Важное объявление: В связи с блокировкой в России зеркала ruslit.live, открыто новое зеркало RusLit.space. Добавте пожалуйста его в закладки.


Библиотека / Любовные Романы / СТУФХЦЧШЩЭЮЯ / Мартин Холли: " Лето Мечтаний " - читать онлайн

Сохранить .
Лето мечтаний Холли Мартин

        Ева живет в Лондоне. Она разрабатывает дизайн обложек, работая из дома в уютной пижаме. Тихий и спокойный образ жизни вполне устраивает Еву, и она не спешит исследовать мир, пока, разбирая вещи после смерти матери, не обнаруживает список желаний, которые та не успела осуществить. Ева решает вооружиться деньгами, которые ей завещала мама, и отправляется в кругосветное путешествие.

        Она нанимает симпатичного гида Тора, отношения с которым первое время не ладятся. Париж, Амстердам, Венеция. По мере того как меняются города, напряжение между героями становится все сильнее, а симпатия - очевиднее.

        Добрый, остроумный, веселый Тор. Что это, Ева? Романтическое приключение или любовь?

        Холли Мартин
        Лето мечтаний

        Глава 1

        Далеко за полдень Ева Блу неторопливо шла по Клементайн-авеню, и в спину ей светило весеннее солнышко. По стенам домов и кованым изгородям вились растения из подвесных корзинок и горшков, и недавно распустившиеся на них цветы весело подмигивали Еве. На яблонях и вишнях уже набухли почки, но до начала пышного цветения оставалась еще не одна неделя. С забора небольшого общинного сада[1 - Доступ в такие распространенные в Англии сады или небольшие парки имеется только у жильцов окрестных домов.] в середине улицы зазывно свисали ветви, даря дразнящий намек на тайны, лежащие там, за закрытой калиткой.
        Когда Ева была маленькой, они с мамой бывали там, лежали на траве, а лепестки цветов медленно падали на них, словно конфетти. Ее мама любила цветущие деревья, но всегда грустила, когда цветы увядали и умирали, не успев распуститься. Много времени прошло с тех пор, когда Ева в последний раз побывала в общинном саду. Давным-давно ее мама надежно спрятала ключ от калитки, и больше его никто не видел - как, впрочем, и многие мамины вещи, которые терялись и оказывались в самых неожиданных местах. Ева нежно улыбнулась, вспомнив, как часто, заскочив к маме, она обнаруживала, что та снова запихнула куда-то мобильник, ключи, кошелек или список покупок.
        При этом Джульетта помнила тысячу разных вещей, которые должна была переделать. Она занималась йогой и зумбой[2 - Зумба - танцевальная фитнес-программа на основе популярных латиноамериканских ритмов.], брала уроки сальсы и акробатики на шесте, а еще занималась живописью, гончарным делом, изготовлением мозаики и ювелирных украшений. Повсюду валялись какие-то незаконченные штучки - недописанные картины, раскрашенные наполовину глиняные горшки. Она была взбалмошная и безалаберная, вечно витала в облаках.
        В пропаже вещей мама всегда винила Глэдис - привидение, которое, по ее уверениям, жило в доме. Хотя, если не считать таинственного исчезновения предметов, Ева никогда не замечала в доме никаких следов призрака. Сама Джульетта тоже ни разу его не видела, но это не мешало ей вешать на бедняжку Глэдис всех собак. Джульетта иногда разговаривала с Глэдис, советовалась с ней и, хотя никогда не получала ответа, все равно заявляла, что беседа с Глэдис помогает ей в решении любых проблем. Иной раз Еве приходила в голову странная мысль: а что, если Джульетта с Глэдис сейчас где-то вместе - хулиганят и веселятся напропалую?
        Ева поднялась по каменным ступеням на крыльцо четырехэтажного викторианского дома, где раньше жила мама, и открыла синюю входную дверь. Тихо прикрыв ее за собой, она некоторое время вслушивалась в полную, абсолютную тишину. Если мама стала-таки привидением и громыхала где-то цепями, то определенно не здесь. Здесь не было жизни, ничего, что напомнило бы Еве о яркой и полной энергии женщине, какой была Джульетта. В этом доме всегда играла музыка: то классика, например Бетховен, то современная, вроде Эда Ширана или Кельвина Харриса, то подборка «Аббы» откуда-то из семидесятых, а то и саундтреки из мультфильмов и мюзиклов - «Король Лев», «Злая» или «Отверженные». Часто в гостиной звучала одна мелодия, а с кухни неслась совершенно другая. Ну а мама, порхая в танце из комнаты в комнату, громко напевала что-то третье под оркестр, звучавший только в ее голове. Она всегда танцевала.
        Яркие краски остались - стены в комнатах были разноцветными, всех оттенков красного, фиолетового, бирюзового с золотом,  - но даже они, казалось, потускнели без той, чьи любящие руки их красили. У себя Ева тоже любила яркие акценты в виде брошенной на диван необычной подушки или красочных картин на стенах. Но у мамы яркость царила всюду. Все двери были покрашены в разные цвета и покрыты блестящим лаком, ковры и мебель были таких расцветок, которые Еве никогда не пришло бы в голову поместить рядом; но каким-то непостижимым образом все это уживалось, и неплохо.
        Еве не хватало духу перекрасить стены, хотя ясно было, что придется, когда дело дойдет до продажи квартиры. Она выбрала бы что-то нейтрально-практичное - неброский кремовый или цвет топленого молока, как в ее квартире. Но замазать этот калейдоскоп означало убрать последние воспоминания о маме в доме ее детства. Даже подумать об этом было невыносимо.
        В последние несколько месяцев Ева упаковывала понемногу жизнь своей мамы: отдала одежду в благотворительные магазины, сложила в коробки любимые Джульеттины безделушки и перевезла кое-что к себе домой, распродала мебель и картины. Это было разумно. Порой Еве приходило в голову переехать в дом, где прошло ее детство, но это было бы непрактично - зачем такой большой дом ей одной?
        Ева досадливо поморщилась. В последнее время ее стала немного раздражать вот эта собственная рациональность и практичность.
        А вообще-то было бы интересно перебраться сюда, жить с воспоминаниями о том, как они пекли на кухне пироги, как она помогала маме расписывать стены детской жирафами, слонами, львами и тиграми, как они устраивали водяное побоище в саду, как, лежа вместе на диване, смотрели фильмы. Их с мамой жизнь заполняла собой все пространство, каждый уголок каждой комнаты. Ева даже родилась здесь, в маминой спальне, двадцать семь лет назад - она тогда так торопилась выглянуть на свет, что не дождалась бригады медиков. Правда ли она хочет снова здесь поселиться? А душа болеть не будет? Или это способ сохранить связь с мамой именно теперь, когда воспоминания понемногу начинают блекнуть? Сегодня утром у юристов Ева обсудила это с Лорел, своей любимой тетей. Сама Лорел считала, что Ева должна сохранить дом, но, безусловно, оставляла решение за племянницей.
        Еве не хотелось решать, но шло время, завещание было оглашено, и с сегодняшнего утра дом официально принадлежал ей и был в полном ее распоряжении, как и огромная сумма в двадцать шесть тысяч фунтов, составлявшая половину состояния ее мамы. Другая половина была завещана сестре Джульетты, Лорел.
        Ева понятия не имела, что ей делать с деньгами. Года четыре или пять назад они пришлись бы очень кстати. Ева была художницей, занималась живописью и немного оформлением книжных обложек - только как подработкой, позволяющей покрыть расходы на краски и полотна. Жила она в крохотной съемной квартирке, еле сводя концы с концами. Но потом, неожиданно для самой Евы, ее карьера в дизайне обложек вдруг стремительно пошла в гору, так что вскоре она смогла приобрести небольшую двухкомнатную квартиру. Она быстро стала одним из ведущих дизайнеров-оформителей книг, приобрела известность среди книгоиздателей, и ее работу неплохо оплачивали. Всего несколько месяцев назад, после долгих лет строгой экономии, она даже сумела выплатить ипотеку. Что и говорить, богачкой Ева не стала, но у нее не было долгов - ни кредитов, ни ссуд,  - так что в деньгах она не нуждалась.
        Казалось неправильным, что Ева получает выгоду от маминой смерти, ведь она была готова заплатить в сто раз больше, чтобы только вернуть ее. Прошло уже восемнадцать месяцев с тех пор, как умерла Джульетта, и, хотя Ева была уверена, что боль не утихнет никогда, постепенно ей становилось немного легче справляться с горем.
        Деньги она решила положить в банк на вошедший в пословицу черный день.
        Ева посмотрела на фотографию в рамке у подножия лестницы. Нью-Йорк. Место, где ни мама, ни она сама никогда не были. Этот снимок был повешен здесь, чтобы напоминать о мечте, которая однажды может стать явью,  - так, во всяком случае, говорила мама. Глядя изо дня в день на это фото, Ева тоже умирала от желания оказаться среди огней этого большого города. Джульетта рассказывала ей о ресторанах и магазинах, которые открыты круглосуточно, так что при желании можно пойти и купить себе пару кроссовок хоть в три часа ночи. Джульетта перечисляла разную еду, которую там можно попробовать, описывала красоты и запахи города. Она часто повторяла, что в один прекрасный день они с Евой отправятся туда вдвоем, но этого не случилось, а теперь было слишком поздно. Хотя… а что, если потратить часть денег и съездить туда на выходные? Боже, как взволновала ее эта мысль - но в то же время и испугала.
        Уж слишком не похожа была Ева на свою маму. У мамы был великолепный, как у певицы, голос, она прекрасно танцевала. А когда пыталась запеть Ева, казалось, что где-то душат кошку, и двигалась она неуклюже, и была напрочь лишена чувства ритма. Джульетта была высокой блондинкой, изящной и гибкой. А Ева - маленького роста, с темными волосами, а ее фигуру только с натяжкой можно было назвать аппетитной, потому что больше она тянула на грушевидную.
        Но самым большим отличием было их отношение к жизни. Джульетта умело хватала жизнь за рога, ловко оседлывала и, задорно улыбаясь, неслась вперед на этом необъезженном бычке, с ковбойской шляпой в одной руке и бокалом вина в другой. Она хваталась за любую возможность, никогда ни от чего не отказывалась, хотела побывать во всех уголках земли. Легко заводила друзей, с удовольствием вступала в разговор с совершенно незнакомыми людьми. Ева предпочитала собственное общество, радовалась возможности провести вечер дома и, признаться, немного побаивалась большого мира за пределами ее маленького мирка. Она же смотрела новости - мир был жесток и пугал ее. И хотя в нем были такие места, как Нью-Йорк, где Ева мечтала побывать, ей всегда представлялось, что она едет туда с кем-то. У нее, застенчивой и неуверенной, было не так уж много друзей, а те, что имелись, все были семейными и с детьми. В то, что можно среди них найти компаньона в поездку, верилось с трудом.
        Для подрастающей Евы каникулы с мамой всегда были немного катастрофой. Уж слишком разного они ждали от этих поездок. Джульетта не понимала, что это за отдых - лежать на шезлонге с книжкой.
        Мама брала напрокат грязный джип и, усадив в него Еву, колесила по тряским горным дорогам, чтобы посетить какой-то монастырь, расположенный на головокружительной высоте в крохотной деревушке. Они катались на гидроциклах и квадроциклах, ездили по канатной дороге и без седла верхом на лошадях, занимались серфингом: Еве все это было, мягко говоря, не близко. За годы участия в маминых сумасбродных затеях она столько раз ломала себе кости, что сбилась со счету. Евина вера в то, что мама ее сбережет, постепенно разрушалась, пока не исчезла окончательно.
        Став старше, Ева ни разу не отважилась отправиться куда-то вместе с мамой. Джульетта присылала ей открытки из каждого места, где побывала: иногда она успевала нацарапать несколько торопливых строк, прежде чем отправиться навстречу новому приключению. Иногда текста было очень много, мама старалась втиснуть на одну открытку всё, и слова выходили до того мелкими, что не прочесть. Каждое письмо заканчивалось стандартной фразой: «Мечтаю, чтобы ты была здесь, со мной». И Ева знала, мама действительно этого хотела.
        Но она на мамины уговоры не поддавалась, оправдываясь невозможностью оставить работу. Теперь она горько жалела об этом. Она готова была гонять на заднем сиденье мотоцикла, мериться силой с крокодилом, прыгать с тарзанки с самого высокого моста - только бы еще разочек обнять маму, еще раз проболтать с ней всю ночь над миской бананов с заварным кремом.
        Снова взглянув на мерцающие огни Нью-Йорка, Ева покачала головой. Нет, она ни за что не решится поехать туда самостоятельно. Наверное, деньги лучше вложить в какие-нибудь ценные бумаги. Она распорядится ими разумно, в этом не было никаких сомнений, и не натворит глупостей.
        Ева стала подниматься по лестнице, вдоль которой были развешаны фотографии, причем ни одна из них не висела ровно. Здесь было много снимков закатов и рассветов. Джульетта обожала красивые рассветы и закаты. Она говорила, что рассвет - это начало, а у нового дня безграничные возможности. И еще она говорила, что красивый закат - это превосходное завершение удачного дня.
        Нужно было упаковать и забрать эти фотографии, последнее подтверждение того, что в этом доме жила ее мама, но Ева решила, что это подождет до завтра.
        Около одного снимка (где мама сидела, оседлав массивный «Харли-Дэвидсон») Ева постояла, улыбаясь.
        Когда Еве позвонили и сообщили о маминой смерти, это не стало для нее полной неожиданностью. Новость разрывала сердце, конечно, но не была сюрпризом, учитывая, как Джульетта жила в последние годы. Прыгала с тарзанки, каталась на слонах, обнималась с львами, летала на дельтаплане. Ева почти ждала, что раздастся звонок и ей скажут, что мама больше никогда не вернется домой. В конце концов ее сбил автомобиль - довольно прозаичный конец для столь яркой и колоритной личности, какой была Джульетта. Она всегда говорила, что смерть ее будет стильной и произведет такую сенсацию, что про нее напишут в газетах. Увы, она не получила даже этого.
        Ева поднялась на самый верх, прошла по комнатам, проверяя, не осталось ли в них чего-то, что делало просто дом ее родным домом. Единственным местом, которое оставалось осмотреть, был чердак под крышей, и Ева не знала, что там найдет.
        Когда в детстве Ева здесь жила, чердак был местом для хранения елочных украшений, и только. Ева никогда туда не поднималась, да и мама тоже, насколько она помнила, так как лестница сломалась еще в Евином детстве. У Джульетты все не доходили руки ее починить. Ева надеялась, что найдет там несколько коробок с мишурой и шариками, так что много времени разборка не займет.
        Еще несколько дней назад Ева предусмотрительно одолжила у Лорел стремянку, которая ждала ее наверху. Расставив конструкцию, девушка осторожно поднялась, отодвинула щеколду и отступила, чтобы распахнувшаяся дверь ее не задела.
        В воздухе летали пылинки, как будто их выпустили на волю из этого всеми давно забытого места. Вот если бы так выглядела ее обложка к детскому фэнтези, подумала Ева, то книга была бы полной тайн и уносила бы читателя в дальнюю страну, а в таком интерьере мог скрываться забытый артефакт, наделенный сверхъестественной силой, а может быть, даже упавший с неба ангел, прячущийся в ворохе паутины. Практичный ум Евы подсказывал, что на самом деле таких сокровищ здесь нет и быть не может.
        Ступив на пол чердака, она огляделась.
        Небольшое вентиляционное отверстие пропускало тончайшие золотые нити света, и они косо падали на пыльный дощатый пол, но в целом чердак тонул в темноте. Пошарив, Ева нащупала на стене выключатель. Под потолком зажглась одинокая лампочка, но свет, как ни странно, залил каждый уголок.
        Ева сразу заметила три аккуратно сложенные прозрачные пластиковые коробки, сквозь стенки которых явно угадывались шары и другие елочные украшения. Рядом, прислоненная к балке, стояла старая искусственная елка. Ближе к двери на полу стояло еще несколько коробок. Одна, наверное, была набита детской одеждой разных оттенков розового цвета. В другой могли лежать все старые игрушки Евы, даже сломанные. Кроме них, ничего особенно интересного вокруг не было.
        Ева еще раз осмотрела чердак. Нет, таинственного артефакта со сверхспособностями явно нет. Значит, дело займет у нее даже меньше времени, чем она рассчитывала.
        Она подошла к коробке с детскими игрушками и осмотрела несколько лежащих сверху. Там было две куклы с волосами, выкрашенными в зеленый и голубой - спасибо набору фломастеров. Ева улыбнулась, вспомнив мамину реакцию на новые кукольные прически. Джульетта провозгласила двух кукол русалками, и они вдвоем провели вечер, кроя для них русалочьи платья.
        Поворошив игрушки, она отыскала грязно-желтого вязаного ослика. Звали его, помнится, Джошуа. Ева всюду таскала его с собой, пока не подросла.
        Она сняла сверху еще несколько игрушек, уж совсем младенческих, и обнаружила под ними конверт. Ева взяла его в руки, конверт оказался довольно тяжелым. Открыв, поняла, что это такое: первая поздравительная открытка ей от Джульетты. Она провела пальцами по блестящей ярко-розовой надписи: «Моей прекрасной дочурке». И улыбнулась маме и медвежонку на открытке, медвежонку, сжимающему в лапках цифру один.
        Ева раскрыла карточку и вдруг тихо ахнула, увидев, что внутри страницы мелко исписаны.
        Письмо ей от мамы. Не важно, что оно было написано больше двадцати шести лет назад. Несмотря на это, Ева вдруг почувствовала связь между ними, почувствовала остро и ясно, как прежде. А ведь она уже боялась, что эта связь, ослабев, исчезла.
        Опустившись на ближайшую коробку, Ева начала читать, прижимая к груди Джошуа.
        Ева, родная моя девочка. Сегодня твой первый день рождения, и у меня так много надежд и пожеланий тебе. Я желаю тебе интереснейших приключений, от которых у тебя будет замирать сердце, благодаря которым ты побываешь на дальних берегах и в удивительных землях. Желаю тебе невероятного, огромного счастья, которое наполнит все твое существо, тело и душу. Желаю тебе великой любви, чтобы ты встретилась с тем, кто будет тебя смешить, обращаться с тобой как с королевой и держать тебя за руку в этом чудесном путешествии по жизни. Найди то, что тебе понравится, что ты полюбишь, и занимайся этим. Жизнь слишком коротка, и мы никогда не знаем, что ждет за углом, так что будь легкомысленной и сумасбродной и никогда не бойся того, что подумают люди. Если кто и осудит, их мнение будет для тебя не важно, а те, кто будет важен, будут дурачиться вместе с тобой. Будь доброй, полной надежд, никогда не переставай учиться, читай все подряд. Будь храброй, девочка моя, и догоняй мечту. Я люблю тебя, моя милая! Мама ххх

        На глаза наворачивались слезы, и Ева все водила пальцем по строчкам и перечитывала их снова и снова. Интересно, думала она, огорчал ли маму образ жизни, который ведет ее дочь, которая почти каждый вечер в десять часов забиралась в постель с чашкой горячего шоколада и хорошей книгой. Ни тебе больших путешествий, ни погони за мечтами. Большой любви тоже не было, да и легкомыслия ей не хватало. Что ж, по крайней мере, у нее есть любимая работа, так что хоть одно пожелание сбылось, вздохнула Ева.
        Когда ее жизнь стала такой… серой и будничной? Куда девался тот восторг, за которым гонялась ее мама, наполняя жизнь риском, веселой сумятицей и смехом? Ева оглядела пыльный чердак и опустила глаза на желтого Джошуа. Не такой жизни хотела для нее мама, ничего похожего.
        Девушка сунула открытку с письмом в карман джинсов, не понимая пока, как ей быть, что делать с этими напутственными словами, с надеждами на будущее, которых сама она никогда не питала.
        Встав и вытерев глаза, она спустила по лестнице коробки с игрушками и детской одеждой. Надо будет передать все это на благотворительность.
        Ева снова поднялась на чердак и осторожно перенесла вниз три коробки с рождественскими украшениями. Их она потом подробно рассмотрит и отберет все, с чем у нее связаны душевные воспоминания. Затем она поднялась еще раз, чтобы забрать елку, и только тогда заметила его. У нее так и подпрыгнуло сердце в груди, потому что на одной из балок крыши висел самый настоящий сундучок с сокровищами. Он был сделан из темного дерева, с затейливой резьбой на крышке и стенками, инкрустированными золотыми листьями. Конечно, трудно было поверить, чтобы на чердаке маминого дома в Западном Лондоне оказалось не что иное, как потерянный клад Долговязого Джона Сильвера. Но все равно Ева робко подошла к нему, провела руками по гладкому дереву и только потом, щелкнув застежкой, откинула тихо скрипнувшую крышку.
        Внутри оказался целый ворох узких полосок выцветшей розовой бумаги. Она покопалась в них - нет ли внутри дублонов или рубина с кулак величиной. Но больше в шкатулке не было ничего.
        Разочарованно вздохнув, Ева собралась уходить. И только закрывая сундучок, заметила приклеенный изнутри к крышке линованный листок.
        Фломастером, знакомым круглым маминым почерком было написано: «Сундук с моими мечтами». Внизу стояла дата. Быстро произведя в уме подсчет, Ева поняла, что Джульетта написала это накануне своего восемнадцатого дня рождения. Тогда вся жизнь еще была у нее впереди.
        Эх, узнать бы, что когда-то лежало в сундучке, кроме розового серпантина.
        Ева всмотрелась в бумажные полоски и заметила на одной из них выцветшие буквы. Выхватив бумажку, она торопливо поднесла ее к свету.
        Поплавать с дельфинами.
        Присмотревшись, Ева поняла, что надписи есть на каждой полоске! Она схватила следующую.
        Побывать в Большом каньоне.
        Следующая.
        Увидеть солнце в полночь.
        Это и были мечты ее мамы. Каждая мечта записана на отдельном листочке.
        Ева начала вынимать их по одной и читать.
        Подняться на Эйфелеву башню.
        Найти золотой клад в Египте.
        Поплавать в Верхнем Озере.
        Спеть перед королевой.
        Она прочитала их все, невольно улыбалась. Кое-что Джульетте удалось сделать, но большая часть осталась неосуществленной.
        Через год после того, как Джульетта сделала эти записи, она забеременела, и родилась Ева, и это, конечно, положило конец мечтам. Джульетта планировала вести жизнь, полную приключений, и объездить весь мир. Но, хотя в последние годы мама посвящала этому больше времени, значительной части все же не суждено было сбыться. И все из-за Евы.
        Ева знала, что появилась на свет незапланированно. После ночи с человеком, в которого Джульетта искренне влюбилась и которого больше никогда не видела. Джульетта всегда говорила Еве, что это был неожиданный, но драгоценный дар - а на самом деле, выходит, она буквально разрушила мамину жизнь?
        Закрыв шкатулку, она сидела, положив руку на резную крышку.
        Что ей делать с этими забытыми мечтами? Выбросить их она не могла, но теперь, увидев их, невозможно было и просто задвинуть сундучок с мечтами подальше, чтобы они никогда больше не увидели света дня.
        В голове у нее начинала зарождаться идея, но Ева отбросила ее. Она не может такое сделать. Это дикость какая-то.
        В дальнем углу чердака скрипнула половица, и Ева посмотрела в ту сторону. Там никого не было.
        - Глэдис?  - окликнула Ева, чувствуя себя полной идиоткой. Потом нервно сглотнула.  - Мама?
        Тишина.
        - Что мне делать со всеми этими мечтами?
        Тишина.
        Сунув руку в карман, Ева выудила чек, полученный накануне от юриста. Двадцать шесть тысяч фунтов. Она опять посмотрела на сундучок, и не важно, Глэдис ей это подсказала или ее мама или просто случилось прояснение в мыслях, но внезапно она совершенно точно поняла, что нужно сделать.

        Глава 2

        Лорел поставила перед Евой кружку чая и кусочек ананасового торта, а сама села к кухонному столу напротив племянницы.
        - А теперь скажи мне еще раз, как ты собралась потратить свою половину денег?  - спросила она.
        - Я хочу отправиться в путешествие по миру,  - голос Евы предательски дрогнул, потому что с каждой минутой она теряла решимость и уверенность в себе.
        Лорел уставилась на нее, потом с преувеличенной заботой пощупала Евин лоб.
        - А ну-ка признавайся, где моя Ева, что ты с ней сделала?
        - Очень смешно.
        Лорел расхохоталась.
        - Просто это не очень на тебя похоже, мне и в голову не могло прийти, что ты примешь такое решение. Я думала, ты вложишь их в какие-нибудь надежные ценные бумаги или даже просто отдашь на благотворительность.
        - Я должна это сделать,  - сказала Ева, поглаживая резной сундучок, который принесла с собой.
        - В нем что-то связанное с поисками Утраченного ковчега?  - Лорел указала рукой на ларец.  - Ты и впрямь решила стать новым Индианой Джонсом и начать разыскивать по миру затерянные сокровища?
        - Ты знала, что мама написала список того, что мечтала сделать в жизни?
        - Когда?
        Лорел посерьезнела.
        - В канун своего восемнадцатого дня рождения.
        Тетя помотала головой, шутливости как не бывало.
        Подняв крышку сундучка, Ева жестом пригласила Лорел посмотреть на розовые бумажные полоски. Выхватив одну, Лорел пробежала глазами надпись, потом вынула вторую, третью. Так она прочитала все записочки, разложив их перед собой на столе.
        - Такую жизнь она должна была прожить… если бы не я.
        Лорел посмотрела на Еву, прищурившись.
        - Твоя мама тебя обожала. Она никогда, ни разу не пожалела о твоем рождении, ни на секунду.
        - Я обязана осуществить эти мечты за нее. Она пожертвовала ради меня всей жизнью, всеми своими планами, надеждами и мечтами. Я должна проделать все это вместо нее, потому что у нее не хватило времени. Пять пунктов из списка она осуществила, успела до своего ухода. Вот зачем были все эти ее безумные путешествия. Она пыталась сделать хоть что-то из своего списка, но умерла, не сделав и четвертой части. Значит, я должна закончить. Маме понравилось бы, что я так распорядилась деньгами, и именно так я намерена поступить.
        Лорел очень долго колебалась, прежде чем заговорила вновь:
        - Твоя мамуля хотела бы, чтобы ты потратила эти деньги, как тебе нравится, а не как понравилось бы ей. Но… раз уж, как я вижу, ты уверена в своем решении, скажу: мне нравится твоя идея попутешествовать по миру. В последние несколько дней ты заметно повеселела, и я счастлива слышать, что твой голос снова ожил.
        Ева пошуршала мечтами на столе.
        - С некоторыми очень трудно разобраться, я даже не представляю, с чего начать.  - Она подняла одну полоску:  - «Вернуться в Скаген». Где это?
        - В Дании, и это произносится «Скейн».
        - А я и не знала, что мама бывала в Дании. Почему она хотела туда вернуться?
        - Неужели не помнишь, как она рассказывала про турне по Европе с театральной труппой? Она играла Дороти в «Волшебнике из страны Оз».
        Ева кивнула:
        - Они тогда и в Дании побывали?
        Теперь кивнула Лорел:
        - Ей было семнадцать, и я думаю, это турне заразило ее любовью к путешествиям и желанием увидеть разные страны.
        - А как ваш отец отнесся к этой ее поездке по Европе?
        - О, он был очень недоволен. Он никогда не одобрял того, что хотела делать твоя мама, но от этого у нее только сильнее разгорался аппетит.
        Ева улыбнулась, услышав об этом. Бабушка скончалась еще до рождения внучки, так что Ева никогда ее не видела и не знала, как та реагировала на безумные затеи Джульетты. А отец взашей выгнал Джульетту из дому, узнав о ее беременности. Джульетта даже сменила фамилию, чтобы не иметь ничего общего с отцом, и взяла сценический псевдоним Джульетта Блу. Когда Ева подросла, она тоже стала носить эту фамилию. С дедом она встречалась в детстве всего несколько раз и помнила злого и язвительного старика. Он и впрямь был само неодобрение. Несколько лет назад дед умер, и Джульетта не проронила тогда ни слезинки.
        - Джульетте понравился Скейн, но, насколько я могу догадываться, все дело в мужчине, от которого она совершенно потеряла голову. Она была там всего неделю, но потом говорила мне, что была от него просто сама не своя. Подозреваю, он был ее первой любовью.
        Ева вся подалась вперед, приготовившись узнать всю правду о романе, про который ей ничего не было известно.
        - Как его звали?
        - Я не знаю, Джульетта особо не распространялась. Однажды отец подслушал, как мы о нем говорим, вскоре после ее возвращения из поездки. Он так бушевал, что чуть не разнес дом. Заявил, что она не его дочь, если спит с кем попало и приносит в подоле. После этого она вообще почти не открывала рта.
        - Но что случилось, почему они расстались, почему больше не встретились?
        Лорел хмыкнула.
        - Мне кажется, трудно поддерживать отношения на расстоянии. Не забывай, почти тридцать лет назад у нас не было ни социальных сетей, ни скайпа, ни других способов общения, какие имеются сейчас. Она несколько раз ему писала, но он не ответил. Так они больше и не встретились. Возможно, он попросту любил ее не так сильно, как она его.
        Ева вздохнула.
        - Вот ведь… ну, почему мужики такой отстой?
        - Это слишком сильное обобщение,  - нахмурилась Лорел.  - Не все мужчины отстой. Я понимаю, ты обижена на отца, но мы об этом ничего не знаем, возможно, тогда он не мог никак повлиять на ситуацию. И это не значит, что все прочие мужчины также ненадежны.
        Ева много думала о своем отце. Недавно она случайно увидела в газете статью о нем и его автобиографию. На иллюстрациях он позировал в своем лос-анджелесском доме, с бассейном и площадкой для мини-гольфа в саду за домом. Были там и фотографии его обожаемой женушки, они отмечали двадцатисемилетнюю годовщину счастливого брака. Миру ничего не было известно про Еву, его маленький постыдный секрет. Она даже не была знакома с Томасом Коннором, хотя и умоляла маму пригласить его к ней на день рождения - ей тогда исполнялось семь. Очевидно, он был слишком занят. Все это с ранних лет определило отношение Евы к мужчинам. Хотя она признавала, что должна быть ему в чем-то благодарной. Когда Ева родилась, он прислал Джульетте отступные - денег хватило, чтобы немедленно купить дом на Клементайн-авеню.
        - Нет, я знаю, что ты права. Я уверена: среди них попадаются хорошие. Наверное, мама просто не умела выбирать,  - сказала Ева. Впрочем, у нее самой с мужчинами тоже никак не складывалось, и отношения никогда не длились долго. Она покосилась на фотографию Майкла, мужа Лорел. Майкл умер много лет назад, и вот он-то был прекрасным мужем. Лорел ни о ком больше не хотела слышать до недавнего времени, когда начала встречаться с очень славным человеком по имени Джеймс. Кажется, у них все складывалось неплохо. Может, и впрямь не все мужчины отстой.
        - Итак, кроме Скейна, куда еще ты едешь? Расскажи, какие у тебя планы?  - спросила Лорел, прервав ее раздумья.
        - Ну, конечно, Нью-Йорк. Он есть в мамином списке, но, кроме того, я сама всегда мечтала там побывать. Еще хочу полюбоваться на цветение сакуры в Японии. За последние дни я пересмотрела уйму фотографий - это потрясающе красиво. Кое-где в Японии цветут разом по тысяче вишневых деревьев. Это у них повальное увлечение: их рисуют, пишут об этом стихи, изображают даже на упаковках еды и напитков. Ну а насчет остального я пока не знаю.  - Ева вынула из сумки планшет.  - Ты же знаешь, я не была нигде дальше Франции, Испании и Германии. Никогда надолго не уезжала из дома, да и не хотела этого. Я не знаю, где лучше всего осуществлять какие-то мамины замыслы, а некоторые места - да я вообще не представляю, где они находятся. Так что я решила обратиться в туристическое агентство и попросить организовать для меня несколько поездок. Я нашла одну турфирму, где предлагают еще и сопровождение, так что я буду не одна, со мной кто-то поедет - опытный человек, который знает разные страны, культуры и меня сможет с ними познакомить.
        Ева радостно водила по экрану, пытаясь поскорее найти нужный сайт. Хотя мысль о кругосветном путешествии ее пугала до полусмерти, она же ее и вдохновляла. Не важно, что скажет Лорел, Еве правда этого хотелось.
        - Это хорошая идея,  - сказала Лорел.  - У тебя будет возможность выбрать себе сопровождающего?
        - Да, это самое прекрасное,  - Ева нашла сайт компании «Мир у ваших ног».  - У них есть шесть сотрудников на выбор.
        Ева развернула планшет и продемонстрировала Лорел фото гидов, из которых она могла выбирать.
        - Ого! А он хорош!  - Лорел ткнула в планшет пальцем.
        Еве даже не нужно было заглядывать, чтобы понять, на кого показала Лорел. Тор Андерсон. Мужчина выглядел как бог. И не в смысле «ах, какой симпатичный милашка». Нет, вид у него был такой, будто талантливый скульптор высек его из огромной глыбы мрамора, а потом оживил. Огромный, он заполнял собой все пространство на маленьком фото. Глаза были ярко-голубыми, как будто художник позаимствовал этот цвет из морских вод на Бали или Мальдивах. Еще у него были высокие точеные скулы, покрытые щетиной ровно настолько, чтобы это казалось сексуальным, а не неряшливым. Длинные светлые волосы выглядели естественно и лежали красивыми волнами, как на картине. Он был безупречен. И, судя по уверенной улыбке, прекрасно понимал, какое впечатление производит. Явный бабник. Определенно не ее тип. Совсем.
        - Его зовут Тор, Лорел. Бог огня. Разве какие-то идиоты могли назвать ребенка Тором? Наверняка он сам себе придумал имечко, потому что любит производить впечатление.  - И в доказательство своих слов Ева открыла его страничку. Там было еще несколько фотографий. Тор стоит на палубе дорогой яхты, Тор лежит в джакузи, раскинув руки на ее борта, все с той же самодовольной улыбочкой. На следующем снимке он во фраке стоял у окна какого-то небоскреба, поднимая бокал шампанского на фоне огней ночного города. Еще одно фото - Тор на водительском месте серебристо-серого «Астон Мартина».
        - Он выглядит напыщенным самовлюбленным снобом.
        Лорел кивнула:
        - Согласна, вид у него немного заносчивый и высокомерный. Но я допускаю, что гламурная жизнь и дорогие машины - это не весь он, что у него есть и хорошие качества.
        - Ты только представь, каково это, провести месяц бок о бок с подобным типом? Ты еще не читала, что он пишет о себе! «Мне нравится помогать людям получать самые яркие впечатления от жизни. От азартных игр в Мексике до рафинированного отдыха на элитном курорте где-нибудь на Сейшелах. У меня имеется волшебный ключ к закрытым клубам, и именно я помогу получить столик в самых недоступных ресторанах мира»,  - процитировала Ева.  - Шикарные рестораны, казино, закрытые клубы. Это не мое, абсолютно. Да я с ума сойду, решая, какой вилкой есть. У меня нет вечерних платьев для таких случаев. Большую часть времени, даже рабочего, я вообще провожу, сидя на кровати в пижаме.
        - Вероятно, ты права. Тебе нужно подобрать того, с кем ты на одной волне, и как ни обидно, но это явно не секс-символ Тор, хотя, судя по всему, обращаться со своим молотом он умеет,  - кивнула Лорел.
        Ева хихикнула.
        Тетя переключилась со страницы Тора на основной экран.
        - А что скажешь о Саймоне?
        Ева хитро усмехнулась:
        - Ясно, к чему ты клонишь. Но не хочу я, чтобы за мной по всему свету таскался мужчина. Ребекка, вот кого я выбрала. Смотри.
        Она открыла страничку Ребекки.
        - «Мне нравится исследовать мир и находить всякие уголки и закоулки вдали от проторенных дорог. Итальянский ресторанчик на задворках Рима, где подают восхитительную пиццу, тайский базар, откуда можно унести с собой любой понравившийся цвет, аромат и вкус, или палаточный лагерь под звездным небом Танзании». Кажется, это то самое, что мне нужно. Я уже написала в фирму и собираюсь встретиться с Ребеккой завтра.
        - Да, симпатичная девушка,  - сказала Лорел.
        - Надеюсь. Может быть, иногда в поездке нам с ней придется жить в одной комнате. Очень хочется верить, что она не храпит.
        Лорел рассмеялась, а Ева положила в рот кусочек торта.
        - А ты уже решила, как распорядишься своей половиной денег?  - спросила Ева.
        - Хочу купить «Порше».
        - Поршень? Ты собралась чинить генератор для отопления?  - не поняла Ева. Ей показалось странным такое вложение, но, главное, у Лорел был счастливый вид.
        - Я, конечно, была тихоней по сравнению с Джульеттой. Сестра у меня была ураган, но и я не такая уж зануда. «Порше 911», вишнево-красный, кабриолет с откидывающимся верхом. В юности я мечтала стать астронавтом, родить пятерых детей, поселиться на ферме с осликом и разъезжать на красном «Порше 911». Ничего из этого не сбылось, и я не в обиде, но сейчас могу, по крайней мере, позволить себе «Порше», хотя и подержанный, совсем не новый. А, была не была, может, заведу и ослика, сад у меня довольно большой.
        Ева улыбнулась.
        - Ты покупаешь спортивную машину?
        - Ну да. Представляешь, что будет рассказывать обо мне старая миссис Скотт из восемьдесят шестого дома?  - расхохоталась Лорел.
        - Это же здорово,  - сказала Ева.  - А ослика будешь на нем катать?
        - Слушай, а это идея, надо попробовать.
        Ева улыбалась. Ей понравилось, что Лорел решила осуществить хоть одну свою давнюю мечту. Вот и ей предстоит поработать над мамиными мечтами.

        Глава 3
        - На мой взгляд, одно из лучших мест, где можно поплавать с дельфинами,  - это Гавайи,  - сказала Ребекка, щелкая мышью и выводя на экран фотографии роскошных тропических островов, окруженных бирюзовыми водами.  - Вы сможете поплавать с ними в океане, это намного лучше, чем дельфинарии, где их держат впроголодь в неволе и заставляют выполнять разные трюки. И вообще, Гавайи есть Гавайи. Если мы говорим о незабываемом путешествии, без Гавайских островов не обойтись.
        Ева кивала с энтузиазмом. Ребекка понравилась ей с первого взгляда. Симпатичная и приветливая, она сразу показала себя знатоком, когда разговор зашел о поездках. Раньше она уже организовывала подобные туры и знала, куда стоит поехать и что посмотреть. Еве сразу показалось, что они поладят: похоже было, что и посмеяться вместе они тоже смогут. Самое лучшее: когда Ева показала Ребекке список, девушка не только сочла, что все мечты осуществимы, но и быстро перенесла их все в электронную таблицу. Теперь ничего не стоило составить такой маршрут путешествия, чтобы не упустить ни одного пункта. Эта таблица особенно понравилась Еве. Да, они с Ребеккой определенно родственные души.
        - Увидеть северное сияние в это время года непросто. Это лучше делать с сентября по март.  - Ребекка печатала, ее пальцы двигались со скоростью сотни миль в час.  - Но учитывая, что у нас в планах поездка в Австралию и Новую Зеландию, не исключено, что где-то на пути мы сможем увидеть южное сияние, aurora australis. Как вам такой вариант?
        Ева на мгновение заколебалась. Можно ли ей отклоняться от изначальной мечты? Но решила, что одно сияние ничем не хуже другого и, наверное, не стоит слишком заморачиваться насчет таких мелочей. И она кивнула.
        Ребекка посмотрела на часы:
        - Где же Тор? Он должен был подскочить к этому времени. Наверняка он знает лучшие места, где можно застать южное сияние. Он тогда сделал очень красивые фотографии. Ну-ка, может, я смогу их найти.
        Она пощелкала по клавишам, и на мониторе возникли фотографии. Зеленые и лиловые сполохи в небе над заснеженными горами. Ева только ахнула. Ей сразу захотелось увидеть такое.
        Как раз в этот момент открылась дверь офиса и вошел он. Боже, в реальной жизни он выглядел даже еще лучше. Фотопортреты и близко не передавали всего обаяния.
        Ева так засмотрелась на его лицо, что ей потребовалось целых пять секунд, чтобы заметить: он держал на руках младенца.
        - Тор!  - возмущенно заговорила Ребекка.  - Ты сильно опаздываешь, Трейси тебя убьет. А что это за ребенок, почему он у тебя?
        - Это мой племянник Феликс,  - пояснил Тор, положив сумку-кенгуру на соседний с Ребеккой стол.  - Я пообещал Пернилле побыть с ним, но у нее сломалась машина, и сестрица не смогла за ним приехать. Она собралась ехать на метро, но мы живем в разных концах Лондона, вот я и подумал, прихвачу-ка я его лучше на работу, чтобы еще сильней не опоздать. Да и сестре сюда ближе добираться, так что скоро она появится.
        Ребекка смотрела на Тора очень удивленно, а Феликс тем временем кряхтел и извивался в его руках.
        - Не могу поверить, что ты явился в офис с младенцем.  - Ребекка опасливо оглянулась на кабинет.  - Утром Трейси тобой интересовалась, но я сказала, что у тебя встреча с клиентом. У нее крышу сорвет, если увидит ребенка.
        - Что я мог поделать? Совсем не прийти я не мог, сама понимаешь, я исчерпал все лимиты ее терпения,  - сказал Тор. Впервые его взгляд упал на Еву, и она почувствовала странный прилив тепла, как будто встретила давнего друга, с которым не виделась много лет.  - Простите, мне очень жаль. Обычно мы не такие разболтанные. Прошу вас, продолжайте, а мы постараемся не шуметь.
        Ева тоже оглянулась на кабинет, где за прозрачной стеной блондинка лет пятидесяти была очень занята покупкой шарфа в интернете. Она и не заметила, как вошел Тор.
        Вдруг Феликс оглушительно взвыл, и Трейси, дернув головой, посмотрела сквозь стекло в их сторону.
        - Шшш, Феликс, все в порядке, парень, не нужно так орать, а то доиграешься и меня выгонят с работы,  - шептал Тор, качая мальчонку на колене.
        Ева взглянула на кабинет, как раз когда из него вылетела Трейси. Она казалась разъяренной.
        - Что, черт возьми, происходит?  - спросила Трейси. Профессиональный такт явно не входил в число ее добродетелей.  - Почему в моем офисе младенец?
        - Это мой,  - выпалила Ева. Честное слово, она не собиралась влезать в чужие разборки, не имеющие к ней никакого отношения, но вдруг почувствовала, что должна прийти на помощь.  - Тор просто приглядывал за ним, пока я обсуждала с Ребеккой свой отпуск.
        Тор вытаращился на нее. Трейси вытаращилась на нее. Даже Феликс прервался и на минуту затих, чтобы бросить на нее испепеляющий взгляд.
        Трейси прокашлялась.
        - Прошу меня простить. Когда люди приходят заказывать незабываемое путешествие, они как-то обычно бывают без детей. Так что у нас они редкие гости. Я думаю, лучше вам забрать его у сотрудника. Тору нужно работать.
        - О, эээ… Тор так хорошо справляется,  - Ева попробовала отыграть назад.  - А нам с Ребеккой нужно так много обсудить в связи с поездкой. Без Феликса, который хватает все с ее стола, сделать это намного проще.
        Улыбка Трейси вышла о-очень натянутой.
        - Лучше всего было бы вам прийти сюда без вашего сына. Здесь у нас нет яслей. Тор, отдай даме ее сына, а потом зайди ко мне в кабинет и объясни, почему ты опоздал.
        Тор не двинулся с места, и это было совершенно понятно. Как он мог отдать ребенка совершенно незнакомому человеку? Ева тоже не попыталась забрать его у Тора. Она совершенно не умела ладить с младенцами и вообще с детьми. Бывая в гостях у друзей, у которых были дети, Ева, вне зависимости от возраста ребенка, скорее предпочитала играть с кошкой или собакой, чем нянчиться с малышом. А вдруг она его уронит? Эта мысль пугала ее. Но сейчас, раз уж она ввязалась в это дело, нужно было идти до конца.
        Ева неуверенно поднялась и протянула руки.
        - Иди к мамочке,  - позвала она, постаравшись придать голосу максимум слащавости.
        Феликс снова заорал, громче прежнего, отворачиваясь от Евы.
        - Я не думаю…  - начал Тор.
        Все это было просто кошмарно.
        - О, он так к вам привязался,  - пропела Ева, пытаясь сделать хорошую мину при ужасной игре.  - Я буду здесь еще долго, так что ты, золотко, еще успеешь обнять дядю Тора на прощание, когда мы будем уходить.
        Тор на лету понял ее намек:
        - Так вы еще не уходите?
        - Что вы, мы проведем здесь еще час, а то и два.
        - Тор, да что же это такое, отдай наконец женщине ее сына,  - Трейси теряла терпение на глазах. Она круто развернулась и прошествовала к себе в кабинет.
        Поколебавшись еще секунду, Тор впихнул рыдающего Феликса в руки Еве.
        - Только попробуйте его обидеть,  - процедил он сквозь сжатые зубы.
        - Не стоит благодарности,  - огрызнулась Ева, снова садясь на стул и сажая плачущего Феликса на колени. Не так она представляла себе сегодняшний день.
        - Не волнуйся. Я за ней присмотрю,  - тихо сказала Ребекка.
        Что за черт? Ева почувствовала себя каким-то злостным похитителем детей. А ведь она просто пришла на помощь Тору, хотела выручить его в щекотливой ситуации. Зря она вмешалась и упустила шанс увидеть, как Трейси обрушивает свой гнев на этого смазливого поганца. А смазливый поганец уже вошел в кабинет Трейси и то и дело подозрительно поглядывал оттуда на Еву.
        Ева обернулась к Ребекке - та смотрела на нее ошарашенно.
        - Я только пыталась помочь.
        - Отняв чужого ребенка?
        - Да не отнимала я его. Я его просто… просто обслуживаю.
        Ребекка подавила улыбку:
        - Обслуживаете? Он не автомобиль. У вас есть опыт обращения с детьми?
        - Нет, а это очень трудно?  - спросила Ева, а младенец извивался, как червяк, и она испугалась, что уронит его. Тор продолжал следить за ней из окна кабинета, пока Трейси, очевидно, распекала его за нарушение дисциплины. Ева переложила Феликса на одну руку, дотянулась другой до детской сумки и стала в ней шарить, надеясь найти хоть что-нибудь, что бы заставило мальчика замолчать. Обнаружив игрушечного медвежонка, она стала махать им перед Феликсом, что-то приговаривая и сюсюкая, чтобы отвлечь бедного малыша, оказавшегося на руках у незнакомого человека. Феликс ненадолго стих и потянулся к медведю толстыми пальчиками.
        - Неплохо,  - оценила Ребекка.  - Так, дальше у нас Ниагарский водопад, мы можем осмотреть его с канадской стороны или со стороны США. Что вы выбираете?
        - Понятия не имею. Я полностью полагаюсь в этом на вас. Что бы вы посоветовали?  - ответила Ева. Бросив украдкой взгляд в сторону кабинета, она обнаружила, что Тор по-прежнему не сводит с нее глаз.
        - По-моему, канадская сторона лучше. Помимо прочего там у вас будет возможность наблюдать водопад прямо из окна отеля, а в Штатах такого нет.
        - Звучит восхитительно, мне очень нравится.
        Ребекка кивнула:
        - О’кей, это не проблема. Из этого отеля еще и ночью живописный вид, когда водопад очень красиво подсвечивают. Правда, с американской стороны можно близко осмотреть водопады «Фата невесты» и «Американский»  - это два водопада поменьше,  - но ничто не мешает нам пересечь границу и полюбоваться ими со стороны США. Хотя, честно говоря, я считаю, что все стоящее вы сможете рассмотреть со стороны Канады…
        Ева увидела, что Тор вышел из кабинета и с каменным лицом направляется к ним. Его явно не уволили, потому что он уселся за свой стол и включил компьютер.
        - Еще мы можем отправиться на прогулку на пароходе к подножию водопада «Подкова».
        - А, на «Деве тумана»?  - оживилась Ева, а Феликс, зашвырнув своего медведя в дальний угол офиса, потянул ручонки к Тору.
        - На «Хорнблауэре»,  - сказал Тор, поднимая медведя и возвращая его Феликсу.  - На «Деве тумана» возят в Штатах, а если вы собираетесь быть на канадской стороне, то поплывете на «Хорнблауэре».
        Феликс вырвал у Тора медведя и бросил его через весь офис. Сидеть на ручках у чужой тети ему явно надоело. Тор сжал губы и стал разминать пальцы, словно собираясь забрать у Евы ребенка. Оглянувшись на кабинет начальства, он присел, выудил из кенгуру бутылочку.
        - Попробуйте дать ему это.
        Взяв у него бутылочку, Ева протянула ее Феликсу. Голод пересилил желание отправиться к Тору. Мальчик с жадностью вырвал бутылку из Евиных рук и вцепился в нее пухлыми пальцами.
        - Откиньте его немного назад,  - подсказал Тор чересчур резко, он не имел права давать ей советы таким резким голосом.
        Ева закусила губу, чтобы не ответить ему колкостью, сдержалась и сделала так, как ей было сказано.
        - Тор,  - шепотом окликнула Ребекка, чуть заметно махнув в сторону кабинета.
        Оглянувшись, Ева увидела, что за ними наблюдает Трейси. Тор неохотно вернулся за свой стол.
        - После Ниагары мы можем продолжить поездку уже в Штатах. Мы окажемся не так уж далеко от Манхэттена, так что можем осмотреть там все популярные туристические места,  - продолжила Ребекка.  - Я не знаю, конечно, какой у вас бюджет, но хочу сказать, что стоимость поездки можно снизить чуть ли не вдвое, если останавливаться в хостелах вместо отелей. Правда, в номерах будут и другие туристы, но…
        - Нет,  - твердо оборвала ее Ева.
        Тор оторвался от компьютера, и Еве показалось, что он смотрит на нее оценивающе. Мистер Самые Яркие Впечатления оценил ее нежелание останавливаться в хостелах. Но это ей было все равно. Ничего хуже хостелов она не могла себе представить. Одна ее подруга, Натали, объездила Австралию с рюкзаком за плечами. Так вот она рассказывала страшные истории и о своих соседях по комнате, и о качестве самих хостелов, по большей части весьма сомнительном. Ева любила блага цивилизации и, отправляясь в незабываемое путешествие своей мечты, предпочитала чуть доплатить, но иметь номер в отеле с собственным туалетом и душем.
        - Извините, но мне это совсем не близко, совсем. Я хочу собственную комнату. Я не против того, чтобы в случае чего разделить номер с вами, но по возможности предпочитаю иметь личное пространство.
        - О’кей, просто это существенно увеличит цену поездки.
        - Не страшно.  - Ева увидела, что Феликс почти прикончил содержимое бутылочки. Она отняла ее и поставила на стол.
        - Нужно сделать так, чтобы он выпустил лишний воздух,  - подсказал Тор.
        Ева посмотрела на него в ужасе. Как она будет это делать?
        - Поднимите его, головку положите себе на плечо и помассируйте спинку,  - прошипел Тор.
        Ева поспешно выполнила инструкции. Феликс был такой увесистый, что она с трудом его подняла и развернула. Потом потрепала по спине, вспомнив, что ее приятельница Джулия делала так со своей дочерью. И тут она почувствовала, что плечу стало мокро. Приподняв Феликса, она обнаружила, что изо рта у него капает молоко, перевела глаза на плечо - там расплывалась молочная лужица. Еву чуть не стошнило. Уфф, хуже этого дня и придумать нельзя.
        Именно в этот момент распахнулась дверь и в офис вбежала совсем юная девушка, вряд ли старше двадцати. Вид у нее был встрепанный и взволнованный. Девушка нашла глазами Феликса и - Ева это заметила - немного расслабилась. По всей вероятности, это и была мама Феликса. Слава богу.
        Тор вскочил и мгновенно вылетел из-за стола ей навстречу:
        - У тебя все в порядке?
        - Да, все хорошо, мне так стыдно, прости,  - выпалила его сестра. Потом подозрительно уставилась на Еву, державшую на руках ее сына.  - Что происходит?
        - Не спрашивай,  - прошипел Тор сквозь зубы. Одновременно он буквально вырвал Феликса из рук Евы и передал сестре.
        Ева поняла, что с нее хватит.
        - Ребекка, мне сейчас лучше уйти. Эта штука на плече так воняет, что я вынуждена пойти домой и постирать блузку. Не могли бы вы без меня набросать вчерне программу и маршрут, примерно прикинуть, сколько это будет стоить, и прислать мне все данные по электронной почте?
        Ребекка кивнула.
        Ева взяла сумку и, пока Тор еще сюсюкал над своей младшей сестрой и Феликсом, ушла, не проронив больше ни слова.
        Не пройдя и нескольких шагов по улице, она услышала тяжелые шаги - за ней бежал Тор.
        - Подождите.
        Она повернулась к нему, скрестив на груди руки.
        Он махнул назад, в сторону своей конторы:
        - Слушайте, спасибо вам за то, что вы сделали.
        Ева пожала плечами:
        - Не за что.
        Тор провел рукой по волосам.
        - Да я бы не сказал, Феликса стошнило вам на плечо, и…
        - И вы вымещали на мне свое скверное настрое- ние и не давали сосредоточиться на путешествии моей мечты.
        Тор осторожно покашлял.
        - Да, простите за это. Слушайте, а может, сходим куда-нибудь, я угощу вас и постараюсь загладить вину?
        Он одарил ее лучшей своей обаятельной улыбкой, явно раньше проделывал такое с сотнями женщин.
        - Не стоит,  - ледяным тоном отрезала Ева и, отвернувшись, продолжила путь.

        Глава 4

        Ева постучала в дверь дома Джулии и с улыбкой прислушалась к доносящимся изнутри взрывам смеха. Дверь открыла ее подруга Натали с бокалом вина в руке. Крепко обняв Еву, Натали поспешила вернуться в дом.
        - Извините, что опоздала, но линию Хаммерсмит-энд-Сити[3 - Линия лондонского метрополитена.] перекрыли, потому что какой-то идиот уронил мобильник и ему хватило ума спрыгнуть за ним на рельсы. Идиота успели оттуда вовремя достать, и он не пострадал - но этого мало, он пытался оказывать сопротивление, когда его уводили со станции, вот движение на линии и решили приостановить, пока его не увезут подальше,  - рассказывала Ева, бросая куртку на перила, где уже собралась целая коллекция верхней одежды.
        - Ох уж эти радости лондонской жизни,  - вздохнула Натали.
        Ева кивнула. Иногда ей хотелось жить в каком-то чуть более спокойном месте.
        - Да не так уж сильно ты и опоздала, мы даже не успели заказать пиццу,  - добавила Натали.
        Они вошли в гостиную, поднялась веселая суматоха, потому что остальные подружки тоже хотели поздороваться и обнять Еву. Это согрело ей сердце. Работа и семейные обстоятельства не позволяли им собираться очень уж часто, так что общались подруги большей частью по вотсапу. Но раз в месяц, оставив детей с отцами или отправив к бабушке с дедушкой, девушки собирались, чтобы посплетничать за вином и пиццей.
        Джулия протянула Еве наполненный бокал, а Джасинда похлопала по дивану рядом с собой. Ева села, и на колени ей тут же поставили миску с чипсами начос. Она помахала рукой экрану ноутбука - там в скайпе была Лейла, подключившаяся из корнуэльской глубинки.
        - Теперь можно и пиццу заказывать,  - сказала Джулия.  - Я умираю от голода. Заказываем как обычно?
        Девушки дружно закивали, и Джулия набрала номер.
        - Как дела?  - спросила Люси, держа в руках бокал с апельсиновым соком и неловко ворочая большим животом. Дай ей бог здоровья, пузо такое огромное, что было страшновато - казалось, она может лопнуть с минуты на минуту, хотя до срока оставалось еще четыре недели. С первым ребенком Люси перехаживала, он родился намного позже, чем думали, так что и теперь скорого разрешения от тягот ждать не приходилось.
        - Хорошо, как обычно, вся в делах,  - ответила Ева.  - На днях закончила обложку для одного из моих любимых авторов. Для меня это была большая честь, но и волнений много - как бы не опозориться.
        - Как это прекрасно, иметь возможность заниматься творчеством,  - задумчиво протянула Джасинда. Они с Евой вместе занимались в колледже и потом университете изобразительным искусством и дизайном. Джасинда попала в рекламное агентство, где разрабатывала оригинальные идеи для рекламы ведущих брендов. Потом она родила одного ребенка, следом второго и четыре года не могла работать. Она была очень довольна ролью мамы, но и по работе тосковала.  - Самое творческое, что я сделала за последнее время,  - помогла Иззи построить макет ракеты из папье-маше. Но в сентябре она идет в школу, и я подумываю вернуться на работу, на полставки. Всего два дня в неделю. Мама Алекса согласна брать Тео к себе на это время. Как было бы здорово снова окунуться в серую рабочую рутину.
        - Да, это будет замечательно.  - Лейла на экране уже впилась зубами в кусок пиццы, на вид похожей на домашнюю. Лейла всегда любила готовить.
        - Согласна,  - кивнула и Ева.  - Это очень важно, выделять хоть немного времени для себя.
        - Пицца едет к нам,  - сообщила Джулия и отложила телефонную трубку.  - Но я бы хотела сейчас перенестись в Корнуэлл и отведать той, что испекла Лейла. Она такая аппетитная!
        Лейла засмеялась и, чтобы подразнить девочек, принялась поглощать свой кусок, театрально постанывая от удовольствия, демонстрируя, как хороша и вкусна ее пицца.
        - Я хочу поскорее все узнать о чудесных каникулах, которые ты планируешь, Ева!  - воскликнула Натали.  - Звучит весьма завлекательно. Ты и впрямь собираешься объехать весь мир?
        Ева невольно расплылась в улыбке.
        - Да. Ну, то есть пока еще ничего не оформлено, но этот процесс уже близок к завершению. Я, собственно, ожидаю окончательный вариант от фирмы.
        - Даже не верится, что именно ты это делаешь,  - сказала Люси.  - Какая же ты смелая.
        - Я еду не одна. Со мной будет сопровождающий.
        - Ух ты! Так вот какие это будут каникулы, с эскортом,  - съехидничала Джасинда.
        Ева засмеялась.
        - Вовсе нет. Это просто гид. Ее, кстати, зовут Ребекка, и она показалась мне милой.
        - Поведай же нам, куда ты поедешь?  - спросила Джулия.
        Ева огласила длинный список, который обсуждала с Ребеккой. Было понятно, что подруги искренне за нее радуются.
        - Потрясающе,  - сказала Лейла.  - Неужели ты на такое отважишься? Уж больно на тебя не похоже.
        - Ты права, совсем не похоже. Я домоседка, люблю свою квартиру, пижаму.  - Ева хмыкнула, вспомнив: случалось, что она по нескольку дней так и ходила в пижаме.  - Но наступило время измениться, да и мама, мне кажется, была бы рада, что я пускаюсь навстречу приключениям.
        Джасинда улыбнулась и потрепала ее по колену:
        - Мне тоже так кажется.
        - Ой, я же еще не рассказала, что сегодня приключилось в туристическом агентстве!  - Еве хотелось, чтобы подруги поддержали ее и осудили наглого Тора. Она описала свои злоключения с младенцем и то, каким гадом оказался Тор.
        - Ты и младенец,  - Натали зашлась от смеха.  - У меня есть фото, где ты держишь Алфи перед его крещением. До сих пор не знаю, кто из вас тогда больше перепугался.
        - Да, я совсем не умею обращаться с детьми,  - согласилась Ева.
        - Ничего, как заведешь своих, все изменится.  - Люси любовно погладила свой живот.
        - Может быть.  - Ева не исключала, что в один прекрасный день у нее могут появиться свои дети, но все ее подруги обожали детей, а она этим похвастаться не могла.  - Можно смело сказать, что Феликс был от меня не в восторге.
        - Я не пойму, почему Тор повел себя так мерзко, ты ведь пыталась ему помочь,  - сказала Джулия.
        - А я понимаю, почему он так переживал, я бы тоже не обрадовалась, если бы пришлось отдать ребенка совершенно чужому человеку,  - вступилась Люси.
        Ева вздохнула. Хотя она и понимала, что Люси права, ей по-прежнему казалось очень несправедливым, что Тор так нагрубил и нахамил ей, хотя она лишь пыталась отвести от него грозу.
        - А потом, в довершение всего, он имел наглость пригласить меня выпить с ним. Как будто его улыбки достаточно, чтобы замаскировать хамство и ужасное воспитание,  - добавила Ева.
        - Ты же согласилась?  - спросила Джулия.
        - Разумеется нет.
        - А как он хоть выглядит, этот Тор?  - вклинилась в разговор Лейла, которой явно было непонятно, из-за чего Ева так распаляется.
        - Ничего особенного, неинтересный,  - соврала Ева, не желая, чтобы его красота повлияла на мнение подруг.
        - Как, говоришь, называется фирма?  - уточнила Джасинда, хватаясь за телефон.  - «Мир у ваших ног»?
        - Да, но там вряд ли есть его фотографии,  - снова соврала Ева и решила сменить тему:  - Джулия, ты все еще думаешь переехать в дом?
        - Матерь божья, а он хорош,  - выдохнула Джулия, и все сгрудились вокруг ее мобильника. Даже Лейла принялась копаться в своем телефоне.
        - Он надутый самовлюбленный осел,  - попыталась объяснить Ева, но подруги будто ее не слышали.
        - Представляете, отправиться с таким в кругосветку - ни на какие достопримечательности и смотреть на захочешь, если такой стоит рядом,  - пропела Натали.
        - Я бы не отказалась с ним замутить,  - сказала Люси.
        - А что, может, тебе еще не поздно поменять сопровождающего?  - спросила Джасинда.
        - Ведь ты хотела приключений - поездка с таким вот мачо это и есть главное приключение,  - уговаривала Джулия.
        Лейла только лихорадочно обмахивалась веером.
        - Тот факт, что он противный тупица, для вас значения не имеет?  - спросила Ева.
        Девушки переглянулись и начали хохотать, мотая головами.
        - Такому красавчику можно многое простить.  - Лейла не отрываясь смотрела в свой телефон широко распахнутыми глазами.
        - Тогда вы все легкомысленные дурочки,  - рассмеялась Ева, с шутливым неодобрением качая головой.
        - Ты правда считаешь его непривлекательным?  - удивилась Джасинда.
        Взяв у нее телефон, Ева еще раз посмотрела на Тора: великолепные скулы, фантастические бирюзовые глаза.
        - Конечно, он смазлив,  - сказала Ева, понимая, что это очень сильное преуменьшение.  - Но он такой хам, он… он… он просто задница.
        - Кстати, а задница у него наверняка чудесная,  - мечтательно сказала Джасинда, и все они покатились со смеху.
        - Одним словом, я очень надеюсь, что больше мне не придется с ним пересекаться,  - подвела итог Ева, смахивая с экрана фото Тора. Будет просто прекрасно, если они никогда больше не встретятся.

        Глава 5

        Господи, как же скверно было Еве. Возможно, даже она заболевала. А больному человеку ни в коем случае не следует отправляться в путешествие. Наверное, ей вообще не стоило все это затевать.
        Несмотря на безбожно ранний час, в зале регистрации в аэропорту Хитроу царил полный хаос. Сотни людей носились вокруг нее, таща за собой чемоданы, детей и стариков. Ева не представляла, куда ей нужно идти и что нужно делать. В последний раз в аэропорту она была восьмилетним ребенком, тогда они с мамой и Лорел на неделю ездили отдыхать в Испанию.
        Что она вообще здесь делает? Все это - одна сплошная ошибка.
        Прошел всего месяц с тех пор, как она впервые встретилась с Ребеккой. Определенно этого времени слишком мало, чтобы как следует распланировать и подготовить путешествие. Но Ребекка оказалась на редкость толковой и организованной. Уже на следующий день после той кошмарной встречи она по электронной почте прислала Еве подробный план, где было перечислено, когда и куда они едут, даты и номера всех рейсов, названия гостиниц, в которых они останавливаются, экскурсии, на которые они идут, а также во что все это Еве обойдется. В результате у Евы оставалась еще уйма денег на карманные расходы, так что она дала Ребекке добро и перевела ей требуемую сумму - тысячи фунтов - на оплату поездки. Через несколько часов пришло подтверждение, что все заказано, а также детальный перечень вещей, которые необходимо взять в дорогу. Каждый божий день Ева надоедала Ребекке своими вопросами, страхами и тревогами. Ребекка выносила все стоически.
        Вот и сейчас ей нужно просто появиться, и Ева сразу сможет взять себя в руки и успокоиться.
        Все будет хорошо. В последние недели она трудилась днем и ночью, но успела доделать и сдать все находившиеся у нее в работе обложки и теперь могла наслаждаться свободой и поездкой - хотя, конечно, придется проверять электронную почту и делать онлайн какие-то небольшие дизайн-проекты. Сто раз сверившись со списком, Ева упаковала все внесенное в него Ребеккой плюс на всякий случай множество вещей, о которых Ребекка не упомянула. У Евы при себе есть паспорт, немного иностранной валюты для каждой страны, которую они собирались посетить, и множество путеводителей по разным странам, загруженных на планшет. Она даже взяла с собой немного еды - на тот случай, если обед в самолете не придется по вкусу. Она полностью подготовлена.
        Так какого черта она так нервничает?
        Ева ждала возле витрины с мороженым, в точности как велела Ребекка. Но она задерживалась уже на пятнадцать минут - многовато для такого собранного и исполнительного человека, как Ребекка.
        Наружные двери распахнулись, и Ева с удивлением увидела Тора с большим рюкзаком. Он буквально излучал шарм и обаяние. Ева заметила, как женщины провожают его мечтательными взглядами. Этот-то что здесь забыл? Наверное, пришел помахать Ребекке на прощание. А может быть, это совпадение и он сам отправляется в поездку с другим клиентом… именно в то же время, что и Ева с Ребеккой.
        Тор повертел головой, нашел взглядом Еву и направился к ней. Он улыбался, хотя взгляд был нерадостный.
        - Ева, привет. Нам тогда не удалось как следует познакомиться, я - Тор Андерсон,  - сказал он.
        - Привет,  - поздоровалась Ева, поглядывая, не идет ли Ребекка.
        - Боюсь, у меня для вас не очень хорошие новости. Ребекка вчера вечером упала с лестницы и очутилась в больнице.
        - О боже, как она?
        - Все бы хорошо, если бы не лодыжка. Она сломала ее в трех местах, но в остальном Ребекка не пострадала.
        - Ах, так вот почему вы помогаете ей нести рюкзак,  - Ева облегченно вздохнула.
        Тор нахмурился и посмотрел на нее, как на дурочку.
        - Вот почему здесь я, а не она. Очевидно, что она не может путешествовать со сломанной ногой. Я еду с вами вместо нее.
        Добрых десять секунд Ева молча таращилась на него, прежде чем сумела заговорить, сердце выскакивало из груди. Ее чудесная поездка, путешествие мечты, рушилась на глазах.
        - Нет, вы не едете,  - выдавила Ева, пытаясь справиться с бурей нахлынувших на нее эмоций.
        - Простите?
        - Я с вами не поеду.
        - Почему это? Моя начальница потратила не один час, переоформляя на мое имя документы и билеты, так что все в порядке. Я очень опытный гид и не раз побывал во всех местах, перечисленных в вашей программе. Вообще, квалификация у меня в чем-то даже выше, чем у Ребекки. Я буду носить ваш чемодан и почти наверняка сумею добиться улучшения условий и на перелетах, и в отелях. Вы в очень надежных и хороших руках.
        - Это здесь ни при чем. С вами я не хочу никуда ехать. Вы…  - она махнула рукой в сторону стоящего перед ней безукоризненно красивого, нахального и неприлично уверенного в себе типа,  - грубый, неприятный и эгоистичный.
        У Тора брови взлетели на лоб, а его прекрасные бирюзовые глаза изумленно округлились.
        - Вам не кажется, что это очень субъективно? Пару недель назад вы провели в моем обществе минут пятнадцать в ситуации, когда я немного перенервничал из-за того, что вы держали моего племянника, и уже решили, что я ужасный человек. Послушайте, на самом деле все очень просто: у вас три варианта на выбор. Вы можете отменить всю поездку, тогда мы прямо сейчас вернемся в офис агентства и посмотрим, какую часть ваших денег можно попытаться вернуть. Уверен, у вас есть страховка, по ней тоже можно попробовать что-то получить. Еще вы можете отправиться в путешествие в одиночку, и я должен буду возместить вам свою половину расходов. Или мы можем поехать вместе, и я буду на протяжении всей поездки всячески стараться не быть неприятным или грубым. Словом, я постараюсь заменить вам Ребекку.
        Ева кусала губу. Ей не нравился ни один из предложенных вариантов. Господи, вот именно поэтому она никогда никуда не ездит - ясно же, что с ее удачей все пойдет вкривь и вкось. Сегодняшнее происшествие - лишнее тому доказательство. Да еще, к своему стыду, она почувствовала, что вот-вот расплачется. Несмотря на все страхи и тревоги, она ждала этой поездки. Но самое главное - это же был ее способ почтить память мамы, исполнить все то, о чем мечтала Джульетта, пока Ева не появилась на свет. Отменить это она не имеет права. Это не вариант. Значит, вариантов оставалось два. Ехать одной или с Тором. Шесть недель жить бок о бок с глубоко несимпатичным ей человеком - значит вообще не получить удовольствия от поездки. Ехать одной казалось сейчас меньшим из двух зол.
        - Тогда я поеду одна,  - сказала Ева, ненавидя себя за дрожь в голосе.
        Брови Тора полезли еще выше, но в его взгляде появилось и нечто вроде восхищения.
        - Ого. Видать, я и правда произвел на вас отвратительное впечатление? Мне в самом деле жаль, простите. Ну ладно, тогда вот вам ваша программа и документы,  - Тор протянул ей черную папку с застежкой-молнией.  - Я выйду на связь через несколько дней, когда разберусь с тем, как выплатить мою половину. Вы не получите обратно всю сумму, отменять поездку в тот же день - это слишком поздно. Но что-то удастся покрыть за счет страховки. Удачной вам поездки.
        Он повернулся и зашагал к дверям.
        Господи, как же это так, она не может ехать одна. Как ей ни хотелось быть храброй, решительной и мужественной, как мама, Ева была не такой. Слишком уж большую часть жизни она провела в затворничестве, выходя из дома только в магазин, в гости к подруге или чтобы повидать родню, но не отваживаясь на более дальние вылазки. Перспектива сесть в самолет и отправиться покорять мир в одиночку вселяла в нее ужас. Вот сейчас Тор уйдет, а она даже не знает, куда идти, как регистрироваться на рейс и что делать потом.
        Ладно, она справится. Ее мама всю жизнь провела в поисках приключений и наслаждалась каждой минутой. С Евой все было наоборот: пока она избегала любых опасностей, приключений и не ходила по сомнительным кварталам после наступления темноты, и с ней все было в порядке. Относительном.
        Дрожащими руками она открыла программу и уставилась на строчки и цифры, ровным счетом ничего ей не говорившие. Потом перевела взгляд на табло вылетов над головой и поискала глазами рейс на Париж примерно на это время. Один она увидела, запомнила номер рейса и стала искать его в своей программе. Это несложно, те же цифры. Табло сообщало, что регистрация проходит на стойках пятнадцать-двадцать. Хорошо, пока все просто, сказала она себе.
        Не обращая внимания на дрожь в коленях, Ева покатила чемодан в нужном направлении. А вот возьмет и отправится путешествовать по миру одна! Это ее даже радовало, до ужаса пугало, но все же радовало.
        Встав в длинную очередь, она вынула телефон, чтобы позвонить Лорел. Тетя, несмотря на ранний час, должна быть на ногах, она всегда очень рано встает.
        - Ева, как у тебя дела?  - отозвалась Лорел. Ева представила, как ее тетя сидит в любимом кресле с чашкой кофе и любимой книгой.
        - Хм, не очень хорошо,  - призналась Ева, продвигаясь вместе с очередью.  - Ребекка сломала лодыжку, и вместо нее со мной должен был лететь Тор.
        Лорел ответила не сразу, и Ева представила, как она откладывает книгу, полностью переключая все свое внимание на Еву.
        - Тот потрясающий красавец, который выглядит, будто сошел со страниц каталога мужских моделей?  - с восторгом уточнила Лорел.
        - Тот напыщенный невежа, который нахамил мне, когда я заказывала поездку, вот кто,  - уточнила Ева.  - Но я его послала подальше и теперь еду одна.
        - Что? Ева, ты хорошо подумала?
        - Я прекрасно справлюсь,  - сказала Ева, сама не веря собственной браваде. Она открыла сумку и еще раз сверилась с программой. Вынула из кармашка сумки паспорт, после чего углубилась в программу, чтобы понять, не нужно ли ей подготовить к регистрации билеты на следующие поездки. Их нигде не было видно. Что, если они остались у Тора?
        - Я уверена, что Тор не такой уж скверный,  - говорила в трубке Лорел.
        Ева снова перелистала многочисленные бумаги и в процессе уронила на пол паспорт.
        Нагибаясь за ним, она выронила еще и несколько листов. Сильная мужская рука подняла ее паспорт и протянула ей.
        - Спасибо,  - поблагодарила Ева, прижав к себе документы. Подняв голову, она встретилась взглядом с пронзительно-голубыми глазами Тора. У нее екнуло сердце.  - Лорел, я перезвоню,  - она отключила мобильник.  - Что вы здесь делаете?
        - Я только что осознал, что ваша страховка будет недействительна. Она у вас оформлена на поездку в сопровождении, но не покрывает медицинскую помощь, кражу или убыток в случае, если вы путешествуете самостоятельно. Так что если вы все же решились не отменять поездку, то, боюсь, придется нам с вами ехать вместе.
        Ева выпрямилась, не отрывая от него глаз. Не может такого быть. Почему из всех сотрудников турагентства с ней должен ехать именно он? Она лихорадочно пыталась найти хоть какой-то другой выход.
        - Я могу поменять страховку.
        - Можно, конечно, но в день отъезда это довольно затруднительно. А давайте я поеду с вами на неделю. Если через неделю вы по-прежнему будете считать меня грубым, неприятным и эгоистичным и предпочтете мне кого-то другого, меня сменит Соня. Это моя коллега, она как раз вернется из тура в конце недели и в начале следующей недели сможет присоединиться к вам и заменить меня.
        Ева окончательно запуталась. Кое-как она затолкала все бумаги в папку, чтобы потянуть время, а сама пыталась решить, что ей делать. Взглянув на Тора, она обнаружила, что он смотрит на нее сочувственно и добродушно - что немного поколебало сложившийся у нее образ самоуверенного кретина.
        Он демонстрировал редкое терпение, а уж если кто в этой ситуации и был неприятным и грубым, так это она. Можно было оправдать себя тем, что она слишком рано встала, выпила мало кофе и не ожидала подобных сюрпризов. Тор, конечно, все равно невежа, но в случившемся его вины нет, и он пытается найти для нее лучший выход. Может быть, он и не такой противный, каким кажется на первый взгляд. Недельный испытательный срок - не самый плохой вариант, а если Тор не сдаст экзамен, можно его заменить. Первая их остановка - Париж, а на сайте агентства говорилось, что Тор знает французский. Это кстати.
        - Хорошо, спасибо,  - сказала Ева вслух. Все это не то чтобы очень радовало, но все же у нее отлегло от сердца при мысли, что она будет не одна.
        Они молча стояли в очереди, постепенно продвигаясь вперед.
        Тор потянулся за ее чемоданом.
        - Представляете, в кругосветное путешествие люди чаще всего берут рюкзак,  - беззлобно поддразнил он ее, явно пытаясь разрядить обстановку.
        Ева вцепилась в чемодан, не дав Тору к нему прикоснуться.
        - У меня, конечно, нет никакого опыта самостоятельных путешествий, но я не нуждаюсь в том, чтобы вы носили мой багаж.
        - О’кей.  - После этого Тор умудрился не произнести больше ни слова.
        Боже, она ведет себя как неблагодарная свинья. И грубит ему через слово. Может, надо было и впрямь взять рюкзак? Ребекка об этом и словом не обмолвилась, хотя в этом вроде как есть смысл. Впереди много мест, по которым неудобно будет разгуливать с чемоданом. Она действительно плохо подготовилась к кругосветному путешествию, и Тор, наверное, тоже так думает.
        Они еще какое-то время стояли в неловком молчании, медленно продвигаясь в очереди.
        - Извините,  - заговорила Ева,  - я просто ужасно нервничаю из-за этой поездки. Сама себя то уговариваю, то отговариваю. Единственное, что меня примиряло с этой историей, это мысль, что рядом будет Ребекка. Она мне понравилась, и мы нашли общий язык, а теперь…
        - …вы прикованы к самодовольному кретину, я понял. Я и сам себя вряд ли хотел бы видеть компаньоном в путешествии. Но я уверен, что мы все равно найдем, как нам повеселиться и получить удовольствие от этой поездки. Я изо всех сил постараюсь вести себя идеально, обещаю.
        Он поднял руку, отдавая бойскаутский салют, и Ева, сама того не желая, улыбнулась. При виде ее улыбки Тор, кажется, тоже слегка расслабился.
        - Мне показалось, вы говорите об этой поездке как о чем-то не слишком желанном,  - сказал Тор.
        - Нет, я хочу поехать… в общем-то,  - смутилась Ева.
        Он смотрел на нее и не понимал.
        - Скажем так: я заставляю себя выйти из зоны комфорта.
        - А что для вас зона комфорта?
        - Сидеть дома в пижаме.
        Он фыркнул:
        - А. Ну, так нет же ничего плохого в том, чтобы сидеть дома в пижаме? Что же вас заставило вдруг изменить своим привычкам?
        Ева заколебалась - история с мечтами ее матери была слишком личной, чтобы о ней рассказывать, но что-то сказать надо, это она понимала.
        - А разве Ребекка ничего вам не рассказала?
        - Честно говоря, нет. Мы немного говорили о том, куда вы направляетесь, и я кое-что ей советовал из своего опыта. Не более того. Три часа назад я сладко спал в своей кровати, когда позвонила Трейси, велела срочно вставать, собирать вещи для кругосветки и нестись к вам в аэропорт. С Ребеккой я еще даже не успел переговорить.
        - Ясно,  - медленно сказала Ева, растягивая слова и не зная, с чего начать.  - А может, я все вам расскажу за завтраком?
        - Было бы неплохо. Мне так или иначе нужно поближе познакомиться с этим маршрутом. Вот что - если я сумею обменять билеты до Парижа на лучшие и повысить класс, вы угостите меня завтраком.
        - А если не сумеете?  - спросила Ева.
        Тор усмехнулся:
        - Я сумею.
        Она рассмеялась.
        - Какой же вы зазнайка.
        - Ладно, если не сумею, тогда угощаю я.
        - Договорились,  - кивнула Ева с улыбкой.

        Глава 6

        Ева решила пойти за соком. Тор, глядя девушке вслед, думал о том, как хорошо, что она согласилась ехать вместе. В зале вылетов он, уже дойдя до входных дверей, обернулся и увидел, как она стоит с потерянным видом. Такой ужас был написан на ее лице, что он понял: нельзя отпускать ее путешествовать по миру в одиночку. Она держалась храбро и дерзила, но были в ней также беззащитность и наивность, и Тор понял, что не сможет спокойно лечь спать, зная, что оставил эту девочку одну. Он и сам не знал, правда ли то, что он наплел ей про страховку (хотя и подозревал, что правда), но надо было сказать ей хоть что-то, чтобы заставить согласиться. Понемногу она взяла себя в руки и успокоилась - к радости Тора. Такое путешествие было ей явно не по силам, хотя бы потому, что среди тех мест, куда она собиралась, туристов не везде жаловали. А уж если они не поладят, через неделю освободится Соня и заменит его. Но, по крайней мере, его совесть будет спокойна.
        Увидев, что Ева возвращается с двумя стаканами фруктового сока, Тор погрузился в изучение маршрута. Странное путешествие, непохожее на обычные кругосветки, в которых ему доводилось участвовать. В некоторых местах даже он сам никогда не бывал. Большинство кругосветных маршрутов строилось по стандартной схеме, этот же был весьма необычным. Его взгляд упал на один из пунктов назначения, и сердце в груди подпрыгнуло. Скейн. Тор никогда еще не возил туда туристов - забытый городишко на севере Дании никогда не входил в чьи-либо списки мест для посещения. Конечно, он-то хорошо его знал, а вот что Ева там забыла?
        - Не могу поверить! Как вам удалось перевести нас в бизнес-класс?  - спросила Ева, устраиваясь за столиком напротив Тора и нечаянно пнув его под столом ногой. Ее вины в этом не было: он и сам знал, что слишком высок, так что длинные ноги было очень трудно приладить к большей части столов и стульев. Оторвавшись от программы, он внимательно посмотрел на Еву, а она, сдержанно улыбаясь, покачала головой. Хотя она даже поворчала немного из-за того, что платит за завтрак, Тор видел, что сумел произвести на нее впечатление.
        Это хорошо, что она наконец заулыбалась. Тор, откровенно говоря, боялся, что она разревется как маленькая, узнав, что вместо Ребекки с ней едет он. А он всегда теряется рядом с плачущими женщинами. Но в Еве было что-то такое, что ему нравилось. Она совсем не была похожа на всех тех избалованных принцесс, которых ему доводилось сопровождать в поездках. Все они относились к нему как к прислуге и телохранителю, нанятому родителями. Ева была из другого теста, в прислуге она явно не нуждалась. Да и за себя могла постоять. Его прямо восхитило, когда она предпочла путешествовать одна, лишь бы не ехать с ним. Восхитило, но и обидело. Да, тогда в офисе он тоже обидел ее - да что там обидел, он ее привел в бешенство, так что теперь придется попотеть, чтобы исправить положение.
        - Кое-какие из этих мест не совсем типичны для туристических маршрутов. Что заставило вас выбрать именно их?  - спросил Тор, сделав глоток кофе.
        Порывшись в сумке, Ева извлекла листок бумаги и, сжимая его в руках, повернулась к Тору.
        - Полтора года назад у меня умерла мама.
        А, черт, вот когда все начало обретать смысл. Теперь, когда Тор понял, что это как-то связано с ее матушкой, эта ее решимость отправиться в путешествие, несмотря на все страхи и сомнения, стала понятнее.
        - Соболезную,  - он говорил искренне. Сам он был очень близок со своей матерью и представить не мог, что он ее лишится.
        - Спасибо. Она была… в ней было все, чего нет во мне. Смелая, бесстрашная, она хотела испробовать все. Хотела посмотреть мир, заглянуть в каждый укромный уголок.
        Ева рассказала про список желаний и про деньги, полученные в наследство, и о том, как она решила потратить их на то, чтобы исполнить мамины мечты, весь список, и как можно более полно.
        Она положила перед ним на стол лист бумаги.
        - Я переписала их все сюда, чтобы не растерять по пути нарезанные полоски.
        Он подвинул листок к себе, но не стал разворачивать сразу. Перед ним вроде как лежало что-то ценное, он не хотел отнестись к этому легкомысленно.
        - Вы уверены, что хотите мне показать?  - уточнил он.
        Ева кивнула.
        - На этих записях построены маршрут и программа - кое-где удалось объединить по две-три мечты в одном месте, но что, если у вас возникнут еще идеи насчет того, где и как мы могли бы осуществить какие-то из них.
        Тогда Тор открыл лист. На нем был перечень из сорока шести пунктов.
        - Солидный список.
        - Да, мама была очень обстоятельной,  - улыбнулась Ева.  - Она расписала по пунктам всю свою жизнь. Напоследок она хотела стать певицей на Бродвее, вот, под номером сорок четыре.
        Тор пробежал список глазами. Спеть на сцене в Бродвее.
        - То, что стоит ближе к концу списка, я не смогу сделать сейчас, потому что время года не позволяет. Сейчас…  - она склонилась над листком.  - Вот: мы опоздали к цветению вишни в Японии. Это меня страшно расстроило, уж очень хотелось посмотреть на сакуру. И поглядеть на белых медведей в это время года тоже непросто. Аэросани, собачьи упряжки, ночевки в иглу и в ледяном отеле тоже могут подождать до зимы. А последние четыре пункта в списке… ну, назовем их несбыточными мечтами. Мне с этим не справиться, да и ладно. Главное - те тридцать шесть пунктов, которые запланированы для этой поездки, и если это получится, я буду счастлива.
        Тор немедленно заинтересовался последними четырьмя пунктами. Спеть перед королевой. Спеть на сцене в Бродвее. Целоваться под дождем. Вступить в клуб десятитысячников[4 - Шутливое название тех, кому приходилось заниматься сексом во время авиаперелетов.]. Последние два пункта заставили его улыбнуться.
        - Не думаю, что эти мечты так уж невыполнимы,  - заметил Тор.
        Ева от души рассмеялась.
        - От моего пения все затыкают уши. Да если я попытаюсь спеть королеве, меня просто арестуют и обвинят в государственной измене. А представляете, что будет, если кто-то услышит мое пение на Бродвее? Боюсь, меня выдворят из Штатов.
        - А как насчет поцелуев под дождем?  - спросил Тор, дипломатично не упоминая последний пункт в списке.
        Ева фыркнула:
        - Не брошусь же я целовать первого встречного-поперечного под дождем, только чтобы поставить галочку в списке. И, кстати, переспать с чужим человеком в самолете тоже не входит в мои планы - так что не стройте иллюзий и об интрижках в бизнес-классе даже не думайте.
        Тор заржал, просматривая остальные мечты в перечне. Посмотреть тюльпаны в Амстердаме. Увидеть солнце в полночь. Ага, это объясняло, зачем они едут на Лофотенские острова на севере Норвегии. Он и сам никогда там не бывал. Покататься в Венеции на гондоле. Полететь на воздушном шаре. Прыгнуть с парашютом. Подержать тарантула. Проехать верхом через мост «Золотые Ворота». Прокатиться на самых высоких в мире американских горках. Забавный это был список.
        - Скажите, а сами-то вы чего больше всего из этого хотите?
        - Поплавать с дельфинами, конечно.
        Тор улыбнулся.
        - А чего вам хочется меньше всего?
        - Прыгать с парашютом. Выпрыгивать по собственной воле из совершенно исправного самолета - по-моему, это не самая разумная идея.
        - Вам понравится.
        - А вы прыгали?  - спросила Ева, округлив глаза.
        - Много раз, если честно. Это затягивает.
        - Поверю вам на слово.
        - В этой поездке вы наберетесь впечатлений на всю жизнь,  - сказал Тор.  - Я рад за вас.
        - Я тоже рада. Но немного боюсь.
        - Чего же тут бояться?  - удивился Тор.
        - Ой, да миллиона разных вещей, но в первую очередь ужасной и мучительной смерти.
        - Но ужасной и мучительной смертью можно умереть и сидя дома в пижаме. Уж если собрались помирать, так с музыкой.
        Ева снова улыбнулась.
        - Мне кажется, вы с моей мамой нашли бы общий язык. Но у вас одна неделя, чтобы доказать мне, что вы - человек благоразумный и осторожный и что путешествовать с вами безопасно.
        Тор хмыкнул:
        - Ни того, ни другого я обещать не могу.
        Девушка улыбнулась так, будто уже знала, что в нем нет ни благоразумия, ни осторожности, но не возражала против этого. Возможно, он еще сможет помочь ей раскрыться, расслабиться и провести свои каникулы как следует.
        Ева нагнулась над столом:
        - Тор Андерсон. Если вы меня не убережете, я стану привидением и буду вам являться.
        - Я это непременно учту.  - Тор схватил кружку кофе и поднял ее, как бокал:  - За наше большое и прекрасное приключение, Ева Блу.
        Лукаво улыбнувшись, она подняла свою кружку и чокнулась с ним.

        Глава 7
        - Ух ты, это правда наши места?  - Ева восхищенно оглядела отсек бизнес-класса. Здесь было три ряда по две пары кресел в каждом - они были роскошные и кожаные, а места для ног так много, что казалось, если чуть отодвинуть кресло назад, то можно лечь.
        Она заглянула в лицо Тору, желая убедиться, что не ошиблась, и обнаружила, что он смотрит на нее с улыбкой.
        - В чем дело?
        - В вас. Вы так не похожи на девушек, с которыми я обычно путешествую. Те обычно считают, что бизнес-класс - нечто само собой разумеющееся. Они умрут, но не полетят экономклассом. А шампанское начинают требовать еще до взлета. Вы - приятнейшее исключение.
        - Шампанское мне нравится, как и любой другой девушке,  - возразила Ева, ища свое кресло.
        - Правда?
        - Вообще-то, я терпеть его не могу. Но, вероятно, сегодня должна выпить немного, чтобы не отличаться от пафосных куриц.  - Ева тут же зажала рот рукой и оглянулась, не услышал ли ее кто-нибудь, но соседние места, к счастью, пустовали.
        - Вам не нужно менять свои привычки, чтобы от кого-то не отличаться, лучше оставайтесь собой,  - сказа Тор.  - Вот, садитесь к окну, отсюда должен быть прекрасный вид на восход солнца.
        С благодарной улыбкой приняв этот жест вежливости, она расположилась на сиденье. Пока из него можно было видеть только летное поле и членов экипажа, готовящихся к взлету. Они с Тором поднялись в самолет последними из пассажиров, без устали болтая и продолжая обсуждать поездку. У Тора были немного другие соображения по поводу того, как лучше реализовать мечты Джульетты, и, надо признаться, его свежий взгляд Еве нравился.
        Она отправила эсэмэску Лорел, кратко описав новые изменения в планах и пообещав, что созвонится с ней позже. На новость о том, что сопровождать ее будет Тор, тетушка ответила одним коротким словечком: «Ура!»
        Ева поставила на столик перед собой открытку, купленную в аэропорту. На фотографии был великолепный восход, и она сочла, что это как раз подходит к случаю. Она решила, что будет писать открытки маме из каждого места, где они побывают, точно так же, как Джульетта писала ей из своих путешествий. Это казалось немного глупым - ведь письма, конечно, некуда будет отправлять. Но ведь все это затевалось ради мамы, и Еве казалось, что мама будто бы сможет читать открытки о приключениях дочки и радоваться за нее. В конце концов, они могут остаться приятным воспоминанием об этом путешествии мечты, чем-то вроде дневника с описанием всех красот и удивительных мест, где они побывают. Да и вообще. Она давно уже перестала считать свои разговоры с мамой глупостью. Когда Джульетта только-только умерла, Ева то и дела оставляла голосовые сообщения на ее автоответчике. От этого ей становилось немного легче: удавалось внушить себе, что мама не умерла, а просто уехала куда-то и скоро вернется.
        Тор небрежно бросил свой паспорт на сиденье и встал, чтобы снять куртку. Взглянув на него, Ева невольно отметила, какие у него мускулистые руки - мышцы так и перекатывались под тонкой тканью рубашки. Она поспешно отвела глаза, понимая, что неприлично рассматривать человека в упор. Потупив взгляд, она обнаружила, что паспорт открылся на первой страничке.
        - О, так Тор - ваше настоящее имя?  - спросила Ева, старательно выговаривая имя. Не успев задать вопрос, она смутилась, почувствовав себя ужасно глупо.
        Но Тора, судя по всему, вопрос нисколько не смутил.
        - Да. Бог грома. Это довольно распространенное имя в Дании. Тор - один из наших северных богов. А вы думали, я его придумал?
        - Нет, ну да, что-то вроде. В Западном Лондоне не так много Торов. Я решила, что вы выбрали этот псевдоним, чтобы впечатлять клиентов.
        - Это имя я бы для себя ни за что не выбрал. Слишком много шуточек насчет моего молота, и слишком часто я слышу, как люди обсуждают его происхождение. Будь моя воля, я бы выбрал что-то более нейтральное, Эрик например.
        Ева рассмеялась.
        - Нет, вы определенно не Эрик.
        - Нет?  - хмыкнул Тор.
        - Тор вам подходит.
        - Думаете, я выгляжу как бог?  - Тор картинно поднял одну бровь, а его рот изогнулся в довольной усмешке, которую он безуспешно пытался подавить.
        - Вы очень самоуверенный,  - прыснула Ева. Как ни странно, сейчас это казалось ей скорее привлекательной чертой.
        К Тору с очаровательной улыбкой подошла стюардесса. Ева видела, что глаза у нее подернуты мечтательной дымкой, как у тех женщин, которые оглядывались на него в аэропорту.
        - Сэр, могу ли я помочь вам с вашим рюкзаком?
        Тор улыбнулся в ответ:
        - Благодарю, все в порядке.
        - Хорошо. Если вам что-то понадобится, дайте мне знать.
        Ева ждала, что стюардесса и ей задаст тот же вопрос, но девушка просто прошла дальше.
        - Часто это с вами случается?  - спросила Ева, в сотый раз проверяя сумку: на месте ли кошелек, мобильник, паспорт, леденцы и вода.
        - Что?  - уточнил Тор, садясь рядом с ней.
        Ева махнула в сторону стюардессы:
        - Женщины вокруг вас падают штабелями.
        - Она лишь проявила профессиональную вежливость.  - Тор поставил рюкзак сбоку от сиденья и вытянул вперед длинные ноги. Какой же он большой, прямо великан.
        - Ага, теперь это так называется.
        - Вы о чем?
        - Да бросьте притворяться, все вы замечаете. И не говорите, что вы этим не пользуетесь. Потому-то мы и сидим в бизнес-классе, а не жмемся в экономе. Один взгляд ваших прекрасных синих глаз, и женщины ради вас готовы на все.
        - Вы считаете, что у меня прекрасные глаза?  - подколол ее Тор.
        - Ой, перестаньте. Как будто вашему самомнению требуется еще подкормка. Готова поспорить, что женщины, с которыми вы путешествуете, счастливы заполучить вас в свои руки хоть на несколько недель. Они, наверное, готовы даже отдаться вам?
        Он задумчиво покачал головой:
        - Бывает, случается и такое иногда.
        Самолет плавно покатился по взлетной полосе.
        - И вы пользуетесь преимуществами профессии?
        - Да вы что, конечно нет. Я, безусловно, сопровождающий, но это не тот тип сопровождения. За что-то подобное меня могут уволить, а я слишком люблю эту работу и дорожу своим местом.
        Ева пристегнула ремень безопасности.
        - Даже искушения такого не возникало?
        - Богатенькие девушки не в моем вкусе.
        - Не все же они - избалованные девочки-мажорки.
        - Нет, иногда я сопровождаю взрослых женщин, пожилые пары, изредка мужчин. Иногда я даже езжу с большими семьями. Но чаще - с богатыми девицами, которым нужен тот, кто будет таскать их багаж, все для них организует, а они сами и пальцем не пошевелят.
        - Я не потому хотела ехать с сопровождающим.
        - Нет, вам нужен был тот, кто спасет вас от мучительной смерти,  - съехидничал Тор.
        Ева зарделась, понимая: отчасти он прав. И решила незаметно сменить тему.
        - Но если вам не нравятся люди, которых приходится обслуживать, за что же вы так любите свою работу?
        - Это возможность посмотреть мир,  - сказал Тор.  - Много ли найдется людей, чья работа - кататься по свету? И летать первым классом в Японию, Австралию, Америку? Да у меня лучшая в мире работа.
        - Ухаживать за людьми, которые вам неприятны, и ездить в места, выбранные не вами, а ими,  - об этом вы не упомянули. Вы с ними рядом почти круглые сутки, без вариантов. Мне это не кажется беззаботным отпуском,  - возразила Ева.
        - Все не так ужасно. Я встречаю и много интересных людей вроде вас,  - не сдавался Тор.
        Ева улыбнулась, ощущая, как это непринужденное замечание наполняет ее теплом.
        - А почему вы так боитесь путешествовать?  - поинтересовался Тор.
        - Это не страх, скорее осторожность,  - объяснила Ева.
        - Пусть так. А в чем причина?
        Ева задумалась, решая, как же ему ответить.
        - В детстве я в каникулы часто ездила куда-нибудь с мамой и вечно была вся в синяках, постоянно что-то себе ломала, а царапины были такими, что на них накладывали швы. Однажды мама решила непременно попасть на один частный пляж и меня буквально затащила с собой. Чтобы туда попасть, нам пришлось перелезть через забор. Кто-то вызвал полицию, и мы с ней сидели на заднем сиденье полицейской машины, дожидаясь, пока решат нашу участь. Даже самой маме было не по себе, и чем больше она волновалась, тем страшнее было мне. В конце концов маму хорошенько отчитали, сказали, что она должна быть более ответственной, ведь она взрослая и должна подавать мне хороший пример. А потом один из полицейских повернулся ко мне и сказал: «Не давай маме попадать в переделки», как будто это я взрослая и должна присматривать за ней - хотя я в этот момент ясно почувствовала, что это неправильно и все должно быть наоборот.
        Лицо Тора осветилось пониманием.
        - То есть ты почувствовала, что не можешь ей доверять.
        Ева немедленно почувствовала себя виноватой, потому что именно это она и имела в виду.
        - Она прекрасная мать! Просто была у нее эта жилка, сумасбродство какое-то или беспечность… И из-за этого у нас регулярно возникали неприятности.  - Ева помедлила, не зная, стоит ли продолжать.  - Один раз меня даже вроде как похитили.
        Тор уставился на нее недоверчиво:
        - Как это?
        - Да нет, все не так ужасно, как кажется. Я сидела в машине, на заднем сиденье, а мама вышла, чтобы сфотографировать красивый закат над озером, и тут какой-то человек запрыгнул в машину и поехал. Я смотрела на маму через заднее стекло, но она слишком увлеклась фотографированием и даже не заметила, что машину угнали. Я запаниковала, я так испугалась, что не могла выдавить ни слова. Просто сидела сзади и смотрела, как мама медленно скрывается из виду. Мы проехали с полмили, и только тогда этот человек глянул в зеркало заднего вида и заметил меня - он-то и понятия не имел, что я в машине. Он резко затормозил и велел мне выходить, а сам укатил. Все это длилось, наверное, пару минут, не дольше, но я была в полном ужасе. После этого мне больше совсем не хотелось ездить с ней куда-нибудь в каникулы.
        - Меня это не удивляет. Черт, это же такой травмирующий опыт.
        - В тот момент - да, конечно, но это не имело затяжных тяжелых последствий, не считая того, что интерес к поездкам и путешествиям у меня как ножом отрезало. Но я твердо намерена это изменить.
        - Ну что ж, это объясняет, почему вы хотели компаньона в поездке. Но как вышло, что вам больше не с кем отправиться в путешествие? Ни друзей, ни близкого человека?
        - У меня есть подруги, все они удачно замужем, у большинства дети, а некоторые живут слишком далеко от меня, но мы поддерживаем общение. Близкого человека нет, потому что… вы же помните, я говорила, что большую часть жизни провела дома в пижаме. Когда почти не выходишь из дома, трудно кого-то встретить.
        - Ты не ходишь на работу и коллег тоже нет?
        - Конечно, я работаю, но на дому. Я дизайнер книжных обложек, так что просто сижу весь день за ноутбуком или планшетом. У меня собственная компания, в которую, в общем-то, только я и вхожу, да время от времени подключаю еще нескольких фрилансеров. Майкл живет в Польше, его я вообще никогда не видела. Адам местный и иногда появляется на горизонте, но ему восемнадцать лет, он слушает очень шумную музыку, к тому же носит такие чудн?е джинсы в облипочку - такие узкие, что я удивляюсь, как это всякие жизненно важные органы у него еще функционируют. Не совсем в моем вкусе, зато какие делает обложки для научной фантастики - здесь ему нет равных, настоящий монстр.
        - А как насчет бывших бойфрендов? Где ты с ними знакомилась?
        - Последним был Найджел. Англичанин, автор романа в жанре стимпанк. Я его иллюстрировала. Роман был слабенький, но он настаивал, что мы должны встретиться, чтобы он объяснил мне свое видение. Мы встретились, вроде как понравились друг другу и начали встречаться, но через пару месяцев все выдохлось. Честно, он мне просто надоел, хотя, по его словам, это ему со мной было скучно. Смело могу сказать, что расстались мы мирно. Он получил бесплатную обложку к роману и был, по-моему, очень доволен. А других реально серьезных отношений у меня и не было. Мне слишком хорошо одной, чтобы тратить время на кого-то еще.
        - Я бы сказал, тебе просто попадались не те люди, если жалко было времени на общение с ними. Любовь все изменит.
        - Наверное, ты прав. А у тебя есть девушка, Тор?
        - В настоящий момент нет. Очень трудно строить отношения с такой работой и постоянными отъездами.
        - Но ты говорил так уверенно, как будто судил по собственному опыту.
        Тор вздохнул:
        - Один раз я был влюблен. Но она решила, что любит другого.
        - Ой, прости, я не хотела.
        Тор пожал плечами, но изобразить полное безразличие ему не удалось, хотя он явно пытался.
        - Пустяки, это дело давнее.
        Ева внимательнее присмотрелась к нему. Он явно переживал и страдал, а эта работа позволяет ему бежать от боли. Или от той женщины.
        - И что же, ты вечно будешь заниматься этим делом и вечно без устали странствовать по свету?  - спросила Ева, решив сменить болезненную для Тора тему.
        Он посмотрел на свой телефон и отключил его.
        - Несколько лет назад Кристел вышла замуж, и хотя к ней я больше ничего не чувствую, но хотел бы иметь то же, что теперь есть у нее. Я видел ее свадебные фотографии. Как она на него смотрит… И хотя мне было обидно и даже немного унизительно (на меня-то она никогда так не смотрела), но захотелось, чтобы в один прекрасный день и у меня было так же. Если б я нашел ее, ту самую, правильную, то мог бы отказаться от всего этого ради нее. Но она должна быть совершенно необыкновенной и нереально крутой.
        - Ты мог бы не отказываться от путешествий, если тебе это так нравится. Вы могли бы ездить по миру вместе. Ну, не знаю, купить яхту и уплыть, куда ветер подует,  - сказала Ева. Она оборвала себя и насмешливо улыбнулась над своими романтическими розовыми видениями. В жизни ничего подобного не бывает.
        - Звучит заманчиво… прямо как в голливудской мелодраме,  - Тор явно над ней подсмеивался.
        - Знаю, знаю, сердце у меня глупое и переполненное романтикой. Мне нравится представлять, как у людей сбываются мечты и все заканчивается хеппи-эндом.
        - А как тебе представляется твой хеппи-энд?
        - Да я никогда не думала об этом всерьез. Хотя мне нравится вот это: маленький кораблик, на нем только я, человек, которого я люблю, бескрайнее море и звезды над нами.
        Тор улыбнулся.
        - Ты и в самом деле романтик. Как насчет твоей собственной мечты? Это путешествие ты затеяла, чтобы исполнить мечты твоей мамы, а свои-то как?
        Этот вопрос снова заставил Еву надолго задуматься. Что было бы в ее собственном списке?
        - У каждого есть свой список,  - сказал Тор, потому что она все еще молчала.
        Господи, какой же она, наверное, скучный человек, ведь списка у нее нет. Жизнь у нее в общем и целом складывалась очень неплохо, финансовая сторона не беспокоила, так что и желать, по большому счету, было нечего. Но, может быть, это полное приключений путешествие нужно ей не только из-за мамы, но и для нее самой.
        Она посмотрела на Тора, который все еще дожидался ответа.
        - Были же у тебя мечты, когда ты была маленькой?  - не отставал он.
        - Да. Больше всего я мечтала стать художником. Я люблю живопись и училась в колледже, потом в университете. Конечно, можно сказать, что моя мечта сбылась, я в каком-то смысле художник, оформляю книжные обложки. И работу свою я люблю, но это не то, что я представляла в детстве. Работа у меня творческая, для нее нужно иметь хорошую фантазию, и это здорово, но большую часть своих проектов я выполняю на компьютере. Изредка делаю обложки по старинке, кистью и красками, но на то, чтобы писать картины так просто, в свое удовольствие, времени не остается.
        - Это важно, иметь время, чтобы делать что-то просто для себя. Художникам бывает трудно пробиться, добиться успеха, так что то, что у тебя есть работа, да еще творческая и любимая,  - это здорово. Может, ты не увидишь свою картину в галерее и твое имя не прогремит, как имена Пикассо или Моне, ну и пусть. Но уж постарайся все же выкроить время на живопись, если тебе нравится это занятие. Реализуй мечты на свой манер.
        Ева улыбнулась, ей понравился совет.
        - А теперь посмотрим, не сможем ли мы осуществить прямо в этой поездке какие-то твои личные желания. Может, есть места, где ты хотела бы побывать?  - спросил Тор.
        - Я всегда хотела увидеть Нью-Йорк,  - Ева с удовольствием включилась в игру.
        - Неплохо для начала.
        В поисках подсказок Ева покрутила головой. Ее взгляд упал на журнал с фотографией сцены из мюзикла «Король Лев». На заднем плане танцевал артист в костюме жирафа.
        - Жирафы,  - выпалила Ева.  - Я хотела бы погладить жирафа.
        Жираф правда был ее любимым животным, но прозвучало это несколько вымученно. Ева, как утопающий, хваталась за соломинку, и Тор, судя по его лицу, сразу ее раскусил.
        - Это как раз нетрудно. А знаешь, мне вот что пришло в голову. Предлагаю сделку: ты обдумываешь и составляешь свой список, желательно привязанный к маршруту нашего путешествия, а я организую, чтобы все наши перелеты были в бизнес-классе.
        - Ты не можешь этого обещать,  - недоверчиво засмеялась Ева.
        - Если не сделаю, обещаю таскать твой багаж, как носильщик.
        - Я тебя об этом не прошу,  - отчеканила Ева.
        - Тогда я плачу за твой ужин в каждом месте, где не сумею повысить класс билетов.
        - Ладно…  - Ева задумалась.  - Сколько пунктов может быть в моем списке?
        - Твоя мама оставила довольно обширный список, и у нас плотный график на ближайшие полтора месяца. Так что предлагаю ограничиться десятью.
        Ева вздохнула:
        - Ну ладно, договорились.

        Глава 8

        Дорогая мамочка!
        Путешествие началось с нервотрепки, потому что Ребекка, мой гид, не появилась, а вместо нее со мной едет Тор Андерсон. Правда, я, возможно, была к нему несправедлива. Думаю, в поездке нам с ним удастся поладить. У него есть неделя испытательного срока, а если не справится, получит от меня пинок под зад. Ладно, это я приписала, потому что заметила, что он читает через плечо. Вообще-то он, кажется, ничего. Черт, он и это тоже прочитал. И говорит, что попытается повысить свой класс и стать лучше, чем «ничего». А я сказала, что «ничего» это хорошо, лучше не бывает. Тебе бы он понравился, в нем есть небольшая сумасшедшинка, как у тебя. Но с ним я чувствую себя в безопасности.
        Мне хватило глупости согласиться составить собственный список с десятью мечтами. Что туда включить? Ничего не приходит в голову, но это должно быть что-то необыкновенное. Правда, для Парижа я кое-что уже придумала. Хочу отомстить Тору за то, что он предложил это безумие. Посмотрим, захочет ли он и дальше возиться с моими сумасбродными мечтами, когда узнает об этом.
        Только что из самолета мы видели совершенно потрясающий восход. Это просто волшебное зрелище, когда над покрывалом из облаков выглянуло солнце, окрасив небо сказочно-прекрасным розовым светом. Рассвет нового дня, новой жизни. По-моему, это идеальный способ начать наше путешествие. Я с нетерпением жду, куда оно нас приведет.
        Как бы я хотела, чтобы ты тоже была здесь!
        С любовью, Ева
        - Это же двуспальная кровать!  - ахнула Ева, глядя на ложе посреди комнаты.
        Видя ее возмущение, Тор попытался скрыть усмешку.
        - Строго говоря, это скорее королевская кровать.
        - Не вижу ничего смешного.
        - На самом деле довольно смешно,  - возразил Тор. Повернулся к Еве и понял, что ее это ничуть не позабавило.  - Такое случается, и довольно часто. Вы с Ребеккой заказывали номер с двумя односпальными кроватями, но во многих иностранных отелях таких номеров с двумя кроватями или нет совсем, или их очень мало.
        Она смотрела на него круглыми от удивления глазами.
        - Значит, такое с тобой случается сплошь и рядом? И ты спишь в одной постели с богатыми девушками, которые тебе не нравятся?
        - Нет, по этическим и профессиональным причинам, сопровождая туристов женского пола, я сам и компания настаиваем на раздельных номерах. Но с Ребеккой и другими моими коллегами-женщинами такое случалось. И у нас такие ситуации могут возникнуть еще не раз. Сколько там раз вы с Ребеккой делите номер?
        - Она уговорила меня взять совместные номера почти везде. Только в двух-трех местах мы предпочли раздельные комнаты, потому что нас предупредили, что номера там очень тесные. А так…
        Тор вздохнул. Это щекотливый момент. Ладно бы еще делить с ней номер, но постель…
        - Я свяжусь с Трейси, пусть постарается разрулить эту ситуацию и выбить нам отдельные номера в остальных местах. Я знаю, она полночи переоформляла брони и проездные документы на все рейсы. Ну, что же делать, теперь придется ей заняться жильем.
        Трейси это не порадует. Лишняя комната в каждой гостинице - штука недешевая, но вряд ли фирма сможет возложить эти расходы на Еву. Она не виновата в замене, а, наоборот, даже настаивала, чтобы с ней ехала именно Ребекка, а не он.
        - О’кей,  - услышав это, Ева заметно успокоилась.
        - А что же нам делать сегодня?
        - Не страшно. Позвоню администратору. Посмотрим, можно ли будет заменить этот номер на другой, с двумя кроватями. А может, у них найдется лишняя комната.
        Хотя шансы были невелики. В городе проходил большой рок-фестиваль, и Тор сильно подозревал, что отели забиты до отказа.
        Ева хлопотала вокруг чайника, довольная, что проблема скоро будет решена. А он не знал, как за это взяться.
        Тор позвонил администратору и на беглом французском объяснил ситуацию. Но, как он и опасался, свободных мест в отеле не было.
        Положив трубку, он повернулся к Еве. Девушка тихонько напевала что-то себе под нос. Тор улыбнулся. Что-то в ней было ему симпатично. В другой жизни они могли бы быть хорошими друзьями.
        Поймав его взгляд, Ева радостно улыбнулась.
        - Все в порядке?
        - Хм, нет, к сожалению. У них нет свободных мест.
        У нее вытянулось лицо.
        Тор осмотрел номер - ни дивана, ни даже стула. Он мог бы лечь на полу, но тут и пола-то почти нет. Все пространство занимает это царское ложе.
        - Слушай, это же всего одна ночь, кровать такая широченная, что мы можем уместиться свободно, даже не касаясь друг друга. Обещаю, если ты решишь прогуляться по номеру без одежды, я крепко зажмурюсь.
        - Никаких прогулок без одежды не будет,  - звенящим голосом, чуть не плача заявила Ева.
        Тогда он лег на кровать и растопырил ноги и руки, как морская звезда.
        - Гляди, как много еще осталось места. Ты и не заметишь, что я рядом.
        Она поглядела на него скептически, не в восторге от такой перспективы.
        А ведь большинство девушек, с которыми он ездил в качестве гида, были бы счастливы оказаться с ним в одной койке. Подумав об этом, Тор невольно улыбнулся. По виду Евы было заметно, что ей эта мысль внушает отвращение.
        - Послушай, в Париже у нас всего одна ночь. Мы можем провести день вдвоем, исследуя этот прекрасный город, а можем провести его в поисках другого отеля с двумя номерами - что проблематично, учитывая, что в городе проходит большой рок-фестиваль.
        Ева вздохнула, эти доводы, очевидно, ее не убедили.
        - Ты уже сказала, что я «ничего», а значит, понимаешь, что я на тебя не наброшусь.
        - Я храплю,  - возразила Ева.
        - Я тоже.
        - Я разговариваю во сне.
        - Значит, ночью будет нескучно,  - заявил Тор.
        - Я верчусь в постели.
        - А я очень крепко сплю. Меня из пушки не разбудишь. Давай испробуй ее тоже,  - и он похлопал по кровати рядом с собой.
        Обреченно вздохнув, Ева робко прилегла на кровать с другого края. Между ними было полно свободного места.
        - Вот видишь.
        - Ну ладно, хорошо,  - хмуро кивнула Ева.  - Но только на одну ночь. Завтра вечером я хочу отдельный номер.
        - Обещаю,  - в голосе Тора звучала уверенность, которой он на самом деле не чувствовал. Он не был убежден, что Трейси придет в восторг от идеи менять все брони. Придется ему самому решать проблемы по мере их возникновения.

        Впившись зубами в блинчик с шоколадом, Ева решила, что Париж ей нравится. Такая смесь разных культур, люди всех возрастов и национальностей, все роились, суетились, хлопотали.
        Целый день они с Тором осматривали достопримечательности, походили по замечательному Лувру (в нем Ева с радостью провела бы целый день) и все равно не успели увидеть всего. Триумфальная арка, Нотр-Дам, Версальский дворец. Париж был очень красив. Они еще не побывали на Эйфелевой башне - Ева все оттягивала это, борясь с неприятным холодком в животе. Ей не хотелось петь на вершине башни. Люди будут над ней смеяться. Потом, задним числом, она поняла: с этого надо было начать и тогда, возможно, после этого она получила бы еще больше удовольствия от Парижа.
        Солнце уже начинало клониться к вечеру, окрашивая здания вокруг теплым розовато-золотым светом, но у Евы оставалась еще одна затея - заодно и способ оттянуть немного пытку на башне.
        - Я поняла, что одна мечта у меня есть,  - сказала Ева, слизывая с пальцев шоколад.
        Тор прикончил блинчик с клубникой и вытер губы салфеткой.
        - Выкладывай.
        - Мне понадобится твоя помощь.
        Он с готовностью кивнул:
        - Что пожелаешь.
        Она озорно улыбнулась. Пора наказать красавчика за то, что заставил ее согласиться составлять список собственных мечтаний, за двуспальную кровать, за то, что он такой самоуверенный и бесцеремонный. Хотя, Ева не могла не признать, ее отношение к нему немного улучшилось.
        - В детстве у меня был один великий план. Я хотела выйти замуж за соседского мальчишку, Леона, который, к несчастью, оказался впоследствии геем. Свадьбу я хотела сыграть в Букингемском дворце: я была ребенком, и практические соображения меня не волновали - мой отец должен был прилететь и вести меня к алтарю, а подружек невесты должно было быть не меньше сотни.
        Тор расплылся в широкой улыбке.
        - Большая мечта.
        - Вот именно. Но я осознаю, что это невозможно осуществить.
        - Так, а где живет твой отец?  - спросил Тор, сосредоточившись на той части плана, которая казалась наиболее реалистичной. Мало же он о ней знал.
        - Да я и не знаю толком, кажется, в Лос-Анджелесе… по крайней мере, один дом у него точно там. Я… я с ним никогда не встречалась.
        - Ты никогда не встречалась со своим отцом?  - переспросил Тор, он был в шоке. Они успели немного поговорить и о его семье, и Ева знала, что родня для него очень важна.
        - Нет,  - она помолчала, прежде чем заговорить снова. Ей не хотелось обсуждать отца налево и направо.  - У мамы случился роман на одну ночь с шикарным американцем, а через девять месяцев появилась я.
        - И она никогда не пыталась его найти, чтобы сообщить о тебе?
        - Еще как пыталась. И нашла. Он пришел в ужас. Он… был женат и ждал пополнения. Мама ничего от него не хотела, только чтобы он знал. Он заплатил ей отступного и был таков.
        - Отступного? Звучит немного…
        - Он был очень популярен. И до сих пор остается. Не хотел рисковать своей репутацией. К нему тогда только-только пришла известность. Когда они встретились, мама даже и не знала, кто он, но потом он, что называется, проснулся знаменитым и…
        - Тебе придется сказать мне, кто он.
        Ева тяжело вздохнула.
        - Томас Коннор.
        Тор молча таращил на нее глаза, и у него были на то причины. Лет двадцать назад Томас Коннор и впрямь был настоящей кинозвездой. Он и сейчас оставался успешным актером, хотя и не таким всеобщим кумиром, как тогда. Он не сходил с обложек журналов, блистал во всех масштабных блокбастерах и был известен тем, что являлся верным супругом и вот уже двадцать семь лет жил с одной и той же, нежно любимой им женщиной.
        - Ты что, дочь Томаса Коннора?
        Ева застенчиво улыбнулась:
        - Ага.
        - Батюшки… ну, это, конечно, объясняет отступные.
        - Еще бы. Мама общалась с ним, когда я уже родилась, и он заплатил ей уйму денег, только бы она убралась. Второй раз она с ним связалась, когда мне исполнялось семь лет, потому что я постоянно спрашивала о нем и очень просила пригласить папу на мой день рождения. Он не приехал. Насколько мне известно, после этого она с ним больше не общалась.
        Тор сдвинул брови:
        - И что ты чувствуешь по этому поводу?
        Ева дернула плечом:
        - Его в моей жизни никогда не было, а о том, чего никогда не имел, грустить трудно. Честно говоря, он, по-моему, порядочная скотина. Но иногда, конечно, все равно хочется хоть однажды с ним встретиться - просто познакомиться. Я вовсе не жду, что он заключит меня в объятия и покается за то, как себя вел все эти годы. Вряд ли мое появление его бы порадовало… Но с тех пор, как мамы не стало, я вроде как начала задумываться о нем как о связи с маминым прошлым, скрытой от меня. У меня же, кроме тети Лорел, совсем нет родственников, так что было бы здорово хоть разок его увидеть.
        Тор кивнул:
        - В крайнем случае он мог бы снова дать тебе кучу денег - отступных.
        На лице у Евы был написан ужас:
        - Это мне не нужно. Я хочу встретиться с ним не из-за его славы и богатства. Просто интересно посмотреть на человека, от которого мама потеряла голову. Его кровь течет в моих жилах, хочет он того или нет.
        Тор коснулся ее руки:
        - Это была просто неудачная шутка. Я же вижу, что ты не вымогательница.
        Ева кивнула, показывая, что не сердится, но какое-то время они молчали. Неужели отец тоже так про нее думает, что ей нужны только его деньги? А впрочем, какая разница, что он думает, все равно это всё журавль в небе, пустые грезы. У нее нет ни адреса отца, ни номера телефона, вряд ли его так просто отыскать в Твиттере или на Фейсбуке и спросить, не хочет ли он с ней встретиться.
        - А что это была за мечта, которую ты хотела исполнить здесь?  - тихо напомнил Тор.
        Ева замотала головой. Теперь все это казалось таким глупым.
        - Да ладно, скажи. Вдруг я смогу тебе помочь.
        Неожиданно для себя Ева почувствовала, что такая настойчивость ей приятна.
        - Ну, хорошо. У мамы на стене висела картинка: мужчина и женщина стоят перед Эйфелевой башней, и мужчина просит ее руки. У них были такие влюбленные счастливые лица, они были просто… прекрасны. В моих детских мечтах, с сотней подружек невесты, я всегда мечтала получить предложение руки и сердца, стоя перед Эйфелевой башней.
        И она стала ждать, как на это отреагирует Тор. Несколько секунд он молча смотрел на нее.
        - Ты хочешь, чтобы я сделал тебе предложение?
        Ева не смогла сдержать улыбку. Тор все твердил о том, что ей надо выйти из зоны комфорта и наслаждаться приключениями. А сам-то он как воспримет такой поворот? Он уже дал четко понять, что придерживается строгих правил в отношении женщин, которых сопровождает в поездках. Но отчасти они уже перешли границу, согласившись на двуспальную кровать.
        - Да, хочу.
        Ева ждала, что он пойдет на попятный, восстановит тонкую грань между ними, но была удивлена, увидев на лице Тора улыбку.
        - Хорошо.
        Этого парня ничто не могло вывести из себя.
        - Хорошо?
        - Конечно, а почему нет. Давай сюда свой мобильник. Нужно, чтобы кто-то заснял это событие на видео. Это твоя первая мечта, так что ее просто необходимо сохранить для истории. Но только ты должна изобразить удивление, когда я объяснюсь.
        Ева отдала ему телефон.
        - Кольцо у тебя есть?  - деловито спросил Тор.
        Вот это да, он отнесся к этому всерьез!
        Она была уверена, что Тор начнет отнекиваться, и уж никак не рассчитывала, что ее идея будет воспринята с таким энтузиазмом.
        Опустив глаза, Ева с сомнением посмотрела на свое дешевенькое колечко с драконом на правой руке. Ничего, сойдет и это.
        Она стянула с пальца кольцо, а Тор, увидев его, рассмеялся.
        - Я немного иначе представлял себе объяснение с женщиной моей мечты, но можно и так. В этой поездке нам не раз придется действовать по обстоятельствам, вот сейчас и начнем.
        Тор осмотрелся, подыскивая подходящих туристов. Наконец он заметил пожилую пару и направился к ним. Заговорил сначала по-французски, а когда стало понятно, что они англичане, тут же исправился. Ева слышала, как он негромко объясняет им, что просит их заснять их на видео и постараться, чтобы Эйфелева башня попала в кадр. Показав даме, как обращаться с телефоном, Тор вернулся к Еве.
        Он взял ее за руку, и - вот странность - сердце у нее радостно подскочило. Что за глупость: они оба знают, что это не по-настоящему, Тор ей не нравится - в этом смысле, но почему-то ее обрадовало и взволновало предстоящее предложение, которое случится в Париже, городе любви.
        - Ева Блу,  - серьезно начал Тор.  - Ты сделала мою жизнь полной, ты научила меня чаще улыбаться, благодаря тебе я узнал, что такое счастье. Я люблю тебя всеми фибрами своей души,  - он упал на одно колено и протянул к ней руку с дешевым кольцом-драконом.  - Окажешь ли ты мне честь, став моей женой?
        Дама, снимавшая видео, восторженно пискнула, и вдруг вокруг них стали собираться люди, чтобы посмотреть на этот спектакль.
        Еве никогда раньше не делали предложения, и, хотя все это абсолютно ничего не значило, она вдруг поняла, что хочет, чтобы все было именно так. Когда она встретит своего человека, хорошо бы приехать с ним сюда и повторить все это, уже по-настоящему. А сейчас нужно подыграть Тору и довести до конца свою роль.
        Она ахнула, прижала ладонь ко рту, отчасти чтобы скрыть смех, который так и рвался наружу. Потом она кивнула, делая вид, что переполнена эмоциями и не может говорить. Толпа зевак разразилась овациями.
        Тор надел ей на палец кольцо, которым она, как полагается, с восторгом полюбовалась.
        - Ну что же ты, давай поцелуй ее скорее!  - воскликнула дама.
        Улыбка Тора на миг дрогнула. Этого Ева не предусмотрела. И Тор, разумеется, тоже.
        Но вместо поцелуя он широко раскинул руки и обнял свою невесту. Все мысли и рассуждения вмиг вылетели у нее из головы. Никогда и никто не сжимал ее в объятиях так бережно, так что по этому поводу впору было загрустить. Особенно учитывая, что и это все понарошку. Тор долго-долго обнимал Еву, а она стояла, положив голову ему на грудь, а когда он уже опустил руки, она, как дурочка, продолжала еще какое-то время стоять с ним рядом. Он замер и стоял не шелохнувшись, продолжая поддерживать ее.
        Да-да, все это было очень нелепо. Ева нерешительно отошла, а Тор с улыбкой смотрел на нее, ни на секунду не выходя из роли.
        Сжав ее руку, он подвел Еву к паре, чтобы забрать телефон. Со всех сторон понеслись поздравления. Он снова взял Еву за руку и повел прочь от этого импровизированного фан-клуба.
        Ева скосила глаза на свою ладонь. Ей было очень уютно в руке Тора. О чем только она думает? Она не собиралась, не планировала чувствовать ничего подобного, это же только прикол и ничего больше.
        Когда они отошли достаточно далеко от своих невольных свидетелей, «жених» выпустил ее руку и посмотрел на нее.
        - Ну, как все прошло?  - спросил Тор, все еще улыбаясь во весь рот и явно находя эту затею уморительной.  - Сбылась ли твоя мечта?
        Ева кивнула и тоже улыбнулась:
        - Это было прекрасно, спасибо. Знаешь, ты, оказывается, совсем не такой, как я себе представляла.
        - И каким же ты меня себе представляла?
        - Твоя страничка на сайте агентства. Там ты такой… настоящий сноб, все эти слова о рафинированном и изысканном, о закрытых клубах и эксклюзивных ресторанах. А на самом деле ты… с тобой просто.
        - Да, там это во многом игра. Привыкаешь играть роль, в которой клиенты хотят тебя видеть.
        У Евы немного сжалось сердце от этих слов. Они целый день болтали и смеялись, как старые приятели. И что же, все это была игра?
        - Большинство моих клиентов - люди довольно богатые, и на отдыхе им интересны все эти штуки: казино, шикарные отели, перелеты в первом классе. Вот я и вставил это все в свое резюме, так больше шансов, что они выберут меня. Конечно, мне приятнее находиться в Сан-Тропе, Майами или Дубае, чем торчать в офисе, вот я и играю эту роль.
        - Так ты всегда играешь роли с клиентами?
        Он пожал плечами:
        - Частенько. Хотя сегодня - нет, сегодня я как будто сам был в отпуске с кем-то из друзей. Рядом с тобой я определенно могу оставаться собой.
        Ева заулыбалась. Это было приятно.
        Тор прочистил горло:
        - Ну, что, давай посмотрим видео?
        Ева, не переставая улыбаться, прокрутила запись на экране мобильника.
        - Лорел, моей тете, это должно понравиться,  - и она быстренько переслала ролик Лорел. Она специально не дала никаких комментариев, чтобы поддразнить тетю, хотя ни на секунду не думала, что та поверит, что ее племянница готова обручиться с человеком, с которым знакома чуть меньше суток. Тем более что еще утром она считала Тора напыщенным снобом и хлыщом. Ева - благоразумная и ответственная, она страшно боится наделать ошибок, и Лорел это хорошо известно. Еще Ева решила отправить видео своим подружкам в группу на вотсап - они-то и вовсе понятия не имели, что ее планы изменились и теперь рядом с ней Тор.
        - Ты был очень убедителен,  - сказала Ева, разослав сообщение и получив охапку ответных. Хихикая, она просмотрела все их преувеличенные восторги и засунула телефон в сумку. Она ответит им позднее.
        Тор развел руками:
        - У меня был шанс порепетировать.
        Ева огорчилась за Тора, но порадовалась, что можно отвлечься на другую тему.
        - Ты был помолвлен с Кристел?
        - Я сделал ей предложение. Она сказала «нет». Так что сегодняшняя попытка оказалась намного успешней.
        Тор, прибавив шаг, направился к башне, и Ева поняла, что тема закрыта.
        - Эй, женишок. Может, пойдем пропустим где-нибудь по стаканчику и отпразднуем наше событие?
        Тор обернулся к ней и кровожадно ухмыльнулся:
        - Хочешь подкрепиться перед тем, как исполнить первую мечту твоей мамы?
        У Евы вырвался стон.
        - Нет уж, давай сперва покончим с этим. Но пообещай, что не будешь снимать это на видео.
        Он ехидно улыбнулся:
        - Ты уверена?
        - На все сто процентов.
        Тор со смехом кивнул и взмахом пригласил ее к башне.
        Вздыхая, Ева пошла за ним.

        Глава 8

        Тор наблюдал за Евой, которая внимательно изучала раскинувшийся внизу город. Ее волосы развевались по ветру, а лицо излучало восторг и удивление. Сам он уже столько раз поднимался на башню, что трудновато было ожидать, что он испытает от этого зрелища ту же радость, что и в первый раз. Но радость в глазах Евы помогла и ему по-новому свежо воспринять Париж с высоты птичьего полета.
        На второй этаж башни они поднялись без очереди, воспользовавшись услугой приоритетного доступа, но, чтобы попасть на третий, все равно пришлось отстоять к лифту длинную очередь - все стремились полюбоваться с верхней точки заходом солнца. Небо было окрашено в великолепные пунцово-розовые тона, а солнце превратилось в золотистую искорку на горизонте. Люди фотографировали и снимали на видео потрясающий закат.
        Если Ева надеялась, что в это время суток здесь будет малолюдно, она очень ошиблась.
        Под взволнованные ахи и вздохи туристов искра горящего янтаря становилась меньше и меньше, пока не скрылась за горизонтом окончательно.
        Ева с тихим восхищением глядела, как небо над городом из лилового быстро становится индигово-синим. Тор радовался за нее и не хотел торопить. Пусть любуется, сколько хочет. Париж красивый город.
        Наконец она повернулась к нему:
        - Ох, здесь так здорово, настоящая фантастика. Но я бы съела что-нибудь. Очень проголодалась.
        Он усмехнулся:
        - Это прекрасно, мы обязательно поужинаем внизу. Но, думаю, до того, как спускаться, нужно еще кое-что сделать.
        Ева упрямо прикусила губу.
        - Я не могу этого сделать.
        - Уверен, что можешь.
        - Певица из меня никудышная.
        - А я убежден, что все не может быть так плохо, учитывая, кем была твоя мама.
        - Этого таланта я от нее не унаследовала. Как и многого другого, на самом деле. В том числе ее куража.
        Ева испустила долгий вздох. Она выглядела такой испуганной, что Тору внезапно захотелось обнять ее, как ребенка, и успокоить. Но - он не даст ей сбежать, не закончив дела. Потом она сама же будет жалеть и раскаиваться, а второго шанса не будет, завтра они летят дальше.
        - Спой хотя бы одну строчку,  - уговаривал Тор.  - Твоя мама мечтала спеть на вершине Эйфелевой башни, но она не уточнила, что спеть нужно целую песню.
        - А тебе не кажется, что это жульничество?
        Он пожал плечами:
        - Скорее небольшой компромисс.
        Ева кивнула:
        - Ладно.
        Оглядевшись, она заметила небольшой просвет в толпе, как раз напротив того места, куда только что село солнце, и стала пробираться туда. Тор за ней.
        Ева закрыла глаза, набрала воздуха и запела. Дрожащим голоском она выводила первую строчку «Я верю, что могу летать» Ар Келли.
        Тор понял, что гордится ею. Она это сделала, она реально решилась. Пела Ева и впрямь просто чудовищно. Но он смотрел на нее - и улыбался. Она пела о том, как касается неба и расправляет крылья, и голос ее звучал все увереннее.
        Тогда Тор поглядел вокруг, на окруживших их людей. Все повернулись в их сторону, многие смеялись и, что еще хуже, снимали Еву на мобильники. Какие-то парни начали размахивать в воздухе руками, один даже вынул из кармана зажигалку и держал огонек над головой.
        Блин. Он не хотел делать из нее посмешище. Для девочки это слишком важно.
        Ева, к его облегчению, так и не открывала глаз. Тор тоже вздохнул поглубже и стал ей подпевать. Ева тут же удивленно открыла глаза, а он жестом показал ей, чтобы продолжала. Она отвернулась к небу, а Тор замахал толпе, призывая их присоединиться к пению. Парни с зажигалкой отозвались первыми, один из них запел глубоким красивым тенором, остальные подхватили. И вдруг, неожиданно, запели все.
        Услышав, что хор крепнет, Ева повернулась с восторженной улыбкой.
        Песню допели до конца, и поднялась буря аплодисментов, люди хлопали друг другу, хлопали Еве. Компания парней завела следующую песню, а Тор тронул Еву за руку:
        - А вот теперь пойдем поищем что-нибудь съестное. Мне кажется, нам есть что отпраздновать сегодня.
        Ева кивнула, шумно вздохнув от облегчения, и он повел ее к лифту.

        На языке у Евы прыгали пузырьки игристого вина. Внизу раскинулся город, миллионы мерцающих золотистых огоньков. Тор пообещал, что покажет ей намного более впечатляющий вид на ночной Париж, чем тот, что они увидели с Эйфелевой башни. Вид со смотровой площадки на вершине башни Монпарнас оказался просто восхитительным, тем более что отсюда было видно и саму сияющую Эйфелеву башню во всем ее великолепии. Ева начала было прикидывать, как стала бы писать этот пейзаж - у нее были сказочные краски с металлическим блеском, которыми можно передать мерцание огней,  - но ни на чем не могла сосредоточиться, мысли у нее были вразброд.
        Пользуясь тем, что вечер выдался теплый, люди выплескивались из залов на открытую террасу, чтобы любоваться огнями большого города отсюда.
        Видимо, в ресторане проходила большая вечеринка, и гости - сотня человек, а то и больше - заполнили все пространство. Ева пробилась к окошку в прозрачном ограждении, через которое можно было фотографировать город, но участники вечеринки то и дело толкали ее, и несколько раз она стукалась головой о стекло. Заметив это, Тор встал прямо за ней и уперся руками в стекло по обе стороны от Евы, так что она оказалась как в клетке. Она понимала: он просто хочет защитить ее от толпы, которая с каждой минутой становилась все шумнее и оживленнее, но это ощущалось таким… интимным. Он стоял так близко, что Ева чувствовала его тепло на спине и тихое дыхание на макушке.
        Это было странно и неправильно - но при этом совершенно чудесно.
        До этого они ужинали тремя этажами ниже, наслаждаясь изысканной едой и видом города. И это казалось Еве… романтичным. Что само по себе было, конечно, полным сумасшествием. Он ее гид, сопровождающий, и не более того. Она не испытывает к нему никаких чувств. Просто ее разволновала эта сцена с предложением, потому что она действительно мечтала, что кто-нибудь когда-нибудь и вправду так объяснится ей в любви. Но она вовсе не хотела бы, чтобы Тор сделал ей предложение всерьез. Она полюбила этот удивительный момент - а не Тора.
        Ева положила на стекло руку - которая рядом с лапищей Тора казалась совсем миниатюрной. И улыбнулась, отметив, что ее кольцо-дракон до сих пор еще на безымянном пальце, как и положено «обручальному». Что ж, первый день удался, он был полон событий, и заслуга Тора в этом просто огромна. Как бы, интересно, тот же день прошел, будь вместо него Ребекка?
        Тор наклонился к ней, оказавшись недопустимо близко, но все же не касаясь, и зашептал ей на ухо:
        - Завтра вставать нам рано. Может, пойдем спать?
        Господи, как у нее подскочило сердце от этого совершенно невинного предложения. Хотя было очевидно, что они будут буквально спать, каждый на своем краю кровати, и только-то, он умудрился сделать эту простенькую фразу весьма волнующей. Ева вдруг поняла, что не знает, радоваться ей или ужасаться от перспективы провести ночь рядом с этим мужчиной.
        Ева повернулась к нему - Тор был очень близко, он нависал над ней и смотрел ей прямо в глаза. Он даже не попытался отодвинуться подальше.
        - Хорошая идея,  - сказала Ева, когда вновь обрела дар речи.
        Тор медлил, продолжая глядеть ей в глаза. Воздух между ними начал потрескивать. Да нет, ерунда. Ей это привиделось, не было никакой искры. Игристое вино, огни города, отличная еда, город любви и все такое, вот она и размечталась.
        - Ты храбро держалась сегодня вечером,  - сказал Тор.
        - Я трусиха,  - не согласилась Ева.
        - А сегодня была смелой. Мне это понравилось. Я подумал: там, в глубине, скрывается отважная, мужественная женщина, готовая сделать шаг, выступить и засиять.
        - Насчет сияния - это уж точно не про меня.
        - Но сегодня ты осветила целую Эйфелеву башню.
        У Евы вдруг пересохло во рту.
        - Женщины, девушки, которых я обычно сопровождаю, после окончания тура сразу забываются. Я, честно говоря, ни одной из них и не помню толком. Но после этого путешествия не думаю, что когда-нибудь забуду о тебе.
        Тор слегка отодвинулся, и она выдохнула - она и не заметила, что все это время сдерживала дыхание. Он взял ее за руку, помогая выбраться из толпы. Ухватившись за его руку, Ева снова ощутила, как между ними проскочила искра.
        Выходя со смотровой площадки следом за Тором, Ева не могла удержаться от счастливой улыбки.
        Ее мама всегда хотела оставить свой след в мире, Ева же, наоборот, всегда предпочитала быть в тени и никому не навязываться. Но сейчас выходило, что, сама того не желая, она оставила след - в душе Тора. Она была реалисткой и понимала, что ничего такого между ними не будет. Но то, что она, оказывается, произвела на него впечатление, ей польстило.
        Ева разглядывала себя в зеркало в ванной, собираясь с духом и ругательски ругая себя за трусость. Она пряталась здесь уже минут десять и боялась, что с минуты на минуту Тор отправится на ее поиски. Непонятно даже, от чего она нервничала больше: от мысли, что придется делить постель с почти незнакомым человеком, или от мысли, что этот человек - Тор.
        Немного раньше она написала Лорел, что из-за неожиданно возникших осложнений им с Тором придется спать в одной кровати. Вспомнив об этом, она включила телефон - нет ли слов ободрения или мудрых советов от тети?
        Ваааууу!! Полный вперед - и получай удовольствие.
        Вспыхнув от такого предположения, Ева написала ответ. Мы будем спать рядом с одной кровати, а не спать друг с другом!
        Лорел ответила мгновенно. Будь со мной в постели такой страстный красавец, я бы думала про сон в последнюю очередь.
        Ева хихикнула. Такое могла бы сказать ее мама, но не Лорел. Хотя… возможно, теперь, в отсутствие ее сумасбродной, вечно ищущей приключений сестры, тетка чувствует, что должна примерить на себя ее роль и подбодрить Еву.
        Новое сообщение от Лорел. Пришли фотографию.
        Ева удивленно покрутила головой. Я позвоню завтра.
        Идет. Я жажду подробностей!
        Все еще улыбаясь, Ева отложила мобильник и сделала несколько глубоких вздохов, набираясь смелости. Они просто будут спать рядом, ничего больше, но что, если он попытается ее поцеловать: что тогда делать? Точнее - как она должна тогда себя повести? Там, на вершине башни Монпарнас, между ними что-то произошло, она уверена, так что вероятность поцелуя - не полный бред. Но им не следует переступать грань. Впереди еще шесть недель жизни рядом, и они могут превратиться в ад, если что-то пойдет не так. Нет, они могут быть друзьями, но не более того. Она не ищет отношений, а если бы искала, то не с таким мачо, как Тор. Ей не хотелось бы общаться с Тором в таком качестве. Никто не спорит, парень красив как бог, и характер у него добродушный и забавный. Но Ева не питает к нему чувств, абсолютно - они совершенно разные.
        Она снова тихонько захихикала.
        Что за чушь. Не будет Тор ее целовать. Он делает свою работу и всегда очень строго относится к субординации и границам, а она вряд ли тянет на девушку, с которой он рискнул бы их нарушить. Одного взгляда на ее пижаму с рожками мороженого на голубом фоне Тору хватит, чтобы отвернуться и тут же заснуть. Если между ними и проскочила какая-то искорка, от этого зрелища она благополучно угаснет. И это только к лучшему.
        Ева ополоснула лицо, смывая все мысли о возможном поцелуе, и вошла в комнату.
        Тор сидел на кровати, обнаженный выше пояса и прикрытый ниже простыней, и читал книгу. На носу у него были очки. Господи, а Ева еще надеялась, что он божественно выглядит в основном благодаря хорошей одежде. Но нет, это было совсем не так. В номере как будто стало на пару градусов жарче. У Евы появилось желание убежать в ванную и оттуда щелкнуть его на мобильник. Лорел с ума бы сошла от такой фотографии.
        Подняв голову, он улыбнулся Еве:
        - Симпатичная пижама.
        Ева заставила себя отвести глаза. Если бы он начал ее рассматривать так, будто хочет проглотить, ей бы было сильно не по себе. Вот и ей не надо создавать щекотливых ситуаций. Хотя куда уж щекотливей.
        Посреди кровати Ева увидела продольный ряд подушек, делящий ложе пополам, и даже немного огорчилась. Пока она там мечтала о поцелуях, он воздвиг между ними баррикаду. Ужас, неужели он боится, что среди ночи она вдруг полезет к нему? Неужели она совсем не владеет собой и восхищение так откровенно написано у нее на лице?
        Она подошла к своему краю кровати и забралась под простыню.
        - Я поставил будильник,  - сообщил Тор, захлопывая книгу и выключая лампочку со своей стороны. После чего лег на бок, спиной к Еве.
        Возмущенная такой невежливостью, она в сердцах резко нажала на выключатель своей лампочки и легла на спину, глядя в потолок, пока глаза привыкали к темноте. Сквозь шторы просачивался приглушенный свет уличных огней.
        Если он так уж хочет, чтобы между ними все оставалось в рамках служебных отношений, зачем демонстрировать ей свой голый торс? Это явно шаг в сторону размывания границ.
        А вдруг на нем вообще нет одежды?
        - Ты там совсем голый под простыней?  - выпалила, не подумав, Ева и немедленно об этом пожалела.
        Тор сел и снова включил свет.
        - Хочешь проверить?
        - Конечно же, нет,  - вспыхнула Ева.
        - Я не возражаю,  - хмыкнул Тор.
        - Не сомневаюсь.
        - Ну, хочешь, я сам покажу?  - Тор насмешничал, не воспринимая это всерьез.
        На долю секунды Ева заколебалась, и этого хватило, чтобы Тор, фыркнув, начал приподнимать простыню.
        Ева поспешно прикрыла глаза рукой. Она не желала это видеть. Кошмар! Голый Тор Андерсон? Это же вмиг разрушит ту черту, сохранить которую оба они так стараются.
        - Все в порядке, я не хочу этого видеть. В смысле тебя. В смысле… мне неинтересно, вот и все. Так что не волнуйся, я не полезу к тебе ночью через стену из подушек, чтобы застигнуть тебя врасплох.
        Ева перекатилась на живот и уткнула лицо в свою подушку.
        С минуту Тор молчал.
        - На мне шорты,  - сказала он погодя.  - А подушки я уложил, чтобы тебе было спокойнее, а не чтобы защитить себя.
        Ох.
        Конечно, подушки ради нее. А Тор - настоящий джентльмен.
        Он выключил свет со своей стороны, и Ева догадалась, что он лег. Через секунду, перевернувшись, она разглядела, что он смотрит на нее и улыбается в темноте.
        - Спокойной ночи, Ева Блу. Хороших снов.
        - Спокойной ночи,  - сказала Ева, уже зная, что, вопреки всему, спать она будет крепко.

        Глава 10

        Милая мамочка!
        Париж был невероятно прекрасен во всех отношениях: виды, еда. Я видела в Лувре Мону Лизу и картины Ван Гога - знаю, это тебе понравилось бы. И я пела на вершине Эйфелевой башни, как ты хотела много лет назад. Хотя я и понимаю, что недостойна носить твою фамилию. Я уверена, у тебя это получилось бы в сто раз лучше.
        Это был очень наполненный день. Мне сделали предложение, а потом я делила постель с красивым незнакомцем. Неплохо для первого дня каникул? Ты можешь мной гордиться!
        Я знаю, тебя бы, наверное, сильно удивило то, что я могу лечь в постель с человеком, которого едва знаю. Я предполагала, что эта поездка для меня - выход из зоны комфорта, но ночь в одной постели с Тором - это совсем другой уровень, это просто игра за высшую лигу. Я со страхом ждала утра, когда нам обоим предстояло одеваться и принимать душ, но все обошлось как нельзя лучше. Тор взял одежду с собой в ванную и вышел после душа уже одетым. А потом возился на балконе, готовя нам кофе, предоставив мне возможность спокойно собираться. С ним оказалось так просто, я даже не ожидала. Думаю, вчера вечером я просто немного размечталась, вот и вообразила, что влюбилась в этом городе любви. Ничего между нами не будет, но мне кажется, мы могли бы стать хорошими друзьями.
        Мы снова летели бизнес-классом, на этот раз в Бельгию, где осматривали красивейшие, все в позолоте, дома вокруг Гран Пляс. Мы гуляли возле Атомиума - какое же это странное сооружение, издали выглядит фантастически - трубки, шары, и все это возвышается над горизонтом. А с близкого расстояния картина другая, но тоже необычна и очень впечатляет. Не знаю, можно ли попасть внутрь сфер - мы смотрели на них снаружи, но зато поднимались наверх, откуда открывается неописуемый вид.
        Бельгия, кажется, славится тремя вещами - пивом, вафлями и шоколадом, и мы, разумеется, всё это попробовали. Я знаю, твоей мечтой было попробовать бельгийский шоколад в самой Бельгии. Одно из самых простых желаний в твоем списке. Тор привел меня в маленькую кондитерскую под названием «Фредерик Блондел». Я очень рада, что побывала там, шоколад был божественный, нежный и ароматный. А какой выбор! И каждая шоколадка - произведение искусства, маленький шедевр. Я накупила в дорогу не меньше тонны, но не думаю, что запаса хватит до самого конца. Тебе бы шоколад понравился, ты всегда была сластеной.
        Завтра летим в Амстердам, где у нас две ночи, что меня радует - эти скачки на перекладных немного утомляют.
        Хотела бы я, чтобы ты была здесь!
        Люблю, Ева

        P. S. Исполненные мечты:
        1. Спеть на вершине Эйфелевой башни.
        2. Отведать бельгийского шоколада в самой Бельгии.

        Ева посмотрела на тыльную сторону открытки, исписанную мелким почерком. Хорошо еще, что ей не надо вписывать адрес и это пространство она тоже могла использовать для письма. Но уже сейчас ей было ясно: чтобы рассказать маме обо всем, одной открыткой не обойтись. Впоследствии нужно покупать несколько штук. Исписанную открытку она поместила в прозрачный пластиковый кармашек небольшого фотоальбома. Она взяла его с собой, чтобы держать все открытки в одном месте. Эта поездка, конечно, приключение, и оно заставляет ее нарушить привычный уклад, но менее организованной Ева Блу из-за этого не стала.
        Она обернулась на Тора - тот читал, лежа в своей постели. По крайней мере, в этой гостинице их порадовали двумя раздельными кроватями. Ева не стала настаивать на том, чтобы снять Тору отдельный номер, сам он тоже промолчал. Еве было неясно, кому пришлось бы платить за эту услугу, а разбрасываться деньгами не хотелось - мало ли что может потребоваться в полной неожиданностей поездке. А уж раз кровати у них отдельные, то и опасаться нечего.
        Весь день они бродили, болтали и смеялись, как будто знали друг друга уже много лет. Но в глубине души у Евы горела какая-то потаенная искорка. Ни с кем другим она никогда не испытывала ничего подобного. Ей самой было непонятно, что это такое - зарождающаяся крепкая дружба или нечто большее. И - как ни убеждала она себя, что лучше бы ничего такого и не было, а скорее всего, и быть не может,  - цветок надежды, распустившись, не собирался увядать. Что, если он ее поцелует, а за поцелуем последует нечто большее?
        Голова у нее шла кругом от самых разных страхов, волнений и сомнений. Но именно по этой причине она втайне от Тора купила сегодня в аптеке крем для эпиляции. У нее давным-давно не было секса, и линия бикини выглядела не вполне идеально.
        Тор продолжал читать, так что Ева поднялась и тихонько скользнула в ванную, заперев за собой дверь. Раздевшись, она поднесла к глазам тюбик, чтобы прочитать инструкцию, и обнаружила, что текст написан на незнакомых языках: голландском и французском или каких-то еще. Не беда, обычно такие средства наносят минут на десять, так она и поступит. Ева намазалась кремом и занялась просмотром фотографий на мобильнике, какие-то сразу отправляя Лорел. Крем немного покалывал - отлично, значит, действовал. Через несколько минут пощипывание усилилось. Точнее, кожа начала гореть. Что же делать, ведь десять минут еще не прошло, надо бы подержать подольше. Но жжение становилось невыносимым.
        - Что за дерьмо,  - сказала Ева громко, забыв, что надо бы понизить голос.  - Господи.
        Она поспешно стерла крем туалетной бумагой, но к коже было больно прикоснуться. Она вошла в душевую кабину, пустила холодную воду и постаралась смыть последние остатки крема. Жжение не проходило, а только усиливалось.
        Ева выбралась из кабины. Сейчас бы посидеть в ванне с холодной водой, но ванны не было, только душ.
        - Черт, черт, черт!  - чуть не плача выкрикнула Ева и замахала руками над линией бикини в надежде, что прохладный воздух придет на помощь. Увы, ничего не получилось.
        Раковина была встроена в широкую полку. И это была широкая раковина. Можно сесть в нее, подумала Ева, а ногами упираться в полку.
        Она быстро наполнила раковину холодной водой, а затем взобралась на полку и довольно удобно разместилась в раковине боком, сместив ноги на сторону.
        В дверь ванной постучали.
        - Ева, все в порядке?
        - В полном порядке,  - сказала Ева дрожащим, несчастным голоском, который явно противоречил ее словам.
        - Ты уверена? Что-то мне не верится. Можно мне войти?
        - Да ты что, нет!  - почти крикнула Ева. Вид у нее сейчас был совершенно нелепый. Верный способ отпугнуть мужчину - показаться ему сидящей в раковине, да еще голышом. Эту картину, совершенно не сексуальную, он никогда не сможет выбросить из головы.
        Просто катастрофа какая-то. Жжение немного ослабло, но этого было недостаточно.
        - Мне нужен лед,  - решилась Ева.
        - Хорошо - в смысле, пара кубиков или…
        - Скорее целое ведро.
        За дверью несколько секунд царило молчание.
        - Я скоро вернусь.
        Ева услышала, как он вышел из номера.
        Боже, что он сейчас себе представляет?
        Через несколько минут она услышала, как дверь номера открылась и снова захлопнулась.
        - Я принес ведерко со льдом. Оставить его… здесь?
        Нет, поняла Ева, она ни за что не станет вылезать из раковины сейчас, когда холодная вода как раз начала хоть немного действовать,  - потому что если вылезет из воды, то снова начнет лезть на стену.
        - Принеси его сюда… только не смотри.
        - Ладно,  - по голосу Тора было ясно, что он заинтригован.
        Дверь приотворилась и вошел Тор, в одной руке он нес ведро, второй прикрывал себе глаза.
        - Тебе придется меня направлять,  - сказал он.
        - Сюда, вперед,  - чуть не плача от отчаяния позвала Ева.
        Тор медленно, шаркая ногами по полу, двинулся в сторону душа. Он что, нарочно?
        Ева раздраженно схватила полотенце и задрапировалась им, как одеялом.
        - Ну, хорошо, можешь смотреть.
        Тор отнял руку от лица - слишком уж поспешно, по ее мнению. Увидев, где сидит Ева, он озадаченно склонил голову набок.
        - Ты… сидишь в раковине?
        - Да, долго объяснять, просто дай мне чертов лед.
        - Ты в нее упала? Застряла и не можешь выбраться?
        - Нет, нет, я специально - пожалуйста, просто дай мне лед и уходи.
        Тор кусал губы, отчаянно пытаясь подавить улыбку. Передав ей ведерко, он не ушел сразу, а задержался. Не могла же Ева высыпать лед в раковину, пока не уйдет Тор. Он все увидит, а это определенно не самый выигрышный ее ракурс.
        - Уходи, пожалуйста.
        Кивнув, Тор пошел к двери.
        - Кстати, у тебя за спиной огромное зеркало, так что…
        Стремительно обернувшись, Ева поняла, что Тор увидел более чем достаточно - отражение в зеркале было о-очень обнаженным.
        К этому времени Тор уже успел сбежать, но она слышала доносящееся из номера хихиканье.
        Господи, хуже просто быть не может.
        Отбросив полотенце, Ева опрокинула содержимое ведра в раковину - это было невыносимо холодно, но в то же время успокаивало кожу. Она просидела так, в раковине, довольно долго, пока ее бедра совсем не онемели, а лед не растаял, и только тогда вылезла и вытерлась. Теперь она хотя бы могла дотрагиваться до этой самой зоны бикини, а страшное жжение превратилось в легкое пощипывание. Надев пижаму и прихватив с собой смоченное ледяной водой полотенце, она вернулась в спальню.
        Тор сидел на кровати, углубившись в свою книгу, и не смотрел на нее, но Ева все равно была уверена, что он давится от сдерживаемого смеха. Она забралась на свою кровать. Под одеялом она приспустила пижамные штаны и положила полотенце между ног.
        Ну вот, теперь, по крайней мере, перед ней не стоял вопрос о том, займутся ли они сексом. Сегодня шансы были нулевыми.
        - Просто чтобы мне ничего не переврать, когда я буду рассказывать эту историю, могу я уточнить: что же ты делала, сидя в раковине?  - спросил Тор.
        - Нет, не можешь. И мы никогда больше не будем касаться той темы,  - с этими словами Ева отвернулась от него и накрылась одеялом.
        Помолчав с минуту, Тор выключил свет, и в номере стало темно.
        - Ева Блу, если бы мы с тобой когда-нибудь поженились, эту историю я обязательно рассказал бы внукам.
        Ева лежала тихо, смотря в окно, щеки у нее горели от стыда. Но она не могла удержаться от улыбки при этой мысли.

        Глава 11
        - Амстердам такой милый - уютный и необычный, правда?  - Ева откусила строопвафель[5 - Круглая вафля-сэндвич с карамельной прослойкой.], оказавшийся на деле чем-то вроде плоского хрусткого пончика с теплым карамельным соусом.
        Из-за задержки рейса они прибыли в Амстердам только к обеду и потому, забросив вещи в гостиницу, сразу отправились исследовать город. Сейчас они безмятежно плыли по одному из многочисленных амстердамских каналов, разглядывая изящные разноцветные дома, прекрасные мосты, головокружительно высокие башни и колокольни. Город был небольшой и удивительно симпатичный.
        - Вообще-то, Амстердам - одно из моих любимых мест,  - сообщил Тор, впившись зубами в свой строопвафель.
        - Правда?
        - Он так не похож на другие города,  - сказал Тор.
        - И вся страна такая красочная: яркие дома необычной формы, разноцветные башмаки-кломпы, ветряные мельницы. Да еще эта любовь голландцев к сыру! У меня чувство, что это то ли сон, то ли галлюцинация,  - заметила Ева.
        - Хм, местные законы и правда довольно лояльны к наркотикам, может, здесь есть какая-то связь.
        Ева прыснула.
        - Может, ты желаешь попробовать что-нибудь этакое, пока мы здесь?  - спросил Тор, когда их лодка нырнула под очередной мост.
        - Что попробовать?  - не поняла Ева. Тор уговорил ее купить эти вафли, и ей очень понравилось, так что, если он надумал еще что-то в таком роде, она с радостью отведает и этого. Она слышала о страшно вкусных маленьких, с монету, оладушках. Поффертье, так они, кажется, называются. Вот их Ева обязательно хотела найти до отъезда. Они уже заходили в разные сырные лавки и напробовались всевозможных сортов ароматных сыров. Несомненно, голландцы знают толк в еде.
        - Наркотики,  - просто сказал Тор.
        Ева почувствовала, что улыбка сползает с лица.
        - Что?
        Он пожал плечами:
        - Каждый раз, как я привожу туристов в Амстердам, все они рано или поздно забредают в какую-нибудь кофейню покурить марихуаны, а то и попробовать чего-нибудь покрепче.
        Ева вытаращила глаза:
        - Вот почему ты так любишь Амстердам, из-за наркотиков?
        - Да ты что, нет, конечно, это вообще не мое. Кроме того, я вообще предпочитаю ясную голову, когда нахожусь на работе. Было бы неправильно принимать галлюциногены, напробоваться хитрых грибов или чего-то еще, когда отвечаешь за людей. Можно вляпаться в неприятности. Но я с радостью посижу рядом и помогу, если ты решишь получить этот опыт.
        - Фу, никогда,  - поморщилась Ева. Ей, конечно, хотелось приключений, но это уж слишком.  - Так, значит, ты никогда ничего такого не принимал?
        Они снова были под мостом, уже следующим, и Тор бросил в рот последний кусок своего строопвафеля.
        - Я отмечал здесь свой восемнадцатый день рождения с компанией друзей. Мы немного покурили травку и воображали себя самыми крутыми парнями в мире. С тех пор я больше не курил и ничего крепче не пробовал. Не люблю терять контроль. А тебе раньше приходилось что-то пробовать?
        Ева вдруг почувствовала себя наивной дурочкой. Подумать только, каким крутым был Тор в юные годы. Черт, да он и сейчас очень крут. Сама она как-то пропустила все эти тусовки, вечеринки, да и юношеские бунты тоже прошли мимо. Она определенно относилась к тем, кого зовут ботаниками. Учиться ей было интересно и по-настоящему важно. Юный Тор и юная Ева никогда не смогли бы стать друзьями.
        - Конечно,  - соврала Ева, чувствуя, что должна восстановить свою репутацию. Сейчас она, конечно, не станет пробовать наркотики только ради того, чтобы произвести на него впечатление, зато можно хоть немного приукрасить свою растраченную впустую юность. Вся надежда была на то, что Тор не будет интересоваться подробностями - потому что в этот момент, как назло, Ева не могла вспомнить названия ни одного наркотика. Морфин - кажется, да, почти точно,  - ей это кололи, когда она сломала ногу в трех местах. Сойдет это за название наркотика, который принимают, чтобы отдохнуть и расслабиться? Она понятия не имела.
        Тор громко рассмеялся и положил руку ей на плечи.
        - Ева Блу, ты ужасная лгунья. Но тебе не нужно пытаться произвести на меня впечатление. Тому, кто слышал, как ты самозабвенно поешь, стоя на вершине Эйфелевой башни, больше ничего не нужно. Я уже твой фанат.
        Ева вздохнула.
        - Да, ты меня раскусил. Алкоголь, шоколад, болеутоляющие. Это мои основные наркотики. Но один раз, кажется, я получила морфин, когда была в больнице. Я совсем не тусовщица. И даже сигарету ни разу не выкурила.
        - Ты очень правильная,  - сказал Тор, но без насмешки, скорее с одобрением.  - Напомни, что нам предстоит в Амстердаме?
        Ева встрепенулась:
        - Полюбоваться тюльпанами.
        Тор, улыбаясь, смотрел на нее, так и не сняв руку с ее плеч.
        - Знаешь, а мне нравится эта поездка с тобой.
        Она тоже улыбнулась, от этих слов у нее стало тепло на сердце.
        - Но я, значит, выпадаю из культурной обоймы, если нахожусь здесь и не пробую наркотики?
        Он покачал головой и сморщил нос:
        - Ева, ты настоящая, ты прекрасна такая, как есть, ни в коем случае не меняйся. Не сомневаюсь, мы и без этого найдем, как здесь развлечься.
        У Евы екнуло сердце. Что он имеет в виду?
        - Например?
        - Ну, сыр, сабо, ветряные мельницы. А еще квартал красных фонарей.
        У нее глаза полезли на лоб, даже несмотря на то, что было понятно: Тор просто ее дразнит.
        - Что же мы там будем делать - подойдем к одной из дам и спросим, не хочет ли она секса втроем?
        Тор расхохотался.
        - Ну, я уверен, им предлагают и не такое.
        - Боже, я, наверное, распсиховалась бы и оказавшись в постели с тобой одним, зачем еще добавлять лишнего человека.
        Рука Тора, как бы невзначай, упала с ее плеча. Наверное, коснувшись этой темы - они в постели вместе,  - Ева заступила за некую черту. Однако Тор не отвернулся и, что удивительно, даже не сменил тему.
        - Так, а почему ты стала бы психовать, окажись мы с тобой в постели?
        Каково бы это было, переспать с Тором? Он производил на Еву впечатление уверенного в себе мачо, который опытен в постельных делах и точно знает, что делает. И, хотя кое-какой опыт с мужчинами у Евы тоже был и она хоть немного, но все же в этом разбиралась, ей казалось, что рядом с Тором она просто новичок. К этому добавлялось то обстоятельство, что этот парень был словно выточен из мрамора. А у Евы грудь, да и все прочее было отнюдь не идеальной формы, и хотя в прошлом ее это не беспокоило, все выглядело совершенно в ином свете при мысли, что они с Тором могут оказаться вместе без одежды. Ужас, от этой мысли она теперь не сможет спать по ночам.
        - Ну, то ты…  - она неопределенно помахала рукой, показав на Тора, а потом на себя,  - а то я.
        Он склонил голову в явном замешательстве:
        - Не совсем понимаю, что ты имеешь в виду. Я ни разу не был разочарован, оказавшись с женщиной в спальне. Во время секса я думаю о многом. Где и как мне лучше ее коснуться, чтобы доставить максимум удовольствия? Не слишком ли у меня грубые руки? Что ей больше нравится? Какой секс она предпочитает - жесткий и напористый или медленный и нежный? Хорошо ли ей со мной? И много еще о чем, но, самое главное, мне никогда не хотелось, чтобы она была другой, чтобы в ней чего-то было побольше или чего-то поменьше.
        У Евы внезапно пересохло во рту, и ей пришлось прокашляться, чтобы избавиться от комка в горле.
        - Да ладно, так не бывает. На самом деле вы так не думаете.
        - Именно так и думаем. Ну, я, по крайней мере, устроен так. Пойми меня правильно, мне очень нравится секс с женщинами. Это одно из моих любимых занятий. Конечно, по этому поводу и у меня хватает переживаний, но они ни в коем случае не о том, что женщина может оказаться не на высоте. Вы, женщины, для меня всегда на высоте. И даже не думай, что может быть иначе.
        Ева смотрела на Тора как загипнотизированная. Ее просто трясло от возбуждения, а ведь он даже не прикасался к ней. Он не отрывал от нее взгляда, и Ева поняла, что просто обязана срочно разрядить обстановку (а не то прямо отсюда потащит его в отель и покажет ему, какая она женщина).
        - А если одной женщины недостаточно, ты предлагаешь секс втроем,  - сказала она.
        - Я, конечно, человек азартный и готов к разным экспериментам, но за эту черту вряд ли зашел бы. Мне нравится отдавать все свое внимание той женщине, с которой мы вместе. Я не люблю отвлекаться.
        Ужас, разговор заходил все дальше. Уж лучше бы они продолжали болтать о наркотиках.
        - Ой, смотри, какая красивая мельница,  - Ева замахала рукой, переключая внимание.  - Я всегда думала, что было бы здорово провести ночь в такой вот мельнице.
        Тор прокашлялся и посмотрел в ту сторону, куда показывала Ева.
        - Ты правда этого хотела бы?
        - Ну да, было бы очень классно.
        Вынув мобильник, Тор защелкал пальцами по экрану:
        - Считай, что уже сделано.
        Ева перевела дух и тихо с облегчением вздохнула от того, что сумела-таки прервать щекотливый разговор. Тор с ней откровенно флиртовал, а она не знала, что с этим делать.

        Тор сидел на скамейке рядом с Евой, которая отвечала на письма по электронной почте. Внимание гида было приковано к его мобильнику - он пытался найти мельницу, где они могли бы переночевать. Шансы были невелики - в последнюю минуту, в самый туристический сезон, когда тюльпанные поля в Амстердаме были в полном цвету,  - но Тор надеялся на свои многочисленные контакты, правда, трудность была в том, что он решил не искать дорогие варианты.
        Он не отрывался от телефона и по другой причине. Просто сейчас он совершенно не знал, что сказать Еве.
        Какого дьявола этот разговор свернул на такую скользкую дорожку, почему он позволил ему зайти так далеко? Разболтался о сексе - непозволительная вольность, это не тема для людей, которые знакомы всего два дня. Недопустимо, учитывая, что он - ее сопровождающий, то есть находится при ней в чисто профессиональном качестве. Но еще хуже было то, что все время, болтая о сексе, он не переставал думать о том, каково было бы заняться сексом с Евой. Да еще он, забыв о всякой деликатности, распустил язык хуже некуда, и теперь ей, бедняжке, неловко даже смотреть в его сторону. Он должен извиниться, но сделать это означало бы снова привлечь к этому внимание. А Ева уже что-то тихо напевала под нос, вроде бы не обиженно. Может, и правда уже и думать забыла об этом? А вот у самого Тора из мыслей все никак не выветривался этот образ: они с Евой в постели вместе.
        - Я надумала выпить кофе, ты будешь?  - сказала Ева, вставая.
        - Да, с удовольствием,  - ответил Тор, не поднимая глаз.
        Ева пошла вдоль зеленого газона к магазинам перед ними. Тор смотрел, как она идет, покачивая бедрами, как солнечный свет играет на вьющихся каштановых волосах, спадающих по спине.
        Оглянувшись, Ева сверкнула ослепительной улыбкой, и Тор снова уткнулся в мобильник.
        Что, черт возьми, с ним не так?
        Никогда раньше он не позволял себе с клиентами ничего подобного, у него даже и желания такого не возникало. Имелась четкая граница, и он никогда ее не переступал. Но что-то такое было в этой Еве Блу, от чего Тора так и несло куда-то, так и заставляло его пересечь границу на полной скорости.
        Он тряхнул головой. Нужно оставаться профессионалом, а это так трудно, учитывая, что и следующую ночь им предстоит провести в общей постели. Трейси заявила, что уже слишком поздно менять условия проживания в первых отелях на их маршруте, но обещала постараться заказать для них раздельные номера в следующих городах. Тора это беспокоило и смущало больше, чем саму Еву, та, вселившись днем в отель, только пожала плечами.
        Еще хуже было Тору оттого, что утром, проснувшись за несколько минут до будильника, он увидел Еву. Девушка сладко спала, лежа к нему лицом, а утреннее солнце, пробивавшееся сквозь шторы у нее за спиной, осыпало ее щеку золотой пылью. И даже во сне она широко улыбалась. Что бы ей ни снилось, во сне она была счастлива. Тор лежал, глядя на нее, и чувствовал, как стена, окружающая его сердце, начинает потихоньку осыпаться. Эта девочка наполняла его теплом, которого он не чувствовал уже очень давно. Ему это не понравилось.
        Тор отбросил эту мысль. Он не намерен рисковать работой и уж абсолютно точно не намерен рисковать собственным сердцем. Тогда, с Кристел, он влюбился без памяти, совсем потерял голову и не желал, чтобы это когда-то повторилось. Но, пробыв с Евой всего два дня, он ловил себя на том, что те самые чувства снова вползают в его сердце, бередят душу. Нет, он не хотел ничего такого.
        Подошла Ева, снова села рядом, жуя пирожное.
        Одно Тор решил наверняка: он не испортит ей каникулы и своими неуместными чувствами не поставит ее в неловкое положение.
        Ева опустила рядом на скамью с Тором бумажный пакетик, и одновременно с этим звякнул его мобильник. Тор открыл сообщение.
        - Я взяла тебе брауни,  - сказала Ева.  - Они здесь такие вкусные, язык проглотишь.
        - Спасибо,  - он прочитал эсэмэску, вынул из пакета стакан и отхлебнул кофе.  - Итак, миссия выполнена.
        Откусив еще кусочек брауни, Ева подняла на Тора глаза:
        - Ты о чем?
        - У одной моей знакомой есть мельница. Раньше она сдавала ее внаем туристам, а несколько лет назад перестала. Но мельница-то никуда не делась, так и стоит в дальнем конце ее сада. Она написала, что мы можем занять ее, если захотим. Это не так близко отсюда, на север. Но завтра мы все равно берем напрокат машину, чтобы смотреть тюльпаны в цветочном парке Кёкенхоф, так что после цветов рванем прямо туда. Там, конечно, все просто и без затей, но туалет и душ имеются, и стоит мельница прямо у воды, а в верхней спальне стеклянное окно в потолке, так что можно лежать и смотреть на звезды.
        - Как здорово,  - прошептала Ева, лицо у нее так и светилось.
        Дополнительное преимущество состояло в том, что на мельнице имелись две отдельные спальни, так что завтра ему не придется мучиться рядом с ней в одной постели.
        - Ну, я же хочу, чтобы твои мечты стали явью,  - улыбнулся Тор.
        Ева поперхнулась последним кусочком своего брауни, а он слегка нахмурился, почувствовав, что его слова прозвучали куда более романтично, чем ему хотелось.
        Она торопливо глотнула кофе.
        Чтобы как-то отвлечься, Тор вынул свое пирожное, откусил большой кусок и тут же выплюнул его в пакет. Это брауни было ужасно на вкус, пахло травами и… Тор, как ищейка, обнюхал пакет.
        Черт.
        - Ты себе брала такое же брауни, как у меня?  - спросил Тор.
        - Да, просто удивительно, правда? Ничего подобного я в жизни не пробовала. У голландцев и правда невероятная еда.
        У Тора упало сердце.
        Дьявол, проклятье, дерьмо.
        Ева только что у него на глазах съела пирожное с марихуаной.

        Глава 12

        Тор поискал глазами ту кофейную лавку. Разумеется, в витрине красовалась бело-зеленая карточка, сообщавшая о лицензии, дававшей право на продажу марихуаны во всех формах.
        Что ты будешь делать, он же глаз с нее не спускал, а стоило только на две минуты отвернуться, и она умудрилась тут же купить и съесть брауни с наркотиком. Это все его вина, его ошибка, он был так поглощен мыслями об их идиотском разговоре, что даже не заметил, куда она отправилась.
        Так, нужно подумать, как свести последствия к минимуму. Ей нельзя ничего говорить, чтобы не напугать. Человека, находящегося под воздействием наркотиков, лучше не пугать и не тревожить, чтобы не сделать хуже. Необходимо просто скорее отвести ее в гостиницу, там она будет в безопасности. Хорошо еще, что марихуана - один из самых мягких препаратов. Начнет безудержно смеяться, глупо вести себя, потом обмякнет и захочет спать, а после всего ее почти наверняка будет мучить голод. Жизнь ее не в опасности. Подумай Тор хоть на секунду, что Ева приняла что-то потяжелее, он уже тащил бы ее в больницу. Ну а сейчас ей просто надо как следует выспаться.
        - Ну что, завтра рано вставать, не пора ли нам в гостиницу?  - предложил Тор.
        - Да нет, еще совсем рано,  - заупрямилась Ева.
        - Знаю, но у меня дико разболелась спина, да и голова тоже,  - соврал Тор.
        - Ох, бедный, тогда ты иди ложись. А я погуляю, а когда приду, постараюсь тебя не разбудить.
        Этого он допустить не мог. Даже если бы Ева не наелась марихуаны, он ни за что не оставил бы ее одну ночью в незнакомом городе.
        - Я не должен тебя бросать. То есть я могу посмотреть сквозь пальцы и нарушить какие-то правила, но буду волноваться - вдруг ты заблудишься или упадешь головой в чан с сыром.
        Ева захихикала.
        - Хорошо, хорошо. Разве я могу тебе отказать после того, как ты нашел для меня ветряную мельницу?
        - Возьмем такси?  - Тору хотелось как можно скорее доставить ее в безопасный гостиничный номер. У них еще было примерно около часа до того, как наркотик начнет действовать, но он не хотел рисковать.
        - Согласна,  - Ева встала.
        Тор тоже поднялся, нарочито кряхтя и потирая «больную» спину.
        - О, а давай, как приедем, я сделаю тебе массаж, разотру спину. Я это умею, у меня хорошо получается.
        Ева с шаловливым видом захрустела пальцами, как будто показывая, что не собирается щадить Тора.
        Боже правый. Что хуже - вернуться и оказаться с ней наедине в номере, где ничто не отвлечет Еву от идеи делать ему массаж, или остаться на темных улицах Амстердама с девушкой, одурманенной марихуаной?
        Искушение выбрать второй вариант было очень велико.

        Поймать такси оказалось намного труднее, чем он думал, и в конце концов они отправились пешком, и все бы прекрасно, если не считать, что до отеля было около часа ходьбы. То есть, по прикидкам Тора, времени оставалось в обрез. Сейчас они были уже в двух-трех минутах, а минут пять назад Ева начала безудержно смеяться. Она истерически хохотала, увидев то человека в кломпах, то пса, поднявшего лапу у столба, а несколько раз Тор так и не смог понять, что ее так развеселило.
        Тор остолбенел, когда Ева внезапно перебежала на другую сторону улицы и вошла в магазин готового платья. Не вовремя это, нахмурился он, отклоняться от маршрута им явно ни к чему. Вбежав в магазин следом, Тор увидел Еву у кассы, где она уже платила за что-то красное и с блестками. Ого, шустрая девчонка.
        Она обернулась и протянула к нему руки со своим приобретением. Лицо у нее светилось от радости.
        - Я купила нам по берету,  - торжественно возвестила Ева, потрясая в воздухе упомянутыми беретами, как ценным призом.  - В Амстердаме всем нужно носить береты.
        Тор склонил голову набок.
        - Мне казалось, это скорее характерно для Франции.
        Нетерпеливо дернув плечом, она нахлобучила себе на голову один берет под фантастическим углом. Тор подавил улыбку, вид у нее был уморительный. Ева потянулась, прижавшись к нему всем телом, чтобы надеть и ему головной убор. Он не сопротивлялся. Если они оба выйдут на улицу в таком виде, Ева все же будет выглядеть не так глупо.
        А она отступила, чтобы полюбоваться своей работой, и залилась хохотом.
        - Ты выглядишь великолепно,  - сообщила Ева сквозь смех.
        Тору казалось, что сейчас он выглядит как угодно, но только не великолепно.
        - Хорошо, а теперь пойдем,  - мягко сказал Тор. Неизвестно еще, как дальше будет проявляться влияние злосчастного брауни.
        Тор вывел Еву из магазина, и какое-то время они шли по улице молча. Взглянув на нее, он обнаружил, что девушка хмурится.
        - Как ты себя чувствуешь?
        - Что-то голова кружится.
        - Да что ты?
        - Все плывет, я как пьяная.  - Ева подняла голову, и он увидел в ее глазах испуг.
        Не замедляя шага, Тор на ходу обхватил ее рукой за плечи и привлек к себе.
        - Это не страшно, ты просто вымоталась, поездка утомительная. Со мной такое случается сплошь и рядом.
        - Это у меня от перелетов?  - доверчиво спросила Ева.
        - Вот-вот. Нужно как следует выспаться, и все будет в порядке.
        - Да, наверное,  - вздохнула Ева.  - Я и правда немного устала.
        - Еще буквально секунда, и мы дома,  - подбодрил ее Тор, заметив в двух шагах светящуюся вывеску их отеля.
        - Ага, и завалимся вместе спать,  - хихикнула Ева.
        - Спать на одной кровати, но по отдельности,  - поправил Тор.
        - Потому что тебе не хочется заниматься со мной сексом, да?  - спросила Ева.
        Черт, ну и вопросик.
        Он громко прочистил горло.
        - Думаю, нам, наверное, нужно отложить этот разговор, пока ты как следует не отдохнешь.
        - Значит, я для тебя не на высоте?  - лукаво прищурилась Ева, подходя вместе с Тором к раздвижным дверям гостиницы.
        Блин. Он так и знал, он не сомневался, что этот разговор снова всплывет, что его откровения еще выйдут ему боком. Он втолкнул Еву внутрь.
        - Слушай, я хочу извиниться.
        - За что?
        Он нажал кнопку вызова лифта.
        - За то, что разговорами о сексе смутил тебя и поставил в неловкое положение.
        - Совсем ты меня не смутил,  - заявила Ева.  - Если честно, я от них словила кайф.
        Блин.
        - Это было непрофессионально,  - буркнул Тор.
        - Со мной ты можешь говорить про секс. Мы можем даже заняться сексом, если захочешь,  - громко, на весь вестибюль сообщила ему Ева.
        Тор затравленно огляделся и увидел, что несколько человек, удивленно подняв брови, смотрят в их сторону.
        - Давай, парень, дай ей то, что она хочет!  - весело выкрикнула какая-то пожилая дама.
        Тор выдавил улыбку и когда, к его огромному облегчению, открылись двери, поскорее упаковал Еву в лифт. Двери закрылись, и они остались одни.
        Ева подняла на него немного затуманенные глаза, улыбаясь во весь рот.
        - У нас будет секс?  - спросила она с надеждой.
        Тор улыбнулся. Черт, какая она симпатичная. Он смахнул с ее щеки прядь волос.
        - Сама знаешь, мы не можем. Ты же мой клиент.
        - Вот прямо сейчас ты меня обнимаешь за плечи - это так положено со всеми клиентами?  - поинтересовалась она деловито.
        - Нет, но я думал, мы подружились.  - Тор старался говорить как можно мягче. Он не хотел противоречить ей, особенно пока она в таком состоянии.  - А друзья иногда обнимаются.
        Она заулыбалась еще шире.
        - Да, друзья обнимаются. А сексом они не могут заняться?
        - Нет, только обнимаются и спят рядом в одной кровати.
        Ева устало закрыла глаза и прислонилась к нему головой.
        - Это мне нравится.
        Дверь лифта открылась, и на выходе Ева оступилась и чуть не упала. Он поймал ее, подхватил на руки и понес по коридору. Она сонно обняла его обеими руками за шею и ткнулась в него носом.
        - У меня просто глаза слипаются.
        - Потерпи, сейчас мы тебя уложим.
        У двери в их номер Тор прислонил Еву к стенке, а сам стал искать в кармане ключ. Пока он возился, открывая дверь, Ева начала тихо сползать на пол, но он успел поймать ее, занес в комнату и положил на кровать. Снял с девушки обувь и носки, а одежду решил не трогать.
        Взяв шорты, Тор отправился в ванную переодеваться. Он чистил зубы, когда дверь открылась и вошла Ева в пижаме. И сна ни в одном глазу.
        Под удивленным взглядом Тора она, пританцовывая, впорхнула в ванную, явно не отдавая себе отчета, что делает что-то не так. Встав рядом у раковины, она схватила свою зубную щетку и тоже принялась чистить зубы. Выглядели они сейчас - ни дать ни взять супружеская пара.
        - Ручаюсь, такого у тебя с клиентами никогда еще не было,  - Ева помахала щеткой в воздухе.
        - Нет, чистить зубы рядом с клиентами мне не доводилось,  - признал Тор.
        Она прополоскала рот.
        - Ты постоянно нарушаешь правила, а?
        - Ты плохо на меня влияешь, Ева Блу.
        С довольной улыбкой она вышла из ванной, и Тор за ней следом.
        Ева улеглась, он тоже скользнул в постель со своей стороны и выключил свет. К глубокому его потрясению, Ева тут же прижалась к нему, положила голову ему на грудь и рукой обняла за талию.
        Замерев на миг, Тор собрался с духом. Он обнял Еву за плечи и прижал к себе. Нужно быть с ней предельно осторожным. Пока все проходит относительно легко. Если она заснет, то к утру действие пирожного пройдет и он вздохнет с облегчением.
        - Слушай, Ева, я никуда не денусь. Я здесь и уходить не собираюсь.
        Ева подняла голову, взглянула на него. Из окна лился лунный свет, освещая ее растерянное лицо.
        - Хорошо.
        - Ты в полной безопасности. Но если ночью вдруг тебе станет страшно или тревожно, сразу буди меня. Договорились?
        Ева кивнула и снова положила голову ему на грудь.
        - С тобой я в безопасности.
        - Да, это верно.
        - Спокойной ночи, Тор, приятных снов,  - пожелала Ева.
        Он поцеловал ее в лоб.
        - Спокойной ночи, Ева Блу.
        И, прислушиваясь к ее равномерному дыханию, тихонько вздохнул. Только друзья. Кого он обманывает?

        Глава 13

        Наутро Ева проснулась, чувствуя себя так, будто всю ночь таскала камни. Во рту было сухо, голова тяжелая, а воспоминания о прошлом вечере куда-то ускользали. Все же она заставила себя разлепить глаза и не сразу осознала, что спала, положив голову Тору на грудь, да еще и обняв его одной рукой.
        Господи, ужас какой. Что он о ней подумает?
        Вдруг она поняла, что и Тор обнимает ее, да еще как крепко.
        Скосив на него глаза, Ева обнаружила, что он не спит и смотрит в окно. Выглядел он безмятежно-спокойным, будто такая ситуация его ничуть не волновала - чего нельзя было сказать о ней.
        Ой-ой - неужели у них все было?
        Да нет, такое она не забыла бы. Но, непонятно почему, сейчас Ева совершенно не могла вспомнить, чем закончился их вечер. Как они оказались в отеле? Ничего, ни намека, ни проблеска.
        Ощупав себя под одеялом, Ева обнаружила, что она в пижаме. Вздохнула с облегчением, но ее копошение привлекло внимание Тора.
        - Доброе утро!  - приветливо поздоровался он.  - Как себя чувствуешь?
        - Усталой, голова как с похмелья, ужасно хочу есть и ничего не понимаю. Почему мы спим в обнимку, как будто ночью у нас что-то было?
        Тор фыркнул:
        - У нас ничего не было.
        Он сел, сняв руку с Евиных плеч.
        - Мы что, напились вчера?  - спросила Ева.
        - Нет, но… слушай, ты только не пугайся.
        - Что всё это значит? Когда ты вот так говоришь, конечно, я буду пугаться,  - ожидаемо занервничала Ева.
        - Не надо, причин нет. Все у тебя в порядке, ты жива, не умерла.
        - Да скажешь ты, наконец?
        Тор набрал воздуха в грудь.
        - То брауни, которое ты съела после прогулки по каналам. Это пирожное было с марихуаной.
        У Евы округлились глаза, а сердце вдруг лихорадочно забилось. Она встала с кровати и попыталась оглядеть себя, но толком не понимала, что хочет увидеть. Все части тела вроде бы были на месте и нормально функционировали.
        - Я приняла наркотик?
        - Да, но погоди пугаться. Никакой трагедии нет, это же просто немного марихуаны, от этого еще никто не умирал. Никаких отсроченных последствий тоже не будет. Сейчас мы спустимся в ресторан и плотно позавтракаем, это поможет тебе справиться с утренним состоянием. А если будешь пить побольше воды, то скоро отлично себя почувствуешь.
        - О боже.  - Ева осела на кровать и уронила голову на ладони.  - Мама меня убьет.
        Сказала - и вздрогнула от острой боли, кольнувшей ее в сердце от этих слов. Господи, она все бы отдала, чтобы позвонить сейчас маме, признаться, что нечаянно попробовала наркотик, и выслушать нравоучение о том, что ей нельзя быть такой неосторожной. Вероятно, Лорел тоже могла бы выступить в этой роли, но Ева знала - это будет совсем не то. На самом деле маму (учитывая ее собственную раскованность и свободу поведения) история с наркотиками наверняка впечатлила бы, так что после нотации она засыпала бы Еву вопросами о том, как это все было.
        Подошел Тор, погладил ее по плечу.
        - Эй, если это поможет, я могу прочитать тебе лекцию от лица мамы.
        Ева повернула к нему голову и слабо улыбнулась.
        - Ну, тогда начинай.
        Он встал и подбоченился.
        - А теперь послушайте-ка меня, юная леди. Что же это ты творишь, балуешься наркотиками в Амстердаме. И что же это твой смазливый плейбой тебя не остановил? Мне казалось, он должен был глаз с тебя не спускать!
        Ева невольно засмеялась.
        - Она бы точно это сказала, и я, кстати, тебя тоже обвиняю.
        Тор подсел к ней.
        - Я знаю. Ты права. Я вчера готов был себя убить и ужасно переживал за тебя.
        Внезапно в памяти Евы всплыло воспоминание, как Тор в постели обнимает ее за плечи и уговаривает, что он здесь, с ней, и она в безопасности. Она улыбнулась.
        - Я сделала что-нибудь ужасное?  - спросила она.
        - Нет, все было в порядке. Ты только хихикала без остановки. По дороге купила нам какие-то несуразные красные береты с блестками, а как только добрались до номера, сразу же отключилась.
        - Я не сказала чего-нибудь такого, за что мне должно быть стыдно?
        - Нет, ничего,  - успокоил Тор,  - ты вела себя примерно.
        Она облегченно вздохнула.
        - Но я ни за что не надену снова этот берет.
        Ева прыснула:
        - Почему ты вообще его согласился надеть? Ты должен был послать меня подальше.
        - О нет, я вчера вечером, наоборот, старался ни в чем тебе не перечить. Поэтому, когда ты, засыпая, прижалась ко мне, я не стал спорить.
        - Боже,  - снова огорчилась Ева.  - Мне так стыдно.
        - Перестань. Я просто хотел, чтобы ты чувствовала себя в безопасности. Да и вообще, я сказал тебе, что мы друзья, а друзья иногда обнимаются, а ты поняла меня буквально.
        Этот разговор Ева смутно помнила. Это было в лифте. Но они говорили не только о дружбе, а о чем-то еще, чего она не могла сейчас восстановить в памяти. Вздохнув, она тряхнула головой:
        - У меня в голове не укладывается, что я пробовала наркотик. Я всегда была такой тихоней в студенческие годы. Это что же получается, я теперь крутая?
        - Ты и без этого крутая. И в доказательство у тебя есть берет,  - Тор кивнул на красную блестящую тряпицу на стуле.
        - Я буду носить его с гордостью,  - расхохоталась Ева.

        После душа Еве заметно полегчало.
        Вернувшись в комнату, она обнаружила, что Тор уже одет и ждет ее, чтобы идти на завтрак. На голове у него красовался странный красный берет.
        Смеясь, Ева сорвала берет с его головы и швырнула на стул.
        Благодаря Тору она чувствовала себя намного лучше. Если уж экспериментировать с травкой, никого другого в компанию не надо, только его. Он был так терпелив и мил, заботился о ней и успокаивал. Да, Тор - совсем не тот самовлюбленный осел, за какого она приняла его сначала.
        Они вызвали лифт, чтобы спуститься в ресторан, а когда вошли в кабину, там уже была пожилая женщина, которая показалась Еве смутно знакомой. При виде их она почему-то оживилась.
        - Ну что, был у вас секс сегодня ночью?  - игриво спросила старушка, как только двери лифта закрылись.
        Боже милостивый, это что за вопрос?! И почему она позволяет себе так разговаривать с незнакомыми людьми?
        - Это вас совершенно не касается,  - сухо бросила Ева.
        - Нет, ничего не было,  - одновременно с ней ответил Тор.
        - А, вот почему она такая ворчливая с утра,  - сказала противная старушка.  - Она так уговаривала вас вчера вечером, а вы, видно, ей отказали.
        Пораженная ужасом, Ева уставилась на Тора:
        - Я уговаривала тебя на секс?
        - Да нет, все было не так, поверь. Ты не уговаривала, мы просто говорили о сексе.
        - И вы предложили ему себя на блюдечке с золотой каемочкой, милая,  - добавила старушка. Она явно наслаждалась ситуацией.
        Ева ее проигнорировала.
        - Ты же сказал, что я не делала ничего, за что мне должно быть стыдно.
        - А в этом и нет ничего постыдного. Тебе нездоровилось, а разговор был просто глупый.
        - И в нем я умоляла тебя о сексе, а ты меня отверг.  - У Евы горели щеки.
        На это Тору определенно было нечего ответить.
        Наконец двери лифта открылись, и Ева поспешила покинуть этот ад. Она выскочила в вестибюль, а оттуда - на улицу, под яркие лучи солнца. Ослепленная на миг, она зажмурилась, потом, поморгав, открыла глаза и огляделась. Сбоку выскочил Тор и схватил ее за руку:
        - Что тебя так огорчило?
        Ага, и правда, с чего бы ей огорчаться?
        - Я спрашивала тебя, не наделала ли глупостей, а ты мне соврал.
        - А если бы сказал и расстроил тебя утром еще больше, что бы это нам дало?
        Ева вздохнула. Она понимала, что он прав.
        - Не могу поверить, что я вешалась тебе на шею.
        - Забудь об этой ерунде. Я вот уже забыл,  - сказал Тор.
        Ева оскорбилась еще больше:
        - Ну, конечно, мне все понятно.
        Теперь нахмурился он:
        - И что тебе понятно?
        - Ну, ты отказался, это же очевидно, я для тебя не тот уровень.
        - Стоп! Ты не забыла, что была под наркотой? Это какой же скотиной надо быть, чтобы этим воспользоваться? И к тому же, как бы я сам этого ни хотел, ты - мой клиент и между нами ничего подобного быть не должно. Это непрофессионально, неэтично и, с какой стороны ни посмотри, просто неправильно.
        У Евы сердце подпрыгнуло в груди. Как бы я сам этого ни хотел.
        - И вообще - а если бы вчера ты была в здравом уме и я предложил бы тебе провести горячую ночку вдвоем, ты что, согласилась бы?
        Ева даже споткнулась, она не знала, как ответить на этот вопрос.
        - Естественно, нет,  - продолжал Тор.  - Ты же не из тех, кого устраивают мимолетные связи на одну ночь. Нет, я не вижу в них ничего плохого, у меня и самого такое случалось не раз, в мои-то годы. Просто мне показалось, что ты другая и предпочла бы серьезные отношения, а не легкомысленную интрижку.
        Вспыхнув, Ева подумала, что Тор, пожалуй, ее идеализирует. Что, если бы он поцеловал ее, а потом попросил провести с ним ночь? Ева не была уверена, что у нее хватило бы силы воли отказаться. В этом мужчине было что-то притягательное.
        - Поверь, ты мне очень нравишься. Намного больше, чем следовало бы,  - сказал Тор.
        У Евы незамедлительно пересохло в горле.
        - Правда?
        Он кивнул.
        - Ты мне тоже нравишься.
        Он посмотрел на нее и тяжело вздохнул.
        - Но если бы между нами что-то случилось, то - не говоря уже о том, что я лишился бы работы,  - это очень осложнило бы нам предстоящее путешествие. Несколько недель бок о бок. Начались бы все эти нелепые переживания, сожаления, эмоции… Один раз дадим себе волю, а потом обоим будет неловко. А я меньше всего хочу отравить тебе радость от поездки. Так что лучше нам договориться, что мы такого не допустим и останемся друзьями, согласна?
        Подумав, она кивнула:
        - Звучит очень разумно.
        Со вздохом Тор нагнулся и, закрыв глаза и положив руки Еве на плечи, на миг коснулся лбом ее лба.
        - Пойдем позавтракаем,  - предложил он.
        Ева кивнула, и они вернулись в отель.
        Тор хотел бы, чтобы между ними не было нелепых переживаний, сожалений, эмоций. Замечательно. Вот только он с этим немного опоздал.

        Парк Кёкенхоф был прекрасен. Тюльпанные поля простирались во все стороны, насколько хватало глаз. Алые, синие, желтые, багряные, оранжевые и розовые ряды - здесь были представлены даже невероятно красивые легендарные черные тюльпаны. Между посадками вились ручьи, живописные пруды отражали в своих водах калейдоскоп красок. На фигурных, с прихотливо изогнутыми очертаниями клумбах покачивались под лучами весеннего солнца семь миллионов цветков. В центре парка, медленно вращая лопастями, возвышалась ветряная мельница, увидев которую Ева улыбнулась. Конечно, мельница - это штамп, стереотипный образ Нидерландов, но здесь, среди моря тюльпанов, она была совершенно на своем месте.
        Они узнали много интересного об истории тюльпанов и осмотрели сорта, названные в честь знаменитостей и исторических личностей, и Ева заметила, что это, должно быть, очень приятно, знать, что по тебе останется такая память.
        Теперь они ждали начала цветочного парада. Этот ежегодный парад был ярким событием, привлекающим туристов со всего света. Дожидаясь появления платформ с искусно выполненными узорами и всевозможными фигурами, составленными исключительно из цветов, Ева от нетерпения не находила себе места.
        Она села на скамейку, чтобы сделать несколько набросков Амстердама, тюльпанов и мельниц. Красок у нее с собой не было, но все же хотелось запечатлеть это место во всей его причудливости. Уже не в первый раз она покрутила головой, ища Тора. Целых полчаса прошло, как он отошел, и вот до сих пор не вернулся.
        Весь день Ева и Тор держались приветливо и любезно, но в этом чувствовалась некоторая натянутость. Раньше так не было. Они оба признали, что их тянет друг к другу, но решили постараться не развивать это чувство. Ничего удивительного, что им теперь так трудно найти верный тон. Ева не представляла, как все это можно исправить.
        Поскольку Тора все еще не было видно, она решила позвонить Лорел. Правда, сегодня она отправляла тете пару сообщений, но не вдавалась в детали.
        - Привет, дорогая,  - раздался в трубке энергичный голос Лорел.  - Как дела?
        - Отлично, даже лучше, чем отлично,  - заговорила Ева с наигранным оптимизмом.  - Я в парке тюльпанов Кёкенхоф, это такая красота! Тюльпанов море, сочетания цветов просто удивительные, еще мы катались по каналам, а ночевать будем на настоящей мельнице. Я в полном восторге.
        Лорел ответила не сразу.
        - Так, что у тебя случилось?
        Ева вздохнула. Тетя видела ее насквозь.
        - У нас с Тором все как-то странно.
        - В каком смысле странно?  - спросила Лорел.
        - Он мне нравится.
        Лорел снова помолчала.
        - Очень?
        - Да. И это какая-то нелепость. Ты ведь знаешь, что я совсем не влюбчивая. Те парни, с которыми я раньше встречалась, всегда первыми обращали на меня внимание, а я - я принимала их ухаживания, и только. Если на первых свиданиях все проходило нормально, мы вроде как начинали видеться время от времени, но обычно через пару месяцев все как-то выдыхалось само собой. И ни разу не было, чтобы я запала на мужчину, чтобы он не выходил у меня из головы, и уж точно у меня никогда не возникало подобных чувств к человеку, которого я совсем мало знаю.
        - А почему, как ты думаешь?  - мягко спросила Лорел.
        - Потому что мне для счастья не нужны мужчины. Я вполне могу быть счастливой и сама по себе.
        - А не потому ли, что ты хочешь оградить себя, боясь, что отношения с мужчиной, который что-то для тебя значит, сделают тебя уязвимой?  - возразила Лорел.
        Ева вздохнула. Они уже спорили об этом раньше.
        - Ты рассказала ему о том, что чувствуешь?  - поинтересовалась Лорел.
        - Он знает.  - Ева на миг прикрыла глаза, поежившись при мысли о вчерашнем вечере.  - Я была… не совсем трезва вчера вечером и предложила ему заняться сексом.
        - Ох, Ева,  - в голосе тети не было осуждения или оценки, а только сочувствие к племяннице, попавшей в неловкую ситуацию.
        - Не сказала бы, что это не было взаимным.
        - Он тоже предложил тебе секс?
        - Нет, он отказался. Я просто говорю, что почувствовала его симпатию - и были кое-какие обнадеживающие знаки. Он тоже ко мне неравнодушен.
        - Тогда что вы медлите?
        - Тор не хочет, чтобы между нами что-то произошло, все время твердит о профессиональной этике. И еще, если бы это случилось, потом нам пришлось бы нелегко - нам еще несколько недель быть вместе в поездке. Но мне кажется, что это отговорки, а на самом деле когда-то у него был болезненный опыт и он боится вступать в отношения.
        - Как и ты.
        - Не как я, меня отношения не пугают.
        - Но ты никогда и не пыталась их начать.
        - Что мне делать, Лорел?  - спросила Ева, решив развернуть разговор в другую сторону.
        - Я не уверена, что нужно что-то делать. Если он не хочет идти дальше, а сама ты тоже не уверена, что это хорошая идея, то, по-моему, надо оставить все как есть в рамках приличий.
        - Мне так неловко.
        - Конечно, еще бы, сейчас между вами все так наэлектризовано, что искры летят во все стороны. Но, по моему опыту, такие вещи могут оставаться в рамках приличий лишь до поры до времени. Особенно учитывая, что вы с ним постоянно и очень тесно контактируете. Ночевки в одной постели тоже положения не улучшают. Рано или поздно ситуация достигнет критической точки, так или иначе.
        - И что мне делать тогда?
        Ева почти услышала, как на том конце Лорел с улыбкой качает головой:
        - Просто слушай свое сердце.
        Ева не знала, пугаться ей или радоваться.
        - А у тебя как дела? Ты еще не купила «Порше»?  - поинтересовалась Ева, чувствуя, что ей необходимо переключиться на что-то другое.
        - Купила,  - сообщила Лорел.  - Он прекрасен. Ему уже пятнадцать лет, так что вышло совсем недорого. Я теперь везде на нем езжу, даже в супермаркет. Хотя Джеймс от этого, кажется, не в восторге.
        - Нет? А почему?
        - Не знаю, в последнее время он вообще какой-то… странный.
        - В каком смысле странный?  - улыбнулась Ева, повторив слова самой Лорел.
        - Очень нервный. Позавчера мы ходили в ресторан, и он был на взводе, как-то суетился. Практически ничего не ел, раз десять сбегал в туалет. Я никогда раньше его таким не видела.
        - Может, ему нездоровилось?  - предположила Ева.
        - Не знаю. В конце концов мы поскандалили из-за пустяка, и это ужасно. Я никогда ни с кем не скандалила. У меня такое чувство, будто все у нас идет к концу.
        Лорел вдруг так сникла, что Еве захотелось немедленно лететь домой, чтобы обнять ее. После смерти Майкла Лорел твердо решила, что больше у нее никогда никого не будет. Потом встретила Джеймса и долго сопротивлялась, не позволяя себе сблизиться с ним. Наконец Ева уговорила ее дать ему шанс. Он был симпатичный и нравился Лорел, даже очень - это было видно невооруженным глазом. Будет ужасно, подумала Ева, если Джеймс оставит ее тетю сейчас, когда у них все так хорошо.
        - Вы помирились?
        - Да, он извинился за ссору, и мы разговариваем, общаемся, так что все как будто неплохо… но все равно какой-то он дерганый. Что-то не так, но я не могу догадаться, в чем дело.
        - Ой, Лорел, я даже не знаю, что сказать. А что, если тебе с ним поговорить? Спросить напрямую? Может, это никак не связано с тобой, а причина совсем в другом.
        - Может быть. Ох, заболталась я, а пора идти, мы сегодня встречаемся с Джеки - решили посидеть в кафе. Беги, наслаждайся отдыхом, а обо мне не волнуйся. Но обещай, что скоро позвонишь и расскажешь, как дела.
        - Обязательно,  - пообещала Ева.  - Я тебя люблю.
        Не успела Ева дать отбой, как увидела Тора, пробирающегося к ней сквозь толпу с бумажным пакетиком в руке.
        - Эй,  - радостно улыбнулась Ева, заставив себя отбросить тревожные мысли о том, как будут развиваться их отношения. Если надо, чтобы все вернулось к норме, значит, и ей нужно вести себя как ни в чем не бывало.  - Я уж испугалась, что ты пропустишь парад.
        - Да ни за что на свете.
        Ева с улыбкой опустила глаза. Хотя, возможно, цветы были не по его части, но за все годы, пока Тор путешествовал по миру, он так ни разу и не увидел цветочный парад - здорово, что они оба увидят его впервые.
        - Я купил подарок,  - сообщил Тор.
        - Кому?
        - Тебе,  - он протянул ей пакет из коричневой бумаги.
        - Да?  - Ева заглянула внутрь и увидела… луковицу.  - Спасибо, это очень мило.
        - Это тюльпан,  - Тор протянул ей открытку с фотографией изумительного, синего как небо тюльпана.  - А точнее, тюльпан Ева Блу.
        Ева недоуменно захлопала глазами.
        - Я назвал в твою честь тюльпан. Пятьдесят луковиц этого сорта на будущий год высадят в парке, так что ты сможешь приехать и увидеть их своими глазами. А этот ты можешь послать домой по почте, а там сама его посадишь. Я уже проверил, их можно ввозить в Великобританию.
        Ева переваривала услышанное.
        - Ты… ты назвал в честь меня тюльпан?
        - Ну, помнишь, мы говорили о том, как хорошо оставить после себя память, какое-то подтверждение твоего здесь пребывания. Я решил, что тебе бы это понравилось. И еще он красивый, вот я и…  - Тор замялся и умолк, запустив пятерню в волосы.  - Не подойти ли нам поближе, чтобы не пропустить начало парада и лучше все видеть?
        - Это… так приятно. Никогда еще никто для меня такого не делал. Спасибо тебе.
        Тор отмахнулся:
        - Пустяки.
        И зашагал к подъездной дорожке.
        Ева только вздохнула. Как, интересно, он собирается поддерживать нейтральные отношения, если совершает такие вот поступки - чудесные, но совсем не нейтральные?
        Толпа вдруг заволновалась, звучавшая вдали музыка стала приближаться. Парад начался.
        Она догнала Тора, и он, предложив ей руку, подтянул к себе - из-за угла как раз в это время выезжал на велосипедах духовой оркестр. Под общий смех и аплодисменты музыканты выписывали фигуры, разъезжаясь в разные стороны и снова съезжаясь, одновременно каким-то чудом умудряясь играть на своих инструментах. А следом за ними плавно выкатилась первая платформа, на которой вздымалась фигура тигра высотой футов в двадцать и длиной никак не меньше пятидесяти. Изготовившись к прыжку, зверь прятался в высокой траве. Он был выполнен целиком из цветов - тысяч тюльпанов. Это было просто невероятно. Далее следовала высокая разноцветная ветряная мельница, и ее крылья крутились по-настоящему. Между платформами шли музыканты, приплясывали танцоры, одетые в эффектные яркие костюмы. Мимо проплыл колоссальный фиолетовый осьминог, протянувший щупальца к толпе. Ева без устали фотографировала - чудесную ярмарочную карусель с лошадками, китов, выпрыгивающих из цветочного моря, дракона, который изрыгал настоящий огонь, воздушный шар - монгольфьер, гигантский саксофон, из которого неслась музыка, гору с заснеженной
вершиной и чайник-переросток, окруженный такими же огромными чайными чашками.
        Представление было просто феерическое, и Ева не могла поверить, что ей повезло увидеть все это своими глазами.
        Из-за угла показалась последняя платформа, при виде которой у Евы округлились глаза. Ошибки быть не могло - композиция изображала мужчину и женщину, слитых в любовном экстазе. Никаких интимных частей видно не было, пару частично скрывали сделанные из цветов покрывала - но женщина запрокинула голову, а мужчина страстно целовал ее в шею, так что не оставалось никаких сомнений в том, чем они занимаются.
        Ничего подобного Ева не ожидала.
        С нервным смешком она скосила глаза на Тора, чтобы увидеть, как он реагирует. Тор тоже смеялся. А вот голландцы вокруг них отнеслись к зрелищу спокойно, уделив ему не больше внимания, чем тому же осьминогу. Ничего не скажешь, люди здесь были намного более раскованными и раскрепощенными, чем она.
        Ева медлила снимать этот сюжет, который почему-то смущал ее, но потом решила, что это непременно понравится Лорел. Она сделала фотографию и сразу отправила Лорел и девочкам с подписью «Осматриваю достопримечательности в Амстердаме». И хихикнула, когда от Джасинды пришел ответ: «Мотаешь на ус?»
        Сунув мобильник в карман, она проводила эротическую платформу глазами. Та скрылась, и толпа начала рассасываться.
        Тор смущенно откашлялся.
        На Еву напал нервный смех. Она будто посмотрела вместе с Тором порнофильм - и у него явно были такие же ощущения.
        - Ну, на этой радостной ноте не отправиться ли нам на ночевку на мельнице?  - спросил он.
        Ева кивнула. Сейчас, после такой неожиданной клубнички в финале, она порадовалась, что на мельнице их ждут раздельные спальни, иначе неловкость усугубилась бы до предела.

        Глава 14

        Зансе-Сханс оказался похож на целую маленькую деревушку мельниц. Когда Ева и Тор прибыли туда, солнце уже клонилось к горизонту и у всех шести стоящих по берегам озера мельниц вращались крылья. Их силуэты на фоне ярко-оранжевого неба выглядели весьма величественно.
        Их мельница располагалась позади основного ряда, на берегу крохотной бухты. Крыльев у нее не было - Тор объяснил, что их внутренний механизм пришлось снять, когда устанавливали стеклянную крышу над верхней спальней. Несмотря на это, постройка выглядела ничуть не менее привлекательно.
        Входная дверь была встроена в небольшой холм, на вершине которого высилась мельница, отчего Еве показалось, что они входят в жилище хоббитов. На первом этаже располагалась большая круглая кухня с длинным обеденным столом посередине. Выше обнаружилась гостиная - вдоль стен по всему периметру круглой комнаты были расставлены диваны. Две круглые спальни занимали следующие два этажа, и на каждом из них была своя ванная с туалетом. Тор выбрал себе комнату с кроватью под балдахином и настоял, чтобы верхний этаж достался Еве. Верхняя спальня была более тесной, зато сквозь ее стеклянный потолок можно было хоть всю ночь напролет любоваться звездами.
        После прогулки на закате вокруг озера и отличного ужина, приготовленного Тором, они сидели некоторое время в уютной тишине - Тор читал, а Ева работала. В этой поездке она была прямо-таки охвачена вдохновением и старалась запечатлеть наиболее яркие моменты для использования в будущих своих проектах. Потом Тор помог ей поднять чемодан, и Ева осталась одна под мерцающими звездами. Несколько минут она лежала, любуясь видом, и тут, к ее удивлению, Тор присоединился к ней. И вот уже оба они лежали в темноте, глядя на раскинувшийся над ними мерцающий бархатный полог. Тор явно не собирался уходить, и Ева не стала ему ничего говорить.
        - Итак, значит, завтра у нас на очереди Леголенд, Дания. Почему, интересно, твоя мама решила побывать там?  - спросил Тор.
        - Она обожала лего, даже когда уже родилась я. У меня было множество наборов, и она часами развлекала меня, строя дворцы и целые города. Мне кажется, она любила его больше, чем я. У мамы была артистическая натура, и лего, я думаю, давало ей свободу творчества - ведь из конструктора можно было создавать что угодно, а потом разрушать и делать все заново. Она часто рассказывала мне, как любила лего, когда сама была маленькой. Леголенд в Дании был, кажется, первым, и построен он прямо рядом с фабрикой, где производят конструктор. Вот ей, наверное, и хотелось увидеть, где все это началось.
        Тор улыбнулся в темноте.
        - А завтра вечером мы будем в Скейне. Почему мы едем туда?
        Ева обратила внимание на то, как он произнес название датского городка - именно так, как Лорел. Поэтому, начав говорить, девушка тоже постаралась как можно точнее воспроизвести эти звуки.
        - На листке было просто написано - вернуться в Скейн. Я спросила об этом свою тетю Лорел. Она говорит, что в семнадцать лет мама участвовала в гастролях. Это было турне, они несколько недель ездили по Европе с мюзиклом. Наверное, с тех пор у нее и возникла эта тяга к путешествиям. Одним из мест, где они выступали, был Скейн.
        - Меня это удивляет. Городок-то крошечный. Уж точно не культурная столица,  - отозвался Тор.
        - Ну, театр-то там есть.
        - Есть, хотя и маленький.
        - Видно, их труппа давала там представления. И, насколько я понимаю, в Скейне она познакомилась с молодым человеком и он был у нее первым.
        Тор усмехнулся и хмыкнул:
        - В Скейне твоя мама лишилась девственности. Великолепно.
        - Мне кажется, что ее желание вернуться - это на самом деле мечта снова с ним увидеться. Когда она составляла этот список, ей было восемнадцать, меньше года прошло после их встречи и расставания. К сожалению, имени этого человека я не знаю и не смогу с ним встретиться. Но рада буду съездить и осмотреть это место. Судя по словам Лорел, мама влюбилась и в сам город тоже… хотя я уверена, все дело в том парне.
        - Это очень красивый городок,  - заметил Тор.
        - Ты так хорошо его знаешь?
        - Вообще-то, я там родился и вырос. Каждый день проводил на побережье. А мои родители и сейчас там живут.
        - Да что ты? Как здорово, вот это да! Слушай, ты должен навестить их, когда мы там будем,  - Ева пришла в восторг. Интересно будет посмотреть места, где рос Тор.
        - Да, я сам собирался с тобой об этом поговорить, раз уж у нас там ночевка. В эти выходные у отца день рождения, было бы классно с ними повидаться.
        - Конечно, обязательно. Я прекрасно проведу время в гостинице. Тем более мне нужно сделать кое-какую работу.
        Тор слегка нахмурился:
        - Нет, ты меня неправильно поняла. Я думал, может быть, ты захочешь пойти со мной.
        Сердце в ее груди пропустило удар. Но Ева велела себе не глупить. Если даже он хочет пригласить ее к своим родителям, это ничего не значит.
        - Ты хочешь познакомить меня со своими родителями?
        Он кивнул.
        - И не хочешь отдохнуть от меня одну ночь?
        Тор казался озадаченным.
        - Почему я должен этого хотеть?
        - Ну, целыми днями со мной возиться - так себе удовольствие.
        - Эта поездка…  - Тор потер лоб, подыскивая нужные слова.  - Я получаю с тобой больше удовольствия, чем во всех предыдущих, когда я сопровождал других туристов. Разве можно бросить тебя одну в гостинице, а самому наслаждаться маминой домашней едой? Это было бы вопиющей несправедливостью. Вот увидишь, мама тебе понравится. А она сумеет сделать так, что ты и не почувствуешь себя в гостях. И вот еще что, кстати: мой дедушка работал в городском театре, так что у мамы осталась куча фотографий всех спектаклей и представлений, которые там шли. Может быть, нам даже удастся найти мюзикл с твоей мамой. Ты должна пойти со мной, хотя бы ради этого.
        Этот довод почти убедил Еву.
        - Но мне не хотелось бы мешать вашей встрече и нарушать семейный вечер. Не думаю, что ты часто бываешь у родителей, а значит, надо уделить им время и внимание. И ты не должен чувствовать себя обязанным развлекать меня.
        - Да не чувствую я себя обязанным. Я на самом деле хочу, чтобы ты там побывала.
        На это она смогла только улыбнуться:
        - Ну ладно. Я согласна.
        - Хорошо.
        - Только расскажи мне о своих родителях.
        - Папа англичанин. Он приехал в Скейн по работе, встретил маму, влюбился. Да так и остался там навсегда. Они до сих пор любят друг друга, это очень трогательно.
        Ева снова улыбнулась:
        - Трудно им было справиться с языковым барьером?
        - Нет, большинство датчан бегло говорят по-английски. Мы смотрим английские телеканалы, слушаем песни, читаем книги на английском.
        - Они смотрят английское телевидение?  - Ева поежилась при мысли о том, что датчане смотрят какое-нибудь кошмарное мыло вроде «Жителей Ист-Энда» и по нему судят о жителях ее страны.  - А что именно смотрят?
        - Вот прямо сейчас «Убийства в Мидсомере»[6 - По российскому телевидению этот сериал идет под названием «Чисто английские убийства».] - полный успех, популярность, наверное, выше, чем в Великобритании. Мор - я имею в виду мою маму - постоянно меня расспрашивает о тех местах, где это снималось, о деревнях. А как-то мне удалось раздобыть автограф Барнаби, так он висит у нее на стене в золотой рамке. Настолько ей это все нравится.
        Еве была приятна мысль, что датчане получают представление об Англии по этому сериалу с его милыми маленькими деревушками и соломенными коттеджами, тайнами, обманами, любовными интрижками и, конечно же, бесчисленными убийствами. Ей трудно было представить, чтобы телевизионные каналы в Англии вдруг стали показывать датскую передачу с английскими субтитрами - а ведь зря не показывают, подумала Ева.
        - Уж если я собираюсь встретиться с твоими родителями, то должна выучить хотя бы несколько слов по-датски.
        - Не нужно. Мор прекрасно говорит по-английски.
        - Мор - это «мама» по-датски?
        - Да.
        - А как по-датски «папа»?
        - Фар, но я никогда так его не называл. Папа - просто папа. Я действительно начал говорить по-английски раньше, чем выучил датский. Потому что родители все время разговаривали на английском. Папа бегло говорит по-датски, так что у нас в доме болтают на адской смеси двух языков. Частенько бывает, что начинаем фразу на одном языке, а договариваем на другом.
        - Ой, у меня подруга с Гибралтара так делает. Я часто слышу по телефону, как она разговаривает с родителями, перескакивая с английского на испанский.
        - Вот-вот, у нас то же самое. Пернилла, сестрица моя, тоже живет в Англии, и с ней у нас за много лет тоже выработался свой стиль общения, оба языка понемногу. Но тебе не стоит беспокоиться насчет знания датского. Моя матушка точно от тебя ничего такого не ожидает.
        Обдумав это, Ева решила все же попытаться выучить несколько слов с помощью интернета.
        Перекатившись на спину, Тор продолжал смотреть на звезды. Спустя некоторое время Ева увидела на его лице улыбку.
        - Ты очень понравишься моей мор, вот увидишь.
        Ева с благодарной улыбкой тоже откинулась на спину и, глядя на звезды, пошарила рукой, чтобы найти его пальцы.
        - Мне не терпится с ними познакомиться.
        Она встретится с его родителями. Ничего особенного в этом нет, конечно же, совсем ничего. Так почему же тогда у нее так бьется сердце?
        С минуту они лежали молча, любуясь звездами в ночном небе и касаясь друг друга руками. Ева не отнимала руку, и Тор не шевелился. Но вот он положил два пальца поверх ее кисти, так что теперь они уже почти держались за руки.
        И, будем честны, у Евы не находилось против этого ни единого возражения.
        Вслух она ничего не сказала, да и зачем. Пока довольно было и этого.

        Тор проводил глазами упавшую звезду, за которой протянулся еле заметный золотой шлейф, и улыбнулся. Повернув голову, он хотел спросить, видела ли это Ева, но заметил, что девушка уснула.
        Он все еще держал ее за руку и не мог бы объяснить даже самому себе, зачем делает это. И зачем он тащит Еву к себе знакомить с родителями. Что он вообще творит?!
        За годы работы сопровождающим он возил по миру многих туристов и за все это время ни разу не отпрашивался на вечер, чтобы навестить родителей, как бы близко от них ни находился. Хотя, надо признать, он никогда еще и не оказывался настолько близко. Но оставлять клиента одного было против правил. Сопровождая людей, он должен находиться рядом практически постоянно, двадцать четыре часа в сутки. Никаких отлучек, никакого свободного времени на собственные дела. А если бы он и останавливался раньше в Скейне, ему и в голову не пришло бы потащить кого-то из клиентов в дом родителей, знакомить их.
        Но сейчас все иначе: с Евой он уже начал нарушать правила. А еще - по какой-то непостижимой причине, назвать которую Тор затруднился бы,  - ему хотелось их познакомить. Полная нелепость. Кончится эта поездка, они с Евой разбегутся в разные стороны и, скорее всего, никогда больше не увидятся. Но где-то в глубине души Тор понимал: уйти от нее ему будет не так-то просто.
        Между ними ничего не будет, Тор это понимал. Он против серьезных отношений, а с его постоянными разъездами их некогда и заводить. Но к Еве его тянуло, хотелось быть с ней рядом, эта потребность росла, клокотала в крови, и Тор не представлял, что ему с этим делать.
        Он прислушался к тихому дыханию Евы, всмотрелся в ее лицо - глаза закрыты, на губах легкая улыбка. Больше всего ему сейчас хотелось нырнуть к ней под одеяло, обнять и так пролежать с ней до утра.
        И именно потому, что ему этого хотелось, он встал, поправил Еве одеяло и оставил ее одну. Спустившись к себе, он лег и долго смотрел в свой, куда более скучный потолок.
        Сон в эту ночь бродил где-то очень далеко.

        Глава 15

        Дорогая мамочка!
        В Леголенде было очень здорово. Тор вел себя как большой ребенок, ему обязательно нужно было попасть на все аттракционы. Мы до нитки промокли на «Реке викингов» и «Каноэ», «Исследователь полюса» был замечательный, а «Дом с привидениями» вообще потрясающий. Но в полный восторг меня привели все скульптуры из лего, особенно «Миниленд», где мы видели миниатюрные лего-версии всех больших городов мира. Тебе бы наверняка здесь очень понравилось.
        Сейчас мы на такси едем брать напрокат автомобиль. Скейн расположен в трех часах езды отсюда, в самом сердце Дании. Так что мы с Тором арендуем машину и поедем к его родителям. Он не стал их об этом предупреждать, хочет устроить сюрприз. Хотя я предпочла бы, чтобы он их подготовил. Явиться в дом с совершенно незнакомым человеком - боюсь, такой сюрприз может их не обрадовать.
        Я жду не дождусь, так хочу увидеть городок, который завладел твоим сердцем.
        Мечтаю, чтобы ты была здесь, со мной.
        Люблю тебя, Ева

        P. S. Исполненные мечты:
        3. Побывать в Леголенде в Дании.
        4. Побывать в Скейне - мы еще не там, но скоро будем.
        - Дорога предстоит долгая, так что нам нужно что-то достаточно комфортабельное,  - сказал Тор, придерживая перед Евой дверь в офис фирмы по прокату автомобилей.
        Это своеобразное заведение напоминало экспозицию музея. Почти все выставленные образцы автомобилей, помогающие клиентам решить, какую машину выбрать, больше подошли бы для парада винтажной техники. Современных машин со всякими модными наворотами почти не было. Тор попробовал догадаться, что бы выбрала Ева. Понравится ей вот эта яркая, с откидным верхом или она предпочтет более практичный вариант? Он тихо хмыкнул. Разумеется, она остановится на чем-то скромном и правильном. Осматривая зал, он искал глазами что-нибудь симпатичное, и тут его взгляд упал на черный мотоцикл. «Хонда Шэдоу»! Забыв обо всем, Тор почти подбежал к мотоциклу, положил руки на руль.
        Подошла Ева.
        - Не очень-то похоже на машину для комфортной езды,  - шутливо заметила она.
        - Нет, но это просто очень классная штука. Ветер в волосах, открытая дорога впереди - что может быть лучше. Когда я был моложе, у меня был вот точно такой же байк, только ярко-красный, моя радость и гордость. Я на нем исколесил всю Данию. Он до сих пор стоит у родителей в гараже - рука не поднимается выбросить, хотя мотор давным-давно отказал. Слишком много воспоминаний с ним связано, чтобы вот так взять, да и отправить на свалку. Как же давно я не ездил на мотоцикле. Честно признаюсь, скучаю по этим ощущениям. А что, может, махнем на байке до Скейна?  - в шутку предложил Тор.
        Ева посмотрела на мотоцикл довольно испуганно, а потом подняла глаза на Тора и улыбнулась:
        - Давай.
        С его лица сползла улыбка:
        - Что?
        - Давай поедем на нем.
        - Нет, нет, нет. Не надо идти ради меня на жертвы. Я просто увлекся воспоминаниями. Не делай чего-то, за что ты меня возненавидишь.
        - Зачем мне тебя ненавидеть. Я никогда раньше не каталась на мотоцикле. По твоим словам, это очень круто. К тому же мне всегда хотелось попробовать. Давай считать это очередной моей мечтой.
        Тор улыбнулся. Девушка набирается смелости. Или, по крайней мере, хочет стать смелее.
        - Ты уверена?
        В этот момент к ним подошел продавец-консультант. Он явно слышал, что они говорят по-английски, потому что даже не попытался обратиться к ним на датском.
        - Нашли что-то, что вам по вкусу?
        Тор заметил, как Ева набрала полную грудь воздуха.
        - Можно нам взять «Шэдоу» на сутки?
        - О, это великолепная машина, отличный выбор. Но почему только на сутки? Не хотите поездить подольше?  - затараторил консультант.
        - Мы бы рады подольше, но завтра улетаем в Осло, так что он нужен нам только на день,  - объяснил Тор.  - Кстати, летим мы из Олборга - есть у вас отделение, куда мы завтра могли бы вернуть байк?
        - Да, конечно, есть, с этим никаких проблем.
        - Ой, а как же наш багаж?  - спохватилась Ева.
        - А это вообще проще простого,  - заверил консультант. Видно было, что такие ситуации для него не редкость.  - Сегодня вечером наш сотрудник как раз едет в Олборг, чтобы забрать оставленную клиентом машину. Так что вы возьмите с собой только сумку с тем, что вам может понадобиться сегодня, а ваши чемоданы оставляйте здесь: он забросит их в офис в Олборге. Завтра будете сдавать мотоцикл и заберете их.
        Довольный такой демонстрацией датской расторопности, Тор одобрительно кивнул.
        - Давайте пройдем к стойке, чтобы заполнить документы.
        Ева бросилась было за продавцом, но Тор схватил ее за руку:
        - Ты правда уверена? Я не хочу, чтобы ты перепугалась и пожалела о своем решении. Мы можем взять «Пежо» или «Форд» вместо байка.
        - Нет, я твердо решила и не передумаю.
        Девушка заглянула ему в глаза, и Тор понял по ее взгляду, что она не шутит, что она хочет сделать это для него. Господи, как же ему хотелось ее расцеловать. Взять ее лицо в ладони и поцеловать в губы, крепко-крепко.
        Боже, ну и каша у него в голове.
        Он торопливо пошел, почти побежал догонять продавца.
        Оформление бумаг не заняло много времени, и вскоре консультант вывел мотоцикл во двор, выдал ключи и два шлема, а потом даже помахал им вслед.
        Тор устроился на сиденье, наслаждаясь скрипом кожи и сопротивлением руля. Он оглянулся на Еву - она надела рюкзачок и теперь возилась с ремешками шлема. Протянув руку, он помог их закрепить.
        - Нормально себя чувствуешь?  - спросил он, ласково потрепав шлем.
        - Да, прекрасно.
        Он показал на сиденье позади себя. Ева вскарабкалась и стала отчаянно озираться, ища, за что ей держаться.
        - Можешь отвести руки назад, там за спиной есть ручка, ну, или…  - Тор замолчал, так как Ева уже обхватила его обеими руками и сжала коленями его бедра,  - или можешь держаться за меня.
        Тор запустил мотор и улыбнулся, когда Ева вцепилась в него еще крепче.
        - Эй, там, не умирай со страху. Гарантирую, что довезу тебя живой.
        - Ты грозился мне доказать, что можешь быть осторожным и благоразумным,  - Ева повысила голос, стараясь перекричать шум мотора.  - А в этом, мне кажется, нет ни благоразумия, ни осторожности.
        Мотор взревел с новой силой, и Тор ухмыльнулся:
        - Я как раз говорил, что не могу обещать ни того, ни другого. Так что на следующей неделе можешь с полным правом обменять меня на Соню. Она намного спокойнее меня.
        - Вот именно так я и сделаю,  - заявила Ева.
        Тор ногой убрал подножку и медленно выкатил мотоцикл со двора.
        На улице не было ни одной машины, так что, вырулив на дорогу, он с ревом понесся вперед. Первое время ничего не было слышно, кроме воплей Евы, и Тора это ужасно смешило. Она вцепилась в него мертвой хваткой, обхватив так, что костяшки на пальцах побелели. В небе сияло солнце, облаков словно никогда и не было, и Тор решил больше не издеваться над Евой. Времени у них предостаточно, они будут в Скейне задолго до того, как стемнеет. Он сбросил скорость, и девушка тут же перестала визжать. Через несколько минут ему даже показалось, что, успокоившись, она немного ослабила хватку. Как же было здорово снова оказаться за рулем байка, да еще и вместе с Евой, которая разделяет его радость. Кристел, та его мотоцикл люто ненавидела. Она наотрез отказывалась не только ездить с ним, но даже приближаться к этому приспособлению.
        Ева за спиной у Тора поерзала в седле, устраиваясь поудобнее, и пристроила руки ему на ремень, обхватив пальцами пряжку. Только сейчас он вдруг остро осознал, что сидят они практически в обнимку, а в том, как Ева прижалась к нему, обхватив руками и ногами, есть что-то очень интимное. Положение ее рук было просто непозволительным, хотя при этом и оставалось совершенно невинным. Внезапно трехчасовая поездка показалась Тору мучительно долгой, и под конец путешествия он был так же напряжен, как и в начале. Ему требовалась передышка, какое-то время на расстоянии от нее. Чтобы в голове все немного прояснилось. Наверное, вечером после ужина есть смысл отвезти ее назад, в гостиницу, а потом вернуться к родителям и переночевать у них. Одному. А завтра утром он первым делом должен поговорить с Трейси и настоять на немедленном решении проблемы с ночевками, раз и навсегда.
        До Скейна домчались с ветерком, потратив на дорогу чуть меньше трех часов. Выждав, пока Ева успокоится, расслабится и начнет получать удовольствие от езды, Тор стал понемногу прибавлять скорость, так что девушка сначала и не заметила. Ну а потом они летели по шоссе, и Ева за его спиной только хохотала и повизгивала от восторга.
        Тор свернул на дорожку к дому родителей и выключил мотор. В первые мгновения тишина казалась оглушающей - за три часа он настолько привык к реву мотора, что теперь с непривычки закладывало уши. Трудно было переключиться на другие звуки - мелодичное чириканье птиц и бормотание ручья, протекающего за родительским домом.
        Он ждал, что Ева разожмет руки и выпустит его из объятий, но она продолжала сидеть неподвижно.
        Тор снял шлем, повесил на руль и обернулся через плечо:
        - У тебя все нормально?
        - Да,  - Ева смущенно засмеялась.  - Просто я, кажется, застряла. Я так долго за тебя держалась, что пальцы не разгибаются.
        У нее свело руки. И неудивительно - столько времени провести в напряжении. Потом еще и мышцы будут болеть.
        Тор положил свои руки поверх и стал массировать ей пальцы, потихоньку отлепляя их от ремня. Сумев наконец высвободить руки, Ева снова рассмеялась, на этот раз с облегчением. Господи, он то и дело нарушает с ней все границы.
        Ева сползла с мотоцикла, сняла шлем и с наслаждением потянулась, обнажив узенькую полоску живота, когда футболка задралась. К смятению Тора, она поймала на себе его взгляд.
        - Я, наверное, неправильно оделась для знакомства с твоими родителями, да?
        Он оценивающе осмотрел короткие джинсовые шорты и футболку в цветочек. Выглядела она очень мило.
        - Что ты имеешь в виду? А что ты должна была надеть для такого случая, строгий костюм, что ли?
        - Я ничего такого с собой не взяла.
        - Вот и правильно. Это было бы совсем не в тему рядом с папиными пестрыми джемперами и мамиными платьями-разлетайками.
        Ева улыбалась, но Тор догадывался, что предстоящая встреча заставляет ее переживать. Тор и сам немного нервничал, но уж точно не по этому поводу. Он не сомневался, что Ева придется родителям по душе.
        Они подошли к дому, и Тор нажал звонок. Обычно он входил без стука, но ключи от родительского дома остались в прихожей его лондонской квартиры. Ева робко жалась к нему, и он сам не заметил, как взял ее за руку, успокаивая.
        За стеклянной панелью что-то задвигалось, и его мать открыла дверь. В первый момент она ошеломленно уставилась на Тора, но тут же ее лицо осветилось радостью:
        - Тор! Hvad laver du her?
        Довольный сын расплылся в улыбке, наслаждаясь произведенным эффектом.
        Не успел он сказать ни слова, как мама подскочила к нему и крепко обняла. Придерживая ее одной рукой, он стоял, впитывая ее тепло, вдыхая родной, с детства знакомый запах. Мать отступила на шаг, чтобы как следует рассмотреть сына, и только тогда заметила Еву, которую он до сих пор держал за руку. Казалось, это уже невозможно, но ее улыбка стала еще шире. Повернув голову, она крикнула в глубину дома:
        - Генри! Генри! Thor er her! Og han har en pige med!
        Тор фыркнул, радуясь, что Ева не поняла маминого восторга: сын не просто приехал, но и девушку привез знакомиться.
        - Привет, мор, я соскучился. Это Ева,  - Тор специально перешел на английский, чтобы Ева не чувствовала неловкости. Бедной девочке будет не по себе, если вся его семья примется болтать по-датски.  - Ева, знакомься, это Софи, моя мама.
        - Det Glжder dig at mшde mig,  - медленно выговорила Ева.
        Вас радовать со мной познакомиться.
        Тор вытаращил на нее глаза. И Софи тоже. Произношение заметно хромало, да и слова она перепутала, но она говорила по-датски! У Тора потеплело на душе. Датский такой трудный язык для иностранцев, в нем так много букв и разных звуков. Она, должно быть, слушала в интернете, как это произносится.
        Но Ева, оказывается, еще не закончила.
        - Du har et smukt hjem,  - продолжила она.
        У вас чудесный дом.
        О боже. Ему захотелось обнять ее. Она так старалась. Тут он перехватил взгляд Евы. Она записала слова у себя на ладони, а Тор и не заметил ничего. Буквы немного стерлись и расплылись - немудрено, руки у нее наверняка не раз вспотели за долгое путешествие сюда из аэропорта Биллунн.
        - Mit ravn er Eva,  - сказала Ева.
        Мой ворон Ева.
        Тор опустил голову, скрывая усмешку. Он взял ее за руку, и Ева вспыхнула, поняв, что ее шпаргалка обнаружена. Так и есть, первая буква N в слове navn частично стерлась, и теперь оно выглядело как ravn. Мой ворон Ева вместо мое имя Ева.
        - Я все правильно сказала?  - спросила Ева.
        Он нагнулся и поцеловал ее в лоб.
        - Это было безупречно.
        Тем временем Софи успела оправиться от знакомства с неким воображаемым вороном.
        - Ева, как же я рада с тобой познакомиться.
        Раскинув руки, она обвила их вокруг Евиной шеи. Тем временем в холл вприпрыжку вбежал отец Тора, Генри. На нем был ярко-зеленый джемпер в красный горох. Чуть не сбив Софи с ног, он набросился на Тора, обнял его, отпустил и заключил в объятия Еву, даже не дожидаясь, пока она представится.
        - Какой чудесный сюрприз, молодцы, что приехали,  - приговаривал Генри.  - Проходите, проходите.
        Он подхватил Еву и повел ее в дом, по коридору на кухню. Тору было слышно, как по дороге отец оживленно разговаривает с девушкой.
        Подошла мама и снова радостно обняла его. Так, не размыкая рук, они и вошли в дом.
        - Ева чудесная, почему ты не рассказал нам, что у тебя девушка…
        - Это не так. Мы не встречаемся. Просто друзья.
        - Ах, ну конечно,  - Софи махнула рукой, она ни на секунду ему не поверила.  - Мы с Генри тоже поначалу были просто друзьями. Думаю, это лучший вариант развития событий.
        - Да все совсем не так…  - начал Тор, но замолчал. Ему не хватило духа разочаровать мать.
        На кухне Ева уже сидела за столом с кружкой чая в одной руке и толстым ломтем орехового пирога в другой. Его папа даром времени не терял.
        - А как вы здесь оказались? Тор, почему не сообщил, что вы едете?  - попенял ему Генри.
        - Да я и сам не знал, все решилось буквально в последнюю минуту. Ева - клиент нашей компании «Мир у ваших ног». Она должна была ехать в кругосветное путешествие с моей коллегой Ребеккой. Но в ночь перед вылетом Ребекка ухитрилась сломать лодыжку, вот бедной Еве и пришлось отправляться в моем обществе.
        - Все не так ужасно,  - заметила Ева.  - У тебя есть сильные стороны.
        Тор поднял брови:
        - Это какие, например?
        Ева лукаво улыбнулась:
        - Ну, оказалось, что ты неплохо готовишь.
        - Рад это слышать.
        - И говоришь по-французски.
        - Рад, что я так тебе полезен,  - сухо прокомментировал он.
        Ева пожала плечами:
        - Я не хочу тебя нахваливать, это ни к чему. Ты ведь и сам прекрасно с этим справляешься.
        Тор сообразил, что мама и папа с интересом следят за их перепалкой.
        - Так вы, получается, совсем недавно познакомились?  - спросила Софи.
        - Да, до этого только однажды пересеклись мимоходом в офисе, причем я умудрился достать Еву и вывести ее из себя. Но по-настоящему познакомились только в понедельник, и, к счастью, мне удалось исправиться и произвести на нее более благоприятное впечатление.
        - Вы знакомы всего-навсего пять дней?  - удивилась Софи.
        Тор кивнул.
        - Но… вы так легко держитесь друг с другом, словно сто лет вместе.
        - Мы хорошо ладим,  - откликнулся Тор, думая о том, как бы замять этот разговор.
        - Чай удивительно вкусный,  - Ева тоже явно пыталась сменить тему.  - Пахнет цветами и солнцем.
        - Почему бы тебе не рассказать о листках с мечтами,  - подбросил тему Тор.
        Ева стала рассказывать о маминых мечтах и о своем решении выполнить все, что хотела сделать мама. Тор тем временем плеснул себе чаю и сел рядом.
        - Это просто чудесно,  - сказала Софи.  - Но что же привело вас в Скейн?
        Ева улыбнулась.
        - Среди прочего мама загадала и это: снова побывать здесь. Она не объяснила почему, но я подозреваю, что здесь, в Скейне, она впервые влюбилась.
        - Ах, какая захватывающая история. И вы знаете, кто это был?
        Ева отрицательно помотала головой.
        - Ей было семнадцать лет, значит, она приезжала сюда примерно двадцать девять лет назад. Ее труппа привозила мюзикл по сказке «Волшебник из страны Оз». Между прочим, мама играла главную роль.
        - О, это представление я помню так, будто оно было вчера!  - воскликнула Софи.
        - Неужели?  - Ева подалась вперед.
        - Еще бы. В тот вечер Генри сделал мне предложение. И знала бы ты, как это было! Такое не забывается.
        Ева снова заулыбалась, а Тор удобно устроился за столом, чтобы послушать эту историю в сотый раз.
        - Мы вышли из театра, и Генри предложил проводить меня до дома. Ночь была ясная, звездная, и мы наперебой расхваливали спектакль. А потом Генри потащил меня на поле, туда, где мы устраивали пикник на первом нашем свидании. Он сказал, что именно в этом месте, когда мы в первый раз поцеловались, он сразу понял, что я та самая девушка, с которой он хочет быть рядом всю жизнь. Еще он говорил, что с каждым днем любит меня все сильнее, а потом упал на одно колено и попросил стать его женой. В этот момент Генри понял, что встал коленом на коровью лепешку, но не подал виду, не хотел портить впечатление. Не важно, главное - не успела я сказать «да», откуда-то из темноты выскочил громадный бык и бросился прямо на нас. Представь, мы удираем с криками и визгом, а бык за нами. К счастью, бежал он вполсилы и не проявил к нам большого интереса. Я потеряла одну туфлю, а Генри выронил кошелек и кольцо. Я упала. На дорогу мы выбрались, с ног до головы перемазавшись навозом.
        - Я был уверен, что все испортил и теперь у меня нет ни единого шанса,  - усмехаясь, вступил Генри.  - Кому же понравится такое предложение?
        - А мне показалось, что это все совершенно уморительно,  - сказала Софи.  - Конечно, я согласилась. Но на другой день погнала его на поле искать кольцо и мою туфельку. А еще через два месяца мы поженились.
        Тор с удовольствием наблюдал, как родители обмениваются любящими взглядами. Никогда он не встречал другой такой беззаветно любящей пары, как его мама и папа. Иногда ему становилось завидно и самому хотелось такой же любви, но что-то внутри этому противилось. Он тяжело пережил свою любовную неудачу и боялся ее повторения. Почему-то при этой мысли он взглянул на Еву, которая тоже умиленно следила за Софи и Генри.
        - Замечательно,  - сказала Ева.  - Объяснения в любви и предложения часто бывают очень романтичными, и я очень люблю, когда люди делятся своими историями любви, но ваша - это что-то невероятное.
        - Да, типичной ее не назовешь,  - кивнул Тор.
        - А у твоих родителей, Ева, предложение было романтичным?  - спросила Софи.
        Тор заметил, что улыбка на лице Евы слегка потускнела.
        - Они не были женаты. Я вообще никогда не видела своего отца.
        Тор наблюдал, как родители всполошились, мгновенно переключаясь в режим сочувствия и заботы. Что-что, а это они умели.
        - Евина мама была незаурядной, фантастической женщиной,  - поскорее встрял он в разговор.  - Судя по тому, что Ева мне рассказывала, Джульетта была ей и матерью, и отцом, и лучшим другом. Мне кажется, Ева ничуть не пострадала от отсутствия в ее жизни еще одного родителя.
        Ева благодарно посмотрела на Тора.
        А его отец внезапно подскочил в кресле:
        - Так ты поэтому здесь? Тот парень, в которого твоя мама влюбилась в Скейне,  - он и есть твой отец?
        - Ой, что вы, это совершенно точно не он,  - замахала руками Ева.  - Я же появилась на свет только через два года. И мой отец американец, а не датчанин.
        Генри облегченно вздохнул:
        - Это хорошо. Потому что я, кажется, знаю, кто это был.
        Тор округлил глаза. Хотя что ж тут странного. Городок у них был маленький, и все хорошо друг друга знали. Ничего удивительного, что родители сразу поняли, о ком речь, тем более что вечер выступления Джульетты оказался таким памятным для них.
        - Знаете?  - встрепенулась Ева.
        - Думаешь, это мог быть Каспер?  - спросила у Генри Софи.
        Он кивнул:
        - Ты же помнишь, что с ним было в тот вечер?
        София мягко улыбнулась мужу и обернулась к Еве:
        - Я помню твою маму в роли Дороти, она буквально светилась и освещала всю сцену. Но мой младший двоюродный брат совершенно потерял голову. Она казалась ему настоящей богиней. В тот вечер он устроил ей настоящую овацию. Каспер вскочил раньше остальных зрителей и начал аплодировать ей стоя, ну а следом встал весь зал. Ему тогда было всего восемнадцать, дружки его совсем задразнили, но он не обращал на них внимания.
        - В тот вечер Каспер решил пойти за кулисы и познакомиться с Джульеттой,  - подхватил Генри.  - Я точно знаю, что он бегал на спектакли каждый вечер, пока не закончились гастроли. И днем их то и дело видели в городе вдвоем. Мне кажется, когда она уехала, он был убит горем.
        Ева сдвинула брови, и Тор знал почему: то, что она услышала, не совсем соответствовало другой версии событий, рассказанной Лорел.
        - Я думала, что это она полюбила его. Хотелось бы узнать, что случилось, почему они никогда больше не встретились.
        Софи развела руками:
        - Не знаю. Возможно, расстояние оказалось слишком большим?
        Тор внимательно следил за Евой.
        - Ты хотела бы встретиться с этим человеком?
        - Нет, я не думаю, что это хорошая идея. Каспер давно женат и счастлив в браке. Трое детей,  - обеспокоился Генри.
        - Я не собираюсь никому причинять беспокойство,  - сказала Ева.  - Но было бы приятно поговорить с кем-то, кто знал мою маму и помнит ее. Расспросить, какой она была тогда, в юности.
        - Рейс у нас только завтра во второй половине дня,  - заговорил Тор.  - Мы могли бы ему позвонить и договориться встретиться, если он свободен завтра утром. Например, на берегу.
        Софи кивнула мужу.
        - Хорошо, я ему позвоню. Но вообще-то это было сто лет назад, захочет ли он ворошить прошлое,  - все еще сомневался Генри.
        - Если он откажется, я пойму. Думаю, мама полюбила эти места не только из-за него. Моя тетя говорила, что и сам город ей очень нравился. Так что я очень рада, что оказалась здесь, что смогу увидеть Скейн. Да еще и познакомилась с прекрасными родителями Тора - такой замечательный бонус.
        Тор усмехнулся и покачал головой. Родители сияли и явно были совершенно очарованы девушкой. Да, он понимал, что, оставшись наедине с мамой, выслушает длинную лекцию на тему о том, что он не должен упустить свое счастье с Евой. Но в данный момент его это мало волновало.

        Глава 16

        Ева столько смеялась, что у нее болели щеки. Конечно, были извлечены на свет детские фотографии, и Еву ознакомили с историей жизни и взросления Тора во всех подробностях. Там были фотографии Тора-малыша, потом Тора постарше, играющего с сестренкой Перниллой, Тора-подростка и двадцатилетнего юноши. Оказывается, прежде чем стать ослепительным красавцем, он был смешным и довольно неуклюжим мальчишкой и подростком. На многих снимках он позировал со своей игрушечной железной дорогой, которой, видимо, страшно гордился. Но с возрастом гадкий утенок преобразился. Ева с восторгом слушала рассказы о нем и его родных и в тот вечер без преувеличения влюбилась в его родителей.
        Было выпито немало вина, и, выйдя уже затемно в сад подышать свежим воздухом, разгоряченная Ева поняла, что чуть-чуть опьянела. Она не была уверена, не перебрал ли и Тор тоже. До сих пор в поездке он не пил спиртного, даже не пригубил ни разу, очень уж серьезно относился к своим обязанностям. А здесь, с родителями, немного расслабился и на радостях мог, наверное, немного отпустить вожжи.
        Дом родителей Тора стоял на вершине холма, и сейчас, в темноте, мерцали огни городка, который раскинулся перед Евой. Она представила себе, какой великолепный вид откроется ее глазам утром - город и море. Скейн расположился на полуострове, так что море было видно почти отовсюду. Городок оказался симпатично старомодным и очень живописным, с небольшими желтыми домами под красными черепичными крышами. Еве стало понятно, почему он так понравился маме. А наутро ей предстояла встреча с Каспером, первым мужчиной, покорившим мамино сердце.
        Насколько было известно Еве, ее мама в жизни любила только двоих - Каспера и Томаса, ее отца. Но ни с одним из них у нее отношения не сложились. Конечно, в жизни Джульетты были и другие мужчины, мимолетные романы, симпатии и увлечения, но никому и никогда больше не удалось покорить ее сердце. Было в этом что-то невыразимо печальное - прожить всю жизнь, не имея рядом любимого и любящего человека.
        Видимо, Джульетта невольно передала и Еве уверенность в том, что длительные отношения - утопия. Полное отсутствие интереса ее отца к Джульетте после проведенной вместе фантастической ночи доказывало, что физическое притяжение ничего не значит. Даже ребенка оказалось недостаточно, чтобы закрепить отношения.
        У самой Евы никогда не было длительных романов, и в глубине души она знала причину: с раннего детства она не доверяла мужчинам. Мужчина всегда может подвести, разочаровать. Ее отец ярко это продемонстрировал, не появившись у нее на дне рождения, хотя она заранее отправила ему приглашение. Раньше Ева даже не сознавала, как глубоко это ее ранило. А ведь именно из-за этого, вступая в отношения, она всегда заранее была настроена на их скорое окончание. Никогда она не ждала большой любви, потому что знала наверняка: такой любви нет, ее не существует в природе.
        Мама и Каспер полюбили друг друга, проведя вместе неделю, но, когда подошло время Джульетте уезжать, ни она, ни он ничего не сделали, не попытались ничего изменить. Они просто расстались. Может быть, они не успели объясниться, может быть, каждый ждал, когда другой произнесет самые важные слова. Здесь могли быть сотни других причин и объяснений, почему у них не сложилось. Но важно другое: они не боролись друг за друга, не боролись за свое чувство - возможно, потому, что знали: оно не продлится долго.
        Любовь не была вечной - о такой Ева только читала в книгах.
        Вот и Тор - даже он оказался ярым противником постоянных отношений. Судя по их разговору о сексе, в его жизни присутствовало множество женщин, ни одна из них для него ничего не значила. Кроме Кристел.
        По большому счету, у Евы не было ни одного стоящего примера, ролевой модели вечной любви.
        Но вот Генри и Софи - кажется, им удалось сохранить чувство, они вместе уже почти тридцать лет и явно любят так же, как в первые дни. Генри - не тот человек, который мог бы оставить жену и детей.
        Эта мысль давала Еве надежду.
        Прежде она даже и не стремилась всерьез к долгим и постоянным отношениям - ей и одной было неплохо. Но знакомство с Генри и Софи показало, насколько богаче может быть жизненный путь, если рядом с тобой лучший друг.
        Кажется, настало время и Еве открыть свое сердце для подобной возможности.
        Открылась дверь черного хода, и из дома вышел Генри. Он молча протянул Еве кружку с горячим шоколадом. Благодарно улыбнувшись, девушка обхватила кружку озябшими пальцами, а Генри присел рядом с ней на скамейку.
        - У тебя все в порядке?  - спросил Генри, откидываясь на спинку скамьи.
        - Все прекрасно, просто вышла на свежий воздух,  - она посмотрела на него, на его пестрый свитер и улыбнулась.  - Я так рада, что оказалась здесь, у вас.
        - Мы тоже рады, что ты к нам приехала. Ты радуешь Тора, он при тебе улыбается все время, а мы уже давным-давно не видели его улыбки,  - заявил Генри, сразу беря быка за рога.
        - Мне кажется… мы с Тором могли бы подружиться. Надеюсь, когда наша поездка закончится, мы будем продолжать общаться.
        Насколько это реально? Ева попыталась представить себе, как это будет: Тор заглядывает к ней, чтобы вместе поужинать, они болтают и смеются за бутылкой вина. Но ей не удалось вообразить Тора в своем доме. Его жизнь так отличается от того, к чему привыкла она. Он колесит по свету, каждый день приключения. Он нырял с аквалангом и прыгал с парашютом, лазал по скалам, катался на водных лыжах и гидроцикле, побывал во всех городах мира. А она? Сидит безвылазно в своей берлоге, в компании книг и работы. Как можно это совместить? Сможет ли Тор вписаться в такой образ жизни? Скорее всего, даже и пробовать не захочет. Да, между ними возникло физическое влечение, Ева это чувствовала, но, как она знала на примере отца, это еще не означало любовь, брак и счастливую совместную жизнь. На самом деле, думала она, поездка подойдет к концу, и они разбегутся, как Джульетта и Каспер, чтобы никогда больше не увидеться.
        От этих мыслей у нее заныло сердце - даже странно, с чего бы. Она для Тора просто клиент, и ничего больше. С самого начала он расставил точки над i, разъяснив, что между ними ничего не может быть, так какого же черта она к нему все больше привязывается?
        - Он тебе нравится,  - сказал Генри. Это был не вопрос, он говорил как о чем-то очевидном.
        Ева, смутившись, замотала головой:
        - Я туристка, его клиент, не более того.
        - Раньше сын только однажды приводил сюда девушку. Кристел. М-да, та история закончилась из рук вон плохо. Так что если он привел тебя, чтобы познакомить с нами, это что-нибудь да значит.
        - Мы оказались в Скейне. Не мог же Тор не зайти повидаться с вами, раз мы так близко. А меня он просто прихватил с собой, чтобы не оставлять одну,  - возразила Ева.
        - Не только. Сразу видно, что вы понимаете друг друга с полуслова.
        - Да нет, вы ошибаетесь. Мы неплохо ладим, но при этом совершенно разные.
        - А этого я совсем не замечаю. Зато вижу, как он смотрит на тебя. Да он тебя обожает,  - заявил Генри.
        Ева только вздохнула. Да, их тянет друг к другу, но ни Тор, ни она не делают решительного шага, как будто боксеры, пританцовывающие на ринге.
        - Тор не станет рисковать своей работой.
        - Он не работой боится рискнуть, а своим сердцем. После того, что случилось у них с Кристел, он перебрался в Англию, с головой ушел в работу, мотается по всему миру, чтобы заглушить боль. Мы с матерью и не надеялись, что он когда-нибудь снова полюбит. Парень превратил свое сердце в неприступную крепость. Чтобы сокрушить ее стены, нужна какая-то особенная девушка. И у меня есть такое ощущение, что ты можешь ею стать.
        Такое оптимистичное высказывание заставило Еву грустно улыбнуться.
        - А что случилось с Кристел?
        Генри тяжко вздохнул, явно не решаясь рассказать все Еве. Повисла неловкая пауза, и Ева была уже сама не рада, что задала такой бестактный вопрос.
        - Простите, это, конечно, не мое дело.
        - Думаю, рано или поздно Тор сам тебе все расскажет, но в общих чертах описать могу. Главное то, что это не было обычным расставанием - погуляли-разбежались. Тор с Кристел познакомились совсем молодыми. Ее семья сюда переехала, когда им обоим было по девятнадцать. Сын полюбил ее с первого взгляда. Четыре года они встречались, и все шло прекрасно. Тор был уверен, что это у них навсегда. Говорил о женитьбе, детях. Но потом в город приехал Стефан, и все изменилось. Я не думаю, что у Кристел с ним что-то было, по крайней мере пока она оставалась с Тором,  - городишко у нас маленький, тут чихнуть нельзя, чтобы кто-то не заметил, но никаких сплетен насчет них я ни разу не слыхал. Зато все заметили, что Кристел влюблена в этого Стефана, просто голову потеряла. Они вместе работали, и в его присутствии она просто преображалась. Тор тоже все видел, конечно. Могу представить, как это было мучительно, наблюдать, что Кристел влюбилась в кого-то другого.
        Ева смотрела вдаль, на ночной город. Ей не довелось испытать безответной любви. Не было и такого, чтобы кто-то разлюбил ее и предпочел другую. Так что она могла только попытаться представить себе, чем все это было для Тора.
        - Она забеременела,  - продолжал Генри.
        Ева резко повернулась к нему:
        - От Стефана?
        - Нет, от Тора,  - Генри сглотнул.
        - У Тора есть ребенок?
        - Нет,  - Генри вдруг явно спохватился, что сболтнул лишнего. Вид у него был виноватый.  - Я и так уже слишком много сказал.
        Ева лихорадочно перебирала в уме возможные версии развития событий. Кристел сделала аборт, или у нее был выкидыш. Что хуже? В обоих случаях Еве было до слез жалко Тора.
        - После этого он и переехал в Лондон. Последние семь лет у него никого не было. Он твердит, что ему никто не нужен, хотя нам кажется, что он всегда будет бояться нового предательства. Но я уверен, он обязательно встретит правильную девушку, которая ему докажет, что любовь стоит риска.
        Ева грустно улыбнулась:
        - Искренне надеюсь, что когда-нибудь он ее встретит.
        Пусть даже это будет не она - Ева и правда переживала за Тора и искренне желала, чтобы кто-нибудь сделал его счастливым.
        - Что-то мне подсказывает, что он ее уже встретил. Но, думаю, ей придется побороться за свою любовь,  - сказал Генри.
        Ева опять, отвернувшись, смотрела на мерцающие городские огни. Не исключено, что Генри прав.

        Приготовив для всех горячего шоколада, Тор передал полную кружку маме и сел рядом с ней, взяв и себе порцию.
        Софи сделала глоток.
        - Ева интересная личность, правда? Я могу легко понять, почему она тебе понравилась.
        Тор только усмехнулся, услышав этот «тонкий» намек. Ну и мама, ни дать ни взять сваха. Весь вечер Софи бросала на них выразительные взоры и переглядывалась с папой каждый раз, когда Ева подтрунивала над Тором, или они с девушкой обменивались репликами, или Тор невзначай до нее дотрагивался. Зная родителей, Тор не удивился бы, узнав, что они уже договариваются с местной церковью и извлекают из шкафов свои лучшие наряды к свадьбе.
        - Мне она нравится. Даже очень. Но между нами ничего нет и не будет.
        - Почему?  - вскинулась Софи.
        - Потому что она клиент, это было бы нарушением профессиональной этики и…
        - Мы с тобой оба знаем, что все это отговорки.
        Тор вздохнул:
        - Меня не интересуют длительные отношения. Не нужны мне все эти напряги, осложнения и стрессы, с меня и одного раза хватило. Жизнью я доволен, путешествую в свое удовольствие. Работа классная, я не хочу ее потерять.
        - А зачем тебе ее терять? Женятся же военные, и жены подолгу их ждут. А как же шоферы-дальнобойщики, а те, кто работает на нефтедобывающих платформах? Да мало ли еще кому по долгу службы приходится путешествовать. Если девушка стоит того, чтобы за нее побороться, ты найдешь способ решить такие вопросы. Но дело не в этом. Ты боишься, не хочешь, чтобы тебе снова причинили боль, и это я понимаю. А ты не задумывался, что она тоже боится? Любовь внушает страх, она и прекрасная, и пугающая, и удивительная. Но хорошее в ней перевешивает, причем намного! Жизнь наполнена взлетами и падениями, но бесконечно лучше жить, когда рядом есть кто-то, с кем можно разделить и эти взлеты, и эти падения.
        Тор молча отпил из кружки и ощутил, как тепло шоколада наполняет его и греет изнутри. Впрочем, оно быстро улетучилось. Открылась задняя дверь, и в дом вошли его отец и Ева. Они что-то обсуждали и смеялись. Увидев счастливую Еву, Тор даже улыбнулся, и тепло вновь заполнило его.
        Кто его знает, может, Софи и права.
        Все разместились вокруг стола, и Софи переключила внимание на Еву.
        - Итак, каковы же ваши дальнейшие планы? Куда вы направляетесь завтра из Скейна?
        - Кажется, часа в три мы летим в Осло,  - Ева вопросительно взглянула на Тора. Он кивнул, подтверждая.  - Оттуда - прямиком на Лофотенские острова на самом севере Норвегии. Мы увидим там полуночное солнце. Ну а на следующий день поедем смотреть на китов. Это уже моя мечта.
        Глаза у Евы сияли. Боже, на эту девушку невозможно смотреть без улыбки, подумал Тор.
        - Как замечательно! Мы тоже ездили смотреть на ночное солнце на Шпицбергене много лет тому назад. Это было волшебно,  - вздохнула Софи.
        - Я жду этого с нетерпением. Не могу представить себе, как это так - светло круглые сутки. Мы будем жить в домике на берегу. В нем две спальни - по крайней мере, не придется снова ютиться в одной кровати,  - прибавила Ева.
        Черт. До сих пор он успешно избегал темы ночевок, скрыв от родителей эту незначительную деталь. Сейчас они набросятся на него, как голодные львы на добычу.
        - Вы спите в одной кровати?  - заинтересовалась Софи.
        - Ты вроде бы говорил, что у вас нет романа?  - удивился Генри.
        - Нарушение профессиональной этики, не так ли?  - прищурилась Софи, издевательски цитируя его же слова.
        - Мы делим кровать, но не спим вместе,  - поспешно вставил Тор, пока родителей не занесло слишком далеко. Он покосился на Еву - девушка хихикала, не обращая внимания на его сердито насупленные брови.  - Должна была ехать Ребекка, она почти всюду заказала им с Евой общие номера. Но вы же сами знаете, у европейцев в двухместных номерах чаще всего кровать одна. Моя начальница с этим разберется и переоформит брони. Но в некоторых отелях отменять бронь или просить другую комнату было уже слишком поздно. Особенно в таких местах, как Амстердам,  - там по случаю цветочного парада вообще все гостиницы забиты.
        - Тор - настоящий джентльмен,  - добавила Ева.
        Ему почудилось или Софи была этим разочарована?
        - Кстати, ничего, если мы здесь заночуем?  - быстро спросил Тор.  - Я многовато выпил, чтобы вести байк до отеля.
        - Конечно же, оставайтесь, а утром все вместе отправимся на пляж,  - предложила Софи.
        - Гостевая комната в порядке? Ева может лечь в моей комнате, а я в гостевой.
        У Софи вытянулось лицо:
        - Ох, нет, в ней ремонт. Отделочные работы еще не закончены. Мы вынесли оттуда всю мебель. Боюсь, твоя комната - единственная приличная. Но раз уж вам все равно приходилось спать в одной кровати, я не думаю, что это окажется для вас препятствием,  - она улыбнулась с хитрецой.
        Тор безнадежно вздохнул. Почему весь мир ополчился против него?
        - Может, я вызову такси, чтобы отвезти тебя в гостиницу?  - спросил он Еву.  - Глупо тесниться вдвоем в моей детской кровати, когда там оплачен номер.
        Теперь вытянулось лицо у Евы:
        - О, хорошо, конечно.
        - Тор! Не будь таким грубияном. Мы не вышвыриваем гостей из своего дома. Если ты так уж не хочешь ложиться рядом с Евой, можешь переночевать внизу на диване,  - вмешалась Софи.
        Несчастный диван был самым неудобным местом в мире, и спать на нем было совершенно невозможно. Он был старше Тора, но у родителей никак не доходили руки отправить эту рухлядь на свалку. Они меняли на нем обивку, прикрывали пятна и дыры ворохами старых одеял, но так и не собрались купить новый. Все знали, что он не просто старый, но и дико неудобный. И Софи, конечно же, тоже это знала и понимала, что Тор неизбежно предпочтет кровать.
        Тор испустил тяжкий вздох.
        - Ладно, все нормально, устроимся на кровати вдвоем. Раньше же получалось. А теперь предлагаю отправляться спать.
        Он допил шоколад, ополоснул под краном кружку и вышел.
        И с чего вдруг он распереживался? Это же и правда не в первый раз. Два взрослых человека спят рядом, это вообще ничего не значит.
        Но в глубине души Тор знал, что это чушь и дело обстоит совсем не так. С некоторых пор всё было уже не так невинно. Он увлекся Евой, да что там, он влюбился в нее - чуть-чуть - и ненавидел себя за это. Тору очень не нравилось терять контроль, но в данной ситуации он ничего не мог изменить.

        Глава 17

        Ева лежала на диване и глядела в потолок. Вскоре после Тора Генри и Софи тоже ушли к себе. Она сказала, что собирается немного поработать, а потом поднимется к Тору. Но сегодня он недвусмысленно показал, что ему очень не нравится затея спать в одной кровати. Он готов был даже сплавить ее в отель, лишь бы только не проводить вместе еще одну ночь. У обиженной Евы даже возникло желание сбежать, но все документы по поездке хранились у Тора, и она не знала даже названия отеля, в котором им сняли номер. Так что, поработав с полчаса, она переоделась в пижаму, нашла в тумбочке одеяло и решила устроиться на ночь на диване. Но он оказался кошмарно неровным и бугристым, а в бока ей немедленно впились пружины - лежа на нем, нечего было и надеяться заснуть.
        Решив проверить мобильник, Ева обнаружила сообщения от Джулии и Натали. С первого дня путешествия она держала подруг в курсе событий. Ева с улыбкой качала головой, видя, что ее отношения с Тором волнуют их куда больше, чем прекрасные места, в которых она побывала.
        «Ну как там у вас?»  - спрашивала Джулия.
        «Шли больше фоток!»  - настаивала Натали.
        «И лучше бы с сексапильным Тором»,  - добавляла Джулия.
        Ева улыбнулась. Просмотрев галерею в мобильнике, она отправила им несколько снимков из Леголенда - если не самим подружкам, то их детям это наверняка понравится. Потом она отобрала еще один, на котором они с Тором ели мороженое. Тор обнял ее за плечи, делая селфи. На этой фотографии он выглядел радостно и непринужденно. Боже, как трудно его понять. Это селфи Ева тоже отправила. Девочкам оно понравится, хотя совершенно не отражает их истинных отношений с Тором. Отложив телефон, Ева вздохнула.
        Ей было до боли жалко Тора из-за того, что ему пришлось пережить несколько лет назад. Она задавалась вопросом, можно ли поговорить с ним на эту тему, но опасалась, что Тору неприятно будет обсуждать это с ней. Возможно, он не хочет, чтобы Ева что-то знала о его личной жизни. Зато теперь она, по крайней мере, знает, почему Тор так боится с ней сближаться. Это была не столько профессиональная этика, за которую Тор так цеплялся, сколько необходимость защитить себя от повторной травмы.
        Ева не знала, что происходит между ними, как это назвать и стоит ли торопить события. Она понятия не имела, что чувствует к ней Тор. Было очевидно, что его тянет к ней, но было ли это вожделением, любовью или чем-то посередине, этого Ева не знала. Но ведь она и сама не могла определить, что чувствует к нему. Ей бы очень хотелось пообещать Тору, что если он впустит ее в свое сердце, то она не подведет его, как Кристел. Но может ли она всерьез и ответственно предложить ему такое? У нее самой толком не было опыта серьезных отношений. И не такой уж длинный послужной список возлюбленных.
        Вздохнув, Ева поднялась. Этот диван действительно ужасен. Она попыталась соорудить импровизированную кровать, сдвинув пару кресел. Но когда легла, оказалось, что это ложе ей слишком коротко, и пришлось задрать ноги на спинку кресла. Ненамного уютнее, чем на диване.
        Услышав шарканье тапок, она подняла голову и обнаружила, что над ней стоит Тор, обнаженный по пояс.
        - Что ты делаешь?
        - Пытаюсь устроиться.
        - Я имею в виду, почему ты здесь?  - уточнил Тор.
        - А. Ну, ты же ясно дал понять, что тебя напрягает мое соседство. Вот я и решила уступить кровать тебе.
        Тор протяжно зевнул.
        - Идем, спать пора,  - сказал он и протянул ей руку.
        Ева заколебалась, но Тор ждал - ей ничего не оставалось делать, как опереться на его руку и встать. Не сказав больше ни слова, он повел ее по лестнице на второй этаж, в свою комнату. Кровать оказалась не совсем уж по-детски узкой, но и не такой широкой, как двуспальная «королевская» в отеле. Неудивительно, что Тора смутила перспектива делить эту постель с ней, здесь им ни за что не удалось бы лежать рядом, не касаясь друг друга.
        Тор быстро лег и приподнял край одеяла, приглашая Еву присоединиться к нему. Девушка юркнула на узкую полоску свободного пространства, но тут Тор положил руку ей на плечи и притянул ближе к себе - точно так же, как в ту ночь, когда она нечаянно попробовала наркотик.
        Ева не отстранилась. Было так здорово лежать рядом, в обнимку - хотя действия Тора все же были непонятны и потому изрядно ее смущали.
        Они долго лежали в темноте: не двигаясь и не произнося ни слова, глядя то в потолок, то друг на друга.
        Осмелев от выпитого вина и поступка Тора, Ева решилась и положила руку ему на грудь, ощущая под пальцами биение сердца.
        Сразу же поверх ее пальцев легла его широкая ладонь. Ева решила было, что он хочет сбросить ее руку, но нет. Наоборот, он еще крепче прижал ее к сердцу.
        Их лица разделяли какие-то сантиметры, и Ева чувствовала дыхание Тора. Он приподнялся и быстро, ласково поцеловал Еву.
        Неожиданно для самой себя Ева потянулась к нему, но Тор уже отодвинулся, печально качая головой:
        - Черт, ты очень, очень нравишься мне, Ева Блу. И ты сама это видишь. Я понимаю, что веду себя по-дурацки и своим поведением сбиваю тебя с толку. Это нечестно по отношению к тебе. Так что, думаю, пришла пора поговорить начистоту. Вот правда: больше всего мне хотелось бы провести остаток ночи, занимаясь с тобой любовью.
        С ума сойти! При мысли об этом сердце у Евы в груди загромыхало, как молот.
        - Но я не могу себе этого позволить,  - продолжил Тор, и ее радостное изумление мгновенно испарилось, лопнуло, как мыльный пузырь.  - И дело тут не в моей службе, хотя правила у нас строгие и, если бы Трейси что-то разнюхала, меня бы точно уволили. Я не могу предложить тебе того, что ты заслуживаешь. У нас могли бы случиться несколько ночей сногсшибательного секса, но все быстро закончится, а тебя, боюсь, такое завершение больно ранит. Я боюсь влюбиться в тебя по-настоящему, не хочу этого. Я вообще не готов снова проходить через все это. Мои последние отношения меня совершенно измучили.
        Ева закусила губу, не зная, не испортит ли она все, если признается, что знает об этом. Наконец она отважилась:
        - Твой отец немного рассказал мне про Кристел - и про то, как она ушла к Стефану.
        Ребенка Ева не упомянула. Если Тор захочет, пусть расскажет ей сам.
        Он сглотнул, глядя на нее, но руки с ее плеч не убрал.
        - Я очень тебе сочувствую, ты, наверное, ужасно страдал.
        - Да уж, это точно.
        Нет, осознала Ева, Тор не собирается открываться перед ней. Что ж, оно и понятно.
        - И я прекрасно понимаю твое нежелание подставляться, чтобы снова пережить подобное. Зачем рисковать, особенно с человеком, которого почти не знаешь?
        - Это очень великодушно,  - тихо сказал Тор.
        - Да я и сама не знаю, могу ли обещать кому-нибудь вечную любовь. У меня никогда не было глубоких и долгих отношений. И я не хочу делать тебе больно.
        Он вздохнул:
        - Мы совсем запутались. Но ничего, я все исправлю.
        - Интересно как? Ты не хочешь испытывать чувства, но это еще не гарантия того, что их можно заблокировать.
        Тор не расслышал последних слов - или не захотел их услышать.
        - Завтра прямо с утра я позвоню Трейси и потребую, чтобы она разобралась наконец с отелями. Нам нужны раздельные номера до конца поездки. Подозреваю, она тянет волынку, чтобы избежать лишних расходов, но дальше так продолжаться не может.
        - Правильно. Раздельные номера. Конечно, это сразу решит все вопросы и разрядит возникшее напряжение,  - ехидно поддакнула Ева.  - Пойми, дело давно уже не в спальных местах. Мне очень хорошо с тобой, и каждый раз, как ты улыбаешься, у меня в душе все расцветает. Ты тоже это чувствуешь?
        - Да. Мне с тобой тоже очень хорошо. Даже чересчур хорошо, но что ты предлагаешь?  - спросил Тор.
        - Я не знаю.
        - Мы либо снова устанавливаем какие-то границы, как раньше, либо посылаем их к черту и просто начинаем трахаться как ненормальные в каждом отеле каждой страны, где только окажемся.
        Ева прыснула:
        - А знаешь, звучит заманчиво.
        Тор усмехнулся:
        - Да, мне самому нравится. Но мы даем торжественное обещание, что по пути ни за что не влюбимся друг в друга.
        Тор поднял руку в скаутском салюте, и Ева невольно расплылась в улыбке. А вот с лица Тора улыбка сползла.
        - Я все-таки попробую как-то исправить ситуацию,  - он погладил Еву по щеке.  - Нам будет намного проще оставаться друзьями, если мы не станем каждую ночь этим заниматься.
        - Посмотри на нас и подумай, на что ты подписываешься,  - сквозь смех сказала Ева, показывая на себя, лежащую в обнимку с Тором.  - Все окончательно запутается и станет только хуже, если каждую ночь мы будем останавливаться на этой стадии, а дальше не пойдем.
        - Я только хотел прояснить ситуацию, чтоб между нами не было недомолвок. Сегодня я тебя обидел, предложив переночевать порознь, и хочу теперь объяснить почему. Совсем даже не потому, что мне этого не хочется. Как раз наоборот, я бы этого хотел. И даже слишком.
        Ева нетерпеливо закатила глаза. А потом - пока еще можно, а уж после этого пусть всё будет серо и скучно - быстро поцеловала его в губы.
        - Трудный ты человек, Тор Андерсон, от твоих выкрутасов можно с ума сойти. Но ты тоже мне жутко нравишься, поэтому я согласна на все, лишь бы ты был доволен.
        Тор улыбнулся:
        - А если это не сработает, у нас есть запасной план.
        - О, тогда я держу кулачки, чтобы это не сработало,  - хихикнула Ева.
        Некоторое время стояла тишина. Отвернувшись, он любовался огнями города за окном. Постепенно у него начали слипаться глаза - но он продолжал обнимать Еву и, кажется, даже не думал отпускать ее.
        - Мы так и проведем всю ночь после твоей вдохновенной речи о том, что все надо изменить?  - саркастически осведомилась Ева.
        Не открывая глаз, Тор улыбнулся уголком рта.
        - Что случилось в Вегасе, остается в Вегасе.
        - Мы в Дании.
        Он пожал плечами:
        - Без разницы.
        - Ты что, пьян?
        Он молча поднял вверх большой палец.
        Ева фыркнула.
        - Утром пожалеешь!
        Тор улыбался все шире, а потом сгреб ее в охапку и прижал к себе. Еве ничего не оставалось делать, как тоже придвинуться к нему ближе.

        Глава 18

        Наутро Ева почувствовала, как Тор тихонько выскользнул из кровати. Она не стала его окликать, понимая: ему будет неловко за вчерашнее. Ночью они целовались, и Тор признался, что хотел бы заняться с ней сексом. Не слишком профессиональное поведение, а ведь профессионализм и этика так важны для него. Интересно, думала Ева, вернутся они к этому разговору или сделают вид, будто ничего не произошло.
        Ева села в кровати и подтянула колени к груди. Надо бы позвонить Лорел, подумала она. Накануне она отправила тете фотографии мельницы, на которой они останавливались, Леголенда и мотоцикла, но ничего не писала. Со времени их последнего разговора так много всего произошло, но, с другой стороны, в их отношениях с Тором никакого прогресса. А раз нет реальных новостей - можно повременить со звонком. Поэтому Ева умылась, оделась и спустилась, чтобы позавтракать.
        На кухне обнаружился Тор. Тихо что-то напевая, он готовил завтрак.
        - Привет,  - негромко поздоровалась Ева.
        Тор обернулся к ней, улыбаясь во весь рот:
        - Доброе утро. Болтунья с беконом пойдет?
        - Конечно.
        Он снова развернулся к плите. И ни следа неловкости, которой ждала Ева. Ну хорошо, что хотя бы он ее не испытывает.
        - Помощь не требуется?
        - Можешь пока заняться чаем и кофе,  - Тор сказал так просто и буднично, словно такое, практически семейное утро было в порядке вещей.
        Ева так и сделала. Тору она приготовила черный кофе и бросила в чашку два кусочка сахара, как он любил. Он разложил еду по тарелкам, перенес на стол и сел. Ева устроилась напротив.
        Отщипнув кусочек тоста, Тор принялся жевать, уставившись на нее.
        - Слушай, ночью…  - начал он.
        - Не нужно извиняться.
        Тор нахмурился:
        - Я не думал извиняться.
        - Да? А что же ты сейчас делаешь?
        - Я выпил несколько бокалов вина и…
        - Все в порядке. Нам не о чем жалеть. Помнишь - что было в Вегасе…  - перебила Ева, желая снять с него груз.
        - Да перестанешь ты перебивать?  - засмеялся Тор.  - Я выпил несколько бокалов, но хочу, чтобы ты знала: я готов подписаться под каждым своим словом.
        На сей раз Ева не нашлась, что сказать.
        - И я не жалею ни о чем, вообще ни о чем.
        - Ой.
        - Кроме одного - что мы сразу не перешли к плану В, вот об этом я очень жалею,  - подмигнул ей Тор.  - Но все-таки сегодня я, как и говорил, постараюсь уладить наши проблемы. И еще - буду стараться меньше тебе улыбаться.
        Ну надо же, он все помнил.
        На кухню влетела Софи, очень эффектная в длинном развевающемся летнем платье и широкополой пляжной шляпе.
        Тор не сразу переключил внимание на мать, какое-то время он продолжал смотреть на Еву.
        - Привет, мор. Вы с папой завтракали? Я знаю, что вы ранние пташки, вот и решил не ждать вас, а кое-что приготовить себе и Еве. Но если вы голодные, я что-нибудь быстренько сварганю.
        - Мы поели, спасибо.  - Софи нежно поцеловала сына в лоб, а потом, подойдя к столу, и Еву.  -  Как спалось, все хорошо?
        Ева зарделась, вспомнив, как они замечательно провели эту ночь.
        - Да, спасибо.
        - Когда посреди ночи я проснулся, то увидел, как Ева во сне улыбается. Так что думаю, ей прекрасно спалось,  - и Тор снова поглядел на девушку.
        Ох, что он за самоуверенный тип, зазнайка несчастный! И за это она любила его еще чуточку больше.
        - Мне было очень удобно,  - сообщила Ева, не отрывая от него глаз.
        - Хммм, и мне тоже.
        Покосившись на Софи, Ева обнаружила, что та любуется ими, умиленно покачивая головой. По ее виду было ясно: женщина понимает, что происходит между «детьми», а точнее, уверена, что понимает. В мыслях Софи план В уже явно был разыгран. Где ей было догадаться, в какой странной промежуточной фазе они зависли на самом деле.
        Ева сочла за лучшее заняться поеданием яичницы и тостов, а Софи решила налить себе кофе. Тор продолжал рассматривать Еву, широко улыбаясь.
        - Меньше улыбаться, ты забыл?  - напомнила Ева.
        - Ничего не могу с собой поделать.
        Вошел Генри - сегодня на нем были шорты и кричаще-яркая футболка, а под сандалии он надел длинные носки. Увидев его, Ева не смогла сдержать улыбку.
        - А я ведь отыскал тот альбом с фотографиями всех старых театральных постановок. Отец Софи долгое время работал в театре и снимал все представления и спектакли. Я только что его просмотрел - хотел убедиться, что там есть кадры «Волшебника из страны Оз». И они там есть!  - провозгласил Генри.
        Он положил альбом на стол перед Евой и открыл его на странице, заложенной театральной программкой того самого спектакля. На странице красовалась фотография ее мамы в костюме Дороти. От такого нежданного утреннего сюрприза сердце у Евы чуть не выскочило из груди.
        Девушка не могла оторвать глаз от фотографии. Она явно была сделана во время репетиции или после спектакля, потому что мама хохотала, очевидно, над чьей-то шуткой. Держа в руке рубиновые туфельки, она стояла на сцене босая и задорно смеялась, запрокинув голову. Какая же она здесь юная, беззаботная.
        Тор тоже подошел взглянуть на снимки.
        - Господи, да она настоящая красавица,  - тихо ахнул он.
        Ева расцвела от гордости за маму. Джульетта была настоящей звездой и излучала сияние, даже когда не находилась на сцене. Она была рождена для славы, для огней рампы, но этому не суждено было сбыться.
        Следующая фотография была снята уже на спектакле. Мама пела, держась за руки с Железным Дровосеком и Львом. В альбоме имелись и другие снимки - Злой Волшебницы, Волшебника, рубиновых туфелек, человечков-жевунов, но мамы на них не было.
        - Как бы я хотела хоть одним глазком увидеть мамино выступление. У нее был удивительный голос, и она всегда рассказывала мне, как мечтала о сцене. Она, конечно, пела, этим зарабатывала на жизнь - но ничего подобного этим гастролям больше не случилось. Это было счастливейшее время в ее жизни,  - сказала Ева.
        - А я уверена, что это не так,  - возразила Софи.  - Могу поспорить, что счастливее всего она была с тобой.
        Да, правда, мама ее обожала, но какой была бы жизнь Джульетты, если бы Ева вдруг не появилась?
        - Если хочешь, можешь взять эти фотографии,  - предложил Генри.  - У нас они просто пылятся в старом альбоме. Ты должна отвезти их домой.
        - Спасибо вам.  - Ева вынула снимки из пластиковых кармашков и положила на стол. У нее было не так уж много фотографий мамы в ее юные годы. Дома она обязательно увеличит их и повесит на стену в рамках.
        - Нам пора выходить,  - негромко сказал Генри.  - Скоро уже Каспер будет ждать нас на пляже.
        Кивнув, Ева отправилась собираться. Она зашла в столовую, где вчера бросила сумку с вещами. Тор - он шел за ней по пятам - закрыл за собой дверь.
        - Как ты?
        - Все в порядке.
        Кажется, Тор Еве не поверил, потому что шагнул ближе и крепко ее обнял. Руки у него были большие, плечи широкие, и Еве стало очень уютно. Постояв секунду, она положила голову ему на грудь, а руками обхватила за пояс. Она улыбалась, каждой клеточкой ощущая его надежное тепло. Оба молчали.
        Боже, разве можно не влюбиться в этого человека. Тор слегка отстранился и легко, нежно поцеловал ее в уголок рта. Если это и была обещанная попытка исправить ситуацию, то она плохо ему удалась. Напряжение между ними росло, оно искрило, как петарда, готовая вот-вот взорваться. И что-то подсказывало Еве, что это будет взрыв невероятной силы.

        Пляж Скейна был одним из самых красивых, какие когда-либо доводилось видеть Еве, с белыми песками и великолепными дюнами, тянувшимися на многие мили. Море было таким синим и кристально чистым, что казалось, будто они в каком-то тропическом раю, а не на самом северном полуострове Дании. Точнее, так могло бы показаться, будь погода немного теплее. Несмотря на яркий солнечный день, с моря дул уж очень свежий ветерок.
        На пляже было многолюдно, вдоль береговой линии выстроилась буквально очередь из туристов, желающих запечатлеть себя на самой оконечности мыса Гренен, торчащей в море песчаной косы. В этом месте встречались два моря, и Ева своими глазами увидела в воде четкую линию, которая вспенивалась и пузырилась там, где две водные массы соединялись. Увидела она и дельфинов и тюленей, играющих в волнах.
        Софи помахала кому-то, и Ева увидела, как высокий мужчина с темными вьющимися волосами машет издалека в ответ.
        Он бодрой походкой направился к ним. Хотя на лице его и сияла широкая улыбка, глаза были настороженными и все время следили за Евой.
        - Каспер, рада тебя видеть,  - сказала Софи, обнимая его. Каспер поцеловал ее в щеку.  - Как Эрика?
        - Она в полном порядке. Но сегодня работает в кафе, а иначе тоже пришла бы.
        - А дети?
        Каспер улыбнулся еще шире.
        - Йоханна беременна, ждет первенца.
        - Какая новость! Поздравляю будущих деда и бабушку.
        - Да уж. И Эрика в восторге,  - кивнул Каспер, косясь на Еву.
        - Каспер, а это Ева Блу, дочь Джульетты.
        Замешкавшись на миг, он протянул ей руку для рукопожатия:
        - Рад познакомиться. Когда Софи позвонила вчера и сказала, что вы хотите встретиться, я подумал…
        - Что я ваша дочь, о которой вы столько лет ничего не знали?  - спросила Ева напрямик.
        Каспер нервно хихикнул:
        - Что-то в таком роде.
        - Вам не о чем беспокоиться. Мне двадцать семь лет. Я родилась через два с лишним года после того, как вы с мамой познакомились. И я приехала не затем, чтобы причинять кому-то неприятности. Просто хотела бы поговорить с вами о маме.
        - Я был очень огорчен, узнав о ее гибели,  - опустил голову Каспер.
        Софи и Генри с Тором немного приотстали, тактично оставив их с Каспером наедине. Каспер жестом предложил ей прогуляться, и Ева пошла рядом с ним.
        - Что бы вы хотели узнать?
        - Я почти ничего не знаю о мамином пребывании здесь. Но накануне своего восемнадцатилетия она составила список того, о чем мечтала, желаний, которые хотела бы осуществить. Один из пунктов был простой: снова побывать в Скейне. Я стала расспрашивать об этом свою тетю, мамину сестру. Она и сказала, что Джульетта вернулась из своего европейского турне в полном восторге и от самого городка под названием Скейн, и от молодого человека, которого она там встретила и полюбила. Подозреваю, вы и есть тот самый человек, с которым Джульетта мечтала увидеться, окажись она снова здесь?
        Мужчина кивнул:
        - Это было что-то невероятное, любовь с первого взгляда, с самой первой секунды, как мы встретились. Я был на премьере, увидел ее - и она меня просто ослепила. И голос - какой невероятный у нее был голос. Сразу после спектакля я побежал за кулисы, и мы как-то сразу понравились друг другу. Всю ночь бродили здесь, по берегу моря, и говорили, говорили. Любовались, как солнце встает над морем. Я уже тогда подумал, что хочу жениться на этой девушке. Потом всю гастрольную неделю мы проводили вместе каждую свободную минутку, а последнюю ночь перед отъездом тоже провели здесь и занимались любовью в дюнах, под звездами.
        Ева нахмурилась:
        - Так что же случилось потом?
        Каспер вздохнул.
        - Труппа продолжала гастроли. Они возили «Волшебника из страны Оз» в Швецию, Финляндию и Норвегию, а потом Джульетта вернулась в Англию.
        - Я имею в виду, что случилось между вами? Вы были в нее так влюблены, и она, мне кажется, чувствовала то же. И что же - просто спокойно разошлись в разные стороны?
        - Это было в 1990 году - у нас не было мобильных телефонов, электронной почты и Фейсбука. Она оставила мне свой адрес, мы договорились, что будем писать друг другу. Я написал ей множество писем, но все они вернулись нераспечатанными. От нее тоже пришло несколько писем, очень странных. В них она спрашивала, почему я ей не пишу. В конце концов я собрался и поехал в Англию, чтобы с ней встретиться.
        - Правда?  - Ева была удивлена. Лорел не упоминала об этом в своем рассказе.
        - Я добрался до ее дома, но в дверях меня встретил ее отец. Он говорил со мной без обиняков и пообещал, что переломает мне ноги, если я не исчезну. Только он выразился куда жестче. Еще потребовал, чтобы я перестал заваливать их письмами, сказал, что лично проследит, чтобы Джульетта не получила ни одного из них. Я растерялся, не знал, как быть. Несколько дней бродил по улицам вокруг ее дома, но так ее и не увидел ни разу. И с разбитым сердцем уехал домой.
        - Господи,  - прошептала Ева. Ее мама так никогда и не узнала, что Каспер боролся за нее. Джульетта была уверена, что ее возлюбленный забыл и ее, и ту чудесную неделю. Но он, оказывается, ничего не забыл. Он помнил ее до сих пор.
        - Теперь, вспоминая, я думаю, что должен был бы сделать что-то еще. Но не смог. Вернувшись домой, я, как и другие мои сверстники, почти сразу ушел в армию. Это было неплохим способом забыть девушку, которую я так любил. А когда вернулся спустя несколько лет, познакомился с Эрикой. Мы полюбили друг друга и с тех пор живем вместе, но маленький уголок в моем сердце всегда принадлежал твоей маме.
        Ева долго молчала, разбрасывая ногой белый песок. Ее дед поломал маме всю жизнь, он лишил ее возможности стать счастливой с любимым человеком. Как сложилась бы жизнь Джульетты, если бы они с Каспером встретились? Возможно, их роман был бы недолгим, но, по крайней мере, мама бы знала, что любима.
        - Вы даже не представляете, Каспер, как порадовали меня своим рассказом. Очень грустно, что мой дед не дал вам встретиться, что у вас не было шанса продолжить отношения. Но я счастлива оттого, что вы любили ее так же сильно, как она вас. Что вы за нее боролись, пусть даже неудачно.
        Он улыбнулся.
        - Ваша мама определенно стоила того, чтобы за нее боролись.
        Ева покрутила головой и увидела Тора, слонявшегося неподалеку. Он тут же побежал в их сторону.
        - Мне пора идти,  - сказал Каспер.
        - Спасибо, что согласились со мной встретиться.
        Каспер, улыбаясь, откланялся и пошел попрощаться с Софи и Генри.
        - Все нормально?  - поинтересовался Тор.
        - Да.
        - Не жалеешь, что встретилась с ним?
        - Что ты, нисколько. Это замечательно, что я услышала его версию истории.  - Ева в недоумении смотрела на Тора. Он выглядел странно - то ли взволнован, то ли чем-то огорчен.  - В чем дело?
        - Ничего, не важно. Я тебе потом скажу.
        Ева нахмурилась:
        - Скажи сейчас.
        Тор отвернулся к морю, а когда снова посмотрел на Еву, в глазах у него была грусть.
        - Утром я звонил Трейси, настаивал, чтобы она разрулила ситуацию с гостиницами. Сказал ей, что это непрофессионально и создает неловкость между нами.
        - Так.
        Он вздохнул.
        - Через несколько дней на смену мне прилетит Соня. Будет ждать нас в Осло, когда мы вернемся туда после Лофотенов. Дальше сопровождать тебя будет она, а мне велено лететь домой.

        Глава 19

        Оторопев, Ева смотрела на него, не понимая.
        - Что?
        Тор сглотнул.
        - Я все понимаю. Мне очень жаль. Поверь, я об этом не просил и не хочу этого, совсем.
        - Так позвони Трейси и откажись.
        - Она мой начальник, я ничего не могу поделать. Я иду, куда она велит.
        - А у меня что, нет права голоса в этой ситуации? Это моя поездка, и я не хочу, не желаю тебя менять ни на кого. Я ее даже не знаю, эту Соню,  - у Евы задрожал голос.
        - Несколько дней назад ты и меня не знала.
        - Зато теперь знаю, успела узнать - и не хочу путешествовать по миру ни с кем другим.
        - Соня очень симпатичная,  - примирительно сказал Тор.
        Еве хотелось плакать от такой несправедливости.
        - Я могу как-то повлиять на это решение?
        Тор мотнул головой:
        - Здесь ты ничего не можешь поделать.
        - Если ты и правда не хочешь уезжать, сделай что-нибудь,  - бессильно повторила Ева.
        Тор испустил тяжелый вздох.
        - Может, оно и к лучшему.
        Ева отшатнулась, как от пощечины.
        - То, что между нами, никуда не девается, не желает рассасываться. И грозит перерасти в нечто куда более серьезное, чем хотелось бы нам обоим. Ты сама знаешь,  - пробормотал Тор.
        - Значит, лучшее решение - трусливо сбежать?
        - А какие варианты - может, сперва осуществим план В?  - раздраженно огрызнулся Тор.
        - Почему бы и нет? Мы оба взрослые люди. Имеем право развлечься, и это нас ни к чему не обязывает. И не надо нам ничего убийственно серьезного, никаких грандиозных историй вечной любви.
        Тор затряс головой:
        - С тобой это могло бы быть только всерьез.
        Ева раскрыла рот, но не нашлась, что сказать, потому что поняла: он прав. Но еще ей было понятно, что нужно бороться. Не может она просто так развернуться и уйти от него.
        - Тогда я сама оплачу раздельные номера во всех гостиницах. Давай потратим сейчас какое-то время и забронируем их. И больше никаких поцелуев и обнимашек, никаких общих постелей. Мы друзья и будем строго этого придерживаться,  - в отчаянии выпалила Ева.
        Тор вздохнул. Отвернувшись к морю, он любовался великолепными оттенками синего. Долго, очень долго он ничего не отвечал, но потом повернулся к Еве.
        - Может, встретимся, когда ты вернешься домой из путешествия, посидим где-нибудь,  - неопределенно сказал он.
        - А зачем?  - рявкнула на него Ева.  - Ты дал понять достаточно ясно, что не хочешь, чтобы у нас что-то было. Что ты готов скорее убежать, чем остаться со мной даже в качестве друга.
        Глядя себе под ноги, Тор запустил пятерню в волосы.
        - Поехали,  - сказал он неожиданно.  - Нам пора в аэропорт. Впереди еще две ночи вместе, давай не будем отравлять это время ссорами. Ночное солнце - штука уникальная, и я хотел бы, чтобы ты ему порадовалась в полной мере.
        Он решительно зашагал прочь, явно дав понять, что разговор окончен. А Ева стояла и смотрела ему вслед. Дикость, конечно, но ей казалось, что сердце у нее разрывается.

        Генри и Софи, счастливые и оживленные, как обычно, всю дорогу до дома весело болтали. Судя по всему, Тор не сказал им, что произошло: то ли решил, что для них это не важно, то ли не хотел выслушивать родительские советы.
        Еве было у них так уютно, благодаря их доброте и состраданию она почувствовала себя здесь как дома. Сейчас ей было больно не только от мысли, что она потеряла Тора, но и оттого, что никогда больше не увидит этих людей. Казалось бы, это полная нелепость, но она знала, что будет тосковать по ним. Она будто оставляла здесь, в Скейне, частичку себя, своей души. Ей передалась мамина любовь к этому городку и добавилась новая - к чудесным людям, так радушно принимавшим ее у себя. Поэтому, прежде чем навсегда отсюда ехать, Ева вышла в сад за их домом и посадила на клумбе луковицу, тюльпан «Ева Блу». Она понятия не имела, подходящее ли сейчас время для посадки, выживет ли луковица и сможет ли зацвести. Но, по крайней мере, надеялась, что это произойдет, а значит, она оставит о себе малюсенькое воспоминание.
        Она вошла в дом, где Тор как раз прощался с родителями.
        - В следующий раз не пропадай так надолго,  - сказала Софи, обнимая его.  - Помни, здесь твой дом, и так будет всегда. Хватит тебе прятаться от прошлого, пора уже шагнуть навстречу будущему.
        Ева чувствовала себя неловко. Софи разговаривала с Тором по-английски, как будто хотела, чтобы Ева тоже слышала ее слова.
        Пока Генри обнимался с Тором, Софи подошла, чтобы обнять Еву.
        - Надеюсь, мы скоро увидим вас обоих?
        - Даже не знаю. Я бы очень хотела повидаться еще раз с вами и Генри, но…  - Ева смутилась и замолчала, не зная, что сказать.
        - Вот и приедешь вместе с Тором,  - сказала Софи так, будто это само собой разумеющееся.
        Тор явно не хотел даже смотреть в сторону Евы, уж очень охотно он метнулся на кухню, чтобы захватить с собой несколько кусков испеченного его отцом кекса.
        - А может быть, я приеду сама по себе,  - вылетело у Евы, и она поняла, что говорит правду. Скейн был прекрасен, и ей не нужен был ни Тор, ни кто-то еще, чтобы взять, да и вернуться сюда в один прекрасный день.
        Софи внимательно всмотрелась в ее лицо и, явно поняв, что у них с Тором все не безоблачно, заметно опечалилась.
        - Мы будем тебе очень рады.
        Они снова обнялись, крепче, чем в первый раз. Наконец Софи выпустила Еву, та подхватила сумку и поспешила к двери следом за Тором.

        Несколько часов спустя они летели в самолете из Осло на Лофотены. Тор то и дело поглядывал на сидевшую рядом Еву. Девушка молчала с тех пор, как они покинули дом его родителей. Нет, она не дулась и не злилась, спокойно отвечала, если он к ней обращался. Но ни разу не заговорила с ним сама. Все время перелета и в аэропорту Осло, пока они ждали следующего рейса, она провела, уткнувшись в свой ноутбук, объяснив, что ей нужно поработать. А теперь читала путеводитель по Норвегии. Похоже было, что она старательно избегает общения. От нее буквально исходили волны грусти, а Тор не знал, что с этим делать.
        Это он во всем виноват. Зачем-то поощрял ее чувства. Ведь понимал же с самого начала, что между ними ничего не будет и быть не может, но сам не заметил, как нарушил профессиональную этику. Обнимал ее, целовал, ложился с ней в постель - даже признался, что хотел бы заняться с ней любовью. А теперь, после всего этого, взял и оттолкнул.
        Ему не хотелось, чтобы все так закончилось. И идея прислать на замену Соню целиком принадлежала Трейси, ему бы такое и в голову не пришло. Он всей душой хотел остаться с Евой до конца путешествия, подольше побыть с ней рядом, наблюдая, как она на глазах набирается уверенности, преодолевая свои страхи, как одна за другой сбываются ее мечты. Но при всем этом надо честно признаться: получив сообщение от Трейси о том, что Соня выезжает к ним, какая-то крошечная часть его вздохнула с облегчением. Потому что понимал: еще чуть-чуть, и они с Евой перейдут черту. И знал, что с ней это не может быть просто легким сексом на пару ночей. А этого Тор не хотел. Не хотел влюбляться. И ведь знал, что бежать - это трусость, но до сих пор был уверен, что это, возможно, наилучшее решение.
        Теперь же он видел, что причиняет настоящую боль Еве - чего-чего, а этого он хотел меньше всего.
        Выглянув в иллюминатор, у которого сидела Ева, Тор даже ахнул от неожиданности, увидев, как низко над горами они пролетают. Самолет был пропеллерный, маленький - всего тридцать девять мест. Потому они и летели на высоте куда меньше, чем обычные пассажирские самолеты, но такого Тор не ожидал увидеть.
        - Ева, ты только глянь,  - шепнул он в благоговейном восторге от красоты Лофотенских островов. Самолет летел в глубь материка.
        Девушка выглянула в иллюминатор и прижалась носом к стеклу, как ребенок у витрины со сладостями. Тор, глядя на нее, улыбался, несмотря на то что теперь ему ничего не было видно за ней. Видимо, Ева и сама сообразила, что закрыла обзор, потому что откинулась на спинку кресла и жестом пригласила Тора тоже полюбоваться. Так он и поступил, стараясь не обращать внимания на запах ее духов и исходившее от нее тепло. Поразительно, какой бирюзовой может быть вода - и к тому же совершенно прозрачной. Сверху он ясно видел морское дно даже на глубине. Над островами возвышались горы разной высоты и формы. От яркого солнечного света, заливавшего все, белый прибрежный песок казался ослепительным настолько, что на него больно было смотреть. Гладь моря была спокойной и ровной, а в озерах, как в зеркалах, идеально отражались горы. Тор увидел ярко-красные домики на сваях, тянувшиеся вдоль берега озер и морских пляжей. Острова причудливо изгибались, окружая друг друга, или вытягивались, будто в каком-то танце. Вдалеке, за сверкающим морем, он даже разглядел радугу. Все это было волшебно и невероятно живописно.
        Тор обернулся, чтобы посмотреть на Еву,  - она тоже улыбалась этой красоте.
        Он слегка отодвинулся, чтобы ей было лучше видно.
        - Потрясающе красиво,  - сказала она.
        - Я в жизни не видел ничего подобного.
        Ева взглянула на него и улыбнулась.
        - Я рад, что вижу все это вместе с тобой,  - сказал Тор.
        Он понимал, что поступает нечестно, говоря ей это. Но ведь они уже расстаются, какой же теперь смысл скрывать свои чувства.
        А Ева просто улыбнулась:
        - Знаешь, я тоже.
        Оба они вновь переключили внимание на невообразимо живописный вид. Самолет тем временем начал снижаться. Они летели так близко к горам, что Тор уже различал краски цветущих полян на склонах. А чуть вдали он даже заметил группы не то китов, не то дельфинов. Показал на них Еве, и та рассмеялась от радости.
        Тору расхотелось смотреть в иллюминатор, вместо этого он стал разглядывать Еву, у которой глаза горели, а на лице была восторженная улыбка. Все неприятности были совершенно забыты, по крайней мере на это время.
        Следующие несколько дней он проведет в ее обществе - как же это здорово. Красивейшие виды и эта невозможная женщина. Меньше чем через сорок восемь часов ему предстоит ехать домой - но уж в оставшееся время он повеселится на всю катушку.

        Никогда еще Ева не видела ничего подобного. Стоя на деревянной террасе красного коттеджа, она глядела на прозрачную как стекло морскую воду. Солнечный свет в разгар ночи - это оказалось полной неожиданностью, Ева даже представить себе не могла. Это совсем не было похоже на полуденное солнце, как она думала, когда планировала поездку сюда. Солнце опускалось все ниже, оставляя в облаках золотой и янтарный след, но не ушло за горизонт, а только коснулось моря, будто хотело пить. Какая же красота - настоящее волшебство. Еве хотелось изобразить все это, но она понимала, что, как бы ни старалась, ни за что не сумеет уловить этот фантастический оттенок розового золота. Нескончаемый закат с рассветом одновременно.
        Внезапно у нее перехватило дыхание от пришедшей в голову мысли. Ее мама хотела это увидеть. Странная это вещь - горе. Бывало, она целыми днями ни о чем не тужила, а воспоминания о маме были светлыми и вызывали улыбку. А потом наступал день вроде сегодняшнего, когда такая мысль могла напрочь выбить из колеи.
        Хорошо, конечно, что она решила исполнить то, о чем мечтала мама. Но это не меняло факта, что Джульетта никогда уже не пройдет по этим берегам и не замрет, увидев редкую красоту полуночного солнца. Ее жизнь закончилась слишком рано. Глаза Евы наполнились слезами при мысли, что она никогда больше не услышит, как смеется ее мама, не увидит ее улыбки и никогда ее не обнимет. Ведь у них даже не было возможности попрощаться. Мама уехала на выходные и больше не вернулась. Никогда.
        Взглянув на Тора, Ева огорчилась еще больше. Вот и он тоже покидает ее. Больше она никогда его не увидит. От этого в груди заныло сердце, почти так же болезненно, как от мыслей о маме.
        Тор обернулся и изменился в лице, увидев, что Ева плачет.
        - Эй, что случилось?  - Тор подскочил и прижал ее к груди. Девушка тоже его обняла, уткнулась лицом в его рубашку. От его тепла и этих нежных объятий ей стало легче.
        - Просто думала о маме, о том, что она никогда уже не увидит всех этих чудес, которые видим мы…
        - В этом я не уверен,  - возразил Тор.  - Лично я думаю, что наши близкие нас на самом деле не покидают. Я уверен, что твоя мама видит все твое путешествие. И радуется твоим приключениям и впечатлениям.
        Ева грустно улыбнулась. Мысль ей понравилась, хотя сама она в подобное вряд ли могла поверить. Если есть рай, то у мамы - вот в этом Ева была уверена - наверняка нашлись там занятия более интересные, чем следить за каждым шагом дочки.
        - Еще мне грустно из-за твоего отъезда, я буду ужасно тосковать,  - голос Евы снова дрогнул.
        Уткнувшись взглядом куда-то в ее макушку, Тор вздохнул:
        - Понимаю. Я тоже буду по тебе скучать.
        - Как же все запуталось, ужас,  - сказала Ева.
        - Да, это правда, и мне жаль.
        - Не жалей. В другой жизни, в другое время у нас могло бы все прекрасно получиться. Но я нисколько не жалею, что встретила тебя, и никогда не пожалею. Ты многому меня научил. Я теперь знаю, что жизнь - интересная штука и может открыться разными гранями. Нужно только проявить немного решимости и настойчивости.
        - Я тут совершенно ни при чем. Ты всегда была храброй, и только нужно было это в себе обнаружить, чтобы знакомиться с миром в свое удовольствие,  - возразил Тор.
        Ева посмотрела на море. Такой тишины она нигде и никогда не встречала. Звуков и шумов не было совсем, только стучало сердце Тора. Зеркальная водная гладь напоминала расплавленное золото - будто само солнце растворялось в океане. Это завораживало и манило.
        Ева отстранилась от Тора.
        - Пойдем поплаваем.
        - Что?
        - Когда я была маленькой, по телевизору шел мультсериал «Утиные истории». У вас в Дании его показывали?
        Она развязала шнурки и скинула башмаки.
        - Ну да, был такой. Назывался по-другому, но я его помню.
        - Как он назывался?  - заинтересовалась Ева, расстегивая куртку и швыряя на спинку скамьи.
        - «Приключения Билли, Вилли и Дилли». Что ты делаешь?
        - Ой, пропустили главного героя, Скруджа Макдака,  - Ева проигнорировала его вопрос. Она уже стягивала с себя джемпер.  - В начальных титрах Скрудж прыгал в гору золотых монет и плавал в них. Я всегда думала - прикольно, вот бы и мне так. Понимаю, конечно, что в строго научном смысле это невозможно, но мне всегда хотелось поплавать в золоте.
        Немного растерявшись от таких намерений, Тор поглядел на море.
        - Ева, учти, вода холодная.
        - А я буду решительной и настойчивой, потому что это здорово.
        Быстренько сбросив с себя все, Ева осталась обнаженной и даже не взглянула в сторону Тора, как будто его реакция ее нисколько не интересовала. Сбежав по ступеням, она бросилась в воду, не давая себе шанса передумать и струсить.
        Ледяная вода резала кожу как ножами, но Ева смеялась, хохотала без остановки, радуясь и ужасаясь.
        Она легла на спину и посмотрела в золотое небо.
        - Господи, Ева, ты в своем уме? Вода как лед!
        Обернувшись на голос, она увидела Тора, который входил в воду, тоже обнаженный, и от этого ей стало еще смешнее. Окунувшись, он подплыл к ней и обнял. Ева обхватила его руками за шею.
        - Не могу представить себе ничего прекраснее, чем эта картина: обнаженная женщина, бегущая по золотому морю,  - сказал Тор.  - Это было… волшебно.
        Улыбаясь, Ева снова поглядела в небо. У нее было ощущение, что время остановилось и замерло где-то посреди между закатом и восходом.

        Казалось, этот миг будет длиться вечно. Казалось, что всё возможно и нет никаких правил и запретов, нет ни прошлого, ни будущего, о котором нужно беспокоиться. Казалось, что в мире больше никого не существует, кроме них двоих.
        Ева оглянулась на Тора и встретилась с ним взглядом. Мужчина смотрел на нее как околдованный. Нежно, кончиками пальцев он погладил ее по обнаженной спине.
        С самого начала он твердо решил, что между ними ничего не будет - хотя сам же несколько раз сбивался с намеченной линии. Но сегодня он уезжает. Возможно, именно это и подстегнуло Еву: больше никакой неловкости, никаких опасений, что история их любви слишком далеко зайдет и плохо кончится. Может, хватит уже держать себя в узде, почему бы просто не уступить желанию, которое явно переполняет их обоих, и не использовать оставшееся время на полную катушку?
        Чувствуя себя красивой и смелой, Ева потянулась вперед и поцеловала Тора.

        Глава 20

        У Евы не было уверенности, что Тор ответит на поцелуй, но он не колебался, и на сей раз это был не обычный его поцелуй, мимолетный и нежный. В этот Тор вложил страсть и желание. Он привлек ее ближе к себе, и Ева обхватила его ногами. Он приоткрыл ей губы, и она почувствовала вкус его языка - ох, это был удар ниже пояса. Придерживая ее рукой за талию, другой он обнял ее за шею. Она провела ладонью по его спине и услышала глухой стон. Да и у нее внутри будто огонь вспыхнул, и она ответила на поцелуй с неожиданной для самой себя пылкостью.
        Губы Тора переместились на ее шею, нашли то место, где под кожей бился пульс. Ева выгнулась навстречу этим горячим губам и открыла глаза. Над ними мерцало небо. Надо же, подумала она, даже эта леденящая стылая вода не может угасить их жаркое желание.
        Как только Ева слегка отодвинулась, Тор встревоженно вскинул голову. Неужто собрался извиниться и сбежать? Нет уж, этого она нипочем не допустит!
        И Ева прижала палец к его губам:
        - Я иду в душ. Если хочешь, можешь присоединиться.
        - Вообще-то, у меня в номере есть свой душ,  - задиристо ухмыльнулся Тор.
        Улыбаясь, Ева поплыла к берегу.
        - И что в этом будет прикольного?  - бросила она через плечо.
        Добравшись до пляжа, Ева сразу опрометью бросилась вверх по лестнице к мосткам, ее подгонял ледяной ночной ветер. Подобрав на бегу одежду, она вбежала в дом, слыша за спиной шаги Тора на лестнице.
        В спальне Ева швырнула одежду на кровать, но передумала и перенесла ее на стул. Кровать им может понадобиться, лучше ее не занимать. Она слышала, как Тор бежал по лестнице, но к ней не зашел. Было слышно, как он вбегает к себе, чертыхаясь и ворча, швыряет и двигает какие-то вещи.
        Еву трясло от холода, так что она поскорее отправилась в душ и пустила воду. Горячая, она обожгла кожу, и девушка стала медленно поворачиваться под душем, грея спину, позволяя струйкам стекать с затылка по волосам. Дверь была ей хорошо видна, и Тор там так и не появился. Он что же, после того непостижимо прекрасного поцелуя вправду собирается принимать душ у себя? Неужели уже жалеет о том, что случилось?
        И вдруг появился Тор. Он сильно дрожал. Не мешкая, Ева втащила его под горячие струи и принялась растирать руки, помогая согреться.
        - Я думала, ты не придешь.
        - Забежал к себе, надо было кое-что прихватить,  - губы у Тора немного дрожали, но видно было, что и по его телу начинает распространяться тепло. Не так уж много времени они провели в море.
        - Кое-что?
        Протянув руку, он показал ей на презерватив. У Евы запрыгало сердце. Боже, они и правда будут заниматься этим! Он лежал на полочке, куда положил его Тор,  - многообещающий прогноз того, что должно было вскоре случиться.
        Приговаривая, что Тору нужно согреться (и кого она хотела обмануть такими объяснениями?), Ева обеими руками терла ему грудь.
        - Презервативы?  - подтрунивала она.  - С каких это пор презервативы входят в список вещей гида-сопровождающего в кругосветном путешествии?
        - Я их вчера купил. Вдруг показалось, что могут пригодиться.
        Ева озадаченно нахмурилась:
        - Но ты сказал…
        - Я помню, что сказал, но… мало ли что, и я не хотел в решительный момент оказаться застигнутым врасплох. Ты даже не представляешь, как я рад этому своему озарению.
        Обняв Еву за талию, он снова затащил ее под душ.
        - Я тоже рада. Ты согрелся наконец?
        - Еще согреюсь,  - мрачно и торжественно пообещал он.
        Наклонившись, он снова поцеловал ее, прижав спиной к холодным кафельным плиткам. От неожиданности Ева задохнулась, а он закрыл ее рот своими губами. Не прерывая поцелуя, Тор провел ладонями по ее груди, нежно пощекотал. Обнимая его, Ева отметила между прочим, какие сильные и мускулистые у него плечи. Но было не до наблюдений: обхватив его затылок, Ева ответила на поцелуй Тора с такой страстью, которой и не замечала за собой прежде. В ответ он, проведя руками по ее телу, скользнул вниз, между ног. Дерзко. В ответ Ева пробормотала что-то невнятное и не увидела, а почувствовала, что Тор улыбается - ведь их поцелуй не прерывался. Пальцы Тора двигались уверенно, медленно, настойчиво. Несколько секунд, и Ева, откинув голову, выпалила целую тираду - правда, невозможно было понять ни слова. Как будто желание, которое зрело, кипело, бурлило в ней, теперь вырвалось наружу. Не успела она отдышаться, как Тор обхватил руками ее лицо и снова стал целовать. И она потянулась к нему, прижалась губами, а одной рукой погладила его по спине. Ответ - что-то среднее между стоном и шипением - ее воодушевил, и она
погладила снова.
        И вновь поцелуй, на этот раз крепче, глубже. Тор схватил ее запястья, поднял их над Евиной головой, впиваясь в ее губы жадно и настойчиво. Поцелуй продолжался долго, за это время Тор успел распечатать упаковку презерватива. Быстро надев его, он снова принялся целовать девушку.
        Тор приподнял ее, она обвила его обеими ногами. Казалось, все сейчас произойдет, но он сдержался и даже отстранился немного, чтобы видеть ее лицо.
        - От тебя у меня буквально сносит крышу. Прежде чем я совсем потеряю контроль, хочу спросить: ты точно уверена, что этого хочешь?
        В ответ Ева улыбнулась и кивнула:
        - Если бы в моем списке был только один пункт, знаешь, что бы это было? Заняться с тобой любовью, прямо здесь и сейчас.
        Не медля больше, Тор закрыл ей рот жарким поцелуем и одновременно напористо вошел в нее. Крепко сжимая обеими руками бедра девушки, он держал ее на весу, все ускоряя движения. Такого страстного и необузданного партнера у Евы никогда не было. Она чувствовала, как по животу, а оттуда и по всему телу разливается огонь. Тор целовал ее так отчаянно, будто умирал от жажды, а она была тем самым живительным источником. Его неистовое желание передалось и ей, и вот уже она, доведенная до крайней точки наслаждения, стонет, не в силах сдерживаться. Не отрываясь от ее губ, Тор вскоре догнал ее.
        Тяжело дыша, он на миг прижал Еву к себе и бережно опустил на пол. У нее подогнулись ноги, и она в изнеможении прислонилась к стене. Отступив под душ, Тор протянул ей руку и потянул к себе. Под брызгами прохладной воды он обнял ее и прижал к себе.
        Так они стояли под душем и целовались еще долго после того, как поблекло ночное золотое небо и с ярко-голубых небес не засветило, заливая все вокруг, яркое утреннее солнце.

        На следующее утро Ева проснулась со счастливой улыбкой - которая моментально сползла с ее лица, как только обнаружилось, что Тора рядом нет и постель пуста.
        Она села, огляделась. Из ванной не доносился шум, да и вообще, судя по тишине в доме, Тора не было нигде. Ева все же позвала несколько раз, но ответа не было.
        Выйдя из душа вчера ночью, они несколько часов лежали в постели, целовались и обнимались, а потом еще раз занялись любовью - на этот раз Тор действовал иначе, медленно и нежно,  - и только после этого уснули. Воспоминание о том, с каким обожанием он на нее смотрел, наполнило душу девушки теплом.
        Не могло же быть, что он проснулся на рассвете и пожалел о такой восхитительной ночи?
        Но даже если и так, это все равно уже ничего не меняло. Все равно на следующий день Тор летит домой, и больше они никогда не увидятся.
        Ева сидела, подтянув к груди колени. Что она за идиотка, ведь знала, что ему скоро уезжать, но стала целоваться, да еще и позвала принимать вместе душ. Понимала же, что если они переспят, то это всё изменит между ними, но все равно пошла на это. И теперь чувствует, что окончательно влюбилась и потеряла голову.
        Как это получилось, почему их отношения развивались так стремительно? Обычно, если она начинала с кем-то встречаться, требовались недели, чтобы допустить мысль о сексе. Тут и неделя не пролетела, а она уже не только прыгнула к нему в постель, но еще и влюбилась.
        Что за неразбериху она устроила.
        Ева схватила с тумбочки мобильный и позвонила Лорел.
        - Привет, дорогая. Я как раз думала о тебе. Как там дела у вас с Тором?
        - Мы переспали,  - выпалила Ева.
        В трубке раздался тяжелый вздох Лорел:
        - Хм, я такого, признаться, не ожидала.
        - Знаю, сама не ожидала. Я такая дура. Я же всегда была против таких связей на одну ночь, и зачем только согласилась в этот раз?
        - Почему ты решила, что это мимолетная связь? Ты ему явно нравишься. Если только… вы что, оба напились?
        - Нет, мы были трезвые как стеклышко.
        - Что тогда не так?  - спросила Лорел.
        - Он уезжает,  - Ева вздохнула. Даже произнести это вслух было больно. Она разговаривала с Лорел, казалось бы, совсем недавно, но как же все переменилось за двадцать четыре часа.  - Он хотел исправить какие-то вещи, вот и позвонил своей начальнице. Потребовал решить ситуацию с гостиницами. Вот она и решила ситуацию по-своему - объявила, что пришлет ему замену, девушку-гида. Так что Тор завтра отправляется домой, а я буду вместо него продолжать путешествие с какой-то Соней, их сотрудницей.
        Господи, как же все это ужасно. И даже не потому, что она больше не увидит Тора. Ева представить себе не могла, что будет узнавать мир не с ним, а с кем-то другим. Даже если бы между ними ничего такого не произошло, ей хотелось переживать предстоящие приключения в его обществе!
        - Но вы сможете повидаться, когда ты вернешься,  - предположила Лорел.
        - Мне кажется, что он этого не захочет. Его не интересуют длительные отношения.
        - Так это был прощальный секс?
        - Можно сказать и так,  - совсем опечалилась Ева.
        - Ох, Ева. Зачем ты согласилась.
        - Я полная идиотка.
        - Ну, так бы я не сказала. Если уж у тебя такой уникальный отпуск и он предполагает, что ты собираешь всевозможные впечатления… незабываемый секс с потрясающим мужчиной - совсем недурная добавка с твоему списку.
        Ева улыбнулась. Она оценила попытку Лорел поднять ей настроение.
        - Это же было незабываемо, надеюсь?  - продолжала Лорел.  - Умоляю, только не говори, что у Тора маленький… молот.
        Ева захихикала:
        - Наоборот. И да, это незабываемо, а он потрясающий и очень… внимательный.
        Вдруг она услышала, как внизу хлопнула дверь, а следом - шаги на лестнице.
        - Лорел, я должна бежать, позвоню позже,  - заторопилась Ева.
        - Нет, подожди, я требую подробностей…
        Ева ухмыльнулась:
        - Пока, Лорел.
        Не обращая внимания на протесты, она нажала отбой, как раз когда в комнату входил Тор.
        - Привет, красавица. Я надеялся вернуться до того, как ты проснешься.
        У Евы радостно подскочило сердце. Он назвал ее красавицей.
        - Я выбежал добыть нам чего-нибудь на завтрак, чтобы побыть в постели немного подольше,  - говорил Тор, быстрым движением стаскивая через голову сразу свитер и футболку. Дотянувшись до Евы, он быстро поцеловал ее, после чего небрежно поставил на прикроватный столик бумажный пакет. Присев на край кровати, он поспешно сбросил башмаки и носки.
        - Я помню, сегодня у нас прогулка на катере с наблюдением за китами, но это ближе к вечеру. После завтрака мы можем выйти, погулять, если захочешь. А можем провести весь день здесь,  - добавил он, бросая на нее мрачный взгляд через плечо.
        Вскочив, он снял джинсы, трусы и, переступив через них, скользнул под одеяло. И тут же набросился на Еву с поцелуями. Холодными руками он лихорадочно шарил по ее телу.
        - Подожди,  - Ева уперлась руками ему в грудь.  - Подожди, ты что, настроился на третий раунд?
        Впрочем, вопрос был лишним, судя по тому, куда уже направлялась его рука.
        - Блин, вообще-то да. Для начала. А потом позавтракаем и, я уверен, имеем шансы провести еще несколько раундов - до вечера.
        Это отличный план, и надо соглашаться: или это глупость ужасная? Значит, лучше не соглашаться? Но это же безумие…
        - Я проснулась, не нашла тебя - и решила, что ты жалеешь об этой ночи,  - жалобно пробормотала Ева.
        И сама поморщилась. Почему она вздумала, что из этого может выйти что-то большее? Это был просто секс.
        У нее упало сердце.
        - Нет, ни на секунду. Это, честно говоря, была одна из лучших ночей в моей жизни.
        Боже, как она любит этого человека. Плевать на все. Да, она готова провести с ним в постели каждую оставшуюся секундочку. А со своим разбитым сердцем она станет разбираться потом, когда Тор уедет.
        - А ты не жалеешь?  - спросил Тор.
        - Нисколечко.
        Ева погладила его по лицу. Как приятно было чувствовать под пальцами его недавно пробившуюся щетину.
        Тор нагнулся и поцеловал ее, бережно уложил на постель и сам оказался сверху, продолжая нежно ласкать ее.
        - Я говорил с Трейси,  - сообщил Тор между поцелуями.
        Сквозь пелену желания, застилавшую мысли, Ева попыталась сосредоточиться на том, что он сказал. В такой момент ей меньше всего хотелось обсуждать какую-то несчастную Трейси.
        - И что?
        - Я ей сказал, что клиентка - ты - недовольна заменой и что один раз мы уже заменяли тебе сопровождающего против твоей воли. Сказал, что поездка для тебя очень важна, объяснил, что ты делаешь все это в память о матери.
        - Боже мой, а она что?
        - Была недовольна. Я пообещал, что мы сами разрулим проблему с кроватями и номерами, и отказался от тебя уезжать.
        Он улыбался.
        - Так что я тебя не бросаю.
        - Ты остаешься?
        Он кивнул, а у Евы - вот глупость-то - на глазах выступили слезы, и она обняла целовавшего ее Тора. Все сомнения прочь - сейчас ее сердце было переполнено радостью. Тор надел презерватив - и вошел в нее. Забыв обо всем, Ева что было сил прижималась к нему. Опираясь на руки, Тор навис над ней, продолжая ритмично двигаться.
        - Знаешь, что это значит?  - спросил он, целуя Еву.
        - Что?
        - Это значит, что мы как-то незаметно перешли к плану В.
        Ева залилась счастливым смехом.
        - Мне нравится план В.
        - Мне тоже. Но помни, не влюбляемся,  - улыбаясь, выдохнул он.
        Она не станет говорить Тору, что с этим он уже немного опоздал. Эту информацию она решила приберечь для себя.
        - Я буду стараться изо всех сил.
        Тор опустился и притянул Еву к себе.
        - Я совершенно не собираюсь влюбляться в тебя, Ева Блу. Определенно нет,  - сказал Тор, а в глазах у него промелькнули озорные искорки.  - И если я буду повторять эту мантру каждый день, то могу начать в это верить,  - договорил он.
        Ева тихонько улыбнулась. Значит, у него тоже проснулось чувство к ней. Как знать, может, все еще будет хорошо.

        Глава 21

        Милая мамочка!
        Я провела целый день в постели с самым потрясающим мужчиной. Вот уж не думала, что когда-нибудь напишу об этом в письме тебе, но это правда. Он от меня не отходит. Даже когда мы не занимаемся любовью, он меня то погладит, то просто обнимет. Это просто… невероятно. Мы все-таки поднялись и пошли гулять по острову. Мы на Лофотенах. Здесь фантастически красиво, вода такая прозрачная, кажется даже, будто это какой-то тропический рай.
        Киты - это просто чудо. Я думала, что нам удастся увидеть издалека, за тысячу метров, пару хвостов и плавников - и то если повезет. Но к нашему катеру близко-близко подплыла целая группа горбатых китов. Они выскакивали из воды прямо перед нами! Я наснимала столько фотографий! Киты нас нисколько не боялись, наоборот, им было интересно. Через какое-то время они уплыли навстречу новым приключениям под полуночным солнцем.
        Сейчас мы вернулись в коттедж, и Тор терпеливо - или скорее нетерпеливо - ждет, когда мы с ним снова займемся любовью. Да, мне определенно начинает нравиться запасной план.
        Как бы я хотела, чтобы ты была здесь… Впрочем, не прямо здесь, есть вещи, которые маме видеть не нужно.
        Люблю, Ева

        P. S. Исполненные мечты:
        5. Увидеть полуночное солнце.
        - Венеция - красивый город, правда?  - Ева и Тор ждали на берегу одного из каналов, когда за ними придет гондола. Из прекрасной, но слегка холодноватой Северной Норвегии они перенеслись на юг Европы, в гораздо более теплую Италию, где все наслаждались солнцем. На набережной выстроилась целая очередь желающих покататься на гондоле, по большей части парочки, приехавшие сюда за романтическими переживаниями. Ева и Тор были следующими в очереди.
        Они прилетели всего несколько часов назад и до отеля домчали на скоростном катере. Все это было невероятно - Ева чувствовала себя настоящей кинозвездой. Побросав в номере вещи, они отправились исследовать город. Впереди у них один-единственный вечер, а наутро - ранний авиаперелет, поэтому Ева хотела извлечь из этого дня максимум возможного.
        Ходить по Венеции было как оказаться внутри гравюры Эшера со всевозможными оптическими иллюзиями - всюду лестницы, арки и узкие закоулки. Весь город - лабиринт тропок, некоторые из которых, казалось, никуда не вели, а другие приводили в уютные дворики, настолько заросшие прекрасными цветами и вьющимися растениями, что казалось, здесь многие сотни лет не ступала нога человека. Они заходили в маленькие церквушки и находили в них произведения искусства, которые могли соперничать с творениями Микеланджело. Гуляли по ажурным мостам, взбирались по винтовым лестницам и всюду обнаруживали потаенные сады и скрытые улочки. Они видели, как в рестораны доставляют продукты лодками, любовались снующими по каналам водными такси - иногда с весьма шикарными пассажирами. Еве казалось, что, проживи она здесь даже несколько месяцев, она все равно не смогла бы испытать все, что может предложить Венеция.
        Тор обнял ее за плечи и нежно чмокнул в нос. Боже милостивый! Раньше Ева думала, что прогулка на гондоле - это штамп, но, раз об этом мечтала мама, она с радостью проделает это для нее. А теперь ей и самой вдруг захотелось и этой поездки, и вообще любой романтики с этим человеком.
        - Что смешного?  - спросил Тор.
        - Здесь так красиво… Как будто мы оказались в далеком прошлом или в каком-то забытом сказочном королевстве, с очаровательными домиками и каналами. Все это просто чарует. А еще площадь Святого Марка, все эти торговцы с поддельными фирменными товарами так и требуют, чтобы ты у них что-нибудь купил. Здесь столько блеска, гламура. Представляешь, полчаса назад я заметила пару - он в смокинге, она в бальном платье, и оба в дорогих венецианских масках. Сейчас два часа: кто эти люди, которые разгуливают среди бела дня в таком необычном виде? Но у этого города есть и другая сторона - он устал, осыпается, крошится, и мне грустно оттого, что такой великолепный город медленно погружается в море.
        - Некоторые считают, что эти полусгнившие старые дома тоже придают Венеции определенный шарм,  - заметил Тор.
        - Да, конечно, они не разрушают красоту города. Просто очень жаль, что они в таком упадке. Их затапливает по сто раз за год, земля уходит под воду. Я читала в интернете статью перед нашим приездом сюда, там сказано, что, по прогнозам, через каких-то сто лет вся Венеция канет в море.
        - Я подозреваю, что через сто лет много что в мире сильно ухудшится по сравнению с сегодняшним днем. Множество видов животных вымрут, исчезнут леса, поля и пустыни, как и многие прибрежные города. Вот и Норфолк тоже уходит под воду с угрожающей скоростью. Я считаю, что надо пользоваться возможностью посмотреть мир и наслаждаться его красивейшими уголками. И еще, по-моему, каждый должен вносить свою лепту в его сохранение: жертвовать деньги на охрану природы, чистить пляжи, сортировать мусор и все такое. Спасти всё мы не можем. И для сохранения таких мест, как Венеция, нужно финансирование на государственном уровне. Туризм, кстати, тоже помогает. Мы приносим деньги в такие места, как это, и часть их тратится на возведение более эффективной защиты от моря.
        Ева улыбнулась:
        - Какая умная голова сидит на этих прекрасных плечах.
        Наконец показался гондольер, одетый в традиционную полосатую рубашку и соломенную шляпу с полями. Умело орудуя единственным веслом, он вел гондолу по узкому каналу прямо к ним. Гондола остановилась рядом с ними, и на берег вышла молодая пара. Судя по хихиканью, поцелуям и восторженному обсуждению кольца, они только что обручились.
        - Не хочешь, чтобы я еще раз сделал тебе предложение, на этот раз в гондоле?  - спросил Тор.
        Ева со смехом продемонстрировала ему кольцо с драконом, которое она так с тех пор и носила на безымянном пальце.
        - Предложение у Эйфелевой башни меня вполне устраивает.
        При виде кольца Тор весело усмехнулся:
        - Так мы, выходит, все еще официально помолвлены?
        - Уж не знаю, насколько официально, но я уверена, что любое предложение, настоящее или нет, на самом деле соединяет людей. Вижу, и мы с тобой теперь связаны одной веревочкой,  - шутливо подмигнула Ева.
        Тора это, кажется, не смутило, и он невозмутимо помог ей забраться в гондолу. Изящная лодка, украшенная по бортам ручной росписью, очень низко сидела в воде. На пол был брошен алый ковер, а на корме пассажиров ждал уютный диванчик на двоих, напоминавший о Викторианской эпохе. Все это вместе выглядело совершенно потрясающе.
        - Ciao, bonjour, привет, hola, namaste,  - поприветствовал их гондольер, жестом предлагая сесть.
        - Привет, ciao,  - поздоровалась Ева, решив, что это слово точно итальянское.
        - Англи-и-иский?  - спросил гондольер, и Ева кивнула.  - Я Алессандро.
        Ева уселась, Тор кое-как втиснулся рядом с ней.
        - Вы очень красивый,  - сказал Алессандро.
        - Спасибо,  - отозвался Тор.
        - Пара?  - Алессандро помахал в воздухе между ним и Евой.
        - Еще какая,  - подтвердил Тор.
        - Мы помолвлены,  - фыркнула Ева.
        - А, поздравляю. Какая доса-а-ада. Все лучшие мужчины натуралы. Что для вас сегодня - песня или экскурсия?
        - Ой, песня, если можно,  - попросила Ева, когда Алессандро устроился на корме лодки за их спинами. Она не могла упустить возможности услышать серенаду в свою честь на борту венецианской гондолы.
        Хм, вот только Алессандро неожиданно запел «Песню маленьких утят».
        Переглянувшись с Тором, Ева покатилась со смеху.
        - Шутка, маленький шутка,  - сказал Алессандро.  - Я теперь петь красивую песню.
        Оттолкнувшись веслом, он начал движение по каналу. Затем прочистил горло и неожиданно запел прекрасным оперным голосом. Ева завертелась на сиденье, не в силах поверить, что это не фонограмма, и убедилась, что гондольер поет сам. Это было невероятно, ей редко приходилось слышать такое проникновенное пение.
        Взглянув на Тора, она потрясенно покачала головой:
        - Просто потрясающе. Ты это заранее спланировал?
        - Нет. Честное слово, даже не догадывался.
        Она снова развернулась к Алессандро.
        - Вот бы еще понять, что он поет.
        - Арию из оперы L’elisir D’amore, в переводе «Любовный напиток». Это романтическая комедия. Это поет герой, Неморино, когда узнает наконец, что предмет его страсти, Адина, все-таки тоже его любит,  - шепотом стал объяснять Тор.
        Ева уставилась на него в шоке:
        - Ты знаешь эту оперу?
        Тор кивнул:
        - Мама любит оперу. Мы с ней много всего переслушали.
        - И ты понимаешь, о чем он поет?
        - Я немного знаю итальянский. Погоди. «Она любит меня, я это вижу, я чувствую, как бьется ее сердце»,  - он наморщил нос, как будто не совсем понял следующие строки.  - Что-то насчет того, что ее вздохи - мои, мои вздохи - ее. Да, я мог бы умереть, я ни о чем не прошу, да, я мог бы умереть от любви.
        Чарующий голос Алессандро долго тянул последнюю ноту в слове amore и смолк. Ева захлопала.
        - Алессандро, это было прекрасно, удивительно, спасибо вам огромное. Тор мне объяснял, о чем вы поете. Можно попросить вас спеть еще раз, на бис, и на этот раз мы будем сидеть тихо!
        - Si. Конечно.
        И снова полилось пение, и Ева слушала, откинувшись. Они скользили вдоль живописных каналов, проплывали под мостами, сворачивали в улочки. Здесь была необыкновенная акустика, звуки далеко разносились над водой. Гуляющие по набережным и мостам люди останавливались и провожали их взглядами. Еву это не удивляло. Все это напоминало какое-то волшебство. Тор приобнял ее за плечи, и она положила голову ему на грудь. Ну как можно не влюбиться в человека, с которым ты переживаешь такие прекрасные романтические приключения?
        Она подняла на него глаза, и он улыбнулся ей в ответ. У Евы радостно запрыгало сердце. Необходимо признать, подумала она, что дело тут не в Венеции и даже не в прекрасном пении. Не из-за них она полюбила Тора - а из-за него самого.

        Тор украдкой посматривал на Еву, пока она любовалась видом из окна их венецианского отеля. Они остановились на знаменитом и прекрасном острове Джудекка, откуда открывался поистине превосходный вид на море и каналы. Солнце клонилось к горизонту, и город уже начал зажигать мерцающие огни. Но Тор не мог оторвать глаз от Евы.
        Заставив себя отвлечься, он вошел в спальню и сдвинул две односпальные кровати вместе. По иронии судьбы, эта гостиница предоставила им такую возможность именно теперь, когда они в ней больше не нуждались.
        Тор сел на край кровати и открыл меню доставляемых в номер блюд, но не мог сосредоточиться на нем.
        Он ступил на новую, неизведанную территорию и не был уверен в том, насколько ему это нравится. Да нет, черт возьми, ему это очень нравилось. В том-то и состояла проблема. Никогда еще, за все пять лет работы в фирме, он не заводил романов с клиентками. Он не держался с ними за руки, не целовался, не обнимал, и, уж конечно же, между ними не было секса. В какую игру он ввязался? Тор отлично знал, что рискует лишиться места из-за такого поведения, но еще больше его заботило другое: он рисковал потерять собственное сердце.
        И ведь он всерьез собрался уезжать. Да, это было грустно, разумеется, но он искренне считал, что так было бы лучше. Но, увидев, как обнаженная Ева бежит по сверкающему океану навстречу полуночному солнцу, он замер, поняв, что это ослепительное, поражающее воображение зрелище - лучшее, что ему доводилось видеть за всю жизнь. И там, глядя на нее в восторге и ошеломлении, он вдруг почувствовал, что все его страхи не имеют значения. Он осознал, что нужно наконец перестать бороться с собой и подавлять клокочущие в груди чувства. Он совершенно ясно понял, что этой ночью они будут заниматься любовью - потому что ничто и никто на всей земле не заставит его отказаться от нее.
        Так что же случилось теперь? Почему его снова что-то мучит?
        Ева вошла в номер, и он, подняв голову, взглянул на нее. На ней был нарядный сарафан без бретелек, солнечно-желтая ткань переливалась и будто мерцала. За день у Евы слегка обгорели плечи. Тор вскочил, достал из несессера лосьон после загара, выдавил немного на ладонь и стал натирать ей спину, шею и плечи. Ева замерла и не шевелилась, только тихо пискнула - чем тронула Тора чуть ли не до слез. Закончив, он чмокнул ее в шею. Нет, он просто не сможет без нее.
        А девушка беззаботно закинула руки ему на плечи.
        - О чем ты думал, когда я вошла? У тебя было такое серьезное лицо.
        Вздохнув, Тор уселся на кровать, посадил ее себе на колени и тоже обнял.
        - Не помню, думал о нас, что с нами будет, когда поездка закончится.
        - Ох да, невеселая тема.
        Наверное, надо было приврать, сказать, что обдумывал планы на завтра, но Тору хотелось быть с ней честной, хоть в малой степени.
        Ева погладила его по лицу, ей явно совсем не было грустно.
        - А чего ты хотел бы для нас после возвращения домой?
        - Я… не знаю,  - сказал Тор. Ну что ж, это хоть более-менее честно.
        В глазах Евы промелькнула боль, и, чтобы хоть немного поправить положение, Тор нежно ее поцеловал.
        - Не знаю, что случится в будущем. Но я точно знаю, что меня ждет прямо сейчас: потрясающая ночь с той, которая мне очень даже небезразлична,  - прошептал он очень-очень тихо, как будто если сказать что-то тихо, то это как будто не считается.
        Ответив на поцелуй, Ева положила руку туда, где билось его сердце.
        - Ты так яростно его защищаешь. Но не нужно распыляться по пустякам. А то выходит, что ты облачаешься в рыцарские латы, чтобы во всеоружии дать бой… порции мороженого.
        Это неожиданное сравнение вызвало у Тора улыбку. Она идеально описала себя. Аппетитная, сладкая, много разных ароматов… и, несомненно, вредная для него.
        Он снова поцеловал девушку, наслаждаясь ее вкусом на губах, запахом кокоса в ее волосах и яблок на коже. Самая лучшая, самая изысканная порция мороженого.
        Тор отстранился, чтобы лучше рассмотреть ее. Таких чувств, как к Еве, он не испытывал ни к кому больше семи лет, и это на самом деле его пугало.
        - Знаешь, мне все больше нравится план В,  - сообщила Ева.  - А если он и потом будет доставлять нам удовольствие, после того как кончится поездка, мы же можем продолжить отношения и дома. Встречаться иногда, развлекаться, болтать и заниматься замечательным сексом. И не более того.
        Господи, это звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой. К тому же оба они понимали, что между ними все уже зашло куда дальше.
        - Давай пока не беспокоиться насчет будущего, а получать удовольствие от того, что есть в настоящем,  - продолжила Ева.
        Он кивнул:
        - Согласен.
        - Вот и хорошо.  - Она поудобнее устроилась у него на коленях.  - Сейчас я собираюсь написать маме открытку и немного поработать, а потом не буду возражать, если ты захочешь продолжить наши игры до ужина.
        Тор довольно усмехнулся:
        - Грандиозный план.
        - Кстати, о планах, а что мы делаем завтра?
        - В девять мы летим в Рим, там первым делом отправляемся на кулинарный мастер-класс, а после него весь день осматриваем город. Поздно вечером у нас запланирован особый ночной тур по Колизею с посещением верхних террас, подземных палат и тоннелей. И на арену мы тоже попадем, кстати, там ты исполнишь еще одну мечту твоей мамы.
        Ева рассмеялась.
        - Об этой последней части ты мог бы мне и не напоминать.
        - А что там было?  - Тор сделал вид, будто не помнит.
        - Я должна танцевать в Колизее. Я говорила, что танцую в разы хуже, чем пою?
        Теперь расхохотался Тор.
        - Это невозможно.
        - Ах ты!  - и она шутливо ущипнула его.
        - Слушай, а почему бы тогда нам перед этим не устроить небольшую тренировку?
        У Евы загорелись глаза:
        - Ты будешь танцевать завтра вместе со мной?
        - Конечно, надеюсь, ты не против?
        - Слава богу. Мне представлялись всякие ужасы, как я прыгаю там в одиночку, изображая странный танец робота.
        - А вот на это я бы посмотрел. Но уверен, что в данном случае у твоей мамы на уме было что-то более традиционное. Как насчет простого вальса?
        Кровь отхлынула от ее лица.
        - Знаешь, уж лучше, наверное, танец робота.
        И в доказательство она сделала несколько угловатых движений, резко поворачивая тело и разводя руки под разными углами.
        Что за женщина! Как может этот ужасный, нелепый робот быть настолько очаровательным?
        Тор прочистил горло:
        - Вау! Твой танец и правда хуже, чем пение.
        - Ах ты какой!  - прыснула Ева.
        - Брось, вальс - это просто, увидишь. Я тебе все покажу. Это же только раз, два, три, раз, два, три,  - сказал Тор.
        - Это только так говорится, а на самом деле все ужасно трудно,  - пробормотала Ева.
        Встав рядом с девушкой, он взял ее за руку.
        - Смотри, все совсем просто, просто представь квадрат. Сначала делаешь шаг вперед левой.
        Он показал, и Ева повторила.
        - Это одна сторона квадрата, теперь скользни вперед правой в другой угол квадрата.
        Он показал ей, как закончить квадрат, и они несколько раз попробовали сделать это вместе, стоя рядом.
        - Хорошо, теперь давай вместе. Возьми меня за руку, а вторую положи мне на плечо,  - сказал Тор, поворачиваясь к ней лицом.
        Ева послушно встала, как ей велели, а Тор положил свою свободную руку ей на талию.
        - Сейчас я сделаю шаг вперед левой ногой, а ты будешь моим зеркальным отражением и шагнешь назад правой.
        Ева кивнула, сосредоточившись на ногах.
        Он медленно шагнул вперед, а она неуверенно сделала шаг назад.
        - Теперь левой,  - командовал Тор,  - шаг вперед.
        И она наступила ему на ногу.
        - Ой, извини,  - смутилась Ева.
        - Давай я поведу,  - Тор прижал ее к себе и закружил по комнате. Но получалось ужасно - Ева лягнула его по икре, отдавила пальцы, пока наконец ее нога не оказалась между ног у Тора и они, хохоча до слез, не повалились вдвоем на кровать: Ева упала навзничь, а Тор сверху.
        - Ох, если это тоже часть вальса, то в ней я могу проявить себя лучше,  - всхлипывала от смеха Ева и по-цыгански потрясла плечами.  - Я знаю движения.
        Забыв про урок танцев, Тор стащил с нее платье и покрыл ее плечи поцелуями. Потом он быстро помог ей избавиться от нижнего белья, а она стянула с него рубашку. Разбросав одежду по всей комнате, они возобновили поцелуи. Тор на мгновение отвлекся, чтобы снять джинсы, трусы и схватить со столика презерватив, после чего лег на спину и потянул Еву за руку, приглашая оказаться сверху.
        - Покажи мне, что это за движения.
        Оседлав его, Ева на секунду замерла с широко открытыми глазами, потом окинула взглядом его тело.
        - Ого, теперь я понимаю, почему тебе нравится быть сверху, вид отсюда просто шикарный.
        - Вид снизу тоже отличный,  - сказал Тор, гладя ее по бедрам.
        Ева тихо взвизгнула, и от желания у Тора потемнело в глазах.
        - Такие движения тебе нравятся?
        - Понравятся еще больше, когда я окажусь внутри тебя.
        Такая прямота заставила Еву ошеломленно хохотнуть, но затем она нагнулась и поцеловала его.
        - Терпение,  - прошептала девушка, хотя именно терпение у него было уже на пределе.
        Она покрыла его грудь быстрыми поцелуями, вызывая у него стоны. Тор буквально чувствовал на коже ее улыбку, ей, похоже, очень нравилось его мучить.
        - Ева,  - выговорил он с трудом.  - Еще одно мгновение - и все будет кончено.
        - Ничего, ничего, сейчас я тебе помогу,  - проворковала Ева.
        Она умело вынула презерватив из упаковки и ловким движением надела на него. Этого было достаточно, чтобы он, забыв обо всем, сгреб ее в объятия и попытался подмять под себя.
        - Это мои движения.
        Но, к счастью, она больше не стала тянуть и сделала, как он хотел. Боже, это было что-то немыслимое, что-то за пределами этого мира. Тор резко сел, обхватив ее затылок рукой, крепко поцеловал и пробежался пальцами по ее спине. Ответив на его поцелуй, Ева начала ритмично двигаться с ним в такт.
        Обхватив его бедра, она слегка изогнулась и откинула голову назад, так что волосы рассыпались по спине. Она была божественно красива. Целуя ее грудь, Тор услышал, как она ахнула и перестала дышать.
        Взглянув в ее глаза, затуманенные страстью, он подался вперед, чувствуя, как Ева изо всех сил прижимается к нему.
        - Вот бы так всегда, Ева Блу,  - шепнул он ей на ухо.
        Девушка с силой вцепилась пальцами в его плечи. Тор почувствовал, что она подходит к вершине, и встретил собственную кульминацию, внезапно осознав, что ему хочется всегда быть с этой невероятной женщиной.

        Глава 22

        Дорогая мамочка!
        Я знаю, что ты мечтала отведать настоящей итальянской еды прямо в Италии, так вот, нам сегодня рассказали, что такого понятия не существует, потому что в каждом регионе Италии - свои собственные уникальные блюда, рецепты и стили приготовления еды. Но, тем не менее, утром мы побывали на мастер-классе итальянской кухни. На нем мы замешивали и раскатывали тесто, готовили и ели пасту своего приготовления, и соус к ней тоже делали сами. Конечно, нам не удалось раскатать тесто достаточно тонко, паста получилась толстая и тяжелая. Ну и что, все равно более аутентичную итальянскую еду и придумать невозможно.
        Рим прекрасен, здесь все вокруг - история. На каждом шагу какая-нибудь античная руина, старый акведук или мост, ведущий в никуда, лестницы со стертыми ступенями. Мы побывали в Сикстинской капелле и в музее Ватикана, в котором собраны великолепнейшие живописные полотна и скульптуры. А какие там изумительные подробные карты, нарисованные и раскрашенные в шестнадцатом столетии! Просто удивительно, что уже в 1500-е годы люди путешествовали по миру в поисках новых впечатлений и видов, пробовали новую экзотическую еду, прямо как ты и я несколько веков спустя.
        Мы видели удивительно сохранившиеся мозаики и мраморные полы в Domus Romane, Римском античном доме. Потом забрались на холм, где стоит памятник Виктору Эммануилу, чтобы полюбоваться поразительными видами города. Ходили в Пантеон и Римский Форум, смотрели уличное представление на Пьяцца Навона. А еще были у фантастически красивого фонтана Треви и - по предложению Тора - оба бросили в воду монетки. Есть примета, что если бросить в фонтан монетку через плечо, то обязательно вернешься в город, и мне понравилась идея, что когда-нибудь мы с Тором побываем здесь опять. Возможно, я просто немного замечталась.
        Разумеется, были мы и в Колизее, к тому же на специальной ночной (!) экскурсии! Видели подземные палаты, арену и верхние террасы тоже. Мы - чтобы выполнить твою мечту - танцевали вальс прямо посреди арены. Ты всегда так хорошо танцевала, так изящно двигалась, и я знаю, что мой танец не идет ни в какое сравнение с этим. Но маленькая группа туристов, которые были с нами на экскурсии, аплодировали, так что, думаю, получилось не совсем уж плохо. К тому же Тор - отличный танцор.
        Как бы я хотела, чтобы ты была здесь и показала нам, как это делается.
        Люблю тебя, Ева

        P. S. Исполненные мечты:
        6. Поесть блюда итальянской кухни в Италии.
        7. Танцевать в Колизее.

        Дорогая мамочка!
        Египет безумно живописен, иначе и не скажешь. Первым делом мы отправились в Египетский музей в Каире, и это было настоящим путешествием в прошлое. Там хранятся сокровища Тутанхамона и других фараонов - я, наверное, в жизни не видела сразу столько золота. Знаю, что ты мечтала найти в Египте золотой клад, но, я уверена, все золото до последней крупицы уже здесь, в музее. Гробницы и пирамиды, по-моему, обшарили и выгребли дочиста.
        На рассвете следующего утра мы катались на верблюдах. Сами верблюды оказались очень спокойными и дружелюбными. Я опасалась, что ездить на них будет ужасно неудобно, но ничуть не бывало. Наоборот, это потрясающе, плыть так высоко над землей - метрах в двух или даже больше. Так мы добрались до пирамид Гизы - так странно смотреть на них и понимать, что эти гигантские постройки были возведены много тысячелетий назад. Тор утверждает, что их построили инопланетяне, и этим меня смешит. Чаще всего он очень рассудительный и умный, но иногда он говорит и делает ужасно смешные вещи - и я обожаю его за это.
        Сегодня вечером мы вылетели в Луксор, чтобы увидеть Долину царей и разные гробницы. Всюду на стенах потрясающие росписи и иероглифы. И еще раз о твоей мечте найти клад с золотом: так вот, мы его нашли. Ну, почти. На выходе из гробницы Тутанхамона Тор заметил на полу это ожерелье. Оно подозрительно напоминает побрякушки с сувенирных прилавков уличных продавцов, и я почти уверена, что Тор его подбросил (уж очень он тянул меня посмотреть как раз тот уголок гробницы, где мы его нашли). Знаешь, это удивительно, с ним я так много смеюсь…
        Завтра мы летим в Кению на сафари, и я передать тебе не могу, как взволнована.
        Хочу, чтобы ты была здесь!
        С любовью, Ева

        P. S. Исполненные мечты:
        8. Покататься на верблюде.
        9. Найти золотой клад в Египте.
        10. Посетить пирамиды.
        - Не может быть!  - ахнула Ева.
        Тор оглянулся, не понимая, что могло так удивить девушку в ее собственном чемодане, который она в этот момент разбирала.
        - Что такое?
        Она продолжала нервно рыться в чемодане, вышвыривая вещь за вещью. Не получив ответа, Тор тихонько вздохнул. Он устал, эта поездка оказалась несравненно более насыщенной, чем все предыдущие его туры, ему казалось, что события сменяют друг друга с головокружительной скоростью. За годы работы он не так уж часто бывал в кругосветных путешествиях - чаще всего туры были гораздо короче. А уж такого и вовсе не было никогда. Кроме того, сопровождающему обычно полагался отдельный номер, так что по вечерам можно было отдохнуть в уединении и сосредоточиться. И, хотя отселяться от Евы в отдельный номер ему больше совсем не хотелось, ведь он наслаждался каждой минутой, проведенной с ней, все же переход от одиночества к таким полноценным отношениям был немного утомительным. К такому нужно было привыкнуть. Их отношения начались так неожиданно, без предваряющего этапа свиданий - при этом они были неразлучны буквально двадцать четыре часа в сутки. Их с Евой поездка, несомненно, лучшая из всех, что у него были, но уж очень стремительно все развивается - и это не только про маршрут.
        - Моя одежда вся пропала.
        Но Тор видел, что чемодан битком набит тряпками. Что ж, видно, Ева тоже начала уставать. Еще в аэропорту Луксора ему показалось, что она очень нервничает. Возможно, она просто-напросто забыла часть одежды в последнем отеле, где они останавливались.
        - Ну, что там такое, куда все подевалось?  - Тор подошел к огорченной девушке.
        Она подняла руку, в которой держала пару блестящих серебряных ботфортов по колено высотой.
        - Похоже это на то, что я могла взять в кругосветное путешествие?
        - А что, по-моему, симпатичные.
        Еве явно было не до смеха.
        Тор бросил взгляд на содержимое чемодана, полного таких же странных, кричаще-ярких предметов, и сердце у него тревожно екнуло. Ева вытащила пару брюк в коричневую полоску - они были расклешенные и с бахромой.
        - Видно, в аэропорту мы по ошибке схватили чужой чемодан,  - предположил Тор.
        - Скажи лучше, ты схватил,  - вздохнула Ева и, захлопнув крышку, посмотрела бирку с именем.
        Дороти Джордан. Блин.
        Мысленно Тор вернулся в аэропорт в Луксоре. К тому времени, как они подошли к месту выдачи багажа, на ленте транспортера оставались только этот чемодан и его рюкзак. Тор схватил вещи, даже не поглядев на бирки, тем более что черный чемодан был двойником Евиного.
        - Наверное, эта Дороти первой унесла твой чемодан. Когда мы подошли, оставался уже только этот, вот я и решил, что он твой.
        - И неправильно решил,  - огрызнулась Ева.
        - Ну, если бы ты не провела в туалете столько времени, когда мы вышли из самолета, мы могли бы получить свои вещи раньше, чем эта Дороти.
        - Извини, пожалуйста, что от этой сомнительной пищи, которой ты меня накормил в Каире, у меня ужасный… ужасное расстройство желудка.
        Сердце у Тора совсем упало. Расстройство пищеварения в поездке - что может быть страшнее, а она даже ничего ему не сказала.
        - Так вот почему ты так долго там была…
        - А что, по-твоему, я еще могла там делать?
        Тор пожал плечами:
        - Откуда я знаю. Всякие девичьи штучки. Прическа, макияж.
        Ева уставилась на него:
        - Ну, разве ты меня не видишь? Я вообще даже не взяла с собой в поездку никакой косметики.
        И правда, он же ни разу не замечал, чтобы она наносила макияж. Ее красота была естественной - да с этими милыми конопушками на носу и удивительными серыми глазами она и не нуждалась ни в каких прикрасах.
        - Боже, а ведь мы сегодня вечером собирались в тот ресторан с видом на Нил. А я могу или надеть шорты и футболку, которые на мне сейчас, или нарядиться так, будто я перенеслась сюда из прошлого,  - Ева уныло опустила голову.
        Тор наугад вынул несколько вещей. Несомненно, Дороти собиралась на костюмированную вечеринку в стиле семидесятых, потому что весь чемодан был набит одеждой и обувью той эпохи. Для мужчины там тоже кое-что нашлось - ярко-оранжевый костюм с брюками-клеш, зеленая клетчатая рубашка, залихватские накладные усы и парик в стиле афро.
        Он вытянул из кучи облегающий комбинезон бирюзового цвета с блестками.
        - Думаю, в этом ты будешь ослепительна.
        - Издеваешься,  - буркнула Ева и, войдя в ванную, хлопнула дверью.
        Тор со вздохом еще раз осмотрел бирку в надежде, что на ней указан адрес или телефон, но ничего этого не было. Впрочем, еще не все потеряно. Он знал, что у Евы на бирке записан номер ее мобильного. Такая она, аккуратная и организованная.
        Еще немного покопавшись в чемодане, Тор попытался найти Еве что-то хоть отдаленно пригодное для похода в ресторан. Но, увы, все было ужасно ярким, да и покрой вещей вызывал сомнения. Вообще-то, бирюзовый комбинезон казался меньшим из зол - по крайней мере, он был однотонный.
        Через несколько минут стало ясно, что Ева выходить не собирается.
        Тор подошел к двери ванной.
        - Ты как там, у тебя все в порядке?
        - Да,  - Ева вздохнула.  - Уже лучше, чем было сначала.
        Тор не знал, как загладить вину.
        - Может, тебе что-нибудь нужно?
        - Да, нужно - чтобы ты отошел от этой чертовой двери. Господи, если уж чем можно наверняка отвадить мужчину, так это дать ему послушать, как его женщина мается в туалете с расстройством.
        Подавленный Тор попятился и снова подошел к чемодану. Может, попробовать ее развеселить? Это поможет ей почувствовать себя лучше, хотя бы эмоционально.
        Он выискал и подобрал самую нелепую комбинацию мужских тряпок - золотую рубашку и какие-то коричневые клеши с бахромой - и, хотя они явно были рассчитаны на человека пониже его и более худого, умудрился в них втиснуться. Материал, нейлон или полиэстер, оказался безбожно колючим, к тому же в синтетике Тору сразу стало жарко. Но он не передумал, а для полноты картины даже надел парик и зеркальные очки.
        Выйдя из ванной и увидев его, Ева остановилась как вкопанная. Сначала она заулыбалась во весь рот, а потом начала смеяться и долго не могла остановиться. А когда наконец отсмеялась, то подошла к нему, похлопала по подложенным плечам и чмокнула его в щеку.
        - Какой же ты хороший. А я разнылась, прости, мне стыдно.
        - Даже не думай извиняться. Ты устала, тебе нездоровится, да еще и одежда улетела. Мне кажется, этого любому достаточно, чтобы выйти из себя.
        - Ты такой терпеливый,  - Ева положила голову ему на грудь, а он обнял ее и просто держал.
        Через некоторое время он легонько отстранился.
        - Знаешь, а давай так и пойдем в ресторан - как будто мы экстравагантная парочка, повернутая на стиле семидесятых. Лично мне кажется, что в бирюзовом комбезе ты будешь сногсшибательна, или, если хочешь, останемся здесь и закажем ужин в номер. Тебе решать.
        Ева смотрела на комбинезон с сомнением. Тор не сомневался, что она предпочтет ужин в номере, и, учитывая ситуацию, понял бы такое решение.
        Но она вдруг улыбнулась:
        - Давай устроим такой выход.
        - Серьезно?
        - Почему бы и нет - если у нас у обоих вид полных идиотов, то уже не так страшно. И вообще, я считаю, что просто обязана показаться на людях в таком фантастическом виде.
        Тор тоже заулыбался:
        - Идет, только умоляю, не заставляй меня идти в этом парике. От него голова жутко чешется.
        - Так и быть, разрешаю тебе его снять.
        - Вот спасибо. А эти блестящие ботфорты ты наденешь?
        - Само собой.
        Он расплылся в умиленной улыбке. Черт, ему страшно нравилась эта девчонка.
        - И ты правда думаешь, что мне все это пойдет?
        Встав на цыпочки, Ева поцеловала его в уголок рта.
        - Ты просто высший класс, детка.

        Положив голову на обнаженную грудь Тора, Ева лежала тихо, как мышка, а он гладил ее по волосам. У него еще вовсю колотилось сердце после секса, да и у нее тоже. Сейчас она полностью расслабилась и чувствовала себя совершенно счастливой.
        Они все-таки отправились в ресторан и, хотя многие останавливались и, смеясь, смотрели им вслед, все прошло хорошо: по их нарядам было понятно, что это не дурная претензия на высокую моду, а просто шутка в стиле семидесятых. Тору, по мнению Евы, повезло с костюмом куда меньше. Ей, в ее комбинезоне, то и дело восхищенно свистели вслед, да и Тор без конца повторял, что выглядит она потрясающе. О его одежде этого нельзя было сказать. И все же он пошел на это, только бы ее порадовать. С каждым днем она чувствовала, что влюбляется в этого парня еще чуть-чуть сильнее.
        А еще по дороге Тор заскочил в аптеку за лекарством, благодаря которому она сразу почувствовала себя намного лучше.
        - Нам нужно больше работать над твоими личными мечтами,  - заметил Тор.  - Пока что у нас по этой части большие пробелы.
        - Все у нас прекрасно: мне сделали предложение, я провела ночь на мельнице, ездила на мотоцикле…
        - Это скорее моя мечта, чем твоя,  - возразил Тор.
        - Нет, мне очень понравилось. Сама бы я никогда на это не решилась, но все же мне хотелось попробовать. А еще я купалась в золоте, мы видели китов, и я сплю с самым потрясающим мужчиной, какого только встречала. Так что мои мечты исполняются совсем даже неплохо.
        Тор подозрительно долго молчал. Не слишком ли далеко она зашла с последним пунктом? Она не хотела отпугнуть его, но и скрывать свои чувства считала нечестным.
        - А еще мы увидим жирафов, когда будем на сафари,  - бодро продолжила Ева, надеясь замять неловкость.  - Плюс прогулка на воздушном шаре. Это, правда, из маминого списка, но я тоже всегда об этом мечтала.
        - О’кей, я просто хочу, чтобы ты не пожалела после поездки, что что-то упустила,  - сказал Тор.
        Она провела рукой по его груди.
        - Что бы ни случилось, я никогда в жизни не пожалею ни о чем, что было в этой поездке.
        Ева подняла голову и посмотрела ему в глаза. Ни о чем. Она не знала пока, что будет с ними, когда путешествие закончится, но никогда не будет жалеть о проведенном с Тором времени.
        - А какие мечты у тебя? Есть что-то такое, чего бы тебе хотелось в этой поездке?  - вдруг спросила Ева.
        Очень удивленный, Тор поглядел на девушку:
        - Никто и никогда раньше не задавал мне таких вопросов.
        - Потому что, наверное, никому из твоих клиентов это не было так важно, как мне.
        Он нежно поцеловал ее к макушку.
        - Это твои каникулы, твой праздник, и я не хотел бы вторгаться в него, как незваный гость, со своими желаниями.
        - Все это перестало быть только моим праздником с той минуты, как мы стали спать вместе. С этого момента поездка стала нашей общей.
        Тор задумался - видимо, эта мысль не приходила ему в голову.
        - Ну, подумай, должно же быть хоть что-то, чего тебе реально хочется,  - настаивала Ева.
        - М-да. Боюсь только, что это не очень соответствует твоим требованиям к комфорту. Вот в детстве я очень любил ходить в походы и ночевать в палатке. Ты когда-нибудь спала в палатке?
        Ева отрицательно помотала головой.
        - Странно даже, мама столько рассказывала мне о путешествиях и приключениях, но походы и палатки как-то прошли мимо меня.
        И она улыбнулась.
        - Ну что ж, давай - мне тоже захотелось. А где лучше устроить такую ночевку, как ты думаешь?
        Тор просиял:
        - Было бы здорово провернуть это в Кении.
        Ох, на взгляд Евы, это был не лучший вариант.
        - Там же, наверное, полно разных букашек и змей?
        - Они там, конечно, есть повсюду, вне зависимости от того, в палатке мы или нет,  - ответил Тор.
        - Не знаю, но мне бы не хотелось с ними спать.
        - В Кении есть шикарные, очень удобные палатки. Некоторые даже с настоящими кроватями и туалетом.
        Ева насмешливо фыркнула:
        - Тогда это не очень похоже не поход.
        - Понимаю, но тебе для первого опыта этот вариант должен подойти идеально. Ну а если тебе понравится, понизить уровень комфорта мы всегда можем.
        - Ладно, мне нравится.
        Еве это совершенно не нравилось. Что может быть хуже того, чтобы, проснувшись, обнаружить рядом огромного волосатого паука или скорпиона? Но - она уже приняла решение учиться выходить из зоны комфорта. Она справится.
        - Спасибо,  - Тор поблагодарил ее так серьезно и так на нее посмотрел, что Ева поняла: она готова бросить весь мир к его ногам.
        - Видишь, я тоже умею помогать мечтам сбываться. А о чем ты мечтаешь, когда думаешь о будущем? О чем мечтал, когда был ребенком?
        Тор усмехнулся:
        - Не думаю, что ты и с этим сможешь мне помочь.
        - Может, и нет, но все равно расскажи.
        Тор смущенно хохотнул.
        - Я мечтал стать астронавтом.
        Ева задохнулась от любви к нему: как здорово, что он не надутый мачо и не боится показаться смешным.
        - С этим я и правда помочь никак не смогу. А было еще что-то, чего ты хотел?
        Тор глубоко вздохнул.
        - Я хотел стать писателем. У меня в голове было много историй для детских книжек, о волшебных странах и живущих там необычных созданиях. В детстве я часами сидел и записывал эти истории о приключениях мальчика, с которым все время случались разные происшествия. Когда я вырос, интерес к этому у меня так и не пропал. Я и в колледже выбрал журналистику потому, что в программе курса было писательское мастерство. Потом работал в местной газете - писал всякие дурацкие заметки о свинье, которая каталась на скейтборде, или о женщине, которая вязала костюмчики для своей морской свинки. Мне эта работа всегда очень нравилась. А пока я там работал, написал детскую повесть - честно говоря, я написал даже несколько повестей. Отправил их все в издательство в большом коричневом конверте… и ни одну не приняли. Наверное, я все-таки плохой писатель.
        - Так ты сдался после одного отказа?
        - Многих отказов.
        - От одного издателя, в одно время - я это расцениваю как один отказ,  - сказала Ева.  - Найти своего издателя - большое везение, для этого нужно, чтобы нужный человек оказался в нужном месте. Известно же, что Дж. К. Роулинг со своим «Гарри Поттером» множество раз получала отказы - а гляди, как все обернулось. Я работаю в книжной индустрии и точно знаю, многие авторы, с которыми я имею дело, начинали с того, что без конца рассылали свои тексты в разные издательства, сами и через агентов, пока наконец их не замечали. Если это твоя мечта, ни за что не сдавайся.
        - Я и не сдался, по крайней мере тогда. Я продолжал писать в надежде, что когда-нибудь все-таки смогу что-то с ними сделать. Но… запал прошел после… после того, что у меня было с Кристел.
        Ева колебалась. Она не решалась расспрашивать, хотя вопросов было тысячи. Но ей хотелось, чтобы Тор все рассказал сам, если захочет.
        - Не знаю, много ли тебе рассказал отец, но… Мы с Кристел были вместе четыре года, и я думал, что это навсегда. Я был уверен, что в один прекрасный день мы поженимся и будет у нас семья. А потом к ним на работу пришел новый сотрудник, Стефан,  - и с тех пор она ни о чем больше не могла говорить, только о нем. Конечно, я ревновал, но надеялся, что это временное увлечение. Может быть, я уделял ей недостаточно внимания. Мы с ней тогда откладывали деньги на покупку жилья, жили в маленькой съемной квартире, да еще и часы работы у нас не совпадали, так что мы толком и не виделись. Может, мало-помалу мы оба перестали вкладываться, заботиться о поддержании отношений. Но я был твердо уверен, что вместе мы сумеем все это преодолеть.
        Тор сделал паузу, и Ева напряглась, ожидая, когда же он заговорит о ребенке. Ей не хотелось бередить его старые раны, заставляя заново пережить ту боль, но, с другой стороны, не терпелось понять, что же так повлияло на него, что он до смерти боится новых серьезных отношений.
        - Потом она забеременела, от меня. Я был на седьмом небе от счастья. Она ни разу не обмолвилась, что не хочет ребенка. Наверное, все это моя вина. Я был так рад, что ничего не замечал вокруг. Возможно, в такой ситуации ей было трудно, даже невозможно объясниться со мной. Я покупал игрушки, детскую одежду, начал отделывать свободную комнату под детскую. Я даже начал писать новую книгу для своего малыша. Она была про то, как отец с сыном вместе отправляются на поиски приключений. Хотя я охотно был готов заменить мальчика на девочку, если бы родилась дочь.
        В его голосе отчетливо слышалась боль.
        - Шли недели. Я закончил ремонт в детской, и тут она как-то вернулась домой и сказала мне, что сделала аборт.
        - Как же так?  - Ева в ужасе округлила глаза.  - Она же видела, как ты все это время радуешься, как ждешь, все эти недели счастья и предвкушения - и ничего не сказала тебе о собственных чувствах? Даже не намекнула, что планирует сделать?
        - Нет, ни словечком не обмолвилась. Четыре года вместе, и она даже в этом мне отказала. Я был убит горем. В голову лезло всякое. Может быть, она боялась, что ребенок навсегда привяжет ее ко мне, а ей это уже не было нужно. То ли она не была готова к материнству, то ли не хотела ответственности - но только она сказала мне, что не хотела моего ребенка и что больше не любит меня.
        Господи, это было даже хуже, чем представляла себе Ева. Сердце у нее обливалось кровью из-за Тора. Он потерял не просто любовь, а гораздо большее - потерял своего ребенка.
        - Ясное дело, между нами все было кончено. Я видеть ее не мог после того, что она сделала. Переехал в Лондон, начал работать в турфирме и постарался обо всем забыть. Но, будто специально, чтобы посыпать мне соль на рану, Кристел сошлась со Стефаном и снова забеременела, всего через шесть месяцев после того аборта. Этого ребенка она сохранила, а вскоре они решили завести и второго. Это, пожалуй, было для меня последней каплей. Получалось, что она не против того, чтобы иметь детей, она не хотела ребенка именно от меня.
        - Ох, Тор… Очень сочувствую тебе…  - она не находила слов, чтобы выразить свое участие.
        - Ничего. Это давно было.
        Теперь Еве стало понятнее, почему Тор так бегает от новых отношений. Как поверить женщине снова после такого предательства. У него в душе, наверное, выжженная пустыня.
        - А, да, после этого я снова охладел к детским книжкам. Ту историю, для моего ребенка, я закончить не смог, и другие не придумывались. Так что я просто постепенно забыл о своей мечте.
        - Ужасно, что она еще и это у тебя отняла, вместе со всем остальным. Мне бы очень хотелось когда-нибудь почитать твои истории. Они сохранились?  - спросила Ева.
        - Где-то валяются, в доме у родителей. Я все их напечатал и положил в архивные папки. Так что не думаю, чтобы мама их выкинула.  - Тор провел пальцем по шее Евы.  - Может быть, когда-нибудь я напишу о девочке по имени Ева Блу, которая отправилась по свету на поиски приключений.
        Ева улыбнулась:
        - Мне это нравится. Я сделаю к ней иллюстрации.
        - И мне это очень понравится,  - и Тор поцеловал ее.

        Глава 23
        - Боже, я с ног валюсь от усталости.  - пропыхтела Ева, поднимаясь по лестнице в номер гостиницы. Из Луксора они перелетели в Каир, оттуда в Найроби - этот перелет занял почти целый день. Ей даже в голову не приходило, что Африка настолько велика, что перелет из одной африканской страны в другую может занять столько времени. Одно хорошо - за время этого перелета она успела как следует поработать. По Европе перелеты были короткими, пара-тройка часов, но в других случаях на переезд с места на место могли уходить целые дни. Обсуждая с Ребеккой расписание, Ева подумать не могла, что все это вместе окажется настолько утомительно.
        Хорошо еще, что объявилась Дороти Джордан. Она позвонила рано утром, и они договорились обменяться чемоданами. Это радовало, потому что даже в это время суток не слишком приятно было ходить по здешней палящей жаре в нейлоне, не говоря о том, чтобы отправляться в таких нарядах на сафари.
        - Итак, наше расписание здесь, в Кении, слегка поменялось, так что завтра мы можем отдохнуть и расслабиться, а послезавтра отправимся в палаточный городок. На завтра у нас вообще нет никаких планов, кроме завтрака,  - доложил Тор.
        Ева утомленно вздохнула:
        - Наверное, я и завтрак пропущу и просплю целый день.
        Темп поездки до сих пор не снижался ни на день, и усталость начинала давать о себе знать.
        - Поверь, этот завтрак ты не захочешь пропустить, там тебя ждет кое-что очень необычное,  - лукаво прищурился Тор.
        Опять он что-то задумал. Только ее сейчас не очень привлекают сюрпризы.
        - Как вообще получилось, что мы приехали сюда?  - спросила Ева. Отель был похож на большой шотландский коттедж, сплошь поросший плющом. Она была уверена, что, когда они прорабатывали маршрут, она такого места не видела. В основном предлагались небольшие деревянные домики - милые, уютные, но довольно примитивные. Такую красоту Ева бы запомнила.
        - Я же говорю, планы изменились. Скоро сама все увидишь,  - загадочно подмигнул Тор.
        Открыв дверь спальни, Ева даже вскрикнула от такой красоты. В центре комнаты стояла величественная кровать с балдахином, со всех сторон окруженная легкими полупрозрачными занавесями. Скорее всего, это была обычная противомоскитная сетка, но выглядело все равно безумно романтично. У дальней стены был большой камин, на полке мерцали горящие свечи. Старинная мебель была изящна и красива, но ничто не могло сравниться с видом из окна. Несколько шагов отделяли ее от просторного балкона, а закат солнца над саванной завораживал.
        - Ах!  - тихо воскликнула Ева.
        - Ты еще главного не видела. Идем,  - позвал Тор.
        Побросав сумки, Ева вышла к нему на балкон и замерла. Прямо под ними стоял… жираф.
        - Боже ты мой, он так близко. Что он здесь делает?  - Вся Евина усталость вмиг испарилась, и она перегнулась через перила, чтобы получше рассмотреть животное.
        - Он здесь живет,  - пояснил Тор, кладя руку ей на плечо.  - Этот и много других. Ты не обратила внимания на название отеля, когда мы въезжали?
        - Не-а, я только мечтала о горячей ванне и постели.
        - Это всемирно известная Усадьба жирафов. Завтра, надеюсь, мы сможем позавтракать вместе с ними. Они зайдут в утреннюю столовую и будут есть вместе с нами.
        - Ты меня разыгрываешь?  - Ева недоверчиво смотрела на Тора.
        Он расплылся в широкой улыбке.
        - Ты же говорила, что хочешь посмотреть на жирафов вблизи. Ну вот, завтра сможешь их даже покормить.
        Ева другими глазами смотрела на Тора. Ему пришлось немало потрудиться ради того, чтобы ее мечта стала явью. Явно его чувства к ней намного глубже, чем он хочет признать, Ева отказывалась верить, что она для него рядовая сексуальная партнерша. Он-то для нее определенно значил куда больше.
        - Не могу поверить, что ты сделал это для меня.
        Тор дернул плечом и отвернулся было, но Ева повисла у него на шее.
        - Спасибо.
        Он обнял Еву в ответ и, закрыв глаза, опустил голову, коснувшись ее лба. Ева тоже зажмурилась и на несколько мгновений затихла в его руках. А открыв глаза, обнаружила, что Тор внимательно на нее смотрит, будто собираясь что-то сказать.
        Внезапно раздавшийся резкий звук, что-то вроде фырканья, разрушил очарование момента. Обернувшись, Ева увидела, что один из жирафов просунул нос сквозь металлические перила балкона и тянется к ним длинным языком.
        - Чудо какое.  - Ева, подбежав, присела на корточки рядом с огромной головой животного и заглянула в его шоколадные глаза.  - Привет,  - прошептала она и увидела рядом с собой Тора.  - Можно его погладить?
        - Почему бы и нет. Если ему не понравится, он просто уйдет.
        Ева нерешительно протянула руку, а жираф, к ее удивлению, остался на месте и явно позволял себя потрогать. Девушка провела рукой по его бархатистой щеке.
        - Он такой мягкий и на ощупь немного похож на лошадь.
        Тор тоже протянул руку к жирафу, и Ева не могла сдержать улыбку, видя, как ему это нравится. Жираф, кажется, тоже был совершенно не против общения. Он явно привык к людям и все пытался лизнуть то Еву, то Тора.
        - Смотри-ка, я нашла орешек,  - опускаясь на колени, Ева заметила на полу что-то вроде небольшого лесного ореха.  - Жирафам можно орехи?
        - Вообще-то, в комнате целый мешок такого добра. Я уверен, что это не орехи, а жирафья еда, которой их здесь кормят. Наверное, это часть их рациона. Подожди, я за ним схожу.
        Медленно, чтобы не спугнуть жирафа, Тор поднялся, а жираф тем временем изо всех сил пытался дотянуться до «ореха».
        Вернулся Тор почти сразу, с пакетом, надпись на котором гласила, что это комбикорм для жирафов.
        - Да, это такая же штучка, можешь его угостить.
        Ева подогнала гранулу поближе, чтобы жираф смог дотянуться и слизнуть ее. Тор тем временем распечатал пакет. Насыпав горсть гранул в подставленную Евой ладонь, он и сам зачерпнул немного.
        - Мы можем покормить его с руки?
        - Думаю, что да,  - кивнул Тор.  - Когда мы регистрировались, внизу сказали, что это можно.
        Ева, видимо, пропустила этот момент мимо ушей - она как раз разговорилась с одной из служащих отеля, усмотревшей в ней сходство с Кейт Миддлтон. И, видимо, порядочно пропустила, раз даже не поняла, что это место особенное и что жирафы - его неотъемлемая часть.
        Держа горсть катышков на ладони, Ева смотрела, как жираф деликатно слизывает их по одному. Ей хотелось пищать от восторга и смеяться, как от щекотки. Тор тоже протянул руку, и жираф невозмутимо слизнул гранулы и с нее.
        - Невероятно,  - Ева снова погладила жирафа по щеке.
        Тор положил свою ладонь поверх ее руки, и они стали гладить жирафа вместе, переглядываясь и улыбаясь, как заговорщики. Еве хотелось запечатлеть этот момент в памяти и сохранить его на всю жизнь. Солнце над саванной, клонящееся к закату, этот чудный зверь между ними и пальцы Тора поверх ее ладони - в этот момент она поняла ясно и отчетливо, что не просто увлечена, а любит этого человека, по-настоящему и очень сильно.

        Не успели они вылезти из джипа, как у Евы зазвонил телефон. Увидев, что это Лорел, девушка поспешила ответить. В последние дни Ева отправляла ей много сообщений, рассказывая обо всем, что видела. Написала она и о том, что Тор не уехал и остался с ней, хотя не особо вдавалась в детали их отношений. Очевидно, тетя сгорала от нетерпения.
        - Привет, дорогая,  - раздался голос Лорел.  - Как у тебя дела?
        - Лорел, все потрясающе, я будто в сказке. Мы были в Египте, смотрели пирамиды и гробницы, катались на верблюде, а сейчас уже два дня живем в Усадьбе жирафов в Кении и по утрам завтракаем вместе с жирафами, это просто немыслимо. Сегодня мы встали очень рано, доехали до Масаи Мара и сейчас вот-вот отправимся на сафари на воздушном шаре. Я в полном восторге,  - говорила Ева, поглядывая, как Тор разговаривает о чем-то с пилотом шара. Шар был уже основательно наполнен горячим воздухом, и в сумраке рассвета ярко светилось оранжевое пламя горелки.
        - Ч?дно. Я рада, что ты хорошо проводишь время. Признаться, я не была уверена, что вся эта история с путешествиями придется по вкусу тебе, домоседке, но вижу, что все хорошо.
        - Даже очень.
        - А повлиял ли на изменение твоих вкусов некий сексуальный датчанин?
        Ева с улыбкой покачала головой - Лорел не ходила вокруг да около и сразу перешла к тому, что интересовало ее больше всего.
        - Мне очень нравится узнавать мир в его компании. Всегда приятнее, когда можешь с кем-то поделиться впечатлениями, и я представить не могу, что радовалась бы всему этому с кем-то другим, без него.
        - И?
        Ева осмотрелась, не слышит ли ее кто, но все, включая Тора, находились на почтительном расстоянии. Все же для верности она понизила голос:
        - А жаркий секс во всех странах мира - несомненный бонус.
        Лорел даже присвистнула от радости:
        - Так вы теперь парочка?
        - Не думаю, что можно это так назвать.  - Ева понятия не имела, как можно это назвать.
        - Значит, чистый секс?  - в голосе Лорел слышалась нотка сожаления.
        - Я надеюсь, это нечто большее.  - Ева и сама понимала, что это звучит, мягко говоря, непоследовательно.  - Просто мы оба боимся и не хотим торопиться вешать на это ярлыки. Ни он, ни я, собираясь в эту поездку, не предполагали такого развития событий. Мы не собирались ни заводить какие-то отношения, ни влюбляться.
        - Но, получается, именно это с вами и произошло,  - деликатно сказала Лорел.
        Ева вздохнула:
        - Да, со мной уж точно. Я в него влюбилась.
        - Боже мой. Я никогда раньше не слышала, чтобы ты говорила о любви. Ни разу, ни про одного из мужчин, с которыми ты встречалась.
        - Здесь совсем другое. По крайней мере, для меня.
        - Евочка, а он отвечает тебе взаимностью?
        - Не знаю… я думаю… надеюсь, что да.
        - А если нет?
        Зажмурившись, Ева потерла грудь, занывшую при мысли о том, что она больше не увидит Тора, не поцелует его, не обнимет, что они не будут болтать и смеяться после того, как путешествие останется позади.
        - Не буду обманывать. Если все кончится, конечно, мне будет тяжело. Но ты же знаешь, маме дважды разбивали сердце, но она сумела все выдержать и прожила прекрасную яркую жизнь. И я не пропаду. Я и до Тора была счастлива. Может, жила немного скучно и слишком спокойно, но я была счастлива. Наверное - нет, я уверена,  - в моей жизни теперь будет немного больше места приключениям. А мужчина для того, чтобы быть счастливой, мне не нужен.
        - Прямо в точку,  - сказала Лорел.  - Никогда не нужно ждать, что кто-то сделает нас счастливыми, надо самим заботиться о себе.
        Ева улыбнулась.
        - Но пока еще это путешествие не кончилось, я хочу извлечь из него максимум удовольствия, радоваться каждой секундочке рядом с этим прекрасным мужчиной - и не думать о будущем.
        - Отличный план, мне кажется.
        - А как дела у вас с Джеймсом?  - спохватилась Ева.
        - Не знаю,  - сразу помрачнела Лорел.  - Он по-прежнему держится странно, будто сторонится меня. В какие-то дни все как будто неплохо, он так же нежен, как раньше, но… я чувствую, что мы просто сглаживаем противоречия. Я напрямую спрашивала у него, в чем дело, и просила поговорить со мной, а он отмалчивается или говорит, что все в порядке.
        Ева ужасно огорчилась.
        - Ну что же он так! Ведь разговор - лучший способ сохранить отношения. Это же так просто - поговорить, рассказать друг другу о своих чувствах, проблемах. Но часто люди на это совершенно не способны, держат все в себе, а потом бывает поздно. Может, все-таки попытаешься поговорить с ним еще и поставить все точки над i, раз и навсегда?
        - Может быть, ты права,  - очень грустно сказала Лорел.
        А Ева задумалась, готова ли она последовать собственному совету и рассказать Тору о своих чувствах.
        - Мне, наверное, лучше идти к воздушному шару, а то он, кажется, того и гляди взлетит без меня,  - сказала Ева, заметив, что Тор обернулся и ищет ее глазами.
        - Нащелкай побольше красивых кадров для меня,  - потребовала Лорел.
        - Обязательно. Я люблю тебя.
        - И я тебя.
        Ева дала отбой и бросила телефон на дно сумки.
        - Мне не пора ревновать - ты еще кому-то говоришь, что любишь его?  - пошутил Тор.
        - А ты предпочитаешь, чтобы я сказала эти слова тебе?
        У Тора вытянулось лицо.
        - Ну а раз нет, тогда пошли,  - и Ева мимо него пошла знакомиться с экипажем шара.
        Кроме них, шара ждали еще человек восемь. Команда носилась вокруг с горелками. В воздух вырывалось пламя, газ ревел, наполняя покачивающийся шар.
        Ева с детства мечтала о таком полете. Ее волнение зашкаливало, а от мысли, что шар будет пролетать над самыми живописными местами Кении, у нее и вовсе захватывало дух.
        Подошел Тор. У него до сих пор был немного смущенный вид из-за ее довольно резкого замечания, поэтому Ева игриво подтолкнула его локтем. Он просиял и толкнул ее в ответ.
        После краткого инструктажа по технике безопасности им было предложено забираться в корзину. Ева проворно подскочила и первой вскарабкалась внутрь, Тор за ней следом.
        Когда все заняли свои места, члены экипажа в последний раз провели проверку готовности, отвязали канаты - и вот уже они медленно поднимаются в янтарное небо.
        Шар плыл спокойно, плавно и безмятежно, все они в благоговейной тишине смотрели, как все дальше убегает земля. Они промчались над самыми кронами деревьев, так близко, что Ева, протянув руку, сумела потрогать ветку. Единственным звуком был время от времени раздающийся рев горелок.
        Над горизонтом показалось солнце, залив золотом долину под ними. И тут она увидела их - небольшое стадо слонов. Там были два маленьких слоненка, один немного покрупнее и трое взрослых - великолепные животные неспешно шли куда-то по травянистому склону.
        - Смотрите, слоны!  - крикнул кто-то, показывая на группу.
        Ева оглянулась на Тора и не смогла удержать счастливую улыбку.
        Она была так рада, что видит все это, да еще с такой необычной точки. Казалось, они - единственные люди на всей земле, которым повезло наблюдать, как малыши-слонята резвятся под присмотром старших членов семейства.
        Они пролетели над извилистой рекой так низко, что Ева различила крокодилов, хотя над водой виднелись только морды и глаза, а очертания массивных туш были еле видны в мутных зеленых водах. Шар продолжал лететь вдоль русла реки, и Ева увидела, как, испуганный исходящим от горелки шумом, от них убегает бегемот.
        Пролетая над небольшим редким леском, они видели головы жирафов - те ощипывали ветки, стараясь достать самые верхние листья и побеги своими длинными языками.
        - Невероятно,  - выдохнула Ева.
        - Это точно,  - отозвался Тор.
        Ах, если бы Ева могла сохранить все это в памяти в мельчайших деталях, чтобы время от времени извлекать эти воспоминания и пересматривать. Ей хотелось нарисовать слонов, крокодилов и запечатлеть все эти поразительные краски. У нее даже возникло желание остановить шар в воздухе и начать рисовать, но вместо этого она только сделала несколько снимков.
        - Глядите, а вон зебры!  - показал один из пассажиров.
        И Ева увидела целое стадо зебр, несшихся галопом по саванне. Их полосатые шкуры сверкали в лучах утреннего солнца.
        А воздушный шар все продолжал полет над величественными равнинами, то взмывая так высоко, что видны были вершины далеких гор, то опускаясь так низко, что можно было различить, как колышутся на ветру отдельные травинки.
        - Гиена!  - раздался крик над ухом, и Ева, повернувшись, заметила целых трех - животные неторопливо трусили по узкой грунтовой дороге.
        Все выше поднималось солнце, разгоняя ночные облачка и оставляя бирюзовое небо совершенно чистым.
        Пилот начал говорить о скорой посадке - и в этот момент они увидели льва. Он одиноко стоял на вершине холма и - величественный, гордый - рычал, призывая прайд. Из небольшой рощицы неподалеку ему ответили, и, услышав ответный рев, лев побежал туда и скрылся среди деревьев.
        Шар начал снижение, пилот скомандовал всем сесть на корточки и обхватить себя руками для безопасного приземления.
        Ударившись о землю, корзина накренилась, рядом с ней трепетал шар.
        Ева лежала на спине и смотрела в небо. Грандиозно. Она не находила других слов, чтобы описать пережитое.
        Это было непостижимо. Наверняка мама радуется за нее, она хотела для нее таких вот приключений, наполняющих сердце и душу. Теперь Ева точно знала: когда она вернется домой, ее маленький мирок уже больше никогда не будет прежним. Душа пела, ей хотелось новых приключений, новых красок и волнений. Больше она не станет сидеть, теперь будет добиваться своего. Она посмотрела на Тора, который с широкой улыбкой наблюдал за ней. Оставалось только надеяться, что этот человек, может быть, тоже захочет стать частью всего этого.

        Глава 24

        Тор лежал на кровати с телефоном в руке и просматривал фотографии, сделанные им во время полета. При этом он краешком глаза следил за Евой, которая обследовала палатку. Прежде ему не доводилось видеть, чтобы кто-то так восторгался палатками. Правда, справедливости ради надо отметить, что за время работы гидом ему нечасто приходилось бывать на сафари. А в тех редких случаях, когда это случалось, они останавливались в больших отелях и только один раз ночевали в палатках. Да и то его клиент был так перепуган, что ни до чего не дотрагивался. Тор не знал, как отнесется к этой идее Ева, но, как и обещал, выбрал самый роскошный и комфортабельный кемпинг. Палатки здесь больше напоминали дома со стенами из ткани, чем настоящие палатки.
        - Даже не верится, что у нас здесь туалет, душ и раковина,  - восторгалась Ева.  - Ой, а лампа наверху - это же настоящая люстра. И кровать с пологом, а снаружи - бассейн с гидромассажем. Когда ты сказал про палатку, я себе другое представляла.
        - Здешние кемпинги - одни из самых лучших. Вот вернемся, отправимся в кемпинг в Англии - учти, там подобной роскоши не будет. Наверное, сможем найти место с уличными туалетами и душами, но это будет единственное удобство.
        Ева тут же плюхнулась на кровать рядом с ним.
        - Ура! Мы собираемся в поход, когда вернемся?
        Вот черт. Надо срочно сменить тему, чтобы отвлечь ее от этой сладенькой романтической картинки (с милым рай и в шалаше, все такое).
        - О, смотри-ка, как у меня вчера здорово получился лев,  - заговорил Тор, стараясь не замечать ее вытянувшегося личика.
        - Отличный кадр,  - без всякого воодушевления отозвалась Ева.  - Ты, наверное, много фотографируешь, когда возишь клиентов?
        - Раньше, когда только начинал, было дело. А потом перестал. Показалось, что это немного нелепо - снимать, когда отдыхаешь не ты, а кто-то другой.
        - Но в этот раз ты снимаешь много,  - продолжила Ева.
        - В этот раз все по-другому,  - он поцеловал ее в лоб.  - Совсем по-другому.
        И услышал подавленный вздох. Да, он понимал, что ведет себя очень противоречиво и этим сбивает Еву с толку.
        - Я в душ, не хочешь присоединиться?  - сказал Тор вслух.
        - Я, пожалуй, немного пройдусь, пофотографирую на закате.
        - Ладно. Ужин у нас через полчаса.
        - Я быстро.  - Ева соскочила с кровати и в считаные секунды выпорхнула, оставив его в палатке одного.
        Издав тяжкий вздох, Тор остался лежать на кровати, разглядывая сквозь полог из противомоскитной сетки светильник с хрустальными подвесками.
        Урод, скотина. Не хочешь серьезных отношений с ней, не надо было в это ввязываться. А теперь… Он понимал, что Ева питает к нему чувства более серьезные, чем просто к партнеру по постели. Да и его собственные чувства к ней далеко не ограничивались сексом. А теперь, получается, он мучает девушку, то и дело давая поводы надеяться на продолжение отношений. Она этого очень хочет, но он не уверен, что сможет ей это дать. Вспоминая историю с Кристел, боль от потери ребенка и ее предательства, боль от потери женщины, с которой надеялся быть рядом до конца своих дней, Тор не знал, сможет ли пройти через все это снова.
        Но понимал он и другое: придется преодолеть свои страхи ради Евы и ради себя самого. Ему хотелось быть с ней, нравилось с ней разговаривать, смеяться, смотреть на мир ее восторженным и свежим, незамыленным взглядом. Ева заслуживает нормальных отношений, не мимолетного курортного романчика. А он, скотина, до сих пор тянет и не может решиться. Хватит ходить вокруг да около, он должен принять это решение и сделать все от него зависящее. Набраться наконец мужества и сделать шаг в новую жизнь, хоть он и не знает, что ждет впереди.

        Мамочка, привет!
        Сейшелы - одно из красивейших мест, какие я видела. Уж сколько существует фотографий этого тропического рая, но они ни в какое сравнение не идут с тем, насколько чарующим оказался он в реальности. Море бирюзовое, такого поразительного оттенка, что даже представить трудно. Песок белоснежный, мелкий и шелковистый на ощупь.
        За те три дня, что мы здесь, нам удалось посетить б?льшую часть островов. Мы любовались чудесной природой острова Птиц, редкими птицами, кокосовыми пальмами и многоцветьем коралловых рифов с их причудливыми рыбками. Остров такой маленький, что мы прошли его из конца в конец меньше чем за час. Еще мы высаживались на острове Прален. Он покрыт уединенными пещерками и прелестными лавочками, расписанными всеми цветами радуги, в которых продают вкуснейший банановый хлеб. Здесь так тихо! На острове Альфонс мы плавали с аквалангами, рядом с огромными скатами мантами. Не знаю, это ли ты себе представляла, когда писала, что хочешь плавать с акулами. Может, тебе виделась подводная прогулка бок о бок с гигантской белой акулой - но нам сегодня посчастливилось поплавать рядом с белоперыми рифовыми акулами и бронзовой акулой-молотом. Они удивительные, уникальные и необычные!
        Сегодня же мы ловили рыбу с борта маленького катера, а потом готовили ее и ели прямо на пляже.
        Остановились мы в маленьком бунгало, стоящем на песке. У нас есть собственный тенистый садик с гамаком, куда не заходит никто, кроме нас. Интересно, приходилось ли тебе в твоих многочисленных поездках заниматься сексом в гамаке? Ничего более уморительного в моей жизни, пожалуй, не было.
        Боже мой, я так люблю Тора. Эта любовь меня наполняет, пронизывает, я ощущаю ее всеми фибрами души. Мне хочется кричать о ней, чтобы все знали, только, боюсь, ему это не понравится…
        Мечтаю, чтобы ты была здесь!
        Люблю тебя, Ева
        P. S. Исполненные мечты:
        11. Поплавать с акулами.
        12. Поймать рыбу, приготовить и съесть на пляже.

        Милая мамочка!
        Дубай великолепен, этакая детская игровая площадка для безумно богатых людей. Видела бы, какой величины здесь некоторые яхты. Немыслимые магазины и бутики, товары со всего мира, представлены все дизайнеры, каких знает свет, плюс еще миллион эксклюзивных дизайнеров, о которых я никогда не слышала. Самое дешевое платьице, какое я отыскала, стоит три тысячи фунтов. По всему городу здесь бесконечное множество бассейнов и косметических салонов.
        Мы, конечно, поднялись на самый верх небоскреба Бурдж-Халифа, самого высокого здания в мире. Стоять там на обзорной площадке и смотреть на город, на высоте пятьсот пятьдесят метров, было… страшновато. Гуляя по городу, видишь вокруг много высотных зданий, но, когда поднимаешься на Бурдж-Халифа, все эти небоскребы кажутся игрушками из детского конструктора. Вид оттуда открывается умопомрачительный, видишь и город, и пустыню, раскинувшуюся на многие мили, и голубое море.
        Но вид с самого высокого дома ничто по сравнению с тем, что открывается перед тобой во время свободного падения из самолета. Тор уже прыгал раньше, поэтому не боялся, зато я была - сплошной комок нервов. Я честно думала, что у меня прямо в самолете будет разрыв сердца, так сильно оно колотилось. Мы прыгали с высоты примерно десять тысяч футов, прыжок был затяжной - тридцать секунд свободного падения. Все это время в ушах ревел ветер, было почти невозможно дышать, не говоря уж о том, чтобы заорать от ужаса. Но в какой-то момент мне начало нравиться. Забавно, но именно в эти секунды, стремительно несясь навстречу смерти, я вдруг поняла, что никогда не чувствовала себя настолько живой! Когда парашют раскрылся, падение остановилось, и мы начали спускаться так плавно, что я могла наслаждаться видом вокруг. Стало тихо-тихо, и было видно все на мили вокруг. Исполнения этой мечты я боялась больше всего, но оказалось, что это самый потрясающий, раскрепощающий и захватывающий опыт в моей жизни.
        Вернувшись в отель с бурлящим в крови адреналином, мы тут же занялись сексом - и это тоже было удивительно. Я лежала и смотрела на мужчину, которого люблю, так много мне давшего и полностью изменившего всю мою жизнь. Мне хотелось сказать ему о своих чувствах и о своей боли, но я не могла. Как назвать такие отношения, когда ты не можешь откровенно и честно поговорить с тем, кто тебе дорог, когда боишься признаться ему в своих чувствах, потому что не знаешь, как он к этому отнесется? Что это за отношения такие, в которых один чувствует к своему партнеру в тысячу раз больше, чем тот к нему? Смотрю на него, и сердце разрывается. Все у нас еще продолжается, но я уже знаю, что конец будет не таким, о котором я мечтала. Я думала, что это классно - просто проводить с ним время, что я справлюсь с тем, что ждет потом. Но на деле получается, что с каждым днем я люблю его все сильнее и даже не знаю, как переживу расставание, когда все подойдет к концу.
        Как жаль, что ты не можешь мне ответить, переживала ли ты нечто подобное с Каспером или Томасом.
        Я очень хочу, чтобы ты была здесь и смогла дать мне совет или, по крайней мере, обнять, и утешить, и сказать, что все будет хорошо.
        Люблю тебя, Ева
        P. S. Исполненные мечты:
        13. Подняться на верхушку самого высокого здания в мире.
        14. Прыгнуть с парашютом.

        Убрав открытку в папку, Ева вздохнула. Она взяла программу поездки и недоумевающе сдвинула брови. Здесь ясно сказано, что наутро - вылет в Индию, но Тор сказал, что завтра они никуда не летят до позднего вечера.
        - Как получилось, что наши планы изменились?  - спросила Ева, ложась в постель рядом с Тором.
        Обняв девушку за плечи, он прижал ее к себе и погладил по волосам.
        - Видишь ли, завтра в Дубае кое-что происходит, и я подумал, что тебя это может заинтересовать.
        Ева посмотрела на него подозрительно:
        - Что происходит?
        - Если не захочешь, мы не пойдем, здесь есть чем заняться днем. Можем отправиться плавать на яхте или провести день в пустыне. А еще здесь есть цветочный парк Сад чудес и прекрасный аквариум. Да и пляж Джумейра наверняка хорош. Я просто подумал, что предложу тебе, а если ты откажешься, то, как видишь, тоже ничего страшного.
        Ева нахмурилась:
        - Ничего не понимаю. Ты говоришь как-то странно. Куда я должна захотеть пойти?
        Тор глубоко вздохнул, как перед прыжком.
        - Завтра с двенадцати до трех у Томаса Коннора презентация его книги и автограф-сессия здесь, в Дубае. Я подумал: вдруг ты захочешь туда заглянуть, ну, раз уж мы все равно оказались поблизости.
        Пораженная Ева резко села.
        - Томас будет здесь?
        - Ага.
        - Мой отец?
        Тор кивнул.
        - Боже мой, почему ты мне раньше не сказал?  - Ева сама не знала, радоваться ей или паниковать. Сейчас она склонялась скорее к панике и даже не была уверена, что хочет его видеть.
        - Потому что не хотел, чтобы ты дни напролет изводила себя этими мыслями, взвешивая все за и против. А так к завтрашнему дню ты, не зацикливаясь, примешь то решение, какое подскажет тебе интуиция. Ты как-то обмолвилась, что хотела бы встретиться с отцом, вот я и подумал, что это, пожалуй, удобный случай.
        - На презентации книги? Как ты себе это представляешь - что я куплю его книжицу, подойду и скажу: «Здравствуй, папочка, можешь подписать»? Не уверена, что он будет прыгать до потолка от радости.
        - Мне кажется, это подходящий случай оказаться рядом с ним. У нас нет ни его электронной почты, ни номера телефона. Как до него добраться, если не на таком мероприятии? И я не предлагаю тебе подойти к нему и заговорить при всех. Можно же подойти инкогнито, просто подписать книгу и уйти. Или сказать что-то вроде: «Я Ева Блу, дочь Джульетты»  - и посмотреть, как он отреагирует.
        - А что, если он велит вывести меня из зала?
        - Судя по всему, ты о нем не самого хорошего мнения. Ты уверена, что он оставил твою маму, проведя с ней одну ночь, а о тебе вроде как и вовсе знать не хотел. Если он и сейчас не захочет знакомиться, это никак не разрушит твоей веры в него как в прекрасного отца,  - сказал Тор.
        Не найдя, что на это возразить, Ева кивнула.
        - Но я не знаю, хочу ли я его видеть. Что хорошего из этого может выйти?
        - Ты перевернешь эту страницу. Он всегда тебя интересовал. Он связан с тобой и с прошлым твоей мамы. Если вдруг у тебя будет шанс серьезно с ним поговорить, то ты наконец определишься и со своим отношением к нему, и со своими чувствами. А если не встретишься с ним, так и будешь всегда думать о том, какова же его версия событий.
        С тихим стоном Ева откинулась на спину, невидяще глядя в потолок.
        - Ева, тебе не обязательно думать об этом сейчас. Утро вечера мудренее. Давай завтра ты на свежую голову решишь, как и что. Меня устроит любой вариант, я с радостью проведу день на шикарном пляже. Я ни в коем случае не хочу на тебя давить. Все будет так, как захочешь ты.
        Ева повернулась на бок, спиной к Тору, не зная, злиться ей на него или благодарить.
        Он поцеловал ее в макушку.
        - Спокойной ночи, Ева Блу. Мы подумаем об этом завтра.
        Ева опять вздохнула. Они оба знали, что она, конечно же, как миленькая отправится на встречу с отцом, и оба понимали, что остаток ночи она проведет без сна, в треволнениях по этому поводу.

        Глава 25
        - Господи, неужели я все-таки решилась сюда прийти?  - уже в который раз плаксиво повторила Ева, посматривая на книгу - автобиографию Томаса Коннора,  - которую она держала в руках. Книгу пришлось купить как повод, чтобы примкнуть к длинной очереди поклонников, желающих встретиться с ее отцом.  - Не могу поверить, что ты все это устроил.
        Не обращая внимания на ее воркотню, Тор покровительственно приобнял девушку за плечи и поцеловал в лоб. Оба они отлично знали, что Ева сама приняла решение сюда прийти. Утром Тор ни словом не обмолвился о своем предложении. А Ева, едва открыв глаза, сразу же начала перебирать и примерять свои наряды, пытаясь выбрать, что лучше подойдет к этому событию.
        При этом она сто раз повторила Тору, что никуда не пойдет, на что он, пожимая плечами, предлагал ей другие места, которые можно посетить взамен. Но на самом деле никто не сомневался, что в конечном итоге они окажутся здесь.
        Медленно двигалась очередь, и они вместе с ней. В какой-то момент буквально на несколько секунд она увидела отца. До сих пор красивый и в хорошей форме, Томас Коннор сияющими глазами оглядывал стоящих перед ним почитателей его таланта. Он непринужденно, с легкой улыбкой разговаривал с людьми, которые отстояли очередь, чтобы посмотреть на него. В следующий миг кто-то встал перед ней, и отец скрылся из виду.
        - Ну что, что я ему скажу?  - Ева перелистывала страницы книги, даже не заглянув в нее.
        - Просто назови свое имя и посмотри, отреагирует ли он.
        Ева вздохнула:
        - Это будет ужасно, если нас выведут.
        Еще несколько шагов, и она оказалась следующей в очереди.
        - Мне дурно,  - пробормотала Ева.
        - Слушай, это всего несколько секунд. Не хочешь, не говори ему ничего, даже имя можешь не называть. А когда все будет позади, мы пойдем и напьемся в хлам, ну, или я куплю тебе большой кусок торта - а может, и то и другое.
        Ева, глядя в пол, проигрывала в голове сотни вариантов разговора.
        И вдруг стоявший перед ней человек куда-то шагнул, и она посмотрела в смеющиеся серые глаза собственного отца.
        На миг она, окаменев, застыла на месте, и Тору пришлось незаметно подтолкнуть ее вперед.
        - Привет, спасибо, что пришли сегодня,  - жизнерадостно обратился к ней Томас.  - Надеюсь, стоять пришлось не слишком долго?
        - Привет,  - тихо отозвалась Ева.  - Нет, совсем не долго, всего полчаса или около того.
        - Вы англичанка,  - он заулыбался еще шире.  - Я люблю англичан.
        Она прочистила горло - так много хотелось сказать этому человеку, но у нее всего тридцать секунд, пока он подпишет книгу, и все. Ассистентка, стоявшая рядом с Томасом, уже протянула руку за книгой, чтобы заранее открыть ее для подписи на нужной странице.
        - А здесь, в Дубае, какими судьбами?  - спросил Томас, поскольку Ева как воды в рот набрала.
        - Я в отпуске, в кругосветном путешествии. У меня полтора года назад умерла мама, и остался список того, о чем она мечтала, но не сумела осуществить. Вот я и решила постараться сделать все эти вещи в память о ней.
        - Мне очень жаль, что вы потеряли маму, но эта поездка - восхитительная идея. Что же там было, в ее списке?  - заинтересовался Томас, а ассистентка тем временем буквально вырвала книгу у Евы из рук.
        - Ну, например, она хотела подняться на самое высокое здание в мире, вот почему мы здесь, в Дубае, хотела поплавать с акулами, прыгнуть с парашютом, увидеть солнце в полночь. Мы поедем в Новую Зеландию, надеемся посмотреть там на южное полярное сияние, а еще хотим поплавать с дельфинами на Гавайях.
        - Вы получите массу удовольствия,  - сказал Томас, опустив глаза на открытую страницу с напечатанным посередине заглавием, которую уже подсунула ему ассистентка. Времени у Евы почти не осталось.  - Как вам подписать, ваше имя?
        - Ева Блу,  - немного хрипло ответила она.
        Томас резко дернул головой, из глаз внезапно, как выключили, исчезла улыбка.
        - Блу - интересная фамилия. Довольно редко встречается.
        И тут все пошло по сценарию, на который Ева надеялась.
        - Моя мама была певицей, Джульетта Блу - ее сценический псевдоним. Но перед тем, как я должна была родиться, она поменяла имя и взяла эту фамилию как свою законную. Вот так я тоже стала Ева Блу.
        Он смотрел на нее не отрываясь:
        - Вы дочь Джульетты?
        Ева кивнула, стараясь догадаться, о чем он думает. В его глазах не было ни страха, ни ужаса, но она не заметила и радости по поводу их встречи.
        Вернувшись к книге, Томас секунду посмотрел на пустую страницу, что-то обдумывая, потом открыл другую страницу, на которой было напечатано посвящение. Там он написал несколько слов, потом оставил ниже приписку и размашисто расписался. Захлопнув, он отдал книгу Еве.
        - Еще раз спасибо, что пришли, был рад познакомиться,  - его взгляд немного дольше обычного задержался на ней, а затем скользнул на следующего в очереди.
        Отойдя в сторону, Ева несколько секунд стояла, приходя в себя. И все? Ассистентка помахала ей рукой, чтобы не задерживалась, и девушка побрела прочь.
        Взяв ее под руку, Тор вывел Еву из книжного магазина.
        - Прости меня, Ева, это была дурацкая идея. Уж не знаю, как он должен был отреагировать, встретив тебя, но я не ожидал, что он вот просто так отмахнется.
        Ева смотрела на книгу, потом открыла ее на странице, подписанной Томасом.
        - Ой!  - она испуганно прижала руку к губам.
        - Что там?  - насторожился Тор.
        В приписке было название отеля, номер комнаты и время: шестнадцать часов.
        - Он хочет со мной встретиться.
        Ева передала книгу Тору, чтобы он тоже посмотрел.
        - Ну, это уже лучше. Стоп! Ева, а это ты видела?
        Он протянул ей книгу, ткнув пальцем в печатное посвящение.
        Моей очаровательной жене Александре,
        моим детям Фиби и Флоренс, я люблю вас всех.
        Е. Б., я каждый день думаю о тебе.

        Ева подняла растерянный взгляд на Тора:
        - Это… Это про меня?
        - А как ты думаешь? По-моему, он не случайно стал писать не там, где всем, а именно на этой странице. Не потому же, что здесь места больше,  - сказал Тор.
        Ева перечитала записку отца. В ней ни слова не говорилось, зачем он хочет встретиться, но все вместе, учитывая посвящение, вселяло надежду.
        Она не ждала, что отец вдруг, с бухты-барахты, заключит ее в объятия и станет изображать любящего папочку. Слишком поздно, да ей ничего и не было нужно от него. Она надеялась лишь, что им удастся немного поговорить.
        Немного позже Ева с Тором входили в отель, где остановился ее отец. Место оказалось шикарным, с мраморными полами, бронзовыми канделябрами и инкрустацией на стенах в виде вьющихся золотых побегов и цветов. Разумеется, такой знаменитости, как Томас Коннор, и полагалось жить в подобной роскоши.
        Тор взял ее за руку и легонько пожал. Сначала она решила, что пойдет на встречу с отцом одна, но почти сразу отказалась от этой мысли. Поддержка Тора была ей необходима.
        Сейчас она нервничала даже больше, чем перед встречей в книжном магазине, ведь предстоял долгий разговор вдали от любопытных глаз и ушей. У них будет возможность поговорить откровенно, и Ева не представляла, что он ей скажет. Он заплатил ее матери отступные и сбежал. Девушка надеялась, что он не заподозрит ее в претензиях на его богатства.
        Как только они вошли в вестибюль, служащая у стойки регистрации издали заулыбалась им. Ева почувствовала себя неловко, ощущая себя простушкой на фоне постояльцев этого фешенебельного отеля.
        - Я к Томасу Коннору. Меня зовут Ева Блу, и мистер Коннор меня ожидает,  - произнесла Ева, удивляясь, насколько нереально звучит эта фраза.
        Но служащая даже бровью не повела.
        - Он только что позвонил и предупредил о вашем прибытии. Поднимайтесь, пожалуйста. Он на двадцать третьем этаже, в апартаментах «Юпитер».
        Тор и Ева подошли к лифтам, вошли в кабину, Ева нажала на кнопку. Интересно, думала она, что сказала бы Джульетта, узнав об этом свидании, рассердилась бы или порадовалась за дочку, наконец встретившую отца.
        Двери лифта открылись, и они с Тором вышли. В коридоре было всего шесть дверей, в самом углу они обнаружили табличку с надписью Юпитер.
        Вздохнув всей грудью, Ева постучала.
        Томас открыл почти мгновенно. При виде стоящей на пороге Евы на его лице заиграла радостная улыбка, которой девушка совсем не ожидала.
        - Проходи, Ева, я так рад тебя видеть!  - сказал Томас и перевел вопросительный взгляд на Тора.
        - Это Тор, мой… бойфренд,  - представила Ева.
        Она искренне надеялась, что Тора этот титул не обидит, что он ее поймет. Сказать так было проще, чем объяснять, что Тор - это просто парень, с которым она спит, без всяких взаимных обязательств.
        Поздоровавшись с Тором за руку, Томас пригласил их войти.
        - Выпьете чего-нибудь?  - спросил он.
        - Мне, если можно, просто воды, пожалуйста,  - попросила Ева.
        - Нет, спасибо,  - улыбнулся Тор.
        Томас открыл холодильник и, вынув бутылку охлажденной воды, передал ее Еве, которая уселась на диван. В шортах и рубашке с закатанными рукавами актер выглядел совсем по-домашнему. Он сел на диван напротив Евы.
        - Я очень сожалею о гибели Джульетты,  - заговорил он.  - В прошлом году, когда узнал об этом, испытал настоящий шок. Она была такой жизнерадостной… настоящий фейерверк. Как же грустно, что этот огонек так рано погас.
        Ева наморщила лоб:
        - Откуда вы узнали, что она умерла?
        - Благодаря дому на Клементайн-авеню. Он был на мое имя и имя Джульетты. Собственно, покупал я его для нее, но оформил на оба имени. Владение на основе общей долевой собственности - мой английский юрист объяснял, что так это называется в Великобритании. Он позвонил мне сразу после смерти Джульетты, сообщил, что свою половину дома она завещала тебе, и спросил, что я намерен сделать со своей половиной. Я, естественно, тоже переписал ее на тебя.
        - Что? Это не… Я ничего не знала.
        Джульетта никогда не говорила ей об этом. Но все это должно было всплыть после ее смерти, при оформлении бесконечных бумаг. Какое-то время Ева владела домом на Клементайн-авеню совместно с отцом, но ничего об этом не знала.
        - Я позаботился о том, чтобы тебя эти формальности не коснулись. Почему-то мне кажется, что Джульетта много о чем тебе не рассказывала… Если хочешь, я смогу заполнить некоторые пробелы.
        Ева ничего не понимала. Она смотрела на него, переваривая услышанное и не зная, что сказать.
        Тор откашлялся:
        - Может быть, вы для начала расскажете, как вы познакомились с Джульеттой?
        Томас растроганно улыбнулся, вспоминая.
        - Мы встретились в Лондоне, в баре, вечером пятницы. Удивительная девушка. Она вышла на сцену петь и так уверенно держалась, так эффектно смотрелась, что я сразу же влюбился без памяти. Потом она спустилась со сцены в зал, я подошел, мы разговорились и просидели в баре до самого утра. А когда нас наконец стали выгонять, мы поехали ко мне в гостиницу и… вы должны понимать, что к этому времени мы оба успели хорошенько набраться. Все выходные, два дня, мы провели в постели, целовались, обнимались, болтали, занимались любовью.
        - Погодите, как два дня? Мама всегда говорила, что провела с вами одну-единственную ночь.
        - Нет, это был целый уикенд, один из самых запоминающихся в моей жизни. Кажется, я сразу сделал ей предложение, но в понедельник утром, когда я сообщил, что завтра утром улетаю в Штаты, она повела себя очень странно. Злилась, ворчала, что вечно выбирает не тех и что не допустит повторения какой-то старой истории. Одним словом, я пошел в душ, а когда вышел, ее в номере уже не было. Она не оставила номера телефона и вообще никаких контактов, так что я понятия не имел, как ее разыскать. Сбегал в клуб, где она пела, но там, разумеется, мне адреса не дали. Я оставил ей свой номер, но она так и не позвонила - точнее, она объявилась, но только через десять месяцев.
        От жалости у Евы буквально разрывалось сердце. Как же ужасно страдала ее бедная мама после того случая с Каспером, если оттолкнула Томаса, боясь повторения той же истории - что она полюбит, но не встретит взаимности.
        - Значит, она вам позвонила, чтобы рассказать о своей беременности?  - сдавленным голосом спросила Ева.
        - Нет. Она позвонила сообщить, что у меня есть дочь Ева. Тебе тогда была одна неделя от роду. А я только что женился. С Александрой мы познакомились на съемках фильма, через пару месяцев после встречи с твоей мамой. Она играла главную женскую роль, я мужскую, и нас потянуло друг к другу. Мы поженились через полгода, к тому времени у нас уже был бурный роман. Наша история понравилась зрителям, публика была в восторге. Нас то и дело приглашали вдвоем на всевозможные ток-шоу, делали пробы для разных фильмов. Получилось, что благодаря этим отношениям и карьера пошла в гору. И вдруг звонит твоя мама с известием о моем ребенке. Агент, который нас раскручивал, был в ярости. Он вовсю эксплуатировал сложившийся у меня симпатичный имидж семьянина-однолюба - в который совсем не укладывалась история с внебрачным ребенком.
        - И вы испугались и послали ей отступные деньги, на которые она купила дом.
        - Я купил для нее дом, потому что хотел, чтобы у нее и у ребенка было жилье, но отступного не было. Я и без того прекрасно знал, что Джульетта не станет устраивать шумиху в прессе. Мама когда-нибудь рассказывала тебе, что, узнав о твоем рождении, я прилетел в Англию, чтобы познакомиться с тобой?
        Ева уронила голову и закрыла лицо руками.
        - Нет, она никогда мне не говорила.
        Томас вынул из кармана телефон, что-то поискал и показал ей. Ева увидела старую, немного выцветшую фотографию, на которой молодой, но совершенно узнаваемый Томас стоял на кухне дома на Клементайн-авеню, держа на руках крошечную Еву. На его лице сияла счастливая улыбка.
        Ева сглотнула, изо всех сил стараясь не заплакать. Все это не укладывалось в ее сознании.
        - Ты была такая красивая малышка.
        - Перестаньте. Не надо!  - попросила Ева.  - Не надо изображать тут любящего отца. Вас никогда не было рядом. Я ни разу вас не видела, никогда не слышала вашего голоса, даже открытки на Рождество ни разу не получила.
        - Ева, когда я приехал увидеть тебя в первый раз, Джульетта сказала, что не хочет моего присутствия в твоей жизни. Ей не хотелось, чтобы я был для тебя «заочным» отцом. Я в тот момент собирался ехать на два года в Австралию на съемки кинотрилогии. Джульетте не нравилась идея, что я буду возникать в твоей жизни время от времени, а потом пропадать на месяцы и даже годы. Она считала, что ты этого не поймешь, и хотела избавить тебя от лишних переживаний. Я очень расстроился, но понял ее. Что я мог предложить тебе, кроме денег? Твоя мама хотела семью, а этого я уже не мог ей дать. Александра, моя жена, была беременна, она ждала Фиби. Я не мог ее бросить, да и не хотел. Я любил твою маму, Ева, она совершенно чудесная. Но она пропала почти на год, у меня завязался флирт, который перерос в серьезное чувство. С Александрой у нас глубокое взаимное чувство. Я не знаю, возможно, у нас с твоей мамой тоже возникло бы такое чувство, а может, нет, но Джульетта лишила нас шанса это выяснить.
        Комок в горле мешал Еве дышать. В ее жизни не было отца потому, что Джульетта оттолкнула его, приняв решение за нее. Гнев, досада, боль переполняли девушку.
        - Я, тем не менее, хотел как-то участвовать в твоей жизни, пусть даже на расстоянии. В первые несколько лет я посылал тебе подарки на день рождения и на Рождество. Но перестал, потому что твоя мама отправляла их обратно. Я решил, что проще согласиться на условия Джульетты, чтобы она так не нервничала. За неделю до твоего седьмого дня рождения она неожиданно связалась со мной и попросила приехать. Сказала, что ты попросила ее пригласить меня в гости. Но в это время у меня шли съемки, мы выбивались из графика, и никто не отпустил бы меня за океан даже на день. Но в тот самый день я несколько раз звонил вам, просил позвать тебя к телефону. Джульетта так и не позволила мне с тобой поговорить. Она сказала, что я обману тебя, как обманул ее, и что она никогда этого не допустит. После этого она поменяла номера телефонов или блокировала мои звонки и сообщения. Больше я не мог с ней связаться, но не переставал думать о тебе, о вас обеих.
        Отпив воды из бутылки, Ева смотрела в пол. У нее не было слов. Казалось, она попала в параллельный мир, в другое измерение, где все по-другому. Тот образ отца, который сложился у нее за все эти годы, рушился на глазах.
        - Прости, Ева, мне очень жаль, что все так получилось.
        Она вздохнула:
        - Ну, по крайней мере, это… пролило свет.
        - Послушай, я пойму, если ты не захочешь никогда меня больше видеть. Отцом я был никудышным и понимаю, что менять что-то кардинально уже слишком поздно. Но что ты скажешь, если я предложу хотя бы просто поддерживать связь?
        Ева подняла глаза на Томаса.
        - Мы совсем не знаем друг друга. Вы пропустили двадцать семь лет моей жизни.
        - Но, хотя отчасти в этом есть моя вина, все же во многом я не виноват. И поверь, я совсем не хочу упустить и следующие двадцать семь лет,  - возразил Томас.
        - Я не знаю. Столько всего - мне нужно время, чтобы все это переварить.
        - Давай сделаем так. У тебя будут моя электронная почта и номера телефонов. Я буду очень, очень рад, если ты сочтешь возможным время от времени давать о себе знать. Мне, например, интересно узнать, что там будет дальше в этой поездке - если ты захочешь рассказать, конечно. Может, пришлешь мне фотографии сияния, если вы его увидите? Я сам никогда его не видел.
        - Может быть,  - сказала Ева.
        - А через месяц я буду в Англии. Если вы к тому времени вернетесь, может, встретимся?
        Она сдержанно улыбнулась:
        - Может быть.
        Томас радостно заулыбался:
        - Вот, возьми.
        Вынув из бумажника визитную карточку, он протянул ее Еве.
        Ева взяла ее и положила в карман.
        - Нам пора идти.
        Тор поднялся, и Томас проводил их до дверей.
        - Спасибо, что пришли, я правда очень рад наконец познакомиться с тобой лично.
        - Спасибо, что пригласили.  - Ева чувствовала себя очень неловко, не зная, уместно ли будет обнять отца на прощание. Вроде бы рановато, а с другой стороны, жать ему руку - слишком официально. Он все решил лучшим образом, дружески похлопав ее по плечу, и Ева невольно улыбнулась в ответ на это.
        Не успели они выйти в коридор, Тор крепко ее обнял, и Евина напряженность мгновенно исчезла. Сейчас она чувствовала себя как выжатый лимон и не могла поверить в услышанное. Оказывается, все эти годы отцу вовсе не было на нее наплевать. А она так злилась на него за то, что бросил ее и маму, даже не догадываясь, что на самом деле все было совсем по-другому.
        Она достала из кармана визитку. Вероятно, она не должна спешить и принимать решение прямо сейчас. У нее есть его контакты - можно считать это началом.

* * *

        Ева сидела на пляже, любуясь морем и наслаждаясь большим круглым пирожным, которое принес ей заботливый Тор.
        Слизнув с верхушки десерта розочку из крема, она набрала номер Лорел. Та ответила почти мгновенно:
        - Привет, радость моя, как ты?
        Ева не знала, с чего начать, поэтому решила не ходить вокруг да около.
        - Я только что встречалась со своим отцом.
        На другом конце повисла такая долгая пауза, что Ева решила, что их разъединили.
        - Ох, Ева,  - вздохнула Лорел.  - Как все прошло?
        - Знаешь, это было довольно… неожиданно. Его версия событий сильно отличается от маминой.
        Ее тетя снова вздохнула, еще тяжелей.
        - Ты знала, да?  - это, в сущности, не было вопросом. Ева помнила, как Лорел защищала Томаса перед поездкой, во время их последнего разговора об отце. Сейчас это неожиданно обрело смысл.
        - Да, знала. Это, пожалуй, было то, о чем твоя мама сожалела больше всего на свете. Она часто повторяла мне, что не имела права лишать тебя отца, пусть и живущего отдельно. Она была очень гордая и независимая и, мне кажется, чувствовала себя оскорбленной и одинокой, когда твой отец ее бросил. Вот и стала воздвигать все эти стены, чтобы защититься. А уж узнав, что Томас женат, она и вовсе не пожелала иметь с ним ничего общего. Оттолкнула его окончательно. Потом он не пожелал явиться к тебе на день рождения - тебе тогда исполнялось семь лет,  - и она увидела, как ты огорчена и расстроена. Тогда она решила, что самое правильное - это полностью отказаться от общения, оборвать все контакты. А ведь он был не виноват. Работа есть работа, не мог же он все бросить, подвести съемочную группу… С годами она раскаялась, говорила, что теперь все сделала бы по-другому. Но исправлять было поздно - его координат у нее не осталось, а рассказать тебе обо всем, признаться, что натворила, она боялась. Понимала, видно, что ты разозлишься, и правильно, есть за что.
        - Она должна была рассказать мне всю правду,  - с горечью бросила Ева.
        - Да, должна была,  - Лорел не стала спорить.
        - Ты должна была мне рассказать,  - сказала Ева, хотя и сама понимала, что это нечестно.
        - Я не могла. Это не мой секрет, не мое дело. Твоя мама не хотела, чтобы ты знала, и как я могла пойти против нее?
        Ева сердито помотала головой, все еще пытаясь понять, как ей ко всему этому относиться.
        - Как он с тобой разговаривал?  - спросила Лорел, помолчав.
        - Очень хорошо, мне он показался… классным. Спросил, захочу ли я с ним общаться.
        - А ты захочешь?
        Ева вертела в руке визитку, золотые буквы отблескивали на солнце. Двадцать семь лет назад, когда ее мама встретила Томаса, у нее был его телефон, но она не стала ему звонить, потому что боялась. Боялась, что ей опять причинят боль, что она снова будет отвергнута. Джульетта не оставила Томасу никаких вариантов. Ева не совершит ту же ошибку, что ее мать. Томас заслуживал шанса, хотя бы сейчас. Возможно, они будут встречаться раз в году, не чаще, а может, вообще не сблизятся, но она хотела дать ему возможность что-то исправить. В конце концов, это и в ее собственных интересах.
        - Да, хочу.
        - Хорошо. Я с ним никогда не встречалась, но следила за его карьерой - знаешь, за все эти годы никто о нем дурного слова не сказал. Мне кажется, будет очень хорошо, если ты познакомишься с ним ближе, узнаешь, какой он настоящий, и изменишь свое предвзятое мнение о нем.
        - Пожалуй, ты права.
        Ева вздохнула. Ей еще предстояло все это хорошенько обдумать.
        - А в остальном как дела?  - осторожно спросила Лорел.
        - Хорошо, просто отлично. Вчера я прыгнула с парашютом, это что-то немыслимое,  - заговорила Ева, решив не дуться. В конце концов, Лорел перед ней не виновата, она здесь вообще ни при чем.
        - Вот это да, здорово,  - отозвалась Лорел.
        - А у тебя как дела?  - спросила Ева.
        - А у меня есть кое-какие новости. Джеймс позвал меня замуж.
        - Господи, Лорел!  - собственные тревоги Евы были мгновенно забыты. Тор обеспокоенно поднял голову на вскрик, но она радостно помахала ему рукой - все в порядке.  - Ты приняла?
        - Конечно. Оказывается, именно это его и тяготило в последнее время. Сперва он не мог набраться храбрости сделать мне предложение, потом решил, что еще слишком рано, потом - что я откажу. Это безумие какое-то - он так психовал из-за этого предложения, что мы чуть не поссорились.
        - Боже, я поверить не могу, что дело было в этом. Вам с ним реально требовался откровенный разговор.
        - Знаю. Множество проблем легко решаемы, когда люди просто рассказывают о своих чувствах и переживаниях,  - повторила Лорел мысль, которую на днях ей высказала Ева.
        Ева улыбнулась и смахнула слезинку.
        - Я безумно рада за тебя. Вы же не станете играть свадьбу, пока меня нет?
        - Нет, что ты! Я обязательно тебя дождусь.
        - Вот и хорошо. Ну, я, пожалуй, пойду. Нам пора возвращаться в отель за вещами, а оттуда в аэропорт. Я еще позвоню, скоро.
        Попрощавшись, она положила голову Тору на плечо.
        - Как ты?
        Он улыбнулся:
        - Все будет хорошо.

        Дорогая мама!
        Я жутко злюсь на тебя. Ты не имела права делать то, что сделала. Я росла без отца только потому, что ты боялась, что тебе сделают больно, а в результате сделала больно и себе, и мне. Еще хуже то, что ты меня обманывала, врала, что Томасу нет до меня дела. У меня сердце кровью обливается из-за всех дел, которые ты наворотила.
        Он вроде очень симпатичный, и это просто ужасно, что я была лишена возможности узнать его как следует.
        Ты не думай, я понимаю, почему ты так поступила. Каспер разбил тебе сердце, и я не могу себе представить, что ты должна была чувствовать и думать, когда с ним все так ужасно окончилось. Я понимаю, что ты пыталась защитить нас от новой боли и страданий. Ты старалась сделать то, что искренне считала для меня лучшим.
        Я знаю, что ты жалела об этом. И я сейчас больше всего жалею о том, что мы с тобой не поговорили обо всем откровенно раньше, до твоего ухода. Если бы ты оказалась здесь, мы бы покричали друг на друга, поплакали, а потом обнялись, как две подружки, и еще поплакали немного. Но даже этого я не могу сделать.
        Господи, как же я хочу, чтобы ты была сейчас рядом.
        Люблю тебя, Ева

        Глава 26
        - Необыкновенное место, правда?  - шептала Ева, осматривая высокие своды Тадж-Махала. Сейчас они с Тором находились в просторной погребальной камере, где покоился император Шах Джахан рядом с любимой супругой, императрицей Арджуманд Бану Бегум. Впоследствии ее стали называть Мумтаз Махал, что в переводе означает «Жемчужина дворца». Обо всем этом Ева прочла в путеводителе. Мумтаз Махал умерла, рожая их четырнадцатого ребенка, и за последовавшие пятнадцать лет Шах Джахан построил этот великолепный мавзолей - дань своей любви к ней. Все здесь было сделано из белоснежного мрамора, а стены, потолки и полы были покрыты изразцами с затейливыми орнаментами, драгоценными камнями и искусной резьбой. Изукрашенные стены, казалось, светились в падающих под разными углами солнечных лучах.
        Выйдя из мавзолея, они сняли с ног бахилы и по ступеням спустились в красивый тенистый сад. Ева фотографировала дворец в разных ракурсах. Тихая и умиротворенная красота Тадж-Махала придавала ей сил, хотя, конечно, она очень устала.
        В Нью-Дели они прибыли задолго до рассвета, поехали в гостиницу и, добравшись до номера, буквально рухнули в постель без сил.
        У Евы всё не выходила из головы запутанная история, связанная с отцом. С одной стороны, не вечно же злиться из-за этого на маму, которой уже нет. С другой, принять то, как повела себя Джульетта, было невозможно. Ева изо всех сил пыталась понять мать и найти ей оправдание. Единственное, что ей оставалось в такой скверной ситуации, это не отказываться от общения с отцом - и Ева собиралась поддерживать с ним отношения. Он протянул ей оливковую ветвь мира, и девушка решила, что ни в коем случае не будет отталкивать его.
        - «В строительстве этого памятника участвовало более двадцати тысяч архитекторов, каменщиков, резчиков и художников со всего мира, а также была задействована тысяча слонов»,  - прочитала Ева, снова открыв путеводитель.
        - Самое дорогое в мире надгробие,  - прокомментировал Тор.
        - Тор! Какое же это надгробие, это памятник неумирающей любви.
        - Не пойми меня неправильно, мавзолей очень красивый, но функционально - это просто склеп, не больше и не меньше. А сколько денег на него ушло! Если перевести их на современные, получится сумма, эквивалентная многим сотням миллионам фунтов. Индия всегда была такой бедной страной, что я каждый раз, как сюда приезжаю, думаю, что этим деньгам можно было найти лучшее применение.
        - Какой ты неромантичный,  - посетовала Ева, идя рядом с Тором вдоль бассейна, отражающего мавзолей. Над их головами собирались тяжелые тучи. Сезон муссонов еще не начался, но утром, пока они ехали сюда на такси, успел пройти короткий шумный дождь, и сейчас, судя по всему, собирался новый. Впрочем, Ева не возражала бы против освежающего душа, уж очень удушливая стояла жара. Одежда липла к телу, и изо всех пор сочился пот.
        - Очень даже романтичный.
        - Это символ любви императора к его жене. Я даже не представляю, чтобы в наши дни кто-нибудь так любил, чтобы захотел построить великолепный… дворец в мою честь,  - вздохнула Ева.
        - Если ты ждешь экстравагантных жестов и демонстрации богатства, то ты, возможно, ошиблась с выбором партнера. Если бы ты увидела, в какой тесной квартирке я живу, то была бы очень разочарована.
        Ева удивленно вытаращила на Тора глаза:
        - Что с тобой сегодня, встал не с той ноги? Ворчишь и ворчишь с самого утра.
        - Тебя восхищает, что это место ах какое романтичное. Ну, если романтика измеряется тоннами мрамора, драгоценных камней и роскошью, то мне нечего тебе предложить.
        Ева потянула Тора за футболку и, остановив его как раз на выходе, обхватила за шею обеими руками.
        - Какой же ты дурачок, ничего такого мне от тебя не нужно. С чего ты решил, что мне это могло в голову прийти?
        - А разве не все женщины только этого и хотят - чтобы о них заботились, баловали и тратились на них?
        - Я вполне в состоянии сама о себе позаботиться, так и было большую часть моей жизни, а единственный предмет роскоши в моем доме - это подушка, у которой внутри пенный наполнитель с эффектом памяти. Я ее купила, проспала одну ночь, а теперь она валяется в шкафу на нижней полке.
        На губах Тора появилась чуть заметная улыбка.
        - Мне кажется или, говоря обо всех женщинах, ты думаешь о Кристел?  - спросила Ева.
        Тор вздохнул:
        - Стефан богатый, у него большой дом с бассейном и шикарная тачка. А мы с Кристел, живя вместе, едва сводили концы с концами. Нет, конечно, мы не голодали, но и в дорогие рестораны не ходили, все было более чем скромно. Машина у нас была одна на двоих, и та все время ломалась. Наверное, все это оказалось не похоже на шикарную жизнь, о которой она мечтала. Я постоянно задаю себе вопрос, какую роль богатство Стефана сыграло в том, что она его полюбила.
        - Выйти замуж ради богатства? Я бы так не смогла. Я хочу замуж за человека, с которым мне хорошо и весело, с которым я могу найти общий язык. Чтобы он был добрый, чтобы при взгляде на него у меня сердце пело. И еще, конечно, мы должны подходить друг другу в постели,  - поддразнила его Ева.
        Тор, нагнувшись, уперся своим лбом в лоб Евы.
        - Я бы хотела от тебя только одного - и совсем не драгоценных украшений и не дорогих машин.
        Отодвинувшись, Тор внимательно посмотрел ей в глаза:
        - Чего ты хочешь, Ева? Скажи. Если я смогу, то дам это тебе.
        Она печально улыбнулась:
        - Нет, вряд ли ты сможешь мне это дать. Ты возвел вокруг своего сердца такие линии обороны, будто это и впрямь самое сверхдрагоценное сокровище.
        И она положила руку ему на грудь туда, где билось сердце.
        У Тора разгладилось лицо.
        - Ева…
        - Да все нормально,  - и, отбежав, она стала фотографировать Тадж-Махал, отраженный в бассейне. На фоне темных туч дворец выглядел особенно выразительно и драматично.
        Дождь пошел неожиданно, тяжелые крупные капли посыпались на Еву, забарабанили по мощеной дорожке, взбаламутили воду в бассейне. Торопливо спрятав камеру, Ева подняла руки к небу и запрокинула голову. Дождь становился сильней, туристы вокруг заметались в поисках укрытия, а Ева в промокшей насквозь одежде радостно смеялась, подставляя лицо струям. Раскинув руки, она кружилась и даже повизгивала от удовольствия.
        Обернувшись, она поискала глазами Тора, который обнаружился в двух шагах от нее. Он смотрел на девушку с восторгом, как на богиню. Стоило Еве перестать кружиться, как он в два прыжка оказался рядом и поцеловал. Она самозабвенно ответила на поцелуй, закинув руки ему на плечи. Кругом хлестал ливень, они оба вымокли до нитки, но Ева ни на что не обращала внимания.
        Наконец, чуть отстранившись, Тор перевел дух.
        - Ну вот, сбылась еще одна мечта, ты целовалась под дождем, Ева Блу.
        Улыбнувшись, она снова прильнула к его губам.
        - Благодаря тебе все мои мечты становятся явью.
        - Ну что, возвращаемся в отель?
        Ева кивнула, и, взявшись за руки, они побежали к выходу из мемориала искать стоянку такси. Через каждые несколько метров Тор останавливался и снова принимался жадно целовать Еву, чем вызывал у нее приступы смеха.
        В такси, забравшись на заднее сиденье и назвав водителю адрес отеля, они снова начали целоваться как безумные. Им не терпелось поскорее оказаться на месте. К счастью, отель располагался не так уж далеко, и уже совсем скоро Тор сунул водителю деньги и за руку чуть ли не потащил Еву за собой.
        Не успев закрыть за собой дверь номера, он лихорадочно начал стаскивать с Евы одежду. Она так же торопливо раздевала его. Не отрываясь от ее губ, он уложил ее на кровать и лег рядом.
        - Ты меня околдовала,  - прошептал Тор, изучая руками ее тело и доводя ее до безумия. Надев презерватив, он приник к ней и начал ритмично двигаться. Но вдруг, замерев, просто посмотрел ей в глаза.  - Я ничего этого не хотел, даже не думал о таком. О тебе. О нас. Но между нами какая-то поразительная связь. Как будто мы с тобой - одно существо, особенно когда мы вместе, как сейчас, и ты наполняешь меня всего теплотой и счастьем. И теперь я не смогу сбежать от этого и даже не знаю толком, хочу ли я этого. Я хочу дать тебе все, что захочешь, но я боюсь - боюсь, что этого будет недостаточно.
        Он опять поцеловал ее, а она обняла его и обхватила ногами, и они вновь задвигались в едином ритме, вместе восходя к вершине блаженства.
        Тор снова приостановился, чтобы посмотреть на нее, и Ева погладила его по лицу.
        - Мне хватает тебя такого, какой ты есть, и другого не нужно. Я же люблю тебя,  - сказала она.
        На мгновение Тор замер, по лицу будто пробежала тучка, но он снова начал беспрерывно целовать ее. Еве показалось, что он не хочет, чтобы она снова повторила слова, которые произнесла.
        Наконец Тор в изнеможении упал на нее, хватая воздух ртом, а потом перекатился на спину. Еву он не выпустил из объятий, так что теперь она оказалась на нем. Медленно и лениво Тор водил пальцем вдоль ее спины.
        Они лежали так бесконечно долго, не говоря ни слова. Но Ева понимала: сколько бы они ни лежали, ответа на свои слова ей не дождаться.

        Дорогая мамочка!
        Великая Китайская стена - настоящее чудо. Мы пролетели над ней на вертолете. Я и представить не могла, до чего же она длинная - протянулась на многие, многие мили, серебристой лентой извиваясь по горным грядам, взбираясь на вершины и спускаясь в долины. Вертолет летел так низко, что мы хорошо могли разглядеть ступени и стены. Поразительно, насколько хорошо сохранилась она на некоторых участках. Правда, другие части поросли деревьями и кустарниками, а стены и башни осыпаются и разрушаются. Вот бы ты могла ее увидеть - тебе это должно было бы очень понравиться. Хотя, как мне кажется, больше тебя порадовал бы полет на вертолете. Это восхитительно, хотя было чуточку - даже не чуточку!  - страшно, когда он нырял и взмывал над стеной.
        С Тором у нас все хорошо. Вернее, было бы совсем хорошо, если бы я не ляпнула, что люблю его, и теперь мы оба стараемся избегать этой скользкой темы. Это как делать вид, что не замечаешь в комнате рядом с собой большого-пребольшого слона. Мы оба знаем, что я это сказала. Я все время жду и хочу, чтобы он заговорил на эту тему. Ну, пусть хотя бы сказал, что не испытывает ко мне таких же чувств,  - хоть что-то. А так все между нами вроде нормально, он так же меня обнимает, целует, мы занимаемся любовью. Он все подшучивает надо мной, говорит, что долгий перелет из Пекина в Австралию - самый подходящий момент, чтобы присоединиться к клубу десятитысячников. С этой стороны у нас все складывается отлично, лучше и быть не может. Я только не представляю, как можно все это проделывать с человеком и при этом ничего к нему не чувствовать. Да, Тор у меня не первый, и раньше я сама точно так же не чувствовала любви к тем парням, с которыми встречалась,  - и тогда мне не казалось, что это неправильно. Но то, что происходит с нами, невозможно сравнить с моими прежними отношениями, это небо и земля. И я не верю,
что у него по-другому. Я даже не могу сердиться на него за то, что у него нет ко мне чувств. Но меня это огорчает.
        Мечтаю, чтобы ты была здесь!

        Люблю тебя, Ева

        P. S. Сама себе не верю, но можешь меня поздравить: мы только что вступили в клуб десятитысячников. Мы снова летим первым классом, где кресла раскладываются в настоящие кровати. А между рядами ширмы, никто никого не видит. Стюардесса выключила свет, чтобы можно было поспать, и я лежала в полутьме, пытаясь заснуть, пока не услышала, как рядом ворочается Тор. А в следующий миг он юркнул в мой ряд и забрался ко мне в постель. Кресла довольно узкие, рассчитанные на одну персону, а не на одну персону плюс крупногабаритный датчанин, но как-то мы устроились. Мы старались вести себя потише, чтобы - как сказал Тор,  - если кто-то вдруг заглянет за ширму, решил бы, что мы просто обнимаемся. Он все время повторял, что надо быть потише, а мне, как назло, смешинка в рот попала от мысли, что нас могут застукать. Господи, ну что за парень, с ним я будто заново на свет родилась.
        P. P. S. Исполненные мечты:
        20. Увидеть Великую Китайскую стену.
        21. Совершить полет на вертолете.
        46. Присоединиться к клубу десятитысячников.

        Глава 27

        Ева с замиранием сердца смотрела на поблескивающие синие воды Кораллового моря невдалеке от архипелага Уитсанди. В Австралии был совершенно другой ритм жизни. Местные жители оказались неторопливыми и расслабленными настолько, что это быстро передалось и Еве с Тором. Здесь никто ни о чем не волновался. Стрессы и перегрузки повседневной жизни куда-то улетучились. Даже в оживленном Сиднее, где они провели ночь, жизнь казалась замедленной по сравнению с Лондоном - возможно, просто оттого, что у людей был не такой озабоченный, а более счастливый вид. Они провели ночь на острове Гамильтон, чувствуя себя в настоящем раю с пальмами, протяженными белыми пляжами и кристально чистой водой. Сегодня утром они отплыли на катамаране к Большому Барьерному рифу, где собирались поплавать с аквалангами, а потом провести ночь под звездами. После часовой тренировки в мелководной зоне, напоминающей бассейн, Еве показалось, что она никогда не освоит эту премудрость настолько, чтобы уверенно уйти в морские глубины и выжить после этого.
        - Готова?  - спросил Тор, подходя сзади.
        Ева обернулась и увидела его. В облегающем гидрокостюме с шортами Тор выглядел как исполнитель главной роли в фильме про Джеймса Бонда. Энергичный и привлекательный, он, казалось, в самом деле готов хоть сейчас отправиться в одиночку спасать мир. Ева осознавала, что она-то выглядит несравнимо хуже - девушке стоило большого труда втиснуть в прорезиненный костюм свои округлости. Но Тор глядел на нее восторженно, так что она постаралась подавить смущение.
        - Если я погибну,  - в шутку пригрозила она,  - то буду являться тебе в страшных снах.
        Он довольно ухмыльнулся:
        - Не бойся, жива останешься. У нас погружение всего на несколько метров.
        - Утонуть можно и в луже,  - пробурчала Ева.
        Тор взял ее за руку и повел на палубу с оборудованием, где все уже надевали акваланги. Амелия, их тренер, протянула каждому из них по грузовому поясу и помогла закрепить баллоны. Ева проверила регулятор, чтобы убедиться, что может дышать, и кивнула Амелии - все в порядке. Амелия помогла Еве и Тору надеть маски, и по лесенке они спустились в воду, на притопленную платформу, где им было по пояс. Здесь они остановились, чтобы надеть ласты. Амелия жестом показала им, что она готова, потом опустила вниз большие пальцы и первой скрылась под водой.
        - Готова?  - спросил Тор.
        Ева нажала кнопку на регуляторе, чтобы убедиться, что воздух поступает нормально. После этого кивнула, и Тор занялся собственным регулятором, собираясь вставить его в рот.
        - Подожди,  - остановила его Ева и, привстав на цыпочки, поцеловала Тора.  - На случай, если я умру, хочу, чтобы ты знал: я люблю тебя.
        Регулятор Тора застыл на полпути ко рту. Она снова произнесла это запретное слово. На этот раз не в порыве страсти и не под воздействием наркотика или спиртного, а при ясном свете дня, так что он не мог ошибиться.
        С улыбкой, не глядя на него, Ева вставила в рот регулятор и опустилась на платформе на колени, оказавшись под водой. Убедившись, что она может дышать, она, оттолкнувшись, спрыгнула в воду, где ждала Амелия. Вспомнив оторопь на лице Тора, она тихо прыснула, забыв о регуляторе, и подавилась воздухом. Пришлось сосредоточиться. Осмотревшись, Ева увидела вокруг сотни рыб всевозможных форм и расцветок - одних совсем близко, других на расстоянии. А внизу под ними был риф, кораллы плавно колыхались, одни напоминали пушистый ковер, другие торчали острыми рожками, но все вместе это выглядело живописно, красочно и просто кишело жизнью - маленькие рыбки проворно сновали между кораллами и водорослями.
        Вскоре к ним присоединился Тор. Знаком он спросил у Евы, все ли у нее в порядке, но его физиономия с нахмуренными под маской бровями вызвала у нее новый приступ хихиканья. Успокоившись, она показала ему направленный вверх большой палец, а как раз в это время Амелия помахала рукой, приглашая плыть за ней. Оттолкнувшись, Ева поплыла. Движения ног в ластах требовали от нее довольно значительного мышечного усилия.
        В нескольких метрах над головой поблескивала поверхность воды, сквозь толщу пробивались солнечные лучи, и на чудесных рыбках и кораллах играли блики. Совсем рядом с собой, чуть пониже Ева увидела крошечного Немо, рыбку-клоуна, проплывающую сквозь мягкие веточки коралла. Над головой маячил массивный сине-зеленый губан с толстыми губами и выпуклым лбом. Тор, похлопав Еву по руке, показал в сторону, и, повернув голову, она увидела в отдалении, где риф почти подходил к поверхности воды, большую морскую черепаху. Она медленно плыла - нет, казалось, летела,  - грациозно помахивая плавниками. Ева восторженно взвизгнула прямо в регулятор. Их предупредили, что здесь могут встретиться черепахи, а ведь поплавать с ними было еще одной маминой мечтой. Возможность осуществить это вызвала у Евы настоящую эйфорию. Еще дальше вдоль рифа мелькнула белоперая рифовая акула и скрылась в тени ближе к океаническому дну.
        Здесь было очень красиво, как будто они плавали в огромном аквариуме. Вода была поразительно прозрачной, риф просматривался далеко и, казалось, протянулся до бесконечности.
        Когда Амелия жестом показала, что пора возвращаться, Еве показалось, что времени прошло слишком мало! Они поднялись на поверхность совсем не там, где погружались. Надели спасательные жилеты и еще пару минут бултыхались в воде, дожидаясь, пока освободится трап.
        - Понравилось?  - спросила Амелия, подняв маску на лоб.
        Ева повторила ее жест.
        - Очень! Это удивительно.
        Амелия заулыбалась:
        - Я работаю здесь уже лет пять, и до сих пор не надоело любоваться этой красотой.
        Амелия отошла, чтобы помочь другим дайверам вскарабкаться на платформу, а Ева, подплыв к Тору, обняла его за шею.
        - Я счастлива, что видела все это вместе с тобой.
        Он прислонился к ней щекой.
        - Я тоже.
        Больше он не прибавил ни слова, но Ева, в истинно австралийском стиле, решила не обострять - пусть до поры до времени все идет как идет.

        Тор смотрел на звезды, лежа рядом с Евой на плавучей платформе. Дневные посетители разошлись еще до полудня, осталась только крохотная горстка желающих провести здесь ночь. Они вместе плавали с ластами и масками, а на закате еще раз совершили погружение, глядя, как оживает ночная жизнь на рифе, и любуясь многочисленными ночными рыбами, которых утром видно не было. А теперь они, как и собирались, ночевали под открытым небом. Им выдали легкую палатку с матрасом, подушками и одеялами. И, хотя уже сейчас они кутались в одеяла - ночь в тропическом раю оказалась довольно прохладной,  - прятаться в палатку не хотелось, так завораживающе красив был звездный полог над головой.
        - Красота, правда?  - тихо прошептал Тор, чтобы не будить других туристов, которые давно уже сладко спали в своих палатках.
        Ева, которая лежала, положив голову ему на грудь, не ответила, и по мерному глубокому дыханию он понял: спит. Провел рукой по ее волосам, но она не шелохнулась.
        Все-таки она действительно самая удивительная женщина в его жизни. Взять хотя бы ее решимость - в списке желаний ее матери было много такого экстрима, на который сама Ева нипочем бы не решилась: прыгнуть с парашютом, подержать огромного паука в зоопарке Сиднея, погрузиться с аквалангом, спеть на вершине Эйфелевой башни. Она до смерти боялась всего этого, а все равно сделала. Он любил в ней эту смелость и решительность. Сам он смелостью не отличался. Мог прыгнуть с самолета, нырнуть в океанские глубины, гонять на мотобайке, кататься на головокружительных американских горках - все это было ему по плечу. Но во всем, что касалось дел сердечных, он превращался в презренного труса.
        Ей хватило мужества сказать ему о своих чувствах, она буквально преподнесла ему свое сердце на блюдечке. Дважды. А он… он не мог. Никогда раньше не испытывал подобного, и сила вспыхнувшего чувства его тоже пугала. Поскольку сильное чувство означало, что и боль в конце будет еще мучительнее, еще невыносимее, чем тогда, в первый раз. Сначала он думал, что сможет держаться от Евы на расстоянии или успеет оттолкнуть ее раньше, но теперь чувство разгорелось с такой силой, что было ясно: он с этим опоздал. Тор понимал, что не сможет отказаться от нее, даже если и захочет. Они были связаны какой-то глубиной связью - и это тоже его пугало.
        Но, как бы он ни скрывал свои чувства, не признаваясь даже самому себе, суть дела от этого не менялась, не менялось то, как он на самом деле относится к Еве. А теперь он причиняет ей боль, стыдливо молча в ответ на ее признания. Она такого не заслуживает. Она должна узнать, что очень много для него значит.
        А требуется от него совсем немного: сказать несколько слов. И уж если Ева ради любви могла прыгнуть с самолета или нырнуть в глубокое море (цепенея от ужаса), у него тоже получится. Он скажет эти несколько слов.
        Тор открыл рот - и ничего не вышло. Это было странно.
        Тор нагнул голову ниже и сделал глубокий вдох.
        - Ева, я тебя люблю,  - прошептал он, и слова, кажется, на некоторое время зависли в воздухе, пока морской бриз не понес их над волнами.
        Ну вот, он и сказал это. Его никто не слышал, особенно та самая девушка, к которой он обращался, но он смог. И этого пока было ему достаточно.

* * *

        Входя в маленькое кафе за кофе для себя и Тора, Ева не могла сдержать улыбку. Утром, пока солнце всходило над рифом, они с Тором вместе плавали и ныряли, потом завтракали у самой воды, болтая ногами в море, а позже вернулись на остров Гамильтон. Здесь они планировали переночевать, чтобы потом отправиться в Сидней, а из него днем позже в Крайстчерч и на остров Стюарт. Впереди ждал еще один долгий и трудный день в дороге. С другой стороны, в полете Ева успевала немного наверстать рабочие дела. Их путешествие уже перевалило за середину, но до возвращения в Лондон, казалось, еще целая вечность.
        Весь день Тор был предупредителен и нежен, даже больше прежнего - он не выпускал ее руку и целовал при каждом удобном случае. Ева не могла понять, в чем дело, но явно видела: в ее возлюбленном произошла какая-то перемена.
        Лучше, чем сейчас, и быть не могло.
        Она заказала два кофе и выбрала два кусочка торта с липкой глазурью сверху. Пока кофе готовился, она, спохватившись, включила телефон. Весь день и целую ночь накануне он был выключен, чтобы не разрядился аккумулятор - на плавучей платформе заряжать его было бы негде.
        Выйдя из кофейни, Ева обнаружила, что телефон буквально лопался от шквала эсэмэсок, сообщений в вотсап и уведомлений о пропущенных звонках. И все это за одни сутки? Господи, что случилось, может, кто-то умер? Она стала просматривать сообщения и облегченно выдохнула: главное, плохих новостей нет, а остальное можно подробнее прочитать, когда они доберутся до отеля. Поискав глазами Тора, Ева заметила его в стороне, с прижатой к уху телефонной трубкой. Уже издали она увидела, что он, мягко говоря, рассержен. Куда девалась вальяжная расслабленность. Слушая собеседника, он весь сжался, стиснул зубы и не заметил приближения Евы.
        - Что-то случилось?  - спросила Ева. Улыбка медленно сползала с ее лица.
        Тор в шоке смотрел на телефон в руке, потом перевел глаза на Еву.
        - Меня только что уволили.

        Глава 28
        - Что?  - переспросила Ева.
        - Я сам ничего не понимаю. Трейси якобы видела, как мы целуемся, и она только что меня уволила.
        Ева непонимающе смотрела на него:
        - Да как она могла нас увидеть? Конечно, мы не очень осторожничали, но ей-то откуда знать? Она что, шпионила за нами?
        Тор только помотал головой, потом стал расхаживать, глядя в телефон, а потом зарычал:
        - Ребекка вчера написала мне, что я стал знаменит, и прислала ссылку на Ютуб. Но я ее не открывал - не было интернета, а потом напрочь забыл посмотреть. Видимо, она пыталась предупредить.
        Он стал прокручивать сообщения, ища нужную ссылку. Ева подошла ближе как раз в тот момент, когда он нашел ссылку и нажал.
        Ютуб загружался мучительно долго, а когда файл открылся, они увидели Тадж-Махал под дождем. С упавшим сердцем Ева поняла, что будет на следующих кадрах. И точно, камера отъехала, внизу появился титр: Попробуйте найти парня, который будет вот так вас целовать.
        В следующий момент в кадре оказались Ева и Тор. Ева хохотала и кружилась под дождем, а Тор так смотрел на нее, будто она была последней женщиной в этом мире. Потом шагнул к ней, сгреб в охапку и принялся целовать с невероятной страстью. Картина была впечатляющая, пламенный поцелуй продолжался очень долго, струи ливня хлестали все сильнее, пока наконец Тор не схватил ее за руку и не потащил за собой. Можно было не спрашивать, куда они отправились и чем займутся после такой впечатляющей увертюры.
        Ева взглянула на количество просмотров, и ей стало нехорошо.
        - Как так? Шесть с половиной миллионов человек смотрели, как кто-то целуется под дождем? Я понимаю, это, конечно, забористо и круто, но…
        - Вот это Трейси, наверное, и увидела. Это стоило мне работы.
        Ева не могла не признать, что всё это скверно. Ей вдруг стало понятно, откуда этот обвал сообщений и писем от друзей. Она никому не рассказывала о том, как развиваются отношения с Тором, иначе подруги свели бы ее с ума, требуя подробностей, которыми она вовсе не намерена была делиться. А Ева и сама не знала, как описать их отношения с Тором. Девочки сейчас же начнут выдумывать всякую ерунду, строить планы насчет их свадьбы, детишек, счастливого будущего - а ведь ясно, что ничего этого не будет. Поэтому Ева хранила все в секрете. А вот теперь и они узнали.
        - Что, если мы попробуем объяснить…
        - Что объяснить?  - рявкнул на нее Тор.  - Ничего тут не скажешь, чтобы исправить положение. Никакого объяснения, никакой отговорки быть не может. Ясно одно, я целовался с клиенткой нашей компании, а потом совершенно явно потащил ее в постель. Господи, если бы я сам такое увидел, уволил бы сам себя в пять минут.
        - Ну, может, попытаться ей объяснить, что это не просто флирт, что у нас все серьезно и началось довольно давно.
        - То есть мне платят за то, что я летаю по свету и сплю с клиенткой. И чем поможет тот факт, что все это продолжается неделями?  - огрызнулся Тор.
        - Я… я не знаю. Прости.
        - Мне надо ехать домой.
        У нее сердце ушло в пятки.
        - Ты уезжаешь?
        - Я должен попытаться как-то это разрулить с Трейси или начать искать себе новую работу. Мне нужно платить за квартиру - я же не могу позволить себе лишиться еще и крыши над головой.
        - Если до этого дойдет, ты можешь пожить в моем доме, пока все не уладишь,  - предложила Ева.  - На улице не останешься.
        - Нет, это даже не обсуждается. Я не стану одалживаться у тебя - и ни у кого другого,  - он запустил руки в гриву светлых волос.  - Какой я идиот. Не нужно было ввязываться в эту историю. Теперь вот потерял работу - оно того не стоило.
        Ева попятилась, как будто он дал ей пощечину. Она не стоила того, чтобы терять из-за нее работу.
        На глаза навернулись слезы, и она отступила еще на шаг.
        - Знаешь, а ты поезжай, правда. Здесь нет ничего стоящего, чтобы тебе задерживаться,  - сказала она.
        Повернулась и зашагала прочь, не обернувшись даже, когда Тор ее окликнул.

* * *

        Тор вернулся в гостиницу намного позже и медленно, нога за ногу, подошел к их номеру. Он чувствовал себя виноватым из-за того, что наговорил Еве: очень уж был взбешен из-за потери работы, вот и сорвался. А она этого не заслуживает.
        Открыв дверь, он увидел, что Ева раскладывает их вещи по разным сумкам. Заметно было, что она плакала.
        - Что это ты делаешь?  - спросил Тор и сам сморщился - не то, он должен был начать с извинений.
        - Мне завтра улетать в Новую Зеландию, постараюсь увидеть там южное сияние. А тебе домой. Вот я и сортирую вещи. Они у нас перемешались за последние недели, так что надо все разделить. Даже хорошо, в этом есть что-то очищающее. Убрать из своей жизни все связанное с тобой уже сейчас, до того как ты уйдешь из моей жизни.
        Тор вздохнул:
        - Прости меня, я наговорил тебе глупостей, но я сам не понимал, что говорю. На самом деле я так не думаю.
        Ева продолжала укладывать вещи, и он понял, что одной фразой не обойтись.
        - Сердился на Трейси, а сорвался на тебя. У меня и в мыслях не было тебя обидеть. Последние недели с тобой - лучшие недели в моей жизни.
        Черт, а вот это уже явный перебор.
        Ева отложила вещь, которую держала в руках, и посмотрела на Тора.
        - Я не жалею ни об одной секунде, ни о единой,  - он старался говорить как можно убедительнее.  - Мне жаль другого, что попался, что меня подловили. Я любил свою работу, а теперь придется суетиться, искать какую-то другую. Но, случись мне все это повторить, я ничего не изменил бы, ни единого шага.
        Ева тихо вздохнула. Вид у нее был все еще сердитый и обиженный - и это легко понять!  - но заметно было, что буря уже проходит.
        - Мне жаль, что из-за меня ты лишился работы.
        Тор замотал головой:
        - Перестань. Это совершенно не твоя вина.
        Некоторое время он стоял, наблюдая, как Ева укладывает вещи.
        - Насколько я понимаю, если бы я уехал, ты отправилась бы дальше без меня?
        Ева вздохнула:
        - А как ты думаешь? Конечно. Мне надо закончить мамин список. Я хочу поплавать с дельфинами на Гавайях и жду этого с таким нетерпением, даже передать не могу. Хочу увидеть Нью-Йорк и Ниагарский водопад, потом доехать до Канады. Причем сейчас я хочу сделать все это уже не только ради мамы, но и для самой себя.
        Тор, хоть разговор и был очень напряженным, не мог сдержать улыбку гордости за Еву. Считаные недели прошли с тех пор, как она холодела от ужаса при мысли, что придется ехать куда-то одной. Насколько уверенной, самостоятельной она стала с тех пор.
        - Но еще… я не понимаю, зачем мне возвращаться сейчас и что я буду делать дома,  - продолжила Ева.  - Ты никак не обозначил своего отношения ко мне. Наоборот, довольно ясно дал понять, что между нами обычная курортная интрижка. Так почему я должна нестись домой только потому, что тебе необходимо разобраться со своими проблемами? При чем здесь я? Если на то пошло, я считаю, что ты должен попрощаться прямо сейчас и оставить меня в покое - а я поеду продолжать свое путешествие.
        Ну, чувак, вот и удобный случай, скажи ей все, что хотел! Вот только Тор не знал, что он хочет сказать. Он не мог представить себе, что она живет в его доме или он живет у нее. Невозможно было вообразить женитьбу и счастливые годы рядом с ней, потому что он не знал, как должен выглядеть его счастливый брак. Ему казалось, что они счастливы с Кристел, а закончилось все из рук вон скверно. Но и представить себе, что он расстается с Евой, тоже было невозможно. Он хотел, чтобы она присутствовала в его жизни, он нуждался в ней, и это было страшно.
        - Вообще-то, я не должен уезжать прямо сейчас, это не срочно. Но мне потребуется время, чтобы искать работу, подавать резюме и так далее. Надеюсь, никто не назначит собеседование прямо на следующей неделе, а может, согласятся на собеседование по скайпу. Но, если подвернется что-то стоящее, рано или поздно ехать придется. А ты, конечно, должна остаться. Я вовсе не хочу испортить тебе остаток каникул. Для тебя это важно, и ты должна всюду побывать и поставить галочку против каждого пункта в мамином списке.
        - Хорошо,  - кивнула Ева, явно разочарованная. Она, разумеется, хотела услышать от него что-то другое, менее размытое.
        - Но, может быть - когда ты уже вернешься, распакуешь чемоданы и как следует выспишься,  - мы смогли бы встретиться, сходить куда-нибудь, посидеть, пропустить по стаканчику? И ты показала бы мне фотографии оставшейся части поездки?
        Ева скупо улыбнулась:
        - Почему бы и нет.
        - Я ничего не обещаю,  - уточнил Тор, чувствуя себя полным дерьмом.
        - Довольно и того, что ты предложил,  - сказала Ева.
        Тор снова сунул руки в шевелюру, потому что понимал - нет, это не так. Он ведь и Кристел-то потерял, потому что того, что он ей предлагал, было недостаточно. И сейчас он не хочет лишиться и Евы по той же причине. Однако, возможно, его предложения было бы довольно на текущий момент.

        Милая мамочка!
        Остров Стюарт на самом юге Новой Зеландии - красивое место с суровой природой. Можно представить, что мы где-нибудь в Канаде с ее озерами и заснеженными горными вершинами. Я всегда думала, что Австралия и Новая Зеландия такие близкие соседи, что там все похоже. Как же удивительно было, уехав из Северной Австралии, настоящего тропического рая, оказаться здесь, где царит зима. Даже днем очень холодно, а ночью еще хуже, совсем мороз. Но именно из-за того, что здесь такие холода, у нас больше шансов увидеть южное полярное сияние. Мы скачали приложение, которое сообщает, постоянно обновляя данные, когда увидеть его наиболее вероятно. Я думаю, что в приложении какой-то сбой, потому что они написали, что сияние будет видно как раз в ночь нашего прилета и сегодня вечером, но пока на небе ни единого сполоха. Завтра мы отправляемся в долгий путь к Гавайским островам. Так что если сегодня вечером счастье нам не улыбнется, боюсь, эту твою мечту придется отложить на потом.
        Тор в последние дни немного растерян. Он часами ищет в интернете новую работу, так что я гуляю по острову одна. Я понимаю, что потеря работы его просто шокировала. Тем более что впереди у нас еще две недели путешествия, и то, что за питание и другие вещи он теперь платит сам, не может его не тревожить. Я все это понимаю. Но между нами теперь невидимая преграда, которой раньше не было. Мне кажется, что я его теряю, и это при том, что он здесь, рядом.
        Как бы я хотела, чтобы ты была здесь, со мной!
        Люблю тебя, Ева

* * *

        Рано утром Ева проснулась и не смогла больше сомкнуть глаз: просто лежала и смотрела на рябь на потолке - блики от морских волн. Тор, лежащий рядом, крепко спал.
        В эту ночь они занимались любовью, но Тор не мог скрыть своей подавленности и грусти, да и она постоянно думала об их скором расставании.
        Ева сама не понимала, кто является причиной их отчуждения - Тор или она сама.
        Она совершенно запуталась. Раньше у нее не было сомнений, что они с Тором испытывают одинаковые чувства - то, как он смотрел на нее, как улыбался, как легко им было болтать. Между ними была связь, но она уже два раза призналась ему в любви, а он в ответ молчит.
        Признаться, даже когда он предложил просто встретиться в Лондоне, чтобы посмотреть фотографии, Ева была готова прыгать от радости. А ведь это предложение было жалкой подачкой - призрачной надеждой на хоть какое-то совместное будущее. Но на самом-то деле ей хотелось совсем другого. Девушка пробовала уговорить себя, что если она любит Тора и ему симпатична и если при этом они неплохо ладят, то не важно, любит он ее или нет. Но какое будущее их ждет, если он не питает к ней такого же сильного чувства? И как назвать отношения, в которых один человек другого любит намного больше?
        Боже, как болело ее сердце при мысли, что она теряет Тора, но в голову не приходили никакие способы, какими она могла бы его остановить. Да и нужно ли. Если Тор не чувствует того же, что она, нет смысла преследовать его, когда они вернутся домой. Наверное, лучше всего отнестись к этому как к прекрасной сказке и подвести черту. При мысли об этом у Евы на глазах снова закипели слезы, и световые пятна на потолке замерцали еще сильнее.
        Девушка вытерла глаза и заметила, что мерцание приобрело странный зеленоватый оттенок. Не понимая, что происходит, она выглянула в окно - там и в самом деле было какое-то зеленое свечение.
        Выскочив из кровати, она подбежала к окну и прижалась к стеклу носом, даже не замечая, как холодно стоять на полу босыми ногами. Низко в небе над заливом висело ярко-зеленое пятно.
        Ева ахнула, забыв обо всем, и, бросившись назад к кровати, стала тормошить Тора:
        - Тор, скорее!
        Разлепив глаза, он сонно посмотрел на нее:
        - Что такое?
        - Сияние, быстрей!
        Поспешно натянув какую-то одежду, Ева схватила шапку с шарфом и сунула ноги в башмаки. Через несколько секунд она выскочила на балкон с мобильником в руке. Смазанная зеленая полоса растеклась по всему небу, как будто кто-то быстро-быстро пробежал пальцами по клавишам рояля. Когда Тор в одних джинсах присоединился к ней, натягивая джемпер, к зеленому свечению уже добавилось лиловое.
        - Прямо не верится,  - прошептала Ева, а Тор набросил ей на плечи плед.  - Это… это волшебство.
        Она делала кадр за кадром на телефон, потом - поскольку Томас особо интересовался полярным сиянием - отправила ему сообщение. В нем было несколько снимков и короткий текст: Мы это видели, Ева х. Начало было положено.
        Сунув телефон в карман, девушка прислонилась к Тору, а он обнял ее за плечи. Они долго стояли молча, глядя, как желтый свет переходит в зеленый, а фиолетовый сменяется розовым. Свет разливался по всему небу над заливом. Картина была грандиозная. Еве хотелось бы запечатлеть это, воссоздать разные оттенки и тона, дуги, повороты и переливы. Эта поездка дала ей великое множество феерических впечатлений. Еве подумалось, что теперь ее обложки станут несравненно ярче и красивее. Она чувствовала себя окрыленной.
        Мало-помалу небесный свет становился тусклее, исчез совсем, и они остались под звездным небом. Молчание затягивалось, но ни один из молодых людей не решался разрушить очарование.
        Первой заговорила Ева:
        - Тебе надо возвращаться, да?
        Тор вздохнул:
        - Да. Я собирался сказать тебе завтра. Мне предстоит принять жизненно важное решение, и я не уверен, как надо поступить. Если поеду домой, то могу найти временную работу, пока не подвернется что-то стоящее или я сам не решу, что буду делать. А может, мне придется съехать с квартиры и снять что-то подешевле. Словом, мне многое предстоит уладить, а сделать это там будет проще.
        Ева проглотила комок, подступивший к горлу.
        - Я понимаю.
        Понурившись, она ушла в комнату. Постояв немного, Тор последовал за ней и закрыл за собой балконную дверь.
        - А как ты, справишься сама?
        - Со мной все будет нормально,  - сказал Ева уверенно.
        - Мне очень жаль, что я испортил тебе отдых.
        - Твой отъезд не испортит мне отдых. Ты разбил мне сердце и теперь увозишь его с собой, это, конечно, действует угнетающе.
        Тор смотрел на нее ошеломленно. Она и сама себя удивила. Секунду назад у нее и в мыслях не было говорить ничего подобного, слова вырвались неожиданно. Но теперь - банка открыта, и червяки вот-вот расползутся. Еще есть время загнать их внутрь и закрыть крышку: обратить все в шутку, сменить тему.
        - Что?  - растерянно моргнул Тор.
        Но у Евы вдруг пропало желание обращать свои слова в шутку. Завтра Тор уедет, и они оба понимают, что больше, возможно, никогда не встретятся. А это такое облегчение - перестать притворяться и честно рассказать о своих чувствах.
        - Я люблю тебя.
        Тор вздрогнул так, что от Евы это не укрылось, и это ее взбесило, в крови вскипел гнев.
        - Да, ЛЮБЛЮ ТЕБЯ!  - крикнула она во весь голос. Пусть не думает, что ему показалось.  - Я знаю, ты все время повторяешь, что у нас просто секс и ничего больше. Знаю, ты требовал, чтобы я не влюблялась, но вот я такая дура, все равно это сделала. Но знаешь, что самое ужасное? Я на сто процентов уверена, что и ты меня любишь.
        Тор мотнул головой и хотел что-то сказать.
        В это время на другом конце комнаты зазвонил его телефон. С тех пор как его уволили, Трейси звонила с завидной регулярностью - первым делом она сообщила, что Тор должен возместить все расходы по кредитной карточке компании, которой он пользовался в этой поездке. После этого Тор перестал отвечать на ее звонки. Возможно, и сейчас это снова она, звонит, чтобы попортить ему кровь. Тор не стал подходить, и скоро звонок прекратился.
        - Ты не можешь отрицать, что между нами возникла особая связь,  - затараторила Ева, чтобы успеть все высказать раньше, чем снова затрезвонит мобильник.  - Мы оба знаем, это не просто хорошая совместимость в постели. Но ты трус. Ты панически боишься рискнуть, чтобы снова не напороться на неудачу. Согласна, любовь - это риск. Но то, что сейчас между нами,  - это большая редкость. И мы не можем просто так потерять это только из-за того, что в прошлом кто-то тебя обидел. Я знаю, ты тогда очень страдал. Потерять ребенка, особенно когда так его ждал,  - такого никому не пожелаешь. А твоя история особенно ужасна. Тебя предала любимая женщина, после этого трудно снова кому-то поверить. Я понимаю, тебе тяжело пришлось - но нельзя допустить, чтобы эта травма испортила всю твою жизнь.
        Тор в замешательстве провел рукой по волосам.
        - Скажи, ты меня любишь?  - спросила Ева.
        - Все сложнее, чем тебе кажется.
        - Ничего сложного. Все очень просто - да или нет?
        По взгляду Тора не было похоже, что он готов броситься в объятия Евы и признаться ей в любви. Это был взгляд мужчины, который ищет, как бы помягче сообщить неприятную новость. Неужели она и правда неверно истолковывала его поведение?
        - Послушай, сейчас на редкость неудачное время для этого разговора,  - промямлил Тор.
        - Когда будет удачное?
        - Я без работы, а если не найду место в ближайшее время, то и без дома,  - на этот раз Тор говорил с раздражением.  - Сейчас мне правда не до этого.
        - Ты о чем?  - спросила Ева.  - Ты что же, решил, что для меня это имеет какое-то значение?
        Его брови взлетели высоко на лоб:
        - Тебе наплевать, что я потерял работу и могу стать бомжом?
        - Нет, конечно. Я имела в виду другое, и ты это понимаешь. Я хотела сказать, что в моих глазах все это не делает тебя хуже, что это никак не влияет на нас, наши чувства друг к другу. Даже если ты до конца жизни не найдешь другую работу, я не перестану тебя любить. Неужели, если я потеряю работу, ты станешь по-другому ко мне относиться?
        - Конечно, нет, что за ерунда.
        - Тогда при чем здесь твоя работа? А если ты сейчас заведешь какую-то сексистскую волынку о том, что мужчина должен содержать женщину, богом клянусь, я повалю тебя на пол и… не знаю… сбрею тебе брови!
        На какую-то долю секунды Еве показалось, что губы Тора дрогнули в намеке на усмешку, но он тут же снова стал серьезен.
        - Мне предлагают работу в Дании,  - сказал он.
        Эта новость выбила почву у Евы из-под ног. Как бы сильно они ни любили друг друга - даже при условии, что Тор действительно отвечает ей взаимностью,  - длительная разлука чаще всего разрушает отношения.
        - Думаешь согласиться?  - спросила Ева.
        - Это работа в редакции моей старой газеты. Мне нравилось там работать. Есть перспектива роста, и зарплата хорошая.
        - То есть да.
        - Нет, пока еще не да,  - возразил Тор.
        - Но и не нет?
        - Это зависит…
        - От чего?
        - Я еще не решил, как будет лучше.
        - Лучше для тебя?  - резко спросила Ева.
        Его глаза вспыхнули гневом и обидой.
        - Раз ты так говоришь, ты меня совсем не знаешь.
        Телефон Тора зазвонил снова.
        Он в отчаянии схватился за голову:
        - Дай я его хоть выключу.
        Он подошел к телефону, недоуменно посмотрел на экран и набрал чей-то номер.
        - Мор, у вас все в порядке?
        Ева увидела, что Тор, изменившись в лице, сел на кровать. Он заметно побледнел. Посмотрел на часы, продолжая слушать, сглотнул, пытаясь подобрать слова. Потом заговорил - по-датски, так что Ева ни слова не поняла. Наконец разговор был закончен. Еще несколько секунд Тор смотрел на потухший экран телефона, а когда поднял голову, в глазах у него стояли слезы.
        - Что стряслось?  - спросила Ева.
        Тор заговорил дрожащим голосом:
        - Отцу плохо. У него инфаркт. Сейчас он в больнице, но им не нравится его состояние.
        У Евы сжалось сердце, по коже мурашками пробежал страх. Кошмар.
        - Господи, Тор, мне очень жаль.
        Вскочив, Тор начал запихивать свои вещи в рюкзак.
        - Мне нужно ехать домой.
        - Конечно, конечно,  - Ева засуетилась, собирая свои пожитки. Забежав в ванную, она сложила свои туалетные принадлежности в косметичку и, вернувшись в номер, бросила ее в чемодан.
        - А ты что делаешь?  - сухо спросил Тор, застегивая молнию на рюкзаке и бросая его на кровать.
        - Вещи собираю, буду готова через пять минут.
        - Зачем?
        Подняв голову, Ева увидела, что его глаза налились кровью.
        - Я еду с тобой.
        - Я не хочу, чтобы ты ехала. Нечего тебе там делать. Я… обойдусь без тебя.
        Ева была потрясена. Из глаз брызнули слезы, будто своими словами он нанес ей рану, как осколком стекла.
        Тор задумчиво потер щеку, глядя в сторону.
        - Извини. Мне пора.
        Он схватил рюкзак и выскочил, хлопнув дверью.
        Что за чертовщина, что это сейчас было?
        Ева ждала, что он одумается и вернется, но он не вернулся. Обняв себя за плечи, Ева дрожала, как от холода. Она потерла грудь, чтобы облегчить боль, но сердце продолжало ныть. В нем эхом отдавались слова Тора. Я не хочу, чтобы ты ехала. Я обойдусь без тебя.
        Опустившись на кровать, она разревелась, захлебываясь слезами.

        Глава 29

        Тор смотрел в окно вылетающего из аэропорта Сингапура самолета. Ему удалось попасть на первый же рейс дня, чтобы вернуться с острова Стюарт на Южный остров. Затем его ждал еще один перелет из Инверкаргилла в Крайстчерч и уже оттуда - вылет в Сингапур. С тех пор как ему позвонила мама, прошло пятнадцать часов. Все складывалось хуже некуда - звонок застал его на острове Стюарт, в самой отдаленной от родителей точке,  - и до дома было ох как не близко. Хорошо, что рейс из Сингапура был прямым, но пройдет еще тринадцать долгих часов, прежде чем он окажется в Копенгагене, а там предстоит добывать билет до Олборга, на самый север Дании.
        С мамой он связывался, узнал от нее, что состояние отца без изменений. Оставалось только надеяться, что это хороший признак. Генри не становилось лучше, но и ухудшения не было.
        Тор вздохнул и неожиданно ощутил запах Евы на своей коже. Боже, стоило закрыть глаза, и он представлял ее рядом, вспоминал, какая нежная у нее кожа, ощущал ее вкус, будто и впрямь к ней прикасался.
        Много раз он набирал ее номер, но ответа не было, и Тор мог винить в этом только себя. Он отличился на славу, показал себя полным отморозком. Вспоминая боль на лице Евы, смотревшей ему вслед, он каждый раз ощущал болезненный укол вины. Говоря, что не хочет, чтобы она ехала, он имел в виду, что не хочет, чтобы Ева из-за него прерывала поездку. Для нее так важно завершить список матери, а возможности поплавать с дельфинами на Гавайях (следующий пункт в их программе) девушка ждала больше всего. Когда Тор сказал, что обойдется без нее, то имел в виду, что не надо ей прерывать отдых из солидарности. Он считал, что не нужно Еве идти на эту бессмысленную жертву ради его родителей, его отца.
        Однако ничего этого он не сказал, а промямлил какую-то чушь, потому что мысли в это время были заняты другим: он лихорадочно соображал, как бы поскорее оказаться дома. Когда у Тора что-нибудь случалось, он всегда отталкивал от себя людей, предпочитая разбираться с проблемами сам. Так же было и после разрыва с Кристел: тогда он сбежал в Лондон. Но оттолкнув Еву, он оскорбил ее и все разрушил.
        А ведь на самом деле он нуждается в ней. Не из-за болезни отца. Не потому, что ему требуется кто-то, кто возьмет его за ручку и выведет из ада. Ева нужна ему в принципе, независимо ни от чего, он хотел быть рядом с нею всегда, всю жизнь.
        И что он артачился, как осел? Ведь он, конечно же, любит ее. Так почему же не смог обнять ее и сказать, что любит, тем более что она призналась первой? Ева права - он трус. В прошлом, с Кристел, он прошел через ад, но это же не значит, что такое повторится снова. Да и тогда - ну не умер же он, жив остался. Вот и теперь - он переедет, перестроит жизнь, как в прошлый раз.
        Потеря работы сорвала их планы. Он растерялся и испугался, что если вслед за работой лишится и жилья, то ему нечего будет предложить Еве. Но это полная ерунда - разумеется, Тору есть что ей предложить. Эта женщина любит его самого, а не блага, которые он может ей дать. В Тадж-Махале она совершенно ясно сказала об этом. Сказала, что ей ничего не нужно, кроме его сердца, а он даже это не смог ей дать.
        Надо поговорить с ней и все объяснить. Но потом, потом. Сейчас главное - добраться до дома и убедиться, что отец и мама в порядке.

* * *

        Ева вышла из здания аэропорта в Олборге и стала искать стоянку такси. В пути она провела около тридцати часов и с трудом держалась на ногах от усталости. Полчаса потребовалось ей, чтобы решить - она должна ехать туда, чтобы поддержать Тора. Он, конечно, психовал, и причина понятна. Известия об отце его привели в ужас, и она хотела помочь, чем может. Что бы между ними ни было, она любит этого человека и не допустит, чтобы он страдал без поддержки - тем более если так случится, что он потеряет отца. Она попала на самолет в Инверкаргилл, но опоздала на рейс до Крайстчерча. Следующего пришлось ждать два часа. Потом на перекладных она совершила несколько перелетов из Крайстчерча в Сидней, оттуда в Дубай, Копенгаген и, наконец, Олборг.
        Ева потеряла счет времени, не знала, какой сегодня день и какое сейчас время суток. На улице было темно и холодно, а куртку Ева запихнула на дно чемодана и не хотела сейчас возиться и доставать ее.
        Стоило ей помахать рукой, как тут же подъехал таксист. Выскочив, он подхватил чемодан и поставил в багажник. Следом за ним Ева села в машину.
        - В больницу, пожалуйста,  - сказала Ева.
        - В которую?  - спросил водитель.
        Ева чуть не расплакалась. Она проделала такой путь, обогнула половину земного шара, сменила шесть самолетов, и вот теперь, когда до Тора было рукой подать, споткнулась о последнюю преграду. Она понятия не имела, в какую больницу могли положить Генри. А что, если она в любом случае опоздала? Нет, о таком она даже думать себе запретила.
        - Отец моего жениха живет в Скейне, и у него инфаркт. Как вы думаете, в какую больницу его могли отвезти?
        - В больницу в Йёрринге,  - уверенно сказал таксист.
        Ева подумала, что ей ни за что не произнести это так, как он, с четким «ё» и округлым, но раскатистым «р» в середине слова.
        Она пожала плечами:
        - Ну, давайте попытаем счастья.
        Водитель выехал на дорогу, а Ева откинулась на спинку своего сиденья. Какой будет реакция Тора, когда он ее увидит? Девушка даже думать об этом боялась. Что, если он оттолкнет ее, прогонит? Но ведь она приедет не только к нему, Ева хотела поддержать и Софию с Генри и предложить им любую посильную помощь.
        Видимо, она отключилась, потому что в следующее мгновение водитель окликнул ее, чтобы сообщить, что они прибыли. Сонно посмотрев в окно, Ева пыталась сообразить, где она. И в этот момент увидела стоящую у одной из дверей Софию. Водитель тем временем выгрузил на тротуар чемодан.
        При виде Евы София просияла. Скомкав разговор, который вела по мобильнику, она бросилась к ней, раскинув руки.
        - Ева, дорогая моя девочка, как же ты здесь оказалась?  - и София сжала ее в объятиях.
        От сдерживаемых эмоций горло у Евы сжалось до боли.
        - Я приехала узнать, как дела у Генри,  - голос Евы, уткнувшейся в плечо Софии, прозвучал приглушенно.
        - Ах, милая ты моя. Ему стало лучше, состояние стабилизировалось. Он уже начал вставать, и врачи довольны тем, как он восстанавливается. Конечно, нам предстоит узнать, какой образ жизни ему вести, какие принимать лекарства. Важно ведь не только оправиться от этого эпизода, но и позаботиться, чтобы это не повторилось снова. Но на сегодняшний день опасность миновала. А сейчас он отдыхает.
        - Уфф, как я рада это слышать,  - у Евы и впрямь гора с плеч свалилась. За тридцать с лишним часов это была первая хорошая новость.
        - Так ты тоже прилетела из такой дали, из Новой Зеландии?
        Ева кивнула:
        - Я хотела быть рядом с Тором и со всеми вами.
        София растроганно улыбнулась.
        - Тор дома, спит. Как только врачи объявили, что угрозы для жизни нет, я отправила Тора домой, он буквально с ног валился. Скоро подъедет Пернилла, так что я буду не одна. Может быть, и тебе поехать домой, отдохнуть? Вид у тебя измученный.
        - Но может быть, вам что-то нужно?  - спросила Ева. Предложение было очень соблазнительным, но не для того она неслась с другого конца света, чтобы сразу отправиться в постель. Вообще, ей хотелось хотя бы одним глазком взглянуть на Генри, но раз сейчас он спал, то других поводов остаться не находилось.
        - Мне нужно, чтобы ты была дома, рядом с Тором,  - решительно сказала София, подзывая Евино такси, которое еще не успело отъехать.  - Вот тебе мой ключ.
        Открыв дверцу машины, София втолкнула Еву на сиденье. Водитель без видимого неудовольствия снова принес ее чемодан. София сунула ему купюру. Не забыть бы вернуть ей деньги, подумала Ева, увидев это. Сунув голову в окно такси, София по-датски назвала адрес и помахала Еве:
        - Увидимся завтра.
        Ева тоже успела махнуть ей на прощание рукой, и такси сорвалось с места, неся ее навстречу Тору. Мимо окна замелькали уличные огни. Ева сомневалась, хватит ли ей решимости посмотреть Тору в глаза, когда они встретятся. А что ему сказать? Она не знала. Кричать на него она больше не будет, но, если Тор оттолкнет ее, может слететь с катушек и снова удариться в слезы.
        Дорога до дома заняла больше времени, чем хотелось бы Еве, к тому же ехали они в полной темноте. Наконец, поблагодарив водителя, Ева с трудом выкарабкалась из машины. Вынув многострадальный чемодан и поднеся его к самому порогу, таксист попрощался и уехал. Открыв дверь, девушка вошла внутрь, набрав в грудь воздуха, как перед прыжком в воду. Внутри было тихо, и она крадучись поднялась на второй этаж, где была комната Тора. Проскользнув в дверь, она увидела его, лежащего спиной к входу. Он был в одних шортах, одеяло наполовину сползло. Тор крепко спал и ничего не услышал.
        Посмотрев на него, Ева на миг задумалась и начала раздеваться. Взяв с полки одну из его футболок, она надела ее и юркнула в кровать.
        Тор даже не пошевелился.
        Прижавшись к его спине, она обняла Тора за пояс, нежно поцеловала в плечо и почувствовала, что засыпает с улыбкой на лице. О том, что случится, когда он проснется, Еве думать не хотелось. Сейчас у нее было ощущение, что она дома.

        Глава 30

        Тор проснулся утром оттого, что проникший сквозь занавеску солнечный луч полз по его лицу. Он снова закрыл глаза. Рядом, прислонившись к его спине, спала Ева. Тор удовлетворенно вздохнул. Все в мире было хорошо и правильно.
        Но по мере того как он приходил в себя, а затуманенные сном мысли прояснялись, Тор осознал, что он дома, в своей детской спальне. Следом вспомнились последние чудовищные сорок восемь часов: как он, бросив Еву в Новой Зеландии, совершал долгое утомительное путешествие домой, к больному отцу. Значит, Ева никоим образом не может оказаться с ним в постели, показалось. Наверное, теперь она уже на Гавайях.
        Все-таки Тор открыл глаза, потому что спине было подозрительно тепло. Казалось, кто-то прижался к нему сзади, да еще и обнимает. Опустив взгляд, он увидел… женскую руку.
        Стремительно повернувшись, Тор испытал потрясение. Рядом с ним, здесь, в Скейне, была Ева! Девушка спала как убитая. Она пролетела полмира, чтобы быть с ним. Окончательно проснувшись, но все еще не веря себе, Тор провел рукой по ее плечам, рукам - это была Ева, теплая на ощупь и совершенно реальная.
        Евины глаза широко распахнулись, она посмотрела на Тора и улыбнулась. Боже, какая это была улыбка. Тор протянул руку и, приподняв ее подбородок, нежно поцеловал.
        - Господи, ты и правда здесь,  - пробормотал он, не отрываясь от ее губ.
        Потом он все же прервал поцелуй, чтобы сорвать с Евы футболку и отшвырнуть куда-то в другой конец комнаты. Она обняла его за шею и гладила плечи, руки, волосы.
        Положив руку Еве на грудь, Тор провел пальцем по соску. Ева со стоном все же отвела его руку в сторону.
        - Подожди, Тор, нам нужно поговорить,  - сказала Ева, задыхаясь.
        - Поговорим. Я тебе обещаю.  - Тор был не в силах сдерживать желание и снова поцеловал ее.  - Потом,  - пробормотал он.
        Больше Ева не возражала, а вместо этого ответила на поцелуй.
        Никогда раньше Тор ничего не хотел с такой отчаянной силой, как сейчас ее. Изловчившись, он подобрал с пола джинсы, вынул из кармана презерватив и надел. Ева всем телом подалась ему навстречу, обхватывая его ногами.
        - Боже ты мой, Ева,  - простонал Тор, теряя голову от ощущения ее тепла, от их синхронных движений. Ничего другого ему сейчас не было нужно.  - Поверить не могу, что ты здесь. Такой трудный путь - и ты проделала его ради меня?
        - Ради Генри,  - поддразнила его девушка.
        Улыбнувшись, он снова поцеловал ее.
        - Ответ засчитан.
        Коснувшись ее шеи, Тор почувствовал, как под губами частит ее пульс. Ева перебирала пальцами его волосы.
        Легонько приподняв девушку, Тор стал целовать ее грудь, опять заставив Еву со стоном выгнуться в его руках.
        - Тор…  - прошептала Ева, и он снова принялся целовать ее в губы.
        Он услышал, как участилось ее дыхание, почувствовал, как она обмякла в его руках, и одновременно почувствовал, что и он подходит к тому же рубежу.
        - Ева, я люблю тебя, я очень тебя люблю,  - выдохнул Тор.
        И снова надолго слились в поцелуе губы, а услышав ее облегченный стон, он почувствовал, что даже сильнее любит ее теперь.
        Обессиленно опустившись на нее и пытаясь отдышаться, Тор прижался губами к уху Евы.
        Желая, чтобы у нее не осталось никаких сомнений, он прошептал: «Я чертовски люблю тебя, Ева Блу».

* * *

        Ева смотрела, как Тор носится по кухне, готовя им завтрак. Они так и не поговорили ни о чем, обсудили только здоровье Генри и то, какой она хочет омлет. Но все было хорошо и без долгих выяснений.
        Он любит ее, и, хотя разговор все равно был необходим, сейчас все остальное не имело значения.
        Тор поставил перед ней кружку с чаем и тарелку с аппетитным на вид омлетом и только потом сам уселся за стол напротив. Ева с наслаждением положила в рот большой кусок: это была первая нормальная еда с тех пор, как она ужинала еще на острове Стюарт.
        Не сводя с Евы глаз, Тор отпил чай из своей кружки.
        - Я до сих пор не могу поверить, что ты здесь, и это после того, как жутко я тебе нахамил. Я не заслужил твое прощение.
        Ева протянула ему руку через стол:
        - Ты был расстроен, боялся за папу, я тебя совсем не виню…
        - Но то, что я тебе наговорил, я должен объяснить,  - сказал Тор.  - Дело не в том, что я не хотел твоего приезда сюда. Я не хотел только, чтобы из-за меня ты нарушила свои планы и осталась без заключительной части своего путешествия.
        - Но я же люблю тебя, а значит, ты для меня всего важнее. Тебе придется научиться впускать меня в свою жизнь. Мы больше не две самостоятельные единицы, мы команда, нам надо держаться вместе.
        Было необычно и странно говорить об их общем будущем так, будто это дело решенное. Но в глубине души Ева знала: это правильно, именно так и должно быть. Они принадлежат друг другу.
        Тор только вздохнул и прижал к губам ее руку.
        - Прости, что я так долго не решался сказать тебе о своих чувствах. И пытался тебя оттолкнуть. Я, как идиот, боялся снова полюбить, не понимая, что уже люблю тебя и, сколько ни прячь голову в песок, этого факта ничто не изменит.
        - Все нормально, это я не должна была на тебя давить, если ты был еще не готов,  - сказала Ева.
        - Как раз должна была. Нас обоих пора было выпихнуть из наших зон комфорта. А в этой поездке именно так и случилось - видимо, каждому из нас для этого был необходим другой. Я каждый день любовался тем, какая ты смелая и решительная, настоящий храбрый оловянный солдатик. И это придало уверенности мне, захотелось тоже быть мужественным. Ты заставила меня снова полюбить, задуматься о будущем. Ты расшатала окружавшие меня стены и тем самым сделала меня сильнее. Честно, ты самая невероятная женщина из всех.
        - Ты тоже изменил мою жизнь, Тор. Ты показал мне мир, благодаря тебе я увидела, как он прекрасен, и поняла, насколько удивительнее может стать жизнь, когда в ней присутствуют приключения.
        - Ты и сама искала приключения, Ева, и все то же самое проделала бы и без меня.
        - Но насколько же это приятнее, когда рядом с тобой человек, который знает все тонкости и так умело ведет тебя за собой. Я даже представить не могу, как бы все это выглядело без тебя,  - взмахнула рукой Ева.
        Тор снова вздохнул:
        - Отчасти поэтому, пожалуй, я так огорчился, узнав об увольнении. Я видел, как в этой поездке ты оживаешь, как горят твои глаза, как тебе нравится путешествовать и открывать для себя новые места… и подумал - если не будет работы, мы же всего этого лишимся.
        - Ну, это ерунда. Мы все равно не можем всю жизнь провести в отпуске, а кроме того, не обязательно наши поездки должны быть роскошными. Можно же купить автомобиль с прицепом для кемпинга и ездить по Великобритании. Я никогда не была в Ирландии, только в Южном Уэльсе. Есть множество мест в Шотландии и даже в Англии, где я тоже ни разу не бывала. И ты обещал мне выходные в палатке, так что я этого очень жду.
        Тор весело хмыкнул:
        - В моей палатке люстры нет.
        - Я переживу.
        Уплетая омлет, Тор улыбался.
        - Расскажешь, что у тебя с работой здесь, в Дании?  - поинтересовалась Ева.
        - Ну, я сначала сам хотел побольше узнать об условиях - в частности, смогу ли я работать на удаленке, из Лондона.
        - А если не разрешат?
        Тор пожал плечами:
        - Стало быть, откажусь.
        - Почему?
        - Потому что тебя я не брошу.
        У Евы радостно подскочило сердце, но в следующую секунду она нахмурилась.
        - Но ты говорил, что эта работа тебе нравится?
        - Да, но мои отношения с тобой для меня важнее.
        Ева положила в рот еще кусочек омлета.
        - Мне кажется, ты не учел одной очевидной вещи.
        - Какой же?  - Тор отхлебнул чай.
        - Мы могли бы жить здесь вместе.
        Он уставился на нее, не донеся вилку до рта.
        - Ты согласна переехать сюда? Ради меня?
        - Я понимаю, что это прозвучало неожиданно, но за последнее время мы как будто убедились, что прекрасно уживаемся вместе двадцать четыре часа в сутки и семь дней в неделю. Возможно, это был просто сказочный отпускной роман и через несколько месяцев чары развеются, но, если что-то пойдет не так, я всегда успею вернуться к себе в Лондон. Работа у меня такая, что я могу ее выполнять в любой точке мира, если при мне мой ноутбук и есть интернет. Иногда я дни напролет сижу дома в пижаме, и мне все равно, где это делать. Так что большого неудобства я для себя не усматриваю - скорее мне видится в этом новое приключение. Поселиться в новой стране, учить язык, жить с любимым человеком. Мне кажется, для того чтобы все у нас сложилось наилучшим образом, нам обоим нужно постараться. И, если тебе предложили работу, которая тебе по душе, почему бы мне не переехать сюда?
        Тор смотрел на нее в немом восхищении.
        - Не помню, я говорил, что люблю тебя, Ева Блу?
        - Как будто я что-то такое слышала,  - улыбнулась Ева.
        - Нам предстоит многое уладить,  - сказал Тор.
        - И мы сделаем это вместе.
        Тор улыбнулся в ответ, поднял кружку и чокнулся с ней чаем.
        - За наше новое большое и прекрасное приключение, Ева Блу.

        Эпилог

        Ева смотрела в небо, лежа на спине на берегу канала Накамеруго. Солнце клонилось к горизонту, по небу, словно перья, раскидались облака сливового и мандаринового цветов. Это служило ярким и очень выразительным фоном для нежно-розовых цветов вишни, ветки которой качались прямо у нее над головой.
        Прошел год с тех пор, как Ева нашла на чердаке мамин список с ее юношескими мечтами и приняла неожиданное даже для самой себя решение выполнить неосуществленные желания Джульетты. Самым привлекательным из них было для Евы полюбоваться цветущей вишней в Японии, но в тот год сезон сакуры уже прошел. А вот теперь она здесь, и никогда в жизни она не видела подобной красоты.
        Сколько же оттенков розового здесь было - от нежнейшего почти белого до близкого к огненно-красному, как перья самых ярких фламинго. Цветущие вишни были всюду, они росли где рядами, где рощицами, в каждом парке и сквере, вдоль улиц и по берегам рек. Канал, на котором они остановились, тоже порос вишней по обеим сторонам, тяжелые от цветов ветви свешивались, касаясь воды. Водная гладь, отражающая этот великолепный естественный занавес, казалась сплошь розовой.
        Для японцев цветок сакуры - символ хрупкости и красоты самой жизни. Кратковременность сезона цветения напоминает о том, как быстротечна жизнь. Еве понравилась эта мысль, когда она прочитала об этом в путеводителе. Жизнь драгоценна и для некоторых трагически коротка. Еве было важно прожить ее максимально эффективно и насыщенно, используя любую подвернувшуюся возможность.
        После того как Генри выписали из больницы, строго-настрого наказав ему соблюдать диету, снижать вес и больше двигаться, Тор и Ева решили продолжить свои каникулы. Хотя плаванье с дельфинами на Гавайях и поездку в калифорнийский Диснейленд они пропустили, но решили просто перенести их на конец путешествия. Они сумели «войти» в свой график в Сан-Франциско и проехали верхом на лошадях по знаменитому мосту через пролив Золотые Ворота. Следующие две недели у них ушли на исполнение желаний в США и Канаде, включая пение на сцене в Бродвее (ну и что, что в зале было пусто) и перед королевой Англии в Театре восковых фигур мадам Тюссо в Нью-Йорке.
        Вернулись в Англию они как раз вовремя, чтобы поужинать вместе с отцом Евы перед его возвращением в Лос-Анджелес. Томас ей все больше нравился, и, хотя пока их разговоры были довольно поверхностными, заметно было, что он заинтересован в общении с дочерью. По его инициативе они обсудили возможность их приезда к нему в Америку и договорились сделать это в конце года, чтобы Ева смогла познакомиться со своими сестрами по отцу.
        Возвратившись в Англию, молодые люди сразу же вплотную занялись подготовкой следующего приключения - переезда в Данию. Было необычно и интересно поселиться в незнакомой стране, а датчане оказались очень приветливыми. Ева много работала, изучая язык, но, как только заговаривала с местными, они тут же переходили на английский. Только София, Генри и Тор помогали ей, говоря с ней по-датски. До свободного владения ей было далеко, но теперь Ева вполне прилично могла поддержать беседу.
        Она смотрела, как ветерок колышет над ней цветы, обрывая похожие на конфетти лепестки. Один лепесток запутался в волосах у Тора, который дремал, положив голову ей на живот. Вынув лепесток, Ева заодно погладила Тора по волосам. Она смотрела, как он улыбается во сне, безмятежно и расслабленно.
        Сначала она беспокоилась, не станет ли для них непосильным испытанием, если они с Тором съедутся, практически не успев познакомиться. Но все прошло на удивление гладко, без осложнений. Ведь во время кругосветного путешествия им пришлось быть вместе круглые сутки. Это было непросто и утомительно, тем более в условиях постоянных переездов с места на место. Но их отношения выдержали это испытание. Так что съехаться и жить вместе казалось естественным продолжением. И все получилось. Они подходили друг другу, как… две детали конструктора. Конечно, случались время от времени ссоры, как же без этого, но они заканчивались, не успев разгореться. А секс после них всегда был особенным. Сначала они сняли небольшую квартиру в Скейне, «на случай, если что-то пойдет не так», но скоро стало ясно, что их совместная жизнь - навсегда. Тогда Ева продала свое лондонское жилье, и они вместе купили дом побольше и поближе к его родителям.
        Вскоре после этого Ева продала и мамин дом, а на вырученные деньги купила небольшую яхту, которую назвала Джульетта. На судне была каюта-спальня, тесный санузел и небольшая кухонька, вот и все. Но каждый раз при взгляде на Джульетту Ева счастливо улыбалась. Она была абсолютно уверена, что мама одобрила бы эту покупку. Много раз по выходным они обследовали на ней близлежащие датские и норвежские острова, и Еве казалось, что мама сопровождает их в плаванье.
        Самым трудным в переезде в другую страну оказалось расставание с Лорел. Хотя Ева звонила ей буквально через день, это было не то же самое, что регулярно бегать друг к другу в гости. Правда, в последнее время Лорел и Джеймс частенько заговаривали о переезде в Скейн. Ева пришла от этого в восторг. Вот уже пару недель она присылала Лорел ссылки со сведениями о продаже домов, и тетя явно склонялась к этому решению. Убедить ее было не так уж трудно. Она была просто на удивление счастлива с Джеймсом, и после их свадьбы, сыгранной несколько месяцев назад, они все еще ворковали, как влюбленные подростки. И он был готов ради нее на все, включая переезд в другую страну.
        С подругами, которые искренне за нее порадовались, Ева поддерживала контакт по вотсапу. А на их ежемесячных встречах она присутствовала по скайпу. Этот формат был для них уже привычен, ведь уже давно точно так же к ним присоединялась Лейла.
        Проснулся Тор, сел и взглянул на нее:
        - Пойдем прогуляемся?
        Ева кивнула, и он протянул ей руку, помогая встать. Держась за руки, они медленно брели вдоль канала. Уже начали зажигаться фонари, и на воде появились золотые блики, а цветущие вишни, казалось, светились в сиреневом сумраке. Было красиво, как в волшебной сказке.
        Порыв ветра осыпал их лепестками, как нежными снежинками, и Тор схватил Еву за вторую руку.
        - А что ты думаешь насчет Блоссом?[7 - Блоссом (Blossom)  - зд.: женское имя, в переводе с англ. яз. цветок (чаще плодовых деревьев).]
        Ева улыбнулась. С тех пор как позавчера она сообщила ему о своей беременности, Тор то и дело предлагал имена. Они были самыми разными, в зависимости от его настроения. Часто предлагались имена норвежских богов, и Еве, признаться, даже понравилась идея назвать дочь Фреей. Наблюдать за восторгами Тора было на редкость приятно. Он не мог дождаться появления малыша. Какое странное чувство - уже любить всем сердцем их не родившегося еще ребенка.
        - Блоссом - миленькое имя для девочки,  - съязвила Ева.  - Но я не уверена, подойдет ли оно сыну.
        - Хм, пожалуй, нет.
        Они немного прошли молча, любуясь фонарями среди цветущих деревьев.
        - Итак, это последняя мечта из списка твоей мамы.  - Тор остановил Еву и взял ее руки в свои.
        Да, она поставила последнюю галочку в списке своей мамы. В прошлом году они в конце лета летали на Шпицберген, чтобы увидеть белых медведей, а в начале декабря провели неделю в Швеции, чтобы поучаствовать во всех зимних развлечениях, о которых мечтала ее мама. Это был невероятный год, полный приключений и неожиданностей, хотя самым большим сюрпризом, которого Ева и ожидать не могла, было то, что она полюбила такого замечательного человека.
        - Да, мы с этим справились.  - Еве было и радостно, и немного грустно оттого, что эта миссия завершилась. Если ее мама была с ней и видела, как Ева исполняет одну за одной мечты ее юности, означает ли это, что теперь она свободна и может окончательно покинуть этот мир? А здесь ее больше не будет?
        - Я хочу отметить это событие,  - продолжил Тор.  - Последний год, проведенный с тобой в поисках приключений, был лучшим годом в моей жизни. Я люблю тебя, Ева Блу, и думаю, что нам надо бы составить новый список, с нашими мечтами, которые мы сможем осуществить вместе. Жизнь - это приключение, и я не могу придумать никого, с кем бы я хотел его пройти. Кроме тебя.
        Опустившись на одно колено, он протянул ей коробочку:
        - Ева Блу, окажешь ли ты мне честь, согласившись стать моей женой?
        Ева тихо ахнула, увидев кольцо - полушарие зеленовато-голубой бирюзы, похожее на крошечную копию земного шара, в обрамлении маленьких бриллиантов. Это было поразительно.
        - Конечно, да,  - ответила она, не вытирая текущие по щекам слезы.  - В тот день, явившись в аэропорт вместо Ребекки, ты изменил мою жизнь, весь мой мир. И теперь я не могу представить себе жизнь без тебя. Я люблю тебя бесконечно.
        Улыбаясь, Тор надел ей кольцо на палец, встал и поцеловал ее, положив руку на то место, где рос их ребенок. Им - супругам и будущим родителям - предстояло самое большое и захватывающее приключение, какое только можно ждать от жизни, и Ева с нетерпением ждала этого совместного с Тором шага. Она крепко обняла его, счастливая оттого, что все ее мечты сбылись.

        От автора

        Спасибо, что прочитали «Лето мечтаний». Я и сама получила массу удовольствия, работая над книгой и узнавая множество интересного обо всех этих чудесных местах. Надеюсь, вам так же понравилось читать ее, как мне нравилось писать.
        Одна из самых приятных сторон писательского дела - обратная связь с читателями. Заставила ли книга вас улыбнуться, а может, вызвала смех или даже слезы (надеюсь, это были слезы радости)? Полюбились ли вам Ева и Тор так же, как мне? Пришлись ли по душе путешествия по разным фантастически прекрасным местам? Если книга вам понравилась, я буду счастлива получить от вас хоть коротенький отзыв.
        Спасибо за то, что вы читаете!
        С любовью,
        Холли

        Благодарности

        Моей семье, маме - самой большой моей почитательнице, которая по сто раз перечитывает все, что бы я ни написала, и говорит, что с каждым разом ей нравится все больше. Моему папе, брату Ли и невестке Джули - за вашу поддержку, любовь, помощь и одобрение всего, что я делаю.
        Моей близняшке, восхитительной Эйвен Эллис, просто за дружбу, за всегдашнюю готовность поддержать, подбодрить, почитать то, что я пишу, и подсказать, что хорошо, а над чем стоит поработать. А еще за то, что развлекаешь меня своими чудесными историями. Я тебя нежно люблю.
        Моим милым подружкам Джули, Натали, Джек, Верити, Джоди, Гарет и Мэнди - большущее спасибо, девчонки, за вашу помощь.
        Ребята из «Девона»  - По и Ордер, Белинда, Лайза, Фил, Боуди, Коди и Скиппер. Я благодарна вам за то, что вы такие веселые и, если нужно, всегда оказываетесь рядом.
        Шэрон Сэнт - просто за то, что ты есть, и за твою чудесную дружбу.
        Всем в «Boocamp»  - вы очень классные, отличная компания. Спасибо вам за помощь с этим проектом!
        Кирсти Гринвуд, спасибо за то, что терпеливо отвечали на мои бесконечные вопросы.
        Пернилла Хьюс, я очень благодарна за помощь с датскими привычками и произношением.
        Команда SPF - чуваки, вы крутые!
        Благодарю чудесных редакторов Селин Келли, Келли Баррет и Райана Маккея.
        Спасибо Джейсону за помощь с форматированием.
        И, конечно, всем чудесным блогерам за ваши твиты и ретвиты, посты на Фейсбуке, хвалебные отзывы, поддержку, вдохновение и бесконечный энтузиазм. Вы прекрасны, и без вас я не смогла бы завершить это путешествие.
        Всем, кто прочел мою книгу и потратил время на то, чтобы написать мне о своих впечатлениях или разместить рецензию в Интернете, я невероятно благодарна.
        Еще раз спасибо, я всех вас люблю.
        notes

        1

        Доступ в такие распространенные в Англии сады или небольшие парки имеется только у жильцов окрестных домов.

        2

        Зумба - танцевальная фитнес-программа на основе популярных латиноамериканских ритмов.

        3

        Линия лондонского метрополитена.

        4

        Шутливое название тех, кому приходилось заниматься сексом во время авиаперелетов.

        5

        Круглая вафля-сэндвич с карамельной прослойкой.

        6

        По российскому телевидению этот сериал идет под названием «Чисто английские убийства».

        7

        Блоссом (Blossom)  - зд.: женское имя, в переводе с англ. яз. цветок (чаще плодовых деревьев).

 
Книги из этой электронной библиотеки, лучше всего читать через программы-читалки: ICE Book Reader, Book Reader BookZ Reader. Для андроида Alreader, CoolReader Библиотека построена на некоммерческой основе (без рекламы), благодаря энтузиазму библиотекаря. В случае технических проблем обращаться к