нет с собой никаких вещей.
        - Я распорядился доставить их на яхту. А потом привезут остальное, что тебе понадобится.
        - Ты очень предусмотрительный, - раздраженно ответила Джоан.
        Через несколько часов они уже были на острове. Если раньше он напоминал Джоан райский уголок, то теперь больше походил на тюремную крепость. В нескольких местах она увидела вооруженных до зубов людей. Похоже, Джордж в отличие от Джоан был готов к любым неожиданностям. Он заметил ее замешательство.
        - Не бойся, они стреляют только в моих врагов, а ведь ты моя жена, не правда ли?
        Он улыбался, но от этой улыбки Джоан еще больше стало не по себе, поэтому она как можно спокойнее ответила:
        - Сейчас я только хочу увидеть Майкла и отдохнуть.
        - Майкл в бассейне. Надеюсь, ты помнишь где он находится.
        - Помню.
        Майкл очень обрадовался ее появлению. Он взахлеб рассказывал о своем пребывании на острове, его переполняли эмоции.
        - Мама, я бы хотел остаться здесь навсегда. Папа обещал научить меня кататься на лошади, представляешь?
        Джоан невольно засмеялась.
        - Тише-тише. Успокойся. Я думаю, папа поторопился. Кататься на лошади тебе еще рано. Это очень опасно.
        - Да что ты, мама. Чтобы стать настоящим мужчиной, надо обязательно научиться кататься на лошади, а еще стрелять.
        - Это тебе папа сказал? - спросила Джоан.
        - Да. Я хочу быть как папа. А он все это умеет делать.
        Мальчик даже не догадывался, какие страсти бушуют в отношениях между его родителями, и Джоан в ужасе подумала, что на ее плечи ложится обязанность и дальше поддерживать его иллюзии о дружной семье.
        - А как же Барбара с Фрэнком? Неужели ты не будешь по ним скучать?
        Майкл заметил грустное настроение мамы. Он прижался к ней.
        - Не расстраивайся, мы их пригласим сюда и будем жить здесь все вместе.
        Джоан невольно рассмеялась.
        - Ох, плохо же ты знаешь свою бабушку. Да она и дня не выдержит без походов по магазинам и встреч со своими подругами.
        Майклу пришлось сдаться.
        - Ладно, мы будем ненадолго к ним приезжать. А сейчас пойдем купаться.
        Он бросился прямиком в бассейн. Джоан, немного помедлив, тоже последовала за ним. Она понимала, что не должна допустить, чтобы Майкл страдал из-за непростых отношений родителей. Что значит ее настроение, если речь идет о счастье ее ребенка…

12

        Джордж чувствовал, что еще одного серьезного разговора с Джоан не избежать, поэтому придумывал всякие дела для того, чтобы оттянуть этот неприятный момент на неопределенное время. А Джоан оставалось только метаться по своей комнате, как льву в клетке, когда в очередной раз ей давал от ворот поворот внушительных размеров охранник, стоявший у дверей кабинета Джорджа. Глядя бесстрастным взглядом куда-то мимо нее, он неизменно талдычил как попугай:
        - Хозяин занят, приказал никого не пускать.
        Джоан реально оценивала свои силы, поэтому даже не пыталась вступать с ним в единоборство. И все же в один из вечеров, уложив Майкла спать, она решилась на последнюю попытку поговорить с Джорджем. И ей явно повезло: на этот раз охранника у входа не оказалось. Когда она вошла в кабинет мужа, Джордж сидел за столом и разговаривал с кем-то по телефону. Минут пять он делал вид, что не замечает ее, надеясь, что она уйдет. Однако Джоан терпеливо ждала, когда он закончит, всем своим видом показывая, что не собирается уходить. Ему пришлось положить трубку.
        - Ты что-то хотела? Присаживайся. - На его лице сияла улыбка.
        Это все больше и больше бесило Джоан.
        - Я хочу поговорить с тобой, - сказала она требовательно.
        - Ну ты же видишь, я очень занят. У нас еще столько времени впереди, мы всегда сможем поговорить в более подходящее время. - Его слова прозвучали почти издевательски.
        Джоан сделала вид, что они ее не касаются. Пристально посмотрев Джорджу в глаза, она после небольшой паузы резко спросила:
        - Скажи, ну зачем тебе все это надо? Ты же видишь, что я больше не могу здесь находиться. Как будто я отбываю наказание в тюрьме. Я задыхаюсь. Я не могу больше продолжать этот спектакль.
        Джордж очень серьезно посмотрел на Джоан.
        - А раньше могла?
        Она не ответила, и он продолжил:
        - Ты прекрасная актриса и очень долго разыгрывала передо мной гениальный спектакль. Что же изменилось? Может, тебе не хватает зрителей? - Его голос звучал глухо и почти отрешенно.
        Джоан решила сменить тактику.
        - Ну послушай, неужели у тебя нет никакого самолюбия? Разве настоящего мужчину может устраивать такая ситуация? Пойми, я не люблю тебя.
        Джордж встал и прошелся несколько раз по комнате, чтобы скрыть напряжение. Каждое ее слово причиняло ему невыносимую боль.
        - Несмотря на твой богатый жизненный опыт, ты все же очень наивна. Ты и вправду думала, что я не видел твоего отношения ко мне все эти годы? - спросил Джордж и сам же ответил на свой вопрос: - Я, конечно, знал, что ты меня не любишь.
        Джоан изумленно уставилась на него, у нее даже округлился рот от удивления.
        - Но тогда почему…
        Он перебил ее.
        - Но человек всегда надеется. Я думал, раз она вернулась, значит, что-то чувствует ко мне. Я искренне верил, что, возможно, твое расположение ко мне перерастет в нечто большее. - И, глядя с горечью на Джоан, совсем тихо добавил: - Ведь ты спала со мной.
        Джоан осторожно возразила:
        - Я тоже на это надеялась. Но давай признаем - мы оба ошиблись и пришла пора исправить это.
        Джордж пропустил ее слова мимо ушей.
        - Я был уверен - не может женщина ложиться в постель с мужчиной, не испытывая к нему абсолютно никаких чувств. - Он горько усмехнулся. - Наивный. Оказалось, еще как может. - Он снова сел. - Но, знаешь, я привык к мысли, что ты меня не любишь и, возможно, этого счастья вообще не случится в моей жизни. Я думал, моей любви хватит на нас двоих, и меня все устраивало. - Его лицо будто окаменело. В какой-то момент он оказался очень далеко от этого места, но потом, очнувшись, с горечью произнес: - Устраивало до тех пор, пока ты не стала бегать из супружеской постели прямиком в постель моего отца. К этому я привыкнуть не мог. - Он почти с ненавистью посмотрел на нее.
        - А сейчас? - спросила Джоан. От его взгляда ей было не по себе.
        Напряжение немного отпустило его, и он с усмешкой ответил:
        - А сейчас ты снова со мной - и только это имеет значение.
        Джоан сделала протестующий жест.
        - Я не с тобой. Я больше никогда не буду с тобой. Наш брак закончился. Пора ставить точку.
        Джордж, не без иронии глядя на Джоан, уже совсем спокойно ответил:
        - Тебе никто не мешает поставить точку. Ты можешь уйти в любую минуту.
        Он прекрасно понимал, что она не может уйти, но ему, похоже, доставляло удовольствие издеваться над ней. Он брал реванш.
        Джоан со слезами на глазах - сдерживаться больше не было сил - и без всякой надежды спросила:
        - А Майкл?
        - Зачем повторять то, что уже сказано. Ты уйдешь одна.
        - Ты решил мне отомстить с помощью своего родного ребенка?
        - Я хочу сохранить для него нашу семью.
        Его ответ показал, что все усилия Джоан бесполезны. У нее было ощущение, что она находится на арене цирка и как лошадка бегает по кругу. Она даже не подозревала, что ее муж может быть таким - холодным, непреклонным и даже жестоким.
        Отчаяние полностью захлестнуло Джоан.
        - У тебя нет сердца, - сказала она тихо.
        Но Джорджа уже было не пронять. Он подошел к ней совсем близко, взял ее руку и прижал к своей груди.
        - Нет, есть. У меня есть сердце. Но ты его заморозила, - сказал он жестко, глядя в упор в ее заплаканные глаза.
        Она поняла, что разговора не получилось, выдернула свою руку из его руки и, не добавив больше ни слова, вышла из кабинета.
        Когда она сидела вечером в библиотеке, ее позвали ужинать, но Джоан отказалась и попросила принести ужин в ее спальню. Однако служанка вернулась через несколько минут и сказала, что хозяин не разрешил и ждет ее в столовой. Когда она спустилась вниз, Джордж уже был там и разливал вино.
        - Прекрасное вино, попробуй, дорогая. Проигнорировав его предложение, она спросила:
        - Почему я не могу поужинать у себя?
        - Потому что мы семья. И каждый раз объяснять Майклу, почему его мама не с нами, я не намерен, - парировал он без запинки, как будто заранее приготовил ответ на ее вопрос. - Ты хочешь, чтобы Майкл был посвящен в наши разборки? - Он снова ее шантажировал.
        - Ты прекрасно знаешь, что не хочу и здесь я только ради него.
        Джордж проигнорировал ее уточнение и, с улыбкой глядя на Джоан, произнес:
        - Значит, все замечательно. Мария, - обратился он к прислуге, - несите ужин.
        Джоан была вне себя. Резкие слова готовы были сорваться с ее губ, но тут вбежал Майкл и ей пришлось промолчать. Сын просто обожал своего отца. Он даже засыпал с трудом, если Джорджа не было рядом.
        У Джоан в глазах стояли слезы, она попала в настоящий капкан. Она разгадала игру Джорджа. Он хотел выиграть время, чтобы все как-то само утряслось. Наверняка он надеялся, что Дэвид и Джоан постепенно забудут друг друга и все встанет на свои места. Он использовал последний шанс.


        Потянулись дни, похожие один на другой. Джоан почти все время проводила с Майклом. У нее больше не было ее магазинов, поэтому было много свободного времени. Джордж часто уезжал на материк по делам, но это ее не волновало. Она только с грустью смотрела на отплывающую вместе с ним яхту. Ведь та плыла туда, где Джоан была счастлива. Неужели все это было правдой? Сейчас в это верилось с трудом.
        Однажды, попрощавшись с Майклом на ночь, Джоан отправилась к себе. Пройдя несколько метров, она увидела охранника, приставленного следить за сыном. Его постоянное присутствие при ее общении с сыном жутко раздражало Джоан, но в глубине души она понимала, что после всего случившегося Джордж не доверяет ей.
        Свет в коридоре был приглушен, поэтому Джоан, только подойдя к двери своей спальни, увидела стоявшего там Джорджа.
        - Привет, ты не могла бы уделить мне немного своего драгоценного времени? - спросил он с иронией.
        Последние несколько дней она разговаривала с ним исключительно в присутствии Майкла и сейчас не собиралась отступать от этого правила. Поэтому, молча зайдя в комнату, Джоан собралась было захлопнуть дверь перед самым носом Джорджа, но ей это не удалось, так как он подставил ногу.
        - Я не намерена с тобой разговаривать - ни сейчас, ни потом. Уйди, - сказала она со злостью, пытаясь оттолкнуть его.
        Но Джордж не собирался отступать. Он вошел вслед за ней в спальню и закрыл за собой дверь.
        Ей ничего не оставалось, кроме как согласиться.
        - Ну хорошо, говори, что тебе надо, и убирайся! - потребовала она раздраженно, понимая, что так просто от него не отделаться. О чем ты хочешь со мной поговорить? Может, о том клоуне, который постоянно ошивается возле Майкла? Смешно, ты поставил его следить за женой и собственным сыном. Боишься, что я выкраду его? Но, ты ошибаешься, я не буду уподобляться тебе и втягивать ребенка в грязные игры! - Джоан все больше горячилась. Все это время она не смотрела на Джорджа, но, внезапно подняв голову, встретилась с ним взглядом и все поняла.
        Он вовсе не затем пришел к ней, чтобы вести ненужные разговоры. Джордж смотрел на нее не отрываясь. Его глаза молили и требовали одновременно.
        Испугавшись, она невольно отступила назад - как будто ее опалило огнем.
        - Нет-нет, Джордж. Уходи.
        - Я не уйду. - Его ответ прозвучал неожиданно твердо.
        - Неужели ты не понимаешь, что между нами не может ничего быть. Все кончено. Я устала это тебе повторять.
        По-видимому, он так не считал. Подойдя к ней совсем близко, Джордж обнял ее и поцеловал. Его дыхание обожгло ей губы - столько страсти было в этом поцелуе. А еще Джоан поразила покорность, с которой он внезапно разжал объятия и отпустил ее.
        - Не прогоняй меня сегодня. Я прошу у тебя только эту ночь. - Было видно, что он дошел до точки. Жить рядом с любимым человеком и не иметь возможности дотронуться до него. Для Джорджа это было настоящей пыткой. - Не заставляй меня унижаться, - добавил он совсем тихо и отвернулся.
        - Но я не могу, - ответила она почти с надрывом, однако по голосу было понятно, что она сдается.
        Джордж не торопил Джоан, хотя все его тело буквально застыло в напряжении. А она еще некоторое время стояла не шелохнувшись, но потом, по-видимому приняв решение, выключила свет и начала раздеваться. Как в замедленной съемке, Джоан сняла платье и, протянув руку, положила его на стул, а потом сама так же осторожно легла на кровать и закрыла глаза.
        Джордж молча наблюдал за ней. Слова были ни к чему, он и так понял, что выиграл это сражение.
        Джоан почувствовала его нагое тело на себе, его руки, гладившие ее волосы. Он был безумно благодарен ей за эту уступку. Сначала медленные и робкие, его поцелуи постепенно становились все более настойчивыми и требовательными. Джоан сначала просто принимала их, но потом и сама стала отвечать на его ласки. Только ей было по силам утолить его чувственный голод.
        Странная это была ночь. Не было сказано ни слова о любви, однако воздух был ею пропитан, пропитан его любовью. Джордж, казалось, боялся отпустить Джоан даже на миг. Он мечтал, чтобы эта ночь никогда не кончалась, мечтал, чтобы Джоан была всегда рядом и засыпала в его объятиях. И он знал, что это невозможно, поэтому боялся потерять даже минуту этой волшебной ночи.
        На следующее утро Джоан не обнаружила Джорджа в своей постели, и на миг ей показалось, что это был только сон. Спустившись к завтраку, она поцеловала Майкла, который был уже за столом и кое-как справлялся с беконом.
        - А ты не знаешь, где твой отец? - спросила она, стараясь, чтобы голос звучал как можно спокойнее.
        - Он уехал. Сказал, что хочет сделать тебе сюрприз, - беззаботно ответил Майкл.
        Только этого мне не хватало, его сюрприза! - подумала Джоан.
        - Папа обещал, что завтра отвезет меня к бабушке с дедушкой на целую неделю.
        Джоан удивилась.
        - Правда?
        - Да, он так сказал. Представляешь, я первый раз полечу на вертолете.
        - Но это может быть опасно. - Она действительно встревожилась.
        Майкл рассмеялся.
        - Ну, мама, разве настоящий мужчина может бояться летать на вертолете?
        Джоан протянула руки.
        - Иди ко мне, настоящий мужчина, я тебя поцелую.
        - Мама, можно я пойду в бассейн? - Майкл не мог долго находиться на одном месте.
        - Да, иди. Только будь осторожен, - рассеянно ответила Джоан. - Я скоро приду к тебе.
        Майкла тут же как ветром сдуло, а она продолжала допивать кофе, помимо своей воли вспоминая прошедшую ночь. Она понимала, что, позволив Джорджу остаться, она тем самым поступила предательски по отношению к Дэвиду. Если он обо всем узнает, то вряд ли поймет ее. Да и сама она с трудом могла бы объяснить то, что происходило в ее душе. Судьба свела ее с двумя мужчинами, и ни одного из них она бы не смогла с легкостью вычеркнуть из своей жизни. Одного из них Джоан очень любила, а другой был отцом ее ребенка. Меньше всего на свете ей хотелось причинить кому-то боль, но, похоже, кроме нее самой, никто не примет за нее решение, которое все равно не сможет всех устроить. А еще она думала о сюрпризе. Ей казалось, что ничего хорошего внезапный отъезд Джорджа не сулит.
        Однако все оказалось проще. Вечером, когда они вместе с Майклом - уставшие от долгого плавания в бассейне - уселись ужинать, неожиданно появился Джордж. Он выглядел очень довольным. Поцеловав Майкла, он подошел к Джоан и, припав к ее руке в долгом поцелуе, протянул ей небольшую бархатную коробочку.
        - Открой.
        Она немного замешкалась, но Майклу не терпелось увидеть, что там внутри.
        - Ну же мама, открой.
        Она нажала на невидимую пружину, и ее взору предстало кольцо с огромным бриллиантом. Посмотрев на Майкла, Джоан поняла, что должна что-то ответить.
        - Спасибо, Джордж, оно очень красивое.
        Джордж вытащил кольцо.
        - Разреши?
        Она протянула руку, и на ее пальце засверкал бриллиант стоимостью никак не меньше трехсот тысяч долларов.
        - Спасибо, - только и смогла вымолвить Джоан. Она поняла, что этот подарок - как бы грубо это ни звучало - был платой за прошедшую ночь. Джордж не собирался говорить с ней о том, что между ними было, но своего отношения к произошедшему не выразить он не мог хотя бы и в такой форме.
        Чтобы как-то разрядить атмосферу, Джордж подхватил Майкла на руки.
        - Мы отправляемся на прогулку на яхте, а мама пусть отдохнет. Хорошо, дорогая?
        - Да, идите.
        Когда они ушли, Джоан еще некоторое время не могла подняться с места. Она не смела смотреть на кольцо, которое жгло ей палец как раскаленное железо. Не выдержав яркого блеска, Джоан сняла кольцо и положила обратно в коробочку. Ей действительно требовалось отдохнуть. Уж у нее-то точно эта ночь не вызывала приятных воспоминаний. Джоан чувствовала себя предательницей.
        Вечером она зашла в кабинет Джорджа. Он сидел за столом, подписывая бумаги.
        - Я пришла, чтобы вернуть тебе кольцо, - сказала Джоан.
        - Оно твое, подарки обратно не возвращаются. - Его голос звучал ровно, но в нем чувствовалось разочарование.
        Она усмехнулась.
        - Неужели ты вправду думал меня как собачку приручить подарками? Как мало ты меня знаешь.
        Джордж поднялся и подошел к окну.
        - Я, кажется, совсем тебя не знаю. Но в одном я уверен твердо.
        - Интересно, в чем же?
        Он резко развернулся и посмотрел ей прямо в глаза.
        - Я уверен в своей любви к тебе.
        Она возразила:
        - Или в своей ненависти к отцу?
        Так и не дождавшись ответа, она поставила последнюю точку, как ей казалось, в этой истории.
        - Не смей больше это делать - приманивать меня дорогими подарками. У тебя ничего не выйдет. Я не продаюсь.
        Но она ошибалась, все только начиналось. Внезапно настроение Джорджа изменилось.
        - Зря ты отказываешься от подарков. Надеешься, что твой любовник о тебе позаботится? Так вот знай, последнее время он был неаккуратен в делах и подписал, практически не глядя, некоторые бумаги, которые ему представил мой человек. Так что сейчас ему лучше заняться собственным бизнесом, чтобы не оказаться банкротом.
        Оказывается, он только начал опасную игру и сейчас просто вытаскивает перед ней заранее припасенные козыри. Джоан с изумлением посмотрела на Джорджа.
        - Зачем ты это сделал? Ведь я выполнила твои условия. - Она была поражена его вероломностью.
        Джордж сел, закинув ногу на ногу.
        - А это для того, чтобы ему и в голову не пришло сунуться на остров. Я думаю, сейчас он как раз должен обнаружить пропажу нескольких десятков миллионов, а скоро потеряет гораздо больше. Так что подумай, пока не поздно, с кем ты хочешь быть - с богатым и надежным мужем либо с нищим любовником, не отличающимся постоянством?
        - Если ты еще не понял, я объясню тебе. Дэвид не является моим запасным вариантом на случай непредвиденных обстоятельств. Я люблю его. И, несмотря на то, что я не клялась в церкви, все же буду верна ему и в горе и в радости, - произнесла она, словно на исповеди.
        - Скорее в горе, радости в ближайшее время ему не предвидится. - Джордж не злорадствовал, он просто констатировал факт.
        - Да, ты можешь отнять у Дэвида деньги, можешь разлучить нас. Ты многое можешь. Но ты никогда не сможешь заставить меня разлюбить Дэвида. К счастью, это не в твоей власти. - Джоан била точно в цель, наверняка.
        Однако Джордж не собирался сдаваться.
        - А я все-таки рискну. Мне кажется, у меня еще есть шанс.
        Джоан нечего было на это ответить. Прошедшей ночью она пожалела Джорджа, а он оказался не способным это оценить. Огромным усилием воли она совладала с собой и уже совсем спокойно сказала:
        - Ну хорошо. Оставим на время выяснение отношений. Что ты там Майклу обещал по поводу вертолета? Ведь полет над водой может быть очень опасен.
        - Ничего страшного. Фрэнк и Барбара соскучились по внуку, пусть Майкл немного погостит у них.
        - Интересно, что ты им сказал, когда мы внезапно исчезли из города?
        - Я сказал, что мне врачи прописали дышать морским воздухом, вот и все.
        - Удобно использовать болезнь для манипуляции людьми и достижения своих целей, - сказала Джоан насмешливо.
        Джордж ничуть не был задет.
        - Да, очень удобно. И в дальнейшем я намерен, если мне будет выгодно, использовать свою болезнь, как ты говоришь, в своих целях. Я уже говорил тебе - в любви все средства хороши.
        Джоан решила не продолжать спор.
        - Но я хотела бы поехать с Майклом. - Сейчас она не требовала, а просила.
        - Нет, ты останешься здесь.
        - Но какой смысл…
        Джоан не успела договорить, Джордж перебил ее:
        - Поверь, смысл есть.
        Джоан поняла, что продолжать спорить бесполезно. Она положила кольцо перед Джорджем на стол и отправилась в свою спальню - единственное убежище, где она чувствовала себя более или менее спокойно на этом проклятом острове.

13

        Несмотря на раннее время, Джоан проснулась от непонятного шума, доносившегося из коридора. Она не успела еще до конца прийти в себя после сна, когда к ней неожиданно буквально ворвались несколько вооруженных людей во главе с Джорджем. Не обращая внимания на Джоан, сидевшую на кровати, он стал методично обыскивать комнату. Он внимательно осмотрел все шкафы, ванную, заглянул под кровать. И только когда обыск был завершен он наконец обратился к Джоан:
        - Ну, где он?
        Джоан со скрещенными руками смотрела прямо перед собой.
        - Убирайся к черту со своими прихвостнями! Я не желаю участвовать в этом сумасшествии. Ты окончательно спятил!
        Он подошел к кровати и, наклонившись к ней, шепотом произнес:
        - Я-то нормален, а вот у твоего дружка, похоже, с головой не все в порядке, если он надеется скрыться от меня. Поверь, если я найду его раньше, чем он сам объявится, пусть пеняет на себя. Знаешь, что я могу сделать по закону с человеком, тайно проникшим в мои владения?
        Она демонстративно молчала, а Джордж, продолжая пристально смотреть ей в глаза, почти прокричал:
        - Ату его, ату! - После этого он вышел вместе со своими людьми, бросив на ходу: - Ничего, далеко не уйдет.
        Джоан понадобилось еще несколько секунд, чтобы понять, в чем дело. Вероятно, Дэвиду удалось каким-то чудом пробраться на остров, и сейчас его ищут. Подождав еще некоторое время, пока шум, доносившийся из других комнат, окончательно утих, Джоан, быстро одевшись, пулей вылетела из комнаты.
        Осторожно спустившись вниз, она в растерянности остановилась. Куда идти? Где искать Дэвида? Надо было иметь больше информации, однако здесь у нее не было союзников. Но разве могла она ждать, когда Дэвида, словно загнанного зверя, пристрелят охотники, поэтому она решительно направилась к пляжу, откуда доносились голоса его преследователей. Ей необходимо было узнать планы противника.
        Все, что происходило, казалось кошмарным сном. Сын преследовал отца с одной только целью - расправиться с ним. Джоан была уверена - в него вселился дьявол. А еще она чувствовала и свою вину, ведь именно она стала причиной этой ужасной вражды, когда голос крови окончательно умолк.
        Спустившись к пляжу, Джоан остановилась недалеко от Джорджа, стоявшего над картой острова вместе со своими помощниками. Он даже одет был в охотничий костюм. Краем глаза заметив Джоан, он слегка повернул голову, но ничего не сказал, только скользнул по ней взглядом и продолжил отдавать приказы. Ее присутствие просто игнорировалось. Ну что ж, тем лучше. Джоан тоже ничего не сказала, повернулась и направилась вдоль берега. Сначала она шла очень медленно, делая вид, что происходящее ее не касается, а она просто беззаботная туристка, гуляющая по пляжу. Но, как только Джоан зашла за скалы, она бросилась бежать. Ровный берег сменялся острыми скалами, по которым Джоан приходилось карабкаться, потом снова бежать. Ненадолго останавливаясь, она сначала потихоньку, а потом все громче звала Дэвида. Но внезапно она в ужасе замерла, ее сердце чуть не выпрыгнуло из груди от собственного открытия - ведь за ней могут следить. А что, если ее используют как наживку?
        В нескольких метрах от того места, где она остановилась, был небольшой грот. Джоан решила укрыться там на некоторое время. Может, те, кто преследовал ее, если таковые были на самом деле, как-то обнаружат себя. Через полчаса, убедившись, что за ней никто не следит, она вышла из своего убежища. Почти не раздумывая, она бросилась к лесу.
        Джоан прошла всего несколько метров, когда кто-то схватил ее сзади и быстро потащил в глубь леса, зажав при этом рот. Все произошло за считаные секунды, она почти не успела испугаться. Оказавшись на земле, она резко обернулась и увидела Дэвида. Только после этого он разжал ладонь, зажимавшую ей рот, но произнести она ничего так и не смогла - ее душили слезы.
        Он держал ее лицо в своих ладонях и осушал слезы поцелуями. А она продолжала рыдать.
        - Ну что ты, хватит, я здесь, с тобой, - успокаивал он ее как ребенка.
        Джоан действительно чувствовала себя сейчас маленькой девочкой. Она прижалась к его груди и боялась, что он сейчас исчезнет как сон.
        - Боже, я боялась, что никогда тебя не увижу.
        Он немного отстранился от нее и посмотрел ей в глаза.
        - Как ты могла подумать, что я брошу тебя? - Он снова прижал Джоан к себе, ему казалось, что отпустить от себя ее он уже не сможет. - Девочка моя. Ты единственная женщина, которая стоит того, чтобы рисковать жизнью только ради того, чтобы тебя увидеть. А потом и умереть не страшно.
        Джоан в ужасе посмотрела на него.
        - Не говори так. Прошу тебя. - Она закрыла его рот ладонью.
        - Какой я дурак, только зря напугал тебя. - Он усмехнулся, пытаясь за показной веселостью скрыть истинное положение вещей.
        Но было поздно. Джоан почувствовала, как страх расползается по ней, словно трещины по разбитому сосуду.
        - Тебе надо бежать.
        - Мы побежим вместе.
        Ее ответ значил для него больше чем сама жизнь. А ей очень хотелось сказать «да», но она не сказала.
        - Почему ты молчишь?
        - Не будь жестоким. Зачем ты мучаешь меня? - Так тяжело Джоан не было еще никогда. - Ты разрываешь мне сердце.
        - Я пришел за тобой, и обратно мы вернемся только вместе, - сказал он твердо.
        Она знала, что это не так, но возражать ему не стала, а просто сказала:
        - Тебе необходимо спрятаться. Остров обыскивают. Я знаю здесь неподалеку небольшой грот, там тебя не найдут.
        - Не страшно. Они уже были здесь.
        - Как? - Сердце Джоан пропустило удар.
        - Они прошли совсем близко, но не заметили меня, так что у нас есть немного времени, пока обыскивают остальную часть острова.
        Джоан перевела дух и, взяв его за руку, повела к гроту.
        - Пойдем.
        Они осторожно, крадучись, чтобы не быть обнаруженными, пробежали не более двухсот метров и оказались в убежище, где недавно пряталась Джоан. От волнения у нее бешено колотилось сердце, и, чтобы не упасть, она прислонилась к стене. Дэвид, напротив, казался спокойным. Он осмотрел грот.
        - Неплохое пристанище. Я готов здесь оставаться всю жизнь. - И, подойдя к Джоан, добавил: - Главное, чтобы ты была рядом. Мы и так потеряли слишком много времени.
        Дэвид за талию притянул ее к себе и поцеловал, не имея сил больше сдерживать свои чувства. Потом приподнял ее, словно тростинку, и уложил на свою куртку, разложенную на песке. Они не виделись всего какой-то месяц, а Джоан уже начала забывать, какие сильные у него руки. Она с радостью отдавалась его настойчивым, требовательным ласкам. И, может быть, оттого, что они находились в такой обстановке, вдруг все барьеры, сдерживавшие самые потаенные желания, фантазии, были сломлены. Их захватил вихрь желаний, наслаждений.
        Только спустя некоторое время Дэвид смог произнести такие дорогие для ее сердца слова:
        - Любимая, желанная. - Он смотрел на нее с благодарностью.
        В такой момент кажется, что люди отрываются от земли и парят над ней словно в невесомости. Нет проблем, боли, разочарований. И даже если где-то поблизости упадет метеорит, они этого не заметят, так как будут видеть только друг друга, слышать только друг друга.
        Джоан лежала на плече Дэвида и бездумно пропускала песок сквозь пальцы.
        - Ты знаешь, мне часто в жизни кажется, что я делаю все не так и не то. Боюсь, что везде опоздала. Но, когда я с тобой, все встает на свои места и никуда не хочется бежать, нечего и некого больше искать.
        Дэвид молчал, но Джоан и не ждала ответа. Его любовь была данностью, которая не требовала доказательств.
        Уже одеваясь, она с интересом посмотрела на него.
        - Мне почему-то сейчас подумалось: а может, тебе нравятся все эти приключения? А вдруг, когда все закончится, я тебе быстро наскучу?
        Он мгновенно оказался на ногах возле нее.
        - Не говори ерунды. - Он обнял ее и не хотел отпускать. - Скажи, что ты пошутила и так не думаешь. Я не хочу, чтобы ты уходила сейчас с такими мыслями.
        - Прости, я действительно так не думаю. Но мне пора, а то меня могут хватиться. Вечером я принесу тебе поесть - и мы все решим.
        Ему все же пришлось отпустить ее. Уже у выхода Джоан вдруг резко развернулась.
        - Боже, я чуть не забыла тебе сказать самое главное! - В волнении она прижала руки к груди. - Джордж говорил о каких-то бумагах, которые ты подписал по неосторожности. Если я правильно поняла, он подослал к тебе своего человека. А еще Джордж сказал, что ты можешь потерять большую часть своего состояния.
        Она удивилась, что лицо Дэвида по-прежнему оставалось спокойным. Неожиданно он улыбнулся.
        - А для тебя имеет значение, сколько у меня денег?
        Джоан сделала шаг назад, отпрянув как ужаленная.
        - Ты это серьезно?
        - Нет, прости. Я просто неудачно пошутил. На самом деле я уже принял меры, все будет хорошо, хотя действительно я потерял несколько миллионов. - Он ее просто поддразнивал, но ей это не понравилось.
        Джоан серьезно посмотрела на него.
        - Не шути так больше. - Она развернулась и решительно направилась к дому. Ей было очень больно. Отец и сын подозревали ее в том, чего на самом деле не было, - в корысти. Да, вспоминая прошлое, у них, наверное, были основания так думать, но сейчас… Неужели тот факт, что она, подписывая брачный контракт, отказалась от всего, не имеет никакого значения?
        За ужином Джоан еле сдерживалась от того, чтобы не вскочить и не побежать к Дэвиду. Но внешне она казалась спокойной. Тем более Джордж был занят своими мыслями и ужин проходил в полном молчании. Вероятно, охота не увенчалась успехом, иначе лицо Джорджа не было бы таким хмурым. Так и не доев свой ужин, он вышел из столовой. Джоан это было только на руку. Она сходила на кухню и, собрав в заранее приготовленную сумку как можно больше еды, быстро прошла в спальню и с нетерпением стала ждать, когда стемнеет.
        Она боялась заснуть, поэтому старалась все время ходить по комнате. Но вот долгожданная темнота опустилась на остров. Джоан вылезла через окно и спрыгнула со второго этажа на землю, рискуя сломать себе шею. Но собственная безопасность ее мало беспокоила - она думала только о Дэвиде. И ей снова пришлось бежать, к тому же тащить тяжелую сумку с продуктами. Из-за нее приходилось все время останавливаться, чтобы набраться сил и восстановить дыхание.
        Но неожиданно Джоан прервала свой бег совсем по другой причине. Пригнувшись, она быстро спряталась за один из больших камней, которых в изобилии было на берегу. В темноте она разглядела высокую фигуру человека, стоявшего у самой кромки воды так близко, что при очередном приливе ступни его ног оказывались полностью погруженными в воду. Но, похоже, он этого даже не замечал, поскольку был полностью поглощен своими мыслями. Джоан узнала Джорджа. На какой-то момент она даже отвлеклась от собственных мыслей о Дэвиде, наблюдая за Джорджем из своего убежища почти с жалостью. Он казался сейчас таким одиноким. Как все нелепо складывается: она не считает Джорджа своим врагом, но должна его опасаться.
        Прилив усилился, и Джордж уже не мог не заметить, что стоит по колено в воде. Он очнулся и пошел вдоль берега. Казалось, каждый шаг давался ему с трудом.
        Джоан едва сдержалась, чтобы не окликнуть его. В какой-то момент она даже подумала, что, может, стоит поговорить с ним, попытаться убедить его в том, что силой он ничего не добьется. Но она понимала, что время еще не пришло. Возможно, он и сам скоро все поймет. Главное, чтобы не было поздно. С этими противоречивыми мыслями Джоан вышла из своего убежища и побежала к Дэвиду. Только он мог разрешить все эти противоречия.
        Дэвид ждал ее. Он почти не прикоснулся к еде, приготовленной Джоан. Сейчас он хотел утолить чувственный голод. Джоан испытывала те же чувства.
        - Тебе надо бежать, - сказала она, когда их страсть была утолена.
        Дэвид серьезно посмотрел на нее. Она не вынесла этого взгляда и отвернулась. Это был взгляд-вопрос.
        - Ты уйдешь со мной?
        - Но, Дэвид… - тяжелый вздох вырвался из ее груди, - не заставляй меня выбирать между тобой и сыном.
        - Но тебе придется выбрать.
        Джоан попыталась что-то сказать, но он жестом остановил ее.
        - Именно сейчас необходимо разрубить этот узел. Все зависит только от тебя. А Майкл, когда вырастет, все поймет. Не думай, что я рассуждаю поверхностно. Я просто очень хорошо тебя знаю. Если ты останешься, твоя жизнь будет невыносима. Уверен, даже ради сына ты не сможешь долго притворяться. Рано или поздно все выйдет наружу. Мне кажется, чем раньше Майкл узнает правду, тем это будет менее разрушительно для него.
        - Все, что ты говоришь, верно. Но, как только я думаю, что, возможно, никогда не увижу сына, ни о чем другом я уже думать не могу.
        - Джордж не сможет всю жизнь прятать его от тебя. Я обещаю, что ты его увидишь.
        Как же Джоан хотела ему верить. Дэвид почувствовал, что она поддается, и решил закрепить успех:
        - Джордж захочет, чтобы его сын учился в лучшем колледже Нью-Йорка, и они вернутся.
        Джоан наконец сдалась:
        - Ты прав. Джордж полон ненависти к нам с тобой, но он не сумасшедший и скоро поймет, что для Майкла лучше будет вернуться на материк. Я думаю, он уже понял, так как недавно отправил Майкла погостить к Барбаре с Фрэнком.
        Дэвид всполошился.
        - Как, он дома?! А ты до сих пор молчишь? Давай поедем туда, заберем Майкла и уедем куда-нибудь. Например, в Европу. У меня есть прекрасный дом в Париже. Наймем охрану.
        Джоан в отчаянии замотала головой и со стоном произнесла:
        - Нет, не мучь меня. Я не смогу такое сотворить со своим сыном. Всю жизнь прятаться, бежать. И рано или поздно быть пойманными, а потом, возможно, никогда больше не увидеть его. Нет, я не хочу такой участи для Майкла и для себя. Тем более он любит своего отца.
        Дэвиду нечего было на это ответить.
        - Я пойду, мне надо подумать. - Джоан чувствовала себя опустошенной.
        Однако Дэвид понял, что уже почти убедил ее. Надо было просто немного подождать.


        Вечером Джоан вышла на берег океана подышать морским воздухом и поразмыслить над сложившейся ситуацией. И вдруг она услышала за спиной радостный крик:
        - Мама, я вернулся!
        Она обернулась и увидела Майкла. Он бросился к ней на руки. Джоан прижала к себе сына, как будто они виделись в последний раз.
        - Как же я соскучилась!
        - Мама, дедушка с бабушкой передают тебе привет. Они надеются, что ты скоро приедешь к ним. А давай завтра съездим вместе. - Майкл, как все дети, был нетерпелив.
        Помимо воли у Джоан на глаза навернулись слезы.
        - Обязательно съездим, но попозже. Ты ведь только приехал.
        Неожиданно Майкл соскочил с ее рук.
        - Пойдем я покажу тебе машину, которую мне купил папа. Она почти как настоящая, с мотором. Я буду сам на ней ездить.
        Он побежал вперед, а Джоан шла следом и не спускала с него глаз. Она думала о том, как он похож на Джорджа, и, конечно, о том, что может навсегда лишиться его.
        После ужина она с трудом отыскала Джорджа. Он был в конюшне. Джоан любила лошадей, запах сена и много времени проводила в седле. Однако сейчас ничего вокруг не замечала. Когда Джоан вошла, Джордж не сразу заметил ее. Он стоял, полностью погруженный в свои мысли, и гладил свою любимую лошадь.
        - Джордж, я хочу поговорить с тобой. - Джоан не сразу, но все же решилась нарушить его одиночество.
        Джордж повернулся к ней слегка удивленный и насмешливо спросил:
        - Неужели ты наконец решилась выдать своего дружка?
        Она осторожно заметила:
        - Но ведь речь идет о твоем отце.
        Это напоминание никак не смягчило его как будто окаменевшего сердца.
        - То, что он мой отец, не может быть для него оправданием. Подлость должна быть наказана, кем бы она ни была сотворена, - проговорил Джордж с горечью.
        Джоан еле сдержалась, чтобы грубо не ответить ему. Вместо этого она решила сменить тему и поговорить о сыне, ведь именно для этого она сюда и пришла.
        - Прошу тебя, Джордж. Отправь Майкла домой. Незачем ему сейчас быть здесь.
        Едва произнеся это, Джоан вздрогнула от громкого смеха.
        - Да, давно меня так никто не веселил! - Джордж не мог остановиться или только делал вид, что ему весело. - Ты всегда считала меня полным идиотом!
        - О чем ты? - спросила Джоан. Его смех резал ей уши.
        Наконец он перестал смеяться.
        - О том, что ты хорошо придумала. Я отправляю Майкла домой. А потом тю-тю, ищи вас всех троих. Задумано просто великолепно. Главное так бесхитростно.
        - Ты судишь по себе. Я уже говорила, что никогда не опущусь до такого - использовать ребенка в своих целях. - Джоан хотела задеть Джорджа, но, видимо, безуспешно.
        - О, ты еще и не на такое способна. Не забывай, вы с Дэвидом показали себя во всем блеске. Я прекрасно понимаю, с кем имею дело.
        Джоан открыла было рот, чтобы возразить ему, но он не дал ей это сделать.
        - Ничего больше не надо говорить. Иди к себе. - Он снова подошел к лошади и легко запрыгнул в седло. - Охота еще не закончена! - крикнул Джордж уже на ходу.
        Джоан постояла некоторое время, не веря в провал своей попытки вернуть Майкла на материк. Но разговор с Джорджем все же имел некоторый результат. Она, похоже, приняла решение в пользу того, чтобы покинуть остров вместе с Дэвидом. Хотя бы ради того, чтобы Джордж наконец успокоился, иначе могло произойти что-то ужасное. Сейчас Джоан в первую очередь думала о Майкле. Ни в коем случае нельзя вмешивать его в опасные игры взрослых.
        Когда Джоан вошла в дом, Мария передала ей трубку - звонила Барбара.
        - Джоан, здравствуй дорогая. Как вы там?
        - Все хорошо. А у вас как дела?
        - Дело в том, что Дэвид куда-то пропал. Он сказал, что уезжает на конференцию в Сан-Франциско, но я звонила туда, его там нет.
        - Не беспокойтесь, Барбара. Недавно он звонил сюда и сказал Джорджу, что ему пришлось срочно вылететь в Бостон, там какие-то проблемы с поставщиками. - Джоан сочиняла на ходу.
        - Ах так. Ну теперь я спокойна.
        Они еще некоторое время поболтали о Майкле и о здоровье Джорджа. Пообещав Барбаре, что они скоро приедут, Джоан положила трубку. О боже! Как же она устала! Джоан чувствовала себя пожарником, которому надо попасть на несколько пожаров одновременно. Пока она справлялась. Но надолго ли ее хватит?

14

        Неужели сегодня все решится? Джоан как обычно медленно шла по песчаному пляжу, делая вид, что просто прогуливается, чтобы не вызвать подозрений. На самом же деле ее путешествие имело конкретную цель. Сердце Джоан разрывалось от тысячи мыслей, противоречивших одна другой. Дэвид прав - она не сможет все время притворяться. Рано или поздно она сорвется и правда выйдет наружу, но тогда у нее, возможно, уже не будет шанса выбраться с этого проклятого острова. И она приняла очень трудное для себя решение…
        Обогнув высокую скалу, Джоан наконец увидела Дэвида и побежала к нему, спеша сообщить свое решение. Она была всего в нескольких метрах от него, как вдруг остановилась как вкопанная. Сначала Дэвид удивленно посмотрел на нее, но потом, проследив за ее взглядом, все понял. Из-за деревьев показались вооруженные люди, и через секунду они оказались в живом кольце. Последним вперед вышел Джордж.
        - Попались, голубки. Впрочем, вы настолько забылись, что вычислить вас было нетрудно, хотя побегать пришлось. - Он говорил с легкой иронией, но глаза выдавали его - они жаждали крови. Уставший, небритый, обуреваемый одной только мыслью о мести, он уже не вызывал у Джоан жалости, как накануне. В таком виде он мало напоминал того интеллигента, с которым Джоан познакомилась шесть лет назад. Сейчас она просто боялась его. Было видно, что он намерен именно здесь и сейчас покончить с этой ситуацией, а возможно, и с Дэвидом.
        Но, похоже, Дэвиду все это тоже уже порядком надоело. Противоборство с сыном лишало его обычного самообладания. Сделав шаг вперед, он обратился к Джорджу, даже не пытаясь скрыть раздражения:
        - Слышишь ты, щенок! Ты зашел слишком далеко. Кем ты себя вообразил?! Я очень жалею, что не порол тебя в детстве.
        - Поздновато ты вспомнил об отцовстве.
        - Ничего, я все-таки попытаюсь кое-что тебе объяснить.
        Не обращая внимания на боевиков и оружие, которое они направили на него, Дэвид подошел совсем близко к Джорджу и первым нанес удар. Но тот не остался в долгу. Через секунду они оказались на земле, нанося один удар за другим. Все произошло так быстро, что Джоан не сразу поняла, что произошло, но уже в следующее мгновение она обратилась к стоявшей охране, чтобы те разняли их. Но они не были уверены в правомерности того, что говорила Джоан, ведь они подчинялись только Джорджу, но он молчал, и поэтому они медлили.
        - Ну что же вы?! Они поубивают друг друга!
        Тогда Дэвида схватили за руки и оттащили от Джорджа. Тот поднялся с земли, вытирая тыльной стороной ладони кровь с лица. Вероятно, у него была рассечена губа.
        Ситуация была накалена до предела. Джордж и Дэвид стояли друг против друга, как дуэлянты, готовые в любой момент снова броситься в бой, и в их глазах была только ненависть. Неожиданно для всех Джордж вскинул руку, в ней был пистолет.
        Джоан, вскрикнув, в ужасе бросилась между ними, чтобы защитить Дэвида своим телом как шитом. Дэвид резко крикнул ей:
        - Уйди!
        - Нет.
        Тогда он почти грубо оттолкнул ее и обратился к Джорджу:
        - Стреляй!
        Джоан было снова бросилась к нему, но его гневный взгляд остановил ее.
        - Не смей! - И уже повернувшись к Джорджу, он хрипло повторил: - Давай стреляй. Тебе все равно придется это сделать, потому что я не оставлю Джоан с тобой, я буду всю жизнь преследовать тебя, куда бы ты ни увез ее.
        Джоан, застыв, стояла в стороне как изваяние. Но как только Джордж, который, увидев Джоан между ними, опустил было пистолет, снова нацелил его на Дэвида, она бросилась к нему и отвела его руку в сторону. Выстрела так и не последовало.
        От напряжения, в котором Джордж находился последние дни, силы окончательно покинули его. Он опустился на землю, с трудом переводя дыхание.
        - И зачем ты сюда явился? У нас только все стало налаживаться.
        Дэвид, который тоже еще не пришел в себя, хрипло произнес:
        - Ты бредишь, выдавая желаемое за действительное.
        Джордж, усмехнувшись, обратился к Джоан:
        - Что ж ты молчишь? Скажи ему.
        Джоан сразу поняла, о чем идет речь. Она стояла в стороне с опущенной головой, словно нерадивый ученик перед учителем, и не смела поднять глаза.
        Для Дэвида сейчас не существовало никого вокруг. Он испытующе смотрел на Джоан, надеясь, что она опровергнет слова Джорджа.
        - Ты спала с ним?! - В его властном голосе слышалась рвущаяся наружу ярость.
        Наконец она подняла голову и, встретившись с ним взглядом, ужаснулась. Его глаза горели таким страшным огнем, и это пламя было направлено против нее. Господи! Сколько ей еще предстоит оправдываться?
        - Продолжала ложиться с ним в постель, даже после того, как все открылось, после того, как выяснилось, чем являлся ваш брак? Что это, обыкновенная женская глупость или желание всем угодить? - Он намеренно старался причинить ей боль. Ведь она должна была беречь себя для него.
        У нее не было ответов на его вопросы. Она чувствовала себя одновременно и виноватой, и нет. Но как пронизывающе и напряженно он смотрит на нее…
        - Прошу тебя, Дэвид. Не надо. Ты несправедлив. Я люблю только тебя. Что ты еще требуешь от меня?
        Но Дэвид не ответил. Похоже, сейчас он был не в состоянии ее услышать.
        - Пора заканчивать эту комедию. - Он обратился к Джорджу: - Давай, зови своих людей.
        Джордж и сам понял, что требуется тайм-аут.
        - Уведите его. Охота закончена.
        Дэвид прошел мимо Джоан, даже не посмотрев на нее. Джоан хотела было что-то сказать ему и уже сделала было шаг в его сторону, но Джордж опередил ее:
        - Сейчас тебе лучше уйти. Проводите миссис Боуин.


        Джоан изо всей силы оттолкнула охранника, пытавшегося ее остановить, и буквально ворвалась в кабинет Джорджа. Он сидел за столом и просматривал деловые бумаги, но при виде ее поднялся и сделал знак охраннику выйти.
        - В чем дело? - Его голос звучал резко.
        Но Джоан уже было не смутить гневным взглядом. Она схватила бумаги с его стола и развеяла по всему кабинету.
        - А вот в чем. - От быстрой ходьбы и от негодования, которое ее переполняло, Джоан не могла говорить. Она провела ладонью по лицу, по которому градом текли слезы, но оно по-прежнему оставалось мокрым. Но все же ей на какой-то момент удалось справиться с волнением. - Зачем ты это сделал?!
        Джордж понял, о чем она спрашивает.
        - Но я сказал только правду.
        Очередная волна гнева поднялась у нее в груди. Она почти выкрикнула следующий вопрос:
        - Боже мой, какую правду?! То, что я пожалела тебя?!
        От этих слов его передернуло.
        - Ну, продолжай.
        - Да, я из жалости легла с тобой в постель, и ты это прекрасно знаешь. А еще ты знаешь, что поступил подло, сказав Дэвиду о нас.
        - В любви все средства хороши.
        - Боюсь, о любви ты имеешь самое отдаленное представление, - сказала она скорее для себя. Она понимала, что сделанного не поправишь. - А сейчас ты немедленно отпустишь Дэвида! - Для убедительности она даже сжала ладони в кулак и повторила: - Немедленно!
        - Нет, - сказал он тихо.
        Ей показалось, что она не расслышала.
        - Что ты сказал?!
        Он смотрел на нее почти с грустью.
        - Он посидит недельку взаперти, а я пока подумаю, что с ним делать.
        - Подумаешь?! - У нее пересохло во рту.
        - Теперь пусть он помучается, находясь в неведении, что здесь у нас с тобой происходит.
        - Но между нами ничего нет, - произнесла она взволнованно. Джоан, кажется, начала понимать, чего он добивается.
        - Но Дэвид-то об этом не знает, - произнес Джордж с улыбкой. - Ведь если было один раз, то может быть и второй. Пусть страдает так же, как страдал я, когда узнал, как вы там развлекались вдвоем. Хотя, честно говоря, я с трудом понимаю подобную логику. Раньше его устраивало, что ты делила постель с нами обоими, а теперь, похоже, Дэвид решил изображать из себя оскорбленную добродетель, что ему совершенно не идет. Впрочем, мне это только на руку. А тебе я могу повторить то, что сказал тогда в квартире Дэвида. Сейчас мы будем играть по моим правилам. А вам ничего не остается, кроме как подчиниться. И я буду делать только то, что выгодно мне в данный момент. А сейчас я решил поиграть. И Дэвид останется здесь до тех пор, пока мне не надоест эта игра.
        От его слов и довольного лица она как будто остолбенела на некоторое время, но потом очнулась и, сделав шаг к Джорджу, буквально ослепленная ненавистью, она занесла было руку для удара, однако он успел перехватить ее, больно сдавив при этом запястье. Джоан была как сплошной комок нервов. Она попыталась вырвать руку, но Джордж не отпускал. Трудно было заподозрить в нем такую силу. Впрочем, за последнее время она обнаружила довольно много несоответствий нового Джорджа с тем, кого она знала раньше. Сейчас он даже показался Джоан красивым - настолько сложная гамма чувств отражалась на его лице.
        Джордж понимал, что силой здесь ничего не решить, и все же не мог так просто ее отпустить. Он почти шепотом спросил:
        - Неужели ты совсем ничего ко мне не чувствуешь? - И повторил: - Неужели ничего?
        Джоан на какой-то миг растерялась от этого вопроса, но потом в ее глазах мелькнуло понимание. Она рванулась из последних сил, и ей наконец удалось освободить руку. Потирая запястье, на котором остались следы от рук Джорджа, она не стала щадить его чувств.
        - Любви захотелось?! Да я лучше в монастырь уйду, чем буду жить с тобой на этом проклятом острове! Ты что, действительно не понимаешь? - Джоан неожиданно усмехнулась и повернула нож. - Сейчас я за все деньги мира не согласилась бы лечь с тобой в постель! - И уже стоя в дверях уверенно добавила: - Единственное, что нас связывает, - это наш сын. Единственное.
        Джордж так и остался стоять, глядя на закрытую ею дверь.


        Джоан не могла уснуть - ей просто необходимо было поговорить с Дэвидом. А вдруг Джордж прав и он подумает, что у них что-то изменилось в отношениях. Она не могла это допустить. Поэтому, дождавшись сумерек, она спустилась через окно и пошла к конюшням - там держали Дэвида. Но если раньше она бежала к нему с радостью, то теперь ее дорога была невеселой. Как Дэвид встретит ее, она не знала.
        Джоан обошла конюшню и, припав к щели между досками, позвала Дэвида. Он не ответил, но она знала, что он слышит ее.
        - Я клянусь тебе, Дэвид, это было всего один раз. Прошу, поверь мне. Ну, так вышло. Да, я не смогла ему отказать, но ведь Джордж мой муж. Я ни в чем перед тобой не виновата.
        Дэвид по-прежнему молчал.
        - Почему ты делаешь виновной во всем меня? За все время наших встреч ты ни разу не предложил мне развестись и выйти за тебя. Ты боялся взять на себя ответственность, а теперь я должна за все расплачиваться. Разве это правильно?
        Джоан больше нечего было сказать. Она опустилась на землю и, обхватив согнутые в коленях ноги руками, беззвучно плакала.
        - Уходи, - послышалось с другой стороны стены.
        Сначала она подумала, что неправильно расслышала, и снова прильнула к стене, но Дэвид был непреклонен.
        - Уходи.
        Джоан стало по-настоящему страшно и больно. Вся ее жизнь представлялась ей как цепь неисправимых ошибок, за которые ей придется теперь расплачиваться слишком дорогой ценой…
        Поняв, что настаивать бесполезно и ее попытки оправдаться ни к чему не приведут, она медленно поднялась и пошла к дому, ничуть не заботясь о том, что ее увидят. Внутри было только опустошение. Она находилась между Дэвидом и Джорджем словно старая заброшенная крепость, одну стену которой постепенно слизывал океан, а другую разрушал песчаный ветер…
        Когда Джоан подходила к дому, она увидела Джорджа, стоявшего у окна.
        - Ну что, теперь ты доволен?
        Он не ответил ей. Джоан, с трудом передвигая ноги, поднялась в спальню. Не раздеваясь, она бросилась на кровать и от пережитого тут же забылась тревожным сном. Ее сердце рассыпалось на тысячи осколков, она и не думала их собирать. Он ей не верил, к чему ей теперь сердце?
        Утром Джоан беспокойно ходила по комнате, лихорадочно думая, как объяснить Дэвиду, что она не виновата, какие слова найти, чтобы он ей поверил? Но тут дверь открылась, и в спальню вошел Джордж.
        - Я пришел узнать, как ты себя чувствуешь.
        Джоан посмотрела на него с удивлением.
        - Ты шутишь? После того что ты сделал со мной, еще спрашиваешь, как я себя чувствую? - Неожиданно она начала смеяться и не могла успокоиться.
        Джордж подошел к ней и взял за руки, пытаясь успокоить.
        - Перестань, все уже позади, я отпустил Дэвида, его увезли на материк.
        Она перестала смеяться так же резко, как и начала.
        - Ну что ж, ты хороший режиссер, все сделал правильно. Поставил точку в нужном месте. Теперь Дэвид никогда мне не поверит и не простит. Аплодисменты, занавес. - Она сделала несколько хлопков. - Браво!
        - Поверь, он уехал без сожаления. - Джордж снова взял ее руки в свои и, повернув ладонями вверх, начал целовать. - Я уверен, у нас с тобой еще все будет хорошо.
        Джоан внимательно посмотрела на него и резко выдернула свои руки.
        - Ты ничего не понял. Моя любовь к Дэвиду не зависит от того, сожалеет он или нет о том, что произошло, или о том, что он уезжает без меня. Я скажу больше. Я буду любить его, даже если он уже не испытывает ко мне того же. - Немного помолчав, она сказала то главное, что по-настоящему испытывала к Дэвиду: - Я готова ползти на коленях за ним и молить о прощении. А если он не простит, но позволит просто быть рядом, это уже счастье для меня.
        Джордж не поверил.
        - Ты шутишь. Неужели ты готова пойти на унижение, тогда как я хочу сделать тебя своей королевой? Дэвид никогда не отличался постоянством. Он поступит с тобой так же, как поступал с остальными: поиграет и бросит. Я был свидетелем многих историй, из которых он всегда выходил сухим из воды. Он не задумываясь, походя ломал чужие судьбы, разрушал семьи. Дэвид игрок. Ему интересна только движущаяся мишень. Как только ты будешь с ним и ему не с кем будет бороться, он потеряет всякий интерес к тебе. Ты останешься ни с чем.
        Вместо ответа Джоан только горько усмехнулась.
        - Ну хорошо, пойдем со мной. - Джордж направился в кабинет.
        Джоан молча последовала за ним.
        - А как Дэвид отнесется вот к этому? - Он подошел к шкафу, достал оттуда несколько листков бумаги и протянул их ей.
        Она не без волнения стала читать, а Джордж наблюдал за ней.
        - После того как Натали открыла мне глаза на вас с Дэвидом, я провел расследование, и вот какой интересный факт обнаружили мои детективы. Мне кажется, Дэвид вряд ли об этом знает. А если узнает, я думаю, ты догадываешься, как он себя поведет.
        Джоан была не просто удивлена тем, что удалось обнаружить Джорджу, она была опрокинута. То, что она хотела забыть все эти годы, о чем даже боялась вспоминать, выплыло наружу.
        Сквозь туман, который окутал ее, она услышала голос Джорджа:
        - Подумать только, оказывается, ты не всегда была официанткой. Если Дэвид так живо отреагировал на то, что ты одну ночь провела с мужем, представляешь, что будет, когда он узнает…
        Джоан перебила его:
        - Да, я была проституткой. - Ей с трудом удалось перевести дыхание. - Я навсегда хотела бы вычеркнуть это из своей памяти, но, видно, не получится. Обязательно найдется тот, кто мне об этом напомнит. - С полными слез глазами она в упор посмотрела на Джорджа. - Ты прав, Дэвид должен об этом узнать. Хотя, я думаю, он и так уже принял решение. И оно не в мою пользу. - Неожиданно Джоан как-то нехорошо усмехнулась. - А ты, значит, готов простить меня? И тебя не смущает, кем была твоя жена?
        Джордж не мог понять, куда она клонит, поэтому осторожно ответил:
        - Ты знаешь, как я к тебе отношусь. Мне добавить нечего. Все зависит только от тебя.
        - Нет, ты ошибаешься, от меня уже ничего не зависит. Я только хотела об одном тебя попросить…
        Джордж с надеждой посмотрел на нее.
        - Разреши мне самой сказать Дэвиду об этом. - Она кивнула на бумаги.
        У него сжалось сердце - в ее голосе прозвучала такая обреченность. И тут Джордж впервые засомневался в правильности своих действий. Он хотел любыми путями заставить Джоан остаться с ним. Главное, чтобы она была рядом, а остальное постепенно придет - понимание, а может, и любовь. Но сейчас он начал понимать, что с помощью силы он сможет обладать только телом, но ее душа навсегда останется ему неподвластной. Сможет ли он жить с этим и не сгореть от собственных чувств, которыми не с кем будет поделиться?
        Он посмотрел в глаза Джоан и увидел пустоту. Больше ничего не сказав, он взял бумаги и разорвал их, а потом стремительно вышел из кабинета.

15

        Даже не замечая, что погода испортилась и небольшой ветер готов превратиться в неистовую бурю, Джоан сидела на берегу и завороженно смотрела, как волны уничтожают замки из песка, построенные ее сыном. Вот так же время неумолимо слизывает с ее жизни все лучшее, что было в ней, оставляя только отчаяние. Но в отличие от песка она способна еще спутать карты надвигавшейся стихии и не будет безропотно подчиняться чьей-то воле. Ее взгляд скользнул по лодкам, покачивавшимся вдоль берега, крепчавший ветер словно звал их в открытое море. Джоан, помедлив только для того, чтобы отвязать одну из лодок, решительно прыгнула в нее и схватилась за весла. Сжав зубы и не обращая внимания, что приходится тратить неимоверные усилия, чтобы оторваться от берега, она гребла с неистовостью фанатки.
        Вдруг чей-то голос позвал ее, и она неохотно оглянулась. Джордж уже стоял по колено в воде и продолжал двигаться по направлению к ней, с усилием преодолевая сопротивление воды. Срывающимся голосом он крикнул еще раз:
        - Джоан, вернись!!!
        Она была всего метрах в двадцати от берега, когда поняла, что все попытки победить океан оказались тщетными. Тогда она встала во весь рост и, повернувшись лицом к Джорджу, закричала во весь голос, перекрывая ветер и шум волн:
        - Я прощаю тебя, береги сына! - С этими словами она бросилась в бушующий океан.
        Джордж не задумываясь последовал за ней. Поднявшиеся со дна ил и водоросли мешали разглядеть что-либо, и, когда, казалось бы, он готов был в отчаянии броситься вслед за Джоан, он неожиданно задел ее ногой. Сделав последний рывок и вложив в него все свои силы, он вытащил Джоан на поверхность. Подоспевшие люди помогли им оказаться на берегу.
        Когда Джоан пришла в себя, она встретилась взглядом с Джорджем. Он склонился над ней, следя за каждым вздохом. А потом бережно положил ее голову к себе на колени.
        - Зачем ты это сделала? Зачем? - Он готов был повторять это как безумный снова и снова.
        - Я не могу больше стоять между вами, - произнесла она одними губами и снова провалилась в спасительную темноту.
        Джордж подхватил Джоан на руки и понес в дом, прижимая к себе. Только когда на остров приехал врач и, осмотрев Джоан, сказал, что ее жизнь вне опасности, он немного расслабился.


        После случившегося они почти не разговаривали. Каждое утро Джордж заходил к Джоан в комнату, справлялся о здоровье, спрашивал, не надо ли чего, и, потихоньку прикрыв за собой дверь, удалялся. Ее односложные ответы, отсутствующий взгляд говорили сами за себя. Даже присутствие ребенка не оживляло Джоан. Казалось, океан навсегда забрал ту часть ее души, в которой неизменно жили счастье, радость и, главное, неуемная жажда жизни. Это была уже другая Джоан, по-прежнему горячо любимая, но другая, и именно он сделал ее такой.
        Джордж ждал только одного - когда она окончательно поправится. Он перестал задавать себе бесконечное число раз вопросы о том, как он мог допустить, чтобы человек, которого он любил больше всего на свете, именно из-за него попытался расстаться с жизнью. Теперь он просто смиренно ждал выздоровления, так как точно знал, что будет делать дальше. Он слишком дорого заставил заплатить самого дорогого ему человека за свое самолюбие и не хотел, чтобы эта плата стала еще дороже.
        И уже через неделю доктор радостно сообщил Джорджу:
        - Вы знаете, физически ваша жена уже здорова, но морально… - При этих словах доктор скептически покачал головой и продолжил: - Везите свою жену на материк и ничего не бойтесь, ей сейчас просто необходимо общество и только положительные эмоции.
        Джордж спокойно посмотрел эскулапу в глаза и твердо ответил:
        - Я знаю, что ей поможет.
        - Ну вот и славно. Всего доброго.
        Доктору оставалось только откланяться, он справился с телесным недугом, но душа человека была неподвластна ему. Проводив его, Джордж отправился к себе в кабинет. Он налил себе немного коньяку и медленно выпил его. Казалось, сейчас он решал для себя что-то очень важное, об этом говорили сдержанность движений и задумчивый взгляд. Затем он, по-видимому все же приняв окончательное решение, взялся за телефонную трубку и, когда ему ответили, озвучил его:
        - Ты можешь забрать ее.
        - Что случилось? - На другом конце трубки явно забеспокоились. - Если с ней что-то случилось, я тебя из-под земли достану.
        - Достанешь-достанешь, - усмехнулся Джордж. - Я повторяю - ты можешь забрать ее. - Посчитав, что этого достаточно, он положил трубку. Затем, захватив с собой довольно внушительных размеров конверт, Джордж направился к Джоан.
        Она встретила его только поворотом головы, на миг отвернувшись от окна, около которого наверняка, как обычно в последнее время, провела не один час. Она была все так же красива, но сейчас ее красоту можно было сравнить с красотой статуи - от нее веяло холодом.
        - Здравствуй. Мы можем поговорить? - Не дождавшись ответа, Джордж продолжил: - Обещаю, что не займу у тебя много времени.
        Джоан нехотя поднялась, прошла к дивану и жестом пригласила Джорджа сесть в кресло напротив.
        - Я тебя слушаю.
        Казалось, ему легче было бы выдержать ее ненависть по отношению к себе, чем полное безразличие и пустые глаза.
        - Вот здесь я подготовил документы о своем согласии на развод. - Он протянул ей конверт. - Ты можешь в любой момент пустить их в ход. Все надлежащим образом заверено у нотариуса. Там же документы и ключи от дома, я купил его на твое имя. - Он поднялся, так как был не в силах больше находиться рядом с ней.
        - Завтра придет корабль, и вы с Майклом сможете спокойно уехать. - При последних словах Джорджу на миг показалось, что в ее глазах промелькнул живой интерес. Уже стоя в дверях, он добавил: - Через несколько дней я улетаю в Европу. На всякий случай адрес оставил там, в конверте. Хотя, вероятно, мы больше никогда не увидимся. Ну что ж, прощай.
        Все его тело свело от напряжения, костяшки пальцев, сжимавших ручку двери, побелели. Казалось, даже на лице мышцы застыли в безнадежном ожидании. Конечно, он не надеялся на благодарность… Но в общем-то он и сам не знал, на что надеялся. В тот момент его глаза могли растопить любой лед, но только не замерзшее сердце Джоан. Так и не дождавшись от нее прощальных слов, он вышел из комнаты.


        На следующий день Джордж провожал их издалека, стоя в самом конце пирса и уже ни на что не надеясь. Дэвид же в свою очередь ждал Джоан возле трапа корабля - она вместе с сыном шла навстречу ему. На минуту взгляды Джорджа и Дэвида пересеклись, но отец первым отвел взгляд, сейчас и речи не могло быть о каком-либо противостоянии. И все же у Джорджа защемило под ложечкой. Он понимал, что теряет ее навсегда.
        Сегодня, так же как и накануне, как такового прощания между ними не состоялось, она только сухо произнесла: «До свидания». А потом ни взгляда, ни даже намека, что могло бы быть по-другому. И только Майкл, который держался за ее руку, постоянно оглядывался. Он не понимал, что произошло между родителями. Он очень любил маму, но и без папы было невозможно.
        Немного замешкавшись, Джоан отпустила руку сына, и он немедленно этим воспользовался - развернулся и побежал. Джоан не сделала ничего, чтобы его остановить. Она просто смотрела, как Майкл бросился на шею к отцу. Несмотря на то, что сердце ее просто разрывалось на части, она твердо знала, что ребенка рвать на части они не будут, поэтому, медленно повернувшись, Джоан подошла к Дэвиду, и они вместе взошли на корабль.
        Майкл был в растерянности от происходящего и от своего поступка. Он боялся, что мама сочтет его предателем. Джордж, кажется, понял его смятение. Он прижал Майкла к себе и успокоил:
        - Не бойся, мама обязательно будет с нами.
        Сын недоверчиво посмотрел на отца.
        - Ты обещаешь?
        - Конечно. Просто надо немного подождать.
        Дети не признают расплывчатых ответов.
        - А сколько ждать? Месяц? Джордж не смел смотреть сыну в глаза.
        - Где-то около того, - ответил он. А про себя тихо добавил: - Возможно, всю жизнь. - При этом его глаза неотрывно следили за отплывающим кораблем.

16

        Пристально вглядываясь в лица проходящих мимо людей, Джоан никак не могла найти того, кого искала. Самолет приземлился полчаса назад, а ее, похоже, никто не встречал. Неужели что-то случилось? От этой мысли она еще сильнее занервничала. Но внезапно ее лицо озарила улыбка, наконец-то она увидела Майкла.
        - Сынок, радость моя!
        Майкл тоже увидел Джоан и поспешно подошел к ней. Она обняла его и поцеловала. Помимо воли у нее на глаза наворачивались слезы.
        - Мама, не плачь. - Майкл вел себя по-взрослому, но его совсем не смущала материнская сентиментальность, ведь он испытывал те же чувства.
        Когда они сели в машину, Джоан все еще не могла справиться с волнением. Она не удержалась и погладила его по голове, а потом спохватилась и отдернула руку, ведь он считал себя взрослым, а мать обращается с ним как с ребенком. Но Майкл повернулся к ней и с улыбкой сказал:
        - Извини за опоздание, извечная проблема - пробки.
        - Неважно. Главное, мы вместе. Эти разлуки просто с ума меня сводят.
        - Но ведь это ты уезжаешь, а мы остаемся, - сказал он с укором. Несмотря на всю его взрослость, матери ему все равно не хватало.
        - Ты прав. Обещаю исправиться, - ответила Джоан усмехнувшись.
        Майкл на мгновение повернул голову в сторону матери, и в его глазах мелькнуло восхищение.
        - Мама, ты стала еще красивее.
        Джоан смутилась, но решила больше не распускаться, поэтому постаралась, чтобы ее голос звучал как можно беззаботней:
        - А ты стал настоящим мужчиной. Умеешь делать комплименты. Да уж, для одинокой тридцати шестилетней женщины я выгляжу сногсшибательно.
        Майкл тактично промолчал. Уже целый месяц в семье обсуждалась тема, как Джоан в Париже проводила время с известным плейбоем, телеведущим Мишелем Ланье. Все новости они узнавали из журналов и газет. Папарацци не оставляли их в покое ни на один день.
        Казалось, Джоан прочитала его мысли. Не глядя на него, она тихо произнесла:
        - Не все, что пишут в газетах, правда.
        - Ты не обязана оправдываться. Все, что ты делаешь, всегда правильно.
        Джоан улыбнулась.
        - Ну, конечно далеко не все, но спасибо. Хотя Фрэнк и Барбара, боюсь, вряд ли с тобой согласятся.
        Но Майкл возразил ей:
        - Зря ты так, дедушка с бабушкой тебя любят. Я не помню случая, чтобы они осудили тебя. Хотя они все еще надеются, что вы с папой помиритесь.
        - А ты? - спросила Джоан неожиданно серьезно. - Ты хотел бы, чтобы мы с папой помирились?
        - Не знаю. Когда-то очень хотел. А сейчас не знаю. Наверное, я уже привык.
        На некоторое время в машине повисла тишина. Джоан интуитивно чувствовала, что Майкл хочет сказать ей что-то очень важное, но медлит. Она не стала его торопить.
        И вот, когда до особняка Боуинов оставалось всего лишь два квартала, Майкл не выдержал:
        - Мама, мне надо с тобой поговорить.
        - Хорошо, приедем домой и поговорим.
        Но Майкл возразил:
        - Нет, я хочу поговорить с тобой до того, как мы приедем.
        - Ну, тогда в ресторан, заодно и пообедаем. Я ужасно проголодалась, не могу есть в самолете. - Она отдала распоряжение шоферу.
        После того как они закончили обедать, Джоан откинулась на спинку стула и испытующе посмотрела на Майкла.
        - Итак…
        И Майкл наконец решился.
        - Дело в том, что я дал слово бабушке ничего не говорить тебе, но вынужден нарушить его.
        - Но ты никогда не нарушал данное тобой слово. Может, не стоит это делать и впредь? Я уверена, Барбара не могла бы сделать то, что повредит мне. Может, пусть все выяснится при нашей с ней встрече?
        Майкл и так стоял перед сложным выбором, а слова матери его еще больше смутили, однако он взял себя в руки и твердо заявил:
        - Я уверен, что если промолчу, то предам тебя.
        Кажется, Джоан начала понимать его терзания.
        - Хорошо, я слушаю тебя.
        - Да в общем-то новость не особенно большая, но я считаю, что ты должна об этом знать. Дело в том, что день рождения бабушки не отмечали неделю назад, а будут отмечать завтра.
        - Интересно почему?
        Майкл как провинившийся школьник теребил салфетку. Ему на самом деле было трудно говорить.
        - Обычно, как ты знаешь, в этот день приезжал папа, а затем он уезжал и все ждали тебя. Но в этот раз он не уехал и будет на празднике. Бабушка все это устроила специально по просьбе папы.
        Джоан заметно изменилась в лице.
        - Спасибо, что сказал. Для меня это действительно очень важно.
        Она встала. Майкл поднялся вслед за ней.
        - Отвези меня, пожалуйста, ко мне домой. Мне надо подумать.
        - Хорошо, мама.
        Всю дорогу не было произнесено ни слова. Джоан одновременно и пугала встреча с Джорджем, но в то же время она уже давно хотела его увидеть. Что-то было между ними не досказано, точка в их отношениях так и не была поставлена, хотя прошло уже много лет с тех пор, как они расстались. Правда, они не были разведены официально. Джоан думала об отношении Джорджа к ней, гадала, зачем ему понадобилась эта встреча. Версий было много, но она не могла остановиться ни на одной.
        Возможно, он хочет посмотреть ей в глаза и спросить, ради чего она разрушила их семью, ведь с Дэвидом она тоже рассталась. А возможно - что менее вероятно, - он все еще любит ее. Мысли путались, сталкиваясь одна с другой словно бильярдные шары, а Джоан все более запутывалась.
        Они зашли в дом. Майкл поставил ее сумки.
        - Ну ладно, ты отдохни, а я попытаюсь объяснить бабушке, почему ты решила остановиться у себя.
        - Спасибо. Извини, что подставила тебя, но мне надо как-то подготовиться. Твоя бабушка устроила настоящий заговор, - сказала Джоан с усмешкой. - Ну ладно, иди, а то Барбара начнет беспокоиться. - Она поцеловала сына.
        Майкл подошел к двери, а потом вдруг резко развернулся и почти в отчаянии посмотрел на нее.
        - Мама, а может, они правы и вам действительно пора помириться с отцом? - Он очень смущался от того, что ему приходилось говорить, но он решил идти до конца. - Честно говоря, я тоже устал постоянно придумывать места для встреч с тобой или с отцом и все время бояться, что вы можете столкнуться друг с другом. Прости, если мои слова расстроили тебя, но я сказал то, что чувствую.
        - Тебе не за что извиняться. Ведь это же правда.
        Джоан почувствовала себя виноватой. Последние годы Майкл общался либо с отцом, либо с ней и всегда на разных территориях. Но никогда Джоан не думала о треугольнике: она, Джордж и Майкл. Действительно, каково все это время было ее сыну!
        - Понимаешь, все гораздо сложнее, чем простая ссора. Нам надо во многом разобраться, понять, куда двигаться дальше. Я хочу тебе пообещать, что, какое бы решение мы ни приняли, ты будешь в этом решении главным.
        Майкл был горд. Ему удалось выступить неплохо в роли дипломата. Джоан почувствовала его настроение и с улыбкой произнесла:
        - Ладно уж, иди.
        Когда Майкл ушел, она подошла к окну, чтобы отвлечься. Но сделать это оказалось не так-то просто. Уже несколько лет они не виделись с Джорджем, и теперь, похоже, ее хотели поставить перед выбором: либо общаться со всей семьей, либо практически стать изгоем. С одной стороны, ничего особенного в том, чтобы увидеться с бывшим мужем и отцом своего ребенка, она не видела, а с другой… Все-таки общаясь с ним по телефону и видясь урывками - один раз за несколько лет, - она чувствовала себя безопаснее. Да, это было где-то по-детски и, возможно, даже безответственно, но Джоан еще не была готова к принятию какого-то определенного решения. Там, в прошлом, произошло слишком много всего, о чем вспоминать ей совсем бы не хотелось. А их встреча точно брошенный якорь всколыхнет, взбудоражит и поднимет на поверхность ил со дна их далекого прошлого. А может, и не такого уж далекого?
        Словно это было вчера, она ясно помнила, как ее увозил корабль с того проклятого острова, где она ни минуты не была счастлива, если не считать приезда Дэвида. Но там оставался Майкл. Поэтому она еще долго не могла успокоиться, рыдая на плече Дэвида, пока не уснула. А потом ее мятежное сердце все время рвалось к сыну. Она подкарауливала его у школы и пыталась уговорить жить с ней. А он, наоборот, говорил ей о том, что папа ждет ее.
        Джордж позвонил ей тогда и попросил больше не мучить Майкла, и первый раз она признала, что он прав. Джоан не имела права так поступать с сыном. Но как же ей тяжело было тогда! Дэвид всегда был рядом с ней и поддерживал ее, но она не могла быть объективной в тот момент, обвиняя его в том, что он разлучил ее с сыном. Дэвиду удалось тогда увезти ее в путешествие по Европе, и какое-то время у них все было хорошо. Но это было началом конца, внутри у нее что-то надломилось, она не испытывала больше к Дэвиду прежних чувств, это было очевидно. И дело было не только в Майкле. Все чаще и чаще Джоан вспоминала о Джордже. Все поменялось с точностью до наоборот, и объяснений этому она не могла найти, как и не могла заставить замолчать свое сердце. Но признаться кому-то, а тем более самой себе, что все было напрасно, очень трудно, почти невозможно. Для этого понадобилось время…


        В особняке Боуинов она появилась под руку со своим сыном, и на пороге гостиной сразу ее глаза столкнулись с глазами Джорджа. Она одновременно и узнала и не узнала мужа. От того, как он изменился, у Джоан захватило дыхание. Она едва успела перевести его, а к ней уже спешили Барбара с Фрэнком.
        - Здравствуй, дорогая, - тепло поприветствовала ее Барбара. - Как долго мы тебя не видели! Ты просто красавица!
        Они обнялись и расцеловались. После долгой разлуки Барбара хотела знать все о Джоан, поэтому задавала кучу вопросов. Она машинально что-то отвечала и в то же время не могла отвести взгляд от Джорджа. Он словно магнит притягивал ее внимание к себе. Высокий, статный. За последние годы он превратился в настоящего мужчину, о котором только может мечтать женщина. И все это случилось без нее. Все эти мысли вихрем пронеслись у нее в голове.
        - Извини, что так получилось, но Джорджу пришлось задержаться, а тебя мы не успели предупредить, - соврала Барбара без тени смущения.
        Но Джоан не обиделась, она знала, что Барбара желает ей только добра. Она открыла было рот, чтобы ответить ей, но тут увидела, что к ним направляется Джордж, и ни одного слова так и не слетело с ее губ. Он подошел с легкой улыбкой и поцеловал ей руку.
        - Здравствуй. Наверное, нет смысла извиняться за то, что я не уехал как обычно перед твоим приездом. И все же хочу сказать в свое оправдание, что действительно не смог удержаться от соблазна увидеть тебя.
        Она замешкалась с ответом, и это выдало ее с головой. Но потом все же ей удалось взять себя в руки.
        - Тебе не в чем оправдываться. Это твой дом и твоя семья. А что касается нашей встречи, рано или поздно это все равно должно было произойти. У нас ведь растет сын. На самом деле очень трудно сделать первый шаг, и я рада, что его сделал ты. Сама бы я вряд ли решилась.
        Джордж пристально посмотрел ей в глаза, и она поняла, что ничего не потеряно, он по-прежнему любит ее. От этого открытия ей неожиданно стало очень легко, хотя Джоан и сама бы не смогла сейчас сказать почему.
        - Ты стала еще прекрасней. Парижский воздух идет тебе на пользу. Если бы я не был твоим мужем, то легко мог бы ошибиться в твоем возрасте.
        Он говорил, как заправский ловелас, легко даря комплименты и с улыбкой глядя на нее сверху вниз. Его низкий голос обволакивал, не давая мыслить трезво, а она и не сопротивлялась.
        - Ну, парижский воздух еще никому не помешал. Ты, кстати, тоже выглядишь неплохо. - Джоан все еще чувствовала напряжение. - Майкл говорил, что ты снова собираешься в Европу… - Она не успела закончить фразу, как увидела, что к ним подошла некая блондинка, ростом под стать Джорджу, и взяла его под руку.
        - Дорогой, ты меня бросил. А я хочу танцевать.
        Джордж отреагировал абсолютно спокойно на ее появление.
        - Познакомься, пожалуйста, дорогая. Это моя бывшая жена Джоан.
        - О, здравствуйте, я Нора Смит. - Она протянула свою руку, и Джоан ничего не оставалось, как пожать ее.
        - Это так здорово, когда бывшие супруги находятся в дружеских отношениях.
        - Да, вы правы, - только и смогла выговорить Джоан. Эффект неожиданности, надо сказать, подействовал безотказно. У нее было ощущение боксера на ринге, который был уверен, что выиграл бой, но его неожиданно отправили в нокаут.
        Всех пригласили за стол, и Джоан с облегчением вздохнула. Она надеялась, что этот небольшой перерыв поможет ей снова обрести твердость духа. Парижский воздух сыграл с ней злую шутку. Она-то надеялась, что ее по-прежнему здесь ждут и даже любят, а оказывается, это была просто любезность. Вероятно, Джордж действительно просто сильно изменился и его внимание к ней ничего ровным счетом не значит, она была просто матерью его сына - не более того. Ей было стыдно. Она почувствовала себя семнадцатилетней девчонкой, которая ведется на любой комплимент первого попавшегося красавчика.
        За столом она оказалась возле сына.
        - Ну что, ты поговорила с папой?
        - Да, поговорила. А почему ты не предупредил меня, что у него есть подружка?
        - Я как-то не думал, что это для тебя имеет значение. Мало ли у него их было за последние годы. Может, и эта не последняя. - Внезапно он встретился с глазами матери и осекся. - Боже, прости, мама. Я не думал, что ты до сих пор…
        - Все нормально, - перебила Джоан сына.
        Майкл не на шутку разволновался.
        - Бабушке не надо было это затевать, лучше бы все оставалось как есть.
        - Нет, ну что ты. - Джоан старалась, чтобы ее голос звучал как можно беззаботней. - Я просто не ожидала увидеть кого бы то ни было рядом с твоим отцом в этом доме. Но это только моя ошибка. Давай лучше поговорим о твоей учебе.
        Она улыбнулась, и Майкл успокоился. Все оставшееся время обеда они разговаривали только о нем.
        Когда первые гости уже начали расходиться, неожиданно в дверях появился тот, кого совсем не ждали в этот день. Барбара бросилась встречать запоздалого гостя.
        - Дэвид, я даже не надеялась, что ты приедешь, ведь ты был в Риме.
        Он преподнес ей букет цветов и итальянский сувенир.
        - С днем рождения, дорогая.
        - Ну проходи же, проходи скорее. - Барбара проводила Дэвида к столу и усадила рядом с собой. На глазах ее блестели слезы.
        - Это просто чудо. Мне даже не верится - вся семья в сборе.
        Остальные еще не совсем пришли в себя от появления Дэвида, поэтому молчали. Чтобы заполнить паузу, он поднялся с бокалом в руке.
        - Я хочу поднять этот бокал за здоровье самой красивой женщины за сегодняшним столом, самой самоотверженной и бескорыстной. За тебя, Барбара! Тебе всегда будет восемнадцать!
        Он опустошил свой бокал залпом, и, так как веселье продолжилось, никто не заметил его тяжелого взгляда, направленного на Джоан. Кто-то позаботился о музыке, и она увидела, как Дэвид прямиком направляется к ней. Ей совсем не хотелось танцевать с ним, но броситься вон из-за стола было бы нелепо. Поэтому, когда он подошел к ней и молча протянул руку, помогая подняться, она последовала за ним.
        - Зачем ты приехал?
        Вместо ответа Дэвид только теснее прижал Джоан к своей груди.
        - Пожалуйста. - Она уперлась руками ему в грудь, и он ослабил руки.
        - Так лучше? - Он продолжал смотреть на нее не отрываясь.
        - Зачем ты приехал? - повторила она вопрос.
        Дэвид усмехнулся.
        - А что, помешал вашей семье воссоединиться?
        - Теперь тебя это не касается.
        - Ошибаешься, меня-то как раз и касается. Ты мне еще должна объяснить, почему ты от меня сбежала.
        - Ты прекрасно знаешь, почему я уехала.
        - Если ты имеешь в виду ту девицу в номере, так это несерьезно. Ты же знаешь, я люблю только тебя.
        - Одно уточнение - голую девицу. Хотя теперь это не имеет значения.
        Дэвид, похоже, начал терять терпение.
        - Нет, имеет. Ты просто нашла, за что зацепиться.
        - О да. Я много лет искала, за что бы зацепиться, и вот наконец нашла. - У Джоан против воли на глаза начали наворачиваться слезы. - Хватит, мне надоело, что в нашей постели всегда был кто-то третий. Я устала жить в грязи.
        Дэвид сделал попытку поцеловать ее, но она резко отвернула голову, и он только слегка коснулся ее щеки.
        - Давай поедем ко мне и там все обсудим. - Он не привык, чтобы ему отказывали, и ничего не оставлял на потом.
        - Нет, - произнесла она без надежды, что будет услышана.
        - Что значит нет? Ты должна мне все объяснить, в том числе и эту историю с Мишелем Ланье. Хорошенькое дело, ты обвиняешь меня в измене, а сама делаешь то же самое.
        Джоан усмехнулась.
        - Ты забываешь одну мелочь. Ланье появился после того, как ты мне изменил и мы расстались. Хотя, конечно, для тебя это не имеет никакого значения. Ведь ты привык изменять. Ты всегда готов воспользоваться любым удобным случаем. Но не стоит все мерить по себе.
        Пока Джоан говорила, Дэвид стоял с опущенной головой. Но это не было капитуляцией. Он снова настойчиво повторил:
        - Прошу тебя, давай поедем ко мне и поговорим.
        У Джоан не было больше сил для спора. Она и так сегодня испытала столько волнений: встреча с Джорджем, появление его спутницы. Объяснения с Дэвидом она просто не выдержит. Отчаяние читалась у нее в глазах, но Дэвид, похоже, не намерен был ее отпускать. Помощь пришла неожиданно.
        - Разрешите вашу даму на танец?
        Джоан подняла глаза, перед ними стоял Джордж. Дэвид недовольно посмотрел на Джорджа, и их взгляды скрестились в немом поединке. Она почувствовала под своими ладонями, как напряглись под пиджаком его мускулы. Однако, сделав над собой огромное усилие, он все же уступил сыну. Когда руки Джорджа оказались у нее на талии, она почувствовала себя гораздо увереннее.
        - Что-то подсказало мне, что тебе сейчас не хочется танцевать с Дэвидом. Я прав?
        Джоан не ответила. Ситуация становилась все более запутанной. Лишнее слово или утверждение могли только усугубить ее. Она решила перевести разговор на него.
        - А ты, значит, в разводе? - Джоан усмехнулась. - Подумать только, я замужем, а мой муж в разводе.
        Джордж изобразил на лице удивление.
        - Но ведь это только формальность.
        Джоан смутилась.
        - Ты прав. Что это я…
        - Ничего, это просто разговор с Дэвидом повлиял на тебя.
        - Вспомнила старые добрые времена. Тогда тоже твой отец частенько на меня нападал, а ты меня защищал.
        Неожиданно Джордж озвучил ее мысли:
        - Ну, времена не такие уж и старые. - Он смотрел на нее именно как в старые добрые времена, его глаза буквально съедали ее - всю целиком.
        - Пожалуйста, не смотри на меня так. Что подумает твоя невеста? Кстати, нам действительно надо подумать о разводе. Ситуация слишком двусмысленная.
        Джордж игриво улыбнулся.
        - Когда танцуешь с такой прекрасной женщиной, ни о ком или о чем другом думать невозможно, а тем более о разводе с ней. Если бы я этого хотел, то, наверное, давно связался бы с тобой. Может быть, поэтому я старался как можно меньше показываться тебе на глаза, чтобы не поднимать этого вопроса. Тебе никогда не приходило это в голову?
        Его слова окончательно сбили Джоан с толку, и это читалось у нее на лице. Она даже приоткрыла рот от удивления.
        - Но, с другой стороны, ты тоже не воспользовалась документами, которые я тебе отдал, перед тем как ты покинула остров? - Джордж не спускал с Джоан глаз, он жадно следил за ее реакцией.
        Она смутилась и отвела глаза в сторону.
        - Хотя понимаю, почему именно теперь ты заговорила про развод. - В интонации Джорджа Джоан почувствовала грустные нотки. Она снова посмотрела на него и поняла, что ему совсем не сладко.
        - Что ты имеешь в виду?
        - На самом деле моя невеста здесь ни при чем?
        Джоан продолжала вопросительно смотреть на Джорджа. А ему просто необходимо было разведать обстановку. Если раньше он действовал напрямую, то теперь хотел вернуть Джоан с помощью дипломатии.
        - Я не любитель разного рода сплетен и слухов, но про Мишеля Ланье не читал только ленивый.
        - О боже, и ты туда же. Оставьте в покое Ланье. Это никого не касается! - вспылила Джоан.
        - Извини, ты права. Я лезу не в свое дело.
        - И ты меня извини. Просто с тех пор, как я приехала, каждый считает своим долгом спросить меня о Мишеле.
        - Давай считать, что я не спрашивал. Но про нас с тобой я не могу не спросить?
        Джоан усмехнулась.
        - Про нас? Но как же твоя невеста?
        - А что невеста. Ей нужен не я, а мои миллионы. Если мы не поженимся, она очень быстро найдет мне замену.
        - Ну уж нет. - Она прервала танец и направилась к столу.
        Джордж последовал за ней.
        - Все-таки история повторяется. Я больше не намерена отбивать у кого-либо женихов. Сначала Натали, теперь…
        - Это не зависит от твоего желания. Ты всегда будешь яблоком раздора между мной и отцом или между кем бы то ни было, - с горечью перебил ее Джордж.
        - Да, печальную судьбу ты мне уготовил.
        - Судьба здесь ни при чем. Ты сама знаешь, что слишком красива, чтобы мужчины забыли о твоем существовании. Я уверен, из Европы ты приехала именно по этой причине - любовники одолели?
        Его слова больно задели Джоан.
        - По-твоему, я только и занимаюсь тем, что завлекаю мужчин в свои сети, а потом бросаю их?
        - Но ведь Дэвида ты бросила.
        Разговор постепенно сходил на скользкий путь.
        - А тебе не кажется, что здесь не место для серьезного разговора?
        Джордж отреагировал мгновенно:
        - Согласен. Назначь время, где и когда мы встретимся.
        Джоан с трудом перевела дух. Она хотела и боялась предстоящего разговора, поэтому ее ответ прозвучал довольно нерешительно:
        - Хорошо, завтра вечером. Приезжай ко мне домой.
        - Я непременно буду. - Джордж поцеловал ее руку и направился к своей девушке.
        Джоан оглянулась по сторонам, ища Дэвида, но его нигде не было. Вероятно, он наблюдал за ними и ему не понравилось то, что он увидел.

17

        На следующий день Джоан беспокойно ходила из угла в угол, не находя себе места. Она ждала Джорджа. Когда в дверь позвонили, она посмотрела на часы и удивилась, что Джордж пришел раньше оговоренного времени, однако это оказался Дэвид. Он без приглашения прошел в гостиную и сразу же потребовал объяснений.
        - Я думаю, после стольких лет, которые мы провели вместе, я по крайней мере имею право знать, почему ты меня бросила.
        - И ты еще у меня требуешь объяснений? После того как тебя застали с другой? Я уже не говорю про твои ночные загулы.
        Однако Дэвид почувствовал ее неуверенность.
        - Но ведь ты ушла не только поэтому, вернее не столько поэтому. Ведь так?
        - Да, ты прав.
        - Ну так, может, пришло время сказать правду?
        - Боюсь, я не смогу это тебе объяснить? Так как сама еще не разобралась в том, что со мной происходит.
        - А ты попытайся. - Голос Дэвида звучал спокойно, но, стоило только посмотреть на него, на то, как он беспрестанно подносил стакан с виски ко рту и буравил ее взглядом, становилось понятным, что спокойным этот разговор не получится. Он прошел к креслу и совсем по-хозяйски уселся в него, готовясь, по-видимому, к долгому разговору. - Давай, не стесняйся. Я стойкий малый.
        Джоан не смела поднять на него глаз.
        - Помнишь, год назад мы отдыхали в Каннах?
        - Да, помню.
        - Однажды, когда мы были на пляже, ты куда-то отлучился, а я решила искупаться и пошла к воде. Там все и случилось.
        - Ты увидела Джорджа?
        Джоан удивленно посмотрела на Дэвида.
        - Откуда ты знаешь?
        - Догадался. Я знал, что он тоже был там. Ну, в общем неважно… Продолжай.
        - Да, я увидела Джорджа, но он меня не заметил и прошел мимо. Что-то произошло во мне тогда, я не могу это объяснить, но с тех пор все изменилось.
        - Ты права, тогда все и изменилось, - произнес Дэвид задумчиво. - У тебя стала часто болеть голова, когда я касался тебя, и ты уже не смотрела на меня влюбленными глазами, как раньше. А потом ты прицепилась к этой девице, в объятия которой сама меня и толкнула.
        Джоан действительно чувствовала себя виноватой.
        - Но, видит бог, я пыталась бороться, но у меня ничего не вышло.
        - И что теперь? - Голос Дэвида звучал уже не так мягко, как раньше.
        Взглянув на него, Джоан невольно вздрогнула. Он сидел, уставившись в пустой стакан, руки его при этом дрожали, а все тело было словно натянутая струна. Однако - неожиданно даже, наверное, для самой себя - Джоан вдруг твердо заявила:
        - Между нами все кончено. Мне очень жаль, что я не сказала это тебе до того, как уехала в Париж.
        Однако Дэвид, похоже, не мог смириться с тем, что навсегда теряет Джоан. Он встал и стремительно подошел к ней. Она не успела опомниться, как оказалась в его объятиях.
        - Прошу тебя, давай забудем все - мою девицу, твоего Мишеля Ланье. Обнулим счет. А что касается Джорджа… - он запнулся, - тебе все показалось, ты просто ошиблась.
        Его объятия вызывали прежние воспоминания, но не будили в ней прежних чувств. А он, напротив, казалось, все больше и больше пьянел от ее близости. Он целовал ее, а она не сопротивлялась. И вдруг Джоан подумала, что готова уступить и оставить все как есть. Казалось, Дэвид почувствовал ее настроение.
        - Мы забудем обо всем этом как о кошмарном сне. Ты просто разозлилась на меня, но, клянусь, больше никаких измен!
        Джоан с грустью посмотрела на Дэвида.
        - Проблема в том, что я ничего и никого не хочу забывать.
        Однако Дэвид не сдавался.
        - Мы уедем далеко-далеко отсюда и начнем все сначала.
        Он продолжал с каким-то исступлением целовать Джоан и никак не мог поверить в то, что теряет ее навсегда. Его губы спускались все ниже, дыхание обжигало. Она закрыла глаза, покорно отдаваясь его ласкам, но никак не отвечая на них. Но вот она почувствовала, что он отпустил ее, и открыла глаза. Дэвид стоял у двери.
        - Никогда не занимался любовью со статуей, - с горечью сказал он. - Пройдет время - и ты опомнишься. А я буду ждать тебя. И прошу, и приму обратно. А пока можешь считать себя свободной.
        Он вышел, не закрыв за собой дверь, а у Джоан перед глазами стоял его взгляд. Никогда она не забудет этого объяснения и всю жизнь будет чувствовать себя виноватой.


        Пока длилось объяснение Дэвида с Джоан, Джордж стоял на улице и ждал. Когда он только пришел, он увидел машину Дэвида, поэтому не стал заходить в дом - не хотел мешать. Каждая минута ожидания казалась ему вечностью. Больше всего он опасался, что пришел зря. Но вот он увидел, как Дэвид стремительно сбежал по ступенькам и сел в машину. Тогда Джордж подошел и наклонился к севшему за руль Дэвиду.
        - Отец, прошу тебя, оставь нас в покое. Дай нам шанс. - Первый раз он назвал Дэвида отцом.
        Дэвид с трудом проглотил комок, подкативший к горлу.
        - Тебе не надо меня просить, она, похоже, уже сделала выбор, и он не в мою пользу. Единственное, о чем бы я хотел тебя попросить, - не надо воспринимать меня как врага.
        Неожиданно Джордж протянул руку, и Дэвид поспешно ответил ему крепким рукопожатием.
        - Мы наделали много глупостей, но ты мой отец, это я теперь знаю точно. Давай как-нибудь выпьем где-нибудь в баре.
        - Обязательно выпьем. А сейчас иди, она ждет.
        Дэвид больше не мог оставаться здесь и включил зажигание. Джордж еще некоторое время провожал его машину взглядом, а потом направился к дому. Он в один миг вбежал по ступенькам и, не постучавшись, вошел в дом. Джоан сидела, свернувшись калачиком, в большом кресле и беззвучно плакала. Джордж на мгновение замер, но потом все же спросил:
        - Может, мне уйти? - Несмотря на обнадеживающие слова Дэвида, он все же боялся того, что Джоан скажет ему.
        Она вскинула на него мокрые от слез глаза, медленно поднялась с кресла и, вероятно, сама удивляясь себе, нерешительно произнесла:
        - Нет, останься, пожалуйста.
        Однако, когда Джордж подошел к ней совсем близко, Джоан почти пожалела, что разрешила ему остаться. Он был слишком близко, всего в шаге от нее. Казалось, Джордж читал ее мысли. Преодолев этот последний шаг, он крепко обнял ее и, когда она попыталась высвободиться, не дал ей это сделать. И она вдруг поняла, что испытывает огромное облегчение оттого, что ей не позволили принимать решение, что за нее уже сделали это. А возможно даже, что Джордж уберег ее от неправильного решения. Она положила голову ему на плечо.
        - Как странно, разве так бывает? После всего, что было. Последнее время я все пытаюсь разобраться в том, что со мной происходит, но у меня плохо получается. - После небольшой паузы она добавила: - А может, мы просто сошли с ума?
        - Да я всю жизнь схожу с ума, но только от любви к тебе, - ответил Джордж не задумываясь.
        - Мне кажется… - Слова замерли у нее на губах. Джоан отняла голову от его плеча и, встретившись с ним взглядом, обнаружила, что он улыбается.
        - Нет, тебе не кажется. - Сейчас он откровенно подсмеивался над ней. - Ты тоже любишь меня.
        От его самоуверенности ее брови сошлись к переносице, она было открыла рот, чтобы возразить, но он опередил ее, накрыв ее губы долгим поцелуем. Наконец он отпустил ее, однако к ней еще несколько минут не могло вернуться самообладание. Когда Джоан все-таки пришла в себя, она поняла, что проиграла и возражать в данной ситуации было бы глупо.
        После недолгих раздумий она всем телом снова прижалась к Джорджу и обхватила его обеими руками, словно боялась снова потерять. У него перехватило дыхание - она впервые обнимала его вот так, как единственного человека, который существовал для нее во всей вселенной.
        - Помнишь, тогда на острове…
        - Не надо об этом.
        - Нет, я просто хотела тебе объяснить. Помнишь, ты стоял как-то вечером на берегу по колено в воде и думал о чем-то своем. Ты меня не видел, я спряталась за камнем. Но, мне кажется, именно тогда я взглянула на тебя по-новому, но не смогла в полной мере осознать это. А потом были Канны. Увидев тебя, я потеряла дар речи. Именно тогда у нас с Дэвидом начались проблемы.
        Джордж усмехнулся.
        - Странно, что я тогда тебя не заметил, ты как песок всю жизнь проскальзывала у меня сквозь пальцы. Но теперь я тебя не отпущу, буду держать крепко-крепко.
        - И все же я не понимаю…
        Джордж помог ей.
        - Вспомни. Сначала Дэвид разлучил нас, и ты не успела полюбить меня, а потом он попросил тебя вернуться. И ты вернулась, но это снова не было твоим решением. Возможно, встречаясь с Дэвидом тайком, ты воспринимала вашу связь как единственное действительно осознанное тобою решение. А меня ты воспринимала как что-то навязанное тебе против твоей воли.
        Джоан удивленно смотрела на Джорджа.
        - Возможно, ты прав. - Еще теснее прижавшись к нему, она проговорила: - Знаешь, я сейчас вдруг поняла, что мне глубоко наплевать, почему это произошло с нами. Хочу наслаждаться каждой минутой, проведенной с тобой.
        Джордж усмехнулся в ответ.
        - Это самые разумные слова, которые я слышал от женщины.
        - Ты прав, мы потеряли слишком много времени.
        - Ничего, мы наверстаем, - сказал он уверенно и, подняв Джоан на руки, прямиком направился в спальню.


 
Книги из этой электронной библиотеки, лучше всего читать через программы-читалки: ICE Book Reader, Book Reader BookZ Reader. Для андроида Alreader, CoolReader Библиотека построена на некоммерческой основе (без рекламы), благодаря энтузиазму библиотекаря. В случае технических проблем обращаться к