Важное объявление: В связи с блокировкой в России зеркала ruslit.live, открыто новое зеркало RusLit.space. Добавте пожалуйста его в закладки.


Библиотека / Любовные Романы / СТУФХЦЧШЩЭЮЯ / Уилсон Кара: " Перекресток Судьбы " - читать онлайн

Сохранить .
Перекресток судьбы Кара Уилсон

        # После долгой разлуки Эмили и Фабиан встретились снова, и она с удивлением обнаруживает, что ничего не изменилось в ее отношении к нему - стоит ему только приблизиться, как ее сердце начинает биться с бешеной скоростью, дыхание перехватывает и она не может произнести ни слова. Плоть и разум Эмили вступают в непримиримое противоречие друг с другом. Зов тела глушится укорами совести и созданными ею самой запретами.
        Где же выход? А может, надо отбросить все сомнения и без страха с головой окунуться в любовный омут?..

        Кара Уилсон
        Перекресток судьбы

1

        Скажи, что не любишь меня! - Руки Фабиана сжали ее запястья, а глаза гневно сверкали. - Скажи мне, черт возьми!
        Боль истерзала Эмили.
        - Да, да! Я не люблю тебя! - Слезы хлынули из глаз. Рыдания сотрясли тело. - Я не люблю тебя! Не люблю!
        С тех пор прошло двенадцать лет. Так откуда же сейчас взялась эта пронзительная боль? Эмили не хотела этой боли, полной страстного желания и сожаления. Откуда все это взялось? Она считала, что давние переживания давно притупились, изгладились, превратились в отдаленные воспоминания. Они не должны были вызывать мучительных ощущений. Это было лишь предлогом. Эмили чувствовала себя виноватой. Берта - опытная сиделка, медсестра и мать троих детей. Более надежных рук, чем у этой давней подруги, для малышки невозможно было найти.
        Ей показалось, что она теряет сознание. Только бы не в ресторане, где полно любопытных! Она отодвинула суп и попыталась сосредоточиться на разговоре с Мартином. Речь шла об альбоме, над которым они вместе работали.
        - Да, - произнесла Эмили.
        Она не слышала, о чем ее спросил Мартин, и понятия не имела, с чем соглашается, потому что со своего столика на нее смотрел Фабиан. Взгляд его медово-карих глаз завораживал и проникал прямо в душу, вызывая к жизни рой непрошеных воспоминаний, казалось давно похороненных в самых дальних уголках памяти. Только по одному этому взгляду, только по его неповторимым медово-карим глазам она узнала его. Ничто не напоминало прежнего Фабиана. Небритый подбородок и, судя по всему, давно не стриженные волосы не могли принадлежать ему. Его стрижка всегда была безукоризненной, а подбородок чисто выбритым.
        Фабиан… Все ее тело трепетало. Ни дышать, ни думать не было сил. Всепоглощающее, давно забытое возбуждение накатило на нее, заставило сердце колотиться, а кровь закипать. Одним-единственным взглядом он воскресил былой страх, тревогу, боль.
        Эмили судорожно сжимала ложку. Чтобы не смотреть на Фабиана, она то и дело отворачивалась к окну, забывая о Мартине и рискуя оказаться невежливой.
        Уютный ресторанчик, куда привел ее Мартин, стоял на холме, у подножия которого бились волны Тихого океана, превращаясь в воздушную пену. Догорал долгий июньский день. Внезапно угрюмые тучи заволокли солнечный диск, небо стало зловещим и суровым. По телу Эмили пробежала нервная дрожь. Ей захотелось домой, в безопасность и тишину. Но заказ только что принесли. Она не решалась попросить Мартина, который всегда был так внимателен и проявлял о ней поистине трогательную заботу, уйти. С ее стороны было бы черной неблагодарностью испортить ему вечер.
        Эмили по-прежнему приходилось то и дело одергивать себя, чтобы не смотреть на Фабиана. Проще всего было бы заняться едой. Она придвинула тарелку и заставила себя съесть несколько ложек ее любимого супа из морепродуктов. Сегодня по вкусу он напоминал лекарство. Эмили с отвращением отложила ложку.
        Прошло двенадцать лет после ее последней встречи с Фабианом. Что он здесь делает? Она не смогла пересилить себя и вновь посмотрела на него. В его неухоженных волосах появилась седина. Он возмужал и огрубел. Потускнели глаза и осунулось лицо. Совсем не тот Фабиан, которого она помнила.
        Он был с привлекательной женщиной лет тридцати, с короткими черными волосами и большими выразительными глазами. Она что-то рассказывала ему, оживленно жестикулируя.
        Его жена.
        Это не должно было причинять боль. Конечно, Эмили не хотелось бы чувствовать такой жгучей ревности. Она знала, что у Фабиана была жена, но реально осознала это лишь сейчас.
        В этом виновата только я. Только я…
        Фабиан почувствовал ее взгляд, и вновь их глаза встретились. Ее накрыло теплой волной. Эмили была не в силах противостоять этому гипнотическому взгляду.
        - Эми, что случилось? - Голос Мартина прозвучал обеспокоенно.
        С трудом придя в себя, она отодвинула стул.
        - Извини, я сейчас вернусь.
        Ее ноги так сильно дрожали, что она чудом прошла через ресторан до туалета, даже не пошатнувшись.
        Опершись о холодную керамическую раковину, Эмили закрыла глаза. Успокойся, мысленно сказала она себе. Держи себя в руках. Он вернулся. Но для тебя это ровным счетом ничего не значит. Двенадцать лет - долгий срок. Теперь все в прошлом. Думай о чем-нибудь другом - об альбоме, о ребенке, о чем угодно.
        Открыв кран, Эмили подставила руки под холодную воду. Брызги попали на ее бирюзовое платье. Она взглянула в зеркало. Платье удачно повторяло цвет отразившихся в нем глаз, которые сейчас лихорадочно блестели. Эмили прикрыла глаза, и в памяти вновь всплыл мучительный образ. Он казался чужим, незнакомым. Она никогда не видела его с этой темной щетиной на подбородке. Но взгляд его узнала бы среди тысяч других.
        Фабиан… Слезы застилали пеленой все вокруг.
        - Фабиан, - прошептала она, желая услышать его имя. - Фабиан!
        Нужно вернуться к столу. Я не могу оставаться здесь вечно. Почему я прячусь?
        Эмили расчесала волосы, вспомнив, как двенадцать лет назад Фабиан ими играл. «На солнце они словно красное дерево», - говорил он. И Эмили было приятно это слышать.
        Перестань мучиться воспоминаниями! - приказала она себе.
        Слегка подкрасив губы, Эмили почувствовала, что немного успокоилась. Она оглядела себя, поправила платье и вышла в зал, высоко подняв красивую голову.
        Фабиан мало походил на мужчину, которого она помнила.
        О боже, он смотрит на нее! Самообладание вмиг испарилось.
        Он сидел, вальяжно расположившись под пальмой, и казался слишком значительным для обстановки маленького холла. Но это был чужой для нее человек, притягательный и опасный.
        Седина придавала его облику какой-то властный отпечаток. Его одежда была новой, но слишком будничной: джинсы и полосатая, с короткими рукавами, рубашка. Фабиан, которого она помнила, одевался в дорогих магазинах. Некогда жизнерадостный, лучащийся взгляд превратился в скучный и отсутствующий. Взгляд этот не предвещал ничего хорошего.
        - Привет, Эмили, - спокойно сказал он, подойдя к ней. - Я так и подумал, что это ты.
        Его бархатный глубокий голос проник в нее, словно дорогое бренди, обжигая и маня, наполняя тело предательским теплом.
        Она застыла на месте.
        - Здравствуй, Фабиан, - ответила Эмили, услышав неприятную хрипотцу в своем голосе.
        На минуту, ставшую вечностью, воцарилось молчание. И казалось, все вокруг вмиг наполнилось старыми воспоминаниями и новыми чувствами.
        - Как ты? - наконец спросил Фабиан.
        Голос звучал отчужденно-вежливо. А в глубине его глаз Эмили увидела неукротимость, которая никак не сочеталась с манерой поведения и голосом.
        - Хорошо. - Она скрестила руки на груди, словно поддерживая себя.
        С кухни доносились запахи чеснока, морских яств, фруктов.
        - Я не знала, что ты вернулся.
        Конечно, она не могла знать. Да у нее и не было повода об этом думать. Двенадцать лет прошло со дня их последней встречи. За это время она лишь немного узнала о нем из газетной статьи. Как врач, он сделал свое имя известным, работая педиатром в тропиках, в странах третьего мира, где всегда болели дети. Когда вышла статья, он и его жена, тоже врач, возглавляли важный медицинский проект в Азии.
        Теперь он снова в Калифорнии.
        - Я здесь всего лишь на пару месяцев, - сказал Фабиан. - Остановился в летнем домике.
        Летний дом его родителей находился в нескольких милях отсюда, возле пляжа. Роскошный дом на высоком утесе, из окон которого открывались великолепные виды. Как-то она была там и спала в одной постели с Фабианом. Спит ли он теперь в той же постели со своей женой?
        Не думай, не думай!
        - Как твои родители? - машинально спросила Эмили, пытаясь придерживаться нейтральных тем.
        - У них все замечательно. Недавно уехали в кругосветное путешествие.
        Последовала неловкая пауза.
        Фабиан потер подбородок, его взгляд оставался непроницаемым.
        - Если не ошибаюсь, Синди умерла?
        Он не любил ее мать.
        Эмили вздохнула:
        - Да.
        Мать занемогла вскоре после его отъезда и умерла, проболев три месяца.
        - Уже давно, - добавила она.
        Однако сейчас ей так не казалось. Вернулись все ее чувства, все страдания. Словно прошло лишь несколько дней, а не лет. Как, как такое возможно?
        - Да, - проговорил Фабиан, скользнув по ней взглядом, который вобрал в себя и ее шелковое платье, и драгоценности, и дорогие туфли, - много воды утекло…
        В его голосе не было никакой интонации. Слова лишь констатировали факт. Только по едва заметному движению в уголках губ можно было догадаться, что он что-то чувствует.
        - Да.
        Эмили могла представить, что думает Фабиан, глядя на нее. Она вновь почувствовала себя неуютно, не зная, что сказать, и отчаянно желала уйти отсюда. Ей показалось, что она опять юная неуклюжая девчонка. И это было ненавистно. Ей тридцать, а не восемнадцать.
        - Я должна идти, - сказала она.
        Фабиан кивком указал на зал ресторана:
        - Там твой муж?
        Итак, он знал, что она вышла замуж. Но это устаревшая информация. Эмили грустно покачала головой.
        - Нет, Энди… мой муж, умер почти два года назад. - Ее голос дрожал. - Мне нужно идти.
        Ей вовсе не хотелось выслушивать банальные соболезнования. Эмили поспешно вернулась к Мартину. Ее волнение выдали руки, предательски дрожавшие, когда она потянулась за бокалом с вином, едва его не опрокинув. Краем глаза она увидела, что Фабиан тоже вернулся за столик к жене.
        - Я уже хотел высылать за тобой поисковую группу, - произнес Мартин, внимательно вглядываясь в лицо Эмили. - С тобой все в порядке?
        - Теперь да, - солгала она.
        - Твой суп совсем остыл.
        - Ничего страшного. Тарелка почти пуста. А что за идеи у тебя насчет второго альбома?
        Эмили села поудобнее, пытаясь сосредоточиться на разговоре с Мартином. В августе должен был выйти альбом, который они готовили вместе. Эмили собрала рассказы и рисунки детей, родители которых были слишком поглощены борьбой за существование, чтобы позволить себе такую роскошь, как общение с собственными чадами. Дети, предоставленные самим себе. Поистине животрепещущая проблема! Мартин сделал для этого сборника фотографии. Получилась очень яркая книга, вызывающая целую гамму чувств.
        Но как Эмили ни пыталась сосредоточиться на работе, все было тщетно. Она всем существом чувствовала присутствие Фабиана. Он был всего лишь в нескольких футах от нее, но она изо всех сил пыталась не замечать ни его, ни его спутницы. Больше всего Эмили опасалась уловить какие-нибудь интимные жесты - улыбку, соприкосновение рук. Раньше они предназначались лишь ей, крошке Эми. Она чувствовала, что вот-вот задохнется. Надо уйти отсюда, подальше от Фабиана.
        Эмили посмотрела на Мартина.
        - Ты не будешь возражать, если мы уйдем? Мне пора вернуться к ребенку.
        Эмили глубоко вдохнула в себя влажный солоноватый морской воздух. Мартин помог ей сесть в машину. Чтобы избежать дальнейших разговоров, Эмили взяла ключи и пошла к двери.
        Какое-то время они ехали вдоль берега. Отсюда открывались завораживающие виды на океан, скалистые уступы и поросшие зеленью горы. Темные облака проглядывали на небе, а неистовые волны разбивались о скалы, заливая пляж. Эмили задрожала от тревожного предчувствия.
        Через полчаса она уже была дома.
        В гостиной чувствовался стойкий запах духов. Берта сидела на диване, поджав под себя ноги, в старых джинсах и вытянутой футболке. Она разгадывала кроссворд. Ребенок не спал, как сказала сиделка, почти все время, пока Эмили не было.
        - Я надеялась хоть немного посидеть спокойно, - страдальчески произнесла Берта. - Она поднялась, взяла сумку, наполовину разгаданный кроссворд и неожиданно спросила: - Кстати, ты не знаешь страну в Африке на букву «М». Восемь букв.
        Сердце Эмили болезненно сжалось.
        - Мозамбик, - медленно ответила она.
        - Ух ты, молодец! - Берта быстро написала слово и удивилась: - Ты даже не задумалась.
        Эмили пожала плечами.
        - Просто получилось так, что в этой стране был мой знакомый.
        Берта ушла, оставив ее одну со своими мыслями и воспоминаниями.
        В доме царила полнейшая тишина. Эмили бесцельно бродила по комнатам, пытаясь снять напряжение. Большой, красивый, безмолвный дом. Энди спроектировал его специально для них. Он был прекрасным архитектором. И этот дом не был его единственным творением. Энди выполнил много частных заказов в западных штатах. Все дома строились из натуральных материалов, сочетаясь с местным ландшафтом так, словно были созданы не человеком, а природой.
        От раскатов грома задрожали окна. Эмили услышала, как заплакал ребенок, и побежала в детскую. Она взяла малютку на руки и прижала к груди.
        - Все хорошо. Не плачь, я здесь.
        Она погладила темные волосики и поцеловала мягкую теплую щечку. Маленькое тельце уютно свернулось у нее на руках. Девочка была легкой и хрупкой. Слишком маленькой для годовалого ребенка. Волна любви, нежности и необъяснимого страха накрыла Эмили. Она включила крошечный ночник и сменила подгузник. Потом подогрела бутылочку молока и села в кресло-качалку, укачивая малышку, пока та не заснула.
        Эмили еще долго сидела, баюкая девочку в своих объятиях. Внезапно слезы беззвучным потоком хлынули по ее щекам.
        - Я солгала, Фабиан, - прошептала она, - я солгала.
        Призраки прошлого окружили Эмили со всех сторон, не давая уснуть.

«Да, да! Я не люблю тебя! - молотом стучало в ее голове. Я не люблю тебя! Не люблю!»
        - Ты ужасно выглядишь, - заметила наутро Берта. - Чем ты занималась ночью? Рыла канал?
        Сиделка пришла присмотреть за Кларой, пока Эмили будет у дантиста.
        Эмили сделала небрежный жест.
        - Я плохо спала.
        Берта сочувственно улыбнулась.
        - Ураган был такой сильный, что весь дом ходил ходуном.

2

        Был солнечный июньский день. Эмили опустила крышу своего «порше» и поехала. Ночной ураган оставил следы кругом. Роскошные ухоженные сады за оградами богатых домов были разгромлены. Обломанные ветки деревьев валялись на траве. Цветы прибило дождем.
        В душе Эмили чувствовала себя такой же разбитой, как и эти сады. Внутреннее напряжение не давало думать ни о чем, кроме Фабиана и той прощальной ночи. И хотя это было двенадцать лет назад, она явственно видела его взгляд, слышала звуки их голосов.

«Скажи, что ты не любишь меня! Скажи мне, черт возьми!» - «Да, да! Я не люблю тебя! Не люблю! Не люблю!»
        Эмили машинально уставилась на бегущую впереди дорогу. Перестань, приказала она себе, просто перестань! Нельзя расстраиваться. Эмили закусила губу и изо всех сил вцепилась в руль. Нужно найти выход из этой ситуации как можно быстрее. Нужно успокоиться для своего же собственного блага и блага малышки. Эмили замедлила ход, осознав, что незаметно для себя выехала на загородную магистраль. Встреча со стоматологом - нет, пожалуй не стоит. Она сейчас явно не готова покорно сидеть в кресле, открыв рот. В нынешнем состоянии можно откусить врачу палец или громко закричать. Ему придется надеть на нее смирительную рубашку. Она простонала. Немного валиума помогло бы сейчас решить проблему идти к врачу или нет.
        Бессознательная сила притягивала ее в маленькую бухточку у океана. Эмили остановила машину на обочине. Узкую тропинку, которая была ей знакома, размыло дождем. Эмили все же спустилась вниз, на песчаную косу, усыпанную осколками ракушек, принесенными волнами. Она сняла туфли и с удовольствием ступила на влажный песок. Непонятно, что привело ее сюда. Они занимались любовью на этом берегу в нежном свете луны, и легкий бриз обдувал их разгоряченные тела. Ночь магии, романтики, любви. Эмили почувствовала, что надо бежать отсюда. Но вместо этого опустилась на песок, поджав под себя ноги. Все было так, как много лет назад: песок, океан, скалистые утесы. Но одновременно все было иным. Ветер откинул волосы с ее лица, и она закрыла глаза, вдыхая солоноватый воздух, прислушиваясь к крикам морских чаек. Эмили пыталась думать о чем-то постороннем. Как великолепен этот ветер! Он прилетел с далеких тропических островов, где растут чудесные ароматные цветы… Но это не помогло. Все возвращало ее из тропического рая сюда, в Северную Калифорнию, в рай скалистых берегов и густых зарослей. И здесь был Фабиан Брендон,
которого она так страстно любила давным-давно. Он сейчас в летнем домике, как раз вниз по дороге. Нужно увидеть его, чтобы избавиться от охватившего ее наваждения. Могло ли быть иначе? Ведь Фабиан был ее первой настоящей любовью, первым мужчиной. А это не могло бесследно исчезнуть из памяти юной девушки. По крайней мере, так пишут в любовных романах. Фабиан очаровал ее своей любовью, заботой и нежностью. Эмили закрыла лицо руками. Лучше не думать об этом сейчас. Пусть воспоминания останутся чистыми и красивыми. Прядь волос прилипла к губам, и она машинально убрала ее.
        Для нее явилась шоком встреча с Фабианом. Но это можно пережить, ведь сейчас ей не восемнадцать лет. Надо пойти и поговорить с ним. Все встанет на свои места. Прошлое есть прошлое: все, что было тогда, закончено. Фабиан теперь другой человек. Совсем другой. Теперь он знаменит. Да и она изменилась, она теперь взрослая женщина, в которой, наверное, ничего не осталось от той одинокой, не уверенной в себе девочки. Разговор с Фабианом, возможно, изгонит духов прошлого, болезненные воспоминания и чувства. Теперь он - незнакомец, в жизни которого ей нет места. Минутная встреча доказала, что ничего не осталось от прошлой любви.
        Пока решимость не покинула ее, Эмили встала и пошла к машине. Она ехала вниз по дороге, ощущая нервную дрожь во всем теле. Ветер растрепал ее волосы. Пожалуйста, пожалуйста, молилась она, пусть все это уйдет. Господи, верни моей душе покой!
        Эмили остановилась на узкой тропинке, спрятанной в зарослях, которая вела к дому Фабиана. Большой почтовый ящик прикрывала свежая утренняя роса. Его имя на большом почтовом ящике читалось. Эмили склонила голову на руль. Тревога и беспокойство охватили ее. А если его жена где-то рядом? А если… Что я скажу ему? Что больше не одержима им? Что мы изменились? Именно так. Я пришла сказать, что больше не…
        - Эмили?
        Она подняла голову. Внутри у нее все оборвалось. Фабиан стоял у машины, по пояс обнаженный. На нем были всего лишь шорты и кроссовки. На загорелом теле блестели капли влаги. Его стройная атлетическая фигура являла собой образец мужской красоты, энергии и силы.
        Эмили вдохнула запах сосен и моря, земной запах влажной кожи. Фабиан вытер лицо полотенцем, которое держал под мышкой.
        - Вот мы и встретились вновь, - произнес он.
        Его глубокий голос гулким эхом отозвался внутри у Эмили. Она проглотила комок в горле, не в силах произнести ни слова.
        Фабиан оглядел ее красный «порше» с открытым верхом, и на его губах промелькнула едва заметная усмешка.
        - Хорошая машина, - произнес он вкрадчивым голосом.

«Хорошая» не то слово. Роскошное, дорогое средство передвижения. Воплощение мечты. Энди подарил ей эту машину два года назад. Эмили не просила такого подарка. Ей даже не приходило в голову иметь столь дорогой спортивный автомобиль. Это касалось не только машин.
        - Пожалуйста не делай этого, ты и так дал мне все, - говорила она ему.
        Однажды Энди мрачно спросил в ответ на эти слова:
        - Правда?
        И Эмили стало не по себе от прозвучавшей в его голосе обиды. Даже сейчас по ее коже пробежали мурашки.
        А муж не переставал дарить ей подарки.
        - Повеселись, - говорил он, - поживи беззаботно.
        Эмили вспомнила эти слова, но никак не могла вспомнить лицо мужа. Ей стало больно. Она не помнила его лица. Как такое может быть? Ведь она была за ним замужем более десяти лет. А вот Фабиана она помнила всегда. Медово-карие глаза на смуглом лице, правильные черты, волевой, квадратный подбородок, широкая грудь. А ту повелительную силу, которая исходила от Фабиана, забыть было невозможно.
        - Что-то случилось? - спросил Фабиан.
        Эмили отвернулась, глядя на свои дрожащие руки, не в силах произнести ни слова.
        - Я хочу пить, - продолжил Фабиан, не дождавшись ответа. - Пойдем, составишь мне компанию.
        Реальная действительность выглядела как нечто обычное, а не как чистая случайность. Словно она была другом, соседкой. За спокойными словами Эмили почувствовала властность. Эта черта отличала Фабиана всегда. Но теперь привычка повелевать стала более явственной. Она улавливалась во всем: в манере держаться, в выражении недоступности на лице, в холодноватом взгляде глаз.
        Эмили по инерции кивнула. Она ощущала в себе непривычную двойственность - одновременно хотела бежать от Фабиана и тянулась к нему. Руки ее дрожали, когда она завела машину, следуя за Фабианом к дому. Сильные ноги, широкие плечи. Он был замечательно сложен. Эмили наблюдала за ритмичными движениями его мускулов, которые перекатывались под загорелой кожей спины, и почувствовала, что у нее пересохло во рту. Ну почему он не был одет в мешковатый спортивный костюм?
        Она припарковала машину. Фабиан помог ей выйти, указывая на заднюю дверь дома. Парадной никогда не пользовались, насколько помнила Эмили.
        Кухня в доме обновилась с тех пор, как она была здесь в последний раз. Все последние достижения техники нашли здесь место рядом с яркой и дорогой мебелью. Для Брендонов все самое лучшее. Будучи маленькой девчонкой, Эмили благоговела перед богатством этой семьи. Какая наивность… Оглядываясь назад, она понимала, что очень изменилась, повзрослела.
        За окном открылся великолепный вид на скалистые уступы и поросшие деревьями холмы. Были слышны крики чаек и шум волн.
        - Ты изменился, - сказала Эмили, стараясь нарушить неловкое молчание.
        Фабиан пожал плечами, наполняя два высоких стакана водой со льдом.
        - Ты тоже. - Конечно - она повзрослела на двенадцать лет. И, наверное, стала мудрее. - Где ты работал последние годы? Все там же, в Мозамбике?
        - Нет, в Колумбии. Я уехал из Мозамбика три года назад.
        Фабиан залпом выпил воду и вновь наполнил стакан.
        Эмили наблюдала за его руками - большими, способными на нежные прикосновения.
        Фабиан вновь обернулся к ней. Взгляд его был изучающим.
        - Почему ты приехала сюда? - как бы невзначай спросил он и опять выпил всю воду.
        Вопрос, которого она боялась, заставил опустить глаза.
        - Я… - Эмили беспомощно развела руками, судорожно подбирая слова. - Просто любопытство. - Ей удалось улыбнуться. - Хотела узнать, как ты поживаешь.
        - Правда? - Фабиан приподнял бровь. Одно-единственное слово, но за ним скрывались тысячи невысказанных.
        Эмили отпила воды.
        - Ты здесь в отпуске? - спросила она.
        Фабиан откинул мокрые волосы со лба.
        - Нет, я приехал, чтобы закончить книгу о своей работе. А потом вновь вернусь в Колумбию. - Фабиан поставил пустой стакан на стол. - Педиатр, специализирующийся по тропическим заболеваниям, не очень нужен в здешнем умеренном климате, не так ли? - В его голосе слышалась усмешка.
        Эмили слегка пожала плечами.
        - Это так, но, я полагаю, ты мог бы учить, или писать, или и то и другое.
        - Лучше я буду практиковать в медицине и иногда писать для разнообразия.
        Они спокойно говорили о простых вещах. Внезапно Эмили почувствовала, что дрожит. Ее переполняли воспоминания. Она так много хотела сказать, объяснить, но не было слов. Впрочем, если бы даже и нашлись, имело ли бы это для него значение? У Фабиана своя жизнь, которую он сам избрал, жена, которая делит с ним радости и невзгоды. А прошлое уже не имеет никакого значения. Эмили подумала: интересно, где сейчас его жена?
        - А ты чем занимаешься? - вежливо спросил Фабиан.
        Эмили облизнула губы.
        - Я работаю с детьми.
        Его глаза сузились.
        - В самом деле?
        Действительно ли он удивлен?
        Она кивнула.
        - Я… Мне нравится это. Сейчас у детей каникулы. Поэтому и я отдыхаю, - продолжила Эмили, чувствуя себя неуютно.
        Почему она говорит все это? Потому что нуждается в его одобрении. Ей хотелось показать Фабиану, что она не просто богатая дамочка, праздно проводящая время, которая ездит на дорогой машине и живет на содержании мужа, а личность со своими собственными правами, зрелая женщина, которая всего добилась сама.
        Фабиан внимательно смотрел на нее.
        - Ты похорошела, - произнес он. - Исчезла излишняя худоба.
        К неудовольствию Эмили, краска залила ее лицо. В восемнадцать лет она была очень худой, потому что работала много, а ела очень мало. За последние годы ее формы округлились, стали более женственными.
        - Я уже не подросток, - отреагировала Эмили так, будто он упрекнул ее в чем-то.
        Ну почему все, что она говорит, звучит так банально? Годы разлуки зияли между ними. Мосты сожжены. Обратного пути нет. А хотелось ли ей этого?
        - Да, теперь ты женщина, - согласился Фабиан.
        Его взгляд оценивающе оглядел гостью. Что-то шевельнулось в его медово-карих глазах, и от этого Эмили затрепетала.
        - Я была слишком юна, когда мы встретились, Фабиан. - Это прозвучало не просто как утверждение, а как попытка вызвать понимание.
        - Восемнадцать, - бесстрастным тоном произнес Фабиан. - Достаточно взрослая, чтобы выйти замуж за Энди. Так, кажется, его зовут?
        Его карие глаза стали почти черными, когда он посмотрел на Эмили с внезапной страстью. Это заставило ее поежиться. Ну что можно сказать в ответ? Ничего, по крайней мере из того, что он воспринял бы серьезно. Она уже давно пришла к согласию со своим прошлым и не хотела заново пройти через давно пройденное. Но против ее воли все мысли и чувства вели к нему, к Фабиану. Эмили не желала быть одержимой им, ощущать порывы желания. После стольких лет сохранилось все: тот же магнетизм его удивительных теплых глаз, та же сила. На что она надеялась? Что ее воспоминания связаны всего лишь с переживаниями восемнадцатилетней девчонки? Тогда Фабиан был для нее, романтичной девчонки, идеалом мужчины. Неужели она надеялась, что, посмотрев на него зрелыми глазами, поймет, что он хуже, чем ей казалось, что его мужская сила и привлекательность перестали на нее действовать?
        Но она ошиблась. Все ее чувства не только не исчезли, но стали еще сильнее. Фабиан излучал невероятную чувственность, на которую Эмили инстинктивно реагировала. Ни один мужчина никогда не волновал ее столь сильно. А может, чтобы оценить его, ей нужно было стать зрелой женщиной?
        В полнейшем безмолвии, царившем на кухне, лицо Фабиана снова сделалось бесстрастным, приняв свойственное ему отрешенное выражение. Он указал на кресло.
        - Присаживайся.
        - Откуда ты узнал, что я была замужем? - спросила Эмили, сцепив руки на коленях.
        Фабиан пожал плечами.
        - Кто-то послал мне вырезку из газеты. Не помню кто. - Он вновь наполнил стакан водой. - Насколько я помню, имя твоего мужа было португальским. Или бразильским?
        - Наполовину. Энди Виейра. Он родился в Калифорнии, но его предки родом из Бразилии.
        - Чем он зарабатывал на жизнь? - Фабиан отпил большой глоток воды.
        - Он был архитектором. Выполнял частные заказы.
        Фабиан одобрительно кивнул.
        - Он сделал лучший выбор, нежели я. Синди, наверное, одобрила это.
        Многое скрывалось за этими словами, сказанными с холодным одобрением. Волна возмущения нарастала в ней. Но Эмили постаралась успокоиться.
        - Она никогда не знала Энди.
        Брови Фабиана слегка взметнулись вверх.
        - Понимаю.
        - Нет, не понимаешь, - проговорила Эмили. - Ты ничего не понимаешь, Фабиан!
        Она не хотела высказывать свои мысли вслух, потому что знала, что все будет звучать как попытка оправдаться. Да и Фабиан, судя по всему, был не в настроении, чтобы выслушивать ее объяснения. Гордость заставила ее замолчать.
        Она не представляла его таким. Этот ледяной взгляд, это выражение непреклонности на лице. Перед ней был отнюдь не тот человек, которого она когда-то знала. Но почему же он до сих пор зажигает огонь в ее крови, заставляет сердце тревожно биться? Это уже был не тот открытый, полный энергии молодой врач, которого Эмили так любила в юности. Но тогда почему она все еще чувствовала трепетное желание? Может, это просто реакция на воспоминания, а не на реальную действительность?
        Она подошла к окну, краем глаза наблюдая, как Фабиан отошел от стойки и направился к ней. Трепет охватил Эмили. Он был слишком близко. Она ощущала его мощь и казалась сама себе слабой и уязвимой.
        Фабиан взял ее за руку и помог подняться с кресла. Эмили вся дрожала, стоя близко к нему, слишком близко. Тепло его обнаженной груди согревало ее. Она чувствовала горячее дыхание на своем лице, вдыхала запах чистой мужской кожи с нотой мускуса. Ее тело подрагивало, не хватало воздуха.
        Эмили так хотела прижаться губами к его груди, попробовать эту кожу на вкус, утонуть в его объятиях… Нет! Нет! Она не должна поддаваться этому чувственному голоду, обнажать все то, что прятала в себе годами. Волнение не отпускало ее. Нет! Нет!
        Она подняла голову и встретилась с Фабианом взглядом. Ее сердце упало, когда она почувствовала его губы на своих. Поцелуй был настойчивым, чувственным, сильным. Но от этого не исчезли боль и волнение, не ушло нечеловеческое напряжение. Волшебный поцелуй лишь распалил огонь страсти, казалось давно угомонившейся, а на самом деле по-прежнему испытываемой к этому человеку.
        Нет! Нет! Эмили сопротивлялась первобытному чувству, сопротивлялась Фабиану, пытаясь оторваться от его губ. Наконец он отпустил ее и отступил на шаг. Она прислонилась к столу, неистово дрожа.
        - Для… чего, черт возьми, это… было?! - яростно воскликнула Эмили, стыдясь того, что она чувствовала. Фабиан не должен был это делать.
        Эмили была вне себя от волнения. Ничего, кроме сердечной боли и страданий, не ждало ее, согласись она пройти заново весь прежний путь.
        Он слегка пожал плечами, и едва заметная усмешка исказила его рот.
        - Ради прошлых времен.
        - Негодяй! - яростно прошептала Эмили.
        В этот момент послышался шум подъезжающей машины. Хлопнула дверь. Эмили набрала в легкие побольше воздуха и вцепилась в край стола для поддержки, пытаясь сохранить хладнокровие.
        Дверь распахнулась, и вошла миссис Брендон, прижимая к груди сумку с покупками.
        - Я вернулась, - неизвестно зачем произнесла она и с грохотом поставила сумку на стойку.
        На ней была блузка песочного цвета и белые шорты, которые выгодно подчеркивали длинные стройные ноги. Она взглянула на Эмили.
        - Привет, - произнесла она, наморщив лоб, словно что-то припоминая. - Скажите, мы раньше не встречались? Ах да, вчера вечером, в ресторане. - Она вопросительно взглянула на Фабиана, ожидая, когда тот представит их друг другу.
        - Я должна идти. - Эмили не знала, откуда у нее появился голос. Ей стоило неимоверных усилий подойти к машине и сесть в нее.
        Она машинально вела машину, ничего не видя перед собой. - Черт тебя возьми, пришелец из прошлого! - громко выкрикнула Эмили, и ветер унес ее слова.
        Фабиан не имел права целовать ее, прикасаться к ней. Ярость разрасталась с неимоверной силой. А еще глубокое, острое чувство унижения. Фабиан понял, что она неравнодушна к нему, и воспользовался этим.
        Уже было поздно, но праздник продолжался. Эмили чувствовала себя чудесно. Ее друзья превзошли все ожидания. Кругом цветы и куча подарков, прекрасные блюда и замечательный именинный пирог.

        Как хорошо иметь так много друзей, любящих и заботливых. После смерти Энди они старались поддерживать ее изо всех сил. Эмили улыбнулась, оглядев свой сад, где был устроен большой праздник по случаю ее тридцатилетия.
        Тридцать! Звучит прекрасно! Так, будто именно сейчас она стала взрослой и зрелой женщиной. И это ей очень нравилось.
        Было так здорово чувствовать себя независимой и уверенной. Так здорово осознавать, что все решения она принимает сама, зная свои возможности.
        Эмили собиралась продавать свой дом. И разрешения на это не требовалось ни от кого - могла делать то, что хотела. Это уже был не дом, а лишь место, где она провела десять лет своей жизни. Важные годы, которые прошли. Энди умер, и Эмили теперь свободная женщина.

«Порше» она тоже продаст и купит какую-нибудь более практичную машину. Эмили усмехнулась. Просто чудесно чувствовать себя хозяйкой своей жизни. И за все это нужно благодарить Энди. Ведь это он помог ей стать личностью. На мгновение она закрыла глаза из-за чувства вины, нахлынувшего на нее, и с большим усилием отогнала тяжелые мысли. Но сердце ее тут же упало: с террасы в комнату входил Фабиан.
        О господи, ну почему он появляется именно в тот момент, когда его совсем не ждешь? Что он делает здесь? Она не приглашала его.
        Эмили глубоко вздохнула, пытаясь держать себя в руках. Он не испортит мне вечер, угрюмо подумала она. Я не позволю ему этого.
        Фабиан лениво направился к ней. На нем были шелковые брюки и батистовая рубашка, а лицо гладко выбрито. При желании она вновь могла почувствовать его губы на своих губах. Сердце Эмили внезапно сжалось.

«Убирайся из моего дома!» - хотела выкрикнуть она, но слова застряли в горле. Она вновь ощутила знакомый прилив эмоций.
        Не показывай ему своих чувств! - подсказывал внутренний голос. Будь холоднее.
        Эмили выпрямила спину, расправила плечи.
        - С днем рождения, - мягко сказал Фабиан так, словно не было этих двенадцати лет разлуки, словно он был просто внимательным соседом.
        - Откуда ты узнал? - стараясь казаться равнодушной, спросила Эмили. Ее голос звучал сдержанно.
        Она отпила глоток сангрии, рецепт которой привезла из Испании дочка Берты, и попыталась расслабиться. Это стоило ей огромных усилий.
        Фабиан едва заметно пожал плечами.
        - Последний день июня. Нетрудно запомнить. Я проезжал мимо и решил поздравить. Тем более тридцать лет - это дата! Мой визит тебе неприятен?
        - К счастью, нет, - весело проговорила Эмили. - Между прочим, я даже рада.
        Мгновение он всматривался в ее лицо, будто пытаясь определить, правду ли она говорит.
        - У моей сестры был нервный срыв в этом возрасте. Она думала, что жизнь в тридцать лет кончена. - Легкий оттенок насмешки сквозил в его голосе.
        - Моя только начинается, - весело улыбнулась Эмили.
        Его брови вопросительно изогнулись.
        - Как это?
        - Ну, скажем, я наконец-то пришла к согласию с самой собой. Мне хорошо.
        Она почувствовала прилив смелости и посмотрела в его глаза. Она знала, как ему хотелось разобраться в ее мыслях, поступках, настроении.
        - Я твердо стою на земле, и мне нравится это.
        Она закружилась, словно пытаясь продемонстрировать свою свободу. Подол шелковой юбки, взметнувшись, открыл ее ноги.
        Нет, я не позволю Фабиану войти в мои мысли, решила Эмили. Я счастлива и в окружении друзей.
        - Замечательно, - спокойно сказал он.
        - Выпей, - предложила она. - У нас есть сангрия. По настоящему рецепту. Прямо из Испании.
        Он сунул руки в карманы.
        - Нет, спасибо, слишком сладко.
        Эмили указала жестом на террасу.
        - Бар там. Пойди и возьми что захочешь.
        - Впечатляющий праздник, - прокомментировал Фабиан, оглядев стол, заставленный едой. Здесь были и маринованные креветки, и французский паштет, и коллекция экзотических сыров, и фрукты из тропиков.
        - У меня много друзей, - легко улыбнулась Эмили. - Большинство блюд приготовили они.
        В глазах Фабиана читалось удивление. Эмили знала, о чем он думает. Много друзей? В юности она была одинокой, стеснительной и не уверенной в себе. Они жили с матерью в маленьком, ветхом домике на окраине города. Да, многое изменилось с тех пор.
        Фабиан огляделся вокруг.
        - Хорошее место.
        Дежурная реплика. Просто констатация факта, но Эмили уловила намного больше, чем услышала. Насмешку. А может, ей просто показалось?
        Не было причин для волнения, но Эмили чувствовала не отпускающее ее напряжение и ничего не могла с этим поделать.
        - Да, это правда, - как можно спокойнее проговорила она, заставляя себя смотреть прямо ему в глаза. В них ничего не отражалось. Ничего, кроме холода.
        Пауза была тягостна. Внезапно в глубине равнодушных глаз Эмили заметила - нет, скорее почувствовала - темную тень, не отчуждение, не насмешку - что-то еще.
        Фабиан вынул одну руку из кармана и небрежно положил ее на спинку дивана.
        - Временами я удивлялся, - спокойно произнес он, - ты всегда получала то, что хотела. Не так ли?
        Глубокая и острая боль пронзила ее. Эмили старалась не показывать этого. Ее глаза встретились с его взглядом и остановились, словно притянутые магнитом. Она ничего не могла сказать.
        - Сознайся, - настаивал он, - разве у тебя не всегда было то, что ты хотела?
        - Я была очень счастлива, - хриплым голосом проговорила Эмили. - Если не ошибаюсь, ты тоже стремился добиться своего, - добавила она, стараясь поменьше рассказывать о себе. - Ты увлечен интересной, важной работой. Это дело твоей жизни, как я понимаю.
        - Правильно, - холодно и по-деловому отрывисто произнес Фабиан.
        Эмили поняла, что изменилось в нем. В его манере двигаться и говорить появилось равнодушие. Раньше в разговоре с ним люди заражались его оптимизмом, нескончаемой энергией.
        Краем глаза Эмили заметила, что Мартин направляется к ней. Тепло улыбаясь, он обнял ее. Лео пришел вовремя, подумала Эмили, чувствуя невероятное облегчение. Она повернулась к Фабиану и заметила, что его глаза немного сузились.
        - Фабиан, это мой друг Мартин Татчер. А это - Фабиан Брендон.
        Они пожали друг другу руки с равнодушной вежливостью. На Татчере были обычные джинсы и широкая, выгоревшая на солнце рубашка. Его поношенные ковбойские ботинки были хорошо начищены. Рядом с Фабианом, одетым аккуратно, традиционно, он смотрелся несколько эксцентрично.
        Эмили выскользнула из объятий Мартина и пробормотала:
        - Извините, меня ждут другие гости.
        Время приближалось к полуночи. Приглашенные постепенно разъезжались, целуя и обнимая хозяйку со словами благодарности.
        Мартин подошел к ней.
        - Он все еще здесь. Хочешь, чтобы я остался?
        Эмили наблюдала за Фабианом. Он изучал рисунки в гостиной, смотрел на небо за окном и читал названия книг на полках.
        - Кажется, ему скучно. Он скоро уйдет. - Эмили улыбнулась. - Не волнуйся за меня, Лео.
        Татчер был лучшим другом Энди и поэтому приглядывал за ней.
        - Мне не нравится, когда мужчины так смотрят на тебя. - Мартин нахмурился. - Кто он?
        Она махнула рукой.
        - Мой давний знакомый.
        Мартин изучающе посмотрел на нее.
        - Думаю, это не просто знакомый.
        Эмили закусила губу.
        - Он собирался жениться на мне еще до того, как мы познакомились с Энди.
        - А ты не согласилась?
        Эмили замешкалась. Никакие объяснения не шли в голову.
        - Я испугалась.
        Одно лишь воспоминание о том животном, примитивном страхе разволновало ее. Эмили вспомнила ночные кошмары и дурные предчувствия.
        И это ужасное случилось.
        Мартин нахмурился.
        - Страх? Ты испугалась его?
        - Нет-нет. Прошу тебя, Лео. Я не хочу вспоминать об этом.
        Он взял ее руку.
        - Ты же знаешь, Эмили, я здесь ради тебя. И если я нужен тебе, просто дай мне знать, хорошо?
        Она почувствовала ком в горле.
        - Хорошо, я так и сделаю.
        Какое-то время спустя Эмили осталась совсем одна в безмолвном доме. Все разошлись, Фабиана нигде не было видно. Он ушел, даже не попрощавшись. Ну что ж, это даже к лучшему.
        Сбросив туфли, она уселась на большую итальянскую софу и глубоко вздохнула. Ей даже ничего не надо было убирать - все уже сделала Берта. Осталось только запереть дверь и заглянуть к Кларе. Эмили закрыла глаза и только тогда почувствовала неимоверную усталость.
        За окном шелестела листва и убаюкивающе стрекотали цикады. Полнейшая гармония. Внезапно она услышала шаги на террасе и замерла.
        - Эмили? - раздался голос Фабиана.
        - Что ты здесь делаешь? - резко спросила она, даже не пытаясь сдерживать себя.
        Он пожал плечами и прошел в комнату.
        - Я пошел прогуляться и задержался. А что, все уже ушли?
        - Да.
        - Твой телохранитель тоже? - В его голосе слышалась насмешка.
        Эмили это не нравилось. Она не любила отвечать на такие глупые шутки. Поэтому просто холодно взглянула на него.
        Фабиан подошел к маленькому столику и стал разглядывать фотографии, которые на нем стояли. Она и Энди несутся на моторной лодке, улыбаются. Ветер развевает их волосы. Или другая, где они с Энди на пикнике. Их головы заговорщически наклонены друг к другу. Он нежно обнимает Эмили за плечи. Все эти фотографии делал Мартин. Замечательные снимки, которые о многом говорили.
        В воздухе витало напряжение.
        - Ты была счастлива, - произнес Фабиан. В его голосе сквозил едва заметный упрек.
        Эмили болезненно поежилась. Ее взгляд не отрывался от фотографий. Внутри все сжалось и перепуталось от мыслей и чувств. Лица на фотографиях плыли перед ней словно в тумане. Эмили заморгала, пытаясь сфокусировать взгляд на лице Энди. Но все было тщетно. Она подняла лицо и посмотрела на Фабиана.
        - Да, - вызывающе ответила она.
        Его взгляд с каким-то необъяснимым осуждением остановился на нарядном красном вечернем платье Эмили.
        - Ты не очень похожа на скорбящую вдову.
        Эти слова задели ее. Запрещенный прием! Да как ему не стыдно?! Как он смеет судить ее? Эмили хотела сказать в ответ что-нибудь резкое, но слова не слетали с языка. В накаленной тишине витало эхо его голоса: «Ты не очень похожа…». Ярость смешалась с чувством вины, и эта смесь комом застряла в горле. Эмили хотела разразиться потоком возмущенных слов, но внезапно сверху раздался детский крик. Все мысли о Фабиане мгновенно испарились вместе с яростью. Эмили резко дернулась и побежала наверх, в комнату Клары. Она вытащила малышку из колыбельки и прошептала:
        - Все хорошо, моя дорогая. Все хорошо. Давай попьем молочка.
        Держа на руках ребенка, она осторожно спустилась вниз, боясь зацепиться за что-нибудь подолом платья.
        Фабиан стоял посреди гостиной. Лицо было спокойным. Он не сказал ни слова, но холодное любопытство сквозило в его взгляде.
        Эмили глубоко вздохнула.
        - Уходи, - услышала она свой голос. Эмили не могла вспомнить, говорила ли она когда-нибудь с кем-нибудь в таком холодном и резком тоне.
        Несколько секунд Фабиан не двигался и смотрел на ребенка. Потом круто повернулся и вышел.

3

        В среду Эмили повезла Клару на профилактический осмотр.
        Закончив его, доктор сказал:
        - Прекрасно. Она совершенно здорова.
        Потом Эмили зашла с ребенком в единственный в городе супермаркет, где толпилась куча туристов. В магазине витали запахи лосьона для загара и свежевыпеченного хлеба.
        Эмили взяла тележку и стала класть туда хлеб и овощи, подгузники и детское питание. Так, понемногу передвигаясь по магазину, она болтала с Кларой, которая с серьезным видом восседала среди покупок, лопоча что-то свое.
        Здесь же, в супермаркете, Эмили встретила подругу, немного поговорила с ней о детях и качестве еды для них, а потом направилась к последней секции, чтобы взять банку кофе.
        В этот день, видимо, кофе понадобился не только ей. Когда Эмили осознала, что один из стоящих у полок с товарами людей Фабиан, было уже слишком поздно. Он уже увидел ее.
        Ее сердце забилось с невероятной силой. О боже, подумала она, все так глупо, так глупо. Почему это происходит со мной? Почему я не могу просто оставаться спокойной?
        Эмили с силой вцепилась в ручку тележки и заставила себя смотреть на прилавок, а не на Фабиана.
        - Привет, Эмили, - сказал он.
        Боже, придется вступать в разговор. Она посмотрела на него.
        - Привет.
        Фабиан изучал девочку. Эмили посмотрела на содержимое его тележки. Там лежал большой стейк, королевские креветки, пакет риса и другие мелочи. Видимо, они с женой решили прогуляться и сделать покупки.
        - Сколько ей? - спросил Фабиан.
        Сердце Эмили снова лихорадочно забилось.
        - Почти годик. Извини…
        Ты должна сказать ему. Ты должна объяснить. Нет, ты ничего не должна говорить.
        Когда Эмили отошла от секции, к Фабиану подошла его жена, держа в руках пакет с виноградом. Эмили продолжала идти, делая вид, что не заметила ее. Ноги казались деревянными, болела грудь.
        Дома она приготовила себе чашечку кофе и сандвич, покормила Клару. Вскоре девочка заснула. - Я никуда не собираюсь, мама! Я останусь с тобой. Только дай мне руку. Пожалуйста, дай мне руку…
        Нужно попытаться не думать об Фабиане. Поскольку она собиралась продавать дом, необходимо было подыскивать новый. Где его купить? Может, поближе к пляжу? Что-нибудь простое и уютное, но не слишком большое. Надо посоветоваться с Мартином.
        - Что ты хочешь? - спросил Лео, когда она рассказала ему о своих намерениях.
        - Хорошего агента по продаже недвижимости, который поможет мне купить новый дом и продать мой. Коттедж, оставленный мужем, слишком большой для меня, да и архитектура у него причудливая.
        Мартин молчал. Он был лучшим другом Энди, и Эмили знала, что сейчас происходило у него в душе. Муж спроектировал этот дом специально для их семьи, и они действительно прожили здесь большую часть своей супружеской жизни.
        - Я должна переехать, Лео, - спокойно произнесла Эмили.
        - Да-да, конечно. - Он проявил деловитость, дав ей имя и телефон надежного агента. - Ты подумала о моей идее насчет следующего альбома? - спросил он после довольно продолжительной паузы.
        В последние несколько дней Эмили не могла думать ни о чем, кроме Фабиана и ребенка.
        - Извини, я еще ничего не решила, - пробормотала она. - Может быть, сначала посмотрим, как разойдется этот? Осталась всего пара недель до того, как он выйдет.
        - Да, конечно, я просто подумал о новых планах.
        Мартин ушел, а Эмили осталась наедине со своими невеселыми мыслями.
        Она огляделась. Часть мебели ей, конечно, придется продать.
        Новый дом будет только мой. При этой мысли чувство вины вновь нахлынуло на нее. Энди дал ей дом, любовь, ощущение стабильности и прочности жизни. Все то, чего не хватало юной, испуганной девчонке. Все то, чего хотела для нее мать. Впрочем, нет, все было иначе.
        Синди не верила в любовь.
        Любовь опасное чувство, к тому же оно существует лишь в фантазиях людей. Любовь причина страданий и разочарований. Любовь не дает еды и крыши над головой.
        Мать была разочарованной женщиной.
        В эту ночь Эмили приснилась мать. Она предстала во сне очень старой и седой. Ее болезненно-желтая кожа странно контрастировала с белизной больничной постели. Мать плакала. В жизни такого с ней не случалось.
        - А как же я? - вновь и вновь повторяла она.
        - Я не ухожу, мама, я здесь.
        Эмили искала руку матери, но ее не было. Тело Эмили покрылось холодным потом. Руки нигде не было.
        - Мама, пожалуйста, дай мне руку. Дай мне свою руку.
        - Если ты уедешь в Африку, я останусь совсем одна, - причитала Синди.
        Эмили расставляла цветы в гостиной, а Клара лежала в коляске на террасе. В комнате витал сладкий аромат роз, только что срезанных в саду. Требовалось совсем немного ухода, чтобы все время наслаждаться роскошными цветами. Эмили нравилось заботиться о растениях, о людях, о детях. То было волшебное лето. Лето ее восемнадцатилетия. Эмили любила доктора Фабиана Брендона. И он любил ее. Фабиан говорил, что она особенная. Никто раньше не позволял ей чувствовать себя красивой и счастливой, радоваться жизни. Фабиан был самым замечательным человеком, которого она когда-либо знала…
        Неожиданно к дому подъехал блестящий серо-голубой «мерседес».
        Эмили увидела Фабиана, и нервы ее напряглись до предела. Он был одет в потертые джинсы и черную футболку. Его волосы были слегка растрепаны. Небрежный вид гостя не сочетался с роскошной машиной, которая, скорее всего, была взята у родителей. Эмили удивилась: легче было представить этого сильного, уверенного в себе мужчину в джипе в дебрях Мозамбика или Колумбии.
        Фабиан уверенно шел к двери.
        Почему он здесь? Что ему надо?
        Прозвенел дверной звонок.
        Я больше не хочу его видеть, в отчаянии подумала Эмили. Лучше бы он держался подальше от меня.
        Фабиан перевернул весь ее мир, созданный с таким трудом, поколебал уверенность в себе и силу духа. Эмили с трудом перевела дыхание. В груди все сжалось.
        Она подошла к двери и открыла ее.
        - Доброе утро, - сказал Фабиан, слегка пригладив рукой волосы. Ему явно не мешало бы принять душ и побриться.
        - Доброе утро, - ответила Эмили как можно вежливее и спокойнее.
        Казалось, для него это утро было не таким уж добрым. Фабиан выглядел неважно, а в глазах читалось утомление, словно он всю ночь не спал. Может, поссорился с женой и ушел из дому? А может быть, спал в машине? Нет, это было неправдоподобным объяснением. Фабиан Брендон - уверенный в себе мужчина.
        - Зачем ты пришел? - спросила Эмили.
        - Я хочу поговорить с тобой.
        Это было похоже на требование, а не на пожелание.
        Эмили скрестила руки на груди.
        - Зачем? Ты опять хочешь оскорбить меня?
        - Оскорбить? - Фабиан напрягся, словно пытаясь вспомнить, когда же он допустил бестактность. - Ах да, в сексуальном красном платье ты выглядела очень счастливой именинницей. Констатация этого факта не должна быть воспринята как оскорбление.
        Эмили стиснула зубы.
        - Да, я была счастлива и не собираюсь перед тобой оправдываться.
        - Конечно-конечно. - Он был настроен миролюбиво и без дальнейших церемоний положил ей руку на талию, оттеснил в сторону и вошел в просторный холл.
        Эмили ошеломленно наблюдала за ним. Его бесцеремонность на мгновение лишила ее дара речи. Это был не тот Фабиан, которого она помнила. Где его безупречное воспитание, утонченные манеры? Сжав руки, она проследовала за ним, раздраженная столь грубым вторжением.
        - Чего ты хочешь? - холодно спросила она.
        Фабиан прошел на каменную террасу, где была Клара. Он проигнорировал вопрос и поинтересовался:
        - Почему ты не желаешь, чтобы я познакомился с девочкой?
        - Ее зовут Клара. Я хочу, чтобы ты ушел.
        Фабиан улыбнулся ребенку.
        - Привет, Клара.
        Малышка посмотрела на него любопытными карими глазищами, которые казались слишком большими на ее маленьком личике.
        Фабиан обратился к Эмили:
        - Сделай мне чашечку кофе. Покрепче, пожалуйста.
        Еще одно требование. Да что он о себе возомнил?
        Эмили стиснула зубы.
        - Здесь не ресторан.
        - Я понимаю, - произнес он со спокойствием, приводящим ее в бешенство, и вновь посмотрел на девочку. - Она что, болела?
        - Нет, не болела, - натянуто ответила Эмили.
        Ее нервы были на пределе. Она хотела, чтобы гость немедленно ушел.
        - Тебе не следует здесь быть. Город маленький. Люди будут болтать черт знает что.
        - С каких это пор ты строишь свою жизнь, руководствуясь тем, что скажут люди? - спросил он после многозначительной паузы.
        Когда-то давно мнение Фабиана было для Эмили главным. Волна ярости нахлынула на нее. Она с трудом удержалась от соблазна ударить его. Тут же перед ней всплыло лицо Фабиана в один роковой день много лет назад и его слова: «Ты не можешь позволить своей матери решать за тебя, что делать и как жить. Тебе не тринадцать лет. Ты должна жить собственной жизнью».
        Эмили отогнала подальше воспоминания.
        - Что тебе надо? - холодно спросила она.
        - Я считаю, что нам нужно кое-что обсудить.
        - Нам нечего обсуждать.
        - О, - мечтательно протянул Фабиан, - мы могли бы подумать о некоторых вещах. Есть много нерешенных вопросов.
        - Все закончилось двенадцать лет назад.
        Уголки его губ опустились вниз.
        - А что сейчас? - Голос его прозвучал хрипло. - Тогда зачем ты приезжала ко мне? - Фабиан подошел немного ближе и посмотрел ей в глаза.
        Ее сердце снова бешено заколотилось.
        - Держись подальше от меня, - дрожащим голосом произнесла Эмили. Она вновь почувствовала себя маленькой девочкой, и ей была ненавистна собственная незащищенность.
        - Чего ты боишься? - В его тоне слышалась легкая насмешка.
        Эмили поняла, что все ее чувства написаны на лице. В отчаянии она сделала шаг назад.
        Фабиан не последовал за ней, не прикоснулся. Просто смотрел непонимающим взглядом.
        - Так как насчет кофе? Мне необходимо взбодриться.
        Фабиан потер лоб, и Эмили опять отметила, что у него уставший вид.
        - А что потом?
        Он пожал плечами.
        - Поговорим.
        - Чего ты хочешь от меня, Фабиан? Признаний? Оправданий? Не лучше ли тебе удалиться?
        - Нет, я хочу кофе, - нетерпеливо произнес он. - Потом мы поговорим.
        Было очевидно, что он не собирается уходить. Хорошо, она сделает кофе. Ей и самой не помешает подкрепиться. Но он не заставит ее откровенничать!
        На кухне Эмили облокотилась на стол, пытаясь хоть немного успокоиться. Затем достала кофейник и набрала воды. Зерна, которые она собиралась размолоть, рассыпались по столу. Проклиная все и вся, она смахнула их в раковину. Наконец, приготовив чашки и сварив кофе, она отправилась в гостиную.
        Эмили застыла на месте, увидев Фабиана с Кларой на руках. Он ласково говорил ей что-то, заботливо поглаживая.
        Ее бросало то в жар, то в холод. Она поставила поднос на столик.
        - Что, черт возьми, ты делаешь?! Отдай ребенка мне.
        Фабиан ничего не ответил, а девочка испугалась и расплакалась.
        - Ей нужно медицинское обследование, - холодно произнес он.
        - Да кто ты такой, чтобы обследовать ребенка?
        Так вот почему он здесь! Вот почему попросил меня приготовить кофе и отправил на кухню.
        Клара продолжала плакать, и Эмили потянулась к ней. Фабиан сразу же отдал девочку. Без сомнения, громкие голоса напугали малышку.
        Фабиан заговорил тоном обвинителя:
        - Твой ребенок плохо питается. Девочка явно истощена. Как, черт возьми, это могло произойти?! - В этот момент он совершенно не был похож на врача, ставящего диагноз, он был раздражен и не скрывал этого.
        Эмили постаралась подавить волнение.
        - Ты врач-педиатр. Ты, должно быть, видел тысячи недоедающих детей. Как это обычно случается?
        Фабиан смотрел на нее с каменным лицом. В комнате установилась напряженная тишина.
        Эмили знала причины детских заболеваний. Главная из них - бедность и невежество родителей. Она успокаивала девочку, с вызовом глядя Фабиану в лицо, не позволяя осуждать себя. Где-то рядом жужжала оса, в воздухе застыл стойкий аромат роз. Постепенно Фабиан успокаивался. Он пригладил волосы и вздохнул. У него был озадаченный вид.
        - Это ведь не твой ребенок, не так ли?
        - Да. - Эмили погладила малышку по голове. Жаль, что она не моя, пришла внезапно опасная мысль, не сулящая ничего хорошего.
        - Почему ты заботишься о ней?
        - Я хочу, чтобы ты ушел отсюда. У тебя нет никакого права торчать здесь и задавать бестактные вопросы.
        Его лицо исказилось от гнева.
        - Судьба детей - дело каждого. Я не уйду до тех пор, пока не узнаю, что с этим ребенком. - Его тон не терпел возражений.
        Здравый смысл подсказывал Эмили, что Фабиан прав. Интерес к малышке понятен, и нечего человека осуждать. Он врач и хотел убедиться лично, что девочка получает правильный уход. Но Фабиан взбесил ее тем, что вошел в дом как хозяин и пытается обвинить в безответственности.
        Да, он врач, опытный и компетентный, он провел много времени с больными детьми, это дело его жизни.
        Против воли родителей он отказался от престижной практики в городе, ибо считал, что дети в слаборазвитых странах больше нуждаются в его помощи. Двенадцать лет назад Эмили любила этого человека, благоговела перед его мечтами и идеалами, ставшими понятными и близкими ей. Фабиан был героем в ее глазах, он был ей интересен и близок.
        И до сих пор интересен.
        Восхищение было сильнее злости. Эмили сделала несколько ровных глубоких вдохов, чувствуя, что успокаивается.
        - Девочка попала ко мне из социальной службы. С ее родителями произошел несчастный случай. Сейчас они в больнице, но скоро поправятся.
        - А почему малышку отдали тебе?
        - У меня есть лицензия воспитателя. Я регулярно вожу ребенка к врачу. - Эмили вновь погладила девочку. - Мне дают советы по уходу за ней.
        Фабиан засунул руки в карманы и пристально посмотрел на нее. В воздухе витали невысказанные мысли и вопросы.
        - А у тебя есть собственные дети? - тихо спросил Фабиан.
        - Нет.
        - Ты хотела много детей, - продолжил он задумчивым тоном. - Я думал, к этому времени у тебя уже будет парочка.
        - Ну что ж, не получилось.
        - Мне очень жаль.
        Фабиан внимательно изучал ее лицо.
        Эмили закусила губу и отвела взгляд, поглаживая головку Клары. Она не собиралась доверяться Фабиану. Ей вовсе не хотелось рассказывать о том, что врачи не находили у нее причин, не позволявших забеременеть. Значит, причина крылась в Энди. Это ему надо было обратиться к врачу. Но он так этого и не сделал.
        Эмили не хотела, чтобы кто-либо жалел ее, тем более Фабиан.
        - Я подогрею кофе, - сказала она как можно спокойнее и, усадив Клару в коляску, пошла на кухню.
        Оказавшись одна, Эмили почувствовала, как ее глаза застилают слезы. «Ты хотела иметь много детей», - сказал Фабиан. Да, это так. Тогда, давным-давно, они разговаривали об этом, и он вспомнил. Она была единственной дочерью в семье. Поэтому все время хотела, чтобы в ее доме раздавался детский смех.
        Этого не случилось.
        Эмили поставила кофейник на огонь, смахнув слезы.
        А у Фабиана есть дети? В его доме не было слышно детских голосов, но это ничего не значит. Дети могли остаться с родственниками или друзьями. Здоровые, веселые ребятишки. Двое, а может быть, трое…
        Она не хотела этого знать. О боже, не хотела знать о нем ничего. Это было бы слишком болезненно. Она не хотела видеть этого человека. Позади раздались шаги.
        - Позволь мне помочь тебе, - сказал Фабиан.
        Он потянулся за чашками. Возглас досады вырвался у него, когда он взглянул на Эмили.
        Все плыло у нее перед глазами из-за слез. Она поспешно отвернулась и достала платок.
        О черт, почему он зашел именно сейчас? Меньше всего ей хотелось, чтобы Фабиан застал ее плачущей.
        На самом деле никакого повода для слез не было. У нее замечательная жизнь: любящие друзья, хороший дом, достаточно денег, отличная работа и главное - Клара, о которой она могла с любовью заботиться, пусть и временно. В общем, имела очень многое, по крайней мере намного больше, чем когда-то ее мать. Я должна быть довольна. Да так оно и есть. Нет причин себя жалеть.
        Она почувствовала руки Фабиана на своих плечах.
        - Мне очень жаль, - сказал он тихо. - Я вовсе не хотел тебя обидеть. Извини, что подозревал тебя… в эгоизме. Я должен был понять, - добавил он и обнял ее.
        Какую-то долю секунды Эмили чувствовала себя под защитой теплого и сильного мужского тела. За этот миг перед глазами проплыли сцены, когда Фабиан держал ее в своих объятиях. Тогда существовало лишь желание. Губы сливались в безумном поцелуе. Страсть встречалась со страстью. И вот снова… искушение, такое болезненное искушение…
        Внезапно Эмили вздрогнула и в испуге отпрянула от широкой груди.
        - Не надо, - вскрикнула она, - не делай этого!
        Фабиан отпустил ее. Под его усталыми глазами пролегли темные тени.
        - Как это невеликодушно, - едва слышно проговорила Эмили. - Что ты этим пытаешься доказать?
        Лицо Фабиана ничего не выражало, а в глазах была пустота.
        - Ничего, - бесцветным голосом ответил он.
        Зазвонил телефон.
        Дрожащей рукой Эмили подняла трубку.
        - Алло? - хрипло произнесла она.
        Это звонила мать Энди из Нью-Йорка. Эмили обожала свою свекровь, но почему она позвонила именно сейчас? В семье мужа говорили по-португальски.
        После замужества Эмили изо всех сил старалась сблизиться с родителями Энди, и этому помогало знание языка, которому она училась, часто навещая родственников мужа в Сан-Паулу.
        Когда Эмили повесила трубку, Фабиана в комнате не было. Она прошла в гостиную и увидела его крепко спящим на тахте.
        Эмили погуляла по саду, потом зашла в дом, пытаясь не думать о том, что в гостиной спит мужчина. Фабиан выглядел таким уставшим… Ей не хватало смелости разбудить его. Спящий, он не представлял никакой опасности. По крайней мере, пока она не смотрела на него. Но стоило лишь взглянуть на сильное тело, как оживали воспоминания о давних встречах с этим человеком.
        Сквозь открытые окна в комнаты проникал свежий воздух, напоенный ароматами океана и лета. Какой красивый, светлый дом! Кругом фруктовые деревья и великолепные цветы. Но Эмили уже была здесь чужой. Душа ее жаждала новых чувств и впечатлений.
        Она сделала несколько деловых звонков, накормила Клару и уложила ее в постель. Фабиан по-прежнему спал мертвым сном. Стоя у дивана, Эмили почувствовала, как все ее мышцы напряглись. Это незащищенное, но сильное мужское тело вызывало в ней странные ощущения. Одна рука Фабиана лежала под головой, другая же покоилась на животе. Она заметила легкие морщинки вокруг глаз и полуоткрытый, как у ребенка, рот. Эмили боролась с желанием прижаться к мужской груди и послушать, как бьется сердце. Сделать это так, как много лет назад. Ей стало неловко от вспыхнувшего желания.
        Теперь это уже невозможно. Он чей-то муж. Поздно спохватилась. Слишком поздно. Сердце Эмили болезненно сжалось. Боже, как давно этот мужчина не принадлежал ей! Как она обожала его!
        Двенадцать лет назад Эмили работала в летнем лагере. Однажды один из ее подопечных заболел, и его пришлось отвести в медицинскую часть. Там был Фабиан. Высокий, красивый, темноволосый. Сердце Эмили лихорадочно забилось от гипнотического взгляда медово-карих глаз. Внезапно она почувствовала себя неловко, так неловко, что с трудом могла отвечать на вопросы. Ее одежда и голые ноги были перепачканы грязью, а волосы еще не высохли после купания. - Это тяжелая жизнь. Многие из них постоянно скитаются по миру вместе с родителями, потому что у тех нет постоянной работы. Они живут в машинах, в палатках. Им даже нечего рассказать о своем детстве. - Эмили смущенно пожала плечами. - Да что я вам рассказываю? Вы и так это знаете.
        Мальчика направили в больницу на обследование, и Эмили оставалась с ним до тех пор, пока не приехали его родители. К тому времени ее смена в лагере закончилась, и она собралась ехать домой. У машины встретила молодого врача. На нем не было белого халата. Он стоял перед ней в изысканном дорогом костюме. Сердце Эмили сладостно заныло.
        - Вы все еще здесь?
        - Я ждала родителей мальчика.
        - Вы прирожденный воспитатель.
        - У нас одинаковая с врачами обязанность - хорошо обращаться с детьми.
        - Умница. Вы говорите по-португальски?
        - И по-испански. Я несколько лет учила его в школе. А сейчас я учусь у детей. Они приехали отовсюду: из Бразилии, Мексики, Гватемалы, Гондураса. Они проводят в лагере все лето, потому что их родители слишком заняты, чтобы отвлекаться на детей. - Эмили нахмурилась. - Мне очень жаль их.
        - Почему?

        - Я много слышал об этом и читал, но никогда с этим не сталкивался сам.
        Ласковый голос молодого врача затронул какую-то тайную струну в ее душе.
        - Им невозможно не сочувствовать, не так ли? - мягко спросила Эмили.
        - Да, невозможно.
        Они так и стояли, глядя друг на друга. Эмили нервно перебирала в руке ключи от машины.
        - Едете домой?
        Эмили кивнула.
        - Может, посидим где-нибудь? Выпьем кофе. - Фабиан указал рукой в сторону золотистых арок Макдоналдса.
        Это запросто сделанное предложение стало для Эмили настоящим сюрпризом. Мужчины, подобные Брендону, никуда ее не приглашали и даже не смотрели в ее сторону.
        - Я… да, с удовольствием, - неловко проговорила она и почувствовала, как краска залила ее лицо. - Только к семи мне нужно быть на работе.
        Фабиан удивленно поднял брови.
        - А что, разве рабочий день еще не закончился?
        - Четыре раза в неделю я работаю еще и в магазине. Всего три часа. Я коплю деньги на колледж.
        Они переходили дорогу, и Эмили пыталась шире шагать, чтобы не отставать от спутника.
        - Вы, похоже, не затрудняете себя обедом? - заключил Фабиан, открывая перед ней дверь закусочной.
        - Я действительно не зациклена на еде. Но и не являюсь каким-то исключением. Я в норме.
        Но Фабиан так не считал и заставил ее съесть гамбургер, не обращая внимания ни на какие протесты.
        Они сели друг против друга, и Эмили стала увлеченно рассказывать о своей работе, планах, о том, что она единственный ребенок в семье и мечтает о большой и дружной семье. Эмили сказала, что ничего не знает о своем отце, что ее мать работает официанткой в ресторане. Внезапно она подумала, что говорит собеседнику о слишком личных вещах и что, должно быть, это его совершенно не интересует. Она смутилась и поспешно встала.
        - Мне пора.
        Ну почему она сразу открылась перед незнакомым человеком?
        Эмили села в машину и поехала домой. Она никогда не была открытой и редко доверяла кому-либо подробности своей жизни - скромной и небогатой событиями. Фабиану наверняка было скучно с ней. Он, скорее всего, просто пожалел ее.
        Несколько дней спустя Эмили увидела Фабиана, ожидающего ее у выхода из лагеря. Пели птицы. В воздухе витал аромат свежескошенной травы. Это было началом сказки. Сказки, полной волшебства и чудесных превращений. Сказки с плохим концом…
        - Я подумал, что ты будешь не против пообедать со мной, - сказал он и одарил ее обезоруживающей улыбкой.
        Эмили натянуто улыбнулась и покраснела в ответ на предложение.
        - Ты еще жив? - выпалила она, подстраиваясь под его дружеский тон.
        Фабиан удивленно приподнял брови.
        - Вообще-то да, - весело ответил он. - А ты удивлена?
        Эмили почувствовала приятное тепло в груди.
        - Я просто подумала, что ты умер от скуки. Я так много болтала в прошлый раз.
        - Ну что ты. Мне явно не хватает информации о тебе. Я пришел за очередной порцией. - Его глаза смеялись.

4

        Было трудно поверить, что мужчина в потертых джинсах, с давно не стриженными волосами, который спит сейчас на ее диване, и молодой доктор, подтянутый и жизнерадостный, - одно лицо.
        Почему же тогда она чувствует все то же напряжение и трепет?
        Я не могу позволить, чтобы произошло непоправимое. Нужно остановить это безумие.
        Отведя взгляд от Фабиана, Эмили неловко повернулась и ударилась бедром о край журнального столика. Альбом с фотографиями соскользнул с полированной поверхности и с грохотом упал на пол. Она потерла ушибленное место, бормоча себе под нос проклятья.
        Фабиан недоуменно открыл глаза.
        - Я что, заснул?
        - Ты отключился на несколько часов, - ответила Эмили, положив альбом на стол.
        - Боже мой, - пробормотал Фабиан.
        - Ты что, всю ночь не спал?
        Он сел и провел рукой по волосам.
        - Да.
        Эмили подумала, что жена этого человека наверняка волнуется.
        - Может, тебе лучше позвонить домой?
        - Дома никого нет, - небрежно махнул рукой Фабиан и вздохнул. - Я знаю, что рискую вновь разозлить тебя, но может, все-таки мы допьем кофе?
        Эмили стало жаль его. Она кивнула и пошла на кухню. Может, он так отвратительно выглядит оттого, что жена совершенно не заботится о нем?
        Она застонала, доставая кофейные чашки. Я ничего не хочу знать. Семейные отношения Фабиана не должны меня волновать.
        Быстро приготовив сандвичи с беконом и сыром, Эмили налила кофе, стараясь не слушать внутренний голос. Голос, который твердил ей, что она идиотка, раз потакает назойливому гостю, вместо того чтобы выгнать его и никогда больше не видеть.
        Эмили зашла в гостиную и увидела, что Фабиан рассматривает фотографии, которые делал Мартин. Она нервно поставила поднос на столик.
        - Очень интересно, - заметил Фабиан. - Чувствуется профессиональный фотограф.
        - И довольно известный.
        - Я смотрю, ты собираешь рассказы и рисунки детей.
        - Да. Это работы детей из летнего лагеря. Я хотела донести до людей то, что происходит в этих маленьких головках.
        Эмили села, чувствуя на себе изучающий взгляд карих глаз.
        - Я помню день, когда мы встретились, - сказал Фабиан. - Ты привезла в больницу мальчика. - Он задумался. - Хороший альбом.
        - Спасибо.
        Эмили поставила перед гостем тарелку, предлагая сандвичи. Ей совсем не хотелось вспоминать прошлое - время их любви, надежд и мечтаний.
        Фабиан посмотрел на еду, потом на Эмили, и их глаза встретились.
        - Ты по-прежнему наблюдательна. - В этой фразе явно слышался скрытый смысл, но никакой насмешки.
        - Я подумала, что ты не завтракал. - Эмили пожала плечами.
        Фабиан отпил большой глоток кофе.
        - Это так.
        - Что же ты делал всю ночь?
        Вопрос вылетел совершенно неожиданно для Эмили. Пел, танцевал или пил - да он почти наверняка ничего подобного не делал.
        - Я вел тайную ночную жизнь, - загадочно произнес Фабиан, - полную грехов и разврата. - Он скорчил гримасу и потер шею. - Я работал над книгой. Мэнди должна была сегодня лететь в Сиэтл, чтобы прочитать курс лекций. Она не сможет вернуться раньше чем через месяц.
        Вот, оказывается, как ее зовут. Эмили тяжело вздохнула. Она и не знала имени его жены. Точнее, не запомнила, читая газетную статью. А может, просто не хотела помнить. Обычная подсознательная реакция, некий вид самозащиты. Сотни вопросов крутились у нее в голове. Хотелось бы, конечно… Нет, совсем не хочется получить ответы на них. Чем меньше она будет знать, тем меньше боли будет в ее сердце.
        Эмили встала.
        - Я налью тебе еще кофе, но потом ты должен будешь уйти. - Она пыталась говорить спокойным, будничным тоном.
        - Конечно, - ответил Фабиан с видом человека, ценящего свои достоинства.
        Покончив с кофе, Фабиан встал.
        - Извини, что заснул, - проговорил он, подходя к двери. - Спасибо за угощение.
        - Не за что, - небрежно ответила Эмили.
        Фабиан остановился и посмотрел на нее своими магнетическими глазами, отчего сердце Эмили трепетно забилось.
        Она изо всех сил старалась казаться спокойной, когда открывала дверь.
        - Не волнуйся насчет Клары, - сказала она, вспомнив, что именно девочка явилась причиной его приезда.
        - Хорошо, не буду.
        Фабиан пошел к машине, припаркованной у дома.
        Эмили глубоко вздохнула и прислонилась к прохладной стене, закрыв глаза.
        - Я больше не хочу его видеть, - вслух произнесла она. - Я хочу спокойствия и уверенности.
        Господи, как хочется забыть его. Хочется… Она закрыла лицо руками и застонала.
        Вечером Эмили нашла бумажник, притаившийся между двумя диванными подушками. Он, должно быть, принадлежал Фабиану. Эмили взяла его, хотела открыть. Соблазн был велик. Ведь этот бумажник - клад информации: имена, кредитные карточки, телефонные номера, фотографии любимых людей, жены, детей. - Хорошо. Давай поужинаем.
        Ты только подумай, подстегивал внутренний голос. Подумай, сколько ты можешь узнать!
        Я вовсе не собираюсь рыться в его бумажнике, отвечала другая ее частичка. А может, эта вещь даже не его.
        По крайней мере, ты должна проверить. Сойдут даже водительские права.
        Мне не нужно этого делать. Эмили вдохнула едва уловимый запах кожи. Бумажник был почти новым, гладким на ощупь. Сопротивляясь обуревавшему ее соблазну заглянуть в него, она подошла к телефонному столику и разыскала в абонентном справочнике номер Фабиана.
        С силой отбивая цифры на клавишах, Эмили не могла собраться с мыслями.
        - Брендон, - раздался в трубке резкий голос. Фабиан был краток. Может быть, телефонный звонок отвлек его от работы?
        - Это Эмили. Ты случайно не оставил у меня бумажник?
        Мгновение тишины.
        - Да. Черт, он у тебя?
        - Я нашла его на диване.
        В трубке послышался вздох.
        - Если ты не против, я сейчас за ним заеду.
        - Хорошо. Я дома.
        Полчаса спустя Эмили увидела, как «мерседес» подъехал к ее дому. Она открыла входную дверь, держа бумажник в руке, поскольку не собиралась приглашать Брендона войти.
        Он уже переоделся в шорты цвета хаки и зеленую футболку, выглядел отдохнувшим и полным энергии. Разве устоишь перед его мужской привлекательностью?!
        Эмили судорожно сглотнула, сопротивляясь обуревавшему ее потоку чувств, и протянула ему бумажник.
        - Должно быть, он выпал из кармана, когда ты спал.
        Фабиан кивнул, взял бумажник и опустил в карман шорт.
        - Спасибо. Я рад, что ты нашла его.
        - Если бы я не подняла подушку, то он валялся бы там невесть сколько.
        - Это было бы ужасно, - с притворной озабоченностью сказал он, глядя ей в глаза. - Как насчет того, чтобы поужинать сегодня вечером?
        Эмили не могла поверить своим ушам. Его супруга едва шагнула за порог дома, а он уже назначает свидание. Поневоле вскипишь от злости.
        - Нет, - раздраженно проговорила она.
        - Тогда как-нибудь в другой раз?
        Она почувствовала, что теряет терпение.
        - Нет, Фабиан, другого раза не будет. Я хочу, чтобы ты держался от меня подальше.
        - Я тебе не верю. - Его голос был спокойным и уверенным.
        Эмили стиснула зубы.
        - Твои проблемы.
        Фабиан прищурился.
        - Тогда в чем же твоя проблема? Мартин? - Он сунул руки в карманы. - Не обижайся, но мне кажется нелепым видеть тебя рядом с этой эксцентричной личностью.
        Эмили уставилась на него.
        - Моя жизнь тебя не касается. Просто тебе в ней не место!
        Что-то вспыхнуло в его глазах и тут же исчезло.
        - Даже для одного-единственного невинного ужина? - спросил он невозмутимо. - Я подумал, что нам будет интересно вместе провести вечер. Меня интригует, какой зрелой и изысканной женщиной ты стала.
        - Перестань льстить, - с кривой улыбкой ответила Эмили.
        - Никакой лести! - воскликнул Фабиан. - Что плохого в том, что мы поужинаем вместе и приятно побеседуем?
        - Все, - огрызнулась Эмили. - Все плохо.
        Фабиан прислонился плечом к косяку двери и стал разглядывать ее с неприкрытым любопытством.
        - Из-за Мартина?
        - Нет, из-за Мэнди. Я не встречаюсь с женатыми мужчинами.
        На его лице промелькнуло удивление.
        - Мэнди? - Его голос наполнился смешливыми нотками. - Господи, Мэнди не моя жена! О чем ты говоришь?!
        Эмили стало неловко.
        - Я… гм… Но это казалось вполне очевидным. - Она пыталась найти выход из положения.
        - Мэнди - моя коллега. Она тоже врач. Какое-то время мы работали в Колумбии, а теперь пишем книгу. - Фабиан посерьезнел и потер подбородок. - Я не представил вас друг другу, а надо бы.
        Эмили ощутила легкое головокружение, и странное чувство нереальности происходящего охватило ее. Словно ее перевернули вниз головой. Мэнди не его жена. Тогда где же законная супруга? Та, о которой упоминалось в статье, та, с которой Фабиан был в Африке. Эмили перевела дыхание.
        - А где твоя жена? - выдавила она из себя вопрос. - Та… та, что работала с тобой в Мозамбике?
        Фабиан перестал хмуриться.
        - Саманта. Ты имеешь в виду Саманту, - наконец сообразил он. - Как ты узнала о ней?
        - Из газеты. Там была статья о твоей работе в Мозамбике.
        Эмили ничего не могла понять. Если Фабиан был женат на Саманте, то где она сейчас? Может, в Колумбии или где-нибудь еще? Они разведены? А может, Саманта умерла?
        Эмили едва держалась на ногах, они отказывались ей повиноваться.
        Фабиан кивнул.
        - Я помню эту статью. Но мы с Самантой не были женаты. Просто приехали туда вместе, а по местным обычаям, если мужчина и женщина вместе, то они считаются супружеской парой.
        Слова Фабиана внесли еще большую путаницу. Его жена, он сам, чувства и мысли - все смешалось. Теперь не было даже оснований негодовать ни из-за его поцелуя, ни по поводу приглашения на ужин.
        - Значит, ты не женат? - удивленно спросила Эмили, чтобы до конца убедиться, что он холост.
        - Нет и никогда не был женат. Саманта исчезла из моей жизни больше трех лет назад. - Его рот растянулся в улыбке. - Я свободный, не связанный обязательствами неженатый мужчина. Поужинай со мной завтра.
        Женщины не могут устоять перед предложением такого рода.
        Эмили хотела сказать «да», но чувствовала смущение и сумятицу в мыслях и не могла вымолвить ни слова.
        Выручил Фабиан, заговорив снова:
        - Ну же, решай, я не только холост, но и нетерпелив.
        Эмили облегченно вздохнула. Все внутри перевернулось. Неужели появились новые возможности и надежды?
        Берта приехала проведать малышку Клару, поболтать и вернуть книгу, которую брала почитать. - Да, конечно. Но будь осторожней, - продолжила Берта с оттенком материнской опеки в голосе, - вокруг слишком много подлецов и просто охотников до женской ласки.
        - Тебе нужен мужчина, - прямо с порога решительно заявила она.
        - Правда? Ты так думаешь? - Берта попала в самую точку. Может, у нее интуиция?
        - Да, я действительно так думаю, - уверенно проговорила Берта. - Ты достаточно долго пряталась за спину Мартина.
        - Пряталась?
        - Пока он рядом, ты будто бы и не одна. Не будь смешной, - вырвалось у Берты.
        Эмили сосредоточила свое внимание на крошечной детской рубашечке, осознавая всю горькую правду слов подруги.
        Берта нахмурилась.
        - Ты не любишь Мартина, но и не проявляешь никакого интереса к другим мужчинам. Ты же не можешь вечно оставаться вдовой.
        - Спасибо за совет, милая, - тихо проговорила Эмили.
        Клара громко закричала, пытаясь сползти с колен няни. Но та протянула ей игрушку, и девочка на какое-то время затихла.
        - Я знаю, что Энди был настоящим принцем, - более мягко продолжила Берта, - но в мире есть и другие достойные мужчины.
        - Не сомневаюсь, - ответила Эмили, складывая только что выстиранное детское белье.
        - Муж ведь желал тебе счастья, не так ли?
        - Да, он этого хотел, - медленно кивнула Эмили.
        Берта погладила мягкие черные волосики Клары.
        - Ты еще молода, тебе нужен мужчина, ты хочешь детей. Торопись, дорогая моя.
        Эмили улыбнулась.
        - С чего мне начать? С газетных объявлений и свах? Послушать тебя, так все просто.
        - А это и есть просто. Ты добрая, умная, красивая и независимая. Любишь детей, умеешь их воспитывать. Все говорит в твою пользу.
        Эмили аккуратно сложила пеленку.
        - Найти хорошего мужчину не так просто. А тем более влюбиться. Ведь ты прекрасно знаешь, что это не происходит по команде.
        - Черт возьми, конечно, это не случится само собой, если ты сама этого не захочешь! От тебя исходят не те флюиды.
        - Ой, правда? А какие же?
        - Ты слишком замкнута и неприветлива. У тебя на лице написано: «Держись от меня подальше».
        Эмили улыбнулась.
        - Ты видишь меня насквозь.
        Берта вздохнула.
        - Не принимай все всерьез.
        - Ну что ты, я всегда стараюсь прислушиваться к твоим словам. Кстати, завтра у меня свидание. Ты сможешь посидеть с Кларой?
        Битых полтора часа Эмили выбирала одежду для предстоящего свидания. - Прости меня, - прошептала Эмили. - О, Энди, прости меня.
        Боже, когда в последний раз она так нервничала перед свиданием? Много лет назад. Эмили простонала и улыбнулась собственной глупости.
        Так, это вроде подходит. Она стояла у зеркала, рассматривая облегающее черное шелковое платье. Оно сидело как влитое. Платье прекрасно дополнил аквамариновый гарнитур - висячие серьги, кулон и перстень. Ее рыжие волосы блестели, словно отполированное красное дерево. Молодая элегантная женщина, уверенная в себе. И ни за что нельзя было догадаться, что в юности это была скромненькая, робкая девушка.
        Эмили уже была готова, когда приехал Фабиан. Она сбежала по ступенькам, чтобы встретить гостя, но Берта опередила ее. Подруга пристально изучала мужчину.
        Эмили застыла от удивления, увидев Фабиана. Модный костюм, свежая стрижка и чисто выбритый подбородок. Буря чувств охватила ее при виде бывшего возлюбленного. Он выглядел невероятно близким, будто бы время вернулось назад.
        Их глаза встретились, и Фабиан расцвел в улыбке.
        - Ты не перестаешь удивлять меня. Выглядишь… ошеломляюще.
        Эмили вздрогнула. Ты тоже, хотела сказать она, но промолчала.
        Берта почти вытолкнула подругу за дверь, когда та пыталась дать ей последние распоряжения.
        - Иди и веселись. А за Клару не беспокойся.
        Фабиан привез ее в недавно открывшийся ресторан, который по оформлению напоминал швейцарский домик в горах. Эмили с интересом оглядывалась вокруг. Может быть, Фабиан неслучайно выбрал это место, где ничто не могло напомнить о прошлом.
        Эмили становилось тревожно от мысли, что вечер она проведет с этим человеком. О чем говорить с ним? Что можно сказать, а что не стоит? Фабиан казался невероятно спокойным в отличие от нее. Она злилась на себя за то, что рядом с ним теряет остатки самообладания.
        Когда они заказывали напитки, в его глазах мелькали веселые искорки.
        - Что тебя так развеселило? - как можно небрежнее спросила Эмили.
        - Мне только что пришел в голову один вопрос. Почему тебя так шокировал мой поцелуй? Потому что ты думала, что я женат?
        Краска залила ее лицо при этом напоминании.
        - Я не люблю, когда женатые мужчины развлекаются на стороне. А уж тем более женщины. Я просто придерживаюсь своих принципов. - Эмили надеялась, что ее слова не звучат чересчур ханжески.
        Фабиан согласно кивнул, но шаловливые искорки все еще поблескивали в его глазах.
        - Мне нравятся люди с принципами. Однако мне кажется, что ты предположила, будто у меня их нет и что я способен на измену.
        Принесли напитки.
        Эмили выпила вина.
        - Я не видела тебя двенадцать лет, - медленно проговорила она. - Поэтому вовсе не уверена, что знаю тебя. А что касается измены… человек существо несовершенное. В потемках его души много низменного. Но не каждый позволит себе поддаться зову необузданных страстей.
        Фабиан с интересом взглянул на нее.
        - Ты производишь впечатление очень строгой женщины.
        - Так и есть, - спокойно проговорила Эмили.
        - А ты никогда не изменяла мужу?
        - Нет.
        И это была правда. Но откуда тогда эта нервозность? Она отпила еще немного вина.
        - Это был очень личный вопрос, не так ли? - спросила Эмили.
        Фабиан кивнул.
        - Да. Прошу прощения.
        Неожиданно резкие звуки нарушили ресторанную идиллию. Зазвенел разбитый хрусталь и фарфор. Послышался женский вскрик.
        Официант уронил перегруженный грязной посудой поднос на пол.
        - Господи, - пробормотала Эмили, увидев эту неловкую сцену.
        Через несколько минут все было убрано и восстановился порядок. С одной стороны, Эмили было жаль официанта, но с другой - это происшествие немного разрядило обстановку.
        Вино сделало свое дело. Эмили немного расслабилась. Фабиан рассказал ей о Мэнди и их совместной книге. Потом спросил о Кларе. Эмили ответила, что родители девочки добирались автостопом из Мексики в Калифорнию. Несчастный случай произошел, когда они почти достигли места назначения. Ребенок чудом не пострадал. Вся семья была ослаблена недоеданием, что очень мешало выздоровлению.
        Принесли горячее. Улыбающийся официант налил вина и исчез. Эмили с увлечением рассказывала о своей работе.
        - Ты поступила в колледж после замужества? - спросил Фабиан.
        - Да.
        - А как ты познакомилась с Энди? - поинтересовался Фабиан, разделываясь со стейком.
        Эмили уловила в его голосе едва заметное смущение. Может, он думает, что знакомство произошло на лунном пляже, или у экзотической горной речки, или во время круиза по Карибскому морю?
        - На автостоянке, - улыбнулась она, - под проливным дождем.
        - Очень романтично. - Веселая нотка окрасила его голос и придала уверенность Эмили. - Это было просто везением, - легко продолжила она. - Я была в таком состоянии, хоть бросайся с ближайшего моста. - Она вытерла губы салфеткой. - Трудные были дни, но все так счастливо закончилось.
        - Я заинтригован.
        - Ты хочешь услышать эту историю во всех подробностях?
        - Как можно подробней.
        - Я буду краткой.
        Расскажу ему только факты, подумала Эмили. И никаких эмоций.
        - Это произошло через неделю после смерти матери, - начала она. - Хозяин дома велел мне убираться к концу недели. Все сбережения пошли на оплату медицинских счетов мамы. Моя машина сломалась и находилась на стоянке.
        - В один из тех трудных дней?
        - Да. Только представь: я без матери, без копейки в кармане, без дома и машины. И вот из пелены дождя выходит красивый незнакомец, чтобы спасти меня…
        Это было двенадцать лет назад. Теперь Эмили легко могла говорить об этом. А тогда вовсе не было смешно. Полная отчаяния, она теряла последние надежды. Фабиан ушел, умерла мать, не было жилья…
        Энди нашел ее промокшей до нитки, бросившей машину в истерике. Впоследствии он любил рассказывать эту историю друзьям, вспоминая состояние Эмили, - прекрасной незнакомки с перепуганными, широко открытыми глазами. Но рассказ его звучал не трагично, а с юмором, даже романтично.
        - И что же ты сделал? - спрашивали друзья. - Отвез ее в приют?
        - Нет, - отвечал Энди, - я женился на ней.
        И это было правдой. Через три головокружительных недели Эмили стала женой доброго, замечательного человека. Она жила в уютной квартире. В то время как ее муж-архитектор работал над проектом дома-мечты для них двоих, Эмили поступила в колледж. Теперь у нее была новая машина. Счастливица пребывала в растерянности от этой роскоши и обещала за все отплатить, но муж лишь улыбался в ответ.
        Родители и друзья души не чаяли в его молодой жене. И Энди безумно любил ее. Мир вдруг, как по мановению волшебной палочки, стал добрым и уютным. И недавние невзгоды ушли в прошлое. Теперь она могла свободно дышать, спокойно спать и смеяться.
        Но Эмили не находила в себе сил поделиться всем этим с Фабианом. Она отпила глоток вина и улыбнулась:
        - Расскажи лучше о своих путешествиях. С самого начала. Мне представляются джунгли, гориллы и пигмеи. Но уверена, что есть что-то более важное.
        Так и было. Она внимательно слушала рассказ Фабиана, задавала вопросы и замечала постепенную перемену в его голосе: от холодно-вежливого до теплого и возбужденного. После пяти лет в Африке он поехал в Малайзию, а затем в Колумбию.
        Как прекрасно было увидеть прежнего, знакомого Фабиана, серебристо-серый блеск его глаз. Нервозность Эмили словно по волшебству исчезла. Время шло, и каждая минута наполнялась новыми картинами и образами, веянием другой жизни. Она увидела мужчину, которого когда-то знала так хорошо, совершенно в другом свете. За разговорами время пролетело незаметно, пора было возвращаться домой.
        - Спасибо тебе, - сказала Эмили на обратном пути. - Это был замечательный вечер.
        Как и раньше, Фабиан с легкостью зажег в ней огонек любопытства и тяги к новому. К новым людям, мыслям и мечтам. Мужчина помог ей почувствовать себя живой и телом и душой.
        Подъехав к ее дому, он помог ей выйти из машины.
        Эмили так не хотелось, чтобы вечер закончился. Ей было необходимо слышать его голос, видеть его глаза. Она протянула ему ключи.

«Не хочешь зайти и выпить кофе?» - чуть не вырвался у нее вопрос.
        Как просто прозвучали бы эти слова. Разве он отказался бы? Но пока Эмили смотрела на сильную загорелую руку Фабиана, открывающую дверь, что-то внутри нее надломилось и она промолчала.

«Энди хотел видеть тебя счастливой», - сказала вчера Берта. Конечно, хотел, Эмили не сомневалась в этом. Но у нее не хватило сил пригласить Фабиана войти.
        Он улыбнулся и вернул ей ключи.
        - Спасибо за чудесный вечер.
        - Спасибо тебе, - ответила Эмили, чувствуя, как вся уверенность покидает ее.
        Воздух был наполнен серенадами цикад. Легкий ветерок обдувал разгоряченное лицо женщины.
        Фабиан обхватил его сильными горячими руками и посмотрел в глаза. Его взгляд был наполнен воскресшими из прошлого чувствами. Сегодняшний ужин вернул их обоих на много лет назад. Руки Фабиана держали ее лицо скорее с силой, чем с нежностью. Сердце Эмили бешено забилось, она уже не могла контролировать себя. Его губы прикоснулись к ее губам, даря поцелуй, полный страсти и желания. Но что-то мешало Эмили полностью отдаться чувствам. Она выскользнула из его рук с мучительным, едва слышным стоном. Фабиан моментально отступил в сторону.
        На какое-то мгновение напряженная тишина повисла в воздухе.
        - Прости меня, - прошептала она, чувствуя, как горячие слезы застилают глаза, всем своим существом противясь расставанию и не смея продлить встречу.
        - Спокойной ночи, Эмили, - со вздохом произнес Фабиан. Его глаза снова стали непроницаемыми.
        - Фабиан…
        Голос ее едва звучал, и он ее не услышал…
        Эмили вошла в дом и тихо прикрыла дверь. Она прислонилась к стене, чтобы хоть немного успокоиться. Ей еще предстояло выдержать вопрошающий взгляд Берты. Оказалось же, что вовсе не стоило беспокоиться на этот счет. Няня сидела в кресле и смотрела фильм ужасов. Она приветственно помахала хозяйке, не отрываясь от экрана. Со вздохом облегчения Эмили прошла на кухню и налила себе холодной воды.
        После ухода Берты Эмили заглянула к Кларе, а потом отправилась в свою спальню, чувствуя себя совершенно разбитой. Что случилось?
        Неужели вновь влюбилась в Фабиана? Нет, все гораздо проще - она по-прежнему любила его. Это чувство никогда не оставляло ее, просто пряталось глубоко в душе и до поры до времени не давало о себе знать.
        Сегодня вечером она почувствовала, что вновь обрела себя. Это было прекрасно и волнующе, давало силы жить.
        Тогда почему же она не захотела, чтобы Фабиан поцеловал ее? Что заставило ее оттолкнуть милого сердцу человека? Что же это за чувства, приносящие боль и страдания?
        Эмили посмотрела на фотографию Энди рядом с кроватью. Серебристо-серые глаза улыбались ей. У нее выступили слезы, и лицо мужа превратилось в бесформенное пятно.
        Берта присматривала за Эмили, и это было неплохо. Они познакомились в больнице, когда умер Энди. С тех пор Берта, как старшая по возрасту, взяла ее под свою опеку. Эмили любила эту женщину и нуждалась в ней. Ее практические жизненные советы во многом помогали. Из прошлого возник образ матери, и ее ясный и четкий голос…
        - Он хороший парень? - спросила Берта на следующее утро по телефону.
        - Да, он замечательный, - ответила Эмили, одной рукой держа телефонную трубку, а другой кормя из ложечки Клару.
        - Он хорошо себя вел?
        - Да.
        - Отлично. Это самое главное.
        Эмили не смогла сдержать улыбку.
        - А что еще нужно?
        - От мужчины нужны честность и чувство юмора, - весело ответила Берта. - У него есть это?
        - Да. - Эмили усмехнулась в трубку. - А еще?
        - Почему ты ухмыляешься?
        - Вовсе нет. Ты даже не видишь меня. Я просто жду, когда ты спросишь, где он работает и сколько зарабатывает.
        Мать болела и буквально за несколько недель очень изменилась - у нее появился лихорадочный блеск в глазах, а лицо стало серым. - Поздравляю, - сухо, но многозначительно проговорила Синди. Она стряхнула пепел прямо на тарелку с остатками пюре. - Где твои мозги, Эми? Что может хотеть доктор от такой девчонки, как ты? Видать, и у него ни мозгов, ни денег…
        - Ты какая-то веселая в последние дни, - сказала Синди, накладывая себе картофельное пюре. - У тебя появился парень?
        Эмили уткнулась в свою тарелку и прикусила губу. Парень… Фабиан вовсе не был мальчиком, он был мужчиной.
        - Не совсем, - ответила Эмили, вызвав улыбку матери.
        - Тогда что?
        Эмили затаила дыхание. С одной стороны, она жаждала поделиться с матерью впечатлениями и радостью, рассказать обо всем, с другой - осторожность призывала все хранить в секрете. Любовь к Фабиану была нежна и прекрасна, а мать не одобряла нежность, чувствительность и прочие сантименты.
        - Он не парень, мама. Он старше, - сказала Эмили.
        - Старше? На сколько?
        Синди закурила и подозрительно посмотрела на дочь. Эмили знала, о чем та сейчас думает.
        - На девять лет. Ему двадцать семь.
        - У него хорошая работа? Этот мужчина зарабатывает прилично?
        Сердце Эмили упало.
        - У него замечательная работа. Хочешь еще пюре?
        Ее глупая попытка сменить тему не увенчалась успехом, да, собственно, Эмили не надеялась на это.
        - Какая работа? - Синди выпустила струйку дыма, не отрывая взгляд от лица дочери.
        - Он доктор. Педиатр.
        Тишина. Мать выглядела ошеломленной.
        - Доктор? Боже мой, где ты подцепила доктора?
        - В больнице, - нервно хихикнула Эмили. - Он прекрасный человек, мама.
        Эмили с трудом отогнала от себя воспоминания и образы прошлого. - Надеюсь, он заслуживает тебя.
        Из трубки донесся негодующий голос Берты:
        - Кроме таких вопросов, как не маньяк ли он, не торговец ли наркотиками или убийца, меня ничего не интересует.
        - Я развею твои сомнения. Он врач. Педиатр. Сойдет?
        Очевидно, у Берты остались некие сомнения, потому что она на какое-то время замолчала. Как медсестра, она имела свое мнение о врачах, и не всегда положительное.
        - Кто? - спросила она.
        Эмили не завидовала тем, кто попадал в черный список Берты. Она вытерла кашу с носика Клары.
        - Ты не знаешь его. Последние двенадцать лет он работал за границей. Его зовут Фабиан Брендон.
        - Где-то я слышала это имя.
        - Возможно, ты читала о нем. Он довольно хорошо известен в медицинских кругах, и даже получил какую-то большую награду Корпуса мира.
        Эмили вкратце рассказала Берте о работе Фабиана в некоторых развивающихся странах, о его исследованиях, книге - все, что она знала о карьере своего знакомого.

5

        Фабиан с озабоченным видом стоял на пороге и держал в руках картонную папку.
        - У меня возникла проблема, и я подумал, что ты мне поможешь. - Он жестом указал на ярко-красную «мазду», которую Эмили купила себе утром. - Ты не одна? Я тебя не задержу.
        - Нет-нет. Это моя машина. Я продала «порше».
        Он удивленно поднял брови.
        - Правда? Почему?
        Эмили пожала плечами.
        - Это машина более практична.
        И это была правда. Она вновь выбрала красный цвет - цвет страсти и надежды.
        Глаза Фабиана сузились, и он изучающе посмотрел в лицо Эмили, но ничего не сказал. Ей стало интересно, о чем он подумал. Видит ли он в ней богатую и избалованную женщину? Что ж, в какой-то степени она и такая и есть. Но вся проблема в том, что не чувствовала себя таковой. О ее богатстве можно было судить по хорошей одежде, большому дому и дорогой машине. Но в душе Эмили всегда оставалась неприхотливой веселой девчонкой, которая выросла в старом неказистом домике. Роскошь это, конечно, хорошо, но, имея деньги, люди не всегда становятся счастливыми.
        Они не виделись с Фабианом два дня, с тех пор как ездили в ресторан. И когда Эмили думала о нем, она вспоминала прерванный поцелуй и все внутри у нее сжималось.
        Сердце ее дрогнуло, и сейчас, когда посмотрела на гостя, она ощутила непреодолимое желание понять, что с ней происходит. Но не могла. Она убрала руки за спину, до боли сплетя пальцы.
        - Эми? - Фабиан вопросительно смотрел на нее. - Могу я войти на минутку?
        Она поспешно отошла в сторону.
        - Да-да. Конечно. - Она обессиленно прислонилась к стене, все еще сжимая пальцы. - Я хочу извиниться, - произнесла она и услышала нервную хрипотцу в своем голосе.
        - За что? За то, что не дала себя поцеловать?
        - Да нет.
        - Нет? - Казалось, Фабиан прекрасно контролировал себя. Его слова не выдавали никаких чувств. - Конечно, у тебя есть право отказаться от поцелуя, если ты этого не хочешь.
        - Это совсем не то, Фабиан. - О господи, почему она чувствует себя такой идиоткой? Ей казалось, что она вновь, словно восемнадцатилетняя девчонка, сбита с толку его силой и мужеством. Ее наполняли противоречивые чувства. Эмили печально вздохнула. - Я хотела… Это ничего общего не имеет с тем, что я чувствую… к тебе. - Ее сердце бешено колотилось. Не хватало воздуха.
        - Мартин? - В голосе Фабиана послышались стальные нотки.
        Эмили покачала головой.
        - Нет. Он хороший друг. Мы не… связаны. Я имею в виду, любовью. Это другое. - Она пожала плечами. - Это из-за меня. Я… я не знаю.
        - Все в порядке, Эми. Я переживу. - Теперь его тон был непринужденным и спокойным.
        Эмили так хотелось знать, о чем он думает, но это было невозможно. Видимо, мужское самолюбие Фабиана не было сильно задето, потому что сейчас он здесь и просит о помощи.
        Она улыбнулась. Нервы этого человека сделаны из железа, и его невозможно вывести из себя. Или очень трудно. По крайней мере, ей так казалось раньше. Однако сейчас ее уверенность поколебалась. Эмили отошла от двери и сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться.
        - Чем я могу тебе помочь? Хочешь кофе?
        Фабиан прошел в гостиную.
        - Нет, спасибо. Я сейчас еду из издательства и подумал, может, ты подскажешь выход из положения. - Он постучал пальцами по папке. - Я не могу найти переводчика и машинистку. Думаю, мои коллеги в Колумбии что-то напутали.
        - Присаживайся, - предложила Эмили, опускаясь в кресло.
        Фабиан сел, развернув бумаги.
        - Материалы написаны по-испански, и перевод надо сдать через три дня. Здесь сплошная путаница, а я не могу отдавать бумаги в таком виде. Текст необходимо перевести заново и отредактировать. Мне нужен кто-нибудь со знанием испанского, чтобы изложить содержание в более краткой форме.
        Эмили взяла рукописный текст. Многие слова и целые фразы были написаны нечетким почерком. Текст с трудом поддавался чтению.
        - Ты пытался обратиться в службу деловых услуг?
        - Да. - Фабиан нетерпеливо пожал плечами. - Я перепробовал все, но проблема в лимите времени. Никто не может сделать это в выходные дни и представить мне в понедельник вечером. Я думал, может, ты кого-нибудь знаешь. Какой-нибудь друг, преподаватель в отпуске. Тот, кто достаточно хорошо знает испанский и может набрать все это на компьютере. Я не требую идеальной работы. Когда все будет готово, я сам смогу внести исправления. У меня просто нет времени на эту работу.
        Эмили знала, что справится с такой задачей. Компьютер Энди стоял наверху в кабинете. Конечно, работа займет какое-то время, но она может это сделать.
        Эмили вновь посмотрела на текст.
        - Я достаточно хорошо знаю испанский. К тому же вполне могу выкроить время на эту работу.
        На какой-то момент в комнате повисла тишина.
        - Перевод должен быть точным, на хорошем английском языке. Ты можешь это сделать? - Фабиан выдержал ее взгляд. - Назначь свою цену. Любую.
        - Я сделаю это бесплатно.
        Фабиан вопросительно взглянул на нее.
        - Это работа. Почему же бесплатно?
        - Ведь это все ради блага детей, не так ли? Мне не нужны деньги. Но если ты настаиваешь на оплате, то лучше сделай взнос в госпиталь в Колумбии, где ты работаешь, или что-нибудь в этом роде.
        - Хорошо, договорились. - Фабиан встал. - Спасибо.
        Минуту спустя он ушел. Но Эмили все еще не могла успокоиться: сердце учащенно билось и нервы были напряжены. Клара спала, поэтому работу можно было начать прямо сейчас…
        Фабиан позвонил поздно вечером в воскресенье. Он повернулся и, больше не произнеся ни слова, ушел.
        - Как продвигаются дела?
        - Хорошо. К завтрашнему вечеру все закончу.
        - Быстро работаешь. Ты даже не представляешь, как я тебе благодарен.
        - Рада тебе помочь. Кстати говоря, это ведь не ты делал исправления, не так ли?
        Эмили помнила его почерк, крупный и разборчивый, совершенно не похожий на почерк врача. А текст был написан мелкими непонятными буквами, и стоило больших усилий разобрать слова.
        Фабиан усмехнулся.
        - Ты права. Это почерк нашего переводчика. - Последовала маленькая пауза. - Ты можешь выделить время, чтобы приготовить ужин?
        - Покормлю Клару, а потом сделаю что-нибудь себе.
        - Не трудись. Я привезу ужин с собой. Мне и самому пора перекусить. Просто умираю от усталости.
        Эмили замерла над клавиатурой.
        - Ужин не входит в работу.
        Фабиан рассмеялся.
        - Это самое меньшее, что я могу сделать. Тебя нужно хорошо кормить, чтобы ты не свалилась от усталости до окончания работы. Что предпочитаешь? Итальянскую кухню, китайскую, а может, гамбургеры? - Короткая пауза. - Мексиканскую?
        - Китайскую, - отозвалась Эмили.
        - Что-то конкретное?
        - Я люблю все. Выбирай сам.
        Эмили отключилась и закрыла глаза, представив Фабиана в своем доме. Он скоро будет рядом. От самой мысли по телу пробежала приятная дрожь. Конечно, лучше бы он не звонил и не приезжал. Но уже поздно, Фабиан в пути.
        Она почувствовала необыкновенную легкость и улыбнулась собственному возбуждению.
        Фабиан приехал через час. Они уютно устроились на кухне с китайскими блюдами и вином. Фабиан держал Клару на коленях. Ему даже удалось развеселить малышку. Эмили с улыбкой наблюдала за ними, чувствуя, как нежность переполняет ее.
        - Она не очень любит незнакомцев, но к тебе привязалась.
        - Многие дети в этом возрасте боятся незнакомых людей. Они уже могут отличать своих от чужих.
        - Да, она узнает своих родителей, когда мы навещаем их в больнице.
        - А девочка не расстраивается, когда ей приходится возвращаться к тебе?
        - Нет, я беспокоилась об этом, но, похоже, малютке хорошо со мной.
        - Она знает, что ты любишь ее.
        Эмили наблюдала за Фабианом, и в ее памяти всплывали старые фантазии и мечты, которые казались вполне осуществимыми.
        - Я думала, что ты женат и у тебя есть дети, - с волнением в голосе сказала Эмили. - Почему вы с Самантой не поженились?
        Фабиан пожал плечами.
        - Так получилось. У нее были другие планы, и женитьба стала бы для нас обоих обузой.
        Эмили палочками подцепила креветку.
        - Понимаю, - произнесла она, на самом деле не понимая ничего.
        Закончив ужин, Эмили уложила Клару спать и попросила Фабиана подняться в кабинет. У нее возникло несколько вопросов по работе.
        Он с любопытством разглядывал большой светлый кабинет. Здесь было все необходимое для работы архитектора: доски для чертежей, большие столы.
        - Это кабинет моего мужа. Я оставила здесь все, как было при нем. Просто не хотелось расставаться с этими вещами… - Эмили в замешательстве улыбнулась и подняла страницы с распечаткой. - Я подумала, что готовую часть ты можешь взять сейчас.
        Фабиан кивнул и забрал бумаги. Он с интересом изучал фотографии на стене - снимки зданий, которые спроектировал Энди.
        - У твоего мужа, видимо, была удачная карьера? - поинтересовался Фабиан.
        - Да.
        - Он всегда работал дома?
        - Чаще всего.
        Фабиан засунул руки в карманы и направился к большой фотографии. На переднем плане, у остатков массивных сооружений майя в Мексике, сидела Эмили. Она смотрела прямо в объектив, ветер развевал ее волосы.
        - Красивое фото, - сказал Фабиан. - Это на Юкатане?
        Эмили кивнула, чувствуя внезапное замешательство.
        - Родители Энди из этих мест. Они приехали в Штаты, когда им было почти под пятьдесят. Но связи с родственниками не прервались. Тесные семейные узы, ты же знаешь. Мы с мужем часто ездили в Мексику.
        - Ты хорошо знаешь испанский. Я слышал, как ты разговаривала по телефону.
        - У меня была богатая практика. - Ее голос звучал с горделивым спокойствием.
        - А где ты еще была?
        - В Европе. - Эмили вздохнула, сопротивляясь какому-то нараставшему неприятному предчувствию. - Мы с Энди были несколько месяцев в Италии, Испании и Греции. Он любил посещать места со старинной архитектурой.
        - А тебе нравилось путешествовать?
        Обычный вопрос. Но Эмили вздрогнула, когда заметила, что руки Фабиана сжаты в кулаки.
        - Да. Я люблю путешествовать, знакомиться с жизнью других народов, с их культурой. - Она прикусила губу, боясь, что уже слишком много сказала, боясь продолжения этого простого диалога. Черт возьми, почему он спрашивает обо всем этом?
        - Путешествия расширяют кругозор, - спокойно произнес Фабиан. - Ты начала по-другому смотреть на мир, на людей, на собственную жизнь.
        - Правильно. Я многое узнала за последние двенадцать лет.
        Глаза Фабиана потемнели.
        - Рад за тебя. - Теперь в его голосе сквозила горечь.
        Эмили скрестила руки на груди, словно пытаясь отгородиться от надвигающейся бури. Единственным ее желанием было сменить тему беседы.
        Их глаза встретились.
        - Когда ты была в Испании, - продолжал допытываться Фабиан, - ты научилась наслаждаться пучеро?
        Необъяснимая ярость охватила Эмили. Это вовсе не было невинным вопросом. Инстинктивно она сделала шаг назад и напряглась, будто готовясь к обороне.
        - Что, черт возьми, происходит с тобой?! Давай обойдемся без лишних вопросов, ладно? Если не будет вопросов, то не понадобятся и ответы. - Она с трудом перевела дыхание. - Но поскольку ты спросил - отвечу. Да, Фабиан. Я научилась есть пучеро, моллюсков, рыбу по-астурийски и многое другое.
        Фабиан угрюмо смотрел па нее, стиснув зубы.
        - Я тоже хотел показать тебе мир, черт возьми! - резко проговорил он, подходя к Эмили. - Да, очень хотел! - повторил он. - Мечтал открыть тебе глаза на жизнь, чтобы ты увидела, как прекрасен мир за пределами того, в котором без надежд и мечтаний вырастила тебя мать. Она заставляла тебя жить ради ее собственных прихотей и радостей, держала подальше от реальной жизни, не желая, чтобы ты взрослела. Эми, ты жила для нее. Она не имела на это права.
        Эмили вырвалась из его крепких рук.
        - Нет, - вскрикнула она, - не смей осуждать мою мать!
        Фабиан бросил на нее укоризненный взгляд.
        Эмили сжала кулаки так сильно, что ногти впились в ладони.
        - Моя мать сделала многое для меня, - продолжила она, стараясь говорить спокойнее. - Просто она оказалась жертвой собственной неудачной жизни.
        Глаза Фабиана стали злыми и холодными.
        - Она не имела права удерживать тебя. И запрещать делать то, чего ты хотела. Она манипулировала тобой!
        - Мама делала это, чтобы защитить меня.
        - Защитить? От меня?
        - От разочарования и необдуманных поступков.
        - А она что, была уверена, что ты разочаруешься? - Ярость и негодование вспыхнули в его глазах.
        Внутри у Эмили все сжалось от волнения и противоречивых чувств.
        - Жизнь не жаловала ее. Отец ушел, когда она была беременна мной, ты знаешь это. - Да, отец был неугомонным, непоседливым благодаря своей цыганской крови. Он играл на гитаре в маленькой труппе и разъезжал по западным штатам. Мать ездила с ним, пока не забеременела. А потом отец бросил ее. Эмили посмотрела в лицо собеседнику. - Однажды мама проснулась в мотеле совершенно одна. Она с трудом вспомнила, где находится. На тумбочке лежала десятидолларовая купюра и записка: «Не сердись, малышка, но мне с тобой скучно».
        - И Синди решила, что я так же поступлю с тобой? - холодно спросил Фабиан.
        Эмили попыталась оправдаться:
        - Мама дала мне самое лучшее. И в конце концов я приняла свое собственное решение.
        Он усмехнулся.
        - Ты приняла решение?
        - Да.
        - Но тогда почему ты не поехала в Африку вместе со мной?
        Эмили закрыла глаза, сопротивляясь потоку старых воспоминаний.
        - Я боялась, Фабиан.
        - Боялась чего? Ради бога, скажи чего. Ведь я же был с тобой.
        Сердце Эмили забилось так, будто сомнения и страхи прошлого вновь овладели ею.
        - Мне снились страшные сны, - дрожащим голосом проговорила она. - Я не понимала их значения. Страх затмил все, мучили предчувствия. - Их глаза встретились. - Но теперь я знаю, почему так произошло. Я поняла это позднее.
        - И что же ты поняла? - с ухмылкой спросил Фабиан.
        - А то, что мама нуждалась во мне. Не из-за материнского эгоизма, а потому, что она болела. - Эмили вздрогнула. - Я запуталась. Меня пугали многие вещи - жизнь в Африке, к примеру. Но это и все прочее было бы легко преодолимо, если бы я не чувствовала другой непонятный страх. Я часто думала об этом. И сейчас знаю, что это было. Предчувствие смерти моей матери.
        Фабиан молча изучал ее лицо, словно пытаясь поверить в искренность слов.
        - Скажи, если у тебя были такие проблемы после смерти матери, почему ты не дала мне знать?
        Эмили беспомощно покачала головой.
        - Все произошло так быстро, что я даже не имела представления, где искать тебя. Ты был так далеко. Африка казалась мне другой планетой. Ты ничего не мог сделать. Кроме того… - она сглотнула, - кроме того, я думала, что между нами все кончено.
        Ее сердце сжалось при воспоминании об их последней встрече.

«Я не люблю тебя! Не люблю!..»
        - Так, значит, ты вышла за Энди замуж, - припомнил Фабиан, - всего через несколько месяцев после нашей последней встречи. - Это прозвучало как обвинение в легкомыслии и неразборчивости.
        Эмили разозлилась.
        - Я вышла замуж потому, что он был добрым и отзывчивым. Потому, что просил меня об этом. - Она стиснула зубы, пытаясь унять нервную дрожь. - Мне было так плохо тогда, что я не видела другого выхода. На меня свалилось столько проблем. Я потеряла все: у меня не было денег, родных. Энди позаботился обо мне, он вытащил меня из этой беспросветной нужды.
        Эмили видела, как сосредоточенно слушал ее Фабиан. Она глубоко вздохнула.
        - Возможно, я была не права, но и судить меня за это нечего. Энди предложил рай юной, неопытной девчонке. И я не раскаиваюсь в своем решении. Муж любил меня. В нашем браке было все - и любовь, и счастье. - Эмили едва стояла, чувствуя сильную дрожь в коленях. Она ухватилась за высокую кожаную спинку компьютерного кресла. - Я не собираюсь лгать тебе! - отчаянно выпалила она.
        Лицо Фабиана ничего не выражало.
        - Я и не просил тебя лгать, - спокойно проговорил он.
        Ногти Эмили впились в мягкую кожу кресла.
        - Знаешь что, Фабиан, я не должна отчитываться о своем браке ни перед кем. Тем более перед тобой.
        Фабиан оставался непроницаемым.
        - Конечно, не должна.
        Повисла тягостная тишина. Эмили взглянула в холодное лицо мужчины. Лицо, которое могло быть полно любви и нежности. Лицо человека, которого она так безумно любила.
        И вновь волна тоски и сожаления захлестнула ее.
        - Я виновата в том, что мы друг друга не поняли, - хрипло произнесла Эмили. - Но не жалею, что осталась тогда здесь, с матерью. Я знаю, что причинила тебе боль. Извини, прожитую жизнь уже не переделаешь. Это звучит банально, но у меня нет других слов. Попробуй понять.
        Эмили и самой потребовалось немало времени, чтобы разобраться в своих чувствах. Лишь с годами пришло понимание того, что судьба не всегда дарит лишь радость и счастье.
        А теперь Фабиан вновь вторгся в ее жизнь, всколыхнул воспоминания, чувства, страсть.
        Эмили закусила губу и посмотрела в окно на голубое небо.
        - Это было так давно, - наконец сказал Фабиан с отсутствующим видом. Он вновь казался спокойным и холодным, словно и не было эмоциональной вспышки.
        - Да, - облегченно согласилась Эмили. Она не знала, что еще можно добавить к уже сказанному.
        Фабиан потер подбородок.
        - Ну, так что ты хотела мне показать?
        Эмили подошла к столу и подняла две рукописных страницы, довольная тем, что можно сменить предмет разговора.
        - Я не совсем знаю, что с этим делать.
        Фабиан стоял так близко, что по телу Эмили пробежала дрожь. В который раз всколыхнулись старые чувства, словно и не было двенадцати лет разлуки.
        Их руки слегка соприкоснулись, когда Эмили передавала бумаги. На мгновение она почувствовала сильное возбуждение, ее охватило желание близости. Хотелось, чтобы боль и обиды прошлого исчезли и все стало на свои места, вернув волшебство первой любви.
        Внезапно Эмили ощутила на себе взгляд Фабиана и увидела в его глазах отражение собственных чувств, услышала стук своего сердца. Глухие удары, казалось, заполнили тишину комнаты.
        - Я… не могу прочитать это. - Ее голос был похож на шепот. Эмили пыталась смотреть на страницу в руках Фабиана, но не могла оторвать взгляд от воспламеняющего огня его глаз.
        Бумага с шелестом упала на пол, и в этот момент их губы соприкоснулись. Эмили потянулась навстречу поцелую всем своим существом. Ее затягивал водоворот желаний, унося в небытие.
        Внезапно Фабиан отпустил ее и отошел на шаг, глядя на Эмили невидящими глазами. Она опустилась в кресло, чувствуя невероятную слабость. Ее била дрожь.
        Он хочет меня, испуганно подумала Эмили, боясь признаться себе, что чувствует то же самое. Она видела - Фабиан пытается сохранить самообладание.
        Он оглядел комнату и стиснул зубы. Его глаза приобрели темно-зеленый оттенок.
        - Пожалуй, я пойду. - Тон Фабиана был подчеркнуто резким.
        Эмили долго лежала в постели и не могла заснуть. Снова и снова она слышала голос Фабиана: «Я хотел показать тебе мир». Господи, самое трудное в жизни - принять решение!
        Да, он предлагал показать ей мир, а она отказалась. Незаметно для себя Эмили снова отдалась потоку воспоминаний, которые столько лет пыталась забыть…
        Двенадцать лет назад Эмили приехала к Фабиану на машине матери. Он обрушил на нее новости, едва она вошла. Молодой врач был очень возбужден и радостно размахивал письмом.
        - Я получил его! Получил! - выкрикивал он, крепко обнимая Эмили. - Как раз то, что я хотел, и быстрее, чем думал. Они ждут меня в Африке - Всемирная организация здравоохранения. Это просто великолепно!
        Сердце Эмили тревожно забилось.
        - Когда ты уезжаешь? - услышала она странный звук своего голоса, чувствуя в душе холод и отчаяние. - Все так неожиданно, так быстро.
        Фабиан смотрел на нее широко раскрытыми глазами. Потом взял ее руки в свои.
        - О, Эми, я не оставлю тебя! Мы поедем вместе и поженимся, как только устроимся!
        Эмили молча смотрела на него. Она и не надеялась на свадьбу, на прочность их отношений. «Где твои мозги? Что может хотеть доктор от такой девчонки, как ты?» - вспомнила она слова матери.
        Замужество… Африка… Этот континент казался таким же далеким, как и Луна. Она никогда не выезжала из Калифорнии, не была даже в соседней знойной Неваде.
        Эмили была в шоке и не могла ни о чем думать. Так много всего навалилось на нее сразу.
        С лица Фабиана не сходила улыбка.
        - Отбрось свои сомнения и страхи, - заговорил он. - Нас ждет великолепное путешествие. По дороге мы посетим Европу. Это будет наш медовый месяц. Я покажу тебе Париж, Рим и Африку. Я покажу тебе весь мир.
        Медовый месяц. Европа. Эмили судорожно сглотнула, чувствуя головокружение. Она заметила, как улыбка исчезла с лица Фабиана. Он нахмурился и казался обеспокоенным. Потом погладил Эмили по волосам.
        - С тобой все в порядке?
        - Я даже не знаю, что и сказать, - прошептала девушка. - Я не ожидала этого.
        - Но ты же знала, что я в конце концов поеду работать за границу.
        - Я не думала, что это произойдет так быстро. Я просто… пыталась не думать об этом.
        Размышляя о своих отношениях с Фабианом, Эмили всегда полагала, что он уедет, а она останется. Она не была готова к этой поездке и потому отметала от себя подобные мысли. А теперь он просит ее выйти за него замуж и уехать вместе с ним в Африку.
        Фабиан крепко обнял ее.
        - Я люблю тебя, Эми, - хрипло проговорил он и нежно поцеловал в ухо. - Ты - самое прекрасное, что было в моей жизни. Ты же знаешь это, правда?
        - Я не знаю, как нам быть, - прошептала она. - Не понимаю, что ты нашел во мне?
        Фабиан с нежностью заглянул ей в глаза.
        - Тысячу разных вещей: любовь и доброту, великодушие и бескорыстность, удивительную силу духа и стойкость. Ты замечательная. Ты особенная. В тебе нет ничего неискреннего. Твоя душа раскрыта, все в тебе на виду. - Поглаживая ее по волосам, Фабиан продолжил: - Ты заставляешь меня улыбаться, чувствовать себя любимым. Впервые в жизни я ощущаю себя с женщиной самим собой. И впервые знаю, что меня любит человек, для которого я личность, а не просто преуспевающий врач или член богатой семьи. Рядом с тобой я чувствую покой и много радости.
        - Я совсем запуталась, - прошептала Эмили.
        - Я тебя распутаю, - засмеялся он и поцеловал ее.
        Прошло два дня, прежде чем Эмили набралась смелости рассказать все матери.
        - Фабиан хочет, чтобы я вышла за него замуж, - сказала она, моя тарелки в раковине, полной пены, и не решаясь смотреть в глаза матери.
        - Он сделал тебе предложение?
        - Да.
        - И сколько «но» было высказано?
        Эмили посмотрела на мать и нахмурилась.
        - Что ты имеешь в виду?
        - Он хочет на тебе жениться, но ты чересчур юна для него. Но ты не подойдешь его семье. Но ты не слишком образованна. Но сейчас не совсем подходящее время для этого. Но…
        - Перестань, мама! - разозлившись, выкрикнула Эмили.
        - Ты не должна кричать на меня, - спокойно проговорила мать. - Всегда ведь бывают какие-нибудь причины, ты же знаешь, не так ли?
        У Фабиана не было никаких «но», кроме одного, и Эмили не собиралась скрывать это от матери.
        - Он хочет жениться на мне, но мы должны уехать с ним в Африку.
        Наступила тишина. Взгляд Эмили по-прежнему был прикован к мыльным пузырям. Вдруг до нее донесся смех матери. Очень недобрый смех.
        - О, Эми. Ты же не можешь быть такой наивной.
        Эмили с такой силой опустила тарелку в раковину, что та треснула.
        - С чего ты взяла, что я наивна?! - В голосе Эмили послышалась едва сдерживаемая ярость.
        - Милая, он собирается в Африку. И хочет взять с собой женщину. Для комфорта и собственного удобства. Как ты думаешь, сколько женщин из его круга смогли бы пойти на это?
        Эмили молча наблюдала, как из ее большого пальца струится кровь. Она ничего не видела, кроме крови, и до боли сжала зубы.
        Странные дни. Восторг и уныние, радость и злость, надежда и страх. Эмили совсем запуталась. Она не спала по ночам, а если и спала, то во сне ей виделись кошмары, а в темноте - странные образы.
        Я люблю его. Он хочет на мне жениться. Но как же мама? Сердце девушки начинало бешено биться, и паника вновь и вновь охватывала ее. Ведь мама останется совсем одна.
        Африка… Эмили сковывал страх, и она сжимала руки. Незнакомые люди, незнакомый язык. Где они будут жить? Что будут есть? Она даже никогда не летала на самолете.

6

        Эмили проснулась в холодном поту, услышав плач Клары и голос няни. Она тряхнула головой, словно пытаясь развеять туман, в котором находились ее мысли. Комната была наполнена ярким солнечным светом, а через открытое окно доносилось пение птиц.
        Новый день. Чудесный день, полный надежд. Эмили улыбнулась и спустила ноги с кровати. Прошлое есть прошлое. Нельзя позволить, чтобы оно влияло на настоящее.
        Телефон зазвонил в одиннадцать, когда Эмили работала за компьютером. Это была девушка из социальной службы, которая радостным тоном сообщила, что родители Клары на следующий день выписываются из больницы, раньше, чем ожидалось. Она сказала, что семья въедет в маленькую квартиру на побережье, где у них будет работа в кемпинге курортного местечка. Не будет ли Эмили возражать, если Клара проведет у нее еще несколько дней, пока родители не устроятся на новом месте? Они, конечно, горят желанием поскорее забрать дочь, но лучше подождать до четверга.
        Сердце Эмили сжалось. Четверг. В четверг Клару увезут. Три дня. Три дня.
        Она сидела, предаваясь своим невеселым мыслям и невидящим взглядом уставившись на монитор, но через какое-то время все-таки заставила себя вернуться к работе, которую ей удалось закончить днем.
        Вынув последний лист перевода из принтера, она позвонила Фабиану.
        - Я все сделала. Мы с Кларой едем на пляж и по дороге могли бы заехать к тебе и завезти готовый текст.
        Через полчаса Эмили с девочкой уже подъезжала к дому Фабиана. С Кларой на руках и сделанной работой под мышкой она направилась к двери. Толкнув ее ногой, она прошла в гостиную, где увидела Фабиана, сидящего на диване за работой. На нем были белые шорты и голубая футболка. Он поднял голову, когда услышал шаги, и поприветствовал гостью.
        - Привет. Извини, что отвлекла тебя, - сказала она, прошла к журнальному столику и положила на него привезенную папку.
        Фабиан встал, потирая шею и потягиваясь.
        - В любом случае мне нужно передохнуть. - Он посмотрел на папку с материалами, потом на Эмили. - Спасибо, что нашла для меня время. Работа непростая, я знаю.
        - Нет проблем, - с милой улыбкой проговорила она.
        - Ты уверена, что не хочешь получить за это деньги?
        - Обойдусь, - небрежно бросила Эмили. Внутри у нее все закипало. Трудно было не думать о том, что произошло прошлым вечером.
        Они смотрели друг на друга, чувствуя напряженность, возникшую между ними, и оба вспоминали о том безумном поцелуе.
        Хорошо, что у меня на руках ребенок, подумала Эмили.
        Фабиан подошел ближе, и ее сердце забилось быстрее. Он взял девочку, слегка приподнял ее и стал корчить забавные рожицы. Клара тут же довольно заулыбалась. В последнее время малышка смеялась все чаще, словно у нее появилось для этого больше сил.
        - Она хорошо выглядит, - сказал Фабиан.
        - Да. - Голос Эмили дрогнул.
        - Что-то случилось?
        Комок застрял у нее в горле.
        - Сегодня звонили из социальной службы. В четверг Клара возвращается к родителям. - Эмили тяжело вздохнула. - Я не думала, что это произойдет так быстро.
        Она забрала девочку, но та стала сопротивляться, и Эмили опустила ее на диван. Малышка одарила их улыбкой.
        - С ней все будет в порядке, Эми, - спокойно проговорил Фабиан.
        - Я знаю. Родители любят ее и не могут дождаться, когда окажутся вместе с дочерью. - Эмили выдавила из себя жалкую улыбку. - Я знала, что так все и произойдет. Это к лучшему, но мне будет скучно без малышки. Я немного привязалась к ней.
        Фабиан поднял на нее глаза и ухмыльнулся.
        - Немного привязалась? Значит, так ты это называешь?
        В полной тишине Эмили посмотрела на него и потянулась за Кларой, которая пыталась сползти с дивана.
        - Иди и работай. Мы собираемся на пляж.
        - Ты не будешь возражать, если я поеду с вами?
        - Конечно нет, - непринужденно ответила Эмили и, не удержавшись, с ехидцей добавила: - Ребенок будет рад твоему обществу.
        Глаза Фабиана потускнели.
        - А ты… будешь рада?
        - Я не стану возражать. По крайней мере, будет с кем поболтать и расшевелить мозги. Ведь маленькие дети почему-то неразговорчивы, ты заметил?
        Фабиан долго молча смотрел на Эмили, и она прикусила губу, стараясь сдержать улыбку.
        - Ты напрашиваешься на неприятности, - мягким голосом проговорил он. - Ты знаешь об этом?
        Она уставилась на него невинными глазами.
        - Я сказала что-то не то?
        Фабиан не выдержал поединка и отвел взгляд.
        - Отправляйтесь-ка на пляж! - скомандовал он. - Я буду там немного позже.
        - Да, сэр, - широко улыбнулась Эмили.
        Через четверть часа они уже были на пляже, где Эмили немного поиграла с Кларой, потом напоила ее соком. Малышка мало спала после обеда и казалась сонной, поэтому Эмили уложила ее в коляску. Большой козырек закрывал ребенка от солнца.
        Эмили стянула с себя шорты и рубашку, надетые поверх бикини, и намазалась кремом для загара.
        Вскоре она заметила Фабиана, который шел к ней вдоль кромки прибоя. На нем были лишь маленькие черные плавки, а через плечо висело большое цветное полотенце. Он был смугл от загара, отлично сложен. От него веяло мужественностью.
        Во рту у Эмили пересохло. Внезапно она заволновалась: на ней лишь нескромное бикини, тело почти открыто. За последние двенадцать лет Эмили стала более женственной, а ее формы округлыми. Каждая клеточка ее тела напряглась, когда красавец-мужчина подошел и, бросив полотенце, сел рядом.
        - У тебя хороший загар. - Он оглядел ее и бросил взгляд на детскую коляску. - Кажется, девочка устала.
        - Она мало спала.
        - Ну что ж, пойду поплаваю, - проговорил он и направился к воде.
        Эмили наблюдала за ним, сопротивляясь желанию броситься вслед. Она отвела взгляд, достала из сумки проспекты с фотографиями домов, выставленных на продажу, и заставила себя сосредоточиться.
        Казалось, прошла целая вечность, прежде чем Фабиан вылез на берег. Он стал вытираться ярким пляжным полотенцем, и Эмили, отвернувшись от соблазнительно красивой фигуры, уставилась в проспекты, чувствуя предательскую реакцию своего тела.
        Фабиан опустился на песок и обхватил руками колени.
        - Работаешь? - спросил он, глядя на бумаги в ее руках.
        - Нет. Ищу себе новый дом. - Она убрала с лица прядь волос. - Здесь фотографии коттеджей, выставленных на продажу. Я хочу что-нибудь небольшое и уютное.
        Он удивленно приподнял бровь.
        - Сначала машина, теперь дом. - Фабиан нахмурился, внимательно изучая лицо собеседницы. - Скажи, тебе что, нужны деньги?
        - Деньги? - Эмили засмеялась и покачала головой. - О нет, я продаю дом не поэтому. - Энди оставил ее хорошо обеспеченной до конца жизни. К тому же у нее была своя работа и акции, по которым поступали проценты.
        - Тогда почему ты продаешь дом?
        - Он слишком большой, слишком… шикарный. Я больше не чувствую себя в нем комфортно.
        - Почему?
        Эмили пожала плечами.
        - Я чужая в этом доме.
        - Чужая после двенадцати лет жизни в нем? Значит, ты по-прежнему страдаешь от ощущения, что идешь не по тому пути?
        Эмили улыбнулась, вспомнив слова Фабиана: «Неважно, откуда ты! - не раз говорил он ей. - Главное, куда направляешься!»
        Она покачала головой.
        - Нет, не в этом дело.
        - Тогда почему?
        Неловкая пауза. Потом Эмили заговорила:
        - Энди спроектировал и построил этот дом для нас двоих. - Она горько усмехнулась и развела руками. - А в итоге я одна, без детей. Что мне делать в этом большом пустом доме?
        Эмили не хотела, чтобы Фабиан жалел ее. Она смахнула волосы с лица и уставилась в лазурную даль, пытаясь отвлечься от грустных мыслей.
        - Почему у тебя нет детей, Эми? - тихо спросил он.
        Ее сердце учащенно забилось.
        - Так получилось.
        - В прошлый раз ты сказала то же самое. Но почему? Вы с мужем ходили к врачу?
        Эмили набрала горсть песка и опустила глаза.
        - Я ходила. - Она рассеянно смотрела, как песок просачивается между пальцев, и старалась оставаться спокойной. - Врачи не нашли ни одной причины, по которой я не могу иметь детей.
        - А твой муж ходил к врачу?
        - Нет. - Подняв голову, Эмили наблюдала, как на небе облака собираются вокруг солнца, и казалось, будто темные тучи застилают ее сознание. - Только не спрашивай, почему он этого не сделал. Я и сама не знаю.
        Эмили чувствовала себя так, словно она изменила Энди, человеку, который был добрым, любящим, внимательным. Который дал ей дом, возможность окончить колледж и стать учителем. Который выслушивал, когда ей нужно было выговориться, помогал, когда она нуждалась в помощи. Благодаря ему она обрела уверенность в себе.
        О господи, горестно подумала Эмили. Почему я не скучаю по нему, так мало думаю о нем? Почему я чувствую себя такой виноватой?
        Эмили знала почему…
        Они недолго оставались на пляже. Каждый был полон смутных мыслей и проснувшихся чувств. Поднялся ветер, казалось скоро пойдет дождь. Фабиан помог собрать вещи и отнес их в машину. Он больше не спрашивал об Энди. В этом не было нужды, благо у него хватило такта не затрагивать вопрос о здоровье и врачах.
        Следующие несколько дней прошли как в тумане. Наступил четверг. Эмили сложила вещи Клары в две разноцветные плетеные сумки и в большую коробку. Девочка приехала к ней почти ни с чем, а уезжала с кучей одежды и игрушек, подаренных друзьями Эмили. Малышка возвращалась к своим родителям, которые любили ее и наконец дождались дня, когда вся семья будет в сборе. И вот этот счастливый день наступил. Эмили не могла себя сдерживать и безучастно лежать. Она хотела ответить. Ее губы жаждали поцелуев, слияния тел, и она выгнулась ему навстречу. Все это было похоже на сон - медленное чувственное удовольствие с исступленно-восторженным погружением в нирвану.
        Эмили все острее чувствовала страшное одиночество. Конечно, она знала, что Клара лишь недолго поживет у нее, но была уверена, что переживет расставание.
        - Я могу перенести это! - яростно воскликнула Эмили. - Я люблю ее, потому что должна была полюбить. Конечно, я буду скучать по ней. Это вполне нормально. Так и должно быть.
        В офисе социальной службы сотрудница взглянула на Эмили и похлопала ее по плечу.
        - Это тяжело для вас? - мягко спросила она.
        - Да, но все к лучшему. Я знаю. - Голос Эмили звучал хрипло.
        Женщина кивнула.
        - Мне отвезти ее к родителям или вы сами хотите это сделать?
        - Я сама отвезу ее. Мне станет немного легче.
        Мать заплакала, когда взяла Клару на руки. Она посмотрела на Эмили и улыбнулась.
        - Мы всегда будем молиться за вас, - сказала она по-испански. - Вы ангел, посланный нам с небес.
        Эмили боролась со слезами, которые жгли глаза. Взяв себя в руки, она одарила родителей девочки улыбкой, пожелала им всяческого благополучия и сказала, что для нее было радостью и честью заботиться об их прелестной малышке.
        Уже в машине Эмили не смогла сдержать слезы. Она привычно вела «мазду» домой. Тоскливые мысли роились у нее в голове.
        Я не смогла бы сделать это снова. Не смогла бы заботиться о ребенке, любить его, а потом отдать. Это слишком тяжело. Я не сделаю этого вновь.
        Фабиан ожидал ее у двери на ступеньках. Он крепко обнял Эмили, не сказав ни слова.
        Она закрыла глаза, чувствуя себя увереннее в его объятиях. Эмили была благодарна ему за молчание. За то, что он не стал говорить, что Клара принадлежит своим родителям, что рано или поздно это должно было произойти, что будут и другие дети, которые смогут заменить девочку. Фабиан прекрасно все понимал, ведь он провел жизнь, заботясь о детях. Для него каждый ребенок был особенным и неповторимым.
        Его объятия утешали. Он гладил ее по волосам, унимая боль. Фабиан был сильным и надежным, а его прикосновения - нежными. Эмили таяла в его руках, наслаждаясь теплом мужского тела и спокойным, ровным биением сердца.
        Она успокоилась и нехотя отступила от него.
        - Спасибо, что приехал, - хрипло проговорила она.
        Они вошли в дом. Какая-то сила заставила Эмили подняться в детскую комнату. Пустая, она выглядела сиротливо.
        Здесь по-прежнему витал сладкий детский запах, который говорил о недавнем присутствии малышки. Надолго ли останется здесь этот дух? - подумала Эмили. Нет, не хватит у нее храбрости когда-нибудь взять другого ребенка, заботиться о нем, любить всем сердцем, а потом отдать.
        Она стояла посреди комнаты, вновь чувствуя подступающие к глазам жгучие слезы. Она глубоко вздохнула и заставила себя успокоиться.
        - Я могла бы быть хорошей матерью, - хрипло пробормотала она. - Я знаю это.
        Фабиан улыбнулся.
        - Да, ты права, Клара заставила меня осознать это, - сказал он. - У тебя талант. Самый главный талант, какой может быть у женщины.
        Эмили пыталась сохранить самообладание.
        - Прости, что я оказалась такой сентиментальной дурой, но со мной все будет в порядке. Скоро начнутся занятия в школе, и у меня не останется времени для грусти.
        Фабиан обхватил руками ее лицо и поцеловал. Это был нежный, любящий поцелуй, от которого по всему ее телу разлилось тепло.
        Он взял Эмили под руку.
        - А теперь мы едем кататься по побережью. Потом поужинаем.
        Проехавшись по прибрежному шоссе, они нашли маленький уютный ресторанчик и прекрасно поужинали, наблюдая, как садится солнце.
        После этого мужчина и женщина долго бродили по заброшенному пляжу, взявшись за руки. Ее босые ноги ощущали все еще теплый от солнца песок. Эмили чувствовала себя полностью умиротворенной, слушая плеск волн и наблюдая, как на темном небе зажигаются звезды. Они сели, прислонившись спинами к нагретым за день камням утеса.
        Фабиан обнял Эмили, и она положила голову ему на плечо - это было так естественно.
        Вдохнув солоноватый воздух, она тихо проговорила:
        - Как хорошо здесь ночью.
        - Да. Мне нравится ночной пляж. Я всегда скучаю по нему, когда уезжаю отсюда.
        Тишина. Они вдвоем в темноте. Негромкие всплески океанских волн. Эмили закрыла глаза, чувствуя, как тревожное тепло охватывает ее. Ведь рядом такой дорогой для нее человек.
        Она так сильно хотела его. Так сильно.
        Фабиан слегка отодвинулся и поднял ее лицо. Его губы сначала были нежными, потом с возрастающей страстью его язык коснулся ее языка. Эмили словно обожгло. Дыхание участилось, и она беспомощно прислонилась к нему. Его рука ласкала ее грудь.
        - Я хочу тебя, - хрипло пробормотал Фабиан. - О господи, я так сильно хочу вновь ощущать тебя, прикасаться к тебе. А ты?
        - Я тоже, - прошептала Эмили.
        - Пойдем ко мне.
        - Давай… просто останемся здесь. - Было трудно говорить, трудно дышать.
        Эмили почувствовала, как он улыбается.
        - Животному, которое проснулось во мне, ничего, кроме этого, не нужно, - мягко сказал он. - Но это будет безответственно.
        Мысли и слова кружились в голове Эмили.
        Фабиан нежно поцеловал ее, взял за руку, вскочил на ноги и потянул за собой. Эмили уткнулась лицом в его теплую шею, прижалась к нему, ощущая твердую плоть, которая заставляла ее изнемогать от желания.
        Она слышала плеск волн - первобытный ритм, старый, как бег времени. Чувствовала, как рука Фабиана крепко сжала ее руку.
        - Пойдем, - сказал он.
        Эмили понятия не имела, как они добрались до дома Фабиана, и не воспринимала ничего, кроме близости дорогого и так нужного ей сейчас человека. Словно она находилась в другом измерении, где чувства были единственной реальностью.
        В спальне Фабиан мгновенно снял с нее всю одежду, целуя и лаская Эмили, отчего она затрепетала. Было просто божественно ощущать его руки и губы, требовательно ласкающие самые чувствительные места.
        Фабиан скинул с себя одежду, и они утонули в блаженном тепле широкой постели. Дыхание их было тяжелым и прерывистым от извечного зова плоти. Эмили целовала тело любимого мужчины - каждый дюйм его упругой смуглой кожи, стонала от невыносимого желания, сжигавшего ее, и уже не сдерживала себя.
        Она и раньше представляла в своих мечтах, как снова займется любовью с Фабианом, как это будет чудесно. Но ничто не могло сравниться с реальностью наступившего момента. Море чувств переполняло ее. Эмили никогда не знала такого голода и такого сладкого блаженства. В краткие мгновения проблесков сознания она понимала свое безумство.
        Но вот в какое-то мгновение Эмили очнулась. Я словно сумасшедшая, подумала она, не узнавая себя. Волна страха и смущения нахлынула на нее.
        - Что случилось? - Фабиан поднял голову.
        Эмили видела его глаза в сумрачном свете луны. Она перевела дыхание.
        - Я… ничего. Я просто боюсь себя.
        Он нежно улыбнулся.
        - Но ты же не боишься меня? Я люблю дикую откровенную страсть. - Фабиан прикоснулся губами к ее соску, дразня его и лаская. - Но должен признать, что не помню тебя такой. Твоя раскованность очень возбуждает.
        - Ты смущаешь меня.
        - Что во всем этом может смутить взрослую женщину? - нежно прозвучал его голос. - Это волшебство. Блаженство - смотреть на твое обнаженное тело, твои плавные движения, видеть желание в тебе, прикасаться к тебе и пробовать на вкус, да просто чувствовать тебя рядом с собой. - Фабиан едва слышно простонал, коснувшись ее губ. - Я схожу с ума от страсти.
        Эмили понимала это. Его слова вновь взяли верх над разумом. Глаза и губы Фабиана разослали сотни блаженных импульсов по ее телу, и она вновь потеряла ощущение реальности.
        Эмили пылко отвечала на его поцелуи, блуждая руками по телу Фабиана. Она полностью подчинилась невыносимому, страстному желанию. Ее тело выгнулось, олицетворяя собой саму женственность и чувственность, ведь губы и руки Фабиана вытворяли нечто безумное с ней.
        Эмили погрузилась в сладкую истому. Они целовались горячо и страстно, слившись в объятиях. Два любящих сердца вновь обрели друг друга.
        Тело Эмили реагировало на первородные инстинкты и двигалось в танце страсти. Она выгибалась навстречу Фабиану, желая его все больше и больше. Ей хотелось навсегда запомнить вкус его тела, звук учащенного дыхания, ощущение его плоти глубоко внутри себя.
        Фабиан со стоном прошептал ее имя, теряя контроль над собой. И Эмили охватило блаженство.
        Их тела двигались в унисон, слившись в единое целое, пока безумие не достигло наивысшей точки, подарив их телам и душам наивысшее наслаждение.
        Изнуренные, они лежали в постели в тесных объятиях. Эмили была во власти этого волшебства. Ее переполняли чувства любви и нежности, радости и благодарности. Что-то словно расцвело в ней, излучая манящий яркий свет.
        Она лежала, блаженно вытянувшись, чувствуя невероятную усталость. Фабиан погладил ее по волосам, медленно и нежно. И она ответила ему поцелуем…
        Проснулась Эмили от ощущения его рук. Она прижалась к Фабиану, и вновь возродившееся желание согрело ее. Через открытое окно до них доносилось пение птиц и звуки моря. Солнечный свет заливал комнату. Легкий бриз колыхал шторы, и Эмили вдыхала солоноватый океанский воздух, смешанный с запахом сосны.
        - Ты во многом изменилась, - ласково произнес Фабиан. - Но ты по-прежнему такая же великодушная, любящая и бескорыстная. Я рад этому. Ты особенная женщина. Ты знаешь об этом?
        Эмили улыбнулась.
        - Ты уже говорил мне это давным-давно. Я не поняла этих слов тогда, но мне было очень приятно.
        - Мне нравится доставлять тебе удовольствие. К тому же это очень легко сделать. Ты вся словно расцветаешь.
        - Мне нравится, когда ты говоришь такие приятные вещи.
        Фабиан нежно поцеловал ее, лаская ладонями упругие соски женской груди.
        - Думаю, я был очень… жадным ночью.
        Эмили улыбнулась.
        - А сейчас я хотел бы предложить тебе большее.
        Она закрыла глаза.
        - Мм… Я жду.
        Легкие поцелуи на ее закрытых веках, на висках, щеках. Язык Фабиана требовательно и ласково раздвинул ее губы и проник вглубь. Его руки дарили неземное наслаждение, находя самые чувствительные и укромные местечки на ее теле. Эмили чувствовала себя блаженно ленивой, еще сонной. И… немножко виноватой. Она начала гладить тело Фабиана, но тот нежно отвел ее руки в сторону.
        - Просто расслабься, - пробормотал он. - Это специально для тебя. Наслаждайся.
        Две недели пролетели словно сон, в котором они жадно наслаждались друг другом. На ночь Эмили оставалась в доме Фабиана, делила с ним постель, готовила ужин и завтрак. По утрам, когда он садился за работу, она ехала домой, поливала цветы, готовилась к новому учебному году в школе. А потом ездила в поисках домика, который хотела купить. Единственно, чего Эмили не хватала, так это Клары - тепла ее хрупкого тельца в своих объятиях, умных глазок и детского щебетания. Присутствие и внимание Фабиана помогали ей справиться с тоской. Печаль сменялась радостными надеждами. Эмили не хотела думать о том, что будет дальше.
        Она любила Фабиана, и надежда укреплялась в ней. Хрупкая надежда, окруженная тучами. Так много туч…
        Шесть месяцев назад Эмили набралась храбрости и отдала одежду Энди в фонд неимущих. Но до вещей, связанных с его работой, она так и не дошла, потому что понятия не имела, что с ними делать: кульман, проекты, чертежные столы, технические книги, красочные альбомы по искусству. Теперь, поскольку она собиралась переезжать в другой дом, пора было разобраться со всеми этими вещами. Эмили села на диван и разложила одно из писем на коленях. Прочитав всего несколько строк мокрыми от слез глазами, она поняла, что это любовное письмо.
        На помощь пришел Мартин, который предложил кое-что из вещей Энди отдать студентам в университет. Он все устроил так, чтобы столы для чертежей, кульман, прибор для копирования и другое оборудование вывезли и продали. В субботу Мартин приехал вместе с архитектором, коллегой Энди, который помог рассортировать бумаги. Это оказалось нескончаемой скучной работой, и Эмили была благодарна Мартину за помощь. Ближе к вечеру мужчины уехали, оставив неразобранными лишь пару ящиков письменного стола.
        Эмили была на кухне, когда зазвонил телефон.
        - Как идут дела? - спросил Фабиан.
        Ее сердце подпрыгнуло от радости при звуке любимого голоса.
        - Мы почти закончили. Кабинет Энди так странно опустел.
        - Как насчет ужина?
        - С удовольствием. В каком-нибудь шумном, веселом месте.
        Последовала короткая пауза.
        - С тобой все в порядке?
        - Конечно. Я просто очень устала. И если мы поедем в тихий элитный ресторан, то я просто засну над тарелкой с самой изысканной едой.
        - Я не хочу, чтобы ты засыпала в ресторане. Лучше заснешь в моих объятиях. Но только после того, как я сделаю с тобой все, что захочу.
        Эмили игриво вздохнула.
        - Ты так много хочешь, Фабиан?
        - Но тебе же нравится, - самоуверенно проговорил он.
        - Ну что ж, я попытаюсь, - засмеялась она. - Но это не так уж легко.
        - Ты - маленькая лгунья, это всегда легко. Это всегда очень и очень легко. По правде сказать, ты очень сексуальная женщина…
        - Не смущай меня.
        Фабиан громко рассмеялся.
        - Ты сама на это напросилась, дорогая.
        - Ты за это заплатишь. Обвинение в сексуальности не пройдет для тебя безнаказанно.
        - Жду с нетерпением наказания.
        - Жди-жди. Сначала я должна все закончить.
        - Я нахожу утомительным этот разговор по телефону.
        - Почему?
        - Потому что я не могу тебя просто поцеловать, обнять, снять с тебя одежду и прикоснуться к твоему обнаженному телу. Я не могу… - Фабиан вздохнул. - Продолжать?
        Эмили прикусила губу.
        - Да, молю тебя, продолжай.
        - И все-таки я подожду, - ответил он, отгоняя чувственные видения.
        - Какое воспаленное воображение! - усмехнулась Эмили.
        - До скорого, - сказал Фабиан.
        Она с улыбкой повесила трубку. Если она поторопится, то до ужина сможет принять душ и привести себя в порядок.
        В письменном столе лежали коробки с карандашами, рейсфедеры и другие чертежные принадлежности. В глубине одного из ящиков Эмили нашла красивую шкатулку. Крышка была сделана из дерева разных пород - от светлого до темно-красного и черного цветов. Это было очень изысканно. Эмили никогда прежде не видела эту шкатулку и попыталась открыть ее. Но оказалось, что в ней был внутренний замочек. Она огляделась в поисках ключа и нахмурилась. Днем Эмили видела крошечный ключик в переднем ящике стола, среди груды скрепок, карандашей и монет. Она выбросила этот ключик. Эмили задумалась, глядя на шкатулку. У нее было странное предчувствие. Что-то там есть. Но что? Почему она раньше никогда не видела ее?
        Энди вовсе не был скрытным человеком и никогда ничего не прятал от нее.
        Можно, конечно, открыть шкатулку, взломав замочек, но что-то подсказывало Эмили, что делать это не стоит. Необходимо найти ключ. Днем она свалила все содержимое переднего ящика стола вместе со старой деловой корреспонденцией, архитектурными журналами и другой макулатурой в большой бумажный мешок. Значит, искать надо в нем.
        Сбежав по ступенькам, Эмили поставила шкатулку на журнальный столик и пошла на задний дворик, куда Мартин уже успел отнести мешок. Она притащила его в гостиную, высыпав содержимое на паркет, и присела. Сердце забилось, будто она выполняла какую-то тяжелую работу.
        Дрожащими руками Эмили начала искать в бесформенной куче маленький ключик.
        Ты поступаешь как ненормальная, грустно подсмеивалась она над собой. Ну, откроешь эту шкатулку и обнаружишь какую-нибудь мелочь, памятную со школьных времен. А может быть, какой-нибудь секретный документ или старинную монету, которая стоит целое состояние?
        Наконец ей удалось найти ключ. Эмили держала его в руках, замирая от нетерпения. Только бы он подошел к замку. Она потянулась и взяла шкатулку, пытаясь вставить в нее ключ. Руки так сильно дрожали, что ей никак не удавалось попасть в замочную скважину. После нескольких попыток сделать это удалось.
        Подняв крышку, Эмили увидела фотографию и внутри у нее все перевернулось. Энди и красивая молодая женщина, щека к щеке, улыбались.
        Фотографии. Ее сердце мучительно сжалось, когда она достала их, а на дне коробочки обнаружила письма. Здесь была целая пачка конвертов, перетянутых резинкой.
        Эмили поспешно просмотрела снимки: на нескольких была только светловолосая женщина - крупным планом. Ее зеленые глаза светились счастьем. На других фотографиях они вдвоем с Энди сидели под деревом, обняв друг друга, стояли у костра улыбаясь. На одном снимке они были запечатлены крупным планом, щека к щеке. Энди выглядел молодым и счастливым. Невероятно счастливым. Эмили с отчаянием подумала, что никогда за десять лет супружества не видела его таким влюбленным и радостным.
        Она задрожала от ярости и обиды, и фотографии выпали из рук. Взяв пачку писем, она потянула резинку, и та лопнула от одного прикосновения.

7

«Я всегда буду любить тебя. Миранда».
        Миранда.
        Эмили никогда раньше не слышала этого имени и не видела блондинку, изображенную на фотографии.
        Не отдавая отчета в своих действиях, Эмили потянулась к телефону на журнальном столике. В полном смятении она набрала номер Мартина.
        Он взял трубку после второго гудка.
        - Мартин, расскажи мне о Миранде.
        Молчание. Она чувствовала, что Мартин удивлен.
        - Как ты узнала о ней? - наконец спросил он.
        - Я нашла фотографии и любовные письма в столе Энди. Кто она?
        - Она… они собирались пожениться. - В его голосе слышалось волнение.
        - Что же им помешало? - Эмили удивилась спокойствию своего голоса.
        - Она погибла. Несчастный случай в горах. - Голос Мартина звучал так, будто слова давались ему с большим трудом. - Это… это случилось за неделю до свадьбы.
        Эмили вздрогнула и закрыла глаза.
        - И когда это было?
        - Эми, - заволновался он, - я сейчас приеду, и мы сможем поговорить об этом.
        - Нет. - Собственный голос казался Эмили чужим. - Просто ответь на вопрос. Когда они собирались пожениться? Прошу тебя, скажи мне.
        - За пару месяцев до того, как он познакомился с тобой. - В голосе Мартина слышалось явное замешательство. Он знал, что должны были значить для Эмили его слова.
        - Понятно, - со странным спокойствием в голосе прореагировала она.
        - Эми, ты же знаешь, Энди любил тебя.
        - Да, знаю. - Она повесила трубку и подняла с пола фотографию Энди и Миранды. Лица обоих озаряла любовь.
        Ты любил меня, сказала беззвучно Эмили, но никогда не любил так сильно, как ее.
        Она сидела со снимком в руке, слезы лились по щекам. Горькое чувство какой-то несправедливости переполняло ее.
        О, Энди, почему ты ничего не сказал мне?
        Эмили не знала, сколько еще сидела с рассыпанными на полу письмами и фотографией в руке. У нее не было сил двигаться. Печальные мысли не оставляли ее - мысли о своей судьбе, об Энди, о Миранде.
        Даже услышав шаги на каменной террасе, она по-прежнему не могла пошевелиться.
        - Эми? Господи, что ты делаешь? А это все можно выбрасывать?
        С трудом подняв голову, Эмили посмотрела на Фабиана.
        - Боже мой, - прошептал он. - Ты плачешь.
        Фабиан присел на корточки рядом с ней, разглядывая фотографии и письма. Поднял один снимок и внимательно посмотрел на него. Потом взял раскрытое письмо, мельком заглянул в него и бросил, словно обжегшись.
        - Так-так, - проговорил Фабиан с напряжением. - Похоже, твой муженек сам себе оказал медвежью услугу.
        - Замолчи! - выпалила она, смахивая слезы с влажного лица. - Замолчи, Фабиан!
        Его лицо показалось Эмили чужим. Он словно хотел поиздеваться над ней.
        - Ну что, не слишком приятно обнаружить, что мужчина тебе неверен?
        Ее испугала собственная ярость.
        - Он был верен мне! И он не оказывал себе медвежьей услуги! Энди был идеальным мужем! - Ее не волновало, что она могла обидеть Фабиана. - Ты ничего не знаешь о нем, ничего!
        - Я знаю достаточно. - Его глаза из-за расширившихся зрачков казались черными. - Ты решила остаток жизни чувствовать себя обязанной ему, не так ли? Неизвестно за что. Ты собираешься превозносить его, словно какое-то божество, спасшее тебя от жизни на улице!
        Каждый ее мускул напрягся. Горько было слышать такие слова о человеке, который сделал ей столько хорошего.
        - Муж никогда не позволял мне чувствовать себя обязанной. Никогда!
        - Он был просто замечательным человеком, - сказал Фабиан, бросив взгляд на письма и фотографии. - Так о чем все это?
        - Письма и фотографии остались у Энди с тех пор, когда мы еще даже не были знакомы!
        Фабиан собрал фотографии, взглянул на них с обеих сторон и бросил их Эмили. Сунув руки в карманы, он посмотрел на нее.
        - Почему же тогда ты плачешь из-за старых фотографий? - Его голос был незнакомым, отсутствующим, чужим.
        - Я не знала, что он любил другую женщину. - Эмили обхватила себя за плечи, дрожа от непонятных чувств.
        - Ну и что? - спросил он.
        - Я была для него чем-то вроде второго сорта и никогда не подозревала об этом. Лучше бы он сказал мне.
        - Второго сорта?!
        От его резкого голоса Эмили вздрогнула.
        - Почему, черт возьми, ты хотела узнать об этом от своего мужа?!
        - Для меня это было бы легче. - Она с усилием выговаривала слова. - Я не была идеальной женой.
        - Ради бога, не придумывай, никто не совершенен!
        Эмили закрыла глаза.
        - Я чувствовала себя виноватой, - прошептала она. - Я всегда чувствовала свою вину.
        - Почему?
        - Потому что он был слишком хорош для меня! Любил меня и был моим другом. Я чувствовала себя виноватой в том, что не могла дать ему того, что он заслуживал.
        Фабиан стоял, держа руки в карманах. Его лицо не скрывало раздражения.
        - А что он заслуживал?
        - Он заслуживал, чтобы я любила его сильнее.
        - Нет, это ты заслуживала, чтобы он любил тебя сильнее! - отрезал Фабиан. - Он просто не хотел иметь детей! Поэтому ни разу и не сходил к врачу!
        - Замолчи! - в ярости выкрикнула Эмили. - Не смей оговаривать его!
        - Я не верю, что муж был искренен с тобой! - резко бросил Фабиан. Он повернулся, ударил кулаком по стене и чертыхнулся. После недолгой паузы он снова заговорил, стараясь сохранять спокойствие: - Чем же твоя любовь к нему была недостаточно хороша? Как же иначе ты хотела бы любить его?
        Эмили закрыла лицо руками, желая скрыть слезы. Более страстно, хотелось ей сказать, но слова не слетели с языка. Это признание было болезненным даже сейчас. Она лишь покачала головой, думая о годах своего замужества. О годах, когда она чувствовала, что отдавала мужчине, бывшему рядом с ней, гораздо меньше, чем получала.
        Страсть. Может, ее любви к Энди не хватало страсти? Эмили пыталась отогнать от себя мысль, что причина была не только в ней. Она убрала от лица руки и взглянула на фотографию. Возможно, недостаточно страстен был и Энди. Но на снимке он так улыбался девушке. Его лицо прямо-таки светилось любовью.
        Эмили болезненно проглотила застрявший в горле ком.
        - Он любил ее, - прошептала она. - И женился на мне, потому что не мог быть с ней. Она умерла за неделю до их свадьбы.
        - И ты не знала об этом?
        - Нет. - Вновь слезы покатились из ее глаз. - Если бы только я знала… - Эмили потянулась к коробке с салфетками и вытерла глаза.
        Энди скрыл это от нее, свою первую - настоящую! - любовь. Но она тоже кое-что скрыла от мужа - никогда не рассказывала ему о Фабиане, чтобы не причинить боль. Она прикусила губу, начиная осознавать, что Энди не рассказывал ей о Миранде, потому что не хотел обидеть.
        Да, именно в этом все дело. Она и Энди были двумя людьми, пережившими боль и утрату. Они создавали друг для друга комфорт и уют. И все было хорошо.
        Эмили почувствовала вдруг странное облегчение, словно тяжелый груз свалился с ее плеч.
        Я должна ощущать себя свободной, старалась она убедить себя. Я действительно свободна.
        Она осторожно сложила фотографии и письма обратно в шкатулку, чувствуя спокойствие на душе, и посмотрела на Фабиана.
        - Теперь со мной все в порядке. Сейчас я все уберу. Поможешь?
        Они молча собрали мусор в мешок, и Фабиан отнес его во двор.
        Когда он вернулся в комнату, их глаза встретились.
        - Прости, что говорил вещи, которые задели твои чувства, - произнес Фабиан.
        Эти слова были сказаны с трудом. Эмили видела, что он перебарывает себя.
        Она кивнула и постаралась улыбнуться.
        - Ничего. И ты прости меня за то, что не умею держать себя в руках.
        Между ними все еще лежала пропасть. Эмили знала, что двенадцать лет разлуки никогда не будут забыты. Да она и не хотела, чтобы это произошло. Прошедшие годы были по-своему хороши. Так получилось, что им обоим нужно смириться с реальностью прошлого, каким бы болезненным оно ни было.
        Эмили направилась к лестнице.
        - Я сейчас вернусь. Приму душ и переоденусь. - Она на секунду замолчала. - Ты не возражаешь, если мы останемся здесь? Я не в настроении выходить куда-нибудь.
        Он быстро справился с охватившей его было нерешительностью.
        - О’кей, поехали ко мне. Я что-нибудь приготовлю.
        Фабиан не любил бывать у нее дома. Он никогда не оставался на ночь и не занимался здесь с ней любовью.
        - Хорошо, - тут же согласилась Эмили.
        Фабиан и Эмили вместе почти молча приготовили ужин и поели за большим столом в комнате с видом на океан. Эмили слушала ритмичный плеск волн о скалы. Обстановка была мирной и успокаивающей. Она понимала, что Фабиан мысленно продолжает начатый ими разговор, взяла его руку, и он тут же ее крепко сжал. Они не прикасались друг к другу весь вечер, и тепло его руки придало Эмили смелости. Она чувствовала, что должна смягчить напряжение, охватившее его, развеять призраки прошлого и показать, что любит его. Он занимался с ней любовью так, словно пытался самоутвердиться: я обладаю этой женщиной. Словно хотел оставить клеймо на ее теле. Эмили не могла понять, что испытывает: злость, печаль или страх. Какая-то темная тень встала между ними и разделила.
        - Пойдем на пляж, - предложила она. - Возьмем с собой вино и одеяло, разложим его и посидим.
        Легкий прохладный ветерок дул с океана. Они молча потягивали вино, глядя на темную воду. Когда разбивались волны, белая пена отражала лунный свет.
        Эмили повернулась к Фабиану, обняла и поцеловала его. Он оставался спокойным и невозмутимым, едва ли не равнодушным к ней, и холодок страха пробежал по ее спине, когда она подумала, что, может, ему и не нужна их близость. Но тут же Фабиан лег на спину и потянул Эмили за собой. Она продолжала целовать его, гладя волосы, шею и плечи. Хотелось, чтобы он расслабился и доверился ей, понял ее чувства к нему, которые скрывались за словами. Их просто не хватало, поэтому Эмили вложила всю свою любовь в ласки.
        А он вдруг повернулся, притянул ее к себе и поцеловал с необузданной и пьянящей страстью. Его руки ласкали все ее тело, губы горячо целовали, пока Эмили не почувствовала себя вне реальности.
        Но почему-то она не могла полностью отдаться воле чувств. В глубине сознания Эмили понимала, что что-то не так, но пока не знала что. Появилось нечто новое в его отношении к ней. Раньше она этого не замечала, теперь же, отгоняя от себя дурные предчувствия, обняла Фабиана сильнее и растворилась в мире грез, где мысли не имели значения.
        Чуть позже они лежали на одеяле, не касаясь друг друга. И молчали. Она лежала на спине, глядя в черное небо. Вовсе не этого она хотела, не отчаянного соития, лишенного всякой нежности. И теперь Эмили поняла, что произошло.
        Эмили стряхнула землю с ладоней, все еще стоя на коленях, и поглядела на розовый куст, улыбаясь сквозь пелену слез. Эмили медленно встала и подняла лицо к солнцу, ощущая тепло ярких лучей на коже, чувствуя, как оно согревает сердце, наполняя его миром и спокойствием.
        Она зарыла шкатулку с любовными письмами и фотографиями на могиле Энди и посадила там розовый куст. Стоял солнечный день, наполненный ароматами клевера и свежескошенной травы. Пчелы кружили вокруг цветущих кустов, и белые облака лениво расползались по бесконечно голубому небу.
        - Теперь вы вновь обрели друг друга, Энди. Твоя Миранда рядом с тобой, - тихо сказала она. - Будьте счастливы.
        Однажды утром ей позвонил Мартин. Она закрыла глаза, и перед ней поплыла череда воспоминаний. Ожил голос матери и ее слова: «Я не хочу причинить тебе боль, дочка».
        - Ты была в книжном магазине сегодня? - спросил он.
        Эмили замерла.
        - Нет. А что, наконец появился альбом?
        - Во всей своей красе. Прямо в центре витрины. Они сделали огромную вывеску с нашей фотографией, где написано, что мы местные жители. Смотрится просто великолепно! - Мартин нервно засмеялся. - Вряд ли мы теперь сможем спокойно ходить по улицам.
        - Я прямо сейчас поеду и посмотрю. - Эмили почувствовала прилив воодушевления.
        - В газете напечатали статью о нас и несколько фотографий из альбома. В субботу я устраиваю банкет по поводу выхода новинки.
        - А как Фабиан? Он не видел макета?
        - Нет, но альбом ему понравится, особенно твои великолепные фотографии.
        - Это твой альбом, а я всего лишь иллюстратор. - Последовала короткая пауза. - Когда он уезжает?
        - В сентябре.
        - Ты собираешься с ним?
        Во рту у Эмили пересохло. Она не ожидала такого вопроса.
        - Я не знаю. Мы еще не говорили об этом. - Ее голос звучал спокойно и по-деловому, как будто бы они обсуждали очередную издательскую проблему.
        В душе у нее все бушевало. Однажды Фабиан уже предлагал ей уехать с ним. Возможно, второй раз он не станет делать это. Мартин задал вопрос, который она не осмеливалась задавать себе.
        Их отношения с Фабианом были похожи на нежные слабые росточки, которые недавно взошли. Так легко уничтожить их, затоптать неосторожным движением.
        На другом конце провода послышался тяжелый вздох.
        - Я не хочу причинять тебе боль своими вопросами, Эмили, - проговорил наконец собеседник.
        - Не беспокойся, Мартин. Я могу сама позаботиться о себе.
        Эмили специально сходила в библиотеку и взяла несколько книг об экзотическом континенте. Она прочитала о проливных дождях в саванне, гориллах и малярии. Но решила не говорить об этом матери. - Хорошо! Хорошо! Я не люблю тебя! - Рыдания сотрясали ее тело. Ей казалось, что кто-то другой произносит эти слова. - Я не люблю тебя! Не люблю!
        - Какой ты представляешь Африку? - как-то спросила мать, отодвигая от себя тарелку. Она глотнула пива. - Это опасное путешествие. Рандуа? Я никогда не слышала такого названия.
        - Руанда, мама. Это маленькая бедная страна.
        - Ты сошла с ума, девочка моя. - Синди убрала волосы с лица. Давно она уже не делала прическу и не красилась. Седина покрыла всю голову. Она старела, ее лицо было бледным и усталым. - А как же я? - спросила она. - Что мне делать?
        Эмили с силой сжала вилку. Комок застрял у нее в горле. Она ждала этого вопроса, но ничего не могла ответить.
        - Ты все, что у меня есть, - продолжала мать. - Я не хочу отпускать тебя неизвестно куда.
        Чувство вины охватило Эмили. О господи, что же ей делать?
        - Я вернусь, мама. Через годик-другой вернусь.
        - Я буду совсем одна.
        Эмили стиснула зубы, чувствуя удушье. Ей хотелось выкрикнуть что-нибудь злое и ужасное, чтобы отвлечь мать от мыслей о разлуке. Но она молчала.
        Синди закурила.
        - Тебе нужен кто-нибудь постоянный. Кто дал бы тебе приличный дом и уверенность в завтрашнем дне. Тебе не нужен какой-то там вечно кочующий цыган. Я не хочу причинить тебе боль, Эми, но не лучше ли одуматься?
        Эмили бросила вилку на стол.
        - Фабиан не кто-нибудь для меня, мама.
        - Не как твой отец, ты имеешь в виду? - уточнила Синди.
        - Я этого не говорила. - Эмили отмахнулась от сигаретного дыма.
        - Что ж, он бродягой и был. О, твой отец, конечно, был милым и очаровательным и все такое прочее. Но в конце концов… Ну ты же знаешь, чем это для меня закончилось.
        - Фабиан не такой, как отец! - почти прокричала Эмили.
        Синди поморщилась, прижав руки к животу.
        - Не кричи на меня.
        Эмили задрожала от страха, увидев бледное лицо матери.
        - Что случилось?
        - Ничего-ничего. - Синди сильно затянулась сигаретой. - Дорогая, ты должна поверить мне. У тебя еще слишком мало опыта, чтобы реально смотреть на вещи. Этот твой… Фабиан из породы людей, которым не сидится на одном месте. Как ты можешь доверять мужчине, который собирается увезти тебя в какую-то глушь?
        - Мама, он хочет жениться на мне.
        - Согласись, это не слишком много значит в наши дни. А что, если вы приедете туда и он решит, что совершил ошибку? Что ты будешь делать? У тебя нет денег. Он просто играет с тобой, малышка. Я не хочу, чтобы кто-то обидел тебя.
        - Мама, Фабиан врач! У него важная работа. Он ответственный человек и отвечает за свои поступки.
        Я люблю его! - хотела добавить Эмили. И это самое прекрасное чувство, которое я когда-либо испытывала! Он дарит мне свою любовь, заставляя чувствовать себя королевой. Фабиан все делает так, словно я самый необыкновенный человек в мире. Но эти слова остались лишь в мыслях. В ответ на такое признание мать, скорее всего, лишь улыбнулась бы. Эмили даже представила эту усмешку.
        Она встала, не в силах больше выносить этот разговор.
        - Мне уже пора на работу, - быстро произнесла Эмили и выбежала из дома. Подальше от матери с ее пивом, сигаретами и нравоучениями.
        Фабиан улетел тогда на несколько дней в Нью-Йорк, и Эмили почувствовала себя совершенно одинокой. Стоило лишь вспомнить слова матери, как ее охватывал необъяснимый страх.
        Все это было странным и таким пугающим. Порой Эмили просыпалась ночью с чувством неизбежной опасности. Ей снились туманные джунгли, полные огромных насекомых и ядовитых змей.
        Эмили находила облегчение, находясь среди детей, играя с ними. Они купались, пели песни, просто веселились.
        Наконец вернулся Фабиан, полный энергии и жизнерадостности, веселый, с огромным букетом роз. Он забрал ее с собой в дорогой ресторан и предложил попробовать паэлью - рис по-испански. Публика в ресторане была одета богато и изысканно. От этого Эмили чувствовала себя Золушкой в своем простеньком хлопчатобумажном платье. Но Фабиана это, казалось, вовсе не волновало. Он говорил, как прекрасен цвет ее волос, глаз, как нежны губы, созданные для поцелуев, как он любит доставлять ей удовольствие и удивлять.
        Фабиан заказал себе вина, а Эмили - колу. Она смутилась оттого, что была слишком молода и не могла заказывать к обеду вино.
        Им принесли паэлью с улитками. Аппетит у Эмили пропал.
        - Ты же ешь моллюсков и устриц, - произнес Фабиан, явно забавляясь. - Так почему бы тебе не попробовать улиток?
        - Я привыкла к моллюскам и устрицам, - прошептала Эмили. - Прости, но улиток я вовсе не хочу пробовать. - От неловкости она выронила вилку.
        - Как хочешь, - проговорил Фабиан. - Закажи что-нибудь другое.
        Слезы застилали глаза.
        - Я не голодна.
        Эмили положила свою салфетку на стол и неуклюже встала. Схватив сумочку, она заспешила из ресторана. Горячие слезы катились по лицу.
        Фабиан догнал ее и обнял.
        - Ты расстроена? - виновато спросил он. - Мне очень жаль.
        - Я не могу выйти за тебя замуж. Я не могу поехать с тобой в Африку.
        - Потому что ты не любишь улиток?
        - Потому что мне страшно. Я не могу оставить маму. Мы с тобой не подходим друг другу.
        Лицо Фабиана побагровело.
        - И кто, черт возьми, сказал тебе это?! - Он не скрывал охватившей его злости. - Твоя мать?
        Эмили в растерянности отпрянула от него.
        - Мама права, Фабиан.
        - Нет, она ошибается! Все, что она видит, - это узкий мирок, полный ханжества и лицемерия.
        - Я не позволю тебе осуждать мою мать! - возмутилась Эмили, отступая от него еще на шаг. - Что ты вообще знаешь о ней?
        - Я знаю то, что слышал, когда разговаривал с ней. Я знаю многое по твоим рассказам. - Фабиан положил руки в карманы и угрюмо уставился на Эмили. - Я не хотел говорить тебе об этом, но скажу. У твоей матери слишком эгоистичный взгляд на вещи. И она тащит тебя назад, не хочет отпускать от себя.
        - Замолчи! - выкрикнула Эмили, развернулась и побежала к стоянке, понимая, что уехать может только с помощью Фабиана. У нее не было денег на такси, а ресторан находился в нескольких милях от города.
        Фабиан подошел к машине и открыл дверцу. Эмили скользнула в салон и замерла, до боли сцепив руки на коленях.
        - Я хочу, чтобы ты отвез меня домой.
        - Сначала мы объяснимся.
        - Я не хочу объясняться. - Эмили говорила, словно капризный ребенок, злясь сама на себя.
        Фабиан молча завел машину, но не повез ее домой. Они приехали в его коттедж.
        Эмили села на кухне за стол, Фабиан принес поднос с виноградом и яблоками, хрустящим французским хлебом и различными сортами пахучих сыров. Он налил два бокала вина, забыв о том, что она не пьет и не любит даже слабое вино. Эмили не могла понять богатый мир, где взрослые люди ели улиток и заплесневелый сыр. Она пыталась не думать о том, что едят в Африке.
        Фабиан сел напротив.
        - Я знаю, что ты не хочешь слушать меня, но ты не можешь позволить матери решать за тебя, что делать и как жить. Тебе не тринадцать лет. Родители должны позволить подросшим детям уйти из-под опеки. Ты должна жить своей жизнью, Эмили, собственной жизнью.
        - Я и живу такой жизнью.
        Фабиан взял ее руку, крепко сжал и посмотрел ей в глаза.
        - Тогда выходи за меня замуж и поедем в Африку.
        Отчаянный страх и тяжелое предчувствие охватили Эмили. «А как же я? - вновь услышала она голос матери. - Я буду совсем одна».
        Эмили выдернула свою руку из ладони Фабиана и вскочила.
        - Я не могу! Не могу!
        Фабиан встал.
        - Ты не любишь меня, - чужим голосом произнес он.
        Эмили едва сдерживала жгучие слезы.
        - Не говори так!
        - Это ведь правда. Только скажи мне! Скажи, что не любишь меня!
        - Нет!
        Фабиан крепко сжал ее руки. Его лицо было так близко, что она чувствовала его горячее дыхание.
        - Давай просто покончим со всем этим, Эми! Скажи, что больше не любишь меня! Скажи же, черт возьми!
        Страдание, страх, боль пронзили ее.

8

        - Хорошее местечко, - сказал Фабиан. - Но дом слишком маленький и отличается от того, к чему ты привыкла.
        Эмили предложили посмотреть очередной продающийся коттедж. Она была рада, что Фабиан отправился с ней. Агент уехал, оставив ключи, чтобы можно было осмотреть дом.
        Дом стоял у самого леса.
        Старый камин и деревянные полы в просторной гостиной создавали уют и тепло. В доме были две спальни, небольшая кухня, ванная и прачечная комната - как раз то, чего она хотела. И школа, и пляж находились совсем рядом.
        - Он просто восхитителен, - сказала Эмили. - Мне и не нужно большего.
        И это было правдой. Но тогда почему она почувствовала какую-то опустошенность? Ведь именно такой жизни она хотела. Именно такой.
        - Что-то ты притихла, - произнес Фабиан на обратном пути.
        - Я думаю. Еще столько нужно сделать. Мне надо разобраться с вещами и продать дом.
        Ладони Эмили были влажными. Она потерла их о джинсы и вздохнула. Ее охватило тягостное чувство.
        Войдя в свой дом, она встала посреди гостиной, вдыхая знакомые запахи, и внезапно почувствовала невероятный страх и отчаяние.
        Эмили побродила по дому и словно впервые увидела все это - яркие солнечные комнаты, широкие окна, красивую мебель. Она заглянула в спальню и вновь спустилась вниз, чувствуя лихорадочное биение сердца. От волнения ее бросило в холодный пот. Эмили хотела бежать отсюда, подальше от непонятного страха. Она выскочила на террасу и плюхнулась в шезлонг, тяжело дыша.
        Что-то с ней случилось.
        Сердечный приступ? Неужели я умру?
        Фабиан тут же очутился возле нее и нащупал пульс.
        - Я… Я умираю! - воскликнула Эмили, едва слыша себя от стука сердца, отдававшегося в висках.
        - Ты не умираешь, - спокойно сказал Фабиан. - Постарайся расслабиться и медленно глубоко вдохнуть. А теперь выдохни, тоже очень-очень медленно. Сконцентрируйся на своем дыхании.
        Эмили попыталась сделать то, что он говорил, успокаиваясь от уверенных прикосновений его пальцев.
        - Хорошо, - произнес наконец Фабиан. - Теперь сядь прямо и повтори все еще раз. Почувствуй, как ты расслабляешься. - Он не выпускал ее руки.
        Понемногу страх покидал Эмили. Она сосредоточила внимание на больших белых хризантемах в саду.
        Словно по волшебству, Эмили почувствовала, как ее дыхание успокоилось и она начала приходить в себя. Пение птиц. Аромат цветов. Ярко-голубое небо с лениво плывущими облаками. Эмили следила за их движением, чувствуя невероятное облегчение.
        Она подняла глаза на Фабиана.
        - Я не знаю, что со мной произошло, - с волнением в голосе произнесла Эмили. - Это было ужасно.
        Легкий океанский ветерок ласкал ее кожу. Она потрогала свою влажную футболку.
        - О господи, - прошептала она, взглянув на Фабиана. - Что со мной случилось?
        - У тебя небольшой невроз. Что-нибудь подобное происходило с тобой раньше?
        Она устало покачала головой.
        - Нет.
        Невроз… Нервный срыв, что ли? Эмили слышала об этом по телевизору. Модный недуг XX века…
        - Со мной что-то не так?
        - Физически ничего. Ты абсолютно здорова. Это реакция организма на стресс.
        - Какой стресс? Со мной все было в порядке.
        Фабиан спокойно посмотрел на нее.
        - Что ты делала до того, как это случилось?
        - Ты знаешь, что я делала: бродила по дому.
        - О чем ты думала? - Он говорил, как врач-психиатр, ставящий диагноз.
        Эмили посмотрела на Фабиана и отвела взгляд.
        - Я не могу это сделать, - прошептала она.
        - Не можешь - что?
        - Дом. Я не могу продать этот дом.
        - Почему? - Его голос уже не был бесстрастным.
        Эмили покачала головой.
        - Я не знаю. - Она беспомощно опустила руки. - Не знаю! Я просто не могу это сделать. По крайней мере, сейчас.
        - Ну тогда и не продавай. Раз тебе не нужны деньги, то вовсе нет причин делать это.
        Голос разума возобладал и придал ей силы. Эмили кивнула.
        - Я позвоню агенту прямо сейчас. Оставлю сообщение, что мне не нужен новый дом.
        Удивительно, как легко и свободно стало на душе после звонка в контору по купле и продаже недвижимости.
        Фабиан пошел на кухню и принес стакан воды. Потом уселся на террасе рядом с ней.
        - Просто невероятно, - проговорила Эмили. - Я хочу сказать, что совсем недавно думала, будто умираю, а теперь чувствую себя великолепно.
        - Власть разума над телом. Это не медицинское заключение, а лишь констатация факта.
        - Каковы бы ни были диагнозы, я полагаю, что этот нервный срыв - своевременный знак. Я не должна продавать этот дом. - Эмили оглядела большой красивый сад, зеленую лужайку и розовые кусты. Сколько сил и времени потребовалось, чтобы создать эту прелесть.
        Она отхлебнула глоток холодной воды.
        - Я не понимаю, что со мной происходит. Мне действительно казалось, что я хочу маленький дом. Нет никакой надобности в таком большом особняке для меня одной. - Она вздохнула. - А я-то думала, что легко расстанусь с ним.
        - Умом ты понимала это, но чувства подсказывали совсем другое. - Его голос был ровным, а взгляд спокойным.
        Фабиан вновь пощупал ее пульс. Кажется, все было в норме.
        Эмили встала.
        - Я чувствую себя просто чудесно.
        - Так и должно быть.
        Она провела рукой по влажной футболке.
        - Пойду приму душ. А ты пока выпей чего-нибудь.
        Когда она вернулась, Фабиан сидел, задумчиво глядя на сад.
        Они поехали в китайский ресторанчик и поужинали со старыми друзьями Фабиана. Все бы хорошо, но Эмили казалось: что-то не так. После ужина, вместо того чтобы отвезти Эмили к себе, Фабиан проводил ее домой.
        - Может, зайдешь на чашечку кофе? - спросила она, заглядывая ему в глаза.
        Фабиан отрицательно покачал головой.
        - У меня есть кое-какая работа, поэтому я лучше поеду. - Он поцеловал ее, легко коснувшись губами.
        Эмили обвила его руками.
        - Поцелуй меня по-настоящему, - пробормотала она, пытаясь найти его рот.
        Он простонал, притянул ее ближе и поцеловал страстно и жадно.
        - Останься, - шепотом попросила она.
        Фабиан вздохнул и отпустил ее.
        - Не могу, - сказал он. Его лицо помрачнело. - Я опаздываю с работой. Мне нужно еще пару дней, чтобы все закончить. Увидимся в субботу на вечеринке у Мартина.
        Эмили кивнула, чувствуя, что в горле пересохло. До субботы еще два дня. Целая вечность. Почему она так странно чувствует себя?
        - Может, ты устал? - спросила она.
        - Я просто очень занят. У меня куча работы. - Он сжал ее руку. - Увидимся в субботу.

…Ночью Эмили снились дети из ее последнего класса. Знакомые лица с фотографий из альбома. Ребятишек было много. Они бегали по дому, смеялись, танцевали, пели.
        Следующие несколько дней были просто сумасшедшими. Телефон Эмили не замолкал. Ей звонили, чтобы сказать, как полезна и своевременна ее книга. Кто-то ее купил в подарок своим друзьям на Рождество. Эмили не покидало радостное возбуждение. Да и Мартин был счастлив. Из Нью-Йорка позвонил издатель и спросил, не собираются ли они выпустить еще один альбом.
        Вечеринка получилась просто великолепной. Эмили была в центре внимания восхищенных друзей и знакомых. Там был и Фабиан, облаченный в элегантный костюм с бабочкой. Он послал ей огромный букет цветов с запиской: «Самой талантливой и волнующей женщине в моей жизни». Когда поздно вечером вечеринка закончилась, они с Фабианом поехали к нему. Он посмеивался над веселой, окрыленной успехом Эмили и сам был возбужден. Они с упоением занимались любовью в эту ночь прямо под звездами, смеясь и дразня друг друга. Это было просто потрясающе. Если только не считать страхов, которые затаились в глубине ее души.
        Стоял чудесный летний вечер, все радовало душу: золотой закат солнца, полет чаек над волнами, воздух, наполненный ароматами океана и сосен. Однако не было никаких обещаний, никаких слов любви. Ничего, кроме этого ужасного финала. Она машинально доехала до дома, и последующие дни слились в неделю страданий.
        Эмили приехала домой к Фабиану. Она припарковала машину, взяла сумку с продуктами для ужина и пошла к задней двери дома. Она глубоко вздохнула и улыбнулась, чувствуя необъяснимую легкость. Она была счастлива.
        Дверь оказалась открытой, и, войдя на кухню, Эмили позвала Фабиана, но он не отозвался. Войдя в гостиную, она вновь окликнула его.
        Посреди комнаты стоял чемодан. Она уставилась на него, и в этот момент послышались быстрые шаги. Фабиан вошел в гостиную и бросил рядом с чемоданом спортивную сумку. Волосы его были взъерошены, а глаза потемнели, словно его что-то беспокоило.
        У Эмили защемило сердце.
        - Фабиан, что происходит? - Предчувствие чего-то недоброго охватило ее.
        - Я несколько часов пытался дозвониться до тебя, но телефон молчал.
        - Я была в школе, а потом ездила по магазинам. Фабиан, что случилось?
        Выражение его лица не предвещало ничего хорошего.
        - Я должен вернуться в Колумбию. Это крайне необходимо. Я уезжаю вечером.
        - Вечером? - поразилась она.
        Он кивнул и провел рукой по уставшему лицу.
        - Двое моих коллег, муж с женой, должны вернуться в Штаты. Один из их детей попал в серьезную автомобильную аварию. Он может не выжить.
        - О, как ужасно, - пробормотала Эмили, охваченная еще большей тревогой.
        Фабиан развел руками.
        - Поскольку они оба уедут, в больнице будет не хватать персонала. Поэтому мне нужно лететь.
        - Да-да, конечно. - Она заставила себя быть спокойной. - Может, приготовить ужин?
        Фабиан покачал головой.
        - Нет времени. Я заказал такси до аэропорта. В девять вечера есть рейс до Лос-Анджелеса, а утром я пересяду на самолет до Боготы.
        - Я по крайней мере могу приготовить кофе? - У Эмили было странное чувство нереальности происходящего, и она изо всех сил старалась сохранить самообладание.
        - Налей мне скотч. Со льдом. - Он направился к письменному столу.
        Эмили выполнила просьбу, принеся из кухни бокал с виски.
        Фабиан собирал бумаги. Его лицо было угрюмым.
        - А как же твоя книга? - поинтересовалась Эмили.
        - В пятницу приедет Мэнди и закончит свою часть, а мою получит позже.
        А как же я? - хотела спросить Эмили, но смолчала. Буря чувств обрушилась на нее. Пожалуйста, скажи что-нибудь, безмолвно умоляла она. Прошу тебя, скажи, что любишь меня и хочешь, чтобы я поехала с тобой.
        Фабиан молча разбирал бумаги.
        - Я поеду с тобой, - нарушил тишину голос Эмили. - Соберусь и приеду на следующей неделе.
        Фабиан замер. Он не смотрел на нее. Его взгляд сосредоточился на бумагах.
        - Нет, Эми. Нет.
        Внутри у нее все сжалось.
        - Почему нет?
        - Сейчас не время для подобных решений. Ничего не получится.
        - Почему не получится? - Эмили не могла скрыть обиды в голосе.
        Наконец Фабиан повернулся и полным сожаления взглядом посмотрел на нее.
        - Индейский городок высоко в горах не для тебя, Эми. Это холодное, бедное, скучное место.
        - Почему-то ты не думал об этом, когда предлагал поехать с тобой в Африку?! - воскликнула она.
        - Это было очень давно. С тех пор многое изменилось.
        - Да, изменилось. - Она вытерла свои влажные руки о хлопковую юбку. - Я уже не тот напуганный, неуверенный в себе подросток.
        - Да, это так. - Его голос прозвучал бесстрастно.
        Эмили знала, о чем он думает. Она была независимой женщиной, со своим образом жизни и большим, красивым домом. Женщиной, привыкшей к роскоши и удобствам, которые не могла просто так променять на что-то другое.
        - Я знаю, чего хочу, Фабиан, и мне, а не тебе решать, какое место для меня, а какое - нет. - Она на мгновение умолкла, прежде чем сказать главное: - Я принадлежу тебе, Фабиан. Мы подходим друг другу.
        На его лице читались противоречивые чувства. Он подошел к Эмили и положил руки ей на плечи.
        - Прошу тебя, Эми, не делай этого, - хрипло проговорил он. - Не усложняй все еще сильнее.
        - Я не понимаю, - дрожащим голосом ответила Эмили. - Не понимаю, почему ты так поступаешь! - Она пыталась сохранить спокойствие. - Ты скоро вернешься сюда?
        - Не знаю. Смотря как пойдут дела. В любом случае, не скоро.
        Эмили застыла на месте.
        - Скажи мне правду, Фабиан. Почему я не могу поехать с тобой?
        - Потому что ничего не получится! - повторил он, отпустил ее и повернулся к столу.
        - Это из-за того, что я держусь за большой дом? Все это мало меня интересует, Фабиан! Мне не нужен этот архитектурный памятник!
        Он бросил пачку бумаг в корзину для мусора и посмотрел на Эмили.
        - Разве?
        - Да! - Эмили нетерпеливо убрала волосы с лица. - Фабиан, пожалуйста, я хочу быть с тобой. - О господи, подумала она, я не вынесу этого. Куда делась вся моя гордость, самоуважение?
        Громкий автомобильный гудок известил о приезде такси. Фабиан обнял Эмили и поцеловал. Это был дежурный поцелуй - холодный, поспешный, бесчувственный.
        - Будь счастлива, Эми, - недрогнувшим голосом произнес Фабиан, отошел от нее и взял свой багаж.
        На сказав больше ни слова, даже не обернувшись, он вышел из дому…
        После отъезда Фабиана Эмили стояла в пустом коттедже до тех пор, пока обида, смятение, злость, кипевшие в ней, не сменились безысходным отчаянием.
        Почему Фабиан так поступил? Будто что-то произошло за несколько дней до его отъезда. Ведь он мог придумать удобные отговорки или просто честно признаться, что не хочет, чтобы она поехала вместе с ним в Колумбию. Он мог сказать, что вернется, как только позволят обстоятельства, он мог сказать, что любит ее. Мог… должен был…
        - Милая, ты похожа на смерть, - суетилась вокруг Эмили Берта. - Фабиан вернется. - Она налила чашку кофе и поставила перед подругой. Распахнутое окно открывало кусочек темного неба, усыпанного звездами. Воздух был наполнен запахом осенних цветов. Эмили посмотрела в бездонную пропасть небес, моля о чуде…
        - Он не вернется. По крайней мере, не ко мне. - Эмили ссутулившись сидела за столом на кухне. Она слишком устала за последние дни. Голос ее звучал так, словно все кончено, будто ее душа покинула тело так же, как радость и счастье исчезли из ее жизни.
        Пустота и одиночество большого дома сильно угнетали ее, и она села в машину и приехала к подруге.
        Из гостиной доносился негромкий смех мужа Берты.
        - Дорогая, Фабиан торопился! - воскликнула Берта. - Подумай, какую ответственность он несет за свой госпиталь! Дай ему время разобраться во всем, привести в порядок свои мысли.
        Прошла неделя после отъезда Фабиана, а Эмили до сих пор ничего не знала о нем. Ни одной весточки. Ее мучила бессонница. Она была одержима одной мыслью - понять то, что случилось.
        Я не могу снова потерять его, вновь и вновь повторяла она. Он не может решать за меня, что мне нужно и можно.
        - Ты же знаешь, - продолжала Берта, сидя напротив гостьи, - нужно намного больше двух месяцев, чтобы преодолеть наслоения, накопившиеся за двенадцать лет разлуки. Чего ты ожидала? Что наступит мгновенная гармония? Что ты немедленно выйдешь замуж и будешь жить счастливо после всего произошедшего?
        Эмили недоуменно сверкнула глазами.
        - Да!
        Берта рассмеялась.
        - Ты неисправимая идеалистка. Немного реализма тебе не помешало бы.
        - Вот как? Он бросил меня. Это и есть реализм?
        - Мои утешения вряд ли помогут тебе.
        - Конечно. Я чувствую себя самой несчастной на свете. - Она тяжело вздохнула. - Я начинаю по-настоящему ненавидеть себя. Полагаю, это плохой знак.
        - Это хороший знак. Возможно, ты придешь к какому-то решению.
        Эмили скорчила гримасу и встала.
        - Я действительно должна что-то делать. Мне просто становится скучно. - Она выдавила из себя улыбку и потянулась за сумочкой. - Все, ухожу, дорогая. Попробую пересмотреть свои взгляды на жизнь.
        Однако это было проще сказать, нежели сделать. Без Клары и Фабиана жизнь казалась пустой. Весь следующий день она бесцельно бродила по красивому пустому дому. Вокруг было так спокойно, так тихо. Этому жилищу не хватало семьи, детского смеха. Она сделала большую ошибку, решив не продавать его.
        Эмили стояла в дверях детской комнаты. Я ведь могу и передумать, подумала она. Можно позвонить агенту прямо сейчас и выставить дом на продажу. Спустившись вниз и ощущая гнетущее одиночество, она потянулась к телефону. Ее охватила паника. Сердце забилось с такой силой, что казалось, будто вот-вот выпрыгнет из груди. Дыхание стало прерывистым, на лбу выступила испарина. Телефонная трубка выскользнула из влажных рук и упала на стол.
        - О господи, - пробормотала Эмили. - Только не снова.
        Она чувствовала себя так, словно вот-вот упадет в обморок. Подняв трубку, Эмили набрала номер Берты, молясь, чтобы та была дома. Подруга взяла трубку.
        - Берта, - с трудом проговорила Эмили, - пожалуйста, помоги мне. Прошу тебя, приезжай.
        - Что случилось? - Голос Берты был строгим и настороженным.
        Эмили попыталась перевести дыхание, во рту пересохло, и она с трудом могла говорить.
        - Я думаю… у меня… Ох… сейчас потеряю сознание.
        - Я выезжаю.
        Плюхнувшись на диван, Эмили думала, что сознание покинет ее, но этого не произошло. Напротив, сердце забилось спокойнее. Она попыталась дышать так, как говорил Фабиан.
        Когда приехала подруга, Эмили чувствовала себя почти нормально.
        - Я здесь, - известила Берта, входя в гостиную.
        - Думаю, теперь со мной все в порядке, - неровным голосом проговорила Эмили, чувствуя облегчение. - Я была так напугана. Сердце бешено билось, я не могла дышать.
        - Ты вспотела, - сказала Берта, садясь рядом и щупая пульс. - Раньше подобное с тобой случалось?
        Эмили сделала глубокий вдох.
        - Да. - Она рассказала о том случае, когда они с Фабианом ездили смотреть небольшой уютный коттедж, выставленный на продажу. - Фабиан уверял, что нервный срыв мог произойти из-за подсознательного нежелания продавать свой дом.
        Берта внимательно смотрела на нее.
        - А что произошло на этот раз?
        Эмили с трудом сглотнула.
        - Я бродила по дому и подумала, что, возможно, ошиблась, решив не продавать его. Просто нет смысла оставаться здесь, когда я совершенно одна. - Эмили посмотрела на свою дрожащую руку. - Я хотела позвонить агенту и попросить его выставить дом на продажу. Подняла телефонную трубку, и это случилось вновь.
        На лице Берты промелькнула улыбка.
        - Я не психолог, но мне кажется, что ты действительно не хочешь продавать этот дом.
        - Я не понимаю, - страдальческим голосом произнесла Эмили. - Почему нет?
        - Ведь муж построил этот дом для тебя.
        - Я знаю, - спокойно отозвалась Эмили. - Но Энди умер, а детей, которых хотели, мы так и не сумели завести.
        - Разум очень странная вещь, - заметила Берта, и Эмили не смогла сдержать улыбку.
        - Возможно, я схожу с ума.
        - Ты не сходишь с ума. Просто организм остро реагирует на стресс. Ты только подумай, как тебе повезло. Ты можешь контролировать себя. Просто забудь о продаже дома. Возможно, должно пройти какое-то время.
        - Время?
        - Наверное, ты думаешь, что перестала скорбеть по Энди, но, скорее всего, это не так.
        Эмили медленно покачала головой. Где-то в глубине сознания шевельнулась мысль, что, будь у них с мужем дети, все сложилось бы…
        Мысль не нашла продолжения, потому что Эмили много лет назад потеряла надежду иметь ребенка…
        Берта ошибалась. Эмили уже давно смирилась с тем, что их женитьба с Энди была встречей двух разбитых сердец.
        После ухода подруги она приняла успокаивающую теплую ванну с хвойным эликсиром. Нежась в душистой пене, Эмили всячески сопротивлялась потоку охвативших ее мыслей о доме.
        В ту ночь ей опять приснился сон - веселые дети бегали по дому, танцуя и смеясь. Они обнимали ее, слегка касались щеки и убегали.
        Эмили проснулась с улыбкой на губах, крепко прижимая к груди подушку.
        Она лежала, боясь шевельнуться, чтобы не потерять охватившего ее радостного возбуждения. Внезапно пришло понимание того, почему она так не хотела продавать дом.
        Это вовсе не было связано с самим домом или с тем, что его построил Энди. Этот дом был лишь символом ее грез и мечтаний. Еще будучи девчонкой, она хотела жить в большом доме, воспитывать и любить детей.
        Это была мечта.
        Легкое бодрящее чувство охватило Эмили. Все стало на свои места. Если она так хочет иметь детей, то ничто ей не мешает. Можно взять их на воспитание, усыновить, удочерить. Вовсе не обязательно выходить замуж, чтобы иметь детей.
        Внезапно перед глазами возник образ Фабиана, и чувство радости сменилось глубокой тоской.
        - Фабиан, - прошептала она. - О, Фабиан, я так люблю тебя.
        Эмили оставила кое-какие вещи в доме Фабиана и в один из свободных дней поехала их забрать. Она знала, что встретит там Мэнди.
        Она обнаружила коллегу Фабиана на кухне, когда та доставала что-то из холодильника. Мэнди стояла босиком, в белых шортах и ярко-голубой рубашке. Ногти на руках и ногах были накрашены малиновым лаком, волосы изящно уложены, и вообще она выглядела очень свежей и ухоженной.
        - Я знаю, что вы работаете. Извините, что побеспокоила, - нервно проговорила Эмили. - Просто я была недалеко и решила забрать свои вещи.
        Мэнди улыбнулась.
        - Конечно. Проходите.
        Эмили прошла в столовую, чувствуя себя не очень уверенно. Женщины переглянулись. Мэнди улыбнулась еще шире.
        - Нас ведь так и не представили друг другу. - Она протянула руку. - Меня зовут Мэнди Лесли. Я коллега Фабиана.
        - А я - Эмили Виейра. Сначала я подумала, что вы жена Фабиана.
        Брови собеседницы удивленно взметнулись вверх.
        - Нет, я замужем за другим человеком. - Она протянула банку с колой. - Хотите?
        - Благодарю, с удовольствием.
        - С тех пор как я приехала сюда, не видела ни души. Кроме домоправительницы, которая весьма замкнутая дама. - Мэнди подошла к холодильнику и вытащила оттуда еще одну банку колы. - Присаживайтесь.
        Они сели за стол друг против друга, потягивая холодный напиток.
        - Вы слышали что-нибудь о Фабиане? - как можно естественнее спросила Эмили, судорожно сжимая ледяную банку в руке.
        Мэнди покачала головой.
        - Нет. Видно, оттуда очень трудно дозвониться до Калифорнии. Полагаю, он столкнулся с множеством проблем и затерроризировал всех и вся, чтобы сконцентрироваться на работе. - Слова прозвучали так, словно Мэнди прекрасно понимала, что происходит.
        - Как продвигается работа над книгой?
        Собеседница нахмурилась.
        - Было бы намного лучше, если бы Фабиан остался здесь, а я уехала туда. - В ее голосе послышалась нотка раздражения. Она пожала плечами. - Я не смогла разубедить его. Этот фанат здравоохранения настаивал на отъезде.
        Он настаивал на отъезде. Рука Эмили задрожала, когда она уловила смысл этих слов. Оказывается, Фабиану вовсе не обязательно было уезжать. Мэнди могла поехать вместо него. Так было бы лучше для книги, которую они писали вместе.
        Значит, Фабиан уехал потому, что хотел этого.
        Эмили почувствовала тошноту.
        - А он сказал, почему решил поехать вместо вас? - не удержавшись, спросила она.
        Вопрос явно расстроил Мэнди, и она со вздохом ответила:
        - Фабиан сказал, что ответственен за этот проект. Ему не хотелось, чтобы что-то пошло не так. Можно сказать, он серьезно задел мое самолюбие. - Мэнди посмотрела на собеседницу, слегка усмехнувшись: - У Фабиана чересчур развито чувство ответственности. Временами это доходит до занудного упрямства.
        Эмили отпила большой глоток колы, пытаясь сохранить самообладание. Поставив банку на стол, она встала.
        - Не хочу вас беспокоить. Не возражаете, если я заберу свои вещи?
        - Нет-нет. Конечно.
        Поспешно пройдясь по дому, Эмили собрала вещи - купальный костюм, книгу и кое-какую косметику.
        - Благодарю за колу, - собравшись, проговорила Эмили. - Желаю удачи.
        - Спасибо. - Нерешительность промелькнула на лице Мэнди. - Не знаю, важно ли это для вас, но, насколько мне известно, Фабиан ни с кем… не путается в Колумбии.
        Эмили прижала к груди сумку с вещами и посмотрела в глаза Мэнди.
        - Приятно слышать, - дрогнувшим голосом произнесла она. - Я… я так и думала.
        На самом деле мысль о любовных похождениях Фабиана даже не приходила ей в голову. Он вовсе не склонен играть в подобные игры. Какова бы ни была причина столь поспешного отъезда, она никак не была связана с теми обстоятельствами, о которых говорила его коллега.
        Он настаивал на отъезде. Слова Мэнди не оставляли Эмили в покое на протяжении всего дня и ночи. Она лежала в постели и не могла заснуть, размышляя над тем, почему Фабиан никому не позволил поехать вместо себя. Действительно ли это было из-за его чересчур развитого чувства ответственности?
        Она была уверена, что это не так.
        Возвращение в Колумбию было возможностью для Фабиана уехать от нее. Эмили изо всех сил вцепилась в подушку, пытаясь отогнать от себя тягостные мысли.
        О, милый, но почему?
        Должна же быть какая-то причина. Внутренний голос стал терзать ее, подсказывая, что разгадка проста. Эмили ухватилась было за какую-то мелькнувшую мысль, но та улетучилась прежде, чем она сумела ее сформулировать.

9

        Два дня спустя Эмили достала свой женский календарик и стала считать дни до конца цикла. В голове зашумело. Руки задрожали. Это невозможно. Этого не может быть. Если верить подсчетам, шансы были один к тысяче.
        Эмили пересчитывала вновь и вновь. Сомнений не было.
        Она беременна.
        Через несколько дней Эмили уже была на приеме у врача.
        - Я перепробовала три разных теста на беременность, - сказала Эмили врачу. - И везде результат был положительным. Поэтому даже не смейте сказать мне, что все это неверно.
        Доктор улыбнулся и указал рукой на соседнюю комнату с гинекологическим креслом.
        - Я осмотрю вас и задам несколько вопросов, прежде чем поставлю диагноз.
        Через некоторое время, закончив осмотр, врач подтвердил результат теста.
        - Все правильно, вы беременны. Поздравляю. Теперь одевайтесь, а потом зайдите в мой кабинет.
        Эмили оделась с невероятной быстротой и с волнением подсела к столу доктора. Как часто раньше она сидела здесь, на этом же месте, одержимая надеждой…
        - Знаете, доктор, это чудо, - сказала Эмили. - Мы предохранялись, и я не должна была забеременеть. Так что все это просто чудо.
        - Что ж, поскольку вы не давали обета безбрачия, это вовсе не чудо, - сухо проговорил доктор. - Судя по тому, что вы говорите, шансы были невероятно малы, если опираться на статистику, но все возможно.
        - Я ничего не хочу знать о статистике, - ответила Эмили, с укоризной глядя на врача. - Я предпочитаю думать об этом как о свершившемся чуде.
        Врач чуть наклонил седую голову. В его голубых глазах прыгали веселые искорки.
        - Я тоже считаю, что сам по себе процесс зачатия, безусловно, чудо.
        Глаза Эмили потемнели. Она смотрела на доктора торжествующим взглядом.
        - Но мое еще большее чудо, нежели все вместе взятые чудеса. - Это знак, предзнаменование новых чудес, безмолвно добавила она.
        Доктор запрокинул голову и засмеялся.
        - Конечно.
        Выйдя из прохладного помещения на яркий солнечный свет, Эмили подняла лицо к голубому небу, наслаждаясь океанским ветерком и теплом солнца. Безумная радость охватила ее.
        - Спасибо, Господи! - прошептала она. Потом Эмили протянула руки к небу, слегка подпрыгнула и закружилась на одной ноге, громко смеясь.
        До нее донесся чей-то свист. Эмили остановилась и заметила усмехающихся рабочих, которые стояли, опираясь на лопаты. Наверное, они решили передохнуть, увидев такое забавное зрелище. У них были длинные волосы, обнаженные загорелые груди и заляпанные грязью облегающие джинсы.
        - Эй, леди! - крикнул один из них. - Повторите для нас еще раз!
        Эмили рассмеялась от счастья.
        У меня будет ребенок. Мой собственный ребенок! Все отчаяние исчезло, и теперь в сердце Эмили не было места ни для чего, кроме радости. Все проблемы казались вполне разрешимыми. Даже проблема отношений с Фабианом, отцом ребенка, который прятался от нее на другом континенте. Она уже не была перепуганной восемнадцатилетней девчушкой и, казалось, могла пережить любые невзгоды. Все, что требовалось от нее теперь, это довериться своему воображению и силе духа, а уж выход из любого положения всегда найдется.
        Так и получилось. Почти внезапно. Дома ее взгляд остановился на лежавшем на журнальном столике альбоме с ее и соавтора фотографией на обложке. Сердце сильнее забилось от волнения. Конечно! Вот первый шаг на пути решения проблемы!
        Она набрала номер Мартина.
        Через неделю они уже летели в Колумбию.
        Нужно контролировать себя, но это так непросто, когда страх обуревает сознание. Мысленно Эмили разыгрывала множество сцен своей встречи с Фабианом и всякий раз что-то не устраивало ее. - Нет, - ответила Эмили, - но я все равно его сделаю.
        Они с Мартином находились на рынке в маленьком колумбийском городке, который поражал разнообразием цветов, запахов и звуков. Женщины в блузах с яркой вышивкой и широких цветастых юбках с гомоном отбирали экзотические фрукты и овощи, морскую живность и какие-то неведомые для североамериканцев продукты. Длинные черные волосы местных красавиц были заплетены в многочисленные косички. Весь ансамбль заканчивался фетровыми шляпами, венчавшими головы, - в точности как на фотографиях и рисунках, которые раньше видела Эмили. Все вокруг казалось нарядным и праздничным, и ей казалось, что она пребывает в красивом волшебном сне. Лишь образ Фабиана занимал все ее мысли как нечто вполне реальное. Эмили могла думать только о том, что ждет ее впереди, когда она вновь встретится с ним. Как он отреагирует, когда увидит ее? Что скажет?
        Эмили купила немного фруктов и пшеничных булочек, начиненных мясом.
        - Лучше нам вернуться в отель, - сказала она Мартину, который чересчур увлекся съемкой молоденьких красавиц. - Я не хочу опоздать на самолет.
        Через пару часов она должна была лететь в высокогорный городок к Фабиану, в небольшое глухое местечко к северу отсюда. Потребовалось несколько дней и немало терпения, чтобы договориться о непростом путешествии. Эмили стала пробираться к выходу мимо прилавков и рядов, сквозь разноцветную толпу. Расстроенный Мартин следовал за ней. С момента приезда сюда несколько дней назад он как одержимый везде бегал со своей камерой.
        - Ты уверена, что не хочешь взять меня с собой? - немного позже спросил Мартин. Он стоял у двери, которая разделяла их комнаты в отеле, и наблюдал, как Эмили упаковывает сумку. - Не знаю, стоит ли отпускать тебя одну. - Он аппетитно откусил большой кусок принесенной с рынка булочки.
        Эмили покачала головой и выглянула в окно своей небольшой комнатки. Отсюда открывался весьма колоритный вид: покрытые красной черепицей крыши, высокие ярко-зеленые горные вершины, поднимающиеся в ярко-голубое небо.
        - Со мной все будет в порядке, Мартин. Мое отсутствие даст тебе возможность спокойно поработать. Я вернусь через несколько дней, когда достаточно пообщаюсь с детьми.
        Уже несколько дней они жили в этом маленьком городке, в бывших испанских колониальных владениях, разговаривали со школьниками, делали фотографии. Их гидом был доброволец из Корпуса Мира. Эмили полюбила старинный городок на холмах с кривыми улочками, вымощенными булыжником площадями, с домами, облепленными балконами. Она полюбила и небольшую школу с ее любопытными кареглазыми детишками, одетыми в разноцветную одежду. Она чувствовала себя здесь замечательно. Лишь легкая тошнота по утрам напоминала о беременности. Каждый раз, когда она думала о ребенке, ее охватывала радость.
        Эмили и сейчас подумала об этом и широко улыбнулась Мартину.
        - Со мной все будет в порядке, честно. Я не собираюсь потеряться. Самолет доставит меня в нужное место.
        Ей хотелось петь и танцевать от радости, но в чужой стране это могли неправильно понять. Хотя, с другой стороны, люди здесь любили веселиться. Мартин с удивлением наблюдал за ней.
        - Что с тобой, случилось, Эми? Я не помню тебя такой… веселой.
        - Должно быть, это разреженный воздух.
        - Обычно он действует совсем по-другому. - Мартин нахмурился. - Мне не нравится, что Фабиан не знает о твоем приезде. Боюсь, ты не найдешь то, чего ожидаешь. Ты уверена, что делаешь правильный шаг?
        Несколько часов спустя небольшой самолет приземлился на крохотной взлетно-посадочной полосе на окраине ничем не примечательного городка. Они перелетели через горный массив с зелеными плодородными долинами, вулканическими нагромождениями гор, и Эмили с изумлением наблюдала эту контрастную картину - зеленые ухоженные холмы и холодные высокие плато, где ничто не хотело расти. Все сходится, словно в разгаданной головоломке. Тут же на нее нахлынули воспоминания: слова, которые говорил Фабиан, то, как он себя вел, выражение его глаз, которое она никак не могла понять. Да, теперь все сходится.

«Лендровер» из госпиталя ждал возле взлетной полосы, чтобы забрать медикаменты. Шофер с удовольствием согласился подвезти Эмили. Госпиталь размещался в небольшом белом здании с выкрашенными в небесно-голубой цвет рамами. Когда Эмили вышла из машины, то увидела взлетающий самолет и проводила его взглядом. Внезапно она почувствовала себя одинокой и всеми брошенной и присела на голубую скамейку, пытаясь собраться с мыслями. Что ее ждет? От судьбы не уйдешь. Эмили простонала от бессилия.
        Одноэтажное здание отнюдь не было привлекательным. Лишь разноцветные клумбы немного украшали улочки. Эмили казалось, что она едет в небольшой городок, но теперь поняла, что территория его достаточно велика.
        Так, значит, это то самое место, где работает Фабиан. Он сейчас, наверное, осматривает маленьких пациентов и утешает их родителей. Они не виделись уже месяц. Эмили перевела дыхание, сопротивляясь страху, который в последнее время гнала от себя, подняла голову, глядя по сторонам, и в этот момент увидела Фабиана.
        Он шел большими широкими шагами. Полы его белого халата распахивались от быстрой ходьбы. Его волосы развевались на ветру. Лицо казалось серьезным и озабоченным. Это был ее мужчина. Человек, которого она любила всем сердцем и душой.
        Эмили охватила безудержная нежность. Ей захотелось подбежать и броситься ему на шею. Обнять, поцеловать, ощутить всю его мужскую силу. Эмили хотела увидеть, как улыбка радостного удивления озарит его лицо. Он выглядел таким великолепным и сексуальным. У нее перехватило дыхание, когда она поняла, что в любой момент Фабиан может увидеть ее.
        И вот это произошло. Он остановился как вкопанный.
        - Эмили?! - В его глазах вспыхнуло изумление.
        Она вскочила на ноги.
        - Фабиан! - Улыбка сияла на ее лице. - Как я рада снова видеть тебя!
        Эмили заметила напряжение на его лице, и все надежды на радостную встречу исчезли.
        Взгляд Фабиана потемнел и мгновенно стал равнодушным.
        - Что, черт возьми, ты здесь делаешь?! - раздраженно спросил он.
        - Тружусь, - незамедлительно ответила Эмили. - Мы вместе с Мартином работаем над вторым альбомом. - И это было правдой.
        Фабиан выглядел озадаченным.
        - Что вы делаете?
        - Работаем над новым альбомом. Мартин снимает, а я беру интервью и собираю детские рисунки. Это просто чудесно, Фабиан! Ты обязательно должен посмотреть на то, что у нас уже есть. Мы здесь всего несколько дней. Это великолепно! - Эмили слушала собственный голос и не могла сдержать нервную дрожь. - Этот старый испанский город, балконы, нависающие прямо над улицей, и…
        Фабиан схватил ее за плечи.
        - Успокойся, - грубо оборвал он ее. - Что произошло с тобой?
        Эмили нежно улыбнулась.
        - А что? Что-то не так?
        - А как же твоя работа учителя?
        - Все улажено. На мое место нашли другого человека. Так что все остались довольны. - Приготовления к поездке прошли успешно, что еще раз убедило ее в правильности решения лететь в Колумбию. - Не будь такой злюкой, Фабиан. Это просто прекрасная возможность. - Она опять улыбнулась. - В моем гороскопе написано, что великие свершения ждут меня далеко от дома. Там не говорилось, в каком именно месте, но я подумала, что Колумбия подойдет. Хотела поговорить и с тобой, и с детьми в госпитале. Может, они захотят рассказать мне о своей жизни, нарисовать что-нибудь.
        Фабиан враждебно посмотрел на нее.
        - Что произошло?
        - Произошло? Не знаю. Я живу и работаю, отлично себя чувствую. Короче, счастлива. Ведь это прекрасно, не так ли? Фабиан, а ты счастлив?
        - Объясни наконец, что с тобой произошло.
        Эмили с недоумением посмотрела на него.
        - Что ты имеешь в виду?
        - Тебе уже кто-то предлагал наркотики? А может, ты пьяна?
        Она засмеялась.
        - Да, я пьяна жизнью. Я живу полной жизнью и безумно счастлива!
        - Ты принимаешь наркотики?
        - Витамины, - игриво ответила Эмили, прикусив губу. Она попыталась сохранить выражение серьезности и холодности на лице, но это ей не удалось.
        Фабиан приподнял ее веки и заглянул в зрачки, и она подчинилась ему. Ей нечего было скрывать. Эмили даже предложила пощупать свой пульс.
        - Довольно частый, - угрюмо проговорил Фабиан.
        Эмили согласно кивнула.
        - Конечно. Это все из-за тебя. - Она вновь прикусила губу, чтобы не засмеяться. Неудержимое возбуждение охватило ее, и она отбросила всякую осторожность.
        - Посмотри на себя в зеркало.
        - Именно это я и делаю, когда появляется возможность. Думаю, что выгляжу просто потрясающе. Мне кажется, что от меня исходит какое-то сияние. Ты не находишь?
        Фабиан закатил глаза к небу, будто моля Бога о помощи.
        - Ты не должна находиться здесь, Эмили!
        Она скрестила руки на груди.
        - Извини, что отвлекаю тебя, но я уже здесь.
        - Возвращайся обратно. - Его голос был резким и властным.
        Эмили не пошевелилась.
        - Нет, я никуда не собираюсь. У меня есть работа, и я уеду тогда, когда решу сама. Ты же знаешь, я женщина независимая и в состоянии сама принимать решения.
        - Восхитительно, - довольно жестко ответил Фабиан. - Но в данном случае мне решать, останешься ты здесь или нет. Поэтому ты едешь домой.
        Внезапно все внутри Эмили сжалось от страха. Усилием воли она заставила себя справиться с этим чувством.
        - Нам нужно поговорить.
        Фабиан засунул руки в карманы халата.
        - Нет, ты не можешь оставаться здесь.
        - Даже на ночь? - спросила Эмили, широко раскрыв глаза. - Ты собираешься выкинуть меня на улицу? - Меня, беременную женщину, чуть было не добавила она.
        Фабиан сохранял спокойствие.
        - На ночь ты останешься у меня. Полагаю, другого выбора просто нет. Но завтра утром я лично посажу тебя в самолет и отправлю, куда сама пожелаешь. - Фабиан поднял ее сумку и пошел вперед. - Пойдем.
        Какое-то время Эмили неподвижно стояла, наблюдая за удалявшейся спиной любимого человека. Вся легкость и юмор исчезли без следа. Она усилием воли подавила страх.
        - Фабиан, подожди!
        Он остановился и нехотя обернулся.
        - Я что, слишком быстро иду?
        - Да. - Чувствуя, как удары сердца отдаются болью даже в висках, Эмили посмотрела ему прямо в глаза. - Я действительно такой нежеланный гость?
        Несколько секунд он молчал. Его глаза не могли скрыть происходившей в нем борьбы противоречивых чувств. Что-то дрогнуло в уголках его губ. И она почувствовала надежду. Может, он вовсе не такой жесткий и самоуверенный, каким кажется?
        - Я не ждал тебя, - наконец ответил Фабиан. - У нас не слишком хорошо все организовано для посетителей.
        Посетитель? Эмили вздохнула. Это не слишком обнадеживает.
        - Я не требовательна, - небрежно произнесла она. Все, чего я хочу, это твоей любви и твоей преданности, добавила она про себя.
        - Это хорошо. - Фабиан повернулся и пошел дальше.
        Эмили подняла пакет с фруктами и зашагала вслед. Черт его знает, что происходит с этим человеком!
        Они пришли в маленький одноэтажный дом с верандой на территории госпиталя. Жилище было простым, но достаточно комфортабельным. Одна стена в гостиной отведена для книжных полок от пола до потолка. Каждый дюйм забит книгами и журналами. Никакого телевизора или радио, лишь небольшая стереосистема и впечатляющая коллекция музыкальных дисков.
        Фабиан представил ей Розалию, маленькую индианку, которая присматривала за домом. На ней была широкая разноцветная юбка.
        Эмили протянула Розалии пакет.
        - Я купила кое-какие фрукты на рынке, - объяснила она Фабиану. - Помню, ты говорил, что здесь они не растут.
        - Спасибо, - сказал он холодно. - Пойдем, я покажу тебе твою комнату.
        Это была небольшая спальня, где стояли кровать, стол, стул и тумбочка. Из окна открывался вид на горный массив на фоне холодного бесцветного неба.
        Фабиан поставил сумку на кровать.
        - Ванная комната прямо по коридору. Если что-нибудь понадобится, позови Розалию.
        - Спасибо, - произнесла Эмили, чувствуя, что от его холодного тона настроение неумолимо ухудшается.
        Фабиан недоволен, что она приехала, выпроваживает ее отсюда. Ну разве не унизительно?!
        Он скрестил руки на груди и посмотрел на нее пустыми глазами.
        - Для твоего же блага, Эмили. Выкинь все мысли о том, чтобы остаться здесь. Ничего не получится.
        - У тебя есть кто-нибудь еще? - Вопрос слетел с языка раньше, чем она поняла всю его двусмысленность.
        Фабиана будто передернуло.
        - Совершенно не важно, есть здесь кто-нибудь или нет. А теперь я ухожу, мне нужно в госпиталь. Вернусь к ужину, часов в семь.
        Эмили стояла посреди комнаты, сжимая руки. Она чувствовала, что преподнесла Фабиану неприятный сюрприз. Но теперь отступать поздно. Чего она ожидала? Где-то глубоко внутри теплилась надежда, что любимый обнимет ее, пожалуется, как скучал, и никуда не отпустит, пообещает, что будет любить ее до конца жизни. Вот ведь как получилось - мечтала о принце, а получила странного мужчину, мыслей и чувств которого не может понять. Мужчину, который совсем не любит ее.
        Эмили казалось, будто стены небольшого домика давят на нее. Дышать было тяжело. По-видимому, сказывалось и то, что она находится в горах.
        Понимая, что не может сидеть в четырех стенах, она вышла на улицу. Сначала она гуляла по территории госпиталя, потом вышла за ворота и направилась по запыленной улочке к центру городка. Многие дома были сделаны из кирпича грязного цвета или дерева, а их крыши - из соломы. Колумбийки в ярких нарядах работали на старых ткацких станках возле своих домов, чистили картошку и готовили еду на открытом огне. Острый специфический запах заставлял Эмили побыстрее проходить мимо. Дети с любопытством разглядывали ее своими огромными черными глазищами. Куры что-то клевали на бесплодной земле. Тощая собака какое-то время бежала за ней, а потом исчезла. Прогулка нисколько не подняла настроения Эмили, поэтому она вернулась в домик.
        Розалия приготовила постель, и Эмили легла отдохнуть, уставившись в холодное голубое небо за окном. Ни облачка. Прекрасное небо - чистое и ясное.
        Эмили несколько раз глубоко вздохнула, пытаясь расслабить тело - от головы и до кончиков пальцев на ногах. Много лет назад Энди научил ее этому. Теперь она могла думать о нем без чувства вины, без боли. И это было вполне естественно.
        Эмили не знала, сколько так лежит, но вскоре тело отяжелело и ее охватила дремота. Внезапно вспомнились слова Берты: «Ты думаешь, что перестала скорбеть по Энди, но это не так».
        Эту фразу тут же сменила беспокойная мысль: Фабиан, наверное, думает точно так же.
        Эмили прямо-таки подпрыгнула на постели. Ее сердце готово было вырваться из груди. О боже, подумала она, вот, оказывается, в чем дело! Вот почему он избегает меня!

10

        Как я могла быть такой глухой и слепой?! Как не догадалась о том, что так очевидно! Эмили с мучительным стоном закрыла глаза.
        Когда вечером вернулся Фабиан, Эмили сидела на стареньком деревянном стуле, стараясь не нервничать. Но это было нелегко. Фабиан закрыл за собой дверь и едва взглянул на гостью.
        - Я приму душ, а потом мы поужинаем.
        Ужин был очень простой. Розалия приготовила свинину с картошкой и овощами. На тарелке в середине стола лежали фрукты, которые привезла с собой Эмили. Она никогда раньше не встречала подобных экзотических плодов. Фабиан ел молча, и Эмили понимала, что лучше именно сейчас начать нелегкий разговор и побыстрее со всем покончить.
        - Через пару недель после твоего отъезда, - начала она, - я заехала к тебе, чтобы забрать свои вещи. Я разговаривала с Мэнди.
        - Ну и что? - Он поднял голову и посмотрел на Эмили.
        - Она сказала, что предложила свою кандидатуру для поездки в Колумбию, но ты настоял на том, чтобы самому вернуться сюда.
        - Да, - просто ответил Фабиан.
        - Я хочу знать, почему ты оставил меня. Ты должен сказать мне правду. Обязан!
        - Я не видел причин продолжать наши отношения. - Слова были сказаны холодным скучным тоном.
        Эмили вздрогнула и постаралась мобилизовать всю свою храбрость, потому что поняла: единственный способ узнать что-то - это идти напролом.
        - Ты ревновал меня к Энди, - сказала она таким же бесстрастным тоном. - Теперь я это понимаю.
        Фабиан удивленно приподнял бровь.
        - Энди мертв, - бросил он небрежно.
        - Да, мертв. - Эмили не дрогнула, не сводя взгляда с ледяной маски на лице собеседника.
        - Ты была не готова продолжать эти отношения, - наконец сказал он. - Ты даже не могла продать этот чертов дом!
        Ее сердце сжалось.
        - Это было вовсе не потому, что я не могла забыть мужа, Фабиан, - мягко проговорила она. - Вовсе не потому.
        Он пожал плечами.
        - По крайней мере, мне так показалось.
        - И поэтому ты уехал? Думал, будто я не могу забыть Энди? Ты ревновал. Ревновал потому, что он показал мне мир, потому, что я любила его, и потому, что не смогла отказаться от дома. Вернее, думала, что не могу это сделать.
        - Спасибо, что проанализировала ситуацию, - пробурчал Фабиан с сарказмом. - Я видел, что ты не можешь забыть его. Не можешь слышать правду о нем и о его эгоизме и думаешь о муже как о святом. Тебя охватила паника от одной только мысли о продаже дома. Прости, но я не уверен в тебе и не вижу возможности продолжать наши отношения. - Он воткнул вилку в картофелину. - А теперь давай сменим тему.
        Эмили стиснула руки. Она так волновалась, что ей было трудно говорить.
        - Нет. Я еще не закончила. У меня есть кое-какие проблемы с продажей дома, но это не имеет ни малейшего отношения к Энди.
        - Правда? - раздался его громкий насмешливый голос.
        - Да, правда. До недавнего времени я не понимала причин всего этого. Но теперь поняла. Дом был лишь олицетворением моей мечты о семье, воплощением в жизнь того сна, который снился мне с детства.
        Фабиан ничего не сказал и откинулся на спинку стула, окинув Эмили скептическим взглядом.
        - Ты знаешь, я всегда хотела детей, - продолжала она. - А если бы купила тот небольшой домик, в котором мы были вместе с тобой, то все получилось бы не так, как я мечтала. После переезда в другой дом моя мечта перестала бы существовать. Подсознательно я не могла позволить этому видению исчезнуть, ведь всю жизнь оно было частью меня. Пусть мечта и нереальна, но от одной только мысли, что я отказываюсь от нее, меня охватывала паника. - Эмили глубоко вздохнула. - Дом был символом моих надежд.
        - И символом твоего замужества, - холодно добавил Фабиан.
        - Фабиан, Энди умер! Он был важной частью моей жизни, необходимой ее частью. Но теперь все кончено, и наши отношения с мужем не имеют теперь никакого значения.
        - Ты любила его.
        Сердце Эмили сжалось.
        - Да, любила. Любовь и супружеские взаимоотношения многообразны.
        - И какими же были ваши взаимоотношения?
        - Мы остались друзьями, несмотря на бездетность. Мы уважали друг друга. - Эмили на секунду замолчала. - Судьба принесла нам обоим боль, и мы нуждались друг в друге.
        Он молча смотрел на Эмили, словно ожидал продолжения. В его взгляде вроде бы промелькнуло понимание и что-то еще - недоверие?
        - Я чувствовала себя виноватой, потому что не могла любить его так, как он того заслуживал, - с трудом проговорила Эмили. - Я знала, какой должна быть любовь, но ее не было. Это совсем не так, как с тобой. А ведь именно тебя я любила. С тобой все казалось особенным, а с Энди - обычным. И ни с кем другим никогда не будет так, как с тобой. Наши отношения… далеко выходят за пределы дружбы и уважения…
        - Насколько я понимаю, с Энди у тебя все было вполне по-настоящему.
        Эмили охватили отчаяние и злость.
        - Я не знаю, как убедить тебя! Возможно, ты никогда не чувствовал того же, что я. Наверное, я просто фантазировала и ты не испытывал ко мне особых чувств этим летом. Возможно, это был всего лишь летний роман. А я, дура, наивная дура, подумала, что мы все еще можем любить друг друга по истечении стольких лет и все начать сначала. - Эмили резко поднялась из-за стола, желая лишь одного - поскорее уйти из этого дома.
        Раздался громкий стук в дверь, которая тут же распахнулась. На пороге стояла молоденькая медсестра. Она невнятно сообщила, что где-то произошла авария, много крови и нужно спешить. Пока Эмили пыталась сообразить, что происходит и как ей себя вести, Фабиан встал и поспешно вышел.
        Оставшись одна в безмолвном доме, она ощутила невыносимую усталость, словно только что карабкалась по горам и все силы покинули ее.
        Эмили было трудно даже принять душ. Все же освежившись под ним, она забралась на узкую кровать в надежде заснуть. Несомненно, ей требовался отдых.
        Однако сон никак не шел, тревожные мысли крутились в голове. Убедила ли она хоть в чем-то Фабиана? Что, если ему не нужна ее любовь? А ведь надо еще сказать ему о своей беременности. Она положила руку на живот. Фабиан имеет право знать о ребенке.
        Перед ней возник образ матери, молоденькой девчонки, беременной, брошенной негодяем мужем, в грязной комнате мотеля с десятью долларами в кармане. Нет! - сказала себе Эмили. Сейчас все иначе!
        Она не одна - дома у нее много любящих друзей, которые окажут поддержку. На ее банковском счету намного больше, чем десять долларов. Она уже не юная девчонка, а независимая женщина с собственной жизнью, домом, работой. Ребенок будет для нее радостью, а не обузой.
        Рука Эмили по-прежнему лежала на животе. Пока что не было видно никаких внешних признаков беременности, но ребенок был там, внутри, и рос с каждым днем. Эмили хотела, чтобы Фабиан воспитывал ребенка вместе с ней.
        Она вдруг почувствовала, что замерзла. Окно комнаты оставалось открытым, а ночной воздух с высокогорных плато был очень холодным. Эмили встала, закрыла окно и быстренько забралась обратно под одеяло.
        Возможно, Фабиан не хочет ее, но он наверняка не станет отказываться от своего ребенка. Что бы ни случилось, он никогда не оставит ее с десятью долларами в кармане. Эмили улыбнулась столь нелепым мыслям.
        Конечно, Фабиан может сказать, что это не его ребенок, а, например, Мартина или кого-нибудь еще. Какое-то время Эмили обдумывала и такой поворот дела, но потом устыдила себя за эту мысль. Фабиан не окажется таким негодяем.
        Все образуется, подбадривала она себя.
        Обязательно образуется. Она не может позволить себе думать иначе.
        Не думай о плохом! - приказывала себе Эмили. Не думай. Завтра наступит новый день и будет много времени на размышления.
        Эмили представила себе Фабиана. Вот он улыбается, ласкает ее, гладит по волосам. Все прежние мысли о нем - ошибка. Он любит ее и никуда больше не отпустит. Согревает даже мысль о нем. Эмили ощутила его дразнящие руки на своем теле. Ей так хорошо, так хорошо. Любимый совсем близко, его губы ласкают ее лицо, шею; его горячее, возбужденное тело прижимается к ней.
        Эмили вздохнула и чуть повернулась на бок. Какой-то звук донесся до нее. Наверное, пение птиц, подумала она. Ей не хотелось просыпаться, и поэтому она еще плотнее закрыла глаза. Как прекрасно было бы остаться в этом сне, поближе к этому теплу.
        - Фабиан, - прошептала она, - я люблю тебя.
        - Я тоже люблю тебя.
        Эмили улыбнулась и вновь вздохнула, а потом почувствовала его губы, его поцелуй… настоящий поцелуй…
        Это был не сон.
        Ее рука касалась его тела. Теплого, живого, настоящего тела. Это не сон. И не плод ее больного воображения.
        - Фабиан? - чуть слышно прошептала она.
        - Да?
        - Я думала, что сплю, - тихо проговорила Эмили, боясь прервать эту идиллию.
        - А что тебе снилось?
        - Что ты занимаешься со мной любовью. Я боялась проснуться. - Эмили так сильно обняла Фабиана, что он протестующе забормотал что-то, и ей пришлось слегка ослабить руки. - О, Фабиан, я не могу поверить. Ты действительно здесь?
        - Я действительно здесь.
        Их губы слились в поцелуе, прежде чем Эмили успела что-то сказать. Он целовал ее со страстью и нежностью, и все беспокойные, недобрые мысли внезапно исчезли из ее головы. Она могла лишь отдаться прекрасному чувству радости и возбуждения, вдруг возникшей безумной страсти. Никакие сомнения, беспокойства и страхи больше не тревожили ее.
        Вместе они сотворили волшебство, сказку, которая принадлежала только им двоим.
        Эмили открыла глаза, как только едва заметные проблески утренней зари стали пробиваться в окно. - Что ж, попытайся убедить меня.
        Фабиан спал рядом, обняв ее одной рукой.
        Ее сердце переполняла бесконечная нежность, ведь Фабиан подарил ей самые восхитительные мгновения из всех, что ей довелось испытать в жизни. Поэтому неудивительно, что, повинуясь внезапному порыву, она принялась покрывать его лицо, шею и плечи частыми благодарными поцелуями.
        - Скажи, что ты подумал вчера, когда увидел меня? - прошептала она.
        Фабиан одной рукой прикрыл глаза и виновато ответил:
        - Я растерялся.
        - Ты вовсе не выглядел растерянным. Мне ты показался разъяренным.
        Он поморщился.
        - Удивительно, на что мы только не идем, чтобы спрятать свои чувства.
        - Почему ты растерялся, когда увидел меня?
        - Я испугался, что не смогу отказать тебе.
        - Что ж, ты и не смог. - Она улыбнулась. - Но разве это было так ужасно? По-моему, все замечательно. - Эмили принялась перебирать завитки волос на груди Фабиана.
        Он взял ее руку.
        - Да, это замечательно.
        - Что заставило тебя сдаться? Почему ты переменил свое решение?
        Фабиан закрыл глаза, и на мгновение его лицо исказила боль.
        - Вчера вечером медсестра приходила за мной, потому что привезли людей с тяжелейшими травмами. В дорожную катастрофу попал автобус, полный пассажиров, в том числе и маленьких. И вот я стоял в операционной, помогая спасать одного ребенка за другим, и думал о том, что жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на злобу и ненужную, ранящую нас гордыню. В глубине души я прекрасно понимал, что отказываюсь от счастья с тобой, от шанса, который предоставляет мне судьба, - и все из-за своего глупого мужского самолюбия и необоснованной ревности. Мне понадобилась хорошая встряска, чтобы признать это.
        - И во всем виновата я, - смущенно проговорила Эмили. - Мне очень жаль.
        - Давай не будем говорить об этом, - улыбнулся Фабиан. - Я лишь хочу обнимать и целовать тебя, заниматься с тобой любовью. - Он нежно поцеловал ее и заглянул в глаза. - Скажи, что твои вчерашние слова правда.
        - Какие?
        - Что все хорошее между нами… что я для тебя особенный…
        Ее сердце ёкнуло.
        - Так и есть. Ты же знаешь это. То, что я чувствую к тебе, никогда не смогу почувствовать к кому-нибудь другому. Это особенное принадлежит нам, Фабиан. И всегда принадлежало.
        - Я был ревнивым идиотом, - едва слышно произнес он. - Прости, что причинил тебе боль.
        - Но ведь я тоже не ангел. - Эмили уткнулась лицом в его теплую шею. - О, Фабиан, я так хочу все начать сначала и быть счастливой.
        - Постараюсь приносить тебе только счастье. - Он погладил ее по волосам. - Я ужасно скучал и был безмерно несчастен, когда оставил тебя.
        - Я тоже скучала, - прошептала Эмили, и в этот момент словно маленький дьяволенок вселился в нее. - Но только недолго, - добавила она.
        Последовала небольшая пауза. Фабиан чуть приподнялся.
        - Недолго?
        - Ага, я решила забыть обо всем плохом.
        - Забыть?
        Эмили посмотрела ему в глаза и заговорщически проговорила:
        - Случилось чудо.
        Фабиан с недоумением взглянул на нее. Она улыбнулась.
        - Божественный знак, чудесный дар свыше, нечто замечательное и прекрасное.
        Он уронил голову на подушку и ухмыльнулся.
        - Я не верю в чудеса.
        - Придется поверить.

        Эмили расцвела в улыбке. Казалось, что улыбается и каждая клеточка ее тела.
        - Я беременна. У нас будет ребенок.
        Фабиан ошеломленно посмотрел на нее, потом покачал головой.
        - Эми, я… должно быть, ты ошиблась. Его реакция нисколько не удивила ее, и она рассмеялась в ответ.
        - Я не ошиблась.
        - Я… мы… но у нас не было шансов. Это просто не… - Он потер подбородок. - Полагаю, теоретически это возможно, но… - Фабиан все время запинался, и Эмили прикрыла его рот рукой.
        - Не говори так, - тихо проговорила она. - Это чудо. Свершившееся чудо.
        На его лице читались противоречивые чувства.
        - Эмили, ты уверена?
        Она кивнула.
        - Подтверждено тремя тестами на беременность и седовласым акушером-гинекологом с огромным опытом.
        Со сдавленным стоном Фабиан обнял ее и притянул на грудь.
        - О, Эми, я люблю тебя, - хрипло проговорил он. - Люблю всем сердцем и душой.
        Ее сердце переполняла радость.
        - Я тоже люблю тебя…
        Они лежали в тишине в объятиях друг друга, радуясь взаимному признанию и силе своих чувств. Загадочная музыка играла в их сердцах.
        Наконец Фабиан пошевелился.
        - Три теста на беременность? - спросил он с легким оттенком юмора.
        Эмили засмеялась, лаская губами его сильную грудь.
        - Да.
        - Почему ты сразу не сказала мне об этом?
        - Сначала я хотела прояснить, что же между нами происходит, веришь ли ты в то, что я всегда любила тебя, что… - она запнулась и глубоко вздохнула, - Энди и мои воспоминания о нем никак не отразятся на тебе, на нас. - Эмили крепче обняла любимого. - Я знала, что ты никогда не станешь отказываться от ответственности за ребенка, но… не желала, чтобы ты был со мной только из-за этого. - Ее голос дрожал. - Хотелось быть уверенной… что ты любишь меня ради меня самой.
        Фабиан порывисто обнял ее.
        - Моя идиотская гордость могла стоить мне твоей любви и ребенка.
        - О ребенке я сказала бы тебе в любом случае. Но я хотела, чтобы для тебя это был особенный момент.
        Он страстно поцеловал любимую женщину.
        - Ну, теперь я никуда не отпущу тебя. Мы поженимся, и вся наша жизнь будет особенной.
        Сердце Эмили сжалось.
        - Я тоже никуда не отпущу тебя и не оставлю ни на один день. Так нам обоим будет спокойнее.
        Фабиан порывисто сел.
        - Нам нужно разработать план.
        - Я остаюсь здесь, с тобой, вот и весь план.
        Он нахмурился.
        - Это будет нелегко.
        - Я выдержу.
        Фабиан кивнул.
        - Знаю. Просто моя работа закончится лишь через год. Тогда я буду свободен.
        - И мы сможем поехать в какое-нибудь новое экзотическое место?
        - Или вернуться домой. Там я смогу читать лекции, писать.
        - Лучше бы тебе заниматься частной практикой, - сказала она. - Кроме того, в мире есть много мест, которых я не видела. Ты можешь показать мне их.
        Фабиан улыбнулся. Его взгляд был переполнен любовью.
        - Ты фантастическая женщина, - сказал он.
        Эмили улыбнулась, окрыленная его словами.
        - Конечно. Я же ношу под сердцем твоего ребенка.
        - Ты носишь моего ребенка, - медленно произнес он, наслаждаясь каждым словом. - Мой ребенок. Наш ребенок. Твой и мой.
        Счастье переполняло Эмили.
        - Да, - отозвалась она. - Ты только подумай, Фабиан. Наш ребенок. Наш. Он не имеет никакого отношения к прошлому. Ребенок - это будущее.
        Фабиан вздохнул так, словно тяжкий груз свалился с его сердца.
        - Когда он родится?
        - В середине апреля.
        - Как ты себя чувствуешь?
        - Я полна жизни. Принимаю витамины. Чувствую себя великолепно, - бодрым голосом ответила Эмили.
        - А я не мог понять, что с тобой происходит.
        Эмили засмеялась.
        - Эх ты, врач. Ты должен был понять, что это женские гормоны делают свое дело.
        - Что ж, я не совершенен.
        - Как врач? Не знаю… Но как мужчина ты просто великолепен! Тебе нет равных.
        - Это потому, что тебе как женщине нет равных. - Фабиан прижался к ее губам. - Вот ты говорила что-то про чудо, но я знаю твердо, что самое большое чудо - это ты, моя любимая!

 
Книги из этой электронной библиотеки, лучше всего читать через программы-читалки: ICE Book Reader, Book Reader BookZ Reader. Для андроида Alreader, CoolReader Библиотека построена на некоммерческой основе (без рекламы), благодаря энтузиазму библиотекаря. В случае технических проблем обращаться к