Важное объявление: В связи с блокировкой в России зеркала ruslit.live, открыто новое зеркало RusLit.space. Добавте пожалуйста его в закладки.


Библиотека / Любовные Романы / ЛМНОПР / Потёмкина Виктория: " Сатисфакция " - читать онлайн

Сохранить .
Сатисфакция Виктория Андреевна Потёмкина



        АННОТАЦИЯ:
        Очень трудно забыть и простить предательство близких людей. Особенно, если самые родные тебе люди унизили и растоптали твои чувства, ловко и весьма умело всадили тебе в нож спину. Эта жуткая смесь боли, обиды, отчаяния и непрощения пожирающая тебя изнутри, принуждающая тебя заглянуть в бездну отчаяния. Но это не самое страшное, ведь после произошедшего тебе необходимо собрать себя по осколкам и идти дальше, а прошлое оставить прошлому. Сможешь ли ты это сделать? Дарья Беляева на своей шкуре познала, что такое предательство по-настоящему родных тебе людей. На себе познала она это зловонное чувство использованности и никому ненужности. Она была на грани... но заставила себя встать и идти вперед. Она выжила и не сломалась, стала сильной личностью, вот только глубоко внутри засела ледяная стрела родом из ее прошлого, которая не давала ей жить полноценной жизнью. Вот тогда она и послушалась своего дорогостоящего психотерапевта, решила наконец-то встретиться лицом к лицу со своим прошлым, даже не представляя, чем это все для нее может обернуться...



        ПРОЛОГ



        Часто так бывает, что подсознательное чувство тревоги вторгается в нашу жизнь, нарушая хрупкое душевное равновесие. Вот и Даша, в тот день чувствовала себя не в своей тарелке. Вроде бы и было всё хорошо. Она отлично сдала экзамены, проблемы с финансами были решены, все недоразумения с любимым человеком были устранены и через две недели они собирались пожениться. Всё было прекрасно! Но вот только червь глубоко внутри нее вгрызался в это спокойствие, заставляя девушку прокручивать в своей голове все последние события и пытаясь понять, откуда грянет гроза.

        Наконец, намаявшись наедине с собой, она не выдержала своего общества и решила сделать Виталику сюрприз. Всё лучше, чем заниматься самоедством. Схватив свою сумку и проверив в ней наличие ключей от квартиры любимого, девушка выскочила из своего дома, обдумывая меню романтического ужина, который устроит Виталику сегодня. Они жили раздельно, хотя было время, когда они жили в одной квартире, но после жуткой ссоры они решили пока пожить отдельно друг от друга. Сейчас девушка сильно сомневалась в целесообразности таких мер, но понимала, что пока так будет лучше. Тем более до свадьбы осталась ждать совсем недолго. И в скором времени Воронов Виталий Вячеславович станет ее мужем официально. Даша всегда неосознанно улыбалась, вспоминая своего мужчину. Вот и сейчас лицо девушки непроизвольно смягчила ласковая улыбка, делая ее еще более красивой.

        Виталий Воронов был заметной фигурой в их небольшом городке. Сын бывшего главы района и обычной продавщицы. Долгое время его мать скрывала личность отца ребенка, а когда этот факт всплыл, разразился грандиозный скандал, закончивший карьеру Вячеслава Воронова, как политика. Впрочем, это не помешало ему заниматься бизнесом и весьма успешным, надо сказать. Отношения между отцом и сыном никогда не были близкими, а после скандала и подавно. Зато интерес к подростку среди населения значительно возрос, не говоря уже о всевозможных сплетнях, окруживших его и обстоятельства его рождения. Каждый мало-мальски заядлый сплетник города считал себя обязанным внести свою пикантную деталь в эту запутанную историю, и плевать им было, насколько их предположения были далеки от истины.

        По мере роста, мальчик становился все более похожим на своего отца. В пятнадцать начался резкий скачок роста, и закончился он в восемнадцать, когда рост его уже составлял чуть больше метра девяносто. Широкоплечий и хорошо сложенный, благодаря постоянным занятиям плаванием, Виталий быстро стал первый кандидатом на роль главного принца города, и то, что он был лишь внебрачным сыном бывшего главы района, ни как не влияло на этот факт. Наоборот множество девушек хотели согреть и пожалеть когда-то брошенного мальчика, ну и заодно сделать его своим мужем. Мужем Виталя не собирался становиться, а вот нежность и ласку со стороны женского населения принимал весьма охотно. Даше еще долго становилось не по себе, когда в его сторону женщины бросали значимые, томные взгляды, заставляя размышлять ее о том, была ли очередная представительница женского пола в его постели или нет. Вит же лишь смеялся и утверждал, что кроме нее ему никто не нужен. Дарья верила, и даже после трех лет отношений как-то смирилась с происходящим. Правда это ей не мешало ревновать его ко всему, что носит юбку. Может быть она слегка и
перегибала палку, но он был её мужчиной и должен был принадлежать только ей.

        В общем, в прошлом у него было множество девушек и женщин всех мастей и достоинств. Сам же Виталий сразу же, как покинул школьную скамью, занялся бизнесом. Ресторанным. Взял у своего отца начальный капитал и начал раскручивать своё дело. К двадцати двум годам Вит стал успешным ресторатором, а его ресторан "Виват" стал крупнейшим в городе. С этого момента девушки стали вешаться на него не только потому, что он был возмутительно красив, теперь же к матримониальным желаниям красавиц примешалось еще и желание его денежек.

        Даша работала администратором в его ресторане. Там-то они и познакомились. Тихая, спокойная девушка отлично справлялась со своими обязанностями, при этом еще и училась в университете. Все ее звали Белоснежкой, за идеально белую алебастровую кожу, иссиня-черные волосы и алые губы. Но схожесть была не только внешней. Сама она была дочерью очень известного режиссера Дмитрия Беляева и его первой жены Анны Ивашниченко. Их брак долгое время считался крепким, достойным подражания. Когда-то подающая надежды начинающая актриса Ивашниченко бросила карьеру ради мужа и семьи, в то время как Беляев строил успешную карьеру режиссёра. Но всё изменилось, когда в их жизнь влетела молодая актриса Анастасия Захаренко, которая и погубила многолетний брак её родителей.

        Движимая обидой и стремлением начать все сначала Анна уехала из Москвы в свой родной городок вместе с дочерью. Самой Даше было тогда уже тринадцать лет. Девочка так и не простила предательства отца и отказалась от какого-либо общения с ним. Но дальше ее ждало еще одно горе. Ее мать сбила машина. Пьяный водитель даже не остановился, чтобы помочь пострадавшей. За жизнь ее матери боролись лучшие врачи области, об этом побеспокоился тогда еще ее начальник Виталий Вячеславович, но их усилий оказалось не достаточно. Из-за множественных повреждений не совместимых с жизнью, она скончалась спустя сутки.

        Горе чёрной волной накрыло Дашу, она не хотела ни есть, ни пить, ни спать, ничего не хотела. Если бы Виталий тогда не вмешался, да еще и вечно оптимистичная подруга Катя, она возможно бы так и не отошла от той потери. Отец предлагал ей вернуться к нему, но она отказалась и осталась с Виталием. С тех пор они и были вместе.

        Много еще чего произошло после. И крупный скандал Виталия с отцом. И ресторан он чуть не потерял, и если бы они тогда не продали квартиру ее матери, то у ресторана был бы уже другой хозяин. А постоянные стычки ее жениха с лучшей подругой чуть не стали причиной разрыва их отношений. Но они всё это пережили и скоро они законно станут мужем и женой. Вспомнив о предстоящей свадьбе, Даша сделала мысленную поправку позвонить своей подруге Кате и организатору свадьбы в одном лице, но сначала она устроит незабываемый вечер своему жениху. Беляева даже не представляла, насколько этот вечер станет незабываемым, в первую очередь для нее самой.

        Открыв своим ключом дверь в квартиру Виталия, девушка преспокойно сняла с себя куртку, разулась, всё ещё находясь в своих раздумьях. Не сразу она заметила характерный звук, доносящийся из спальни. Впоследствии Даша не могла с уверенностью сказать, как дошла до комнаты, но то, что она там увидела, она запомнила на долгие годы.

        Виталий лежал в колыбели бедер Кати и вбивался в нее со всей силы, будто бы хотел протаранить ее насквозь. Если бы не первоначальный шок и ужасная боль от предательства, которую Даша испытала в тот момент, она бы отметила полное отсутствие нежности со стороны Виты и лицо, искаженное злобной гримасой. Но Дарья была слишком поражена, чтобы отмечать детали происходящего.

        А вот Катя очень наслаждалась происходящим, об этом свидетельствовали красноречивые глухие звуки, которые она издавала. Кричать, кстати, она не могла, так как ее рот был завязан. Девушка закатила глаза от экстаза, наслаждаясь каждым выпадом любовника. Катерина была привязана к кровати за ноги и руки, а жених... ее любимый жених трахал ее подругу на подаренной ею же постели...

        Предательство всегда приходит тогда, когда его не ждут. Но если вы предали однажды, не расслабляйтесь, потому что возмездие может настигнуть вас также внезапно. Сделали бы это те двое, если бы знали, чем это для них обернется? Я думаю, вряд ли...

        ГЛАВА 1


        Зачастую мы очень четко видим недостатки в других, совсем не замечая своих, гораздо более ужасных пороков. Эта философская мысль проскочила у Даши в голове в тот момент, когда она, лениво изучая стены кабинета, спокойно рассказывала об очередной неудачной попытке завести серьезные отношения.

        Женя, ее единственная подруга, всегда смеялась над этим выражением. "Завести можно собаку, но никак не парня", - наставительно поучала она. Даша лишь качала головой на это. Девушка давно уже усвоила, что идеальных отношений не может быть, также как и верных и честных мужчин. Абсолютное большинство рано или поздно изменяют своим подругам, так почему она должна относиться к ним с уважением? Так что Даша под своим утверждением "завести себе парня", именно это и имела в виду. И даже смирилась с досадным фактом, что мужчины полигамны по природе своей, и начала относится к сексу, как обычной физиологической потребности, разделяя такие понятия, как "любовь" и "секс". И да, она еще верила в любовь, потому что как полагается всем материалистам, она полагалась на факты, а в своей жизни она встречала такие редкие, но от этого и более ценные отношения. А Дарья много чего видела. Будучи успешным и известным журналистом, девушка побывала в самых разных местах и поведала миру о самых невероятных и вполне обычных историях.

        - Итак, Даш, ты не замечаешь ничего общего между последними твоими попытками выстроить отношения с мужчинами? - вкрадчивый и спокойный голос Валерии проник в мысли Дарьи, заставляя ее вернуться в настоящее. Сама она даже не заметила, как монотонно и сухо рассказала об очередном изменнике Дмитрии.

        - Заметила, - монотонно ответила Даша. - Они мне все изменяют, в том или ином смысле.

        Девушка даже не чувствовала горечи или боли, ей было совершенно всё равно. Будто бы тогда, пять лет назад, что-то важное умерло у нее внутри, отрезая ее от девичьих мечтаний о красивой свадьбе, крепкой семье и куче детей. Ничего этого она уже сейчас не хотела, за исключением детей. Она хотела ребенка. Сильно.

        - А почему они тебе изменяют? - не отставала от нее психотерапевт.

        Валерия была ее врачом уже долгое время, еще с тех пор как она вернулась в Москву, прячась от той прошлой жизни, как побитая собака. Дарья поморщилась, ей совсем не нравилось это сравнение, но оно было верным по своей сути, а девушка не привыкла прятаться от правды и от самой себя. Это первое чему научилась Беляева после произошедшего. Тогда Дарья была совершенно разбитой и беззащитной. Отец ее насильно привез в столицу, предотвращая любую возможность того, что его единственная дочь простит того "подонка". Дмитрий Беляев, как единственный родственник пострадавшей в том несчастном случае, был вызван в ту страшную ночь, когда она была между жизнью и смертью. Даша даже немного удивилась той прыти, с которой папочка взял на себя обязанности отца. Видя в каком подавленном состояние была его дочь, он решил отвести ее к специалисту. Валерия Ефимова, еще тогда начинающий врач-психотерапевт, помогла ей осознать произошедшее и встать на ноги. Валерия стала неотъемлемой частью ее жизни. Дарья каждый вторник появлялась у нее на приеме, даже понимая, что сейчас она полностью здорова. Ну или почти здорова... В
конце концов, как говорит сама Лера, не бывает совершенно морально-здоровых людей, у каждого найдутся свои сдвиги, просто у кого-то они маленькие, а у кого-то достигают угрожающих размеров.

        - Потому что козлы, - невозмутимо ответила Даша, откидывая за спину толстую косу.

        Валерия чуть заметно улыбнулась, но от клиентки не отстала.

        - А помимо этого?

        Теперь Даша стала раздражаться. Валерия была просто замечательным специалистом, но бывала очень настойчивой, когда пыталась вытащить из своего пациента какую-то особо важную мысль.

        - Лер, что ты хочешь до меня донести? - сразу же приступила к делу Даша. Она знала, что если ходить вокруг до около, то можно еще пару часов просидеть на этом месте.

        - Даш, может дело не в них? Может дело в тебе? - спокойно спросила врач. - Ты всегда выбираешь мужчин одного и того же типажа.

        - Что плохого в том, что мне нравится определенный тип мужчин? - оскалилась брюнетка.

        - Разве определенный? - спросила Лера, чуть наклонившись вперед. - Ты сама ответила, что общего у них у всех. Все они козлы, грубо говоря. Они все тебя предают рано или поздно, но при этом они совершенно разные люди. Возьмем последнюю твою попытку. Дмитрий, обычный банковский работник, без особых перспектив на будущее, а вот Алексей, твой предпоследний парень, известный фотограф и отъявленный ловелас. У них ничего общего. У них даже телосложение и цвет волос разные. Но всё же есть одна схожесть, объединяющая их - оба изначально имели склонность ко лжи и увиливанию.

        - Ты хочешь сказать, что я специально выбираю тех парней, который впоследствии меня предадут? - недоуменно переспросила Даша, хотя где-то внутри нее что-то откликнулось на эти слова.

        - Да, именно это я и имею в виду, - кивнула Валерия, смотря Даше прямо в глаза. - Ты сама себя запрограммировала. Ты не разрешаешь себе любить, боясь боли, поэтому и выбираешь таких мужчин.

        - Постой, - остановила ее Даша, вскинув руку и поддавшись всем телом немного вперед, - а ты не думаешь, что если бы я не хотела боли, то выбрала совершенно противоположного человека? То бишь мягкого, спокойного, доброго...

        - В которого ты могла бы влюбиться? - психотерапевт выразительно приподняла брови, давая понять, что Даше ее не провести. - Нет, ты никогда такого человека не выберешь, потому что будет присутствовать возможность того, что ты полюбишь. Ты мгновенно сбегаешь от тех мужчин, которые более-менее достойны твоего внимания и выбираешь тех, в кого гарантированно никогда не влюбишься. Выбираешь тех, кто хотя бы отдаленно напоминает тебе о Виталии. О той боли, что он тебе причинил. Ты боишься настоящих отношений, прячешься от них, а то что было до этого... Это всего лишь игра. Ты играла в отношения. Ты просто выбираешь того человека, к которому не привяжешься, и начинаешь играть, не подпуская его близко к себе. Никто из них ничего не знает о тебе, кроме сухих фактов. Они даже не представляют, какая ты на самом деле. Ты просто подсознательно пресекаешь любую возможность стать уязвимой. Так ты никогда не выйдешь замуж и не обретешь покоя. Виталий до сих пор держит тебя. Не отпускает.

        Выслушав всю эту тираду, Даша замерла на месте, понимая справедливость этих слов. Со стороны казалось, будто ее заморозили, но на самом деле внутри происходил жаркий спор. Вспыльчивая часть натуры хотела вскочить и опровергнуть всё вышесказанное, но Дарья привычным усилием загнала этот порыв куда подальше. Она прекрасно знала, что вот такие порывы и ведут к поражению, а выступать в роли проигравшей она больше не желала. Рассудок и анализ она теперь ставила во главу угла. И размышляя над тем, что ей сказала Валерия, она была вынуждена согласиться с вышесказанным. И ей стало, как-то противно. Противно от того, что даже по истечении стольких лет, Виталий имел еще власть над ее жизнью. Всё внутри восстало против этого. И появилась решимость. Решимость раз и навсегда изгнать из своей жизни призрак Воронова.

        - Что мне делать? - жестким голосом спросила Даша, движимая желанием начать действовать.

        - Я тебе дам совет, Даша, не как психолог, а просто как человек, - мягко произнесла Лера. - Как психологу мне стоит посоветовать отпустить эту историю, но я вижу что это всё слишком глубокие следы в тебе оставило. Так что скажу тебе одно, поезжай туда, встреться со своим страхами лицом к лицу и победи их. Только так ты сможешь жить дальше!


***



        Совет Валерии не давал Даше покоя на протяжении всей недели. И она всё больше склонялась к мысли, что ее врач права. Если она так долго убегала от прошлого, но всё равно не смогла убежать, может быть стоит встретиться с ним лицом к лицу? Может так она сможет примириться с произошедшим пять лет назад?

        Эти размышления буквально изводили её, но она никак не могла принять окончательного решения. А ещё девушка не знала, как сказать об этом своему отцу. У них были странные отношения. Дмитрий Беляев всячески защищал и оберегал дочь после происшедшего. Было такое чувство, что он пытается реабилитироваться за то, что произошло пятнадцать лет назад. Вот только не у нее ему следует просить прощение, а у матери. С одной стороны, если бы не отец, девушка бы вряд ли тогда справилась с тем, что произошло, но с другой... Она так и не простила ему предательства ее матери. Слишком уж хорошо она знала, каково это быть преданным любимым человеком. Она до сих пор не могла без дрожи вспоминать тот момент, когда застала Виталия с Катей. И как застала!

        У Даши всегда были подозрения, что у Виталия склонность к доминированию, но с ней он всегда был нежен. Даже слишком. Теперь она понимала, что тогда ее сексуальность была до конца нераскрыта. Если бы он захотел, то привязанной к той кровати могла быть она, а не Катя... но он не захотел. И это бесило! Да конечно, пару раз она заявила своё презрительное "фи", когда он заводил разговор о более жестких играх в постели, но Виталий мог уговорить её, если бы постарался. Даже по прошествии стольких лет, раненная гордость мешала ей жить, а где-то на уровне подсознания, она понимала, что все её победы на любовном поприще, это способ утвердиться. Она прекрасно знала, что она сексуальна и желанна для противоположного пола, только сомнения всё равно напоминали ей о себе. Именно в такие минуты, она и совершала очередную победу. Это был своеобразный способ утвердиться, доказать всем и главное самой себе, что она может!

        На почве всех этих переживаний и переосмысления своих прошлых поступков, настроение неуверенности в своей сексуальности очередной раз одолело ее. И она решила справиться с ним самым привычным способом. Даша полезла в шкаф, чтобы достать довольно откровенное фиолетовое платье. Нанесла броский макияж, подчеркнув яркой помадой пухлые губы. Сделала идеально гладкий конский хвост. Надев туфли на высоченной шпильке, она подошла к зеркалу, оценивая свой вид.

        В зеркале отражалась красивая и эффектная молодая девушка. Платье было коротким, идеально облегающим фигуру. Оно открывало красивые, длинные ноги, но не было откровенным, скорее Даша его бы охарактеризовала "на грани фола". А грани Беляева любила, любила ходить по краю, зависая над пропастью, а потом, изловчившись как кошка, не упасть и оставаться на высоте.

        Оставшись довольной просмотром, она спустилась вниз, где ее уже ждали отец и мачеха. Они собирались на очередную вечеринку, посвященную дню рождению известного актера и музыканта Березова. Молодой и перспективный, со сладкой внешностью, парень стал звездой девочек-подростков и всевозможных таблоидов. В прошлом месяце она брала у него интервью для журнала, в котором работала. Милый парнишка, но уже проглядывалась звездная болезнь. Дарья не хотела идти, впрочем, как и отец. Он не любил всевозможные тусовки, но для того чтобы быть успешным режиссером нужно быть лицом медийным. Так что вынужденные походы по вечеринкам были постоянным мероприятием для их семьи.

        Когда Даша спустила, отца уже не было в доме, зато её ожидала Настя, мачеха Даши. Одета она была роскошно, как и положено успешной актрисе кино. В свои сорок два актриса Анастасия Захаренко была всё ещё моложава и красива, но Дарья доподлинно знала, что та очень переживает по поводу увядания былой молодости. Доходило буквально чуть ли не до истерии, хотя Захаренко во всех интервью и утверждала, что хочет встретить свою старость достойно, и не будет делать никаких пластических операций.

        С мачехой у Даши сложились совершенно нейтральные отношения. Мачеха не трогала ее, она не трогала Настю. Все были счастливы и довольны, вот только Даша слишком часто ловила на себе её пристальные взгляды. Анастасия так и не стала матерью, сначала она не хотела портить фигуру, а заодно и карьеру успешной актрисы, а потом... потом у нее нашли бесплодие, при чём если бы Захаренко раньше обратила внимание на эту проблему, то её можно было бы вылечить. Теперь оставалось надеяться на чудо, но надежды на чудо у знаменитой четы уже не осталось. Настя хотела усыновить ребенка, но Беляев не видел в этом смысла, у него уже была Даша, и он стал реализовывать всю отцовскую любовь на ней. И ничего не хотел слышать о том, что он слегка запоздал с этим. И не желал принимать в расчет желания самой Даши, пытался навязать ей отцовский контроль, который Дарья успешно игнорировала. Вот так они жили...

        - Отец уже ждет нас в машине, - проговорила Анастасия грудным голосом, входя в роль великосветской львицы.

        Беляева ничего не ответила, лишь кивнула головой и накинула на себя накидку, после чего обе женщины вышли из дома. На праздник они ехали в полнейшей тишине. Эта тишина давно стала традицией в их семье. Беляев не любил говорить ни о чем, кроме как о работе, а Даша не была уверена в том, что ей нужны разговоры. Когда-то отец проигнорировал её собственное мнение, поступив так, как он считал нужным. Эта обида до сих пор таилась в ней, троекратно увеличенная обидой за свою мать. Так что Дарья предпочитала отмалчиваться в компании своего отца и его жены. Анастасии приходилось мириться с таким положением вещей, в прочем множество подруг вполне были готовы с ней поболтать о чем угодно.

        Сам праздник отмечался в новомодном столичном клубе, где любили тусоваться знаменитости. Даша вышла из машины и глотнула прохладного воздуха, готовясь к тому, что ее ждало там. Она до ужаса не любила клубы, так и не смогла их полюбить. Там всегда было слишком душно и людно. Хотя она уже давно научилась вращаться в этом вареве шоу-бизнеса, но никто так и не мог заставить ее полюбить всё это. Беляева даже не знала, что они подарят сегодняшнему имениннику, подарок выбирала мачеха, впрочем, как и всегда. Еще немного постояв на воздухе, она всё же заставила себя зайти в клуб.

        Ее встретила громкая музыка, звучащая из динамиков и спертый воздух. Или ей кажется, что здесь такой воздух??? Глазами она нашла отца и уже решила направиться к нему, как вдруг кто-то ее дернул за локоть, заставляя развернуться.

        Даша уже решила дать привычную отповедь очередному наглецу, но посмотрев на мужчину, потеряла дар речи. Что он здесь делает????

        - Здравствуй, Белоснежка!



***



        Евгений Алексеевский всегда был парнем видным. Да что уж греха таить, в свои тридцать он был любимцем многих дам. Отличный внешний вид и такое же отличное чувство юмора всегда притягивали к нему кучу представительниц женского пола. Алексеевский по мере своих возможностей отвечал противоположному полу той же монетой. Свободолюбивый и далеко неангельский характер делал его не пригодным для семейной жизни, а после нескольких попыток выстроить нормальные отношения, которые с треском провалились, мужчина и не пытался этого делать. Ну не пригоден он для долгих отношений. И первый же заявлял об этом девушкам, рассчитывающим на его симпатию. Правда, девушек это не останавливало. Справедливости ради, стоит отметить, что со всеми своими пассиями он неизменно оставался друзьями и хорошими приятелями, просто потому что на таких как он не злятся. Его обворожительная улыбка могла смягчить или умилить любую представительницу женского населения страны. И он прекрасно знал об этом, используя свое смертельное оружие.

        Вот и сейчас Жека испытывал всю силу своего обаяния на молодой певице, с которой ранее заключил договор на проведении ее выступления в их с Вороном клубе. Не так давно, его будущий зять решил расширить сферу своей деятельности, двух лучших ресторанов города ему было уже не достаточно, и предложил Евгению создать ультрамодный ночной клуб. Жека сразу же зацепился за эту возможность. Парень уже давно хотел начать свой бизнес, но все не мог никак покончить с прошлой работой. Когда-то сгоряча он подписал договор с одной американской компанией, даже толком не разобравшись в условиях соглашения, и долгое время не мог разорвать его из-за огромной неустойки, которую бы ему пришлось уплатить в случае увольнения. Воронов помог ему расторгнуть этот треклятый договор и сделал его куратором их нового проекта. Сам Виталий был слишком занят, разбираясь в тонкостях ведения бизнеса отца. Воронов-старший, из-за недавно перенесенного инсульта и уже пришедшей старости, уже не мог вести дела в той же жесткой манере, что и раньше. А так как из всех его детей необходимыми качествами обладал только один, то неудивительно,
что Вячеслав Воронов выбрал именно Виталия. Ворон не стал долго думать и согласился занять место генерального директора компании. А вот Михаил, сводный брат Виталия, так не считал, заявляя, что это бизнес семейный, и у него, как у законного сына Вячеслава больше прав, чем у обычного "бастарда". Жека усмехнулся, вспомнив, как именно поставил на место своего брата Ворон. Вряд ли он вообще осмелиться когда-либо качать права... Виталий никогда не церемонился со своими врагами.

        По чести говоря, Женя уважал Виталия, как мужчину. Но то, как Воронов относился к его сестре, часто заставляло желать медленной и мучительной смерти своему когда-то лучшему другу. Несмотря на то, что они с Вороном были долгое время друзьями, сейчас они не являлись таковыми. Долгие годы их дружба сходила на нет, и сейчас от их прежней дружбы осталась всего лишь призрачная тень. Каждый из них делал вид, что они, как и прежде преданные друзья. Вот только каждый из них знал, что дружбы уже нет.

        Сейчас же Жека рассказывал очередную фривольную шуточку этой девушке. Евгения Вавилова, она же, Дикая Орхидея, была молодой и раскрученной певицей. Они сразу же подружились на почве одинаковых имен. Хрупкая фигурка, искренняя улыбка и шикарная масса длинных темных волос напоминали ему другую девушку. Беляева Дарья. Она же Белоснежка. В первый раз Красавчик заметил её в ресторане у Ворона, он тогда был жутко пьян и попытался к ней подкатить.

        Пальцы непроизвольно скользнули к скуле. Она тогда ему влепила звонкую и довольно увесистую для такой хрупкой девчонки пощечину, недвусмысленно показывая ему, куда он может девать свое предложение. Позже, уже полностью трезвый, Евгений мог спокойно изучить загадочную администраторшу. Девочка была красива красотой сказочной принцессы. Именно тогда он прозвал ее Белоснежкой. Уже после этого Воронов обратил внимание на нее, ему было интересно, чем его друга так привлекла его работница. Возможно, Жене стоило больше проявлять инициативы по отношению к Даше, но он тогда был не готов остепениться, а на меньшее она бы не согласилась. Мужчина чувствовал это инстинктивно. Даша была слишком чистой и невинной, а он не хотел брать на себя ответственность за ее разбитые мечты. Вот он с ней и сдружился, не позволяя себе ничего лишнего, кроме как случайных прикосновений. Это Жека сейчас понимает, что просто испугался тех чувств, которые вызывала в нем девушка. Вот он и смотрел со стороны на то, как Ворон и Белоснежка сближаются, а потом и влюбляются друг в друга, строят отношения. Чуть позже его вызвали в
Америку, и ему пришлось переехать туда на целый год. Когда он вернулся, его Белоснежки уже не было в городе, а Ворон и его сестра уже были вместе. Хотя были вместе это большое преувеличение. Скорее это Катя была с ним, сам Ворон же вернулся к той жизни, что вел до Даши: бесконечная череда девушек, вечеринки, рискованные хобби и работа. Женя не знал, как Катерина могла терпеть всё это. Евгений ругался с Катей, с Витом. Они неоднократно дрались на этой почве, но после слов Ворона, что он не держит Катю и она в любой момент может уходить, Женя понял, что дело скорей не в Вороне, а в Кате. Сестра же не желала ничего знать, она жила в своем созданном мире. О Даше не вспоминали, она стала запретной темой. Ни Виталик, ни Катя ничего не говорили, молчали, как заправские партизаны, хотя сам Женя любыми путями пытался узнать, что же стало с его принцессой.

        Женя рассмеялась. Звонкий и такой девичий смех. Красивая девочка, еще не испорченная миром шоу-бизнеса, но ненадолго...

        Мысли резко оборвались, когда в зал вошла девушка из его прошлого. Он пару раз моргнул, пытаясь избавиться от наваждения, но наваждение, не собиралось уходить, оно было полностью из плоти и крови. Это была его Белоснежка, только другая. Непривычный макияж, яркий наряд. Девушка повзрослела и теперь знала себе цену, теперь она была женщиной, а не невинной девой. Королева.

        Тело, не дожидаясь приказаний от мозга, само направилось к девушке, оставляя позади недоуменную тезку. Теперь Красавчик собирался воспользоваться предоставленным ему вторым шансом, он не за что не упустит девушку, о которой мечтал все эти годы. Лицо осветила торжествующая улыбка. Теперь они сделают все правильно, а Жека убьет двух зайцев один выстрелом. А вот Ворон еще пожалеет о том, что сделал...

***


        Дарья недоуменно смотрела на лицо из прошлого. Высокий, спортивный, с непослушной копной русых волос и всё той же шаловливой улыбкой на лице перед ней стоял Евгений Алексеевский собственной персоной. Губы сами по себе расплылись в приветливой улыбке.

        - Красавчик, ты ли это?

        - Меня давно уже так никто не называет, - ответил Женя и обнял ее. От неожиданности девушка даже покачнулась на своих высоченных каблуках, таким крепким было объятие.

        - Меня Белоснежкой тоже давно никто не кличет, Жень, - улыбнувшись, ответила девушка. - А ты совсем не изменился!

        - Зато ты сильно поменялась, - ответил Евгений, глазами оббегая фигурку Даши.

        - Надеюсь, в лучшую сторону? - спросила девушка, кокетливо стрельнув глазками. Даше показалось, что Женя на мгновение даже перестал дышать от неожиданности. Еще бы! Прошлая Даша никогда не позволила бы себе флирта с мужчинами, зато нынешняя Даша может позволить себе и не такие фокусы.

        - Еще не решил, - осторожно ответил он, - но ты определенно поменялась, Белоснежка.

        - Выросла, - как-то цинично улыбнулась она. - Иногда нам не обходимо просто повзрослеть, чтобы жить дальше...

        - Хм-м-м, - послышался неуверенный голос за спиной у Жени. Он недовольно повернулся, давая обзор Даше.

        - Вижу, вы знакомы, - пробормотало нимфейное существо и по совместительству подруга Даши.

        - Женька, ты здесь? Ты же должна была быть в студии! - среагировала Беляева.

        - Я там была и решила все свои дела, - ответила подруга, кивая на Жеку. - Мы заключали с ним договор на выступление в его клубе.

        Даша повернулась к парню.

        - У тебя есть клуб? - шокировано спросила Даша, потом обернулась к подруге и уже спросила ее: - А ты тут при чем? Все договора обсуждает же твой агент?

        - Покупатель захотел лично осмотреть товар, - хмыкнула девушка, закатив глаза.

        У Евгения хватило совести покраснеть.

        - Ну, надо же мне знать, кого я приглашаю в свой клуб! - оправдываясь, заявил мужчина.

        - Так у тебя есть клуб? - повторила свой вопрос Даша.

        - Да, клуб новый. Открылся совсем недавно, - он немного помолчал. - Мы открыли его с Вороновым.

        При упоминании имени своего бывшего ноги Даши подогнулись. Ей пришлось приложить немало сил, чтобы скрыть какую реакцию принесло ей имя Воронова. И она не была уверенна, что ей удалось скрыть всё.

        - Неужели Виталий решил расширить свой бизнес? - ей удалось спокойно задать свой вопрос, даже голос не дрогнул. Зато дрогнуло внутри. Даже не дрогнуло. Это было землетрясение. Сердце грохотало так, что Даша удивлялась, как она вообще что-то еще слышала.

        - Давайте отойдем, - предложила Женя. - Не будем же мы здесь разговаривать. Заодно и выпьем!

        Даша и Жека согласились, и вскоре они устроились на мягких диванчиках. Жека сел около Даши, Женя устроилась напротив них.

        - Так вы теперь с Вороновым не только друзья, но еще и партнеры по бизнесу? - продолжила тему Даша, откидываясь на спинку дивана.

        - Да, - как-то искусственно улыбнулся Евгений, - мы с Вороном решили открыть общий бизнес.

        - Наверное, Катя рада, - не смогла удержаться Даша. Упоминание имени бывшей подруги отозвалось нехорошими ощущениями в области желудка.

        Подошел официант, спрашивая, что гости будут пить. Девушка только открыла рот, чтобы заказать шампанского, как голос Жеки донесся до нее:

        - Катя радовалась больше всех. Говорит, что семейный бизнес это хорошо, правда семейным его пока трудно назвать, но после их свадьбы в следующем месяце он станет таковым, - Евгений и не подозревал, какую бурю эмоций разбудил в Даше своими словами.

        Ее рука, как раз находившаяся в воздухе замерла, как и сама Даша. Мозг Даши отказывался принимать эту информацию, требуя немедленной перезагрузки. Девушка просто тупо смотрела на ожидавшего ее официанта и пыталась вздохнуть, но и легкие отказывались работать. Дарья стала задыхаться, голова закружилась, как будто она выпила лишнего, хотя девушка была абсолютно трезвой. Они собираются пожениться! Пожениться! Катя станет женой Виталия! Окончательно займет ее место! У нее ушло несколько долгих секунд, чтобы справиться с собственными эмоциями. Наконец набрав воздуха в грудь, она всё-таки сделала заказ.

        - Текилу принеси, - жестко произнесла она, - и побольше!


        ГЛАВА 2


        Рука привычным жестом зарывается в длинную массу темных волос. Он нетерпеливо вдыхает их сладкий аромат и прикусывает ей затылок. Девушка начинает дышать чаще, тихонько постанывая. Глаза ее закатываются, а она сама в его полном распоряжении. Довольный ее реакцией, он с силой наматывает упругие пряди себе на руку и грубо оттягивает ее голову назад, отчего ее тело выгибается грациозной струной, подстраиваясь под его сильное тело. Он шипит от соприкосновения ее разгоряченной кожи к его.

        Она близко. Она так близко. Но всё же недостаточно... Сильно прикусывая мочку ее уха, он с силой входит в нее, вызывая ее судорожный всхлип. Ей больно или приятно? Не важно.

        Он начинает двигаться в ней, теряя привычный контроль, совершая хаотичные движения, врываясь в ее нежную плоть, как будто пытаясь слиться с ней. Сильные и быстрые толчки заставляют ее прижаться к стене, ища опоры и поддержки, но ему это не нравится. Он хочет, чтобы она была прижата к нему. Вжата в него. Он сильно дергает за волосы, возвращая ее в прежнее положение и чуть разворачивая ее голову, впивается болезненным поцелуем в нее истерзанные губы, ощущая кровь на своих губах, но продолжает ее целовать. Она робко отвечает ему, и он сильнее надавливает ей на затылок, глубже входя в ее рот своим языком, понимая, что чуть позже он поимеет ее губы. Он поимеет ее всю. Она его. И только его.

        Неприятная трель будильника врывается в его сон, вырывая из мира фантазий и снов. Ему совершенно не хочется открывать глаза. В голове всё еще мутно ото сна и от количества выпитого вчера алкоголя. Вчерашней ночью он опять развлекался в клубе. И опять вчера вернулся домой пьяным. Но не в этом было дело. Если он откроет глаза, то на подушке увидит не темные пряди волос, а ярко-рыжие, напоминая ему о том, чем он уже никогда не будет обладать.

        - Дорогой, может, ты всё-таки выключишь будильник? - послышался заспанный голос Кати.

        Он все-таки открыл глаза. На него смотрели серые глаза Екатерины, его будущей жены и матери его ребенка. Длинные рыжие волосы Катерины каскадом рассыпались по подушке, заставляя его вспомнить ощущение прикосновения к темным волосам совсем другой женщины.

        Отвернувшись от нее, Виталий все-таки выключил будильник, а потом, так и не говоря ни слова, свесил ноги на пол и направился в ванную. Ему совершенно не хотелось сейчас видеть, а тем более разговаривать с Ведьмой. А еще больше ему сейчас был необходим ледяной душ.

        Включив холодную воду, он встал под струи воды. Прохладная вода неприятно обожгла кожу, но он остался стоять на месте, понимая, что эта процедура просто необходима его организму, чтобы проснуться. Перед глазами всё еще проносились кадры из его сна, заставляя его чувствовать себя просто ужасно. Он не хотел чувствовать этой неопределенной потребности к бывшей невесте, хотел забыть её, вычеркнуть из своей жизни. Но наши желания редко совпадают с возможностями. Закрыв глаза, Воронов прислонился головой к кафелю.

        Эти сны были для него постоянным явлением. И каждый раз по-новому. Не все они были эротического содержания, бывали и те, где она улыбалась ему нежной улыбкой, и говорила что любит. И они были хуже всего. Обычно после таких снов он срывался на всех и вся. В первую очередь на Катю. Благо такие сны были редкостью. Они были, как сладкий яд, который заставлял поверить в правдивость происходящего, а потом наступал тот самый момент, когда понимаешь, что все ложь. Она уже не любит тебя, и ты ей не нужен. Понимаешь, что всё разрушил своими руками. И из-за чего? Из-за слабой иллюзии контроля? Из-за неутоленных низменных желаний? Из-за гнева? Эгоизма? Отсутствия доверия?

        Не открывая глаз, Ворон со всей силы приложился затылком об стену. Физическая боль расползлась по вискам, впилась своими цепкими когтями в глаза. После таких вот эротических снов было легче. Не намного, но легче. Потому что неутоленное желание перевешивало потребность снова проанализировать то, что произошло пять лет назад.

        Воронов не относил себя к людям, которые жалеют, о том, что сделали; жалеют об опущенных возможностях. Он и не жалел. После отъезда Даши, он вернулся к прежней жизни. Его больше никто не контролировал; никто не заставлял задумываться о чем-то высоком и духовном, о том, что ему, по сути, не нужно было; никто не устраивал ему безосновательных сцен ревности, не заставлял нервничать и срываться, а потом вымаливать прощение, будто от этого зависела его собственная жизнь. Всё снова встало на свои места. Вит снова стал полностью выкладываться на работе, дальше развивая свой бизнес и богатея. Он снова стал пользоваться девицами, которые вешались на него. Снова стал участвовать в гонках. Даша всегда опасалась за его жизнь, поэтому он перестал гонять в угоду её желаниям. Сейчас Виталий Воронов снова был абсолютно свободным человеком, который делал лишь то, что он хотел. Всё было правильным и логичным. Вот только где-то на краю сознания что-то притаилось, что-то очень похожее на чувство вины. А еще были сны... эти самые сны, которые навещали его почти каждую ночь, сводящие его с ума.

        Сначала он пытался перенести все эти эротические желания на Катю. В конце концов, зачем она ему еще? Часто просыпаясь после таких откровенных снов, он набрасывался на Катю и трахал ее до посинения, будто бы у него не было секса очень долгое время. Только это не приносило ему успокоения. То есть он кончал и получал физическое удовлетворение, но на уровне мозгов у него было ощущение отвращения и неприятия. После этих совокуплений он чувствовал себя особенно разбито. После он стал себе искать любовниц похожих на Дашу, но и это не приносило желаемого успокоения. Иногда ему казалось, что ему давно пора проверить голову. Даша засела у него в мозгах, как наваждение. Любил ли он ее? Виталий не знал. Но разве не было бы ему достаточно ее одной, если бы он действительно любил Дашу? Стал бы изменять ей с ее же лучшей подругой? Смог бы он тогда рискнуть своей собственной свободой ради того, чтобы сохранить их отношения? И оценила бы этот поступок сама Даша? Бесконечная череда вопросов крутилась у него в голове, вызывая еще большую головную боль. Давно пора было всё забыть, но память еще та сука, не даёт
возможности всё забыть и начать сначала.

        Выйдя из душа, Виталий не застал Катю в спальне. Не обратив внимания на ее отсутствие, он стал одеваться. Сегодня его ждал трудный день. Отец хоть был и жестким руководителем, но слишком уж консервативным. Виталий, как только занял кресло генерального директора холдинга, сразу же наметил план реорганизации общей структуры управления. Большая часть членов управления компанией была против, но у молодого Воронова были свои методы убеждения. Хватка у нового генерального директора была как у питбуля, своего не упустит, да еще и руку оттяпает, а при желании и шею перегрызет. Его боялись и не безосновательно, а от его личной охраны у всех работников без исключения начинали бегать мурашки, и тоже не без оснований. Оба были бывшими спецназовцами, служившими в горячих точках. Никто не знал, почему они покинули правоохранительные органы, попросту не решались спросить или копать. Никому не хотелось проблем. Ворон им доверял. По одной причине, оба были в его руках. Полностью. Со всеми потрохами. И доверял он им только до определенной точки. У него не было друзей и это его полностью устраивало.

        Полностью одевшись, Ворон прошел на кухню. Ведьма была там. Катя сидела на подоконнике, пристально смотря в окно, и курила. Ворон прошел к ней и, вырвав из рук сигарету, выкинул ее в форточку. Закрыв окно, он стащил ее с подоконника и посадил на стул. Нависнув над ней, он зарычал:

        - Какого хрена ты делаешь?

        - Курю, - безразлично ответила Катя. - Тебе какое дело?

        - Мне какое дело? - тихо проскрежетал Виталий. - Ты носишь моего ребенка!

        - О-о-о, - насмешливо протянула она, - так ты о нас заботишься?

        - Я забочусь о своем ребенке, Ведьма. Мне плевать, что ты будешь делать, когда выносишь и родишь моего ребенка, но сейчас ты будешь вести себя, как паинька. Не будешь курить, пить и таскаться тоже не будешь. Ты меня поняла?

        - А если нет? - взвизгнула она, пытаясь встать, но Виталий не дал ей это сделать, удержав ее за плечи на месте. - А если я буду курить и пить? Что ты сделаешь?

        - Привяжу тебя к кровати, - также спокойно ответил Ворон. - И не для наших обычных постельных игр. Я привяжу тебя, и будешь ты сидеть в спальне до самых родов. И еще пару человек приставлю, чтоб охраняли. Ты меня поняла?

        Повисла гнетущая тишина.

        - Поняла? - спокойно переспросил он.

        Катя пристально смотрела на этого холодного и бесстрастного человека. Только однажды она видела, как он проявлял нежные чувства. И не к ней.

        - Поняла, - тихо ответила она, сверля мужчину глазами. - Ты придешь сегодня на ужин?

        - Не думаю, - всё также спокойно, не меняя тона, ответил он. - У меня много дел.

        Катя рассмеялась. С надрывом. Истерически.

        - Кто? Блондинка? Или брюнетка? - она опять начинала истерить. - Ставлю на брюнетку! Ты всегда выбираешь их.

        - Прекрати, - тихо прошипел он, отходя от нее и спокойно наливая себе кофе.

        - Почему? Я же правду говорю! - она вскочила, Катя была доведена до точки кипения. Опять. Виталию уже порядком надоели ее постоянные истерики. Ему было плевать на ее чувства, она с самого начала знала, как он к ней относится. В общем он даже мог понять ее стремление получить желаемое любой ценой, но мужчина не любил, когда им пользовались и пытались из него сделать дурака. Однажды Кате удалось сделать это, только потому, что он не считал ее достаточно опасной, считая, что сестра его лучшего друга не станет рисковать благополучием своего родного брата. Как же он ошибался. Теперь же она терпела его отношение к себе, а он... он не мог относится к ней по другому. Что заслуживает особа, которая когда-то уничтожила все твои планы на счастливую семейную жизнь с другой женщиной? Иногда он даже ненавидел Катю. За то, что она позволяла себя так унижать, и не только в сексе, а в повседневной жизни. Она терпела его пьяные выходки, постоянные измены, грубость. Но всё же он не выгонял ее. Почему? Он и сам не знал. Возможно, в глубине души он понимал, что они похожи, оба хотели то, что получить не могли.

        Тем временем Ведьма продолжала свою истерику, металась по кухне, что-то говоря, доказывая. А он спокойно смотрел на это шоу, не вслушиваясь в ее слова. Мыслями Виталий был далеко. Мужчина не мог представить их семейную жизнь через десять лет. Да что уж говорить, он не мог представить их жизнь даже через год! Но новость о беременности всё изменила. Возможно, Ворон и был полной скотиной, но своего ребенка он не оставит. Его ребенок родится в семье, при законном отце и матери, и будет убережен от его собственной судьбы. Он прекрасно сознавал, что Ведьма совершенно обдуманно пошла на этот шаг, полагая, что сможет привязать его к себе. Короткая усмешка мелькнула у него на губах. Глупая! Он никогда не принадлежал и не будет принадлежать ей. Да и кому-то ни было. Он всегда был сам по себе, именно это всегда гарантировало ему выживание.

        - Может мне в брюнетку покраситься? - закончила свой красочный монолог Катерина и выжидающе уставилась на него.

        Неторопливо он отпил свой кофе и поставил чашку на стол.

        - Это не поможет, Катя. Мы с самого начала договаривались, что между нами только секс, - неспешно проговорил он, мысленно отмечая, что и секс с ней начал ему надоедать. Причем уже давно. - Каждый живет сам по себе, но так как ты забеременела, мы решили жить вместе и пожениться, но это не отменяет того факта, что между нами всегда был только секс. Сейчас правила игры немного изменились, но я сам не собираюсь меняться. Ты всегда знала кто я такой. Так что теперь не нужно закатывать истерики. Это вредно для ребенка.

        Катя стояла посреди комнаты и, молча, смотрела на него, он спокойно допил свой кофе и отнес стакан на мойку.

        - У тебя сегодня обследование, не забудь, - напомнил он. - Олег тебя заберет.

        - Знаешь, Воронов? - внезапно произнесла Ведьма. - Я тебя так ненавижу! Я бы всё отдала, чтоб увидеть, как ты умираешь в муках!

        - Знаешь, Ведьма, - с насмешкой ответил Вит - мечтать не вредно!

        И также спокойно пошел собираться на работу. Через время Катя вышла в коридор, где он в это время обувался.

        - Чем она так хороша? Что у нее есть такого, чего нет у меня? - вдруг спросила она. Оба понимали, кого она имеет в виду.

        Ворон выпрямился и посмотрел на свою невесту с высоты своего роста.

        - Тебе весь список зачитать? Если да, то на это уйдет слишком много времени, а я на работу спешу!

        - Какая же ты сволочь, Воронов! - прошипела она.

        - Ты только что об этом узнала, дорогая? Если так, то до тебя слишком долго доходит, - ответил он, закрывая кейс с документами.

        - Так почему ты ее тогда отпустил? - взорвалась она. - Почему?

        - Если бы я думал, что у нас с ней есть будущее, я бы ее никуда не пустил, - задумчиво ответил он. Они с Дашей были из разных миров. Это только в сказках красавица может быть с чудовищем. Он не обольщался на свой счет. Он знал, что он полная тварь. Слишком уж он был похож на своего отца. - Я отпустил ее лишь потому, что она достойна лучшего, чем такая сволочь, как я.

        С этими словами, он покинул квартиру, оставляя свою будущую жену наедине с осознанием того, что она всегда будет на самом последнем месте в списке его дел.



***



        Даше было жарко. Она скривилась во сне и попыталась перевернуться на другой бок. Голова гудела, во рту было гадко, а между ног саднило...

        От последней мысли она моментально проснулась. Открыв глаза, она поняла, что находится в своей квартире, а не в доме у отца. Что же, уже хорошо. Она не притащила своего ночного хахаля в семейный дом Беляевых, иначе мачеха ей бы устроила очередную лекцию о том, что не следует позорить великую фамилию отца. Настя не упускала случая поучить жизни дочь своего мужа, делая вид, что заботится о непокорной Дашеньке. Это лицемерие порой настолько сильно выводило Дашу из себя, что она еле удерживалась, чтобы не нарушить хрупкое перемирие с мачехой. Иногда ей хотелось высказать всё, что она думает о женщине, разрушившей семейную жизнь ее родителей, но благоразумие всегда брало верх.

        Девушка прикрыла глаза ладонью, закрываясь от лучей солнца, проникающих из окна. Она попыталась вспомнить, что же вчера произошло. Память потихоньку стала возвращаться к ней. Вот она уезжает с отцом и мачехой из дома. Вот она заходит в клуб, а потом... потом встречает Жеку.

        Внезапная догадка посещает ее. Нет! Не может быть! Она не могла переспать с Красавчиком!!!!! Или всё же могла????

        - Так ты уже проснулась, Белоснежка? - голос Жеки полностью развеял ее иллюзии по поводу того с кем она провела эту ночь. Парень зашел в спальню по пояс голый с подносом в руках. Что было на подносе, девушка не разглядела. Зато она в полной мере оценила красоты полуобнаженного спортивного тела мужчины.

        - Красавчик, - прохрипела Даша, про себя отмечая, что ее голос сейчас напоминает голос курильщицы с большим стажем. - Мы же не трахались с тобой сегодня ночью?

        Ну что сказать, надежда умирает последней. И глядя на довольного жизнью Красавчика, Дарья поняла, что ее надежда в данный момент умирает быстрой смертью храбрых. Жека же наклонил голову, с интересом рассматривая ее. При этом улыбка довольного жизнью кота не сходила с его уст. Даша отметила, что парень выглядит, как конфетка, которую так и хочется съесть. Правда на данный момент ей совершенно не хотелось сладкого...

        - Раньше ты такими словами не пользовалась, Белоснежка, - с немалой долей интереса произнес Жека.

        - Раньше бы я с тобой и не переспала по пьяни, - буркнула она, закрывая глаза и мечтая провалиться в спасительный сон. - И не зови меня Белоснежкой!

        - А я и не знал, что у тебя есть родимое пятнышко на лобке, - промурлыкал он, пытаясь ее смутить.

        - Ты по определению этого знать не мог, - проворчала Даша, переворачиваясь на живот и утыкаясь лицом в подушку. - Или ты обладаешь рентгеновским зрением?

        - Ты всегда такая противная по утрам? - он поставил поднос на тумбу и присел с другой стороны кровати.

        - Нет, это на меня так одноразовый трах действует, - ответила Даша, всё-таки пытаясь встать с кровати. И говорила серьезно. Может она и перестала быть пай-девочкой, но и не прыгала в постель к первому попавшемуся ради одноразового оргазма. Она как-то попробовала, спустя несколько месяцев после той истории с Вороновым, но ничего из этого путного не вышло. Оргазма она так и не получила, зато получила полный букет отвращения к самой себе на следующее утро. Так что с тех пор такие вещи она не практиковала. Спала она только с официальными бойфрендами. Каких было не мало, но это уже совсем другая история. И уже совсем другая проблема.

        Сейчас же перед ней стояла совсем иная проблема. Что же ей теперь делать с тем, что она переспала с Алексеевским? С братом бывшей подруги, с которой ей изменил бывший жених? Видно судьба решил посмеяться над ней... или решила дать шанс на реванш! Это неожиданная мысль заставила ее ожить. Она медленно повернулась к Евгению, который почему-то выглядел сердитым.

        - Это почему ты решила, что у нас с тобой одноразовый трах? - как-то напряженно спросил он. Даша бы сказала, что он выглядел, будто бы обиделся.

        - Алексеевский, ты пижон и секс-машина. Ты сам много раз мне об этом говорил, просто в то время я не могла повторить эти слова, не покраснев, как помидор. Просто глупая и молодая была. Теперь я повзрослела, но мозгов-то не потеряла! - ответила она и попыталась встать, в итоге покачнулась, и плюхнулась обратно на кровать. Ну, кто заставлял ее пить вчера столько алкоголя? Тут Даша почувствовала у себя в руках кружку. Открыв, зажмуренные глаза, она обнаружила, что Красавчик ей всучил кружку с шипучей жидкостью.

        - Это алькозельцер, - пояснил он. - Выпей, потом прими душ и умойся. Я подожду на кухне. Нам надо с тобой серьезно поговорить!

        С этими словами, он покинул спальню, оставив недоумевающую Дашу с алькозельцером в руках. Почему-то у нее было чувство, что она его чем-то обидела...

        Девушка задумчиво выпила содержимое кружки, потом еле добралась до ванной, где приняла освежающий душ и умылась. После всех этих гигиенических действий, она немного ожила. Алькозельцер видно стал действовать, потому что куча разъяренных обезьян перестала бить в гонги у нее в голове. Но сейчас ей хотелось одного - пить!

        Зайдя к себе в спальню, она ненадолго задумалась над тем, чтобы ей одеть. Да она, конечно, переспала с Красавчиком, но хоть ты тресни, не помнит этого. Будто бы ей просто стерли память об этом. По здравому размышлению девушка решила, что выбирать откровенный шелковый халатик не стоит. С другой стороны, мысли о том, что он может помочь ей устроить свою маленькую месть тоже посещали ее.

        Остановив свой выбор на обтягивающих черных легинсах и майке, она оделась. Потом высушила волосы и оставила их распущенными. Вот в таком виде она вышла к ожидающему ее Красавчику. Где-то на середине пути в ее голову залетела очень важная мысль. Самая важная, если подумать, и если бы не похмелье, Даша бы об этом сразу подумала!

        Зайдя на кухню, она увидела задумчивого Жеку, который пил апельсиновый сок. Выглядел он замечательно, учитывая, сколько они вчера выпили. Ее память услужливо подсказывала всё что происходило в клубе, вплоть до того момента, когда она заказала третью бутылку... на этом воспоминания резко обрывались.

        - Мы предохранялись???? - недолго думая она сразу приступила к делу.

        Красавчик отставил свой стакан и показал ей на завтрак, который приготовил. Это конечно было мило, но ее сейчас занимали совсем другие мысли. Она конечно не нашла следов спермы на себе, но кто знает, что они могли вчера учудить???

        - Да, милая, мы предохранялись. Ты же знаешь я без резинки никуда, - улыбнулся он.

        Даша облегченно выдохнула и с размаху села на стул. Увидев на столе бутылку минералки, она потянулась к ней. Недолго думая, она прямо с горлышка отпила почти половину бутылки.

        - Что жажда замучила? - насмешливым голосом поинтересовался Красавчик.

        Даша наградила Жеку тяжелым взглядом и сделала еще глоток. На завтрак даже смотреть не хотелось...

        - Жека, - начала она, а продолжить не смогла. Просто она не знала, что говорить в таких случаях. Был бы это просто незнакомец, то она бы его просто выставила за дверь. Но это Жека. И не важно, что он брат ее бывшей подруги. Они всегда с ним были дружны. И свое время он предупреждал о последствиях отношений с Виталием, но она влюбленная дурочка не поверила. А зря.

        - Даш, - начал он, довольно осторожно, будто бы боясь спугнуть ее. - Я не знаю, как ты относишься к тому, что вчера произошло. Стой! Дай мне договорить. Так вот, я скажу, как я отношусь. Даш, ты мне всегда нравилась. Нравилась не как человек или друг, а как женщина. Поэтому то, что произошло вчера это для меня не просто одноразовый сексуальный контакт.

        Даша сидела немного оглушенная таким поворотом событий.

        - Что ты хочешь этим сказать? - наконец спросила она.

        - Я не требую твоего сиюминутного решения, но хочу, чтоб ты знала. Я не хочу, чтобы наши отношения заканчивались на одной ночи. Я хочу попытаться начать с тобой отношения, - спокойно произнес Жека, ожидая от нее хоть какой-то реакции.

        Реакции не последовало. Девушка сидела, как прибитая к стулу. Она пыталась вникнуть в происходящее, но всё еще гудевшая от похмелья голова просто упустила момент, когда всё настолько усложнилось. Мысли хаотически вертелись в ее голове, и Дарья пыталась уцепиться хотя бы за одну из них. И уцепилась за одну: "Ты же хотела своей маленькой мести? Чего же ты ждешь?".

        Беляева медленно подняла голову, отрывая свой взгляд от поверхности стола и подымая его на Женю. Мужчина был безусловно красив, но встревоженная складка между бровей говорила Даше, что за красивой маской бушуют чувства. Красавчик сейчас выглядел так, будто от ее решения зависела его будущая жизнь. И это непонятным образом насторожило, но еще больше ее напугало то, что она собиралась ему ответить. Не очень понимая, что же она делает и зачем собственно это делает, она ответила:

        - Давай попытаемся, - потом замолчала и, прочистив горло, громче добавила: - Я хочу попытаться!

        ГЛАВА 3



        Даша и сама не могла понять, каким образом согласилась на предложение Красавчика. Бывают же такие ситуации, когда мы принимаем решение быстро и не обдуманно, будто сам черт дернул. Вот он и дернул нашу героиню к таким действиям. Вроде пока и не сделала ничего, но почему-то кошки на душе скребли. Наверное, от того с каким энтузиазмом воспринял ее положительный ответ Жека. Вот смотрела Дарья на него, и ее мучили смутные сомнения. А правильно ли она поступила? С одной стороны, ей требовалась компенсация за то, что произошло пять лет назад, а с другой... с другой Алексеевский был достоин большего, чем быть просто использованным ею на пути к мести бывшим жениху и подруге. Ее мозг судорожно пытался решить эту дилемму, и чуть запоздало уловил упоминание имени бывшей подруги.

        - Что? - очнулась она.

        - Думаю, с Катей будут некоторые проблемы, - невнятно произнес Красавчик, чуть отведя глаза.

        - Почему? Из-за моих прошлых отношений с Вороновым? - с наигранным удивлением спросила Дарья, пытаясь уловить настроение Жени.

        - Да, они оба ведут себя странно, когда речь заходит о тебе. Отстраняются и по возможности вообще о тебе не вспоминают. Я до сих пор не знаю, почему ты тогда уехала, - полувопросительно произнес Женя.

        Значит, не хотят о ней вспоминать? Ну, ничего Даша им сама о себе напомнит! Мы еще посмотрим, кто будет смеяться последним. Волна гнева буквально захлестнула девушку, и ей захотелось что-нибудь разбить. Или сломать. Или убить. Были бы те двое сейчас здесь, она бы не раздумывая, накинулась на них с кулаками. И с удовольствием нанесла им физический вред. Как они когда-то...

        - Так они тебе не сказали, из-за чего я тогда уехала? - спокойным голосом спросила Даша, задумчиво рассматривая открытую бутылочку с минералкой, которую держала в руках. Даже странно насколько спокойным был ее тон, учитывая, что творилось в ее душе.

        Красавчик активно замахал головой в отрицательном жесте. Ему очень интересно. Он действительно не знал, что тогда случилось. Девушка это определила по заинтересованному блеску его серых глаз и по тому, как он поддался вперед всем корпусом. Даша хмыкнула, сестренка не рассказала братику о своем унизительном положении любовницы. Вот же сука! Даша думала, что злость ее поутихла со временем, но Женя вновь ворвался в ее жизнь, принесся с собой давно забытые воспоминания о той грязи из ее прошлого. Видно, она еще не очистилась от этого. Возможно, уже не очиститься никогда. И во всем виноваты те двое! Именно они сломали ее жизнь, сломали ее!

        - Я застала их, когда они трахались, - усмехнувшись сухими губами, ответила Даша. - Я решила сделать Воронову сюрприз... что ж я его сделала! Видел бы ты его лицо, когда я появилась на пороге спальни, где он оприходовал Катю. Это было смешно...

        - Что именно? - почему-то раздраженно спросил Женя, отчего-то хмурясь.

        - Знаешь, когда твой парень, который только что трахал твою лучшую подругу, в голом виде начинает оправдываться, то это смешно. Особенно когда вторая участница этого преступления находится в связанном виде на кровати. Кстати, спали они на простынях, которые я подарила ему, - Даша и сама не знала, отчего вспомнила о простынях. По сути это было не важным, но отчего-то именно этот факт глубоко отложился в памяти.

        - Она была связана? - от такой информации Евгений даже привстал с места, чуть не опрокинув табуретку, на которой сидел. Даша подумала о том, что не следовало настолько вдаваться в подробности. Парень еще не готов к таким откровениям, да и такие подробности о личной жизни младшей сестры ему ни к чему. Дарья искренне надеялась, что не нанесла ему душевной травмы...

        - Жень, это не то, что ты думаешь, - охладила пыл жаждущего мести братца Кати Даша, - всё происходящее ей нравилось, и практиковали они это неоднократно. Как потом выяснилось...

        Женя выглядел искренне ошарашенным, создавалось впечатление, что его стукнули по голове большой дубиной. Мужчина растерянно огляделся и обратно присел на стул. От такой картины Даша искренне рассмеялась. Они определенно ничего не сказали Евгению. Лицемеры.

        - Жека, некоторые девушки предпочитают жесткий секс. Ты-то об этом точно должен знать! - пошутила девушка, пытаясь смягчить сложившуюся ситуацию. Как говорила Лера, шутка лучшее средство для смягчения напряженности между людьми.

        - Одно дело девушки, с которыми я... ну, ты поняла, и другое, когда речь идет о твоей родной сестре, которую ты нянчил в детстве! - зарылся пальцами в свою шевелюру Жека, ероша без того взъерошенные волосы.

        А вот при упоминании других девушек, с которыми раньше зажигал Женя Даша ничего не почувствовала и внутренне напряглась. Когда Воронов рассказывал о своих бывших пассиях, девушка жутко начинала беситься, при этом не всегда вела себя адекватно. А тут она собралась заводить с Жекой серьезные отношения, а сама даже не проявляет собственнического инстинкта. Ну не то чтобы серьезные отношения, но... ведь для Кати и Воронова будет очень неудобно и неприятно, если у нее действительно получится с Женей. Девушка еще раз глянула на Евгения. Красивый, умный. По сути, хороший человек, хотя бесконечная череда девушек, влюбленных в него, так не скажет. Почему собственно и нет? Лера говорила, что она играла в отношения. И Даша с этим согласилась. С неудовольствием и скрепя сердцем, но согласилась. Может ей удастся перейти дорогу Кате и Ворону, при этом действительно построить отношения с Женей?

        Девушка задумчиво почесала за ухом и попыталась решить, что для нее было бы важнее, ее месть, может даже небольшая, или очередная попытка наладить свою личную жизнь, в этот раз с Женей. По раскладу пока выходило, что месть была на первом месте. Но кто мешает изменить положение дел? Про себя Даша решила, что попытается открыться Евгению, попытается наладить свою личную жизнь именно с ним. Она не знала, чем это может для нее обернуться, но Женя не должен быть только использован. Это было бы неправильным, тем более он ей когда-то нравился, еще до того, как Воронов затмил своей персоной всех представителей мужского пола для нее. Может быть, у них ничего не получится, но совесть ее будет чиста, по крайней мере, в этом отношении. Беляева будет пытаться. Но и от мести она не отступиться, ей просто необходимо оторвать кусочек от них. Пусть даже маленький...

        - Жень, девочки имеют свойство вырастать в женщин, а женщины имеют свои вкусы и пристрастия. И в сексе тоже. Вот если бы она была фригидной или неудовлетворенной было бы намного хуже. Поверь мне! - подмигнула она Красавчику.

        "Зато для меня это было бы лучше!", - подумала она. А потом задумалась, а было бы лучше? Что если она бы впоследствии, выйдя за него замуж, узнала о том, что он гуляет на стороне. "Ну-у-у, оттяпала бы половину имущества это точно", хмыкнула она про себя. И какую роль в этой истории сыграла Катерина? Она никогда не задумывалась о том, каким образом всё произошло между этими двумя. Дарья просто не утруждала себя такими рассуждениями, они оба были для нее предателями. Причем с большой буквы "П".

        - Ты до сих пор злишься на них? - вдруг спросил Женя.

        Даша скривилась, отвечать на этот вопрос она не хотела, а увильнуть не получится, Евгений сразу заподозрит неладное. А вот этого ей совсем не нужно!!!

        - А ты бы не злился? - задумчиво протянула она. - Конечно, я злилась, но я продолжила жить дальше, перешагнув через это. Оставив всё, что тогда произошло далеко позади...

        "Деточка, да тебе в актрисы нужно! Как красиво заливаешь! Лгунья!" - вопила ее совесть. Самой Даше не нравилось то, что она творила, но это было необходимо для нее, если она хочет сделать всё как нужно. Только была маленькая проблемка. Беляева не знала ответа на вопрос - а как собственно нужно?

        - Теперь я хочу только одного - встретиться со своим прошлым и жить дальше, уже без всей той грязи, - устало закончила она.

        - Ты так сильно его любила? - спросил Женя. - Я же вижу, что тебе до сих пор больно.

        Больно? Дарья усмехнулась. А ведь он не видел и десятой доли тех переживаний, что сейчас мечутся у нее в душе.

        - Больно, но тогда было больней. Тогда помимо моральных переживаний, была еще и боль физическая, - постукивая пальцами по столу, ответила Дарья.

        - Физическая? Этот козел тебя ударил? - опять взъярился Женя, готовый броситься на ее защиту.

        - Интересно ты зовешь своего друга? Он об этом знает? - поинтересовалась Дарья. - Нет, это не он, это сделала твоя сестра.

        - Она тебя ударила? - еще больше удивился Жека, видно парень совсем не знал свою сестрицу.

        - Я даже скажу тебе больше, - она рефлекторно погладила маленький шрам, оставшийся у нее на запястье. - Ты разве не видел шрамов от операции? Женя, она толкнула меня под машину...


***


        Катерина Алексеевская выходила из кабинета акушера-гинеколога, который только что сообщил ей радостную новость. Она ждет девочку. Для многих эта новость стала бы радостной, но Катя чувствовала себя жутко уставшей. Постоянный токсикоз и невнимание любимого мужчины сделали ее истеричкой. Хотя и раньше она не отличалась особой спокойностью характера, но в последнее время истерики и постоянные мысли о безвыходности ее положения вгоняли ее в беспрерывную тоску. Иногда ей даже хотелось наложить на себя руки. А всё из-за него. Из-за Виталия.

        Она долгое время была в него влюблена. Воронов был лучшим другом ее брата и совершенно не обращал на нее внимания. Что она только не делала, чтоб привлечь это самое внимание. Вызывающе одевалась и красилась, выучилась на шеф-повара и устроилась к нему работать, долгое время обучалась тому, как доставить мужчине удовольствие, постоянно преследовала его, но... однажды на горизонте появилась Даша и все ее попытки пошли крахом. Катя помнила, как злилась на Беляеву, да и на весь мир, что они вместе. Постоянно спрашивала себя, что же в ней такого он нашел. Ведь они были совершенно разными. Она-то и втерлась в доверие к Даше только из-за того, чтобы быть ближе к Виталию. Катя лелеяла надежду, что он вдруг очнется и поймет, что Белоснежка создана не для него. Она была хорошей, доброй и нежной, а он темным, порочным и далеко недобрым.

        Катерина любила Дашу. Любила, как могла. Полюбила за то время пока они были друзьями, и часто мучилась от того, что чувствует к ее жениху, истязая себя. А ведь она могла уехать, попытаться отстраниться. Или не могла... Воронов был слишком в ней, в ее крови, в ее плоти. Она желала его. Она его ненавидела. Жить без него не могла. Сходила по нему с ума. А может уже давно сошла...

        Она себя ненавидела и презирала за это. За то, что была слабой. За то, что не могла отпустить его. Отпустить? А ведь он и не был ее, так ведь? Виталий всегда только использовал ее, и она это знала. И позволяла использовать, ничего не прося, довольствуясь теми крупицами чувств, которые он ей давал. Пусть даже если это был гнев, похоть и ненависть. Он не видел ее. Не видел того, что она живая женщина, а не безмозглая кукла. Никогда. За это и ненавидела она его, за то, что Ворон не мог разглядеть в ней всю ту любовь и одержимость им.

        А то, как она поступила с Дашей... за это Катя ненавидела еще больше. Это как снежный ком, который по мере движения всё увеличивается и увеличивается, и уже нет возможности остановить его или хоть как-то притормозить.

        Катя, ничего не видя вокруг себя, вышла из больницы, автоматически направилась к черному мерседесу, уже не обращая внимание на большого и угрюмого дядьку, которого к ней приставил Виталий, узнав, что она беременна. Сев в машину, девушка уставилась в окно, пытаясь понять, когда же всё вышло из под контроля, когда же она стала той, кем являлась сейчас, то есть никем - просто тенью мужчины. Большого и сильного мужчины. Но ее не было. Была лишь истощенная тень.

        Ее беременность это последний крик отчаяния, последняя возможность спастись и наладить все-таки свою жизнь. Но Катерина лгала самой себе. Вместо того чтобы сбежать, попытаться начать жить сначала, спасти те крупинки себя, которые еще остались, она заточила себя в клетку. И не только себя, но и ребенка, который сейчас растет у нее под сердцем. И сейчас Алексеевская с ужасом начала осознавать то, что наделала. Бедное ее дитя! Что же она сделала???

        Но теперь уже выхода не было, свадьба состоится через месяц, и Катя официально станет госпожой Вороновой. Вот он долгожданный момент исполнения мечты! Только счастливой она себя не чувствовала. В своей постоянной гонке за вниманием Воронова, она потеряла себя и теперь уже не может отыскать. Самое ужасное, что винить кроме себя ей некого. Никто не заставлял ее спать с Виталием, никто не заставлял ее предавать хорошего человека, никто не заставлял ее тогда толкать Дашу под машину...

        Всё вышло случайно. После того, как Даша застала их с Виталием, Катя решила пойти и покаяться перед подругой, попытаться объяснить...
        Катерина все еще не верила в то, что произошло. Ей не хотелось в это верить. Даша, наконец, узнала правду. Правду о ней и Виталии. Девушка не знала, как поступить. За годы дружбы с Дашей, она к ней привязалась и действительно считала ее своей подругой. Теперь же она металась в их общей с Дашей квартире, которую та собиралась покинуть после свадьбы с Виталием. Но свадьба уже скорее всего не состоится... Катя именно этого и добивалась. Она строила свой план с расчетом на то, что Вит рано или поздно бросит Белоснежку. Только сейчас получив желаемое, Катя впервые испытала страх. В этой игре Алексеевская поставила на кон абсолютно всё - дружбу с Дашей, хорошие отношения с братом и любовь Виталия. Ради этой самой любви Катя была готова пожертвовать и братом и подругой... но захочет ли теперь Воронов быть с ней? Сейчас, когда она не имела больше способов заставить его быть с ней?
        После скандала, последовавшего за разоблачением, Даша ушла, оставив их наедине с Виталием. Он ничего не сказал, не успокоил, лишь приказал собираться, уходить и больше не появляться рядом с ним. Тогда-то Катя поняла. Она поняла, что он любил Дашу! Всё это время. А она была наивной дурой, которая верила, что он с Дашей только из-за привычки и боязни причинить той боль. Это всё отговорки. Тот взгляд, которым он наградил ее тогда... Он сам не знал, что чувствует, но Катя видела. Он ее любил! И эти чувства никакой шантаж не изменит, ни какая сила не сможет убить.
        Придя домой, Катя не обнаружила вещей Даши. Она попыталась дозвониться до нее, но Дарья сначала не отвечала на звонки, а потом и вовсе отключила телефон. Поняв, что Катя не может просто так всё оставить, девушка решила поймать Дашу в университете. Она знала, что сегодня была репетиция предстоящего вручения дипломов, и Дарья вызвалась одной из добровольцев, помогавших украшать помещение.
        На пути к университету Катерина прокрутила множество вариантов извинений и оправданий, приводила доводы, ссылалась на глупость и давнюю влюбленность. Катя всегда умела аккуратно манипулировать Дашей, Беляева была слишком наивна, чтобы чувствовать подвох, так что и в этот раз будет всё также. Даша простит её, и потом уж Катя решил, что делать с Вороном. Но Вит Беляеву не получит! Она костьми ляжет, но Виталий с Дашей жить не будет. Он ее и только ее! Но когда Катерина подходила к университету, все эти мысли вылетели у нее из головы. Потому что она увидела их...
        Там был Виталий, он что-то объяснял Даше, которая пыталась от него отцепиться и пройти в университет. Подруга была бледной, на лице было выражение абсолютной ненависти и брезгливости. Но Ворон будто бы этого не замечал, что-то говоря ей, пытался обнять, но Даша брыкалась, пыталась оттолкнуть его. Катя давно его знала. Даже слишком. Она помнила, как он мальчишкой лазил в соседский детский садик за яблоками; она видела, как через его постель прошло множество девушек; она знала, как ему было тяжело, когда стало известно истинное имя его биологического отца. Катя видела его в самых разнообразных ситуациях, с самыми разнообразными эмоциями, но никогда не видела на его лице эти эмоции - раскаяние и отчаяние. Он не скрывался за своей обычной маской невозмутимости. Но Даша этого не видела, или не хотела видеть. Подруга что-то резко ему отвечала, все также вырываясь из его объятий. А ведь если бы Даша приказала ему встать на колени и просить прощения, он бы сделал это, осознала Катя. Он бы встал и просил. Не для кого-то, а для Даши. Но этого было мало, для хорошей и доброй Белоснежки этого было мало. Сама
бы Катерина всё бы отдала, чтобы быть на ее месте.
        В глубине души стало подниматься что-то огромное и уродливое. Гнев, зависть и боль. Она не контролировала себя, ей хотелось... она не знала, чего ей хотелось.
        Тут Воронов устав от сопротивления Даши притянул ее к себе и поцеловал. Грубо и подавляюще, так как раньше никогда не позволял себе делать. Дарья с минуту сопротивлялась, но потом ответила. Совершенно невозможно было не ответить, этот мужчина мог подчинить кого угодно. Саму же Катю он подчинил давно, даже не зная об этом. Катя смотрела на это и считала секунды, тихо задыхаясь от ревности... пытаясь подавить всю эту мерзость, которая пыталась вырваться наружу, накопленная годами игнорирования Виталием.
        А поцелуй все длился. В какой то момент, девушка справилась с собой и собиралась развернуться и уйти, оставить... но тут поцелуй прекратился и Даша, наконец, обрела свободу. Девушка раскрыла свои затуманенные глаза и... увидела Катю! Расслабленное состояние сразу же исчезло, а в глазах всплеснулась ярость и обида. Отойдя на шаг от Виталия, она залепила ему пощечину и выкрикнула:
        - Иди к своей шлюхе, вон она тебя ждет! А меня оставь в покое!
        Катя услышала каждое слово, ее начало трясти. Ворон обернулся и увидел ее, а в его глазах она прочила обещание скорой расплаты. Всё что она прятала в душе начало клокотать, требуя крови.
        - Катя, уходи, - зарычал Виталий. - Я же сказал, не приближайся ко мне! К нам!
        Даша, потеряв надежду очутиться в университете, решила уйти. Она решительно направилась прочь, проскользнув мимо Воронова. Когда же Дарья проходила мимо Кати, она попыталась подругу остановить, схватив за локоть.
        - Не тронь меня, мразь! - прорычала Даша, пытаясь отцепиться. - Оставьте меня в покое! Оба!
        Тут то и струна натянутая до предела лопнула... не думая что делает, Катя просто оттолкнула от себя подругу, уже в процессе понимая, что рядом с ними находится проезжая часть... Как в замедленной съемке она наблюдала, как Даша пытается удержать равновесие, хватаясь за невидимую опору, и не находя ее падает прямо под колеса красной машины... а дальше был ужас и самая ужасная ночь в ее жизни, которую они на пару с Виталием провели в больнице, когда врачи пытались спасти жизнь Даши.
        Беляеву удалось спасти, а вот Катю нет... тогда Виталий впервые поднял на нее руку. Алексеевская пыталась вымолить у него прощения, когда он с размаху ударил ее по лицу, заставив Катю отлететь на пол. Вит пытался ее выгнать, но Алексеевская не ушла.
        Потом они оба сидели в приемной, ожидая окончания экстренной операции. Когда им сообщили, что жизни Даши не угрожает больше опасность, Катя обрадовалась, как никогда в жизни, но следующие слова буквально выбили почву из под ее ног. Слова о том, что у Даши поврежден позвоночник и что возможно она останется инвалидом, если в ближайшее время ей не провести операцию...
        Она не помнила, как ушла домой; не помнила, как набрала полную ванну воды; не помнила, как залезла в эту самую ванну, где вскрыла себе вены... очнулась она уже в той же самой больнице, где лежала Даша...

        - Екатерина Андреевна, - услышала Алексеевская, как ее зовет Олег, - у вас телефон звонит!

        Девушка оторвала взгляд от унылого пейзажа за окном и посмотрела на охранника. Тот показал на ее сумочку, в которой разрывался телефон. Судя по мелодии звонка, это был Виталий. Ему явно не терпелось узнать результаты обследования.

        Выдохнув и заставив себя отпустить воспоминания из далёкого прошлого, Катерина потянулась к сумке и достала оттуда телефон. Пока динамики разрывали неутомимые голоса Юлии Волковой и Димы Билана, повествующих о том, какая же любовь сука, Катя не решалась ответить на вызов жениха. У нее было неоднозначное настроение. Воспоминания из прошлого всколыхнули в ней что-то напоминающее протест. Но не ответить Катя тоже не могла, если не хотела получить сегодня же вечером жесткое наказание от жениха. И не физического воздействия она боялась, моральный прессинг Воронова был куда страшнее многих синяков и ушибов.

        Все-таки решившись, она ответила:

        - Алло!

        - Как прошло обследование? - как это похоже на Ворона, сразу переходить к делу. Ни привета тебе, ни до свидания...

        - Хорошо, - ответила девушка ровным голосом, - поздравляю, у нас будет девочка!

        Даже для нее самой голос получился насквозь фальшивым. А Воронов всегда был внимательным и подмечал детали, поэтому его и было так трудно обыграть в чем-то. Катя всегда чувствовала себя с ним как будто ходила по краю. Она всегда пыталась доказать, что подходит ему, что они созданы друг для друга, но он этого как не понимал... так и не понял... а теперь... а что теперь? Она беременна от него и собирается замуж опять же за него. Так чего она ноет? Он ее, или будет таковым. По-другому нельзя. По-другому она просто умрет. Ей уже некуда отступать. А Белоснежка... она в прошлом, теперь она, Катя, его невеста, не Даша. А что до того, что он ее не любит, так ведь не зря говорят, стерпится-слюбится. Она его заставит себя полюбить!

        - Плод развивается хорошо, я и наша девочка здоровы, - ответила она уже более оптимистичным голосом.

        - Отлично, - ответил он низким баритоном, - для тебя лучше, чтоб так и оставалось.

        - Что ты имеешь в виду? - попыталась она спросить спокойным тоном, но голос задрожал. Катерина знала, когда Вит говорил вот таким спокойным тоном, он становился наиболее опасным.

        - Еще раз увижу тебя курящей... - проговорил он спокойным голосом. - Ты сильно об этом пожалеешь, дорогая!

        Последнее обращение к ней он выделил и произнес с таким сарказмом, что не заметить этого было невозможно.

        - Я больше не буду, - покладисто ответила Катя.

        - Хорошая девочка, - похвалил он, и Катя почувствовала себя комнатной собачкой, которую потрепали по голове. - Я сегодня немного задержусь на работе, буду поздно.

        Катя закрыла глаза, прекрасно сознавая, что значит это его "Задержусь на работе". Очередная деваха в клубе, которую он будет трахать, а потом вернется к ней. В их общую постель.

        "Это неважно, - мысленно сказала она себе, - главное, что он всегда возвращается. А после рождения ребенка, он уже никуда не денется, он будет рядом с ребенком, а значит рядом с ней!"

        - Хорошо, - покорно ответила она.

        - Ложись спать, не дожидайся меня, - приказным тоном произнес он. - Перед сном не забудь выпить витамины.

        И отключился. Как всегда. Ни ответа, ни привета...



***


        Даша смотрела на то, как Жека мерит комнату шагами. Выглядел он растрепанным, расстроенным и разгневанным. Странное смешение эмоций, никак не портящее внешний вид Красавчика, скорее наоборот, добавляющее какой-то весомости в его внешность.

        - После этого отец забрал меня к себе в Москву, где меня прооперировали лучшие хирурги, и я еще полтора года восстанавливалась после травмы, - закончила Даша.

        - Катя! Как она могла? Вы же дружили? - в очередной раз повторил Женя, пытаясь свыкнуться с мыслью, что его сестра чуть было не стала убийцей.

        - Значит, могла, - равнодушно ответила Даша. - Знаешь, а ведь если бы она попросила у меня тогда прощение, мне было бы легче. Наверное. Но после того как меня привезли сюда, я не видела ни одного из них.

        Вдруг, Евгений резко остановился и посмотрел на Дарью.

        - Почему ты не подала заявление в полицию?

        Даша опустила глаза. Вообще-то, она тогда не думала об этом, потому что была без сознания. Потом готовилась к операции и восстанавливалась после нее. А потом... потом Даша хотела убежать от прошлого, забыть... но ей не удалось, судя по всему.

        - Не знаю, Жень. Может, не видела в этом смысла? Я тогда хотела одного - забыть об этом поскорее, как о страшном сне! - совершенно искренне отозвалась она.

        - И ты не хотела никогда отомстить им? - задал вопрос Красавчик, сам не зная того, затронув щепетильную тему.

        Даша задумалась, каким образом ответить на вопрос достаточно достоверно и при этом не раскрыть своих истинных намерений. Жека ведь дураком не был. По крайней мере, в большинстве случаев, но когда дело касалось его ненаглядной маленькой сестренки, Евгений просто глупел на глазах. Катюша очень любила пользоваться искренней любовью брата в своих целях.

        - Жень, мысли были, не стану тебе врать, - Даша сама и не заметила, как слова полились рекой. - Особенно, когда заново училась ходить, преодолевала боль, когда проходила реабилитацию. Но... не знаю, Жень. Оно того не стоит! Если бы я стала мстить тогда, я бы не смогла жить дальше, я бы просто утонула бы во всем этом. У меня был выбор, либо мстить и застрять в прошлом, либо отпустить ситуацию и жить дальше...

        Женя нахмурился, а потом преодолев небольшое расстояние между ними, резко притянул Дашу к себе и крепко обнял. Так как она сидела, а Женя стоял, она уткнулась ему в район живота и напряженно ждала его дальнейших слов.

        - Бедная моя, - пробормотал Евгений, - как же ты одна всё это пережила... Воронов еще пожалеет о том, что сделал с вами!

        "Забавно, - подумала Даша, - что он винит во всем Воронова, а Катенька так и осталась всего лишь жертвой". Но ничего не сказала, лишь улыбнулась. Первый шаг на пути к мести сделан. Женя на ее стороне. Он поверил. А это сейчас главное!

        ГЛАВА 4


        Если у Даши и были какие-то сомнения по поводу осуществления своей мести, то они рассеялись, как дым стоило ей увидеть будущую чету Вороновых. Виталий был как всегда великолепен. Со времени их последней встречи, он почти не изменился, только вроде бы еще больше стал. Было видно, что бассейн он до сих пор посещает постоянно, да и тренажерным залом не пренебрегает. И как результат, дорогущий смокинг сидел идеально на его мощной фигуре, подчеркивая его мужественность и харизму. Серые стальные глаза внимательно следили за происходящим, не пропуская не единой детали, и хотя он улыбался и приветствовал гостей вечера, глаза его не улыбались и оставались холодно-расчетливыми. И как она раньше этого не замечала? Вот что бывает с глупыми влюбленными барышнями. Они видят мир сквозь розовые очки, обожествляя своего возлюбленного. Ну что ж, теперь эта розовая пелена спала с ее глаз, и она стала видеть то, что раньше не замечала.

        Катерина тоже сегодня блистала. Впрочем, как всегда. Катя всегда любила находиться в центре внимания, вызывая всеобщее восхищение. Раньше Даша только улыбалась и недоуменно качала головой на это стремление подруги. Дарья тогда не любила ни ярких нарядов, ни макияжа. У нее в то время была та самая естественная красота молодости и той самой утраченной невинности, которой она лишилась по вине этих двух. Правда Катя тоже была от природы красива, но она всегда выпячивала свою красоту, в то время как Дарья считала, что внутренняя красота важнее. Теперь она так не считала... хотя нет, сейчас Беляева считала, что всему свое место и время. Это уже приобретённое осознание того, что иногда свои достоинства следует подчеркнуть, а иногда наоборот спрятать подальше от любопытных глаз. Будучи журналистом, Даша научилась подстраиваться под окружающую действительность, стала своеобразным хамелеоном, меняя свои оболочки, зачастую давая людям увидеть то, что они хотят увидеть.

        А Катя же так и осталась на том же уровне что и была раньше, всё также кичится кричащей яркостью порой граничащей с безвкусностью. Сейчас Катерина была одета в желтое платье в пол, при этом открывающее спину и значительную часть груди, отчего казалось, что женское достоинство сейчас выскользнет наружу. Даша нахмурилась, насколько она помнила, Катя никогда не обладала роскошной грудью, неужели увеличила? Хотя нет, если бы увеличила, то точно до размера так четвертого, а тут всего-то полноценный второй. Ну да ладно, может она дрожжей объелась...

        Волосы Катя распустила, и они красиво лежали локонами. Рыжий цвет не был ее природным, впрочем, как и роскошные кудри. От природы у Кати были прямые русые волосы, но в лет так шестнадцать она перекрасилась в огненно-рыжий и сделала завивку, и с тех пор ни цвет, ни укладку не изменяла. Да и сама Катерина ни капельки не изменилась, все также притягивала к себе взгляды всех присутствующих. Дамы смотрели на нее с завистью, парни оценивали ее внешность и возможность побывать между ее ножками.

        Вот и сейчас Екатерина Алексеевская сверкая своей фирменной улыбкой, о чем-то рассказывала какому-то дородному господину, который кивая на ее изречения, не отрываясь, смотрел в бюст. И это притом, что ее будущий муж стоит рядом! Хотя сам жених не очень-то возмущался такому поведению мужчины, лишь лениво отпивал из своего бокала коньяк. Даша раздражено усмехнулась, а вот когда она один раз на их годовщину одела открытое платье в ресторан, Виталий устроил такую сцену, что Беляева потом неделю с ним не разговаривала. Не зря говорят, что зачастую самые ревнивые мужчины оказываются изменниками, как раз из-за того, что сами изменяют, и видят в поступках половинки тень своих грехов. Видно таких проблем с Катей он не испытывал. Ну, что сказать, картина маслом, идеальная пара!

        Дарья раздраженно сжала кулаки, подавляя желание что-нибудь треснуть. Давно она так не чувствовала себя. Девушка ожидала совсем не той реакции, которая сейчас имела место. Она ожидала, что боль и разочарование опять поднимутся в ней, вызывая неприятные воспоминания из прошлого. Но нет, сейчас Даша испытывала только одно - гнев. Тот самый гнев, который застилается глаза, заставляя действовать и наносить смертельный удар врагу. При виде их счастливых физиономий, ей захотелось увидеть, как они плачут, рыдают, захлебываясь в собственной беспомощности. Это напугало ее! До дрожи в коленях.

        - Что ты там увидела? - тихий шепот за спиной, но она его услышала, даже сквозь музыку. Жека подошел совсем близко, губами практически прикасаясь ее уха. Евгений стоял к ней в плотную, заставляя вздрогнуть, но не от возбуждения, а от страха. Вдруг он что-то подозрительное увидел в ее поведении? Или она как-то выдала себя? Тут Даша поняла, что страх разоблачения теперь будет ее вечным спутником.

        - Наблюдаю за твоей сестрой и ее женихом, - спокойно ответила девушка, так и не повернувшись к потревожившему ее молодому человеку, но и не препятствуя объятиям с его стороны, чем Жека и воспользовался. Он крепко обнял ее за талию и положил ей голову на плечо.

        - И что ты там увидела?

        - Увидела, как этот толстячок зарится на еле прикрытые достопримечательности твоей сестрицы, - поделилась своими наблюдениями девушка, облокачиваясь спиной на сильную мужскую грудь. Прошла неделя с тех пор, как девушка приняла предложение Красавчика встречаться. И пока не жалела об этом. Он был умным, красивым, забавным и хорошим любовником. Правда на счет последнего ей только предстоит окончательно убедиться. Пока у них, за исключением первой ночи больше не было сексуальных отношений. А первую ночь девушка так и не смогла вспомнить. И дело ни в том, что Даша не хотела. Пару раз Жене удалось настолько завести ее, что она сама была готова умолять взять ее, но он неизменно останавливал их обоих, находя пустяковые оправдания. Дарья начала подозревать, что он, таким образом, хочет показать, что ему от нее нужен не только секс. Или просто решил подогреть градус отношений кратким воздержанием. Какими бы не были истинные цели его воздержания, но в обоих версиях парень преуспел.

        - Ну, ты же знаешь манеру моей сестры одеваться, - усмехнулся Женя и уткнулся девушке в шею, - она вечно эпатирует публику своими экстравагантными одеждами. Думаю, и статус замужней женщины это не изменит.

        Парочка стояла в тени колонны, задумчиво наблюдая за происходящим. Сегодня утром, Женя, Жека и Даша прибыли в город. Женя решила пораньше приехать и ознакомиться с достопримечательностями города, где раньше жила лучшая подруга. Узнав об этом, Виталий с подачи Красавчика решил организовать вечеринку в честь приезда Дикой Орхидеи. Помниться Даша очень обрадовалась этой новости, ведь теперь она могла появиться, скажем так, под звук фанфар и громкие аплодисменты. А когда выяснилось, что вечеринка пройдет в том самом ресторане "Виват", в котором когда-то работала Даша, где собственно и познакомилась она с Виталием, радости ее не было предела. На вечеринку были приглашены многие влиятельные люди города. Воронов воспользовался случаем опять подтвердить статус "Вивата", как самого лучшего заведения города.

        - Опять это столпотворение, - проворчали рядом.

        Тут Даша все-таки обернулась. Рядом с ними стояла Женя, одетая в белое мини-платье и высокие черные сапоги. Темные волосы были собраны в замысловатую прическу, а на лицо умелой рукой был наложен макияж. Девушка выглядела замечательно, хотя на вкус Даши несколько подростково. С другой стороны одежда была своеобразным выражением жизненной позиции Евгении. Жене хоть и исполнилось двадцать три, она все еще оставалась во многих смыслах ребенком. Ее отец и ее продюсер в одном лице тщательно оберегал свою дочь от всякой грязи. А Дарья, как могла, помогала ему в этом. Женя очень часто напоминала Даше себя в молодости, до того как она попала под машину.

        - Это издержки профессии, милая, - улыбнулась Даша девушке. - Ты бы должна к этому давно привыкнуть.

        - Привыкнуть и полюбить - это разные вещи, - пробурчала Женя, почему-то старательно отводя от них глаза.

        - Что-то случилось? - нахмурила Даша.

        - Да ничего, просто настроения нет, - ответила подруга и все-таки посмотрела на них. - Ну что, готовы выйти в свет?

        - Конечно, - улыбнулся Жека, все-таки отрываясь от Даши. - Мы только тебя и ждем!

        - Ну, вы нашли, чем себя занять, - хмыкнула Дикая Орхидея. - Обжимаетесь, как какие-то подростки!

        - Не завидуй, - подмигнул Красавчик девушке и выпустил Дашу из объятий.

        Дарья посмотрела на них и улыбнусь.

        - Как я выгляжу? - спросила она, проведя руками по платью. Даша очень основательно готовилась к этому вечеру. Бедную Женю чуть до измождения не довела, пока они бегали по столичным бутикам, выбирая это платье.

        Красавчик медленно обвел ее фигуру обжигающим взглядом, потом смачно причмокнул и протянул:

        - Не девушка, а персик!!!

        Женя расхохоталась и поддела его:

        - Где ты видел настолько сексуальные персики? Или тебя привлекают персики в сексуальном плане?

        Красавчик покачал головой и хмыкнул:

        - А у нее оказывается есть зубки!

        - Сказывается общение с тобой! - парировала девушка.

        Даша смотрела на их перепалку, а на душе у нее становилось тепло и спокойно. Женя долгое время была ее подругой и всегда могла поднять ей настроение, а Красавчик всегда мог разрядить ситуацию забавной шуточкой. Эти двое стоили друг друга. И Дарья была очень рада, что они будут рядом с ней, когда она выйдет в этот зал, чтобы встретится со своим прошлым лицом к лицу.

        Одёрнув ярко-красное платье, Даша пригладила прическу, поправила дорогущий бриллиантовый браслет на руке, подаренный одним из ее столичных ухажеров и просияла улыбкой в сто двадцать вольт. Она готова!

        - Ну что идем? - спросила Беляева.

        - Я рядом! - прошептал Красавчик, чуть приобняв Дарью за талию.

        Женя не стала их дожидаться, и первая вышла из их маленького укрытия, вызвав оживление в банкетном зале, а еще через пару секунд, которые парочка потратила на короткий поцелуй, Женя и Даша вышли в зал. Вместе. Рука об руку. Ну, что же, игра началась!


***


        - Поздравляю вас с предстоящим бракосочетанием! - голос Ильи Морозова неприятно резал слух, а глаза так и норовили залезть в бюст Кате. Нет, Воронову было плевать, что этот маленький и толстенький мужичок буквально поедает глазами его невесту, ему было даже забавно наблюдать над тем, как мужчины завидует ему, пытаясь представить себя на месте Виталия. Но в данный момент он бы хотел находиться в своем кабинете, где бы занимался делом, а не на этом бессмысленном приеме, посвященном какой-то певичке из Москвы. Вит понимал, что его присутствие на этом мероприятии важно, но все эти взаимовежливые разговоры, все эти льстивые намеки... У него не было желания во всем этом участвовать. Воронов уже давно не чувствовал того вкуса светской жизни, который раньше так манил его. Сейчас его больше занимал вопрос о поглощении "СтальСтройТеха". Сразу же как Воронов занял место генерального директора фирмы отца, он бросил все силы по съедению "СтальСтройТеха" и Дениса Максимова в частности. Это было личное дело, помноженное на дела бизнеса, и Виталий был как никогда близок к своей цели.

        Катерина взяла на себя надоедливого толстяка, что полностью устраивало Виталия, сам он мог расслаблено наслаждаться любимым сортом коньяка и... наблюдать за происходящим. Киреев Руслан, главный архитектор города, возглавляющий архитектурный отдел администрации города, как всегда налегал на спиртные напитки, и это еще в самом начале вечера. Рядом с ним его жена Александра, создающая впечатление идеальной жены, а в свободное время изменяющая своему мужу с массажистом. Воронов специально провел расследование по поводу этой семейки. Скажем так, их с Красавчиком новый клуб противоречил некоторым положениям законодательства, пришлось немного подсуетиться, чтоб большой начальник закрыл на это глаза. Во все времена информация была лучшим оружием, это твердо усвоил Ворон.

        Тут зал заметно оживился, и Воронов обернулся, чтоб посмотреть, в чем там дело. В зал вошла та самая Дикая Орхидея, из-за которой был устроен весь этот сыр-бор. Очень симпатичная и довольно молоденькая, она своим появлением осветила весь банкетный зал, заученным движением приветствуя людей.

        Но на девушку Виталий бросил мимолётный взгляд. Всё его внимание было приковано к девушке вошедшей вслед за певицей. Роскошное ярко-красное платье отлично сидело на точенной фигурке. Юбка спереди была чуть выше колен, но сзади она шла длинным шлейфом, скользившим по полу, в комбинации с черными замшевыми туфлями на высокой шпильке это платье отлично демонстрировало красивые ноги обладательницы. Длинные темные волосы были собраны в высокую прическу, открывая лебединую шею и лицо. Уверенная походка, дерзкий взгляд, все говорило о том, что женщина уверена в себе и своей привлекательности. Пухлые губы, покрытые кроваво-красной помадой, улыбались насмешливой, чуть снисходительной улыбкой.

        Он знал ее. Знал эту девушку. Знал до самых мельчайших деталей. Каждую черточку. Ее лицо он видел каждый раз во сне. Именно ее глаза преследовали его все эти пять лет. Именно она стала для него проклятием. Наваждением. Дарья Беляева. Здесь. В его городе.


***

        Триумф. Вот теперь Евгений ощутил значение этого слова на своей шкуре. Он почувствовал сладкий вкус победы, глядя на то, как его всегда невозмутимый друг смотрит на Белоснежку, идущую рядом с ним. Недоумение и странная уязвимость на лице у Ворона сделали этот триумф полным. Эти непривычные для Виталия эмоции проявились всего на несколько секунд, почти сразу уступив место привычному ледяному спокойствию и высокомерию, но этих несколько секунд было достаточно, чтобы понять, эффект неожиданности сработал в полной мере. Как и планировал Жека.

        Евгений повернул голову в сторону своей спутницы. Даша сегодня блистала, затмив собой появление Дикой Орхидеи. И всё потому, что её помнили здесь. Слишком хорошо всем запомнилась милая невеста Воронова. И многие недоумевали, что же с ней случилось. Теперь же всем стало интересно, каким образом Даша здесь очутилась столько лет спустя. И главное, зачем? Кто не знал ее, сразу же был уведомлен старожилами этого стервятника, как называла его когда-то Дарья. Сама девушка держалась весьма уверенно, прекрасно сознавая, какой переполох вызвала своим появлением в этом обществе. Но она даже не представляла, какой шквал эмоций вызвала в Вороне своим неожиданным возвращением. А вот Евгений знал. Слишком уж долго мужчина знал своего друга, чтоб не догадаться. Жека был уверен, Даша не ушла из жизни Ворона, как бы тот этого не хотел. Он все еще что-то к ней чувствовал, иначе бы не потерял контроль на те несколько драгоценных секунд, позволяющих увидеть единственную слабость Воронова. Мистер Самодовольство и Высокомерие выказал свои истинные чувства, а он никогда их не показывал, ни при каких условиях. Даже тогда,
в детстве.

        В далеком детстве Виталий был замкнутым и нелюдимым ребенком. Он мало общался со своими сверстниками, и не потому, что не хотел или не стремился к этому. Нет. Никто из родителей не хотел, чтобы их чадо общалось с этой "безотцовщиной". Причем маленький Женя никогда не мог понять, почему другие дети обходят его стороной или обзывают, ведь были и другие дети, которые росли по тем или иным причинам без отцов. Понял истинный повод такого отношения к Виталию Женя значительно позже, когда подрос. Всё дело было в матери Виталия - Марине Карповой. Она была очень красивой женщиной и пользовалась огромным успехом у мужчин, а еще как бы помягче выразиться, она была безотказной в сексуальном отношении. И именно это обстоятельство сильно портило жизнь маленькому Виту.

        А дальше все только усложнялось. Дети росли, а вместе с ними и вся осторожность и недоверие у детей трансформировались в подростковую агрессию. Но и Виталий был не из тех детей, которые будет терпеть оскорбления или унижения. И, конечно же, логичным исходом стала драка. Хотя дракой ее можно назвать с большой натяжкой. Скорее это было избиение. Виталик просто избил главного задиру, который нелестно о нем отозвался. Денис Максимов, ученик параллельного класса был наказан за свои слова быстро и действенно. После инцидента отец избитого мальчика требовал исключить малолетнего преступника из школы, но его не исключили. Мальчик был круглым отличником, и полное отсутствие друзей компенсировал книгами и спортом, и к тому времени даже самые предвзятые учителя не могли ни согласиться, что парень практически гений, и вообще хороший и спокойный мальчик. А заступничество классной руководительницы и вместе с тем самой уважаемой учительницы школы пресекли любые мысли об исключении мальчика. Так и остался Виталий учиться в этой школе, а вот все недоброжелатели помалкивали, зная, что парень вполне способен за себя
постоять. Отношения же Вита с Максимовым с течением времени не улучшились, а только ухудшились. Между парнями постоянно возникали постоянные трения, которые тем не менее на всеобщее обозрение не выносили.

        Собственно с тех пор Женя и подружился с Виталием. Это была довольно странная дружба - замкнутый, неразговорчивый Виталий и веселый, беззаботный Евгений. С определенного момента они стали не разлей вода. Вместе ходили в секцию по плаванию, правда Жека потом бросил, в отличие от друга, который доплавался до мастера спорта; вместе дрались с дворовыми ребятами; вместе впервые попробовали алкоголь и женщин. Оба были перспективными и красивыми. В скором времени они стали героями всех романтических и эротических фантазий местных девушек. Именно в то время Женя и удостоился своей кликухи - Красавчик.

        Тем не менее, Виталий так и остался замкнутым, а со временем его нелюдимость и осторожность трансформировалась в цинизм и высокомерие. Особенно после того громкого скандала, когда стало известно, кто являлся отцом Виталия. Хотя Женя догадывался, что Вит знал всё с самого начала, только не болтал об этом. Но так или иначе во время предвыборной компании разразился скандал - многолетний руководитель местной администрации имеет внебрачного сына от женщины с очень сомнительной репутацией. Остроту в этот скандал добавлял и тот факт, что Вячеслав Воронов вот уже, как двадцать лет был счастливо женат на Ларисе Вороновой. А наличие у него тринадцатилетнего незаконнорождённого сына ставило под сомнение само существование столь счастливого брака. Еще одним пикантным фактом стало наличие у Виталия сводного брата-ровесника, который в отличие от него был рожден законной женой папочки Воронова. И разница в возрасте между братьями была всего пару месяцев. Вся эта ситуация выглядела не очень хорошо, чем и воспользовался главный соперник Вячеслава на выборах - Антон Максимов. И хотя люди Воронова пытались замять
этот скандал, а самого Виталия Вячеслав официально признал своим сыном, слава о том, что Воронов бросил на произвол судьбы собственного сына, распространилась очень быстро. Не помогло и то, что Виталию, носившему до этого фамилию своей матери, присвоили фамилию отца. Был Карповым, стал Вороновым. Как шутил сам Виталий, был обычной рыбкой, а стал птицей высокого полета. Правда, вид у парня был явно не весёлый. В общем, выборы новоявленный папаша провалил, так что в дальнейшем Воронов-старший не хотел близкого общения со своим нежеланным сыном и причиной своей неудачи в политике в одном лице. Своей вины в этой неудаче, как не странно, Вячеслав не видел. От всего случившегося Виталию было ни холодно, ни жарко. Правда, у парня с тех пор появились деньжата, те самые с помощью которых папаня откупался от своего сына. Да и фамилия поменялась.

        Всё это время Жека был с ним и видел, как всё это меняет друга. Нет, не быстро и резко, а медленно и плавно. Изменения были не видны глазу, это были внутренние преобразования, которые мог почувствовать только близкий человек.

        К окончанию школы Воронова все без исключения прозвали золотым мальчиком. Еще бы, Виталий был любимчиком дам, учителей, тренеров, имел отличные перспективы и внешние данные. Всё это делало из него пример для подражания для других менее удачливых и упорных сверстников. Воронов-младший добился всего, что мог добиться в свои восемнадцать. Только почему-то все забыли о матери Виталия, которая к тому времени опустилась на самое дно. Череда мужчин и алкоголь делали свое черное дело. Никто не вспоминал и об отце, которому было совершенно наплевать на собственного сына. Все запамятовали и то, как еще несколько лет назад все чурались и недолюбливали одинокого, никому ненужного мальчугана. Почему-то все об этом забыли. Но Виталий никогда об этом не забывал. И Женя тоже. Но для всех остальных он был золотым мальчиком...

        Но на достигнутом Ворон не собирался останавливаться. Едва окончив школу, Виталий встретился с отцом. Насколько было известно Евгению, они к тому времени уже несколько лет как не разговаривали. Не знал Женя и то, что именно тот сказал Вячеславу Воронову, но вернулся Виталий уже с крупной суммой денег на руках, на которые собственно и открыл свой первый ресторан "Виват". Заведение быстро стало популярным. Всего за несколько лет "Виват" стал лучшим заведением города. И Женя прекрасно знал, что друг достигал своего успеха не всегда законными методами. Но в их небольшом городке по-другому и нельзя было. Иногда Красавчик даже завидовал Ворону, ведь мужчина смог достигнуть очень многого, прошел путь от никому ненужного паренька до респектабельного бизнесмена. Иногда Евгений задумывался, почему судьба выбрала именно Воронова, а не его, не дав ему шанса реализовать себя в полной мере.

        В то время пока Виталий создавал и укреплял свой бизнес, Красавчик отслужил в армии, а потом окончил университет. Компьютеры всегда были его хобби, и он решил сделать их своей профессией. Жизнь разводила двух друзей по разным углам.

        А потом появилась Белоснежка - хрупкая, нежная девушка, но и тут Воронов влез, соблазнив Дашу. А потом и его сестру... И вот это больше всего и злило Женю, что он не смог уберечь свою маленькую, невинную сестренку от этого монстра. А Виталий был монстром, лишенным милосердия и жалости, он стал им на пути к своему успеху. Мужчина привык брать всё, что хотел и никогда не считался с чувствами других людей. Ворон сломал жизнь двум женщинам, которых Женя любил. Пришло время показать ему, что не всё в этой жизни он может иметь. Есть вещи, которые уже никогда не станут его!

        Рядом с ним шла Даша, совершенно не подозревая о том, какие мысли бродят в голове у Жени. И никогда не узнает! Он об этом позаботится.

        А впереди их ожидали Катя и Ворон. Посмотрев на них, Евгений снова почувствовал горячее дыхание триумфа на своей коже. Видишь, Ворон? Видишь? Она моя! А тебе нет места в ее жизни. Уже нет.

        Сейчас он предвкушал тот момент, когда сообщит, что Даша его стала невестой. Но это будет только прелюдия. Поздно вечером он продемонстрирует кому именно Белоснежка. И сделает это самым наглядным способом, а Воронову придется только глотать пыль, когда на очередном вираже, он его обойдет в этой гонке. И Красавчик больше не был намерен сдавать свои позиции.


***


        Виталий не верил своим глазам, глядя на то, как к нему приближается Даша. Он был ошеломлен, удивлен. Девушка очень сильно изменилась за последние пять лет. Больше не было того робкого взгляда, не было неуверенности в своих силах, была лишь сильная, уверенная в себе женщина.

        Ворон знал, что она изменилась. Знал о каждой мелочи, произошедшей в ее жизни за последние четыре года. Ежемесячно Виталий тратил значительную сумму денег, оплачивая услуги частного детектива. Каждую неделю ему приходил отчет, раскрывающий факты ее жизни. Вит знал всех любовников, которые были у нее после него. У него в специальной папке хранились все ее статьи, которые только печатались, даже те, которые она писала для женских журналов. Воронов неоднократно видел на фотографиях изменения во внешности и поведении, но одно дело видеть на бумаге, а другое в живую.

        Только через несколько секунд до него дошло, что она появилась не одна, а под руку с Красавчиком.

        Какого черта? Что она здесь делает? Да еще и в компании этого... друга!!!

        Эти вопросы всплыли у него в голове за доли секунды. Воронов через оцепенение почувствовал, как в него мертвой хваткой вцепилась Катя, которая также как и Виталий была ошеломлена произошедшим.

        А парочка тем временем медленно двигалась в их сторону, здороваясь с людьми, улыбаясь. У Виталия было ощущение, что все происходило, как в замедленной съемке. Он четко видел ее улыбку, адресованную знакомым, видел, как она прижималась к боку Жеки, который в свою очередь обнимал девушку за талию. Нехорошая догадка вспыхнула в его голове, заставляя заскрежетать зубами. Неужели давние чувства друга наконец-то нашли ответ?

        А что ты хотел? На себя взгляни, ты сам до сих пор повернут на ней! Или не ты ждешь каждую среду, как ребенок Нового года, лишь потому, что в этот день доставляют очередной отчет? Не ты ли почти каждое утро просыпаешься сексуально неудовлетворенным только потому, что в очередной раз приснилась ОНА?!!

        Но видя, как по-хозяйски Жека держит свою руку на ее талии, все те причины и утверждения, которыми он кормил себя последние несколько лет уже не казались ему ни логичными, ни правильными. А всё потому, что инстинкт собственника вспыхнул в нем, сначала подобно маленькому огоньку, но этот огонек очень быстро перерастал в беспощадный пожар, который был способен уничтожить всё на своем пути. И стало совершенно плевать на то, что Даша имела право быть с любым мужчиной, с каким бы пожелала. Даже с Красавчиком. Но для Ворона это уже не имело значения, потому что красная пелена ревности уже застила ему глаза.

        - Что она здесь делает? - безжизненным голосом спросила рядом стоящая Катя. Она практически всем телом навалилась на Виталия, ища опоры. Он с неохотой оторвал взгляд от приближающейся пары и посмотрел на невесту. Ведьма была бледна, наверное, и сама смерть в тот момент была краше нее. Даже обильное количество косметики на ее лице не скрывало насколько ошеломляющим был эффект произведенный на нее.

        - Не знаю, - ответил он. - Думаю, мы скоро всё узнаем.

        И снова посмотрел на бывшую невесту, та совершенно открыто смотрела ему в глаза, даже не пытаясь отвести взгляд, не тушуясь, а потом и вовсе высокомерно приподняла бровь, как бы бросая ему вызов. После чего рассмеялась на какую-то фразу, произнесенную Красавчиком и разорвала зрительный контакт, для того чтобы чмокнуть того в щеку.

        Раздражение пробежалось по его накаленным нервам вызывая абсурдное желание подойти к ней и со всей силы встряхнуть. Так чтобы она перестала вести себя, так будто ее появление здесь было нечто саморазумеющиемся. Но именно так она себя и вела, будто не было всех этих взглядов и перешептываний со стороны. Его та далекая Белоснежка бы сначала стушевалась, а потом и вовсе разозлилась на такое оскорбительное внимание со стороны всех этих людей. Уже сейчас местные главные сплетницы разнесли весть по всему залу, что бывшая невеста Воронова вернулась. Но нынешняя Дарья Беляева даже ухом не повела, спокойно приветствуя старых знакомых и отвечая на их любопытствующие вопросы, и этим новая Даша кардинально отличалась от той, которую он знал когда-то давно. Эта Дарья Беляева отлично контролировала себя, не выказывая и тени тех эмоций, которые на самом деле испытывала. И это напрягло его, Виталий не мог понять, почему она все-таки объявилась спустя столько лет. Что ей здесь нужно? Зачем она вернулась?

        Когда Женя и Даша наконец-то преодолели многочисленный людской заслон, Ворон уже полностью контролировал себя. Только вот не достаточно, чтобы быть уверенным в том, что он ничего не натворит. Например, не выбьет парочку передних зубов у Жеки, лишая того супер белоснежной улыбки.

        - Привет, - звук голоса Даши прорезал расстояние между ними, заставляя с силой сжать бокал с коньяком. Она поприветствовала их совершенно обыденно, будто не было той старой грязной истории между ними. Будто они каждый день общались. Будто не было предательства и боли. Это заставило его нахмуриться. В какую же игру Даша играет?

        - Что никто даже не поздоровается со мной? - осведомилась она, быстрым взглядом осматривая сначала Катю, а потом и его. На миг их глаза встретились, и этого мига хватило, чтобы Ворону понять, все ее спокойствие наигранное.

        - При-вет, - заикаясь, ответила Катя, еще сильнее вцепившись в Виталия, впиваясь своими длинными красными ногтями ему в кожу. Наверняка, у него потом на правой руке останутся царапины.

        - Замечательно выглядишь, Катерина, - доброжелательно отозвалась Даша, пытаясь поддержать разговор. - Наверняка, предстоящее событие делает тебя настолько счастливой. Ты просто светишься изнутри!

        Неужели в ее словах проглядывается ирония? Ну что же, Катя светящейся счастьем уж никак не выглядела, скорее уж потухшей и потерянной.

        - Материнство любую женщину сделает счастливой, - небрежно заявил он, намеренно желая побольнее уколоть Дашу. Жека еще не знал, что в скором времени станет дядей, так что Дарья никак не могла узнать о том, что они с Катей скоро станут родителями.

        Ворон стал внимательно следить за реакцией Даши, желая удостовериться, что ей не все равно, что он все еще небезразличен ей. И ее реакция не заставила себя ждать. Услышав эту новость, ее улыбка стала настолько фальшивой, будто бы ее заморозили. Зрачки расширились, а цвет глаз потемнел. Все эти мелкие изменения он уловил, и странное удовлетворение растеклось по его венам. Он всё еще не безразличен ей. Но Даша быстро пришла в себя.

        - Поздравляю! - выпалила она.

        Но ее поздравления оборвали. С хмурым видом вмешался Жека, до этого почему-то молчавший.

        - А почему я об этом не знал? - поинтересовался он, сверля взглядом Виталия.

        - Потому что я так захотел, - спокойно ответил Виталий, отпивая глоток горячительного напитка.

        По злому прищуру Виталий понял, что такой ответ не понравился его другу. Но это его совершенно не волновало. Ему тоже много чего не нравилось. Например, клешня Жени все еще лежавшая на талии у Даши. Очень хотелось взять ножик со стола и попросту отпилить другу руку.

        - А вы уже знаете, кто у вас будет - мальчик или девочка? - игнорируя игру в гляделки между мужчинами, промурлыкала Даша, при этом положив руку поверх ладони Красавчика и крепче прижимаясь к нему.

        Пожар внутри не думал утихать, а Даша, играючи, лишь добавляла в него дровишек, будто бы нарочно, и при этом улыбалась невинной улыбкой ангела.

        - Девочка, - с придыханием ответила Катя, будто бы ей было трудно дышать. - У нас будет девочка...

        Последнее слова она буквально прошептала, проваливаясь в беспамятство. Быстро среагировав, Ворон поймал бесчувственную девушку на руки.

        ГЛАВА 5


        Очнулась Катя, как от толчка. Она просто резко открыла глаза и уставилась в знакомый белый потолок. Первое, что девушка ощутила, это что-то очень мягкое, на чем она собственно и лежала. Знакомые очертания потолка дали ей понять, что она находится на втором этаже ресторана, в кабинете Виталия.

        - Ты как? - голос Ворона донёсся откуда-то справа. Катя повернула голову и увидела хмурящегося Виталия. - Пришла в себя?

        Когда зрение сфокусировалось, она точнее смогла разглядеть своего жениха. Он был раздражен. И немного обеспокоен. Еще она поняла, что лежит на диване, очень удобном диване в его кабинете. Как-то раз она могла полностью оценить весь его комфорт...

        - Думаю, да, - выдохнула Катя, чувствуя тошнотворное головокружение. Девушка инстинктивно зажмурилась. Ощущения были не самые приятные, будто бы тебя раскрутили и запустили в невесомость, и тебя мотает в этом вакууме, при полном отсутствии возможности остановить вращение.

        - Что ты с ней сделал? - услышала она рычание своего брата. Она открыла глаза и увидела, как Женя возвышался над Вороном, который сидел около дивана. Евгений был на взводе и разминал кулаки, желая начать очередную драку.

        Катя только хотела вмешаться, попытаться образумить своего брата, но ее опередил до боли знакомый, язвительный голос.

        - Что? Что? - фыркнула Даша. - Обрюхатил ее! Дорогой, ты скоро станешь дядей! Радуйся! А происходит с ней начальный период беременности и токсикоз. И насколько я могу судить, проходит он далеко не легкой форме...

        Если бы ты знала! Рвало Катю утром, днем и вечером. От большей части любимых продуктов ее воротило... Ей было так плохо! Врач, конечно, утешал, что все вскоре пройдет, но полной уверенности в этом не было.

        - Так почему она не в больнице? - не унимался Жека. - Это же не нормально!

        - Она сегодня была там, - раздраженно ответил Ворон. - И с ней всегда есть кто-то, кто присматривает за ней!

        Угу, как будто она маленький ребенок! Катя уже и забыла когда была представлена сама себе. Пожалуй, месяц назад, когда она узнала, что ее задумка удалась, и она забеременела. Девушка сразу же сообщила обо всем Виталию, прекрасно зная, что он не бросит своего ребенка, только не после того, что сам прошел, будучи брошенным собственным отцом. Только был в этом плане просчет, Катя так и осталась ему безразлична, ему нужен был лишь ребенок. Она надеялась со временем стать для него больше, чем матерью его ребенка. Ведь у ее же матери почти получилось!

        Но сейчас с появлением Даши весь план может пойти насмарку...

        - Этого мало! - не унимался Жека, переходя на крик. Катя поморщилась и прикрыла глаза.

        - Заткнись, Красавчик, - резко осадил раскричавшегося мужчину Ворон, оставаясь совершенно спокойным и поднимаясь на ноги. Кате не надо было открывать глаза, чтобы понять, что Виталий не в том настроении, чтобы шутить. Она прекрасно представляла себе, каким взглядом одарил ее жених Жеку.

        - Ой, - неожиданно вмешалась в разгоравшийся спор Даша, - да успокойтесь оба! Вы своими криками только хуже делаете! Посмотрите насколько она бледная! Трупы в морге и то лучше выглядят, а вы тут демагогию разводите! Лучше домой ее отвезите, вспыльчивые вы мои! Больше толку будет! Ей всё равно не до вечеринок сейчас.

        - Я не отпущу ее с ним, - уже спокойней заявил Евгений.

        - А кто тебя спросит? - пренебрежительно поинтересовался Ворон, насмешливо глядя на друга.

        Катя задалась вопросом, когда же дружба ее брата и Ворона оказалась на грани? А ведь она не последнюю роль сыграла в этом... долгое время девушка играла на чувствах брата, пытаясь манипулировать им и этим обеспечить себе нужное давление на Вита. Только Виталий, не смотря на всю привязанность к ее брату, всегда действовал по своему.

        Катерина хотела вмешаться. Правда хотела. Но ее тело было абсолютно непослушным, а ужасная слабость очень сильно замедлила ее мыслительные способности. Она даже открыть глаза не могла...

        - Женя, - услышала она, как терпеливым голосом произнесла Даша, - он ее будущий муж и отец ребенка. Тебе так или иначе придется отпустить ее с ним. Это ее выбор!

        Сказать, что Катя была удивлена, это ничего не сказать. В тот самый миг, когда Катерина увидела свою бывшую подругу, в ее голове появились различные догадки на тему "Что здесь делает Даша?". Основными были те, что она решила отомстить или вернуть Ворона. При чем первый вариант был предпочтительней второго... А тут Даша отстаивает ее права и настаивает на том, чтобы о ней побеспокоились. И это после того, что Катя сделала ей! Белоснежка была либо святой, либо сумасшедшей...

        - Если хочешь, езжай с ними, - предложила Дарья. - Тебе необходимо поговорить с сестрой. Только не здесь. Отвезите ее домой, пусть она расслабится, переоденется. Потом и поговорите. Все вместе. Только обещайте, что не перегрызете друг другу глотки, ладно?

        - Беспокоишься, что от твоего друга мокрого места не останется? - всё тем же саркастическим тоном спросил Ворон.

        Тут Екатерина всё-таки заставила себя открыть глаза и даже довольно сносно произнесла:

        - Ворон, не надо!

        - Ну, вот видите, она не хочет, чтобы вы подрались, - всплеснула руками Беляева. - Думаю, она очень расстроится, если одного из вас не будет на этом свете. Так что вам придется дружить, как и прежде, и в горе и в радости и даже тогда когда сестра одного выйдет замуж за другого! Так что живите мирно, дети мои. Аминь!

        Если бы Катя не лежала сейчас, то после этого выступления точно бы упала. Мало того, что Даша совершенно не проявляет агрессии, так еще и болтает не хуже Тины Канделаки. Это чтобы спокойная, немногословная Дарья Беляева отчитала мужчин????

        - Не богохульствуй! - всё также спокойно произнес Ворон, который внешне никак не реагировал на появление своей бывшей невесты. Только Катя знала, что это показное. Слишком часто во сне он звал Дашу...

        - Не твоего ума дело богохульствую я, или матерюсь, или молюсь. Ты вообще атеист! - закатила глаза Даша, как показалось Кате, слишком уж наиграно. - У тебя невеста в обмороке, о ней беспокойся, а не о моей манере выражаться!

        - Если я поеду, то ты поедешь с нами, - заявил Женек. - Я тебя здесь не оставлю!

        - Женя, она из-за меня в обморок грохнулась! Бедняжка сильно перенервничала. А ты хочешь, чтобы я с вами поехала!

        Вот так парой тройкой фраз Даша развела по углам двух мужчин. Катерина позавидовала ей. Она сама никогда не могла заставить этих мужчин выслушать ее. Оба всегда подавляли ее, добиваясь своего, и почти никогда не интересовались мнением самой Кати. Алексеевская могла добиться своих целей только одним средством - интригами. Только играя на слабостях мужчин, она могла заставить их делать то, что выгодно ей, при этом ни Вит, ни Жека всегда игнорировали ее желания, если она выражалась прямо. И вот появляется Даша и делает это с поразительной легкостью. Это было... больно!

        - Женя ее отвезет домой, а я останусь, - заявил Ворон. - Тут слишком много высокопоставленных гостей, я не могу их бросить...

        - Тебе кто важнее - твои жена и ребенок или высокопоставленные выглаженные воротнички? - бесцеремонно перебила его Даша, игнорируя угрожающий прищур. - Неужели Воронов настолько изменился, что теперь лижет высокопоставленные обвисшие задницы, лишь бы удержаться в седле?

        Катя буквально почувствовала, как угрожающая энергетика Воронова заполнила пространство комнаты, ей даже стало трудно дышать.

        - Не слишком ли ты себе много позволяешь, Белоснежка? - почти шепотом произнес Виталий. Странно, но этот тихий голос услышали все совершенно отчетливо. Катю всегда чуть ли не до смерти пугал этот тон. - Не боишься, что твои слова будут иметь последствия?

        Последовала гнетущая вязкая тишина, а потом Даша ухмыльнулась. Не нервно захихикала, ни смутилась, ни испугалась, а именно ухмыльнулась. Кате стало жутко, потому что она видела уже подобную ухмылку, и в эту ухмылку она влюбилась. Такая же циничная, высокомерная и хладнокровная, как и у самого Ворона.

        - И что ты мне сделаешь? - скопировала она его же насмешливую манеру. - Под машину бросишь? Так это мы уже проходили...

        Тут влез Евгений, заслоняя собой Дарью и становясь лицом к лицу к Воронову.

        - Не смей ей угрожать, - прорычал он, схватив Виталия за грудки.

        - Руки. Убрал! - раздельно проговорил Воронов. - Я сказал, руки убрал!

        Несколько секунд Женя смотрел на Виталия, Катя уже думала, что все же ударит, но он отпустил. Не успела Катерина облегченно выдохнуть, как Виталий демонстративно отряхнул костюм... и почти без замаха впечатал кулак в челюсть Жени. Катерина даже закричать не успела, как началась драка между мужчинами. А Даша даже не пыталась их разнять, просто стоя в стороне и смотря, как эти двое разносят в пух и прах кабинет. Катя хотела встать, но Даша ее остановила, положив руку ей на плечо.

        - Не вмешивайся, - посоветовала она. - Пусть пар выпустят, потом с ними будет легче объясняться.

        Кате оставалось только надеется на это.


***


        Уже во второй раз за последние несколько недель Даша собиралась напиться. И оба раза из-за Воронова. Первый раз был, когда она узнала, что он жениться на Кате, второй раз из-за того, что Воронов скоро станет папочкой. Дарья знала, что была слабачкой, но эти новости сильно ударили по ней. Девушка невольно вспомнила тот момент, когда Ворон огласил о своем будущем отцовстве. Ей будто обухом по голове дали. Все мысли в миг выдуло из головы, оставив только одну мысль, пульсирующую в ритме сердца - Катя беременна! Это было больно. Это неприятно. Это было несправедливо. Ведь когда-то она сама мечтала о детях. О его детях. Она представляла Воронова в образе папы для их малышей. Думала о том, как сильно изменит его отцовство, смягчит и сделает гибче. Но ее мечтам не суждено было сбыться. А теперь Катя носит под своим сердцем дочку Воронова. Она потеряла свою мечту, а нашла ее Катерина...

        Хорошо еще, что она быстро пришла в себя и не расплакалась там же, в присутствии сотни гостей. Это было бы лишним. Сначала было грустно и больно, но потом эти чувства уступили новым эмоциям - гневу и желанию всем доказать, что Воронов больше не имеет власти над ней, что Даша совершенно его не боится! Захотелось сделать ему больно. Заставить чувствовать его чёрствое сердце! И чем равнодушнее он был, тем сильнее ей хотелось вывести его из себя, заставить потерять его хваленный контроль, сбросить маску высокомерия. И стала говорить все те колкости, пытаясь расшевелить его, выдавить из него хоть какую-то эмоцию, доказывающую, что ему не все равно. Но всё что она делала, скорее походило на попытки пробить кирпичную стену голыми руками. Все ее упреки отлетали от него, разжигая в ней еще большую злость. Его спокойствие действовало на нее, как красная тряпка на быка. И Дарья фактически оскорбила его, что собственно и сработало. О-о-о, этот момент был незабываемым! Даже когда в его голосе и фразе прорезались угрожающие нотки, она не испугалась. Ни капельки. Наоборот, Даша ликовала! В ней проснулось, что-то
бесовское. И это что-то требовало разозлить его, довести его до предела, спустить с цепи зверя. Заставить накричать на нее, может даже ударить, чтоб он в очередной раз показал, какой он на самом деле сукин сын, показать, что ее акт мести вполне оправдан. И она бы добилась своего, Дарья это знала, чувствовала печенкой, но вмешался Жека...

        На негнущихся ногах она прошла в бар и села за стойку. Сейчас, когда весь безумный гнев пошел на спад, а все ее тело колотило, будто в лихорадке, она решила, что вмешательство Жени было благом. Потому всё то, что она могла в тот момент сделать... Даша бы потом пожалела об этом. Месть - это холодное блюдо, нельзя давать своим чувствам волю. Ей необходим трезвый расчет, но сегодня им даже и не пахло, ей двигало желание побольнее уколоть его, но если она хочет сделать ему больно, следует вести себя осмотрительней.

        - Что будете пить? - голос бармена заставил ее поднять взгляд от своих трясущихся рук и посмотреть на обладателя голоса. Перед ней стоял знакомый, улыбающийся парень.

        - Веня? Ты до сих пор работаешь тут? - удивилась Даша.

        - Как видишь, - добродушно ответил бармен. - Так что будешь?

        - Кровавую Мэри, пожалуйста, - заказала она.

        Вениамин приподнял темные брови в удивленном жесте, но ничего не сказал. Еще бы! Та Даша, которую он когда-то знал, не пила. Никогда. Как выяснилось, просто повода не было. Зато сейчас их было в избытке!

        - Настроение у меня кровавое, Веня. Так что Мэри будет в самый раз, - скупо улыбнулась Даша.

        Пожав плечами, бармен принялся за заказ, не цепляясь к ней разговорами. За что она ему была благодарна, не была Беляева настроена сейчас на разговоры. У нее перед глазами все еще стояли бледная, изнуренная Катя и совершенно невозмутимый Воронов. Дарья совершенно не ожидала от себя такого бесстрашия в отношении к Виталию. Ей ли не знать, что его лучше не злить. Раньше, когда они еще были вместе, Даша никогда с ним не ругалась, не повышала голос, и если по ее мнению он делал что-то неправильно, мягко ему говорила об этом. Ее мягкие увещевания и упреки порой действовали едва ли не лучше криков. Девушка тогда знала, что таким образом добьется куда больше, нежели будет кричать и требовать чего-то от него. Сегодня же она не стала ему мягко напоминать о том, какие преступления он совершил против нее. О-о-о, Даша еще напомнит ему об этом. Жестко. Ткнет носом. Правда сделает это в подходящий момент. Но даже не смотря на то, что ей лучше втереться к ним в доверие, она не будет ломать себя, не будет больше прогибаться под него. Больше никогда в жизни! И поняла Даша это только после того, как парни всё-таки
увезли Катю домой. Она просто не сможет переломить себя и вести себя, как прежняя Даша. Да и не хочет девушка этого!

        Что касается, потасовки между Женей и Виталием, то их очень быстро разнял один из охранников Воронова. Этот бугай практически сразу ворвался в кабинет, видимо услышав шум, которые устроили дерущиеся. А шум был громкий. В итоге их разняли, они успели обменяться лишь парочкой ударов. Жаль, конечно, что Воронову мало досталось! Даша с удовольствием бы понаблюдала, как Женя избил бы его. Ах, мечты, мечты...

        Перед ней нарисовался заказанный ею коктейль. Даша посмотрела на Веню, поставившего заказ перед ней.

        - Спасибо, - поблагодарила она. - Ну и как у вас тут дела?

        Девушка выпила пару глотков напитка, наблюдая, как темноволосый парень протирает фужеры. Ей вспомнился момент, когда его только взяли на работу. Студент-заочник, которому была просто необходима работа. Именно Даша тогда приняла его на работу, выбрав из всех претендентов на эту должность. Дарья купилась на его энтузиазм, подстрекаемый неистребимым оптимизмом. И она же получила нагоняй от Виталия, когда новенький разбил дорогостоящий посудный набор в первую же смену. И даже после этого, Дарья уговорила Ворона дать еще один шанс Вениамину в обмен на свидание с Вороном. Эх, Веня, Веня! Знал бы ты, какую роль сыграл в отношениях между Дашей и Вороновым! Хотя... Ворон бы всё равно нашел способ уломать Беляеву сходить с ним на свидание. Когда Воронов чего-то хочет, он этого добивается. Любыми способами.

        - Отлично, - улыбнулся паренек. За прошедшие пять лет он не сильно-то изменился. Всё те же юношеское лицо и ясные глаза. А ведь ему уже около двадцати пяти лет. - "Виват" почти не изменился с момента твоего отъезда. Персонал всё тот же, ну кроме Карины, официантки, она сейчас на сносях, ее заменила Вероника. Конечно, повар появился новый, вместо Екатерины Андреевны.

        - Екатерины Андреевны? Ты ее по имени отчеству зовешь? - удивилась Даша. Раньше эти двое очень хорошо общались.

        - Ну да, - хмыкнул Веня. - Будущая госпожа Воронова не общается теперь с простыми людьми, а из всего персонала по имени ее может звать только Любочка, наш администратор. Правда, я не думаю, что она здесь долго пробудет.

        - Почему? - заинтересовалась Даша. Всё-таки эта девушка работает на прошлом месте ее работы.

        - А у нас администраторы долго не задерживаются, - охотно делился информацией Веня. - После твоего ухода сменилось чуть больше десяти администраторов. Первый год Виталий Вячеславович сильно бушевал. В тот год сменилось четыре девушки и все, как одна, выбегали из его кабинета со слезами на глазах и больше не возвращались. Из-за этого в народе про него нехорошая молва пошла.

        - Неужели все было настолько ужасно? - удивилась девушка, не представляя из-за чего собственно Виталий так бушевал.

        - Ага, свирепствовал он тогда жутко. Мы все стали его даже немного побаиваться, некоторые стали поговаривать, что он немного того, - парень выразительно покрутил пальцем у виска, - но ничего, потом отошел. Но администраторы у нас меняются регулярно. Любочке даже ее дружба с Катериной Андреевной не поможет!

        Даша сидела и впитывала в себя информацию, как губка. Что же заставило так вести себя Воронова? Раскаяние? Вина? В его любовь она не верила, так что сразу отмела этот вариант за неправдоподобностью. Да Вит даже ни разу и не говорил, что любит, всегда заменяя эти три слова выражениями "Я тебя хочу", "Я скучал по тебе", "Я не представляю своей жизни без тебя". А она ждала от него этих слов, и перестала это делать гораздо позже, решив, что человек, настолько заботящийся о ней, настолько понимающий ее, просто не может ни любить. Девушка сама себя обманывала, сотворив себе идеального принца из знатного негодяя. Так что же было причиной такого поведения? Может, у него тогда с Катей не ладилось?

        - Почему не убережет? - задала вопрос Дарья, желая продолжить тему. - Ведь Катя вполне может заступиться за неё.

        - Ее заступничество Любе ничем не поможет, - ответил Вениамин, почему-то насмешливо глядя на нее. - Хозяин не позволяет ей вмешиваться в свой бизнес. Она и сама одно время работала администратором тут, но ее хватило всего на пару месяцев. И звание подруги боса не спасло ее от увольнения. Тебе еще сделать?

        Даша с удивлением посмотрела на свой напиток, которого уже в принципе не было. За этим разговором она вылакала весь коктейль.

        - Да, пожалуйста, - ответила она и стала ждать вторую порцию.

        Тут к бару подошел еще один мужчина и сел рядом с ней. Девушка не обратила на него никакого внимания, обдумывая сказанное Веней. Вся полученная информация не желала укладываться в ее голове и полностью выбивалась из логической цепочки.

        - Почему такая красивая девушка скучает в баре одна? - низкий голос ее соседа по барной стойке всё-таки проник в ее мысли, заставив ее обратить внимание на сидящего рядом мужчину.

        Даша раздраженно выдохнула. Перед ней сидел когда-то главный конкурент Виталия по ресторанному бизнесу - Денис Максимов. Воронов когда-то обыграл его, заставив его "Белого лебедя" обанкротиться. С появлением "Вивата" ресторан Максимова перестал себя оправдывать. А после череды отравлений посетителей "Лебедя", даже постоянные клиенты отвернулись от Максимова. Воронов выдавил главного конкурента с рынка. После того, как ресторан закрылся, Максимов занялся строительным бизнесом.

        - Почему вы думаете, если девушка одна, то она сразу скучает? - раздраженно ответила девушка. - Достаточно умная девушка всегда найдет, чем себя занять.

        - И чем же, если не секрет? - насмешливо поинтересовался зеленоглазый красавец. Мужчина был очень красив, но также он был опасен. В городе в свое время про него ходило куча слухов, и каждый был ужаснее предыдущего. Правдивы ли эти слухи, Даша не знала, и не собиралась выяснять.

        - Мыслительной деятельностью, например, - ответила Даша, отворачиваясь от неприятного ей мужчины и принимая коктейль из рук Вени.

        - Мне виски, - сделал заказ Максимов, - мыслительной деятельностью, говорите? Рассуждаете, как еще отомстить бывшему жениху?

        Сердце пропустило удар, а потом забилось с удвоенной силой. Откуда он?... Даша быстро взяла себя в руки, это просто его догадка. Наверное.

        - И с чего вы решили, что я собираюсь кому-то мстить? - равнодушно спросила она.

        - Да ладно вам, - добродушно проговорил Максимов, - вы сегодня прямо таки устроили показательный спектакль, весь зал гудит разными догадками на ваш счет! Бывшая невеста Воронова возвращает как раз в аккурат к его свадьбе с ее бывшей подругой. Тут даже гением быть не надо!

        - Знаете, гений, - Даша повернулась и пронзила его выразительным взглядом, - прежде чем делать поспешные выводы, узнайте больше о ситуации в целом. Я здесь, только из-за Жени. Вернее из-за обоих Жень, но это к делу не относится. И надеюсь, после этого разговора вы перестанете распространять свои странные догадки.

        Мужчина никак не отреагировал на ее столь прочувственную речь.

        - Как хотите, Белоснежка, но на вашем месте я бы хорошенько подумал. Мы бы могли друг другу помочь!

        - Мне не нужна ничья помощь, потому что в помощи я не нуждаюсь! - отрезала Даша, вставая с места и собираясь уходить, но ее остановила цепкая рука, ухватившая ее за локоть.

        - Подумайте хорошенько, Даша, - нежно прошептал Максимов, от его тона Даше стало очень неприятно, будто в грязь окунули. - Мы еще с вами поговорим!

        И отпустил ее. Как только Дарья оказалась на воле, девушка чуть ли не бегом кинулась в банкетный зал, и только сделав несколько шагов, она обнаружила в своей руке визитку этого Максимова.


***


        Красавчик ехал обратно в ресторан, чтобы забрать Дашу и Женю, и отвезти их в загородный дом Воронова. Виталий сам предложил свои апартаменты для столичной звезды, конечно не представляя, что приглашает вместе с Дикой Орхидеей и Дашу Беляеву. Какая ирония судьбы, Даша будет гостем в доме, который должен был принадлежать ей.

        С этим домом отдельная и даже немного мистическая история. Когда-то на его месте были развалины старого, построенного еще до революции дома. Даше всегда нравилось там проводить время, хотя Жека никогда не мог понять, что же собственно так привлекает девушку в этом пустынном, заброшенном доме. Зная о любви Белоснежки к этим местам, Воронов выкупил этот участок земли и решил реконструировать эту усадьбу. Небольшой коттедж, выполненный в дореволюционном стиле, должен был быть готов аккурат ко дню свадьбы пары и стать свадебным подарком девушке. Но свадьба так и не состоялась, но дом восстановили. Воронов не стал продавать и одно время даже они с Катей пытались в нем жить.

        Вообще в народе об этом доме ходила нехорошая молва. Поговаривали, что в развалинах этого дома бродит призрак хозяйки усадьбы, которая утопилась в пруду около дома более ста лет назад. После этой трагедии в семье владельцев дома стали происходить несчастья с завидной регулярностью и вскоре оставшиеся члены семьи уехали, продав дом. Множество хозяев сменилось у дома, но никто не мог там ужиться, пока после революции дом не было решено снести. Но и тут, как говорят местные жители, вмешалась чертовская сила. Сколько бы бригад не посылали, чтоб разрушить здание, вечно происходили какие-то поломки, травмы. Ломалась техника, рабочим становилось плохо, начиналась буря... Попытки прекратились после того, как один из машинистов скончался от сердечного приступа прямо во время работы. Маска абсолютного ужаса на лице умершего лишь подогрела слухи о проклятье наложенным на это место. После этого дом не тревожили, а жители деревеньки обходили его стороной. Вот только Дарье это место очень нравилось, она словно не чувствовала гнетущей, давящей ауры дома, совершенно непринуждённо чувствуя себя на его территории,
хотя другим это место казалось неуютным и пугающим. Если честно, то и Женя не очень любил находиться в нем, хотя не отличался особой верой в суеверия и не верил во все эти мистические вымыслы, но что-то было в этом доме отталкивающее. Или это последствия того, что Катя чуть не умерла в нем? Жека все еще не мог без содрогания вспоминать то, что произошло полгода назад, когда она и Ворон еще жили там. Сейчас же в доме никто не проживает. За домом постоянно присматривает Нина Петровна, которую нанял Воронов. Женщина смотрит за тем, чтобы дом не обокрали, а еще убирается в нем и готовит его к приезду гостей, когда Виталий распоряжается об этом.

        Вот так сам не зная, что делает, Ворон приютил Дашу в доме, который хотел подарить ей. Злая усмешка исказила красивое лицо Евгения. Его самого трясло от злости. Красавчик в очередной раз пытался поговорить с сестрой, пытался образумить, достучаться до нее, но она предпочитала не слышать его, отгораживаясь каменной стеной отчуждения. Сколько раз он пытался вызвать ее на откровенный разговор? Женя и сам со счета сбился. Катя всегда уходила от темы, уворачиваясь, не желая говорить и слышать. Вот и сегодня она заявила, что слишком устала для серьезных разговоров и скрылась в спальне. После чего Ворон, ничего не говоря, моментально выставил его из квартиры вон.

        Жеку буквально передергивало и трясло от отвращения ко всей этой ситуации. Он ненавидел Ворона. Как же он его ненавидел! Если бы не его проклятый друг, Катя не была в том состоянии, в котором сейчас находилась. Евгений буквально видел, как сестра потухает на его глазах и это доставляло ему нестерпимую боль. Ведь на могиле матери он поклялся, что защитит ее, позаботиться о ней, не даст повторить путь, избранный их матерью. Но сейчас Алексевский не мог ничего сделать, и это доводило его едва ли не до безумия. Он всегда знал, что Воронов был лицемерным, расчетливым, не считающимся ни с чьими чувствами ублюдком, но такого удара от него он не ожидал. Он мог закрывать глаза на отношения Даши и Виталия, так как сам не предпринял никаких попыток ухаживать за ней, хотя видит бог, ему было очень больно наблюдать, как Воронов делает девушку своей, но сестру.... Ведь Воронов знал, как Жека обожал свою сестру. Она была единственным его родным человеком, и всё же Виталий затащил ее к себе в постель. Красавчик всегда знал о довольно грубых предпочтениях друга в постели, но видеть эти синяки на теле у своей
сестры... Жека не мог простить этого другу. И себя не мог простить. Только после слов Даши о том, что когда она их застала пять лет назад, его сестра была связана, он понял, откуда все те синяки, которые он иногда замечал у Кати. Они появлялись довольно редко, и она всегда отговаривалась своей неловкостью и неуклюжестью, отшучивалась или ловко уводила тему в сторону, а он настолько доверял ей, что не заметил очевидных вещей. Идиот!

        Состояние Евгения было близко к безумному. Его всего трусило от злости, гнева и беспомощности. Ему пришлось остановить машину, чтобы не врезаться в какое-нибудь дерево, слишком плохо себя он контролировал. А жить хотелось. Остановив машину на обочине, Красавчик прислонил голову к рулю, будто бы тот мог его успокоить, удержать в бушующем море его чувств. Пальцы намертво вцепились в тот самый руль. И хотя ему хотелось орать и безумствовать, Жека просто молча сидел, ничего не предпринимая и переваривая сегодняшние события. Поведение сестры, отношения с Вороном, всколыхнувшиеся старые чувства к Даше, всё это делало его настолько взрывоопасным, что Жека опасался, что действительно может что-то натворить. Почему его сестра не хочет замечать очевидные вещи? Почему позволяет втаптывать себя в грязь? Ворон не изменится. Никогда. Он унаследовал от своих родителей все их пороки. Воронов такая же шлюха, как и его мать, и такой же моральный урод, как его отец. И если раньше Евгению было наплевать на оба этих факта с высокой колокольни, то теперь... теперь дело касается его сестры, единственного родного
человека. Иногда ему хотелось убить Ворона. Просто хладнокровно зарезать, лишь бы не видеть на лице своей сестры то выражение обреченности.

        А теперь, когда Даша вернулась в их жизнь... Он прекрасно видел тот взгляд, которым Виталий смотрел на Белоснежку, тот прищур. Воронов так смотрел на свои любимые вещи, свою собственность. Он до сих пор считал Беляеву своей. Ну что же, тем больше будет его разочарование, когда он поймет, что Даша больше не его. И никогда не будет его. Девушка просто не простит всего того, что произошло тогда. Да и сам Жека сделает все возможное, чтобы Воронов не смог снова назвать Дашу своей.

        Злая, безумная усмешка исчезла с его лица и уступила гримасе сильно напоминающей оскал хищника, который учуял добычу. Если расчеты Жеки верны, то уже скоро Воронов поймет, что ему больше нет места в жизни Белоснежки, и что Евгений занял его место. Если его расчеты верны, то Воронов сегодня обязательно появится в загородном доме, чтобы поговорить с Дашей. Сегодня вечером они все поговорят. И не только поговорят...

        С этими ободряющими мыслями и чувством предвкушения Евгений завел машину и выехал на дорогу, на встречу с девушкой, которая поможет ему морально уничтожить лучшего друга.

        ГЛАВА 6

        Успокоив Катю и уложив ее спать, Воронов сильно задумался над тем, что сегодня произошло. А подумать было над чем. В его жизнь ослепительным метеором вернулась Дарья Беляева. И не просто вернулась, а устроила целое представление из своего возвращения. Виталий не сомневался, что уже завтра весь местный бомонд будет смаковать довольно пикантную ситуацию. Не то чтобы его волновали местные сплетни, но сегодня он своими глазами увидел насколько изменилась Даша с момента ее ухода. Хотя уходила ли она? Нет... Она всегда была рядом с ним. В нём. Она накрепко засела в его черепной коробке, постоянно посещала его сны и фантазии, не покидала его мысли. Даша текла в его крови, как сладкий яд. Она въелась в него, разъедая изнутри, словно ржавчина металл. Его зачастую называли железным, но ведь и железо имеет свои слабые стороны.

        Убедившись в том, что Катя наконец заснула, Воронов направился в свой кабинет. Сбросив надоевший пиджак и ослабив узел галстука, он открыл сейф и достал довольно объемную папку. Бросив ее на стол, Вит плеснул себе в бокал виски и уселся в кожаное кресло. Отпив глоток горячительного напитка, мужчина почувствовал, как алкоголь прошелся по пищеводу и обосновался в желудке, оказывая своё обжигающее действие. Отставив бокал, он открыл папку. На первой странице красовалось фото, а под ней были сделаны несколько заметок, сделанных корявым почерком. Но не за красивый почерк Воронов платил Дмитрию Лазареву, а за его отменные следовательские качества. Он может и обладал ужасным почерком, но был отменным частным детективом.

        Ворон пробежал глазами по отчету Дмитрия, пытаясь отыскать, хоть на какой-то намек на присутствие Алексеевского в жизни Белоснежки. Но прочитав отчет Лазарева, Вит убедился, что ничего не пропустил в прошлый раз и Жека не появлялся в жизни Даши до прошлой недели. Если бы это произошло раньше, он бы уже об этом знал. Лазарев бы поставил в известность. Значит, они встретились, когда Красавчик ездил в Москву договариваться с агентом Дикой Орхидеи по поводу ее выступления в "Виктории". Но что это? Запланированная встреча? Или простая случайность? Так или иначе, Жека решил взять быка за рога и примерить на себя роль ее любовника.

        У него были досье на каждого предполагаемого воздыхателя Беляевой. Что касается Даши, то в последнее время в ее жизни не происходило чего-то особенного, за исключением того, что она рассталась с этим хмырем из банка. И где она находит таких мудаков? Все как один были моральными уродами. Хотя... ему ли об этом говорить. Сколько раз он порывался поехать в Москву и избить ее очередного ухажера? Сколько раз он словно мазохист изучал фотографии, где она с другими? Виталий словно бы пытался что-то разглядеть в тех фотографиях, где она улыбается другим, где целует не его, где... Нет! Сейчас лучше не думать об этом. Воронов был не в том состоянии, ему успокоиться нужно и обдумать все, а мысли о том, сколько мужчин перебывало в ее постели за последние пять лет, не сделают его спокойным. Скорее наоборот... Лазарев был поистине мастером сыска и слежки, ибо с поразительной регулярностью доставал визуальные свидетельства ее личной жизни, той части ее жизни, о которой ему вообще не следовало знать...

        Ворон еще раз взглянул на отчет, будто бы тот мог ответить ему на вопросы в его голове, которые мельтешили в мозгу, будто рой разъяренных пчел. Но отчет не захотел отвечать на вопросы, и Виталий отшвырнул папку на середину стола, откидываясь на спинку кресла. Отпив остатки виски в своем бокале, он стал размышлять о том, что же заставило Дашу вернуться обратно в город, и какую роль в этом сыграл Жека. Красавчик определенно как-то повлиял на нее, разыграл сегодняшний спектакль, как по нотам. Парня даже не озаботило то, как к этому отнесется его любимая сестра. Евгений сделал всё, чтобы побольнее ущипнуть Ворона. В чём-то Виталий даже понимал своего друга-недруга. Если бы у какого-то урода хватило ума так поступить с его сестрой Лизой, как сам Ворон поступал с Катей, то пожалуй мужчина бы убил урода. Собственными руками разорвал на мелкие кусочки этого гипотетического самоубийцу, и Ворону было бы плевать на все обстоятельства и последствия, он просто сделал бы это. С другой стороны сложившееся положение вещей в какой-то мере забавляло Виталия, он находил смешным тот факт, что Катя сама не хочет
уходить от своего "мучителя", а Жека никак не мог смириться с решением сестры. Он все гадал, насколько хватит Жеки, прежде чем тот, решит действовать. Что ж, похоже, он дождался этого момента. Ворон всегда знал, что Красавчик любил свою сестру. Эгоистичной любовью старшего брата любил. Сколько раз в детстве и юности Женя прикрывал свою сестру от родителей, учителей, сверстников, когда избалованная девочка совершала очередную свою невинную шалость, которая на поверку оказывалась не такой уж невинной. Евгений бесчисленное количество раз брал на себя ответственность за ее проделки. Друг до сих пор считал, что его невинную сестренку надо защищать от всего остального мира.

        За всю свою жизнь Воронов мало кого впускал в свою жизнь, действительно впускал, а не делал вид. Он давно убедился в том, что чем меньше людей в твоем сердце, тем меньше вероятности, что это сердце разнесут в клочья. Правда в последнее время Вит стал сомневаться в том, что у него вообще есть сердце. Так или иначе, только двое были допущены к той части Ворона, о которой никто не знал. И обоих потерял, связавшись с Ведьмой. Вот такой парадокс. Он уже давно не тешил себя иллюзией того, что Жека является его преданным другом. Нет. Виталий прекрасно видел в серых глазах друга еле сдерживаемую ненависть и обиду за сестру. Он больше бы не рискнул своей жизнью, спасая Виталия, а лишь наблюдал бы, как Ворона просто зарезали и пальцем бы не пошевелил, что бы его спасти. Красавчик больше не считал Воронова своим другом. Не после того, что он сделал с его сестрой. Не то чтобы Ворон издевался над Катей, но уважать он ее не мог. Да и не старался этого делать. Он и сам не мог понять, почему всё это время оставался с Ведьмой. После того как Вит исполнил свой план Катя ему была не нужна. Он использовал для
достижения своей цели, и сейчас она была для него бесполезна. Катерина уже давно его раздражала, причем порой его выводили из себя такие мелочи, которые в принципе его не должны волновать. Больше всего его удивляло поведение самой Кати, которая с поразительной стойкостью терпела все его измены, оскорбления, игнорирование. Это было их игрой. Он заставлял ее прогибаться, чувствовать себя никчемной и беспомощной и ждал. Ждал когда же она наконец бросит его, оставив свои нелепые надежды перевоспитать его. Но Алексеевская молча проглатывала все издевательства. Не то, чтобы он физически избивал ее. Нет. Лишь однажды он ударил ее. И тогда дело заканчивалось без видимых травм для нее. Виталий не видел смысла еще и физически измываться над совершенно беспомощным человеком. Конечно, были еще и их постельные игры, где он делал с ней все что хотел, где полностью мог раскрыть все свои пороки, не боясь, что это повернут против него. Секс был единственной вещью, которая выплескивала все ту темную энергию, которая скапливалась в нем. Секс, как способ укрощения его внутреннего зверя. И Катерина с самого начала приняла
правила игры, и даже получала удовольствия от их игр. Так что эту часть отношений с Катей он не брал в расчет, хотя без сомнения этот аспект имел наиболее сильное влияние на их странные отношения. Но больше всего его в ней удивляло то, с каким упорством Катя игнорирует тот факт, что в его жизни она ничего не значит. Иногда в его голову закрадывались мысли, что все ее рвение привязать его к себе было не из мнимой любви к нему, а из страсти к его деньгам. А их Катерина обожала. Но Вит знал, что не всё так просто. Катя действительно что-то к нему чувствовала. И это одновременно расстраивало его и заставляло проверять ее непонятное чувство на стойкость, пытаясь искоренить его в ней, задушить в корне. Порой его развлекали все те ухищрения, к которым она прибегала, чтобы удержать его или заставить сделать что-то. Было смешно и одновременно грустно наблюдать, как она пытается ему лгать, ведь он ее читал как раскрытую книгу. Ведьма даже обращалась к местным ведьмам, чтобы те приворожили его к ней. Воронов очень долго смеялся, когда узнал об этом. Смех смехом, но ей всё же удалось заставить сделать то, чего он
не собирался. А именно жениться. Ворон вообще не хотел жениться ни сейчас, ни когда-либо в будущем. Но уже меньше чем через месяц он удостоится гордого носителя звания "муж". И всё из-за его ребенка. Дочери.

        Первой реакцией на новость, что Катя беременна от него, было отторжение и гнев. Еще, пожалуй, недоверие. В его голове никак не могла уложиться мысль о том, что он вскоре станет отцом. Гнев был направлен на Катю, которая опять заставила его потерять контроль над ситуацией. Он даже думал на следующее же утро отвести ее в больницу, где бы ей сделали аборт. Но что-то его всё-таки остановило. Воронов часто задумывался над причинами того, почему всё же разрешил Кате рожать этого ребенка. Что-то глубоко внутри воспротивилось умерщвлению еще не родившегося ребенка, и это непонятное чувство, взявшееся неизвестно откуда, усмирило и гнев, и гордыню, заставляя привыкнуть к мысли, что он всё-таки станет отцом. А решение о свадьбе же в его глазах было логичным. Никто и никогда не сможет назвать его ребенка ублюдком...

        В памяти невольно всплыли старые, почти забытые воспоминания из детства. Непристойный пьяный крик, хлесткая пощечина, привкус крови на губах, запах дешевого табака... Виталий со всей силы надавил пальцами на виски, словно пытаясь выдавить оттуда воспоминания, от которых он никогда не сможет избавиться. Воспоминания, которые до сих портят ему жизнь, напоминая ему какое он ничтожество. Но выдавить их не удалось. Никогда не удавалось. Эти воспоминания засели настолько глубоко, что вытащить их из головы можно было лишь вместе с серым веществом.

        Чтобы хоть как-то сосредоточиться на настоящем, Виталий посмотрел во всё еще открытую папку, где ему на фотографии улыбалась Даша. Улыбалась так открыто и лучисто, вот только глаза... они уже не блестели так как раньше. И Ворон прекрасно сознавал, что вина во многом лежит на нем. Не стоило ему тогда заводить с ней роман. Ведь знал же, что Дарья достойна более нормального мужчины, чем он. Она заслуживала верного, доброго и благородного мужчину, а не такого эгоистического, беспринципного ублюдка, как он. Но девушка манила его к себе, как горячий, гостеприимный очаг усталого путника, и он в свойственной ему манере решил взять то, что так сильно желал, не ведая каким образом изменит ее и свою жизни. И самое страшное, что будь у него возможность что-то изменить, то Виталий не стал бы ничего менять. Слишком дороги ему те моменты, когда он был с Дашей. Единственное что он бы изменил... он бы не допустил того, чтобы Катя толкнула Белоснежку под машину. Лучше уж самому под автобус прыгнуть. Всю ту боль, которую пережила Даша, Воронов взял бы на себя и сделал бы это с улыбкой на лице, потому что знал бы,
что она здорова и жива. А что до факта его измены. Рано или поздно это бы произошло. Рано или поздно бы он сорвался. Ведь там где нет доверия, не может быть и отношений. Но лишаться Даши Ворон не хотел, а ведь должен был отпустить. Но думать и сделать это совершенно разные вещи.

        Катя. Она стала знаковой фигурой в его судьбе. В какой-то мере из-за нее он лишился двух людей, которыми дорожил больше всего в своей жизни. Затащив в постель сестру своего друга, Вит обрек их дружбу. Спасая Жеку и себя от тюряги, он лишил себя шанса быть счастливым. Виталий всегда знал, что значит Катя для его друга детства. Но Воронов воспользовался ей, поступая так, как делал всегда, просто взял то, что ему было необходимо на тот момент. Да она сама напросилась. Да Катя практически заставила его действовать, используя ее, как инструмент для уничтожения своих врагов. Только этим самым Вит перечеркнул долгие годы дружбы.

        Евгений знал о Вороне многое, знал то, что других бы заставило содрогнуться, но никогда не осуждал его, всегда принимал его таким, каким он был - везучим лицемерным ублюдком. Вот Воронов и поступил как лицемерный ублюдок, превратив сестру друга в сексуальную игрушку. Виталий не мог и не сможет никогда измениться, хотя он и пытался. Мужчина никогда не сможет стать примерным семьянином, нежным мужем, человеком с кучей никому ненужных принципов. И даже зная об этом сейчас, он никогда бы не отказался от того времени проведенного вместе Дашей. И Ворон прекрасно понимал, что участь терпеливой жены, ждущей своего мужа-кобеля дома вместе с оравой детишек не для Белоснежки. Она достойна лучшего. Намного большего. Виталий должен был отпустить ее еще тогда, до того как лег с Катей в одну постель. Тогда, когда Даша поставила свою дружбу с Катериной выше своих отношений с ним. Вит понял это, только поздно. Поэтому и отпустил. Или сделал вид, что опустил. Не суть важно. Важно, что Даша снова появилась в его жизни, всколыхнув весь этот спектр чувств, испытываемых им по отношению к ней. Заставив ревновать,
бесноваться. Заставив сомневаться, а отпускал ли он ее вообще. Потому что в его мыслях она до сих пор принадлежала ему одному.

        Ревность подобно кислоте разъедала его изнутри, заставив наброситься на друга с кулаками. Уже давно он не терял контроля над собой. Очень давно. Ворон всегда знал, что друг не равнодушен к Даше, но раньше он был уверен, что девушка никогда не будет воспринимать Жеку в сексуальном ключе... А был ли он уверен? Или пытался себя убедить? Виталий же организовал Евгению эту работу за границей, подальше от Беляевой, прекрасно сознавая, что друг не откажется от такого предложения. Слишком уж хорошим друзьями были эти двое, иногда их дружба заставляла Ворона чувствовать себя лишним. И это ему совсем не нравилось.

        А теперь Жеке ни что не мешает занять вакантное место в сердце девушки. И это обстоятельство заводило Ворона еще сильнее, ведь он не мог, не имел права никак помешать сопернику. Да и Даша сегодня вела себя так, будто они с Женей являются чем-то большим нежели друзья. И этот факт засел глубоко, будто заноза в мозгу, причиняя адскую боль. А когда ему было больно, Воронов всегда злился.

        Поэтому и выставил Красавчика из квартиры сразу же, как представилась такая возможность, потому что был слишком велик соблазн просто убить друга, и этим самым свести к нулю все вероятности того, что Жека станет чем-то большим для Даши.

        От всех этих мыслей гнев снова стал просачиваться из него, пробегая будоражащим током по его нервам. Рука сама по себе сжала ни в чем не повинный стакан и со всей силы запустила его в стену. Звон разбитого стекла немного отрезвил Ворона. Прежде чем решать, как действовать, нужно точно узнать, что тут происходит. А это узнать он может только у одного человека. Настало время поговорить с Дашей тет-а-тет.


***


        Даше так и не дали напиться. Стоило девушке убежать от Максимова, ее сразу же поймала Женя и уже никуда от себя не отпускала в течение всего оставшегося вечера. Стоило Дарье подумать над тем, каким способом ускользнуть от подруги, так Женя сразу же занимала её, вовлекая в разговор с очередным гостем. Каждый из присутствующих прямо таки стремился завести знакомство с Дикой Орхидеей. Зная, как Вавилова не любит всеобщее внимание, Даша со вздохом признала, что бросить подругу на растерзание "стервятникам" не может. Не то, чтобы подруга не могла за себя постоять, но одна против толпы жаждущих отщипнуть кусочек от звезды... В общем, это было бы смешно, если бы не было так грустно. Евгения часто жаловалась, что именно эта часть своей работы ее раздражает и выматывает сильнее всего, но смиренно признавала, что это часть ее жизни и продолжала улыбаться каждому в череде желающих поглядеть на звезду. Сама Дарья часто сопровождала Женю на различного рода мероприятиях, просто присматривая за ней, потому что, не смотря на весь свой бойкий и яркий характер, Дикая Орхидея обладала нежной сердцевиной. Но в этот
вечер Беляева уже несколько раз порывалась скрыться в каком-нибудь темном уголке и уединиться со всеми этими беспорядочными мыслями в своей голове. Но Женя, словно чувствуя состояние подруги, не отпускала ее, используя самые пустяковые предлоги. Сегодня она просто осаждала просьбами Дашу, то поправить макияж, то прическу, то платье. А учитывая, что Евгения никогда не была особенно помешана на своей внешности, то Дарья поняла, что девушка просто не хочет выпускать ее из поля зрения. Казалось, что Евгения что-то знает и опасается, что Даша что-нибудь учудит, вот и старается всеми силами отвлечь подругу.

        Сама Беляева всю эту ситуацию как бы наблюдала со стороны, она отвечала на вопросы, разговаривала, смеялась, шутила, но мысли ее плавали где-то очень далеко. Ошеломляющее начало вечера полностью затмило собой весь остаток вечера. В голове была какая-то мешанина из обрывков воспоминаний, раздумий и планов. Всё это сливалось в какую-то непонятную массу мыслей, которые начинали давить на нее, вызывая жуткую головную боль. На нее напала апатия, казалось, что она вообще ничего не чувствует. Дарья понимала, что это последствия нервного перенапряжения, просто организм пытается подавить все негативные эмоции, у нее был обычный шок. Все эти американские горки довели ее до состояния полного вакуума. Сейчас ей хотелось одного - просто уйти отсюда, закрыться в какой-нибудь маленькой комнатке и заснуть крепким сном без сновидений, но Даша тщательно играла роль светской львицы, демонстрируя полное игнорирование любопытных взглядов, направленных в ее сторону. Ей даже начало казаться, что ее рассматривают едва ли больше Дикой Орхидеи и это ее серьезно напрягало. И хотя Беляева умело прикрывалась высокомерной
маской, всё внутри нее скручивалось в тугую спираль, казалось еще чуть-чуть и защитный кокон, которым она себя окружила, разлетится вдребезги, и Даша всё-таки сделает какую-нибудь глупость. Например, опрокинет фужер с красным вином на идеально выглаженную белоснежную рубашку Максимова. Зелёные глаза мужчины неотступно следили за ней на протяжении всего праздника, добавляя напряженности в итак напряженное душевное состояние Даши. После их крайне странного разговора Даша ощущала себя не в своей тарелке, создавалось впечатление, что на нее открыли охоту. Крайне не приятное ощущение, кстати сказать. Девушка кожей ощущала тяжелый, изучающий взгляд Беса, он словно бы высматривал ее уязвимые места, слабые точки, на которые потом сможет надавить. Видно мужчина решил, что может ее эффективно использовать в борьбе с Вороновым. Причём Даша не могла взять в толк, каким образом он хочет ее использовать. Беляева больше не была ни невестой Воронова, ни его возлюбленной. Она уже давно ничего не значит для Виталия, он это продемонстрировал крайне однозначно, отказавшись от нее в самый трудный момент ее жизни. Все
сведения, которыми Даша обладала, были застарелыми, ведь информация о нынешнем Воронове у нее была лишь отрывочная. Неужели Максимов хочет, чтобы она добывала для него информацию? Тогда он и здесь просчитался. Виталий никогда не открывает полностью все свои планы, а те люди, которые ему необходимы для осуществления его идей, знают лишь краткий необходимый для работы набор информации. Именно его скрытность и осторожность гарантировали ему успех в бизнесе. Его было трудно подставить или просчитать, так как никто не знал его конечную цель, и какие козыри он скрывает в своем рукаве. Зачастую люди даже не подозревают, что играют на руку Виталию, действуют по его плану и узнают об этом только потом, когда нужная роль уже сыграна. Ворон был великолепным манипулятором и отлично умел блефовать. И Беляевой было до смерти обидно, ведь она была одной из его марионеток. Вит всегда знал все ее реакции. Порой Дарье казалось, что Воронов читает её мысли, инстинктивно Виталий угадывал ее настроение, зачастую девушке казалось, что их связь имеет какие-то мистические оттенки, ведь Воронов всегда знал, что сказать и
сделать, чтобы поддержать и утешить, вселить в нее веру и... заставить делать то, что ему было необходимо. При этом он сам для нее всегда оставался загадкой. Даша никогда не знала его полностью, зачастую ей казалось, что Ворон ей не доверяет, так как Беляева не знала ничего о его деятельности, кроме сухих фактов. Девушка очень часто бесилась из-за этого факта, но сейчас почувствовала благодарность. В данный момент, Даша поняла, что это было необходимо. Конечно, Воронов это делал не из-за доброты душевной, но, тем не менее, этим он оградил ее от давления местных криминальных элементов и просто конкурентов по бизнесу. Ей совсем не хотелось быть похищенной ради информации об очередной задумке Виталия. В свое время ее бывший перешел дорогу многим довольно предприимчивым и ушлым дельцам, включая мелких местных рекетиров. После того, как "Виват" стал ресторанным лицом города, были проведены чистки в прилегающих к ресторану районах, в результате которых было засажено множество мелких дельцов. Не надо быть гением, чтобы догадаться по чьей наводке действовали правоохранительные органы. Надо отметить, что до
того, как здесь появился "Виват", райончик входил в число самых опасных районов города, а после стал вполне респектабельным и обзавелся парочкой элитных заведений. Что касается Максимова, то поговаривали, что он был в довольно дружеских отношениях с костяком той самой криминальной части района. Возможно, он даже был в доле.

        Даша не была наивной и прекрасно отдавала себе отчет в том, что она не знала и сотой доли информации о том, что в действительности происходило в те годы, когда происходил дележ территории. Но вполне могла предположить, что у Ворона есть завязки в самых верхах города, иначе бы "Виват" никогда бы не добился такого высокого статуса. Просто не дали бы. Задавили бы. Даша до сих пор с содроганием вспоминала тот день, когда "Виват" спалили до тла. Помнила, как Воронову было трудно восстановить свое детище из пепла, как катастрофически не хватало денег. Даше даже пришлось продать квартиру, которая досталась ей от матери. Эта мысль вызвала горькую усмешку. Какой глупышкой она была! В то время Дарья ради любимого была готова на всё, вот только такая отдача была не нужна ему. Виталий благосклонно принимал всё, что давала ему девушка, но ценил свои сексуальные эскапады куда больше самой Даши.

        От всех этих умозаключений и воспоминаний Беляевой стало еще хуже. Словно в отчаянии, она схватила фужер с каким-то спиртным напитком с подноса мимо проходящего официанта и осушила его в два глотка.

        - Даш, тебе жарко? - полюбопытствовала рядом стоящая Женя. Девушка всем своим видом показывала открытость и веселость, вот только карие глаза подруги внимательно следили за Дашей.

        Беляева выругалась сквозь зубы. Ей уже порядком надоело, что все за ней наблюдают и следят!

        - Так понятно, - пробормотала Евгения и уже более громким голосом объявила: - Дашенька, а пойдем-ка в уборную. Мне носик припудрить надо!

        Сила, с которой Вавилова стиснула руку Даши, была потрясающей. Дарья никогда не подозревала, что в таком маленьком и элегантном теле столько грубой силы. А Дикая Орхидея тем временем буквально волокла подругу к выходу, а потом и к уборной, а Беляева послушно следовала за ней. Наконец, Женя затолкнула Беляеву в дамский туалет. Даша ожидающе наблюдала за подругой, пока та закрывала дверь на щеколду, а потом медленно обернулась и в упор посмотрела на неё.

        - Выкладывай, - заявила она безапелляционным тоном, заставив Дашу поёжиться. Выражение лица у Евгении было уж очень упрямым, и Дарья поняла, что ей не отвертеться. Но попытаться всё же стоило.

        - Что именно? - Даша начала разыгрывать из себя ничего не знающую девицу. Даже ресницами похлопала. Для убедительности. Правда, это не очень-то помогло. Подругу эти усилия не убедили, скорее наоборот. Женя стала надвигаться на Дашу, вперив в нее нахмуренный взгляд. Беляева даже попятилась немного, уж очень непривычно было видеть Евгению в амплуа дознавателя.

        - Даша, не разыгрывай тут из себя невинную девственницу в брачную ночь, которой не объяснили, что с ней сделает новоявленный муж! Я совершенно не в курсе, что тут происходит, зато просто кожей чувствую то напряжение, которое весит в зале. Что тебя связывает с этим Вороновым?

        - С чего ты решила, что меня с ним что-то связывает? - потухшим голосом спросила Дарья, отворачиваясь к умывальнику.

        - Даша, я не слепая, не глухая, да и глупостью я никогда не отличалась. А еще одна настырная бабенка мне успела поведать, что ты чуть не вышла замуж за Воронова, а Катя раньше была твоей лучшей подругой. Это правда? - со свойственной ей прямотой, Евгения сразу задала волнующие ее вопросы. Прямота всегда была той чертой, которая больше всего нравилась Дарье в подруге. Правда сейчас эта черта в один миг стала очень раздражающей.

        Беляева включила холодную воду и плеснула ею себе в лицо, смиряясь с тем фактом, что Жене всё придется рассказать. Даша хотела рассказать правду о своем прошлом еще пять дней назад, когда она только встретила Красавчика, но не сделала этого. Не смогла. Ей почему-то было стыдно. И страшно. Страшно, что когда она всё расскажет своей единственной подруге всю правду, та не поймет ее, осудит ее желание мстить. Или еще хуже, начнет считать ее жалкой. Дарья, по сути, не хотела врать своей единственной подруге, поэтому не стала лукавить или пытаться увернутся от ответа. Она начала просто рассказывать. Сначала монотонно и сухо, но потом слова полились рекой, наполненной болью, отчаянием, несбывшимися надеждами. Рассказала практически всё, за исключением пары фактов, по мнению Даши не имеющих никакого значения. Пораженная Евгения внимательно слушала, не перебивая, давая высказаться. А Дарья всё говорила и говорила, выплескивая накипевшие за сегодня эмоции и горечь, которая за прошедшие годы никуда не делась. Скорее наоборот, она обосновалась глубоко внутри, стала не объемлемой частью ее сути. И эта
невысказанная горечь ширилась внутри, не давая дышать, заставляя задыхаться, давя на Дашу непомерной силой, заставляя ее искать спасения в мести.

        Обе так были поглощены воспоминаниями, рассказываемыми Беляевой, что ни одна из них не обратила внимания на назойливый стук в дверь, не заметили они и того когда именно уселись на холодный кафель, не замеченными были и слезы, которыми захлебывались обе девушки, чуть ли не рыдая в голос. И было уже плевать на макияж, который растёкся; и на прически, которые растрепались; и на платья, которые помялись.

        Закончив свою печальную историю, Даша поняла, что ревет. Ревет так, как не ревела со дня смерти своей матери. Женя сидела рядом с ней и обнимала за плечи. И тоже плакала.

        - Вот такие дела, Орхидея. Я здесь, чтобы хоть как-то примириться с прошлым. Отомстить и отпустить. Вот такой примерно мой план на ближайшее будущее, - поделилась Даша, пытаясь остановить непрекращающиеся слезы.

        - Ты уверена, что это верное решение? - с сомнением спросила Женя. - Я думаю, ты сделаешь себе только хуже. Тебе нужно отпустить прошлое, иначе оно тебя поглотит.

        - Я пыталась! - вырвалась из объятий Жени Белоснежка и раздраженно отбросила выбившую прядь волос. - Я эти долбанные пять лет пыталась! Я не могу забыть, а тем более простить. Не могу! Я заслужила реванш. У меня есть на него право!

        - Безусловно имеешь, - быстро проговорила Женя, пытаясь успокоить разбушевавшуюся подругу. - Но я думаю, они сами себя накажут, рано или поздно. Это только вопрос времени. Возможно, уже наказаны. Своей ущербностью!

        Тут Даша рассмеялась. Хрипло. С надрывом.

        - Женя, так я ведь тоже ущербна! Я моральный инвалид. Они сделали меня такой, просто не способной на нормальную жизнь, на нормальные человеческие эмоции, - хрипло прошептала Даша, будто бы задыхаясь, от своего бессилия что-либо изменить. - Я не могу стать прежней. Пыталась. И не раз. И всегда утыкалась носом с простую правду - я стала не способна на нормальное существование и на нормальные отношения. Я каждый божий день ожидаю какой-нибудь подставы. Каждого нового знакомого я оцениваю на степень вероятности того, что он меня подставит. Это не нормально и я это прекрасно понимаю. Самое нормальное в моей жизни это ты! И то, если бы не твое потрясающее упрямство, иногда доходящее до отупения, и тебя бы не было! Я бы тебя оттолкнула сама.

        - Ну, если я что-то удумаю, меня трудно остановить, - усмехнулась Женя, подымаясь на ноги. - По крайней мере, я теперь понимаю, почему у тебя никогда не было подруг и вообще хороших знакомых.

        - У меня их и нет, есть ты и, пожалуй, Лера. А ведь раньше я была общительной. Я иногда так скучаю по самой себе. Той прошлой, которая была уверена, что она всё сможет, всё переживет. А сейчас я порой думаю, что у меня шизофрения или мания преследования. Не раз и не два мне казалось, будто бы за мной следят...

        Исповедь Даши прервал звонок телефона. Имперский марш взорвал пространство, и на фоне тяжести разговора музыка показалась еще более угрожающей и эпичной. Настолько, что обе девушки вздрогнули.

        Даша вытерла мокрые щеки ладонями и посмотрела на экран телефона.

        - Это Жека, - пояснила Дарья и ответила на звонок.

        Услышав голос Даши, Красавчик начал буквально орать на нее:

        - Где ты? Я тебя по всему ресторану ищу! Никто не видел, куда ты подевалась! И твоей подруги нигде нет!

        - Успокойся, - попросила Даша, но парень словно не услышал и продолжил высказывать Даше, всё что он думает по поводу ее пропажи. Девушка ожидала пару минут, когда поток слов Жеки пойдет на спад, но этого не случилось. Вспылив, она повысила голос: - Жека, заткнись! Не ори на меня! Я тебе не твоя сестра, которой ты можешь помыкать. Я такое отношение терпеть не стану! Это во-первых. Во-вторых, никуда мы из ресторана не делись. В туалете сидим. Мне стало плохо, и Женя меня отвела сюда, где я и рыгала последние полчаса! Или бы ты предпочел, чтобы я это сделала в банкетном зале?!!!

        Воцарилось неловкое молчание, которое прервала Женя, одобрительно хмыкнув.

        - Ты в порядке? - наконец спросил Красавчик.

        - Уже да, - поубавила свой тон Даша и продолжила говорить нормальным голосом, - но я не в том виде, чтобы появляться на публике. Да и Женя тоже. Мы конечно можем это сделать, только парочку человек с расшатанной психикой точно увезут в больницу с сердечным приступом. Думаю, такая реклама Воронову не нужна.

        - Хорошо, - буркнул Жека, - будьте там. Я сейчас приду и выведу через черный ход.

        - Нет, - возразила Даша, чисто из вредности, не любила она, когда на нее беспричинно орут, - ты подгонишь свою машину к черному ходу, а мы с Женей сами спустимся. Если ты помнишь, я работала в этом ресторане и помню все входы и выходы.

        - Ладно, - согласился Алексеевский, - но если вы не появитесь через пять минут, я пойду за вами!

        - Звучит угрожающе, - пробормотала Даша себе под нос.

        - Ты что-то сказала? - милым голосом поинтересовался Жека, который видно обладал прекрасным слухом и всё услышал.

        - Это я не тебе, - таким же милым голосом ответила Даша.

        - Ну, тогда встретимся внизу, - фыркнул Евгений и отключился.

        Даша недоуменно посмотрела на телефонную трубку, потом перевела взгляд на подругу.

        - Какой-то он нервный, не находишь? - поделилась своим наблюдением Беляева.

        - Милая, а ведь это только начало ваших отношений, - хихикнула Женя. - Что же дальше будет?

        Даша тоже хихикнула. Нервно.

        - Если он, конечно, выдержит меня и мой характер и это "дальше" будет, - растерянно сказала она, так и не поняв, пошутила ли, или правду сказала.

        Жека, как они и договаривались, встретил их у черного входа, и ему даже не пришлось подниматься за ними в ресторан. Девушки и сами прекрасно справились с задачей и незаметно прошмыгнули из здания. Хотя совсем незамеченными уйти им не удалось, но помощница повара тетя Варя никогда не отличалась болтливостью, так что Даша оставалась спокойна.

        Когда подруги вышли из ресторана, Евгений окинул их внимательным взглядом, словно выискивая следы мнимого похищения. А может следы вранья. Кто его знает! Но Даша прекрасно знала, что сейчас вполне подходит под описание жертвы алкогольного отравления. Слишком уж помятой она выглядела. Девушки сели на заднее сидение машины, чувствуя на себе тяжелый взгляд Красавчика. Евгения даже как-то поежилась и как-то испуганно вздрогнула. Отчего Дарья так и не поняла, потому что была занята, пытаясь сесть в машину и при этом не свалиться на землю. Эти ужасные шпильки, алкоголь и расстроенные чувства вполне могли стать причиной занимательного полета девушки на землю. Так что ей не удалось толком разглядеть, что же послужило причиной растерянности подруги, но уточнять не стала, потому что Женя быстро пришла в себя и слабо улыбнулась Даше. Наверное, что-то не значительное.

        - Как ты? - спросил Евгений, оборачиваясь и рассматривая в сумраке машины совсем непрезентабельный вид девушек.

        - Жить буду, - твердо ответила Даша. - Будет мне урок. Не стоит баловаться шампанским на голодный желудок!

        Алексеевский еще пару секунд смотрел на нее, потом как-то странно встряхнул головой и перевел взгляд на Женю. Но ничего не сказал, после чего отвернулся, чтобы завести машину.

        - Вези нас в гостиницу, - приказала Дарья, - нам необходима теплая и удобная постель, чтобы поспать!

        Орхидея согласно угукнула, отвернувшись к окну.

        - У меня есть идея получше, - заявил Красавчик, выезжая со стоянки.

        Получше, так получше. Даша сейчас не была настроена на разговоры, поэтому просто откинула дико болевшую голову на подголовник. Прикрыв глаза, она дала своим мыслям уплыть куда-то далеко, далеко отсюда, от этого города, от этих людей... Возможно девушка даже задремала, но когда машина подскочила на какой-то особо выдающейся кочке, Даша резко открыла глаза, вырываясь из мягкого, липкого плена своих мыслей. Она огляделась, растерянно озираясь. Они явно были не в городе, и дорога была явно не городская. Ей понадобилось пару минут, чтобы вспомнить эту дорогу. Дарья нахмурилась еще сильней. Зачем им собственно ехать в Заречный? Она отлично помнила поселок, и очень там любила отдыхать, но сейчас ей бы по вкусу больше пришлась какая-нибудь небольшая гостиница в городе. Она не хотела ехать в поселок. Там слишком много напоминало о прошлом.

        - И куда это мы едим? - спросила Даша, потрепав Жеку за плечо.

        - О, ты уже проснулась, спящая красавица! - тепло улыбнулся Красавчик.

        - А я-то думала, что ты ее Белоснежкой зовешь, - пробормотала Женя, кутаясь в палантин. - Решил всех диснеевских героинь перебрать?

        Так, что тут произошло, пока она спала? Почему Орхидея такая раздраженная? Даша уже хотела спросить об этом подругу, но ее перебил Жека.

        - В загородный дом, - ответил он, сверкнув непонятной улыбкой. Эта улыбка уж очень не понравилась Беляевой. И состояние подруги ей не нравилось. Женя ей сейчас напоминала рассерженного ежика.

        - Опа! - воскликнула Орхидея. - У тебя есть загородный дом? Неужели ты настолько богат?

        - Это не мой, - напряженно ответил Евгений, и у Даши появилось очень не хорошее предчувствие насчет того, кто является хозяином дома. Очень-очень не хорошее предчувствие. И чем больше Дарья думала, тем больше понимала, что знает кто владелец таинственного дома.

        - Только не говори, - медленно, с расстановкой проговорила Даша, - что едем к Воронову?!

        - Именно, - ответил Жека с напускной легкостью, - он предложил свои апартаменты для Дикой Орхидеи.

        Сердце Даши на миг остановилось, а потом забилось с удвоенной силой. Где-то в груди стала зарождаться беспричинная паника.

        - Как это... - Женя остановилась на полуслове, пытаясь подобрать подходящее, - мило...

        Орхидея обеспокоенно смотрела на подругу. А Даша уставилась в лобовое стекло, пытаясь заставить себя дышать. Отчего-то мысль о том, что она будет жить в доме у Ворона, заставило скрутиться все внутренности в едином спазме страха. Беляева не хочет туда! Она не хочет в дом Воронова! Ее начало мелко трясти.

        - Женя, остановись, - тихо произнесла она, онемевшими губами.

        Мужчина непонимающе обернулся через плечо, но убедившись, что Дашу не тошнит, продолжил вести машину.

        - Зачем?

        - Просто остановись, - заявила Дарья. Ей нужно было на свежий воздух. Ей нужно выйти! Срочно нужно выйти!

        - Жека, остановись! - заорала она, ударив со всей силы в спинку водительского кресла. - Останови эту долбанную машину!

        Этот эмоциональный всплеск возымел свое действие и Жека испугался за Дашу. Мужчина послушался и остановил машину. Как только машина остановилась, Даша выскочила из нее, как ошпаренная, отчаянно хватая ртом воздух. Но легкие отказывались работать, и девушка начала задыхаться. Словно какая-то дымка обреченности и предопределения опустилась на ее плечи и давила на нее. Мысль о том, что ей не следует туда ехать, охватила ее, не давая трезвой логике взять верх. Даша просто чувствовала. И ей было страшно. Страшно перед будущим, которое случится если девушка туда поедет. Это было не нормально. Это был бред. И сейчас Беляева первая бы сказала, что ведет себя, как истеричка! Но остановить этот приступ паники не могла! Тело просто отказывалось повиноваться ей. От мысли, что ей придется жить под одной крышей с Вороном и Катей, делалось гадко, плохо. Даша не хотела этого! Не желала видеть счастливые будни будущей семейки! Не желала спасть в соседней комнате, зная, что происходит в хозяйской спальне! Она этого просто не вынесет! Она не готова к этому! Не готова!

        - Даша, с тобой всё в порядке? - спросил Красавчик, выскочивший вслед за ней. Он стоял рядом с ней, но не решался подойти.

        - Я не желаю жить с ними! - заявила Даша, а потом как-то беззащитно добавила: - Не требуй этого от меня! Пожалуйста!

        Евгений вплотную подошел к ней, и нежно взял в свои руки ее лицо, заглядывая ей в глаза уверенным, спокойным взглядом.

        - Этого не будет, Даш, - нежно произнес он. - Они живут в городе, а мы едим в их загородный дом, которым они почти не пользуются.

        Даше показалось, что он хотел сказать что-то еще, но потом передумал. Неконтролируемая дрожь прошла по ее телу. Девушка понимала, что ведет себя не осмотрительно, что ее реакции выдают ее с головой, но просто не могла ничего с собой поделать, настолько сильным было облегчение.

        Видимо почувствовав ее уязвимость, Жека обнял ее, желая поддержать, но этот жест заставил Дарью напрячься. Она застыла ледяной скульптурой в его руках, не понимая реакцию своего тела. Не понимая своего внутреннего напряжения, будто бы прикосновение Жени было... вторжением, чем-то, что может ей сделать хуже.

        Даша бредила. Только так она могла объяснить происходящее, но внутренние струны натянулись в ожидании чего-то плохого. Девушка покрепче закрыла глаза и вцепилась в Женю. Ну, вот опять ее вечное странное умение видеть в знакомых потенциальных предателей. Женя ее не предаст. Он хороший! Алексеевский не будет играть ее чувствами, чтобы воткнуть ей в нож спину! Ему можно доверять! Но что-то внутри не давало ей до конца поверить в это. Что-то скептически хмыкало и приказывало ей оставаться на стороже. Даша усилием воли приказала заткнуться навязчивому голосу и расслабилась в руках Красавчика. Она здесь, чтобы начать новую жизнь! И Беляева это и будет делать! Для начала надо научиться доверять людям! А что до ее необоснованных подозрений... Сегодняшний день был очень насыщенным, неудивительно, что ее разум начал потихоньку сходить с ума. Она просто устала. Но внутреннее напряжение и не думало утихать, но Дарья предпочла не замечать этого и позволила мужчине усадить себя в машину.

        Оставшуюся часть пути они проделали в полной тишине. Евгения ничего ей не сказала, лишь взяла руку Даши и сжала ее, молчаливо оказывая моральную поддержку. Каждый думал о своем. Беляева отметила для себя, что тишина и молчание стали характерны для ее жизни. Несмотря на ее работу, в личной жизни и в общении с близкими, она очень часто молчала, закрываясь от окружающих. Девушка редко говорила о наболевшем, да и людей, которым она действительно доверяла, было не так уж и много. А болтать о пустяках она не любила, так что тишина и молчание стали ее закадычными подружками.

        - Ого! Красивый домик у этого вашего Ворона, однако! - первой нарушила тишину в салоне автомобиля Женя, уже когда они подъехали к дому.

        Даша мысленно согласилась с подругой. Двухэтажная конструкция была выполнена в гибкой, плавной манере. Большие арочные окна и колоны придавали апартаментам налет богемности, а спокойные коричнево-бежевые тона органично вписывались в окружающий немного диковатый пейзаж. Мягкость линий совмещалась с простотой исполнения, но в кажущейся простоте явно выделялось богатство этого дома. Дом находился на окраине поселка. Очень близко к лесу и мелкой речушке, пробегающей через лес. Тут до Даши дошло, где именно стоит этот дом.

        - Он построил его на месте развалин? - даже для самой Даши ее голос отдавал удивлением и недоумением.

        - Да, - ответил Жека, выключая двигатель и отстегивая ремень безопасности. - Он собирался подарить тебе этот дом после вашей свадьбы.

        Даша скрипнула зубами. Вот же...!

        - Какой щедрый! - негодующе фыркнула Женя. - Лучше бы своего дружка держал в штанах и не зарился на подруг своей невесты! Что? Я ведь правду говорю!

        Даша улыбнулась. Орхидея как всегда парой слов могла рассмешить ее. Ее легкая на подъем подружка всегда знала, как успокоить ее.

        - Она знает? - спросил Красавчик, кивая головой в сторону Орхидеи, но Даша даже ответить не успела.

        - У нее между прочим имя есть! - сварливым тоном проинформировала Женя Жеку, - и да я в курсе прошлых событий и того, что ваш Ворон на самом деле просто похотливый кобель и моральный урод, а твоя сестра..., - тут девушка запнулась, видимо наконец увидев мимические знаки, которые ей посылала Даша, и сообразила, что применение слова "стерва" не совсем уместно, поэтому чуть смягчила выражение, - ... девушка, которая не остановится не перед чем, даже свою подругу под машину толкнет!

        Тут Беляева подумала, что дипломатия, увы, не вотчина ее подруги.

        - Жень, я хочу в душ, - заявила Даша, не очень удачно изменяя тему разговора, прекрасно понимая, что у Жеки после высказывания подруги наверняка остался осадок. До этого момента Дарья вполне удачно обходила эту щекотливую тему стороной. - Мы за сегодня так сильно устали!

        - Прекрасная мысль! Полностью поддерживаю! - заявила Женя, полностью игнорируя напряженность зависшую в воздухе.

        - Так чего вы ждете? - через некоторое мгновение улыбнулся Жека, видно решив, что не стоит сейчас начинать спор. - Давно бы подняли свои великолепные попки и в дом прошли!

        Он перевел все в шутку, но Даша печенкой чувствовала, что это еще не всё.

        Гораздо позже Дарья сидела на кухне огромного дома и пила горячий чай. На часах уже было полвторого ночи, но девушке не спалось. Бессонница часто приходила к ней, так что она не стала нежданным гостем в этот раз.

        После приезда, Евгений показал обеим девушкам их комнаты, и девушки сразу же стали приводить себя в порядок, так что с Алексеевским она толком не поговорила. Да и особого желания не было. Не хотелось подымать такую больную тему, как Катя. Для Жеки его сестра всегда была невинным ангелочком, хотя он прекрасно знал, на что та была способна. Иногда Даша поражалась той добровольной слепоте, которую мужчина проявляет в отношении своей сестрицы. Хорошо обдумав ситуацию, девушка пришла к выводу, что одним из способов мести Катерине было бы раскрытие глаз Евгения в отношении нее. Хотя Даша понимала, что это один из самых наитруднейших вариантов. Алексеевский всегда потакал Кате и всегда вставал на ее сторону. Но, Даша была уверена, что при правильном исполнении сможет это сделать. Но для этого нужно быть осторожной. Очень осторожной. И нужно втереться в доверие к Кате ... и Ворону. А вот это было уже задачей посложнее. Не Катя. Воронов.

        Даша всегда была существом живущим эмоциями, и сейчас вернувшись в город своих разбитых надежд, поняла, что до сих пор осталась таковой. Стоило ей увидеть Ворона, так все ее чувства стали выплескиваться через край. А ведь она считала, что перестала быть такой чувствительной. Но Виталий всегда умел поставить все с ног на голову и даже не заметить этого. Вот и сейчас ненависть, злость, обида, гнев и страх прорвали плотину ее спокойствия, заставив ее дважды закатить истерику за сегодняшний вечер. Девушка покачала головой. Если Даша хочет сделать всё правильно, ей стоит лучше контролировать себя.

        Девушка рассуждала о том, какую тактику выбрать и как ей следует действовать в дальнейшем, когда на кухню зашел Жека. Он прошлёпал босыми ногами по полу к ней, поцеловал ее в шею, вздохнул запах ее волос и примостился на соседнем стуле. Даша решила никак не реагировать на вторжение в ее личное пространство и так осталась сидеть на месте, задумчиво глядя на кружку с недопитым чаем. Хотя, откровенно говоря, этот нежный жест немного покоробил ее. Беляева даже себе не могла объяснить реакцию своего тела, ведь еще день назад она сама готова была его затащить в постель.

        - Чаёк попиваем? - улыбнувшись, спросил мужчина. - А меня не зовем? Не хорошо, Белоснежка! Я ведь тоже хочу... чая!

        - Хочешь... - Даша специально помедлила на этом месте, - ... чая? Налей себе сам!

        Евгений никак не отреагировал на довольно невозмутимую реакцию Даши, лишь загадочно улыбнулся. Что-то начали Дашу раздражать эти загадочные его ухмылки!

        - Ты что-то не в духе, - заметил он.

        - Да что ты говоришь, а я и не заметила, - Дарья и в правду не заметила, как перешла на язвительный тон. Тут телефон в брюках Евгения завибрировал. Жека достал сотовый и задумчиво посмотрел на дисплей, после чего сбросил звонок.

        - Кажется, кто-то тут напрашивается на неприятности, - продолжил, как ни в чём не бывало, Алексеевский, одаривая Беляеву сексапильной улыбкой. Тут телефон еще раз подал о себе знать. Видно звонившему срочно понадобился Жека, но вот хозяин телефона не собирался разговаривать и еще раз сбросил вызов. А потом и вовсе отключил телефон.

        - А вдруг это важно? - поинтересовалась девушка, кивнув не телефон.

        - Кто бы это ни был и по каким делам не звонил, он подождет, - нахально заявил Евгений, переходя на обольщающий мурлыкающий тон. - Меня ждут более важные дела. И более приятные!

        Беляева не была дурой и сразу поняла к чему ведет Красавчик. Слишком часто она видела, как он вот таким мурлыкающим тоном снимал девушек в их ресторане. Еще недавно Даша была совсем не против интима с ним. Даже хотела этого. Но сейчас, после встречи с Вороном и всех своих сегодняшних истерик это желание куда-то подевалось. Просто испарилось. Не в физическом плане, Дарья была уверена, что ее тело бы отреагировало на ласки Алексеевского. В конце концов, мужчина слыл великолепным любовником, а служащие ресторана любили пошептаться о его любовных похождениях и мастерстве. Та же Карина, которая по информации, полученной от Вени, была на сносях, побывала в постели Жеки и потом долгое время красочно расписывала его способности в сексуальных играх. Не мешало ей это делать даже то, что в скором времени парень променял ее на другую девушку. Так что в механическом смысле было все в порядке. Проблема была в голове. И в здравом смысле. Причем сама Даша не могла понять, что же собственно изменилось за этот вечер, а уж тем более объяснить причины того, что с ней происходило. А рассказывать о своих душевных
метаниях не было смысла. Обидится еще. Мужчины, они же до ужаса обидчивы. Это она поняла за прошедшие пять лет, сменив немало кавалеров. Сослаться на головную боль? А смысл? Рано или поздно придется это сделать. Придется лечь с ним в постель. Постоянно бегать от него девушка не могла. Да и стоило ли? Ведь Даша решила начать жить, начать доверять и построить более-менее нормальные человеческие отношения с Женей, и если она сейчас поддастся своим ничем не обоснованным страхам и тревогам, то о реализации всех этих планов надо будет забыть и сматываться отсюда к чертям собачьим, опять сбегая от реальности и самой себя. Нет уж! Хватит уже. Набегалась!

        Попытаться отсрочить? Тоже не выход. Евгений был не из разряда тех парней, которые легко переживают целибат. Вывод один - если она хочет быть с Жекой, ей надо переступить через это, просто раздавить это непонятное чувство отрицания, взявшееся неизвестно откуда. Тут же тоненький голосок в ее голове спросил "А нужны ли ей эти отношения вообще?". Но разумная часть шикнула на него и задвинула в самый задний угол.

        - И что это за дела такие? - вступила в игру Даша, приняв решение.

        - Белоснежка, а ты разве не догадываешься? - спросил Женя, после чего медленно поднялся со своего стула и встал за спиной у Даши. Положив руки ей на напряженные плечи, стал их разминать. Точными и уверенными движениями он снимал боль с уставших мышц. Красавчик отлично умел делать массаж, и Даша уже через несколько минут полностью расслабилась и тихо постанывала.

        - Если под делами ты подразумеваешь массаж, то я только "за", - тихо проговорила Беляева, наслаждаясь массажем. - У тебя очень талантливые руки!

        Дарья запоздало поняла как банально и двусмысленно звучат ее слова, но ей было всё равно, настолько ей было хорошо.

        - Ты даже не представляешь насколько, - прошептал Евгений над ее ухом. - Сегодня ночью я покажу тебе всё, что могу сделать с тобой этими руками, моя Белоснежка!

        Внутри что-то напряглось, и это было, увы, не возбуждение, но девушка упрямо игнорировала это напряжение, концентрируясь на приятных ощущениях, вызываемых теплым дыханием мужчины, который находился у нее за спиной. Девушка закрыла глаза и отдалась легкой волне возбуждения. Руки Жеки уже спустились ниже, лаская через кофту грудь девушки. Приятные мурашки удовольствия побежали вдоль позвоночника, когда Красавчик сначала лизнул чувствительную кожу у нее за ухом, а потом тихонько подул. Постепенно тепло стало распространяться по ее крови, вызывая физическое желание близости. Даша откинулась назад, прислоняясь к Красавчику, сдаваясь на милость его манипуляциям. Воздух толчками стал покидать ее легкие, когда Женя стал покрывать ее шею легкими поцелуями, попутно освобождая ее от кофты, ставшей вдруг ненужной. Возбуждение постепенно стало сворачиваться внизу ее живота, требуя выхода.

        Ну что и требовалось доказать, Евгений был мастером околопостельных и постельных игр. Даша уже практически не чувствовала того стойкого ощущения, что происходящее не правильно. Почти... какая-то часть ее души наблюдала за происходящим со стороны, презрительно кривя губы. Девушка с трудом сглотнула и прогнала глупые мысли.

        Тем временем руки Жени умело стащили с девушки верхнюю часть одежды, а после чего освободили и от красного кружевного бюстгальтера. Ладонь мужчины накрыла упругую грудь, и сладкая истома накрыла ее с головой. Евгений потянул ее вверх, и Даша послушалась и встала на ноги. Последовал громкий шум, когда Жека ногой отшвырнул табурет, чтобы иметь возможность прижаться к Беляевой всем телом. Дарья почувствовала, как Жека с силой сжал ее в своих руках, пытаясь прижаться как можно сильнее. В районе пояснице она почувствовала весомое доказательство того, что Красавчик тоже ее хочет, и сегодня останавливаться явно не намерен. А его руки стали дальше исследовать ее тело, оттягивая пояс спортивных брюк и проникая под трусики. Правая ладонь накрыла ее лобок, а длинные пальцы стали играть с ней, заставляя ее стонать в голос. Вторая рука вернулась к животику, мягко массируя и потирая его. Даша совсем отпустила глупые переживания и отдалась во власть инстинктов и уже совсем не сопротивлялась, когда Красавчик надавил на ее спину, нагибая над столом. Тело девушки возбудилось и требовало разрядки. Евгений коленом
чуть раздвинул ей ноги, удобнее прижимаясь к ее попке и окончательно снимая с нее штаны и трусики.

        В тишине, прерываемой тяжелым дыханием обоих, прозвучал резкий звук растягиваемой ширинки. И этот звук как-то странно повлиял на нее, заставляя путаться в реальности и прошлом. Головой Даша понимала что, что-то не так. Но не понимала что не так. Она находится в руках у мужчины, с которым собирается заняться любовью. Любовью? Стоп!!!!!!!!

        - Ты знаешь, сколько раз я представлял, как имею тебя раком? Множество, бесчисленное множество раз! - хриплый шепот Жеки, донесся до нее, вызывая понимание того, что именно не так. Да всё не так! Слова, которые должны были возбудить, возымели совершенно другой эффект. На нее словно ведро холодной воды вылили. И не сами слова, а голос. Это Женя... Но на минуту ее разгоряченный мозг выдал совсем другую информацию. На миг подкорка ее мозга представила другого мужчину, который ласкает ее. Другого мужчину, которого она ненавидит, а голос Жени вернул ее в настоящее, где ее ласкает не Виталий.

        Глухое отчаяние затопило ее, заставив открыть глаза и уткнуться лбом в деревянное покрытие стола. Ей сейчас хотелось побиться головой об стол, чтобы выбить из нее всю дурь. Ну как? Как так можно? Всё же было хорошо, уже несколько лет с ней такого не случалось! Но нет! Опять! Как можно занимаясь сексом, представлять человека, которого ты ненавидишь? Уже в который раз Даша представила, что руки Ворона ласкают ее, что это губы Виталия целуют ее. Пусть всего лишь на пару минут выпадая из настоящего, но эти пару минут отчетливо показали ей, что от своей зависимости Витом Даша так и не вылечилась.

        Дикое отчаяние, смешанное с отвращением к себе вызвало тошноту, а Красавчик не видя ее лица, продолжил свои манипуляции с ее телом. Дарья не шевелилась, пытаясь взять себя в руки и проглотить накатившие слезы. Ее мозг в первое время после выписки из больницы, когда Даша буквально училась практически жить заново, периодически одаривал ее вот такими фокусами. Она даже как-то в порыве страсти назвала одного из своих любовников Виталием. Такое бывало не часто, всего несколько раз, а потом и вовсе прекратилось. Но эти срывы заставляли Дашу ненавидеть Ворона с какой-то особой маниакальностью. Он сделал ее каким-то моральным инвалидом. Травма, которую он ей нанес была слишком сильной. Измена, падение под машину, последовавшие боль, отчаяние, борьба за жизнь и наконец, изматывающее чувство вины. Девушка была наедине со всей этой смесью, от которой ей хотелось кидаться на стены. А Вит ее просто бросил одну, даже толком не извинился. Видимо потенциальный инвалид не стоил его усилий. А может даже наделся на то, что Даша просто умрет на операционном столе и освободит его окончательно. Вот только ее мозг до
сих пор связывает сексуальное удовольствие с ним, с предателем и изменником. Лера объясняла это тем, что первоначальной причиной всех несчастий, приключившихся с ней, было желание Виталия грубого, жесткого секса. И это желание по каким-то причинам он исполнил не с ней, а с Катей, при этом ни словом, ни жестом не намекая на то, что его что-то не устраивает в сложившейся сексуальной жизни с Дашей. И теперь раненая гордость подсознательно доказывала Воронову, что Дарья сексапильна не менее Кати и вполне способна на сексуальные эксперименты. Возможно, Валерия и была права, но самой Даше от этого объяснения легче не становилось. В данный конкретный момент ей хотелось одного, и это был не интим. Ей хотелось разорвать Виталия голыми руками и станцевать джигу на его могиле!

        Женя сказал что-то еще, проникая в нее двумя пальцами, а Даше уже было не до интимной близости с ним, но девушка почему-то стала подыгрывать, делая вид, что ей приятно. Она прекрасно понимала, что симуляция не выход, но Беляева не могла остановить происходящее. Евгений захочет объяснений, а их она ему не могла дать, поэтому и терпела все происходящее, хотя ей происходящее и казалось, мягко говоря, не приятным. Рука мужчина зарылась в ее волосы и потянула наверх, заставляя девушку выгнуться. Она сцепила зубы, чтобы не выматериться вслух. Всё нутро воспротивилось происходящему. Ей казалось, что Даша совершает насилие над собой. Что она вообще делает? Она же Женю потом возненавидит! Беляева решила остановить Евгения и уже была готова закричать, чтобы тот остановился, когда комнату наполнили глухие удары.

        Красавчик остановился, за что она возблагодарила Бога и посмотрела на источник звука. Но то, что Даша увидела, заставило ее еще больше заволноваться. А потом и разозлиться.

        - Твою мать, - прошипела Даша, глядя на фигуру, прислонившуюся к косяку и демонстративно стучащую в открытую дверь.

        - Я вам не помешал?

        ГЛАВА 7


        Уже подъезжая к своему загородному дому, Воронов чувствовал на уровне подсознания, что что-то не так. Это что-то шуршало на краю сознанию, не давая Виталию сосредоточиться на предстоящем разговоре с Дашей. Это невидимое, еле ощутимое чувство неправильности и легкого мандража усиливалось по мере приближения к этому дому. И дело было не в пресловутой интуиции. Нет. Всё было гораздо проще. Мужчина понял это потому, как Евгений с нехарактерной ему настойчивостью не отвечал на его звонки. Чтобы не происходило, друг его детства всегда был на связи. Слишком уж Красавчик был дотошным и исполнительным, а нынешняя его должность подразумевала полную доступность для Ворона и работников клуба. Алексеевский терпеть не мог неторопливости и нерасторопности в работе, а так как Красавчик теперь практически отвечал за работу всего ночного клуба, то и на телефонные звонки отвечал всегда. Но не сегодня. Что было странным. Еще более странным был тот факт, что перед тем, как выехать из дома, Воронов позвонил и предупредил Жеку о том, что скоро подъедет и им надо будет серьезно поговорить. О работе. Нужен же ему предлог,
чтобы избавится от Алексеевского, а работа лучший повод заставить друга покинуть Белоснежку. Но вот уже минут десять Женя не только ни берет трубку, он просто отключил телефон. Воронов прекрасно понимал, что там ему не будут рады, но ничего с собой поделать не мог. Ему нужно поговорить с ней. Ему это необходимо. И ему было безразлично, что Даша, скорее всего, опять начнет дерзить, язвить или оскорблять, может даже устроит скандал. Но это было не важно. Стало почему-то жизненно необходимо увидеть ее. Пусть даже злую и колючую. Даже решение узнать, зачем же Беляева здесь отошло на второй план.

        Нехорошее предчувствие усилилось, стоило ему заехать на территорию дома. Весь дом словно спал, поглощенный ночной тьмой, укутанный объятиями Морфея. Только из одного окна лился гостеприимный свет. Значит, кто-то есть на кухне. Туда-то и направился Воронов, и очень сильно удивился, когда понял, что входная дверь не заперта. Ему даже не пришлось пользоваться своими ключами, чтобы попасть внутрь. Значит, его здесь ждали. Вит прекрасно понимал, что ему не стоило заходить в дом. По-хорошему ему стоило подождать утра и спокойно поговорить с Дашей. Но неведомая сила потянула его внутрь, хотя мужчина уже итак понимал, что то, что он увидит там, ему не понравится.

        Но Виталий не увидел. Вначале он услышал. Легкий стон, который издает женщина, когда ее ласкают опытные мужские руки. И голос. Ее голос, который разрывал его изнутри своей хрипотой и страстью. Ворон прислонился к стене, пытаясь совладать со своим дыханием. Сердце по ощущениям билось где-то в глотке, а шум от его ударов заглушал все остальное. Словно под гипнозом, Виталий оттолкнулся от стены и преодолел последние пару метров по коридору, дойдя до злополучной кухни. То, что он там увидел, мужчина запомнит на долгие годы. Долгие годы ему будет сниться эта злосчастная сцена. Еще долгое время она будет стоять перед его глазами, заставляя делать ужасные вещи.

        Ворон закрыл глаза, а потом открыл, но происходящее не исчезло. Словно в какой-то дымке Виталий смотрел, как Дарья и Евгений занимаются любовью на его кухне, а он даже слова сказать не может. Из него будто бы весь воздух выкачали, вместе с эмоциями и способностью рационально мыслить. Осталось только одного - желание медленной, мучительной смерти его друга. Вит хотел причинить Жеке боль на грани агонии и смерти, точно такую же, которую испытывал сам в этот момент. О-о-о, это была чистая, мучительная агония наблюдать, как Евгений берет то, что должно принадлежать ему одному. Хотелось растоптать, ранить, убить. Кровавая пелена застила глаза, игнорируя голос разума, который твердил, что Даша имеет полное право заниматься с Женей всем, чем пожелает и сексом в том числе. Пусть даже и на его кухне. И это заставляло еще больше злиться. Тот факт, что любой приглянувшейся Даше мужчина может побывать в ее постели, и он не вправе предъявить это ей в вину, ведь сам Ворон потерял права на нее уже очень давно. И череда мужчина, с которыми была Дарья не должна его касаться. Но касалась. Еще как! Беляева имела
право отдавать свое тело кому, когда и где захочет, а сам Вит лишился прав на это тело. Лишился прав на ее душу. И это причиняло острую душевную боль, которая практически ощущалась им физически.

        Вот он и стоял в проходе, не двигаясь. Возможно даже не дыша. Словно заядлый мазохист, наблюдая, как Жека лапает Дашу, касается ее интимных мест, ласкает, целует, кусает. А ведь когда-то только он мог позволить себе такие вещи. Когда-то он был ее первым. А сейчас... сейчас Евгений наслаждается ею, ее телом, ее страстью. Это убивало. Словно медленный яд растекался в крови, заставляя его испытывать зловещее дыхание безумия. Сладкого и смертоносного безумия. В тот момент Виталий не мог решить, что же хочет больше всего - просто убить своего лучшего друга или же занять его место и отъиметь Дашу по первое число, чтобы у нее больше не возникало мысли ложиться с кем-то другим, отметить ее, дать ей понять, что такое секс в его понимании. С другой стороны, зачем выбирать? Много времени у Вита не займет, подняться наверх, взять охотничье ружье, спуститься, застрелить горе-любовника, связать Дашу, вывезти тело в лес, закопать, вернуться сюда и сделать с Дашей всё, что ему заблагорассудится. Черт! О чем он только думает???! Только Беляева могла вызвать в нем такой каскад сумасшедших мыслей и чувств. Теперь
ему грозит еще и участь маньяком стать.

        Чувственный стон заставил мужчину открыть глаза. И когда Ворон только успел их закрыть? Девушка страстно выгибалась в руках Жеки, когда тот грубо тянул ту за волосы. Эта сцена заставила его сцепить зубы и сжать кулаки. Воронов хотел крови, но его хваленное хладнокровие быстро вернуло контроль над телом мозгу, заталкивая куда подальше в темные уголки души бесполезные и никому ненужные порывы. Мозг стал анализировать, как всегда бывало в стрессовых для мужчины ситуациях. Виталий был умным человеком, и быстро сопоставить факты ему не составляло особого труда. Алексевский специально подстроил так, чтобы Виталий увидел разыгрывающеюся перед ним сцену. Евгений разыграл всё, как по нотам, а сам Воронов был достаточно предсказуем, чтобы сыграть отведенную ему роль. Он так стремился поговорить с Дашей, что его стало легко просчитать. Ворон прищурил глаза, он ненавидел быть предсказуемым. Предсказуемость в его кругах зачастую означала смерть. Вит заставил себя выдохнуть, что сделать со стиснутыми зубами было довольно сложно, но он справился. Если Красавчик ожидает от него бурной реакции, то он ее не
дождется. С другом Виталий разберется. Чуть позже.

        Сейчас его занимал другой вопрос. Какая роль во всем этом отведена Беляевой? Была ли девушка просто пешкой? Или сама затеяла понятную только ей игру? Интуиция и собственные впечатления от новой Даши говорили в пользу второго варианта. Кривоватая улыбка скользнула по его губам. Ну что же, будет очень занимательно узнать, какую же игру затеяли его лучший друг и бывшая невеста. А главное, затеянная ею игра обещает быть очень интересной. И уж ничего не помешает Виталию в ходе этой игры затащить Дашу к себе в постель. Малышка даже не представляет, во что она ввязывается!

        Приняв решение, Воронов облокотился о косяк, поднес руку к приоткрытой двери и размеренно постучал.

        Красавчик дернулся и медленно повернулся на источник звука. Воронов внимательно следил за выражением лица друга. Не было там ни удивления, ни растерянности, зато было удовлетворение. Вот значит как? Ну-ну, приятель, если думаешь, что этого будет достаточно, то крупно ошибаешься. Пора тебя на место поставить, Женька. Но не сегодня.

        Взгляд скользнул на вторую фигуру. Зато разнообразие чувств, написанных на лице у Даши, радовало. Сначала было облегчение, потом растерянность, удивление, шок и, наконец, злость. Насчет облегчения он не был уверен. По сути, он не был уверен во всем, что касалось Белоснежки. Слишком уж пристрастен он был. Слишком желал...

        - Я вам не помешал? - насмешливым тоном поинтересовался Ворон, и с наслаждением наблюдал, как от злости порозовело лицо у Даши. Но девушка сдержалась и ничего не сказала. Как впрочем и Жека.

        Настала неловкая пауза, в течение которой Красавчик не спеша отстранился от Даши. Воронов, как впрочем и Евгений, ожидал, что она сразу же броситься одеваться, чтобы прикрыть свою наготу. Но к удивлению обоих, Даша даже не пошевелилась. Так и осталась стоять возле злополучного стола, который Виталий сожжет при первой же возможности. Она откинула волосы назад и оперлась локтями о стол, не делая никаких попыток прикрыть себя. Еще и посмотрела прямо ему в глаза, демонстративно приподняв бровь. Синие глаза смотрели на него без страха и с вызовом, ожидая, что же Вит сделает дальше.

        Воронов хмыкнул. Ну что же, буду джентльменом. Первый ход за дамой.

        Не дождавшись никакой реакции с его стороны, Дарья первой нарушила тревожную тишину комнаты:

        - Я тебе не говорили, что подсматривать не хорошо?

        - А я и не подсматривал, - лениво отозвался Воронов. - Подсматривают через замочную скважину, а вы вдвоем устроили тут порнографическое шоу, где каждый мог вас увидеть.

        Сардоническая улыбка появилась на губах у Даши.

        - Ну и как? Понравилось наше порнографическое шоу? - с легкой хрипотцой спросила она.

        Против его воли, его нижняя часть, не имеющая мозгов, сразу же напряглась от звучания в ее голосе эротических ноток. Как всегда ей удавалось завести его с пол оборота. Гнев колыхнулся в нем расплавленной лавой. Слишком уж спокойной девушка была, слишком легко играла им...

        - Не плохо, - растягивая слова, произнес Воронов, - но знавал я и более профессиональных шлюх.

        Он не собирался ее оскорблять. Честно. Но злость требовала выхода, а в купе с необоснованным сексуальным возбуждением делалась совершенно не контролируемой. Ему хотелось выбить Дашу из ее комфортной зоны, заставив ее потерять самообладание. Да и самодовольная физиономия Красавчика не способствовала спокойному восприятию происходящего. Только Воронов пожалел о своих словах, сразу же как произнес их. Если Вит хочет узнать, что же задумала Белоснежка, то стоит легче и проще относится к происходящему. В конце концов, она свободная женщина и имеет право спать с кем угодно. Только ревность чувство неадекватное, никакие самые логические умозаключения не могут успокоить ее кипучее желание оскорбить и сделать больно. Ей. Ему. Себе.

        Как и следовало ожидать, стоило Воронову озвучить оскорбление в сторону Дашу, как Евгений моментально кинулся защищать честь девушки. Чертов принц в сверкающих доспехах!

        - Как ты смеешь... - начал наступать на него Алексеевский, явно желая продолжить то, что они начали в клубе. Воронов был совсем не против, даже за. Он с удовольствием попортит идеальное личико своего друга. Но до Ворона Жека так и не дошел. Маленькая ладошка легла Красавчику на грудь, останавливая. Даша не стесняясь того, что ее грудь была полностью обнажена, повернулась к Жене и попыталась остудить бравого парня. И вообще Дарья была абсолютно спокойна, будто бы оскорбление Ворона не имело к ней никакого отношения.

        - Жень, оставь это, - мягко улыбнулась девушка Алексеевскому, отчего Виталию резко захотелось выпить чего-нибудь крепкого. - Не стоит оно того. Да и в не настроении я смотреть, как вы друг другу морды бьете. А что касается шлюх... - она обернулась и посмотрела на Воронова. - Ну, Виталий, тебе об этом лучше судить. Ведь через твою постель их столько прошло, что я удивлена, что ты до сих пор не стал клиентом кожвендиспансера. У меня такого опыта не имеется. Так что оставим эту не благодарную тему. Лучше скажи, у тебя есть закурить?

        Виталий недоумевающее уставился на Дашу, будто у нее еще одна голова выросла.

        - Что? - растерянно переспросил он. Пожалуй, впервые лет так за десять он находился в такой растерянности. Виталий совершенно не понимал происходящее. А конкретнее, он совершенно не понимал ее.

        - Я говорю, сигаретка есть? Жутко хочется курить. После эротических упражнений мне всегда нужен никотин, - пояснила Беляева для него, все также не отрывая взгляда от Воронова. Наверное, они смотрелись непонятно и странно, но продолжали сверлить друг друга глазами. Виталий отчетливо видел в ее глазах насмешку и...горечь.

        Ворон потянулся в карман пиджака и достал оттуда портсигар. Все также не отрывая от нее взгляда, сделал пару шагов, заходя на кухню и швырнул серебряный портсигар на кухонный стол. Даша улыбнулась, взяла его и достала оттуда сигарету. Все это делая спокойно, без лишней суеты. Потом снова посмотрела на него.

        - Огоньку не найдется?

        Ворон также чисто автоматически, залез в карман брюк и достал оттуда золотистую зажигалку. Зажег ее. Девушка же поднесла сигарету к огню и с блаженством затянулась, а потом практически сразу выпустила сигаретный дым прямо ему в лицо.

        - Спасибо, - промурлыкала она.

        Не смотря на всю далеко не смешную сложившуюся ситуацию, Виталию захотелось рассмеяться. Она играла с ним! Эта маленькая хитрая бестия решила поиграть.

        Тут на плечи Даши накинули кофту. Жене явно не нравилось то, как девушка сверкает своими достоинствами перед Виталием. Хотя, сама Дарья, судя по всему, совершенно не была против.

        - Так зачем же ты нас прервал на самом интересном месте? - спросила Беляева, затягиваясь сигаретой. А сигареты, кстати сказать, были крепкими. Но она спокойно их курила, видно не первый раз это делает. Ему почему-то стало грустно и горько. Раньше девушка не курила и его пыталась отучить. Что-то было опустошающее в этом маленьком наблюдении, которого не было в еженедельных отчетах детектива.

        - Может быть, я не был так далек от правды, когда сравнил тебя со шлюхой, - задумчиво произнес он.

        - Выбирай слова, когда разговариваешь с моей невестой, Ворон! - прорычал Красавчик, гневно глядя на Ворона.

        После этого заявления брови Виталия сами собой полезли на лоб, а Даша как-то резко дернулась и, оглянувшись, посмотрела на Жеку. Ворону не было видно выражения ее лица, но он отлично чувствовал, как напряглась ее спина.

        - Да-а? С каких это пор? - спокойно спросил Воронов, хотя всё внутри натянулось словно тетива лука перед выстрелом.

        Но Красавчик не отвечал, он смотрел только на Дашу. Внимательно, не мигая, словно что-то внушая ей. Через несколько мгновений, она расслабилась и повернулась к нему.

        - Мы решили пожениться еще на прошлой неделе, - спокойно изрекла Белоснежка. Неестественно спокойно. - Мы уже давно с ним встречаемся, но ничего не говорила вам по вполне понятным причинам.

        А ведь врет и не краснеет! Виталий отлично знал, что она ему врет. Нагло врет. Если бы Дарья давно встречалась с Красавчиком, он бы уже давно был бы в курсе. Еще две недели назад она была с каким-то хлюпиком, работающим в банке и не стоящим даже ее мизинца.

        - И как же долго вы встречаетесь? - насмешливо поинтересовался Вит. Это так забавно знать правду, когда тебе так нагло лгут.

        - Достаточно, - отрезала Даша, сверкая глазами.

        - Достаточно для того, чтобы принять столь важное решение о замужестве? - продолжил он развлекаться.

        - Иногда даже долгие отношения не могут стать залогом счастливого брака, Вит. Не нам ли об этом знать, - как-то устало проговорила Даша, и даже, похоже, не заметила, как назвала его уменьшительным именем. А вот Виталий заметил. - Так что ты хотел, Ворон? Говори и уходи.

        Хорошо, он скажет. Вот только наедине. Как только избавится от Жеки. И ты, Даша, уже никуда от него не денешься!


***


        За всю свою жизнь Даша много чего повидала, но два дня в ее жизни для нее выдались особенно "выдающимися". Тот первый день, когда девушка очнулась после того, как Катя толкнула ее под машину, был первым днем в ее жизни, когда ее довели до точки не возврата. Ее тогда сломали не только морально, но и физически. Заставив ее смириться со своей участью.

        Вторым моментом в ее жизни, когда Даша опять перешла точку не возврата, стал вечер, когда она вновь вернулась в свой старый город, вернулась в жизнь Воронова. Стоило ей ступить на территорию ресторана, стоило ей показаться на глаза Виталия, и ее жизнь свернула в роковое русло, неся разрушения по всему своему пути. Разрушая не только чужие жизни, но в свою собственную. Этот вечер стал отсчетом конца.

        В данный момент, Даша находилась в комнате, отведенной ей на втором этаже коттеджа. Когда Виталий уединился с Жекой в своем кабинете, чтобы обсудить чрезвычайно важные дела, Даша решила, что ей стоит подняться к себе и привести себя в порядок, а заодно и свои мысли.

        В тот момент, когда Беляева поняла, кто именно прервал ее несостоявшийся половой акт с Женей, она испытала шок. Недоверие. Отрицание. Гнев. Боль. И странное облегчение... а еще усталость. Причем она сама не могла сказать от чего именно. Но Дарья предполагала, что, скорее всего, больше всего она устала от себя самой. Слишком неадекватными и непонятными были ее реакции. Даже для нее самой.

        Вот ведь не зря говорят, будь осторожен со своими желаниями. А что делать, когда твой мозг порождает совершенно дикие желания? Что делать, если ты не контролируешь свои порывы? Дарья до сих пор не могла поверить, что опять представила Ворона, да еще и на месте Жеки. Как так можно? Как можно желать человека, разрушившего твою жизнь? Разрушившего тебя до основания? И это после того сколько она потеряла из-за них с Катей! Даша должна его ненавидеть. Должна! Должна отомстить за себя и... ее так и не рождённого ребенка.

        И снова при мысли о ребенке вызвали глубокое чувство вины. Словно мерзкая змея, вина обвилась вокруг сердца, не давая тому биться...

        Ей нужно было успокоиться. Немедленно. Только желанное спокойствие не желало приходить. Расшатанные нервы в купе с произошедшим заставили треснуть ту самую стену в её сердце, где девушка хранила воспоминания о самом страшном событии в ее жизни. Когда-то Даша поклялась, что переступит через это, заставит забыть себя о том, что совершила. О том выборе, который сделала под давлением обстоятельств. О том выборе, который не хотела делать, но сделала... И иногда ей казалось, что она смогла, что забыла. Но по всему видно, что Беляева так не смогла этого сделать. Самым нелогичным было то, что Дарья сама приняла это решение, которое до сих пор давило на нее невыносимым грузом. Ее вынудили это сделать! Но неотвратимое чувство стыда и вины не становились меньше от осознания того, что у нее не было выбора. Так девушка и жила эти годы, съедая себя изнутри, пытаясь забыть то, что с ней сотворили эти двое. А ведь они даже не представляют, какие последствия были у их действий, у их предательства. А то что Катя ждала ребенка, было в высшей степени не справедливо... В высшей степени больно...

        Даша медленно одевалась, пытаясь разобраться, что же ей нужно. Она не будет прятаться. Не сбежит. Ей больно. Невыносимо больно, но Беляева уже однажды перетерпела ее. И в этот раз сможет. Даша просто вскроет давний нарыв, который за эти годы загноился. Не будет она больше ни плакать, ни страдать. Толку от этого никакого, а время уходит... Дарья будет мстить, как и хотела с самого начала. Только месть ее будет не легким реваншем за прошлые ее беды. Нет. Она уничтожит обоих. Даже если ей для этого придется украсть, солгать, льстить и бить. Девушка ляжет костьми, но добьется своего. Дарью уже не удивляло, как она от планов мелкой мести перешла к жажде крови, боли. Еще недавно она хотела привнести раздор в несостоявшуюся семью. А теперь ее планы имели какие-то маниакальные оттенки. Если раньше Даша хотела покоя в душе, то сейчас она хотела только одного - уничтожить тех, кто по неосторожности уничтожил ее саму и ее дитя. Девушка так была ослеплена жаждой мести, что не видела насколько близко стоит к краю бездонной пропасти, куда она в любую секунду могла свалиться. Для нее все было решено. Так же как
и для Кати с Вороном. Они понесут наказание, и их палачом станет Белоснежка. И Даша с удовольствием будет наблюдать падение непотопляемого Ворона.

***

        Воронов с нетерпением ожидал возвращения Даши. Он знал, она спуститься. Девушка не будет прятаться от него и от ситуации в целом. Не станет бегать. Виталий не знал в чем причина такой уверенности, но знал это достоверно. Может быть потому что изучил ее за прошедшие годы слежки едва ли не больше того времени когда они были вместе... кто знает. Также он знал, что Даша не просто так появилась в городе. Все эти годы она с превеликой осторожностью обходила стороной всё, что касалось той ее прошлой жизни с ним. И теперь вдруг резко объявляется в городе, да еще под руку с Жекой, который тоже держит на него давнюю обиду. Не верил Виталий в случайности. Никогда не верил. Теперь возникает вопрос: "Что Дарье Беляевой нужно?". Где-то внутри предательский голосок решил напомнить, что Евгений может ей действительно нравится, и они действительно решили пожениться. Но почему тогда солгали? Может не о своих отношениях, но о сроках и свадьбе уж точно. Неувязочка получается.

        Сам Воронов сидел за тем самым кухонным столом, который в скором времени превратится в пепел и терпеливо ждал Дашу. Красавчик уехал минут пятнадцать назад, после долгого и изнурительного диалога, больше похожего на скандал. Но всё же Ворону удалось вытолкать друга из дома. Виталий просто напомнил тому о его положении в клубе. Евгений помимо того, что был совладельцем клуба, также исполнял роль управляющего. А так как в "Виктории" возникли проблемы, то ему, то есть Алексеевскому, их и нужно решать. Их постоянные поставщики каким-то странным образом не доставили заказ, и теперь клуб срочно нуждался в срочной поставке алкоголя. Так что с легкой подачи Воронова, Жека летел на всех порах в клуб, решать теоретическую, но никак не фактическую проблему. Не надо говорить, что все эти проблемы организовал сам Вит за те полчаса, пока добирался до загородного дома. Ему нужно было избавиться от Красавчика, что он собственно и сделал. Арина, их барменша, оказалась на редкость полезной особой. И не только в сексуальном плане. Она сделала ему маленькое одолжение. Нужно будет отблагодарить ее.

        Об этом лениво думал Виталий, когда на кухню зашла Даша. Она была одета в спортивный костюм, а волосы заколола на затылке. Что-то поменялось в ней, Вит не мог точно определить что именно. Дарья была будто... деревянная. Будто тело ее чисто автоматически выполняло приказы мозга. А взгляд... взгляд был, как у людей, которые решили идти до конца.

        - Где Женя? - сухой вопрос, сухой тон, сухой взгляд. Беляева смотрела на него совершенно спокойно, будто бы недавно он не застал ее в компрометирующей ситуации с Красавчиком. Будто бы ей было плевать на то, что о ней подумают.

        - Он уехал в клуб, - ответил Воронов. - Ему нужно уладить кое-какие проблемы. Но не беспокойся, я вполне могу занять тебя...

        Недосказанность повисла между ними, но девушка даже ухом не повела. Проигнорировав его, она направилась к столу и села напротив него, закинув ногу на ногу.

        - Зачем ты на самом деле приехал, Виталий? - тихо спросила она, но в ночной тишине кухни он расслышал ее четко и ясно.

        - Я хотел поговорить с тобой, - ответил он, смотря прямо в ее синие глаза.

        - О чем? О погоде? - насмешливо спросила девушка.

        - Как ты жила все эти годы, Даша? - вдруг спросил он. - Что с тобой стало?

        Дарья наклонила голову, с любопытством осматривая его, изучая.

        - Зачем тебе? - со странной улыбкой спросила она. - Какая тебе разница, как я жила все эти годы?

        Воронов не весело усмехнулся. Какая ему разница? Да он и сам не знал. Все эти годы издали наблюдая за ее жизнью, через отчеты детектива, Виталий не раз задавал себе этот вопрос. Он вел себя словно сталкер. И это даже в его глазах выглядело низко. Не имел он права так поступать. Но делал это. Когда-то, а именно пять лет назад Вит дал слово Дмитрию Беляеву, что оставит в покое его дочь, отпустит ее, освободив от себя. Но мужчина в своем стремлении потерпел неудачу, он так и не смог полностью отпустить ее из своей жизни. Тогда Ворон дал ее отцу слово, что больше никогда не потревожит ее, но всё равно каждую неделю читал сведения, касающиеся ее жизни, пытался понять причины ее поступков, анализировал ее чувства. Он стал своего рода зависим от этой получаемой информации. Ему было необходимо знать, что у нее всё хорошо, что Даша жива, здорова. Только тогда он мог продолжать существовать, осуществляя свои повседневные дела, пытаться жить дальше.

        В голове невольно всплыли воспоминания единственной его встречи с Беляевым.
        Воронов словно обезумевший всю ночь гнал свою машину по трассе, направляясь в столицу, куда без его ведома отвез Дашу ее отец. Несколько бессонных ночей, волнения за здоровье Даши, чувство вины и неудачная попытка суицида Кати, всё это буквально вымотало его. Вит держался только на морально-волевых и огромных дозах кофеина. Добрался мужчина до столицы лишь к полудню и сразу же направился к Даше. Но его к ней не пустили, заявив, что посетители к ней не допускаются по настоянию ее отца. Когда Воронов попытался уговорить, а потом и подкупить несговорчивую медсестру, та вызвала охрану, которая препроводила его на улицу. Тогда Воронов стал дожидаться Беляева около больницы. Тот объявился через пару часов. Тогда то и состоялся их единственный разговор.
        - Так ты и есть тот самый Воронов, - прищурив глаза, констатировал известный режиссер. Невольно Виталий отметил, насколько сильно были похожи отец и дочь.
        - Да, - спокойно ответил мужчина, хотя ему хотелось наорать на человека, посмевшего помешать ему, увидеть его Белоснежку. Она ведь там... совсем одна... ей больно... а он тут, ничего не может сделать. Это сводило с ума. Даша такая маленькая, одинокая. Ей наверняка страшно. Черт возьми! Вит должен быть рядом с ней! - Почему меня к ней не пускают?
        - Потому что я так распорядился, - спокойно ответил Дмитрий, похоже, совершенно не беспокоясь о том факте, что Виталий в любой момент может кинуться на него.
        - Вы должны немедленно отменить свое распоряжение, - медленно, с расстановкой проговорил Ворон, прекрасно понимая, что его терпение стремительно подходит к концу.
        - Нет, - твердо ответил отец Даши. - Послушай, Воронов, я может и не был хорошим отцом для своей дочери, но портить ей жизнь такому отморозку, как ты, я не дам!
        - Это не вам решать, Дмитрий Иванович, - прошипел Виталий, еле сдерживая ярость и желание ударить этого человека. - Только сама Даша может меня выставить из своей жизни. Только она!
        - Тут мне повезло, так как моя дочь в этом вопросе полностью согласна со мной, - четко проговорил Дмитрий. - Она не желает тебя видеть!
        - Не верю, - прошептал онемевшими губами Виталий, в душе прекрасно понимая, что сказанное могло быть правдой. Дарья ведь и до падения под автомобиль не хотела его видеть, прогоняла его. От мысли, что она не хочет его видеть, даже в такой трудный момент, ему захотелось выть.
        - Мальчик, Даша из-за тебя может на всю жизнь остаться инвалидом. Думаешь, она захочет тебя видеть после всего? - поинтересовался Беляев, безжалостно убивая словами.
        - Я не могу ее оставить, - упрямо твердил Воронов, не замечая, как срывается на крик. - Ей сейчас нужна моя помощь. Я ей нужен!
        - Твоя помощь ей нужна в самую последнюю очередь, - заявил режиссер, сверля глазами собеседника. - Скажи мне одну вещь. Вот допустим, она сейчас тебя простит. Примет тебя обратно. Вы поженитесь. После всего этого ты сможешь снова изменить ей? Снова предать ее?
        Виталий хотел сказать, что нет. Больше никогда в жизни. Но... не мог. Слишком хорошо он помнил выражение ее лица, когда он просто намекнул о своих сексуальных предпочтениях. То выражение ужаса и отвращения. Тогда он отшутился, но ощущение неприятия осталось с ним. В нем. Точило его изнутри. Ведь в глубине души еще со времен своего детства он мечтал только об одном - чтоб его любили и приняли таким, каким он был. Без фальшивых масок, за которыми Ворон прятал свои истинные мысли и желания. Виталий хотел, чтобы Дарья приняла его целиком, с его недостатками и тараканами в голове. Но Даша не видела. Не хотела видеть его настоящего, нарисовав в своей голове образ идеального рыцаря. И ему ничего не оставалось, как соответствовать этому образу, чтоб не потерять ее. Но делая это, Виталий прекрасно понимал, что обманывает и ее и себя. А потом она сама оступилась, и Виталий навсегда потерял то самое ценное чувство, что связывает двух людей - доверие. Он так и не смог доверять ей.
        Понимая, что нужно хотя бы соврать Беляеву, он посмотрел тому в глаза и... не смог солгать. Беляев всё понял. Абсолютно.
        - Ну, тогда о чем нам с тобой разговаривать? Отпусти ее, Воронов. Она достойна лучшего. Вы слишком разные, - Беляев стал обходить Воронова, но потом остановился и добавил: - А рыжей передай, что ей повезло. Не была бы она такой дурой, то отправили бы ее на зону. А так... она сама себя наказала уже. Но если она хоть на километр приблизится к моей дочери, я ее в порошок сотру. Так и передай!
        И продолжил свой путь, оставляя Ворона одного. Потерянный взгляд мужчины метался по улице, по больничному комплексу, пока не зацепился за окно на третьем этаже. Он не знал, что привлекло его внимание, но он очень долго простоял там, глядя на это окно. Потом Виталий сел в свою машину и уехал. Уехал обратно в свою порочную, свободную и такую одинокую жизнь, оставляя позади единственное светлое пятно в его жизни.
        Не знал мужчина, что там, на третьем этаже, в палате с окном, в которое он так долго смотрел, лежит одинокая девушка, спящая беспокойным сном и зовущая его во сне....


***


        Даша сидела напротив Виталия. Мужчина был чертовски красив, но сейчас эта красота совершенно не трогала ее. Наоборот, его почти идеальное лицо, выразительные черты лица и холодные серые глаза вызывали в ней чувство глубокого отвращения. Слишком хорошо девушка знала, какое прогнившее нутро скрывалось за этой обворожительной маской. Сейчас Виталий задумчиво смотрел на нее... Нет, смотрел куда-то мимо нее, словно что-то вспоминая. Ей начинал надоедать весь этот фарс.

        - Вит, какое тебе дело до моей жизни? - еще раз спросила она его, чеканя каждое слово.

        Он словно бы очнулся и посмотрел ей в глаза. С его уст не сходила грустная улыбка ангела... только ангел был падшим и не имел права на милость. Не после того, что Даша пережила по его вине.

        - Всё что касается тебя это мое дело, - тихо и уверенно ответил Воронов.

        - С каких это пор? - ее начал угнетать весь этот разговор. Для нее же лучше было бы, если они все забудут о прошлом. Легче будет начать мстить.

        - Так всегда было, - ответил он, откидываясь назад, но, тем не менее, не сводя с нее задумчивого взгляда. - И так будет.

        - Странно это слышать от тебя, - усмехнулась Дарья и в свою очередь тоже откинулась назад, невольно копируя его позу. - Насколько мне известно, тебе было плевать все эти годы на мою жизнь и на меня.

        На это Воронов ничего не ответил, лишь продолжал ее сверлить этим непонятным ей взглядом, от которого у нее по коже бежали мурашки, а внутри все переворачивалось. Переворачивалось от ненависти, говорила она себе... уверяла, но понимала, что маленькая какая-то часть ее, той прошлой девочки-дурочки, хотела подойти и спросить в чем же дело. Узнать, что же заставило его так низко и подло с ней поступить. Понять от чего у него в глазах такое усталое и болезненное напряжение. Но девушка затолкнула куда подальше эти сантименты, понимая, что они будут ей мешать. Беляева здесь ради мести, и она доведет дело до конца. Чего бы ей это не стоило! А что до причин его поступков, то ей нет до них дела. Нет ничего, что могло освободить его от вины в смерти их ребенка в ее глазах. Воронов виновен. Катя виновна. И только это имеет значение!

        - Для чего ты здесь? - наконец прервал Виталий затянувшеюся тишину. - И не говори, что ради свадьбы с Красавчиком, не поверю. Ты даже не любишь его. И не ради концерта своей подруги. Ты слишком долго нас игнорировала, а теперь решила вернуться. Для чего? Хочешь мести?

        Даша напряглась. Она, как и Воронов, не любила быть предсказуемой, но сама прекрасно понимала, что очень легко догадаться об истинных ее намерениях. Ведь вариантов так таковых не много. Но у нее было преимущество, Виталий не знал, насколько далеко она может зайти в стремлении к своей мести. Вит еще помнит ее, той миленькой всепрощающей девочкой.

        - Узнаю тебя, Воронов, - протянула девушка, - по себе сразу судишь. А тебе не приходило в голову, что я просто пытаюсь оставить наше не очень счастливое прошлое пылиться на чердаке воспоминаний. Я слишком устала бороться с прошлым. Да и смысла нет с ним бороться. Оно так и останется там, в прошлом. И ничего уже не изменить. Но тут я прожила слишком большой кусок своей жизни, тут у меня похоронена мать. И я не собираюсь из-за вас с Катей терять этот кусок своей жизни. А что до Красавчика. Да, я его не люблю, но это пока. Но не тебе меня осуждать. Ты сам Катю не любишь. Ты вообще никого не любишь кроме себя!

        Ну что же, Даша может гордиться своими актерскими способностями. Великолепный монолог!!! Даже Станиславский бы поверил в искренность говорившей, но вот Воронов не Станиславский. Возможно, Виталий даже и поверил, вот только, Даша знала, что он всегда проверяет и перепроверяет людей находящихся рядом с ним. Ей надо быть осторожной, очень осторожной, чтобы не вызвать подозрений. Сделать вид, что она все простила не выход, он сразу заподозрит не ладное. Скандалить... тоже, если судьба Кати ему и равнодушна, то о ребенке он будет явно заботиться. Х-м-м-м... ребенок! А это мысль....

        Виталий резко встал из-за стола. Так резко, что немного даже напугал Дашу. Мужчина обошел стол и встал за ее спиной, положив руки ей на плечи. Девушка напряглась, ощущая дискомфорт, но заставила себя сидеть на своем месте. Большие пальцы мужчины тем временем стали нежно, почти неуловимо поглаживать ее ключицы. И от этого казалось бы безобидного движения, ей стало душно. Легким катастрофически не хватало воздуха. Беляева потихоньку начала паниковать. Даша должна научиться справляться с теми чувствами, которые вызывает он в ней. Это не нормально!

        - Допустим, я тебе поверил, - прошептал он ей на ухо. - Но зачем ты используешь Жеку? Не уж то думаешь, что этим можешь мне причинить боль?

        - Нет, - судорожно выдохнула Дарья, и тут же себя обругала, понимая, что выдала себя с головой. Быстро собравшись, она вернула голосу твердость. - Красавчик это моя попытка наладить свою личную жизнь. К тебе это никакого отношения не имеет!

        - Х-м-м-м... я так не думаю, - хрипловатый голос прошелся по ее шее, и в ту же секунду Даша почувствовала губы на своей шее там, где еще недавно ее целовал Красавчик. От легкой боли и шока она испугано вскрикнула. Воронов ее укусил, нещадно прихватил зубами нежную кожу. Девушка хотела встать, но сильные руки обхватили и силой заставили сидеть на месте. Теперь Дарья испугалась. По-настоящему. Она находилась полностью в руках у Воронова, в полном его распоряжении. Проходили секунды, а он не отпускал. В голову пришла идея закричать. Наверху спит Женя, и на крик подруга точно прибежит сюда. Но это выдаст ее страх перед ним...

        Ее дилемму решил сам Виталий, он отпустил ее, напоследок лизнув место укуса и вздохнув запах ее волос. Его руки больше не удерживали ее, и Даша словно ошпаренная вскочила с места, отходя от него на несколько шагов. Он никак не прокомментировал произошедшее, просто заявил:

        - Теперь этот засос мне нравится гораздо больше!

        И стал уходить, оставляя совершенно ошарашенную и растерянную Дарью на кухне. Уже из коридора она услышала:

        - Наше совместное проживание будет очень веселым!

        После этих его слов, вся растерянность мигом испарилась, и она бегом выбежала в коридор, застав Воронова у самых дверей. Он как раз открыл входную дверь, чтобы выйти.

        - Что ты имеешь в виду? - выпалила она.

        - А я тебе не сказал? - его улыбка больше напоминала оскал волка. - Я с завтрашнего дня переезжаю сюда! Как хозяин этого дома, я не могу без присмотра оставить столь дорогих гостей!

        И Виталий с видимым наслаждением стал наблюдать за изменением выражения лица Даши. Сама девушка пребывала в глубочайшем шоке, медленно перетекающим в... злорадную радость. Чем ближе объект мести, тем легче сделать свое дело! Воронов облегчает ей задачу!

        Не подозревая о том, какие мысли бродят в голове у Дарьи, Воронов попрощался с ней и всё-таки покинул дом, оставляя ее обдумывать ту идею, которая пришла к ней во время разговора с ним.

        ГЛАВА 8


        Катя проснулась, но глаза не открыла. Просто продолжила лежать на спине, не шевелясь. Совершенно не хотелось просыпаться, хотелось подольше побыть под крылышком у спасительного сна, где она могла забыть о горькой реальной жизни. Девушка совершенно точно осознавала, что стоит ей только открыть глаза, как на нее обрушится всё то, что Катя так уперто игнорировала. Вернее пыталась игнорировать. Катерина знала, что вторая половина кровати опять осталась не тронутой и холодной. Голова Воронова сегодня не касалась соседней подушки, он вообще сегодня не ложился в их общую кровать. Виталий опять не ночевал дома. И был не с очередной ничего незначащей девицей, удовлетворяющей его похоть. Нет. Он поехал к ней, к Даше. К светлой и идеальной Белоснежке, она же Дарья Беляева. Ее бывшая подруга всегда была его наваждением и ее наказанием.

        Вчера вечером, когда будущий жених укладывал ее спать, она притворилась спящей. Ведьма прекрасно слышала, как ее будущий муж покидает их квартиру, покидает ее, оставляя на попечение телохранителей. Екатерина лежала и тихо глотала слезы, потому что ей было страшно. Страшно, что Вит больше не вернется. Ведь если Даша того захочет, то Виталия рядом с Катей ни какой ребенок не удержит. Стоит Белоснежке только сделать намек на возможное примирение и Ворон улетит к ней, оставляя Катю у разбитого корыта. Еще было больно. Нестерпимо больно от осознания своей ненужности и второстепенности в его жизни. Она так и не смогла занять какого-то более-менее важного места в его сердце и жизни, чтобы быть уверенной, что он не бросит... прошло пять лет, а Катя так и осталась для него сексуальной игрушкой, правда теперь вынашивающей его ребенка. Если Катерина раньше и ощущала всю свою никчемность, то появление в городе Даши, усилило понимание своей несостоятельности, как женщины Воронова. Да и была ли она его женщиной? Но факт остается фактом, стоило Даше вновь появиться в их жизни, как Виталий на всех порах мчится к
ней, забывая о своей будущей жене. Такая своеобразная пощечина была ужасным напоминанием того, что Алексеевская никогда не получит полностью Виталия. Всегда какая-то часть его будет скрыта и не досягаема для нее. Его сердце полностью закрыто для нее. Ворон навесил на него амбарный замок, а ключи имеются только у Беляевой.

        Девушка давно привыкла к боли от недостатка внимания и отсутствия понимания и уважения со стороны Воронова, Катя давно свыклась с ней. Срослась. Лишь изредка девушка обращала на нее внимание. Боль причиняла неудобства, но, в общем и целом, Катя игнорировала ее, как старую заживающую рану. Но с возвращением Белоснежки, почти заросшую рану снова вскрыли, да еще и разодрали ее, принося острую боль, от которой хотелось кидаться на стены. Да что же такого в этой Даше? Неужто на ней свет клином сошелся? Ну, почему Воронов не видит, что она -- Катя -- рядом и любит его, несмотря на все его недостатки и жестокие поступки? Почему? Почему всё в ее жизни зависит от Беляевой?

        Все эти "почему" кружили в ее голове, когда Катя все-таки осмелилась открыть глаза. Медленно повернув голову, она посмотрела на другую сторону кровати. Как Катерина и думала, та оказалась пуста, а постель с его стороны была не тронута. Она прикрыла глаза и тихо застонала.

        - Опять токсикоз? - глубокий баритон донесся до нее из глубины комнаты, заставляя ее еще раз открыть глаза и сесть в постели.

        Воронов был здесь. В их спальне. Чувство радости затопило ее. Он здесь, он не бросил ее. Абсурдное желание вскочить с постели и броситься к нему, заполонило Катю изнутри, но она сдержалась. Слишком хорошо девушка знала, что Вит не любит прикосновений и без его разрешения трогать его опасно. Да и хмурый вид его заставил девушку немного остыть.

        Ворон сидел в кресле, в полностью расслабленном состоянии. Только лицо его было напряжено, а рука с силой сжимала стакан с янтарной жидкостью. Наверняка не с соком и не компотом. Виталий до сих пор был во вчерашнем костюме, правда, без пиджака. Тот валялся прямо на полу, безбожно оставленный мяться. Белоснежная рубашка, которую она вчера лично погладила, даже сейчас отлично сидела на нем, несмотря на небрежно закатанные рукава и распахнутый ворот. Волосы были в беспорядке, а взгляд... взгляд был задумчиво-решительным с ноткой агрессии. Будто он увидел какую-то досадную преграду и намерен от нее избавиться любыми доступными методами. Катя невольно вздрогнула, пожалев того беднягу, который встал на пути у ее будущего мужа.

        - Нет, - тихо ответила она, - просто подумала, что ты...

        Катя не договорила. Не имело смыла. Он итак все понял, но как всегда проигнорировал ее мнение и чувства. Ворон отпил глоток напитка, задумчиво глядя на нее. Девушка невольно скривилась. Пить с утра? Или он всю ночь пил?

        - Почему ты не ложился? - спросила она всё тем же тихим голосом, будто бы боясь спугнуть шаткий мир между ними, боясь в очередной раз спровоцировать ссору. - Ты, наверное, устал...

        - Катя, ты пока будешь жить одна, - заявил мужчина, не меняя ни тона, ни позы, просто констатируя факт, не пытаясь смягчить новость. А новость для нее была... ошеломляющей. Девушка забыла, как дышать, лишь непонимающе глядела на него, пытаясь постичь смысл его слов. Когда смысл его слов начал доходить до нее, Катю начало трясти мелкой дрожью. Ее самый ужасный страх воплотился в жизнь. Он бросает ее!

        - Вит, ты не можешь! - вскочила Катерина на ноги, будто кровать под ней загорелась. - Не можешь! Как же наша свадьба? Наш ребенок?

        Девушка стояла посреди комнаты, не решаясь подойти к нему, только сейчас заметив возле кресла большую спортивную сумку с его вещами. Ей начало казаться, что всё происходящее бред. Она просто бредит! Закрыв глаза, Катерина глубоко вздохнула. Но открыв глаза, всё осталось на месте -- совершенно спокойный мужчина равнодушный к ее чувствам и сумка с вещами, как физическое доказательство его ухода.

        - Как же я? - последнее ее восклицание было сказано как-то безнадежно, совсем тихо. Но Вит ее услышал.

        - А что ты? - спокойно ответил он. - Ты останешься здесь вплоть до самой свадьбы. Свадьба состоится. Я пока не вижу причин ее отменять.

        Из всех его слов, Катя услышала только одно "пока". Только пока он не отменил свадьбу, но вполне может это сделать. Ее ноги подкосились и девушка села прямо посреди комнаты. Опустилась прямо на мягкий белоснежный ковер, купленный ею в Швеции, чтоб украсить их с Виталием спальню. Сделать ему сюрприз. Но он даже не заметил...

        Воронов подскочил с кресла и подбежал к ней.

        - Катя, тебе плохо? Что-то с ребенком? - взволновано спросил Вит.

        Ах да, ребенок. Только он и нужен ему от нее! А Катя как бесплатное приложение, можно оставить, а можно и выбросить в мусорку. Только ребенок заставлял Воронова заботиться о ее здоровье, только ребенок держал его рядом с ней. Ребенок, а не она! В этот момент девушка тихо начала ненавидеть то, что сейчас росло в ее чреве. Ненавидела за то, что он -- ребенок -- был нужен Виталию, а не она! Ему нужен ребенок, ему нужна Даша, даже Жека ему нужен, а она побоку. Просто подстилка, которую используют.

        В данный момент Катя ненавидела всех -- Воронова, Дашу, ребенка, себя... Себя она ненавидела больше всего, потому что была слабой тряпкой, которую топтали. И самое унизительное -- Катерина не могла отказаться от него. Не могла уйти от него. Слишком далеко все зашло. Катя не отпустит его, будет бороться!

        - С ребенком все хорошо, - хрипло ответила она. - Но мне плохо. Плохо вот здесь, - девушка прижала руку к сердцу. - Мне больно, Виталий.

        Внимательные глаза заглянули ей в душу. Может она и преувеличивала, но ей всегда казалось, что этот мужчина читает ее словно открытую книгу.

        - Катя, - он глубоко вздохнул, а потом продолжил, - ты сама это все начала. Ты сама решила всё тогда, когда устроила тот спектакль. Я никогда не обещал тебе любви до гроба, я всегда был честен с тобой. Много раз говорил уходить, но ты не уходила. Что прикажешь мне с тобой делать? Возможно, мне нужно было тебя более жестоко унизить, чтобы ты осознала, что я тебя не полюблю, но даже я имею какие-то принципы. Возможно, нужно было тебя силой прогнать, но ты была для меня... удобной. Ведьма, я никогда не полюблю тебя, когда ты поймешь это и перестанешь мучить себя?

        - Лучше жить с тобою мучась, чем без тебя, - проговорила Катя. Даже она сама понимала насколько бредовыми кажутся ее слова, но девушка так чувствовала, так думала и не могла этого изменить.

        - Катька, Катька, - покачал головой Воронов, но потом вернулся к своей невозмутимой маске и спокойно сказал: - Я переезжаю в загородный дом. Нужно присмотреть за гостями. Кстати слышала новость?

        Резкая смена курса разговора немного обескуражила Катю. Что еще могло случиться за эту ночь? Не имея возможности выговорить хоть слово, она покачала головой.

        - Твой брат женится, - хмыкнул Воронов. Как-то недобро хмыкнул. Катерина насторожилась. А Виталий, тем временем выдержав эффектную паузу, продолжил: - Кажется, мы с Дашей скоро породнимся.

        Тут-то у девушки мозг-то и закоротило. Причем тут новость о свадьбе Жеки и... Даша?

        - В смысле? - как-то заторможено отозвалась Катя, еле выговорив вопрос.

        - В смысле того, что Даша собирается стать твоей снохой, - проговорил Ворон, при этом глаза его, ой, как недобро сощурились. Кажется, Катя догадалась, о какой преграде на своем пути думал Воронов, когда она проснулась.

        - Женя и Даша собираются пожениться? - совершенно растерянно пролепетала Ведьма, понимая, что возможно судьба дала ей шанс, и она не потеряет Виталия.

        - Именно. Они со мной сегодня поделились этой радостной новостью, когда я ездил к ним, - спокойно отозвался Вит. - Так что тебе придется налаживать с Дашей отношения. Будущая родня, как-никак.

        Мужчина подошел к креслу и взял в руки сумку с вещами.

        - Олег присмотрит за тобой. Если что-то нужно будет, звони, - сказал Воронов напоследок, выходя из комнаты.

        - А мне нужно, чтобы за мной присматривали? - хотелось закричать Кате, но из ее рта не вылетело и звука. Она так и осталась сидеть в центре комнаты, смотря в одну точку. В голове всё смешалось, одновременно хотелось кричать, убежать, драться, ругаться... она сходила с ума. Но совершенно точно знала, что не сдастся!

        Даша его не пустит назад после того, что случилось и собирается замуж за брата. И Катя ждет ребенка Воронова. У нее на руках все козыри. Главное, правильно ими воспользоваться, и плевать на то, что придется пожертвовать гордостью и обратится к когда-то самой лучшей подруге теперь ставшей чуть ли не врагом. Катерина надеялась изменить положение вещей. В конце концов, Беляева всегда была великодушна. И теперь только она -- Даша -- могла гарантировать то, что Виталий не бросит ее и не уйдет к ней.

        Приняв решение, Катя встала на ватные ноги и подошла к столику, на котором стоял телефон. Набрав номер телефона загородного дома, стала ждать, когда ей ответят. Девушка собиралась просить помощи у извечной своей соперницы.

        - Алло, - ответили ей через некоторое время.

        - Даша, - проговорила Катерина и замолчала, не зная, что ей сказать. Она молчала с минуту, Дарья тоже ничего не говорила. Наконец, собравшись с духом, Катя продолжила: - Это я, Катя...


***


        А в это время за городом в усадьбе Воронова не выспавшаяся Даша сидела на кухне и поглощала крепкий черный кофе без сахара. Толком поспать ночью ей не удалось. После отъезда Виталия, девушка поднялась к себе. Заснуть она даже не пыталась, в голове складывались возможные варианты воплощения задуманной мести, так что ей было не до сна. Обдумывание планов мести, сводилось к одной важной аксиоме -- нужно было нанести удары по самым мягким и незащищенным местам противников. Даша вполне хладнокровно стала в уме перебирать слабости Кати и Воронова, пытаясь придумать, как их использовать. С Катей было легче, та всегда была без ума от Виталия и до сих пор терпит его, не смотря на постоянные измены. Дарья не совсем понимала одержимости бывшей подруги, она сама так бы не смогла, жертвовать собой, своей гордостью ради неизвестно чего. Но речь шла не о ней... Самая лучшая месть Кате -- отобрать у нее то, чем она дорожит больше всего. И Даша это сделает, она отберет у нее Воронова, а потом и ребенка.

        С Виталием было труднее и легче одновременно. Дарья не обольщалась на свой счет и понимала, что справиться с Витом собственноручно вряд ли сможет. Так что ей придется задействовать новое действующее лицо. Беляева прекрасно понимала, что связываться с Бесом было опасно... только ведь Даше терять было нечего. По сути даже смерти девушка не боялась, поэтому и жила одним днем. Внутри нее было пусто и мертво, хотя Дарья ходила, ела, улыбалась, занималась сексом, боролась, но делала это скорее из упорства, нежелания признавать, что проиграла. Беляева хотела поменяться, хотела поменять свою жизнь, по сути все последние пять лет этим и занималась, только мало, что получалось. Так что Даша пойдет на сделку с Денисом Максимовым. Только немного позже. Не зачем спешить, нужно пока насладиться ситуацией и поиграть, не допустить свадьбы Кати и Воронова. Последнее было сделать труднее всего, но у девушки уже появилась парочка идей, как это сделать. Но для того, чтобы воплотить их в жизнь ей требовалась максимальная близость к жизни Кати. Даша долго не могла понять, как же приблизится к бывшей подруге и не
вызвать подозрений, а потом решила идти по самому легкому пути. В конце концов, она зря что ли вчера подтвердила будущую свадьбу с Алексеевским. Таким образом, роль будущей жены Жеки может стать для нее отличным прикрытием. Никто не будет сильно удивлен, если будущая сноха попытается наладить отношения с сестрой мужа. Конечно, Воронова не проведешь... но с Катей легче. Да и Евгений будет рад наладить отношения между ними двумя. Парню не нужно знать для чего на самом деле Даше это нужно. А вот поговорить о их "свадьбе" им стоит. Причем серьезно. Девушка должна знать, какие козыри у нее на руках.

        Вот такие мысли одолевали ее голову в тот момент, когда на кухню зашел Жека. Выглядел мужчина потрепанным и помятым. Алексеевский прошел в комнату, налил себе кофе, потом повернулся к ней лицом, облокотившись спиной на стойку.

        - Тяжелая ночь? - спросила Даша, спокойно ставя на стол кружку с горячим напитком.

        Он кивнул.

        - Произошла путаница с поставкой товара, - ответил Жека, но пояснять не стал.

        Даша поняла, что он не хочет об этом говорить, поэтому замолчала и стала дальше пить свой кофе.

        - А вы... - Евгений слегка помедлил, - поговорили?

        - Можно итак сказать, - криво усмехнулась Дарья. - Ничего интересного не произошло, Жень. Он тут пробыл еще с полчаса, а потом уехал. Правда, обещал вернуться.

        - В смысле? - встрепенулся Жека, и Даша поняла, что он ожидал подобного.

        - В прямом, - ответила Беляева. - Воронов лично решил проследить за благополучием своих гостей и решил переехать сюда на время.

        Даша наблюдала, как Евгений стиснул бедную ни в чём не повинную кружку. Как та не раскололась, девушке оставалось только догадываться. Но вот от чего когда-то близкие дружеско-братские отношения превратились в тихую ненависть? Этот вопрос ее интересовал гораздо больше.

        - Жень, а можно вопрос? - решила всё-таки узнать всю правду Даша.

        Сам Воронов не раз и не два ей говорил, что информация может быть смертельна. Теперь же ей нужна вся информация о личности Виталия. Нужно узнать, что происходило тут эти пять лет, пока ее не было. Даше нужно знать, что же на самом деле произошло с Женей и Витом, чтобы быть уверенной, что ее не заденет осколком после того, как она подкинет бомбу. И при этом всем девушка понимала, что ей надо быть предельно осторожной. Дарья не должна допустить ни одной промашки, иначе все ее планы так и останутся планами. И это в лучшем случае.

        - Смотря какой, - ответил Евгений, видно услышал в ее голосе желание поговорить на серьезные темы с утра пораньше, хотя сам подобного желания не испытывал.

        - Почему ты так ненавидишь, Воронова? - напрямик спросила она, не давая ему отвертеться. Слишком хорошо Даша его знала. Когда нужно он мог так играть словами, что уводил тему в совершенно противоположном направлении и собеседник даже забывал, с чего начинался разговор.

        - С чего ты решила, что я его ненавижу? - осторожно спросил Алексеевский, пытаясь увильнуть от прямого ответа на вопрос.

        - Женька, перестань играть, - предупредила она, - если не хочешь меня серьезно обидеть. Я слишком хорошо тебя знаю, чтобы не понимать, что ты действуешь из желания насолить Виталию. И вчерашний концерт с новостью о свадьбе из той же оперы.

        - По-моему то, что он сделал с моей сестрой вполне достаточно для того, чтобы начать его недолюбливать, - колко ответил Красавчик.

        - А что он с ней сделал? - не удержалась Беляева. - Катерина будет его женой и матерью его ребенка...

        - Да он ее в грязь втаптывает при каждой возможности! - заорал он.

        - Не ори, - тихо осадила его Даша. - Я всего лишь хотела сказать, что Катерина сама выбрала для себя свою судьбу.

        - Ты его защищаешь? - Жека прищурил глаза, ожидая от нее ответа.

        - Нет, он морально очень испорченный человек, но ведь Виталий и раньше был таким и вы с ним дружили. Тебя не интересовало то, насколько он плох. Ты принимал его таким, каким он был. Но стоило ему коснуться твоей сестры, которая совершенно не была против, а даже наоборот как могла, способствовала такому повороту событий, ты начинаешь его упрекать. Несколько лицемерно с твоей стороны, не находишь?..

        С каждым словом девушки Евгений закипал, но стоило ей заговорить о лицемерии, как бедная кружка всё-таки разбилась. Замахнувшись со всей силы, Евгений послал в полет бедную утварь, расплескав при этом весь кофе. Кружка ударилась о стенку, и осколки осыпали умывальник и поверхность кухонной стойки.

        - Наступила на больной мозоль? - спокойно спросила Дарья, оставаясь на месте и совершенно не впечатлившись этим проявлением чувств.

        - Даша, не рассуждай о том, чего не знаешь! - прорычал мужчина.

        - Так расскажи мне, - не теряя спокойствия и размеренности тона, проговорила Беляева.

        Женя ничего не ответил, лишь облокотился руками о стол. Так он застыл, повесив голову. Даша не вмешивалась, ожидая. И когда решила, что он ничего не скажет, Алексеевский всё-таки заговорил:

        - Вит дал мне слово, что он пальцем не коснется моей сестры. Он обещал мне, что Катя не будет его очередной куклой! Виталий всегда знал. Он всё знал! Но все равно затащил ее в постель! - последние его слова походили на агонию, что Даша невольно даже отшатнулась.

        - Знал что? - осторожно спросила она.

        Евгений всё-таки поднял голову и посмотрел ей в глаза. В его глазах была жуткая усталость и пустота. Даша никогда его в таком состоянии не видела. Ей даже на миг стало страшно.

        - Это длинная и не красивая история, - предупредил Красавчик.

        - Я спец по таким историям, - криво усмехнувшись, ответила Дарья. - А еще я очень хороший слушатель.

        - Ну что же, ладно, - пробурчал он, пододвинул табуретку поближе к столу и сел на нее. - Ты знаешь, что у нас с Катей разные отцы?

        Даша кивнула, не совсем понимая, причем тут это.

        - Моя мать была своеобразным человеком. Катюха очень сильно на нее похожа. И не только внешне. Я родился от ее первого брака, а потом мать бросила отца ради отца Кати...

        Евгений говорил, а Даша впитывала в себя информацию, как губка. Грустный монолог мужчины вторил ее собственным эмоциям и ощущениям. Ольга, мать Жени и Кати и вправду оказалась противоречивой натурой. Будучи женой Олега Степановича, отца Евгения, она стала любовницей своего начальника. И ее совершенно не смутил тот факт, что и она и ее любовник были не свободны. Ее начальник был женатым человеком, и его жена как раз ждала первенца, когда у него завязался роман с секретаршей. Ольга хотела, чтобы любовник -- Петр Николаевич -- бросил свою семью, чтобы они могли быть вместе, но как оказалось, тот не спешил расставаться со своей женой и вообще, как оказалось, любил законную жену. Его жена родила здоровую девочку, а интрижка на стороне медленно сходила на нет. Ольга это почувствовала и решила предпринять крайние меры. Мать Жеки забеременела от любовника, вот только будущий отец не очень обрадовался вести. Скорее разозлился и заявил, что это не его ребенок. Мало ли у Ольги любовников перебывало в постели, пока ее законный муж в рейсе зарабатывает деньги для семьи. Тогда Ольга пошла к его жене. Узнав о
предательстве мужа, она сразу же подала на развод. Петр Николаевич не собирался рушить семью, но его жена была непреклонна, и вскоре он стал свободным человеком...

        - Моя мать получила то, что так хотела, женила его, в конце концов. После множества ссор и оскорблений. Катя родилась уже в семье... хотя семьей назвать то, как мы жили это преувеличение. Отчим никогда не любил ни мать, ни Катю. Начиналось всё постепенно. Одна рюмка, две... потом больше. В общем, отчим стал пить, гулять. А возвращаясь домой, он накидывался на мать с претензиями и обвинениями, что она ему жизнь испортила. А мама все терпела, говорила, любит его. Помню, Катя как-то спросила, почему папа всегда такой злой и почему мама это терпит. Ей было всего-то лет семь. А мама ей "Вот станешь взрослой, полюбишь и всё поймешь!". Вот так мы и росли, самое ужасное, что я ничего не мог изменить. Из-за дня в день я слушал все эти крики, ссоры...

        - Он бил ее? - наверное, каждый на месте Даши подумал бы о худшем.

        - Нет, он был из профессорской семьи, работал в университете, в общем, не человек силы он. Но растоптать и убить человека можно не только действиями и силой, слова тоже для этого прекрасно подходят. Я вынужден был наблюдать, как мать убивает себя морально на протяжении нескольких лет. Так продолжалось, пока я не стал достаточно взрослым, чтобы ответить. Если не ошибаюсь, мне было тринадцать. Я вернулся после тренировки и опять застал плачущую мать и орущего Петра. Я тогда просто не выдержал, высказал всё, что думаю. А когда он отвесил мне оплевуху, я ударил в ответ... в общем, он выкинул меня из квартиры вместе с вещами, а мать даже слова не сказала. Он для нее был важнее, чем мы с Катькой. Помню, Катя плакала тогда, не хотела меня отпускать, а он ее в туалете запер, чтобы не мешалась. До сих пор простить себе не могу, что ушел. Может быть, если бы я остался, то смог бы ей помешать. Кто знает...

        - Боже, я не знала...

        - Никто не знал, - голос Жени был спокоен, слишком спокоен. - Для всех остальных мы были образцово-показательной семьей. Мама всегда всех уверяла, что Петр самый лучший. Она была хорошей актрисой, все были уверены, что они счастливы в браке. Мать даже Катю уверила, что происходящее в семье это нормально. А Петр по понятным причинам не выносил сор из избы. Я ушел жить к отцу, он так и не женился после развода с матерью. А однажды, я просто узнал, что моя мать умерла. Покончила с собой. Повешалась в спальне, пока Катя в другой комнате делала уроки.

        - Кошмар...

        - Да, - потерянный взгляд Евгения метался по кухне, - самое ужасное, что как только мать похоронили, Катя совершенно стала не нужна отчиму. Он забросил ее... Петр даже не возражал, когда я забрал ее к себе. Это произошло через год после смерти матери. К тому времени умер и мой отец, а мне досталась его квартира. Я забрал ее к себе и растил сам. Потом когда она стала достаточно взрослой взяла мою фамилию, так как со своим отцом она к тому моменту разругалась в пух и прах. Я сам зарабатывал и обеспечивал нас обоих. Для меня она не просто сестра, она мне как дочь, может и странно это звучит, учитывая нашу возрастную разницу в три года. Я помню, как краснея, объяснял ей про отношения мужчин и женщин, как помогал ей покупать первый бюстгальтер. И я прекрасно знал о ее детской влюбленности в Воронова. Он был моим лучшим другом и постоянно обитал у нас, ведь у себя дома он не мог находиться. Я не придавал этому значения до тех пор, пока Катя буквально стала пытаться соблазнить его. Вит даже на время перестал приходить к нам. Потом мне казалось, что она переросла это. Но... я стал замечать за ней... Катя
слишком похожа на мать, а воспитание, которое она получила в детстве... в общем, у нее стали проявляться не стандартные суждения, я пытался исправить это, но то, что вбила мать в ее голову въелось настолько сильно, что я изменить ничего не мог. Я за ней приглядывал. Мне стало казаться, что ее убеждения ей в принципе не мешают жить и со временем все успокоится. Но потом ты и Воронов стали встречаться... у нее были нервные срывы и истерики, вы не знали об этом. Но резкие перепады настроения ты, наверное, тогда заметила. А когда дело пошло к свадьбе, Катя неоднократно уговаривала меня скомпрометировать тебя. Сестра знала, что ты мне сильно нравилась и пыталась это использовать. Я отказался и пригрозил психиатром, если она не успокоится. Это подействовало. А потом мне пришло предложение работать из-за границы, и я согласился. Уезжая, я взял с него слово, что Вит не притронется к ней и пальцем. Я прекрасно сознавал, что Катя будет пытаться соблазнить Воронова, и знал, что это ничего хорошего не принесет. А мой друг зная, зная абсолютно всё, затащил ее в постель! И теперь история моей матери повторяется с
моей сестрой, и я опять не могу ничего сделать! НИЧЕГО! Ты хоть понимаешь насколько это больно?! А Воронова я ненавижу, потому что он не выполнил одно обещание. Всего одно обещание. Я никогда ничего не требовал у него и думал, что наша дружба стоит большего. А Виталий даже одного обещания не смог выполнить, а я ведь ради него жизнью рисковал! Он был мне, как брат!

        Даша не знала, что и сказать. Нет, девушка, конечно, знала, что мать Кати покончила с собой, но та никогда не вдавалась в подробности. Обходила стороной тему смерти матери, а Дарья уважала ее решение, считая, что той больно вспоминать. Теперь девушка понимала, откуда корень проблемы, но это уже никак не влияло на ее собственные планы...

        - Ты пытался с ним поговорить? - тихо спросила Беляева. - Пытался узнать, почему так случилось? Или с Катей говорил?

        - А зачем? - удивился Женя. - Да и особой готовности говорить с их стороны я не видел. Пару раз я начинал разговор, так оба заканчивались дракой с Витом...

        Даша откинулась на спинку стула и стала думать. В данный конкретный момент ей нужно было, чтобы Жека вернул прежнее расположение Вита, только так она может быть в курсе дел Воронова. Только через Алексеевского она может получать информацию о делах Виталия. Но пока Жека не восстановит дружеских отношений с Вороновым, информации ей не видать, как собственных ушей. А без достаточной информации к Максимову лучше не соваться. Выход был один. Нужно подтолкнуть Красавчика к примирению.

        - Попробуй еще раз, - медленно проговорила девушка. - Поговори с ним, только не с наскока, как ты любишь, а нормально. Просто спроси.

        - Зачем? Это уже давно не имеет никакой важности... - похоже, Евгений не понимал желания Даши помирить его в Вороном. Да и кто бы понял?

        - Жек, но и так постоянно жить не возможно, нужно прервать этот замкнутый круг. Поговори с ним, объяснись, выскажись... а потом решай, что делать. Но так продолжаться не может, - увещевала она его.

        Зазвонил телефон, громко оповещая о том, что кому-то не терпится поговорить с обитателями дома. Даша посмотрела на опустошенного Жеку и положила руку ему на плечо.

        - Поговори с ним, хватит этих умалчиваний и обид. Уже давно нужно было расставить все точки над "и", - еще раз посоветовала Беляева, поцеловав в щеку, и отправилась к телефону.

        Взяв трубку, Дарья подумала, что ей нужно будет узнать у Жеки номер Кати. Нужно начинать действовать, времени до свадьбы не так много, а лучше всего провернуть все до бракосочетания этих двоих. Но судьба сделала ей аванс, когда она услышала в трубке знакомый голос:

        - Даша...

        Дарья улыбнулась. Похоже, сама судьба на ее стороне!

        Услышав голос Кати, Беляева улыбнулась, правда, предварительно отвернувшись от Евгения, не стоит ему видеть ее довольное лицо. Алексеевский тоже не дурак. Без сомнения Воронов был куда опасней, но у Красавчика была отличная интуиция, спасавшая и его и Вита в самых разных ситуациях. Именно благодаря Евгению в том пожаре, который уничтожил первый "Виват" практически до основания, никто не пострадал. А ведь Вит и она собирались остаться с ночевкой в ресторане, ведь в их квартире на тот момент делали ремонт, а сама Даша катастрофически не выносила запаха краски, ее сразу же начинало тошнить и голова кружилась. Жека практически с криками заставил их поехать к нему. Дарья тогда очень долго благодарила друга и радовалась, что они послушались его.

        - Это я Катя... - послышался неуверенный голос бывшей подруги.

        - Здравствуй, - спокойно проговорила Даша, - Катя. Как дела?

        Никогда Дарья не думала, что сможет так спокойно разговаривать с ней после случившегося. Но люди меняются, изменилась и сама Даша и ее устремления. Теперь ей хотелось крови этой парочки, сломавшей ей жизнь. Даже после рассказа Жени, девушка не простила ее. Нет. Не может она этого сделать... ведь гнев и обида -- это все что ей осталось, другого просто нет в ней. Милосердие стало лишь пустым звуком, который не стоит и ломанного гроша. Когда тебе больно, ты перестаешь задумываться о том, что чувствуют другие. В течение этих пяти лет те остатки ее души, что теплились в ней, окончательно потухли. А что до Кати... она получит по заслугам. Даша заберет у нее всё то, что она любит. Абсолютно все. И то, что произошло в детстве, Катерине не может служить оправданием. В этой треклятой истории уже давно нет случайных жертв, потому что каждый из них способен на такие низости и подлости... и Беляева прекрасно сознавала, что становится такой же как они, ведь ее действия могут причинить вред ребенку Кати. Даша не хотела, чтоб невинное дитя страдало, но его родители должны понести наказание, за то, что сотворили с
ее ребенком. А ребенок... возможно, ему будет даже лучше без мамочки.

        - У меня... - Катерина видно не ожидала такой спокойной реакции со стороны Беляевой, даже заикаться начала от волнения, - всё хорошо.

        Ага, она так и поверила. С чего это Кате звонить ей? Наверняка у нее для этого есть причина. Или причины. Даша начала подозревать, что дело в том, что господин Воронов решил переехать к ней поближе. Интересно, а Катю он с собой возьмёт? Что-то Дарья в этом сильно сомневалась.

        - Хотя вру, - через мгновение поправилась Катя, - всё очень плохо...

        Ого-го, девочка моя, ты так спокойно говоришь об этом? Что же ты задумала?

        - Что-то с ребенком? - также спокойно спросила Беляева, краем уха отметив, как сзади Жека подорвался с места. Даша только глаза к потолку подняла. Ну как же, его маленькая сестричка нуждается в помощи!

        Сколько раз Катя играла на его братских чувствах, защищая свои интересы, зачастую игнорируя правила морали. А ведь она на него молится должна, еще неоперившийся пацан взял на себя ответственность за несовершеннолетнюю сестру, вырастил ее, дал кров, еду, достойное образование, в то время как ее отец просто выкинул из своей жизни.

        Евгений мгновенно подлетел к Даше, ожидающе глядя на нее.

        - Нет, - молчание и резкий вздох, - с ребенком всё нормально, но... Это не телефонный разговор, Даш. Не могли бы мы встретиться? Нам уже давно нужно поговорить.

        По мнению Беляевой, время разговоров уже давно прошло, но девушке стало интересно, что же ей хочет поведать горе-подруга.

        Жека продолжал над ней нависать, раздражая ее не совсем спокойные нервы. Даша, отняв трубку от лица, прошептала, что с Катей всё в порядке, та просто решила поговорить. Это видно не сильно успокоило Алексеевского, но, по крайней мере, он отступил, давая Дарье вздохнуть, но всё равно так и остался стоять рядом, пытаясь уловить суть разговора девушек. Беляева только пожала плечами, давая понять, что ей нечего скрывать, хотя внутренне скривилась такому надзору.

        - Конечно, Катя, - Даша помолчала. - Может, пообедаем сегодня вместе?

        - Это было бы замечательно! - на одном дыхании выдохнула Катерина. Даша чуть не расхохоталась от энтузиазма, звучащего в голосе Ведьмы.

        - Ну что же, - пробормотала Беляева, раздумывая над тем, где им бы пообедать. Тут ей вспомнилось маленькое кафе, которое любили посещать подруги в свое время. Тихое, спокойное место, с видом на реку. Девушки часто там бывали... когда-то. - Помнишь то кафе, "Изюминка" вроде бы...

        - Да-да, помню, - затараторила Катя, - раньше мы там часто бывали...

        И запнулась, чем ужасно порадовала Дашу. Ей совсем не хотелось воскрешать в памяти давно забытые эпизоды.

        - Кафе всё еще работает? - спросила Беляева. Вдруг его закрыли за столько лет?..

        - Всё еще работает, я там недавно была...

        - Ну что же, надеюсь, там все также замечательно готовят блинчики, - делано рассмеялась Даша. - Давай там сегодня и встретимся. М-м-м, в час дня.

        - Хорошо, - согласилась Катя. - В час дня в "Изюминке".

        Опять повисла тишина. Катерина не решалась сказать ничего, потому что боялась, что Даша передумает. Беляева же просто не понимала о чем с Катей можно говорить в такой ситуации. Половина тем просто отпадала сама собой, потому что те задевали их прошлое или последствия того, что Катя и Вит натворили, а скандалить им сейчас не стоит. А о погоде как-то странно вести разговор после всего пережитого...

        - Ну, тогда до встречи, Катя, - как можно мягче сказала Даша.

        - До встречи, Даш, - ответила Катя. - И спасибо...

        Девушка положила трубку и посмотрела на Жеку.

        - Катя звонила, - произнесла она, озвучивая очевидное.

        - Я уже понял, - скрестив руки на груди, ответил Красавчик. - Чего она хотела?

        - Встретиться, - односложно ответила Даша, ей совсем не нравилось, что на нее смотрят, как на потенциального преступника. Ей совершенно без надобности подозрения Евгения, учитывая, что он один из козырей в ее игре против Воронова.

        - Зачем? - начал допытываться Жека.

        - Я откуда знаю, - капризно ответила Дарья, пытаясь разыграть попранную невинность. - Она сама мне позвонила, попросила встретиться, зачем не объясняла. А так как я беременным не отказываю, я согласилась. Еще вопросы? А то мне не нравится быть в роли допрашиваемой, если нужны подробности, обратись к сестре!

        И отвернулась, разыгрывая обиду. Судя по всему, играла она преотлично, потому что через минуту ее плечи обняли сильные руки, а в шею уткнулся нос мужчины.

        - Ну, прости, - проговорил он, - я просто за нее беспокоюсь...

        - Ты всегда о ней беспокоишься, - проговорила Даша совершенно бесстрастно.

        - Да всегда, - ответил он. - Привычка. В свое время я пообещал отцу, что позабочусь о ней, вот я и забочусь. Как умею.

        - А какое дело было твоему отцу до Кати? - спросила Даша, позволяя ему себя обнимать. - Она же не его дочь.

        - Не знаю, - девушка почувствовала, как он пожал плечами, - наверное, ему было жаль ее. Папа часто забирал нас обоих и возил куда-нибудь, в то время пока отчим и мать выясняли отношения.

        Даша нахмурилась. Так относится к девочке, дочери твоей бывшей жены и ее нового мужа, заботится о ней... Странный мужчина. Или просто добрый. Когда-то Дарья посчитала бы такую заботу мужчины о посторонней девочке нормальным, теперь же считала... подозрительным. Хотя, какая ей разница? Все фигуранты этого дела давно находятся в земле, кроме отчима Жеки. Тот в данный момент находится неизвестно где.

        - Мне просто интересно, почему ты так спокойно отнеслась к тому, что Катя попросила тебя встретиться? - вроде бы совершенно спокойным голосом задал вопрос Алексеевский. Только Беляевой показалось, что там было что-то еще. Может ее актерские качества не такие хорошие, как она думала?

        - А что мне устроить истерику или начать плакать? Женя, - девушка повернула голову к мужчине, заглядывая ему в глаза, делая при этом совершенно честное лицо, - я здесь, чтобы перечеркнуть прошлое и начать жить заново, и разговор с Катей может стать первой ступенькой к моей цели... Хотя, нет, второй, - поправила она себя, - вчера была сделана первая...

        Правильно, Даша, лучшая защита -- это нападение. Пусть он оправдывается перед ней, почувствует вину, и преспокойненько забудет о своих подозрениях.

        Намек был правильно понят. Евгений напрягся, понимая, к чему она клонит. А потом резко опустился на колени перед ней. Настолько резко, что Дарья опешила, а Алексеевский тем временем уткнулся ей в живот лицом и крепко обнял за талию.

        - Прости, Даш, - проговорил он, - я не знаю, что на меня нашло вчера...

        - Только не говори, что у тебя всё не было спланировано. Не поверю, - усмехнулась девушка.

        Он поднял голову и посмотрел на нее снизу вверх.

        - Спланировано, - признался Красавчик. - Я спланировал всё еще до приезда в город. И прошу прощения, что не сказал тебе об этом.

        - Зачем это нужно было? - спросила Дарья, нахмурив брови. - Кому ты что доказывал?

        - Виту, - он тяжело вздохнул, - и себе...

        - А поподробнее?

        - Да всё просто в общем-то, - начал объяснять Жека, так и не вставая с колен. - Я хотел задеть Воронова, да побольнее... И хотел доказать нам обоим, что ты выбрала меня.

        - Ого! А я ведь могу еще и передумать! - заметила Даша.

        - Можешь и имеешь на это полное право. Просто пойми, я все еще не могу до конца поверить, что ты со мной. Долгое время я просто наблюдал со стороны, не имея возможности даже прикоснуться к тебе, как я того хочу... а теперь ты со мной. Всю эту неделю я не могу поверить, что мы всё-таки вместе.

        - И ты решил продемонстрировать свое доминирование другому самцу? - с сомнением протянула Беляева.

        - Можно сказать итак. Еще я хотел ему сделать больно... Знаю, это звучит недостойно и низко... но я устал быть наблюдателем со стороны. Мне больно смотреть, как он уничтожает Катю....

        - Но она сама выбрала его и терпит такое обращение добровольно, - заметила Даша.

        - Знаю, только поэтому Воронов всё еще жив и находится на свободе, - куда-то вниз живота пробормотал Жека.

        Девушка инстинктивно запустила руку ему в волосы, а в это время как мозг начал бурную деятельность. Даша поняла, что слова Жеки не просто слова и намеки. Значит, у него есть компромат на друга. Конечно же, у него есть компромат! Кому как не лучшему другу и главному доверенному лицу знать о подпольных делах Воронова. И Красавчик не настолько туп, чтобы не понимать, что однажды эти сведения могут ему понадобиться.

        - А твои слова о свадьбе тоже были спланированы?

        - Нет, это был чистый экспромт, - ответил он. - Ты меня простишь?

        Даша, быстро подвела итог. Жека знает о Воронове какие-то факты, которые могут помочь засадить Виталия за решетку. Через Красавчика девушка может узнавать новую информацию о Вите и его делах. И Евгений же может в итоге стать последним гвоздем в крышке гроба Кати. Всё сходится на нем, на этом человеке. И теперь ей нужно сделать так, чтобы он стал послушным в ее руках, как воск.

        - Только при одном условии, - медленно проговорила она, не переставая перебирать волосы у него на затылке.

        - Каком?

        - Ты всё же попытаешься помириться с Витом, - поставила условие Даша.

        Евгений отвел взгляд, но она настойчиво повернула его голову к себе руками и сама встала на колени. Их лица оказались на одном уровне.

        - Если я могу перешагнуть через то, что эти двое сделали со мной, то и ты сможешь, - настойчиво настояла Дарья. - Это жизнь Кати, только ее и ее выбор, не тебе ее судить. Не тебе судить и Вита.

        - И ты меня простишь? - лукаво улыбнулся Жека.

        Даша понимала, что если слишком твердо будет стоять на своем условии, то это вызовет подозрения, поэтому улыбнулась ему и горячо прошептала:

        - Я тебя уже простила, дурачок!

        И поцеловала его. С удовлетворением Даша отметила, что он, нисколько не раздумывая, ответил на поцелуй, а когда поцелуй затянулся, то и вовсе почувствовала выпирающий орган. Если не действуют слова, то может секс будет более убедительным.

        Через некоторое время ей стало понятно, что поцелуев Жене будет мало. Мысленно простонав, решила опять идти до конца. Потерпит, даст своему телу действовать, просто отключив все чувства. Если нужно, сжав зубы, будет терпеть. Но этому половому акту было не суждено случиться. Им опять помешали...

        - Я, конечно, все понимаю, лямур-тужур, - бойким голосом заговорила, ворвавшаяся в кухню, Орхидея, - но не могли бы вы свои дела делать в спальне. Мне конечно пофиг, могу кофе попить и под аккомпанемент ваших стонов, но ведь не все такие невозмутимые как я....

        - Женя, не могла бы ты... - начал Жека, но девушка перебила его, сурово глянув на него исподлобья.

        - Нет, не могла бы, - в отличие от ее взгляда, голос был насмешливым и легким. - Мне нужно увидеть клуб, в котором я буду выступать. Ты мне обещал. Я здесь без своего агента, опять же по твоему настоянию, так что будешь мне помогать по мере возможностей, а свои сексуальные потребности можете попозже утолить!

        Даша засмеялась. Только ее подруга могла такое выкинуть. Вот так она лежала на полу, Жека лежал на ней, а рядом зубоскалила ее подруга, а Беляева хохотала. И чем вам не сцена из романтической комедии? Только ее жизнь была далека от романтики. Да и комедией тут не пахло. Смех резко оборвался.

        - Женя права, - отсмеявшись, сказала Даша, - так что слезай. Мне еще с твоей сестрой встретиться нужно!

        Даша буквально почувствовала тяжелый взгляд подруги, та явно надеялась, что Даша отступится. Только Беляева не собиралась отступать. Она уже всё для себя решила.

        - Уже второй раз, - простонал Жека, вставая с нее и помогая Даше встать.

        - Второй? - переспросила Женя.

        - Не важно, - отмахнулся Красавчик. - Пойду приму ледяной душ...

        - Правильно, - ухмыльнулась Орхидея. - Утренние обливания очень полезны для здоровья!

        И получила раздраженный взгляд от Красавчика, получив который Евгения еще больше расплылась в улыбке.

        - Так ты поговоришь с Витом? - спросила Дарья, не желая, чтобы ее старания прошли даром.

        - Поговорю, упорная ты моя, - вздохнув, ответил Жека и чмокнул ее в нос.

        - Да иди ты уже! - заявила Женя. - Не маячь тут передо мной своим вставшим колом, он меня отвлекает.

        В довершение ко всему еще рукой показала на тот самый кол, для самых не понятливых. Даша прыснула, а Жека еще раз застонал.

        - Мегера, - постановил он.

        - Еще какая! - подтвердила девушка, подмигивая ему.

        Беляева с улыбкой наблюдала за их перепалкой, когда небольшой прохладный ветерок повеял с окна. Она оглянулась. Осень была в этом году довольно теплая, поэтому окна не закрывали. Но сейчас, наверное, похолодало. Решив прикрыть его, она подошла к нему, как откуда-то с боку вылетел большой черный ворон и оглушительно каркнул, до смерти напугав девушку, а потом улетел. Сердце у Даши ушло куда-то в пятки, и она так и осталась смотреть вслед улетающей птице.

        ГЛАВА 9


        Это было тяжело сделать. Просто сделать шаг и открыть дверь. Ноги словно налились свинцовой тяжестью, а руки отказывались ему повиноваться. Порой сделать один единственный шаг намного тяжелее, чем проделать целый путь. Евгений стоял довольно долгое время перед дверью кабинета Виталия и не решался войти.

        Воронов приехал в не самом хорошем расположении духа, хмуро поздоровавшись с ними, сразу же направился к себе в кабинет и уже полчаса не выходил оттуда. Даша посоветовала ему пойти к нему и всё наконец-то обсудить, но всё внутри вставало в позу и не желало, чтобы Жека первым делал попытку примирения. Словно читая его мысли, Беляева заметила, что даже если они не помирятся, то Евгений хотя бы поймет, почему всё произошло. Если говорить начистоту, то Женя не понимал причин поступков Даши. И это немного напрягало. Хорошо, не немного, а много. Дарья что-то скрывала, и Алексеевский решил узнать, в чем дело, но решил действовать не грубо и напористо. Если бы он так поступил, девушка бы забилась бы в свою спасительную раковину и не сказала бы ни слова. Жека сделает всё спокойно и методично, без лишних телодвижений и истерик. Тем более мужчина не хотел ее терять, девушка была ему дорога. Любил ли он ее? Красавчик не знал, но Дарья всегда была в его сердце. Он уважал ее, она нравилась ему, и как мужчина он хотел ее. А еще Евгений был уверен, что ради нее он бы с легкостью расстался со своей свободой.
Алексеевский хотел, чтобы однажды Даша действительно стала его женой, причем не назло Воронову, хотя без некого чувства самодовольства не обошлось, а потому что он хотел, чтобы Беляева была его женщиной. Потому что Дарья была наиболее близка к идеальному облику женщины, с которой бы ему хотелось провести остаток жизни. Сильная, умная, волевая, красивая. Чего еще может желать настоящий мужчина?

        Правда в данный момент он желал еще кое-что, а именно -- набраться смелости и сделать этот последний шаг. Трусом Алексеевский себя никогда не считал. Лжец -- да, манипулятор -- есть такое, но трус -- никогда! И сцепив зубы, Евгений все-таки сделал этот шаг.

        Всё оказалась не так уж и сложно, ручка легко поддалась давлению руки и дверь открылась. Перед его взором предстал Воронов в наполовину распахнутой рубашке, сидящий на полу, облокотившийся на диван. Неподвижный взгляд его был устремлен куда-то в пустоту. Жека знал такое состояние друга. Оно всегда накатывало, когда Вит в очередной раз возвращался к ним в квартиру после того, как проверял, жива ли его мать после очередной драки с сожителем. А такие вещи случались поразительно часто, соседи часто звонили Виталию с очередными жалобами на его пьяную мать и ее "друзей". Постоянные пьянки, драки, ссоры с ее ухажерами, вытрезвитель... Такова была жизнь Марины Карповой, а значит и её сына. Евгений знал, через какие унижения Воронов прошел в детстве и иногда даже чувствовал себя виноватым за свое знание перед другом, прекрасно сознавая, что друг никогда не принял бы жалости.

        Тогда давно, Жека понимал своего друга. Слишком хорошо понимал, слишком через многое они вместе прошли, слишком многое пережили. Но за то время пока Алексеевский провел в Америке все настолько стремительно поменялось. Да еще и Максимов раскрыл глаза Красавчику на счет того, кто именно был автором того самого договора, по которому Алексеевский не мог долгое время даже покинуть США. Жека конечно догадывался, что Воронов ревнует Дашу к нему, но не думал, что настолько... обида на друга и ситуация с сестрой наложились друг на друга, а нежелание Воронова пойти хоть на какой-то контакт в корне убили желание Евгения хоть как-то оправдать друга. Красавчик понимал головой, что в сложившейся ситуации виноваты все, но чувства порой иррациональны мыслям в голове. Вот в таком дисбалансе и жил мужчина последние годы, тихо ненавидя друга за то, что тот играл его жизнью и вообще допустил такое, но почему-то не желая отпускать ту дружбу, что у них была. Слишком крепко они были повязаны. Поэтому и не смог Жека отдать ту самую папку с интересными данными о Воронове Максимову. Не смог, хотя в порыве очередной ссоры с
другом даже позвонил Бесу и договорился о встрече с ним, но явившись туда, не только не отдал папку, но еще и пригрозил Бесу расправой, если тот продолжит копать под Воронова. Вот такая недоместь получилась, вроде и желание и злость есть, но рука не поднимается. А причина банально проста. Жека всегда считал Вита братом, частью семьи, а семью не выбирают, просто принимают ее такой, какая она есть. Может Даша и права, что заставляет их поговорить, но через столько лет молчания, для них разговор был подобен вскрытию давно зажившей раны... придется заново разорвать плоть, чтобы дать в этот раз ей правильно срастись.

        - Чем занят? - бодрым голом поинтересовался Алексеевский. Ворон не ответил, лишь продолжил сверлить глазами пустующее место у стола. - Я тебе мешаю?

        - Мешаешь, - наконец ответил Вит, - мне мешает то, что ты и Даша вместе. Меня это бесит. Так и хочется свернуть твою шею. А может ее... Даже не знаю, чью больше. Чем занят? Обдумываю, каким образом тебя убить. Быстро или растянуть удовольствие... Думаю, растянуть.

        - Я всегда знал, что ты садист, - усмехнулся Евгений.

        - Зачем пришел? - грубый голос Воронова, заставил отбросить привычную маску раздолбая.

        - Поговорить пришел, - ответил Жека и без приглашения прошагал к дивану и сел рядом с Вороновым.

        - Поговорить? Разговоры уже давно ничего не решают, - по-философски ответил Ворон и Жека с удивлением отметил, что Вит с утра уже был выпившим. Не похоже на него. Он мало пил и только во второй половине дня. Слишком хорошо Вит знал, к чему может привести злоупотребление алкоголем.

        - А ты не думаешь, что если бы мы в свое время просто поговорили, то можно было бы избежать того, что мы имеем на данный момент? - вопросом на вопрос ответил Евгений.

        - А что мы имеем? - язвительно осведомился Виталий, но Жека не отреагировал. Слишком хорошо знал, как друг умело скрывает свои чувства. Но хорошо скрытые за маской беспристрастности чувства, все равно жили своей жизнью, хоть и стали со временем довольно сухими и эгоистичными.

        - Дайка подумать, - Алексеевский почесал голову, как бы раздумывая, - мы имеем тебя, который потихоньку становится одним из самых богатейших людей нашего края, а возможно и страны, но при этом совершенно несчастного и пытающегося скрыть этот досадный факт в своем патологическом трудоголизме, отдавая все силы на расширение компании своего отца, а еще есть череда ничего не значащих любовниц и моя сестра, которую ты ненавидишь, но всё равно держишь рядом. Скажи мне, ты счастлив? - не дожидаясь ответа, Женя продолжил: - Есть Катя, которая упрямо повторяет историю нашей матери, унижаясь и совершенно не борясь за себя. А еще она беременна. От тебя. Она счастлива? Не думаю... Поедем дальше, есть еще я, брат Кати и твой лучший друг. По крайней мере, мне так казалось, что мы друзья до тех пор пока не вернувшись из долбанной Америки я не узнал от Кати, что она чуть не умерла, пытаясь покончить с собой из-за тебя... а еще мне Бес поведал, что ты -- мой лучший друг -- именно ты затеял всю ту историю с моей работой в США. И то, что я долгое время не мог вернуться назад, не оказавшись по уши в долгах это твоя
заслуга. Ты ведь знал, насколько нужны мне были на тот момент деньги, чтобы покрыть долги по обучению Кати. И ты воспользовался моментом, чтобы убрать меня, как тебе казалось на тот момент, главного соперника за Дашу. Вот только соперником я тебе не был, ты сам так решил. Мы с Дашей были просто друзьями на тот момент. Именно ты все испортил. И сломал жизнь Даше. И поиграл моей жизнью, а ведь просто мог сказать мне, что тебя не устраивало. Но дальше хлеще. Ты, не смотря на то, что я был против, начинаешь жить с моей сестрой, которую не любишь, и даже не уважаешь. Вопрос: ЗАЧЕМ? Зачем это все? Думаешь, я счастлив, наблюдая, как вы с Катей страдаете? Вы дышать друг другу не даете!

        - Ты пришел сказать мне, что я моральный урод и мразь? - устало, спросил Вит, не открывая глаз. Его голова лежала на сидушке дивана, сам он не двигался. Со стороны казалось, что смертельно усталый человек просто заснул сидя и говорит во сне. - Можешь не утруждаться, я и сам всё это знаю.

        - Дело даже не в том, что я о тебе думаю. Дело в том, что я хочу понять, что произошло, пока меня не было? Что сделало нас врагами? - Жека старался контролировать голос. Правда, старался, но все равно в конце сорвался почти на крик.

        - Ты никогда не был мне врагом, - ответил Виталий. - Я никогда так не считал.

        - Так почему? - уже спокойней удалось произнести Евгению.

        Воронов все-таки открыл глаза и посмотрел на Жеку.

        - Хочешь знать правду? - спросил он. Алексеевскому не понравился тон друга, обычно такой тон он приберегал для очень плохих новостей.

        Евгений всё же кивнул. Он здесь за правдой и он ее узнает. Вит устало улыбнулся и заговорил:

        - Долгая история получится, брат...

        Жека вздрогнул. Давно Вит не называл его так. Очень давно. А потом Воронов начал говорить, медленно и спокойно. Всегда спокоен. Всегда собран.

        - Я всегда знал, что ты неравнодушен к Даше. Всегда. Я не могу гордиться тем, как поступил тогда. Да и если бы знал, чем это все закончится для нас с Дашей, то не сделал бы этого. Но я ревновал... Это жестокое чувство, Жек. Оно пожирает тебя изнутри и ни какие здравые мысли не могут заглушить все те странные, а порой ужасные мысли, приходящие в голову. Знание того, что ты в нее влюблен и то, с какой любовью Даша к тебе относилась, окончательно истощили запасы моего здравого смысла...

        - Она никогда не любила меня так, как тебя! - запротестовал Женя. - Ты для нее был "единственным и неповторимым", Даша сама часто мне говорила именно эти самые слова в твой адрес! Я для нее был просто другом.

        - Знаю, но тогда ты для меня был проблемой, вероятной причиной того, что Даша однажды уйдет от меня. И я решил отправить тебя подальше от нее, от нас. Не знаю, о чем я тогда думал, но я просто понимал, что если ничего не сделать, я наделаю глупостей и что-нибудь учиню.

        - А так ты не наделал глупостей? - сварливо осведомился Евгений, раздражаясь.

        - Наделал. Причем начал именно с этой, когда отправил тебя в США. Возможно, если бы ты был здесь, то Катя не набралась смелости сделать то, что сделала...

        - Сделать что? - прищурившись, спросил Жека. Ему не понравилось, как где-то глубоко внутри поднялась тревога. Та самая тревога, которая долгое время мучила его. Слишком неустойчивой была психика Кати.

        - Много чего. Как только ты уехал, Катерина, по сути, стала для Даши единственным другом, и активно этим пользовалась. Не знаю, что она говорила Даше, но у нас стали происходить ссоры на ровном месте. Катя умело давила на слабые точки Даши, а я не мог воспрепятствовать. Пару раз начинал с ней разговор, чтобы она не слушала подругу, пытался объяснить, но Даша всё принимала в штыки. Кончалось всё очередной ссорой. Мы, конечно же, потом мирились. А я не решался заново начать разговор, потому что боялся... Забавно, я всегда знал, что в основе любого краха лежит страх. Слишком часто сам играл с этим чувством, расправляясь с очередным противником. Я не был уверен, что я был нужен Даше. Я сомневался, ведь по сути я просто помог ей после смерти матери, иногда мне казалось, что вся ее любовь ко мне основана на благодарности... а Катерина тем временем успешно обыгрывала ситуацию. Однажды мы с Дашей сильно поругались. Я даже не помню из-за чего, я ушел из дома. Был зол, обижен, рассержен. Плохое сочетание скажу я тебе, отрубает способность мозга к любому анализу. Я тогда остался в ресторане, нализался до
состояния пьяного визга. А утром... утром проснулся на диване, а рядом голая Катя. Совет тебе на будущее Жека, если у тебя есть любимая и родная женщина, никогда не уходи из дома в таком состоянии, когда тебе на все плевать, так как обида и гнев проходит, а поступки остаются. Кстати, я до сих пор не знаю было ли в ту ночь что-то у нас с Катей. Не думаю, что в том состоянии невменяемости я был способен на сексуальные подвиги. Но, так или иначе, Катя решила, что теперь я брошу Дашу ради нее... когда она поняла, что я этого не сделаю, она прибегла к другому, более радикальному варианту.

        - Какому? - вопрос прозвучал приглушенно, потому что Жека сжал зубы. Уезжая в США, он прекрасно сознавал, что сестра попытается вновь вбить клин между ними. Поэтому собственно и взял клятву с друга, чтобы Катя не сломала себе жизнь и этим двум заодно. Слишком часто она упрашивала дискредитировать в глазах Воронова Дашу, но Красавчик отказывался, хотя чуть-чуть и завидовал другу, но лезть в их дела не собирался. И Катерине строго настрого запретил это делать, пригрозив реабилитацией в психиатрической лечебнице.

        - Шантаж, она попыталась меня шантажировать. Сначала тем, что расскажет Даше о том, как я провел ночь с ней, а когда поняла, что я на это не куплюсь, то пригрозила более крупными неприятностями. Пока тебя не было, она каким-то образом вскрыла твой сейф и нашла то самое письмо и пленку, которые ты должен был уничтожить, но по каким-то причинам этого не сделал. Твоя родная сестра хотела посадить нас обоих в тюрьму из-за того, что я ей отказал, Жек, - всё это было сказано без выражения, без чувств.

        - Нет, Катя бы не посмела, - покачал головой Алексеевский. Она не могла. Только не Катя. Он не хотел верить! Предсмертная записка одного из несостоявшихся убийц Виталия и пленка, доказывающая их причастность к смерти нападавших. Эти улики хранились у него когда-то в сейфе и стали бы приговором для них обоих. Воронова посадили бы за убийство, а Жеку за соучастие. Мужчина невольно положил руку к правому боку, где находился шрам от ножевого ранения. Тогда он просто инстинктивно прикрыл Вита и принял удар на себя. Если бы этого не сделал, Воронов был бы мертв, но для самого Алексеевского ранение не прошло бесследно. Так или иначе, та бумага и пленка действительно хранились в его сейфе, правда по возвращении он их уже не нашел, лишь получил сухое объяснение Вита, что эти вещи давно нужно было сжечь.

        - Я тоже так подумал, пока совершенно случайно не перехватил ее в отделении милиции, разыскивающую Дорофеева. Она бы сдала нас с потрохами только, чтобы не отдать меня Даше. При этом совершенно искренне считая Дашу своей подругой. Знаешь, я не представляю, почему я ее не убил в тот момент. Хотя был близок к этому... Она загнала меня в угол. Я согласился на ее условие, она хотела быть моей девушкой, но я предложил место любовницы. Я знаю, что поступил, как последняя сволочь. Всё же должен был расстаться с Дашей, но не смог. Она была моей и отказываться от нее из-за того, что твоя сестра решила прибрать меня к рукам, я не собирался. Катя согласилась, и у нас начались редкие и весьма специфичные свидания. Я решил показать, насколько трудно быть со мной, показать истинного себя, но весь процесс доставлял Кате удовольствие, ей нравилась боль. Может быть, в этом всё дело? Ей нравится боль, а я ее умею причинять.... Мой план отпугнуть ее с треском провалился, но я нанял человека, который должен был узнать у кого Ведьма хранила пленку и записку. Это длилось три месяца. За это время у нас было не так много
встреч. Катерина была счастлива, а я себя тихо ненавидел. Мне было противно. Но знаешь... потом мне понравилось причинять ей боль, хоть как-то высказывать свое истинное отношение к ней. Бред конечно. В тот вечер, когда Даша нас застала, мой человек обнаружил место нахождения улик, и сразу уничтожил их. Кстати, они хранились у ее отца, если тебе интересно...

        Женька не верил... не мог поверить в произнесенное Витом. Не могло быть так. Не могла его предать собственная сестра. Не могла... Душа разрывалась на части, он привык считать Виталия предателем, но никогда не мог подумать, что случилось именно так... Катька... Катенька. Как же ты могла?


***


        Почему это всё Виталий рассказывал спустя годы, мужчина не знал. Может быть он достиг того самого предела когда нужно что-то сказать, как-то оправдаться? Никогда Вит за всю свою жизнь ни перед кем не оправдывался, но ведь и Жека для него был не простым человеком. Воронов прекрасно сознавал, что виноват перед другом. Во многом. Даже тогда, когда он ревновал Дашу к Евгению, головой он понимал, что парень вряд ли соблазнит ее, даже не смотря на все его чувства к ней. Но очень четко тогда Виталий понял, насколько он сам не совершенен. Именно здесь крылись истоки его страха потери Даши - уверенность в том, что он не достоин ее. Видно долгие годы внушения матери, о том что он выродок и недостоин даже малейшего кусочка счастья, подействовали.

        В юношестве и дальше по мере взросления его неуверенность в себе быстро искоренялась по средствам получения успеха, денег и власти. Осознание того, что Ворон сам всего добился, сам проложил себе дорогу к успеху, делало его уверенным в том, что он сам контролирует свою жизнь, и больше никто и никогда не будет иметь над ним власти. Только его контроль над собственной жизнью рассыпался на мелкие осколки, стоило Даше появиться в его жизни. Слишком разными они были, слишком разные взгляды имели на жизнь. Виталий всегда пытался разглядеть худшее в людях, пытаясь понять какие именно неприятности можно от них ожидать. Она же всегда видела в людях лучшее, просто не обращая внимания и игнорируя все их недостатки. И с тех пор пока они были вместе, Воронов стал меняться, стал мягче, гибче в восприятии других и это сделало его уязвимым. Именно по ее совету он попытался наладить отношения с отцом и сводными братьями и сестрой. Вит прекрасно знал, что братья его ненавидят, а отец не желает знать о нем, но пошел у нее на поводу. И этот поступок привел к огромному скандалу с его отцом и почти довел до банкротства.
Если бы не его завязки и компромат на собственного папашу, то Вит точно бы остался без бизнеса. Тогда им даже пришлось продать квартиру Даши, доставшуюся ей от матери. И это не единичный пример.

        С ней он терял свою хватку и осторожность. Причем эти изменения в нем ей нравились. Дарья всегда говорила, что нужно быть добрее и милосерднее, не понимая, что в его мире это карается падением, а возможно и смертью. Ее вот он чуть не потерял. Вит до сих пор с содроганием вспоминал те бесконечно долгие часы в больницы, когда он ожидал приговора врачей. Именно тогда, в больнице, находясь в подвешенном состоянии, Воронов для себя решил, что найдет и уничтожит Беса. Просто размажет по стенке его и его папашу, которые спустя столько лет продолжали отравлять ему жизнь. Ведь именно Максимов надоумил Катю на эту авантюру, умело манипулируя ею, ударил по самому уязвимому месту Воронова - по Даше. Но не просчитал Бес одного - Катя не стала сливать улики ему, она сама ими воспользовалась. И за это Вит никогда не простит ни Максимова, ни Катю.

        С Катериной у него был отдельный разговор. Эту девочку он когда-то считал своей сестрой, пусть нежеланной и проблемной, но сестрой. Теперь же она стала для него напоминанием о том, почему ему нельзя быть мягким. Стоило чуть ослабить свою броню, как сразу же нашлись люди, которым было необходимо уничтожить его. И больше всего в этой ситуации он ненавидел себя за то, что не смог уберечь Дашу, за то, что не смог вовремя отпустить...

        Сейчас сидя на полу в своем кабинете и держа в руках папку с очередным отчетом своего человека о Даше и смотря на то, как Женя пытается переварить полученную информацию, Виталий в который раз пытался понять, чего же ему не хватило тогда, пять лет назад, чтобы окончательно расстаться с Дашей. Ведь после того, как Катерина поставила ему ультиматум, мужчина решил, что ему необходимо расстаться с ней, чтобы не вмешивать в эту грязь. Но стоило ему вступить в их тогда еще общую квартиру и увидеть ее всю такую домашнюю и родную, что все его благие намерения просто рассыпались в прах. Тогда Вит решил поговорить о Кате, но реакция Даши была совершенно привычная, она принялась защищать подругу.
        - Даш, нам надо поговорить, - уверенно проговорил Воронов, сидя на кухне. На столе дымились свежие пирожки с вишней. Его любимые. Дарья всегда его баловала ими, когда у нее появлялась свободная минутка. Правда, сегодня Виталий не накинулся на них, как это обычно бывало. Вит, пожалуй, впервые в жизни не знал, как поступить. Вернее знал, но стоило ему посмотреть на Дашу и мысль о том, чтобы причинить ей боль кислотой омывала его собственную гортань.
        Ворон долго думал, очень долго думал над тем как поступить, прежде чем вернуться домой. Катя сделала ситуацию патовой. Загнала в угол. И даже если Катерину устранить, то информация всё равно просочиться. Улик у нее нет, это достоверно известно. Олег со своими ребятами лично обыскали ее квартиру, ресторан и дачу. Ничего, что бы указывало на местонахождение улик, не было найдено. Были перепроверены все близкие к Катерине люди, со многими он сам говорил... и ничего! Это приводило его в бешенство! Но злость лишает возможности думать и действовать, Воронов подальше отложил все сантименты и думал над тем как разрулить ситуацию. По всему выходило, что Катю кто-то надоумил на шантаж. Сама по себе девушка не могла додуматься до этого. И Воронов догадывался, кто именно это мог сделать. По сути, о случившемся тогда знали только пятеро, двое из них уже горели в аду. Жека никогда бы не стал распространяться о случившемся, как собственно и Вит. Оставался только Максимов. Этому сукиному сыну всё неймется.
        История их с Бесом противостояния, наверное, началась еще с самого детства и с каждым годом она круто набирает обороты. Причем Воронов не сделал ничего, чтобы вызвать такую ненависть со стороны Максимова, но тот усиленно ненавидел его, каждый раз пытаясь доставить Виту неприятности. Именно после того, как Воронов защищая себя, избил Максимова, его чуть со школы не выгнали. Виталий до сих пор не знал, каким образом его классной руководительнице удалось успокоить отца Максимова. В общем, после того, как Ворон поставил Дениса на место, всё только ухудшилось и детская неприязнь просто переросла в уже далеко недетскую ненависть. Но Виталий никогда не думал, что ненависть его недруга простирается настолько далеко, чтобы замыслить убийство.
        - Вит, - голос Даши прорвался сквозь мысли летающие в его голове, - так о чем ты со мной хотел поговорить?
        Дарья выглядела настороженной. Она уже догадалась, что что-то не так. Девушка вообще очень четко чувствовала перепады настроения у Воронова, но сама об этом не догадывалась, слишком рано Виталий научился сохранять внешнее спокойствие, не демонстрируя свои истинные чувства. Это был защитный рефлекс, который спустя годы сросся с ним настолько, что мужчина не мог отбросить его даже ради Даши. Хотя он и пытался, и его попытки вылились вот в эту дерьмовую ситуацию, когда Виталий должен прогнать единственную женщину, которая многое значила для него, лишь бы не сделать ей еще больнее и хуже. Сама ситуация была слишком запутанная. Воронов прекрасно понимал, что Даша слишком уверенна в невинности своей подруги и не поверит ему. Или попытается оправдать. И даже если и поверит, то предложит ему добровольно сдаться полиции. А этого Воронов не мог допустить, нужно сначала разобраться с Максимовым, а потом... Что уж греха таить Вит не хотел в тюрьму, тем более за то, что защищал себя и своего друга. Но всё же он должен попробовать поговорить о Кате, а если... если Даша все же решит ее защищать, то придется
расстаться с ней. Для ее же пользы. Но при этой мысли сердце предательски заныло. Не хотел он с ней расставаться, она была его, принадлежала ему...
        - Даш, - осторожно начал он, - нам поговорить о Кате.
        - Виталь, - терпеливо начала говорить Даша, такой тон она приберегала для тех редких случаев, когда отчитывала его, - мы уже много раз говорили об этом! Я не собираюсь разрывать свои отношения с лучшей подругой только потому, что она тебе не по нраву! Все твои обвинения надуманны! Катя очень хорошая и верная подруга, да она мне почти как сестра! Катя единственная кто был рядом, когда моя мать умерла! Не знаю, почему ты нас пытаешься рассорить, но это у тебя не получится!
        Опять двадцать пять! Ну, сколько можно?! Воронов опустил голову, пытаясь придумать аргументы, которые могли бы убедить ее, что Алексеевская просто водит ее за нос. Но сколько аргументов он не придумывал, сколько не указывал Даше на недостатки Кати, та полностью оставалась слепа к его доводам. И это было больно. Больно, когда родной тебе человек не желает слышать тебя.
        - Даш, Катя не единственная кто был рядом с тобой тогда, - мягко поправил он.
        Дарья нежно улыбнулась ему, так что сердце привычно зачастило. Так всегда бывало, когда она нежно улыбалась ему.
        - Я знаю, милый, - ответила она. - Я имею в виду, что она единственная моя подруга, поддержавшая меня в сложной ситуации. Других подруг у меня просто нет, а Катя проверенная огнем, водой и медными трубами.
        Воронов потянулся и взял один пирожок, откусил кусочек и медленно проживал. Вкуса он практически не почувствовал. Нужно было что-то предпринять. В последний раз попробовать достучаться до нее.
        - Даша, ты же должна понимать, что Катя не так проста, как кажется. Неужели она ни разу не выдала своих чувств или намерений за то время, что вы дружите? Подумай хорошенько, ведь она не раз и не два пыталась меня соблазнить, - напрямую стал высказываться Вит, наблюдая за реакцией Даши. - Даша, она пытается меня шантажировать! Черт! Неужели ты не видишь, что она пользуется тобой?!
        Девушка никак не отреагировала, лишь недоумевающе смотрела на него, а потом просто рассмеялась.
        - Она пытается тебя шантажировать? - просмеявшись, сказала Даша. - Что за бред?
        - Это не бред, - серьезно проговорил Вит. - Хоть раз услышь меня, пожалуйста!
        - Нет, это бред, - заявила Дарья, вставая из-за стола. - Я не знаю, отчего ты так не любишь Катю, но наговаривать на нее не позволю! Играй честно!
        - Да не играю я, черт возьми! - воскликнул Виталий и с силой ударил по столу, напугав Дашу. Воронов заставил себя успокоиться. Девушка никогда не видела, чтобы он терял над собой контроль, но и его выдержка была не бесконечной. - Я не играю, - повторил он уже спокойнее. - Даша, я не выдумываю, не играю. Я тебе говорю правду! Хоть раз поверь мне, пожалуйста!
        - Вит, я тебе не верю, - проговорила она. - Я слишком хорошо знаю, как ты избавляешься от неугодных тебе людей, и повторяю, не наговаривай на нее!
        Воронов захотелось завыть. Просто завыть от той боли, которую сейчас испытывал, ведь Даша подписывала приговор их отношениям и даже не знала об этом. И почему? "Из-за того, что Катя для нее важнее", - проговорил внутренний противный голосок. - "Она так и не смогла тебе довериться, а ты не смог соответствовать ее представлениям об идеальном принце".
        Виталий поднялся из-за стола, уже зная, что будет делать. Этот шаг был необходим, только оказался очень болезненным.
        - Даша, думаю, нам стоит расстаться, - тихо проговорил он, понимая, что это лучший выход из сложившейся ситуации. Так он сможет быть с Катей и это даст ему время на то, чтобы найти улики. Он сможет избежать тюрьмы, он сможет отомстить Бесу... и Кате в конечном итоге.
        - Что? - пораженный возглас девушки был подобен удару ниже пояса. Именно такой голос был у нее, когда ей сообщили, что ее мать умерла. - А как же мы? Как же свадьба?
        Виталий заставил себя посмотреть в ее глаза.
        - Свадьбы не будет, - заявил он. - Я не уверен в том, что наши отношения достаточно глубоки и крепки, чтобы их узаконивать. Я вообще не уверен, что нам следует быть вместе!
        Говоря ей эти слова, он мысленно проклинал себя, понимая какую боль, причиняет ей. Не в силах смотреть в ее глаза, наполненные болью, Виталий просто ушел, оставляя ее одну и понимая, что уже ничем не может ей помочь.
        Уже на пороге лишь не своим голосом просипел:
        - Квартиру я оставлю тебе, завтра же перепишу на тебя документы. За вещами я заеду на неделе.
        И покинул их квартиру, оставляя там позади свое черное, израненное сердце. Воронов тогда думал, что сделал правильный поступок. Надеялся, что у него хватит сил перешагнуть через себя и свои чувства ради благополучия их всех... но жизнь по своему рассудила и вскоре Даша сама же и разрушила все его благие намерения.
        Спустя две недели, Виталий сидел в своем кабинете и пытался справиться с обуревающими его эмоциями. Две недели прошло, как он ушел от Даши. Две недели нежеланной свободы. Эти дни были одними из самых худших в его жизни. Видеть потерянную и расстроенную Беляеву было еще больнее, чем оставаться с собой наедине. Ужас от того, что это из-за него его девочка в таком состоянии, накрывал его и перерастал в животный гнев. В такие минуты к нему боялись подходить даже Олег с Максом. Эти недели мужчина был нелюдим и неразговорчив. Виталий до вчерашнего дня надеялся избежать выполнений условий Кати, но в этот раз его не спасли все его связи и деньги. Кислород ему перекрыли конкретно, от этого становилось противно. Воронов никогда не пользовался проститутками, это просто не нужно ему было, но вот теперь он практически в роли проститутки, только Вит таким образом расплачивался за свою свободу. Это было унизительно, это было омерзительно. Ему была противна Катерина, он был противен сам себе, но и другой альтернативы у него не было кроме как загреметь в тюрягу.
        Что ему помогло пережить вчерашний вечер? Ворон и сам не знал. Знал лишь то, что когда всё закончилось, он два часа отмывался в душе, будто это могло его отмыть от этого дерьма. Его просто использовали, опять наступили на глотку. Виталий снова в том же состоянии, что был в детстве... нет выхода.
        Из динамиков лился голос Васильева, запивающего, что выхода нет. Песня билась в унисон с его собственными чувствами. Снова захотелось, как когда-то в юношестве забраться на крышу дома Жеки и просидеть там просто глядя в небо всю ночь. Но это не поможет. Надо искать выход, или делать его самому, потому что быть марионеткой Кати он не собирался.
        Полусонную атмосферу разбил звонок телефона. Выключив музыку, Вит посмотрел на номер звонившего. Это был Олег. Именно ему Ворон поручил следить за Катериной.
        - Да? - безразличным голосом ответил Воронов.
        - Ворон, - низкий голос Олега накладывался на громкую музыку, - это Олег.
        - Что случилось? Нашли зацепки?
        - Нет, - получил он краткий ответ.
        - Тогда что? - раздраженно спросил Виталий, когда его телохранитель помедлил с ответом.
        - Объект наблюдения находится в "West", - доложил подчиненный каким-то странным голосом.
        - И? - нетерпеливо протянул Воронов, ему наплевать, где шорохается эта блядь. Катя всегда была легка на передок. Этот клуб был известен в городе как обычный притон. Может быть ее там трахнут, как следует, и она отстанет от него на ближайшие недели.
        Какого хрена Жека не уничтожил улики тогда? Ведь они договаривались. Но видно у друга были свои заморочки, и в итоге они оба могут оказаться в тюрьме. Ведь Виталий всегда знал, что всё нужно делать самому. Так какого черта он сам этого не сделал? Твою же мать! Папки, лежащие на столе, отлетели на пол и рассыпались в беспорядке, покрывая коричневый ковер.
        - С ней Дарья Дмитриевна...
        - Что? - взревел Виталий, вскакивая со стула. Что она делает там? Ведь знает же, что там собираются любители легкого секса и наркоманы. Неужели опять послушала свою ненаглядную подружку? Лишь бы никак тогда... Воронов закрыл глаза и попытался сосредоточиться на настоящем, отгоняя почти позабытые воспоминания.
        - Они приехали сюда полчаса назад, - начал отчитываться Олег. - Минут десять назад к ним подсела группа парней... сомнительного вида. Думаю, вам лучше приехать.
        Конечно, ему лучше приехать. Твою мать, вот дура! Тот случай ее так ничему и не научил! Неужели все забыла?
        - Еду! - почти выкрикнул Воронов в трубку и кинулся из кабинета.
        В вышеназванный клуб он добрался быстро, но как ему показалось недостаточно. Войдя в душный, заполненный табачным дымом зал, Ворон огляделся. Сначала он заметил Катю. Ее с медно-рыжими волосами трудно было не заметить. Она вплотную восседала около какого-то накаченного, бритоголового мужика и вовсю флиртовала с ним, а тот чуть ли не нырнул с головой в вырез ее платья, который мало что скрывал.
        Напротив них сидела Даша. Одета она была в более скромное платье, да и чувствовала девушка себя не так раскрепощённо, но видно было, что Дарья уже выпила прилично и пытается расслабиться, разговаривая с двумя рядом сидящими парнями. Никто ее не принуждал, наоборот она явно отдавала предпочтение одному из парней, почти полностью развернувшись к нему и призывно улыбаясь. Конечно, это у нее получалось не так, как у Кати, но у мужиков нюх хороший. Твою мать! Она действительно здесь, чтобы снять мужика!
        Воронов стиснул зубы, чтобы не заорать во всю глотку! Ну, сколько можно? Неужели опять наслушалась увещеваний Кати и решила найти приключений на задницу? Неужели Даша думает, что ей после этого станет легче? Но против своего желания, Вит остался стоять на месте. Не ему ее судить, он все еще чувствовал на себе приторный запах Катиных духов, и хоть Виталий вчера просто по-варварски с ней обошелся, мужчина не жалел. Катя заслужила каждый удар плетью и даже больше! Но это не делало весь сам процесс для него желанным. Это заставляло чувствовать себя моральным уродом и извращенцем, но так мужчина, по крайней мере, трахал ее на своих условиях. Не мог он отдать весь контроль Кате, она никогда не получит то, что он отдавал Даше. Даша рождена для нежности и тепла, а Катя для жесткого траха и насилия.
        Взяв себя в руки, Виталий нашел Олега. Тот сидел в дальнем углу, откуда очень хорошо просматривался столик, за которым сидели Даша и Катя. Воронов прошел туда и сел. Олег ничего не сказал, лишь понимающе посмотрел на него и отвернулся. Вит не мог сказать, почему все это время сидел там и наблюдал, как Дарья играет с огнем. Наблюдал, как похотью зажигаются глаза ее собеседника, как Даша подогретая градусами перестала себя контролировать и уже в открытую предлагала себя. Видел мужчина и то, как Катерина одобрительно улыбается ей, как расчетливо щурятся ее глаза. Не было сомнений по чьей воле весь этот цирк происходит. Сердце медленно обливалось кровью, но Беляева не понимала, что творит. Ладонь практически незнакомого ей мужчины оказалась на ее коленке. Виталий хотел отвести глаза, но не мог. Тело просто не слушалось, и он как завороженный смотрел, как рука этого отморозка скользит выше по ее ноге. Ворон почувствовал вкус крови во рту, слишком сильно он закусил щеку. Он всегда так делал в детстве, когда в очередной раз ему делали больно. Сейчас Виту было настолько больно, что детская привычка
рефлекторно вернулась в его взрослую жизнь. Но когда Даша встала из-за стола и прошла по направлению к курилке, а через несколько минут подонок, позарившийся на нее, пошел вслед за ней, некоторая апатия прошла, сменившись жгучим гневом. А все потому, что прежде чем отправиться за Дашей, парень о чем-то поговорил с Катей и та, подмигнув ему, передала ему пару сотен долларов. Довольное лицо Ведьмы злило его как никогда, но сейчас ему было не до нее.
        Воронов вскочил, не обращая внимания на предостережения Олега, и направился в ту сторону, куда ушла Даша. Алексеевская не заметила его, увлекшись своим бритым бугаем.
        В курилке Даши, конечно же, не было. Зато обнаружил Воронов её в какой-то подсобке, находящейся рядом. Девушка была прижата к стене мощным телом мужчины, не имея никакой возможности вырваться. Этот урод навалился на нее, одной рукой зажимая ей рот, а другой шарил у нее между ног. Беляева брыкалась и извивалась, но парень был сильнее и крепче ее, а Даша в довершение ко всему была еще и пьяна. Платье на ней было порвано, косметика на лице размазана от слез.
        - Да не ломайся ты, - приговаривал только что подписавший себе смертный приговор, - ты сама этого хотела! Такие как ты, всегда дают...
        Дальнейшие события Виталий плохо запомнил. Жажда крови настолько поглотила его, что мужчина не заметил, как практически до смерти забил этого паренька голыми руками. Если бы не подоспевший Олег и испуганное до смерти лицо Даши, то несостоявшемуся насильнику уже ничего бы не помогло. Когда Виталий очнулся от своего неконтролируемого приступа ярости, Олег просто оттаскивал его от окровавленного тела. Лицо пострадавшего было просто избито в мясо, сам он захлебывался собственной кровью. Неподалеку в углу сжавшись в комок, сидела Дарья, испуганными глазами наблюдая за происходящим. Уголок ее рта был измазан в крови, видно этот сукин сын ударил ее наотмашь. Вроде бы угасающий огонь желания мести стал утихать, но увидев ее кровь, Виту захотелось еще раз приложить этого урода.
        Видя, что Вит еще не успокоился, Олег решил обратить внимание на себя:
        - Ворон, успокойся! Этот... малек теперь вряд ли попытается сделать что-то в этом роде. Да он, скорее всего, на всю оставшуюся жизнь будет кровью писать! Оставь ты его! Лучше обрати внимание на Дарью Дмитриевну! Ей успокоиться нужно. И совсем не нужно, чтобы ее нашли в таком состоянии. И еще меньше нужно вам, чтобы все узнали о произошедшем. Езжайте домой, успокойте свою женщину, а я разберусь здесь!
        Слова телохранителя как бы издалека доходили до Виталия, ему хотелось убить, просто разорвать на куски того человека, что посмел попытаться с ней это сделать... но имя Даши его отрезвило. Не сразу, но мозг стал работать. Воронов опять посмотрел на нее. Испуганная до смерти, бледная, в изорванном платье...
        Вит кивнул Олегу, просто говорить не мог. Голос отказывал. Тот понял и отпустил его. Молча, Воронов подошел к Даше, взял ее на руки и отнес в свою машину. Она, всем телом прижавшись к нему, дрожала в его руках, не решаясь ничего сказать. Посадив ее на переднее сидение, мужчина все также молча, сел за руль, пытаясь не смотреть на нее. По пути Даша несколько раз пыталась начать разговор, но он просто приказал ей помолчать. Просто не в силах Вит был говорить с ней сейчас спокойно. Если сейчас начнет говорить, то наорет на нее, а Дарье и так сегодня досталось.
        Доехав до ее квартиры, Воронов выключил мотор и посмотрел на нее. Беляева смотрела на него, как нашкодивший котенок, ожидающий наказания хозяина.
        - Даш, давай сейчас не будем о случившемся, - заговорил он, глухим от напряжения голосом. - Я сейчас поднимусь с тобой, помогу тебе обработать раны, потом уложу в постель, а потом уйду. Поговорим завтра, когда оба успокоимся.
        Девушка покорно кивнула соглашаясь. Вит опять взял ее на руки и донес до квартиры, где помог снять порванную одежду, аккуратно помыл ее в ванной, после чего обработал ссадины и уложил в постель. Все это Ворон делал молча. Даша тоже молчала, чувствуя, что мужчина на пределе, что в любую минуту он может сорваться. Когда Виталий подоткнул ей одеяло, он, наконец, нарушил молчание:
        - Я возьму запасные ключи и закрою дверь. Это надежнее, чем если я просто захлопну дверь.
        - Не уходи, - два слова, заставившие его окаменеть. Если бы она знала, о чем просит. - Пожалуйста, останься, - еще раз попросила Даша слабым голосом.
        Воронов глубоко вздохнул, посмотрел на нее и, сдавшись, лег поверх одеяла. Беляева сразу же придвинулась к нему ближе и привычно положила голову ему на плечо.
        - Прости меня, - прошептала она в тишине комнаты. В спальне было темно, лишь в коридоре горел свет, давая возможность им видеть друг друга.
        - Даша, Даша, - покачал головой Воронов, - когда же ты научишься обдумывать свои действия.
        - Ну, думать ты умеешь лучше, чем я, так что оставлю это дело тебе, - слабая попытка пошутить Даши не принесла своих результатов. Никому из них смеяться не хотелось.
        - Ведь это Катя тебя туда уговорила пойти, да? - наконец, спросил он.
        В этот раз вздохнула только она.
        - Вит, не начинай, Катя ни в чем не виновата...
        Виталий просто закрыл глаза и в уме посчитал до десяти, призывая свой разум успокоиться.
        - Даша, как же ты не видишь, что она подставляет тебя. И не первый раз, между прочим! - спокойным голосом проговорил он, хотя внутри бушевало желание найти эту суку и просто придушить, но Даше сейчас нужно было спокойствие.
        - Тот раз был моей ошибкой, - тихо ответила Даша, не уточнив, о каком случае говорит. Но он понял.
        - Ты сделала эту ошибку с ее подачи, - жестко ответил Вит. - Это она тогда тебя надоумила.
        - Виталь, ты поэтому ушел? - тихо проговорила Дарья ему куда-то в район подмышки. - Ты так и не смог простить того случая?
        Против желания в голове у Воронова всплыли воспоминания той самой ночи. Промокшая до нитки Даша, зареванная, с ранящей простой рассказывающая ему всю правду. Правду, которую ему лучше было и не знать. Правда, которая чуть его не убила. Тогда Ворон и понял, что иногда сладкая ложь лучше горькой правды. Мужчина хотел бы не знать, что Даша его обманула и предала. Тот единственный раз... Простил ли он? Простил. Смирился ли он? Смирился. Забыл ли он? Попытался. Ведь все его необоснованные приступы ревности были следствием того, что где-то в подсознание отложилась мысль, что Даша может предать опять. Этого Вит боялся, как огня. Боялся, что наслушавшись очередной прочувствованной речи Кати и воодушевившись ее наглядным примером, Беляева решит, что Воронов с его тяжелым характером и неуживчивым нравом, в общем-то, ей не нужен. А учитывая количество скелетов припрятанных в его шифоньере, то проблем с ним было множество.
        - Простил я тебя, Даша, - ответил он просто. - Простил.
        Потому что это было правдой. Но опять полностью раскрыться перед ней он не мог. Слишком многое стояло на кону. Его свобода, свобода Жеки. Им бы следовало расстаться, но Воронов просто не мог без нее. И ложь, и предательство ее Вит ей простил. Ведь раскаялась же. Но поняла ли свою ошибку? И простит ли она его?
        - Тогда почему? - робко подняла на него глаза девушка.
        - Спи, Даш, - вместо ответа проговорил он. - Завтра поговорим.
        Даша не желала спать, это было видно, но и рисковать не хотела. Не хотела она, чтобы он уходил. И Воронов не хотел уходить. Но слишком многое между ними было, и рано или поздно ему придется уйти.

        Ту ночь Воронов не спал. Всю ночь обдумывал дальнейший план действий. И все мысли сводились к одному - он не хотел ее терять, но и довериться тоже не мог. Реакция Даши на шантаж Кати была не предсказуемой. Еще труднее было предугадать ее реакцию на известие, что он убийца. Да, Виталий защищал свою жизнь. Да, Воронов защищал жизнь Жеки. Но Беляева могла просто не понять этого. Дарья была пацифисткой, и насилие было совершенно неприемлемо для нее. Она говорила, что насилие порождает насилие. Но что делать, если только силой можно отстоять свою честь и жизнь? На этот вопрос девушка так ему и не ответила.

        Даша вообще была своеобразной, по-юношески принципиальна и невинна. Даже совершая предательство, она умудрилась оказаться по-детски невинной. И также по-детски невинно Даша с безжалостной простотой растоптала тот маленький росток надежды, что в его жизни может быть женщина, которая будет его любить не за что-то, а просто потому, что он есть. Виталий не любил вспоминать ту ночь, и редко это делал. Слишком много эмоций вызывала она в нем. Но даже испытывая ту боль от ее предательства, у него не было мысли расстаться с ней. Дарья была его и точка. Но девушка не была его полностью. В этом и была вся проблема.

        Мужчина часто ловил ее тихие вздохи, молчаливые взгляды, почти незаметные жесты, и все они говорили, что Даша не счастлива с ним. Она хотела, чтобы рядом с ней был благородный рыцарь в сияющих доспехах, но Воронов таким не был, даже если и пытался им притвориться. Их союз с самого начала был обречен на ад. Они сами себе его обеспечили. Катя всего лишь стала тем катализатором их страхов и сомнений, который и привел их к взаимной измене. И пусть Воронов этого не хотел, но измена оставалась изменой. И даже если когда-либо Даша простит его, он никогда не забудет то ощущение униженности, когда тебя заставляют заняться сексом с женщиной против твоей воли.

        Та ночь была длинной. Но тогда Виталий решил, что постарается спасти их отношения. То что он изменил, пусть предварительно и расставшись с Дашей, останется его виной. Не мог он Беляевой тогда всего рассказать. От него зависела не только его судьба, но и судьба друга. Мог ли он доверить их судьбы Даше? Воронов не знал ответа. Тогда Вит просто струсил, ведь последствия его откровений могли быть катастрофичными для всех. Ворон тогда решил, что нужно дать Кате то, что она так требует, отвлечь ее, а Олег и Макс в это время найдут улики. Если же нет, то Вит перед самой свадьбой все выложит Даше, и она сама тогда решит, выходить ли за него или нет. Хотя Воронов уже тогда знал, что свадьбы не будет. Не простит она. Оттуда и страх его, потому что знал, что если он ей может простить ее недостатки, то она его... возможно... со временем. От того и больно было. Воронов отдавал ей всего себя, хоть и на свой манер, возможно со стороны и казалось, что он и держится чуть в стороне, но если судить по фактам, то Даша первая и единственная кого он допустил так близко. Виталий не считал, что он ее любит. Любовь
предполагает полное доверие и готовность принести жертвы, но он ей не доверял. Воронов был ею одержим. Да, именно одержимость. Как еще можно охарактеризовать ту нужду, которую он испытывает в девушке? Виталию просто было необходимо знать, что Даша жива и здорова. Его желание видеть Дарью каждый раз утром на рассвете рядом с собой в своей кровати было самым глубоким и неистребимым, что буквально перекрывало все остальные потребности. А еще это желание было несбыточным. Видеть ее, целовать, трогать, гладить, слушать.... Все что угодно лишь бы Даша была рядом. Но в итоге Вит ее отпустил, желая, чтобы девушка забыла тот кошмар, что пережила из-за него и Кати. Ей было лучше без него, без его заморочек... а Воронов остался один на один со своим приговором - быть всегда одному. Ведь одному легче справится с проблемами. Когда ты один, тебе не следует отчитываться перед кем-то. Оправдываться. Ты полностью управляешь своей судьбой. Сам. В полнейшем одиночестве, которое как вечный, мрачный саван окутывает тебя, защищая от невзгод и врагов. Одиночество, как способ выжить. Одиночество, как способ наказания. Просто
одиночество.

        За эти пять лет в его душе многое накопилось. Было чувство, что ему не тридцать, а лет сто. Слишком большой груз опыта на плечах. Виталий умел быть сильным. Это был вопрос выживания. Но сила не подразумевала неуязвимость. У Воронова были свои слабые места. А еще иногда ему становилось жаль, просто жаль, что рядом нет никого, с кем можно было бы просто поговорить. Просто поговорить. Казалось бы, такое простое действие... ан нет. В жизни редко бывает просто. Может поэтому Виталий сейчас все рассказал Жеке. В какой степени, хоть и малой, ему становилось легче по мере раскрытия правды.

        Вит глянул на друга. Тот выглядел неважно. Это еще мягко сказано. Алексеевский был растерян и разгневан. Только Вит не знал на кого - на Катю или на него.

        - Так почему же ты продолжил отношения с Катей? - глухой голос Жеки Вит еле услышал. - Ты же ее должен ненавидеть.

        - А я ее и ненавижу, - пожал плечами Виталий и отложил папку с данными на сидушку дивана. - Мне она противна. И что удивительно мне жаль ее. Потому что я знаю, что такое одержимость другим человеком.

        Евгений как-то странно посмотрел на Вита, но комментировать не стал.

        - Ты не ответил на вопрос, - просто сказал он.

        - Всё просто. Когда отец Даши увез ее в Москву, и я остался один, мне нужно было найти новый смысл жизни. Может это и прозвучит пафостно, но мне нужно было что-то, за что я смог бы уцепиться, какая-то цель. Этой целью стала месть, - ответил Воронов совершенно спокойно, вставая с пола.

        - Ты решил, что мучить Катю в этих странных отношениях - это лучшая месть? - приподнял бровь Красавчик, выражая свое недоумение.

        - Отчасти, - ответил Вит, подходя к окну. - Главной целью был Бес.

        - А он при чем?

        - А кто, как ты думаешь, рассказал ей о той истории? Только несколько людей знали о ней, и ты, как я понимаю, ее не рассказывал сестре. Не знаю, как он узнал, что ты не уничтожил улики. Скорее всего, просто действовал наобум и этому сукиному сыну как всегда свезло. Только Катя не стала играть в его игру и затеяла свою собственную. Но это вины с него не снимает. Этот человек всю мою жизнь пытается отравить мне мое существование. Я не мог оставить всё так как было. Поэтому стал действовать, - рассказал Вит, доставая из брюк сигареты. Приоткрыв окно, он, зажав в зубах одну сигарету, зажег зажигалку и подкурил. В окно сразу же подул осенний ветерок.

        Явный вопрос читался в глазах Алексеевского, хотя в них же он видел и кое-какие отблески догадок. Жека был не глуп.

        - Ты знаешь, что стало с отцом Беса? - спросил Вит, а потом затянулся сигаретой.

        - Он обанкротился, насколько я знаю. Вложил все свои средства в заранее безвыигрышное дело и проиграл. Когда стало понятно, что ему по кредитам не рассчитаться, то пытался свалить за кардон, - поделился своими сведениями Жека. - Когда ему не дали этого сделать, у него случился инсульт. После этого скандала Денис до сих пор пытается восстановить компанию и вытащить ее из ямы.

        - Все верно, - хмыкнул Воронов. - Вот только банкротство обеспечил ему я.

        - Каким образом? - прищурил глаза Красавчик.

        - Ты думаешь, Бес бы отпустил Катю после того, как стала моей официальной девушкой? Это не в его манере. Максимов никогда просто так не отпускает от себя людей. Не знаю, чем он ей пригрозил, но Катя постепенно стала сливать ему информацию о моих предприятиях. Катерина сама того не зная стала моим орудием. Я ей открывал только ту информацию, которая должна была дойти до Беса. Ну и она успешно доходила. Я спровоцировал их вложить активы в ту развалину, просто создав иллюзию того, что я собираюсь выкупить предприятие. Они купились. За что и поплатились.

        - Ты использовал Катю, чтобы отомстить Бесу? - странно в голосе Жеки не было ноток осуждения, просто простая констатация фактов.

        - Да, Жек. Именно для этого я продолжил отношения с Катей. Я не буду тебе врать, ты достоин правды. Я хотел использовать ее и бросить. Она сломала мне жизнь и моего прощения она никогда не получит. Но Катя помогла мне почти уничтожить Максимовых. Но этот гад живучий, как крыса, - буквально выплюнул слова Воронов, делая еще одну затяжку.

        - А потом Катя забеременила... - задумчиво произнес Красавчик.

        - Да, - пожал плечами Вит. - Я не могу позволить своему ребенку родиться вне брака. Может это для меня и нежеланный ребенок, но это моя ответственность и уходить от нее я не собираюсь.

        Наступило тягостное молчание, в течение которого Воронов докурил сигарету. После чего закрыл окно и повернулся к другу.

        - Ты можешь меня ненавидеть, Жек. Это твое право. Но ты должен знать, я никогда не считал тебя врагом, - пояснил Вит.

        Евгений несколько минут просто смотрел на друга, а потом сказал неожиданные слова:

        - Я не могу тебя ненавидеть. Та ситуация, в которой вы все оказались это одно сплошное дерьмо. Не знаю, как бы я повел себя, будь я на твоем месте. Даже думать не хочу об этом. Я не буду осуждать и обижаться. Ты мой друг, был им и надеюсь, останешься им еще на долгие годы. Но Катя моя сестра. Я могу осуждать ее сколько угодно, но кровные узы нечем ни разорвешь. Поэтому я сделаю по-другому. Я не буду вставать на чью-то одну сторону. Катю не стану защищать и оправдывать. Это ее жизнь и она сама выбрала ее. Но и ты совершил много ошибок. Думаю, самым правильным будет просто позволить вам самим разобраться в ситуации. Теперь я понимаю, что не должен был лезть вообще, но и меня пойми, вы мне не чужие люди. Знаешь, я до сих пор поверить не могу, что Катя собиралась нас двоих сдать!

        Вит понимал Жеку. Сам Воронов не сразу поверил, что Катя на это пойдет, а Красавчик ее брат, он до конца хотел верить в невиновность сестры. Виталий видел по глазам, что мужчина пытается справиться с обрушившимися на него откровениями.

        - Лучше поговори с ней, - проговорил Вит. - Думаю, Катя лучше раскроет тебе мотивы своих поступков. Я же их никак понять не могу.

        Алексеевский поднял свои серые глаза на Вита. Воронов встретил жесткий взгляд друга и понял, что эта выходка Кати просто так для нее не пройдет.

        - Я так и поступлю, Вит, - ответил Жека. - Так и поступлю.

        ГЛАВА 10


        Катя нервничала. Сильно. Что не говори, а встреча с бывшей подругой это событие из ряда вон выходящее. Всё же Катерина понимала, что та чуть не погибла из-за нее. Но Ведьма всё же искренне надеялась, что время не сильно поменяло Дашу. Такие люди редко меняются. Даша была не от мира сего, совершенно далекой от реальности. По мнению Катерины, несмотря на достаточно стойкий характер, бывшая подруга была безраздельно тупа в отношении мужчин. Девушка сидела за столиком и вспоминала, как удачно нашептывала подружке различного рода советы, которые та принималась выполнять, даже не пытаясь их анализировать. Катя целенаправленно пыталась пошатнуть и без того не лучшее мнение Даши о мужчинах. Сколько Даша скандалов закатывала Воронову только из-за своих догадок и глупых замечаний Кати. Катерина уверенно использовала слабые стороны Даши, медленно разрушая отношения Воронова и Даши. Это доставляло удивительное удовольствие, ощущение того, что она умнее и хитрее своей соперницы-подруги. Причем Катя искренне считала Дашу своей подругой. Просто им не повезло полюбить одного и того же мужчину. Девушка считала,
что Вит выбрал не ту. Даша ему не подходила по множеству причин. Первая и главная из них - она его не любила, так как любила сама Катя. Катерина бы никогда не изменила ему, если бы он так же трепетно и нежно относился к ней самой. Зато Даша находила множество причин для недовольства и Катя, не сильно утруждаясь, подливала масла в огонь. Да, у Алексеевской были другие мужчины после того, как она стала встречаться с Вороновым, но после того как они официально стали парой, она не позволяла никому из мужчин дотрагиваться до нее. Хотя мысли об измене посещали ее, и последнее время довольно часто. Она хотела поклонения и обожания со стороны любовника, а от Вита она этого не получала. Для него ее тело было лишь способом получить разрядку. А с Дашей наверняка такого не было... Наверняка он боготворил ее. Даша сама рассказывала ей некоторые интимные подробности их совместной жизни и в то время, вынужденная наблюдать любовь Даши и Воронова со стороны, она часто после Дашиных рассказов представляла, что он также займется с ней любовью. Вот только с ней любовью он не занимался. Никогда. С ней он занимался только
жестким, подчиняющим трахом... иногда ей было обидно. Но лучше так, чем вообще быть без него.

        Ее раздумья прервал шорох отодвигаемого стула. Катя вскинула голову и увидела Дашу. Та была одета в стильный черный брючный костюм. Волосы она собрала в конский хвост. На лице были солнцезащитные очки, закрывающие половину ее лица и не дающие Кати прочесть, что же в них скрывается. Даша была красива. Она и раньше была красива, что часто становилось предметом зависти самой Кати. Ведьма конечно же сама понимала, что привлекательна для противоположного пола, но к Даше мужские взгляды приклеивались не из-за того она яркая и сексуальная, а потому что Беляева была просто красивой. Сейчас же эта естественная красота стала еще и зрелой. На фоне этого, Катерина почувствовала себя не очень уверенно. Кате в ближайшее время придется располнеть... ближайшие перспективы ей не очень нравились. И вообще она предпочла бы обойтись без ребенка, но на любви и на войне все средства хороши. Если ребенком она сможет женить на себе Воронова, то нужно сделать ребенка. Катя иногда задумывалась о том, каким будет ее ребенок. Повторит ли ее путь? Но собственные нужды всегда отодвигали беспокойство о ребенке на дальний план.
        - Здравствуй, Катя, - поприветствовала первой Даша. - Зачем ты меня хотела видеть?

        Даша сняла очки и положила их на стол. Твердый взгляд синих глаз пронзил Катю до самого костного мозга. На секунду в Катиной голове обозначилась мысль, что в этот момент взгляд Даши очень сильно напоминал взгляд Виталия. Не по цвету глаз, ни по форме, а по содержанию - высокомерному и расчетливому отливу в купе с жестким и уверенным взглядом. Это заставило похолодеть Катю. В ней зародились первые подозрения, что ее план может быть провален. Но через минуту взгляд Даши чуть изменился, стал мягче и чуть добрее...

        - Катя, ты же меня позвала не в молчанку играть? - добродушно спросила она, и Катя с облегчением выдохнула.

        - Нет, - тихо ответила Катя. - Я позвала тебя сюда, чтобы поговорить.

        - Хм-м-м... - протянула Даша. - Ну что же, я тебя слушаю.

        Ну, кое-какие изменения в поведении бывшей подруги Катя все же обнаружила - она стала более прямолинейной. Раньше Даша из-за своей болезненной неуверенности в себе всегда скрывала свое истинное мнение, очень часто прогибалась под других. Единственным человеком, которому она рассказывала абсолютно всё, была Катя. Катерина знала о Даше практически всё - все ее страхи, желания, сомнения. Алексеевская многое могла поведать об идеальной Дарье Беляевой, которая была далеко неидеальна. Скорее труслива, потому что в отличие от Кати, просто трусила приводить свои планы и задумки в жизнь. Хорошая Даша просто-напросто боялась саму себя, поэтому и довольствовалась ролью ведомой. А вот место ведущей отдала ей, Кате, что было странно, учитывая то, что рядом с ней был Воронов. Но Даше слишком сильно втемяшилось в голову, что все мужчины предатели. Ее мать очень часто повторяла это, да и девушка так не простила своего отца. Вот оттуда и были ее комплексы, которыми Катя с успехом воспользовалась. Ведьма и сама не знала, каким образом удалось ей уговорить Дашу изменить Виту. До сих пор она задавалась вопросом: была
ли эта измена следствием того, что Катя умела манипулировать людьми, или это от того что Даша была просто непробиваемой дурой? Но факт, есть факт, Даша изменила. Добровольно соблазнилась посторонним мужчиной. Только Катя знала, что мужчина был не посторонний, он был одним из подчиненных Беса. Беса Катя не любила, вернее ненавидела. Тот до сих пор пытался на нее повлиять, правда после того, как его отец обанкротился, сбавил обороты, поняв, что она не имеет никакой власти над Витом. Знала бы Даша с кем тогда переспала... Но вот не задача, Вит простил Дашу. А сама Даша... Боже, Катя как вспомнит, как та ныла из-за этого... Противно вспоминать. Дарья в тот же вечер поперлась к Воронову, вернувшемуся из командировки, и поведала о своей неверности. Это же надо быть такой дурой! Но он простил! И очередной план Кати полетел в тартары. Вит всегда умудрялся сделать так, что она все равно оставалась дурой! Он был единственным, кто читал ее как раскрытую книгу. И если Жеке и Даше ей отлично удавалось морочить голову годами, то Вит сразу осаждал ее. Хотя, очень часто Катя пряталась за своим образом глупенькой
девочки, и если дело доходило до разборок, то Катя всегда оставалась защищенной, ведь в отличие от Вита, от нее не ждали каких-то особых злых свершений. А зря. Катя была готова на всё, чтобы Воронов был ее. Совершенно на все. Как оказалось даже на то, чтобы толкнуть лучшую подругу под машину. Но Катерина сделает все, чтобы отстоять свои позиции. Если ей придется унижаться, она это сделает. Если ей придется просить помощи у Даши... что же она и это сделает. Она слишком многое сделала на пути к своей цели, чтобы сейчас отступить.

        - Даша, - начала Катя, понимая, что нужно замаскировать свои истинные помыслы, а забота о брате может быть лучшим предлогом, - что у тебя с Жекой?

        Даша приподняла бровь, явно не этого ожидала она. Вот и хорошо. Катя не должна быть предсказуемой, нельзя чтобы ее просчитала Даша.

        - Не думаю, что мои отношения с Красавчиком тебя касаются, Кать, - степенно ответила Даша. - Это наши с ним личные отношения...

        - Ты не поняла меня, - оборвала ее Катя. - Я хочу знать, не являются ли твои отношения с моим братом способом насолить мне. Я знаю, что ты меня наверняка ненавидишь после того, что произошло пять лет назад. Но ведь Женя не виноват в том, что я сотворила.

        - Стоп! Стоп! Стоп! - остановила Даша Катю. - Ты сейчас вызвала меня для того, чтобы узнать, не пытаюсь ли я тебе отомстить, использовав твоего брата?

        Дальше Даша засмеялась. Это был жесткий и хлесткий смех.

        - Нет, Катюша. Я не такая, как ты! Уясни это! Я не буду использовать людей себе в угоду! - заявила Даша, вставая, чтобы уйти. Окей, видно Катя задела ее за живое. Обидела. Может быть все и получится.

        - Даша, стой! - сказала Катя, схватившись за руку Даше. Даша посмотрела на нее. Прямо в глаза. - Извини, я не хотела тебя обидеть! Просто твое возвращение спустя столько лет, кого хочешь в растерянность приведет. Не уходи. Давай поговорим!

        Несколько секунд Даша стояла и не двигалась, обдумывая предложение Кати. Приняв решение остаться, она осторожно села за столик.

        - Даш, - начала Катя, подбирая слова, - пойми меня правильно. Ведь если у вас все серьезно с Жекой, то... то нам опять предстоит общаться. Я не хочу, чтобы... м-м-м... чтобы между нами были какие-то недосказанности. Ради счастья моего брата, мы должны найти общий язык.

        Даша наклонила голову и с интересом стала наблюдать над попытками Кати наладить диалог. От этого взгляда Кате стало не по себе, но она заставила себя продолжить:

        - Я знаю, что причинила тебе много горя... и такие вещи сложно забыть и простить, но всё же я прошу прощения у тебя, Даша! За всё! Я действительно не хотела, чтобы ты тогда пострадала...

        - Что-нибудь желаете заказать? - влез не вовремя официант. Или вовремя. Смотря как на это посмотреть. Кате нужна была минутка, чтобы обдумать то, что она собиралась сказать.

        - Да, конечно, - отреагировала Даша. - Можно мне чашечку черного кофе без сахара. А что ты будешь, Катя?

        А Катя не к месту удивилась заказу Даши. Беляева всегда была сладкоежкой и даже пирожные она запивала либо очень сладким кофе, либо очень сладким чаем. Ключевые слова - очень сладкое.

        - Да, мне стакан апельсинового сока, - сделала свой заказ Катя.

        Когда официант отошел, Даша с жалостью посмотрела на Катю.

        - Тяжело беременность проходит, да? - спросила она.

        Это еще мягко сказано. Ее тошнило утром, днем, вечером и ночью. Круглые сутки. Бессонница замучила. А нервы были расшатаны до невозможности, Катя практически каждый день ревела.

        - Да, - ответила Катя, - но от этого никуда не денешься.

        - Верно, - кивнула Даша, а Катя глубоко вздохнула.

        - Я действительно не хотела, чтобы так все вышло. Мне очень жаль, что ты все это пережила, - продолжила, прерванную официантом речь, Катя. - Я всегда тебя считала своей младшей сестренкой и не желала тебе зла.

        Катя не лукавила. Или, по крайней мере, говорила то, во что верила. Она не желала ей зла, Катя просто хотела, чтобы Даша оставила Воронова. Дарья не подходила ему, в отличие от Кати. Даша была инфантильно добра, милосердна до безрассудства, а Воронову нужна была сильная девушка. Даша ею не была. Их отношения были ошибкой, которую Катя хотела исправить. И считала, что имеет на это полное право. Она считала, что Даша найдет себе другого, более подходящего мужчину, с которым и будет счастлива. А Катя не могла найти другого. Она действительно любила Воронова и не могла без него жить. Ей нужен был он и только он.

        - Я просто полюбила его, - добавила она тихо.

        - Я его тоже любила, - спокойно сказала Даша.

        - Но не так как я, - возразила Катерина, - иначе бы не послушала меня и не изменила ему тогда!

        Глаза Даши вспыхнули, ей не понравилось, что в разговоре всплыл факт ее измены.

        - Это было всего один раз, - твердо сказала Даша.

        - Иногда одного раза бывает достаточно, чтобы расставить все по своим местам, - по-философски заметила Катя. - Но мы сейчас не об этом. Я хотела сказать, что очень сожалею, что всё так у нас закончилось, и что ты оказалась в больнице по моей вине. И я бы хотела... ради брата, и ради нас, чтобы мы попыталась наладить отношения между собой. Вероятно, однажды мы станем родственниками, нужно забыть прошлое, все равно уже ничего не изменить...

        Даша долго молчала, смотря в окно, а Катя затаив дыхание, ждала ответа. Весь ее план был прост, Катя хотела наладить отношения с Дашей, опять влиться к ней в доверие и на этот раз просто сыграть на жалости. Даша итак считает Воронова сволочью и подонком, а в купе с приукрашенными данными, которые она подкинет Беляевой, то она и вовсе его возненавидит. И тогда ей не придется волноваться о том, что между ними что-то может быть. Сейчас главная задача у Кати не допустить тесного общения между ними. Даша ни в коем случае не должна узнать, почему Вит изменил ей тогда. Нужно сделать так, чтобы Дарья считала его главным виновником всего!

        - Хорошо, - наконец ответила Дарья, и Катя не поверила своим ушам. Она согласилась! - Давай попытаемся забыть то, что произошло тогда. Я действительно желаю долгих отношений с Женей, а ты его сестра... я не хочу, чтобы наши с тобой проблемы отразились на моих с Евгением отношениях. Мы обе знаем, что он тебя очень любит. Ставить его перед выбором, я не собираюсь. Он мне слишком дорог для этого.

        Катя улыбнулась. Все-таки Даша не изменилась. Все также думает об удобстве других. Все также ее волнует мнение окружающих.

        - Вот и отлично! - сказала Катя. - Я очень скучала по нашим дружеским отношениям. После тебя у меня не было подруг...

        Даша неуверенно улыбнулась.

        - Да, нынче трудно найти хорошую подругу, - задумчиво произнесла она. - Я не обещаю, что все забуду, но я попытаюсь...

        Этого достаточно! Этого определенно достаточно, Даша. Скоро ты так возненавидишь Воронова, что прошлые обиды покажутся тебе мелкими и никчемными.

        - Главное, нужно сделать первый шаг к примирению, - довольно сказала Катя, - а там и не заметишь, как сделаешь второй и третий!

        - Ты права, - улыбнулась Даша. - Тогда думаю нужно его сделать, этот шаг.

        Даша замолчала, но явно ей хотелось что-то сказать, поэтому Катя взяла инициативу на себя.

        - И каким будет этот первый шаг? - проговорила Катя.

        - Катя, от Жеки я знаю, что ты не собираешься устраивать девичник. Может, я все же устрою его для тебя? В знак примирения? Думаю, Жене будет приятно это узнать, - предложила свой вариант примирения Дарья и посмотрела на Катю.

        Катя задумалась. От праздника она бы не отказалась. Слишком долго девушка сидела в четырех стенах под надзором телохранителя. Развлечься было бы неплохо.

        - Конечно, я согласна! Думаю, это отличная мысль!

        Дальнейшие разглагольствования по поводу намечающегося девичника были прерваны телефонным звонком. Катя взяла телефон. Звонил ее брат.

        - Женя звонит, - пояснила Катя Даши и ответила на звонок: - Алло.

        - Катя, нам надо поговорить, - заявил с ходу братец. А где привет?

        - Женя, давай позже, я сейчас...

        - Немедленно, Катя, - ответил он ей ледяным голосом. - Приезжай сейчас же в усадьбу Вита!

        - Да что случилось то? - спросила Катя.

        - Немедленно! - и отключился. Что же произошло?


        ***


        Жеке тяжело дались откровения Воронова. Было ощущение, что всё происходящее бред, вызванный воспаленным мозгом. Вот только Женя слишком хорошо знал Катю. Очень хорошо знал, что там глубоко в душе у Кати есть та самая червоточина, которая скрывается за внешней легкостью. В этом они были похожи, Жека тоже скрывал под маской свои истинные чувства. Только в случае с Катей, то, что скрывалось там глубоко в ее душе, могло оказаться бездонным колодцем, наполненным ядом. Алексеевский пытался ей объяснить, что поведение их матери не есть норма, что их мать была помешенной. Что Катя должна думать о себе, как о целостной личности независящей от других. Парень много советовался с психотерапевтами, пытался увести сестру от той модели поведения, которую навязала ей мать. Видно увести так и не удалось. Просто потому что та не хотела этого делать. Катя никогда не понимала, ни желала понимать Евгения. Очень часто критиковала его поступки, когда он просто поступал по совести. Жека всю свою жизнь пытался поднять, обучить, дать лучшую жизнь ей. А она, как выяснилось, чуть за решетку его не посадила. Вот она ее
сестринская любовь. Изначально он испытывал недоумение и неверие, потом гнев, смешанный с досадой. Сейчас... Евгений не мог понять, что именно он чувствует. Ему было просто больно. Больно от предательства родной сестры, которую он считал самым дорогим и близким человеком. Больно до самых глубин души. Чем он это заслужил? Неужели он не заслужил хоть капли сестринской верности?

        - Ну и что за срочность? - раздраженный голос сестры заставил его вздрогнуть. Он настолько задумался, что не услышал, как сестра зашла в кабинет. Та была не в настроении, хоть и привычно прятала глаза. Последние пять лет, Катя вообще почти не смотрела на него, пряталась от него. Раньше он думал, что она прячет свои истинные чувства из-за того, что ей больно, и она не хочет, чтобы он не вмешивался в ее отношения с Витом. Теперь же... он так не думал.

        Они находились в кабинете Воронова, тот разрешил им поговорить здесь, сразу же предупредив, чтобы Жека не сильно расходился. Как бы там не было, а Катя была беременной. Сам Воронов уединился в своей спальне, решил немного поспать, так как не спал всю ночь. Что он делал эту ночь, Жека не спросил, не было нужды. Жека обеспечил ему бессонницу, после сцены произошедшей на кухне.

        - Садись, - приказал Жека, - нам надо поговорить.

        - А разговор нельзя было отложить на потом? - закапризничала Катя.

        - Нет, нельзя! Катя, ты действительно хотела сдать меня и Ворона в милицию? Ты хотела нас посадить? - Евгений пытался говорить спокойно. Правда, пытался. Но голос с каждым словом набирал силу и под конец он практически кричал.

        Катя не успела присесть на кресло. Так и застыла около кресла. Зрачки расширились, губы чуть раскрылись. Катерина неверяще смотрела на брата и хлопала глазами, а потом, сжав губы в тонкую линию, спокойно спросила:

        - Откуда ты узнал?

        Так значит правда! Евгений до конца хотел верить, что все сказанное Витом не правда, просто злой вымысел. Сердце не хотело верить в предательство сестры, хотя и мозг говорил, что такого от нее следовало ожидать.

        - Вит всё мне рассказал, - спокойно ответил он. - Как ты могла так поступить? Зачем?

        - Зачем? - она повысила голос. - Зачем? Да затем, что он мой! Я никому его не отдам, даже Даше! Я не могла отдать его ей! Пусть лучше бы он сидел в тюрьме, чем я наблюдала бы из-за дня в день как он и Даша живут вместе!

        - Ты и меня за решетку посадила бы? - закричал он, вскакивая с дивана. - Ты посадила бы родного брата?

        - Да! - выкрикнула она. - Посадила бы! Не моргнув глазом! Потому что мой родной брат слабак с мнимыми принципами! Если бы ты сразу сделал, как хотела я, то Даша изначально была твоей, а Воронов моим! Но ты не захотел! Ты решил просто уступить ее ему! Но я в отличие от тебя не такая дура! Я сделаю всё, чтобы он был моим и только моим!

        Евгений смотрел на свою собственную сестру и не узнавал. Он воспитал монстра, способного идти по головам не взирая ни на что! Господи, каким же он был идиотом, что не видел то, что творилось у него перед носом!

        - Ты сумасшедшая, - качая головой, произнес Жека. - Сумасшедшая!

        - Да, черт возьми! - заорала она, подходя к нему. - Я - сумасшедшая!!!! Но лучше быть сумасшедшей, чем слабаком, как мой брат! Я беру то, что хочу! Я беру от жизни всё! Это вы с Дашей такие правильные, что не можете протянуть руку и взять то, что хотите, лишь потому, что это неправильно! А кто сказал, что это неправильно?

        Жека смотрел на Катю и ужасался. Это и есть его настоящая сестра. Это и есть ее истинные мысли. А Катя не останавливалась, она говорила, говорила, говорила...

        - Ты же, братец, всегда только мне мешал. Своими напутствиями, своими нравоучениями! Как же я ненавидела тебя в такие моменты! Решил поиграть в папочку, да? Только я не твоя дочь! И я лучше знаю, что мне нужно! Ты ничего обо мне не знаешь, Женя! Ты с твоими ложными догмами и принципами всегда будешь проигравшим! Ты слабак! С-Л-А-Б-А-К!

        Жека не мог понять, каким образом сделал это. Но его рука действовала сама, отдельно от разума. Разум был в ступоре, неуправляемом штопоре. Хлесткий звук пощечины оборвал ее пламенную речь. Она отошла от него, ошеломленно глядя на него, держась за щеку. Но Жека не чувствовал вины. Не чувствовал раскаянья. Он вообще ничего не чувствовал. Внутри было пусто, будто бы все его чувства отключили каким-то невидимым выключателем. Он наблюдал за сценой как бы со стороны. Понимание того, что его предала родная сестра, стирало все его теплые чувства к ней. Ему не было больно. Уже нет. После этих ее слов, у него больше не было сестры.

        - Больше никогда не смей мне звонить и жаловаться на Вита. Не смей просить защиты и поддержки. Все что ты сейчас имеешь, это последствия твоих действий, - его слова были спокойны, почти механичны. - Больше никогда ты не получишь моей братской поддержки. У меня просто больше нет сестры!


***


        Катя отказывалась верить своим ушам. Что он сказал? У него больше нет сестры? Что за бред? Он никогда ее не бросит! Никогда! Ведь он ее всегда защищал! Он не может этого сделать!

        - Ты теперь сама будешь нести ответственность за свою жизнь и, пожалуйста, не вмешивай меня в свои дела. Я не желаю знать, на какие пакости ты еще способна! Не желаю видеть, как ты разрушаешь себя! - совершенно спокойно Женя выносил свой вердикт.

        Катя никогда не видела своего брата в таком состоянии. Обычно на ее проказы он орал, кричал, угрожал, но вот так спокойно... нет, он не может с ней так поступить! Не может!

        - Сами разбирайтесь в том дерьме, что сотворили! Я не хочу быть часть этого! Не желаю! - тем временем продолжал он, не смотря на нее.

        - Ты не можешь, - прошептала она. - Не можешь, Женя! Ты обещал, что всегда будешь рядом! Всегда будешь защищать меня!

        Он посмотрел ей в глазах, и в них прочла она презрение. Чистое презрение и жалость.

        - Вот только оказалось, что это от тебя нужно защищать людей! Ты - монстр! Монстр, которого я вырастил! - проговорил он.

        Каждое слово болью отзывалось в ее сердце. Почему? Почему он это делает? Она просто сказала ему правду! На правду не обижаются!

        - Женя, не делай этого! - кинулась она к нему, становясь перед ним на колени и цепляясь за него. - Пожалуйста! Мы же брат и сестра! Ты так не можешь со мной поступить! Прости меня! Я больше не буду! Я исправлюсь!

        И зарыдала. В голос. С надрывом. Только это его не проняло.

        - Живи сама, Катя, - сказал он тихо. - Помощь такого слабака, как я, тебе не нужна. Ты же у нас умная и сильная, так что справишься сама.

        И отцепив ее руки от своей рубашки, просто ушел. Оставил ее одну, захлебывающуюся в своих рыданиях.

        ГЛАВА 11


        Прошла неделя с момента возвращения Даши в свой старый город, наполненный ее персональными признаками. И не смотря на всю боль, которую принесли старые воспоминания, по мнению Даши, она хорошо справлялась. И со своей ролью тоже. За эту неделю произошло мало вещей достойных внимания, но произошло кое-что очень примечательное - Жека разругался со своей ненаглядной сестричкой. И разругался сильно. Даше пришлось выполнять роль плакательной жилетки для Кати. Та долго плакала и сетовала на брата, что он ее не понимает и давит своим авторитетом. Даша же лишь молча слушала и в нужных местах поддакивала, прикусывая свой язычок, чтобы не сболтнуть лишнего. Эта ссора произошла очень вовремя. Катя практически была одна и цеплялась за Дашу, как за соломинку, способную ее спасти. За эти семь дней Даша узнала о ней больше, чем за все прошлые годы их дружбы. По одной очень важной причине - Даша научилась слышать и слушать, читать между строк и делать выводы. Это очень сильно раздражало, ведь раньше она никогда не слышала действительный смысл слов, произнесенных Катериной. Она слушала, но не слышала. Теперь же они
поменялись местами, Катя была совсем одна, без подруг и родни, пыталась спасти свои отношения с Вороновым и была довольно предсказуемой. Хотя, несомненно, Катерина оставалась очень опасной, слишком многое она знала о самой Даше. Дарья до сих пор ловила себя на том, что после кое-каких замечаний Кати, она хочет поступить так или иначе, как выгодно самой Кате, потому что та очень хорошо знает ее слабости. Вот только эти пять лет не прошли бесследно, и теперь девушка не собиралась слепо следовать за своей старшей подругой. Хотя она очень умело делала вид, что все еще ведется на ее провокации. Даша до сих пор полностью не поняла игры Ведьмы, но кое-что было просто очевидным. По каким-то причинам Катя держит ее подальше от Воронова. Катерина даже перебралась в загородную усадьбу, лишь бы помешать Виту и Даше общаться. За всю неделю Даша ни разу не бывала наедине с Вороновым.

        Женя была в курсе происходящего и пыталась ее уговорить отказаться от мести, но Даша стояла на своем. Впервые за многолетний срок дружбы они поругались. Сильно. Правда на следующий день, Женя сама пришла мириться. Но постоянное присутствие рядом с Дашей Кати очень жутко бесило Орхидею, что, кстати говоря, очень льстило Кате, та считала, что Женя просто-напросто ревнует Дашу к ней. Только Даша знала, что дело ни в ревности, а в том, что Женя не хотела, чтобы месть случилась, боясь, что свершившаяся месть скажется на самой Даше. Боялась за ее душу. Вот только проблема была, что сама Дарья не была уверенна в том, что у нее есть эта самая душа.

        Странно себя вел Жека, он будто бы отстранился от нее и даже не пытался ее уложить в постель, что было для нее огромным облегчением. Зато ее начал раздражать тот факт, что Жека и Женя очень сблизились за короткое время. Иногда ей даже казалось, что он проводит больше времени с Женей, чем с ней. А все это из-за того разговора состоявшегося после ссоры брата и сестры. Даша тогда долго утешала Катю и даже пошла впервые у нее на поводу, и согласилась на переезд к ним в дом. Хотя не она должна была решать, но Даша прекрасно понимала, что Вит не сможет отказать, если Катя заявит, что сама Даша пригласила ее. Даша сознательно пошла на этот шаг, давая понять, что Катя не лишилась своих рычагов давления на нее. Ей не очень хотелось видеть Катю каждый божий день, но для плана мести было лучше, если Катя будет как можно ближе к ней. В итоге Катерина была очень рада этому предложению Даши и с ловкостью акулы вгрызлась в предложенный кусок мяса. Ведьма сразу же отправилась разговаривать с Витом о деталях переезда, а Даша пошла искать Жеку. Нашла она его на крыльце, он сидел на ступеньках, в руках держал
бутолочку пива и смотрел на звездное небо. Даша села рядом с ним и тихо спросила за что он так с Катей. Встретив безразличный взгляд Жеки, она испугалась. Сильно испугалась за него. Даша никогда его не видела в таком состоянии. Евгений всегда отличался живым огоньком в глазах, который пылал всегда, независимо от ситуации. А тут... совершенно пустые глаза.

        - За что я так с ней? - скрипучим голосом спросил он. - Это за что она так со мной? Я всю жизнь оберегал ее, защищал, давал кров, еду, загинался на двух работах, чтобы обеспечить ей достойную жизнь. Уехал в эту долбанную Америку, чтобы она могла обучаться у лучших французских поваров! А сегодня я узнаю, что моя любимая сестренка чуть меня не засадила за решетку, подставила моего лучшего друга и считает меня ничтожеством!

        Даша потрясенно смотрела на Женю, он зарылся руками в волосы, и напряжённо смотрел вверх, на звезды. Беляева была потрясена его безмолвными слезами. Внешне Жека оставался совершенно спокойным, но внутри плакал. Катя умеет ломать, разрушать. Женя оказался лишь еще одной ее жертвой. Даша не стала спрашивать ни о чем, но и сидеть рядом с ним не могла. Она не понимала почему, но вот так находится сейчас рядом с ним, было для нее чем-то запретным. Будто бы она не имела права на это. Поэтому Даша ушла.

        После Дарья узнала, что Жеку нашла Женя и эти двое не нашли ничего лучшего, чем отправиться в новый клуб, где Орхидее предстояло выступить. Парочка напилась, вернее пил Жека, а Женя слушала. А потом и вовсе притащила пьяного мужчину к нему домой и, вернувшись в три часа ночи, заявилась к Даше, разбудив ее при этом. Женя попросила не использовать Красавчика, ведь он итак пострадал. Видно его откровения сильно сказались на девушке. Беляева заверила, что если и будет что-то делать, то это никак не отразиться на нем. Даша знала, что откровенно врет подруге, но Орхидея бы не поняла ее. Да и слишком уж сильно она переживала за Алексеевского, что было крайне странным.

        После того вечера Жека пытался пару раз переговорить с Дашей, но она пресекала любые его попытки перетянуть ее на свою сторону. Даша заявила, что сохраняет нейтралитет, и не будет вставать на чью-либо сторону. Ей необходимо было быть рядом с Катей. Она прекрасно понимала, что этим она вбивает клин между собой и Жекой. Месть была превыше, но и терять мужчину она не собиралась, хотя расстояние между ними постепенно становилось все больше. Тот факт, что она опять начала очень активно общаться с его сестрой, не смотря на все его предостережения, также не очень хорошо сказывался на их отношениях.

        Катерина же после переезда в особняк активно стала укреплять дружеские отношения с Дашей. А еще очень часто давила на жалость, вот только жалости у Даши не было. Было лишь омерзение. Виталий же с появлением своей будущей жены в доме практически не ночевал дома. За все время, что Даша жила в особняке, она его видела всего пять раз. Совершенно очевидно было, что находиться под одной крышей с Катериной ему, мягко говоря, неприятно.

        Всё было тихо. Тихо и спокойно. Затишье перед бурей. И Даша была намеренна стать той, кто эту бурю устроит. Зная, что Катя всеми способами пытается оградить ее от общения с Вороновым, девушка направилась к нему в ресторан. Сегодня он работал именно там, оставив на один день компанию своего отца. Даша знала об этом, услышав вскользь их разговор с Жекой. Под видом разговора о предоставлении ночного клуба им для проведения девичника, Даша хотела разведать обстановку. Она не знала, чем он занимался последние дни, а терять из виду главного врага было опасно.

        Зайдя в ресторан, она с независимым видом стала подниматься наверх, игнорируя взгляды, направленные в ее сторону и тихие шепотки. Поднявшись на второй этаж, Даша подошла к двери его кабинета. Неосознанно в памяти всплыли воспоминания. Именно в этом кабинете, она стала его девушкой. Именно в этом кабинете они впервые поцеловались. Именно здесь все началось. Стряхнув с себя странное состояние, она коротко постучала, после чего сразу же повернула ручку. Дверь оказалась не запертой, а сцена за дверью шокирующей. Хотя почему шокирующей? Ведь Даша же знала, что Воронов был ходоком по женской части населения. Так чего так удивляться, что он имеет какую-то черноволосую девицу прямо у себя на рабочем столе?

        - Да, Воронов, - протянула Даша, - теперь я вижу, как ты работаешь... Решил попрактиковаться перед свадьбой?

        Воронов ничего не ответил и не перестал трахать девушку. Он так и держал ту, нагнутую над столом и жестко вдалбливался в нее. Даже перерыв не сделал, будто ему было плевать на то, что их могут увидеть. И что она их видит. Зато девушке было не все равно. Та испуганно смотрела на Дашу, но помимо испуга во взгляде было еще что-то злорадное. Ха! Это девочка решила, что может прибрать Воронова себе. Даша еле удержалась, чтобы не рассмеяться. Виталий никогда не будет принадлежать хоть какой-то женщине. Этот волк-одиночка уже не исправим.

        - Зачем пришла? - как-то равнодушно спросил Воронов, все также не отвлекаясь от дела. Даша постепенно стала закипать.

        - Вообще-то по делу, - хмыкнула Даша, - но вижу, у тебя тут дела первостепенной важности имеются. Я, пожалуй, выйду, подожду, пока вы кончите.

        - Да, сделай одолжение, - Воронов все же посмотрел на нее и улыбнулся. Только улыбка больше походила на оскал. Беляева никак не показала, что ее происходящее задевает. Только равнодушно приподняла бровь и растянула губы в равнодушной улыбке. После чего спокойно развернулась и покинула кабинет.

        - Надеюсь, вы предохраняетесь, - заявила она дружелюбно, почти закрыв за собой дверь, - а то Катюхе не понравится, если ты в дом принесешь сифилис или другие прелести разгульной жизни...

        И наконец-то тихонько закрыла дверь.

        Но стоило закрыться двери, как напускное спокойствие спало, и гнев и злость стали клокотать в Даше, требуя выхода. Хотелось треснуть со всей дури по деревянной двери, за которой Воронов совокуплялся с какой-то очередной девкой. Какая же он сволочь, кобель проклятый! И почему это так ее задело? Почему руки зудят от желания избить его красивое лицо? Почему хочется орать во всю глотку, пока не сорвешь голос? Пока не сможешь даже слово произнести, кроме надрывного хрипа. Почему ей все еще кажется, что он ее? И только ее. И никто не имеет права трогать ее собственность! Это ненормально! Это нереально! Но это правда...

        Даша была в бешенстве. Внутри все бурлило. Гнев требовал выхода. Гнев на себя, на дуру, которая все еще желает этого распутного сукиного сына! Всё потому, что не смотря на силу своей ненависти, она желала оказаться там, на месте этой девки. Желала снова почувствовать его руки на своем теле, его сильную хватку на своей талии, его в себе... Дарья сама себя не понимала, и это разобщение в своих чувствах и желаниях делало ее еще злее. Еще отчаянней. Хотелось содрать с себя эти эмоции, содрать вместе с кожей. Сделать все, только бы перестать желать ЕГО! Нет, она точно сумасшедшая!

        Когда через десять минут дверь открылась и из нее вышла та самая девица, Дарья уже вполне контролировала себя. Вернее отлично делала вид, что контролирует. Контроль был настолько иллюзорный, что увидев чертову подстилку Ворона, ей захотелось повыдергивать несколько клоков ее дивных черных волос. "А волосы то крашенные", - с высокомерием подумала Даша, откидывая назад свои натуральные черные волосы. Но девица оказалась тоже не промах, высокомерно окинув Дарью презрительным взглядом, она гордо прошествовала вперед. Даша не знала, что на нее нашло. Она это просто сделала - выставила вперед ногу. Очень детский поступок надо сказать, но звук падения худосочной девицы немного успокоил нервы, заставив Беляеву сладко улыбнуться. А шмякнулась девочка сильно, растянулась на полу практически в полный рост.

        На столь громкий грохот, конечно же, появился Воронов. Бегло оглядев ситуацию, он только ухмыльнулся и задал вполне резонный вопрос:

        - Ну и зачем ты это сделала?

        - Не знаю, - пожала плечами Даша, - наверное, из вредности.

        Вставая со стула, Даша поймала обозленный взгляд новоявленной любовницы Вита. Не то, что это ее беспокоило, скорее позабавило. Та явно хотела выяснить с ней отношения, но присутствие Вита ей явно мешало.

        - Что, деточка, что-то хотела сказать? - сладко спросила Беляева, подражая интонации своей мачехи.

        - Ты... - начала шипеть девушка, но ее остановил Воронов.

        - Арина, выбирай слова прежде, чем говорить, - предупредил он. - И вообще тебе уже на работу пора.

        Вообще вся ситуация была из ряда вон. Это было бы невероятно смешно, если бы не было настолько глупо. И страшно. Потому что это было настолько ненормальным... но для них происходящее было просто реалиями. И эти реалии показывали Даше, насколько она еще зависит от Воронова. А это ей совсем не нравилось...

        - Так значит, Арина, - протянула Даша, проходя мимо девушки и наступая с наслаждением на сумочку этой Арины. К удовлетворению Даши, там что-то хрустнуло. - Хорошее имя...

        - Я полагаю, ты здесь не затем, чтобы обсуждать имена моих любовниц? - совершенно спокойно спросил Вит. Вся ситуация его скорее забавляла, нежели злила.

        - Да, я хотела бы обговорить с тобой кое-какие детали девичника, - фальшиво улыбаясь, пропела Беляева.

        - Девичника? - переспросил Воронов. Он стоял, облокотившись об косяк, и смотрел прямо на нее. Он был большим и высоким, таким, каким она его запомнила. Сила так и скользила в его атлетической фигуре. Но взгляд... эти серые глаза внимательно следили за ней, заставляя чувствовать себя кроликом, за которым охотится волк. И вопреки здравому смыслу от этого взгляда ей стало жарко. Жарко от гнева, сказала она себе. Она его ненавидит! Он повинен в том, что ее ребенок мертв! Она хочет видеть его сломленным, стоящим на коленях перед ней!

        - Да, я хотела бы арендовать второй этаж твоего клуба. Мы решили устроить праздник с размахом, - деланно равнодушно произнесла она, стараясь не смотреть на девицу, что теперь стояла рядом с ними и чего-то ждала.

        - Арина, - проговорил Воронов, не отводя от Даши взгляда, - ты всё еще здесь?

        Девушка замешкалась. Посмотрев на безразличное лицо Вита, она отвернулась, правда сначала наградила Дашу ненавидящим взглядом. Как только Арина покинула их, Даше стало легче дышать. Будто бы из комнаты вынесли источник зловонного запаха.

        - Ну что же, хорошо, - улыбнулся Вит и, оттолкнувшись от косяка, зашел в кабинет, - думаю, нам удобней будет это обсудить в кабинете, где не будет лишних любопытных глаз...

        Последние слова заставили Дашу нервно обернуться. На другом конце коридора было несколько работников ресторана. Они выходили из комнаты отдыха. И наверняка все слышали. Твою же мать!

        - Ну, если ты так говоришь, Ворон, - ухмыльнулась Даша, пряча под маску невозмутимости все свои эмоции, и прошла в кабинет. На этот раз она также тихо закрыла дверь, правда в этот раз она оказалась в самом кабинете, а не вне его.


***


        Глупо! Всё было глупо! И нелепо! Об этом думал Вит, когда шел к своему рабочему столу. Где-то сзади него была Даша. Совершенно равнодушная. Совершенно холодная. Ледяная. А что ты ожидал, Воронов? Так будет только лучше. Ты женишься через неделю, а она собирается замуж за твоего лучшего друга. Ты все решил, еще неделю назад, когда Даша вновь возобновила свои дружеские отношения с Катей. Это все решило. Это заставило Воронова посмотреть на ситуацию со стороны. Как бы он не хотел признавать это, как бы он не мечтал о противоположном, но у него и у Даши совершенно разные жизни. Его жизнь теперь будет заключаться в том, что он каждый день будет возвращаться в дом к нелюбимой жене, иногда будет устраивать загулы, будет растить свой капитал... но еще и дочку... не то чтобы Вит питал к своему будущему ребенку особые симпатии. Нет. Но и на произвол судьбы он его не бросит, потому что знает какого это быть на обочине жизни. А Даша... У Даши успешная карьера журналиста, красавец-жених, при чем Воронов первый кто скажет, что этот мужчина первый в череде ее неудачных попыток, кто действительно достоин был ее.
Алексеевский был тем мужчиной, с которым бы она смогла прожить долгую счастливую семейную жизнь. Если конечно сможет отпустить прошлое. Когда прошел первый шок от осознания того, что Даша снова в его жизни, Воронов понял, что ничего по сути не изменилось. Он не имел морального права сейчас к ней лезть со своими непонятными чувствами и пытаться хоть что-то исправить, заставить понять... Слишком много времени прошло, слишком изменилась она. Поэтому он решил ничего не менять. Ей же лучше будет, а он желал ей только лучшего. Чтобы он не чувствовал, чтобы не говорил, а с ним Даша будет несчастна, слишком много боли он ей принес. Было справедливо по отношению к ней наконец-то по-настоящему отпустить ее. Вит вернулся к своему прежнему образу жизни, очень много работал, очень мало спал, очень мало бывал дома... но все же за Дашей приглядывал. Вернее приглядывал Макс. Слишком уж много неувязок и несоответствий в поведении Даши. Даже взять ту ложь про их "долгие отношения" с Женей... что-то было не так... Вит чувствовал это печенкой. Сейчас было необходимо проследить, что Белоснежка не натворила ничего, что
впоследствии могло бы причинить им всем вред. Воронов беспокоился за нее. За те разы, которые он видел ее, она была какая-то искусственная, будто кукла. Вит поражался тому, что другие этого не видят. Всё в поведении Даши было иррациональным. Она что-то замышляла и Виталий боялся, что это что-то в первую очередь может повредить ей самой.

        Вот и сейчас Даша была будто замороженная. Неестественная маска отречения была надета на ее лицо. Даже сидела настолько прямо, будто деревяшку проглотила. Может для других эти мелочи и не заметны под показным высокомерием и острыми замечаниями, но для Вита всё было очевидно. Слишком хорошо он помнил ту живую Дашу, которая плавилась в его руках. Возможно и были у них разные сексуальные темпераменты, но это никак не сказывалось на ее живости в общем, ведь в других сферах она была достаточно страстной... может и завуалирована была эта страстность под целенаправленность и строгость, но Даша всегда отдавала всю себя своим идеям и их воплощению. А сейчас же перед ним была безжизненная кукла. Но где-то внутри этой куклы бурлили эмоции, отлично спрятанные, недоступные для его взора...

        Виталий не планировал сегодняшнюю ситуацию. Он вообще не думал о том, что же будет думать Даша. Он давно привык к мысли, что она о нем вообще не думает. Он просто заставил себя вернуться к прежнему образу жизни. К образу распутного не признающего никаких принципов богача, которому все равно, что о нем думают. Только это было ложью с самого начала до самого конца. Ему было не все равно, что подумает о нем ОНА.

        Сегодняшний случай был всего лишь попыткой вернуться в прежнее русло... неудачной попыткой. Весь сексуальный акт был... пустым. Он ничего не чувствовал в процессе. Совершенно. Даже к финишу прийти не удалось, Вит только удостоверился, что Арина кончила и прекратил сей акт. Секс перестал приносить ему удовольствие уже достаточно давно, а теперь даже физического облегчения не было. И все из-за девушки, сидящей напротив него и которая никогда больше не позволит ему прикоснуться к себе.

        - Так ты хочешь устроить девичник в "Виктории"? - задал он вопрос. Он так и не сел. Просто стоял, облокотившись на стол руками и вперившись глазами в Дашу. Та взгляда не отводила, но странно держала голову, будто бы не хотела опускать взгляд ниже его лица...

        - Да, хочу, - спокойно ответила Дарья, так и не отводя взгляд от его лица, - думаю, твой клуб будет идеальным местом для проведения девичника. Катя его заслужила!

        Последнее предложение она сказала с какой-то странной интонацией, что сразу же заставило его прищурить глаза. Девочка что-то затевала. И ему нужно узнать что именно, пока Даша не наделала глупостей.


***


        Даша нервничала. Что и говорить Воронов мог заставить, кого угодно нервничать. Его внимательный взгляд впился в ее лицо, словно сканируя. Ей это не нравилось. Ох, как не нравилось. Еще больше ей не нравилось сидеть за тем самым столом, на котором Вит еще пару минут назад трахал эту Арину. При мысли о той кукле, Даше захотелось сжать кулаки. Разумная часть жалела, что устроила то дурацкое преставление в коридоре, но другая ее часть - более безрассудная - радовалась, как ребенок. Правда, гнев ни сколечко не остыл после выходки, скорее наоборот, захотелось крови. Его крови. Видно ее желание настолько ясно читалось на лице, что Воронов приподнял одну бровь и усмехнулся.

        - Почему ты злишься, Даша? - спросил он низким голосом.

        Почему? ПОЧЕМУ? Да по кочану! Даша вскочила со своего места и скопировала его собственную позу - облокотилась руками на стол и посмотрела ему в лицо.

        - Я? Злюсь? - спросила она. Ее голос был искусственно спокоен. Настолько искусственно, что даже она услышала. - С чего ты взял?

        Он засмеялся тихим грудным смехом, от которого у Беляевой поползли дурацкие мурашки по телу, а еще ей захотелось убить его. Просто на месте. Задушить его же галстуком.

        - Даша, Даша, - произнес он нежно, - ты можешь дурачить всех - Жеку, Катю, Орхидею, свою родню, но я тебя знаю, милая моя.

        - Ничего ты обо мне не знаешь, Воронов, - воинственно заявила она. - Никогда не знал!

        На этот раз промелькнувшая улыбка была с оттенком горечи и грусти.

        - Возможно, - ответил он, - а возможно я знаю тебя лучше тебя самой...

        Даша ничего не ответила, лишь сверлила его злым взглядом. Если бы Даша в тот момент видела себя со стороны, она бы испугалась, настолько диким был ее взгляд. Воронов же не испугался. Скорее казалось, что он удовлетворен. Так они смотрели друг другу глаза, напряжение, словно осязаемый предмет, давило на них своим непомерным весом. Казалось, зажги спичку и все сразу взлетит на воздух. Никто из них не хотел уступать в этой борьбе взглядов, борьбе воли. Каждый пытался доказать свое, пытался понять другого...

        Все прервалось внезапно. Все также, не отводя от нее взгляда, Ворон спокойно проговорил:

        - Так ты хотела арендовать второй этаж?

        Этот простой вопрос будто бы прохладный ветерок ворвался в душную комнату, снимая все наваждение и напряжение.

        - Да, - Даша прокашлялась, - хотела бы. Я пришла узнать, возможно ли это и сколько стоить это будет?

        - Конечно, возможно, - ответил Вит и сел в свое кресло, Даше ничего не оставалось, как последовать его примеру и тоже присесть. - Я сегодня же дам распоряжение Арине, чтобы она все подготовила...

        Всплывшее имя Арины, опять заставило уже чуть остывший гнев вновь раскалиться до опасных температур.

        - Хм-м, Арина... - недовольно пробурчала Даша. - Не думаешь, что давать распоряжение нынешней любовнице подготовить девичник для своей невесты это уже слишком?

        - Нет, не думаю, - спокойно ответил Воронов, доставая сигарету. - Катя знает о том, какие отношения меня связывают с Ариной.

        - Фу-у-у-у, - скривилась Даша, - лучше бы не спрашивала. И как Катя терпит?

        - Не знаю, - пожал плечами Вит, - на ее месте я бы давно ушел.

        Ну и что на это скажешь. Именно ничего. Воронов с Катей предельно откровенен. Хорошо ли это? Хрен его знает. Зачем Катя терпит? Потому, что дура. Даша бы так не смогла. Никогда. Она скорее бы убила его. Хладнокровно расправилась бы, чтобы не мешал ей жить. Хотя, смогла бы она после этого жить... Даша не видела своей жизни после мести. Вообще. Она не представляла, как будет жить, когда расправиться со своим главным врагом. Кого же она тогда будет ненавидеть? Ведь именно ненависть и упрямство все эти годы давали ей силы, чтобы идти вперед. Лишившись объекта своей ненависти, не лишиться ли она своей жизни?

        - Знаешь, Воронов, ты не меняешься, и никогда не поменяешься. Был негодяем и останешься им. Бессовестная скотина, которая портит всем жизнь. Ты даже не представляешь, как я тебя ненавижу! - Даша не знала, зачем это сказала, но потребность высказать всё просто захлестнула ее. И она высказалась.

        Тишина повисла между ними. Воронов никак не отреагировал на ее слова. Он вообще ничего не сделал, лишь сидел и смотрел на нее. На нем была словно гипсовая маска, не возможно было понять, о чем он думает. Даше на миг даже стало страшно, холодок пробежал на ее спине. Вит был могущественен, и он в любую минуту может просто стереть ее в порошок. Но не сделает... Откуда была такая уверенность, Беляева не знала. Это была абсурдная, опасная уверенность.

        - Даша, ты должна уехать, - тихо сказал он.

        - Это еще почему? - прищурила она глаза. - Никуда я отсюда не уеду!

        - Беляева, ты начала опасную игру, - проговорил Вит, и тут Даша действительно испугалась. Он знает! Но откуда?

        - Не понимаю о чем ты, - презрительно ответила она, хотя внутри тряслась, как березовый лист на сильном ветру.

        - Понимаешь, - спокойно отозвался он. Он был спокоен. Слишком спокоен! - Не знаю, что ты там задумала, но ты должна отпустить прошлое. Уезжай, возьми с собой Красавчика, забудь всё и будь счастлива. Прошлое не стоит того, чтобы из-за него мараться, а то не заметишь и в один прекрасный момент станешь такой же, как я.

        - Я никогда не стану такой как ты! - Даша встала из-за стола и твердо на него посмотрела. - И ничего я не замышляю! Думаю, тебе следует сходить к психиатру, у тебя мания преследования! Думаю, нам не о чем с тобою говорить. Бай-бай!

        Развернулась и пошла к двери, заставляя себя спокойно и твердо переставлять ноги, хотя хотелось побежать. Быстро и куда глаза глядят, подальше от этого места. Подальше от Воронова. Беляева так сильно сконцентрировалась на том, чтобы не выдать своего страха, что не услышала шаги позади себя. Она почти дошла до двери, где ее ждала долгожданная свобода, но твердая рука легка на ручку двери, прежде чем она успела открыть ее.

        - Мы не закончили, - прошелестел его голос над ее ухом.

        - Я так не думаю, - ее голос звучал уверенно, не смотря на всю внутреннюю неуверенность. - Мы уже обо всем поговорили.

        Ей не чем было дышать. Запах его одеколона, смешанный с его собственным запахом ударил ей в нос, порождая давно забытые воспоминания. Те самые воспоминания, которые она давным-давно похоронила в своем сердце. Удары сердца отдавались в ушах, от притока адреналина голова начала кружиться. Отгоняя не нужные сантименты, она развернулась и посмотрела ему в глаза, доказывая ему и себе, что она его не боится.

        - Открой дверь, - твердо проговорила она.

        Его взгляд прошелся по ее лицу и задержался на губах. Ей стало жарко. Один рывок и она прижата его телом к двери, не имея возможности пошевелиться. Она просто замерла. Волна возбуждения прошлась по ее телу. Тело опять ее предало. Твою мать! Ну, сколько можно?! Он только что на ее глазах имел другую, а она хочет его! Есть ли у тебя гордость, Беляева? Этот человек разрушил твою жизнь!

        - Даша, - его мягкий шепот прошелся по ее щеке, - ты не должна этого делать. Ты не должна идти на поводу у прошлого. Не разрушай свою жизнь, малышка. Я этого не стою.

        Возбуждение, гнев и ревность все смешалось в единый клубок. Хотелось ударить его. Сильно. А потом еще. И еще. Пока он не почувствовал всю ту боль, что причинил ей!

        Несмотря на свои нежные слова, он держал ее крепко, будто отпускать не хотел. Столь близкое его местонахождение не делало ее мысли более ясными. Наоборот, она уже не знала, где она, а где прошлое, где настоящее и вообще кто она сама. Но одно она знала точно - как ей было больно, видеть его с другой!

        - Пошел ты, - прошипела она, не желая принимать его мягкость и нежность, и чуть развернувшись, попыталась коленом ударить его в пах. Она хотела сделать ему больно, хотела стереть то нежное выражение лица, хотела видеть его злым и неконтролирующим себя. Она должна ненавидеть его! Должна!

        Он перехватил ее коленку до того, как она его ударила. Теплая рука уверено взяла и зафиксировала ее ногу. Большой палец его руки начал нежно поглаживать нежную кожу на бедре, отчего ей стало невыносимо жарко. Ей нужно сбежать. Немедленно!

        - Ах ты моя маленькая валькирия, - улыбнулся он. - Я и не знал насколько, ты можешь быть дикой, любовь моя.

        И поцеловал. Сначала Даша стояла, как молнией пораженная. Не отвечала. Не шевелилась. Просто не могла пошевелиться. Возбуждение, гнев, горечь и страх боролись в ней. И в итоге возбуждение выигрывало. Она была дурой, слабой тряпкой, не чем, не лучше Кати, потому что через минуту уже вовсю отвечала ему. Пытаясь навязать свои правила, не уступая ему. Их поцелуй был противостоянием. Он не хотел отдавать контроль, она не желала подчиняться. Ее руки с силой сжали его шею, а ноготки впились ему в кожу. Она делала ему больно, намерено, но он не обратил на это внимания, углубляя поцелуй.

        В затуманенном мозгу Даши промелькнула мысль о том, какая же она дура, ведь еще каких-то десять минут назад он имел другую. Воронов одинокий волк, он не умеет быть верным, он причинил ей слишком много боли. И причинит ей еще, если она его не остановит.

        Взяв себя в руки, она укусила его со всей силы. Зубы впились его нижнюю губу, разрывая плоть. Она почувствовала солоноватый вкус его крови на своих губах. Что-то жутко напоминающее удовлетворение наполнило ее мозг и сердце.

        Вит отстранился и посмотрел на нее своим стальным взглядом. По губе у него текла струйка крови. Даша подавила свое сумасшедшее желание слизать ее и продолжить начатое, но стоило ее взгляду упасть на стол, как ревность и гнев прогнали это желание. Она не будет его очередной девкой! Никогда! Он провел рукой по губе, размазывая кровь.

        - Дикарка, - восхищенно проговорил он. - Ты права, я не все о тебе знаю, малышка. Но обязательно узнаю!

        Даша развернулась и все-таки открыла дверь. В этот раз она не стала медлить и просто побежала. Но и Вит не мешал ей уйти. Но всё равно Беляева бежала, наплевав на то, что о ней подумают другие. Дарья просто выбежала из ресторана. Трясущимися руками она открыла машину и залезла в нее. Ее всю трусило. Девушка начала глубоко дышать, пытаясь успокоиться. Взяв сумочку, она достала пудреницу. Даша представляла, что выглядит она не очень хорошо, но посмотрев в зеркало, девушка надрывно застонала и откинула голову на спинку сидения. Ее рот был перемазан в крови. Его крови.

        Господи, до чего она докатилась? Всего один разговор и этого разговора хватает, чтобы она окончательно лишилась мозгов. Как же она его ненавидит! Белоснежка выдохнула, принимая тот факт, что сама она с ним не справится. Рука нашарила в сумке сотовый. Помедлив парочку минут, она тупо смотрела на экран мобильного и только потом нажала кнопку дозвона. Через пару гудков голос на противоположной линии ей ответил:

        - Даша, я рад, что ты всё-таки решила позвонить...


***


        Красавчик сидел за барной стойкой и наблюдал, как красивая девушка на сцене двигалась в зажигательном ритме и пела. Голос у Дикой Орхидеи был замечательным. Сильный, с легкой хрипотцой, он цеплял представителей мужского пола не хуже ее великолепного тела и кукольного лица. Девушка была красоткой высшего класса. Не зря Евгения с завидной постоянностью входила в число самых сексуальных звезд российской эстрады. Но на фоне яркой и мятежной красоты в ней было что-то невинно-нежное, и это было ее изюминкой. Она действительно была похожа на Дикую Орхидею со своей жгучей красотой и мягкой нежностью. Многие мужчины не отказались бы взять под свое крылышко эту красотку. Вот такие мысли бродили в голове у Алексеевского. И эти мысли отнюдь не приносили ему удовольствия. Скорее наоборот заставляли хмуриться. Отчего-то ему не нравилась мысль, что добрая куча мужчин глядят на довольно откровенный образ Орхидеи и представляют ее в своих отнюдь не детских мечтаниях. Многие знакомые Жеки узнав, что Женя будет выступать в его клубе, первым делом спрашивали у него такая ли она горячая цыпочка, как на экране. Это по
непонятным ему причинам бесило его. Приходилось отвечать, что девушка в живую была еще красивее и сексуальнее. И это было правдой. Без излишнего макияжа и откровенных нарядов девушка выглядела на его вкус более привлекательной. Привлекательной?

        Жека залпом опрокинул в рот стопку текилы. Пить на рабочем месте конечно плохо, но в мыслях и чувствах Алексеевского был такой разброд, что выпивка была необходима. Он понял, что Женя привлекает его, вчера, когда в очередной раз он приехал в загородный дом Воронова, чтобы поговорить с ней о ее завтрашнем выступлении в клубе. Они пили чай на кухне, на той самой кухне, на которой он неделю назад чуть не занялся любовью с Дашей. Только мысли в тот момент были не о Даше, и даже не о возможном сексуальном контакте с Белоснежкой. Мыслей вообще не было. Он просто тупо пялился на невероятно длинные ноги Вавиловой, в том момент когда она ему что-то говорила. Что именно говорила, он не слышал, в тот момент все его мысли и помыслы были о том, что именно он бы сделал с этими великолепными ножками. Потом до него дошло о чем именно он думает и... испугался. Жека не очень любил бояться. Он вообще не любил страх. Страх обычно был для него катализатором агрессии. Только вот проблема в том, что агрессию выплеснуть в общем-то не на кого. Злиться можно только на себя. Женя же не виновата, что он захотел ее как
женщину.

        Может дело в воздержании? Красавчик не привык долго обходиться без секса. После того, как он встретил Дашу, у него никого не было. Последний раз он занимался сексом с Дашей еще в Москве. Парочка недель без секса... вот только Жека раньше иногда обходился без секса по нескольку месяцев, и это приносило ему неудобства, но не такой дискомфорт как сейчас. Евгений не мог понять, почему сегодня впервые за долгое время ему в эротическом сне приснилась Женя... Даша же ему никогда не снилась, и это заставляло его чувствовать себя.... изменником! Хотя их отношения с Дашей переживали затишье, так как Женя решил дать девушке время, чтобы определиться. Не хотелось сейчас допустить ошибку и на эмоциях превратить их жизнь в ад. Именно это, по мнению Жеки, явилось главной причиной катастрофы, случившейся пять лет назад. Ни у кого из участников злосчастного трио не нашлось достаточно здравомыслия, и каждый тянул одеяло на себя, не желая считаться с мнением и чувствами близких людей. Алексеевский же не хотел допустить ту же ошибку, по его мнению, каждый человек должен сам делать свой выбор. И Даша тоже должна его
сделать, не для того чтобы отомстить Воронову, не из-з Кати, не из-за того, что видит в Жеке хорошего парня, она должна выбрать его, потому что любит. По-другому нельзя. Иначе будет катастрофа.

        Любил ли он Дашу? Он думал, что любит ее, хотя где-то в душе был не уверен в этом. Жека долгое время мечтал о ней, думал о ней, уважал ее, хотел ее... разве это всё не характеризует его, как влюбленного мужчину?

        Вот только сейчас глядя на Орхидею, которая соблазнительно покачивала бедрами в такт музыке, он начинал сомневаться. Но он быстро присек сомнения. Да она красивая девушка, замечательный собеседник, это вполне нормально, что он ее хотел. Дело не в чувствах, это физиология. Он любит Дашу. И занявшись сексом с Женей, он на следующий день к ней охладеет. Так бывало со всеми девушками. Со всеми кроме Даши. Так говорил разум. Вот только тело продолжало возбуждаться, стоило ему глянуть на маленькую фигурку Жени.

        - Эй, Красавчик, чего скучаешь? - веселый мужской голос, заставил Женю оторвать взгляд от репетировавшей Жени и глянуть на говорившего. Им оказался старый друг и бывший однокурсник Евгения Алексей Полторанин.

        - Хай, Лекс, - улыбнулся Жека и пожал другу руку. - Давно не виделись!

        - Еще бы, - хмыкнул друг и присел на соседний стул, рядом с Жекой, - насколько я помню, это было пару лет назад. И помню я это потому что мы тогда напились, как черти, а после развлеклись с той красоткой... Подожди как ее там звали? Лола, Лала...

        - Лиза, - улыбнулся Жека, - ее звали Лизой.

        - Ну, пусть будет Лизой, - разулыбался Алексей, вспоминая их прошлые похождения, - меня совсем не имя ее интересовало. Ох, такие буфера редко встречаются...

        - Да, хорошо повеселились, - ответил Женя, но как-то без энтузиазма. Он последние месяцы перестал получать то удовольствие от своих похождений что раньше. Приелись все эти заигрывания, подмигивания, заканчивающиеся страстным бурным сексом в самых разных местах. Только такие отношения оставляли тебя абсолютно пустым. Мужчина давно стал задумываться над тем, чтобы остепениться, завести семью, купить себе домик и насладиться спокойной, размеренной жизнью. Ему было тридцать, не слишком стар, в самом рассвете сил. Большинство его друзей наслаждались своей свободой, только он... устал. Он всегда хотел большую и дружную семью, уютный дом. Это желание, наверное, было с ним еще с детства. После развода родителей у него глубоко в душе осталась рана, которая усугубилась дальнейшим ухудшением отношений матери с отчимом, а после ее самоубийством... И сейчас мечта до сих пор осталась с ним. И встретив Дашу, он понял, что это его шанс. Шанс создать семью с замечательной и красивой девушкой, в которую он был влюблен много лет.

        Его взгляд неосознанно вернулся к темноволосой нимфе на сцене. Сейчас она не пела, а просто стояла и что-то обговаривала с танцовщицей из ее труппы. Увидев, что он на нее смотрит, она лучезарно улыбнулась и помахала ему.

        - Аппетитная, - вынес вердикт Лекс, - а фигурка-то какая! Да и поет замечательно.

        - Только не говори, что ты поклонник таланта Жени, - хохотнул Жека, зная предпочтения друга в музыке. Орхидея очень хорошо пела, но ее репертуар был далек от тяжелого рока.

        К удивлению Красавчика, Алексей немного покраснел.

        - Ну, вообще-то да, - протянул Полторанин.

        - Что? - Красавчик даже поперхнулся от такой новости.

        - Не смотри на меня так, будто я свихнулся, - вскинулся приятель. - Во всем виновата Настя!

        - Да-да, твоя маленькая младшая сестра насильно тебя заставила слушать Дикую Орхидею, - хмыкнул Жека, вспоминая тихую и скромную Настю Полторанину.

        - Маленькая? Женя, ты, когда в последний раз видел мою сеструху?

        - Э-э-э... - протянул Красавчик вспоминая когда именно ее видел. Выходило что давно. - Думаю, пару лет назад.

        - О-о-о, Настенка выросла. В этом году ей исполняется двадцать лет. И она учится на втором курсе МГИМО, - затараторил Лекс, с гордостью рассказывая про свою сестренку.

        Жека улыбнулся. Правда улыбка имела привкус горечи. Когда-то и он также с гордостью рассказывал про Катю. А теперь... теперь ему стыдно, стыдно за то, что так и не смог сделать из нее достойную женщину. Горько, потому что он уже возможно никогда не сможет вот так вот рассказывать про свою маленькую сестренку. Вот только она уже не маленькая и ей самой решать, как будет дальше складываться ее дальнейшая жизнь.

        - Она молодец. Правда не нравится мне ее парень, - скривился Лекс. - И чем эта самодовольная выскочка привлекла внимание моей сестрицы? Взять в толк не могу. Был бы красавец или богатый. А так гопник гопником. И имя у него какое-то странное. Милан. Ну, кто в трезвом уме назовет так своего ребенка?

        - А может родители были не трезвые? - предложил Женя.

        - Я так же подумал, - хмыкнул приятель. - Интересно чем это обкололи рожающую мать, чтобы она так назвала сына?

        - А может ей его заделали в Милане?

        - Фи, значит его мать глупая, и сын весь в нее, - бескомпромиссно заявил мужчина. - Я вообще считаю глупой моду давать детям имена в честь городов, где их сделали.

        Что на это ответить Жека не знал и просто опрокинул очередную стопку текилы себе в рот. Пищевод приятно обожгло, и его взгляд непроизвольно вернулся к Вавиловой. Его будто магнитом тянуло к ней.

        - Ты меня совсем не слушаешь, - притворно вздохнул Лекс, и, взяв бутылку текилы, стоявшей перед Жекой, отхлебнул из нее. - Что тебя связывает с Орхидеей?

        - Ничего, мы просто друзья, - быстро ответил Жека, нехотя отводя от нее взгляд.

        - Что-то не похоже, ты так и буравишь ее своим взглядом, - высказал свое наблюдение Лекс, отпивая еще глоток текилы.

        - Тебе показалось, - деревянным голосом ответил Жека. - У меня с ней только дружеские отношения. Тем более я сделал предложение ее лучшей подруге.

        Лекс приподнял бровь и улыбнулся. Жека знал эту улыбку, такая улыбка у мужчины возникала, когда он выходил на охоту за очередной жертвой.

        - Значит, Орхидея твоя знакомая и ты на нее не претендуешь? - спросил Полторанин. Жека ответил кивком, и Лекс расплылся в кошачьей улыбке. - Ты должен ее познакомить со мной!

        "Нет!" - первая мысль, пришедшая в голову Алексеевскому. Паника подкатила к горлу вместе с безумным желанием ударить друга. Посильнее ударить, чтобы тот вырубился и пока тот был бы в отключке, Жека бы спокойно отвез Орхидею домой... Какого черта с ним происходит? Какое дело ему до того будет ли Лекс приставать к Жене или нет? Пф-ф-ф... Алексеевский, ты сходишь с ума. Пусть познакомятся, из них получится красивая пара! Только от этой мысли стало как-то не хорошо в области желудка.

        - Хорошо, - выдавил из себя Жека, - после репетиции я отведу тебя в гримерку...

        Через полчаса по окончании репетиции, как и было оговорено, Евгений отвел своего друга в гримерку. И глядя на то, как друг применяет все свои способности Казановы на Жене, старается уговорить ее на совместный ужин, Красавчик испытывал противоречивые чувства. И пусть разум твердил, что если у Лекса и Жени завяжутся отношения, то ему же будет лучше и он избавится от искушения уложить лучшую подругу Даши в постель, но чувства мало слушали разум. Желание ударить друга повышалось по мере того, как Орхидее начинал нравиться этот обольстительный мерзавец. А когда Женя все же дала свое согласие на ужин, Алексеевский настолько сильно сжал бедный сотовый телефон, что тот не выдержал и треснул... Черт!!!! Да что же с ним происходит???

        ГЛАВА 12


        Выступление Дикой Орхидеи имело бешеный ажиотаж. Официальное открытие клуба "Виктория" прошло с ошеломительным успехом. По факту "Виктория" уже была открыта для посетителей ранее, но только первый уровень. До этого тут располагался второсортная пивная "У Тедди", которую и выкупил Воронов, а Жека стал руководить преображением пивной в великолепный клуб. "Виктория" имела три уровня. На первой располагалась танцевальная площадка и бар, чуть в стороне находился боулинг-клуб. На втором уровне были уединённые vip-кабинки, и парочка закрытых залов для частных вечеринок. И, наконец, на третьем уровне был небольшой кинозал и спорт-бар. В общем "Виктория" была разноплановым клубом, в котором могли найти свое место даже самые капризные посетители. Алексеевский постарался на славу, заведение действительно выглядело элитным и дорогим, при этом нисколько не помпезным, а приглашение на открытие известной певицы сделало клуб желанным местом обитания всей здешней золотой молодежи.

        Катя была рада за брата, хотя ее и раздражало полное игнорирование с его стороны. Иногда Катерина принимала это как свершившийся факт, а иногда ее это настолько выводило, что она пыталась зацепить брата на прямой конфликт, но все ее ухищрение не имели результатов, Жека просто спокойно игнорировал или вежливо отвечал ей, а потом уходил. Хотя последнее время ей не особо хватало времени, чтобы задумываться над ее отношениями с братом. Девушка была жутко занята подготовкой к предстоящей свадьбе, а токсикоз до сих пор мучил ее. Дарья помогала ей во всем и даже подготовила для нее девичник, чем не сказано удивила Катю. Она вообще сильно удивляла Катерину. Несмотря на все изменения, произошедшие с Дашей, она так и осталась бездумно доброй девочкой, которой легко помыкать. Катерина была очень довольна тем, что смогла вбить клин между Дашей и Женей. Эта Орхидея, конечно, милая, но Катя не хотела, чтобы та терлась рядом. Девочка может нечаянно разрушить ее планы, по упразднению Даши, как соперницы. Хотя по прошествии этих дней, Катя не без удовольствия признала, что Беляева совершенно равнодушна к Воронову,
и мужчина ей очень не приятен. Причем это еще легко сказано. А в купе с теми описаниями самой Кати, Даша явно начинала тихо ненавидеть его. Что собственно и было главной целью Кати. Даша должна настолько возненавидеть Вита, что возобновление их отношений стало бы совершенно невозможным. Ведьма с удовлетворением наблюдала, как ее план потихоньку начинает работать. Даша в последние дни была слишком уж взвинчена, а стоило упомянуть имя Воронова, так чуть ли не пламенем плевалась. На вопрос что с ней, Даша ответила, что они цепанулись, когда ездила к нему договариваться о клубе. Глядя на Дашу можно было не сомневаться в том, что Беляева все еще точит зуб на него. Катерина иногда задавалась вопросом, почему Белоснежка простила ее, и даже как-то напрямую спросила об этом. Даша ответила, что они обе жертвы в игре Вита, он просто использовал их, так что прощать особо нечего, потому что обе были дурами. Катя просто промолчала тогда. Значит, Дашенька была не в курсе того, что именно Катя затащила в постель Вита. Причем шантажом. Ну и замечательно. Меньше знает, крепче спит. И меньше проблем причинит в будущем.
Больше этой темы они не касались.

        Если бы не постоянные недомогания, то состояние Катерины в последние дни можно было описать одним словом - одухотворенное. Всё, что она задумала, постепенно исполнялось - Вит станет ее мужем уже завтра, Даша больше не будет угрожать ее месту в жизни Воронова. Единственным темным пятном было охлаждение отношений с Евгением. Она до сих пор не знала, как подмазаться, что бы он ее простил. Поразмыслив на эту тему, Катя решила, что нужно немного подождать - до рождения дочки. С ее помощью ей удастся снова заслужить его доверие и покровительство. Кстати, эту идею ей подала Даша, которая просто дала совет дать время Жеке, и уже после рождения девочки попытаться наладить с ним отношения. Удивительно, но Кате даже иногда казалось, что они вернулись к тем прежним отношениям, которые у них были раньше, пять лет назад. Хотя иногда и проскальзывали нотки сомнения, но Катя пока не видела серьезных поводов, чтобы паниковать. Да, нынешняя Даша далеко уже не та, что была раньше, но ведь глупо ожидать, что она не поменялась бы за это время. Но суть у нее осталась всё той же, Даша так и не смогла побороть того
недоверия к мужскому полу, которое жило в ней с самого детства, когда отец ушел к любовнице. И это недоверие только усилилось с течением времени. Раньше она сама того не осознавая отталкивала от себя всех мужчин, только Воронову удалось пробиться через ее броню. И то она все равно держала с ним некоторое расстояние, за что Катя была ей благодарна. Если бы не ее комплексы, Воронов все еще был бы с ней. Теперь же по прошествии пяти лет Даша уже осознано держала всех на расстоянии, и Катерине даже немного стало жаль Жеку, ведь ему придется иметь дело с этой Дашей. Хотя, что его жалеть? Если бы он тогда послушался бы ее и соблазнил Дашу, Беляева давно уже была бы замужем за ним. Но прекрасным Катя находила не тот факт, что Жеке придется туго с нынешней Дашей, а то, что слабые места у той остались прежними. Это давало большой простор для маневра.

        Хотя изменения в поведении подруги Катя не могла отрицать. Беляева действительно сильно изменилась за это время. Взять даже ту их беседу про измены. Помнится, Катя в очередной раз рассказывала Даше о том, как Виталий гуляет направо и налево, и ни во что ее не ставит. Высказывание Дарьи тогда очень сильно удивило ее:

        - Ну ладно, я понимаю, что ты его любишь, жить без него не можешь. Хорошо, живите вместе, портите друг другу жизнь. Но что тебе мешает найти утешение со стороны? Сама же говоришь, что ласки и нежности от Воронова не дождешься. Так почему не поискать в другом месте? Тем более он-то тебе изменяет...

        Против воли Катерины, эти слова Даши крепко засели у нее голове. Слишком уж долго Катя не чувствовала нежного прикосновения, чувственной ласки... Иногда девушка мечтала о других мужчинах. Ни о ком-то конкретном, образ был размытым. Но этот кто-то был очень нежным и ласковым. Катерина соскучилась по тому ощущению, когда перед твоим телом преклоняются, играют на нем, будто оно это нежная скрипка. Да, в глубине души Катя считала себя романтиком. Очень часто ей хотелось ванили... но она получала лишь жесть и боль на гране удовольствия. Воронов никогда не давал ей ласки. Просто не считал ее достойной ее. И если в самом начале ее воображаемый любовник еще имел внешность Виталия, то спустя какое-то время его внешность стерлась и стала размытой, потому что сексуальные отношения с Вороновым для нее всегда подразумевали боль и иногда унижение. Катя привыкла. Смирилась. Но это не означало, что ей не хотелось чего-то другого, чего-то более возвышенного...

        Для себя Катя решила, что измена сама по себе не слишком заденет Воронова. Ему не повредит узнать, что ее - Катю - в любой момент могут увезти из под его носа. Может инстинкт собственности возьмёт верх? Кто знает... Вот только с кем и когда... и хватит ли у нее смелости... Играть на прямую против Воронова было опасно. Единственный раз, когда она осмелилась, был тот самый случай с теми уликами. Бес рассказал ей, что Воронов в свое время убил мужчину - любовника своей матери. Именно Бес, как она впоследствии узнала, подкупил этого мужчину, чтобы он убил Вита. Вот только Вит первым убил его. Максимов думал, что она принесет ему улики, но она этого не сделала. Катя рискнула и в итоге выиграла. Хотя, все было на волоске. Улики, в конце концов, были найдены и уничтожены. Ее отца заодно упекли в больницу с несколькими сломанными ребрами. Вот только это уже не имело значения - Даша всё узнала... а потом Катя толкнула ее под машину... Катя задумчиво потерла шрамы на своих запястьях. Катерина до сих пор не знала, почему Воронов вернулся к ней, было понятно, что он не любит ее. Тогда зачем? Может, решил
помучить? Ну, что же у него получилось. Но в одном он просчитался - без него ее жизнь была бы еще хуже. Пусть лучше он оставляет синяки и шрамы на ее теле и сердце, чем будет далеко от нее.

        - Ну что, готова? - вывел ее из размышлений голос Даши. Они были в машине. Для разнообразия даже без охранника рядом с ними не было. Даше удалось сделать то, что самой Кате не удавалось сделать уже несколько месяцев - уговорить Вита дать ей хоть немного свободы. Катерина взглянула на клуб. Название клуба красивым, витиеватым шрифтом выделялось на общем фоне, приглашая и завлекая. Сегодня вечером здесь пройдет ее девичник, а завтра она станет, наконец, замужней дамой.

        - Не терпится посмотреть, что ты там организовала, - улыбнулась Катя, открывая дверь и выходя на прохладный осенний воздух. В воздухе уже чувствовалось приближение холода.

        Катя и Даша зашли в клуб. В фойе, они сняли куртки и сдали их в гардеробную. Неспешно стали подниматься на второй этаж. Им был отведен отдельный зал для проведения девичника. Насколько Катерина знала, все обязанности по подготовке праздника Даша взяла на себя. И украшала зал тоже она сама.

        - Надеюсь, тебе понравится то, как я украсила зал, - проговорила Даша, когда они поднимались по лестнице. - Не менее я надеюсь на то, что тебе и подобранные стриптизеры понравятся...

        Катя застонала в голос.

        - Я же говорила, что не надо...

        - Эй, это последний твой день в свободном плавании, - заявила Даша. - Завтра ты уже будешь замужней женщиной и не сможешь так оттянуться! Так что пользуйся моментом, пока можешь!!! - она обняла Катю за плечи и на ухо прошептала: - Если к концу вечера решишь вызвать мальчика по вызову, ты только скажи, я сразу всё организую!

        Катерина выпучила глаза, а Даша, не обращая внимания на нее, прошла дальше и открыла закрытые двери в зал. И практически налетела на высокую, стройную брюнетку. Арина. Катя подавила порыв вцепиться этой суке в волосы. Сделав вдох, она приказала себе думать о том, что завтра она станет госпожой Вороновой, и никакие Арины этому не помешают. Даша казалось тоже не рада встрече с этой девушкой. Презрительно окинув ту взглядом, Беляева проговорила:

        - Ой, какая неприятность! Наверное, очень неприятно готовить праздник будущей жене любовника?

        Катя не знала, чему поражена была больше - тому, что Даша знает, что Арина любовница Вита или тому насколько ехидной и злой может быть Даша.

        А тем временем эта самая Арина, опустив глаза и извинившись, прошмыгнула мимо них, видно решив не вступать в словесную перепалку с ними.

        - Так ты знаешь? - неуверенно спросила Катя.

        - Да, знаю, - ответила Беляева, - довелось застать их в самом разгаре действия.

        Катя скривилась. Вот и обнаружилась причина, по которой поругались Вит и Даша.

        - Прежде, чем ты начнешь причитать о том, как я это всё терплю, я скажу, что я знаю на что иду, - остановила Катя Дашу, которая явно что-то хотела сказать.

        - Вообще-то, я не это хотела сказать, - невозмутимо отреагировала Даша. - Я хотела сказать, что тебе надо трахнуться, подруга. На стороне. Только без обид, окей? Своеобразный баланс - он изменяет тебе, ты ему. Все в расчете. Если уж ты решила жить с этим монстром, то хоть что-то должно тебе приносить удовольствие в жизни!

        И больше ничего не добавив, прошла в зал. Кате ничего не оставалось, как последовать вслед за ней.


***

        В самом разгаре девичника Катя поняла одну важную вещь - она больше никогда не сможет вот так отрываться. Всеобщие смех, разговоры, шутки... все это проходило как бы мимо нее. Катя будто бы наблюдала за происходящим со стороны. Подруги, подружки и просто знакомые женщины участвовали во всеобщем веселье. Даша отлично поработала, организовала великолепный девичник. Но Катерина, не смотря на то, что торжество было подготовлено в ее честь, чувствовала себя лишней на этом празднике жизни. Когда-то давно Ведьма была заводилой, находилась в центре внимания, создавая вокруг вихрь жизнерадостности и веселья, а сейчас она чувствовала себя... на обочине. Будто ее сместили, сделали просто свидетельницей чужого веселья. И сместил не кто-нибудь, а Дарья Беляева. Подруга сегодня вела себя необычно шумно, заряжая себя и окружающих на позитив. Чего только стоит ее совместный танец со стриптизером. Кате даже на минуту показалось, что бедняга стриптизер застеснялся. Беляева себя вела себя развязно и бесшабашно. Чем больше Даша веселилась, тем несчастней чувствовала себя Катерина. Ей казалось, будто жизнь от нее
потихоньку утекает, как вода сквозь пальцы. Очень давно она чувствовала себя свободной, слишком давно Катя не чувствовала контроля над собственной жизнью. А завтра Катя исполнит свою мечту - выйдет замуж за Виталия Воронова. Но какой ценой... ведь Катерине придется пожертвовать своей свободой. Хотя... она уже давно ею пожертвовала. Вся ее жизнь сузилась до одного человека - Вита. В нем была ее жизнь, ее радость, ее отрада, ее горечь, ее боль, ее смерть...

        - Хей, подруга, - послышался голос Даши. Девушка стояла рядом с диванчиком, попивая шампанское и пританцовывая в такт музыке. - Чего такая хмурая?

        Катя вынужденно улыбнулась. Не говорить же Даше, что она ей завидует... до сих пор завидует. Раньше она завидовала Даше, потому что та имела то, чего сама Катя была лишена - Воронова. Теперь же она это делает по той же причине, только Даша теперь имела кое-что другое, чего Кате не хватало - свободу! Катерина прекрасно понимала, что пожертвовала свободой добровольно, и она в любой момент может уйти, Воронов ее не остановит. Но она не уйдет. Она останется до самого конца. Даже если придется расстаться со всем этим. Со своей свободой. Со своей волей. Со своей жизнью. Но это не означает, что ее выбор был безболезненным. Отнюдь, это было очень болезненно. Особенно сейчас глядя на ничем не обремененную Дашу, которая вольна распоряжаться своей жизнью, как ей заблагорассудится.

        - Что-то не хорошо мне, - без зазрения совести соврала Катя. Ей нужно было уйти отсюда, пока она не психанула и не выкинула какой-нибудь фокус. Ей сейчас это не нужно. Завтра свадьба, она не должна портить ее своими личными переживаниями. - Наверное, нужно пойти развеяться...

        - Опять плохо? - сразу же забеспокоилась Даша. - Может, домой отвезти? Или врача вызвать?

        - Я беременная, а не больная, - прошипела сквозь зубы Катя, пытаясь не сорваться. Вот только от показной заботы Даши она начинала беситься. И вообще ее бесила Даша. Идеальная Даша, которую все любят, все лелеют! Чем она, Катя, хуже?

        - Я это знаю, - спокойно ответила Даша, - но если что-то случится с ребенком, Воронов мне голову открутит. Как не крути, а моя голова мне дорога. Не хочу с ней я расставаться!

        Ах да! Ребенок! Как она могла забыть? Всем нужен только ребенок. И Виту в том числе. Как же ее всё это достало! В данный момент Катерина тихо ненавидела и своего ребенка, и Дашу! И ее будущая дочка, и Даша, всё внимание, заботу и любовь оттягивали на себя, и Катя как всегда оставалась ни с чем.

        - Всё нормально, просто тут душно, - глухо ответила Катерина. - Мне просто проветриться нужно. Вот и всё.

        - С тобой пойти?

        - Нет, спасибо, - вставая, сказала Катя, - веселись тут. Я скоро вернусь.

        - Окей, - с сомнением протянула Даша, - но если что-то случится, сразу звони мне.

        Блин, как же ее раздражала эта их докучливая забота. Ей хочется побыть одной!

        - Хорошо, - пробурчала Катерина.

        Выйдя из зала, Катя застыла на лестнице. Куда ей идти? Ноги повели ее вперед, она спустилась вниз. Внезапно ей захотелось пива. Вот так внезапно, просто щелкнуло. Решив, что от стаканчика пива ей ничего не будет, она пошла в бар. И только увидев там Арину, вспомнила, кто там работает. От вида любовницы Воронова Кате скрутило желудок, но отступать она не собиралась. Она хотела пива! И получит его!

        Подойдя к бару, она присела. Увидев Катю, Арина напряглась.

        - Можно мне кружку пива, - уверенным голосом заказала Катя. - Светлого.

        - Конечно, - уверенно, но тихо ответила Арина и принялась выполнять заказ. Катерина мысленно закатила глаза, хоть какой-то толк был в том, что они с Вороновым скрывают ее беременность.

        Через какое-то время перед Катей появилась кружка пива. С трубочкой. Катя скривилась. Она не любила пить этот напиток через трубочку. По ее мнению настоящий вкус напитка можно было почувствовать только, когда пьешь, именно пьешь, а не сосешь через трубочку. Но за последние пять лет множество своих привычек Катя изменила в угоду социальному положению будущего мужа. Она во всем пыталась стать идеальной, всегда одевалась с иголочки, всегда улыбалась и вела себя воспитано, не была замечена ни в одной ссоре. При ее взрывном характере это был большой подвиг. Только вот Воронов считал это скорее забавным. И опять ее усилия оказались напрасными и никому не нужными. И вот сейчас сидя в баре, окруженная подвыпившей толпой, ей захотелось закричать. Просто закричать во весь голос. До хрипоты. До полной потери способности говорить. Это был крик отчаяния...

        - Катя? - удивленный голос ворвался в мысли Катерины, наполненные жалостью к себе. Знакомый голос. Голос из прошлого.

        Катя обернулась. Перед ней предстал довольно высокий мужчина с непослушной копной русых волос. Обворожительная улыбка гуляла на его губах, а выразительные синие глаза засветились узнаванием. Егор. Ее первый мужчина и бывший жених, которого она бросила у алтаря. Мужчина, который любил ее до безумия, а она ответила ему тем, что изменила. Мужчина, который дарил ей нежность и ласку, а она никогда этого не ценила...

        - Егор? - голосовые связки всё-таки сработали, хотя Кате казалось, что ее все тело одеревенело и связки в том числе. Она не видела его уже около шести лет. И он похорошел за это время. Из когда-то смазливого, худощавого паренька он превратился в сильного, уверенного мужчину. Только улыбка осталась прежней. Всё та же бесшабашность читалась в чертах его лица. - Что ты тут делаешь?

        Он рассмеялся. Низким красивым голосом. Катя прекрасно помнила, как пел этот мужчина, у него ангельский голос. Его мать долгое время заставляла его ходить в хор, чем вызвала в нем отвращение к этому делу. Со временем он воспротивился и перестал заниматься пением. Сам он предпочитал более рискованные занятия. Сноуборд, паркур, прыжки с парашютом и, конечно же, гонки. Сколько раз он катал ее на своем байке? Сколько раз она задыхалась от ощущения свободы смешанного со страхом, когда Егор гнал на полной скорости? Сколько раз ее мозг буквально взрывался от мысли, что одно не правильное движение и оба без вариантов окажутся в гробах? Или же не окажутся, просто положить нечего будет. Но все равно, раз за разом она садилась на его байк, зная какой заряд адреналина он ей подарит.

        - Веселюсь. Я тут с ребятами, - улыбнулся он, а потом резко стал серьезным и оглядел ее с ног до головы. - А ты изменилась... стала более степенной...

        Катя натужно улыбнулась.

        - Стараюсь, - ответила она. - Взрослею...

        Егор выразительно посмотрел на нее, и на нее нахлынули воспоминания. Именно Егор стал ее учителем в постели и во многом вне ее. Он был действительно хорошим парнем. Но не достаточно хорошим для нее. Ей нужна была агрессия и сила Воронова, а нежность и страсть Егора ее не устраивали. Теперь же она понимала, что нежность это не так уж и плохо. Вот только Егор не был Витом. Но где-то глубоко в душе, а иногда задавалась вопросом: А что было бы, если бы она тогда все-таки вышла за него замуж? Но такие вопросы навевали на нее тоску, поэтому она прятала их в самый глубокий колодец своей души, заставляя себя забыть полтора года, которые провела с этим человеком.

        - Забавно слышать это от тебя, - заметил Егор.

        - А что в этом забавного? - с вызовом спросила она.

        - Ну, ты всегда была такой... м-м-м... отвязной, бесшабашной, игнорирующей правила, а теперь настолько изменилась??? Не верю, - со знакомой ноткой вызова произнес он.

        - А я такой и осталась, - взвилась Катерина, чуть привстав с места. Краем глаза Катя заметила, что Арина за ними наблюдает. Девушка определенно донесет Воронову... хотя какое ему дело? Когда-то она бросила Егора ради тогда еще призрачной надежды заставить Вита полюбить себя. Она сделала свой выбор. И не факт, что правильный.

        - Да ладно? - протянул Егор. - Докажи!

        Катя ощутила то самое чувство предшествующее увлекательному приключению. Нервная дрожь, пробегающая по телу, немного потные ладони. Она знала, что делает глупость, но она так устала жить в клетке! Ей хотелось свободы!

        - Ты всё еще ездишь на байке? - спокойно спросила она, хотя внутри нее уже все тряслось от предвкушения быстрой езды.

        - А как же, - хмыкнул Егор, - меня с моей красоткой никто не разлучит!

        Внутри Кати что-то оборвалось. Раньше он также говорил, только под красоткой подразумевалась она, не мотоцикл.

        - Не хочешь меня прокатить? - заявила она, воинственно поднимая подбородок и запихивая свои непонятные чувства куда поглубже. Понимающая сексуальная улыбка появилась на лице Егора. Это была старая фраза, которую она часто использовала, когда хотела прокатиться. Обычно такое их катание всегда заканчивалось бурным сексом. Секс, приправленный адреналином, вещь незабываемая. Как же она скучала по этому! И хотя секса она сегодня не допустит, они с Егором вполне могут вспомнить их старое совместное прошлое. Ничего страшного не случится. Так ведь?


***


        Катя лежала и тупо глядела в потолок. Рядом тихо посапывал Егор. Его рука покоилась на ее животе. Девушка проснулась полчаса назад, когда часы на тумбочке показывали половину третьего ночи. Эти полчаса Катя неподвижно лежала, в то время как ее собственные мысли скакали, словно испуганные кролики. Но каждая мысль была связана с одним фактом - она переспала с Егором!

        Каким образом всё вышло из под ее контроля, она до сих пор не понимала. Катерина была уверена, что сможет контролировать Егора и себя за одно, но она ошибалась. Крупно ошибалась. После того, как они улизнули из клуба, они мчались по улицам города на полной скорости. Катя была в эйфории, ей казалось, что она вновь вернулась в то время, когда была абсолютно свободна! Это наполняло ее ликованием! Ей хотелось еще и еще! Вкус свободы на языке был поистине великолепным. Когда Егор привез ее на набережную, она была полностью под властью иррационального чувства вседозволенности. Стоило ей ступить ногами на землю, ей захотелось совсем другого. Ведьма была под властью адреналина. И она слишком давно была одинокой. Ей захотелось любви. А Егор... такой родной, такой хороший был рядом. И когда мужчина ненавязчиво начал ее соблазнять, она поддалась, прекрасно понимая, чем это кончится. Тогда ей это казалось хорошей идеей. Сейчас лежа в кровати рядом с Егором, после бурных часов проведенных вместе, она так сказать не могла. Сейчас Катерина понимала, что проведенная ночь несла в себе опасность. Опасность для ее
сердца. Ведь секс с Егором не был бездушным. Она отдавалась ему не с целью получения банального освобождения. Ей хотелось быть любимой, вспомнить это чувство. Что ж, она вспомнила. И это приносило боль. Ведь ничего по сути не изменилось. Всё осталось таким, каким было до случайной встречи с Егором. Она через несколько часов выходит замуж за человека, которого любит до безумия и которому на нее совершенно наплевать. И это ее выбор. Она так решила. Но проведенное время с Егором всколыхнули ненужные мысли, размышления. В который раз она задалась вопросом: а что было бы, если бы она всё-таки вышла за Егора замуж? Ненужные мысли. Ни к чему хорошему не ведущие.

        Катя не сожалела о содеянном. Ей нужна была эта ночь. Для себя она сохранит ее где-то глубоко в душе и будет вспоминать, когда ей будет особенно плохо. Но это первая и последняя измена Воронову. Он не потерпит, не после того, как она привязала его к себе ребенком. Когда у них были ни к чему необязывающие отношения, это еще и могло прокатить. Сейчас нет. Это она тоже поняла только сейчас. Просто бывают такие озарения, приходящие поздновато, но быстро и четко всплывающие из подсознания. Воронов просто не позволит своему ребенку повторить свою судьбу. Любой намек на похожесть Кати на его собственную мать будет поводом для разрыва отношений и развода. Ей придется постоянно бороться за место рядом с ним, с ним самим же. Потому что он не желает ее видеть рядом. Он всегда хотел, хочет и будет хотеть Дашу.

        Катя повернула голову и посмотрела на спящего Егора, он был красив. Сейчас он больше напоминал ей того паренька, которого она знала когда-то. Сегодня увидев его, она даже немного опешила от того насколько он возмужал. Катерина не могла не заметить заинтересованные взгляды, кидаемые на него другими девушками во время разговора. Даже Арина смотрела на него зачарованно. Внезапно Кате стало жаль, что она одержима не им, а Витом. Тогда всё было намного проще. Но тогда у нее не было Вита... а разве он был у нее когда-нибудь? Ответ был простым и понятным "Нет!".

        Егор вдруг пошевелился и перевернулся на спину, убрав при этом руку с Кати. Несколько отросших, непослушных прядей упали ему на глаза. Катерина не смогла воспротивиться своему внезапному порыву. Протянув руку, она нежно отвела непослушные пряди с его лица. Какое-то непонятное чувство сейчас наполнило Катю, она вдруг захотела быть другой, той девушкой, которая смогла бы быть с ним, по достоинству оценить его, при этом быть способной на ответную любовь и нежность. Но она не была такой. И никогда не станет. Катя всегда брала то, что она хотела, а не то, что ей давали. А хотела она Вита, его, никого более... но все же в глубине души жил маленький огонек раскаяния... и сожаления.

        Испугавшись своих мыслей, Катерина резко отдернула руку будто обжёгшись. Не стоило ей так думать. Это был просто секс, ничего более. Она любит и будет любить Воронова. А Егор... просто эпизод из ее прошлого. Катя соскочила с кровати, стараясь не оглядываться на спящего мужчину. Она прошла в ванную, где минут десять отмокала под горячим душем, собираясь с силами, чтобы поговорить с Егором и обсудить случившееся. Она должна быть уверена, что информация о случившемся между ней и Егором не дойдет до ушей Виталия.

        Когда она вышла из душа уже полностью одетая и освежившаяся. Егор уже проснулся. Он полулежал на кровати, спиной прислонившись к кроватной спинке. Гостиничный номер был достаточно просторным, они стояли в разных концах комнаты, но Кате казалось, что пространство сузилось до считанных сантиметров. Егор смотрел ей прямо в глаза и всё понял... сложно было не понять.

        Мужчина резко встал с кровати и голышом прошел к окну. Дерганными движениями он приоткрыл форточку и не обращая внимания на осенний холод, достал из куртки пачку сигарет и закурил. Раньше он не курил...

        - Егор, мы должны забыть сегодняшнюю ночь, - спокойно проговорила Катя. - Всё это было ошибкой. Большой ошибкой!

        Она так не считала, не смотря на все последствия приятно снова почувствовать себя любимой.

        Курящий мужчина криво усмехнулся и посмотрел на Катерину.

        - Решила опять меня кинуть? - спросил он.

        - Я не могла тебя кинуть, мы не вместе, - раздраженно парировала она.

        - Ну да... - протянул Егор. - И часто ты так гуляешь от Воронова? Я думал, что ты только от меня гуляла.

        Удар достиг цели, заставив задохнуться. И Катерина не могла сказать какое чувство в ней тогда преобладало - страх, что Вит все узнает, вина перед Егором или боль... непонятная щемящая боль, причину которой Катя как ни пыталась, не могла понять.

        - Егор, давай без сантиментов, - заявила она резко. - Воронов не должен узнать, что мы провели эту ночь вместе!

        - Хм-м-м... решила гульнуть перед свадьбой? - ехидно спросил он и сделал затяжку.

        - Егор, я тебе ничего не обещала, - спокойно на сколько это возможно в подобной ситуации проговорила Катя. - Всё случившееся было одной большой ошибкой.

        Больше ничего она не сказала, просто не видела смысла что-то объяснять, да и не обязана Катя это делать.

        - Ты как была сукой, так и осталась ей, - жестко усмехнулся Егор, туша сигарету в пепельнице.

        - Ты только что оттрахал эту суку, так что не тебе жаловаться, - слащаво улыбнулась Катя.

        Егор с минуту пристально смотрел на Катерину, а потом грустно покачал головой.

        - И то верно, - пробормотал он. - Хорошо, от меня лично Воронов ничего не узнает.

        - Поклянись! - проговорила Катя. Она-то знала, что Егор принадлежит той категории людей с честью и принципами... в чем-то он походил на ее брата. Она была отлична от их обоих. Она была в лиге Воронова. Они оба были беспринципными и бесчестными. Поэтому они должны быть вместе. Они друг другу идеально подходят.

        - Клянусь, что ничего не скажу Воронову, - спокойно проговорил Егор, - а теперь, думаю, тебе стоит уйти. Я должен одеться!

        Больше ничего не говоря, Катерина покинула гостиничный номер.


***


        Даша видела, как Катя села в такси около гостиницы. Она довольно улыбнулась. Егор провел отличную работу. Бедняга все еще питал напрасные иллюзии в отношении Кати. Ее предательство его так ничему не научило. Или научило. Но Кабанов был все еще влюблен в рыжую бестию. Или просто думал, что любит. Сама Даша больше склонялась ко второму варианту. И всё же когда Дарья разыскала Егора и предложила ему соблазнить Катю, он сомневался. И Дарья тогда забеспокоилась. Уж ей совсем не хотелось искать другого кандидата на роль соблазнителя. Времени было слишком мало. Даше удалось уговорить Егора только после того, как рассказала, как Катерина живет сейчас. И что у него, возможно, есть шанс вернуть Катю. Шанса ведь никакого не было, и Даша прекрасно об этом знала, но говорить об этом Егору она не собиралась. Дарья также пообещала, что измена Кати так или иначе сорвет свадьбу Вита и Кати, что даст ему шанс вернуть ее. Только Даша слукавила. Свадьба будет... и какая! Даша лично позаботиться о веселье присутствующих на свадьбе людей. Об этой свадьбе будут говорить все!

        ГЛАВА 13


        Свадьба. Одно из главных событий в жизни каждой девушки, наряду с рождением ребенком и... разводом. Даша усмехнулась. Разводы нынче не редкость. М-да, усох институт брака. Современный мир просто противоречит основным нормам семейных устоев, современный мир истребляет такие понятия как верность и честность между супругами. Нынче в моде свободная любовь и отказ от детей.

        Даша сидела за одним из ближайших столиков к новобрачным. Воронов как всегда выглядел великолепно в черном смокинге. Вообще-то он всегда выглядел великолепно. И это было отвратительно. Тут вообще много чего было отвратительным. Например, не искренние пожелания счастья новобрачным, заверения в дружбе, лжеулыбки. Дарья только головой качала. На праздник была приглашена вся элита города. На сам праздник была потрачена целая прорва денег. А на невесте красовалось дизайнерское платье, стоимость которого была соизмерима со стоимостью небольшой квартирки в спальном районе. В общем, не свадьба, а балаган. Каждый пытается перещеголять другого в подарках, поздравлениях, нарядах, понтах, а Катя желала перещеголять их всех. А Виталию на все наплевать. Он сидел во главе стола, с непроницаемым лицом, будто бы у него не свадьба, а деловая встреча. Хотя, Даше казалось, что на деловой встрече он проявил бы больше азарта. А так он сидел и с видимой скукой наблюдал за происходящим. Рядом с ним восседал дружок, он же Евгений Алексеевский собственной персоной. Красавчик сидел рядом с Витом, примерно с тем же
выражением лица, что у друга, только иногда на лице проскальзывало отвращение. Даша его хорошо понимала, всё происходящее напоминало плохо поставленный спектакль, где каждый актер пытался перетянуть внимание на себя.

        Кстати, на счет внимания. Женя, она же Орхидея, получила его невероятно много, даже не желая этого. Как всегда стоило публике увидеть знаменитость, так сразу же все принялись обсуждать, обсматривать и пытаться привлечь ее внимание. Даша прекрасно знала, как Женя не любит эту сторону своей популярности, но деваться от нее особо некуда было. Можно конечно уйти со сцены, только девушка не представляла своей жизни без музыки. От всего этого наплыва заинтересованных лиц, спас Женю совсем неожиданный человек - Лекс Полторанин. Даша его почти не знала, пару раз видела его с Жекой. Насколько Дарья знала, эти двое учились в одной группе в университете. Оба пользовали определенным спросом у женского населения. Жека часто ее развлекал похабными историями из своей жизни, и из этих рассказов Даша знала, что для Жени Лекс не лучшая кандидатура для близкого общения. Даша не думала, что этот мужчина изменился за это время, так что для молоденькой и доверчивой Жени он не лучшая компания. Но пока ничего страшного не происходило, но Беляева сделала заметку, нужно проследить, чтобы Орхидея не наделала глупостей.

        На этом фоне постоянно кидаемые Жекой злые взгляды в сторону весело общающейся пары были понятны. Алексеевский сильно сблизился с Женей в последнее время. Наверняка, он не желает, чтобы его дружок использовал ее. Но Даша также поняла другую вещь - стоит присмотреться к зарождающимся отношениям между этими двумя. Последнее что ей нужно так это любовная привязанность между ними. Ей нужен Жека, а учитывая, что она заключила контракт с дьяволом, а вернее с Бесом, ей стоит постараться удержать Красавчика около себя. Ей нужна информация для слива, и эту информацию она может получить только через Жеку. Сам Воронов никогда не подпустит ее близко к себе, не после того, как она откровенно заявила ему, что ненавидит его. А приближенных к Виту людей, имеющих доступ к определенной информации, было не так много, вернее всего трое - Макс Польских, Олег Белоусов и, конечно же, Жека. От верных Воронову телохранителей ей ловить нечего, остается только Жека.

        Свадьба была в самом разгаре, люди веселились, пили, ели. Тамада развлекал толпу, люди участвовали в конкурсах. Играла веселая, заводная музыка. Даша даже немного потанцевала, и даже приняла участие в одном из конкурсов. И как-то умудрилась выиграть конкурс, хотя ее мысли были где-то очень далеко. Нервы были напряжены до предела. Ей просто не терпелось увидеть, как отреагируют молодожены на ее сюрприз. Друзьям Вита и Кате было дано задание, нужно было подготовить своего рода документальный ролик про каждого из них. Даша приготовила ролик, и какой пикантный. Дарья заранее сняла номер для Егора и Кати. Побывала там до девичника, установила там камеры... продавец бытовой техники не обманул, камеры были отличные. Было отлично видно, чем именно занимались двое в тусклом сумраке гостиничного номера. И отлично было видно время и дату. Так что у Кати не было не малейшей возможности отвертеться. Она поймана с поличным. И позор падет на ее голову, а Вит окажется в дураках.

        Это общество, что находилось здесь, делило с ними еду и питье, желало им счастья и благополучия, первым осудит Катю. А по репутации Вита будет нанесен существенный удар. Слава не сгибаемого и не уязвимого быстренько исчезнет, зато появится слава рогоносца. Зная Виталия, то ему будет наплевать на мнение общества, но гордость никуда не спрячешь. Гордыня Вита захочет крови, а тут под рукой будет Катя. А Дарья будет рядом, чтобы подлить масло в огонь. Беляева не завидовала участи Катерины, но та сама вырыла себе яму. Грех не воспользоваться такой возможностью.

        - Дашенька, ты так изменилась, - щебетало рядом с ней сероглазое существо. - Такая красотка! Раньше ты была проще...

        Беляева еле удержалась, чтобы не скривиться. Последние слова были сказаны со значением. Лариса Иларионова была общей знакомой Кати и Даши. Все вместе когда-то тусовались в одной компании. Лариса была из той породы девиц, которые любили позубоскалить, поехидничать. Это девица часто любила тыкать Дашу в тот факт, что Катя была более красивой, более яркой в отличие от серенькой Даши...

        - Да, - мягким голосом проговорила Дарья, хотя в уме она уже парочку раз придушила нагловатую, тупую девицу, - столица меняет людей. А если еще и живешь в семье известного режиссера и актрисы, то приходится соответствовать.

        На лице Ларисы заиграла до смешного фальшивая улыбка. Сама Лара, как она просила ее называть, всегда пыталась подчеркнуть свою дутую значимость. Сейчас сидя рядом с этой расфуфыренной, грубой особой женского пола, Даша не могла понять, как в свое время могла общаться с этими людьми и даже считать их нормальными и адекватными? Воронов всегда говорил, что имея таких друзей, она подставляет спину для удара. В данное время Беляева не могла не согласиться с ним. Правда, то, что он был прав, не отменяло того, что именно он всадил нож ей в спину. Ее взгляд обратился к Виту, который с невозмутимым видом слушал очередного гостя, желающего им с Катей счастья и увещевающий, что такая любовь, как у Кати и Вита на всю жизнь.

        - Ну да, верно, - продолжая улыбаться, проговорила Лариса, - я удивлена, что ты не пошла по стопам своих родителей. Наверняка, ты могла стать популярной актрисой...

        У Даши появилось стойкое желание послать человека на три буквы. Походу дела, Лариса очень долго там не бывала, и теперь страдает от неудовлетворения.

        - Именно потому, что мои родители известны в этой сфере, я и не пошла. Я привыкла добиваться всего своими собственными силами, и протекция моих родных мне не нужна, чтобы стать мастером своего дела, - холодно проговорила Даша и сразу же перевела разговор на другую тему. Даша очень не любила разговаривать о себе. - А как твоя карьера модели?

        Лариса поджала губы, Даша специально нажала на больную мозоль. Иларионова всегда мечтала стать известной моделью, стремилась к этому. Даже снималась в рекламах, правда только на региональном уровне. А потом она выскочила за мешок с деньгами. Вот только мешок оказался не очень покладистым и запретил Ларисе заниматься модельным бизнесом. Тот самый денежный мешок, который вовсю лапает официантку, сидя рядом с собственной женой. Весь цинизм ситуации был более чем грустным.

        - Я решила посвятить себя мужу и семье, - чопорно заявила бывшая "подруга".

        На этом разговор закончился, и Даша вздохнула свободнее. Ей совершенно не доставляло удовольствия разговаривать этой... женщиной.

        Тут тамада попросил всех присутствующих на торжестве внимания.

        - Дорогие гости, - обратился он к присутствующим, - здесь собрались все самые родные и близкие этих двух молодоженов. Все вы, несомненно, любите и уважаете их, и теперь настала пора продемонстрировать свои чувства нашим возлюбленным. Поэтому друзья жениха и невесты подготовили мини-фильмы посвященные каждому из них. В этих двух фильмах мы решили показать, за что собственно мы все любим их и ценим!

        Свет в зале медленно погас, и замелькали кадры клипа посвященного Виталию. В нем показывалось насколько он профессионален и успешен. А также показывалась его увлеченность спортом. Когда замелькали кадры, где Воронов на скорости несется по трассе, сердце Даши непроизвольно ухнуло вниз. Беляева прекрасно помнила, как боялась каждого его заезда. Как дрожала и отвернувшись ждала, когда же закончится гонка... Позже, она убедила его перестать учувствовать в заездах. Видимо, после того, как они расстались он вернулся к давнему увлечению... Почему-то от этой мысли ей стало не по себе.

        Даша сжала зубы. Ей нет никакого дела до него! Пусть он разобьётся на своей чертовой колымаге, а она станцует у него на могиле! Только при мысли о смерти Воронова липкий страх окутал ее...

        Пока Даша пыталась разобраться в своих чувствах по поводу смерти бывшего возлюбленного, мини-фильм, посвященный Воронову, закончился. Вперед выступил Жека и еще пару мужчин. Они проговорили долгую хвалебную речь, а Дашу только хмыкала в отдельных местах. Евгений всегда отличался особым красноречием, и сейчас в его устах Виталий казался почти что идеальным. Вот только Даша знала, что Воронов далеко не идеален. Скорее наоборот, он был темным, безжалостным и совершенно лишенным морали ублюдком. Тем временем Воронов рассмеялся на шутку Жеки, впервые за весь вечер...

        После пламенной речи, мужчины расселись по местам. Настала очередь фильма про Катю. Даша не смогла сдержать довольной улыбки, когда затихший праздничный зал наполнился эротическими стонами и жаркими фразами главной виновницы торжества.

        Улыбка Даши становилась шире по мере нарастания шепотков и гула. Люди с опозданием поняли, что именно демонстрируется в клипе. И вот уже люди вовсю обсуждали, шептались, хихикали, показывали в Катю пальцем. Поднялся гомон. Сама Катя сначала побелела, как только что выбеленная стенка, а потом покраснела, что практически слилась с цветом собственных волос. А вот Воронов остался совершенно невозмутимым. Он только поджал губы и дал знак Максу, чтобы тот прекратил показ пикантного видео от Катерины Вороновой. Макс же уже направлялся к технической аппаратуре, чтобы отключить злополучное видео, заранее предугадывая желание начальства. Начальство же в это время с совершенно невозмутимым лицом, игнорируя громкие стоны своей невесты, доносившиеся из динамиков, вцепился в руку Кати и медленно встал, вынуждая ее тоже подняться. Вид у новоиспеченной Вороновой был еще тот, Даше даже почти стало жаль. Ключевое слово "почти", потому что Катерине вряд ли было жаль саму Дашу.

        Дарья с удовлетворением наблюдала, как парочка покидает банкетный зал. Воронов быстро тащил за собой неверную жену, а та выглядела так, будто сейчас потеряет сознание. В своем громоздком, шикарном подвенечном платье Катерина семенила за Виталием, то и дело, спотыкаясь и путаясь в длинных, пышных юбках. Но мужчина крепко держал ее за руку, наверняка причиняя боль и лишая ее возможности вырваться. Да она и не пыталась, прекрасно понимая, в каком состоянии сейчас Виталий и что от него ей собственно нигде не спрятаться.

        В след за ними бросился Евгений, Даша подумала, что ей тоже стоит пройти туда. Она спокойно встала и направилась к выходу из зала. Где-то в середине пути, Беляева наткнулась на осуждающий взгляд Жени. Даша вопросительно приподняла брови, но Орхидея лишь покачала головой. Пожав плечами, Белоснежка продолжила свой путь. Ей не терпелось узнать истинное отношение Вита к данной весьма сомнительной ситуации и его дальнейшие шаги.


***


        Воронов сидел и смотрел, как на большом жидкокристаллическом экране мелькают сцены весьма порнографического характера, где Катерина выступала главной звездой фильма. Он приказал Максу принести злосчастное видео, которое сделало из него посмешище. Не то чтобы его волновало мнение этой кучки пижонов, все равно большинство из них так или иначе зависело от него, не говоря уже о том, что практически на всех этих дутых индюков и общипанных куриц у него имеется компромат. У него на свадьбе присутствовало около двухсот гостей и только единицы были чисты и не имели за собой особых грешков. Такая расстановка сил полностью устраивала его, давая необходимые рычаги давления на нужных ему людей. Но эта же расстановка сил еще больше понизила его мнения о людях в целом. Хотя после своего далеко нелегкого детства он думал, что это мнение ниже упасть просто не сможет. Как же он ошибался...

        Примерно на середине фильма, происходящее ему надоело. Однообразные сцены с Катей и Егором как-то не вдохновляли. Если бы это был реальный порнофильм, то интереса у зрителей он бы не вызвал. Мужчина совершенно спокойно перемотал действие в самый конец и просмотрел прощание Катерины с ее любовником. Что же, мило. Ему даже стало жаль парня. Вит знал его, Егор был бывшим женихом Кати. Не повезло же ему, влюбиться в такую тварь, как Ведьма. И почему Бес не мог выбрать ее? Они бы были замечательной парой. И детишки у них были замечательные. Такие же расчетливые, жадные, паскудные, как и их родители. Вит тяжело вздохнул. Жаль, что это только мечты! В реале Катя теперь его жена. И как выяснилось гулящая жена, которая не умеет скрывать свои похождения. Не умеешь, не берись! Но мозгов в ее рыжей головке, похоже, не слишком прибавилось за эти пять лет. Она все также мыслит примитивными категориями. Правда, тогда ей удалось поймать его, недооценил тогда он ее готовность пожертвовать всем, даже собственным братом. Теперь же прекрасно представлял, насколько злобной тварью она была, поэтому и увиденное видео не
было для него большим потрясением. Эта девица всю свою жизнь паразитировала на своих близких, высасывая из них все соки. Вот только теперь, эта девица была его женой и возможно ждала его ребенка. Правда, после просмотра фильма у него возникли серьезные причины не доверять словам Кати.

        Его жена сидела на самом краю дивана, вся подобравшись. Катерина боялась. И правильно делала! Сейчас стало ясно одно - жить с ней он не будет! И дело не в том, что она ему изменила. Ему глубоко плевать с кем она спит, но вот ребенку не будет плевать. Он на своей шкуре знал, чем могут закончиться такие походы налево матери для ребенка. Сейчас осталось выяснить является ли он отцом ребенка. Если является, то он разведется с Катей после рождения дочери и лишит ее материнских прав. Если же нет... если нет, то он все равно с ней разведется и лишит материнских прав. Катя не в состоянии стать хорошей матерью. Взгляд Воронова переместился на Жеку. Вит не без основания полагал, что Жека захочет забрать ребенка себе, если отцовство Воронова не подтвердится. И Жека, и он прекрасно понимали, что Ведьму мало интересует сам ребенок. Ее интересовали только ее собственные чувства и желания, на других ей наплевать.

        Взгляд мужчины скользнул дальше. Рядом с Катей сидела Даша и старательно разыгрывала из себя саму невинность. Вит, конечно же, знал кто устроил показ хоум-видео. Еще утром он получил очередной отчет от своего человека. Лазарев теперь ежедневно приносил ему отчет, содержащий все передвижения Даши. Каждый ее шаг фиксировался этим человеком. Вит не мог позволить ей сделать необдуманные шаги. Вит прекрасно сознавал, что она не просто так вернулась и его догадка сегодня подтвердилась. Вчера ночью Дарья около получаса ждала около гостиницы "Целинной". А потом поднялась наверх и пробыла там еще двадцать минут. Лазареву удалось выяснить, что Беляева сняла двухместный номер на двое суток. Зачем ей нужно это было, Лазарев не выяснил, зато узнал, что номером пользовалась парочка. Теперь стало понятно, какая именно парочка.

        - Катя, как ты могла? - наконец, прекратил свое хождение по кабинету Жека. Его волосы были в беспорядке, так как мужчина то и дело подправлял руками в свою густую шевелюру.

        Катя поджала губы и злобно глянула на брата.

        - Я этого не делала! - заявила она.

        Жека фыркнул. Вит никак не отреагировал на ее высказывание.

        - Ты отрицаешь, что вчера вечером спала с Егором? - тихо спросил Воронов.

        Катя еще больше сжалась, а Даша успокаивающим движением погладила ее по плечу.

        - Да, отрицаю, - не смотря на внешние признаки страха, голос у Кати был четким и громким. - Эта запись подделка!

        Брови Воронова взлетели вверх.

        - Катя, - протянул он мягким тоном, от которого в комнате сразу же похолодало на несколько градусов, - не ври мне.

        Катерина не отвела глаза, хотя руки у нее задрожали, да так, что ей пришлось сжать их в кулаки.

        - Я не вру! - высоким голосом заявила она. - Не изменяла я тебе!

        Виталий рассмеялся и его смех не обещал ничего хорошего.

        - Катенька, значит, ты не будешь против рассказать, что именно ты делала вчера в начале ночи, не будешь и против того, что мы расспросим твоих подружек, присутствовавших на твоем девичнике, - ласковым голосом проговорил он. - И, конечно же, Макс съездит в гостиницу и расспросит местный персонал...

        Катя резко побелела. Глаза испуганно распахнулись, губы открылись в беспомощном жесте, когда она поняла, что ее загнали в угол.

        - Так, ты не будешь против, милая? - ласковый тон Виталия никого не обманул.

        Воцарилась зловещая тишина. Вит сверлил Катерину насмешливым взглядом. Наконец, Катя не выдержала и опустила глаза.

        - Катя? - тихий вопрос Жеки, заставил ее вздрогнуть.

        Вдруг Катя подскочила на месте и встала на ноги. Глаза ее лихорадочно блестели, и Ворон пришел к выводу, что их ждет еще одна ее истерика.

        - А что мне было делать, Жень? - закричала она. - Я тоже хочу быть любимой, а он только ноги об меня вытирает! Ему я не нужна! Ему нужен этот ребенок! А я хочу любви!!! Я хочу почувствовать себя любимой! Я для него только объект для траха! Безмозглая кукла, не достойная даже легкой ласки. Он только и может, что причинять боль и использовать меня!

        Под конец она уже орала во всю глотку. Виталий скучающе зевнул и отрешенно подумал о том, что Макс наверняка уже всех выпроводил из ресторана. Его телохранитель всегда понимал, что от него ждут.

        А тем временем, Катерина, не сдерживаясь, ревела в три ручья. Виту стало интересно, поведется ли друг на это представление. Катя часто использовала этот прием. И Жека всегда жалел ее и начинал защищать ее от всех и вся. В то время как именно от его сестрицы нужно было защищать окружающих.

        Реакция Жени не заставила себя ждать. Тот только покачал головой и тихо сказал:

        - Никто не заставлял тебя выходить за него замуж. Да он только и ждет момента, чтобы от тебя избавится. Ты с самого начала знала, что ему не нужна. Но все равно навязалась. Да какой нормальный мужик будет любить женщину, которая шантажом заставила изменить любимой женщине? Ты просто омерзительна!

        Катя дернулась, как от удара, а Жека не стал ждать последующего развития событий и просто покинул кабинет, громко хлопнув дверью. Катерина непонимающе смотрела на дверь, которая только что закрылась. Последний шанс хоть на какую-то защиту ушел у нее из под носа. Виталий практически наяву видел, как работает ее мозг, разрабатывая план для отступления. Вот только из угла, в который она сама себя загнала, нет выхода.

        Вдруг она рассмеялась. Истерический смех вырвался из ее груди. Потом она посмотрела на Вита.

        - Ну и что ты будешь делать? Мы теперь женаты, а я жду от тебя ребенка! Мы с тобой связаны. Мы с тобой похожи! Ты мне изменял всё время, почему я не могу сделать того же, а? - заговорила Катя скороговоркой.

        Вит встал. Катя сразу же заткнулась, с опасением ожидая, что он собирается делать. Она сейчас походила на лису, попавшую в капкан охотника. Он, Виталий, не спеша подошел к ней, зашел ей за спину. Пальцы медленно пробежались по корсету белоснежного платья.

        - Белое платье является символом невинности невесты, - тихо проговорил он, пока рука медленно развязала корсаж платья, ослабляя давление корсета на грудь и ребра женщины. - Вот только ты не являешься невинной, Катенька, - резкий рывок и треск платья, - ты не имеешь никакого права носить это платье!

        Воронов не остановился, пока полностью не сдернул платье с Кати. Разорванное, оно упало у ее ног, а сама Катя огромными глазами смотрела на Воронова. Девушка дрожала, но не пыталась прикрыть себя, боясь, своими движениями еще больше разозлить супруга.

        - Олег, - обратился Виталий к телохранителю, который всегда обитал неподалеку от Воронова, - отвези ее домой, запри в спальне. Никуда не выпускай, никого к ней не пускай. Чуть позже я решу, что с ней делать, а пока пусть сидит под замком.

        Олег кивнул.

        - Как же я пойду? - дрожащим голосом спросила Катя. - Мое платье...

        - Так и иди, - равнодушно ответил Воронов.

        Катя не решилась больше ничего говорить. Олег пожалел ее и накинул сверху свой пиджак. Воронов ничего ему не сказал, ему было плевать, что там дальше будет с Катей. В какой-то мере он чувствовал себя... легче. Будто бы с его плеч сняли огромный камень.

        Хлопнула дверь, возвещая о том, что Олег с Катей покинули помещение, оставив его наедине с Дашей. Хищная улыбка появилась на губах Воронова. Тихие шаги были свидетельством того, что Даша решила сбежать.

        - Не так быстро, малыш, - заговорил он. Повернувшись, он обнаружил Беляеву на полпути к двери. - Нам с тобой необходимо поговорить!

        ГЛАВА 14


        Воронов с удовольствием наблюдал, как замерла Даша, услышав его обращение. Она прикусила нижнюю губу, словно раздумывая бежать ей пока не поздно или принять бой. Улыбка Вита стала шире, когда она решительно выпрямила спину и вскинула головку. Она такая сексуальная, когда сердится...

        - Что ты хотел? - совершенно спокойным голосом поинтересовалась Даша, полностью поворачиваясь к нему и готовясь принять бой. Храбрый котенок. Отчаянный котенок. Его котенок.

        - Да, хотел, - хриплый голос Воронова не мог обмануть Дашу, и она прищурила глаза, но не отступила. - Ну и довольна ли твоя душенька?

        Даша никак не отреагировала на вопрос. Лишь приподняла бровь, невозмутимо глядя на него.

        - Ты о чем? - спокойно проговорила она. Воронов еле сдержался, чтобы не рассмеяться вслух. Девочка решила поиграть в незнайку. Что же, ему нравилось играть.

        - Ты прекрасно знаешь, о чем я, - промурлыкал мужчина, приближаясь к ней. - Скажи, довольна ли ты тем, что устроила сегодня? Или ты еще не удовлетворена?

        Воронов специально выразился двусмысленно. В эту игру могут играть двое, и ему не терпелось сыграть!

        - Ты думаешь, сегодняшний показ устроила я? - насмешливо спросила Дарья, смотря прямо ему в глаза. Внешне она была абсолютно спокойна, только мелко подрагивающие пальцы выдавали, что она не совсем так спокойна, как хочет показать.

        - Я это знаю, - твердо ответил Вит, останавливаясь рядом с ней. Он медленно взял ее ладонь, притянул к себе и стал нежно поглаживать ее нежную кожу.

        Даша сглотнула, но глаз не отвела.

        - У тебя есть доказательства? - презрительно выплюнула она слова.

        Виталий ни за что не скажет, что они у него есть. Даша не должна узнать, что Лазарев за ней следит.

        - Возможно, - многозначительно ответил он, целуя ее раскрытую ладонь.

        - Значит, нет у тебя никаких доказательств, - прошипела она, вырывая свою руку из его плена. - И быть их не может, потому что это сделала не я!

        Последние слова она буквально выкрикнула ему в лицо. Вит даже поразился, насколько достоверно она играет. Если бы не знал правду, то поверил бы. Вот только он знал и теперь по достоинству мог оценить ее актерские данные. Дарья наверняка могла стать выдающейся актрисой...

        - Доказательства не обязательны, - он мимолетно улыбнулся, когда Даша в раздражении сдула с глаз выбившиеся из прически волосы. Его жутко заводило, когда она начинала злиться. - Я итак знаю, что это сделала ты!

        - Ничего ты не знаешь, - проговорила Даша, успокаиваясь.

        Воронов не стал спорить. Это сейчас бесполезно. Даша настроена, отрицать свое причастие к сегодняшнему представлению, ее сейчас и танк не сдвинет с места. Дарья Дмитриевна была упряма, как ослица. Он это знал не понаслышке. Поэтому он отступил, мудро решив, что продолжит наступление, когда она не будет этого ожидать. Элемент неожиданности всегда был хорошим помощником в столь щекотливых ситуациях. Отойдя от нее на расстояние, при котором она может чувствовать себя в безопасности, он подошел к бару и налил себе виски. Не то, чтобы ему хотелось выпить, нет, это был предлог. Он сделал глоток, когда она задала совершенно неожиданный вопрос.

        - Катя тебя и вправду шантажировала? - спросила она тихо.

        Воронов чуть не подавился от удивления. Повернувшись вполоборота, он внимательно посмотрел на нее. Даша выглядела слегка... растерянной?

        - Я же тебе говорил, - прохрипел он.

        - Да, но... - она нервно провела рукой по волосам.

        - Но ты мне не поверила, - продолжил он за нее, качая головой.

        - Как? - спросила она. - Чем она могла на тебя повлиять?

        Вит напряженно посмотрел на нее, пытаясь понять, зачем ей сейчас знать это. Воронову хотелось верить, что она пытается понять, почему же он так с ней поступил тогда, пытается понять его. Но у него были причины не доверять своим желаниям. Даша ненавидит его. И этот факт Вит не мог игнорировать. Он до безумия любил ее. Да, именно любил и, наконец, набрался смелости признать это, называя вещи своими вещами. Любил давно, да одержимо, да эта любовь была на гране безумия с нотками боли, предательства и лжи. Это была неправильная любовь. Но от этого не менее сильная. Но Даша ведь его никогда и не любила, хотела, уважала, в чем-то понимала, но никогда не любила настолько сильно и одержимо, как он ее. От того и цеплялась она к нему по любому поводу, устраивая не нужные скандалы, пытаясь обвинить его в невесть чем, пока не стало совсем поздно, и он действительно совершил не поправимое... что теперь толку ворошить прошлое? Его не изменить. Им нельзя быть вместе потому, что в их истории может быть только плохой конец, либо она вершит свое правосудие и уничтожит его, либо он в попытке завоевать ее,
достучаться, сломает ее окончательно. Нельзя ей сейчас говорить правду, она попросту использует ее против него самого. Найдет способ и засадит за решетку, с помощью того же Беса. Сообразительности ей хватит.

        - Это уже не важно, - спокойно ответил он, ставя на стол бокал со спиртным.

        - Да, - выдохнула Даша, - не важно. Предательство ничем оправдать нельзя!

        Вит закрыл глаза, пытаясь справиться с приступом боли. Не физической, а той самой, сердечной... ему было не выносимо видеть ненависть с оттенком боли в ее глазах. Уж лучше бы его избили.

        - Ты так мне и ответила, Даша, - не открывая глаз, прошептал он.

        - По-моему, я уже ответила на все твои вопросы, - вызывающе ответила Даша. Он открыл глаза и невольно залюбовался тем, как блестят ее глаза. К Даше вернулся огонь гнева и теперь тот горел в ее глазах.

        - Правда? - невинно спросил он.

        Дарья нервно кивнула и с тоской глянула на дверь. Девочке явно не терпелось убежать.

        - Даша, так ты довольна сегодняшними событиями? - еще раз спросил он.

        Даша кинула на него разозленный взгляд.

        - Да, твою мать, - выпалила она. - Я довольна! Да я просто счастлива!

        Воронов получал чисто эстетическое удовольствие, глядя на то, как девушка кричала на него. Он был извращенцев и ничуть не стеснялся этого. Какое-то извращенное чувство довольства охватило его просто от того, что он мог вызвать хоть какие-то сильные чувства у этой маленькой кошечки. И пусть этими чувствами были ненависть и гнев, но он все равно был доволен. Ведь от любви до ненависти один шаг? Так значит, и от ненависти до заветного чувства было такое же расстояние! Нужно заставить ее сделать этот шаг! Он был слишком эгоистичен, чтобы отпустить Дашу. Слишком помешан на ней. Если он сейчас не попытается завоевать ее любовь, то будет тихо ненавидеть себя всю оставшуюся жизнь. Воронов никогда не был трусом. И не собирался им становится. Это была их игра. И будь он проклят, если позволит им проиграть. Даже если придется играть против самой же Даши!

        - Хоть в кой-то мере Катя, да и ты почувствовали вкус предательства! - Воронов услышал только конец очень длинной тирады Даши. Он непонимающе, посмотрел в ее глаза. Она тяжело дышала, как после пробежки. Или как после бурного занятия сексом. Не стоило ему думать о сексе... К черту всё!

        Плюнув на здравый смысл, он, притянул ее к себе и с силой впился в ее губы, практически кусая их. Секунда у него ушла на осознание того, что Даша не сопротивляется. Более того она ответила на на его поцелуй. Ее страсть на вкус была потрясающа, но носила какой-то оттенок отчаяния и дикости. Дарья отвечала ему яростно, целуя в ответ, пытаясь завладеть инициативой. Ее юркий язычок скользнул ему в рот, и он не преминул этим воспользоваться, легко цапнув его своими зубами. Она вздрогнула, но не отстранилась. А он только сильнее прижал ее к себе, желая впечатать ее в себя, сделать частью себя и никогда не отпускать. Действуя на поводу у первобытных желаний, Виталий полностью взял контроль над поцелуем, поглощая ее, прогибая под себя...

        Сквозь дымку наваждения он почувствовал, как ее острые ноготки впиваются ему в шею, царапая до крови. Этот жест только завел его сильней, он толкнул ее к стенке, жестко впечатывая в плоскость. Сильные руки нашли ее маленькие ручки и убрали со своей шеи. Подняв ей руки над головой, Вит зафиксировал их своей рукой. Даша была полностью в его власти, зажатая его телом. Ей это не понравилось. Но это ее завело... Она прервала поцелуй, чуть отвернув голову. И он позволил это ей. Только пока...

        - Ненавижу, - хрипло вымолвила она, часто дыша. Ее губы распухли от грубых поцелуев, которыми они обменивались. Глаза сверкали. Это было самое замечательное его видение. Такой он хотел видеть ее всегда - прекрасной, живой и страстной!

        Воронов лишь усмехнулся в ответ на ее слова, а жадные губы припали к ее шее. Он стал нежно выцеловывать и лизать нежную кожу, пока Даша в его руках не расслабилась и не застонала, сдаваясь на милость победителю. Ее стон прошелся электрическим током по его нервам. В памяти всплыли события, когда он застал ее на той кухне в руках у Жеки. Точно такие же стоны она издавала в его руках. Злость и ревность поднялись в его душе, злобной змеей обвились вокруг его черного сердца. И он укусил ее. Со всей силы, не жалея, лишь желая отметить ее. Укус пришелся именно туда, где еще недавно был его засос... Злая усмешка скользнула по его губам. Она его и никто не изменит этого!

        Девушка же казалось, не заметила этого, Даша пребывала где-то очень далеко, там, где доводы рассудка не имели значения. Она просто наслаждалась его ласками. Одна его рука уже бесцеремонно оголила ее грудь, и теперь настойчиво ласкала ее, давая Даше то, что ей сейчас было необходимо. Крепко зажмурившись, Беляева извивалась в его руках. Ногой он раздвинул ее ноги, и Даша с готовностью откликнулась на его призыв и оседлала его бедро.

        Вит использовал весь свой богатый опыт, чтобы свести ее с ума. Через некоторое время его усилия увенчались успехом. Девушка буквально потеряла голову от желания.

        - Вит, трахни меня, наконец! - заявила она, распаляя его. Ее намеренная грубость сделала его практически неконтролируемым. Виталий просто должен взять ее. Прямо сейчас трахнуть ее! А обо всем остальном он подумает позже. Низко зарычав, мужчина развернул ее лицом к стене и надавил на спину.

        Понимая его намерения, Даша нагнулась и оперлась руками о стенку, выпячивая аппетитную попку. Вит задрал все еще одетое на ней платье и руками огладил упругую попку. Несколько мгновений он просто гладил и пощипывал ее, а потом резко шлепнул. На идеально белой коже проявился отпечаток его руки... Даша завизжала, чем заслужила еще несколько шлепков.

        - С ума сошел? - закричала она, пытаясь встать, но он удержал ее на месте, а дальнейшие возражения прервал еще одним не менее громким шлепком.

        - Непослушная девочка Даша, - пробормотал он, - никогда не ври мне!

        - Пусти, - пропищала она, за что получила еще один ощутимый шлепок. Она больше не стала вырываться, за что получила нежное успокаивающее поглаживание по пострадавшей части тела. Руки Даша сжала в кулаки, но от стенки их не убрала, а тем временем Виталий продолжил увлекательное изучение объекта своего желания. Руки пробежались по краю чулок, чуточку вверх, нежно поглаживая кончиками пальцев, и вот его ладонь уже прижимается к сосредоточению ее желания. Крепкие пальцы медленно поглаживали ее плоть сквозь мокрые трусики, заставляя ее учащенно дышать и желать гораздо большего, чем простые поглаживания. Доказательство того, что происходящее Даше доставляет удовольствие, он ощутил пальцами. Плохая девочка. Его плохая девочка.

        - Плохая девочка любит грубое отношение, - одобрительно проурчал он, безбожно уничтожая предмет ее нижнего белья. И вот черный кружевной кусочек валяется на полу, и в тишине кабинета звучит резкий звук открывающейся молнии. Даша замерев ждала, когда же он войдет в нее...

        Но нет, он не хотел так. Воронов хотел видеть ее лицо, ее глаза в тот момент, когда экстаз охватит все ее существо. Вит хотел видеть тот миг, когда она полностью забудет свою ненависть к нему... пускай только на миг. Маленький миг наивысшего удовольствия. Но ему и этого хватит. Пока.

        Когда он опять повернул ее к себе лицом, Даша протестующе что-то пропищала, но Ворон проигнорировал это. Виталий поднял ее за попку, и Даша быстро поняла, чего он от нее ждал, она обвила его талию ногами. Получив долгожданный доступ, Воронов не раздумывая, вошел в нее. Громкий полувздох полустон покинул его легкие. Это было как глоток воздуха, как возвращение домой. Это было слаще меда и важнее жизни... А дальше, дальше было движение, страсть, дикость. Это было совокупление, дикое до грубости и яркое, как фейерверк.

        - Смотри на меня, - его приказ, заставил ее раскрыть потрясенные глаза. И ее освобождение нахлынуло на нее, заставляя закричать во весь голос. Ее оргазм подвел к границе наслаждения и его самого, и Виталий просто прыгнул в раскаленное море запредельного удовольствия. Удовольствия, которого он так давно не ощущал. Целых пять лет...

        А потом настала звенящая тишина. Все закончилось также быстро, как и началось. И они оба потные, удовлетворенные и растерянные остались в объятиях друг друга. Даша цеплялась за него, а Вит прислонился к стене, ища опоры.

        - Всё равно, ненавижу! - ее упрямый голос разрезал густую тишину.

        - Знаю, - его тихий ответ потонул в облаке ее волос, когда он уткнулся в ее макушку.


        ***


        Красавчику было хреново. И это еще мягко сказано. Все его представления о его месте в этой жизни резко пошатнулись. Он всегда считал себя защитником, обязанным заботится о своей сестричке, присматривать за ней, давать ей опору в этой жизни. Но вот сестричка совершенно в нем не нуждалась, и с блеском доказала, что вполне способна разрушить свою жизнь самостоятельно. Самое ужасное, что он даже не может что-то изменить, попытаться помочь ей выбраться из этой трясины, просто потому что она сама источник всех бед свалившихся на ее голову. Она сама своими руками рушит свою жизнь, попутно разрушая жизни других. Катерина не нуждается в нем, как в защитнике и старшем брате, она нуждается в нем как в щите от гнева Воронова. Его сестра всегда пользовалась им как прикрытием от других более сильных людей. Он надеялся вырастить сильную, умную и самодостаточную женщину... зря надеялся, влияние матери было слишком сильным. Было ощущение, что Катя впитала этот пагубный эгоизм с молоком матери. Для нее ее желания были превыше всего остального, включая благополучия родных и близких. А Жеке была оказана честь быть
родным и близким.

        - Налей еще, - проговорил Жека заплетающимся языком. Он был уже изрядно подвыпившим. Но собирался набраться еще больше. Красавчик собирался напиться до того состояния, в котором не будет помнить лицо Кати, когда он отвернулся от нее... не будет помнить сцену, которую застал в кабинете Воронова, когда вернулся, чтобы забрать Дашу...

        - Красавчик, может, хватит? - неуверенно спросил Вениамин. Жека открыл глаза и посмотрел на бармена. Хороший паренек. Только слишком не уверен в своих силах...

        - Нет, не хватит! - пьяно возразил Жека. - Наливай еще!

        Веня лишь покачал головой, но новую порцию алкоголя налил. Жека сразу же залил ее в себя. Он хотел забыться, но как-то получалось не очень. Мозги продолжали работать, снабжая владельца все новыми догадками и воспоминаниями. Нет, он, конечно, предполагал, что Даша до сих пор не равнодушна к Воронову, но... он думал о ненависти, а никак о страсти... возможно о любви. Ведь не зря она его последнее время избегала. А ее странное поведение... нет, даже несмотря на все, что она пережила по вине Вита и Кати, Даша все равно все еще любит его. Евгений поморщился. Нелегко признавать поражение, вот только поражение ли это? Сердцу не прикажешь. Дарья может сколько угодно говорить себе и другим, что ненавидит Воронова. Вот только истоки этой ненависти в ее любви. А Жека был для нее способом забыться. Или отомстить. Не важно. Главным в этой ситуации является только одно - Евгений никогда не сможет быть с девушкой, которая его не любит, даже если сам ее любит безумно. Сегодня был день истины. Открылась истина на счет Кати, открылась истина на счет Даши. И в итоге он потерял обеих.

        - Жека, ты в порядке? - обеспокоенный голос донесся до него. Он немного неуклюже развернулся. И проглотил язык. Евгения Вавилова была красоткой, очень сексуальной красоткой, умеющей преподать себя. Девушка определенно знала себе цену. А еще он ее безумно хотел. Сейчас нечего скрываться от правды, Орхидея дико его заводила, буквально сводила с ума. Сейчас, когда он знал, что он никогда не будет с Дашей, сейчас, когда его мечты лежат в руинах, можно спокойно признать свое нездоровое влечение к этой молодой девушке.

        - Да, - прохрипел он, - в абсолютном.

        Девушка приподняла бровь и оглядела его.

        - Что-то не очень заметно, - пробормотала она. - Или состояние алкогольного опьянения для тебя является нормальным?

        О-о-о, Жека для себя сделал открытие. Орхидея, когда злится и язвит, становится особенно красивой. Прямо сейчас ее огромные глаза метали молнии, а лицо выражало крайнюю степень недоброжелательности, но при этом она умудрилась вызвать в нем желание.

        - Ты очень красивая, - Жека умудрился произнести фразу четко, не смотря на то, что язык его практически не слушался.

        Женя удивилась. Она округлила глаза и покачала головой.

        - Набрался, - постановила она. - Не понимает, что несет...

        - Всё я понимаю! - пьяно возразил мужчина. - Я действительно считаю тебя очень красивой! И очень сексуальной...

        - Так хватит! - заявила Женя командирским тоном. - Сейчас я отвезу тебя домой. Тебе нужно отоспаться! И протрезветь!

        - Да я трезвый, как стеклышко, - проговорил Жека, обнимая Орхидею за плечи, когда та, стала стаскивать его со стула.

        - Ага, - запыхавшись, ответила девушка, когда довольно тяжелое тело облокотилось на нее. - Стеклышко мое, тебе пора худеть!

        - Тебе нравятся задохлики? - спросил Жека, утыкаясь носом Жене в шею и вдыхая ее запах. - М-м-м, ты бесподобно пахнешь!

        - Евгений Алексеевский, перестаньте вести себя так! - чопорно приказала Вавилова, чем вызвала пьяный смешок Жеки. - Завтра ты пожалеешь об этом!

        - А вот и не пожалею, - хихикнул мужчина, пытаясь сильно не наваливаться на девушку. - Я впервые за долгое время сказал то, что я думаю!

        - Женечка, - высокий девичий голосок, заставил Жеку зажмуриться. Только ее тут не хватало! То есть он знал, что Катя пригласила ее на свадьбу, но надеялся, что Снежана не придет. Как выяснилось, зря надеялся. - Как ты, милый? Я тебя уже больше полугода не видела!

        Была бы его воля, она бы его еще лет пятьдесят не увидела бы. Снежана Быстрицкая представляла из себя хищницу. Она охотилась на богатых папиков, на богатых папинькиных сынков. В общем, богатенькие буратино были ее основным доходом. Это ей не мешало вести довольно развязный образ жизни. В постели она была ненасытна, ее сексуальный голод едва ли уступал голоду финансовому. И богатенькие буратино едва ли удовлетворяли ее и она находила удовлетворение на стороне. Несколько раз Женя ей гарантировал это самое удовлетворение. В свою бурную молодость, еще до того, как в их жизни появилась Даша, Жека и Вит даже оприходовали ее вместе. Девушка совсем была не прочь попробовать что-то новое в постели. Евгений иногда пользовался ее услугами, но после того, как стало известно, что он является одним из владельцев "Виктории" красавица Снежана решила, что их отношения из сексуальных могут перетечь в более серьезные. От одной мысли связать свою жизнь с Быстрицкой его обуял такой ужас, что он не удержал дрожи отвращения.

        Он посмотрел на рядом стоящую Орхидею, которая с видимым раздражением оглядывала его знакомую.

        - Снежана, - выдавил он, - рад тебя видеть!

        Видно, доброжелательности в его голосе не хватило, потому что Женя хихикнула, а Снежана нахмурилась. Правда хмурилась она не долго, быстро справившись с собой, она попыталась снова.

        - Жаль, что так случилось со свадьбой, - Снежа ехидненько улыбнулась, и Жеку передернуло от отвращения. Как он вообще мог с ней спать??? - Но может, мы с тобой организуем свой собственный праздник???

        Столь прозрачный намек она сопроводила бурным похлопыванием ресниц. Жека даже задался вопросом, каким образом эти сооружения, отдаленно напоминающие ресницы, не свалились с ее век. Может их моментом приклеили?

        - Барышня, не думаю, что мой друг сейчас способен на сексуальные утехи. Он слишком пьян для этого, так что если не хотите, чтобы он заснул на вас, то вам следует поискать другого любовника на ночь, - со всей любезностью посоветовала Орхидея, при этом сделав совершенно спокойное лицо.

        А вот с этим мужчина мог бы поспорить! Его нижняя часть отлично могла поработать сегодня. Вот только не со Снежаной, а с Женей... Никакой алкоголь не может затушить его желания к ней.

        Снежана только открыла свой ротик и продолжила хлопать глазками. Жека в серьез заволновался о целостности ее накладных ресниц, с такой скоростью она моргала. Прошла минута прежде чем Снежа смогла переварить услышанное.

        - Хамка! - завопила она.

        - Угу, - спокойно согласилась Женя, - но лучше я буду хамкой, чем шалавой!

        У Снежаны был такой вид, будто бы ее окатили грязью. В принципе, такое определение было не так далеко от истины.

        - Ты... ты... - задыхалась Быстрицкая, пытаясь подобрать нужные слова, но видно перекись водорода так глубоко въелась в ее головку, что конкретно ограничила словарный запас слов в ее лексиконе.

        - Да, это я, - ухмыльнулась Женя. - Хотите автограф?

        Жека не выдержал и фыркнул.

        - А-а-а, друг мой, - обманчиво ласковым голосом проговорила Женя, - прощайся со своей... знакомой. Мне еще нужно отвести тебя домой и уложить баеньки.

        - Веди меня, моя звезда, - ответил он, и Женя только глаза закатила. Евгений на миг залюбовался ею. Подумать только, она красива, даже когда строит гримасы!

        Так они и прошли мимо ошарашенной Снежи, которая после их ухода позвонила своей подружке и рассказала невероятную новость о том, что их Красавчик закрутил с известной Орхидеей и что эта певица просто ужасна и страдает звездной болезнью... та подружка по секрету поделилась еще с одной и к концу недели про отношения Орхидеи и Красавчика не знал только ленивый... и знали люди больше подробностей, чем сами участники романа.


***


        Всю дорогу до дома, Жека неотрывно следил за Женей, явно доставляя той дискомфорт. Под его внимательным взглядом девушка нервничала, что собственно ему и сказала. А еще потребовала, чтобы он перестал на нее пялиться. Только он не перестал, как она выразилась, пялиться на нее. Ему нравилось наблюдать за ней. Окутанный хмелем мозг уже вовсю фантазировал на счет того, как хороша в постели Женя. Хм-м, Евгения... и кто бы думал, что однажды он будет желать тезку?

        - Всё, мы приехали, - зачем-то проговорила Женя, нервно отстегивая ремень безопасности. Евгений уже заметил, что она привезла их в загородный дом Воронова.

        Вавилова вышла из машины и, обойдя ее, открыла дверь со стороны Красавчика.

        - Ладно, герой-любовник, давай вываливайся из машины, пора баеньки, - проговорила девушка, хватая его за руки и пытаясь вытянуть из автомобиля.

        Жека не был настолько пьян, хмель по большей части уже выветрился из его головы, но он сделал вид, что все еще еле держится на ногах. Он выбрался из машины и прислонился к Жене, обнимая ее хрупкие плечи.

        - Спасибо, - пробормотал он.

        - За что? - удивилась девушка и подняла голову. Всего несколько сантиметров разделяли их губы, и Евгению нестерпимо захотелось поцеловать эту плутовку.

        - Ты сегодня можно сказать меня спасла, - хмыкнул Жека, вспоминая растерянное лицо Снежаны, когда Орхидея поставила ее на место.

        - А-а-а, - протянула девушка, - ты имеешь в виду ту пиранью, которой не терпелось обглодать твои косточки?

        - Именно про нее я и говорю, - подтвердил мужчина, все сильнее прижимаясь к мягкому, теплому телу Жени.

        - Не за что, - хихикнула девушка, - у тебя был такой несчастный вид, что я просто не могла остаться безучастной.

        Они в полной тишине дошли до дома и поднялись на второй этаж. Весь путь Жека думал только об одном - ему нужна Женя. Пусть только на одну ночь, но она ему нужна.

        - А куда делся Лекс? - вдруг задал вопрос Красавчик, вспомнив друга. Во время свадебной церемонии и всего праздника Лекс не отходил от певицы, постоянно с ней заигрывал, касался ее, вызывая в Алексеевском приступы неконтролируемой злости и ревности. Жека не мог сказать, что именно чувствует к девушке, но все признаки говорили о влюбленности. Не о любви, нет. А именно о влюбленности, она ему нравится, он хочет ее, уважает. И если бы не Даша, то Жека наверняка еще в Москве бы затащил красотку в кровать. Но желание быть с Дашей, сделать ее своей женой, заставили его начать подавлять эти желания. У них практически не было будущего - она известная певица, живет в Москве, он обычный парень, который пытается наладить собственный бизнес. Они живут в разных городах, в разных мирах. Он все еще не забыл Дашу, а она была ее подругой. Но... Женя была ему нужна...

        - А что ты о нем вспомнил сейчас? - нахмурилась девушка.

        - Просто он от тебя ни на шаг не отходил весь вечер, - пояснил Жека, преодолевая последние ступени лестницы. - Я думал, что...

        И осекся. Женя заметила это и покачала головой.

        - Он тоже так думал, но я дала отворот-поворот, - пояснила Женя. - Ну что? Думаю, до своей комнаты ты сам способен добраться...

        - Почему? - спросил он.

        - Что почему? - Женя попыталась отвернуться от него, но он положил руку ей на щеку и повернул ее лицо к себе.

        - Почему ты его отшила? - уточнил Евгений, заглядывая ей в глаза.

        Девушка попыталась вырваться и отвести лицо, но он не дал, удерживая на месте.

        - Почему? - настаивал он.

        - Это не имеет значения, - попыталась отступить Женя, - и вообще пойду-ка я спать...

        И он ее поцеловал. Глубоко и нежно. Это было подобно прыжку в омут. Ощущения были схожи. Поцелуй затягивал, завораживал, заставлял хотеть большего. Ее губы были подобны сладкому запретному плоду. И он не мог насытиться им. Просто поглощал желанные губы, желанную женщину. Девушка слабо сопротивлялась, но все же отвечала на поцелуй, слабо стонала в его руках. Ее кулачки уперлись ему в грудь, и он отстранился от ее губ, лишь для того, чтобы уделить внимание ее шейке. Слегка прикусив мочку уха, его горячие губы пробежали вдоль шеи, задержавшись там, где учащенно бился пульс.

        - Жека, не надо, - тихо проговорила Орхидея. - Даша. Она...

        - Не думай о ней, - прорычал Жека, - она сейчас с Вороновым...

        - Что? - удивилась девушка, широко раскрыв глаза. - Как?

        - Обыкновенно, - пожал плечами Жека, - она меня не любит, я должен был это понять с самого начала.

        Женя наклонила голову и нежно провела ладошкой по его щеке. Он поймал ее руку и поцеловал каждый пальчик. Последним был большой палец, поцеловав его, он нежно втянул его в себя, заставляя задохнуться девушку от эротизма жеста.

        - Женя, я хочу тебя, - тихо проговорил он. - Хочу уже давно. Ты вправе отказать мне сейчас, но если мы продолжим, то я уже не остановлюсь, милая. Я не буду тебе давать спать всю эту ночь и овладею тобой всеми мыслимыми и немыслимыми способами. Если ты хочешь остановить это, прямо сейчас так и скажи. Скажи, пока не стало поздно...

        Девушка несколько нескончаемо долгих мгновений смотрела ему в глаза. Евгению даже казалось, будто бы она заглядывает ему в душу, он еле дышал, ожидая ее приговора.

        Она привстала на носочки и потянулась к нему, нежно поцеловав его в губы, она прошептала:

        - Я хочу провести эту ночь с тобой... Я хочу тебя...


        ГЛАВА 15


        Даша опять не спала всю ночь. Произошедшее в кабинете Воронова выбило ее из колеи, заставило ненавидеть себя и еще сильнее Вита. А то, что она испытала наслаждение во время сексуального акта с ним, делало ситуацию еще омерзительней. Она чувствовала себя грязной. После того, как она буквально сбежала из кабинета, девушка долго бродила по темным улицам города. Состояние шока от того, что она совершила, не отпускало ее до самого утра. А она все гуляла, бродила, пытаясь объяснить себе, каким образом всё вышло из под ее контроля. Как она докатилась до того, что переспала с ним, при этом испытала оргазм, настолько сильный, что прочие, испытанные с другими мужчинами просто меркли. Когда девушка, наконец, добралась до дома, Беляева заметила свет, горящий в кабинете в Вита, он, безусловно, ждал ее, хотя уже было пять утра. Даша ожидала, что он выйдет, захочет поговорить с ней о том, что случилось, но этого не сделал. Она испытала странный укол разочарования из-за этого, который не смогла объяснить сама себе. Белоснежка вообще многое не могла объяснить, теперь она просто не понимала себя...

        Добредя до своей комнаты, она первым делом кинулась в ванную комнату и включила воду. Когда ванна наполнилась, Даша залезла в нее. Взяв мочалку, девушка механически стала тереть кожу, пытаясь стереть со своей кожи его обжигающие прикосновения, которые дарили ей удовольствие. Удовольствие, причиняющее боль.

        На ее белой коже уже стали проявляться синяки. Они проявились в основном на бедрах и ягодицах, также они были на ее руках и спине, там, где он ее неистово сжимал в своих стальных объятиях. И сколько бы Дарья не терла свою кожу, эти свидетельства не сходили с ее кожи. Зло отбросив мочалку, Даша откинулась на край ванны. Смотря в потолок, она пыталась понять, что же ей делать дальше.

        Извилистый узор на плитке сильно напоминал жизнь самой Даши, слишком извилистой была ее жизнь, слишком непредсказуемой, она даже не бралась предполагать какой же следующий виток совершит ее судьба. Трудно жить в неопределенности. Еще труднее жить, когда не понимаешь саму себя. Кто она? Где она? К чему стремится? Дарья уже не могла ответить на эти вопросы. Да и нужно ли? У нее есть цель - уничтожить врага. Вот только девушка должна желать уничтожения Вита, а она желала его тело. Причем настолько сильно, что теряла контроль над собой. И эта потеря контроля ей может сильно аукнуться в дальнейшем. Сможет ли она лгать Жеке? Может ли она скрыть от него, что спала с его другом? Нет, не так. Достаточно ли она пала, чтобы сознательно обмануть хорошего человека?

        Даша не знала ответа. Боже, она не знала ответа... Резкий глубокий вдох и она под водой. Нос и уши наполняются водой, постепенно начинает не хватать воздуха, легкие начинает жечь... Голос матери, голос из прошлого наполняет ее мысли: "Я слишком сильно любила твоего отца, настолько сильно, что не смогла даже достойно отомстить. А ведь могла. А сейчас жалею об этом. Жалею... но изменить уже ничего не могу. Даша, доченька моя, прошу тебя, будь сильной. Не позволяй мужчине полностью управлять твоей жизнью, управлять тобой. Это сделает тебя уязвимой. Будь сильной".

        Резкий рывок и Беляева судорожно хватает воздух ртом. Быть сильной, так просто и так сложно одновременно. Имеет ли она моральное право использовать Жеку после случившегося? Сможет ли Даша лечь с ним в постель после того как переспала с Витом? Девушка не знала. Но... месть требовала своей платы.

        Выходя из ванной, она уже знала, что нужно делать. Нужно просто забыть досадный эпизод с участием Виталия и его кабинета в ресторане, и продолжить то, что начала. Сегодня же Дарья ляжет с Жекой. Нужно заставить его понять, что они вместе. Даша не может отступить от плана. Тем более сейчас, когда связалась с Бесом.

        Она открыла шкаф. Критически осмотрев его содержимое, Даша остановилась на легком шелковом халатике глубокого аметистового цвета. Одев черное кружевное белье и чулки с подвязками, она накинула на себя халатик. Ее план состоял в том, чтобы разбудить Красавчика весьма специфичным образом. Соблазнить его и покончить с этим. Насколько Даша знала, он всегда вставал рано, чтобы посетить тренажерный зал и побегать. Так что нужно было застать его в комнате до того, как он уйдет на тренировку. Хотя, возможно в связи с событиями прошлого дня он решит и пропустить ее...

        Глянув на часы, Даша поняла, что уже было полседьмого утра. Самое время приводить в исполнение свой план. Глубоко вздохнув, она мысленно пожелала себе удачи и терпения...

        Осторожно, чтобы никого не разбудить, Даша тихонько открыла дверь и крадучись направилась в дальний конец коридора. Пройдя мимо лестницы, она глянула вниз. Беляева практически ждала, что сейчас из ни откуда появится Воронов и испортит ей весь план. Но он не появился, и Беляева продолжила свой путь к комнате, отведенной Жеке. С каждым шагом моральный груз на ее плечи давил все сильнее и сильнее, но Даша упрямо шла дальше, игнорируя панику, поднявшуюся в душе. Сердце металось в клетке, выстроенной доводами разума и воспоминаниями из прошлого, душа хотела свободы, но темница, в которой Даша оказалась пять лет назад не имела входов и выходов.

        Девушка остановилась возле двери, пытаясь успокоить, бешено колотившееся сердце, которое не хотело, чтобы его хозяйка совершала задуманное, но Дарья не обращала на него внимания. Оно слабо, уязвимо... Рука легла на ручку двери и открыла дверь... вот только то, что она увидела в его комнате, никак не сочеталось с ее планами...

        На огромной измятой постели, тесно переплетясь, спали двое. Мужчина крепко прижимал к себе хрупкую женскую фигурку, а девушка тихо лежала на его плече, закинув на него ногу. Оба были абсолютно голые, только черная шелковая простынь частично прикрывала их тела.

        Сначала была растерянность, потом медленно закипающий гнев, приправленный толикой возмущения. Совесть, которая посмела напомнить, что она первая переспала с Витом, была задвинута на задний план. Сейчас девушке хотелось рвать и метать. Хотелось избить Жеку и Женю. Как они посмели? Как посмела Женя? Ведь знает же, что она пережила. Знает, что приключилось в ее прошлом по вине бывшей подруги. И все равно залезла в постель к Красавчику. Зная, как много значит он для ее мести! Вот сука!

        Злость накрыла ее с головой. История повторилась. Снова.

        Взяв себя в руки, Даша облокотилась о косяк и громко постучала в дверь. Мелькнула мысль, что еще недавно на ее месте был Вит, только эпизод произошел в злосчастной кухне. Именно так повел себя мужчина, и Даша вольно или невольно повторила его действия.

        Ее стук особого внимания голубков не привлек. Женя лишь что-то возмущенно пробормотала Красавчику в плечо и попыталась перевернуться, только мужчина ей не дал этого сделать, еще сильнее прижимая ее к себе. Почему-то этот неосознанный жест мужчины разозлил Дашу еще сильнее, хотя казалось больше уже не куда. Что-то неразборчиво прошипев себе поднос, Даша стала буквально тарабанить по двери, чем все-таки привлекла к себе внимание спящей парочки.

        Первым глаза открыл Жека. Сначала он не понимающе уставился на Дашу, но по мере того, как все еще спящий мозг стал просыпаться и события прошлого дня стали проясняться, мужчина сощурил глаза. Следом за ним отреагировала Женя. Ее пробуждение было более активным. Девушка открыв глаза, сразу же сообразила, что к чему, поэтому подскочила, прижимая к голой груди простыню.

        - Вижу, вы бурно провели вечерок, - ехидно подметила Даша. - Не так ли?

        Невооруженным глазом было видно, что она в бешенстве. А вот Жеку явно удивило ее поведение, он, нахмурившись, смотрел на Дашу, будто бы у нее вторая голова выросла. А вот Женя, лучше знавшая свою подругу, предугадала ее реакцию.

        - Даша, давай поговорим спокойно и я тебе все объясню, - успокаивающе произнесла Женя, выставив вперед руку будто защищаясь.

        - Объяснишь? - опасно спокойным голосом проговорила Даша. - Что именно объяснишь? Как оказалась в одной постели с моим парнем?

        - А разве я твой парень? - поинтересовался мужчина, совершенно игнорируя подступающее бешенство Даши. Но на его вопрос обе девушки не обратили внимания.

        - Именно это я и собираюсь объяснить, - раздраженно пояснила Женя, вставая с кровати. - Даша, нам надо серьезно поговорить!

        - Я с предателями не разговариваю! - почти по-детски заявила Даша. - Ты прекрасно знаешь, что произошло в моем прошлом. Ты прекрасно знаешь, кто именно меня предал! И ты решила меня добить? Что же, у тебя ничего не получится! Ты не сломаешь мои планы!

        - Что ты несешь? - попыталась остановить ее Женя, но ее уже было не остановить.

        - Ты переступила через меня, тварь! Ты переступила через мои чувства! Тебе плевать на меня! Разве так поступила бы подруга? - Даша уже практически истерила. Для нее стерлись понятия прошлого и настоящего, все смешалось в ее голове. - Ты такая же, как Катя! Хотя нет еще хуже...

        Договорить она уже не смогла. Женя со слезами на глазах, оттолкнув со своей дороги Дашу, выбежала из комнаты. Слезы подруги вызвали удовлетворение. Темное чувство превосходства заполнило ее...

        Одновременно с бегством Жени, с постели вскочил Жека. Практически бегом он кинулся вслед своей любовницы, но Даша преградила ему путь.

        - Куда собрался? - спросила она, задирая голову, чтобы иметь возможность смотреть ему в глаза. - Мы с тобой еще не поговорили!

        - Нам не о чем с тобой разговаривать, Даша, - совершенно спокойно и совершенно серьезно проговорил Жека. Странно, он даже пристыженным не выглядел, но следующие его слова буквально выбили почву из под ее ног. - Нас не было, нет и не будет. Не после того, что я видел вчера в кабинете Воронова. Ты меня не любишь, признай это. А что до Жени... не совершай ошибки, она твоя подруга. А то что она сегодня ночью помогла пережить твое предательство... во всем виноват я. Я один.

        Даша стояла и непонимающе глядела на него. Он все знал? Как? Она сглотнула. Один неверный шаг рушит весь план. Она не могла позволить этому произойти!

        - Я... я... - но из ее рта не могло вылететь ни одного осмысленного слова. Что тут скажешь? Она изменила ему, он изменил в ответ. - Ты решил мне отомстить таким образом?

        Женя как-то странно улыбнулся, смесь нежность и какого-то обожания появилась на его лице. Только эти чувства были предназначены не Даше...

        - Нет, Даша, - спокойно ответил Жека, - я бы никогда не стал использовать Женю таким образом. Она слишком чиста для этого. Я не знаю, что именно между нами произошло сегодня ночью, но она помогла мне, освободила... от тебя. Мне больше не причиняет боль то, что я увидел вчера. Мне стало спокойно. Впервые за долгое время я спокоен. И все это благодаря ей.

        Даша завороженно смотрела на Жеку. Внешне все тот же, но что-то изменилось... сильно поменялось в нем.

        - А вот тебе Даша стоит задуматься, что ты творишь, - спокойно проговорил он. - Ты ведь хороший человек. Не позволяй своей обиде и боли лишить тебя этого.

        С этими словами, он нежно улыбнулся ей и погадив по щеке, улизнул из комнаты, без сомненья, чтобы найти сбежавшую Женю. А Даша так и осталась стоять, пытаясь понять, когда же ее планы пошли под откос.


***


        Жека даже не подумал прикрыться, так и выскочил голым в коридор. Не раздумывая, он бросился к комнате Жени, которая находилась по соседству с Дашиной комнатой. Когда он пробегал мимо лестницы, с третьего этажа как раз спускался Макс. Немногословный телохранитель Виталия критически оглядел Жеку с ног до головы.

        - На нудисткий пляж собрался? - спросил он, посмеиваясь.

        Евгений решил не отвечать на высказывание. Сейчас было главным поговорить с Женей. Так что он поспешил дальше, к комнате и буквально ворвался к Вавиловой.

        Девушка сидела на кровати, опустив голову на руки, и тихо плакала. Не говоря ни слова, Алексеевский подошел к ней, сел около нее и, притянув к себе, обнял. Девушка доверчиво прижалась к нему, тихо всхлипывая, а мужчина все крепче прижимал ее к себе и аккуратно гладил по растрепанной головке. Ее слезы действовали на него странно, хотелось прижать ее к себе, оградить от всего мира, заставить высохнуть слезы на ее щеках и дать причину для улыбки.

        - Женя, не надо так, - тихо проговорил он, - Даша сказала это с горяча...

        - Но в чем-то ведь она была права, - устало ответила девушка, отстраняясь от его плеча и с удивлением понимая, что он абсолютно нагой. - Жека, а почему ты голый?

        - Тебе напомнить, кто содрал с меня вчера одежду и разбросал по всей комнате? - лукаво спросил Алексеевский. - Не было времени ее искать...

        - Можно было хотя бы халат накинуть, - намек на улыбку появился на губах Жени.

        - Можно, - согласился Жека, - только я не додумался, мысли заняты были кое-чем другим.

        Женя слабо улыбнулась, но практически сразу же нахмурилась.

        - Мы не должны были этого делать, - проговорила она тихо.

        - Если ты из-за реакции Даши, то... - начал Жека, но Орхидея его перебила.

        - Именно из-за реакции Даши, - сказала она, опустив голову. - Понимаешь, у меня ведь... не так много друзей, как можно подумать. Даша была мне преданным другом много лет, ее не интересовала моя популярность или мои деньги. Это дорогого стоит. И я знала, как она отреагирует на то... то что я пересплю с тобой. Я не должна была этого делать. Я не должна была рисковать нашей дружбой...

        Слова Евгении давались с трудом, она говорила с придыханием, делая паузы. Обвинения Даши сильно ее задели.

        - Не вини себя, - проговорил он, - я виноват, ты - нет.

        Женя опять выдавила из себя слабую улыбку. Такая самонадеянность была присуща Алексеевскому. Большинство людей эта черта жутко раздражала в нем, но ее, похоже, забавляла.

        - Насколько я помню, в сексуальном акте участвуют двое, - возразила она, - и никто вчера никого не принуждал. Всё было взаимно. Так что брать полностью вину за произошедшее на себя глупо, Женя.

        Вавилова протянула к нему руку и погладила по губам. Ее легкое прикосновение всколыхнуло в нем память о ласках, которые она ему дарила ночью, и желание снова завладело им. Но кое-что было сейчас важнее, чем его плотские желания.

        - Ты жалеешь? - этот вопрос дался ему нелегко. В глубине души он дико боялся, что она сожалеет о прошедшей ночи.

        - Как ни странно, но нет, - ответила она, мягко гладя его по щеке. Казалось, ей доставляло наслаждение просто касаться его. - Не смотря ни на что, прошедшая ночь была лучшей в моей жизни, и я не променяла бы ее ни за что на свете.

        Жека ожидал, что привычное чувство превосходства и гордости поднимется в нем. Так часто бывало, когда прошлые любовницы хвалили его и его сексуальные способности. Но в этот раз этого не было. Была какая-то странная смесь из нежности и чувства собственника. Что тоже стало для него сюрпризом. Он никогда не был собственником к своим прошлым женщинам. Все это было внове для него.

        - Я очень... рад, - сказал он. Его слова не отражали и той сотой доли чувств, которые он сейчас чувствовал.

        - Но это не должно повториться, - а вот эти ее слова задели его. При чем сильно.

        - Почему? - вопрос сорвался с его губ быстрее, чем он подумал об этом.

        - Причин много, - она отвернулась от него. Вернее попыталась, Жека сразу же аккуратно повернул ее головку обратно за подбородок. - Я сейчас не буду тебе рассказывать о том, что мы живем в разных городах, что у меня практически нет времени на личную жизнь, потому что все мое время уходит на концерты и гастроли. Не говорю я и о том, что все мои прошлые попытки завести хоть какие-то отношения заканчивались провалами из-за того, что мои бывшие не могли справиться с грузом моей знаменитости. Ну и главной причиной является Даша. Ей в первую очередь надо успокоиться, она не из отходчивых людей. Так что в ближайшее время мне даже близко к ней не стоит подходить. А если я сейчас останусь с тобой... то я уже навсегда потеряю подругу. Жека, я знаю, что прошу о многом. Но... возможно когда-нибудь...

        - Не продолжай, - резко сказал Евгений, отворачиваясь от нее. Сердце не привычно покалывало. Ведь знал же, что у них всего одна ночь... Но все равно было больно.

        - Прости, - всхлипнув, прошептала Женя, - но сейчас я не могу... не могу переступить через свою дружбу с Дашей...

        Жека не стал дослушивать, просто встал и с совершенно с пустой головой направился к выходу. Просто не в состоянии он был думать, анализировать. За спиной тихо плакала Женя, но он не стал возвращаться, чтобы ее успокоить. Так было лучше. Если она собирается с ним расстаться... то так будет лучше. Тогда не стоит сейчас еще сильнее сближаться с ней, ведь то, что сейчас он к ней чувствовал, сильно напоминало влюбленность и нельзя этой влюбленности перерасти во что-то большее, ведь она его оставит... Он понимал причины выбора Жени, но от этого не было легче.

        Почему-то боль от того, что Женя собирается прекратить их отношения, была сильнее, чем от предательства Даши. Даша сама того не ведая не только разрушила его мечты, но и саму возможность того, что он сможет построить новые с другой.

        ГЛАВА 16


        Она не хотела этого делать. Она вообще не хотела видеть предательницу. Но все же Даша поехала в аэропорт, чтобы встретиться с Женей. После того, как Даша застала любовников в спальне Жеки, Беляева не разговаривала с еще одной бывшей подругой. Именно бывшей. Потому что предателей не прощают. Она уже научена прошлым опытом. Катя слишком многому научила ее и Дарья знала, что больше никогда не сможет довериться Жене. Была бы ее воля, она бы больше никогда не увидела Орхидею. Но обстоятельства были против этого. Ей нужно было знать, что Женя успела разболтать Алексеевскому.

        Беляева уже успела пожалеть о том, что все рассказала Вавиловой. Разве жизнь ее не научила тому, что нужно доверять только себе?! Только себе одной, и больше никому. Но Даша все равно умудрилась наступить на те же грабли. Особого выбора у нее сейчас не наблюдалось, нужно поговорить с Женей до ее отъезда. Планы мести никуда не делись. Просто теперь видоизменились. Каким образом, Даша пока не знала, это будет видно после разговора с Орхидеей.

        Даша заплатила таксисту и вышла на улицу. Осенняя погода радовала ледяным ливнем и пронизывающим ветром. Ужасная погода. Но она отражала душевное состояние самой Беляевой, так что девушка даже не обратила внимания на капризы природы, воспринимая их, как нечто само разумеющимся. Дарья равнодушно открыла черный зонтик и почти прогулочным шагом направилась в здание аэропорта. Девушка сама того не осознавая оттягивала момент встречи с Орхидеей. Но любая дорога рано или поздно заканчивается, и Даша все-таки вошла в теплое помещение.

        Женя была в числе ожидающих. С ней был Макс, который как всегда молчал. Даша лично слышала, как Алексеевский наказывал Максу проследить, чтобы Вавилова села целой и невредимой на самолет. Зная насколько Макс был профессионалом своего дела, дополнительных напоминаний ему не требовалось, но видать Жека так не думал.

        Негромко стуча каблуками по полу, Даша прошла к сидящей Жене. Макс окатил ее холодным взглядом, но ничего не сказал.

        - Нам надо поговорить, - заявила Даша и, глянув в сторону телохранителя, добавила: - Наедине.

        Вавилова не была удивлена таким поведением Дарьи. Она только кивнула и встала с места, отходя в сторону, чтобы Макс не мог слышать их. Подойдя к большому окну, она подождала пока Даша подойдет к ней.

        - Если ты беспокоишься о том, что именно я разболтала о твоих планах, то можешь не беспокоиться, - заявила она отрешенным голосом. Ее глаза скрывали огромные очки, но Даша видела достаточно, чтобы понять Женя была очень расстроена. Девушка выглядела бледной и подавленной. - Я ему ничего не сказала. У нас дела были поважней, чем обсуждать тебя и твои планы!

        - Почему? - прищурив глаза, спросила Даша.

        - Почему не рассказала? - Женя посмотрела на Дашу, но глаз из-за очков не было видно, что очень сильно раздражало Дашу, мешало оценить степень правдивости слов Вавиловой. - Потому что, не смотря на то, что я имела глупость влюбиться в Евгения, я все еще осталась твоей подругой. Пусть ты сейчас так не считаешь, но это действительно правда. Даже если я не согласна с тем, что ты делаешь, но я принимаю это. Это твой выбор и тебе решать, что делать с твоей жизнью. Возможно, если бы ты перестала упиваться своей ролью всеми брошенной жертвы, то смогла бы по-другому взглянуть на ситуацию. Но ты этого не можешь и это очень печально.

        - Упиваться ролью жертвы? - прошипела Даша, отчего-то слова Орхидеи вызвали настолько бурный протест, что ее практически начало трясти. Как она может так пренебрежительно говорить о том, что она пережила? - Я и есть жертва! И я имею право на свою месть! Они должны понести свое наказание за то, что совершили!

        - Что? Так нравится роль господа бога? - ехидно спросила Женя и сняла очки, давая возможность посмотреть Даше ей в глаза. - Может в этом все дело?

        - Не смей перекладывать вину за случившееся на меня! - порычала Даша. - Это ты прыгнула в койку моему парню, а не я!

        - Ну, во-первых, ты сама этому парню первой изменила, - совершенно спокойно отпарировала Женя, хотя в глазах появился оттенок боли. - А во-вторых... ты не любишь Жеку, и он не был твоим парнем... у вас не было никаких отношений, кроме того, что вы переспали в Москве. Но секс это еще не отношения. Красавчик достоин большего, чем девушка, которая использует его как вещь. Его сестра уже делала это. Ну и как это быть подобной своему вечному врагу, Даша?

        Слова Жени настолько взбесили ее, что Даша совершенно перестала себя контролировать. Размахнувшись, она попыталась дать пощечину девушке, которая говорила правду. Ту самую правду, которую она не хотела знать. Но Женя быстро среагировала, отшагнув назад, она перехватила руку Даши.

        - Силой ничего не решишь, - спокойно ответила Женя. И сколько силы в этой малышке? Даша даже не подозревала, что она так спокойно может противостоять ей. Она всегда считала, что возраст и опыт делают ее более устойчивой и более сильной.

        Женя отпустила руку Даши и на всякий случай отошла на безопасное расстояние. Но Дарья не двигалась. Она недоумевающе смотрела на Вавилову, будто видела ее впервые в жизни.

        - Я знаю, что ты все равно меня не послушаешь, - спокойно начала говорить Женя, - но все же скажу. Твоя праведная месть заходит слишком далеко. Ты теряешь саму себя. И становишься такой же сумасшедшей, как и Катя. Может, ты этого не видишь, но мне со стороны это очень хорошо видно. Прекрати это, пока не стало слишком поздно. Очнись, просто вернись домой, в Москву, забудь и Катю и Виталия. Ты итак достаточно подпортила им жизнь. Ты их прилюдно унизила. Этого вполне достаточно!

        Прекратить? Как она может это прекратить? Опять убежать... но ведь она это уже делала. Убежала на пять лет и все равно убежать не смогла. Даша потеряла себя здесь, в этом городе. И через месть она найдет себя... или погибнет пытаясь.

        Видно, эти размышления отразились на ее лице, потому что Женя печально покачала головой и одела очки.

        - Жаль, - тихо сказала она, - я пыталась тебе помочь. Будешь мстить, мсти, только не пожалей об этом в дальнейшем.

        Она развернулась, чтобы уйти, но вдруг остановилась.

        - И еще, - четко и резко произнесла Женя, - если ты хоть как-то повредишь Евгению, то мстить буду уже я. Это понятно? Не смей ломать ему жизнь! Он хороший человек и не виноват в том, что у тебя моральный и душевный разброд. И я не шучу, Даш. Не смей причинять ему боль!

        На смену гневу пришло удивление, а потом понимание. Даша смотрела во все глаза на Женю и теперь поняла, что ту так сильно изменило. Она влюбилась! Женя любит Женю! Какая игра слов. Только безусловно влюбленная женщина будет защищать своего мужчину словно тигрица. Это откровение настолько пошатнуло мир Даши, что та растерялась. Как она могла не заметить?

        Тем временем, объявили посадку и Женя, не ожидая от Даши реакции, стала уходить. А Даша так и осталась, молча смотря той в след.

        Даша дождалась, когда самолет взлетит в небо, направляясь в столицу России. В душе смешались разные противоречивые чувства. С одной стороны, ей стало более понятно поведение Жени, а с другой... с другой это ничего особо не меняло. Жене следовало уехать и не мешать ей. Так было лучше.

        Телефонный звонок нарушил ее наблюдение за удаляющимся самолетом. Достав из сумки, Даша глянула на номер звонившего. Он был не знаком.

        - Да, - ответила она на звонок.

        - Дарья, здравствуйте, - не смотря на всю показную теплоту в голосе Беса, по коже у Даши побежали мурашки, как при попадании на холод.

        - Здравствуйте, Денис, - хорошо контролируя голос, поздоровалась Даша. Не стоит ему знать, что его звонок напугал ее. Теперь после того, как Жека спрыгнул с ее крючка, она не знала, как подобраться к Воронову. Дарья, конечно, найдет способ, но ей нужно время на обдумывание плана. Но времени, как выяснилось, не было.

        - Дашенька, - обманчиво ласковым голосом проворковал Бес, - думаю, вам необходимо выйти из аэропорта. Вас там ожидает машина...

        - Машина? - не смотря на все старания, ее голос немного дрогнул.

        - Да, - лениво протянул Максимов, сейчас он напоминал кота, играющего с мышкой, - мерседес, который вас отвезет ко мне. Нам необходимо поговорить. Думаю, вы догадываетесь о чем именно.

        Против воли Даша обернулась на выход из аэропорта, будто ожидая там увидеть кучу здоровых амбалов, которые насильно отвезут ее к Бесу. Но их там не оказалось. Только что-то Даше подсказывало, что это только пока она играет по его правилам и на его стороне. Стоит ей сделать один неверный шаг, и злополучная кучка амбалов это не самое страшное, что может с ней случится.

        - Конечно, - ответила она, - у нас не так много тем для разговоров, а вернее только одна.

        - Тогда я вас жду, - Даша услышала, как Бес хмыкнул на другом конце трубки и отключился.

        Даша дрожащей рукой положила сотовый в сумку. Мозг лихорадочно работал, пытаясь разработать план, который удовлетворит Максимова. Ей совершенно не хотелось впасть у него в немилость.

        На негнущихся ногах она вышла на улицу. Даша практически сразу поняла какая машина приехала за ней. Дорогущий мерс стоял на подъезде к аэропорту и терпеливо ждал, когда же Беляева в него сядет.

        Глубоко вздохнув, девушка прямой походкой направилась к машине и села на заднее сиденье. Но то, что ожидало ее в машине, повергло ее в глубочайший шок.

        - Ну, здравствуй, Даша, - низкий голос водителя автомобиля заставил Дашу испуганно вжаться в сидение. Нет, это не может быть он! Даше казалось, что это игра ее воображения. Захотелось ущипнуть себя, чтобы проверить реальность происходящего. А колоритный мужчина тем временем повернулся к ней. Этого не может быть! - Давно не виделись, красотка!

        - Вадик? - ее голос вмиг охрип, когда она произнесла имя того человека, с которым провела всего одну единственную ночь в жизни. Человек, с которым она когда-то изменила Виталию.

        - Что ты тут делаешь? - потрясенно выдохнула Даша. Она никогда не вспоминала об этом человеке. Та ночь, которую она провела с ним, была ошибкой. И Даша предпочла забыть о ней. Так было удобнее. И вот спустя годы она встречает Вадика. Случайность? Только она в случайности больше не верила!

        - Мне приказали тебя доставить к боссу, - пожал плечами Вадик. Вышло впечатляюще, так как его плечи занимали большую часть салона автомобиля. Видно этот человек увлекался бодибилдингом или чем-то подобным. Он и раньше маленьким не был, но сейчас был просто огромным. И на взгляд Даши, не поворотливым. Он явно перекачался.

        - Ты работаешь на Максимова? - прищурив глаза, спросила Даша. Внезапная догадка появилась у нее и с каждым сказанным словом Вадика эта догадка превращалась в реальность.

        - Как видишь, - хмыкнул Вадим, - уже больше десяти лет я с ним завязан.

        Твою мать! Если он работал на Беса уже десять лет то... то... Внезапный рвотный порыв накатил на нее, но девушка заставила себя сглотнуть. Она не покажет своей слабости сейчас.

        - Ты знал кто я, когда я тебе предложила уединиться, - утвердительно сказала Даша, вспоминая тот злополучный вечер, когда Даша все же уступила напору Кати и согласилась пойти в клуб и снять какого-нибудь симпатичного мужчину. Катерина тогда настояла, чтобы Даша обратила внимание именно на этого молодого человека, что девушка и сделала. Какая же она была дура!

        - Конечно, - хохотнул Вадик, - я бы не за что на свете не упустил возможности трахнуть девку Ворона! Это была моя маленькая месть этому недоноску! Ты, кстати, страстная кошечка! Может, как-нибудь повторим?

        - Не стоит, - ответила Дарья, плохо скрывая омерзение.

        - Только не говори, что не понравилось, - самодовольно заявил он, и Даша поразилась, ведь как-то она находила его привлекательным. Внешне он без сомненья был привлекательным, вот только внешний фасад не мог скрыть внутреннюю развращенность и черствость. А ведь ей и правда понравилось, она испытала удовольствие с ним, вот только это было минутное наслаждение, которое сменилось отвращением к себе, муками совести и пониманием того, что удовольствие, полученное в объятиях любимого мужчины не сравниться ни с какими другими любовными похождениями. На фоне этих размышлений странная мысль родилась в голове Даши: "А изменил бы ей Воронов, если бы тогда она не оступилась?" Довольно странная мысль. И довольно логичная... только Даша так пыталась забыть свое собственное преступление, что после того, как Виталий простил ее, сразу же стерла этот эпизод из своей жизни, будто его и не было. Просто игнорировала тот вечер, вот только сколько не игнорируй те события, они все равно останутся в твоем прошлом. Простил ли ее Вит? Или только сделал вид? И имело ли это сейчас значение?

        - Молчание знак согласия, - вмешался в ее размышления голос Вадика. Даша поморщилась. Может когда-то он ей казался привлекательным, но сейчас он ей казался омерзительным.

        - Мое молчание означает только то, что я думаю, - вежливо ответила Даша.

        - И о чем же ты думаешь? - низким соблазнительным голосом заговорил Вадим, явно надеясь еще раз развлечься с ней.

        - О том, как бы смягчить информацию о твоих способностях в постели, - промурлыкала она. - Я встречала в своей жизни и более умелых любовников!

        - А ты проверь, - назойливо настаивал мужчина, - все-таки много лет прошло. Да и оргазм в прошлый раз ты все же испытала, чтобы ты там не говорила сейчас!

        - Пф-ф-ф, - демонстративно фыркнула Даша, закатывая глаза, - оргазм может и фалоэмитатор обеспечить!

        - Но живая плоть всегда лучше искусственной игрушки, - уверенно высказался Вадик.

        - Поверь мне, не всегда, - заявила Даша. - А теперь может ты меня все-таки отвезешь к боссу. У меня вообще-то встреча с ним, а не с тобой!

        - Ну, смотри сама, - заявил Вадик, отворачиваясь, - я тебе предлагал. Смотри не пожалей потом!

        Даша ничего не ответила на это, просто отвернулась и уставилась в окно. Сейчас у нее были более важные проблемы, чем внезапно возникший любовник из ее прошлого. А именно, ей надо придумать продуктивный план, который устроит Беса. В принципе вариантов у нее было не так много. Первый и самый для нее лучший вариант это попытаться вернуть Жеку. Наступить на глотку своей гордости и попросить прощения у него, после чего разыграть потерянную и слабую женщину и сыграть на его благородстве. Самый лучший вариант, вот только Даша понимала, что вероятность, что этот план сработает где-то пятьдесят процентов. Не самый лучший расклад. Еще один вариант, это попытаться действовать через Катю. Подружка так и не догадалась, кто именно устроил веселенький показ на свадьбе. Вот только много ли нужной информации Даша вызнает у нее? Даша что-то сомневалась, что Воронов позволял своей "половинке" знать больше того, что ей следовало знать. Но попытаться всё же стоило. Тем более Даше нужно узнать, чем же Катерина шантажировала Воронова. Может это важно, а может и нет, но Беляева хотела знать ради чего Вит принес в жертву
их отношения. Ей вдруг захотелось знать подробности той истории, ведь по сути она знает лишь маленькую часть из того, что тогда произошло. Даже сейчас Беляевой было больно думать о том времени, но теперь ей нужно было восстановить последовательность тех событий, что произошли пять лет назад. Интуиция подсказывала, что это может быть важно. Возможно, это поможет окончательно уничтожить Воронова...

        - Приехали, принцесса, - заявил Вадик, глуша мотор. - Пора тебе встретиться с боссом, киска!

        И засмеялся. Ох, как не понравился Даше этот смех. В голове зазвенели звоночки предостережения. Не стоило ей это делать... но месть требует своей платы. И она заплатит ее.

        Даша спокойно вышла из машины. Перед ней было высокое офисное здание, как предположила Беляева, здесь скорее всего находился офис Максимова.

        - Ну что встала, кошечка? - прошептал ей на ухо Вадик, отчего она дернулась, как от удара. Ей было неприятно просто находиться рядом с ним, даже дышать с Вадиком одним воздухом было противно.

        - Куда идти? - сквозь зубы прошипела Даша, пытаясь не смотреть на ненавистное лицо.

        - Конечно же, за мной, - хмыкнул он.

        И пошел вперед, ей ничего не оставалось, как последовать вслед за ним. Дойдя до здания, Вадик открыл дверь, пропуская Дашу вперед. Девушка проскользнула внутрь и почувствовала, как мужчина шлепнул ее по заднице. Она обернулась и зло глянула на него.

        - Руки убрал, - зарычала она.

        - Ой, да ладно, - легкомысленно отмахнулся Вадим, сверкая ямочками, - такая задница просто создана для того, чтобы ее лапать!

        - Не смей меня касаться, - еще раз прорычала Даша.

        - Уже касался, - улыбнулся мужчина, делая далеко непрозрачный намек на прошлые их сексуальные отношения, - и еще коснусь.

        - Только в твоих мечтах, придурок! - зло буркнула Даша, но сделать по сути ничего не могла.

        - Мы еще посмотрим, киска, - хохотнул мужчина и еще раз ощутимо ущипнул ее за пятую точку, - еще посмотрим!

        И прошел дальше к пропускному пункту. Здание хорошо охраняли. Даша заметила как минимум троих охранников. Внутрь пускали строго по пропускам. Выглядело это скорее, как какое-то закрытое государственное учреждение, а не офисное здание, которым по сути и являлось.

        Вадик, поговорив с охранниками, махнул ей рукой, делая знак, чтобы она подошла. Нехотя, Даша подошла к нему и чуть не выматерилась, когда довольный Вадим положил руку ей на плечо.

        - Эта крошка со мной, - сказал он охране. - У босса с ней дела, так что ее не трогать... по крайней мере, сегодня...

        Предупреждение повисло в воздухе, заставляя Дашу задыхаться. Вроде бы кислорода хватало, но легкие отказывались работать. Всю дорогу до кабинета Максимова, Даша пыталась успокоиться, и ей это вроде бы удалось. Гнев и злость быстро затушили страх. Ей, чтобы сейчас не быть съеденной хищником, самой нужно превратиться в хищника.

        Как выяснилось, кабинет Беса находился на тринадцатом этаже. Как символично! Максимов явно был бесовским отродьем, и она - Даша - собиралась продать ему свою душу в обмен на месть.

        В приемной, их встретила секретарь Максимова. Красивая и эффектная блондинка.

        - Лана, привет, - поздоровался с ней Вадик. - Босс у себя?

        Девушка неохотно глянула на него и коротко кивнула, после чего вернулась к перекладыванию каких-то бумажек. Даша заметила неодобрение и презрение во взгляде Ланы, обращенном к Вадику. Неужели брошенная мадам? Или просто не любит этого павлина?

        Но вопросы так и остались вопросами, а Даша все-таки вступила на порог кабинета Беса. Тот ждал их. Он сидел, развалившись на кожаном кресле.

        - А-а-а, - протянул Денис, - а вот и наша Белоснежка!

        - Меня уже давно никто так не называет, - спокойно пояснила она и села на стул, как раз напротив Беса. - Вы хотели поговорить?

        - Да, - обворожительно улыбнулся Денис, - может, хотите чего-нибудь выпить? Чай? Кофе?

        - Нет, благодарю, - ответила Дарья, смело встречая холодный взгляд Максимова. - Давайте сразу перейдем к делу.

        - Что ж, - сказал Денис, вставая с места, - хорошо.

        Он лениво прошелся вдоль стола и присел на край, возвышаясь над ней, забирая себе психологическое превосходство и подавляя морально. Беляевой захотелось резко встать, чтобы их лица оказались на одном уровне, и ей бы не приходилось задирать голову и смотреть на Максимова снизу вверх. Но девушка подавила это желание. Сейчас не время демонстрировать свой характер.

        - Дашенька, - ласково начал говорить мужчина, но его ласковый голос никак не сочетался с жестким взглядом, - мы не так давно решили, что у нас имеется один общий враг - Воронов.

        - Ближе к делу, Денис, - поторопила его Даша. - Что именно вы хотите от меня?

        - Дашенька, - голос Максимова приобрел интимные нотки, - я много чего от вас хочу...

        Недосказанность и заинтересованный взгляд, скользнувший в ее декольте, отлично показали, что именно не прочь от нее получить Бес. Вот только Даша не собиралась к нему прыгать в койку... по крайней мере, пока.

        - Денис, давайте без дешевых заигрываний, - сказала в лоб Даша, - я не собираюсь спать с вами, или с вашим помощником. Это крайне негативно может сказаться на нашей главной цели.

        - Что ж, - холодная улыбка скользнула по тонким губам Беса. - Что именно я хочу от тебя? Я хочу знать всё, что происходит под крышей у Воронова, хочу знать его планы, как и профессиональные, так и личные, мне также необходимы данные о его передвижениях, о его контактах. В общем, мне нужна вся информация, которую ты можешь мне предоставить. Абсолютно вся. Даже о том какую туалетную бумагу он предпочитает. Это понятно?

        - Я поняла, - кивнула Даша, - но я хотела бы знать, что вы собираетесь с этими данными делать?

        - Что? - рассмеялся Денис. Крайне неприятный смех, надо сказать. - Строить планы по крушению финансовой империи Вороновых, милочка. Это все что тебе необходимо знать.

        - Я хочу знать более точную информацию, - заявила Даша.

        - Зачем? - спросил Бес, обходя ее со спины и положив руку на ее плечо. - Не забивай свою головку ненужными деталями. Всё что тебе нужно знать это то, что ты своим содействием мне поможешь уничтожить громадную империю Ворона.

        - Но... - попыталась Даша возразить, нервно ерзая на стуле. Крайне неприятно иметь за своей спиной такого человека, как Денис. Такое чувство, что тебе сейчас в спину засадят нож.

        - Никаких "но", - цыкнул на нее Бес. - Меньше знаешь, крепче спишь, принцесса моя. Чем меньше ты знаешь, тем меньше возможности, что ненужная информация дойдет до Воронова.

        - Вы думаете, что я вас сдам ему? - возмутилась Даша.

        - Добровольно, конечно же, нет, - хмыкнул мужчина, - ты слишком желаешь ему краха, чтобы выдать наш маленький план, но ведь Воронов тоже не дурак. Я слишком часто проигрывал ему, недооценивая его и его возможности. Больше этого не повторится.

        Даша задумалась. Не стоит ей сейчас качать права и требовать посвятить ее в планы по уничтожению Вита, если, конечно, хочет дожить до того времени, когда она сможет увидеть Виталия побежденным.

        - Хорошо, - согласилась Даша. - Как мне вам передавать собранную информацию?

        Максимов довольно улыбнулся и потрепал ее по щеке, а Даша подавила желание плюнуть этому уроду в лицо.

        - Будешь передавать информацию через Вадима, - пояснил Бес, возвращаясь обратно к своему месту. - Напрямую связываться опасно. Ни Ворон, ни Красавчик не должны заподозрить тебя. Так что Вадик сам будет с тобой связываться. Парень он надежный, тоже очень не любит твоего бывшего. Да и знаешь ты его достаточно близко...

        Даша ущипнула себя, чтобы не высказать в слух, что именно думает об этом Вадике.

        - Так что пока все, моя Белоснежка, - заявил Бес, подводя к завершению их встречу. - Надеюсь, наше сотрудничество будет плодотворным! А теперь, я думаю, тебе пора возвращаться. Вадик тебя проводит обратно.

        Даша ничего не сказала, лишь кивнула в знак того, что услышала. Беляева с одной стороны была рада, что Максимов не стал уточнять каким образом она намеренна доставать эту информацию, а с другой она впервые начала сомневаться в правильности того, что затеяла.

        ГЛАВА 17


        Воронов редко пытался представить себе альтернативную историю, ту самую историю, которая могла бы сложиться у него с Дашей не будь на нем убийства, не будь Катя лучшей подругой Даши, не будь у него практически кровного врага Максимова... Все эти "если" да "кабы" не были в его стиле, его действия всегда основывались на фактических вещах и событиях, а то, что могло бы быть его не интересовало. У него просто не было времени витать в облаках. И сейчас он этого делать не собирался, они все имели, то что имели и нужно пытаться построить новую жизнь из того, что есть, а лишние фантазии о том, что могло бы быть убьют на корню любую попытку наладить их жизни.

        Виталий принял решение. Да, ему стоило держаться от Даши подальше, стоило оставить ее в покое, стоило устроить ей отъезд из города под любым предлогом, но он не мог... когда-то он уже отказался от нее под давлением обстоятельств и отца Даши, но теперь многое изменилось. Спустя эти пять лет и он и Даша доказали, что не могут забыть произошедшее. Хоть и по разным причинам. Она из-за ненависти. Он из-за любви. Из-за неправильной, извращенной любви, но Вит ее любил и теперь отпускать не собирался. Она нужна ему. Все эти пять лет были одним бессмысленным и нудным, смазанным пятном называемым существованием. Он что-то делал, добивался успеха, укреплял свою власть, получал и даровал наслаждение, но душа была пустой. Внутри него росла и ширилась пустота, пустота, которую заполнить могла только ОНА. В чем-то они были похожи, только все эти годы в ней росла не потребность в нем, а ненависть...

        В одном из отчетов Лазарев приложил распечатку ее звонков. Несколько звонков Даша совершила Бесу. Воронов даже думать не хотел, что она связалась с этим отморозком, но и отбросить эти данные не мог, потому что знал, что Даша попытается его ударить. И по больнее. Девушка сама не раз и не два говорила ему, что ненавидит. Но связавшись с Максимовым она поставит под удар в первую очередь себя. Все просто. Виталий многое может пережить, финансовые потери, боль моральную и физическую, лишения, наказания, но если только будет знать, что где-то есть она, живая и здоровая. Не надо говорить, что самым больным для него вопросом является вопрос безопасности Даши. После не утешительных фактов в пользу того, что Даша может пойти на сговор с Бесом, Воронов в серьез забеспокоился о том, как бы с ней ничего не случилось. Поэтому в помощь Лазареву приставил еще и Макса.

        Его телохранитель за эти годы буквально стал его тенью и понимал уже не с полуслова, а с полузвука. Если кому и мог доверять безопасность Даши, так это ему. Польских давно доказал свою преданность и лояльность. Чего только стоит тот эпизод, когда Макс практически рискуя собой спал Лизу. Лизавета была единственным оставшимся в живым членом семьи, с кем он поддерживал отношения. Она была его сводной сестрой по отцу и была младше самого Ворона на пять лет. Девочка была единственной, кто выказал желание ближе познакомиться с ним, когда всему миру стало известно об истинном имени его отца. Сестра также как и он была сильной и независимой, но жесткая отцовская рука Воронова-старшего чуть не сломила ее волю. По мнению Вячеслава Воронова роль женщины заключается в том, чтобы быть примерной женой и матерью, при этом потакать во всем отцу и мужу. Лиза была не согласна... Вит помогал ей как мог, но она жила с этим тираном, а он был одиночкой только начинающим свой путь в мире бизнеса. Все что ему оставалось, просто поддерживать ее словом и советом. Три года назад один из разъяренных рабочих, который попал
под сокращение, решил свести счеты с Вячеславом Вороновым через ее дочь. Угрозы, звонки и сломанная нога не стали для Воронова-старшего достаточной причиной, чтобы обеспечить безопасность дочери, считая это все разыгравшейся фантазией Лизы. Тот факт что ее буквально столкнули с лестницы, папочка посчитал простой случайностью. Ворон единственный кто поверил ей, и попросил Макса помочь. Что тот и сделал. Он устранил угрозу, попутно чуть сам не отправившись на тот свет. Так что Максу он доверял.

        Теперь Макс и Лазарев работали в связке, осуществляя наблюдение за Беляевой и обеспечивая ей безопасность. Вот только от самой себя они вряд ли ее могли защитить. Даша практически добровольно идет навстречу опасности. И надо с этим что-то делать. Это была серьезная проблема. Проблема, находящаяся в ее мозгу. Ее нужно увести с этой извилистой дорожки пока не стало совсем поздно. Его план был прост, Вит постепенно будет возвращаться в ее жизнь, постепенно вернет ее доверие. Скорость и резкость сейчас ему не помощники. Даша и сама наверняка не в состоянии предугадать, как поведет в следующей момент. Она сейчас обижена, ненависть завладела ей достаточно, что толкает на необдуманные поступки, вот только она по сути не плохой человек. Просто нужно ей напомнить это. Воронов осознавал, что затеял опасную игру. Ставки у этой игры были слишком высоки и с каждым часом только повышались, но он уже знал, что рискнет, потому что он на все способен, когда дело качалось его Белоснежки.

        - Решил взглядом прожечь дыру в стенке? - неожиданный вопрос друга застал врасплох. Наверное, потому что Жеки тут вообще не должно быть.

        - Как ты сюда попал? - нахмурился Ворон.

        - Обыкновенно, - хмыкнул друг, садясь на кресло и закидывая ноги на стол. Жека был единственным человеком, который позволял себе такое, - вошел через дверь.

        - Очень остроумно, - прокомментировал Воронов. - Я про то, как ты здесь оказался, а я тебя не услышал?

        - Не знаю, - пожал плечами друг, доставая со стола золотую ручку Вита, которую ему подарили его подчиненные на его день рождения. Самому Воронову она жутко не нравилась, но как говорится даренному коню в зубы не смотрят. - Может потому что ты пребывал где-то в облаках, лелея воспоминания о страстной ночи, проведенной с Дашей...

        Вит бросил быстрый взгляд на друга. Тот был полностью расслабленным и даже не горел желанием отметелить друга, посмевшего прикоснуться к его девушке.

        - Ты знаешь, - утвердительно заявил Вит, опираясь на руки и пристально глядя на друга.

        - Знаю, - весело подтвердил Жека, - двери закрывать нужно, прежде чем резвиться.

        А Воронов продолжил сверлить Алексеевского взглядом, пытаясь понять, почему же тот не пытается запустить в него что-нибудь тяжелым, или сам не бросается на него с грозным рыком рогосносца. А Жека тем временем с совершенно безмятежной улыбкой рассматривал Вита.

        - И не смотри на меня так, - фыркнул мужчина. - Может, я тебя сейчас удивлю, но я должен сказать тебе спасибо!

        Воронов решил, что у него глюки. Если бы мужчина не был уверен в том, что не является наркоманом, то подумал бы, что он под кайфом.

        - Х-м-м, - протянул Вит, не зная, что еще сказать в данной ситуации. Совершенно не стандартная реакция друга на произошедшее поставила его в тупик.

        - Старик, - дружелюбно заметил Жека, - у тебя вид будто бы я заявил, что являюсь геем...

        - А ты являешься? - ехидно спросил Вит.

        - Это ты решил меня сейчас оскорбить? - спросил Жека и приподнял одну бровь, удачно копируя самого Виталия.

        - Нет, я просто не знаю, что еще от тебя ждать, - откровенно признался Воронов.

        Жека глубоко вздохнул и моментально стал серьезным.

        - Скажу честно, сначала я хотел тебя убить и закопать где-нибудь в лесопосадке, - заявил Жека, рассматривая ручку у себя в руках.

        - Довольно честное заявление, - заметил Вит, но поймав раздраженный взгляд Красавчика сразу замолк.

        - Но кое-кто открыл мне глаза на произошедшее, - продолжил Жека и Воронов сразу же подумал о маленькой подружке Даши. - Ведь я всегда знал, что Даша не будет моей. А я просто гнался за мечтой, созданной моим воображением. Думаю то, что когда-то ты меня опередил и стал встречаться с ней дало свои плоды. Она несомненно хорошая девушка, после ставшая для меня запретным плодом, потому что была девушкой моего друга... думаю, в этом все дело, со временем Даша просто стала моей недостижимой мечтой, а вот настоящую ее я ведь не знал. А вот ты знаешь! И всегда знал.

        Жека посмотрел прямо в глаза Виту, тот не отвел глаз и Алексеевский усмехнулся. Немного грустно.

        - Она ведь до сих пор тебя любит, - наконец сказал Женя.

        - Ненавидит, - возразил Вит, разрывая визуальный контакт. - Когда-то любила, но не сейчас.

        - О-о-о, - протянул Жека, - еще один член клуба "обмани себя и меня заодно".

        - Ты это о чем? - не совсем понял Вит, хотя догадывался о чем именно, но ему нужно было это услышать из уст друга.

        - Да о том, что вы оба настолько запутались в собственной же лжи, что не видите правды. Даша так уверяет себя и всех нас за одно, что ненавидит тебя, вот только проблема в том, что она тебя любит, а ведь после всего случившегося должна ненавидеть... проблема именно в этом дисбалансе, которое порождает две аксиомы "должна ненавидеть" и "не могу ненавидеть". Она просто прикрывается своей ненавистью как щитом, потому что боится, - начал высказывать свои мысли Алексеевский. - Твое дело сейчас добиться ее доверия и прощения, но делать это медленно и осторожно, иначе можно сделать только еще хуже.

        - Красавчик, тебе ни в программисты идти надо было, а в психоаналитики, - улыбнулся Воронов, понимая, насколько анализ действий Даши Жеки схож с его собственным. Значит и план был верным. Не могут они оба одновременно ошибаться.

        - Не думаю, - Алексеевский опять погрустнел. - Я хорошо анализирую чужие проблемы, а с собственными не в силах справиться.

        - Орхидея? - сразу же догадался Виталий.

        - Она, - хмуро подтвердил мужчина. - Умудрился я влюбиться в девушку, которая является лучшей подругой Даши...

        - В чем проблема?

        - Даша застала нас... м-м-м... в компрометирующей обстановке и закатила скандал, попутно сравнив Женю с Катей. Хуже всего Женя чувствует вину перед Дашей, несмотря на то, у нас отношений с Дашей собственно и не было...

        - В смысле? - Вит даже немного приподнялся в ожидании ответа.

        Жека посмотрел на друга, оценивая степень готовности друга на драку. Вит знал, что этот взгляд значит, сейчас последует очень не приятное откровение.

        - После приезда сюда мы с Дашей практически не общались и даже не спали вместе. Была парочка попыток, но оба раза прервали. Что я считаю только к лучшему. Мы с Дашей не очень подходящая пара, - рассказал Женя.

        - А до приезда сюда? - вопрос Виталию дался тяжело.

        - Только один раз, - сглотнув, признался Жека, - только один раз...

        Руки Воронова сами по себе сжались в кулаки, он закрыл глаза, пытаясь подавить в себе пламя ревности, которое требовало избить Жеку. Вот только сколько не избивай Евгения ситуация не поменяется. В конце концов, он сам виноват, что Даша оказалась в чужих руках, если бы пять лет назад он был более предусмотрительным, то всей этой истории можно было избежать. Горькие сожаления омыли его душу, было больно...

        - Мне жаль, - тихий голос Жеки донесся до него, но Воронов предпочел бы, чтобы друг сейчас ничего не говорил.

        Несколько минут прошли в скользкой тишине, где любое безобидное слово могло вызвать бурю, Жека это прекрасно понимал, поэтому молчал. Воронов более-менее придя в себя решил сменить тему разговора.

        - Завтра мы с Катей едем в клинику, - тихо заговорил он.

        - Что-то с ребенком? - заволновался Красавчик, но Вит покачал головой и мужчина сделал другое предположение: - Будешь делать тест на отцовство?

        - Да, - ответил Виталий, - мне нужно знать отец ли я.

        - А если нет? - немного обеспокоено спросил Жека, чтобы там не делала Катя, она все же оставалась его сестрой, а девочка, которую она носила под сердцем, была его племянницей.

        - Если нет, то я с ней разведусь и лишу материнства, - жесткие слова давись легко Виталию, потому что это он сделает без особых сожалений.

        Красавчик только кивнул, будто бы ожидал чего-то подобного.

        - Ты прекрасно понимаешь, что Катя не будет хорошей матерью, - все же решил объясниться Виталий, - она просто испоганит жизнь девочке.

        - Я понимаю, - тихо ответил Жека, как бы неохотно.

        - Думаю, ты будешь лучшим опекуном ей, чем твоя сестра, - высказался Вит, - конечно, если ты захочешь стать отцом ребенку своей сестры...

        - Я не брошу ее, - сказал Женя жестко. - Пусть ей не повезло с матерью, но девочку я не брошу!

        - Вот и отлично, - постановил Воронов, - а если ребенок мой, то девочка останется со мной. Естественно с Катей я разведусь в любом случае.

        - Естественно, - задумчиво кивнул Жека, прекрасно понимая, что о сохранении брака после скандала не может быть и речи. - Я просто...

        Но Женя так и не закончил, ему помешали. Нерешительный стук в дверь нарушил мерное течение беседы двух мужчин, а после того, как они услышали голос той, кто посмел им помешать, они переглянулись.

        - Женя, ты там? - голос Даши был приглушен.

        - Да он здесь, - громко ответил за друга Вит. - Заходи, Даша.

        Дверь медленно отворилась и в проеме появилась фигурка Белоснежки. Она обвела взглядом комнату, посмотрела на Вита и практически сразу перевела взгляд на Алексеевского.

        - Женя, нам надо поговорить, - ее слова звучали твердо, только девушка явно нервничала, да и выглядела она довольно бледной.

        - Хорошо, - нахмурившись, ответил Жека, - давай спустимся...

        - Не надо, - прервал он друга, - оставайтесь здесь. Я пойду пройдусь, а вы... пока можете поговорить... наедине.

        И окинул помещение, прекрасно понимая, что услышит разговор, ведь в кабинете установлены камеры.


***


        Даша и до того как вошла в кабинет чувствовала себя не очень уверенно, но после того, как Воронов равнодушно прошел мимо нее и оставил наедине с Жекой ей еще стало и обидно. Непонятная обида вкупе с неуверенностью не давали ей сосредоточиться на том, что она должна сказать Жене. Почему-то тот факт, что Ворон так просто оставил ее Жекой после того, что произошло между ними в том кабинете, не давал ей покоя.

        - Ты хотела поговорить? - спросил Жека.

        - Да-а, - заикаясь, ответила Даша и заставила себя отвернуться от только что закрывшейся двери. - Я хотела попросить у тебя прощения...

        - Не за что, - оборвал ее Жека, и она вопросительно посмотрела на него.

        - Как не за что? Ведь я тебе... - Даша запнулась на этом слове, но его нужно было произнести, - изменила...

        - Чтобы изменить, - парировал Женя, - нужно состоять в отношениях, а мы с тобой никогда не были парой, и уже не будем.

        Сердце у Даши упало. Значит, не было у нее даже шанса на восстановление отношений с ним. Что же ей теперь делать? Ведь Бесу нужна информация...

        - Но... - голос Даши затих. Что сейчас сказать? Прости, что не люблю? Прости, что изменила тебе с мужчиной, которого ненавижу больше жизни?

        - Никаких "но", Даша, - уверенно возразил Жека. - Ты меня никогда не любила, да и я, как выяснилось, тоже не любил тебя. Любил лишь выдуманный образ, но этот образ эфемерный, а ты живая...

        - Значит, никаких шансов? - тихо спросила Даша, теряя надежду, но при этом чувствуя странную... легкость, будто происходящее было правильным.

        - Никаких, - всё тем же уверенным тоном ответил Алексеевский. - Так будет лучше, Даша. Я перестал жить в мире иллюзий, и тебе того же желаю. Не лги себе, как друг прошу, тогда многое обретет смысл.

        Даша не совсем поняла последние его слова, но устало кивнула. Только сейчас она поняла насколько устала, устала от самой себя.

        - Я не знаю, что мне делать дальше, - совсем растерянным голосом проговорила Даша. Она стала похожа на ребенка, который потерялся и не знает, как вернуться домой.

        - Даш, не мне тебе давать советы, - тихо сказал Красавчик, - но то, что мы не можем продолжать наши отношения не значит, что я перестаю быть твоим другом. Я всегда буду рядом, чтобы помочь.

        Даша улыбнулась. Может, так оно и лучше. Только сейчас Даша поняла, каким грузом лежало на ее плечах осознание того, что придется использовать в своих целях этого человека. И пусть она теряла основной способ давления на основной источник информации, то теперь она обрела друга... пусть друг и не всё знает о ней, но теперь не придется играть не свою роль. Да и то, что они останутся друзьями тоже совсем не плохо для ее шпионской игры. Алкоголь, разговоры по душам и прочая дружеская дребедень поможет ей в этом.

        - Я рада, Жень, - сказала она, - я очень рада этому.

        И обняла его. Крепко. По дружески.


***


        Вечером того же дня Даша сидела на крыльце дома. Она только что говорила с Катей. Вернее будет сказать Катя говорила, а Даша делала вид, что слушает ее и сочувствует. Это было легко, Катерина не слышала никого кроме себя и так была увлечена жалением себя любимой, что Даша воспринималась ею скорее, как дополнительный интерьер. Сегодня такое положение вещей Дарью полностью устраивало. Ей надо было подумать, пусть и под нудное бормотание Катерины.

        Обдумав ситуацию, Даша пришла к парочке выводов. Один из которых ей нельзя больше задерживаться в этом доме. Здесь она была гостьей вместе с Дикой Орхидеей. Без Жени ее нахождение здесь выглядит очень подозрительным. Но куда ей переезжать? Нужно срочно найти съемную квартиру. И работу тоже. Если она здесь решила остаться, то и жить ей на что-то надо.

        - Зайди в дом, - отрывистый голос, заставил ее задрожать, - замёрзнешь.

        - Воронов. Иди куда шел, а меня оставь в покое, - вяло отмахнулась от него Даша.

        Он ничего не сказал, только преодолел разделяющее их расстояние в пару шагов и сел рядом.

        - Не возражаешь, если я посижу с тобой? - довольно дружелюбно спросил он.

        - О-о-о, ты спрашиваешь? - по привычке ощетинилась Даша. - Что-то новенькое, ты обычно просто берешь и делаешь, не спрашивая ничьего позволения.

        Он ничего не сказал, лишь задрал голову, глядя на звездное небо.

        - Красиво, - произнес он себе под нос, но Даша расслышала. Она была согласна, небо было красивое. Звезды словно маленькие бриллианты, рассыпанные на черном бархате, сверкали и подмигивали.

        - Виталий, - нерешительно начала она, - мне пора съезжать отсюда...

        - Да, пора, - подтвердил он, все также глядя на ночное небо.

        - Я завтра поеду в город, нужно найти съемную квартиру, куда я смогу переехать, - Даша не знала, зачем сказала это. Ему должно быть все равно что с ней станется...

        - А зачем тебе съемная квартира? - спокойно спросил Вит и все-таки посмотрел на нее. И хотя тон был нейтральным, Даше показалось, что в его голосе было... обвинение? Негодование?

        - Ну-у-у, - протянула она, пытаясь избавиться от чувства, что оправдывается перед ним, мне как бы надо где-то жить...

        - Почему не вернешься на старую квартиру? - резко спросил он.

        - Какую старую...? - недоуменно спросила она, а потом до нее дошло про какую квартиру он говорил. Про ту, которую он купил ей в замен той, которая досталась ей от матери и которую они продали когда Виту понадобились деньги. Именно в ней они когда-то жили вместе, ровно до тех пор, пока они не поругались на счет Кати. Даша нахмурилась. Она почти забыла ту ссору. В тот вечер они жутко рассорились... из-за Кати. Воронов утверждал, что Катя соблазняет его, шантажирует... а она не поверила, потому что дура... вернее была ею... а ведь если бы она тогда послушала его, тогда... тогда все этого можно было избежать? Почему-то от этой мысли стало не по себе. Будто в холодную воду окунули.

        - Ту, которую я тебе купил, - раздраженно пояснил Вит.

        - Я думала, что она твоя, - растерянно произнесла Даша. Она действительно так думала.

        - При ее покупке я полностью оформил ее на тебя, - сжав губы, проговорил он. - С тех пор как ты уехала в Москву там никто не жил.

        Даша хлопала глазами и пыталась осмыслить сказанное им. Квартира до сих пор ее? На Беляеву нахлынули воспоминания. Вот Вит решил сделать сюрприз и завязав глаза, завел ее в новую квартиру. Они жили в ней долгое время, иногда ссорились... но всегда мирились. Кроме одного случая, того случая, когда они поругались из-за Кати, и Виталий заявил, что они расстаются. Даша тогда долго не верила, не принимала этого расставания, а потом... потом она чуть не совершила очередную ошибку. Ошибку опять организованную вечной подругой Катей. Даша до сих пор помнила дыхание того подонка на своем лице, когда он грубо пытался ей раздвинуть ноги, помнила, как рот наполняет кровью, когда кулак насильника впечатывается в ее скулу. Именно Вит ее спас тогда. Он оттащил этого ублюдка от нее, и чуть не забил его до смерти. Тогда это жутко напугало ее, а теперь... теперь она бы сама помогла Вита избивать того сукиного сына. Как же она изменилась за это время... Так или иначе, после того случая отношения Вита и Даши вернулись в прошлое русло, кроме одной детали - он так не вернулся в квартиру. И через некоторое время к ней в
квартиру заехала Катя, когда Даша посетовала, что ей скучно жить одной в огромной квартире. Он так и не вернулся к ней...

        - То есть квартира моя? - хрипло спросила Даша.

        - Твоя, - ответил Виталий. - Так что можешь заезжать в нее когда захочешь.

        Мягкая тишина опустила на их плечи, оба уставились в небо, каждый думал о своем. Даша же пыталась понять почему же вовремя не поняла, что Катя ею манипулирует. Ведь не только Вит ей об этом говорил, Жека намекал, Веня порицал слепую преданость подруге, как-то Даша с ним даже поругалась на этой почве. Она была готова ругаться и драться с любым, чтобы защитить Катю. Вот только Катя в защите не нуждалась. Дарья попросту пригрела на своей груди змею. И эта змея в конце концов ужалила, вливая в кровь яд, который до сих пор причиняет Даше жуткую боль. Яд предательства.

        - На долго ты остаешься в городе? - вдруг нарушил тишину Воронов.

        - Надолго, - односложно ответила Даша. А мысленно добавила: "До тех пор пока тебя не уничтожу!". Но почему-то от этой мысли ей стало... противно. Даша не стала анализировать свои ощущения.

        - Значит, будешь искать работу, - заключил Вит.

        - Да надо бы, - протянула Даша. Жить же на что-то надо, одной местью сыт не будешь. А с работы она уволилась еще неделю назад, просто позвонила в редакция и заявила, что уходит. Финансовых накоплений, конечно, хватит ей, чтобы прожить безбедно несколько лет, вот только ей не хотелось трогать накопленные деньги.

        - Не хочешь вернуться на прежнее место работы? - вдруг спросил Воронов, удивляя ее еще больше. Такого поворота событий она не ожидала, но не воспользоваться ситуацией было просто грешно.

        - Опять администратором в "Виват"? - спросила она осторожно.

        - Да, - подтвердил мужчина, - после твоего ухода я никак не могу найти более-менее достойного администратора, я был бы рад, если бы ты вернулась в ресторан. Хотя бы временно...

        Это был ее шанс! Так она сможет быть рядом, и вести за ним наблюдение. Она будет по маленьким кусочкам собирать информацию, на работе, от Жени, от Кати и будет ее поставлять Бесу и надеется, что этого хватит для ее умысла.

        - Я согласна, - ответила Даша. - Думаю, пока на время сгодится и такая работа...

        Вот только Даша так и не поняла, показалось ей или нет, что глаза Вита расчетливо блеснули в темноте.

        ГЛАВА 18

        ПРОШЛО НЕСКОЛЬКО МЕСЯЦЕВ



        Нынешняя зима радовала людей обильными снегопадами и относительными морозами. Из-за того что социальные работники не справлялись с очисткой улиц, на дорогах часто возникали заторы, а случаи травм участились из-за обледенелых улиц. Новогодние праздники подошли к концу, и люди все еще не совсем оправившиеся после многочисленных застолий, пытались настроиться на рабочий лад. Получалось у всех с разной степенью успешности. Кто-то уже вполне сносно справлялся со своими обязанностями, а кто-то с откровенной тоской вспоминал две недели непрерывных гуляний. А кто-то почти и не отдыхал. Даша в связи со спецификой своей работы все праздники пробыла в постоянном движении. Так как вторая администраторша, которая ее заменяла, устроила скандал из-за того, что по ее мнению господин Воронов выделял Беляеву особенно, и даже зарплата у нее выше... Конечно, закатила скандал она Даше, Воронову сказать прямо в лицо эти обвинения она побоялась. Беляева не стала с ней спорить, а просто закрыла перед ее лицом дверь своего кабинета, который для нее выделил Вит. На чем, по мнению Даши, инцидент должен был быть исчерпан.
Девушка наверняка просто ревновала, и ежу было понятно, что она имеет виды на Воронова, поэтому собственно и сдружилась с Катей... правда, сейчас подруга находилась в опале и помочь ничем не могла в борьбе с новоявленной фавориткой босса. Правда и Катя вряд ли стала бы помогать, потому что она считала Дашу своей подругой... и все эти месяцы высказывала все, что она думает о Воронове именно ей - Даше. Так что у девушки не было и шанса в борьбе против Даши. Беляева не стала доносить на нее, все же терять работу перед самыми праздниками не очень приятно, но кто-то видно всё же постарался. Дарья думала, что это Веня, так как последний не мог терпеть заносчивую администраторшу, которая совершенно не шла на контакт с остальным персоналом, любила лишь приказывать и... наказывать. Так что Воронов узнал о стычке, и бедняжка была в тот же момент приглашена на ковер к начальству. Виталий вежливо попросил ее с работы, объяснив, что девушка просто-напросто не справляется со своими обязанностями, что по большей части было верно... Даша не раз и ни два закрывала ее ляпы на работе, причем довольно серьезные. Видать
начальство было в курсе этого, хотя Беляева ему не говорила. Конечно, была истерика и слезы, но на Вита такие вещи никогда не производили должного впечатления, а Даша осталась без сменщицы. Что уж сказать, работать на износ в новогодние праздники дело не благодарное, но зато прибыльное...

        Воронов последние месяцы вел себя вообще очень странно. Не проявлял агрессии или давления, обращался к ней подчеркнуто уважительно, и они даже стали своего рода друзьями. Хотя друзьями на расстоянии. Виталий всегда был рядом, у Даши на этой почве даже паранойя развилась, так как слишком частыми и неожиданными были их встречи. Даша мало что узнала за эти месяцы о нем. Только обрывочные сведения и подслушанные разговоры, и хотя этого было мало, но этого хватило, чтобы Бес ее особо не третировал, хотя его и особо довольным назвать было нельзя. И Даша понимала, что у нее особого выбора нет, но все же никак не могла заставить себя перейти к крайним мерам - надавить на Жеку и вызнать у него информацию. Во-первых, он был не глуп, далеко не глуп, и если она начнет особо допытываться о жизни Ворона, это его насторожит. Можно конечно напоить его, но... тут первое перетекло во второе, а во-вторых, Даша просто не хотела этого делать. Ей совершенно не хотелось играть в эти шпионские игры с единственным человеком, который действительно был ее другом. На этой почве Даша все чаще задумывалась над тем, стоило ли
так поступать с Орхидеей. Она очень скучала по своей маленькой подружке. Женя всегда успокаивала ее и давала поводы смеяться. Хотя, в этом преуспел вездесущий Виталий, который, не смотря на всё ее сопротивление и намерение делать совершенно отмороженный вид, все равно умудрился пробраться под ее защитную броню и развеселить. И не один раз. Странные у них были отношения. Он как бы держался на расстоянии, она пыталась избегать его, потому что боялась... боялась, что ее чувства опять видоизменятся. Теряется ненависть, растворяясь в простой его улыбке. И это до жути пугало ее. Пугало больше чем ее так и неуменьшающееся влечение к нему. Это все было настолько странным, что Даша чувствовала себя потерянной и неуверенной... Иногда ей ужасно хотелось позвонить Жене и просто высказаться, но она не могла. Где-то глубоко в душе она чувствовала себя виноватой перед ней. И перед Жекой, который, несмотря на все свои попытки выглядеть все тем же отъявленным лоботрясом, все равно скучал по подруге. Вроде бы практически ничего не поменялось в его поведении, все вернулось к тем отношениям, которые были у них пять лет
назад, когда они были хорошими друзьями. Только мужчина сам того не замечая, был более... вдумчивым, глаза стали более мудрыми, а иногда он замирал, глядя в одну точку, и Даша хотела что-то поменять, помочь им. Ведь знала же, что главная причина в ней. Хоть они с Жекой и не говорили на эту тему, Даша прекрасно понимала, что после той ужасной сцены, которую она устроила в спальне Алексеевского, подруга просто-напросто сбежала от мужчины, пытаясь хоть как-то успокоить Дашу. Несколько раз Даша подымала трубку, чтобы позвонить ей, поговорить, но так и не набирала номера, просто не могла заставить себя... Дарья была словно в подвешенном состоянии, потому что уже ни в чем не была уверенна.

        Воронов все-таки сделал анализ ДНК на отцовство ребенка, невзирая на все советы врача о том, что лучше дождаться рождения ребенка, но Вит настоял на этом, наплевав на возможные последствия, а они могли быть серьезными - повышался риск выкидыша и преждевременных родов. Воронов оказался отцом девочки. В этом уже не было сомнений, но для Кати это уже не имело значения, ее судьба была решена, хоть она того и не подозревала. Даша была одной из тех не многих людей, которым было дозволено ее навещать. Навещала она ее редко, в этом было виноваты нехватка времени и опять же нежелание самой Даши. Слушать путанные, одержимые речи Кати с каждым разом становилось все сложнее. Ведьма практически задыхалась в своей ненависти к Виталию, она то желала ему мучительной смерти, то начинала рыдать на коленях у Даши и спрашивала, чем же она ему не угодила, пыталась понять, почему он не может ее полюбить, то опять захлебывалась в своих проклятиях. Это было страшно, казалось, что осмысления в глазах девушки с каждым днем становится все меньше, зато кровавые проклятья становились все изощрёнными. Как-то она даже
призналась, что хотела бы избавиться от ребенка. В своем воспаленном мозгу Катерина винила его во всех своих бедах. Даша тогда не на шутку перепугалась, увидев решимость в глазах девушки. Успокоив ее, какими-то бредовыми словами и уверениями, что все будет хорошо, Даша поняла, что нужно немедленно поговорить с Жекой. Выйдя из его комнаты, она встретила Олега, который практически не отходил от жены Воронова. Даша знала по рассказам Алексеевской, что он даже первое время присматривал за ней даже когда она в туалет ходила. Даша сначала возмутилась, посчитав, что Воронов, таким образом, пытается отомстить ей, причиняя неудобства. Теперь же поняла, что для Вита это было слишком мелочно, и такой надзор был действительно необходим. Катя с каждым днем становилась все не стабильнее и опаснее, в первую очередь для самой себя и ребенка. Сейчас за Катей присматривали Олег и специально нанятая сиделка, с которой особо не поговоришь. Молчаливая и достаточно сильная, чтобы справится с припадками Кати, если те случатся.

        Когда Олег зашел в комнату, Даша достала мобильный, чтобы позвонить Жеке. Алексеевский ответил практически сразу.

        - Алло, - голос был заспанным, видать, он еще спал. Даша глянула на часы, было около полудни. Жеке из-за своих обязанностей последнее время пришлось сменить образ жизни. Его клуб работал до шести утра, да и само закрытие клуба быстро не проходило, так что он добирался до дома только в начале восьмого. И это в лучшем случае. Сейчас "Виктория" требовала от него полной отдачи, клуб быстро становился популярным, и мужчина крутился, как белка в колесе, на нем весели практически все организационные вопросы. Так что он практически выбивался из сил, но все его усилия были оценены по достоинству. Клуб уже окрестили самой модной тусовкой города, сюда стремились все богатенькие детишки. Насколько Даша знала, такая популярность имела и свои негативные последствия. Недавно в клубе был замечен продавец наркотиков, причем тот знал все расположения камер и умело обошел всю охрану. Слава богу, долго промышлять ему не удалось, его быстро вычислили. Жека был в бешенстве, когда это вскрылось. Он рвал и метал, но дело замяли. Даша не знала, что Вит и Красавчик сделали с тем смельчаком, который помыслил промышлять на
их территории, но, по сути, ей было наплевать, пусть хоть прибьют его. Сколько молодых людей могло отравиться этой дрянью, если бы его не поймали? Даша раньше всегда считала себя пацифисткой, видно жизнь и опыт выбили эту черту характера из нее. Так что судьба этого человека ее не волновала. Но ее волновало другое... за две недели до этого, она передала Вадиму точные чертежи клуба и всю информацию об охранной системе в клубе, которую смогла раздобыть. Дарья теперь подозревала, что именно Бес стоял за этим наркодиллером. И ей это не нравилось. Своими действиями она подрывала всю работу Красавчика, который последнее время впахивал, не хуже папы Карло. Это ей не нравилось. Совсем не нравилось. Одно дело, своей местью подорвать империю Вита, и другое подставить лучшего друга. Даша понимала, что такие провокации будут теперь происходить по мере появления у Беса нужной информации. И мысли о том, что вскоре у Вита могут возникнуть серьезные проблемы, как-то не приносили облегчения, ведь вместе с ним могли пострадать и посторонние люди. За всеми этими размышлениями, Даша так и не решалась задать себе еще
один, самый важный вопрос - а принесет ли ей облегчение боль Вита? Она старалась об этом не думать, потому что подозревала, что ответ, который даст ее собственное сердце, может ее напугать и разочаровать.

        - Жек, привет, - поздоровалась Даша, не зная с чего начать разговор.

        - Даш, что-то случилось? - спросил Жека. Даша слышала, как он перевернулся в постели. - Чего звонишь в такую рань?

        - Ну, дружок, полдень это уже не рань, - ответила Даша, - солнышко уже высоко...

        - Да-а-аш, - протянул Красавчик, зевая, - ближе к делу.

        - Я тут только от Кати вышла, - рассказала она, и услышала протяжный вздох Алексеевского. Все темы, связанные с сестрой для него до сих пор были болезненными. Как-то она спросила его, что между ними случилось, он ответил, что она предала его. Дальше Даша не решилась расспрашивать, так как Жека в этот момент был на взводе и мог выкинуть какой-нибудь фортель. - Жень, я за нее беспокоюсь...

        Даша сама не верила, что произнесла эти слова, но они были правдивы. Видя не стабильное состояние Кати, ее психологические проблемы, Даша начала задумываться над тем, что значит месть... все эти пожелания смерти Виту, своему ребенку... заставили Дашу посмотреть себя со стороны и задаться вопросом - сколько еще времени пройдет прежде, чем Даша станет такой же одержимой? Беляева испугалась. И не знала, что ей делать.

        - Что на этот раз?

        - Она... она мне сказала, что хочет спровоцировать преждевременные роды, - заплетающимся языком поделилась Даша. Когда-то ее ребенок умер, тогда она еще не понимала все последствия, Даша просто не могла прочувствовать весь ужас потери... и теперь каким-то непонятным, но жизненоважным импульсом было спасти этого ребенка. Было не важно, что сделали его родители, это был невинный ребенок, мать которого желала ему смерти. Это было страшно. Все это возвращало ее в прошлое, к ребенку которого она потеряла, которого должна была защитить. - Она желает смерти собственному ребенку...

        - Даш, - было слышно, что разговаривать на эту тему было трудно, - она сейчас не в себе. Мы... даже не можем предугадать, как долго она будет в этом состоянии и выйдет ли вообще из него...

        - Ей нужна профессиональная помощь...

        - Уже, - перебил ее Жека, - за ней наблюдают врачи. Ей прописали какие-то препараты, но все усложняет ее беременность. Гормональные всплески, психологические потрясения... все это ухудшило ее состояние. Ей сейчас нельзя принимать сильнодействующие лекарства, это может отразиться на ребенке... в общем, все сложно. Но после рождения ребенка... я... в общем, я принял решение положить ее в лечебницу...

        Даша сглотнула. Ей срочно нужно присесть.

        - Все настолько серьезно? - тихо спросила она.

        - Да, - выдохнул Жека, - доктор прогнозирует приступы агрессии.

        - Я... - Даша не знала что сказать. Голова была абсолютно пустой. Сколько раз она представляла себе, как отомстит ей? Сколько раз она видела в своих мечтах разбитую и уничтоженную Катерину, у которой ничего не осталось? Ну что же, вот она месть. Даша получила то, что так долго ждала... только внутри было пусто и глухо. Не было радости, не было злорадства, не было ничего...

        - Даш? - из долгого молчания, Жека начал беспокоиться за нее.

        - Я... Мне нужно бежать, Жень, - выдохнула Даша. - Я тебе потом перезвоню.

        И положила трубку. Ей требовалось время и место, уединенное место, чтобы все обдумать.

        После этого эпизода, Даша, как ни странно, стала чаще навещать Катю, она практически не разговаривала с ней, просто была рядом, наблюдая, как когда-то цветущая молодая женщина превращается в абсолютное ничто...

        Все было спокойно и размеренно. Страсти бурлили только в самой Даше, которая все никак не могла решиться на что-то конкретное... но все спокойствие рано или поздно заканчивается. Один звонок перевернул мир Даши, одна поездка, изменила ее жизнь и дала ей то, что она так нуждалась. Двадцать пятого января, глубоким вечером ей позвонила Катерина и слезно просила ее приехать, было слышно, что она находилась в состоянии близкой к истерике... и Даша приняла решение ехать, не смотря на начинающуюся снежную бурю, еще не зная, чем это все для нее кончится.

        Даша выскочила из дома, просто накинув на себя куртку. По голосу Кати было понятно, что та на гране истерики. Нужно было добраться до загородного дома, пока погода окончательно не испортилась. Катерина должна была родить через две недели, но истерить ей сейчас было противопоказано. Беременность итак проходила трудно, наблюдающий Катю врач опасался, что ребенок может родиться с отклонениями. И хотя физических отклонений не было, состояние матери вполне могло отразиться на девочке, а с учетом того, что Катерина на начальных сроках беременности не слишком утруждала себя правильным режимом и того, что был произведен анализ ДНК еще не родившегося плода, то проценты в пользу того, что ребенок может иметь в последствие разного рода дефекты увеличивались до критических. Самой Кате было на это откровенно плевать. Воронов же относился к этому с практической точки зрения, по любому ребенка своего он не бросит, но и особой любви маленькой еще не родившейся девочке он не питал. Единственный кто хоть как-то беспокоился о ней был Жека. Он особо не распространялся об этом, но Даша знала, что он постоянно бывал у
врача, ведущего Катю. Что именно он стал подготавливать детскую для племянницы, именно Алексеевский первым озаботился вопросом подбора нянечки для малышки. Мужчина устроил целый конкурс, но пока няню не подобрали, Красавчик оказался требовательным. Однажды он станет замечательным отцом и мужем. Даша даже немного начала сожалеть, что у них так все сложилось. Жаль, что она так и не смогла его полюбить... Зато маленькой девочке хотя бы повезло с дядей, который по мере возможности будет помогать и оберегать ее, и что самое важное любить. Потому что от родителей она этого может не дождаться. Вит с самого начала не хотел этого ребенка, так что рассчитывать, что он вдруг воспылает любовью к маленькой девочке не приходилось. Еще более сложным обстояло дело с матерью ребенка - Катя медленно, но неотвратимо сползала в лапы сумасшествия, а нелюбовь к собственному дитя читалась в каждом слове, в каждом жесте будущей роженицы. Даше искренне было жаль малышку, не один ребенок не заслуживает такого...

        Даша выскочила из подъезда, на улице огромными хлопьями падал снег. Сильный мороз сразу же ухватился за свою новую жертву, девушка закуталась сильнее в куртку и побежала к своей машине. Руки и щеки сразу же стало пощипывать от сильного холода. Девушка на ходу достала ключи от машины и отключила сигнализацию, когда сильный толчок заставил ее отлететь на свою же машину. Ничего не понимая, Даша набрала в легкие воздуха, чтобы закричать, но ее рот накрыла огромная ручища, не давая этого сделать.

        - Тише, киска, - услышала она голос Вадика за своей спиной. Он крепко прижал ее к ледяной машине. Так как куртка была не застегнута, она распахнулась, Даша собственной кожей ощутила обжигающий холод металла. - Будешь кричать, хуже будет. Я пока пришел только поговорить...

        Огромное тело ее бывшего любовника с силой прижало к автомобилю, не давая пошевелиться. Рот крепко закрывала его рука, а от холода она уже начала дрожать... Хотя от холода ли? Ей было страшно... очень страшно. А когда свободная рука Вадима легла на ее грудь и больно сжала, Даша заскулила от беспомощности. Она сейчас находилась в руках отъявленного бандита, который спокойно может убить... это в лучшем случае. В журналистских кругах отлично знали, как в преступном мире ломали женщин. Даше на миг показалось, что она потеряет сознание от шока, холода и безысходности. Уж лучше просто убили...

        - Ох, киска, если бы не приказ шефа, отъимел бы я тебя сейчас по полной, - хриплый голос Вадика проникал в сознание девушка, наполняя душу отвращением. - Не беспокойся, тебе бы понравилось. Все вы любите жесть и боль...

        Сильный рывок за волосы, заставил Дашу задохнуться от боли и забиться в его руках, пытаясь освободиться, но он был в несколько раз крупнее ее и при желании мог сломать ее, как соломинку. Но ее жалкие попытки прервались практически сразу, когда Беляева почувствовала возле своего горла холодную сталь ножа.

        - Я пришел предупредить, малышка, - продолжил Вадик, Даша чувствовала, как его вставший член упирается в ее попу сквозь одежду, все это явно доставляло ему удовольствие. Психованный извращенец. - Босс очень недоволен тем, как ты работаешь. Вот он и подумал, что тебе нужен стимул... так что работай по активней... хотя я от души надеюсь, что ты не справишься. Думаю, ты очень понравишься моим ребятам, киска...

        Неожиданно машина вырулила в темный двор, и свет фар осветил их, заставив Вадика вздрогнуть и посмотреть на появившуюся машину. А водитель машины тем временем подъехал к подъезду, в котором жила Беляева и уже заинтересовано смотрел на них. Рука, удерживающая ее рот, резко исчезла. И Даша сделала глубокий вздох.

        - Я предупредил, киска, - напоследок сказал он, и исчез, оставляя дрожащую от страха и холода Дашу одну.

        Девушка попыталась справиться с колотившей ее дрожью, так как она грозила перейти в истерику. Слезы хлынули из глаз, а ноги подкашивались. Ее всю трусило, руки отказывались подчиняться хозяйке и на то, чтобы открыть машину у нее ушло несколько минут. Открыв дверь, она залезла в машину. Даша пыталась выровнять дыхание, но у нее не получалось. Рыдания стали пробиваться через все попытки взять себя в руки. И она сдалась. Положив голову на руль, она заплакала.

        Даша боялась даже думать, чтобы было бы, если случайная машина не въехала во двор. Конечно, это не помешало бы Вадику сделать свое дело, если бы он всерьез решил проучить ее, но по крайней мере ему не хватило времени придумать что-то извращённое в назидание ей. В голову пришла бредовая идея поблагодарить человека, случайно помогшего ей сейчас, но когда она подняла голову, то этой машины уже не было. А вокруг нее был пустой, темный двор.


***


        Даша все-таки поехала в загородный дом. Мысль о том, чтобы остаться дома, она сразу же отмела. Ей сейчас совсем не улыбалось быть совершенно одной пусть даже в собственной квартире. Ей требовалась компания, ей нужны люди. Пусть даже это будет сумасшедшая Катя, но лучше так, чем, если бы она осталась одна.

        Добралась до дома она не скоро, все нарастающий снегопад мешал дороге. В итоге прибыла она на место назначения только часа через два после того как покинула свою квартиру. Всю дорогу до дома, Дашу не покидала одна очень интересная, но очень пугающая мысль - когда Виталий применял силу и вел себя доминирующе, Даша возбудилась, хоть ее разум и протестовал против этого, хоть и не хотела признавать этого, ей было хорошо с ним. Позже Дарья думала, что это только благодаря новизне ощущений, что возможно у нее имеются мазохистские наклонности и именно поэтому она получила наслаждение тогда, в кабинете Вита. Но сегодняшнее происшествие полностью перечеркнуло эту идею на корню, ведь ничего возбуждающего в жестоком обращении с ней Вадима она не нашла. Скорее наоборот, было больно, страшно, омерзительно... И теперь Даша не могла прятаться за этой шаткой отговоркой. Ей было хорошо с Виталием, потому что... продолжить Даша не могла, потому что не знала как продолжить. Мысли о любви, она исключала. Невозможно продолжать любить человека после того, что как он причинил ей столько боли. Невозможно любить, но можно
испытывать страсть... Странно, но после произошедшего, Беляева спокойно приняла факт, что хочет Воронова, именно Воронова, а не кого-нибудь другого. Возможно сказался шок, а возможно Даша просто смогла наконец посмотреть правде в глаза.

        Другая не менее пугающая мысль была связана с Бесом. Ей уже не намекнули, а откровенно показали, что с ней будет, если она не выполнит свою часть сделки. Теперь же оглядываясь назад, Даша поняла, что поспешила. Сильно поспешила, принимая решение объединиться с Максимовым в борьбе против Вита. Разве стоила ее месть ее здоровья и благополучия? Особенно теперь, когда Даша совсем не уверенна в том, что будет рада видеть Вита разбитым. По правде говоря, Дарья не знала, что будет чувствовать, если Бес добьется своего, но ничего хорошего это точно. Но что теперь делать? Уже поздно сворачивать с намеченного пути. Если она не сделает, что от нее требуют, то она жестоко поплатится за это. Был еще один выход... можно было все рассказать Воронову. Но где гарантии, что после того как он узнает о том, что она затеяла, он не отомстит ей еще более жестоко? Она была меж двух огней и сама себя загнала в такую ситуацию.

        Даша остановила машину около дома. На крыльце стоял Олег. Взволнованный Олег. Даша никогда не видела настолько яркого проявления чувств у телохранителя. Казалось, что он весь побелел и стал цветом практически, как только что выпавший снег. Девушка вышла из машины, уже подозревая, что твориться не ладное. Ее подозрения подтвердились. Стоило ей подойти к Олегу, тот моментально выпалил:

        - Она рожает!

        - Что? - опешила Дарья. Сегодняшний вечер был поистине шокирующим.

        - Она рожает, - повторил телохранитель.

        - Скорую вызвали? - испуганно спросила девушка.

        - Да, но они вряд ли приедут вовремя по такой погоде, - ответил Олег, и Даша поняла, что он прав. Снег падал настолько плотно, что создавалось впечатление, что снег образовывал одну сплошную стену. Практически ничего не было видно в пределах нескольких метров, Даша всерьез задумалась над тем, как сюда добралась и при этом не врезалась ни во что...

        Даша посмотрела на телохранителя. Тот явно не знал, что делать. Еще бы, телохранителей не обучали тому, как принимать роды. Ехать самим было безрассудно. Они могли попасть в аварию или сломаться по дороге, а мороз стоял сильный, можно было просто замерзнуть на дороге. Даша сглотнула, понимая, что это все значит. Им придется принимать роды.

        - Телефон работает? - одеревенелым голосом спросила Даша.

        - Пока да, - ответил Олег, видимо догадавшись, о чем она думает.

        - Есть номер ее акушера?

        - Да, - ответил телохранитель, - Вит дал мне его на непредвиденные случаи.

        - Ну что же, - прокашлявшись, проговорила Даша, - кажется, этот непредвиденный случай наступил.

        Больше они не болтали, зайдя в дом, Даша сняла короткую куртку и сразу же поднялась наверх, к роженице. Оценив ее состояние, она набрала номер доктора. Дождавшись, когда тот ответит, Даша объяснила ситуацию и попросила ей помочь принять роды... слава богу, того не понадобилось долго упрашивать и он начал их инструктировать. Катя орала и сопротивлялась, как могла, Даша пыталась ее успокоить, но та продолжала орать от боли и требовала вытащить это "отродье" из нее. В итоге, Олег сел в изголовье кровати и положил Катю на себя, фиксируя ее и не давая ей вырваться или навредить себе. Тем временем, Даша подготовила всё необходимое. Врач оказался очень точным и спокойным, что очень помогло самой Даше, у которой второй раз за вечер начался мандраж. Но она спокойно делала свое дело, иногда орала сама на Катю, пыталась успокоить и напоминала, что нужно дышать. Это были самые худшие часы в жизни Даши, такого напряжения она не испытывала никогда. К довершению ко всему через какое-то время связь прервалась и Даше самой, без подсказок, пришлось делать всю работу. Под конец все они были вымотаны до предела, Катя
уже практически не кричала, просто сил не было. Даша начала бояться, что они не справятся. Мысленно она молилась богу, чтобы тот дал возможность скорой добраться до них. Но погода не становилась лучше, ветер все также завывал на улице, а снег валил не переставая. Беляева просто не знала чем еще помочь мучившейся Кате, оставалось только подбадривать и приказывать ей тужиться. И все-таки это случилось, когда Даша уже практически отчаялась и думала что, все закончится плачевно, ребенок все-таки появился на свет. Это случилось ровно в три ночи. Даша взяла на руки маленький беспомощный комочек, который вскоре огласил своим громким криком, что он появился на свет... вот так на свет появилась Алиса Витальевна Воронова, любимая дочь своего отца, но пока об этом никто из них не знал.

        ГЛАВА 19


        Что чувствовала Даша, когда взяла на руки маленький живой комочек? Ей трудно было передать это словами и много лет спустя после происшествия. Даже позже, спустя много лет, когда она снова станет мамой, она не будет переживать вот такую бурю эмоций. Широко открытыми глазами Даша смотрела на новорожденную, а сморщенный розовый комок кричал во все свое горло, но Беляева не чувствовала раздражения, как это бывало, когда другие дети плакали. Благоговение. Вот то чувство, которое она испытывала. На ее глазах только что появилась маленькая жизнь. И эта жизнь будет расти, развиваться, будет любить, страдать, набираться опыта... Даша сглотнула комок в горле, пытаясь не допустить появления предательских слез. Она закрыла глаза и прижала к себе ребенка. Ведь она могла бы держать вот так своего ребенка, свое дитя, если бы... как много в ее жизни играет это "если бы"... Но что сделано, то сделано. Прошлое не вернуть назад, а принятых решений не изменишь. Может, сегодня ее малыш простил ее? Понял ее? Господи, ну почему ее жизнь напоминает плохо скроенную цепь неправильных решений, непонятых признаний? Она
всегда спешит, и тогда поспешила, не стоило ей тогда, принимать то роковое решение, тем более под давлением отца и врача...

        - Надо перерезать пуповину, - спокойно сказал Олег.

        От этих слов Олега, Даша прижала ребенка ближе к себе, как бы протестуя. Она знала, что это необходимо, но слово "перерезать" несло в себе некий угрожающий оттенок, и первым порывом Даши было защитить девочку. Тем более они не врачи, могут навредить... хотя, врач все объяснил крайне подробно на тот случай, если скорая не успеет во время. Но все же было страшно причинить ребенку вред...

        - Я-я... не могу, - пролепетала Даша, инстинктивно пальцами поглаживая ребенка. - И надо немного подождать.

        Олег кивнул. Врач объяснил, что желательно подождать несколько минут, прежде чем перерезать пуповину, пока та пульсирует.

        - Тогда это сделаю я, - спокойно констатировал телохранитель, сдвигая Катю с себя, и вставая с кровати.

        - Ты уверен? - Даше собственный голос показался каким-то жалким, будто бы придушенным.

        Мужчина еще раз уверено кивнул, и Даша передала ему ребенка, но не так уверенно. Девушка отвернулась, чтобы не видеть сам процесс, все же он вызывал в ней страх и опасение. Она закусила губу, ожидая, когда все закончится и, пытаясь справиться со своими чувствами. И хоть рожала не она, именно у Даши было ощущение, что ее разобрали по кусочкам, а потом заново собрали.

        Потом до нее дошло, что ребенка нужно укутать, а она не принесла пеленки. Быстро направившись в детскую, обустроенную Жекой, она нашла там пеленки и вернулась.

        - Всё, - голос Олега встретил Дашу на пороге комнаты. Он протягивал ей ребенка, и Даша, не раздумывая, взяла малышку. В этот момент до этого молчавшая Катя, решила о себе напомнить:

        - Уйдите! - закричала она. - Оставьте меня! Все!

        Даша посмотрела на измученную Катю, потом перевела неуверенный взгляд на девочку. Даша понимала, что нужно показать ребенка матери, хотя ей отчего-то это делать жутко не хотелось. Все противилось этому, но так нужно было. Был мизерный шанс, что у Кати проснутся до этого отсутствующий материнский инстинкт. Когда-то Даша думала, что лишить Катю всего будет лучшим наказанием для той. И Даша строила определенные планы для того, чтобы отобрать ребенка у Кати, но сейчас глядя на маленькое существо, которое беспокойно шевелилось в ее руках, она поняла, что таким образом могла совершить непростительный поступок против совершенно невинного ребенка. Даша тихо ужаснулась сама себе, ведь у нее были даже мысли на счет членовредительства ребенку... это непростительно, это низко. Как она могла вообще думать о таком? Как могла докатиться? Разве ее мать одобрила бы подобные мысли? Разве не учила ли ее мать тому, что дети это главная отрада для любой женщины? Что дети это святое?

        Все эти мысли стремительно пронеслись в голове у Даши, и ей пришлось прикусить щеку изнутри, чтобы не закричать в голос. Она стала такой же, как Катя! Думала только о себе и своих потребностях! Какое она имеет право решать судьбу этой малышки?

        - Катя, - тихо позвала Даша, надеясь, что Катя успокоится и не напугает ребенка, - посмотри, это твой ребенок! Это твоя девочка!

        - Не нужна она мне! - закричала Катя. - Мне никто не нужен! А ее можете выкинуть! Она - это мусор! Ничего не значащий мусор и ей самое место в мусорном бачке!

        Катерина истерила, била руками и ногами, орала, плевалась. Потом увидев ребенка в руках Даши, попыталась дотянуться до него.

        - Дай мне ее! - зашептала она, совершенно сумасшедшим голосом. - Дай мне! Я ее удавлю!!!

        Жуткое зрелище, Катя совершенно не контролировала себя. Абсолютное сумасшествие сквозило в ее чертах лица. Даша отошла от кровати, прижимая к себе ребенка, а Олег запрыгнул на кровать, пытаясь удержать сошедшую с ума девушку, которая хотела смерти собственному ребенку.

        - Дайте ее мне! Дайте! - орала Катя не своим голосом, будто бес вселился в нее.

        Беляева стояла совершенно парализованная. Происходящее было из серии невозможного... но оно происходило!

        - Уходите отсюда, - заорал Олег, пытаясь сдержать Ведьму, но видно сумасшествие действительно придавало силы, потому что он еле удерживал ее. - Унеси ребенка!

        Беляева развернулась и моментально выбежала из комнаты, будто за ней черти гнались, все также прижимая к себе ребенка.

        - Все будет хорошо, малыш, - шептала она едва послушными губами, открывая дверь детской комнаты. Войдя туда, она остановилась посреди комнаты, не зная, что делать дальше. Беляева раньше никогда не имела дела с детьми, тем более с новорожденными. Что ей сейчас сделать? Помыть его. Но как? Она боялась навредить девочке. Очень боялась, сделать что-то не так... поэтому она решила просто укутать малышку. Она закутала ребенка в теплый плед, получилось не очень, но пеленать она тоже не умела, а тепло было нужно ребенку. Что теперь? Положить в кроватку? Но... по каким-то необъяснимым причинам, она боялась оставлять ее, она вообще боялась снять ее со своих рук, будто бы сделав это, она кинет малышку на растерзание волкам. Что за бредовые мысли? Но сейчас неведомые ей инстинкты руководили ей, и Даша решила просто подчиниться им.

        Пройдя по комнате, она уселась на кресло-качалку и, прижав к себе, стала укачивать малышку. Что удивительно ребенок не плакал, а вскоре просто заснул у нее в руках. Чувство неведомой нежности нахлынуло на девушку, и она сама того не замечая стала нежно рассматривать малышку, мирно спящую в ее руках. Теплый комочек тихо посапывал, а Даша с замиранием сердца следила за каждым движением малышки, иногда нежно что-то ворковала, или просто осторожно касалась бархатной щечки. Даша сама не понимала, что происходит. И не желала анализировать, ей было просто спокойно. Впервые за долгое время, надоедливые фрагменты болезненного прошлого оставили ее. Гнев и бешенство куда-то исчезли. Она просто чувствовала, как что-то соединило ее с этой малюткой. Маленькая ниточка связала этих двух одиноких девочек, соединяя два брошенных сердца. Ниточка, которая однажды может превратиться в стальной, неразрывный канат, который не сможет разорвать ни какие враги, никакие ссоры, никакие обидные слова... Но это может случится только в том случае, если одна из них навсегда освободится от прошлого, освобождая сердце для
будущего... а пока их соединяла лишь маленькая ниточка... которая в любой момент могла оборваться.

        В таком положении их застал Олег, неуверенно потоптавшись на пороге, он спросил:

        - Как девочка?

        - Спит, - ответила Даша, отводя нежный взгляд с новорожденной. Она не должна привязываться к ней, Беляева это прекрасно знала. Но какое-то непонятное чувство родилось сегодня ночью к этой малышке. Дарья ужасно боялась этих теплых чувств, ей еще и помимо любви к ее отцу, осталось и ее полюбить... Любви? К ее отцу? О чем она вообще думает... Крыша поехала, как и у Кати! Конечно, она его не любит! Только хочет, простая похоть! Только ее разумная часть, которая уже отчаялась быть услышанной опять, покачала головой, дивясь как можно так долго обманывать саму себя. - Олег, скажи, а ты умеешь обращаться с детьми?

        Мужчина нахмурился, будто бы она наступила ему на больную мозоль. Очень больную.

        - А вам зачем, Дарья Дмитриевна? - спросил он, очевидно надеясь ускользнуть от ответа.

        - Ох, перестань меня звать по имени отчеству, - тихо заметила Даша, - учитывая, что мы с тобой сегодня пережили, можно и на "ты" перейти!

        - Хорошо, Даша, - улыбнулся телохранитель.

        - Я не лезу тебе в друзья, - успокоила его Даша, - ты не думай. Просто я совершенно не умею обращаться с детьми, тем более с такими маленькими, как наша малютка...

        - А по вам и не скажешь, - заметил он, оглядывая, как нежно баюкает Даша девочку в своих руках.

        - Не умею, - отрезала Даша, - девочку надо помыть, а я... я боюсь это делать... вдруг я ей наврежу.

        Последние слова Дарья сказала совсем тихо, будто бы признавалась в чем-то постыдном.

        Олег вдруг улыбнулся. Даша давно знала это мужчину, и он настолько редко улыбался, что девушка окаменела, когда стала свидетельницей этого зрелища. А еще подметила, что мужчина был красив грубой, мужественной красотой. И улыбка у него, не смотря на то, что этот человек побывал в горячих точках, служил в правоохранительных органах и наверняка убивал и видел, как убивали других, была добрая.

        - Сидите здесь, - сказал он, - думаю, что смогу что-то с этим сделать.

        Даша так и поступила и осталась на месте, смотря, как телохранитель суетится, возится с ванночкой и какими-то баночками, набирая воду, определяя температуру.

        - Как там Катя? - спросила Даша. Ей было страшно вспоминать, что было после родов. Ведьма совершенно лишилась разума. Беляева никогда не думала, что опустившийся вид Кати может вызвать в ней сожаление. Но так получилось. Даша глянула на все еще спящий комок, ей было безумно жаль девочку, которая появилась на свет от этой женщины, которая совершенно не умеет никого любить. Как можно желать смерти этой малютке? Это было дико.

        - Спит, - резко ответил телохранитель, было видно, что он не любит Катю, - я ей вколол успокоительное.

        Дарья больше не стала спрашивать о ней. Казалось, что стоит только заговорить о ней, как спокойствие и тишина ночи, которая прерывалась лишь завывание ветра за окном, закончится и малышка, спящая в ее руках, окажется в опасной близости от своей неуравновешенной матери.

        - Ну, все, готово, - произнес мужчина, и Даша встала, чтобы передать ребенка мужчине. Когда Даша оторвала девочку от себя и отдала Олегу, девочка проснулась и заплакала. Даша инстинктивно, чуть не выхватила ее из рук мужчины, чтобы успокоить, но остановила себя. Подняв голову и посмотрев на телохранителя, она поняла, что ее телодвижения ни остались незамеченными, Даша потупилась и опустила руки по бокам, сжимая кулаки, чтобы не дать настырным рукам добраться до девочки.

        Олег взял на руки малышку, очень профессионально надо отметить, и стал ее покачивать, но девочка все также плакала, не желая успокаиваться. Плач девочки разрывал Даше сердце, она понимала, что с ней все в порядке, но сердце все равно бешено билось, желая успокоить малютку. В итоге Даша не выдержала, сделав шаг к мужчине, она наклонилась и погладила ребенка по лобику.

        - Ну, тише, малышка, тише, - нежно проговорила она, - сейчас мы тебя помоем и чудо-телохранитель тебя запеленает, а то неумеха Даша этого сделать не может, после чего ты поспишь, родная...

        Вот неся такую околесицу, Даша потихоньку успокоила малышку, которая теперь не плакала, а очень внимательно слушала странную тетю.

        - Однажды ты станешь отличной матерью, Даша, - сказал Олег. Эти слова каленым железом прошлись по нервам, заставив резко отступить. Не поднимая глаз, она пробормотала:

        - Думаю, ее нужно искупать.

        Даше не нужно было смотреть на Олега, чтобы понять его недоумения. Такие простые слова, вызвавшие такую сильную бурю в ее душе. Хорошая мать? Это вряд ли... ей захотелось заплакать, просто плакать пока вся та боль, скопившаяся за эти годы не выйдет из нее, будто из скрытого нарыва гной... вот только легче не станет, боль и чувство утраты всегда возвращаются...

        - Когда-то у меня был сын, - слова Олега привлекли внимание Даши. Мужчина деловито начал мыть девочку, очень умело, будто бы постоянно этим занимался.

        - Был? - спросила Даша. - Он умер?

        - Нет, - вздрогнув, ответил Олег, - слава богу, нет. Однажды я женился на беременной девушке. Я знал, что ребенок не мой, а у нее ситуация была безвыходная. Алена меня умоляла помочь ей, войти в ее положение. И я согласился. В то время меня самого бросила девушка. Мы с ней собирались пожениться, но однажды я вернулся из очередной командировки, а ее уже не было... Мать рассказала, что все это время она от меня гуляла, и что, скорее всего, Ира уехала со своим очередным хахалем, подальше отсюда. Мне стало жаль Аленку, тем более я сам находился в сходном положении. Я чувствовал себя преданным, а Алена... когда-то мы уже были вместе, и женитьба на ней своего рода была протестом. Протестом против своих же чувств к Ире. Но на протесте и жалости брак не построишь. Наш брак продлился едва ли больше года, но за этот год я успел привязаться к Лешке. Ребенок полюбил меня, как отца, а я действительно считал его своим сыном. Только так не считала Алена. Вскоре Алена ушла от меня, лишив даже возможности видеться с Лешей. Сейчас она вышла замуж за биологического отца Лешки, а сына я не видел уже четыре года.

        - Мне очень жаль, - тихо произнесла Даша. Очень грустная история. Как можно быть настолько бессердечной и не позволять видеться с ребенком? Возможно, он не настоящий отец, но он желал им быть... и помог ей и ее ребенку, и так отблагодарить за это?

        - Мне тоже, - грустно улыбнулся Олег, практически закончив мыть ребенка. - Ну вот, осталось только запеленать.

        Дальше мужчина показал, как это делать. Даша старательно запоминала все, что показывал мужчина, совсем забывая о том, что ребенок не ее, и не ей заботится о нем.

        Скорая прибыла только утром. Роженицу и новорожденную сразу же забрали на обследование. Сама Даша по быстренькому смылась из дома еще до приезда Вита, ей почему-то сейчас совершенно не хотелось встречаться с ним. Ей нужно все обдумать, понять, что делать дальше.

        Последующие две недели, Даша все еще не могла придумать, что ей делать. Плясать под дудку Беса ей совсем не улыбалось, да и мстить ей как-то расхотелось... Даша не была уверенна, в чем дело, но желание все сметать на своем пути, как-то притупилось. Да, ей все еще было больно вспоминать свое прошлое, но той обжигающей боли не было, казалось, что Алиса, а именно так Вит назвал новорожденную, своим появлением заставила круто пересмотреть Дашин взгляд на этот мир. Беляева до сих пор была обижена на Виталия, до сих пор его предательство причиняло боль, но эта боль была терпимой. Что-то внутри все еще требовало сделать ему больно, унизить, но Даша понимала, что ее действия на прямую принесут ущерб его дочери, ведь из родителей у нее был только он.

        Катерина оказалась совершенно спокойно перенесла роды, у нее даже разрывов не было, что удивительно, учитывая в каких условиях и кто именно принимал роды. А вот в уме Ведьма совершенно повредилась, ее сразу же уложили в психиатрическую лечебницу. Жека ходил как в воду опущенный, но маленькая племянница радовала его сердце. Воронов же особой любви к дочери не проявил, спихнув все заботы на своего друга. Алексеевский же по мере возможностей заботился о девочке, каждый день, навещая ее. Вит нанял нянечку с обширнейшим списком рекомендаций с прошлых мест работы, но, по мнению Жеки, она была слишком сухой. Женщина была сорока лет, незамужняя, не имеющая детей, и, по мнению Жеки, совершенно лишенная материнского инстинкта, но прямых доказательств в ее некомпетентности у него не имелось, так что приходилось ему терпеть. Всё это Жека сам поведал Даше, он вообще последнее время часто зависал ее у нее, рассказывал о себе и своей жизни, а еще, как подозревала Беляева, пытался узнать, как дела у Орхидеи... Даше удалось даже пару раз уговорить Жеку взять ее с собой, когда он проведывал ребенка. Девушка
старательно скрывала свой интерес к Алисе и ее жизни, но видать это не сильно ей удалось, потому что пару раз ловила задумчивые взгляды Жеки. А Даша ничего не могла с собой поделать и волновалась за девочку, которой помогла появиться на свет.

        С Витом Даша практически не пересекалась, только пару раз он подвозил ее домой. Она со стыдом призналась себе, что скучает по нему, это было странно. Она настолько привыкла к его молчаливому присутствию в своей жизни, что Дарья начинала испытывать дискомфорт, когда его не было рядом. И хотя, Беляева понимала, что все время занимают дела, связанные с заключением грандиозного нового контракта, где-то в подсознании Даша мучилась, мучилась от ревности. Мысли о том, что он может проводить вечера в объятиях барменши заставляли тихо сходить ее с ума, вымещая ярость на подвернувшихся под руку вещах. Это было безосновательно, это было глупо. Но Даша ревновала его к любовнице. Тем более сейчас, когда он начал бракоразводный процесс, и вскоре опять станет абсолютно свободным.

        ГЛАВА 20


        Даша уставилась в телефон, все происходящее вокруг казалось приглушило свои звуки, все внимание девушки были прикованы к словам на экране телефона. "У тебя есть две недели, киска. Это всё что у тебя осталось. Надеюсь, ты бреешь свою прекрасную киску. Ей в ближайшее время предстоит очень много работы", - гласило сообщение с неизвестного номера, но не нужно обладать супер дедукцией, чтобы понять, кто именно его прислал. Даша только гадала, почему его так долго не было видно и слышно. А все эти две недели она ждала, когда же Вадим нарушит молчание. Ну что же, вот и нарушил. Не то чтобы она была не готова к такому, но угроза все равно произвела на нее отличное впечатление. Даша отлично помнила, как этот псих лапал ее тогда на улице. Ощущение его рук на ее теле, холод сковывающий тело... Даже сейчас сидя в тепле у Беляевой на руках встали волоски от ужаса. Ей совсем не хотелось давать ему повода для изнасилования. Сама мысль о том, что кто-то может коснуться ее без ее разрешения, без ее желания вызывала приступы сильного головокружения. Беляева уже была не рада, что затеяла это все. Ей хотелось сейчас
одного - оказаться подальше отсюда. Нужно было послушать Женю, когда она предлагала уехать, но тогда бы она не помогла родиться Алисе...

        Как сложно устроен мир, всего одна маленькая песчинка может склонить чашу весов в ту или иную сторону. Дарья чувствовала себя этими самыми весами, которые с появлением маленькой песчинки - Алисы - снова поменяли приоритетность чаш. И вот уже желание начать все сначала, примириться с прошлым и отпустить его перевешивает желание мести и крови. Кому сейчас от того, что она унизит и лишит всего Вита, станет лучше? Ответ простой - никому. Ну, может только Бесу, который только спит и видит заполучить "Виват" себе.

        - Даша!

        Девушка обернулась и увидела спешащего к ней Алексеевского. Он выглядел взмыленным, будто отпахавшая весь день на пашне лошадь.

        - Жека, привет! - поздоровалась Даша, вставая с места. - Ты чего здесь? У тебя же сегодня представление в клубе новой программы...

        - Да, но я по запарке забыл передать важные документы Виту, а они ему завтра с утра нужны для подписания, - выдохнул скороговоркой Красавчик. Ну что поделать с ним, даже весь вспотевший, растрепанный он смотрится красивым... теперь понятно, почему его так прозвали.

        - Так что ты тут делаешь? - спросила Даша. - Его тут уже с четверга не было.

        Последнее она сказала с какой-то непонятной тоской. Эти несколько недель после рождения дочки Вит будто бы от нее отстранился, отгородился, что по идее должно вызывать только радость, но вызывало только грусть, тоску и ревность...

        - Странно, - нахмурился мужчина и запустил руку в пышную копну волос, - его секретарша сказала, что он сегодня должен быть здесь...

        Секретарша значит? Ой, да ладно, еще одна его подстилка! Даша помнила ту длинноногую блондинку, которая сидела в его приемной. Тот единственный раз, когда Даша была в офисе Воронова, эта обесцвеченная швабра долго не хотела пускать ее к нему, да еще и пару раз умудрилась съехидничать в ее адрес... Правда, потом Воронов все-таки вышел из своего кабинета и очень удивился тому, что Даша дожидается его в приемной. Эта блондинистая мымра даже не удосужилась доложить о том, что Беляева ждет его, хотя ей сказала обратное. В тот момент, Дарья была готова собственноручно придушить зарвавшеюся секретутку, но ее опередил Воронов... Даше потом даже жаль стало глупую блондинку, но потом она вспомнила, как та высокомерно вела с ней, и жалость растаяла без следа.

        - Эта безмозглая блондинка наверняка что-то опять перепутала, - пробурчала Даша с ревнивыми нотками в голосе.

        - Ты о Вере? Так Воронов же ее уволил еще месяц назад, после того случая... - еще больше нахмурившись, поведал Жека.

        - Он ее уволил? - удивилась Даша, чувствуя, как ее охватывает радость. Не хорошо конечно, все-таки человек работу потерял, но Беляева все равно повеселела. Мысли о том, что эта Вера может быть любовницей Воронова не давала ей покоя уже не первую неделю...

        - А ты ожидала чего-то другого после того как она повела себя с тобой? - ответил вопросом на вопрос Жека.

        Даша пожала плечами. Откуда ей знать, как поведет себя Вит? Он всегда был очень непредсказуемым, невозможно предугадать, что он сделает в ту или иную минуту. Возможно, это в нем ей и нравилось. Его непредсказуемость вносила в их отношения свою долю перца. Он всегда привлекал своей темной стороной, своей угрожающей натурой, которую невозможно было контролировать. А ей хотелось покорить его, приручить... и когда это ей не удалось, Даша стала верить в то, что он что-то скрывает. Природная недоверчивость, усугубленная детской травмой в связи с разводом родителей, и его скрытный характер сделали свое дело.

        - Я ничего и не ожидала, - буркнула она.

        - Веру он уволил, - почему-то улыбнулся Жека, кажется эта ситуация казалось ему забавной. - Девушка позволила себе непростительную оплошность...

        - Интересно, почему она решила, что имеет право на эту оплошность? - ехидно спросила Даша.

        - Не знаю, - Жека деланно пожал плечами, изображая недоумение, хотя в глазах сверкали искорки смеха, - а почему все женщины после случайной сексуальной связи думают, что получили права на мужчину?

        Женька откровенно потешался, Даша не знала над кем именно, но подтвердившаяся новость о том, что тупая блонди была еще одной любовницей Вита, добила ее. Девушка серьезно пожалела, что в ту встречу не дала волю своему темпераменту. Может ничего конкретного не добилась бы, зато сейчас бы испытывала удовлетворение, что хоть как-то поквиталась с соперницей.

        - Что-то больно у тебя взгляд кровожадный, Даш. Случилось что? - Жека практически в открытую смеялся над ней.

        - Издеваешься надо мной? - взревела Даша. Может сейчас нет под рукой той секретутки, но она спокойно может отвести душу пройдясь по этому нахалу!

        - Успокойся, милая, - примирительно сказал Алексеевский, когда она повысила голос и привлекла внимание посетителей ресторана и персонала. - Давай не будем привлекать внимания. Ты все же на работе.

        - Никакая я тебе не милая, дурак, - Жека как всегда быстро остудил бурлившие эмоции одной своей улыбкой, и Даша снизила тональность, но, тем не менее, ударила его в плечо. Для профилактики. - Ты с какой целью рассказываешь это все мне?

        - Это забавно, - выдал мужчина, все также ослепительно улыбаясь. Даше осталось только головой покачать, злиться на него не возможно, но негодование нужно ведь как-то показать.

        - Очень рада, что ты находишь меня забавной, - обиженно надула Беляева губки, притворяясь расстроенной.

        - Я не тебя нахожу забавной, а те прятки, в которые вы с Витом играете, - уже серьезно проговорил Жека.

        - Я не играю ни в какие прятки, - огрызнулась Даша, хотя в душе призналась себе, что, не смотря на все неосознанное желание быть рядом с Вороновым, она действовала совершенно в противоположном направлении. Стоило ему сделать хотя бы шаг в ее направлении, Даша отступала на два.

        - Угу, - согласился Жека, - только смотри не натвори чего-нибудь из-за своей ревности. Вон итак ходишь вся как на иголках последние недели.

        - Какой ревности? - Даша решила играть в дурочку до конца, хотя в открытую лгала Жеке, но ей совсем не хотелось, чтобы Жека знал о ее чувствах к Виту. Она сама еще не разобралась чего же она хочет от мужчины, а Алексеевский мог случайно проболтаться обо всем другу. Или не случайно...

        - М-да, Беляева, - протянул Жека, - жаль, что ты не пошла по стопам матери, актриса из тебя получилась бы замечательная.

        - Буду считать это комплементом, - хмыкнула Даша. - Слушай, Алексеевский, давай делай свои дела по-быстрому и поезжай в свой клуб, а то я от тебя устала уже!

        - Заманчивое предложение, детка, но ведь мы решили остаться друзьями, - проговорил Красавчик, сделав милую моську. - Так что я вынужден отклонить твое очень соблазнительное предложение!

        Даша в ответ на это только глаза к потолку возвела. С этим мужчиной иногда просто невозможно разговаривать!

        - Жень, у тебя дела, а тебе еще документы передать Виталию нужно, - намекнула Дарья. - Думаю, тебе нужно поискать его в офисе.

        - Да нет его там, - раздраженно ответил мужчина и опять запустил руку в многострадальную шевелюру. - Слушай, а у тебя, когда заканчивается смена?

        - Уже закончилась, - вздохнула Даша, прекрасно понимая к чему ведет этот обормот, - полчаса назад.

        - Как удачно! - с энтузиазмом воскликнул Жека. - Не могла бы ты...

        - Не могла, - отрезала Даша, - я жутко устала и хочу только одного - спать!

        - Ну, пожалуйста, свет моих очей, - затараторил Жека, - пожалуйста! Хочешь, я встану перед тобой на колени! Ты единственная моя надежда на то, что завтра Вит не оторвет мне голову. Или что-нибудь похуже...

        И начал порываться сделать задуманное, то бишь на колени встать. Даша схватила его за руку, пытаясь остановить. Со стороны они выглядели довольно комично.

        - С ума сошел! Хорошо! Хорошо, отвезу я ему эти документы, только перестань меня позорить! - сразу же согласилась Даша.

        - Белоснежка, ты настоящий друг, - ослепительно улыбнулся Евгений и вручил папку с документами. - Думаю, тебе лучше отвезти их в загородный дом, там ты его точно встретишь.

        - Ты уверен, что он сегодня будет ночевать дома? - с сомнением спросила Даша, задумчиво глядя на папку в своих руках.

        - О да, он сейчас ведет отшельнический образ жизни, даже Арину уволил, - как бы между прочим рассказал Жека. - Ну, тогда отвезешь документы и заодно проведаешь Алиску. А то сегодня я не смогу заскочить к малышке, а то мымре-няньке я не особо доверяю...

        Ах, вот к чему это все! Как Даша раньше не догадалась, к чему ведет Красавчик? Она уже хотела спросить, почему напрямую попросить навестить Алису, но мужчина быстренько чмокнув ее в нос, смылся, не дав ей даже рта раскрыть.

        Оглянувшись по сторонам и убедившись, что за ней никто не наблюдает, Даша поднялась на второй этаж в свой кабинет. Закрыв дверь, Беляева облокотилась на нее и открыла папку. Там были какие-то договора, и схемы. А еще чертежи какого-то объекта. Даша быстро пробежалась глазами по документам. Кажется, Воронов получил заказ на строительство крупного золотодобывающего завода. Девушка слышала, что недавно было открыто обширное месторождение золота в Сибири. Виту удалось отхватить завидный кусок. Эти документы наверняка строго засекречены.

        Даша подняла голову и уставилась в пустоту. Если она отправит копии этих документов Бесу, то ее оставят в покое. Но это может навредить Виту... а разве не этого она хотела? Как выяснилось не этого. Даша закрыла глаза, но теперь у нее не было выбора, если она не хочет оказаться изнасилованной, избитой, а потом и убитой.

        Беляева подошла к сканеру и принялась сканировать документы, на это ушло довольно много времени. Когда после файл был отсканирован, Даша долго не могла решиться на отправку, так и сидела, уставившись в монитор. Время шло, а она никак не могла на это сделать. Убрав руку с мышки, Даша встала и отошла к окну. Вечерний сумрак не мог дать ответ на ее немой вопрос. Делать или не делать? Ну прямо-таки шекспировские страсти. Еще недавно она хотела краха Воронова, но теперь, когда она могла сорвать ему крупный заказ, Даша начала сомневаться. Она не хотела причинять ему вреда. Чтобы она сейчас не сделала, это не вернет ей ребенка. Да и был ли виноват Вит в том, что их ребенок так и не появился на свет? Нет, не был. Ответ был прост. Она просто переложила вину на него, пытаясь хоть на кого-то перенести груз непосильной вины, которая преследовала ее. Ведь она могла спасти ребенка, могла поспорить с врачом и отцом, отстоять его, но ей тогда было абсолютно безразлично. Она просто молча согласилась, а нужно было отстаивать право на жизнь своего не родившегося ребенка. Да, Вит когда-то изменил ей, но не он толкал
ее под машину, не он лишил ее ребенка. Мужчины часто изменяют, но если бы все женщины решили мстить своим неверным половинкам, то здоровых и успешных мужчин наверняка бы не осталось на этой земле. Да и какое она имела право осуждать его, ведь сама когда-то сделала тоже самое, пусть и по глупости и дурости, но пошла на этот шаг добровольно, никто не принуждал ее изменять. Она первая разорвала ту хрупкую ниточку доверия, что существовала между ними. Сколько раз он говорил, чтобы она не доверяла Кате? Но в своей самоуверенной гордыне, она сама не желала замечать правду. А ведь она так и не узнала, чем именно Катя его шантажировала. Но имело ли это значение сейчас, когда она собиралась подставить Виталия?

        Последний раз взглянув на ночной город, Даша все-таки подошла к компьютеру и отправила файлы, искренне надеясь, что Бес не успеет помешать завтрашнему подписанию контракта.


***


        Подъехав к дому, Даша выключила зажигание. Она не собиралась здесь задерживаться, поэтому оставила машину у ворот. Выйдя из автомобиля, девушка сильнее закуталась в куртку и легкой трусцой побежала к дому. Не сильно хотелось отморозить свою пятую точку на таком морозе. Сколько раз Даша зарекалась купить себе длинную куртку или шубу, прикрывающую попу. Здесь морозы были сильные, не стоило ей в такую погодку выставлять напоказ свои прелести, но ей банально не хватало времени, чтобы дойти до магазина верхней одежды. Вот и приходилось щеголять в короткой курточке, рискуя отморозить себе мягкое место. Сейчас Воронов все-таки подобрал администратора, который будет подменять ее, так что у нее, наконец появится возможность прошвырнуться по магазинам и пополнить свой гардероб, а заодно приобрести, что-нибудь для дома.

        Когда Воронов сказал, что в квартире после ее отъезда никто не жил, он не шутил. Когда она заехала в квартиру, то удивилась. Очень сильно удивилась. Было ощущение, будто она попала прямиком в прошлое. Было видно, что в квартире убирались, но все ее вещи были на месте. Вся мебель осталась прежней, как и вся обстановка. Подушки, которые она сшила своими руками, заботливо лежали на диване, а кровать покрывал плед связанный ею. Практически ничего не поменялось там, кроме того, что в холодильнике было пусто, да и все ее крема и косметические средства были выброшены, как только истек их срок годности. Даже практически все цветы были на месте, кроме нескольких. Фикус, который она так заботливо выращивала, разросся до невероятных размеров. Как и алоэ. Как выяснилось потом, Воронов нанял женщину, которая два раза в неделю посещала квартиру, прибирала, поливала цветы и следила за порядком. Создавалось впечатление, что Вит ожидал, что она вернется. Ждал и... надеялся.

        Было, похоже, что не только она не смогла отпустить прошлое. Воронов никогда не отличался сентиментальностью, но все его действия указывали на то, что он ее ждал. Или ей так хотелось думать, Даша уже ничего не исключала. Девушка совершенно отчаялась понять и постичь свой разум. Она так упрямо все эти годы пыталась уйти от прошлого, при этом лелея свою обиду, что мозг просто перестал понимать чувства, которые она испытывала. И пытаться определить причины тех или иных ее поступков сейчас не представлялось возможным. Сама она слишком запуталась в себе самой, чтобы пытаться прямо сейчас раскладывать все по полочкам. Тем более в данный момент была дела более важные. Например, выжить, при этом оказаться не изнасилованной или не избитой, и желательно со всеми конечностями при себе.

        Добежав до двери, она подергала ту. Та оказалась запертой. Пожав плечами, она пошарила в сумке и отыскала ключи, которые ей дал Жека. Зачем он ей их дал, она так и не поняла. Он просто вручил их ей, и приказал не спрашивать почему. Ну, она и не спрашивала. Это случилось после того, как Даша приняла роды. Возможно, Жека думает, что Даша после того, как поучаствовала в процессе рождения ребенка, захочет участвовать и в его дальнейшей жизни. Правильно думает, кстати. Вопреки всем доводам разума, Даша действительно беспокоилась за малютку. А это значит, привязалась к ней. Может просто в ней заговорил материнский инстинкт. Ведь то ощущение когда берешь на руки маленькое, теплое тельце, невозможно передать словами. Ту беззащитность и мудрость в по-детски невинных глазах ребенка не передать ничем. Несколько раз ей снилось, что Алиса не дочь Кати, а ее дочь. Во сне она любила, защищала и лелеяла ребенка. Беляева понимала, что сон это скорее всего проекция ее собственных чувств и желаний. После происшедшего пять лет назад, Дарья многое делала для того, чтобы стать матерью - проходила обследования,
консультировалась у специалистов, пила таблетки, ей даже делали искусственное оплодотворение, но все бестолку.

        Первые два года Даша была просто одержима идеей стать матерью, но у нее ничего не получалось. Никакие врачи не помогали. И Дарья, в конце концов, просто бросила это дело. Как-то Женя вытащила ее к какой-то известной гадалке, чтобы та рассказала ей ее судьбу. Женьке она тогда нагадала красивого светловолосового мужчину, который станет ее мужем, но пройти испытаний им придется не мало. А Даше она просто сказала, что ее желание исполнится, но не так, как она того желает. И все. Даша ничего так и не поняла, кроме того, что, скорее всего, она не станет матерью.

        После этого она даже не пыталась построить хоть какие-то нормальные отношения с мужчинами, и как Лера ей и сказала, просто искала мужчин, с которыми никогда не сможет построить нормальные семейные отношения. И это было не из-за Виталия, все дело было в ней. В ней самой. Она подсознательно не давала себе шанса стать счастливой, пытаясь наказать себя за тот выбор, который ее заставили сделать. Да и никто не смог бы занять место рядом с ней, по одной простой причине - Даша так и не смогла отпустить Вита, он все еще был с ней, в ее голове, в ее сердце.

        Войдя в дом, Даша услышала музыку, доносившуюся со второго этажа. Она была достаточно громкой, и заставила Дашу нахмуриться. Девушка поднялась на второй этаж и первым делом отправилась в детскую. Дойдя до нее, Даша поняла, что музыка орет из комнаты рядом с детской, перебивая надрывный детский плач. Бросившись в детскую, Даша, не раздумывая, взяла плачущую малышку на руки и стала качать, но громкая музыка, доносившаяся из соседней комнаты, мешала успокоить ребенка. Положив малышку в колыбель, Даша вышла из детской и попыталась зайти в комнату, принадлежащую няне, как догадалась Дарья. В данный момент девушка была настолько зла, что была готова практически убить голыми руками эту нерадивую женщину.

        Дверь оказалась заперта и Даша стала колотить в нее со всей силы. Через некоторое время до находящихся в комнате видно дошло, что кто-то стучит к ним в комнату. Беляева уже догадалась, чем занималась эта няня в свое рабочее время, ее одно беспокоило, куда подевались Олег и Макс. Кто-то из них всегда был в доме. В голову даже закралась мысль, что один из телохранителей замутил с новой няней, но Даша усиленно не желала в это верить. Обоих телохранителей Воронова Даша уважала, и ей совсем не хотелось разочаровываться в людях. Мысль о том, что там может быть Вит, Беляева отмела, потому что если так, то она убьет обоих. Хладнокровно, извращенно, медленно и наслаждаясь процессом. Очень не хотелось садиться в тюрьму из-за этих двоих, так что Даша предпочла просто не думать о такой возможности.

        Через несколько минут ей открыли, предварительно сделав музыку тише. Ей открыла растрепанная женщина лет сорока, которая прикрывалась простыней. Довольно симпатичная, но как Жека заметил, что-то было в ней от сухаря. Холодные серые глаза остановились на Дарье, осматривая ее с ног до головы.

        - Кто вы? - вопрос прозвучал довольно грубо.

        - Так вы, значит, и есть няня, - постановила Даша, - хорошо же вы справляетесь со своей работой. Ох, извините это уже не ваша работа, потому что как только Виталий узнает, что происходит тут в его отсутствие, вы этой работы лишитесь!

        - Не вам это решать, - прошипела женщина, чем еще сильнее разозлила Дашу. - Кто вы вообще такая?

        - Я? Я близкий друг семьи, только вас это уже не касается. Вон отсюда! Забирай свои манатки, своего трахальщика и убирайся! - заорала Дарья, отчего притихший ребенок вновь заплакал с новой с силой. Даша в уме дала себе увесистый подзатыльник.

        - Не вам это решать, - заявила няня. - Только Воронов...

        Тут Даша не выдержала, злость на эту женщину, которая посмела так обращаться с Алисой, выплеснулась, и Даша вцепилась в волосы няне, притягивая голову той к себе.

        - Я сказала, вали отсюда, тварь, - прошипела Даша. - Если я увижу тебя еще раз в этом доме, я тебя урою. Это понятно?

        Тут дверь открылась полностью, и появился любовник этой няни. С облегчением Даша поняла, что это был не Виталий. Это был какой-то посторонний мужик, смутно знакомый Даше. Дальше ей стало не до размышлений. Он сильно сжал руку Даше, заставляя отпустить волосы своей любовницы. Ей стало больно, и девушка отпустила захват. Дернув руку, Беляева попыталась освободить руку из захвата мужчины, но тот не выпускал, нахально ухмыляясь. Даша, совершенно не соображая от злости на этих людей, зарычала, готовясь кинуться на этого мудака. Может большого вреда и не нанесет, но лицо точно расцарапает. Согнув пальцы свободной руки так, словно они были когтями, Даша приготовилась напасть.

        - Что здесь происходит? - громкий окрик со стороны лестницы, заставил Дашу изменить свои планы.

        С появлением хозяина незнакомый мужик сразу подрастерял храбрости, сразу же отпустил руку Даши и скрылся в спальне. Няня так и осталась стоять на пороге своей комнаты, огромными глазами смотря то на Дашу, то на хозяина, будто бы не знала, кого большей ей следует бояться. Даша злобно глянула на няню. Правильно пускай боится, за свою девочку она кого хочешь, порвет.

        - Что здесь происходит? - грозно повторил свой вопрос Виталий. Сзади него стояли Олег и Макса, видно они его куда-то сопровождали.

        - Эта девушка, - начала няня оправдываться, - она все не правильно поняла...

        - О да, - ехидно вставила Даша, более-менее обуздав свой гнев, - я все не правильно поняла. И как вы можете объяснить тот факт, что вы в рабочее время трахаетесь со своим любовником, при этом включив музыку на всю мощь, чтобы плачь ребенка не мешал вам? Магнитными бурями? Или может у вас течка началась?

        Даша просто не стала слушать дальнейший разговор, отвернувшись, девушка направилась в детскую, чтобы успокоить бедного ребенка.

        - Ты куда? - услышала она окрик Виталия.

        - Выполнять обязанности няни, - ответила Даша, даже не повернувшись, после чего исчезла в детской комнате, закрыв за собой дверь.

        ГЛАВА 21


        Закрыв дверь в детскую, Даша прислонилась к двери, но плачь Алисы быстро заставил забыть все переживания, и девушка подошла колыбели. Взяв маленький сверток на руки, Даша стала ходить по комнате, тихо укачивая ребенка и напевая старые колыбельные песни. Успокаивая ребенка, Даша и сама успокаивалась. Накопившееся напряжение выплеснулось на няню и ее любовника, Даша не жалела, что сделала это. Но она сорвалась, просто сорвалась, а это говорит о том, что девушка практически на грани. Даша всегда гордилась тем, как научилась контролировать свои эмоции за эти годы. Хладнокровия выручало ее в самых опасных моментах. Что же, можно сказать, что ее хваленное хладнокровие не распространялось на Воронова и его дочь. Стоило делу коснуться этих двоих, как у нее напрочь перегорали все предохранители. Она теряла контроль над своими эмоциями, и даже спустя столько лет Виталию до сих было достаточно подарить ей одну свою такую редкую улыбку, и Даша сразу же забывает об окружающем ее мире. После она конечно же корит себя за слабость, обзывая себя последними словами... Именно он может разозлить, рассмешить,
расстроить, возбудить, заставить ревновать практически ничего не делая для этого. И теперь эта кроха над ней имела такую же власть. Даша прореагировала, будто бы Алиса была ее дочерью, кинулась защищать ее. Девушка понимала, что такая привязанность не совсем нормально, но чувства были не подвластны разуму. Беляева полюбила эту маленькую кроху, также как любила ее отца. Может это передается генетическим путем???

        Дарья почувствовала чей-то тяжелый взгляд. Не переставая петь колыбельную, девушка повернулась к входу в комнату. Конечно же, там стоял Воронов, наблюдая, как Даша укачивает малышку. Он ничего не говорил, просто, молча, наблюдал. Странно это даже не напрягло Дашу. Это казалось совершенно нормальным, будто всё было на своих местах, будто всё именно так и должно быть. Очень опасные мысли. Очень желанные мысли. Беляева с удивлением поняла, что впервые она задумалась о своем будущем в таком контексте. Бросив незаметный взгляд из под ресниц на Вита, Даша отметила, что мужчина выглядел изможденным. Даше тут же захотелось притянуть его к себе, крепко обнять. Абсурд! Желание защитить Алису понятно, нерастраченный материнский инстинкт и ребенок, лишенный любви родителей. Всё закономерно. Но желание утешить и защитить Вита? Да это от него нужно защищать... вот только все равно сердце сжималось при виде впалых щек и красных глаз. Желая хоть как-то отвлечься от своих бредовых желаний, Даша решила нарушить затянувшуюся тишину:

        - Как получилось, что эта женщина ухаживала за малышкой? - при воспоминании о том, как Алиса надрывно плакала, былой гнев вернулся. Захотелось спустить с лестницы эту женщину. Неужто совести совсем нет? Так обращаться с такой малюткой...

        - У нее были самые лучшие рекомендации из всех претенденток, - тихо ответил Вит. - И на собеседовании она вела себя профессионально.

        - Профессионально? - бровь Даши сразу же взлетела вверх. - Да на ее лице написано, что она сухарь сухарем. Она занимается этим для того, чтобы деньги иметь, а не потому что ей приносит удовольствие общание с детьми. Да у нее полностью отсутствует материнский инстинкт!

        Малышка во сне завозилась, и Даша вновь принялась покачивать ее.

        - Многие занимаются своей работой, чтобы деньги зарабатывать, - заметил Воронов.

        - Да, - ответила Даша, - но не все. И твоя задача, как родителя найти именно такую няню, которая бы любила детей, а не просто зарабатывала деньги.

        Виталий тяжело вздохнул и зашел в комнату, после чего закрыл за собой дверь. Даша немного напряглась, стоило ей оказаться в одной закрытой комнате с Витом всегда что-то происходило - взрыв страсти, взрыв гнева, желание мести, просто желание. Конечно, сейчас с ними была Алиса, и ребенок снизит накал страстей, который неизменно происходил между ними, но все же... по большому счету Дарья боялась, при чем боялась своей собственной реакции, боялась, что сама кинется в его объятия, прося просто обнять и изгнать внутренних демонов и болезненное прошлое. Она так давно потеряла опору в своей жизни, всегда надеялась только на себя, ей хотелось просто быть защищенной, быть любимой, забыть о той боли, что не отпускала ее по сей день.

        Пока Дашу одолевали столь противоречивые мысли, мужчина прошел по комнате, и остановился около кресла, в котором сидела Даша с ребенком. С очень странным выражением лица он стал смотреть на малышку. Даша никогда не видела таких эмоций. Может потому что она отчетливо улавливала страх? Беляева всегда считала Вита человеком с железной волей, который ничего не боится. Только сейчас повзрослев и пройдя через свой собственный ад, девушка осознала, что страхи есть даже у самых сильных. И Вита они тоже есть. Но почему девочка стала катализатором? Почему сейчас глядя на нее, у Воронова на лице отчетливо написана нежность, смешанная со страхом.

        - Проблема в том, что я не знаю, в чем конкретно состоит задача родителя, - наконец, проговорил он. - Лишь смутные представления о том, какими должны быть отношения между родителем и его чадом.

        Даша внимательно посмотрела на него. Девушка знала, что у него было тяжелое детство. Его мать вела разгульный образ жизни, а отец долгое время не признавал его. Когда-то он ей сказал, что даже признателен им, они научили быть его сильным и выносливым, именно благодаря своему тяжелому детству, он добился таких успехов. Даша верила, что даже если в свое время его отец не дал бы Виталию стартовый капитал, он все равно добился успеха. Он просто не мог быть в роли ведомого или неудачника. Ни с его характером. Но если родители научили его выживать, то не научили самого важному, чему учит семья - любви. Виталий просто не умел любить. Ему трудно раскрыться и принять кого-то в свое сердце, поняла Даша. Раньше, когда они встречались, Даша часто обижалась на него, считая, что он намеренно держит с ней дистанцию. А что если все было наоборот? Что если он как раз пытался раскрыться? Ведь медленно, но верно она узнала его все больше. Может она просто смотрела на ситуацию с неправильной точки зрения? Сейчас это уже не имело значения для них, слишком многое стояло между ними. Но теперь призраки прошлого стоят
между ним и его дочкой. Как же им помочь?

        - Всё что от тебя нужно это любить и заботиться о ней, - тихо ответила Даша, - остальное придет со временем. Но если ты не дашь ей войти в свою жизнь, вы так и останетесь порознь.

        Лицо Вита выражало борьбу, что-то происходило внутри него, и Дарье очень захотелось проникнуть внутрь его головы, прочитать его мысли.

        - Я не знаю смогу ли, - признался Вит, отводя глаза. - Я боюсь сломать ей жизнь. Боюсь не оправдать надежд, боюсь оказаться таким же плохим родителем, как были мои...

        Видно было, что признание далось ему с большим трудом. Даша это оценила, он раскрылся перед ней, показал, что тоже может испытывать слабость. Начало положено, теперь нужно просто подтолкнуть его к дочери.

        - Вит, - Даша взяла его за руку, отчего он ощутимо вздрогнул, - твои отношения с родителями не должны влиять на твои отношения с дочерью. Ты это ты, родители это родители. Не смотря на родство, вы все разные. Ты боишься, но если дашь своему страху преодолеть себя, то окажешься ничем не лучше своих же родителей. В твоих силах быть лучше их, стать отличным отцом. Это дело твоего выбора. И только твоего.

        Даша все еще видела сомнения, сквозящие в его глазах, но он протянул руку к дочери и нежно погладил ее лобик. Девочка пошевелилась, но не проснулась, лишь инстинктивно повернула лицо навстречу ласке. Робкая улыбка появилась на лице у мужчины.

        - Она такая маленькая, - растерянно проговорил он.

        - Да, - ответила Даша, - маленькая и беззащитная. У нее нет матери, а значит, в отце она нуждается вдвойне. Она в тебе нуждается!

        Дарья поднялась со своего места, практически вплотную встав рядом с мужчиной. Встав на носочки, она аккуратно протянула Алису ему.

        - Возьми ее, - тихо сказала она, - ей нужно чувствовать, что ты рядом.

        Выражение благоговения на лице Воронова она, наверное, будет помнить всю свою жизнь. Казалось, что он боялся даже вздохнуть. Даша передала в его руки малышку, потом подправила одеялко.

        - Познакомься, - улыбнулась Беляева, - это твоя дочь, Алиса.

        То, что произошло далее трудно передать словами, это надо видеть, это надо чувствовать. Чувства отца, который впервые взял на руки свою дочку невозможно измерить. Робкая улыбка Вита стала более уверенной, более нежной. Казалось, на глазах у Даши происходило какое-то таинство, то, что не должен видеть посторонний человек. Особенно когда, Алиса, словно почувствовав значимость момента, решила проснуться. Открыв сонные глазки, она несколько раз моргнула и потом душераздирающе зевнула, заставив своего отца сиять от гордости. Легкий смех мужчины слетел с его губ, заставляя что-то внутри Даши скрутиться в узел. Воронов оторвал глаза и посмотрел на девушку, смех замер на его губах.

        По лицу Даши катились крупные слезы, которые она не могла остановить. Сейчас глядя на то, как Виталий с нежностью смотрит на свою дочь, она на миг представила, что он держит в руках их ребенка, что она благополучно родила, и никто не вмешивался в их отношения... что они были одной семьей. Стоило ей понять, какие мысли посетили ее, горечь моментально наполнила ее душу, заставляя задыхаться. Если бы... прошлое не изменить, но так хочется. Если бы он тогда приехал к ней, попытался вернуть. Возможно, Даша бы приняла совершенно другое решение. Возможно, у них был бы шанс. Так почему он не приехал? Почему бросил тогда одну, ведь она так сильно в нем нуждалась? Обида вновь подняла свою голову и теперь давила ей на сердце.

        - Даша, что? - растерялся Вит. - Что случилось?

        Даша поджала губы, понимая, что если заговорит, то непременно ее голос задрожит и она устроит истерику. Не стоит этого делать. По крайней мере, не при ребенке. Алиса только успокоилась, не стоит ее снова тревожить.

        - Ничего, - сглотнув, ответила она, зло стирая глупые слезы, которые и не думали останавливаться, - ничего. Думаю, вам сейчас лучше побыть наедине, познакомится, а я... я... мне надо прогуляться...

        Даша не выдержала и бросилась из детской. Девушка слышала, как Вит зовет ее, но она остановилась. Ей нужно убежать от него, от них...

        Выбежав в коридор, Даша остановилась, не зная куда бежать. В соседней комнате под надзором злого Макса няня собирала вещички, но девушка даже не остановилась, чтобы понаблюдать за представлением, она просто рванула вниз по лестнице. Спустившись вниз, Даша решила ехать домой, ей здесь нечего делать.

        Накинув на себя куртку, Даша открыла входную дверь, чтобы выйти и задохнулась, когда перед ней появилась размытая прозрачная фигура. Даша отступила от порога, мысленно перекрестившись. Когда она вновь открыла глаза, то ничего не увидела, кроме унылого пейзажа зимнего двора. Выдохнув, Даша решила, что ей показалось. От нервов и не такое покажется. Но последующий пронзительный вой соседской собаки, заставил Дашу пересмотреть свое решение о том, чтобы ехать домой. Она не была суеверной, но ощущение чего-то нереального и тревожного заставили ее захлопнуть дверь. Не зная, куда себя еще деть, Беляева, не снимая куртки, прошла в гостиную. Не смотря на то, что девушка была одета, ее била крупная дрожь. Пройдя к камину, Даша села около него, пытаясь хоть как-то согреться и прояснить свои мысли. Она пыталась себя уговорить, что неясная фигура ей просто показалась, но вой собаки за окном все не прекращался, а в душе все росла тревога.


***


        Вит очень растерялся, когда взглянув на Дашу, увидел, ее плачущей. А еще очень испугался. Непривычные ощущения, непривычные чувства. Еще пару минут назад все было хорошо, Дарья сама практически заставила его взять на руки свою дочь, заставила признать тот факт, что у него есть дочь, плоть от плоти его. Виталий, наконец-то, смог набраться храбрости и взять на руки Алису. Эти две недели, он избегал этого. Мужчина избегал свою дочь, как огня, потому что понимал, что только что родившаяся малютка вошла в его жизнь, и теперь является неотъемлемой частью его жизни. Он нес за нее ответственность, но не ответственности он боялся. Прекрасно понимал Воронов, что Алиса может завоевать кусочек его сердца. Понимал он, что есть вероятность, что однажды малютка станет для него важнее жизни. И боялся Виталий он именно того, что полюбит девочку. Его жизнь, его детство научили его, что чувства зачастую это наши слабые места, по средством которых можно сломать человека. Боялся Ворон и того, что сам он просто может не пересилить себя и не дать Алисе столько тепла и заботы, сколько ей действительно нужно. Сейчас,
когда Катя находится в психиатрической лечебнице, когда мать Алисы практически невменяема, ноша отцовства на его плечах утяжеляется вдвойне. Виталий не хотел этого ребенка, как не хотел его мать, но несмотря то, что сотворила с ними Катя, но не мог перекладывать свою ненависть на девочку. Чем он будет лучше своей матери, которая практически все его детство наказывала его за то, что его отцом являлся Воронов, совершенно забывая о том, что Вит является и ее ребенком тоже? Алиса была его дочерью, и не важно, что ее мать невменяемая сучка. Сам он сделает все, чтобы ребенок не знал ни в чем недостатка, и в любви с его стороны тоже. Но нужно было сломать преграду в виде страха. Слишком сильно он привык к одиночеству, оно всегда было защитой от его врагов. Теперь же он не был одинок, у него была Алиса, его дочь. И если всё получится, то и Даша вернется. А это дает широкий простор в выборе средств против него для его врагов. Чем сильнее была его связь с его женщинами, тем более уязвимым он был. Но главенствовать своему страху он тоже не мог позволить. Нужно идти дальше, прошлое нужно оставить прошлому и
создать все условия для счастливого будущего Даше и малышке. Они это заслужили, но сначала нужно избавиться от Беса.

        Когда Даша практически бегом выбежала из комнаты, Вит порывался броситься за ней, но... не мог бросить Алису. Ребенок спокойно лежал в его руках, и светлыми глазами изучал новообретенного папу. Папа же был растерял той нежностью, которая вспыхнула в его душе, когда малышка оказалась в его руках и обеспокоен реакцией Дарьи. Но как бы ему не хотелось сейчас догнать Беляеву, ребенок в его руках на данный момент был важнее. Просто не мог он сейчас бросить Алису, особенно когда она смотрела на него такими невинными глазками. Он очень беспокоился о Даше, но возможно ей сейчас лучше побыть наедине с собой.

        Вит все еще не знал, воспользовалась ли она возможностью подкинуть информацию Бесу, но спешить было не желательно. Даша ввязалась в большую игру, Бес миндальничать не станет, просто не привык, а многолетняя ненависть к Виту только добавит тому удовольствия использовать Дашу. Не дай бог с ней что-нибудь случится и Виталий не посмотрит на возможные последствия, он просто закопает сукиного сына. Сейчас была загвоздка в том, чтобы Даша сама пришла к нему за помощью. Когда Лазарев рассказал, что на Дашу было совершенно нападение, Вит чуть было не сорвался. Благо Лазарев вовремя вмешался, но Воронов не сомневался, что это только начало. Как удалось узнать из прослушки, Вадим, ближайший прихвостень Беса, решил надавить на Дашу. Воронову приходилось прилагать усилия, чтобы просто не поубивать этих уродов, но нужно было проявлять осторожность. Даша по неосторожности поставила себя на линию огня и задача Вита сейчас состояла в том, чтобы увести Даши с опасной зоны конфликта. Но проблема была в том, чтобы Беляева сама захотела уйти. Он, конечно, мог бы насильно заставить ее это сделать, но тогда он мог
окончательно ее потерять. Она сама должна принять решение, а он ее может лишь подтолкнуть в нужном направлении.

        Документы, которые дал ей Женя были настоящими, но это были первичные наработки, которые в значительной мере поменялись после более точного анализа данных. Вит и его команда очень скрупулёзно подошли к новому проекту. Так что конечный вариант резко отличался от первичного, были учтены желания заказчиков, добавлены нововведения, исключены мелкие недочеты и ошибки. Так что попадание этих документов в руки Беса практически не изменят состояния дела, тем более что контракт они уже заключили. Для всех заключение произойдет завтра, но документы были подписаны уже сегодня. Именно со встречи с заказчиками возвращался Воронов, когда застал нелицеприятную сцену с няней, и именно поэтому он взял с собой обоих телохранителей. Им он доверял больше остальных, а ему сейчас не были нужны сюрпризы. Проект был многомиллионным, так что желающих отхватить его было полным полно. Это было сделано для того, чтобы проверить Дашу и спровоцировать Максимова на активные действия. Не нравилось Виту, что его соперник затаился.

        Воронов пробыл со своей дочкой около часа. За это время малышка успела опять заснуть. Ее тяжесть так привычно ощущалась в его руках, что Вит не отпустил ее даже тогда, когда она заснула. Каким-то непостижимым образом эта девочка успокаивала его неприкаянную душу, давала покой. Странное ощущение и между тем приятное. Очень ярко ощущалась родственная связь с ней, и если пока он еще не полюбил, не привязался к Алисе, то вскоре это исправит время. Ему только оставалось это принять, и Виталий принимал это без страха, просто с чувством, что так оно и должно быть. От этого никуда не денешься. Это судьба.

        Чуть позже он все-таки уложил девочку в колыбель, но ушел не сразу. Странное умиротворение окутало его, когда он смотрел, как сладко спит его дочь. Его дочь. Как необычно и непривычно произносить эти слова. Не удержавшись, он наклонился и погладил маленький кулачок. Алиса выпятила во сне губки, сладко причмокнув, Вит нежно улыбнулся спящей дочери и покинул комнату. И сразу пошел искать Олега. Нашел, он его в его же комнате.

        - Олег, - позвал он своего телохранителя, - мне нужно, чтобы ты присмотрел за Алисой.

        - Хорошо, - пожал плечами мужчина, - няня уже уехала?

        - Скорее всего, - ответил Вит, - я Максу ее доверил. А учитывая его характер, то думаю, что она уже на пути отсюда.

        - Да уж, - хмыкнул Олег, - Макс умеет припугнуть.

        - Думаю, лучше будет, если ты пока будешь ночевать в комнате Алисы, - произнес Виталий, озадаченный тем, как обеспечить нужный уход дочери, - из нас всех ты один имеешь опыт обращения с детьми. Завтра же начну искать новую няню, а еще лучше перепоручу это дело Жеке.

        - Хорошо, - улыбнулся Олег, - думаю, кушетка в детской очень удобная.

        Да уж, об этом Вит как-то не подумал. Олегу с его габаритами будет довольно трудно разместиться на маленьком диванчике, который предназначен скорее для декоративных целей.

        - Это пока на одну ночь, - уточнил Воронов, и обреченно вздохнул. - Завтра устрою себе выходной, будешь учить меня за ребенком ухаживать. Когда-то же надо начинать...

        Не обращая внимания на веселый смех Олега, Вит пошел дальше. Он очень надеялся, что Даша еще не уехала, им нужно было поговорить. Если уехала, то ему придется возвращаться в город, а Вит очень сильно устал. За последнее время он спал практически по три часа в сутки. Такой график измотает практически любого, ему действительно пора немного отдохнуть.

        На втором этаже, он не нашел беглянку. Спустившись вниз, на вешалке он не обнаружил ее куртки. Тяжело вздохнув и понимая, что Даша скорее всего уже у себя в квартире. Накинув на себя дубленку, мужчина вышел во двор. Он было уже хотел направиться к гаражу, но остановился. Около ворот все еще стояла Дашина машина, а значит, она не могла уехать. Еще больше нахмурившись, Воронов позвонил Лазареву, тот подтвердил, что Даша не покидала дом.

        Вит вернулся домой, и раздраженно скинул с себя верхнюю одежду. Если она все еще дома, то куда подевалась куртка? Странно это все. Намереваясь узнать, куда же подевалась Даша, он решил обыскать первый этаж. На кухне он ее не нашел, зато обнаружил в гостиной. Она сидела около камина, прямо на полу. Обняв себя за плечи, Даша, молча, смотрела на потрескивающее пламя огня, который уже догорал. Девушка еле заметно раскачивалась из стороны в сторону, а плечи поникли. Куртка была на ней, не смотря на то, что в комнате было довольно тепло.

        - Даша, - тихо позвал Виталий, будто боялся спугнуть ее.

        Сначала он подумал, что Беляева его не услышала, и он собрался еще раз позвать ее, но вдруг девушка обернулась. Медленно, будто не хотя, будто боялась... Когда на него посмотрели большие, влажные глаза, наполненные болью, он вздрогнул. Ему захотелось обнять ее, успокоить. Но как это сделать? Стоит ему только приблизиться к ней, как она начинает сторониться и пятиться от него.

        - Даша, что случилось? - спокойно спросил он, пытаясь заставить себя остаться на месте и не приближаться к ней.

        - Случилось? - переспросила она, и Вит кивнул, напуганный ее состоянием. - Много чего, Ворон. Много чего случилось...

        Повисла тягучая плотная тишина. Воронов не решался ни нарушить эту пустую тишину, ни подойти к явно страдающей девушке. Он не хотел все усугубить, Даша явно была на гране истерики.

        - Ответь мне на один вопрос, Вит, - вдруг попросила она, сама разрушая установившуюся тишину. - Почему ты тогда не приехал?

        - Когда? - осторожно спросил Виталий.

        - Тогда, когда я попала в аварию! Почему ты не приехал за мной в Москву? Почему бросил тогда, когда я в тебе так нуждалась? Почему? Почему? Что я тебе сделала? За что? - последние слова она практически прокричала, слезы бежали ее из ее глаз. Ей было больно, настолько больно, что это практически выворачивало наизнанку душу Виталия. Он чувствовал ее боль, ему самому было больно. Плюнув на все доводы разума, он кинулся к ней, обнимая и прижимая к себе. Но он не ожидал ее дальнейших слов, от которых его ноги буквально подкосились.

        - Почему я убила нашего ребенка?


***


        Даша не знала, что ее заставило заговорить о ребенке. Она ведь даже Лере и Жене об этом не говорила, просто не могла об этом им сказать, потому что произнести вслух эти слова означало признать свою вину. Вот так и жила она все эти годы, храня внутри ужасную занозу, которая с течением времени воспалялась, болела, гнила, отравляя весь организм, не давая вздохнуть. Она даже скорее не видела, а почувствовала, как напрягся Виталий после ее слов.

        - Что ты сказала? - спросил он безжизненным голосом.

        - Я убила нашего ребенка, - раздельно проговорила она. - Мне сделали аборт...

        Сильные руки болезненно обняли ее, но она не возражала. Даша была даже рада этой боли. Так было легче сосредоточиться на боли физической, нежели моральной.

        Вит что-то пробормотал ей в макушку, сама Даша плохо расслышала, но слова были подозрительно похожи на "О, Господи!". Если бы Беляева была бы в состоянии смеяться, то наверняка засмеялась бы. Чтобы такой неверующий Фома, как Вит и Господа помянул... что же, видать сильно она его шокировала.

        - Я приезжал, - тихо сказал Вит, так тихо, что Даше пришлось напрячь слух, чтобы услышать, - я приезжал тогда...

        Даша рассмеялась, буквально. Надо же, она думала, что не может этого сделать. Беляева начала смеяться, только смех был невеселый, скрашенный добротной порцией горечи и боли.

        - Не рассказывай мне сказок, Воронов, - прошипела она, - тебе было на меня плевать. Ты оставил меня, забыв обо мне, будто меня и не было. Ты нужен был мне! Понимаешь, нужен!

        В порыве чувств Даша и не заметила, как ее начало трясти. Ее буквально колотило, как будто она находилась на холоде.

        - Даша, Дашенька, - прошептал Вит, проведя носом по ее волосам, при этом не отпуская из своей сильной хватки, - я не вру... я приехал за тобой на следующий день после того, как отец увез тебя в Москву.

        - Не верю, - голос Даши был настолько хриплым, что было очень трудно разобрать слова, которые она говорила, - не верю.

        - Но это так, - настаивал на своем Вит, убирая растрепавшиеся волосы с ее лица и заставляя посмотреть на него. Даша не хотела смотреть на него, но крепкая хватка пальцев на подбородке не позволила ей отвести голову в сторону. И ей пришлось смотреть. - Я был там.

        - Что-то я тебя не заметила, - скривилась девушка, - наверное, была слишком занята тем, что пыталась снова научиться ходить!

        Виталий на миг прикрыл глаза, скрывая мысли и чувства от Даши. Создавалось впечатление, что мужчина пытается найти нужные слова. Чтобы сказать что? Новую ложь? Или же правду... Даша уже начала жалеть, что вообще заговорила, нужно было молчать, ничего не говорить, сбежать отсюда и не обращать внимание на разыгравшееся воображение... Только сейчас стоя в сильных объятиях Вита она не хотела никуда уходить. Странное состояние близкое к агонии одолело ею, сердце и душа плачут в унисон, только все равно израненное сердце тянется к нему. Да будь он проклят! Она до сих пор его любит! И всегда любила... Ее чувства не смогли стереть ни предательство, ни боль, ни время. Любовь, приправленная болью и ненавистью, сладкая боль, настолько сильная и беспощадная, что не дает возможности жить дальше. Дашу разрывали на части самые острые и сильные чувства. Инстинкт самосохранения и гордость требовали уйти, спастись от него, сбежать из этого города, скрыться и забыть всё случившееся, как страшный сон. Только сердце знало, что куда бы она не бежала, как бы не пыталась забыть, прошлое всегда останется с ней. Может,
наступило время стать по настоящему сильной и примириться с прошлым, с болью... со своей все еще живой любовью к Виту? Даша сглотнула, понимая, что пора расставить все точки над "и" и оставить прошлое позади. А для этого нужно поговорить с Виталием. Вот только решить легко, но как действительно рассказать, как действительно раскрыть душу, как спокойно выслушать откровение любимого человека, настолько сильно ранившего тебя?

        Виталий так и стоял с закрытыми глазами, только Даша приняла решение. И нужно ему следовать. Слезы так и текли из ее глаз, их просто невозможно было остановить, да Даша и не пыталась. Закусив губу, она смотрела на Виталия, который раздираемый какими-то неведомыми ей сомнениями, пытался на что-то решиться...

        Рука сама потянулась к сурово сжатым губам, подушечки пальцев коснулись бархатной кожи, накрывая его губы. Воронов широко раскрыл глаза, удивленно смотря на Дашу.

        - Почему ты предал меня, Вит? - спросила она с надрывом. - Почему сломал меня?

        Даша ощутила, как под пальцами напряглись желваки. А потом резкий рывок, и она оказалась прижата к нему с такой силой, что казалось, что ее ребра вот-вот лопнут от силы сдавившей их.

        - Вит, - прохрипела она, пытаясь вздохнуть. - Что?

        Он чуть отстранился от нее и взглянул ей в глаза.

        - Если бы я мог изменить произошедшее, я бы не раздумывая это сделал, если бы я мог взять всю ту боль, что ты испытала, на себя я бы это сделал. Но это не возможно. Случившееся никогда не отменить и мне жаль, что за мою свободу и свободу Жени ты понесла такую расплату. Все что я могу сейчас сделать, это просто сказать тебе "прости", - все это Виталий произнес с такой искренностью, что у Даши разрывалась душа, ей хотелось верить, но обида не прошла, как и боль... тут до Даши дошло, что именно он сказал.

        - В смысле свободы? - озадаченно спросила она, так и не убрав руку с его лица. - Чем она тебя шантажировала?

        Ну, вот она и задала тот самый вопрос. Что именно было важнее для Вита, чем она - Даша? Вопрос, который последнее время буквально не давал ей нормально спать, но и спросить она не решалась. Сначала она думала, что шантаж это выдумка, но после того, как она стала свидетельницей той некрасивой сцены после свадьбы, факт шантажа подтвердился. Все эти месяцы она не могла задать этого вопроса ему, не позволяли гордость и страх... но желание знать правду все равно перевесило.

        - У Кати были доказательства, которые могли засадить меня и Жеку за решетку, - ответил Вит, пытаясь отвернуться, но она не позволила, Даша должна видеть его глаза, чтобы понять врет он или нет. Глядя сейчас в его стального цвета глаза, Даша видела, как он пытается не захлопнуться от нее, пытается быть искренним. Не привык этот мужчина отчитываться перед кем-то, не привык делиться своими переживаниями. Всегда сам, всё сам...

        Даша тяжело вздохнула и отпустила его лицо, сделав шаг назад, разрывая физический контакт с ним. Нужно все обдумать, понять, а находясь так близко к нему, Даша не отвечала за свои чувства и переживания. Этот мужчина слишком уж сильную власть имел над ее чувствами. Он не стал держать, Вит даже не пошевелился, ожидая реакции, ее реакции... а реакции и не было, Даша слишком устала, чтобы хоть как-то отреагировать, казалось, что она просто перегорела. Девушка просто не знала, что чувствует по поводу откровения Вита. Не было ни негодования, не было и принятия, была пустота...

        - Почему ты не сказал мне? - хрипло спросила Даша, пытаясь мысленно восстановить последовательность событий, предшествующих трагедии.

        - Я пытался... - начал он, но Даша его перебила.

        - Если бы ты хотел, ты заставил бы меня выслушать, - отрезала она жестко. Так оно и было, Вита трудно остановить, когда тот что-то решит.

        - А это что-то бы изменило? - спросил он горько.

        Даша задумалась. Сложно сейчас будучи совершенно другим человеком судить о реакции той безосновательно самоуверенной девчонки, которой она была в то время было трудно.

        - Если бы ты мне сказал...

        - Даже если бы ты мне поверила, - спокойно констатировал Вит, - ты бы заставила меня пойти с повинной в милицию. И я бы не смог противостоять тебе и в итоге сдался бы, но за собой бы утащил Жеку, а по-настоящему виновный остался бы безнаказанным.

        Что же за преступление они совершили? Девушка подняла глаза на Виталия, тот не отвел взгляд. Вообще выглядел он сейчас слегка вызывающе, словно бы провоцировал на следующий вопрос. На тот вопрос, который она боялась задать.

        - За что вас могли посадить? - всё же спросила она.

        - За убийство, - был дан ответ, и ноги Даши подкосились.

        Сделав несколько шагов, девушка присела на диван, вцепившись пальцами в обивку дивана. Она, конечно, подозревала, что Воронов не безгрешен, но одно дело догадываться, и совсем другое знать наверняка.

        - Ты убил человека? - спросила она, практически шепотом.

        - Да, и не жалею об этом, - Вит презрительно скривил губы.

        Даша сглотнула, пытаясь принять тот факт, что этот мужчина убийца.

        - Боишься? - жестко спросил он, и Даша против воли вздрогнула.

        - Нет, - ответила она, - самое страшное, что ты мог со мной сделать, ты уже совершил. Не думаю, что мое убийство может что-то изменить...

        Теперь уже вздрогнул он. И Даша заметила.

        - У тебя должна была быть веская причина для убийства, - уверенно заявила Беляева. - Что этот человек тебе сделал?

        - Ты так уверенна, что была причина? - жестко проговорил он.

        - Да, уверенна, - Даша не дрогнула под его взглядом.

        Воцарилась тишина, прерываемая только завываниями соседской собаки, да потрескиванием догорающих дров в камине.

        - Он пытался убить меня, и Жеку заодно, - все-таки ответил на вопрос мужчина.

        Даша кивнула. Она знала, Вита по-всякому можно обозвать, но убивать без видимых на то причин он не станет. А если этот некто пытался убить его то... туда ему и дорога. Дарья совершенно не расстроилась смерти этого человека. Этот человек пытался убить Воронова и ее лучшего друга, почему она должна желать ему что-то еще помимо упокоя вечного? Осознав, о чем именно она думает, Дарья нахмурилась и обняла себя руками. Как же она изменилась за эти пять лет! Когда-то убийство ей казалось чем-то ужасным. Даша Беляева пятилетней давности была даже против смертной казни. По молодости лет она была уверенна, что каждый имеет шанс на исправление. Какая глупость! Жизнь слишком сложна, чтобы делить ее на черное и белое, слишком много оттенков имеет она. Как может заслужить прощение насильник-педофил? Или маньяк-убийца, наслаждающейся агонией своих жертв? Их невозможно оправдать... а смерть это иногда самый безболезненный выход из ситуации. Мыслить теми категориями, что мыслила она пять лет назад, могла только девушка, которую не коснулся истинный ужас жизни... Без сомнения Даша раньше чувствовала боль и
разочарование, но тогда она толком не видела той ужасной обратной стороны жизни... А будучи журналистом девушка многое повидала, она знала истории девушек, от которых волосы дыбом становились и ее история по сравнению с их историями просто детские обиды... Что же она сделала бы тогда, если бы Вит рассказал о своем злодеянии? Да еще и обозначил свое отношение к убийству? Она бы конечно устроила скандал, ушла, а потом все равно бы вернулась... и попыталась бы уговорить сдаться с повинной, потому что, по мнению той, прошлой Даши, все грехи нужно было оплачивать. Потом, несомненно бы, ждала его из тюрьмы. Только кому нужны были эти заморочки? Как она могла решать что лучше, а что хуже, ведь сама была далеко не ангелом. Сейчас у нее совершенно другое отношение к произошедшему, но это сейчас, а тогда...

        - Ты меня осуждаешь? - осторожно спросил Виталий, будто пытаясь почувствовать ее настроение.

        - Нет, - честно ответила она. - Как я могу тебя осуждать, ведь я сама убийца...

        Тут она опять всхлипнула и заплакала. Боже, почему она так поторопилась? Зачем поверила уверениям доброго доктора? Ответ был прост, на тот момент ей было просто все равно...

        - Даш, - начал Вит, подходя к ней, пытаясь обнять, но она оттолкнула его, не желая, чтобы эти объятия облегчали ей страдания. Она их заслужила. Смирившись с этим, мужчина сел около дивана, обняв ее за колени. Хоть это и не понравилось Даше, но она смолчала. Было видно, что он пытается что-то придумать, чтобы сказать те самые слова, которые помогут ей... только ей слова не помогут.

        - Вит, ничего не говори, - устало произнесла она.

        - Ты была беременна, - утвердительно произнес Воронов, будто бы пытаясь свыкнуться с этой информацией. Даша кивнула. Она когда-то мечтала о ребенке, думала, что он сможет вернуть Воронова в их квартиру. А он просто не мог. Сейчас по прошествии времени и сопоставив факты, можно вычислить тот момент, когда он ей изменил в первый раз. А именно после той ссоры, когда он ушел из дома, когда порвал с ней, устав доказывать, что ее подруга не такая уж и хорошая... Даже после того, как он вернулся обратно, после того, как спас от того насильника, Виталий так и не вернулся в их общую квартиру, она продолжала готовиться к свадьбе, закрывая глаза на явные признаки, указывающие на то, что происходящее не совсем правильно.

        - Была, - заговорила Даша, пытаясь сдержаться от очередных рыданий. - Это стало известно, когда я пришла в сознание в Московской клинике. Мало того, что мне сообщили о возможной инвалидности, так еще и беременность. А мне было плевать... и когда врач сказал, что применение некоторых медикаментов, которые мне были необходимы для восстановления моей способности ходить, могут серьезно повредить ребенку, мне было плевать. И даже когда меня поставили перед выбором либо полное восстановление после травмы, либо ребенок мне было все равно. Абсолютно. Я была как будто в каком-то коконе, я лишь плакала, ревела, мне совершенно не хотелось жить. А ребенок... он мне был не нужен, вернее я так думала. В общем, меня практически не нужно было уговаривать на аборт, пара слов отца и умный вид доктора сделал свое дело. И только позже я узнала, что аборт не нужен был. Была возможность сохранить плод, при этом это бы не помешало моему лечению. Но я узнала об этом слишком поздно...

        Даша почувствовала, как под коленками руки Вита сжались в кулаки, было видно, что он зол. Даша и сама была зла, когда узнала правду через год. Оказалось, что ее лечащий врач был очень хорошим другом отца и Беляев попросил того о помощи. А именно соврать ей. Когда Даша устроила скандал, требуя объяснения, то отец сказал, что действовал в ее же интересах, что ребенок от такого подонка только жизнь ей бы сломал, а так она свободна. Свободна? Какая насмешка! Как же она корила себя за то, что дала им убить своего ребенка! Она практически дала свое разрешение!

        - Ты не виновата.

        Даша сначала не поняла, что именно сказал Вит.

        - Ты не виновата, - повторил он.

        - Виновата, виновата. Я дала свое разрешение на убийство собственного дитя! Если бы я больше узнала, настояла на том, чтобы спасти его, то он был бы жив! - зарыдала Даша, уткнувшись в собственные ладони.

        - Тебя обманули, - настаивал на своем Вит, - ты не знала...

        - Да какая разница, знала или не знала! - закричала девушка. - Я была рада, что избавилась от него! Понимаешь? Первое время я была рада, что его нет! Весь ужас ситуации до меня дошел уже потом... Что же наделала? Теперь я буду расплачиваться за свое злодеяние всю жизнь.


***



        Беляева впервые за все эти годы потеряла настолько контроль над собой, что теперь ей было стыдно за свой срыв. Вот так проплакав после изнуряющего разговор чуть больше часа, Даша очень неуютно чувствовала себя в объятиях Воронова. Тот терпеливо все это время переносил ее слезы и бессмысленные причитания, был добр, нежен и сострадателен... и это убивало. Уж лучше бы наорал или ударил. Но нет Вит вел себя с ней слишком аккуратно, будто она была достойна любви и нежности. Но это всё было иллюзией. И сейчас прижимаясь к его боку, Даша раздумывала над тем как бы ей отстраниться от него, при этом сохранив лицо. Беляева практически поведала ему все свои страшные тайны и страхи, и чуть не рассказала о сговоре, но помешал пресловутый страх... если она расскажет, то он избавится от нее, ведь Даша его предала, а с предателями он никогда не церемонился. Если он узнает с кем именно она связалась и для каких целей... то та призрачная надежда, которая у нее появилась на благоприятный исход, угаснет. Виталию в принципе и делать ничего не придется, просто оставить ее на растерзание Бесу. И прав ведь будет, сама
виновата, дура. Не стоило ей связываться с Максимовым. Сама на себя накликала беду. Ведь правду говорят, не рой другому яму, сам попадешь. Она так была ослеплена своей идеей мести, что практически похоронила возможность начать все сначала. Ведь Даша все еще любила Воронова, да и откровения, которые случились этой ночью, смягчили гнев от предательства. Боль все равно осталась, но гнев окончательно исчез. Они оба наделали тогда глупостей, глупостей, которые стоили им счастья. И Даша продолжала делать эти глупости. Даже если прошлое им и удастся забыть, то настоящее... в настоящем есть ее сговор с Бесом. Так что мечтать о чем-то большем просто глупо. Возможно, если бы она смогла отвязаться от Максимова, то... Надейся, глупая! Отвязаться от Беса так легко никому не удавалось. И совершенно нет причин полагать, что Даша будет первой кого, так просто отпустит Денис Максимов. Она сама подписалась на сделку с ним... поистине Бес!

        Даша отстранилась от Вита. Беляевой было не по себе от случившегося, было ощущение, что ее увидели абсолютно ногой, не прикрытой ничем. Хотя так оно и было, впервые Даша выплеснула абсолютно все свои эмоции, не скрывая ничего. Все отчаяние, всю боль, весь стыд.

        - Думаю, нужно посмотреть как там Алиса, - предложила Даша, не решаясь глянуть на Воронова.

        - С ней всё в порядке, - успокоил ее Вит, - Олег сегодня за няньку.

        Даша улыбнулась, вспомнив большого и мужественного телохранителя, который так нежно обращался с малышкой.

        - Чтобы мы без него делали? - вздохнула девушка. - На все руки мастер.

        И потом резко замолчала. А при чем тут она? Она не имеет права решать что-то в этом доме. От этой мысли ей стало некомфортно и больно. Ведь сам дом был воплощением ее мечты, Вит для нее его и строил. Только мечта ее исполнилась, но не принадлежала ей. Взгляд непроизвольно метнулся к Виталию, который сидел рядом с ней, облокотившись на спинку дивана и внимательно за нею наблюдая. Мечта. Он был ее мечтой. Ее проклятьем. Кто виноват в том, что пять лет назад все так произошло? Он. Определенно. Она. Конечно же. И без помощи со стороны не обошлось. Катерина, которая использовала все возможные и невозможные шансы разрушить их союз. Это насколько нужно быть низким человеком, чтобы использовать шантаж для того, чтобы заставить не любящего тебя человека быть с тобой? Насколько лишенным гордости? И Катя понесла свое наказание. Разве может быть что-то более ужаснее, как лишиться окончательно рассудка? Вопрос в другом. Хотела бы Даша, чтобы Виталий понес такое же наказание? Нет. Определенно, нет. Так что же делать?

        - Как ты? - спросил Вит, все также не отрывая глаз от Даши. От такого внимательного взгляда ей всегда становилось не по себе. Создавалось впечатление, что будто тебя просвечивают рентгеновскими лучами.

        - Нормально, чего не скажешь о твоей рубашке, - попыталась пошутить она и кивнула на мокрое пятно, оставленное ее слезами.

        - Рубашка меня не интересует, меня интересуешь ты, - не поддался на ее шутку Вит.

        Даша еле сдержала стон. Ей меньше всего сейчас хотелось концентрировать внимание на ее срыве и на том факте, что она была беременной.

        - Вит, давай не будем сейчас об этом. Я просто не выдержу очередного сеанса рёва. Умру от обезвоживания, - попросила Даша, сдобрив просьбу порцией шутки.

        Ох, как тяжело чувствовать его взгляд, такое чувство, что он пытается залезть ей в голову, понять ее мысли, чувства, и это последнее что ей необходимо было сейчас.

        - Хорошо, - спокойно сказал Вит, - но мы с тобой еще продолжим разговор.

        Даша не ответила, лишь кивнула головой, очень надеясь на то, что произойдет разговор не скоро.

        - Надо проведать Алису, - заявила Дарья целенаправленно, вставая с места. После долгого сидения в неудобной позе тело затекло. Девушка скривилась и потянулась, растягивая одеревеневшие мышцы.

        - Ты уверена, что тебе это надо? - осторожный вопрос Вита заставил Дашу застыть. Уверена ли она? Уверена. Мысли о ребенке, которого она потеряла, всё еще причиняют боль. И скорее всего всегда будут причинять, ведь это ее грех, ее боль. Но маленькая Алиса уже заняла важное место в жизни Даши. Она научила ее смотреть на этот мир по-другому, заставила увидеть, что в жизни может быть что-то кроме страданий. Например, радость при виде здоровенького ребенка, который искренне улыбается тебе, без примеси расчета и лицемерия.

        - Я хочу видеть Алису, - спокойно ответила Даша, после чего не дожидаясь Воронова, направилась из гостиной.

        Нагнал Вит ее уже на лестнице.

        - Я и сама нашла бы дорогу, - высокомерно заявила Даша.

        - Знаю, - хмыкнул Вит, - кратковременной потерей памяти ты не страдаешь.

        Тут Даша вспомнила зачем собственно приезжала сегодня вечером и о чем она практически забыла из-за напряженных событий вечера. О тех самых документах, которые должна была передать Виталию по просьбе Жеке.

        - Кстати, я так и не сделала то зачем собственно приехала, - заявила Даша.

        - И зачем ты сюда приехала? - спросил Виталий.

        Даша покосилась на него, что-то в его тоне ей не понравилось. Но мужчина был совершенно расслаблен и заинтересовано ждал ее ответа. Даша решила, что ей показалось. Сегодня ей вообще многое кажется...

        - Передать тебе документы, - как можно спокойнее сказала Даша, хотя в горле у нее пересохло. Внутренне Даша сжалась, будто ожидая, что Виталий сразу же распознает ее ложь. Но этого как и следовало ожидать не произошло.

        - Документы? - вежливо переспросил Вит.

        - Да, - напряженно ответила Дарья, - мне велел их передать Жека.

        - Прямо таки велел?

        - Нет, - Беляева вынужденно засмеялась, - вернее попросил, а просить он умеет... ему совершенно невозможно отказать.

        После ее слов Виталий резко остановился, Даша по инерции тоже. Оглянувшись на него, девушка пыталась понять в чем дело. Неужто где-то прокололась? Да нет, ничего такого она не сказала. Кроме того, что Жеке совершенно невозможно отказать...

        - Вит, что случилось? - обеспокоенно спросила Даша. Они находились на верхних ступенях второго этажа. Даша стояла выше, что было ужасно не привычно. Она уже свыклась с тем, что Вит возвышается над ней будто башня.

        - Ничего, - процедил Воронов. - Просто вспомнил одно не очень приятное откровение Жеки... просто на ум пришло.

        - Что? Настолько неприятное? - спросила Даша, гадая о чем был разговор между друзьями.

        - Очень, - сказал Виталий. Выглядело это так, будто его силой заставляли говорить. Наверное, Жека сказал ему что-то очень неприятное....

        - Ну ладно, - пожала плечами Даша и все-таки сделала два заветных шага и оказалась на площадке второго этаже. Не раздумывая, она направилась к детской комнате. Подходя к ней, Даша отметила, что было тихо. Девушка осторожно открыла дверь и ее взгляд сразу же наткнулся на отличную филейную часть мужчины. Слава богу, мужчина был одет в штаны. А вот верхняя часть одежды отсутствовала, демонстрируя литые мускулы их обладателя. Олег как раз застилал хлюпкого вида диванчик, когда Даша зашла в комнату. Беляева сильно стала беспокоиться о судьбе диванчика, тот явно не был рассчитан на такие габариты. Девушка прочистила горло.

        - Олег, - позвала она тихо.

        Он обернулся и улыбнулся ей.

        - Дарья, вы еще не уехали? - спросил он.

        - Как видишь, нет, - ответила она. - Как малышка?

        - Спит, - ответил телохранитель, - после сегодняшних злоключений, она явно устала.

        - Можно? - Даша кивнула в сторону кроватки.

        - Конечно, - кивнул мужчина и продолжил расстилать постель. У Даши было серьезное искушение остаться и поглядеть за процессом, но были дела и поважнее.

        Подойдя к колыбельке, Даша осторожно нагнулась. Малышка тихо посапывала, сжимая во сне кулачки и мило морща носик. От одного только вида Алиски Даше стало легче. Беляева простояла так минут пять, потом решила, что хватит. Время позднее, а ей домой еще прилично ехать. С малышкой все в порядке, Олег за ней присмотрит. Посмотрев на журнальный столик, стоящий рядом с диванчиком, Даша обнаружила там те самый документы, которые бросила в тот момент, когда нашла плачущую малышку. На прощание еще раз глянув на малышку, Даша подошла к столику и взяла папку. Конечно же, Вит уже давно был в комнате, а вот Олег куда-то вышел.

        - Вот держи, - протянула она документы, - Жека сказал, что они тебе завтра с утра понадобятся.

        Воронов просто кивнул и забрал папку.

        - Я, наверное, поеду...

        - Никуда ты не поедешь, - заявил Вит строгим голосом.

        - Это еще почему? - брови Даши приподнялись от возмущения.

        - Ты себя видела? - спросил Вит. - Ты уставшая и перенервничавшая. Тем более уже поздний час. Оставайся здесь. Переночуешь, а утром уедешь домой. Или я у тебя были планы на ночь?

        От последнего вопроса Даша и вовсе растерялась. На Виталия сегодня напала курица-наседка и укусила? Даша раньше не замечала подобных речей, обычно он просто приказывал.

        - Э-э-э... да, - промямлила Даша, - у меня сегодня были планы. Встреча с любимой подушкой-подружкой до завтрашнего обеда...

        - Выспаться ты можешь и здесь, - отрезал тиран.

        Даша хотела возмутиться, но практичность взяла свое. Выспаться она может и здесь, а с утра может еще и понянчиться с Алисой. С этими мыслями Даша согласилась. И через полчаса уже вовсю пребывала в объятиях Морфея.

        ГЛАВА 22


        Проснулась на следующее утро Даша, конечно же, с головной болью. Еще бы, столько слез выплакать! Буквально скатившись с кровати, Даша прошлепала в ванную, где умылась ледяной водой. Взглянув на себя в зеркале, девушка с равнодушием признала, что выглядит она сильно помятой. Чего собственно и следовало ожидать. Лицо опухшее, глаза красные, волосы растрепанные, кожа бледная. Картина маслом, хоть сейчас можно пробоваться на роль Бабы-Яги. Беляева не привыкла запускать себя, поэтому сразу же залезла в душ, который буквально сразу вернул девушке желание жить. После чего выполнив все гигиенические процедуры, Даша оделась во вчерашнюю одежду и выпила таблетку цитрамона, который всегда лежал у нее в сумочке. Почувствовав себя лучше, Дарья решила проведать Алису.

        Войдя в детскую она застала весьма милую картину, это несмотря на то в воздухе стоял незабываемый запах. Олег показывал Виталию, как следует менять подгузники ребенку. При этом телохранитель очень внимательно и детально объяснял, а Вит напряженно слушал каждое его слово. Создавалось впечатление, что они не меняют подгузник, а создают новый тип двигателя на ракетоноситель. Даша не смогла сдержать улыбки, при этой сцене. Что-то в этом было настолько правильное и логичное, что Даша забыла все свои проблемы и тихо любовалась происходящим. Но зря она забыла о проблемах. В кармане завибрировал телефон, заставив Дашу отвлечься от своего наблюдения и посмотреть кто звонил. А звонила одна из основных ее проблем - Вадим. Что ему опять надо? Она же вчера отправила те документы. Не заметно отойдя от детской, Даша спустилась в гостиную.

        - Да, - неуверенно и тихо ответила Даша на звонок.

        - Ну, здравствуй, киска, - насмешливо поздоровался с ней Вадик.

        - Здравствуй, - Даша старалась, чтобы ее голос звучал ровно. - Что-то случилось?

        Дарья постоянно оглядывалась, так как боялась, что ее застукают за этим разговором, но пока никого не было. Олег и Вит были заняты на верху, а Макса не было видно.

        - Пока нет, но скоро случится, - загадочно ответил Вадим. - Нужно срочно встретиться.

        - Я сейчас не могу, - попыталась возразить Даша, ей совершенно не хотелось видеть этого выродка. Она попросту его боялась.

        - Меня это не волнует, - ледяным голосом отрезал ее собеседник, - чтобы была через час в кафе "Магистраль". Ты поняла?

        Даше ничего не оставалось, как согласиться.

        - Ну и отлично, - одобрительно произнес он и отключился.

        Что же, ей так и не удалось избежать не желанной встречи. Тысячу лет ее б глаза не видели этого Вадика! И Беса заодно! Даша со всей силы пнула диван,а потом заскулила от боли.

        - Что случилось? - вопрос Вита позвучал настолько неожиданно, что сердце Даши чуть было из груди не выскочило.

        - Ты меня напугал, - прижимая к груди мобильный, проговорила Даша, старательно отводя глаза. Она прекрасно понимала, что этим себя сдает, но врать ему в глаза она не могла.

        - Ты какая-то взвинченная. Что-то случилось? - обеспокоенно спросил он и подошел к ней.

        - Нет, ничего, - Даша все-таки подняла голову, только глаза не поднимались выше горловины черной майки, в которой он был. - Просто мелкие неприятности.

        - Точно? - переспросил Вит, поднимая рукой ее голову за подбородок и вынуждая смотреть в глаза. - Если что-то серьезное, ты только скажи и я...

        - Не надо, - Даша резко вывернулась из его хватки и отошла на приличное расстояние, - не стоит. Я сама справлюсь со своими проблемами, а тебе сейчас следует заняться подбором няни для Алисы, только в этот раз нормальную няню найди, чтобы не водила своих хахалей, когда ты на работе.

        - Хорошо, - пожал плечами мужчина, но как-то напряженно на взгляд Даши, будто механически.

        - Ну все, я поехала, - бодрым голосом заявила Даша, хотя внутри все кричало, чтобы она осталась тут, рядом с ним. Не хотела она ехать!

        Вопреки протестам своего внутреннего голоса, Даша все направилась к выходу мимо Вита, который прищурив глаза, наблюдал за ней. Когда она проходила мимо него, Воронов поймал ее за локоть и остановил.

        - У тебя точно всё нормально? - спросил он.

        - Да, - заявила Дарья, радуясь, что ее голос не дрогнул. - Всё в порядке, Вит.

        - Ну что же, - тихо прошептал Вит. - Будь осторожна, ладно?

        Даша внимательно посмотрела на него и на миг испугалась, что он все знает. Но стал бы он так волноваться о ней, если знал всё? Нет. Просто вчерашние откровения на него подействовали, вот и беспокоится о ней...

        - Хорошо, - ответила она, прокашлявшись. - Я буду осторожна.

        Виталий кивнул и отпустил ее локоть. Но Даша не двинулась с места, загипнотизированная его взглядом. Он будто бы не отпускал ее, пытался сказать этим пронзительным взглядом серых глаз, и ей так хотелось поверить им, поверить ему... Даша встряхнулась, выпутываясь из странного состояния, пару раз моргнула.

        - Ну, я пошла, - заговорила она, пытаясь заставить себя уйти, - увидимся позже!

        Она очень надеялась, что это позже для них наступит.


***


        Даша подъехала к нужному кафе как раз вовремя, но Вадика еще не было. И это было хорошо, потому что Даше нужно было время, чтобы прийти в себя. Прежде чем ехать сюда, Дарья заехала к себе в квартиру. И то, что она там обнаружила, вызвало шок. Вся ее квартира была перевернута верх дном, будто там прошелся сам Мамай. Мамая там явно не было, но Даша подозревала, кто именно там был. Скорее всего, произошло всё вчера вечером, и Даше очень повезло, что ее не было в тот момент дома. Кто знает, что пришло бы на ум этому извращенцу, если бы она в тот момент попалась ему под руку. Зато теперь она собирается встретиться с Вадимом, благо все происходило в людном месте и при свидетелях. Только это ее и успокаивало. Но не слишком.

        Вскоре появился тот самый извращенец, лощенный, как хлыщ, с идиотской улыбкой во все лицо. Неужто погром в ее квартире так благотворно сказался на его настроении?

        - Здравствуй, киска, - поздоровался он, присаживаясь за ее столик.

        Даша не ответила, лишь отрывисто кивнула.

        - Какая-то ты хмурная, - заметил Вадик и снял солнцезащитные очки. Только теперь до Даши дошло зачем мужчине были они в феврале месяце. Весь правый глаз заплыл. Синячище был насыщено сливого цвета, и явно был очень болезненным. Кто-то хорошо вмазал придурку, Беляева первая бы пожала руку этому человеку. Жаль, что она так не могла... - Неужели расстроилась из-за маленькой перестановки дома? Ну, прости, родная, я хотел как лучше!

        Маленькой? Он совсем свихнулся! Многие вещи не подлежат восстановлению, другим требуется ремонт. Даша только порадовалась, что домашних животных не держала. Наверняка, этот урод бы замучил животное только бы сделать побольнее ей.

        - Что тебе нужно? - прошипела Даша, ненавидя то состояние беспомощности, в котором она оказалась. Этот сукин сын знал, что она ничего не может ему сделать и наслаждался своей властью над ней. Это приводило ее в крайнее бешенство, но девушка понимала, что Вадим ее провоцирует. Стоит ей среагировать агрессивно, он сразу же применит силу и Дарья окажется в ловушке. Хотя о чем она думает? Она уже в ловушке! И удавка на ее шее с каждым разом затягивается все сильнее. Всё что она может сейчас сделать, это тянуть время и надеется, что случай изменит имеющийся расклад.

        - Помимо твоей незабываемой киски? - насмешливо спросил Вадик, и Даше сразу захотелось расстаться со своим завтраком. Насколько ограничен этот напомаженный клоун? И как она могла с ним когда-то разделить постель? Хотя, постель это слишком громко сказано, они даже до нее не дошли.

        - Ну что ты прицепился так к моей киске? - спокойно спросила Даша, всем видом демонстрируя свое омерзение. - Неужто кроме нее другой не видел?

        Вопреки ее ожиданиям, он рассмеялся. Громко. Его смех резал девушке слух, но она не стала его останавливать и дождалась, когда он досмеется.

        - Так что? - спросила она, когда Вадик замолк. - Зачем звал?

        - Куколка, в тебе столько страсти, - причмокнул он, стреляя глазками, - я буду рад насытиться ею...

        - Так ты еще и некрофилией страдаешь, - протянула Даша, закуривая сигарету. Нервы были на пределе, но показывать насколько ей страшно, она не собиралась. Вадим, как шакал, стоит продемонстрировать свою слабость, и он мгновенно набросится.

        - Это еще почему? - спросил он удивленно.

        - Потому что мое тело ты можешь получить только в одном случае, - Даша сделала эффектную паузу, выпустив тонкую струйку дыма, - если я буду абсолютно мертвой.

        Девушка понимала, что играет в опасные игры, но внутренний гнев требовал хоть какого-то выхода и Даша решила вести словесную борьбу.

        - Больно умная? А не боишься, что я восприму твои слова, как сигнал к действию? - приподняв бровь, спросил Вадик.

        Дашу передернуло. Конечно же, она не хотела умирать, но лучше отдать концы, чем попасть в лапы этого подонка.

        - Пожалуйста, - безразлично отозвалась Даша, - только Бес не получит то, что так хочет от меня получить. Кстати, чего он хочет?

        - Х-м-м, не боишься, значит, - протянул Вадим, внимательно глядя на нее, - ну это только пока. Что касается того, что хочет Бес. Нужно чтобы ты передала нам полную информацию о загородном доме Воронова. Нужно все от полного описания конструкции дома до охранной системы. То бишь нам нужна вся инфа по месту жительству Ворона. Понятно?

        - Зачем вам? - осторожно спросила Даша, понимая, что эта информация нужна им далеко не для благих целей. Неужели Бес решил переходить к более активным методам?

        - Не твое дело, куколка, - отрезал Вадим. - Главное, ты должна достать информацию к завтрашнему дню. У тебя на все сутки, милочка.

        - Почему так мало времени? - спросила Даша, усиленно соображая, что ей делать.

        - Киска, ты практически живешь в этом доме, так собрать нужную информацию для не составит особого труда. А времени мало для того, чтобы ты не успела глупостей наделать. Ты же хорошая девочка? А хорошие девочки слушают старших. Так что не вынуждай нас наказывать тебя, киска, - слащавым голосом проговорил Вадик. - Надеюсь, мы друг друга поняли?

        Даша медленно кивнула, понимая, что ее загоняют в тупик.

        - Ну и отлично, - он хлопнул в ладоши. - Только смотри, ты обязательно должна узнать расположение всех камер наблюдения.

        - Не хочешь, чтобы твою милую мордашку засняли? - ехидно спросила Даша, под столом сжимая руку в кулак.

        - Не хочу, - серьезно ответил Вадик, - и если мой план провалиться отвечать за все будешь ты!

        - Странно, план твой, а отвечать буду я, - возразила девушка, туша сигарету, - как-то это не логично.

        - Милая, ты главный информатор, и от качества твоей информации зависит многое. Сделаешь свое дело, может останешься жива, если нет, то пеняй на себя и заранее начинай молиться, - разоткровенничался мужичина. - Все просто. Так что не надумывай ничего лишнего, много думать опасно для здоровья!

        - Вот ты и не заморачиваешься, - ехидно подметила Даша.

        И тут же почувствовала, как ее руку буквально стиснули. Пальцы Вадима буквально впились в нежную кожу, вызывая боль. Будто этого показалось мало, Вадик еще и вывернул ей руку под не правильным углом, причиняя еще большую боль.

        - Пусти, мне больно, - попыталась вырваться Беляева, но все попытки только ухудшали ситуацию. Вадик не отпускал.

        - Ты играй, но не заигрывайся, - проговорил Вадик, - чтобы завтра нужная информация была у меня! Это понятно?

        Даша кивнула, с трудом сдерживая крик боли.

        - Я спросил, поняла меня? - повторил Вадик вопрос, сильнее сжимая ей руку, отчего Даша всхлипнула.

        - Да-а, - выдохнула Дарья, и рука сразу же оказалась на свободе.

        - Хорошо, - улыбнулся мужчина, будто сейчас не было никакого проявления физического насилия. - Понятливая девочка.

        - Мне можно уже идти? - Даша прошипела, ненавидя сам факт того, что ей приходится спрашивать. Такого унижения она никогда не испытывала.

        - Конечно, - хмыкнул Вадим, - тем более твое время уже пошло...

        Злобно глянув на него, Даша поднялась с места и, не прощаясь, ушла, пытаясь сохранить остатки своей гордости. Покидая придорожное кафе, Даша уже знала, что будет делать дальше.


***


        Трудно сидеть на месте, когда твоя любимая женщина встречается с опасными людьми. Но и сделать что-то сейчас означало разрушить весь план, который Виталий разработал. Вит расхаживал по своему кабинету, пытаясь взять себя в руки. Он прекрасно знал, что Лазарев и Польских присмотрят за ней, но беспокойство никуда не делось. Даша увязала в этом все глубже и глубже. Ему уже донесли, что квартиру Даши вчера вечером ворвались двое, перевернули там все верх дном, при чем мужчина был уверен, что они ничего не искали. Виталий думал, что это своего рода метод психологического давления на Дашу. Бес часто запугивал людей, ему это не в первой. Только понять бы, что именно они хотят заставить сделать. Понятное дело, она постоянно должна была сливать им информацию о нем. Но что еще? Какова цель у Беса? Или дело в том, что Дарья не хочет поставлять эту самую информацию? Может, Денисов чувствует, что девчонка срывается с крючка вот и пытается надавить?

        Виталию очень хотелось верить, что второй вариант более правдив, что его Белоснежка не играет в эти грязные игры. Умом он понимал, что на это очень мало шансов, но сердце, то самое сердце, в отсутствии которого его так часто обвиняли, хотело верить в лучшее, хотело верить в Дашу. Но Воронов понимал, особенно после ее шокирующего откровения, что Дарья была на краю отчаяния и вполне может желать мести ему, но только не такой ценой. Вит прекрасно понимал, что во многом виноват перед ней, даже слишком. И если она хотела ему причинить боль, то сделала это, потому что смотреть на то, как она сама себя разрушает было очень больно, слушать правду о их так не родившемся ребенке было еще больнее, понимать, что она возможно никогда не простит его было просто адски больно. Мужчина понимал и принимал, что Беляева имеет право на свою вендетту. Но в своем стремлении отомстить ему, она ставит себя в очень опасное положение. Виталий был уже готов плюнуть на свой план и просто насильно вывести ее из города, и уже самому разобраться с Бесом. Но это не поможет ей самой, ее внутренней проблеме, которая грызет ее
изнутри, не давая жить дальше. Даша должна сама прийти и попросить помощи, должна сама желать завершения всей многолетней карусели из боли, отчаяния и расплаты. Они итак все уже сполна заплатили.

        Пора пытаться все исправить и разобраться с былыми обидами, слишком много лет они потратили, пребывая в своих проблемах и боли, все больше погружаясь в бездну отчаяния и равнодушия. Сейчас ему нужно было думать, как обеспечить спокойное и защищенное будущее для своих девочек. И если Даша все же решится остаться с ним, то все оставшиеся месяцы и годы, что им суждено вместе провести, он будет пытаться искупить свою вину. Даша больше не будет страдать, Вит сделает всё, чтобы предотвратить любую боль, которую в будущем могут ей причинить. Если она решит, что хочет жить без него, он отпустит, но сначала сделает всё, чтобы она не захотела этого сделать. Но сначала надо, чтобы Дарья пришла к нему, пока она сама не захочет отказаться от своей мести, пока не захочет отвязаться от Беса, он мало что может сделать для самой Даши.

        История о том, что Беляева была беременна его ребенком, потрясла его до глубины души. Если бы на тот момент не нужно было успокаивать Дашу, которая была практически раздавлена своей мнимой виной, то он бы сорвался. Видит бог, ему хотелось выследить Беляева-старшего и попросту открутить ему его безмозглую голову. Это насколько нужно было не ценить Дашу, чтобы принять такое решение? Как не любить собственное дитя?

        К гневу также примешалось уже ставшие привычными чувства сожаления и раскаяния. Не стоило ему тогда слушать отца Даши, следовало найти ее и защитить. Ему не следовало ее тогда отпускать. И сейчас ему не стоит спешить, Дарья сама достойна решать свою судьбу, сама должна добровольно выйти из той ситуации, в которую она себя загнала. А он со своей стороны сделает всё, чтобы Бес даже пальцем не коснулся ее. А самого Беса он уничтожит, слишком много крови выпил у него Максимов за эти годы. Настало время закончить их вражду раз и навсегда. Это противостояние итак слишком затянулось.

        Тихий стук в дверь заставил, его остановится посреди комнаты.

        - Что случилось? - рявкнул Вит, не настроенный на милые беседы.

        Дверь приоткрылась, и Даша заглянула внутрь.

        - Я не вовремя? - спокойно спросила она.

        Вит призвал все свое хладнокровие, чтобы остаться на месте и не кинуться к ней, не сжать в крепких объятиях, не зацеловать. Облегчение, что ее очередная встреча с Вадиком закончилась хорошо.

        - Нет, - мужчина прочистил горло, - заходи. Ты же вроде уехала?

        - Уже приехала, - ответила Даша, осторожно закрывая дверь. Что-то было не так, Беляева была тихой. Слишком нерешительной. А еще не решалась смотреть ему в глаза. - Я хотела бы с тобой поговорить.

        - Хорошо, давай, - согласился Вит, пытаясь успокоиться и не наделать глупостей, - присаживайся.

        Он отвернулся и медленно двинулся к своему рабочему месту. Судя по всему, Даша не очень уверенно себя чувствовала, поэтому он решил чуть отойти и дать ей пространство. Сев в свое кресло, Воронов стал смотреть, как Даша устраивается в кресле напротив него. Девушка всё еще во вчерашней одежде, заметил Вит. Конечно, после разгрома ее квартиры, ей было не до одежды, а после она встречалась с Вадимом Луценко. Мерзкий тип и один из верных приспешников Беса. Они вместе еще со школы. Когда Лазарев рассказал, что этот урод напал на Дашу, Виту захотелось крови этой скотины. Его не волновало, что Даша в итоге осталась цела, он хотел уничтожить гниду. Макс понял это прекрасно, но уговорил не самому это делать, а нанять для этого людей определенного сорта. Макс всем занимался сам. Через время Макс ему донес, что всё сделано. Вадик загремел в больницу с травмами средней тяжести. Виталий хотел, конечно, более серьезного наказания, но пока это было не возможно.

        - Ты что-то хотела сказать? - спросил Виталий, пытаясь хоть как-то развеять зависшую тяжесть в воздухе. Разговор предстоял не из приятных, это становилось сразу понятным.

        - Да, я... - Даша сглотнула и неожиданно посмотрела ему в глаза, - Вит, я в очень больших неприятностях.

        Так значит, она решила всё рассказать. И, похоже, самые его худшие подозрения подтверждаются. Он ничего не сказал, но кивнул, поощряя ее продолжать.

        - Я вступила в сговор с Бесом, - на одном дыхании сказала Даша, будто кидаясь в омут с головой, - я сливала ему информацию. О тебе.

        И испуганно замолкла, ожидая его реакции. А Вит. А что Вит? Он знал. Он это прекрасно знал, но все равно приступ не контролируемой злости поднялся в нем, сметая все хладнокровие и выдержку. Только один человек мог заставить его терять контроль над собственными эмоциями и Даша этим прекрасно пользовалась. Сейчас он был в бешенстве. Медленно, очень медленно он стал вставать с места, при этом глядя на то, как Даша вжимается в кресло. Голова понимает, что надо взять себя в руки и не пугать ее, только тело не слушается мозгов.

        - Почему? - больше прорычал, чем сказал Вит.

        - Я, - Даша запнулась, прокашлялась, - Вит, прости меня! Я не знала, что делала. На поводу у эмоций пошла. Не стоило этого делать, теперь я это понимаю...

        Воронов обошел рабочий стол и встал перед Дашей. Ее колени касались его ног, а сама она смотрела на него сверху вниз, даже не пытаясь встать.

        - Ты меня так ненавидишь, что готова поставить на кон свою жизнь и здоровье? - хрипло спросил он, голос приходило контролировать, тот норовил сорваться. - Даша, ты понимаешь, на что пошла?

        - Теперь понимаю, - тихо ответила девушка. - И я тебя не ненавижу...

        - Не ври, Даша, - неприятно рассмеялся Вит, - тебе не нужно. Я помогу тебе, только не ври...

        Он прижал руки по бокам, и сжал кулаки, пытаясь взять себя в руки. Откинув назад голову, Вит зажмурил глаза. Воронов думал, что когда Даша придет к нему с повинной, он испытает облегчение. Вот только не было облегчения, хотелось крушить всё вокруг. Гнев и злость играли в его крови, подпитываемые многомесячным ожиданием и вынужденным бездействием. В таком состоянии он был опасен.

        - Даш, уйди, пожалуйста, - спокойно сказал Воронов.

        - Но... - Даша попыталась возражать, - Вит нам надо поговорить.

        - Даша, давай позже, - Вит сдерживался из последних сил, чтобы не перейти на крик, - просто уйди.

        Он не открыл глаза, когда послышался шорох ее одежды, просто отступил, давая ей возможность уйти. Когда, наконец, послышался звук закрываемой двери, Вит сорвался, давая выход своим эмоциям. Документы, телефон, подставка для ручек и прочая мелочь полетели на пол, мужчина просто смел их руками со стола. Но звук упавших вещей не принес облегчения. В ход пошла никогда не нравившаяся ему статуэтка, подаренная работниками ресторана на какой-то праздник. Когда осколки керамики усеяли пол, Вит со всей дури пнул кресло, на котором сидела Даша, оно перевернулось.

        Тяжело дыша, он руками уперся в рабочий стол, но пламя, горевшее в крови, не собиралось никуда уходить. Тогда издав звук полный боли и злости, он подхватил стол обоими руками и дернул. Стол был тяжелым, но у Вита было достаточно силы для маневра, тем более в его теперешнем состоянии. Стол с диким грохотом перевернулся. Но желанное спокойствие не приходило, сердце также бешено билось, словно пытаясь покинуть грудную клетку. Так и стоял Воронов посреди этого погрома, но не видя его. "Успокойся, успокойся", твердил он себе, но чувства вышли из контроля. Долго запираемые на замок, они копились долгое время и требовали выхода.

        Легкое прикосновение к плечу, заставило напрячься все тело. Виталий застыл, понимая кто именно до него дотронулся.

        - Я же сказал, уходи, - произнес он устало.

        - Я и ушла, - спокойно сказала она, - но решила вернуться.

        - Даша, я сейчас не лучший собеседник, лучше уйди, - проговорил он, но каким-то непостижимым образом маленькая ладошка на плече успокаивала его. Он все еще был на взводе, но уже не хотел все крушить без разбора. Просто был зол. И не доволен. - Я не хочу тебе навредить.

        - Я не боюсь, - прошептала ему на ухо она, ей для этого пришлось встать на носочки, чтобы дотянуться.

        Он повернулся и оказался с ней лицом к лицу. Упрямое выражение лица сейчас было у Даши, то самое когда она что-то вбивала в свою красивую головку, и отговорить от этого ее уже было невозможно.

        - А стоило бы, - прорычал он, его рука зарылась в ее распущенные волосы и с силой зажала в кулак, чуть оттягивая назад, - Даша, уходи. В последний раз прошу.

        - Не уйду, - упрямо произнесла она, смотря прямо ему в глаза, а после чего сама поцеловала.

        Виталий поначалу даже опешил, но быстро сориентировался. Запрокинув ей голову, он углубил поцелуй, беря полностью под свой контроль поцелуй, но Даша казалось не возражала и подчинилась ему с энтузиазмом отвечая на поцелуй. Мужчина низко зарычал и стал теснить девушку назад к стоявшему сзади дивану. Когда ноги девушки коснулись желанного предмета мебели, Воронов разорвал поцелуй, яростно смотря ей в глаза.

        - Нужно было сбежать, пока была возможность, - прохрипел он, с силой толкая ее на диван.

        Даша приземлилась на мягкую мебель, чуть подпрыгнув, от неожиданности широкими глазами смотря на Виталия. Мужчина лишь порочно улыбнулся, глядя на провокационную позу, в которой сейчас пребывала Беляева. Ноги чуть раздвинуты, тело распростерто перед ним, волосы растрепались. Пока она была одета в свитер и джинсы, но скоро он избавится от всех предметов одежды и заставит кричать ее от наслаждения, заставит забыть обо всем.

        - Так и будешь смотреть? - спросила чертовка, приподняв бровку. Черт, она его провоцировала! Его маленькая Белоснежка нарывается на неприятности!

        - Нет, - промурлыкал Вит, - смотреть будешь ты!

        И медленно, очень медленно, стал стягивать с себя черную майку. Его улыбка стала шире, когда он увидел, как расширились синие глаза проказницы, а он к тому времени потянулся к ремню. Вытащив его из петлиц, мужчина отбросил его в сторону и тот с характерным звуком приземлился на пол рядом с рубашкой. Даша приподнялась на локти и, прикусив нижнюю губу, наблюдала за действиями Виталия. Звук расстёгиваемой ширинки прозвучал вполне красноречиво. Мужчина избавился от брюк, плавно высвободив длинные ноги из штанин и оставаясь в одних плавках. Но потом он остановился и с высоты своего роста стал рассматривать Дашу.

        - А дальше? - спросила она, облизнув губки. Девочка играла с огнем и знала об этом.

        - Только после вас, - отозвался Воронов, ожидая, что она разденется.

        - А если нет? - вздорно спросила она.

        - Раздевайся, - чуть повысив голос, отдал приказ Виталий, ожидая полного ее повиновения.

        Улыбнувшись плутовской улыбкой, Даша, изогнув спину, стянула с себя свитер. Дальше протянула руки к поясу джинс, намереваясь растянуть удовольствие, начала медленно расстёгивать замок. Когда же дело было завершено, она приподняла попку и стала стягивать с себя джинсы. Стянув их к бедрам, она невинными глазами посмотрела на Вита.

        - Не поможешь? - было совершенно очевидно, что Дарья провоцирует его.

        Преодолев в два шага расстояние, разделяющее их, Виталий буквально сдернул джинсы с Даши, да так, что сама девушка оказалась практически на краю дивана и чуть с него не свалилась, но мужчина крепко держал ее за ноги.

        - Играешь с огнем, малышка, - пробормотал Вит и, сняв с правой ноги носок, ощутимо укусил ее за большой палец. Даша застонала.

        - Что ты со мной делаешь? - спросила она растерянно, будто не понимая, что происходит. Ее растерянность была связанна не с физическими действиями, понял Вит, а с душевным состоянием. Ну что же, не она одна была растеряна. Сам он до сих не мог привыкнуть к тому, что вытворяет эта девчонка с его чувствами и мыслями. С его жизнью.

        - Меньше слов, больше дела, - прохрипел он, сейчас он просто был не в состоянии для долгих объяснений и анализа собственных чувств. В данный момент он хотел одного - оказаться в ней, оказаться дома... Он пытался себя сдерживать и не торопиться, но у него плохо выходило. Желание одной горячей волной накрыло его с головой, требуя, чтобы он взял ее, быстро и жестко. Одно радовало, что Даша была также возбуждена происходящим, как и он сам. Это было видно по лихорадочному блеску глаз, по учащенному дыханию, по тому с каким вожделением она смотрит на него. Она хотела его, а он хотел ее. В данный момент только это имело значение.

        Взяв ее за талию, он пододвинул ее в середину дивана и сразу же устроился между ее разведенных бедер. Когда он лег сверху, Даша вытянулась, сильнее прижимаясь к его телу и чуть улыбаясь. Мужчина поцеловал эти сладкие губы, пытаясь хоть как-то сдержаться, но все равно его поцелуи скорее походили на укусы. Руки Даши вцепились в его плечи, сжимая со всей доступной ей силой.

        Пальцы Виталия пробежались по ее ключице, потом накрыли чувствительную грудь и чуть сжали. Девушка в ответ обвила его талию своими длинными ногами и потерлась чувствительным местечком, заставляя задохнуться мужчину от потребности оказаться в ней. Всё больше походило на какой-то дикий танец, где два тела сплелись в одно, и каждый пытался взять контроль в свои руки. Больше не в силах сдерживаться Воронов, потянулся, чтобы снять свои плавки, но это оказалось не так просто сделать, Даша оплела его своими ногами, не желая ни на секунду прерывать интимного контакта. Но все же он справился с этой не простой задачей. На очереди оказались ее трусики, но с ними Вит не стал особо заморачиваться, а просто отодвинул их в сторону, давая себе возможность прикоснуться к влажным женским складочкам.

        - Посмотри на меня, - требовательно заявил Вит. - Смотри мне в глаза, когда я буду брать тебя!

        Глаза девушки широко раскрылись, глядя на него. Вот в таком положении, глядя друг друга в глаза, они соединились. Он медленно вошел в нее, заставляя Дашу вскрикнуть. Мужчина нагнулся и прикусил ее нижнюю губу, продолжив двигаться. Темп медленно набирал обороты и вскоре он уже брал ее без жалости, сильно, быстро, жестко, полностью теряясь в наслаждении, которое дарило ему ее тело, теряясь в ней. Даша лишь сильнее цеплялась за него, царапая спину, кусая его в ответ. На тот момент между ними было мало нежности, но она им и не нужна была. Это была потребность, одна слепящая потребностью стать одним целым, почувствовать единство. Потребность, граничащая с дикостью и жестокостью.

        На какой-то момент он почувствовал влагу на лице у любовницы. Открыв глаза, он понял, что она плачет. Виталий хотел было остановиться, но Даша неистово замотала головой, умоляя продолжить. Он и не остановился, а просто стал слизывать каждую ее слезинку. Даша благодарно отвела с лица его растрепавшиеся волосы, после чего запустила руку в его шевелюру, притягивая голову для поцелуя. Этот поцелуй был несколько другим, и хоть он был таким же грубым и жестким, было в нем что-то сокровенное, что-то нежное... После чего тихо вскрикнув, девушка кончила, подводя его самого за грань оргазма. Более яркого и сильного наслаждения Вит еще не испытывал, и в тот момент он всеми фибрами души желал только одного - чтобы Даша забеременела его ребенком.

        ГЛАВА 23


        Проснувшись на следующее утро, Даша с неодобрением обнаружила, что рядом с ней Вита не было. С одной стороны было страшно проснуться в одной постели спустя столько лет, а с другой, она хотела этого. Сладко потянувшись всем телом, девушка отметила, что тело ее чуть побаливает, что было не удивительно после тех акробатических этюдов, которые она вчера вытворяла. Конечно же на эпизоде в кабинете они не остановились. Когда Даша, шутя, заметила, что они почему-то всегда занимаются сексом в его кабинетах, сначала в ресторане, теперь в доме и предложила съездить к нему в офис отцовского концерна, Вит пробормотал, что не переживет такую долгую поездку и принес ее к себе в комнату, где и занялся ею основательно.

        Даша помнила то время, когда они были вместе пять лет назад, мужчина многого себе не позволял, лишая себя некоторых проявлений в сексе, которые ему были свойственны. А все из-за того, что Даша тогда не готова была к такому виду секса, или говорила так. На самом деле Беляева просто боялась, потому что чувствовала внутри себя ту самую похотливую, испорченную часть, которая хотела выйти на свободу. Да и Катя тогда наговорила Даше глупости, по поводу того, что мужчины занимаются такими вещами только с проститутками и девушками на одну ночь, а женятся на скромных и сдержанных женщинах. И Даша верила своей более опытной подруге. Теперь же она понимает, что совершила глупость, ведь она не только Виту отказывала в более откровенной близости, она себе отказывала. Может, и не пошла бы она тогда налево, если бы была полностью довольна сексуальной стороной жизни с Витом. В том, что в своей неудовлетворенности тогда виновата она сама, Даша поняла только сейчас. В итоге та самая позорная ошибка в ее жизни, Вадик. Вспомнив его, девушка скривилась. Ей совершенно не хотелось думать о нем сейчас, когда она,
наконец, примирилась с самой собой и своими чувствами.

        Даша встала с постели и впервые осмотрела комнату. Наверное, это смешно звучит, но Даше не удалось толком разглядеть комнату Виталия, так как она была слегка занята. Хозяин комнаты успешно отвлекал ее и, теперь оставшись одна, Даша могла осмотреть спальню. Она была выполнена в различных тонах коричневого, кофейного и бежевого оттенков. Наполнена она была тяжелыми и довольно громоздкими предметами мебели. Конечно, все было выполнено из дерева. Никакого пластика и стекла. Не тот характер у хозяина. И довольно темная, немного тяжеловатая обстановка комнаты полностью соответствовала хозяину дома.

        Даша босиком прошлась по деревянному покрытию пола. Несмотря на холодное время суток, пол был теплым, как весь дом. Девушка улыбнулась, Вит всегда был теплолюбивым и просто не выносил холода. Засмеявшись, Даша прислонилась к стойке кровати. Кровать полностью соответствовала комнате, такая же огромная и деревянная. Беляева понимала, насколько глупой выглядела ее улыбка со стороны, но ничего не могла с собой поделать. Впервые за долгое время, ей хотелось улыбаться и радоваться жизни.

        Помимо кровати, которая занимает полкомнаты, в спальне был огромный жидкокристаллический телевизор, который висел как раз напротив кровати. С боку находился встроенный шкаф-купе, где находилась вся одежда Виталия. Рядом стоял рабочий стол. Даша покачала головой, даже тут у него имеется место для работы. Подойдя к небольшому столу, девушка села на стул, закинув ноги на подлокотник и с интересом рассматривая вещи лежащие на столе. Закрытый ноутбук, рядом с ним небольшая настольная лампа. А рядом... рядом стояла рамка с фотографией. Беляева аккуратно взяла ее в руки и поднесла ближе к себе. На фото были изображены двое, счастливые и влюбленные. Это фото было сделано на корпоративе, в первый год их отношений. Тогда они еще не подозревали, через что им придется пройти, что пережить, сколько ошибок совершить. Даша, чуть погрустнев, вздохнула и отставила рамку на стол, а сама задумалась. Думы ее были теперь о том, как бы не совершить новых необдуманных поступков, ведь в их положении, с их историей, каждый из них имел свои обиды и претензии к другому. Как избавится от прошлого, которое весело, как
Дамоклов меч над их головами? Не осознано девушка начинала постукивать пальцами о поверхность стола, пытаясь найти разгадку этой головоломки. Взгляд бездумно блуждал по комнате, не цепляясь конкретно ни к чему, а думы где-то далеко, там в далеком прошлом, не в том, где боль, предательство и жажда мести, а там где робкие любовь и надежда сплетались в одно большое желание создать семью, создать счастливое будущее. Но не суждено им было, слишком многое было между ними, слишком много ошибок они допустили. И как им теперь быть? Сомнения наполнили сердце девушки, еще недавно было все так просто и хотелось летать на крыльях любви, но реальность дала о себе знать, тяжелыми путами приковывая к земле. Когда-то она не желала видеть реальность, признавать правду, скрываясь от них в своих мечтах и каких-то извращенных принципах, которые по сути никому из них не нужны были. Сейчас она не должна повторить ошибку, прошлое есть и никуда не денется. И им надо учиться жить с ним. Дарья признала свою любовь к Воронову, которую так усердно отрицала все эти годы, но сможет ли она теперь отринуть годы ненависти? Видит бог,
Даша не знала. Дело в том, что она привыкла ненавидеть, привыкла всегда во всем винить Виталия, а от привычек не так легко избавляться, как кажется на первый взгляд.

        Бесцельно гуляющий взгляд вдруг зацепился за ярко-красную папку, лежащую на столе, чуть дальше ноутбука. Закусив губу, девушке вдруг захотелось заглянуть в нее. Природное любопытство проснулось и искушающе нашептывало ей, что не будет ничего страшного, если она одним глазком глянет в эту папку. Еще будучи не уверенной в своих дальнейших действиях, девушка потянулась к папке. Весила она прилично, Даше даже пришлось взять ту двумя руками, чтобы не уронить. Положив папку себе на колени, девушка несколько минут просто смотрела на нее, не решаясь открыть. Всё-таки понимала она, что не имеет права рыться в чужих вещах, но это не уменьшало ее желания заглянуть туда, наоборот усиливало азарт. В итоге любопытство все-таки победило, и она открыла папку. Пробежав глазами по содержанию бумаг и наткнувшись на свои фотографии, Даша выругалась. Сильно. Пролистав несколько страниц, Даша разозлилась. Он следил всё это время за ней! Он все знал! И спектакль, который он вчера разыграл в кабинете лишь фарс! Какую игру он затеял? Неужто решил нейтрализовать таким способом? Решил вернуть ее, чтобы она не причинила ему
существенного вреда, а она повелась, как дура! Идиотка!

        Отбросив эту папку на стол, будто та была заразной, Даша встала. В данный момент, ей хотелось сбежать отсюда, и Дарья бы так и сделала, если бы не полное отсутствие одежды. Застонав и в очередной раз назвав себя идиоткой, Даша вспомнила, что вся ее одежда осталась в его кабинете, разбросанная на полу. С ней были только ее трусики, которые в данный момент и были на ней.

        Беляева бросилась к шкафу с одеждой Виталия и выудила оттуда его рубашку. Одев его на себя и закатав рукава почти на треть, Даша хотела уже покинуть спальню, но потом передумала, понимая, что если так сделает, то поступит, как трусиха. Да и ее проблемы с Бесом никто не отменял, единственный кто может помешать Максимову это Воронов. Тем более он вчера обещал ей помочь, а слова он свои на ветер не бросает просто так. Нужно было поговорить с Витом. Серьезно. Без обидняков. И пусть она сейчас практически еле жива от унижения, но Даша должна наступить на горло своей гордости, чтобы банально остаться в живых.

        Сев на кровать, Даша зажала руками свою голову, пытаясь сконцентрироваться и не скатиться до истерики. Сейчас она никому не нужна. Да и не помогут ее слезы сохранить ей лицо в данной ситуации. Все просто, Вит до сих пор имел власть над ней, стоило ему хорошо разыграть шахматную партию, и вот она у его ног, готовая снова отдастся в его руки, получая от этого удовольствие. И ведь удовольствие на грани, на той самой грани, когда практически чуть не теряешь сознание от блаженства, от наполненности и понимания, что это он - ее любимый. Только ведь о любви и речи не шло, был только секс и Вит ничего не обещал ей. Она отдалась ему и самое ужасное, что сделала бы это опять, даже зная, что для него это просто эпизод и способ предотвращения проблем.

        Скрип открываемой двери заставил Дашу поднять голову и посмотреть на входящего. Виталий был совершенно расслаблен, и пребывал в положительном расположении духа. На нем были тренировочные штаны, а волосы были влажные. Видно успел уже принять душ. В руках он нес поднос, на котором дымились две чашки с ароматным кофе. Запах кофе она услышала даже через всю комнату, и ее рот наполнился слюной, напоминая о том, что вчера вечером она практически ничего не ела. Помимо кофе на подносе Даша разглядела свежие круасаны, Вит знал, как она любила их есть по утрам. Даша невольно задалась вопросом "Неужели это очередной способ запудрить ей мозги?".

        Видя, что Даша не проявляет особой радости при его появлении, Вит весь подобрался. Поставив поднос на тумбу возле кровати, он сел около Даши, совсем рядом, но не прикасаясь.

        - Неужели сожалеешь? - спросил он. Даше показалось, что в его голосе была какая-то обреченность.

        - Да, - соврала она, хотя не сожалела, даже в свете открывшихся фактов, но гордость требовала, чтобы она солгала, - сожалею.

        - Как же быстро меняется твое мнение, - хмыкнул Вит, явно недовольный ее словами.

        - Оно бы не изменилось, - напряженно ответила Даша, боясь даже двинуться, - если бы я не натолкнулась на весьма интересную папочку.

        Виталий сразу понял, о какой папочке идет речь, тяжело выдохнув, он откинулся назад на кровать и прикрыл глаза.

        - Жизнь нас ничему не учит, так ведь? - грустно улыбнувшись, произнес он.

        Даша не стала отвечать, понимая, что вопрос был риторическим.

        - Может, объяснишься? - не выдержала она. Сейчас у нее было сильное желание попросту наорать на него от всей души.

        - А что тут объяснять? - Виталий приоткрыл глаза и посмотрел на Дашу. - Я нанял детектива, который следил за тобой, после чего информировал меня о каждом твоем шаге.

        Как он так спокойно может говорить об этом? Он практически вмешивался в ее жизнь, а говорит так, будто это какая-то недостойная ее внимания мелочь!

        - Как долго? - спросила она, пытаясь понять, когда же прокололась, и Вит все-таки догадался о ее двойной игре.

        - Четыре года, - пожал плечами Воронов.

        - Что? - Даше на миг даже стыдно стало, впервые в жизни она запищала, как кисейная барышня при виде полевой мыши, но другие вопросы были более насущными, и она сразу же забыла о такой мелочи. - Как четыре года?

        - Так, - как ни в чем не бывало, ответил Виталий. - После того как ты ушла, я стал медленно, но упорно сходить с ума. Приняв тогда решение отпустить тебя, я не понимал, насколько эта задача невыполнима для меня. Ты слишком засела у меня здесь, - Вит поднял руку и показал на свою голову. - Меня хватило ровно на год, после чего я сдался и нанял Лазарева, пытаясь хоть как-то компенсировать отсутствие тебя в моей жизни.

        Даша сидела ни жива, ни мертва. Она ожидала любое объяснение, но не такое! Этого быть не может. Четыре года! И она еще себя считала помешанной?

        - Ты сумасшедший, - прошептала Дарья, понимая, что они оба ненормальные.

        - Скажи мне что-нибудь новое, - мужчина чуть приподнялся на кровати, заглядывая в ошарашенное лицо Даши. - Я чертов сумасшедший, одержимый тобой, и прекрасно это осознаю.

        - Но четыре года... - пролепетала девушка, понимая, что все эти годы следил за ней, знал каждого мужчину, с которым она вступала в отношения. Мозг просто не мог справиться с этой информацией, потому что сами факты были за гранью возможного. Она не знала, как реагировать, мысли все смешались, и сказать что-то умное и логичное и представлялось возможным.

        - Ты злишься? - спросил вдруг Виталий, заставляя ее оторвать взгляд от своих рук и посмотреть на него.

        - Я не знаю, - Даша была настолько растеряна, что не понимала, что чувствует по этому поводу. С одной стороны, она всегда была уверена, что Воронову попросту плевать, как она живет и существует, думала, что он давно забыл о ней, а тут выясняется, что всё это время он за ней следил самым грубым образом. С другой стороны, она должна быть возмущена подобным вмешательством в ее жизнь, просто обязана. Вот только необходимого гнева ей не хватало. Всё настолько запуталось, что просто не представлялось возможным определить, что правильно, а что нет. - Я уже совершенно ничего не знаю... И что нам теперь делать?

        - Сейчас главное разобраться с Бесом, - поделился своими планами Вит, - думаю, тут ты со мной согласишься. А дальше... дальше будет зависеть от тебя, Даша. Если ты захочешь, можно будет попытаться начать сначала, а если у тебя ко мне чувств совершенно не осталось, то ты вольна уйти.

        Уйти? Хотела ли Даша уйти? И да, и нет. В данный момент ей хотелось оказаться там, где не будет ничего напоминать ей о прошлом, где она сможет начать все сначала. Но в то же время она не хотела забывать его, не хотела забывать Алису. Ведь по сути Вит давал им обоим шанс, только руку протяни и возьми, но ведь страшно. Сразу всплывали самые черные минуты ее жизни, где она одна, без него, наедине со своим горем.

        - Ты не обязана сейчас принимать решение, - успокоил ее Виталий. - Никто тебя не заставляет и не принуждает. Но пока я не разберусь с Максимовым, ты будешь жить здесь. И будешь под постоянным присмотром.

        - Но... - попыталась опротестовать Даша это его решение, совершенно не согласная с ним.

        - Никаких "но", - Вит резко сел, - пока твоя жизнь в опасности, ты не выйдешь из этого дома, ты меня поняла?

        - Я не могу, постоянно находиться здесь, - возразила Даша, - у меня работа, друзья...

        Договорить она не успела, так как мужчина навалился на нее всем телом, опрокидывая назад и прижимая к матрасу всем телом.

        - А теперь слушай меня, - низко проговорил Вит, глядя на нее сверху вниз, - ты не будешь подвергать сомнению мои указы. Сейчас твоя жизнь в опасности, остальное подождет. Мне плевать, какие неудобства ты будешь вынуждена терпеть, главное твоя безопасность!

        Даша не испугалась его проявления эмоций, скорее разгорячилась. Ощущение его большого тела на себе, вызвало в ней особый трепет и желание близости. Только сейчас не стоило ей торопиться, сначала нужно разобраться хочет ли она этих отношений, сможет ли переступить через то, что было между ними, а уж потом кидаться в его объятия. Поэтому Даша только кивнула, соглашаясь с ним.

        - Вот и хорошо, - удовлетворенно заметил он.

        - А как же мои вещи? - тихо спросила Даша, ерзая под ним.

        - Макс съездит и соберет все необходимое, - похоже на все у него имелся ответ, это немного раздражало Дашу. При мысли о том, что телохранитель будет рыться в ее вещах, Даша скорчила недовольную рожицу, но Вит никак не отреагировал на это, так что пришлось смириться.

        - Может, слезешь с меня? - робко спросила Беляева. В данный момент ей очень хотелось соблазнить его на сексуальные игры, но благоразумие пока останавливало ее. Вот только благоразумие уже было на исходе... Виталий перекатился и оказался лежащим рядом с ней. Так и лежали они какое-то время, оба глядя в потолок, каждый раздумывая о своем.

        - Вит, - начала Даша, понимая, что не возможно больше тянуть, - помнишь ту папку, которую тебе через меня Жека передал?

        - Конечно, - Вит продолжил смотреть в потолок, будто там развернулось какое-то интересное действие. Беляева только порадовалась, что он сейчас не смотрит на нее.

        - Я передала сканированные данные с документов Бесу, - призналась она. - И вчера, когда я встречалась с Вадимом, тот потребовал информацию о плане доме и о системе безопасности. Думаю, это важно. Возможно, Бес решил перейти к активным действиям.

        Вит все же повернулся, но Даша не решилась посмотреть ему в глаза и зарылась лицом в одеяло. Беляева почувствовала, как он встал с кровати, но положение тела не поменяла.

        - Если хочешь, можешь остаться в этой комнате или переехать в любую по своему желанию, - предложил Воронов, - вещи сегодня завезет Макс. С Лазаревым ты познакомишься лично, думаю, не зачем теперь ему от тебя прятаться. Для лучшей защиты он переедет пока сюда.

        - Чистый мужской коллектив разбавленный мною, - пробормотала Даша.

        - Еще Алиса есть, - судя по голосу Вит улыбался. - Если что нужно, только скажи. Чуть позже мы с тобой еще поговорим на счет Максимова, ты более подробно расскажешь о своих делах с ним, а пока мне нужно в офис ехать.

        Быстро одевшись, Виталий покинул ее, оставляя ее наедине со своими мыслями. Даша очень надеялась, что в ближайшее время сможет решить, что же теперь ей собственно делать.


***


        Через пять дней она так и не решила эту дилемму. Сама ситуация накалялась очень сильно. Вит ждал от нее ответа, это чувствовалось, но не давил на нее, пытаясь дать время. Сама Даша понимала, что страх удерживает ее от возобновления с ним отношений. И хотя она любила Воронова, побороть этот страх было очень тяжело. Иногда ей казалось, что она находиться в каком-то лабиринте, где нет выхода. Несмотря на внутренние метания в одном Беляева была уверена - сексуальное напряжение в доме с каждым днем все больше повышало свой градус. Это чувствовали все жители этого дома, включая Жеку, который после того, как узнал обо всем от Вита, решил переехать сюда, чтобы обеспечить дополнительную защиту. Всех обеспокоило сообщение Дарьи, что Максимов вызнавал информацию о системе безопасности дома. Зная, что Бес не гнушается самыми грязными методами, все решили быть предельно осторожными. Даша практически не оставалась одна, с ней всегда был либо Макс, либо Лазарев, либо Жека, или любая комбинация из их трех. Сначала Беляева сильно раздражалась из-за такого назойливого внимания к ней, но потом успокоилась. Этому
сильно способствовала Алиса, которая занимала большее время Даши.

        Оказалась за ребенком, тем более таким маленьким, очень тяжело ухаживать, но Даша делала все, чтобы малышка не была обделенной в чем-либо. Девушка настояла, чтобы пока не брали няню из-за довольно напряженной сложившейся ситуации. В итоге всю заботу об Алисе взяла на себя Беляева, она даже переехала в соседнюю с детской комнату. Правда, в итоге практически жила в самой детской. Первое время было трудно, Даша не имела опыта общения с детьми, но постепенно училась, хоть это и выматывало ее. Ночные пробуждения, постоянное беспокойство и нерешенные вопросы о будущем сделали девушка немного нервной, но Даша пыталась справляться со своими нервами, ее истерики сейчас никому не были нужны.

        Она все же познакомилась с Лазаревым. Дмитрий оказался хорошим человеком, и хотя девушка испытывала сильное смущение, понимая, что этот мужчина уведомлен о многих интимных вещах в ее жизни, общение с Лазаревым быстро стало необременительным и легким. Мужчина не делал никаких намеков, ни осуждал и вел себя очень профессионально.

        Виталия девушка видела довольно мало в последние дни. Насколько Беляева знала, Воронов начал свою собственную компанию против Максимова. Подробностей она не знала, и знать не желала. Но искренне желала Виту удачи. А вот за ним скучала очень, хоть и понимал, что отчасти таким образом он пытается отстраниться от нее, ведь она сама об этом попросила. Только сама от этого и страдала. Не хотела Даша, чтобы он отстранялся от нее, хотела просто человеческого счастья рядом ним. И если она так и будет трусливо прятаться от него, так и останется одна во власти своего страха. Они могут построить новое и счастливое будущее, или могут так и остаться по одиночке. Даша не хотела оставаться одна, и прекрасно понимала, что если за эти пять лет, так и не дала ни одному мужчине прочно войти в ее жизнь, то и в дальнейшем это событие вряд ли случится. Есть всего один представитель мужского пола, с которым Даша может быть вместе, в паре, создать семью. Только с Витом, потому что любит его безумно, не смотря ни на что.

        Таким образом, окончательное решение ее проблемы пришло к Даше вечером спустя пять дней после того памятного разговора с Витом у него в спальне. Девушка на тот момент сидела на кухне, и готовила ужин. В тот момент ее буквально озарило, что она не хочет покидать это место, этих людей, Алису и Вита... Страх все еще присутствовал, страх боли и унижения, но другой страх, более сильный появился в ее сердце, страх, что она потеряет Виталия и Алису. Даша поняла, что первый раз за долгие годы, у нее было ощущение, что она дома, что у нее есть семья. В тот же момент, девушка пообещала себе, что обязательно поговорит с Витом, как только он вернется домой. Пора начинать новую жизнь!

        Через час Даша всё еще вышагивала по кухне, пытаясь собраться с мыслями и придумать слова, которые она скажет Воронову. Одни предложения сменяли другие, а она никак не могла придумать, как лучше донести свои чувства и переживания Воронову. Резкий шум заставил Дашу, оторваться от своей занимательной деятельности и девушка пошла в коридор, посмотреть, что же там случилось. Помимо нее в доме находились еще двое мужчин. Жека сейчас был в гараже, пытался довести до ума свою машину. А Макс очищал двор от снега, на который в этом году не скупиться зима. Беляева предположила, что это вернулся Макс, его уже достаточно долго не было.

        - Макс, ты... - начала девушка, но сразу же застыла, когда поняла, что источником шума был не телохранитель.

        На пороге стояла Катя, которая почему-то была в летней одежде. Растрепанные когда-то ярко-рыжие, а теперь тусклые волосы были рассыпаны по плечам. Бывшая подруга смотрела на Беляеву совершенно невменяемым взглядом. Но не это испугало Дашу, в руках у Катерины был пистолет.

        - Катя? - мягким голосом спросила Даша. - Что ты тут делаешь?

        - Не ожидала? - Ведьма рассмеялась истерическим смехом. - Это всё ты! Ты виновата! Если бы не ты, Вит был бы моим! Моим!

        - Катя, - Даша пыталась сохранять спокойствие, но удавалось это с трудом. Там наверху спит Алиса, а Катя была совершенно неконтролируемой, - но ведь Виталий итак твой. Вы же с ним поженились, помнишь?

        Катя наклонила голову в сторону, руки с пистолетом чуть опустились.

        - Да, была свадьба, - сказала она, растягивая слова. - Я вышла за Ворона замуж и он мой муж...

        - Ну вот видишь, - как можно благожелательней сказала Даша, - он твой. Тебе не стоит так сильно волноваться!

        Катерина дернулась, будто марионетка на ниточках и одной рукой стала приглаживать свои волосы, а в другой все также зажимая оружие.

        - Да, я его жена, - повторила она, - жена!

        - Правильно, - согласилась Беляева, - ты его жена. Может, опустишь пистолет? И мы пойдем на кухню, выпьем чаю и подождем Виталия...

        Катерина задумалась, а Даша про себя стала молиться, чтобы Ведьма ее послушалась. Катя в итоге кивнула, и начала опускать пистолет.

        - Я хочу есть, - сказала Ведьма. - И хочу Ворона!

        Не успела Даша облегченно выдохнуть, как наверху заплакала Алиса. Детский плач заставил напрячься Катю, а потом и вовсе опять поднять пистолет.

        - Катя, это всего лишь ребенок, - мягким голосом сказала Даша, - тебе нечего...

        Договорить ей не дали. Пистолетный выстрел прогремел, оглушая Дашу. Следом хлынула острая боль в плече, заставившая девушку рухнуть на пол. Перед тем как провалиться в темноту, Даша успела лишь с сожалением подумать о том, что так и не сказала Виту, что любит его...

        ГЛАВА 24


        Когда Даша рухнула на пол, Катя улыбнулась легкой улыбкой, будто только что не пыталась убить человека. В голове у нее были обрывочные фразы, а умозаключения были на уровне трехлетнего ребенка. Все упиралось в потребности. Почему-то ей был необходим Виталий. Виталий - такое красивое имя и мужчина под стать имени был красивым. Она помнила, что он ей был необходим, но он был на нее зол. Очень зол.

        Но Катерина могла вернуть его. Да! Могла! Ей так сказала тот мужчина - как его там, ах да! - Бес. До чего же странное имя... Он сказал, что Вит ее не любит из-за Даши и ребенка. Что именно с появлением ребенка, Вит отвернулся от нее. В отрывочных воспоминаниях прошлого и скудном разуме девушки все идеально подстраивалось под эту теорию. Надо избавится от них и Вит снова полюбит ее!

        С улыбкой глядя на Дашу, которая не двигалась, Катя пришла к выводу, что осталась единственная преграда к ее воссоединению с любовью всей жизни. Вит, скоро ты будешь мой!

        Напевая какую-то веселую песенку, Катя начала подыматься наверх. В какой-то из комнат должна быть детская... кажется так сказал Бес...


***


        Когда Даша очнулась, она не сразу поняла, что произошло. Мозг просто был перегружен и был не в состоянии распределить и проанализировать имеющуюся информацию. Тянущая боль в плече заставила застонать и перевернуться на спину, чтобы снять напряжение с поврежденной части тела и, наконец, ослабить жгучую боль. Стараясь глубоко дышать, девушка пыталась привести мысли в порядок, но боль от ранения мешала это сделать. Сознание упрямо пыталось покинуть Беляеву, но девушка цеплялась за реальность. Единственное умозаключение, которое смог выдать ее мозг, что все они находятся в смертельной опасности. Постепенно в голове выстроились кадры произошедшего чуть ранее, приводя девушку еще в больший ужас. Даша не представляла, каким образом Кате удалось проникнуть дом, миновав Макса и Жеку, и думать об этом, если честно боялась. Катерина была вооружена, и могла вполне навредить мужчинам.

        Осмотревшись по сторонам, Дарья поняла, что поблизости Ведьмы нет. Недолго думая, здоровой рукой Беляева нащупала в кармане джинсов сотовый телефон. Дрожащей рукой, она пыталась найти в списках номеров Виталия. От обжигающей боли в раненном плече, Даша до скрежета стиснула зубы. Голова кружилась, а еще страх стискивал ее в своих удушающих объятиях, не давая ухватить очень важную мысль, которая постоянно от нее ускользала. Страх призывал поддаться панике, убежать, спрятаться, но рациональная часть мозга приказывала действовать. Когда Даша всё же нашла номер Вита и нажала дозвон, она просто стала про себя молиться богу, чтобы он остановил Катю и не дал той кого-нибудь покалечить. С силой сжимая трубку, она ждала, когда же Воронов ответил ей. Но гудки всё шли, а он не отвечал...

        - Ну, давай же, - шептала она, как заведенная, - ответь...

        - Да, Даш, - наконец-то ответил Вит. Судя по звукам, доносящимся из трубки он был в машине.

        - Вит, - прохрипела она, пытаясь пресечь появление слез, но те упрямо хотели пролиться, - Вит, слава богу... приезжай скорее!

        - Даш, что случилось? - казалось беспокойство Воронова можно потрогать, так ощутимо оно чувствовалось.

        - Катя, - вопреки всем уговорам здравого смысла, Даша всё же заплакала, - она стреляла в меня, а потом я вырубилась... а теперь я не знаю, где она!

        - ЧТО? - взревел Виталий, после чего послышался мат вперемежку с действиями, которые он произведет с Катей. - Где Макс?

        - Не знаю, - всхлипнула Даша, прикусывая губу до крови, - но боюсь...

        - Мы уже подъезжаем, - перебил Воронов, - будем через пару минут. Запрись в ближайшей комнате и не выходи оттуда пока я не появлюсь!

        - Хорошо, - выдавила Даша, но потом разумная часть её всё-таки уцепилась за всё время ускользающую от нее мысль, и эта мысль привела ее в отчаяние. - О боже! Алиса!

        Стоило ей вспомнить как именно отреагировала Катя на плачь Алисы, страх за ребенка заполнил все сознание девушки. Не обращая на боль от огнестрельного ранения, Даша поднялась на ноги.

        - Вит, быстрее, - скорее прошептала, чем сказала она. - Я знаю, где она! Катя за Алисой пошла.

        От мысли, что Ведьма может попытаться убить ребенка, внутренности обожгло, словно серной кислотой. Ей срочно нужно к Алисе!

        - Даша, стой, не делай глупостей! - проорал в трубку Вит.

        - Я люблю тебя, - сглотнув, произнесла Даша, понимая, что это возможно последние слова в ее жизни, сказанные ему, и отключила телефон.

        У них нет времени ждать, пока они приедут. Возможно сейчас Алисы уже нет в живых... Нет! Она не должна об этом думать! Нужно добраться до ребенка и защитить ее! Здоровой левой рукой, она зацепилась за перилла и стала подыматься по лестнице. Боль была практически невыносимой, но мысли о ребенке не давали ей времени для жалости к себе. Она очень надеялась, что ее подозрения не верны, но слишком уж была сильной реакция Катерины на ребенка, слишком уж ненавидела она Алису. Бессильное раздражение било молоточком по нервам, потому что скорость, с которой Даша подымалась наверх, ее совершенно не устраивала. Она шла слишком медленно! Самое сильное желание у девушки на тот момент было поскорее оказаться рядом с Алисой и спрятать ту. Оно было даже сильнее, чем спасти свою собственную жизнь...

        Путь до второго этажа Беляевой показался вечностью. От страха за себя, переживания за Алису и странной давящей тишины в доме, внутри Даши практически всё сжалось в единый комок нервов. Она не была супергероиней, не была сильной и подготовленной, вообще-то она не знала, что делает, но знала лишь одну вещь - она не может бросить Алису. Тот факт, что в доме бродит сумасшедшая Катя, которая не раздумывая может убить, только усилил осознание того, что Алиса за столь короткое время заняла в сердце Даши огромное место, сметя на своем пути все преграды и заставляя саму Дашу принять и полюбить малютку. И сама Беляева просто не может оставить без защиты эту часть своего сердца.

        Тихо продвигаясь по коридору, Даша осторожно оглядывалась по сторонам, но Кати всё не было, зато сердце отдавалось в ушах отбойным молотком. Дарье даже начало казаться, что прозвучи рядом выстрел, она его просто не услышит из-за грохота в ушах. Дойдя, наконец, до детской комнаты, Беляева приоткрыла закрытую дверь.

        Увиденное заставило действовать, даже не обдумывая происходящее, тело просто действовало на инстинктах, как будто кто-то установил автопилот. Распахнув дверь, Дарья подскочила к Кате и, схватив за руки, просто толкнула ее, наваливаясь всем телом. Даша не видела, как там Алиса. В тот момент было главным оторвать руки Катерины, державшие подушку, от ребенка. Ведьма не ожидала этого вмешательства, была полностью сконцентрирована на Алисе и попытке удушить собственного ребенка.

        Когда Даша навалилась на нее, Катерина закричала. Крик был подобен предвестию смерти, от которого кровь стынет в жилах, и вспоминаются самые страшные сказания про темные, скитающиеся души, которые не могут обрести покой и бродят по этой грешной земле. Но самой Даше на тот момент было не до лиричных сравнений, у нее была только одна цель - спасти ребенка и по возможности спастись самой.

        Сплетясь в смертельном объятии, они обе просто упали на пол с невообразимым грохотом. Оборванный крик и резкая тишина оглушили Дашу. Было больно, плечо теперь не просто болело, оно горело, было ощущение, что его просто пытаются оторваться вместе с мясом и костьми. Голова кружилась, в глазах плясали белые пятна. Беляева практически полностью приземлилась на Катю, которая смягчила Даше удар, но полностью уберечься от последствий падения не удалось. Кроме раненного плеча, боль расцвела в обеих коленках, которыми она ударилась о комод и в голове. Дарья практически сразу откатилась от Кати, действуя практически инстинктивно, прекрасно зная, что она в любой момент может очнуться и снова напасть.

        Преодолевая слабость, Даша открыла глаза и попыталась встать. Ощущения были будто она была в лодке во время очень сильного шторма, чтобы хоть как-то устоять на месте и не свалиться, Даша схватилась за край комода, стоящего около колыбели и опять прикрыла веки, не решаясь посмотреть в колыбель.

        Ощущение чего-то не реального и ужасающего нависло над Дашей, девушка не решалась открыть глаза, казалось, что если она это сделает, то окажется, что она опоздала, что Алиса... детский крик разорвал удушающую тишину, наполняя Беляеву облегчением и давая вздохнуть. Раскрыв глаза, она шагнула к колыбели, и взяла девочку на руки. Ей хотелось сжать ее, расцеловать в лобик, глазки, щечки, в любое место, куда она сможет дотянуться, но страх и понимание, что Катя очнется и попытается снова навредить ей, не дал ей это сделать. Нужно срочно уходить отсюда!

        Даже не взглянув в сторону, лежащей Катерины, Даша буквально вылетела из комнаты и кинулась вниз. Там она наткнулась на ворвавшихся в дом Жеку, Олега и Вита. Увидев последнего, Беляева не раздумывая бросилась к нему в объятия и разревелась. Позже Даша даже не сможет вспомнить, что именно говорила. Одни лишь размытые образы, обеспокоенный голос Вита и собственный запоздалый страх останется в ее воспоминаниях. А также ужас и чувство вины, что еще долгое время не дававшие ей спать.


***


        Когда Даша буквально влетела в объятия Виталия, он чуть не свалился от облегчения. Понимание, что они обе живы, теплом разлилось у мужчины по венам. Даша жива! Алиса в порядке! Дашу всю трясло, она прижалась к Воронову и неразборчиво что-то говорила, а Виталий только и мог стоять там и со всей силы прижимать к себе своих девочек и пытаться успокоится.



        Когда она позвонила и так резко оборвала связь, Воронов думал, что свихнется, он приказал гнать Олега по оледенелой дороге на полной скорости. А когда навстречу им пронесся черный джип, за рулем, которого был Вадим, крышу Виталию практически снесло. Словно издеваясь, Вадик усмехнулся и большим пальцем провел вдоль горла. И как бы Воронову не хотелось поймать этого сукиного сына, он не мог остановиться и последовать за ним. Даша и Алиса были на тот момент самым главным! Если бы с ними что-то случилось, Виталий бы не посмотрел на последствия, он просто бы разделал маленького ублюдка на кусочки и насладился бы каждой секундой процесса. Тот участок дороги, который они преодолели после, был подобен дороге в ад, Виталий никогда настолько не боялся. Казалось, что он может почувствовать спертый запах страха на языке, ощутить касание к своей коже агоний, ощущение полной беспомощности не добавляло спокойствия. Самые разнообразные варианты развития событий проносились в его голове, заставляя терять контроль. Только мысль о том, что Даше нужна сейчас его помощь, заставила его взять себя в руки.



        - Где Катя? - спросил Жека у Даши, которая продолжала жаться к Виту.



        - Наверху, - отрешенно ответила она, отстраняясь от Вита. Глаза совершенно потерянные и непонимающие, что вообще происходит. Алиса плакала, сама Даша тоже. Олег бегом кинулся наверх, вслед за ним стартанул и Жека. Самого Вита не интересовала судьба Кати, главное, чтобы с Дашей и малышкой было все в порядке... Тут Виталий заметил кровавое пятно на ее кофте.



        - Ты ранена, - воскликнул он, оттягивая край кофты и рассматривая повреждение. Вид крови Беляевой, заставил желать самой изощренной смерти Кате и Бесу. Этой выходкой Бес подписал себе смертный приговор. Виталий лично уничтожит весь его бизнес, а потом его самого и всю его семью!



        Даша с какой-то отстраненной заинтересованностью посмотрела на свое плечо, при этом все также прижимая к себе плачущую девочку. Создавалось впечатление, что ей совершенно не больно. Виталий догадался, что у нее шок.



        - Да, - подтвердила она растеряно, - Катя в меня стреляла...



        Слова взорвались огненным смерчем в его голове, заставляя обессилено мужчину сжать кулаки. Желание просто-напросто задушить Катю вспыхнуло в нем, уничтожить ее, стереть в порошок. Они итак столько из-за нее пережили! Но, невзирая на свою злость, беспокойство о Даше было сильнее. Подхватив ее на руки, он отнес ее в гостиную и опустил на диван.



        К тому времени Олег успел спуститься вниз. Он как раз вошел в комнату, когда Вит пытался уговорить Дашу отдать ему Алису.



        - Вит, - странным голосом позвал Олег.



        - Что с Катей? - спросил Воронов, осторожно забирая ребенка у дезориентированной Даши.



        - Она мертва, - тихо ответил Олег.


***


        Слова Олега медленно пробились сквозь внешнюю апатию Даши, заставляя выйти из пассивного состояния. Мертва? Как? Не может быть! Отрицание вместе с неверием навалились на Дарью, не давая адекватно оценить ситуацию. Дрожь пробежалась по телу девушки, она не желала верить в услышанное. Катя не могла! Нет! Память услужливо подсказала кадры произошедшего наверху: падение, резкий треск, оглушающая тишина... Катя не двигалась... Она не двигалась!



        Резко вскочив с дивана, Даша, не разбирая дороги, не обращая внимания на взволнованный окрик Воронова, не чувствуя боли от раны, кинулась наверх. Она должна увидеть! Она должна понять, что это лишь жестокая шутка! Кате не могла умереть. Даша не могла убить ее!



        Но забежав в комнату, надежда сразу потухла. Нет, она не увидела труп, она не увидела кровь. Она увидела одинокого Женьку, который стоял на коленях около распростёртой на полу Катерины. Опущенные плечи, абсолютно бледное лицо, пустые глаза. Нет, он не плакал, но оплакивал. Плакала его душа, его сердце. Казалось, за час он постарел на десятилетие, а то и больше. Образ Жеки в тот момент навсегда запечатлится в памяти Даши. Такого ужаса, такой боли, такого страдания она еще никогда не видела у другого человека.



        Безмолвный крик вырвался из ее рта, ужас произошедшего навалился на ее плечи, всей своей силой пытаясь раздавить под своим весом, пытаясь подавить. Соленые слезы потекли по щекам, это было даже облегчением, потому что слезы не давали ей видеть страдания Алексеевского. Он страдал, а она ни чем помочь не может. Именно она стала причиной всему этому... На нее накатила слабость, ноги подогнулись и она бы упала, если бы ее не подхватили. Даша абсолютно точно знала, что это Вит. Интуитивно она почувствовала, что это он. С некоторым облегчением она восприняла темноту, которая накатила на нее, заставляя упасть в бездну безмолвия.



        Когда Даша очнулась, она уже лежала на диване внизу в гостиной. Наверное, Виталий вынес ее из детской. Девушке совершенно не хотелось открывать глаза и возвращаться в реальность. В реальность, где она была убийцей, пусть и под давлением обстоятельств. Ей не хотелось выплывать из спасительного беспамятства, но желание понять, что же произошло заставило ее открыть глаза. Над ней стоял Вит, и он ругался с Олегом.



        - Ей нужно к врачу, - рычал Воронов, пытаясь отобрать у телохранителя телефон, - срочно!



        Но телохранитель вместо того, чтобы отдать трубку, молча, развернулся и разбил сотовый об пол. Видно было, что мужчина вспылил, в принципе Даша его понимала, Воронов может и умеет доводить до белого каления. Он в этом профессионал.



        - Какого хрена ты сделал? - заорал Вит.



        - Вит, если ты сейчас вызовешь скорую, то смерть Кати уже точно ляжет на Дашу! - объяснил Олег. - Ты этого хочешь?



        - Твою мать, - прошипел Воронов, - не хочу, но ранение...



        - Ранение не смертельно, - перебил Олег, - доверься моему опыту, в свое время я множество раз видел такие раны. Пуля прошла на вылет.



        - Может, ты предложишь так и оставить ее истекать кровью? - похоже, Вит действительно был на грани. Его буквально всего трясло. Даша хотела было сказать, что с ней все в порядке, только в горле настолько пересохло, что она даже слова вымолвить не смогла.



        - Конечно, нет, - возразил Олег, - у меня есть знакомый врач, у него частная практика. Мы часто к нему обращаемся в очень... щепетильных ситуациях.



        Даша прикрыла глаза, слабость во всем теле не давала даже пальцем пошевелить. Она плохо понимала о чем они собственно говорят, воспринимая слова, но не понимая их значения. Что-то они говорили о враче и о том, что нельзя вызывать скорую. Почему?



        - Значит, сейчас отвезем ее к нему, заодно и Макса нужно показать ему, - постановил Виталий, присаживаясь рядом с Дашей. Девушка не видела, но почувствовала, как прогнулся диван под его весом.



        - Я в порядке, - промычал откуда-то с боку второй телохранитель.



        - Угу, простреленная нога и проломленный череп это определенно попадают под твое определение "нормально", - проворчал Олег. - Тебе надо к врачу и это не обсуждается. Но сначала надо решить, что делать...



        Телохранитель запнулся и не досказал, но все поняли, о чем идет речь. Дарья поняла, что не может больше молчать.



        - Вит, - прохрипела она, открывая глаза.



        - Я здесь, милая, - ответил Виталий, отведя волосы с ее лица. - Сильно болит?



        Девушка прислушалась к себе. Вообще-то боль была терпимой, то есть плечо болело и ощутимо, но застрелиться от этой боли не хотелось. Даша пошевелилась, и хотя сил было не много, ей удалось чуть приподняться.



        - Не шевелись, - предостерег Воронов, чуть придерживая ее и не давая делать резких движений.



        - Что произошло? - наконец, спросила Даша. - Как Катя смогла попасть в дом?



        - Ей помогли, - хмуро ответил Вит, глаза сверкали еле сдерживаемым гневом. - Бес постарался.



        - Но как? Ведь Катя была в лечебнице, - растерянно произнесла Беляева.



        - Была, - подтвердил Олег, - но Бес вытащил ее оттуда. Не лично, скорее это дело рук Вадима. Именно он со своей бандой доставил ее сюда. Именно он и обезвредил Макса и Жеку.



        - Красавчика обезвредили электрошокером, с Максом такой фокус не прошел, - хмуро добавил Лазарев. Даша его не видела, голос его звучал с той же стороны, что и голос Макса. Развернуться и посмотреть у нее не было сил.



        - Макс, ты как? - слабо поинтересовалась она. Даша очень рада была, что жив и может говорить. Девушка хоть и ворчала, что мужчина всегда был рядом, но за это время она к нему прониклась симпатией. По правде говоря, она привязалась ко всем мужчинам.



        - Нормально я, - отмахнулся телохранитель, - если не считать, что просрал свои обязанности.



        - Помалкивай лучше, - зашипел на него Лазарев, - тоже мне герой выискался!



        - Так что произошло? - прервала их Даша.



        - В общем, Макса попытались повязать, он уложил двоих, прежде чем его скрутили, - пояснил Олег. - Вадик выстрелил ему в бедро, а потом вырубил.



        - Из моего же собственного пистолета, - добавил Макс и продемонстрировал знание отечественного мата. Некоторые слова Даша слышала впервые, и в другое время впечатлилась бы и оставила не которые словечки на заметку, но сейчас было не до того.



        - Даш, что произошло, когда Катя вошла в дом? - спросил Олег, внимательно глядя на нее.



        - Я услышала шум в коридоре и вышла, - начала рассказывать девушка, ужас произошедшего стал возвращаться к ней, пробирая до дрожи. - Там была Катя, и целилась она в меня из пистолета.



        - Мой, - влез Макс, поясняя, - прежде чем вырубить меня, он отдал пистолет Кате и показал, как им пользоваться. На мне.



        - Почему я не услышала выстрелы? - озадачено спросила Беляева.



        - В гараже отличная звукоизоляция, - ответил Олег. - Когда дом строился, так специально сделали, ведь половина гаража отведена нам с Максом, как тир. Там мы постоянно стреляем, чтобы сноровку не потерять.



        Даша кивнула. Она знала, что парни постоянно пропадают в гараже, просто не знала почему. Теперь узнала.



        - Она в меня выстрелила, - тихо продолжила Даша. - Я вырубилась. Думаю, на несколько минут. Когда очнулась, поняла, что рядом ее нет, и сразу же позвонила Виту. Потом до меня дошло, что Катя, скорее всего, отправилась за ребенком. Так и вышло... Когда я вошла детскую, она душила Алису подушкой.



        - А где был пистолет? - спросил Лазарев. Все поняли, что имелось в виду, почему Катерина просто не застрелила ребенка. От этой мысли Дашу начала быть мелкая дрожь.



        - Там больше не было пуль, - ответил Олег. - Я нашел пистолет возле колыбели. Макс наверняка успел пострелять, перед тем как пистолет попал к Вадиму.



        - Там оставалось две пули, когда пистолет оказался у Вадима, - отозвался Макс. - Одна в моем бедре, другая досталась Даше.



        Даша затихла, пытаясь подавить тошнотворный ужас. Если бы она не успела... Если бы в пистолете было больше пуль...Беляева почувствовала, как Вит сжал ее руку, и немного успокоилась. Он здесь. Он рядом и не даст ее в обиду.



        - Я просто толкнула ее, и мы вместе упали на пол, - заплетающимся языком поведала Беляева. - Я не думала... Я не хотела... После этого, я взяла Алису и выбежала в коридор. Я думала, что она без сознания. А она...



        Тут Даша не выдержала и заревела вслух. Эмоции разрывали изнутри. А ведь она желала ей смерти, все эти годы желала, чтобы Катя умерла. Иногда даже представляла, каким образом Катя покинет этот мир, искренне веря, что имеет право желать смерти ей. Только вот она смерть ее врага, и она сама стала причиной ее смерти, стала убийцей, и никакой радости, злорадства она не чувствовала. Нет. Даша чувствовала себя несчастной. И осознание того, что она лишь спасала Алису, не помогало. Сильные руки обняли ее и притянули к себе. Беляева не обращая внимание на боль прижалась ближе к Виту, пытаясь взять от него хотя бы частичку силы и стойкости.



        - Что теперь? - тихий вопрос Олега, заставил ее замереть. - Мы не можем вызвать полицию и рассказать им, что произошло...



        - Но почему? - спросила Даша, все еще всхлипывая и цепляясь, за Вита, как за якорь в штурмующем море. - Я ведь защищалась...



        - Дело в том, что это случай со смертельным исходом, - тихо проговорил Вит, - а наше законодательство... оно неоднозначно относится к таким случаям. Есть вероятность, что тебе могут инкриминировать превышение мер самообороны. И очень большая вероятность. И это еще не самый плохой вариант. Учитывая историю ваших взаимоотношений с Катей и наши отношения с тобой, какой-нибудь особо ретивый следователь может возбудить дело о непреднамеренном убийстве. Я, конечно, могу воспользоваться своими связями и нанять самых лучших адвокатов, но разразиться скандал. Я известен в стране, как довольно-таки богатый бизнесмен, ты достаточно известный журналист, хоть и в прошлом. От твоей репутации не останется и следа, не говоря уж о том, что всё то время, пока дело дойдет до суда и будет длиться разбирательство, тебе, скорее всего, придется провести за решеткой. И никто не гарантирует положительного исхода.



        Даша слушала и понимала, что она в ловушке. Слова Вита каленым железом отпечатывались в ее мозгу. Понимание того, что ее будущее под угрозой, приносило растерянность и новую порцию боли. А ведь она надеялась, что наконец-то сможет жить по-человечески, но и тут Катя успела вмешаться.



        - Я... - Даша не знала, что сказать. - Что теперь делать?



        - Я возьму на себя вину за произошедшее, - жесткий голос Жеки раздался в комнате. Он стоял у входа.



        Даша посмотрела на него. Бледный, недвижимый, как статуя. Казалось, всю жизнь из него выкачали, осталось только тело. Холодное и безжизненное.



        - Черт возьми, нет, - отрезал Вит, - ты не пойдешь на это!



        - А есть еще предложения? - спросил Алексеевский безжизненным голосом. - В случившемся ведь есть и моя вина тоже. Я должен был...



        - Ты не виноват, - воскликнула Даша. - Никто из нас в этом не виноват. Только Бес!



        - Даша, права, - согласился Виталий, - Катя была невменяема, а Бес воспользовался этим. Для него это игра. Способ меня уязвить и сделать больно.



        - Так что же, ты будешь спокойно смотреть, как Дашу упекут за решетку?



        - Нет, конечно, - отрезал Вит, - но никто в тюрьму не пойдет!



        - Что ты задумал? - Жека прищурил глаза, изучая Воронова.



        - Мы отвезем ее в старую квартиру и всё обставим, как несчастный случай, - ответил Воронов, о чем-то раздумывая. - Все будут думать, что сбежав с клиники, она вернулась домой, а там просто неудачно упала.



        - Ты понимаешь, что есть вероятность, что всё же кто-то доберется до правды? - медленно спросил Алексеевский.



        - Понимаю, - кивнул Вит, - если дело до этого дойдет, я возьму вину на себя.



        - Что? - подала голос Даша. - Вы сумасшедшие оба! Я во всем виновата!



        - Ты ни в чем не виновата! - повысил голос Воронов. - Ты защищала себя и ребенка, и не пойдешь в тюрьму за это!



        - Вит, прав, - согласился с ним Жека, - ты спасала Алису и не должна за это отвечать.



        Оба пытались ее защитить, хоть и по разным причинам. Даша прекрасно понимала, что оба сделают всё, чтобы она не понесла наказания, но сама Даша понимала, что если кто-то из них возьмет вину на себя, то она не сможет молчать и во всем признается. Никто из них не пойдет под суд из-за нее. Но этого она не сказала вслух, прекрасно понимая, что они не станут ее слушать.



        - Думаю, тогда нужно действовать прямо сейчас, - вступил в разговор до этого молчавший Лазарев, - тело надо вести ночью, и всё так организовать, чтобы ни у кого не возникло подозрений.



        - Этим займусь я и Олег, - проговорил Вит. - Жека, ты останешься с Алисой, пока Лазарев отвезет Дашу и Макса к этому вашему знакомому врачу.



        - Вит, - тихо позвала Даша, - я боюсь...



        Она действительно боялась. Боялась за себя, за Виталия, за Алису. Они попали в какой-то кошмар, которому не было видно конца и края.



        - Знаю, малыш, - Вит ее не отпускал из рук все это время, прижимая к себе, - все обойдется. Я обещаю, никто тебя не тронет. Я никому не позволю!



        После этого, ее и Макса запихнули в машину. Дмитрий сел на место водителя, раненного Макса расположили на заднем сидение, а Даша оказалась на переднем. Прежде, чем закрыть дверь машины, Вит наклонился и поцеловал Дашу в губы. Всего лишь легкое касание, но пробрало до самого донышка душу. Даша зажмурилась на миг, отбрасывая весь ужас произошедшего. Но этот миг слишком быстро закончился.



        - Я... - начала Даша, но не смогла продолжить. Почему-то слова не шли с языка, хотя она хотела сказать ему. Вит как всегда понял всё без слов.



        - Знаю, котенок, - мягко ответил он, нежно проведя подушечками пальцем по ее щеке. - Я тебя тоже люблю.



        Потом он все-таки закрыл дверь и машина отъехала. Даше оставалось только наблюдать в окно, как она удаляется от дома и от человека, которого она любила, но так и не смогла сказать заветные слова ему в лицо. Как оказалось, намного труднее сказать о своих чувствах, глядя в его серые глаза.

        ГЛАВА 25


        Даша проснулась в своей постели. Тело все болело, голова тоже. Сама она не выспалась, да это и не удивительно. Боль в плече, постоянные нехорошие мысли, которые лезли в голову, нервы, что постоянно находились на пределе, всё это не давало толком уснуть. Бессонница ее преследовала уже несколько недель. Несколько недель в состоянии постоянного напряжения, в ожидании непредвиденных развитий событий. Возбужденное расследование, страх Даши, что следователь докопается до причин смерти Кати. А постоянные мысли о том, что все можно было избежать, что именно она и заварила эту кашу, окончательно заставили девушку погрузиться в пучину депрессии. Даша никак не могла отделаться от мысли, что не вернись она сюда, не вмешайся, то всего этого было можно избежать. Только эгоистичная ее часть, не давала ей до конца увериться, что эти мысли были правдой, потому что если бы она не вернулась, то так бы и не смогла примириться со своими чувствами к Воронову и узнать правду.



        Отношения с Витом все эти недели были на грани, никто из них не делал попытки физической близости, но они и не отталкивали друг друга. Они много говорили, пытались понять и заново постигали друг друга. Несомненно, сексуальное напряжение между ними до сих пор трещало многовольтными разрядами, но это сейчас было не главное. Они пытались научиться заново друг другу доверять. На фоне внешней напряженности, постоянных допросов и попыток следствия засунуть нос в их дела, связь, сформировавшаяся между ними, ощущалась как никогда более сильно. Они были вместе, но отдельно. Странное состояние, Даша подозревала, что Вит во многом тормозит их отношения еще и из-за того, что опасается, что это привлечет дополнительное внимание следователя к ним. Пока не было никаких поводов для волнения, но Виталий был слишком осторожным человеком. Само расследование, хоть вызвало ажиотаж в прессе сильно не продвинулось вперед, возможно от того, что всё действительно походило на досадный несчастный случай. Но пока дело не было закрыто, расслабляться не стоило.



        Слухи, всякого рода дохожие сплетни и предположения заполнили местную прессу и очень быстро распространились дальше, в СМИ общегосударственного масштаба. Обсуждалось всё от скандала на свадьбе Вита и Кати, ее беременности и сумасшествия до сожительства Даши с Вороновым в одном доме, их прежних отношениях и причинах возвращения Дарьи в город. Спасибо они должны были сказать за такие подробности, известные прессе, Снежане. Бывшая подруга Даши и Кати не упустила возможности поделиться всеми своими домыслами, да еще и приукрасить правду. Первое время журналисты практически не давали им проходу, Беляева практически не выходила из дома и сидела с Алисой. Но из-за ранения ей было трудно справится с уходом маленького ребенка, поэтому они нашли нянечку, которая очень хорошо справлялась со своими обязанностями. Подбором няни занималась сама Даша. Виталий постоянно пропадал, Даша догадывалась, что он готовит ответный удар Бесу, а Жека... он был не в себе. Даша никогда не видела друга в таком состоянии, девушка очень сильно за него переживала, но он избегал любых разговоров, отгородившись огромным
железобетонным забором от всех. Даша замечала, что Виталий тоже переживает за него, но и у него не получилось толком поговорить с другом.



        А сама девушка боялась за них обоих. Жека был очень хорошим человеком, но он был на грани, Беляева боялась, что он пойдет на крайние меры. Нет, самоубийство не для него, а вот убийство... они прекрасно сознавали кто именно виноват, и холодный, стальной блеск в глазах Алексеевского, который появился после смерти сестры до смерти пугал ее. За Вита она боялась по другим причинам. Воронов был полон решимости уничтожить Максимова, но Бес тоже мог причинить им немало вреда. Он уже это сделал. Даша реально опасалась за жизнь Виталия. Хотя опасалась слишком мягкое слова. Девушка за эти несколько недель раз десять просыпалась от кошмара, где на ее глазах погибал Воронов. Место действия всегда было разное, то офис, то ресторан, то машина, то дом, но исход всегда один - он на ее глазах входил в помещение, после чего следовал взрыв. Даша неизменно просыпалась захлебываясь в слезах, с его именем на губах.



        Мало помогали и успокоительные, которые ей прописал врач, по ее просьбе. Рана на плече медленно, но верно заживала, благо серьезных последствий не было. Самым тяжелым было то, что Даше нельзя было демонстрировать свое ранение. Ей нужно было казаться абсолютно здоровой, чтобы не вызвать подозрений. Особенно тяжело было, первую неделю, когда ее вызывали на допрос. Следователь особо с ней не церемонился, а из-за раны она быстро уставала и истощалась. Но Даша смогла выдержать и только несколько человек знали, что она была ранена. Врач ей наложил несколько швов на рану, прописал антибиотики во избежание воспалительных процессов и наказал в случае любого недомогания сразу же обращаться к нему. Федор Алексеевич был строгим мужчиной чуть за пятьдесят, как оказалось, он долгое время служил военным врачом и работал в красных точках, спасая жизни. С Олегом он познакомился, когда того доставили с сильными внутренними повреждениями и врач буквально вытащил тогда еще совсем молоденького солдата с того света.



        В отличие от нее, Максу пришлось остаться под присмотром врача. У мужчины уже были случаи сильных повреждений головы и врач заставил того остаться, чтобы быть уверенным, что последствий сильного сотрясения, которое ему обеспечил Вадим, не будет. Сам Макс выглядел неважно, сильная бледность, синие синяки под глазами, а также некоторая заторможенность действий, говорили о том, что опасения врача могут быть не безосновательны. Когда Максим попытался отказаться, заявляя, что сейчас нужен Воронову и сейчас не время болеть, то получил выволочку от Лазарева, врача и Даши. Один против троих, да еще в столь болезненном состоянии, в итоге он не выстоял и согласился, правда выглядело это так, будто он им делает огромное одолжение и пообещал пару дней отлежаться и вернуться в строй. Судя по хмурому взгляду врача, который тот бросил на своего нерадивого пациента, так просто он не отделается. В итоге так и получилось, Максим отлеживался две недели, прежде чем вернуться на работу.



        После происшествия, Виталий нанял специальное охранное агентство, а в доме были усилены меры безопасности. Около дома постоянно дежурила дополнительная охрана, по периметру были установлены датчики движения и видеокамеры. Дом сейчас напоминал какую-то строго охраняемую крепость, в которую было очень сложно пробраться. Это вносило дополнительное напряжение в атмосферу дома. Казалось вот-вот, что-то должно произойти. Даша была вся как на иголках.



        Так как с Алисой теперь сидела нянечка, у Даши появилось много свободного времени. Только наличие этого свободного времени не очень положительно влияло на нее, скорее наоборот. Размышления, сожаления, печаль окружили ее, не давая дышать. Груз вины никак не хотел уходить. Даша прекрасно понимала, что виноватой она себя не должна чувствовать, ведь она защищала Алису, и смерть Кати была непреднамеренной и случайной. Но это рассудок, а чувства не так легко контролировать. То, что Катя не удачно упала, ударившись виском о край небольшого журнального столика было случайностью. Случайностью, которую не возможно было предопределить. Возможно, если бы Беляева не навалилась на нее всем телом, увеличивая тем самым силу удара, Катя бы могла бы выжить. Возможно, но жизнь не приемлет таких слов как "возможно" и "если бы". Катерина мертва и этого не изменить.



        Вит и Олег перевезли тело Кати на старую квартиру, вместе со злосчастным столиком. Даша не знала, каким образом им удалось не разбудить соседей, каким образом им удалось инсценировать несчастный случай так, что у следователей не было не единой зацепки. Но постоянно боялась того, что они что-то не учли. На следующее утро Жека обнаружил тело и вызвал полицию. Даша даже не представляла насколько ему тяжело и больно, и да представить себе не могла, почему он согласился на все это. Вернее понимала головой, а сердце... сердце принимало тот факт, что Катя для Жеки не просто чужой человек, она его кровь, хоть кровь и подпорченная.



        Проходили недели, а расследование не могло сдвинуться с мертвой точки. Нанятые Витом адвокаты бдили, чтобы следователи не нарушали прав их подопечных. Вит полностью контролировал ситуацию. Несмотря на некоторые странности дела, следователи так и не смогли собрать доказательную базу, да и доказать сам факт "убийства" тоже не смогли. Тот факт, что Катерина лежала в лечебнице и тайно сбежала из нее, был достаточно красноречив. Тем более и у Вита и у Даши было алиби. Жека подтвердил, что Даша в тот момент находилась с ним и Алисой в загородном доме, а Воронов был сначала на важной встрече с компаньонами, после чего вернулся в дом в сопровождении своих телохранителей. Первое время Дарья очень боялась, что в ходе следствия может выясниться, что тело перевозили, но позже этот факт так никто и не смог установить. Потом до Даши дошло, что она практически упала на Катю, а так у нее было пулевое ранение, то возможно на теле или одежде умершей могли остаться следы ее крови. Своими умозаключениями она сразу же поделилась с Витом, который ее успокоил, рассказав, что одежду Ведьмы со следами крови Даши они
сожгли. Саму Катю они переодели и постарались скрыть все следы постореннего вмешательства. Но Даша все равно боялась и только диву давалась выдержке Виталия, который был абсолютно спокоен эти недели, только был более хмурый, чем обычно. Сама Даша такой выдержкой похвастаться не могла, вот и страдала бессонницей. Как ей удалось не сорваться, Беляева не знала, хотя находилась в жутком напряжении.



        Приняв душ и умывшись, девушка как всегда направилась в детскую. Для нее это было уже ритуалом, который за последние недели стал ей необходим. Даша тосковала по Виту, ей хотелось, чтобы ежесекундно он был рядом. Страх за него добавлял нотку отчаяния в весьма сложную кутерьму ее чувств к этому человеку. Она любила его, и разлюбить уже вряд ли могла. Также понимала, что их странные отношения "мы вместе, но всё же врозь" были также следствием ее внутренней неуверенности. Эта неуверенность была следствием того образа жизни, что вела она последние пять лет. Она была буквально морально отрезана от остальных людей, никого не подпускала к себе, находя силы в своем одиночестве и независимости. Теперь ей нужно отбросить все былые привычки, чтобы быть с ним. Причем никто их них не знает, чем эта попытка закончится для них. Итогом прошлой попытки стала полная катастрофа. Но Даша никогда не была трусихой, и понимала, что если сейчас не сделает шаг вперед, то потом возможности может не представиться сделать его.



        Зайдя в детскую, она нашла Жеку, качающего на руках Алису и нежно ей поющего колыбельную. Рядом стояла нянечка и смотрела на него маслеными, влюбленными глазами. Но он не замечал этого почти детского восхищения со стороны девушки. Всё его внимание поглощала маленькая Алиса. Даша не видела его лица, так как он стоял к ней спиной около окна, но было просто невозможно не почувствовать ту нежность и любовь, которые он чувствовал к малышке. Хотя в этих чувствах присутствовала маленькая капля боли, ведь невозможно смотреть на девочку и не вспомнить, кто именно родил ее на свет. По крайней мере, для него. Сама же Даша практически забыла про это, потому что Алиса была ее ребенком... Даша застонала вслух, когда поняла о чем именно подумала, чем привлекла внимание няни и Жеки.



        - Оксана, выйди, пожалуйста, нам необходимо поговорить наедине, - обратилась Даша к няне.



        Та кивнула и направилась к выходу, на прощание кинув на Жеку полный обожания взгляд. Даша покачала головой, подумав о том, сколько вот таких влюбленных девочек было в жизни Алексеевского.



        - Жень, - начала Даша.



        - Даша, не надо, - перебил Жека, неосознанно сильнее сжимая в руках Алису.



        Повисла тягостная тишина, Даша почувствовала, как в очередной раз груз вины сдавливает грудь и не дает дышать, а глаза наполняются слезами.



        - Жень, - тихо прошептала она, - прости меня, пожалуйста! Я знаю, мои слова ничего не стоят, но...



        Алексеевский дернулся, как от удара, посмотрел на сладко спящую племянницу, потом подошел к колыбели и положил в нее ребенка. Алиса тихо засопела, но не проснулась. Постояв немного, глядя на ребенка, он заговорил:



        - Даша, я тебя не виню.



        - Я убила твою сестру, - тихо заплакала Даша, - ты наверняка меня ненавидишь. Самое ужасное, что ты прав, я сама себя ненавижу. Это я во всем виновата!



        Даша чувствовала себя несчастной из-за того, что совершила и из-за того, что не решалась совершить. Громкий вздох Жеки, после чего она почувствовала, как ее обнимают, пытаясь успокоить, дать поддержку. И эта поддержка для Даши была также важна, как и участие Вита, потому что если Алексеевский возненавидел бы ее, то она не смогла бы жить дальше...



        - Даша, ты не виновата, - проговорил он медленно, пытаясь, достучаться до нее. - Знаешь, первые дни я винил себя, потому что допустил это, но потом понял... Катя во многом сама решила свою судьбу. Мне трудно об этом говорить, но она сама сломала свою жизнь, не ты, не я не виноваты в этом. А что до ее смерти... во всем виноват только один человек - Бес. Максимов просто использовал ее. Ты же защищала Алису и свою жизнь. Скажи, если бы ты знала, что так все кончится, ты бы не вмешалась? Ты дала бы моей сестре убить собственного ребенка?



        Даша потрясенно замерла, пытаясь осознать и понять слова сказанные Жекой. И она понимала, что не смогла бы сделать по-другому. Чтобы спасти Алису, она бы сделала это еще раз, даже зная, какой грех берет на душу, даже понимая, что возможно ее посадят за решетку.



        - Нет, - выдохнула Даша, - я все равно бы так поступила.



        - Так зачем ты рвешь себе душу ненужными сожалениями? - заглядывая ей в глаза, спросил он. - Ты спасла жизнь невинному ребенку, предотвратила страшное преступление. И может это прозвучит жестоко, но и избавила Катю от жалкой судьбы. Я стараюсь думать об этом так, потому что если я буду пытаться копаться в том, что произошло, то просто сойду с ума. Катя... чтобы там не говорили, чтобы она не делала, но она была моей сестрой, моей сестричкой, которую я вырастил. Но под конец это была уж не она. Твоей вины в произошедшем нет, есть злая воля Максимова и страшное стечение обстоятельств. Не вини себя, не ломай себе жизнь. Я вижу, как ты относишься к Алисе. Я вижу, ты полюбишь ее, иначе не рисковала бы в ту злополучную ночь своей жизнью. Не позволяй им разрушить твою жизнь.



        - Ты, правда, не против того, чтобы я стала матерью Алисы? - осторожно спросила она. - Не против того, чтобы я вернулась к Виту и заняла место Кати?



        - Это никогда не было ее местом, - устало ответил Алексеевский. - Это всегда было твоим местом. И лучшей матери для своей племянницы я не мог бы пожелать. Ты любишь их, так борись за них. Не упускай возможность обрести счастье, Даша. Максимов и Катя слишком много вреда вам принесли, не давай им окончательно все разрушить.



        Даша смотрела на Жеку и понимала, что он прав. Он не врал, не лукавил, просто говорил правду, и действительно не считал ее виновной. Постепенно сильный захват вины на ее груди ослаб, давая ей сделать глубокий вдох. Нет, она окончательно не избавилась от чувства вины, но Жека был прав. Если бы ей еще раз пришлось пережить ту ночь, она бы поступила все также. Она не стала бы рисковать жизнью Алисы. Почему-то после разговора с Жекой ей стало легче, пришло какое-то смирение с обстоятельствами, признание того, что иногда мы не властны над обстоятельствами в нашей жизни. И Алексеевский прав, она не может сейчас все разрушить, они с Витом итак слишком многое пережили, через многое прошли. А Алисе действительно нужна семья, которая любила бы ее и заботилась бы о ней. Время пришло рискнуть и сделать этот последний шаг.


***


        Виталий устало уселся на кровать, стягивая с себя галстук. Была уже глухая ночь и все домашние спали, он единственный кто еще не спал в это время. Последние недели прошли в бешеном ритме. Постоянный контроль над тем, чтобы расследование по поводу смерти Катерины не зашло слишком далеко, планирование и воплощение плана по уничтожению Максимова, при этом совет директоров решил напомнить ему, что он не единоличный владелец холдинга. Пришлось напомнить им, что это утверждение не так далеко от истины и показать зарвавшимся пиявкам их место. Да еще и постоянное состояние сексуального возбуждения, которое сопровождало его практически каждый день, тоже вкладывало свою долю в бессонницу Воронова. Мысль о том, что где-то в доме спит Даша, такая теплая, родная, заставляло его мысли уплывать вполне в определенную плоскость, где он полностью раскрывал все свои сексуальные фантазии. Только он не хотел пугать ее, он прекрасно понимал, что она пережила жуткий стресс. Не каждый день человек становиться причиной смерти другого человека. А Даша, не смотря на всю свою силу характера, в душе осталась такой же мягкой и
доброй, просто за последние пять лет она спрятала эту мягкость под непробиваемую броню. Давить на нее сейчас означала принудить к чему-то. Хоть она и призналась в своих чувствах, но это было в экстренной ситуации, а позже она так и не смогла повторить признание.



        Виталий прекрасно понимал, что порой очень трудно смириться и принять собственные чувства. В конце концов, он многие годы называл свою болезненную тягу к Дарье одержимостью. Только недавно он понял, что его потребность в ней это просто любовь. Вот так просто. Только чтобы понять эту простую истину ушло слишком много времени. Когда много лет назад она изменила ему, что-то в нем сломалось. Вит простил ее, но подпустить ближе к сердцу не мог, срабатывал инстинкт самозащиты. Казалось, если он сможет держать ее чуточку на расстоянии, то тогда он не сможет в ней раствориться, сможет сохранить себя. Каким же он глупым был. Любят не почему-то, не из каких-то соображений и мнений, просто любят вопреки всему. И Даша всегда была частью его самого, с ее ошибками, ее мнением, не всегда схожим с его, с ее комплексами, но, тем не менее, она была его сердцем и для него она была совершенной. А ошибки, которые они совершили... иногда двум людям, которые находятся во власти гордыни трудно заметить, куда ведут их поступки, их ошибки. Их ошибки привели их сюда, в эту конкретную ситуацию, которую предстоит разрешить.
Виту остается лишь надеется, что Дарья сможет смириться с его недостатками, как и он с ее, принять его таким, какой он есть. Сам он сделает всё для этого, постарается раскрыться, возможно, его любимая также раскроется однажды, не боясь и не таясь...



        Глубоко вздохнув, Виталий заставил себя встать и направиться в душ. Он был измотан, за эти недели трехчасовый сон стал для него обычным делом. Ему очень хотелось закрыть глаза и отключиться на ближайшие пару суток, но это было невозможно. Нужно закончить дела и только потом он мог позволить себе отдых. За это время Виту удалось далеко продвинуться в разрушении бизнеса Максимова. Организация маленького саботажа на крупной стройке была очень точна в исполнении. Всё было сделано тонко и осторожно, без возможности доказать причастность третьих лиц. Учитывая важность проекта, такое событие стало муссироваться в прессе, заказчики были явно не довольны. Сейчас шла проверка, и если эта проверка выявит хоть какие-то нарушения, то Максимову несдобровать. А нарушения были, так что выявление их было делом времени, да и проверяющая комиссия была неподкупна, Вит и об этом тоже позаботился, намекнув при встрече с мэром о возможной нечистоплотности некоторых подчиненных. Так что была созвана независимая группа экспертов из столицы. Это был единственный стоящий проект Беса, все остальные были мелкими, связанными с
общим ремонтом жилых зданий. Если Максимов лишиться этого объекта, то его фирма окажется на грани банкротства, а учитывая возможные неустойки и судебные разбирательства, которые последует после скандала, фирма точно не выживет. Все труды Беса, восстановившего компанию отца из пепла, пойдут коту под хвост. Но этим Виталий не ограничится. Слишком запылилась папка с компроматом на отца Максимова. Тот имел определенные сексуальные пристрастия, причем пристрастия самого Вита на их фоне кажутся забавами маленького ребенка. Максимов-старший любил контроль, силу и боль, его возбуждало, когда его ближнему было плохо и больно. Проще говоря, он был садистом, причем не только в физическом аспекте, но и моральном. Этот человек любил ломать, крушить, наслаждаясь своей властью. Первая его жена и мать Дениса сбежала от него, и ее даже не остановило наличие маленького ребенка. Вторая жена, молоденькая девушка, насколько известно Виту тихая, спокойная и незамеченная в связях на стороне, уже много лет была грушей для битья для своего супруга. Тому хорошо удавалось скрывать эту грязную тайну. Воронов же собирался
раскрыть маленькие секреты этого извращенца. Возможно, его настоящая жена скажет за это еще ему спасибо, учитывая в каком забитом состоянии та прибывала. А когда Виталий разберется с его отцом, то он приступит к полному уничтожению самого Беса. Максимова уже ничего не спасет. За то, что он пролил, хоть и косвенно, кровь Даши, он поплатиться сполна!



        Зайдя в душевую кабину, он потянулся, расслабляя напряженные мышцы. Виталий тосковал по Беляевой. Ему хотелось пойти к ней, прижаться, вздохнуть ее неповторимый запах и просто уснуть, держа ее в своих руках. Тело буквально ломило от этого желания, но осторожность резко одергивала все его поползновения. Воронов мог отпугнуть Дашу своей поспешностью, да и, несмотря на то, что вероятнее всего расследование закончится для них скоро и с благополучным исходом, он не хотел рисковать. Хотя, сам признавал, что если бы Даша сама позвала его, то никакая осторожность не удержала бы его. Слишком сильно Вит ее хотел. Слишком сильно, слишком ярко, слишком болезненно, слишком сладко. В какой-то мере он даже получал удовольствие от этого затишья. Воронов будто бы тянул время, перед тем как насладиться ею сполна. Это характеризовало его как одержимого извращенца, но это отнюдь не беспокоило его. То, что он получал странное удовольствие от этого весьма болезненного состояния, когда он не мог никак выказать свои истинные чувства и потребности к единственной женщине, которую любил, совершенно точно и давало ему не
очень хорошую характеристику. Но Воронов знал, что однажды Даша все равно его примет. Слишком сильна связь между ними, и эту связь не смогли убить ни время, ни предательства, ни боль...



        Выйдя из душа, мужчина завернул бедра в белое пушистое полотенце, предвкушая сон, но нежданный гость в его спальне спутал его планы. На кровати сидела Даша, с длинными распущенными по плечам волосами, которые в ночном сумраке комнаты казались чернильно-черными. В контрасте с волосами кожа девушки была молочно-белого цвета, а на лице четко и ярко выделялись огромные глаза и алые губы. Стоило Вит глянуть на эти пухлые губы цвета клубники, ему сразу же захотелось завладеть ими, целовать их до исступления, попробовать их незабываемый вкус, который был намного-намного вкуснее и насыщеннее вкуса свежей ягоды. Ее вкус был незабываемым и неповторимым, который заставлял терять контроль над собственным телом, вызывая инстинкты древних предков - завладеть, защищать, любить...



        Собравшись с силами, Вит оторвал взгляд от желанных губ, и понял, что сделал это зря, так как он опустил глаза и смог по достоинству оценить наряд девушки. Легкий шелковый халатик бледно-лавандового цвета был надет на ней, причем он был так небрежно запахнут, что вырез горловины открывал прекрасный обзор на грудь Даши, запакованную в черное кружево. Мужчина сглотнул, понимая, что его проверяют на прочность. Тем не менее, Воронов продолжил изучение сидящей перед ним искусительницы, которая с хитрой улыбкой наблюдала за ним. Полы халата были чуть раскинуты, демонстрируя длинные ноги, затянутые в черные чулки на подвязках. Почувствовав, куда именно смотрит Воронов, Даша повторила трюк Шерон Стоун из "Основного инстинкта", медленно перекинув ноги. Мужчина почувствовал, как его пульс отбивает чечетку в голове, а причинное место наливается силой, а всё потому что, как и героиня скандально известного фильма, Даша не надела трусиков.



        - Что ты делаешь? - проскрежетал Воронов, пристально смотря на Дашу и пытаясь взять под контроль собственное либидо.



        - А разве не видно? - хихикнула Беляева, откинув за спину свои волосы. Взгляд Вита не произвольно проследил за этим ее движением. Он очень любил ее волосы, он по ним с ума сходил. А Даша тем временем встала с кровати, и медленной поступью двинулась к нему. Сейчас она была похожа на кошку, которая вышла на охоту. Вит с удивлением понял, что объектом ее охоты был он сам. - Я нагло, беспардонно, самонадеянно и весьма успешно тебя соблазняю!



        От ее хрипловатого голоса, ему захотелось зажмуриться, но он не мог этого сделать. Воронов, как загипнотизированный, наблюдал, как Даша подходит к нему. Завороженно смотрел в ее синие глаза, на ее мягкую улыбку и не верил в происходящее. Он еще никогда не видел ее настолько раскрепощенной. Где-то на задворках сознания вспыхнула мысль, что раньше Дарья не была настолько сексуально открытой, она была невинной, а теперь... Виталий безжалостно подавил эти опасные мысли, стараясь не думать о других мужчинах в ее жизни. Она сейчас с ним и это главное, остальное принадлежит прошлому. У них есть будущее.



        - Обожаю твой запах, - промурлыкала девушка, подойдя к нему вплотную и уткнувшись носом ему в грудь. После чего лизнула сначала один его сосок, а потом другой, вызвав в его теле такой отклик, что мужчина еле устоял на ногах. - И вкус тоже.



        Потом в ход пошли руки. Пальчиками обеих рук она провела по его груди, чуть надавливая и царапая ноготками, а Вит просто стоял и не шевелился, наслаждаясь ее напором, ее страстью. Ему хотелось сию же минуту схватить ее, завалить на кровать, войти в ее податливое тело, заполняя собой, не давая возможности отстраниться. Но пока не время.



        - Грудь тоже восхитительна, - продолжала делиться своими впечатлениями Даша, а потом ощутимо укусила, после чего снова лизнула место укуса, вызывая неконтролируемый стон из его горла. Довольный, сексуальный смех наполнил комнату, проверяя на прочность его выдержку, но он остался стоять на месте. Вит хотел узнать, насколько далеко способна она зайти в этой игре. А Беляева тем временем продолжала истязать его грудь, пробуя на вкус, лаская руками, царапая. Но ее движения имели определенный вектор действия, который был направлен строго вниз.



        - Х-м-м, что тут у нас? - промычала Даша, снимая с него быстро ставшее ненужным полотенце и отбрасывая его в сторону. - Ты определенно хочешь меня, Воронов!



        Самодовольство, звучащее в ее голосе, заставило Виталия приподнять бровь в немом вызове. Даша загадочно улыбнулась и стала опускаться вниз, а голову Воронов заполнили сомнения. Они никогда не занимались оральным сексом, Беляева считала это не допустимым и практически сразу поставила запрет на такой вид ласк. Стоило ли сейчас начинать с этого? Она должна понимать, что он не требует от нее этого...



        - Даша, может не надо? - спросил он ее, схватив за плечо. Не смотря на то, что мысль о том, что она возьмет его в рот, доставляла ему не с чем ни сравнимое удовольствие, он противился этому. Ему нужно знать, что Дарья хочет этого.



        - Воронов, заткнись, - хмыкнула Даша, совершенно верно истолковав его состояние. Видно, гложущие его сомнения полностью отразились на лице. - Я хочу это сделать, и ты не помешаешь мне это сделать!



        - Даш, - несмотря на ее уверенный тон, он все еще сомневался.



        - Заткнись и получай удовольствие! - прорычала она, и, взяв в руку его член, поцеловала сначала кончик, чуть облизала, а потом и вовсе взяла его в рот, делая характерные движения рукой у основания и полностью отключая его способность думать и соображать.



        Весь его мир сошелся в том наслаждении, которое она дарила ему своими губами. Чувствовать ее губы на себе, ее затрудненное дыхание, раскрасневшееся от удовольствия лицо... это было невероятно. Она получала удовольствие от действия, это было написано на ее личике и это делало его буквально диким. Когда нежные пальчики коснулись яичек и аккуратно приласкали, Вит окончательно лишился рассудка и запустил руки в ее волосы, притягивая к себе ближе. Закинув голову, он зарычал, как дикий зверь. Но когда Даша закашлялась, подавившись его плотью, мужчина моментально отрезвел и чуть отстранился, но Даша удержала его, вцепившись пальцами ему в ягодицы, не желая выпускать свою добычу из рук.



        - Не бойся сделать мне больно, - прошептала она, - я не хрустальная.



        А потом снова взяла его член в рот, поощряя его двигаться. И он двигался, но на этот раз аккуратно и медленно, не желая делать ей больно или неприятно, наслаждаясь каждым движением, каждым ее стоном. Ощущения были просто нереальные, сладкий плен ее рта, мягкий ритм движений, ее ноготки, впивающиеся в его задницу, всё это заставляло его уплывать далеко-далеко. Даша медленно, но верно подводила его к грани, но Воронов не хотел этого. Не хотел переступать грань без нее, они должны сделать это вместе. Чуть потянув ее за волосы, он отстранил ее от себя, заслужив с ее стороны недовольный взгляд. Сжав губки, девушка попыталась вернуться к прерванному занятию, но он крепко удерживал ее голову. Наклонившись, он вцепился в ее губы со всей накопившейся страстью, практически кусая, но Даша не стала отделываться ролью статистки и с энтузиазмом включилась в игру, аккуратно цапнув зубками его язык, разбойничающий в ее рту. Тихий рык вырвался из его горла, давая возможность ей оценить ту степень возбуждения, до которой она довела его.



        - Ты хоть понимаешь, что ты со мной делаешь? - тихо спросил Вит, в голосе проскальзывали хищные нотки. Сейчас он выглядел немного даже угрожающе, только Даше по ходу дела это нравилось. В ее глазах играли удовлетворенные нотки уверенной в себе женщины, которая заставила потерять контроль своего благоверного.



        - Довожу до кондиции? - ее вопрос был произнесен утвердительным тоном. Ну всё, эта плутовка его довела!



        Резко подхватив ее на руки, Воронов донес ее до кровати и швырнул на нее. Не долго думая, Даша повернулась на четвереньки и стала отползать, но была быстро поймана в ловушку тела Виталия, который с силой сдавил ее и прижал к своему тело. Оба в унисон застонали. Оба тяжело дышали.



        - Куда это ты собралась? - прохрипел мужчина ей в ухо.



        Даша ничего не ответила, грудь ее лихорадочно вздымалась и опадала. Виталий улыбнулся, ему только это и нужно было. Он заставит ее полностью потерять над собой контроль. Взяв в руку ее волосы, он оголил ее шею и стал покрывать ее мелкими поцелуями. Шея всегда была эрогенным местом у Беляевой. Его расчет оказался верным и в скором времени, девушка в его руках тихо поскуливала от возбуждения и жажды.



        - Вит, - гортанным голосом позвала она.



        - Что, дорогая? - спросил Воронов, чуть прикусив ей загривок и проскользнув рукой в халатик, сжал ее упругую грудь.



        - Вит, - повторила она просящим голосом, приподняв попку и потеревшись ею об его восставшее достоинство, чем вызвала у Вита непонятный звук, что-то среднее между смехом и стоном.



        - Милая, прекратить? - невинно поинтересовался он, останавливая свою руку и пытаясь ее убрать. Однако, провернуть этот трюк ему не дали, Даша вцепилась в его руку, тихо рыча. От ее хватки на руках определенно останутся царапины.



        - Воронов, - заявила Даша, - если ты меня сейчас не тр...хнешь, я тебя...



        - И что ты сделаешь? - спросил он, игриво прикусив в этот раз мочку уха, а потом лизнув раковину. Он обязательно обследует все ее тело, оближет с ног до головы, будет пировать ее телом. Но это будет чуть позже. А сейчас...



        - Я сама тебя тр...хну! - заявила Даша и попыталась перевернуться, но Вит не дал ее произволу воплотиться в жизнь. Он буквально навалился на нее всем телом, прижимая к кровати, и не давая пошевелиться.



        - Нет, малыш, тр...хать сегодня буду я, - хмыкнул Воронов и чуть отстранившись, буквально содрал с нее бедный халатик. В процессе съема вещи, шелк надрывно затрещал, после чего был отправлен в не известном направлении.



        При виде нагого тела Даши, на котором были лишь чулки, подвязки и бюстгальтер, Виталий одобрительно заурчал. Округлая белоснежная попка так и манила его, и он не стал сопротивляться, а просто наклонился и укусил манившую его плоть, оставляя засос. Даша взвизгнула и попыталась отползти, но сильные руки окружили ее, удерживая на месте. Потом Вит дотянулся до второй округлой половинки и повторил свой ритуал, Даша затарабанила ногами о постель.



        - Воронов, твою мать! - зашипела она, как кошка, извиваясь.



        - Терпение, малыш, - самодовольно проговорил Вит, выцеловывая дорожку вдоль ее позвоночника, - терпение - это добродетель!



        - Ворон, - вдруг успокоившись, Даша обернулась и посмотрела на него, - я, что похожа на добродетельную барышню?



        - Нет, - улыбнулся Воронов, - ты похожа на девушку, которую сейчас отдерут по полной!



        - Угу, - Даша уткнулась головой в истерзанную подушку, - если всё будет продолжаться в таком темпе, то до утра мы точно не управимся!



        Виталий проигнорировал ее высказывания и вытянулся во весь рост над ней, после чего его рука сново нашла ее грудь и сжала через кружево. Девушка заерзала, требуя более интенсивной ласки.



        - Ах, ты мой ненасытный котенок, - Воронов уткнулся ей в затылок, - мой нетерпеливый ненасытный котенок!



        - Вит, просто войди в меня, - попросила Даша, - мне больно!



        И он не смог ей отказать. Воронов вошел в нее, руками сжимая ее бедра, осторожно растягивая и наполняя. При этом его губы были на ее плече, нежно покусывая и облизывая белоснежную кожу. Даша же тихо вскрикнула и руками зарылась в одеяло. А дальше было действие, медленно набирающее обороты, переходящее в отчаянное желание, мощное, бьющее по нервам, заставляющее кричать и стонать. Девушка подмахивала ему, пытаясь поддержать бешенный темп, который он задал. Сам же Виталий потерялся в движении, в ее теле. Даже если бы кто-то в данный момент приставил к его голове пушку и приказал остановиться, он бы не смог этого сделать. Мужчина превратился в зверя, полностью подконтрольного своему инстинкту. Его ладони слишком сильно сжимали ее плоть, но он не мог заставить себя разжать руки, он вцепился в нее, будто она была единственным его спасением на этой земле. Хотя так оно и было.



        Запах секса и пота наполнил комнату, а мерно бьющаяся об стенку кровать наверняка разбудила по соседству спящего Олега, но ему было все равно. Сейчас было главным погрузиться в нее, глубже, сильнее, отдавая ей всего себя, заставляя плавиться от жара своей страсти. Под конец Даша уже не могла кричать, лишь тихо постанывала, он почувствовал, как ее тело напряглось в преддверии оргазма. Девушка надрывно застонала и закинула руку ему на голову, больно цепляясь за волосы. А Виталий только усилил свои старания, жестко входя в ее тело, доводя до неистовства. Просунув под нее руку, мужчина нашел уязвимый бугорок, и зажал его между пальцами, чуть оттянув, даря ей долгожданное освобождение. Закусив губу, Беляева выгнулась под ним, испытывая наслаждение, граничащее с болью. И только после нее он позволил себе почувствовать ту же самую агонию экстаза, слепящую вспышку оргазма, практически лишающую разума.



        Воронов практически рухнул на свою любовницу, придавливая своим весом. Он понимал, что слишком тяжелый, но его тело отказывалось ему подчиняться. Кое-как мужчина перекатился и лег на спину, уставившись в потолок, пытаясь прийти в себя. Постепенно мозг стал функционировать и Вит ужаснулся, тому каким образом взял ее. Наверняка у нее останутся синяки и куча засосов.



        Повернувшись на бок, он посмотрел на девушку, которая лежала, не шевелясь, уткнувшись в подушку. Вит потянулся и нежно откинул рассыпавшиеся волосы на спину.



        - Даша, ты в порядке? - осторожно спросил Виталий, пытаясь не удариться в панику.



        - А? Что? - Даша подняла растрепанную головку и посмотрела на него. - Вит, дай мне оттойти от самого лучшего секса в моей жизни, а? Я слегка сейчас невменяема, не говоря уж о том, что я не в состоянии ноги свести вместе.



        Помимо воли Воронов расплылся в улыбке довольного жизнью мужчины.



        - Сейчас приведем тебя в порядок, - пообещал он, поцеловав в макушку, прошел в ванную.



        Набрав полную ванну теплой воды, Воронов вышел в спальню и залюбовался на совершенно неподвижную Дашу, которая по всей видимости уже спала. Виталий решил, что поторопился с водными процедурами, но Беляева лениво пошевелилась и пробормотала:



        - Ну что, готова там моя ванна?



        Через пару минут, она уже нежилась в теплой водичке, довольно жмурясь, как кошка на солнце. Вит сидел рядом с ванной и нежно наблюдал за ней.



        - Спинку потереть? - игриво спросил он, Даша приоткрыла глаз и покачала головой.



        - Вит, я тебя люблю, - спокойно произнесла она, будто делала ему это признание ежедневно на протяжении долгого времени.



        Воронов завис. Реально, он только мог, хлопая глазами, смотреть на нее.



        - Эй, а где встречное признание? - спросила она, взмахнув руками, отчего немного пены взметнулось вверх и медленно спланировало на Виталия, который не обратил на это никакого внимания, продолжая все также недоуменно смотреть на нее. Молчание затягивалось, и Даша начала нервничать. Дав себе огромный мысленный подзатыльник, Воронов, встав на колени, потянулся к ней и смачно поцеловал в губы.



        - Конечно, я люблю тебя, дуреха, - прошептал он. - Все эти годы любил, и оставшиеся буду любить! А теперь, когда ты сама призналась в чувствах, я никуда тебя не отпущу, котенок. Надеюсь, ты это прекрасно понимаешь? Я только боялся, что тебе понадобится много времени, чтобы простить и забыть прошлое...



        Даша рассмеялась и положила ладошку на его колючую щеку.



        - Я сама от тебя теперь добровольно не уйду, - хмыкнула она. - А что до прошлого... я ведь ненавидела тебя, знаешь?



        Воронов вздрогнул, будто она его ударила наотмашь. Почувствовав это, Даша положила вторую ладошку на другую его щеку, успокаивая и заставляя посмотреть на нее.



        - Я ненавидела тебя, - она заглянула ему в глаза, пытаясь донести свою мысль, - потому что любила. Каждый божий день, я мучилась от осознания того, что несмотря на измену, на боль, на потерю ребенка, я все равно тебя любила. Это заставляло меня чувствовать себя тряпкой и тихо ненавидеть тебя, за то, что ты украл мое сердце. Со временем я даже убедила себя, что на полном серьезе ненавижу, только это был самообман. Я всегда любила тебя...



        Воронов прервал ее монолог глубоким поцелуем, подумав, что теперь никто и никогда не разлучит их... он не позволит!

        ГЛАВА 26


        Даше было тепло, уютно и впервые за долгое время она просыпалась с совершенно спокойным сердцем. Девушка еще не до конца поняла, где она и что с ней произошло, так как мозг всё еще пребывал в блаженном состоянии сна, но тело требовало, чтобы она проснулась. Потребности тела, заставили ее сонно застонать и перевернуться на спину, но маневр не прошел, так как позади Даши лежал мужчина, который обнял ее сразу, стоило ей пошевелиться. Воспоминания стремительным водопадом обрушились на нее, вызывая сначала удивление, а потом широкую улыбку на ее лице. Она смогла! Она это сделала!



        - Спи, - сонно пробурчали ей в ухо, крепче прижимая ее к своему телу. Даше захотелось замурчать и потереться о тело Вита. На душе было легко. Но, несмотря на всю красоту момента, ей срочно нужно было сбегать по маленькому.



        - Вит, отпусти, - попросила она хриплым ото сна голосом, - мне в туалет надо...



        Последовал мягкий поцелуй в ухо, после чего ее освободили от железных объятий. Даша попыталась справиться с желанием прижаться к нему снова, чтобы он обнял ее крепко-крепко и не отпускал. Когда его руки исчезли с ее тела, ей показалось, что лишилась чего-то жизненно важного. Это было глупо. Они не могут вечно находиться в этой постели, спрятанными ото всех навечно. Но так хотелось...



        Призвав на помощь всю свою силу воли, она все-таки встала с постели и оглядела комнату в поисках своего халата. У Вита была своя отдельная ванная комната, примыкавшая к спальне. Но Даша решила, раз уж она встала, то нужно и Алису проведать. Это было инстинктивное желание увидеть своего ребенка, и девушка не могла ему противиться. Но идти голой в детскую не слишком хорошая идея, а в комнате Вита не было ее вещей. Можно, конечно, одолжить у него футболку или рубашку, но Беляева не была готова демонстрировать степень их близости с Вороновым. Прошло не так много времени со смерти Кати, и на момент смерти она всё еще официально была женой Виталия. Даже несмотря на тот факт, что бракоразводный процесс шел полным ходом, но из-за проволочек, связанных с рождением ребенка, невменяемым состоянием Катерины и прочих бюрократических процедур, их развести не успели. И для Даши было кощунственным поступком так просто и нагло заявить свои права на этого мужчину, в то время как со смерти Кати прошло совсем ничего. Головой она понимала, что это уже не важно, что для Виталия это не имеет значения, но привитые с
детства принципы не хотели так просто отступать на второй план.



        Она все-таки обнаружила свой халатик на... светильнике. Лиловая ткань безвольно свисала на стене, зацепившись за средство освещения комнаты. Покачав головой, она встала на цыпочки и потянулась, чтобы достать свой потерянный предмет одежды. И в это же время со стороны кровати раздался очень красноречивый стон, говорящий о том, что Воронов совершенно не спал и следил за своей любовницей. Даша схватила халатик и быстренько накинула его на себя.



        - Это просто преступление, прятать такую красоту под одеждой, - высказался Виталий, поворачиваясь на спину и демонстрируя свои идеальные кубики пресса. И как этот мужчина умудряется держать себя в такой превосходной форме, при этом руководить успешным бизнесом и разбираться с врагами? Серые глаза следили за ней, пытаясь выхватить любые изменения в ее поведении, изучая ее. Даша прекрасно понимала, что мужчина боится того, что она опять включит задний ход и попытается улизнуть. А нетушки! Прежде чем прийти сюда и соблазнить его, Даша долго и очень напряженно обдумывала всё, что произошло за последние месяцы. И поняла одну очень важную вещь - она не желает жить без него и Алисы. Сомнения и страхи до сих пор не оставили ее, мельтеша где-то на заднем плане, но ее нужда в нем была сильнее. А история с Катей показала, что жизнь слишком коротка и может оборваться в любой момент, поэтому не стоит ее тратить на игры. Нужно просто жить и стараться делать это достойно.



        - Если я буду разгуливать по дому абсолютно нагой, меня могут не правильно понять, - насмешливо ответила девушка, изучая урон нанесенный Виталием ее дорогому халатику. Боковой шов разошелся, и теперь справа красовалась вполне живописная дырка. - Или тебе понравится, если Олег и Макс оценят достоинства моей фигуры?



        Даша подняла глаза на него и приподняла бровь. В ответ на ее провокационный вопрос, мужчина прищурился и одним плавным движением вскочил с кровати. Дарья даже не успела пошевелиться, как оказалась в его удушающих объятиях.



        - Любого, кто окажется настолько глупым, чтобы хоть как-то посягнуть на мое, я сотру в порошок, - тихим, очень серьезным голосом поведал он. - Надеюсь, ты понимаешь, что я не шутил, когда говорил, что не отпущу тебя никогда? Я не врал. Ты теперь моя!



        По идее такие речи должны были отпугнуть или, по крайней мере, насторожить девушку, но вопреки здравому смыслу, она расплылась в улыбке.



        - Твоя? - тихо прошептала она ему в плечо, а потом подняла на него глаза. - Звучит, будто я твоя собственность... только если ты хочешь, чтобы я тебе принадлежала, ты должен будешь ответить мне тем же! Ты должен будешь стать моим! Никаких Арин, Катерин, Малин и прочей х...ри в твоей жизни не должно быть! Только я одна! Я не согласна тебя делить с кем-то!



        Ее выступление прервали поцелуем, не насильственным и властным, а нежным и любящим. И если его с ума сводящая страсть заставляла ее подчиняться, то нежность заставляла медленно плавиться и плавать где-то высоко в облаках. И в этот раз ситуация повторилась, только полный мочевой пузырь не дал Даше оторваться от земли и взлететь на облака любви. Она чуть отстранилась, и это сильно не понравилось Виту, отчего он сильно сжал ее в своих объятиях. Даша пискнула, и попыталась вывернуться, но он не дал.



        - Вит, - жалобно протянула она, - если не хочешь, чтобы я тут тебе сделала лужу, то лучше отпусти.



        Пара секунд у него ушло, чтобы понять смысл, сказанных ею слов, после чего он громогласно засмеялся. Девушка выскользнула из его рук и подбочилась, сурово глядя на него.



        - Прости, милая, - отсмеявшись, проговорил Воронов, - просто иногда я не знаю, что от тебя ожидать в следующий момент!



        - Не уходи от темы! - заявила Беляева, не меняя положения тела. Она, конечно, очень сильно хотела по-маленькому, но она не даст ему возможность отклониться от темы. Она была слишком важной для нее. Если он в этот раз изменит ей, то она уже не сможет восстановиться от этого предательства. Она была сильной, но не настолько.



        - Ох, маленькая моя, - нежно улыбнулся ей Виталий, взяв в свои ладони кисти ее рук, - никто кроме тебя мне не нужен. Я пять лет мучился без тебя, и поверь, не собираюсь рисковать снова тебя потерять из-за ненужной и бессмысленной интрижки. Я достаточно умный, чтобы уяснить урок с первого раза. Я больше никогда тебя не предам, слышишь?



        Даша кивнула и подумала, что ведь она когда-то тоже ему изменила, и сделала это добровольно, потому что хотела сравнить, действительно ли Вит лучший... за пять прошедших лет, она в этом убедилась. Она испытывала наслаждение с мужчинами, но никогда не было душераздирающего, выворачивающего наизнанку взрыва, который она испытала в руках Виталия. Раньше она не позволяла, ему в полном смысле доминировать, а ведь как выяснилось именно это ей и надо. Она сама не давала ему раскрыться и своими бессмысленными упреками и поступками, отталкивала его. Даша сожалела, что ей пришлось столько пережить, чтобы это понять и принять.



        - Вит, прости меня, - отважилась она. Ей было нелегко произнести эти слова. В каком-то смысле она даже надломила что-то в своей душе, но так нужно было. Гордость может стать самым опасным врагом в отношениях двоих, и им обоим нужно быть друг с другом предельно откровенным, насколько тяжело это не было бы.



        - За что? - с лица Воронова моментально слетел налет нежности, появилась тревога.



        - За то, что пять лет назад оказалась не достаточно сильной, чтобы понять и принять тебя. За то, что изменила. За то, что...



        Досказать ей опять не дали, в этот раз просто заткнув рот грубым поцелуем. Похоже это становится своеобразной традицией. Хотя девушка нисколько не возражала. Даша ответила на поцелуй, пытаясь вложить все свои недосказанные слова, свои чувства в этот поцелуй, умаляя понять и простить. Когда поцелуй закончился, Даша просто уткнулась ему в грудь, пытаясь отдышаться.



        - Мы много глупостей наделали, - произнес он, - я тебя давно простил. Но прошу тебя, Даша, доверяй мне, не закрывайся... если мне опять придется пробиваться через вновь возведенную стену глупых домыслов и недоверия... это будет болезненно для нас обоих.



        - Я тебе верю, - проговорила Даша, положив ладонь на небритую щеку. Вит сейчас был весь взъерошенный, немного заспанный и такой родной. - Только не предавай меня... в этот раз я уже не смогу оправиться...



        Она не смогла проговорить это, смотря в глаза, поэтому спрятала лицо у него на груди.



        - Малыш, если я тебе сделаю больно, разрешаю взять мой пистолет, который храниться в сейфе и прострелить мне оба колена, - полушутя полусерьезно предложил Воронов, гладя ее по голове.



        - Если ты думаешь, что я так не сделаю, то ты глубоко ошибаешься, - предупредила она и обняла за плечи, после чего чмокнула в щеку и отступила. - Но мне действительно нужно в туалет, да и Алису нужно проведать.



        Вит нежно посмотрел на нее, но через минуту к нему вернулось былое хладнокровие и желание к действию. Черты лица как бы окаменели, глаза стали жесткими и непроницаемыми.



        - Ты права, - согласился он, - у меня сегодня много дел. Нужно, наконец, довести до логического завершения расследование по поводу смерти Кати. Сегодня официально должны закрыть дело.



        Даша сразу же вздохнула спокойно, услышав новости, но осталась довольно грустной. Ей не нравилась быстрота, с которой переключался Вит с нежности на холодную невозмутимость. Видно, заметив ее невеселое состояние, Вит прижал ее к себе.



        - Скоро это всё закончится, малыш, - пообещал он, - и мы все втроем съездим куда-нибудь, отдохнем... желательно месяца на два...



        И позволил себе усталый вздох, который моментально выветрил из ее головы все странные мысли. Виталий устал, он, конечно, сильный, но тоже ведь человек. В последнее время ему досталось так же, как и ей, а может и больше. Но он не показывает своих слабостей, а вот ей показал. Даше пора уже учиться видеть истинные мотивы его поступков, а не надумывать свое. Да он тяжелый человек, с кучей тараканов в голове и ужасным, скрытым характером. Только кроме него ей никто не нужен, иначе бы она сейчас была бы уже замужем за Жекой. Но ей нужен Воронов и только он, так что нужно учиться уживаться вместе. Тем более она тоже не подарок. У самой огромное количество тараканов в голове, причем размером с тираннозавра, да и с такими же зубками.



        - Отдых, - выдохнула она счастливо, - втроем... так погоди, а кто третьим будет? Алиса или Олег?



        Вит фыркнул.



        - А что, уже не можешь без нашего телохранителя? - спросил он.



        - Ну-у-у... как сказать, - протянула девушка, - я уже сроднилась с ним...



        - Думаю, он будет польщен, - хмыкнул Виталий, - правда я ему хотел отпуск дать. Он давно у своей матери не бывал....



        - О-о-о, - протянула Даша, - ну раз мама, придется ехать без нашей любимой няни....



        Виталий рассмеялся.



        - Нужно будет сказать ему, что няня из него лучше вышла, чем телохранитель, - решил он.



        - Не стоит, - улыбнулась Даша, - если он решит переквалифицироваться, то Оксана без работы останется.



        - Ладно, - согласился Воронов, - не будем девушку лишать работы.



        - А ты знаешь, что она не равнодушна к Жеке? - положив свою голову Виту на плечо, спросила она. Даша немного пританцовывала на месте, очень сильно хотелось в туалет, но такие минуты спокойного общения, легкой нежности и мягкой насмешки стоили переполненного мочевого пузыря.



        - Я не удивлен, - ответил Вит, мягко массируя подушечками пальцев ее голову, отчего девушка застонала, - Красавчик всегда был привлекателен для женщин. Даже в школе он смог очаровать Марину Николаевну, нашего самого старого и самого строгого педагога. Ее все боялись, но Жеке она все прощала.



        - Поэтому ты и дал ему прозвище Красавчик? - мягко смеясь, спросила она.



        - Да, - Вит перестал массировать Даше кожу головы и отступил от нее, - тебе нужно в туалет, Даш! Если мы сейчас не отлепимся друг от друга, так и будем весь день стоять.



        Даша хотела возразить, но поняла, что Виталий прав. Разочарованно выдохнув, девушка направилась к выходу из комнаты.



        - Я скоро, - сообщила она Виту, тот лишь кивнул, что-то напряженно обдумывая.



        Даша вернулась к себе в комнату, где переоделась в спортивный костюм и привела себя в порядок. Одела она олимпийку, которая полностью скрывала тело, а трико полностью скрывало ноги. На ее белоснежной коже было множество свидетельств очень бурно проведенной ночи. На бедрах, плечах и шее были темные отметины. Только Даша совершенно не переживала по их поводу, ей даже было приятно. Стоило ей взглянуть на какой-нибудь синяк, и Даша сразу же вспоминала, каким образом получила его.



        После вынужденной остановки в своей комнате, Даша зашла в детскую. Оксана в этот момент как раз кормила малышку, аккуратно укачивая в руках. Новая няня была просто находкой. Девушка проживала в селе и не имела каких-либо рекомендаций, зато в свое время вырастила трех младших братьев и одну сестренку. Оксана отличалась некоторой нерешительностью, но была милой и доброй. Даше она сразу понравилась и девушка сразу же приняла ее на работу и теперь нисколько не жалела об этом. Постояв еще немного, Беляева понаблюдала за процессом кормления, а потом решила не вмешиваться и вернуться к Виту.



        Когда она вернулась, он уже был полностью одет и ждал ее.



        - Мне нужно ехать, - сказал он, и Даша поняла, что настал конец волшебной ночи единения, настали серые будни с кучей разнообразных проблем.



        - Да, конечно, - Даша постаралась произнести это с воодушевлением, но она немного переиграла. И Вит это заметил.



        - Даш, вечером я вернусь сюда, к тебе, - он подошел к ней и встал практически в плотную, но не подавляя своей силой, а скорее окружая и поддерживая. - И я хочу, чтобы ты была здесь, в этой комнате...



        Даша нахмурилась и посмотрела на него.



        - Я хочу, чтобы ты жила в этой комнате, со мной, - объяснил он. - Моя жена должна быть подле меня...



        - Вит, - растерянно выдавила из себя Даша. По правде говоря, она испугалась. Испугалась того насколько сильно ей захотелось согласиться, но головой она понимала как это всё выглядит со стороны. Он ведь вдовец, с новорожденной дочерью... а ведь не прошло и двух месяцев со дня смерти Кати.



        - Не думай о них, - грозно сказал Воронов, - это наша с тобой жизнь. Ко всем этим людям она не имеет никого отношения. Я не заставляю тебя, но хочу быть рядом с тобой...



        - Я согласна, - выдохнула она. Он был прав, они итак слишком долго были порознь.



        - Вот и отлично, - облегченно сказал он, стало видно, что Вит переживал из-за ее решения, - сегодня будешь перевозить вещи на новое место жительства.



        - Не успею, - скривилась Даша, - мне к врачу надо...



        - Что-то случилось? - Дарья впервые услышала в его голосе истерические нотки.



        - Ничего, - успокоила она его, положив руку ему на живот, - просто мне нужно на ежегодный осмотр. После травм... мне постоянно обследование проходить нужно, я итак затянула с этим делом.



        - Я еду с тобой, - заявил Вит, сразу становясь предельно серьезным.



        - Вит, расслабься, - Даша почувствовала, как он напрягся, как задеревенели его мышцы, - это стандартная процедура. Мне просто нужно показаться у врача, сдать необходимые анализы. Ничего серьезного. Мой врач, у которого я все это время наблюдалась, посоветовал отличного специалиста и выслал мою карточку сюда.



        - Я должен быть с тобой, - уже не так основательно заявил Виталий.



        - Вит, у тебя сейчас итак полно проблем, - продолжила убеждать Даша. - Лучше сконцентрируйся на них.



        - Хорошо, - сдался он, - но возьми с собой Макса или Дмитрия.



        - Конечно, милый, - улыбнулась Даша, - я не настолько дурочка, чтобы рисковать своей жизнью. Тем более сейчас, когда у меня появился смысл для существования.



        - Обязательно позвони мне, как выйдешь из больницы, - Даше не удалось полностью его успокоить. - У меня странное предчувствие....



        - Всё будет нормально, - пообещала Даша, - обязательно позвоню, как освобожусь.



        Ей всё же удалось уговорить его отправиться на работу, хотя Виталий упрямо хотел поехать с ней. Но Даша не видела в этом необходимости. Когда Виталий всё же уехал, Беляева решила исправить еще одну ошибку, совершенную ею.



        Набрав знакомый до боли номер, Даша никак не решалась нажать кнопку дозвона. Но гордыня помеха не только в любви, но и в дружбе.



        - Алло, - заспанный голос Жени донесся до девушки. Теплая волна растеклась в крови у Даши, много лет Женя была ей единственной подругой и опорой, а она из-за своей мести чуть было не разрушила их дружбу. Даша очень надеялась, что Женя сможет простить ее.



        - Привет, - робко начала Даша и замолчала, не зная как начать разговор.



        - Даша? - удивилась Орхидея. - Что-то случилось? Ты в порядке?



        Обеспокоенный голос Жени вызвал у Даши неконтролируемый смешок. Вавилова действительно думала, что она может позвонить ей только в одном случае, если бы что-то случилось. Эх, гордыня действительно была грехом Даши.



        - Нет, всё в порядке, то есть... - ответила Даша, сбиваясь, - Катя умерла... а со мной всё в порядке.



        На том конце провода облегченно выдохнули.



        - Я знаю, - ответила Женя, - о смерти Кати судачили все кому не лень.



        Наступило обоюдное молчание. Женя не знала о чем говорить, видно просто не могла понять, почему подруга ей позвонила, а Даша не знала, как начать разговор.



        - Как он? - наконец спросила Женя. Даша поняла, о ком она говорит, просто не возможно было не понять. Волна стыда накрыла ее, ведь из-за нее подруга отказалась от отношений с Жекой...



        - Он... справляется, - прокашлявшись, ответила Даша, - но ему тяжело. Он... Женя, позвони ему, пожалуйста! Прошу. Ему просто необходима твоя поддержка.



        - Я так не думаю, - как-то неуверенно ответила подруга, - если бы я была ему нужна, Жека бы сам позвонил...



        Сколько раз Женя порывалась позвонить ему, но останавливала себя? Ведь и неискушенному человеку было бы видно, что Женя отчаянно переживает за него.



        - Жень, - Даша сглотнула, пытаясь подобрать нужные слова, - ты ему нужна. Ведь ты уехала, бросив его. Из-за меня, я знаю это, и эта вина теперь всегда будет со мной. Но прошу, позвони ему, он по тебе скучает...



        - Так вы... не вместе? - ее голос дрогнул, когда она задала этот вопрос.



        - Нет! - повысила голос Даша. - Нет! Твой отъезд уже ничего не решал... он меня не любил, как и я его. А вот ты для него очень важна. Не знаю, любовь это или нет, но даже после твоего отъезда, он отверг меня. За что, кстати, я ему очень благодарна.



        - Х-м-м... - протянула подруга, не зная, что сказать на откровения Даши.



        - Я... мы с Витом снова вместе, - призналась Даша, закрыв глаза и ожидая услышать осуждение со стороны подруги.



        - Слава богу, - реакция подруги стала очень большой неожиданностью для Даши.



        - Я тоже так думаю, - потерянно произнесла Даша, - я хотела бы попросить у тебя прощения, подруга! Прости. Я была идиоткой.



        - Ты ведь с Витом не потому, что собираешься ему отомстить? - с подозрением спросила Евгения.



        - Нет, - тихо ответила Дарья, - я с ним потому, что люблю его, не смотря ни на что.



        - Ну что же, - выдохнула Женя, - я давно это подозревала...



        - Женя, я знаю, что своими поступками многим сделала больно, да и вообще, - девушка вздохнула, пытаясь решить, что именно говорить ей, врать не хотелось, но и правду сказать, означало подвергнуть ее опасности. - Я много дел наворотила, но раскаиваюсь в этом...



        - Я уже простила, - спокойно отозвалась Женя, - простила еще тогда в аэропорту. Я твоя подруга, я чувствовала, что тебе больно и не могла помочь... Это очень страшно, когда не знаешь, что сделать, чтобы спасти родного тебе человека. Я рада, что ты одумалась, Даша.



        Беляева разрыдалась. Слезы хлынули неудержимым потоком. Даша услышала, как Женя тоже всхлипнула.



        - Орхидея, я тебя люблю, - призналась Даша. - У меня никогда не было ближе подруги, чем ты!



        Дальше разговор прошел легче. Девушки рассказали последние новости, рассказали о своих чувствах, Даша настояла на том, чтобы Женя позвонила Жеке. Она очень надеялась, что сможет исправить эту досадную ошибку и эти двое вновь воссоединяться. Орхидея пообещала позвонить ему. Беляева также рассказала Жене о том, какая замечательная Алиса, какая умненькая, какая она красивенькая. Вавилова лишь хмыкала и говорила, что так говорят все матери о своих детях. Проговорили они часа два, не меньше. Жене срочно нужно было в студию, поэтому дальше разговаривать она не смогла. Перед тем как распрощаться, Евгения опять пообещала позвонить Алексеевскому.



        Вытерев слезы, Даша улыбнулась. Определенно жизнь налаживалась. Они с Витом вместе, Женя ее простила, Алиса здорова и сегодня должны, наконец, закрыть дело о смерти Кати. Что-то внутри воспротивилось этому, уверяя, что всё не может быть настолько радужно... но Даша отмахнулась от противного голоса, уверенная в том, что просто не привыкла быть счастливой.


***


        Через три часа, девушка прибыла в больницу. Ее врач посоветовал Долгова Александра Владимировича, как очень хорошего специалиста. Как оказалось это довольно молодой специалист, с редкой светлой шевелюрой и небольшими, но цепкими карими глазами. После недолгой беседы, мужчина направил ее на анализы. Сдав кровь и другие необходимые ресурсы, Даша вернулась в кабинет врача. Сегодня ее сопровождал Дмитрий, который остался ожидать ее в коридоре.



        - Выпейте сладкого чаю, - добрый врач поставил перед ней заманчиво дымящуюся кружку с крепким напитком, - вы еще ничего не ели, а уже полдня прошло... так не только голова закружится.



        Даша лишь улыбнулась, с вожделением глядя на кружку. С самого утра она ничего не ела, а беготня по больнице кого хочешь вымотает.



        - Спасибо огромное, - искренне отозвалась Даша, пробуя на вкус чай. Очень вкусно, только он имел довольно странный привкус...



        - Не за что, - улыбнулся врач, только Беляевой показалось, что как-то уж слишком нервно.



        - Вкусный чай, - одобрила девушка и протянула руку для того, чтобы взять печеньку, - только странный у него привкус. Это какой-то особый чай?



        - Да, - кивнул врач, - элитный...



        Что-то в поведении врача настораживала, глазки бегают, и он сам постоянно коситься на наручные часы.



        - Вы спешите? - спокойно спросила Беляева, внимательно наблюдая за Александром Владимировичем. Что-то ее беспокоило. Что-то заставляло нервничать. Нужно уходить отсюда. Немедленно.



        - Нет, - покачал головой Долгов, - я жду кое-кого...



        - Ой, - Даша с радостью восприняла эту новость, как повод улизнуть отсюда, - тогда я лучше пойду. Я же не единственный ваш пациент.



        Девушка резко встала и сразу же села на место. Сильное головокружение настигло ее внезапно, заставляя желудок болезненно сжаться.



        - Что-то мне не хорошо, - прошептала Дарья.



        Врач сразу же оказался около нее, приподняв ей голову, стал смотреть состояние ее зрачков.



        - Начало действовать, - прошептал он и достал телефон.



        - Что...? - полностью проговорить фразу она не смогла, язык отказывался слушаться, как и тело. Она будто полностью лишилась костей, а тело превратилось в бесформенную массу.



        А Долгов тем временем набрал нужный номер.



        - Это я, - отрывисто произнес он. - Она готова. Можете ее забирать. И Вадим, чтобы мое имя...



        Его грубо прервали, приказав заткнуться. Даша все слышала и понимала, что происходит, но не могла пошевелиться. Она даже закричать не могла.

        ГЛАВА 27


        Вит поднимался по лестнице в своем загородном доме, ему нужно было убедиться, что с дочкой всё в порядке. Нужно было увидеть своими глазами. Он не обращал внимание на кровь, стекающую с костяшек. Гнев сделал из него неконтролируемого зверя. Зверя, который был готов разорвать любого кто встанет у него на пути к Даше. Зверя способного убить за своих девочек.



        Он был на совещании, когда Лазарев позвонил ему и рассказал, что Дашу похитили. Мужчина сразу же покинул взбешенных членов совета директоров и направился в больницу. Как он не убил кого-нибудь по дороге, Вит не знал. Его самый страшный кошмар воплотился в жизнь. Страх, гнев, боль делали его совершенно неконтролируемым. Приехав на место, Воронов сразу же направился к тому самому врачу, у которого консультировалась Даша. Когда он поднимался на третий этаж, все шарахались от него, как от бешенного. И правильно делали. На тот момент он за себя не отвечал. Пинком открыв дверь в кабинет, Виталий нашел Дмитрия. Тот нависал над напуганным врачом. Дмитрий пока не тронул его. Но это пока. Так распорядился сам Вит.



        - Где Даша? - спросил Вит, холодным и острым, как сталь голосом.



        - Я не-езна-аю, - заикаясь, ответил врач, загнанным взглядом поглядывая на Диму. Не того боишься, слизняк! Здесь в больнице Вит не мог устроить допрос с пристрастием, и если этот с...кин сын добровольно не расскажет всё, он из него выбьет всю правду, да так, что потом еще долго писаться кровью будет... если, конечно, выживет. Хладнокровный гнев настолько наполнил Воронова, что он совершенно спокойно размышлял о смерти никчёмного человечишки. Он сам подписал себе смертный приговор, из-за этой мрази его девочка оказалась в руках его злейшего врага. И с ним будет все тоже самое, что случится с ней.... Абсолютно все!



        Как потом рассказал Лазарев, Дашу вынесли из кабинета якобы с приступом и увезли в сторону реанимации, куда Дмитрия естественно не пустили. Телохранителю все это показалось странным и он сразу же отзвонился Максу, после чего вышел из больницы и направился ко второму выходу, который предназначался для персонала. Дашу как раз вывозили на каталке, причем вывозил Вадим и один из его людей. Лазарев практически подоспел во время, но напарник Вадима задержал его, у них завязалась драка, а в это время Вадим просто перенес на руках Дашу в машину и по-быстрому смылся, оставив на месте не очень удачливого приспешника, попавшего под руку разозленному Дмитрию. Этим человеком занялся Макс и скорее всего он сейчас выбивал из того подробности планов Беса. Хотя эта пешка вряд знает планы Максимова.



        С доктором Долговым тоже пришлось повозиться. Поняв, что дела его плохи, тот быстренько засобирался, решив исчезнуть, но Лазарев быстренько обрубил его планы. Но по приказу Вита пока не трогал его. Врач достаточно боялся Беса и его команду, чтобы не рассказать всю правду сразу. Очень зря, Виталий проводя допрос сам поразился своему полному безразличию к боли несчастного врача. Ему было просто плевать. Главным для него было вызволить Дашу, а какими способами он этого добьется, это было уже делом десятым.



        Дмитрий предложил самому провести процесс допроса, но Вит решил сам заняться грязной работой. Он не радовался причиняя боль другому, отнюдь. Ему вообще все это было отвратительно, но так было нужно. Он не позволит вредить своим близким. А кто навредил, получит по полной без возможности на милосердие и сострадание. Долго упрашивать врача сказать правду не пришлось, через пятнадцать минут "упрашиваний" Вита он сдался. Как оказалось, Максимов нашел лечащего врача Даши в Москве, хорошенько припугнул, и тот согласился на всё, лишь бы от него отстали. Он позвонил Беляевой, посетовал, что ей необходимо обследоваться. Учитывая, что Даша затянула с обследованием больше чем на три месяца, это не вызвало подозрений у девушки. Он также "порекомендовал" нужного врача, который был на крючке у Максимова. Долгов был игроком. В подпольном казино, принадлежащему Бесу он проиграл баснословно огромную сумму, а денег у рядового врача не было. Так что когда от Беса поступило встречное предложение, доведенный до отчаяния Долгов согласился...



        Понимание того, что придется прибегать к крайним мерам, не очень обрадовало Воронова, но выбора не оставалось. Особенно после того, как позвонил Никольский. Очень давно они с ним работали в паре по расчистке района от мелких бандформирований. Его партнер сделал отличную карьеру и сейчас был очень влиятельным человеком в структурах. Но последнее время Вит с ним не общался, судьба развела, а использовать их "дружбу" себе в угоду Виталий не решался, не был он дураком. Попытки манипулировать этим человеком ничем хорошим не могли обернуться. Но тут Никольский сам соизволил позвонить, чтобы предупредить... всплыли фото, на которых запечатлены Вит и Олег, затаскивающие тело рыжеволосой девушки в подъезд многоэтажного дома. И всплыли они на самых верхах, видать доброжелатели решили действовать наверняка. Ордер на арест Виталия и Олега должны будут выписать утром. Виту повезло, что очень высокопоставленный генерал не пожелал оторвать свою задницупоздно вечером, чтобы дать указания по поводу ареста Воронова. А может и не повезло, а помог Никольский по старой дружбе... он как раз был личным помощником этого
генерала. Это дает ему время на то, чтобы вызволить Дашу. А дальше... он очень надеялся, что его план сработает. Виту удалось упросить Никольского исполнить две его просьбы. Просить не было в стиле Воронова, но были вещи гораздо важнее его гордости. Никольский пообещал подсобить в обоих случаях.



        Зайдя в детскую, он обнаружил обеспокоенного Жеку, который держал в руках Алису. Не говоря ни слова, мужчина подошел к другу и забрал ребенка из его рук. Малышка, будто бы понимая, что сейчас очень опасное время, не капризничала и смотрела на Вита такими же серыми глазками, как и у папы, и тянулась к нему ручками. Не смотря на всю сложность ситуации, Вит улыбнулся своей дочке и поцеловал ее в лобик. Но потом показалось этого ему мало, и он еще поцеловал ее в обе щечки. Алиса забавно угукнула и зацепилась за прядь его волос.



        - Милая моя, - нежно прошептал Вит, - девочка моя.



        Но тянуть с этим дальше не возможно было. Счет шел на часы, а то и на минуты. Он посмотрел на предельно серьезного Алексеевского.



        - Вы сейчас же уезжаете отсюда, - приказным тоном заявил Виталий. - Я должен знать, что хотя бы моя дочь в безопасности. Лазарев договорился со своими ребятами, они будут вас сопровождать. Вас доставят в безопасное место, где вы и отсидитесь пока все не закончиться.



        - Вит, я могу остаться... - начал Красавчик, явно не желая оставлять друга в таком положении.



        - Жек, я тебе доверяю, как себе, - Вит укачивал в руках малышку, прижимая к себе, будто бы прощаясь, - ты единственный кому я могу доверить свою дочь. Если ты будешь с ней, я буду уверен, что ты за ней присмотришь и не бросишь. Мне нужна эта уверенность, чтобы довести дело до конца.



        Евгению всё это не нравилось. Виту тоже, но им приходиться иметь дело с обстоятельствами, которые просто не могут нравиться. Виталию придется рискнуть всем, и неизвестно, чем дело закончится. В этой схватке с Бесом в живых может остаться только один или никого. Сегодня ночью всё решиться, и Воронов был настроен закончить это дело раз и навсегда.



        Алексеевский, няня и Алиса уехали в сопровождении пяти опасного вида мужчин, оставляя загородный дом практически пустым. В доме остались только Макс, Олег и сам Виталий. Охранников, нанятых в охранном агентстве Вит разогнал, ему не требовались свидетели.



        Перед тем, как Бес все-таки соизволил позвонить, чтобы выдвинуть требования в обмен на жизнь Даши, Виталий успел сделать еще две важные вещи. Во-первых, он поговорил с Олегом. Разговор был тяжелым и проходил на повышенных тонах, Олег никак не хотел соглашаться с доводами Виталия, но Воронов всё же настоял на своем. Правда взгляд телохранителя говорил, что он полностью не согласен со своим начальником и другом. Во-вторых, он написал письмо на имя Никольского Владислава и положил его в сейф. От этого письма будет зависеть жизнь двух людей, которые дороги Виту, и если он не сможет пережить эту ночь, письмо станет гарантией того, что эти люди будут защищены от последствий сегодняшней ночи.



        Самодовольство Беса так и читалось в словах, когда тот позвонил ему:



        - Ну что, Ворон, долетался?



        - Бес, не выделывайся, - отрезал Вит. - Говори, что тебе надо.



        - А крошка-то твоя хороша, Вадим прямо-таки ждет-не дождется момента, чтобы опробовать твою телочку в деле, - протянул Максимов, наслаждаясь ситуацией.



        - Если он только коснется ее пальцем, хоть волоска на ее голове, то пусть начинает прощаться с жизнью, - прокомментировал Виталий. Он знал, что сделает это. Киллера ведь можно и из-за решетки нанять.



        - Вит, роль Ромео не для тебя, - хихикнул Денис. - Ты сразу становишься таким жалким...



        - Бес, не тяни, у нас не так много времени, - остановил разглагольствования Беса Воронов, - ты его меня лишил. Жду в гости оперов. Насколько я понимаю, этих гостей именно ты мне обеспечил.



        - Так ты уже в курсе, - Бес немного разочаровался, видно рассчитывал на то, что Виталий не узнает об этом до самого ареста.



        - Именно, так что давай не лебези, - голос Вита был совершенно безъэмоционален, - эти фокусы со своим папашей устраивай, это у него любовь к пресмыкающимся...



        - Не поминай моего отца, - прошипел Бес. Как всегда тема отца для Максимова была болезненной.



        - А то что? - спросил Воронов. - В тюрьму отправишь? Или мою девушку выкрадешь? Или найдешь еще одну мою бывшую и отправишь ее ко мне с оружием? Ты слишком много болтаешь, Денис, именно поэтому из тебя ужасный бизнесмен. Понты тут не прокатят...



        - Ну что же, - Беса тоже не так легко было вывести из себя, - давай к делу. Что ты готов отдать, чтобы вернуть свою любовь?



        - Всё, - устало ответил Воронов, понимая, что на кон в этой игре поставил абсолютно всё.



        - Это хорошо, - хмыкнул в трубку Максимов, - значит, ты согласишься переписать на меня все свое имущество, включая "Виват" и "Викторию".


***


        Даша лежала с закрытыми глазами, она не знала, сколько времени прошло с момента ее похищения, и не знала, что именно ей дали, но ощущения были как после попойки: ужасный привкус во рту, огромное желание пить, головная боль и тошнота. А еще страх. Она ужасно боялась. Боялась, что с ней сделают. Мысли одна за другой прыгали в ее голове, состязаясь на наиболее ужасающие вероятности. Память сама по себе подкинула пару сводок из криминальной хроники. Состояние удушья усиливалось по мере того, как она начала понимать для чего это собственно всё затеяно. Она лишь способ победить Вита. Она его ахиллесова пята.



        - Ты уже проснулась, киска?



        Даша сильнее зажмурила глаза, но реальность никуда не исчезла. Ее похитили, и она находиться в руках у Вадима. Долбанного психа, который так и мечтает ее изнасиловать.



        - Не притворяйся, дорогуша, - голос Вадима послышался очень близко, будто бы он был над ней, - мне совершенно плевать в каком ты состоянии, ничего мне не помешает вставить тебе по самые яйца. После того, как ты нас заставила побегать, это будет хорошей компенсацией.



        Девушка не смогла сдержаться после его слов и вздрогнула.



        - Ну вот, - он погладил ее лицо, - открой глазки. Я хочу знать, что ты в сознании, когда я буду тебя тр...хать.



        Даша распахнула, и перед ее взором предстал Вадим, на лице которого играла какая-то маниакальная улыбка. Лихорадочный блеск глаз не предвещал ничего хорошего.



        - Не надо, - выдавила из себя Даша, - прошу...



        - Не беспокойся, киска, - хихикнул Вадик, - тебе понравится. Прошлый раз тебе же понравилось...



        Желудок девушки сжался в рвотном позыве. Голова девушки до сих пор находилась, будто в каком-то тумане. Сумрачное освещение помещения не давало, как следует осмотреть его, но Беляева предположила, что находится в каком-то подвале. Спертый, холодный воздух подтверждал ее догадку. Сама она была в тонкой трикотажной кофте и джинсах, в которых Даша была на приеме врача. Конечно же, ее куртку из гардеробной забрать было некому. Она вся продрогла, а тело из-за того, что девушка не двигалась несколько часов, затекло, и теперь сильно болело. А не двигалась она, потому что была привязана к лежанке, на которой и находилась. Ее ноги и руки были связаны ремнями.



        - Я не хочу, - прошептала Даша не послушными губами.



        - Зато я хочу, - отрезал Вадим, и улыбнулся. Видно, по его мнению, его улыбка была сексуальной, на самом деле она была отвратительной. - И ты захочешь, обещаю. Я хочу знать, что трахал девушку Воронова и она сама этого хотела. Это доставит мне больше удовольствия...



        - Почему ты так ненавидишь Вита? - спросила она, пытаясь отсрочить неминуемое.



        Вадим посмотрел на Дашу, словно раздумывая, стоит ли ей рассказывать. Видно решил, что от этого не будет никакого вреда, и его жертва уже никуда от него не денется.



        - Он увел у меня невесту, - трагичным голосом поведал он. - Мы с Леной были вместе еще со школы, безумно любили друг друга, но однажды она ушла. За два дня до свадьбы, заявив, что я был для нее удобен, но все это время хотела только одного - Виталия Воронова. И вот он, наконец, обратил на нее внимание, так что я стал ей не нужен. Я до этого его не любил, но после этого, как ты понимаешь, моя неприязнь превратилась в ненависть.



        - А что случилось потом? С Леной? - слабо спросила Даша. Не имея возможности даже двинуться с места, девушка лихорадочно пыталась придумать тему для разговора.



        - Ну, счастливой она ходила не долго, через пару недель Вит бросил ее, - он засмеялся нехорошим смехом, - а потом в его жизни появилась ты, так что Лена была унижена и брошена... и попыталась вернуться ко мне. Только вот после него она уже мне не была нужна, хотя я ее трахнул напоследок. Последнее желание, так сказать выполнил.



        Холодные слова заставили Дарью насторожиться, но она не решилась спросить. Но Вадим прочел вопрос в ее глазах.



        - Да, - беззаботно признался он, - я убил ее. Медленно расчленил. Сначала отрезал один палец, потом другой, итак с каждой частью ее некогда мною любимого тела. А она кричала, умоляла, а я наслаждался ее криками... Это было божественно. Месть так прекрасна, она как вино пьянит, дает почувствовать полную свободу...



        Даша в ужасе уставилась на этого человека, хотя нет, человеком не был. Изверг, извращенец, изувер... боже и когда-то она спала с ним. И еще по собственному желанию. С убийцей. Паника подступила к горлу, чувство полной беспомощности сковало все члены ее тела. Она была в руках маньяка, и помощи не откуда было ждать. Даша мысленно начала молиться, в этой ситуации только это она и могла делать.

        Даша чувствовала себя мотыльком, попавшим в сети прожорливого паука. Страх, паника, ужас все переплелось в единый клубок, который мешал думать, чувствовать, шевелиться. Девушка была в оцепенении, огромными глазами она смотрела на довольного Вадима, который принялся деловито расстёгивать ее рубашку. Беляева не могла понять, что вообще происходит, пока холодный воздух не коснулся беззащитной кожи живота, отрезвляя, давая понять, что ее время на исходе. Тогда-то чувства вышли на волю, вызывая приступ истерики. Неконтролируемой, заставляющей вырваться, заставить прекратить. Она била связанными ногами по лежанке, извивалась всем телом, мотала головой в разные стороны и орала во всю глотку.



        - Пусти меня! Отпусти! Не хочу! Не желаю! - слова лились сплошным потоком, а Даша все кричала, умоляла и требовала, чтобы ее отпустили, пока Вадим не закрыл ей рот рукой, сильно сдавливая, практически не давая дышать.



        - Заткнись, с...ка, - прошипел потенциальный насильник, - не выделывайся. Мы с тобой через это уже проходили. Так что не строй из себя недотрогу, киска! Вы все одинаковые, при должном нажиме сами с удовольствием раздвигаете ноги! Ты такая же, как и Лана, все те же уловки и игра в недотрогу. А на самом деле только и ждешь, чтобы тебя, как следует оттр...хали. Видно, Воронова тебе мало. Может, молва врет на счет его способностей в сексе??? Ты ведь в прошлый раз пошла искать удовлетворение на стороне. Расслабься и получай удовольствие, с...чка! Или может, ты любишь боль?



        Дарья замычала что-то ему в руку, но он не обратил на это внимания и просунул свободную руку в ее рубашку, накрыл ладонью ее грудь через бюстгальтер и сильно сжал, причиняя боль и заставляя Дашу захныкать.



        - У тебя такая нежная, бархатная кожа, - прошептал Вадим, - мне будет очень приятно усеять эту красоту синяками... они будут просто прекрасно смотреться на твоей коже, киска.



        Его рука спустила чуть ниже, под грудь, пальцы легким движение прошлись по коже. Резкая боль заставила взвыть Дашу, когда эти же пальца с силой ущипнули ее, оттягивая кожу, будто бы Вадим хотел отодрать кусок кожного покрова от нее.



        - Тебе же приятно, киска? - прошелестел Вадим над ее ухом, облизав ее щеку. - Тебе же нравиться грубо и больно, ты получишь это в полном размере. Тебе будет очень больно...



        Даша захотела закричать, но его рука надежно зажимала ее рот, не давая издать и звука. Она была абсолютно беззащитна. Даша была в таком диком ужасе, что казалось она вот-вот потеряет сознание, но видно это бы стало для нее слишком большой милостью, потому что она была все еще в сознании, полностью понимая, что с ней делают и что с ней еще сделают.



        - Мне понадобятся обе руки, киска, - пришел к выводу ее истязатель, когда он не смог дотянуться до ее джинсов, которые вознамерился снять. Стоило его руке освободить ее губы, девушка сразу же заорала, как резанная, призывая на помощь, хотя понимала, что от этого будет мало толку.



        - Заткнись, - проорал Вадим и отвесил сильную пощёчину девушки, заставляя замолчать ее. Даша закашлялась, ощущая вкус крови во рту. Из-за удара она сильно прикусила щеку изнутри. После того, как ее накачали неизвестно чем, ее самочувствие было ужасным, но после того, как Даша получила удар по лицу, она поняла, что такое настоящая головная боль. Казалось, кто-то засунул маленький, но громкий гонг ей в голову и ударил по нему со всей силы. Глаза с минуту вообще ничего не видели. Казалось, ее поместили в какую-то жидкость, она ничего не видела и не слышала, но чувствовала. Холодные пальцы сжали ее шею, перекрывая кислород. Вадим что-то говорил, но она не слышала. Вадим взбесившись, что его слова не производят никакого эффекта на девушку, схватил ее за волосы и укусил в губы. Ее собственная кровь заполнила ее рот, а Вадим насиловал ее рот, причиняя боль, наказывая. Когда он отстранился, она начала отплевываться от крови, попавшей в рот, заодно пытаясь избавиться от ощущения его омерзительных губ.



        - Зря ты это сделала, киска, - донеслось до нее, будто сквозь вату. Зрение постепенно стало восстанавливаться, хотя всё казалось размытым. - Мы с тобой просто играем....



        После чего она почувствовала, как ей завязывают рот. Она попыталась мотнуть головой, но сильнейший приступ боли заставил ее пожалеть о том, что она сделала. А руки Вадима в это время уверенно и деловито завязали какую-то грубую веревку, смахивающую на канат, только чуть тоньше. Даша подумала о том, что делал он это настолько профессионально, что практически не оставалось сомнений в том, что Лана была его не единственной жертвой. Этот садист, наверняка, развлекался тем, что похищал девушек и мучал их. Ему власть и боль... они делают его властелином, хотя на самом деле он являлся простым моральным уродом. Но в руках этого урода теперь находилась жизнь Даши...



        Закончив с работой по лишению Даши возможности издать хотя бы звук, Вадим встал возле девушки и медленно провел своим взглядом по ее телу. От этого взгляда Даша задрожала, но не от похоти и страсти, а от страха и отвращения.



        - Ну-ну, легче будет это сделать в тишине, - прогнусавил он, - хотя от такого звукового сопровождения я бы не отказался. Но Бес запретил мне тебя трогать, а я не хочу, чтобы он мне помешал в самом разгаре нашего с тобой веселья.



        А дальше начался медленный тихий ужас и полное осознание своей беспомощности. Вадим порвал черный бюстгальтер, одетый на ней и стал издеваться над ее грудью, по-другому просто не скажешь. Он выкручивал, сжимал, кусал со всей силы, оставляя следы на ее теле, будто бы пытался впечатать в нее следы насилия над ней, заявляя кто именно это сделал.



        Даша в какой-то момент отрешилась от происходящего, будто бы наблюдая со стороны. Ей стало всё равно, что с ней делают. Беляева просто лежала, не двигаясь и не реагируя на происходящее. Мозг вяло обрабатывал получаемую информацию, а девушка лишь и могла думать о том, что сделает Виталий с этим уродом, когда вызволит ее. Если, конечно, вызволит. Но Дарья почему-то была уверенна, что Вит ее вытащит отсюда и отомстит этому с...киному сыну за всё. Беляевой бы выжить и дотерпеть до того момента, когда Вит разберется с Вадимом. Только ведь... что потом? Эта мысль ее напугала больше, чем любые пытки и боль, которые мог ей причинить Вадим. Вдруг после всего Виталию она станет противна... Слеза скатилась по ее щеке. Она не плакала все это время, пока Вадим над ней издевался, но одна мысль, что Воронов отвергнет ее, вызывала боль в стократ сильнее любой физической. А ведь Вит не знает, что именно с Вадимом она ему изменила когда-то. Что будет, когда он узнает?



        Именно в этот момент в давящей тишине подземелья послышался звук раскрываемой молнии. Молнии на ее джинсах. Чувство бессилия билось маленькими потоками в ее крови, слезы потекли с новой силой, но сделать она ничего не могла, когда его рука проникла под джинсы, чтобы помассировать ее плоть.



        - Ты сухая! - обвиняюще сказал он. Интересно, он думал, что она возбудится от того, что он ее насилует? - Ничего, сейчас мы это исправим!



        Он начал стаскивать с нее джинсы, но ему помешали довести дело до конца. Дверь в подвал с грохотом открылась и смачные, матершинные ругательства заполнили помещение. Даша узнала голос, это был Максимов собственной персоной и он был очень не доволен самодеятельностью своего подчиненного.



        - Какого хр...на ты творишь? - взревел Бес, после того как закончилась длинная череда труднопроизносимых ругательств. - Я же тебе дал четкие указания не приближаться к ней!



        - Бес, - немного нагловато начал Вадим, видно уверен, что его действия не будут иметь для него последствий, - она же просто шлюха Ворона, ничего страшного не случится, если я ею попользуюсь...



        Быстрый, увесистый хук справа стал для него неприятным сюрпризом. Не ожидав от Беса такой подлости, он споткнулся и упал на землю.



        - Ты чего? - выдавил из себя Вадим, потирая ушибленную челюсть, и попытался встать, но Максимов еще не закончил. Удар с ноги в живот свалил Вадика обратно на землю, и последующая череда ударов ногой прошлась по его спине, потому что он инстинктивно свернулся клубком. Но Беса это не сильно волновало, потому что тот увлеченно бил того по почкам, методично отбивая их.



        - Я приказал не трогать ее, - пиная своего подчиненного, орал Максимов. - Ты не выполнил мой приказ, гнида! Ты хоть представляешь, что будет, если Ворон откажется от сделки из-за тебя? Да я сам лично тебя закопаю, чмо!



        Даша смотрела за происходящим со смесью ужаса и удовлетворения. Видеть, как Вадима безжалостно избивают было небольшой компенсацией за то, что он с ней сделал и то, что собирался сделать. Призрачная надежда забрезжила перед девушкой. Она очень надеялась, что Максимов будет адекватно оценивать ситуацию. Дарья предполагала, что он что-то потребовал у Вита в обмен на нее, и теперь ее жизнь стоила достаточно много. Ровно до тех пор пока Бес не получит свое или же... Вит откажется выполнять условия. Если Воронов не захочет или не сможет сделать то, что Максимов потребовал от него ее жизнь обесцениться в мгновение ока. И тогда от Вадима ее не спасет уже ничто. Вит сделает всё что нужно, она уверена в этом, но сомнения вещь не контролируемая. Ее мнительная натура дала о себе знать, уповая на то, что именно она заварила всю эту кашу и Виталий не обязан ее расхлебывать. Именно она заключила с Бесом договор, именно она сливала информацию, именно она раздраконила хищника, и хищник захотел крови. Она знала на что идет, заключая сделку с этим человеком. Может и была не в себе, но знала какими методами
добивается своего Максимова. И сейчас она в этом положении только из-за своей глупости, потому что если бы она не пошла на этот опрометчивый шаг, Даша смогла бы спокойно покинуть город и жить дальше. Но тогда бы она так и не поняла, как нужен ей Вит, они бы так и остались порознь. Всё было так сложно! Какой-то клубок противоречий, несопоставимых фактов и неожиданных открытий.



        - Вставай! - приказал Максимов. - Ты сейчас же пойдешь и скажешь ребятам собираться. Мы едем на встречу с Вороном. Он согласился на мои условия.



        Денис Максимов посмотрел на нее, оценивая ее состояние и повреждения, нанесенные Вадимом. Недовольство сквозило в жестких чертах его лица, губы плотно сжаты, глаза прищурены.



        - Ко-онечно, - ответил Вадим, пытаясь встать и кашляя. Выглядел он не важно. Пару ударов Беса достигли его лица, у него был сломан нос и разбита губа.



        - И если Воронов пойдет на попятный из-за твоей невоздержанности, Вадик, - мягкий тон Беса никак не вязался со смертоносным взглядом, - ты заплатишь за это. Я не для того кропотливо разрабатывал этот план, чтобы из-за тебя все просрать!



        - Прости, - пролепетал Вадик, все-таки встав на ноги. Некогда зализанная прическа была растрепана, лицо было заляпано его же кровью, весь его вид говорил, что он жертва насилия. Правда эта "жертва" сама была насильником и убийцей.



        - Вон! - в одном слове Бес умудрился передать всю свою злобу, агрессию и желание убить. Даша сглотнула, ей совсем не хотелось оставаться наедине с этим человеком. Ей вообще ни с кем из них не хотелось оставаться, она хотела домой, к Виту!



        Вадим с прытью совершенно не присущей избитому человеку бросился вон, оставляя наедине своего хозяина и Дарью. Но Даша видела, каким взглядом напоследок наградил ее этот сумасшедший. Это еще не конец, пока Вадим жив, он будет пытаться расправиться с ней, чтобы навредить Воронову. Это было его маниакальной потребностью, и приказ Беса его не остановит.



        Тем временем, Максимов подошел к Даше. Девушка загнано взирала на заказчика ее похищения, который мрачно возвышался над ней. Наконец, он залез во внутренний карман и куртки и достал оттуда перочинный нож. Даша вздрогнула, когда Бес наклонился к ней с ножом в руке. Мысли заметались, не желая выстраиваться в стройную логическую цепочку.



        Но лезвие так и не коснулось ее кожи, Бес ловко перерезал ремень, сдерживающий ее руки, а потом и другой ремень на ногах. Освободившись, девушка моментально села, прикрывая раскрытую рубашку и прижимая ноги к себе. После чего попыталась снять повязку со своего рта, но Вадим на совесть постарался, девушка минут пять пыталась снять ее, пока Бес не соизволил ей помочь.



        - Приведи себя в порядок, - пробормотал Максимов, и Даша с удивлением почувствовала, как его куртка ложиться ей на плечи. - Я дам тебе минут десять, потом мы должны ехать. Скоро ты будешь дома...



        Больше он ничего не сказал, просто покинув подвал. А девушка так и не решилась ничего сказать, слишком обескуражена она была.

        ГЛАВА 28


        Напряжение в машине буквально заставило Дашу вжаться в сидение. Рядом с ней сидели два огромных детины, рядом с которыми она смотрелась маленькой мошкой. Создавалось впечатление, что им достаточно приложить немного усилий и ее просто размажут, как эту самую мошку. Или может ей это только казалось. Она только, что избежала изнасилования, но при этом подверглась такому моральному давлению, что немного драматизма ей было простительно. За рулем сидел Вадик. Даша с удовольствием отметила, что выглядит он не важно. На лице уже начал вырисовываться приличного размера синяк, а сам он морщился каждый раз, когда совершал резкое движение. Рядом с ним на пассажирском сидении восседал Бес. Максимов постоянно хмурился, будто ожидал какой-то подставы. И хотя для внешнего глаза было мало заметно, но он нервничал. Даша с удивлением отметила, что Денис Максимов довольно красив. Этому мужчине была присуща резкая и немного грубая красота, но его характер заставлял бояться. Страх и отвращение к поступкам этого мужчине не позволяли рассмотреть его внешнюю красоту, изуродованная душа просто отталкивала. Наверняка были
женщины, которым захотелось остренького, и они рискнули завязать с таким мужчиной отношения, но наверняка ни чем хорошим такие связи не заканчивались. Бес был настолько изуродован внутри, что это читалось в глубине его глаз, в каждом движении. Этот человек полностью лишен каких-то ни было моральных принципов, а может, не знает их значение. Так или иначе только девушка с суицидальными наклонностями отважится связаться с ним, не говоря уже о любви... Хотя, кто бы говорил, Виталий тоже не слишком располагает к такому нежному и стойкому чувству, но Даша всё же любит его. Может, на планете Земля существует еще та сумасшедшая, которая отдаст Денису Максимову свое сердце и полюбит? Кто же его знает. Мир слишком непредсказуемый и рассчитать результат не дано даже самым великим математикам и физикам. Слишком уж часто в мире происходят совершенно неподдающиеся объяснению вещи. Что-то Беляеву на философию потянуло. Хотя, что еще делать, когда едешь в компании четырех мордоворотов, которые тебя похитили.



        Девушка практически всю дорогу до пункта назначения пыталась не издавать лишних звуков и вообще не привлекать к своей персоне внимания, ей итак слишком много "внимания" от Вадима не так давно досталось. Если бы она могла, то и дышать бы перестала и притворилась мертвой. А что? Есть виды животных, которые спасаются от хищников именно таким не затейливым способом. Правда Даша сильно сомневалась, что в ее случае это поможет. От такого хищника, как Бес, просто так не отделаешься. Метод борьбы с ним может быть один - сила, то бишь должен найтись такой же хищник, только сильнее и умнее его. Дарья верила, что Виталий именно тот самый хищник, который сможет раз и навсегда обезвредить этого человека.



        Они остановились на каком-то заброшенном пустыре. Беляева с радостью заметила Виталия, который уже ждал их. Он стоял около своего черного лексуса и напряженно всматривался в их сторону. Рядом с ним стоял Макс. Даша нахмурилась. А где Лазарев и Олег? Верный и практичный Олег ни за что не пропустил бы такую заварушку! Что-то похожее на нехорошее предчувствие зародилось у нее в груди. Серьезно? Ее похитили, чуть не изнасиловали и требуют выкуп, а у нее видите ли нехорошее предчувствие... Даша головой покачала, она определенно тихо сходит с ума.



        Она пыталась размеренно дышать через нос и успокоится, ей так хотелось выпрыгнуть из машины и помчаться к Виту. Только сейчас не время для глупых решений. Она может подвести не только себя, но и Виталия.



        Бес вышел из машины и направился к Виталию, тот тоже пошел ему на встречу. Вадим и остальные "братки" остались сидеть в машине.



        - Ты не думай, киска, что если Бес запретил тебя сейчас трогать, то ты в безопасности, - проговорил он, омерзительно улыбаясь. - Как только он получит желаемое, ему станет плевать на тебя, а твой хахаль не всегда сможет тебя защищать... в скором времени он-то и себя не сможет защитить.



        Даше очень не понравился тон, которым говорил Вадик. Он сквозил насмешкой и высокомерием. Ей немедленно захотелось вцепиться в его лицо и выцарапать его глазенки.



        - Что ты имеешь в виду? - ледяным голосом спросила Даша, вместо того, чтобы действовать на эмоциях. Этот хмырь мог просто-напросто врать, чтобы ее задеть, а она не собиралась идти у него на поводу.



        - Скоро увидишь, - ее неудавшийся насильник продолжал лыбится. Как жаль, что нельзя избавить его от парочки зубов. Может тогда он перестанет скалиться?



        Не хочешь говорить? Ну и ладно. Даша отвернулась к окну, наблюдая за переговорами Беса и Ворона, нервно переплетя пальцы рук. Прошло некоторое время, Даша не решалась определить какое именно, потому что ожидание заставило тянуться минуты, будто те были бесконечно долгими часами, и Бес направился обратно к машине. Сделав знак своим ребятам, он открыл заднюю дверь.



        - Сейчас вы останетесь здесь, а она пойдет со мной, если Воронов начнет артачиться, тогда вмешаетесь, - отдал распоряжение Бес, - но не провоцируйте их, не желаю устраивать кровавые войны. Это понятно?



        Оба мордоворота синхронно кивнули, реакции от Вадима не поступило.



        - Вадик, - таким ласковым тоном обратился к своему подчиненному Бес, что Даша невольно отшатнулась от Максимова, - ты меня понял?



        - Конечно, шеф, - Вадик по-щегольски отдал честь. Бес выразительно глянул на него, но комментировать не стал.



        После чего оба ее сторожа вышли на воздух, следом за ними вышла и Даша, сразу же поежившись от холодного воздуха. Хоть уже и начало теплеть, но ночи всё еще были очень морозными. Благо Бес оставил ей свою куртку, в которую она сразу укуталась, не желая отморозить себе что-либо. Максимов предварительно вытащив из машины какую-то папку с документами, взял Дашу под локоть. Хватка у него была сильной, но боли не причиняла. И за это спасибо. Боли на сегодняшний вечер Даше было достаточно. Девушка подавила в себе желание оглянуться на своего мучителя и плюнуть в его сторону. Она просто шла вперед, смотря на Виталия и пытаясь себя уверить, что всё будет хорошо, что в скором времени она окажется в руках Воронова и они куда-нибудь уедут отсюда. Подальше отсюда, от воспоминаний, от этих головорезов. Ей хотелось спокойной жизни рядом с ним, хотелось просто растить Алису, и жить полной жизнью.



        Когда они подошли к Виталию, Даша инстинктивно попыталась вырваться из хватки Беса и кинуться к Воронову, но Максимов держал ее крепко. Дернувшись в его руках, она не добилась ничего, кроме очередных синяков. Одним синяком больше, одним меньше...



        - Ну что, Ворон, привел я тебе твою зазнобу, - проговорил Бес, - пора и тебе выполнить свою часть сделки.



        Воронов внимательно посмотрел на Дашу. Судорога прошла по его лицу, губы сжались в тонкую полоску, брови практически сошлись в одну линию.



        - Ты же обещал, что с ней ничего не случится, - медленно проговорил Вит, хотя его голос дрожал от едва сдерживаемого гнева.



        - Обещал, - кивнул Максимов, - но случилось непредвидимое...



        - Мне плевать, что там у вас произошло, - отрезал Воронов. - Кто это сделал?



        - Вадим, - нехотя ответил Бес. Даша почувствовала, как он рядом подобрался. Почувствовал, что ситуация может выйти из подего контроля. - Он не послушал моего приказа.



        - Мне плевать, кто кого не послушался, - гневно выдал Вит, - я согласился на твои требования при условии, что Даша будет в полной безопасности. Эту самую безопасность ты не обеспечил!



        - Ворон, если ты хочешь отказаться от своих слов, - было видно, что всё это начинает Беса выводить из себя, - то эту крошку я отдам Вадику, пусть развлечется со своими ребятами...



        - Разве я сказал, что отказываюсь? - голос у Вита был настолько острым и режущим, что казалось, может причинить физический вред.



        - Нет, - хмыкнул Бес, - но дал понять...



        - Мне нужна компенсация за причиненный ущерб, - заявил Воронов. Даша уже не реагировала на их сугубо деловой разговор. Мужчины умудрялись сохранять вид заправских бизнесменов, даже когда участвовали в этом далеко не законном деле.



        - Что именно? - с безразличным лицом спросил Денис.



        - Мне нужна жизнь этого с...киного сына, - Вит был довольно расслабленным, будто он только что не заявил, что хочет убить Вадима. Даша смотрела на него широко открытыми глазами, будто впервые увидела. Хотя... именно таков был Воронов на самом деле, хладнокровный делец, не прощавший не одного проступка, совершенного в его отношении. Дашу он считал своей, так что Вадим практически бросил ему вызов своими действиями. Дарье было не жаль Вадика, но Бес... как он отреагирует? Тот выглядел задумчивым, будто обдумывал что-то, потом пожал плечами.



        - Как пожелаешь, - ответил он, - мне все равно не нужны люди, не выполняющие мои распоряжения. Так что как только ты подпишешь эти бумаги, я передам тебе Дарью и Вадима. Что впоследствии ты с ними сделаешь, мне плевать. Но мне нужна ответная... уступка.



        Дашу начало немного раздражать, как эти двое рассуждают о человеческих жизнях, будто те ничего не стоят. Хотя шкура Вадима действительно уже ничего не стоит...



        - И какого рода от меня требуется уступка? - лениво спросил Виталий. Этот мужчина действительно был совершенно спокоен, будто на кону не были их жизни и благополучие. Дашу охватили страх и благоговение. И против него она собиралась плести интриги? Глупая! Если бы он хотел извести ее, давно бы это сделал.



        - Мне нужен перстень, - голос Беса мгновенно похолодел градусов так на десять, при упоминании ювелирного украшения. - Ты вернешь мне перстень моего отца.



        - А с чего ты взял, что он у меня? - насмешливо спросил Вит, а Даша начала усиленно соображать, о чем же идет речь. Какой нафиг перстень? Но сколько бы Дарья не пыталась припомнить, ничего не приходило на ум. Виталий никогда не носил украшений. Единственное что он мог себе позволить это были необычные запонки, но перстни, кольца, серьги... всё это было ни в его стиле.



        - Твоя мать отдала его тебе, - уверенно заявил Бес, - я хочу его вернуть.



        Воронов посмотрел на Беса, потом на Дашу и улыбнулся. Дарья знала эту его улыбку, мужчина явно планировал этот эпизод с перстнем, или, по крайней мере, знал, что так и будет.



        - Хорошо, - наконец соизволил Воронов ответить, - мне он не нужен, лишь валяется без дела в сейфе. Но он у меня находится в доме...



        - Тогда ты не будешь возражать, если мы заедем к тебе в гости? - перебил его Максимов.



        Вит не ответил, просто кивнул. Даша нутром чувствовала, что Воронов что-то задумал. Ей оставалось надеяться, что для их жизней его план не опасен. Ей совершенно не хотелось его терять сейчас, когда появилась возможность стать счастливыми.



        - Ну вот и договорились, - при желании Бес мог улыбаться также мерзко, как и Вадим. - Подписывай бумаги!



        Максимов передал папку с документами Виталию, тот спокойно прочитал их содержание.



        - Решил оставить меня совершенно с голой задницей? - глаза Вита не отрывались от бумаг.



        - Заново заработаешь, - Бес в свою очередь внимательно наблюдал за Виталием. - Ты отлично это умеешь.



        Воронов оторвал свой взгляд от бумаг и посмотрел на Беса. Долгий тяжелый взгляд, который Максимов выдержал, хотя и не без труда. Любой другой на его месте давно бы глаза опустил. Воронов умел покорять своей волей, а взгляд его был одним из самых эффективных оружий. После этого напряженного обмена взглядами Виталий взял ручку и поставил подпись на нескольких бумагах. Даша выдохнула. Неужели из-за нее он отказался от всего?



        - Ну вот и всё, - под ледяной коркой спокойствия трудно было разглядеть хоть какие-то эмоции Вита, - теперь ты - миллионер. Поздравляю!



        Бес взял папку с документами у Виталия и посмотрел их. Оставшись довольным просмотром, он отпустил Дашу, которая моментально бросилась в руки Виту.



        - Благодарю, - сухо ответил Денис. После чего достал пистолет, Даша дернулась, но Вит моментально загородил ее собой.



        Бес насмешливо поднял брови, после чего передал Воронову пистолет.



        - Не думаю, что ты захочешь подставлять и второго своего телохранителя, - заметил он.



        - Как благородно с твоей стороны, - прокомментировал Воронов, беря в руки пистолет.



        - Вадим, - крикнул Максимов, - подойди сюда!



        Вадик в тот момент сидел в машине. В темноте Даша видела плохо, но ей показалось, что он поморщился, прежде чем выйти из своего убежища и медленно двинуться к ним.



        - Даш, - Вит не оборачиваясь, обратился к девушке, - иди к Максу.



        - Но...



        - Я сказал, иди, - в этот раз он приказал.



        Даша понимая, что оставаться здесь опасно и глупо, просто незаметно пожала ему руку, и обреченно отправилась к Максу, который статуей возвышался около автомобиля Вита. Подойдя к нему, она вымучено улыбнулась ему.



        - Рада тебя видеть, - прохрипела Даша.



        - Я тоже рад вас видеть живой, Дарья Дмитриевна, - ободряюще пожал плечо ей телохранитель.



        Больше словами они не обменивались. Девушка просто стояла и смотрела на впереди возвышающиеся деревья, не решаясь оглянуться назад и посмотреть на происходящее. И когда через несколько минут прозвучал резкий звук пистолетного выстрела, Даша даже не вздрогнула. Вит произвел свой суд над ее мучителем. Ни радости, ни горя, ни печали, ни облегчения она по этому поводу не испытывала. Девушка просто была спокойна, этот человек больше никогда не причинит вреда ни одной живой душе.



***


        Денис Максимов был очень практичным человеком. Жизнь заставила. Еще в далеком детстве он дал себе слово, что никогда не будет сожалеть ни о чем свершившемся в его жизни. Сожаление и копание в прошлом не изменят случившегося. Он научился идти по жизни не оглядываясь, ни о чём не сожалея, часто это делало его опасным, ведь умение просто отбрасывать не самые лицеприятные факты из жизни полностью развязывало ему руки, лишая совести. Его собственный отец лишил его иллюзий на счет добра и человечности. В этой жизни можно чего-то добиться либо силой, либо хитростью. Либо тем и другим. Излишняя мягкость может стать причиной падения, а падать Максимов не собирался. Уже нападался в своё время, хватит на всю оставшуюся жизнь.



        Тот факт, что на его глазах Воронов застрелил Вадима, его практически не волновал. Бес знал Вадика уже около тридцати лет, они в свое время место в песочнице делили. Можно сказать, выросли вместе. За эти годы Денис понял самое главное о своем соратнике - он был полным психом даже по меркам Максимова. Отъявленный головорез, которому нравился процесс причинения боли и убийства. Бес в свое время тоже прилично измазался в чужой крови, но он никогда не наслаждался этим процессом, скорее воспринимал, как досадную и омерзительную работу, которая должна быть выполнена. Денис находил забавным насколько Вадим был похож в этом отношении на Максимова-старшего. Оба были заядлыми садистами, которым иногда так сносило крышу, что они практически теряли всю осторожность. Денис был не таким, он часто осторожничал, за что в свое время получал кучу насмешек от родимого папеньки. Бес даже иногда задумывался над вероятностью того, что они с Вадимом могут быть братьями. Максимов-старший любил женщин и никогда не отказывал себе в них, иногда применяя силу и шантаж. Так что Денис бы не удивился такому повороту событий.
Это бы также и объяснило тот факт, что маленького Диню когда-то буквально заставили подружиться с противным мальчиком Вадиком. Сам Денис никогда не хотел дружить с мальчиком, который любил мучить животных и издеваться над более младшими ребятами. Но мнением самого Дениса никто не интересовался, а когда он попытался отказаться, то ему быстро и доходчиво объяснили, что нужно слушаться отца во всем, чтобы он не говорил, иначе ослушание ведет к наказанию. А наказывать Максимов-старший любил и умел, он был в этом экспертом и мог написать отдельную книгу по истязанию души и тела. Чего только стоит решение Антона Максимова отдать своего сына на воспитание Горбатому. Но папочка решил сделать из сыночка настоящего мужика, так что Денис был отправлен в специализированный лагерь для мальчиков в девять лет. Это при том, что все остальные мальчики были старше тринадцати лет. Горбатый открыл свой бойцовский клуб для неблагополучных подростков, после чего был открыт и лагерь для его воспитанников. Горбатый был злобным, безжалостным и жестоким человеком и нравы на его территории были соответствующие. Правила в той
дыре были дикими и варварскими и сводились к одному главному правилу - побеждает сильнейший! Условия были едва не лучше тех, в которых воспитывались войны Спарты. Тот год стал для Дениса сплошным адом, где он стремился выжить и не захлебнуться в собственном унижении. Жизнь в том лагере навсегда изменила его, с тех самых пор он и научился не оглядываться назад, ни о чем не жалеть, а идти вперед. Только вперед! О том времени он тоже не жалел. Почти. Это был просто маленький отрезок его жизни. Вот и всё.



        Вот и смерть Вадима для него стала всего лишь эпизодом. Сам Вадик уже давно был не вполне адекватным, и Бес уже подумывал о том, чтобы избавится от проблемного помощника. Только всё никак не решался, не хватало решимости. Назовите это сентиментальностью, но именно тот факт, что Вадик был с Бесом долгие годы, не давал Максимову всё-таки исполнить задуманное. Хотя проблема назревала, и с каждым днем Вадим становился всё менее контролируемым. Бес едва успел помешать тому, выкрасть новую жертву для своих забав. Вадика совершенно не беспокоило то обстоятельство, что выбранная им жертва была дочерью очень влиятельных людей города. И это в то самое время, когда Бес и его команда находится под пристальными взглядами в связи с громким скандалом и возможным банкротством компании Максимова. Вадик был проблемой. В тот самый момент, когда он коснулся девицы Воронова без разрешения и дозволения Дениса, Вадик подписал себе смертный приговор своей собственной рукой. Он стал просто разменной монетой, которую Бес обменял на перстень. Как говорится, ничего личного, просто бизнес!



        После того, как Воронов разобрался с Вадимом, они отправились в загородный дом Воронова... хотя нет, этот дом уже официально принадлежит Максимову. Так вот они отправились в дом Максимова. Цаца Воронова, конечно, с ними не поехала. Еще бы после того, что ей пришлось пережить... Хотя с другой стороны сама во многом была виновата, не следовало ей вмешиваться в дела, которые выше ее понимания и уразумения. Телохранитель Воронова увез ее с того пустыря, а Виталий поехал с ними. Тело Вадима так и осталось там... как понял Бес, этот же телохранитель позже вернется и займется утилизацией тела. Но это были не проблемы Дениса.



        Сейчас Бес чувствовал на своих губах привкус победы. Долго он к ней шел. Также как и к перстню. Денис давно жаждал вернуть его. Когда-то эта вещь принадлежала его деду по материнской линии. Петр Авакумов был довольно состоятельным и влиятельным человеком. А вот Антон Максимов на тот момент был простым оборванцем, но оборванцем хитрым. Он соблазнил любимую дочь Авакумова и заделал той ребеночка. Петру Ивановичу ничего не оставалось, как согласиться на брак и закрыть глаза на недостатки выбранного дочерью зятя. В скором времени родился Денис. Дед прожил недолго, когда Бесу было всего три, он разбился в автокатастрофе, а все его состояние отошло единственной дочке, которая к тому времени была полностью под пятой у своего мужа. Свою мать Денис помнил плохо, но знал точно, что все светлые моменты его детства были связанны именно с ней. Но и она недолго пробыла в жизни Беса. В один прекрасный день Анна Максимова, в девичестве Авакумова, просто исчезла, а маленький шестилетний Денис остался на попечении своего отца-тирана. Тогда-то и прекратилась его спокойная жизнь и началось выживание. Перстень был
единственным напоминанием того, что у Дениса когда-то была любящая его мать. Но для Максимова-старшего эта безделушка была абсолютно безразлична, и столь важная для Беса вещь была подарена его отцом своей тогдашней любовнице. Марине Карповой. Матери Воронова. Вот тогда-то и началась многолетняя неприязнь и соперничество сначала мальчиков, а потом и мужчин. Денис пытался силой подавить Виталия, но не вышло. Это злило и добавляло азарта Максимову. Возможно, если бы тогда Денис просто попросил отдать вещь, Ворон бы отдал злосчастный перстень. Но обозленный подросток, коим и являлся на тот момент Денис, потребовал и начал драку. Но такие вещи не проходили и не проходят с Вороновым. Тогда Бес недооценил тихого ученика параллельного класса. А зря.



        Денис отвлекся от дороги и бросил взгляд на соседнее переднее место, на котором и сидел Ворон. Тот спокойно сидел и смотрел в окно, полностью игнорируя и Максимова и его людей - Грека и Верного. Сейчас, когда нужные бумаги были подписаны, а он в скором времени все-таки вернет себе семейный перстень, Бес спокойно мог признать очень забавную и занятную вещь - Максимов не столько ненавидел Воронов, сколько привык это делать. Объективных причин для начала войны у Дениса не было, кроме вожделенного украшения, но всё же он начал это противостояние. Беса бесило, что он не смог сломать этого мальчика, Воронов единственный смог ему противостоять, а ведь после лагеря Горбатого Денису практически никто не мог оказать сопротивления. Это бесило и выводило его, заставляя вспоминать те времена, когда он оказывался слабее других и всеми силами пытался сломить упрямого соперника. Но у Воронова были свои способы, он оказался практически равным соперником, в чем-то даже более сильным. Так и продолжалось их соперничество долгие годы с переменным успехом у каждой из сторон. Максимов ненавидел Воронова, но он ненавидел
всех, кто проживал в этом городе... кроме двух человек. Он ненавидел этот город, свою богом проклятую жизнь, но не мог ничего изменить, просто не умел жить по-другому. Бес привык ТАК жить. Сейчас победа была практически в его руках. Он прибрал к рукам все миллионы Воронова, Виталий в скором времени окажется за решеткой на долгие годы. Что дальше? Потом-то что? Как жить дальше? Эти вопросы вызывали непонятное беспокойство.



        Они подъехали к дому, который был полностью погружен во тьму. Ни в одном из окон не горел свет. Почему-то это вызвало беспокойство и заставило насторожиться.



        - Где все? - подозрительно спросил Бес.



        - Не думаешь ли ты, что после того как ты столь нагло похитил Дашу, я оставлю свою дочь в опасности? - тон Вита был пренебрежительным. - Пошли, познакомим тебя с твоей новой собственностью!



        Не дожидаясь остальных, Воронов открыл дверь и скользнул во тьму ночи. Максимова это начинало бесить, слишком уж Вит спокоен для человека, который потерял все свое состояние, а вскоре потеряет и свободу. Бес решил смотреть в оба и оставаться на чеку, после чего кивнул парням, и те последовали следом за Вороновым. Сам он выключил все еще включенное зажигание, отстегнул ремень безопасности - привычка, которая была следствием смерти деда в автокатастрофе - и тоже покинул машину с намерением пройти в только что приобретенный дом и, наконец-таки, получить свой перстень. Только вот зазвучавшая мелодия сотового телефона остановила его. Он знал, кто именно звонит, мелодия звонка рассказала ему об этом. "Беспечный ангел" Арии он связывал только с одним человеком. С одной женщиной. Когда-то она ему сказала, что эта песня напоминает ей о нем. Тогда она его еще плохо знала. Из них двоих ангелом оказалась именно она, а его участь была быть Бесом, чей удел тьма и холод.



        - Вы идите, - сказал он в сторону мужчин, - я сейчас подойду.



        - И долго нам тебя ждать? - выверенный голос Ворона был свидетельством его полного и безграничного спокойствия, только вот Бес заприметил, как напряглись плечи его извечного врага.



        - Сколько надо, столько и подождете, - отрезал Бес, внимательно наблюдая за реакцией Виталия. Но мужчина спокойно пожал плечами и продолжил свой путь к дому. За ним последовали и его парни.



        Мелодия звонка оборвалась, а потом зазвучала снова, только Денис не спешил взять трубку. Он прошел к воротам и пронаблюдал, как Воронов, Верный и Грек зашли в дом, и только тогда ответил на звонок.



        - Геля, - только и произнес он.



        - Здравствуй, Денис, - поздоровалась с ним Ангелина своим мягким, тихим голосом и замолчала.



        Эта тишина всегда успокаивала его. В данный момент было не место и не время для их привычного способа "общения". Сейчас этот звонок был ни к чему, и мужчине не нравилось, что он не смог проигнорировать его. Ведь это было так просто сбросить звонок. Но этого не сделал, от этого начал потихоньку заводится.



        - Геля, зачем ты позвонила? - сухо и без эмоций. Бес даже если бы захотел привнести в свой голос немного нежности и любви, просто не смог бы. Его голос просто не приспособлен к этому.



        - Неспокойно мне, - тихонько выдохнула она.



        Денис выдохнул, пытаясь справиться с диким раздражением. Он никогда не мог понять эту женщину.



        - Что-то случилось? Отец... он опять тебя обидел? - против воли на последних словах его голос дрогнул.



        - Нет-нет, - быстро ответила она. - Мне кошмар приснился. В нем был ты и...



        - Это всего лишь сон, - перебил он ее.



        - Может быть, - робко произнесла она, - но, пожалуйста, будь осторожен...



        - Ангел, тебе не следовало звонить из-за такого пустяка. Тебе вообще не следовало мне звонить, - резко сказал Бес, хотя высказывание смягчил тот факт, что он назвал ее ласкательным прозвищем, которое когда-то дал ей.



        - Прости... - загнано пробормотала она, - прости. Я больше не буду. Береги себя...



        Дальше раздались гудки. Она просто положила трубку. Денис еще раз медленно выдохнул, пытаясь взять себя в руки, но не сдержался и крепко выругался. Его убивало то расстояние, что было между ними. Его убивала необходимость делать вид, что они друг для друга были просто мачехой и пасынком. Это было смешно и горько. Ангелина была младше его, но при этом была женой его отца. То, что случилось много лет назад, в одну сумасшедшую ночь им обоим давно следовало забыть, но оба продолжали помнить.



        Резкий металлический звук заставил вздрогнуть и настороженно оглядеться. Денис взглядом обшарил местность, пытаясь обнаружить источник странного звука, но вокруг было тихо. Совершенная неестественная тишина, в которой ты начинал слышать, как бьется твое собственное сердце. Напряжение охватило тело Беса, а глаза безуспешно пытались выловить что-нибудь опасное или необычное, но все было совершенно спокойно.



        Через непродолжительное время, когда зловещий звук не повторился, Максимов позволил немного себе расслабиться. Мысленно обозвав себя параноиком, он сделал несколько шагов в сторону дома, когда увидел ее - бледно светящуюся фигуру женщины. Она стояла на крыльце дома и смотрела прямо на него. Ему стало жутко и Бес непроизвольно чуть отступил назад, на это призрак чуть покачал головой и усмехнулся. А дальше произошел взрыв. Ужасный грохот оглушил мужчину, а взрывная волна оторвала его от земли и отбросила далеко назад. Последняя мысль перед тем как Денис потерял сознание была: "Хана моему новому дому..."

        ГЛАВА 29


        Опустошенность бывает страшней истерик, боли и слез. Отстраненность может быть следствием ужасной боли и шокового состояния. Состояние апатии, как подушка безопасности амортизирует удар от столкновения с реальностью, где ты потеряла самого близкого тебе человека, которого так упорно ненавидела и так страстно любила. Без которого твоя дальнейшая жизнь кажется бессмысленной чередой дней и ночей, сменяющих друг друга. Всё это Даша испытала на себе. Было ощущение, будто из нее вынули душу, оставив лишь пустую оболочку. Ей казалось, что последние дни она вырыдала всю влагу содержащуюся в ее организме. Но она плакала скорее потому, что знала, что так нужно, девушка просто не могла осознать весь масштаб потери. Всё делалось автоматически, потому что мозг и чувства существовали отдельно от тела. Тело продолжало жить в реальном мире, шевелилось, двигалось. Но все движения были механическими, реально бесчувственными, будто зомби она выполняли нужные задачи, иногда даже не понимая смысла происходящего. Истерик и воплей не было, боль просто стерла всё, оставив Дашу ни с чем. Внутренняя пустота даже не пугала
ее, для нее она была чем-то саморазумеющимся, ведь со смертью Вита умерла и часть ее. Та самая пустота, которая преследовала ее пять лет после предательства, не могла сравниться с тем, что Даша испытывала на этот момент. Изматывающая, выворачивающая на изнанку боль была настолько сильной, что мозг затормозил все процессы в организме, протестуя против боли, которая девушка была просто не в состоянии выдержать. Было ощущение, что в ее груди проделали огромную, кровоточащую дыру.



        Когда Даше сообщили о взрыве и гибели Виталия, девушка не поверила. Просто не могла поверить в это. Он не мог так поступить с ней. Воронов не мог снова покинуть ее! В голову пришло, что это чья-то жестокая шутка, которая не может быть правдой. Она ждала, что он сейчас появится, как всегда немного хмурый, целеустремленный и такой родной, успокоит ее, прижмет к себе и больше не отпустит. Но он не появился, зато по всем утренним новостям распространилась информация о взрыве и гибели известного предпринимателя Виталия Воронова. А когда Центральный канал продемонстрировал кадры с места происшествия, то отрицать правду стало просто не возможно. Каким образом эта запись оказалась у журналистов было неизвестно, но Даша на тот момент не могла анализировать ту скорость, с которой развивались события. Местная репортерша рассказывала с телеэкрана, что в доме обнаружили три тела, которые визуально очень сложно опознать. Девушка несколько раз повторила, что предположительно одно из тел принадлежит Виталию Воронову, будто Даша в первый раз не поняла...



        Именно тогда и произошел первый выплеск эмоций, когда весь ужас ситуации навалился на девушку, заставляя буквально взвыть. Это были не слезы, не причитания, это был вой раненного животного. Потоки слез хлынули из глаз, а она все выла. Ее пытались успокоить, но она никого не слушала, просто раскачивалась из стороны в сторону, медленно проваливаясь в бездну отчаяния, захлебываясь в ней, теряя надежду. Не выдержав остроты эмоций Даша просто потеряла сознание, а когда очнулась, вела себя уже не так, как раньше, в ней будто что-то умерло. Что-то важное, что отвечало за ее умение чувствовать. Чистейшая агония, боль не соизмеримая ни с чем ранее испытанным, все это ввело ее в состояние сильнейшего шока.



        Близкие ее не бросали, рядом всегда кто-то был с ней. Жека с Алисой вернулись в город, Макс не отходил от нее и дочки Вита ни на шаг, Лазарев всегда болтался где-то рядом. Из Москвы сразу же прилетела Женя. Ее старая квартира была просто переполнена людьми, но Даша никого не видела и не слышала. Траур окутал девушку непроглядным туманов, не пропускающим ни лучи солнца, ни тепло огня. В душе был абсолютный и непроглядный холод. И лишь единственному человечку удавалось пробиться сквозь эти леденящие клубы мрака, укутывающего Дашу. Маленькая Алиса единственная кому получалось хоть на время, но достучаться к глухой от горя девушке. Стоило Беляевой взять на руки малышку, как выжинающее и острое отчаяние чуть отступало, давая немного воздуха. Нет, боль никуда не уходила, всегда оставаясь с ней, но присутствие Алисы делало эту боль терпимее и возвращалась хоть какая-то чувствительность. Маленькая девочка оказалась лекарством, облегчающим состояние. Она не могла излечить болезнь, но делала симптомы менее выраженее. Это как при лихорадке ко лбу больного приложить холодный компресс, он не уничтожит болезнь,
но сделает легче протекание болезни. Алиса оказалась вот таким своего рода компрессом для Даши, которая пребывала в лихорадке потери любимого человека. Влияние малышки на нее видели все, так что никто не удивился, что маленькая девочка переселилась в спальню Беляевой. При этом няню очень часто отправляли домой, и с ребенком Оксана сидела только в экстренных случаях, когда Даша этого не могла сделать. Все кто был свидетелем этих событий понимал, что девушка отчаянно боится за малышку, не выпуская ее из поля зрения. Алиса стала дочерью для Даши, но официально при этом не имела прав на нее.



        Когда первоначальный шок более-менее прошел, в голове Даши родилось множество вопросов, на которые она не находила ответы. Кому понадобилось взрывать дом? Зачем? Кандидатура Беса Дарья практически сразу отбросила. Во-первых, Максимов сам пострадал в результате взрыва, а во-вторых, у него не было на это причин и мотивов. Мужчина получил всё, что хотел получить, да и этот взрыв был настолько показушным, что это не вязалось со стилем ведения дел Дениса Максимова. Бес скорее бы предпочел темную подворотню и лезвие ножа. Быстро, просто и незатратно. Но если не он, тогда кто? Пфф... кандидатур было множество. Воронов не относился к милым, деликатным людям, которым нет причин и желания причинить вред. Наоборот, очень многие хотели хоть как-то навредить Воронову. Даша предполагала, что если составлять список желающих убить Виталия, то это список бы не ограничился бы одним листочком. Методы Воронова отличались бескомпромиссностью и зачастую носили насильственный характер, так что ответная агрессия была закономерна. Вот только чтобы настолько нагло? Кому бы хватило смелости? Или может быть глупости? Но
момент для организации взрыва был подобран слишком идеально, Даша начинала задумываться над тем, что человек, затеявший всё это, был близок к окружению Вита, а может даже был в этом окружении. Вопросы и домыслы роились в голове у девушки, но никак не желали выстраиваться в общую и закономерную логическую цепочку. Факты не вязались друг с другом, слишком уж разрозненными они были. Дальше хуже. Медленно понимание неотвратимости заставило мозг обдумывать ближайшее будущее и помимо ужаса от случившегося, в ней начал нарастать страх. Алиса теперь была круглой сиротой, в течение нескольких месяцев лишившись сначала матери, а потом и отца. Вопрос опекунства малышки вызывал в Дарье дикий страх. Хотелось прижать к себе малышку и не отдавать никому-никому. В данной ситуации и ежу было бы понятно, что Алексеевский не бросит свою племянницу, и прав он имеет гораздо больше, чем Даша. Для всех она была лишь любовницей Виталия Воронова, никак не связанной с его дочерью. Ни кровных уз, не уз бюрократических между ними. Зато были узы любви, но это мало кого будет интересовать дальше. Вся эта неизвестность порой просто
заставляла ее браться за свою голову, потому что ей начинало казаться, что она сейчас просто разорвется на части от всех этих мыслей.



        Но самым душераздирающим и болезненным моментом были похороны. Хоронили Вита в закрытом гробу, так как от тела мало что осталось. Медицинским экспертам удалось определить принадлежность тела, лишь благодаря стоматологическим слепкам и титановому штифту в кости умершего. Несколько лет назад Виталий сломал ногу, когда катался на лыжах. Мать Вита не стала требовать проведения ДНК-теста, как и следователь, ведущий дело о взрыве дома. Некий Никольский был удовлетворен теми доказательствами, что имелись на данный момент. В пользу того, что Виталий находился в доме на момент взрыва также говорила запись, на которой видно как за несколько минут до взрыва Виталий в компании двух мужчин заходит в дом. Сама видеозапись была сделана с одной из многочисленных видеокамер расположенных на территории усадьбы. Так что записи и заключения судмедэкспертов стали достаточной доказательной базой и в смерти Виталия Воронова уже никто не сомневался.



        Сам взрыв был очень освещаем в прессе, строились различного рода догадки на счет личностей, стоящих за взрывом. Также масла в огонь подлило и то, что дело смерти Кати было вновь возобновлено в связи с новыми вскрывшимися фактами. Что именно за факты вскрылись не было обнародовано, что безусловно добавляло тяжести на сердце Даши. Хотя сейчас, после всего случившегося тюрьма ей не казалась таким уж страшным наказанием. Самое страшное уже в ее жизни случилось - ее просто лишили возможности быть счастливой.



        Похороны были не очень многолюдными. Жека организовывая их решил, что на них будут присутствовать только самые родные и близкие. Нечего из ритуала захоронения балаган устраивать. Даша была с ним полностью согласна.



        Дарья впервые на них увидела мать Виталия. В этой тихой и спокойной послушнице монастыря нельзя было угадать женщину, которая в своей жизни выпила через чур много вина и любила слишком много мужчин. Но даже то, что Марина Карпова полностью раскаялась в своих деяниях, не могло побудить Беляеву простить ее. Девушка понимала, что в принципе не имеет на это права, да и неважно ее мнение, и возможно была не набожна и бессердечна, но страдания Виталия она не могла простить этой женщине. Не то, чтобы Вит сильно распространялся о своем детстве, но Даша умела читать между строк, улавливая за ничего не значащими общими фразами оголенные напряженные нервы, затянувшиеся из-за воспоминаний, которые даже во взрослой жизни мешали Виту жить свободно. Беляева никогда не была дурой и сопоставлять факты умела.



        Также Даша познакомилась со сводной сестрой Виталия Лизой. Девушка была степенной, умной, можно сказать хладнокровной. Не было никаких сомнений, что кончина брата сильно ударила по ней. Сама девушка пояснила, что хоть у них с Витом и не было особой близости из-за того, что он не подпускал ее слишком близко, но она любила его и уважала. Он был единственным членом ее семейки, которого она действительно уважала. Эти слова многое объясняли, надо сказать. Жека не пригласил никого из семьи Вороновых кроме нее, хотя это стоило ему потраченных нервов, Вячеслав Воронов не любил, когда ему что-то запрещали, тем более посетить похороны сына требовали приличия. В общем, папаня Воронова решил присутствовать на самом погребении, а поминки проигнорировать. Все были очень рады его решению, не желая видеть этого напыщенного индюка среди скорбящих. Сама Лиза не слишком была рада видеть своего отца и на захоронении. Этот человек всю жизнь стремился ее подчинить себе и своим интересам, когда же она отказалась действовать по его указке, то лишил ее права наследования. Но девушка не сильно-то и страдала по этому
поводу, хотя ей и было обидно. Лиза была куда умнее и перспективнее своего старшего брата, но ее полностью лишили всех привилегий, потому что она женщина. Когда ее родной брат не оправдал надежд Вячеслава, отец обратил внимание на Вита, благополучно забыв про нее. Но девушка была только рада за брата, Виталий смог поставить на колени всех этих лицемерных ублюдков, за короткое время присвоив себе право практически единолично решать судьбу компании. Воронов использовал все его излюбленные методы воздействия, и совершенно естественно, что контрольный пакет акций в скором времени принадлежал ему. Сама Лиза очень походила на Виталия, проглядывались похожие жесты, рассуждения, даже поведение. А еще она была очень похожа на него внешне. Особенно глаза. Эти глаза цвета предгрозового неба. Это было жутко, смотря во внимательные серые глаза Лизы понимать, что ты больше никогда не увидишь эти самые глаза на лице твоего любимого мужчины.



        А вот на самом ритуале погребения Даша не была. Во время выноса гроба из дома у нее случилась истерика. Даша никогда бы не подумала, что сможет впасть в такое невменяемое состояние. Это было страшно, сама она в тот момент напоминала Катю, когда та билась в истерики после родов. Даша никогда бы не сказала, что способна на такие выходки, считая себя вполне стрессоустойчивой. В ее жизни было много всякого дерьма, но таких приступов никогда не было. Даша действительно билась в истерическом припадке, кричала, чтобы его остановили, чтобы не забирали его у нее. Неконтролируемые крики сопровождались безудержными рыданиями и попытками Даши остановить процессию.



        Всё это Дарья не помнила, ее все рассказали гораздо позже. Женя подробно рассказала подробности, тревожно глядя на подругу, а Даша и не знала что думать. Сама девушка не помнила ничего из рассказанного, она начала беспокоится о своем собственном рассудке. Даже Лере позвонила и несколько часов буквально исповедовалась ей. Конечно, абсолютно всё она рассказать не могла, но это и не нужно было. Лера успокоила ее, сообщив, что этот приступ был следствием того, что внутреннее неверие и неготовность отпустить Виталия натолкнулось на физическое доказательство того, что Вит уже никогда не будет с ней. Все те несколько дней до похорон мозг и чувства просто не смогли принять тот факт смерти любимого, а в момент выноса гроба это отрицать уже не возможно было. Это была запоздалая реакция, шок потери, горе... Противоречие реальности и ее собственных ошибочных представлений о событиях в ее жизни привели к срыву. Ничего особо страшного в этом не было, и Даша не была сумасшедшей, хотя некая терапия ей понадобится. Дашу это успокоило, но раненное сердце уже никто не мог успокоить. Лера выписала Даше несильные
успокоительные, предписала побольше гулять на свежем воздухе и не забывать о родных и друзьях, от которых Даша все это время отгораживалась ледяной стеной боли. Ей было нужно общение, потому что тот информационный вакуум, на который девушка себя обрекла, может быть куда опасней случившегося приступа. Беляева клятвенно и совершенно искренне обещала выполнять все рекомендации своего врача, она совсем не хотела окончить свою жизнь, как Катя. Даже если Лера не врет и сумасшествие ей не грозит, меры предосторожности никогда не помешают.



        И вот теперь на следующий день после похорон, Даша сидела в просторном кабинете личного адвоката Виталия. С Валиахметовым Леонидом Сергеевичем девушка была уже знакома, он помогал ей во времена расследования смерти Кати. Возможно, ей еще и понадобится его помощь, кто знает. Ведь дело пока еще не закрыто, а новые доказательства так и не были представлены на суд людей.



        Представительный мужчина сорока пяти лет с внимательными карими глазами и благородной сединой в черных волосах внимательно осмотрел присутствующих. Тут помимо самого адвоката и Даши находилось еще два человека - Жека и Лиза. Если честно то, Беляева совсем не удивилась, увидев их здесь. Скорее всего Леонид Сергеевич пригласил их всех сюда на оглашение завещание Воронова, только девушка считала это бессмысленным делом, ведь перед смертью Вит отписал всё свое имущество Максимову.



        - Леонид Сергеевич, - обратилась Дарья к нему, - нам обязательно проводить эту процедуру? Учитывая, что Вит перед смертью отписал всё Максимову, то зачитывание завещания лишь никому не нужная формальность.



        - Дарья Дмитриевна, - улыбнулся адвокат, по мнению девушки, слишком уж веселой улыбкой. Сама Даша была бы рада закрыться в какой-нибудь комнате и тихо поплакать. - Не всё так просто. Процедуру зачитывания завещания я опущу, потому что смысла она действительно не имеет. Но вам придется выслушать меня, потому что я лично перед самой смертью обещал Виталию Вячеславовичу провести эту беседу. Так что если вы уважаете последнее желание умершего, то необходимо провести эту процедуру, если же нет, то вы вольны идти... Тем более, что имущество господина Воронова никак не может принадлежать гражданину Максимову.



        - Как так? - потрясенно выдохнула Даша, пытаясь вникнуть в слова, сказанные Валиахметовым. - Почему Максимов не может являться владельцем имущества Виталия?



        - Потому что на момент подписания документа, подтверждающего передачу имущества, Виталий Вячеславович не обладал этим имуществом, - победно произнес адвокат, весело сверкая глазами. - Эти бумаги являются не правомочными. Юридически на тот момент господин Воронов был беднее церковной мыши и не имел никаких материальных ценностей.



        - Подождите, - прохрипела Даша, - я ничего не понимаю! Каким образом Вит так быстро лишился всего, ведь еще недавно он...



        Даша не смогла продолжить, слова просто застряли в горле под пристальным, хитрющим взглядом пожилого адвоката.



        - Очень просто, Дарья. Ничего, что я к вам по имени обращаюсь? - Леонид Сергеевич легко задал вопрос, а Даша лишь кивнула головой, как болванчик, давая понять, что не против. - Так вот, Дарья. Дело в том всё имущество Виталия Вячеславовича на тот момент принадлежало вам троим. Он просто переписал его на вас.



        Звенящая тишина обрушилась на кабинет, выдавая шоковое состояние трех человек. Даше даже показалось, что никто из них не дышал. Девушка растерянно посмотрела на Жеку и Лизу, пытаясь обнаружить на их лицах что-то что указывало на то, что они знали о планах Виталия. Но оба, и Жека, и Лиза, как и она были обескуражены новостью. Адвокат не пытался вмешаться в этот странный обмен взглядами, лишь выжидающе смотрел на них.



        - Поэтому я собственно вас и собрал здесь, - когда на лицах трех его посетителей появилось более-менее вменяемое выражение, продолжил Валиахметов. - Я должен вас просветить на счет имущества, которое передается во владение каждому из вас. Соответствующий документ мы с Виталием Вячеславовичем оформили за неделю до его гибели, - адвокат отвлекся и что-то прочитал в документе, лежащем перед ним. - Итак, по его желанию весь пакет акций "Гермес-Холдинг", который принадлежал ему, а это примерно пятьдесят пять процентов от общей доли, передается во владение Вороновой Елизавете Вячеславовне.



        Девушка повернулась к сестре Виталия, та сидела совершенно дезориентированная, смотря на адвоката своими огромными глазами, но на губах уже стала формироваться довольная улыбка. Решение Вита практически передало огромную компанию, созданную ее отцом в ее единоличное распоряжение. Контрольный пакет акций позволит ей совершенно не зависеть от мнения отца и брата. Она сама будет решать свою судьбу, при этом вся семья, финансово сильно зависящая от доходов холдинга, будет практически в ее руках. Вячеслав Воронов будет кипятком писать, когда его поставят в известность. Не о таком развитии событий мечтал он, когда пригласил своего незаконнорожденного сына на пост генерального директора фирмы.



        - Клуб "Виктория", - продолжил адвокат, не обращая внимания на жутко довольную Лизу, - передается в полное владение Алексеевскому Евгению Олеговичу. При чем господин Воронов особо просил подчеркнуть тот факт, что это никакая не подачка, а реальная оценка вклада Евгения Олеговича в успех клуба. Совершенно естественно, что создатель должен владеть своим детищем.



        Даша была полностью согласна с Виталием в этом вопросе. Никто не сделал больше Жеки для успеха клуба. Клуб целиком и полностью был его детищем. Виталий практически не участвовал в делах клуба, особенно в последнее время, все управление и организацию Красавчик давно взял на себя. Это естественное и обоснованное решение, хотя сам Жека немного хмурился.



        - Всё остальное имущество, - адвокат поднял глаза на Дашу и показал несколько листков с каким-то списком. - Мне обязательно зачитывать весь список?



        Девушка потрясенно покачала головой. Со стороны, наверное, казалось, что ее глаза сейчас из орбит повылезают.



        - Давайте в общих чертах, - выдавила она, испытывая огромное желание забиться куда-нибудь под стол. Кто-то другой бы обрадовался всему этому богатству, но не она. Она бы с удовольствием обменяла все материальные богатства на жизнь Вита, - я всё равно сейчас не состоянии оценить всю масштабность ситуации.



        Седовласый адвокат склонил голову в знак того, услышал ее пожелание.



        - Речь идет о нескольких миллионах долларов, двух ресторанах, одном пункте быстрого питания, двух квартирах, даче в Краснодарском крае, катере класса...



        - Достаточно, - пискнула Даша, пытаясь сдержаться и не убежать отсюда. Девушка всегда знала, что Виталий Воронов богат. Даже очень богат, но она никогда не считала деньги в его кошельке. Ей это было безразлично. Теперь же все его имущество переходит к ней, а она... она не могла понять, что теперь со всем этим ей делать. Это все казалось таким бредом.



        - Даш, ты в порядке? - обеспокоился Алексеевский. Видать вид у нее был совсем уж неважный.



        - Угу, - Даша закусила губу, пытаясь сделать вид, что у нее всё хорошо. Не хватало ей сейчас, чтобы Жека опять перепугался за нее. Она итак часто их "радовала" своими истериками, - если не считать того, что я теперь миллионерша.



        - Но в отношении вас Виталий Вячеславович выдвинул определенное условие, - поспешил поставить в известность адвокат. - Вы обязаны его выполнить, если хотите вступить во владение своей частью имущества.



        - И что же за условие? - нахмурилась Даша.



        - Ровно половина всего отписанного вам имущества должна составить трастовый фонд на имя Вороновой Алисы Витальевны, - озвучил условие адвокат, - если вы выполните это условие, то остальная часть имущества перейдет в ваше безраздельное пользование.



        - То бишь половина будет принадлежать Алисе, - улыбнулась Даша, подумав, что Вит предусмотрел абсолютно все. - Конечно, я согласна.



        - Что же замечательно, - кивнул Леонид Сергеевич. - Теперь к вопросу о дальнейшей судьбе Алисы. Дарья, вы помните, как месяц назад подписывали несколько бумаг по моей просьбе?



        Девушка совсем растерялась, а потом вспомнила, что Валиахметов подсунул ей на подпись какие-то бумаги, когда она выходила от следователя. Девушка тогда подумала, что это что-то связанное с делом Кати. Она ошибалась.



        - Так вот господин Воронов подал заявление в орган попечительства на предоставление вам прав опекунства над девочкой, - следующие слова буквально заставили Дашу подпрыгнуть на месте, а потом обратно сесть. Она не знала, что сначала сделать расцеловать адвоката или расспросить все ее интересующие вопросы.



        - И? - Даша понятия не имела, каким образом Вит собрал все нужные документы, как ему удалось столь быстро провести весь этот процесс. Даша вообще плохо понимала мотивы мужчины. Он ведь даже не озаботился тем, чтобы узнать хочет ли она этого. Хотя наверняка он уже тогда всё знал...



        - Вас назначили опекуном Вороновой Алисы еще неделю назад, - ответил адвокат, а Даша начала испытывать... злость. Могли бы и рассказать ей всё!! Сколько бы нервов сберегла бы. - Теперь я хотел бы узнать один важный вопрос в связи с тем, что девочка осталась круглой сиротой. Стоит ли мне готовить документы на усыновление девочки вами?



        А вот этот вопрос ей даже и не стоило задавать. Воронов напоследок сделал ей самый дорогой подарок в ее жизни, и она ни за что на свете не откажется от него.


***


        Прошло два месяца

        Мысли о том, чтобы покинуть город посещали Дашу всё чаще. Ей было трудно жить там, где буквально всё напоминало о нем. Девушка всё еще страдала из-за понесенной утраты, но вместе тем пришло осознание того, что так продолжаться не может. Беляева редко появлялась на людях, выходила она только по надобности или на прогулку с Алисой. На улице зелень цвела полным летним цветом, солнце припекало, заставляя людей раздеваться и оголяться в попытке хоть как-то освежится. Алисе нравилось проводить время на улице, она с удовольствием наблюдала за птичками, цветочками. Девочка заметно окрепла и подросла, радуя новоявленную маму активностью и жизнерадостностью. Дочка стала для нее отрадой, ее частичкой счастья и покоя.



        Так не заметно проходили сутки за сутками, дни сменяли ночи, шли недели, а Даша полностью себя посвящала девочке. Днем она заботилась о ребенке и вела жизнь домохозяйки, а ночью плакала в подушку о своей утраченной любви. Управлением ее ресторанов занимался Жека. Девушка сразу смекнула, что самой ей ни за что не справится. Только если отказаться от воспитания ребенка в угоду карьеры, а это сделать она не могла. Слишком долго она мечтала о материнстве, слишком много потеряла, и девушка не собиралась терять драгоценные минуты жизни из собственной дочери в угоду ненужной ей гонки за властью и деньгами. Поэтому Даша попросила своего друга о помощи, и он к ее облегчению согласился взять на себя управление еще и ее бизнесом. Также он помогал ей разобраться с тем имуществом, которое так нежданно свалилось на нее. Ведь всем этим нужно было управлять. Если Алексеевский принимал какое-то важное решение, он обязательно сначала все разъяснял ей, оставляя за ней право соглашаться или нет на этот шаг. Первое время Жека практически дневал и ночевал в ее квартире из-за этого, нужно было оградить бизнес от
негативных последствий того, что Виталия признали виновным в смерти Кати. Алексеевскому было чертовски трудно сохранить бизнес, не потерять клиентов "Виктории" и "Вивата" после публичного оглашения результатов расследования.



        Спустя всего пару дней после похорон стало известно, куда именно делся Олег. Бывший телохранитель в ночь взрыва отправился в органы с повинной. Он признался, что помогал Воронову в инсценировке несчастного случая. Следом вскрылись и другие доказательства по этому делу. Неизвестно откуда взялись фотографии, на которых было видно, как Олег и Виталий заносят тело умершей в многоэтажный дом. Самым удивительным были не сами фото, а их качество. Отличное качество изображения, учитывая ночное время суток, когда проводилась съемка. Даша знала, чьих это рук дело. Максимов всегда умел подставлять соперников, действуя из подтешка. Последним и, пожалуй, главным доказательством вины Воронова в смерти Кати стала его письмо, оставленное им незадолго до смерти. Оно было найдено в огнеустойчивом сейфе взорванного дома. В письме он признавался, что смерть Кати была досадной случайностью, в которой он сильно раскаивался. В общем, дело закрыли, а Олег к делу привлечен, как свидетель. Ему удалось выпутаться из этой ситуации, практически совершенно безболезненно для себя, избежав статьи за соучастие в убийстве. Видно,
у их бывшего телохранителя были достаточно большие связи, которые ему и помогли. Сначала Даша была жутко зла на него. Она была в бешенстве, воспринимая его поступок чуть ли не как предательство к умершему Виталию