Важное объявление: В связи с блокировкой в России зеркала ruslit.live, открыто новое зеркало RusLit.space. Добавте пожалуйста его в закладки.


Библиотека / Любовные Романы / AUАБВГ / Грэхем Линн: " Пылкий Властелин " - читать онлайн

Сохранить .
Пылкий властелин Линн Грэхем

        Шейх небольшой страны Марвани, Явар, переживает не самые простые времена: после тяжелой аварии, смерти отца и предательства женщины он никак не может прийти в себя. И все же, понимая свою ответственность перед страной, он решает жениться. Но сначала ему нужно развестись с Сибиллой, которая разбила ему сердце и жестокого предала его, бросив в самый страшный момент его жизни. После нескольких дней брака Сибилла легко согласилась оставить Явара, взяв у его отца крупную сумму денег. Но, встретившись с предательницей, шейх понимает, что не сможет с ней развестись…

        Линн Грэхем
        Пылкий властелин
        Роман

        Lynne Graham
        The Desert King’s Blackmailed Bride
        The Desert King’s Blackmailed Bride «Пылкий властелин»

        Глава 1

        Король Явар, недавно вступивший на престол Марвани после смерти отца, Лута, всматривался в финиковые пальмы во внутреннем дворике за пределами своего кабинета. Красивая брюнетка играла в мяч с его племянницей и племянником. Девушку звали Залиха. Образованная, элегантная и добродушная молодая женщина, она могла бы стать прекрасной королевой.
        Марвани было государством в Персидском заливе, небольшое, но богатое нефтью и глубоко консервативное по своему укладу. Король-холостяк должен был как можно быстрее обзавестись женой. Королевская династия не считалась устоявшейся, пока не было другого наследника, а Явар был единственным ребенком в семье.
        В газетах непрестанно строились различные предположения. Подозрения возбуждались после каждого разговора Явара с незамужней молодой женщиной.
        Явар точно знал, почему все время откладывал свадьбу. К тому же он чувствовал отсутствие искры между ним и Залией, как бы красива она ни была.
        Стук в дверь возвестил о прибытии Бандара, старшего юридического советника королевской семьи.
        - Приношу извинения, если я немного рано.  - Невысокий мужчина торжественно поклонился.
        Явар пригласил его сесть.
        - Это очень деликатный вопрос,  - тихо сообщил Бандар.  - Но обсудить это с вами моя обязанность, как вашего консультанта.
        - Нет ничего, чего мы не можем обсуждать…
        - Тем не менее это вопрос, который я впервые поднял полтора года назад с моим предшественником, Юсуфом, и он поручил мне никогда не упоминать об этом, иначе я совершу преступление.  - Бандар опустил глаза.  - Если это так, примите мои извинения заранее.
        Юсуф был советником отца Явара и ушел в отставку после того, как не стало короля Лута; Бандар занял его место. Тонкие черные брови Явара сошлись на переносице - смесь любопытства и тревоги одолевали его.
        - Я необидчив, а ваша роль заключается в том, чтобы защищать меня в правовых вопросах,  - спокойно ответил Явар.  - Естественно, я уважаю вашу ответственность.
        - Тогда я начну,  - вздохнул Бандар.  - Два года назад вы женились на молодой англичанке, пусть и не многие в курсе, это обстоятельство должно быть рассмотрено соответствующим образом.
        Требовалось немало усилий, чтобы заставить замолчать Явара, который обладал пылким нравом.
        - Но брака как такового фактически не было…  - наконец нашелся Явар.  - Мне сообщили, что церемония была незаконной, потому что я не получил разрешения своего отца.
        - Я боюсь, что ваш отец таким образом выдавал желаемое за действительное. Он хотел считать, что брак не имеет силы, и у Юсуфа не хватило смелости возразить ему…
        Явар побледнел.
        - Так брак был законным?  - переспросил он в недоумении.
        - В нашей конституции нет закона, который бы запрещал наследному принцу Марвани жениться по его собственному выбору. Вам было двадцать шесть лет, тем не менее брак еще в силе, потому что вы не сделали ничего, чтобы расторгнуть его юридически.
        Широкие, сильные плечи Явара напряглись под длинным белоснежным саубом. Он нахмурился, пытаясь определить урон, который только что был нанесен его брачным планам. Он уже был женатым человеком. Нет, он все еще был женат.
        - Я не сделал ничего, чтобы расторгнуть этот брак, потому что мне сообщили, что он был незаконным и, следовательно, недействительным. Как плохой контракт,  - заметил он.
        - К сожалению, это не так.  - Бандар вздохнул.  - Чтобы расторгнуть этот брак, требуется развод согласно законодательству Великобритании и закону Марвани.
        Явар подошел к окну. Залия все еще развлекала его племянников.
        - Я и не подозревал об этом. Меня должны были проинформировать об этой ситуации еще год назад…
        - Как я уже упоминал, Юсуф был моим начальником, и он не позволил мне поднять эту тему…
        - Моего отца не стало более трех месяцев назад,  - сухо напомнил ему Явар.
        - Я должен был убедиться в том, что мои сведения достоверны, прежде чем начинать этот разговор. Я также обнаружил, что, несмотря на расставание с вами, ваша жена не просила развода.
        Явар замер: его худое мрачное лицо напоминало непроницаемую маску.
        - Не нужно говорить об этой женщине, как о моей жене,  - холодно заметил он.
        - Мне следует называть эту леди вашей королевой?  - Бандар позволил невероятную бестактность.  - Потому что так или иначе Сибилла Уитакер, жена короля Марвани, имеет официальный статус королевы.
        Явар глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться, его ладони с длинными пальцами сжались в кулаки. Он совершил единственную серьезную ошибку: женился на охотнице за деньгами, которая оставила его при первой же возможности.
        - Естественно, я уважаю то, что ваш отец не одобрил эту молодую особу.
        - Мой отец был совершенно прав. Она была неподходящей кандидатурой ни для роли моей супруги, ни для роли королевы,  - процедил Явар сквозь зубы.  - Я был непокорным сыном, Бандар… но я усвоил урок.
        - Уроки юности часто бывают суровыми,  - рассудительно заметил Бандар. Он испытывал облегчение. В отличие от покойного родителя, вспыхивающего как сухая трава от любой искры, новый король был готов выслушать все, даже если ему это может не нравиться.
        На самом деле Явар едва слышал. Короля одолевали непрошеные воспоминания из глубин его разума, где хранились тревожные переживания, которые он жестко пресекал. Он вновь вспомнил, как Сибилла уходит от него. Вспомнил ее прекрасные светлые волосы, развевающиеся на ветру, длинные, стройные ноги… в тот момент она была потрясающе красивой.
        С самого начала Сибилла разыгрывала сложную многоходовую партию соблазнения. Еще никогда он не был отвергнут женщиной, она бросила ему вызов своим равнодушием. Ему потребовалось два года, чтобы добиться ее расположения, но по-настоящему она стала принадлежать ему только тогда, когда он сдался и подарил ей обручальное кольцо. Неудивительно, что за долгий период безбрачия и неудовлетворенности Сибилла Уитакер стала для него наваждением.
        Расплата за слабость не заставила долго ждать. Между ними вспыхнула громкая ссора. Он уехал из Оксфорда в Марвани без нее и с того дня ее больше не видел. После серьезной аварии Явар пришел в себя на больничной койке, отец сидел рядом с ним, как часовой, его постаревшее лицо носило печать скорби и тревоги.
        Прежде чем сообщить плохую новость, король Лут взял сына за руку, пытаясь утешить. Сибилла, признался Лут, не приедет навестить Явара. Его брак, заявил Лут, незаконный, и Сибилла приняла денежное вознаграждение в качестве откупа, ей следовало забыть, что Явар появлялся в ее жизни. Король Лут купил ее молчание большой суммой, которая явно компенсировала утрату мужа и обеспечила ей безбедное существование в будущем.
        Явар вдруг вспомнил одну из самых безумных фантазий, охвативших его, пока, беспомощный, он лежал на больничной койке. Зная о своей дипломатической неприкосновенности в Великобритании, он всерьез подумывал похитить Сибиллу. Сейчас он лишь покачал головой. Сибилла с легкостью бросила его, как только получила возможность разбогатеть.
        - Мне нужно знать, как уладить эту проблему.  - Бандар вернул Явара в настоящее.  - При помощи нашего посла в Лондоне я воспользовался услугами высококвалифицированной юридической фирмы, которая подготовит бумаги для развода. После такой долгой разлуки, как они уверяют, развод - чистая формальность. Желаете, чтобы я поручил представителям фирмы связаться с Сибиллой Уитакер?
        - Нет…  - Явар резко обернулся. На его лице читалась решимость.  - Она пока не знает, что мы по-прежнему муж и жена, и я сам сообщу ей обо всем.
        Бандар поморщился. Он опешил от такой уверенности.
        - Но, ваше величество…
        - Она этого достойна. Именно мой отец ввел ее в заблуждение относительно законности нашего брака. Сибилла вспыльчива. Мое личное обращение, скорее всего, приведет к быстрой и удачной развязке. Я сам доставлю ей документы на развод.
        - Понимаю.  - Бандар кивнул.  - Это дипломатичный и сдержанный подход.
        Еще ни одна женщина так не волновала Явара. Конечно, теперь, когда он знал, какой меркантильной и бесчувственной она была, у него не осталось к ней того, прежнего влечения. Он был умным мужчиной, и эмоции больше не имели над ним власти.
        Отношения с Сибиллой стали Явару уроком. Никогда он больше не поставит себя в неловкое положение перед женщиной. Именно поэтому он решил как можно скорее жениться.

        С полными подарков и открыток руками, Сибилла пыталась открыть двери начальной школы, где она преподавала. Наконец у нее это получилось, и она направилась к своей машине.
        - Давай я помогу…  - Высокий, хорошо сложенный юноша с каштановыми волосами и открытой улыбкой перехватил ее, взял несколько подарков, чтобы Сибилла смогла разблокировать машину.  - Да ты популярна в классе!
        - Ты о чем? Разве тебе подарили меньше?  - спросила Сибилла у Дэнни, который преподавал в шестом классе и отвечал за игры.
        - Да. Вино, одеколон,  - протянул он, закидывая вещи в ее багажник.  - Здесь, в этом привилегированном уголке среднего класса в Лондоне, последний день семестра похож на беспроигрышную лотерею.
        Сибилла невольно улыбнулась. Ее прекрасное лицо оживилось, голубые глаза светились.
        - По всей видимости, родители учеников немного вышли из-под контроля.  - Она вздохнула.  - Они тратят слишком много денег.
        Дэнни хлопнул крышкой багажника и прислонился к машине.
        - Итак, как собираешься провести оставшиеся летние дни?
        - Побуду с сестрой… Может, отправлюсь в короткое путешествие…  - уклончиво ответила она.
        - Ты о сестре, которая замужем за богатым итальянцем?  - уточнил Дэнни.
        - У меня только одна сестра,  - неохотно призналась Сибилла, покачивая ключами от машины: она рассчитывала, что Дэнни поймет намек и уберется с ее пути.
        Он нахмурился:
        - Ты знаешь, моложе, чем сейчас, нам уже не стать. Ты не хотела бы хоть раз провести время без семьи? Сделать что-нибудь рискованное? Выйти из зоны комфорта?
        Сибилла с трудом сдерживала улыбку. Два года назад она именно так и поступила, и к чему это привело? Теперь она навсегда отказалась от риска. Вела спокойную, размеренную жизнь, пыталась наладить отношения с сестрой. Она обожала Лорейн. Сестра была старше ее на пять лет, и, когда жизнь Сибиллы пошла под откос, Лорейн во многих неудачах винила себя.
        «Лорейн любит тебя… Она хочет видеть тебя счастливой,  - как-то сказал Чезаре, ее деверь.  - Если ты доверишься, расскажешь всю правду, ей станет лучше».
        Но Сибилла решила, что никому и никогда не расскажет эту историю. Это было глупое, недальновидное решение, за которое она до сих пор расплачивалась. Она не была готова к тому, что люди резко изменят мнение о ней.
        - Что до меня, я буду в Корнуолле,  - напомнил ей Дэнни, словно она могла об этом забыть. Он прожужжал ей все уши своими планами на лето.
        - Надеюсь, ты хорошо проведешь время.  - Сибилла протиснулась мимо него, чтобы открыть дверь.
        Дэнни мягко удержал ее за руку и посмотрел на нее с сожалением.
        - Я бы провел его гораздо лучше, если бы ты согласилась поехать со мной,  - признал он.  - Чисто дружеское путешествие. Последний шанс, Сибилла. Почему бы не пожить для себя?
        Сибилла отняла руку:
        - Кажется, я сказала, что у меня другие планы.
        - Какой-то парень обидел тебя, не так ли?  - Дэнни сконфузился и отошел. Его лицо раскраснелось, он запустил руки в карманы.  - Но не все такие, Сибилла. Если ты чего-то хочешь, нужно просто протянуть руку и взять это.
        Часто дыша, Сибилла скользнула на водительское сиденье и захлопнула дверь. Она действительно мечтала о другой жизни. Но теперь она была не в состоянии просто протянуть руку и взять то, что хочется, потому что у нее были обязанности, ограничивающие ее независимость и свободу. Помощь сестры сейчас была ей необходима.

        Задолго до того как Сибилла встретила Явара, они с Лорейн получили в наследство от покойной матери крошечный греческий остров. Муж Лорейн, Чезаре, купил у сестер Лионос за довольно щедрую сумму. Продажа острова состоялась еще то того, как Сибилла забеременела. Большую часть денег она вложила в трастовый фонд, которым могла воспользоваться только по достижении двадцати пяти лет. Тогда это показалось ей отличной идеей - от такого количества денег кружилась голова, и Сибилла опасалась, что могла унаследовать расточительность своей матери.
        Теперь Сибилле было двадцать четыре, и, пришлось признать, что, если бы она поступила по-другому, теперь она могла бы использовать эти деньги и быть финансово независимой от сестры. Вместо этого, чтобы продолжать преподавать, ей приходилось прибегать к услугам няни сестры - Салли. На жалованье учительницы она бы никогда не смогла позволить себе такой уход.
        С другой стороны, следуя совету Чезаре, она купила хорошую трехкомнатную квартиру. Сибилла сразу выплатила полную стоимость жилища и поэтому смогла позволить себе небольшой автомобиль и частичную оплату услуг Салли. Конечно, Лорейн утверждала, что Сибилла делала им с Чезаре одолжение, обеспечивая Салли работой, пока они были за границей. Когда сестра с мужем улетали в Лондон, Сибилла перебиралась в их таунхаус, так было удобнее для всех.
        Увешанная пакетами с сувенирами и открытками, Сибилла с трудом открыла дверь в свою квартиру.
        Салли, соблазнительная брюнетка с широкой улыбкой, появилась в дверях кухни и поздоровалась.
        Сибилла поставила сумки и прошла в гостиную. Сын и дочь играли с пластиковыми кубиками в центре ковра. У обоих малышей были иссиня-черные волосы и темные, напоминающие осколки агата глаза. Таир выронил кубик, загулил от восторга и торопливо пополз к ней навстречу. Рания рассмеялась и подняла руки к матери.
        - Привет, мои дорогие,  - тепло сказала Сибилла, ее лицо смягчилось. Она опустилась на колени, чтобы поднять Таира, а затем привлекла к себе Ранию.
        - Мама, мама,  - сказала Рания торжественно, пухленькая ручка аккуратно коснулась щеки Сибиллы.
        Таир потянул Сибиллу за волосы и запечатлел на ее щеке мокрый поцелуй, изо всех сил к ней прижимаясь. И все заботы, и маленькие неприятности дня в тот же миг перестали тревожить Сибиллу. Как только близнецы появились в ее жизни, они украли ее сердце. Она так волновалась, что не справится с воспитанием двоих детей, но Лорейн взяла ее к себе, чтобы научить основным вещам.
        - Ты обязательно справишься. Все всегда справляются,  - убедила Сибиллу сестра.
        Но никто не предупреждал, что ее сердце будет петь от любви к ним. Во время беременности Сибилла не чувствовала, что готова стать матерью. Но когда родились близнецы, она всю себя посвятила им.
        - Сегодня днем мы ходили в парк. Таир устроил настоящую истерику, когда я сняла его с качелей,  - призналась Салли.  - Он никак не мог успокоиться, уснул, когда окончательно выбился из сил.
        - Да, с ним непросто,  - согласилась Сибилла.  - Но Рания ведет себя так же, если с ней быть слишком строгой. Они хотели проверить тебя на прочность.
        «Совсем как их отец»,  - мрачно подумала Сибилла. Образ Явара мелькнул у нее в голове - темные волосы, широкие плечи, блестящие черные глаза, мерцающие от гнева. Вспыльчивый, горячий, страстный в постели, неудержимый. По ее коже пошли мурашки - явные признаки возбуждения. Но Явар был также невероятно упрямым, импульсивным и непредсказуемым.
        - Ты в порядке?  - спросила Салли, забирая близнецов из рук матери.  - Ты побледнела и как-то выпала из реальности.
        - Я в порядке.  - Покраснев, Сибилла поднялась и поспешила в крошечную кухню, чтобы сделать чай.
        Иногда прошлое просто атаковало ее со всех сторон, воспоминания сбивали с ног без предупреждения. Случайное слово, знакомый запах или песня поражали ее за секунду, оставляя беззащитной перед давней болью. Если бы она не любила Явара, пережить все это было бы гораздо легче. Но он лишь лгал и использовал ее.
        Явар думал, что деньги могут решить любые проблемы, волшебным образом устранить обиды и разрушенные надежды. Его богатство гарантировало самую мягкую посадку при любых обстоятельствах. Отец Явара даже предлагал ей значительную сумму.
        Пока они были вместе, Сибилле и в голову не приходило, что однажды она наскучит ему.
        - Люди ожидают от меня щедрости,  - сказал ей однажды Явар.
        - Но ты не должен делать что-то просто потому, что кто-то ждет этого от тебя,  - заметила Сибилла.  - Это сумасбродно и расточительно, словно тебе не хватает внимания общества.
        Явар бросил на нее возмущенный взгляд:
        - Ничего подобного!
        Конечно, на него и так всегда обращали внимание. Он был потрясающе красивым, и, куда бы он ни пошел, ему оборачивались вслед. Очень часто в ход шли новенькие спортивные автомобили, небольшая армия телохранителей и роскошный образ жизни.
        Сибилла подала Салли кружку чая, близнецы снова предались своим играм.
        - Я упаковала все их любимые игрушки и положила в машину. На одну заботу завтра будет меньше,  - сказала Салли.
        Решительно закрывшись от воспоминаний, жаливших ее душу, Сибилла улыбнулась няне.
        - Спасибо, но мне приходится так часто паковать вещи, что я, кажется, могу делать это с закрытыми глазами. Соскучилась по Лорейн и племянникам,  - призналась она.
        - Теперь, когда близнецы подросли, Макс и Джиа будут в восторге,  - улыбнулась Салли.
        - Джиа будет раздражена тем, что они больше не захотят оставаться там, куда она их положит.  - Сибилла засмеялась, вспомнив, что ее властная племянница относилась к близнецам как к большим куклам.
        Когда Салли ушла, Сибилла покормила детей, искупала и уложила спать. Пока она читала им, размышляла над тем, будет ли у нее работа, когда лето подойдет к концу. В данный момент она заключила временный контракт, на декретной ставке.
        Все еще продолжая беспокоиться об этом, она довольно рано легла спать и сразу же провалилась в сон.

        На следующий день Сибилла встала, на автопилоте накормила и одела близнецов, затем снова уложила их спать, чтобы они приехали к сестре и племянникам в хорошем настроении. В пижамных шортах и большой футболке она сновала по дому, собираясь. Неожиданно раздался звонок в дверь.
        Из аэропорта Явар направился прямиком по адресу, который ему передал Бандар. Сибилла жила в многоквартирном доме в дорогом спальном районе. Он криво усмехнулся. Пусть он и не платил алименты своей бывшей жене, на деньги отца она явно не голодала.
        Явар был взволнован. Два года назад, беспомощный, на больничной койке, он думал о Сибилле, охотящейся за другими мужчинами ради развлечения, и его душила злость. Но то время осталось в прошлом, успокаивал он себя. Теперь единственное, чего он хотел,  - провести окончательную черту, расправиться с браком, которого не должно было быть.
        Сибилла заглянула в дверной глазок и нахмурилась. На пороге стоял высокий темноволосый мужчина, лица его она не разглядела.
        Звякнула цепочка.
        - Да?
        - Открой дверь. Это Явар.
        Сибилла увидела его темную кожу, массивный подбородок, а затем ее взгляд поднялся к темным глазам, обрамленным густыми ресницами. Незабываемый… Да, он был незабываемым мужчиной, и ее сердце теперь колотилось где-то в районе горла, стало трудно дышать или говорить. На мгновение инстинкты взяли верх, и она снова плотно захлопнула дверь. Колени предательски дрожали.
        Явар выругался и снова позвонил.
        Сибилла сползла вниз по двери, обняла колени. Явар опоздал на два года. Тоска затопила ее душу. Она не могла поверить, что Явар мог прийти просто так, без предупреждения. Но она помнила: именно так, без предупреждения, он исчез из ее жизни.
        Звонок все не стихал. Сибилла вздрогнула. Явар очень быстро терял терпение. Она вдохнула глубоко и медленно, пытаясь успокоиться. Что он забыл здесь, в Лондоне? Как узнал ее адрес? И зачем пришел спустя столько времени? Было ли это связано с тем, что после недавней кончины отца он унаследовал трон?
        - Сибилла…
        Услышав его голос снова, она невольно погрузилась в мучительные воспоминания.
        Она резко поднялась с пола. Так резко, что у нее чуть не закружилась голова. Ни в коем случае она не станет прятаться за дверью от мужчины, который так круто изменил ее жизнь.

        Глава 2

        Сибилла осторожно выглянула в окно. Явар стоял на тротуаре спиной к ней. Несколько мужчин в темных костюмах, несомненно его личная охрана, окружали его.
        Сибилла захлопнула дверь перед лицом Явара. Он рассердился, а злость обычно делала его непредсказуемым. Сибилла нервничала. Пытаясь предугадать его следующий шаг, она вернулась к двери, расправила плечи, сняла цепочку и открыла дверь.
        Рука Явара повисла в воздухе в нескольких дюймах от дверного звонка. У него перехватило дыхание, когда Сибилла появилась в дверях. На ней были бесстыдно короткие домашние шорты и футболка, плотно облегавшая ее упругую грудь. Опустив глаза, он поджал чувственные губы.
        - Сибилла…
        - Что ты здесь делаешь?
        Сибилле лишь оставалось дивиться тому, как время меняет людей. Если бы два года назад этот мужчина появился у нее на пороге, она бы бросилась к нему в объятия и покрыла его лицо и губы поцелуями. Но прошло время. Он разбил ей сердце, оставил одну и ни разу не связался, чтобы объясниться или хотя бы извиниться. Это молчание говорило громче всех слов: Явар никогда не любил ее. Если бы было по-другому, он бы не исчез из ее жизни.
        - Могу ли я войти? Нам нужно поговорить.  - Голос Явара остался таким же волнующим.
        - Что ж, если без этого не обойтись.  - Сибилла отошла в сторону. Она старалась не смотреть на него.
        Явар надел мягкую кожаную куртку и джинсы, каждое его движение было полно томной грации. Он обладал высоким ростом - идеально для миниатюрной девушки, обожавшей туфли на высоком каблуке. Широкие плечи, узкая талия, мощные бедра всадника и плоский рельефный живот. Густые иссиня-черные волосы теперь были коротко острижены, обрамляя привлекательное лицо с классическим носом, высокими скулами и чувственным ртом. Но в первую очередь, именно темные, глубоко посаженные глаза обращали на себя внимание. Сибилла описывала их как два осколка черного неба, со всполохами ярких огней, сияющих, как звезды в темном небе. Она почувствовала слабость в коленях.
        Сибилла перевела взгляд на разбросанные детские игрушки и вдруг подумала о том, что Явар просто соскучился по детям. Но как он мог узнать о близнецах, если бросил ее задолго до того, как она сама поняла, что беременна?
        Не говоря ни слова, Сибилла наклонилась, подняла разбросанные игрушки и сложила их в плетеную корзину у стены.
        - У тебя есть дети?
        Явар наблюдал за тем, как ее платиновые волосы красиво ниспадают на плечи. Его взгляд остановился на ее бедрах. На ее стройных бедрах, которыми он упивался ночь за ночью. Он никогда не мог насытиться ею. Его мышцы напряглись почти до боли, влечение пронзило его вспышкой молнии. Явар сжал зубы: он был недоволен собой, даже зол на то, что так легко утратил самоконтроль.
        Сибилла лихорадочно соображала, собирая остававшиеся кубики, радуясь тому, что Явар не мог видеть ее лицо. Очевидно, он не знал о детях.
        - Я присматривала за малышами друга,  - солгала она, не моргнув и глазом.  - Чем я могу помочь?
        Явар сразу же уловил дерзость в этом вопросе. Эта нарочитая вежливость и сладкая улыбка, должно быть, давались ей с трудом. Едва заметный гневный румянец очертил его высокие скулы, а темные глаза наполнились гневом.
        - Я должен сообщить тебе нечто весьма удивительное.
        Сибилла склонила голову набок, ее глаза светлые, как голубое море, темные ресницы едва заметно дрогнули.
        - Я жила с тобой, Явар. Едва ли ты можешь меня чем-то удивить.
        «Особенно после того, как ты бросил меня».
        - Чем быстрее ты расскажешь, тем быстрее сможешь уйти,  - сухо добавила она.
        Явар дышал медленно и глубоко, стараясь совладать с собой. Он очень давно не занимался сексом. Не было ничего странного в том, что Сибилла всколыхнула в нем приятные воспоминания. Несколько успокоившись, он посмотрел на нее:
        - Я только недавно узнал, что наш брак был законным, и именно поэтому я здесь.
        Сибилла отшатнулась, налетев на книжный шкаф позади себя.
        - Но твой отец сказал, что все было незаконно…
        - Отец ошибался,  - настойчиво повторил Явар.  - Мои юридические советники настаивают на том, что брак был легальным, и, следовательно, мы до сих пор женаты, и мне нужен развод.
        Сибилла была глубоко потрясена этим заявлением, ее мягкие губы приоткрылись.
        - Вот как? Выходит, что мы все это время были мужем и женой?
        - Да.
        - Вот дела…  - изумленно заметила Сибилла.  - Два года назад меня развернули у дверей посольства, заявив, что наша свадьба была моей бредовой иллюзией. Абсолютно никто не хотел меня видеть, разговаривать со мной или просто передать письмо для тебя… Мне даже пригрозили полицией, если сейчас же я не…
        - О чем вообще ты говоришь? Когда ты была в нашем посольстве в Лондоне?
        Сибилла смотрела на Явара, вновь попав под его магнетизм. Он обладал сочетанием сексуальной привлекательности, надменности и властности, именно поэтому привлек ее внимание. Хотя она с первого взгляда поняла, что он был игроком, которому нельзя доверять.
        - Когда, Сибилла?  - повторил он упрямо.
        - О, после того, как мой воображаемый муж буквально растворился в воздухе,  - пояснила Сибилла.  - А затем ко мне пришел твой отец и все доходчиво разъяснил.
        - Не знаю, зачем ты сейчас так нагло лжешь… Разве мы оба не хотим этого развода?
        Сибилла удивленно выгнула бровь:
        - Разве, по-твоему, я не имею права на злость после того, что ты со мной сделал?
        - При чем тут это? Мы очень долго не жили вместе. Я хочу развод. Это просто формальность,  - сухо подытожил Явар.
        - Ты же знаешь, что я тебя ненавижу?  - Сибилла была на грани истерики. Явар вел себя так, словно между ними никогда и ничего не было. Но в начале отношений он преследовал ее, буквально охотился, клялся в любви, а затем пообещал, что узы брака навсегда свяжут их. Но теперь все это было в прошлом.

        Явар смотрел в глаза женщины, которая ни разу не навестила его на больничной койке, и испытывал чувство триумфа.
        - Какое мне до этого дело?
        Нет, он больше не имел решительно ничего общего с тем человеком, которого она когда-то знала. Сибилле пришлось признать, что он стал настоящим чужаком. Ему был нужен развод, он действительно хотел этого. Однако она все еще никак не могла осознать то, что последние два года была замужем.
        - Зачем твой отец сказал мне, что наш брак был незаконным?
        Он поджал губы.
        - Он не лгал. Он искренне считал, что это будет незаконно…
        - Но это еще не все, во что он верил,  - прошептала Сибилла.  - Он сказал, что ты намеренно пошел на эту церемонию, зная, что это было незаконно. Зная, что ты в любое время смог бы увильнуть от обязательств и уйти.
        - Я отказываюсь верить, что он когда-либо говорил или даже намекал на что-то подобное.  - Явар покачал головой.  - Он был благородным человеком и заботливым отцом.
        - Ничего подобного!  - вспыхнула Сибилла.  - Меня выставили на улицу из твоей квартиры практически без одежды. Со мной обращались так, словно я была какой-то бродяжкой, это было так унизительно!
        - Это грубая ложь. Я не стану ее слушать.  - Явар снова поджал губы.  - Я знаю, кто ты на самом деле. Мой отец дал тебе пять миллионов фунтов, чтобы ты исчезла из моей жизни, и ты приняла деньги.
        - Что ж, по-видимому, мои изыскания в посольстве не увенчались успехом.
        Сибилла не собиралась отвечать на обвинения, она отказалась использовать банковский перевод, который поступил ей на счет. Явар не хотел слушать то, что она могла сказать в свою защиту.
        Сибилла никогда бы не воспользовалась теми ненавистными деньгами. Отец Явара опасался, что она обратится в СМИ, чтобы придать гласности эту неприятную историю.
        Явар едва скрывал раздражение.
        - Я хочу оставить прошлое позади и сосредоточиться на настоящем… На нашем разводе.
        Глаза Сибиллы сверкали злобой.
        - Ты хочешь получить развод, чтобы снова жениться, не так ли?
        - Это едва ли имеет значение,  - сухо заметил Явар.
        - Да, тебе нужно мое согласие, чтобы получить развод…  - уверенно повторила Сибилла. Заложив руки за спину, она прошла мимо него обратно к входной двери. По всей видимости, теперь судьба Явара была в ее руках.
        - Естественно… Если ты хочешь, чтобы все прошло быстро, желание развестись должно быть обоюдным.
        - Мой ответ - нет.  - Ей до сих пор было горько и больно из-за того, как он обошелся с ней.  - Если мы действительно женаты и теперь ты хочешь развестись, то тебе придется постараться.
        Явар замер в дверях гостиной.
        - Но это просто смешно… Зачем так поступать?
        - Просто… Я не стану помогать тебе, молчать, соблюдать приличия. Кстати, никто так и не узнал, что ты женился на иностранке, не так ли?
        - Я думал, что брак был признан недействительным!  - грозно сказал Явар, сжав руки в кулаки.  - Зачем мне было говорить об этом?
        - Ну, знаешь… с женами иногда разговаривают,  - пренебрежительно заметила Сибилла и протянула руку, чтобы открыть дверь.  - А как поступил ты? Просто сбежал, оставив своему папочке расхлебывать кашу, которую ты заварил!
        Ярость, вызванная несправедливым осуждением, окатила Явара с головы до ног. Прежде чем она смогла открыть дверь, он крепко обхватил ее запястье.
        - Ты не смеешь говорить со мной так!
        Подавив ужас, Сибилла засмеялась и посмотрела на него с вызовом:
        - Явар, я могу говорить с тобой так, как мне хочется, и ничего ты с этим не поделаешь. После того как ты обошелся со мной, большего ты не заслуживаешь.
        Явар отпустил свою жену. Теперь он смотрел на нее с насмешкой.
        - Уж не пытаешься ли ты набить себе цену? Хочешь, чтобы я заплатил за освобождение от этого брака?
        Сибилла искренне рассмеялась.
        - О нет, у меня много денег,  - сказала она беспечно.  - Мне от тебя ничего не нужно, просто я хочу… чтобы ты помучился.
        Явар опасался того, что могло произойти дальше. Никто не разговаривал с ним так дерзко, как позволяла себе Сибилла. Оба они были волевыми, упрямыми и вспыльчивыми натурами. Между ними случались сокрушительные бои и еще более страстные примирения.
        Явар нахмурился:
        - По всей видимости, с тобой бесполезно разговаривать в таком настроении…
        - Дело не в настроении!  - фыркнула Сибилла. Она почувствовала пряные нотки его одеколона. Она снова узнала в нем человека, которого когда-то любила, и чувство обиды и боль вновь стали такими свежими и ранящими. Но также она вспомнила томные, жаркие ночи.
        - Я вернусь позже, дам тебе время подумать над тем, что я сказал,  - уверенно заявил он.
        Сибилла хотела сказать, что она проведет несколько дней у сестры, но вовремя осеклась. Это его не касалось. Она не хотела, чтобы Явар узнал, что у него есть двое детей. Он лишь устроит переполох. Она была не готова рисковать детьми.
        Молчание затянулось.
        - Развод - единственный выход, и я не отказываю тебе в деньгах,  - процедил сквозь зубы Явар.  - Как моя жена, ты, естественно, имеешь право на финансовую поддержку…
        - Мне ничего от тебя не нужно,  - упрямо повторила Сибилла.  - А теперь, пожалуйста, уйди.
        Явар чувствовал сильную злость. Что случилось с его яркой и бесстрашной Сибиллой? Он смотрел на нее с отчаянием. Ее глаза были пустыми, тонко очерченное лицо казалось каменной маской. Весь ее облик, поза ясно давали ему понять, что он - нежеланный гость. Человек, которому она не могла доверять.
        Не сказав ни слова, Явар вышел, приняв твердое решение больше никогда не видеться с этой женщиной. Теперь настало время отступить и предоставить дальнейшее решение вопроса своим юристам.

        Сибилла быстро оделась. Затем покидала одежду в маленький чемоданчик, подхватила его вместе с детскими принадлежностями и вынесла к машине. Ее дом всегда был ее убежищем, но теперь он, казалось, разрушился появлением Явара. Она больше не чувствовала себя там в безопасности.
        За рулем она волей-неволей предалась воспоминаниям об университетских годах. Явар был неразрывно связан с этим отрезком жизни.
        На втором курсе в университете она делила крохотную квартирку с подругой. Несса была просто помешана на мужчинах - до такой степени, что Сибилла вскоре утратила счет ее ухажерам и старалась не слушать, когда ее подруга рас пиналась о достоинствах последнего любовника. Но даже Несса была потрясена, когда впервые встретила принца. Явар отвез Нессу в Париж на частном самолете, просто чтобы поужинать. Она еще долго с волнением рассказывала о том невероятном дне.
        На следующий день Явар привез Нессу домой. Они встретились с Сибиллой, вернувшейся после занятий, которые ее соседка по комнате старательно пропускала. Сибилла до сих пор помнила свое первое впечатление от Явара - темная кожа, глаза, блестящие, как золото в солнечном свете, худое, умопомрачительно красивое лицо.
        Он довольно долго смотрел на Сибиллу. Она не могла вдохнуть, пока Несса бессвязно болтала о Париже и лимузинах. Явар извинился и довольно быстро ушел.
        - Он просто невероятный в постели,  - поведала Несса, как только он ушел, сообщая о том, что она провела ночь с Яваром на первом же свидании.  - Просто потрясающий!
        Но их романтические отношения так и завершились той одной-единственной ночью. После Явар прислал цветы и очень красивые алмазные сережки. Дары доставил Нессе курьер, но сам он даже не позвонил. Несса не скрывала разочарования, но приняла свое поражение достойно.
        В следующий раз Сибилла увидела Явара на студенческом собрании. Она заметила Явара, по-другому и быть не могло. Игнорировать его присутствие было довольно непросто, хотя бы потому, что он был постоянно окружен телохранителями в темных очках и одинаковых итальянских черных костюмах и группой поддержки, состоящей из хохочущих разодетых блондинок, преследующих его, куда бы он ни пошел.
        Он поразил ее, вскочив, когда она проходила мимо его стола. Явар поприветствовал ее. Смутившись, Сибилла все же не выказала никаких радостных эмоций.
        В то время Сибилла работала на двух работах, чтобы оплатить учебу и как-то жить, потому что ее семья не могла помогать ей. Пару дней в неделю она расставляла книги в библиотеке, в другие дни работала официанткой в местном ресторане, но все же ей было довольно трудно оплачивать свои счета. Отец, фермер-арендатор, вынужден был уйти на пенсию раньше времени из-за слабого здоровья, старшая сестра Лорейн работала сутками, чтобы поддерживать ферму.
        Но даже ребенком Сибилла понимала, что беспечное существование ее покойной матери Франчески могло быть чуть более сносным, если бы у нее была работа, на которую она могла положиться в любой жизненный момент. Сибилла хотела прежде всего строить карьеру, а не обхаживать какого-то мужчину. Брак ее матери был ярким, но коротким. Потом Франческа часто заводила себе любовников. Сибилла рано узнала, насколько низко может пасть женщина, чтобы просто не умереть с голоду.
        Когда через несколько недель после их первой встречи Явар подошел к ней в библиотеке и попросил ее помочь найти определенную книгу, она была вежлива и помогла, как подобало скромному работнику, который стремился сохранить свою работу.
        - Я бы хотел как-нибудь вечером поужинать с тобой…  - пробормотал он после того, как она вложила книгу в его смуглую руку.
        У него были потрясающие темные глаза, ее манило его худое красивое лицо. В его присутствии у нее пересыхало во рту, а дыхание сбивалось. Сибилла продолжала смотреть на него, испытывая сумасшедшее влечение.
        - Мне очень жаль, но нет.  - Сибилла вела себя холодно.
        - Почему?
        - Учеба, две работы, у меня слишком мало свободного времени. А когда оно у меня появляется, я, как правило, навещаю свою семью.
        - В таком случае мы могли бы пообедать,  - нашелся Явар.  - Уж пообедать-то со мной ты не откажешься?
        - Но я не хочу,  - внезапно призналась Сибилла, отступив на шаг, чувствуя, что ее загнали в угол.
        - Разве я каким-то образом обидел тебя?
        - Просто мы слишком разные.  - Сибилла продолжала сопротивляться.
        - В каком смысле?
        - В тебе есть все, что мне не нравится,  - выпалила Сибилла во внезапном порыве разочарования.  - Ты не учишься, ты только веселишься. Я не твой типаж. Я не хочу летать в Париж, чтобы поужинать! Мне не нужны бриллианты! У меня нет ровно никакого желания спать с тобой!
        - Но что, если я не предлагаю тебе ни Париж, ни бриллианты, ни секс?
        - Все закончится тем, что я попытаюсь убить тебя. Ты чертовски самоуверен!  - бросила она ему в лицо.  - Почему бы тебе просто не смириться с отказом?
        Явар неожиданно расплылся в улыбке. Сердце Сибиллы сделало сальто.
        - Меня воспитали по-другому.
        - Если я говорю нет, это значит нет.  - Она злилась все сильнее.  - Твое упорство лишь раздражает меня…
        - А я весьма упорен и уверен в себе. Кажется, мы зашли в тупик.
        - Ты получил свою книгу, а теперь ступай заниматься.
        Не сказав более ни слова, она ушла с тележкой книг прямиком к лифту.

        Глава 3

        С детьми на руках Сибиллу у входной двери дома ее сестры встретила Салли. Племянник и племянница, Макс и Джиа, обвились вокруг женщин, умирая от желания увидеть своих двоюродных брата и сестру. Таир загукал от волнения, когда увидел Макса, и протянул к нему руки.
        - Он узнает меня!  - Макс был изумлен.
        - Берегись, как только Таир начнет ходить, тебе спасу от него не будет,  - ухмыльнулась Сибилла, передавая ему Таира.
        Салли взяла на руки Ранию, потому что Джиа была еще слишком мала, чтобы управиться в одиночку.
        Элегантная блондинка с зелеными глазами, заметно беременная, улыбаясь, вышла к ним из одной из комнат.
        - Сибилла… Рада видеть тебя. Мы ждали вас несколько позже,  - тепло улыбнулась Лорейн.
        Слезы, которые Сибилла сдерживала все это время, внезапно брызнули из глаз. Когда она увидела, что старшая сестра смотрит на нее с удивлением, Сибилла проглотила рыдания и бросилась в ее распростертые объятия.
        - Прости…
        - Тебе не за что извиняться,  - настаивала Лорейн.  - Что случилось? Ты никогда не плакала…
        К счастью, Лорейн не стала свидетельницей переживаний и депрессии своей сестры два года назад, когда Сибилла наконец поняла, что Явар не вернется в Великобританию. Сибилла не стала расстраивать свою счастливую сестру печальной историей о том, как она разрушила свою собственную жизнь. При ней она всячески сохраняла присутствие духа.
        - Тебе не нужен этот подлый человек… Тебе не нужен никто, кроме Чезаре и меня!  - успокаивала ее Лорейн и не задавала никаких дальнейших вопросов.
        Теперь, когда Сибилла подавила рыдания, она столкнулась с реальностью - она никогда не рассказывала своей сестре о Яваре. Время пришло.
        - Моя дорогая!  - Лорейн обняла сестру за талию и повела в гостиную с удобными синими диванами.
        Чезаре говорил по мобильному у окна. Он завершил разговор, его лицо нахмурилось от беспокойства, когда он заметил заплаканное лицо Сибиллы.
        - Я как раз собирался сказать, что сегодня приезжают мои сестры и они ждут, что завтра вечером вы вместе поедете рвать танцполы в клубах.
        Сибилла попыталась заставить себя улыбнуться. Она прекрасно ладила с младшими сестрами Чезаре, они действительно иногда выходили вместе по вечерам.
        - Думаю, в этот раз я не самая лучшая компания.
        Лорейн жестом пригласила сестру сесть на диван.
        - Скажи мне, что не так.
        Сибилла застонала:
        - Я не могу. Это так глупо… Теперь я просто не знаю, что делать…
        - Давай-ка ты начнешь рассказывать обо всем по порядку,  - предложил Чезаре.
        - Объявился отец близнецов,  - натянуто сообщила Сибилла.  - И он требует от меня развода… Это бессмыслица какая-то, ведь его отец…
        Она осеклась.
        - Так ты была замужем за отцом близнецов?
        - Это просто нечто! Замужем!  - Лорейн опустилась на диван рядом с сестрой.
        Сибилла чувствовала себя виноватой. Оглядываясь в прошлое, она не могла не признать, что для нее Лорейн была лучшей матерью, чем их собственная мать.
        - Да… верно.  - Сибилла опустила голову, а Чезаре ухмыльнулся.  - В противном случае вы даже не поймете, о чем я говорю.
        - Но ты никогда не упоминала о нем,  - прокомментировала Лорейн. Ее голос был полон недоверия.
        Сибилла покраснела до корней волос. Казалось, она только теперь начала понимать, какую значительную роль Явар играл в ее жизни. Они часто виделись на кампусе, она редко разговаривала с ним, чаще избегала, что лишь подстегивало его интерес к ней. Ей никак не удавалось оставаться равнодушной к Явару. Когда она не замечала его, то с удивлением обнаруживала, что ищет его взглядом.
        Явар был ее самой сокровенной тайной и фантазией. Вместо того чтобы привести Явара и познакомить его с семьей, похвастаться обручальным кольцом, она вернулась домой разочарованная и беременная, радуясь тому, что так никогда и не рассказала о нем. Сибилла чувствовала вину перед сестрой, которую всегда боготворила. Лорейн принесла так много жертв ради ее блага. Оставив школу в шестнадцать лет, она начала работать на ферме их отца. Лорейн так никогда и не удалось продолжить образование, почувствовать себя молодой и беззаботной.
        - Не было никакой необходимости упоминать Явара. По-настоящему мы были вместе только на последнем курсе,  - невесело заметила Сибилла.
        - И тем не менее ты ни разу не упоминала о нем,  - сухо повторил Чезаре.
        - Я не верила в то, что мы останемся вместе. Мы постоянно ссорились. Все было так неожиданно. Я не думала, что Явар относился ко мне серьезно, а потом все как-то изменилось, и я тоже изменилась… Не знаю, как можно это описать…  - смущенно пробормотала она.
        - Ты влюбилась,  - объяснила Лорейн.
        - Да, безумно сильно.  - Сибилла тяжело вздохнула.  - Мы поженились в посольстве Марвани, там же прошла гражданская церемония.
        - Но к чему такая секретность?  - спросил Чезаре.
        - Явар не хотел, чтобы кто-то узнал о свадьбе, пока не сможет лично сообщить об этом отцу. Но он явно не спешил это сделать.  - Немного поколебавшись, Сибилла упомянула о ссоре, которая имела место спустя несколько недель после свадьбы. Явар объявил ей о намерении вернуться в Марвани в одиночку, но не сказал, когда планировал вернуться в Лондон.  - Я чувствовала себя отвергнутой.
        - Конечно…  - тепло сказала Лорейн, мягко сжимая руку Сибиллы.
        Сибилла рассказала им и о своих безуспешных визитах в посольство Марвани, а затем о встрече с отцом Явара, королем Лутом. После того как она повторила то, что сказал ей пожилой человек, Чезаре не на шутку рассердился.
        - Именно тогда ты должна была прийти к нам за поддержкой и советом!
        - Я надеялась, что Явар вернется ко мне. Я не поверила его отцу.
        - А затем ты узнала, что забеременела…  - угадала Лорейн.
        - К тому времени прошла пара месяцев, я больше не могла оправдывать молчание Явара. Я поняла, что его отец говорил правду.
        - Но, видимо, это было не так.  - Чезаре думал наперед.  - Явар знает о близнецах?
        - Нет. Я не сказала ему. Вместо этого я пообещала, что не дам ему развод.  - Сибилла неловко поерзала на месте.  - Глупо, не так ли?
        - Я подключу своих адвокатов,  - сообщил Чезаре, поджав губы.  - Тебе же следует как можно быстрее рассказать Явару о детях. В конце концов, он имеет право знать…
        - Даже если он навсегда покидает свою жену?  - эмоционально переспросила Лорейн.
        - Да,  - пробормотал Чезаре.
        Сибилла поведала Чезаре и Лорейн о своих неоднократных визитах в посольство Марвани, о многочисленных бесплодных попытках связаться с Яваром по телефону.
        - Как видите, я действительно старалась разыскать его.
        - Но все же тебе нужно оценить эту ситуацию в долгосрочной перспективе, Сибилла. Отбрось в сторону враждебность. Сконцентрируйся на детях, подумай об их будущем, и не ошибешься.
        - Ты действительно кое-чем обязана Явару,  - невесело заметила Лорейн, удивив Сибиллу, которая утирала слезы благодарности.  - Ты должна встретиться с ним, рассказать о близнецах, прежде чем за дело возьмутся адвокаты.
        - Ради бога, я даже не знаю, где он остановился!
        - Чем Сибилла обязана Явару?  - вдруг спросил Чезаре, обращаясь к своей жене.
        - Ну он же приехал к ней, чтобы самостоятельно сообщить о том, что юридически они - муж и жена. Ему хватило воспитания не отправлять кого-нибудь из своих адвокатов,  - заметила Лорейн.  - Конечно, в сущности, ты ничем ему не обязана, но все же он заслуживает знать, что он - отец твоих детей. И узнать это он должен именно от тебя и в частном порядке.
        - Я не хочу видеть его… Даже не знаю, в Лондоне ли он еще… Мне даже нечего надеть.

        Найти дом, где жил Явар, не было проблемой. Сибилла бросила взгляд на огромный монолит здания в самой фешенебельной части Лондона. Сотрудники Чезаре собрали всю необходимую информацию. С теми связями, которыми обладал муж ее сестры, выследить Явара не представляло особенной сложности. К тому же отчет изобиловал различными подробностями: все было выкуплено в начале двадцатого века дедом Явара, который распорядился построить дом, в котором могла размещаться вся королевская семья во время их многочисленных визитов в Лондон.
        Это было Сибилле уроком - она явно не знала мужчину, которого любила. Несмотря на то что они посещали Лондон вместе, он никогда не упоминал о существовании этого дома. Равно как и то, что он был единственным ребенком в семье, человеком, которому было предназначено сесть на трон. Его происхождение было для нее закрытой книгой, рассказывал он крайне скупо: она знала, что он вырос без матери, окончил военное училище, проходил военную подготовку в Саудовской Аравии. Затем поступил в Оксфорд, его профилем были политические науки. Так он впервые оказался в Великобритании.
        Теперь Сибилла была потрясена. Явар - правитель очень богатой страны в Персидском заливе.
        - Веди себя с ним с осторожностью,  - предупредил Сибиллу Чезаре.
        От этого воспоминания ее била дрожь под тонким синим платьем, которое она одолжила у сестры. Чезаре сообщил, что Явар находится под дипломатическим иммунитетом, у него достаточно влиятельных друзей, в том числе и несколько членов британского правительства. В случае чего, если дело дойдет до иска об опеке, у него будет гораздо больше веса, чем у прочих иностранных мужей. При мысли о том, что им придется решать вопрос опеки, Сибилла приходила в ужас. Чезаре предположил, что Таир - очаровательный, пухлый и энергичный в свои десять месяцев - будет наследником престола Марвани.
        Сибилла поднялась по ступеням чудовищного здания - внушительные колонны, портики и бесчисленные окна - и нажала на дверной звонок. Она еще волновалась перед встречей с мужем.
        Явар обедал в столовой, оформленной еще его английской бабушкой. Всякий раз неблагодарный отпрыск поражался ее явным недостатком хорошего вкуса. Помещение представляло собой имитацию пустыни.
        Гафар, личный помощник Явара, появился в дверях и почтительно поклонился:
        - Посетитель приехал. Это женщина.
        Явар подавил стон и махнул рукой. Он был в Лондоне с частным визитом, и у него не было никакого желания заниматься чем-то еще.
        - Принеси ей извинения. Я не вижу ни одного повода…
        - Фамилия женщины Уитакер.
        - Что ж, она - исключение из этого правила.
        Стук шагов Сибиллы раздавался эхом по мраморному полу гигантского холла, уставленного тем, что при дальнейшем рассмотрении оказывалось саркофагами из египетской гробницы. Это само по себе было жутко, а отсутствие света едва ли могло исправить ситуацию. Глядя на статую двуглавого бога, Сибилла начинала нервничать еще больше. События последних суток не могли не сказаться на ней.
        Без предупреждения в дверях появился Явар. На нем был светло-серый деловой костюм. Единственный раз, когда она видела его в костюме, был день их свадьбы. Эта строгая одежда ничуть не умаляла его экзотической привлекательности.
        - Сибилла, я не ожидал, что ты придешь,  - сказал он сурово.
        - Я тоже,  - призналась она с неохотой.  - Но я должна была увидеться с тобой в частном порядке.
        - Пожалуйста…  - Выдохнув, он щелкнул пальцами, и слуга, появившийся словно из ниоткуда, устремился к двери.  - Думаю, мы выпьем чаю?
        Ее бледное лицо раскраснелось.
        - Конечно,  - сказала она дрожащим голосом.  - Если бы я знала твой номер телефона, то непременно бы сообщила о предстоящем визите.
        Явар шумно вздохнул, так, словно он точно знал, о чем она думает.
        К счастью, он не мог этого знать. Она вглядывалась в поразительно красивые черты его лица.
        - Возможно, теперь нам действительно пора обменяться номерами телефонов,  - предложила Сибилла, и он извлек свой телефон из кармана и занес ее номер в память, а ей протянул визитную карточку.  - Все это так странно, Явар… Все.
        - Конечно. Мы оба сильно изменились.  - Его голос звучал так уверенно и спокойно, что ей тотчас же захотелось дать ему пощечину.
        Раздался стук в дверь, и слуга вошел с подносом, а затем еще один вышел вперед с глубоким поклоном Явару. Человек разложил небольшой низкий стол и расстелил скатерть. Изящный фарфоровый сервиз был нагружен миниатюрными французскими пирожными и булочками. Разлили английский чай.
        Это отбросило Сибиллу назад в прошлое, к их первому свиданию. Явар отвез ее в дорогой отель для послеобеденного чая, исключительно английская традиция, которой, как он наивно полагал, все следовали. Она почувствовала себя настоящей леди.
        - Ты вспомнил…  - сказала она ему, не задумываясь о том, что говорила.
        Но Явар не помнил. Эта традиция принадлежала еще его бабушке, чай накрывали все эти годы по привычке, потому что в доме так и не появилось новой хозяйки. Явар слегка покраснел. Он действительно вспомнил то увлекательное продолжительное чаепитие, за которым ему наконец удалось убедить Сибиллу взглянуть на него по-другому. Как на нормального образованного мужчину, а не распутного транжиру. Тогда она тоже надела синее платье. Она нервничала, смущалась, волосы красиво ниспадали на грудь, а он так боялся сказать или сделать что-то, что снова отпугнет ее. Впервые в жизни его волновало, что о нем могла подумать женщина!
        И вот теперь он снова смотрит на Сибиллу, подмечая малейшие детали ее облика,  - серебристые волосы, которые теперь лишь прикрывали плечи, красиво подчеркивали черты ее лица.
        Атмосфера становилась удушающей. Встретившись с его взглядом, она замерла и почувствовала внезапное возбуждение. Забытое ощущение из прошлого. Явар подошел слишком быстро. Обхватив ее сильными руками, он привлек ее к своему мощному, твердому телу. Она испуганно вздрогнула.
        - Сибилла…  - Явар провел рукой вдоль ее спины, прижимая к себе еще ближе.
        Она почувствовала его эрекцию. Ее голова закружилась, рассудок помутился, она чувствовала себя невероятно слабой. Он поцеловал ее со всей страстью. Ее руки обвили его шею, пальцы ласкали затылок.
        Его язык легко проник между ее приоткрытых губ. Сибилла вздрогнула, ощутив невероятное влечение. Она хотела сорвать с него одежду, провести ладонями вдоль накачанного пресса. Сибилла мечтала заняться с ним любовью прямо на этом ковре, утолить голод, снедающий ее тело.

        Глава 4

        Кто-то постучал в дверь, и Явар замер, буквально застыл, как будто кто-то ударил по тревожной кнопке. Он отстранил Сибиллу, в ее глазах горел огонь.
        - Извини меня,  - выпалил он.  - Это была ошибка.
        Сибилла не смогла взять себя в руки так же быстро, как он. Отвернувшись, она подошла к окну и закрыла лицо руками. Было больно, а еще она ненавидела себя. Словно сквозь пелену она слышала, как Явар говорил с кем-то на своем родном языке. Чувствуя себя неуверенно, она села на диван.
        Как она могла позволить этому случиться! Действительно, ее рассудок помутился. Но они оба были в равной степени виновны в этом, напомнила она себе в утешение.
        Явар получил длинное сообщение от своего помощника. Он был ошеломлен, когда его пригласили на встречу, назначенную на следующее утро. Собрание должно было состояться между юридической фирмой, выбранной Бандаром, и адвокатами, которые, по-видимому, представляли интересы Сибиллы. Неужели она передумала? Удивительно, как ей быстро удалось собрать команду. Возможно, она также обдумала и финансовые преимущества, которые дает ей развод, подумал он с иронией. Неужели деньги так много значат для нее?
        Раньше Сибилла была самой бескорыстной и честной. Или же она, пытаясь произвести на него впечатление, хитро скрывала свою меркантильность? Когда они были вместе, она пошла на многое, чтобы доказать: его богатство мало значило для нее. Он жестоко ошибся.
        Сибилла пыталась затронуть тему отцовства Явара. Она понимала, что эта новость станет для него серьезным потрясением.
        Она решительно расстегнула сумку и извлекла из нее документы. Это были свидетельства о рождении их детей.
        Она протянула бланки Явару:
        - Понимаю, тебе непонятно, для чего я пришла. Но я хотела, чтобы ты увидел это.
        Брови Явара снова сошлись на переносице. Он выхватил документы из ее руки и воззрился на них с непониманием:
        - Что это? У тебя есть дети?
        - У нас есть дети.  - Сибилла шумно вздохнула.  - Я забеременела от тебя.
        Явар, кажется, перестал дышать. Забеременела? Ему не хотелось верить в это. Дети. Его дети - мальчик и девочка. Он был потрясен. Женщина, с которой он собирался развестись, была матерью его детей. Это открытие меняло все.
        Но почему он узнал об этом так поздно?
        Он прикрыл глаза, а затем снова взглянул на Сибиллу… Прекрасную двуличную Сибиллу.
        - Если это правда… и я полагаю, что это так,  - Явару приходилось прикладывать немало усилий, чтобы вести себя цивилизованно,  - почему я только теперь узнал о существовании своих собственных детей?
        - Это все, что ты хочешь знать?!  - прокричала она в гневе.
        - Что ты ожидала от меня услышать?  - спросил он.
        Дверь распахнулась, и все четверо его телохранителей оказались в комнате, взирая на Сибиллу с недоверием. Он прекрасно понимал, что произошло. Его верная охрана услышала крик из-за двери. Никто и никогда не повышал голос на правителя. Но молодые сотрудники слишком нервничали - еще бы, это была их первая поездка за границу.
        Руки Сибиллы сжались в кулаки, глаза ярко мерцали от гнева.
        - Я действительно ожидала другого… В любом случае ты задал мне невероятно глупый вопрос!
        - Глупый?
        - Ты спросил, почему я рассказала тебе о детях только сейчас… Это что, шутка?
        - Нет.  - Он излучал спокойствие и уравновешенность.  - С чего бы я стал шутить?
        Сибилла потеряла остатки самообладания. Отец ее детей действовал холодно и вежливо, как будто они обсуждали погоду, встретившись по дороге из булочной. Это уже слишком, слишком большое оскорбление.
        - Ты просто мерзавец,  - выдохнула она.  - Почему тебе не сказали? Ты бросил меня…
        - Ничего подобного.
        - Ты уехал в Марвани и так не вернулся за мной. Не отвечал ни на мои звонки, ни на письма… Ты так никогда и не связался со мной!  - Боль придавала Сибилле сил и уверенности, чтобы продолжать.  - Теперь, конечно, я даже благодарна тебе за такую решительность, ведь ты с самого начала знал, что не вернешься.
        - Это неправда…
        - Заткнись!  - Сибилла почти кричала на него, ее переполняла обида.  - Не ври мне! Будь честен хотя бы сейчас, что тебе терять теперь?
        Его лицо стало темнее тучи.
        - Я никогда не лгал тебе…
        - Да, но твое обещание любить меня до гроба было ложью! Как и то, что твоя оксфордская квартира была нашим домом. Твой отец сказал, что мог выгнать меня оттуда в любое мгновение! Он сказал, что даже наш брак был фикцией!
        Сибилла швырнула в него фарфоровой сахарницей. Сахарные кубики разлетелись в разные стороны, как крошечные снаряды. Осколки посуды упали под стол.
        Явар оказался посреди чудовищной драмы, которой надеялся избежать. Призывать Сибиллу к спокойствию было бесполезно. Он вспомнил, что они с Сибиллой заканчивали прежние ссоры просто - в постели. Однако сейчас это было совершенно неуместно. Он должен был сосредоточиться на том, что важнее всего - дети.
        - Благодаря твоему отцу, Явар, мои дети считаются незаконнорожденными!  - Сибилла, задыхаясь, переходила от одного предмета к другому.  - И мой отец не разговаривал со мной почти полгода, когда узнал, что я забеременела вне брака, потому что ему было стыдно…
        Лицо Явара оставалось непроницаемым.
        Убежденная в том, что их брак с Яваром был фикцией, Сибилла не имела права указывать имя шейха в свидетельстве о рождении своих детей. Чтобы сделать это, он должен был вместе с ней зарегистрировать детей или сделать официальное заявление, утверждающее то, что он был отцом близнецов. Сибилла также боялась упоминать о браке, который, как ей сказали, был незаконным, опасаясь, что могла случайно нарушить закон, пройдя через такую церемонию. Кроме того, ей не хотелось привлекать внимание общественности к своим детям, в случае если обнародуется их королевский статус.
        - На самом деле, если бы не моя сестра и ее муж, я бы оказалась в еще более затруднительной ситуации. Так что даже не смей спрашивать, почему я не сообщила тебе о том, что ты стал отцом.
        - Ты закончила?  - спросил Явар, его темные глаза блестели ярко, как небо в звездную ночь.  - Или хочешь продолжать бросаться оскорблениями?
        - Это не оскорбления, это правда! Знаешь, в чем твоя проблема?
        Явар знал, что совсем скоро он об этом услышит.
        - Никто не перечит тебе, потому что ты невероятно могуществен и испорчен. Я ненавижу тебя. Я ненавижу тебя от всего сердца!  - Сибилла прокричала эти слова ему прямо в лицо, бросая в него молочник.  - Ты ужасная, эгоистичная, распутная крыса!
        - Я думаю, что сейчас тебе следует вернуться домой и прилечь. Я позвоню тебе позже, когда ты немного успокоишься,  - пробормотал Явар спокойно.
        Сибилла буквально застыла от ярости. Явар не имел никакого понятия, через что ей пришлось пройти, и вряд ли понял бы, если бы она попыталась рассказать ему.

        Он - отец.
        Явар все еще пребывал в оцепенении, пытаясь представить себе, как стройная фигура Сибиллы менялась во время беременности. И в этот сложный и важный момент он оставил ее одну! Впервые он был рад тому, что отец предложил ей деньги. Он испытывал почти облегчение, понимая, что она тогда действительно нуждалась в финансовой поддержке.
        - Посмотрела бы я, как ты прилег отдохнуть, когда у тебя на руках два годовалых ребенка!  - крикнула Сибилла, направляясь к двери. Она проигнорировала телохранителей, нервно разгуливавших по залу, и быстро вышла.
        Явар все еще стоял в дверном проеме, едва замечая небольшую группу захвата, состоящую из его сотрудников охраны, которые пристально всматривались в своего правителя.
        - Мисс Уитакер - моя жена… Моя королева,  - громко объявил он на родном языке, словно игнорируя недоумение, отразившееся на лицах его охранников.

        Сибилла вернулась в дом своей сестры и снова заплакала, слезы стекали по ее лицу, когда Таир смотрел на нее глазами своего отца и улыбался.
        Лорейн суетилась вокруг сестры, не зная, что сказать.
        - Неужели все прошло так скверно?  - снова и снова вопрошала она.  - Он настаивает на тесте ДНК? Не верит, что близнецы от него?
        - Нет, ничего подобного. Я кричала, оскорбляла его, а он просто стоял как истукан,  - вспоминала Сибилла с горечью.  - Но мне не стало легче. Я хотела убить его.
        Лорейн побледнела.
        - Я уверена, что со временем ваши отношения наладятся. Сейчас Явар, вероятно, в шоке.
        - Что же могло его так потрясти?  - поинтересовалась сестра.
        - Он неожиданно узнал, что является отцом двоих детей.
        - Я ненавижу его. Сегодня вечером я собираюсь отправиться в клуб и весело провести время с Софией и Maриссой.  - Сибилла подскочила со своего места и утерла слезы.  - Возьму то, чего меня лишил Явар!
        Лорейн деликатно промолчала.
        Беременность далась Сибилле непросто, все развлечения молодежи оказались недосягаемы для нее. Сибилла повзрослела слишком рано, столкнулась с горем и предательством в самую нежную пору для каждой женщины. Все испытания она пронесла с достоинством и даже начала работать. Лорейн невероятно гордилась ее силой духа.

        Когда тем же вечером Явар появился на пороге дома Лорейн и Чезаре, супруги были потрясены до глубины души.
        Лорейн быстро позвала мужа, понимая, что Чезаре будет вести себя гораздо более сдержанно, чем она.
        - Я бы хотел увидеть Сибиллу.  - Явар вел себя непринужденно.
        - К сожалению, это невозможно,  - объявил Чезаре спокойно.  - Она уехала.
        - Уехала?  - переспросил Явар.
        - Да, в клуб,  - сообщила ему Лорейн, с трудом скрывая ликование.
        - В таком случае я бы хотел увидеть близнецов.
        Лорейн своими глазами убедилась в правдивости слов сестры - Явара действительно было невозможно смутить.
        - Боюсь, что это также невозможно,  - вздохнул Чезаре.  - Я не могу показать вам детей без разрешения матери.
        - Но это и мои дети.  - Явар начинал терять терпение.
        - Вам придется вернуться завтра, когда Сибилла будет здесь.
        - И в какой же именно клуб она отправилась?  - спросил Явар злобно.
        Чезаре снабдил Явара информацией, которую Лорейн предпочла бы скрыть.
        - С какой стати ты рассказал ему, где она?  - спросила она, когда Явар скрылся из вида в своем блестящем лимузине с официальными флагами Марвани.
        Чезаре бросил на жену многозначительный взгляд:
        - Он муж Сибиллы.
        - Но она его ненавидит!
        - Мы не должны вмешиваться. Если мы станем относиться к нему как к врагу, это не принесет ничего хорошего, особенно для близнецов.

        Когда его препроводили в ВИП-зону эксклюзивного ночного клуба, Явара обуяло беспокойство. Его телохранители заметно оживились, он отметил это с раздражением. Он стоял на балконе с видом на танцпол, заполненный полураздетыми нимфами, но этих девушек он едва замечал.
        Очевидно, что семья Сибиллы не доверяла ему из-за поступка его отца. Явар с неохотой признал, что вполне может понять ее родителей. Явар был очень близок с отцом, избалован его вниманием. Человек, который паниковал всякий раз, когда его единственный ребенок сталкивался с какой-нибудь очередной болезнью. Явар старательно оттолкнул эти воспоминания прочь, силясь справиться с болью утраты, все еще не оставляющей его душу.
        Явар задался вопросом: как часто Сибилла посещала подобные заведения? Он надеялся, что на ней было значительно больше одежды, чем на женщинах, которых он здесь встретил. Явар начал сомневаться: мудро ли было ехать за ней в клуб? Он действовал импульсивно, а такая манера поведения редко приводила к удовлетворительному результату. Уже собираясь покинуть клуб, он увидел ее, яркий стройный силуэт, затянутый в короткое платье цвета фуксии. Сибилла была в сопровождении двух других молодых женщин. Она смеялась.
        Явар достал мобильный телефон и, быстро набрав сообщение, сверху наблюдал за поведением Сибиллы. Она застыла. Пухлые розовые губы искривились, плечи напряглись: она явно не предвкушала их встречу этим вечером. Он подозвал к себе официанта, чтобы заказать шампанское и закуски.

        Когда Сибилла прочитала сообщение, ее начало трясти от злости.
        «Пожалуйста, присоединись ко мне в ВИП-зале».
        Она так давно не развлекалась. Появление Явара напомнило ей о том, что она не была свободна, как прочие молодые женщины вокруг. Внезапно она пожалела о том, что не была в компании мужчины.
        Когда-то она считала, что Явар был верным, надежным и честным. Она практически целовала землю, по которой он ходил, а теперь не чувствовала ничего, кроме тошноты. Однако в ту ночь, когда их отношения сдвинулись с мертвой точки, он проявил себя неплохо.
        Она наконец-то начала встречаться с кем-то, продолжая отрицать свое влечение к Явару. Адриан был блондином с голубыми глазами и подтянутой фигурой, они с Яваром были слишком разными. Несколько раз они с Адрианом ходили на свидания в кино и кафе, временами он слишком настаивал на сексе, раз за разом она отказывала. В то время ее одолевало множество комплексов относительно близости с мужчинами. Никому, даже сестре, она не рассказывала об этом.
        Как-то раз Адриан с приятелями привел ее на вечеринку, и в какой-то момент тем вечером ее память выключилась. Она подозревала, что Адриан добавил что-то в ее напиток. Именно Явар обнаружил ее в бессознательном состоянии в объятиях Адриана. Он вмешался, чтобы спасти ее, потому что знал - она никогда не притрагивалась к алкоголю. Явар ударил Адриана.
        Сибилла пришла в себя только на следующее утро, обнаружив, что находится в квартире Явара. Впервые она увидела другую сторону этого человека. Он не воспользовался ситуацией. Он протянул ей руку помощи, защитил от неприятных последствий. Она вдруг осознала, что он оказался гораздо более порядочным, чем многие из тех молодых людей, с которыми она встречалась.
        - Я бы никогда не причинил тебе вреда.
        Но это оказалось самой большой ложью.
        Сибилла опустилась в кресло прямо перед Яваром и задумалась, отчего его телохранители с таким почтением поклонились ей. Она оглянулась в поисках знакомых лиц, но люди, которые когда-то оберегали Явара в университетские дни, отсутствовали. Вновь обернувшись к Явару, она заметила, что он был одет довольно небрежно - в джинсы и белую рубашку с расстегнутым воротом. Белый цвет выгодно оттенял загорелую кожу, она почувствовала возбуждение, встретившись с ним взглядом. Да, несомненно, он невероятно привлекательный мужчина. Она какое-то время молча любовалась его телом. Интересно, на ком он собирался жениться теперь…
        Сибилла была далеко не глупа. В конце концов, Явар сам приехал в Лондон, значит, он сам хотел, чтобы развод прошел быстро и тихо. По всей видимости, он был немало озадачен, когда, намереваясь жениться на супруге номер два, обнаружил, что все еще женат на супруге номер один.
        - Надеюсь, мой приезд не испортил вам веселья,  - сухо поинтересовался Явар, стараясь не пасть жертвой длинных ног на высоких каблуках. С видимым усилием он перевел взгляд на прекрасное лицо Сибиллы, вновь почувствовав сильное возбуждение.
        - Конечно нет,  - солгала Сибилла, запрокинув голову. Волосы рассыпались по плечам, как шелк.  - Я так понимаю, ты что-то хотел?
        Явар признался, что приходил к ее сестре, рассчитывая увидеть близнецов.
        Сибилла растерялась:
        - Ты хочешь увидеться с Таиром и Ранией?
        Явар вскинул бровь:
        - И что тебя удивляет?
        Сибилла покраснела, ее посетило дурное предчувствие. Нет, конечно, глупо было думать, что он примет эту новость и просто удалится восвояси, получив развод.
        - Я могла бы привезти их к тебе завтра утром,  - предложила Сибилла, демонстрируя готовность идти на компромиссы.  - Перед тем как адвокаты…
        - Адвокаты?  - Явар словно не понимал, о чем она говорит.
        - Беседа по поводу развода.  - Сибилла подалась ему навстречу. Она говорила негромко, стараясь быть тактичной в присутствии телохранителей, которые, казалось, не сводили с нее глаз с того самого момента, когда она заняла место в кресле.
        Явар признал, что место для встречи он выбрал крайне неудобное: они оба были лишены возможности говорить свободно. Он вздохнул. По крайней мере, она снова разговаривает с ним.
        - Юристы Чезаре совсем скоро уладят все формальности.  - Сибилла демонстрировала присутствие духа.  - Он говорит, что они имели дело с гораздо более сложными процессами.
        Взгляд Явара опустился с ее обнаженных плеч на пальцы левой руки.
        - Что ты сделала с кольцами, которые я дал тебе?  - тихо спросил он.
        Сибилла прикрыла глаза, затем снова откинулась на спинку кресла, скрестила руки под грудью.
        - Они в сейфе Чезаре. Я сохранила их для дочери.
        - У них арабские имена…
        - Мне кажется, что нельзя забывать свои корни,  - небрежно бросила Сибилла.
        - Моего деда звали Таиром.
        - Это чистое совпадение,  - процедила Сибилла сквозь зубы. На самом деле она действительно позаимствовала имя из их семейного древа, считая, что ее сын был достоин этого.  - Я бы никогда не назвала детей в честь кого-то из твоих предков.
        Выслушав подобную дерзость, Явару захотелось разрушить все вокруг, но он смирил свой гнев. Его самодисциплина была отточена долгими месяцами на больничной койке и еще более продолжительным временем, ушедшим на восстановление. Она ненавидела его; его собственная жена ненавидела его. Он чувствовал, что враждебность все еще присутствовала под обманчиво спокойным выражением лица и расслабленной позой.
        Явар понимал, что во всех своих неприятностях виноват сам.

        Глава 5

        - Они выглядят как куколки,  - нежно сказала Лорейн, изучая близнецов, облаченных в свои лучшие наряды.  - Явар влюбится в них с первого взгляда.
        Сибилла поморщилась:
        - Я надеюсь, что нет, потому что едва ли они станут часто видеться теперь, когда мы живем в разных странах. Надеюсь, он не рассчитывает, что я стану регулярно отправлять их к нему на самолете. Перелеты будут слишком утомительными.
        Лорейн глубоко вздохнула:
        - Я знаю, что это непросто, но ты должна хотеть, чтобы его интересовали собственные дети, независимо от того, насколько это некомфортно для тебя.
        Сибилла села в лимузин, который прислал за ними Явар. Она была смущена, когда обнаружила, что он также отправил своих телохранителей.

        Передние двери огромного дома были распахнуты настежь в честь их прибытия. Сибилла подхватила сначала Таира, а затем Ранию. В этот момент к машине приблизилась женщина в униформе и предложила помощь.
        - Я Джейн,  - представилась она.  - Меня послал ваш муж.
        Сибиллу совершенно не удивило то, что Явар не снизошел до того, чтобы прийти и помочь ей самостоятельно, но она позволила женщине взять Ранию. Они вошли в зал, а затем прошли в уродливую гостиную, где няня посадила Ранию на новый пушистый ковер, усеянный совершенно новыми игрушками, и спросила, нужно ли что-то близнецам.
        - Нет, спасибо. У меня с собой все, что нужно.  - Сибилла поставила свою объемную сумку с детскими принадлежностями на один из диванов и задалась вопросом, где, черт побери, был сам Явар.
        Но когда она оторвала взгляд от Таира, то обнаружила, что Явар стоял в дверях, облаченный в черные дизайнерские джинсы и темно-красную футболку. Он выглядел невероятно привлекательным. Она почувствовала сильное возбуждение.
        - Прости. Я был вынужден ответить на звонок.  - Явар подошел к краю ковра и остановился там, рассматривая близнецов с неприкрытым любопытством.  - Я совершенно не знаю, как обращаться с малышами, и поэтому пригласил няню, чтобы подготовиться к их приезду.
        - Но ты же видел раньше младенцев?
        - Нет. В семье не было детей… ну… только я,  - напомнил он.
        - Теперь Таир и Рания - твоя семья.  - Сибилла не ожидала, что скажет ему нечто подобное, но его признание показалось ей невероятно трогательным.  - Просто встань на колени, и они сами придут к тебе.
        - Они умеют ходить?  - Явар был очарован, когда Таир пополз к нему, забрался на колени в полной уверенности, что его ждут.
        - Нет, пока они только ползают.  - Рания увидела, как тепло приняли ее брата, и поползла в том же направлении.  - Сейчас они учатся стоять ровно. У Таира получается лучше, чем у Рании.
        Явар откинул темные волосы мальчика со лба. Его ладонь едва заметно дрожала. Подумать только, это его дети! Он все еще не мог поверить своим глазам.
        - Я благодарю тебя за то, что они родились,  - хрипло произнес он.
        Сибилла вспыхнула, словно он разжег пламя у нее в груди.
        В ту ночь у них кончились презервативы, и Явар твердо намеревался отправить кого-то из прислуги пополнить запасы, но Сибилла яростно протестовала - смущалась. Они рискнули, и так были зачаты близнецы.
        Постепенно Явар начинал расслабляться. Близнецы живо реагировали на игрушки, которые он им демонстрировал, отзываясь смехом и гулением, что-то даже начинали пробовать на вкус.
        - Они замечательные,  - сказал он ей спокойно.
        - Да… Я тоже так думаю.  - Сибилла усмехнулась.  - Большинство родителей считают, что их дети самые лучшие.
        Казалось, пока они занимались с детьми, вражда была позабыта.
        - Их пора укладывать на тихий час,  - произнесла Сибилла, поднимаясь с пушистого ковра. Она собиралась уйти.
        Явар нажал кнопку на стене.
        - Наверху для них приготовлены кроватки. Сейчас придет Джейн.
        Сибилла напряглась:
        - Но я собиралась вернуться домой…
        - Нам надо поговорить. Мы могли бы сделать это, пока наши дети спят,  - предложил Явар так, словно их разговор был сущим пустяком.
        Но Сибилла совершенно не хотела разговаривать с ним. Она думала, что было бы намного лучше предоставить адвокатам улаживать все последствия их короткого брака. С другой стороны, она хотела понять, как обстоят дела. По крайней мере, она желала выяснить, как часто Явар захочет видеть детей и захочет ли вообще, когда они проснутся. Она поднялась по лестнице вслед за Джейн, каждая несла на руках по ребенку.
        Детская была превосходная, здесь было все необходимое для того, чтобы обеспечить комфорт паре младенцев. Однако она не была удивлена, даже несколько коротких недель под одной крышей с Яваром внушили ей, что с его достатком не существовало невозможных задач. Уложив детей, она неторопливо пустилась в обратный путь в гостиную.
        Там ее дожидался поднос со свежим кофе и ароматной выпечкой. Сибилла бросила удрученный взгляд на сервировку.
        - Ты смелый человек,  - прокомментировала она, размышляя о сахарнице и молочнике, которые она расколотила во время своего предыдущего визита.
        Он ничего не ответил, лишь сомкнул свой чувственный рот в улыбке на минуту, на самую стремительную минуту, позволив взглянуть на того юного, менее циничного Явара, за которого она вышла замуж.
        - Разве мы не цивилизованные люди?  - Сибилла принялась разливать кофе, предложила ему выпечку, словно образцовая хозяйка.
        - Мне кажется, сейчас самое время отставить чашку,  - посоветовал он.  - Потому что я не хочу развода.
        Ее голубые глаза распахнулись, чашка звонко брякнулась о блюдце, которое она продолжала держать в руках.
        - Прошу прощения?
        Явар вдохнул очень медленно и глубоко, широкая грудь обозначилась под футболкой.
        - Если ты хочешь, чтобы дети заняли достойное место в королевской семье, я никак не могу развестись с тобой прямо сейчас,  - пояснил он натянуто.  - Мне легко сойдет с рук то, что я вдруг привезу с собой жену и детей. Мой народ поймет это, потому что всем были широко известны предубеждения моего отца относительно западных женщин. Но ради блага моей семьи и страны я не могу так быстро развестись…
        Сибилла чувствовала, что была готова кричать от отчаяния, потому что ей казалось, что они были обречены быть в вечном противоречии друг с другом. Она пролежала всю ночь без сна, припоминая свои глупые угрозы о том, что не даст ему развода, но теперь она не видела в этом смысла.
        Разве не разумнее было смолчать, безропотно подписать бумаги и вернуть контроль над собственной жизнью? Какого черта она хотела продлить этот процесс и остаться с ним в браке, просто чтобы доставить ему временное неудобство? В конце концов, она решила, что быстрый развод будет лучше для них обоих, особенно если ей предстоит разделять опеку над близнецами.
        - Прости,  - отрезала Сибилла.  - Но я хочу развода, и я могу получить его, нравится тебе это или нет. Не считаю, что я чем-то обязана тебе или твоей стране.
        Явар сделал изящный жест рукой, призывая ее к молчанию:
        - Вероятно, я неправильно выразился. Я прошу тебя дать еще один шанс нашему браку.
        Сибилла поставила свою чашку и рывком поднялась со своего места.
        - Нет,  - сказала она, отказываясь даже обдумать это предложение.  - Слишком большая часть моей жизни была испорчена тобой, я снова хочу быть независимой.
        - Даже если она будет за счет твоих детей?
        - Это несправедливый вопрос. Я делала все возможное, чтобы быть хорошей матерью.
        - Таир - наследник престола. Я должен забрать его с собой…  - пробормотал Явар очень тихо.  - Я не хочу разлучать его с тобой или с его сестрой, но воспитать наследника - моя обязанность.
        Колени Сибиллы вмиг стали ватными, краска сошла с лица. Он говорил о том, что заберет Таира в Марвани, словно это уже было решенным делом. Значит ли это, что он уже установил, что имеет такое право? Ее желудок сжался, горло свело.
        - Не могу поверить своим ушам. Ты просишь меня дать нашему браку еще один шанс, потому что хочешь, чтобы мои дети мне не достались?
        - Не неси чушь.  - Явар махнул рукой.  - Я захотел вернуть тебя, как только снова увидел. И мне кажется, что это необъяснимое влечение обоюдно.
        - И что это должно означать?  - Грудь Сибиллы вздымалась под хлопковой блузкой.
        Блестящие темные глаза Явара мерцали, как чистое золото.
        - Ты тоже хочешь меня,  - вкрадчиво произнес Явар.  - Я же вижу…
        - Это самая невероятная бессмыслица, которую мне доводилось слышать!  - яростно протестовала Сибилла.
        - Хочешь, чтобы я доказал тебе обратное?  - бросил ей вызов Явар.
        - Здесь попросту нечего доказывать, потому что это не так!  - настаивала Сибилла.  - Я давно пережила наш роман.
        - Каким образом?
        Гнев пылал внутри ее, потому что она слишком много выстрадала из-за него. Настало время показать ему его место, начать ставить на первое место свои интересы.
        - Неужели ты думаешь, что все это время я была одинока,  - солгала Сибилла, не моргнув и глазом. Несмотря ни на что, она знала, что это ранит его самолюбие.
        - Нет, я так не думал,  - произнес Явар суровым полушепотом.  - В любом случае у тебя не было нужды произносить это вслух.
        Сибилла не могла не заметить, как побледнела его загорелая кожа на скулах. Она почувствовала себя настоящей дрянью, она лгала, но сейчас ей казалось необходимым вбить клин между ними, чтобы доказать, что она была полностью свободна от него и от того, что когда-то было между ними.
        - Как видишь, я больше не испытываю к тебе того, что чувствовала раньше.
        Но когда он окинул ее своим горящим взглядом, женщина почувствовала волнение во всем теле. Так было всякий раз, когда они оказывались наедине друг с другом. Ее соски напряглись, бюстгальтер стал казаться невероятно тугим, она почувствовала тепло между бедрами.
        - И ты на сто процентов уверена в этом?  - Когда Явар начал приближаться, она чувствовала исходящие от него волны жара.  - Действительно уверена в том, что не хочешь дать мне шанс?
        У Сибиллы перехватило дыхание. Атмосфера между ними накалилась, она чувствовала, что Явар едва сдерживается, и, если он потеряет самообладание, это может иметь гораздо более серьезные последствия.
        - Да, я уверена,  - упрямо повторила Сибилла.
        - Ты лжешь,  - резко возразил Явар.  - Ты лжешь мне и даже самой себе! Мы это уже проходили…
        - Я не понимаю, о чем ты…
        - О, ты все прекрасно понимаешь, моя дорогая,  - возразил Явар.  - Я говорю о тех месяцах, которые ты заставила меня ждать тебя.
        - Но я не просила об этом.
        - Ты отрицала влечение между нами. Отказывалась признавать это.
        - Я не была уверена, что мы подходим друг другу, и смотри, как все обернулось…  - бросила ему Сибилла без колебаний.
        - Перестань!  - Явар привлек ее к себе.
        - Сейчас же отпусти меня!  - зло огрызнулась Сибилла.  - Мы разводимся, и у тебя нет никакого права прикасаться ко мне.
        - Ты все еще моя жена.
        - Но это не значит, что ты можешь трогать меня!  - предупредила она за долю секунды до того, как его чувственные теплые губы накрыли ее. Язык беспрепятственно разомкнул их и проник в рот.
        На мгновение Сибилле показалось, что она увидела настоящий фейерверк перед глазами, потому что поцелуй Явара оказался таким же волнующим, как полет на ракете. Ее ноги онемели, тело гудело от сладкой истомы. Это случилось так быстро, а ее реакция была настолько сильна, что почти оглушила ее сознание. Ее руки скользнули вверх, удерживая его.
        Она убеждала себя в том, что если она снова прикоснется к нему, то ощущения уже не будут прежними. Втолковывала самой себе, что то, что она испытывала, было результатом одержимости, влюбленности, преувеличенной головокружительным романом, который обернулся крушением всех ее идеалов. Но она лгала в надежде, что Явар больше не сможет взволновать ее, но то, как она растаяла от его поцелуя, ужаснуло Сибиллу.
        Пытаясь отдышаться, она посмотрела ему в глаза, темные и блестящие, как звездная ночь, и на долю секунды ей захотелось утонуть в них и обратить время вспять. Вместо этого она прижалась щекой к широкому плечу, вдыхая его мускусный чистый аромат. От него пахло так хорошо, так приятно, что это пугало ее. Она задрожала, ощущая его возбуждение, ставшее очевидным под простой одеждой, ее собственное желание разрасталось внутри ее. Словно сквозь наркотический дурман и слабость, которую она не могла побороть, Сибилла позвала его:
        - Явар?
        Длинные пальцы приподняли ее за подбородок.
        - Дай мне снова поцеловать тебя,  - прохрипел он.
        Нет, это ничего не решит. И пусть она знала это, но все равно слегка запрокинула голову, чтобы он снова поцеловал ее, дольше и глубже, чувственнее. Она перестала ощущать землю под ногами. Эта ласка продолжалась долго, невероятно долго. Что значил простой поцелуй? Нет, это не имело никакого значения, уговаривала она себя. Пускай он даже и случился с мужем, которого она потеряла так давно, пусть он все еще и мог заставить ее голову кружиться.
        Он оторвал ее от земли с легкостью, которая когда-то невероятно волновала ее. Сибилла обвила ногами его бедра, пока Явар принялся ласкать ее шею губами. Ее кожа отзывалась на каждое его прикосновение, стала чувствительна. Тело вибрировало, как камертон.
        Ее голубые глаза были зажмурены, как будто она не хотела их близости и для нее она была ничего не значащим происшествием. Так, Сибилла позволила ему отнести себя наверх, ведь она так сильно хотела его! Это безумное желание сотрясало ее, как лихорадка, это было невозможно остановить. Она уткнулась лицом в его плечо в отчаянии от собственной слабости.
        - Я не могу этого сделать… Не могу…  - шептала она снова и снова.
        Явар подтянул ее к себе, снова нашел ее рот своими губами.
        - Нет, можешь, потому что глубоко в сердце ты понимаешь, что я больше никогда не заставлю тебя страдать.
        - Это не так просто…
        - Это настолько просто, насколько ты позволишь этому быть…  - Его теплое дыхание щекотало ее щеку.
        Однако ее память поспешила припомнить ей, что ничто и никогда не было просто с этим мужчиной. Иногда он был слишком умен, слишком хитер для нее, тогда как она всегда оставалась прямолинейным и искренним человеком. Он толкнул дверь и снова поцеловал ее, в этот миг ее ощущения окончательно затуманили разум.
        После Сибилла еще долго не могла прийти в себя. Явар крепко обнимал ее. Она ощущала странные и знакомые ощущения и не знала, как реагировать на это. Вместо того чтобы что-то предпринять, она просто продолжала лежать на влажных простынях, едва дыша от смущения. В страстном забытьи Сибилла прошептала, что снова хочет быть с ним, и это когда они стояли на пороге развода! Ее поглотило унижение, это чувство придало ей сил. Сибилла решительно откатилась от Явара на другую сторону кровати.
        Явар придвинулся к ней.
        - Мы снова будем вместе,  - решительно сказал он, потянувшись. Мышцы переливались под влажной кожей.
        Сибилла начала чувствовать себя еще более виноватой из-за того, что все это приключилось днем, в доме, где спали маленькие дети. Смущенная, сбитая с толку, погруженная в собственные безрадостные мысли, Сибилла сначала не обратила внимания на шрамы, которыми была испещрена рельефная спина Явара. Мужчина направился в ванную. Рассматривая серебристые линии на загорелой коже, она, подавив тревогу, ограничилась лишь тем, что негромко спросила, откуда у него появились шрамы.
        - Авиакатастрофа, но все уже позади,  - сухо ответил мужчина.
        И пока он стоял перед ней, обнаженный и бронзовый, словно статуя, вырезанная из темного дерева, со своим безупречным профилем, повернутым к ней, Сибилла задалась вопросом: когда они появились? Были ли они на его теле, когда они встречались и жили в браке. Насколько внимательна она была к этому человеку? Ее поглотило темное облако самоуничижения.
        - Я все еще хочу развода,  - отчетливо произнесла Сибилла.
        Явар поджал губы, а затем вздохнул:
        - Мы обсудим это после того, как я приму душ.
        - Отлично.  - Сибилла была рада получить передышку и хотела сделать то же самое.
        - В соседней комнате есть еще одна душевая,  - предупредил ее Явар.  - Я сам ею воспользуюсь.
        - Разве за дверями не притаились твои телохранители?  - поинтересовалась Сибилла с издевкой.
        - Они внизу.  - Он бросил на нее недовольный взгляд.  - Моя личная жизнь - не предмет для сплетен и пересудов, и они прекрасно об этом осведомлены.
        Сибилла враз покраснела.
        - Я приму душ в другой ванной,  - тихо сказала она.
        - Мы женаты. Нам нечего стесняться,  - успокаивающе пробормотал Явар.
        Сказав это, он наконец вошел в ванную. Она торопливо натянула на себя одежду и, почти крадучись, прошла в соседнюю комнату, чтобы воспользоваться ванной. Но после душа она не стала чувствовать себя лучше. Сибилла настаивала на разводе, но все же оказалась в постели с почти бывшим мужем, и теперь Явар считал, что заполучил ее назад на своих условиях. Так ли уж это было удивительно?
        Вероятно, Явар умышленно переспал с ней. Для него было нетрудно получить желаемое от любой женщины. Конечно, он выглядел неотразимым, увлеченным страстью не меньше, чем она, но он не мог не знать, каким горьким станет для нее послевкусие от того, что между ними произошло, и, скорее всего, испытывал сейчас нечто сродни ликованию. Ведь ему удалось доказать, что она все еще желала его на самом примитивном уровне.
        Но для Явара это значило много больше, чем она думала. Когда она впервые встретила Явара, он был сексуальным хищником, целью которого было заполучить желанную женщину, пусть даже он не вел себя с ней таким же образом. На самом деле, несмотря на то, что они получали удовольствие и от меньших интимных ласк, Явар женился на ней, прежде чем между ними состоялась окончательная близость. Это и многое другое доказало ей, что, несмотря на свое европейское воспитание и западный стиль жизни, Явар был невероятно близок к своей культуре. Она никогда не переставала ценить это. Но позже, когда он буквально исчез, она снова и снова приходила к мысли, что он заинтересовался ею и вел игру только из-за того, что она так долго и упорно пресекала любые ухаживания. Не была ли она для него лишь блестящим трофеем? Это казалось ей вполне удовлетворительным объяснением того, почему наследный арабский принц обратил внимание на обычную девочку из Йоркшира и даже женился на ней? Он хоть когда-то думал, что этот брак навсегда?
        Но все это былое, она больше не любила этого человека, напомнила себе Сибилла, снова одеваясь. Конечно, не до конца, укоряла совесть. Явар, быть может, и выиграл эту битву, но не сражение. Напрасно он считал, что она снова станет его женой.
        Его вина, если он был в этом убежден. Сибиллу оглушило вожделение, и она винила себя за это. Ошибочно полагать, что такое могло происходить только с мужчинами. Сибилла развивала оправдательную речь в своей голове. У нее никогда не было мужчины, кроме Явара, но за то яркое, пусть и короткое время, что они провели вместе, она тщательно изучила собственную натуру. Сибилла была страстной женщиной. Единственная причина, по которой она не встречалась с кем-то после того, как рассталась с Яваром, заключалась в том, что ей так и не удалось встретить мужчину, который привлекал бы ее так же сильно, как бывший муж.

        Явар тщательно вытирался полотенцем после душа, рассеянно оглядывая собственное тело в запотевшем зеркале. Всматриваясь в свое худое лицо с высокими скулами, он пытался понять, насколько правильно или неправильно он поступил с Сибиллой. Она была так упряма, неумолима. Были ли у нее подлинные причины вести так дерзко?
        Явар отказывался верить в то, что его покойный отец солгал ему, был ли смысл наводить справки в посольстве? Такое тщательное изучение поступков короля Лута было бы проявлением неуважения, своего рода государственной изменой. Но по меньшей мере это дало бы пищу для неприятных слухов и разрушительных сплетен. Обдумывая эту перспективу, Явар нахмурился и выругался. У него была жена. У него было двое детей. Пусть он и прожил два года, пребывая в заблуждении, но реальность такова, что теперь он должен был жить с женой и детьми, строить свое настоящее, а прошлое оставить там, где ему и положено быть. Если они снова и снова станут возвращаться к неоднозначным вопросам, это лишь разбудит былую горечь и агрессию в них обоих.
        Она взяла деньги и сбежала. Он по-прежнему ненавидел ее за это, но так ли сильно было его чувство теперь, когда он знал, что она была беременна и нуждалась в финансовой помощи? Она была моложе его, менее зрелой, а его не было рядом, чтобы поддержать ее. Женщина более эгоистичная, возможно, не стала бы утруждать себя ответственностью и сделала аборт, вместо того чтобы растить двоих детей, когда у нее были совершенно другие цели и планы на жизнь. Нравилось ему или нет, злой рок сделал так, что именно он нанес ей самый сокрушительный удар и покинул тогда, когда она нуждалась в нем больше всего.
        Тем не менее, раздумывал он рассеянно, несмотря на время и расстояние, их секс все так же был удивительным. Но когда-то он был словно глазурь на торте, теперь же именно секс, вероятно, будет удерживать их как пару. Не за этим ли он потащил ее в постель?
        Почему он думает об этом? В прошлом Сибилла часто заставляла его размышлять о вещах, которые обычно казались ему чуждыми, и, когда они поженились, он негодовал от этого. Он вовсе не был рыцарем на белом коне, как какой-нибудь персонаж из средневековых романов, в которых она когда-то души не чаяла. Но в то же время он всегда оставался честен, даже не претендовал на звание мистера Совершенство, но он всегда знал, что Сибилла действительно хотела, чтобы он был ее рыцарем. Сибилла-реалистка была глубоко переплетена с романтичной Сибиллой.
        И теперь он снова собирался быть плохим парнем, признал он угрюмо. У него не было выбора. У него не стало выбора с того самого момента, когда он узнал о существовании своего сына.

        Сибилла расчесывала волосы, когда услышала, как приоткрылась дверь в комнату для гостей. Она застыла, отложив расческу, и устремилась к двери ванной. Явар был в джинсах и ярко-бирюзовой футболке. Он выглядел полным энергии, как казалось самой Сибилле, истерзанной своими мыслями.
        - Думаю, что нам нужно обсудить все здесь,  - обратился к ней Явар.
        Малая вероятность того, что их могут услышать, объяснила она самой себе. По всей видимости, он сделал это из соображений того, что она снова могла перейти на крик.
        - Я все еще хочу развода,  - упрямо повторила Сибилла.  - То, что здесь произошло, не меняет сути дела.
        Темные глаза изучали ее из-под густых черных ресниц.
        - Мы можем попробовать.
        - Я так не думаю,  - возразила она, взмахнув бледной тонкой рукой.  - Плавала, знаю. Я не смогу снова довериться тебе, и давай смотреть правде в глаза… Ты и сам хотел развода, пока не узнал о Таире. Я понимаю, что присутствие сына меняет многое для тебя, но для меня это не меняет ничего.
        - Это твое последнее слово?  - спросил Явар с нажимом.
        Сибилла гордо подняла подбородок. Она совершила ошибку, но это не значит, что она должна была продолжать жить с ним и строить свое будущее вокруг этого ставшего чужим человека.
        - Да, мне очень жаль, но это…
        - Тогда, возможно, ты захочешь взглянуть на это…  - Явар, словно фокусник, извлек из заднего кармана сложенный пополам лист бумаги и протянул ей.  - Я не хотел, чтобы дошло до этого, но ты поставила меня в крайне затруднительную ситуацию. Повторяю, я не хотел использовать его, но также не желаю вовлекать тебя во что-то против твоей воли. Это враз лишит смысла какую-либо встречу с юристами. Кстати, я отменил ее.
        - Что это?  - Сибиллу захлестнуло чувство тревоги.
        - Это брачный контракт, который ты подписала до того, как мы поженились,  - спокойно сообщил ей Явар.  - Мне не кажется, что ты изучила его достаточно внимательно.
        Сибилла торопливо развернула лист бумаги и увидела статью, выделенную, для ее удобства, звездочкой на полях. С колотящимся сердцем она читала статью: «В случае развода жена, не являющаяся гражданкой Марвани, автоматически отказывается от всех детей, рожденных в браке». В этом пункте она соглашалась, что любой ребенок останется жить в Марвани с Яваром.
        У нее пересохло во рту. Да, она читала этот пункт, но почти два года назад, она моментально отбросила мысли о том, что их брак не навсегда. Все это казалось юной Сибилле сущим пустяком, пустой формальностью. В конце концов, они не планировали немедленно рожать детей, поэтому перспективы непростой совместной опеки были далеки от них. Они были безумно влюблены друг в друга, по крайней мере, она была влюблена и доверяла. Ни на минуту ей не приходило в голову, что когда-нибудь, в не самом отдаленном будущем ее беспечность могла обернуться против нее.

        Глава 6

        Он действительно старался вести себя цивилизованно, но этого Сибилле оказалось недостаточно. Она с подозрением относилась к каждому его поступку и вынудила опуститься до того, чтобы опираться на юридические соглашения и устрашить ее перспективой раздельной опеки. Возможно, он в принципе никогда не шел на компромиссы, признал он раздраженно. Как правило, он добивался своего, прибегая к уловкам и хитрости. Слово короля было решающим словом, которое пресекало серьезные споры в Марвани. Он прочувствовал на себе то, что, несмотря на обсуждения и компромиссы, кто-то всегда останется недоволен его решением.
        Сибилла выглядела так, словно перед смертью в ее сознании пролетали самые важные моменты жизни. Мертвенно-бледная, она продолжала стоять на месте и сжимать в руках брачный контракт. Сердце у нее ушло в пятки от страха. Она не видела возможности оспорить соглашение, которое добровольно подписала.
        Явар дышал медленно и глубоко.
        - Если на каком-то этапе в будущем ты решишь, что все еще хочешь развестись…
        В ее голубых глазах полыхнули молнии.
        - Можешь не сомневаться, я не передумаю!  - зло выплюнула она.
        - Тогда ты будешь иметь право на свой собственный дом в Марвани, в котором сможешь воспитывать близнецов. Боюсь, что это лучшее, что я могу предложить, если ты хочешь оставаться независимой.  - Губы Явара едва шевелились.
        - То есть не может быть и речи о том, чтобы жить раздельно?  - переспросила Сибилла.
        - Боюсь, что так. Это единственный способ для тебя сохранить опеку над нашими детьми,  - подчеркнул Явар.
        - Они никогда не были нашими детьми, они всегда были только моими!  - выпалила Сибилла, сдерживая поток упреков.
        - Так было только потому, что я не знал об их существовании,  - парировал Явар.
        - То есть ты ожидаешь, что я стану делать вид, что у нас все еще настоящий брак?  - На ватных ногах она пошла к двери.  - Как ты можешь так поступать со мной после того, как бросил меня на целых два года? Неужели у тебя совершенно нет порядочности?
        - Все не так просто. Я пытаюсь обеспечить статус нашим детям, сделать так, чтобы они были признаны моим народом. Ради этого я готов сделать вид, что счастливо женат. Это мой долг перед ними,  - сказал Явар.  - Они займут свое место в королевской семье как принц и принцесса, и эта ответственность твоя не меньше, чем моя.
        Распахнув дверь в гостевую комнату, Сибилла решила, что могла бы и обойтись без этого напоминания. Едва ли Явар обладал теми полномочиями, чтобы напоминать ей о ее материнских обязанностях, которые отнимали у нее все время, пока они были не вместе. Это было так несправедливо, подумала она с горечью, что Явар мог уйти из ее жизни, отказавшись от своих обязанностей, а затем вернуться, когда ему это было выгодно, чтобы потребовать соблюдения долга, который он по-королевски проигнорировал.
        - Ты согласна?  - спросил Явар, следуя за ней по коридору.
        Сибилла понимала, что загнана в угол. Близнецы стали его оружием, и, если она хочет остаться с детьми, у нее не было другого выбора, кроме как поселиться в Марвани.
        С одной стороны, она признавала его позицию, но с другой - ненавидела его за то, что он возложил эту ответственность и на нее. Иметь дело с внезапно всплывшим браком и детьми и шокировать народ в Марвани было безопаснее, чем столкнуться с западной желтой прессой и болезненным бракоразводным процессом и разделением опеки над двумя несовершеннолетними детьми. Несмотря на то, каким бы категоричным ни был брачный контракт, который она подписала, Сибилла знала, что она будет продолжать бороться за своих детей в зале суда. Но такая борьба, несомненно, навредит всем участникам.
        Хотела ли она втягивать в судебные разбирательства Чезаре и Лорейн? Разве она уже не причинила им достаточно неприятностей, будучи своенравным подростком со своим волнением, обидчивостью, незапланированной беременностью, происхождение которой бережно скрывала? Нет, они не заслуживают такого отношения. Настало время самостоятельно решать проблемы, потому что без этого взрослая жизнь никогда не могла начаться.
        - Сибилла…  - снова обратился к ней Явар.  - Мне нужен ответ.
        - Я согласна. Я делаю это только потому, что у меня нет другого выбора,  - сдержанно ответила она.  - Но я не прощаю тебя.
        Блестящие темные глаза затуманились, красивые губы сжались.
        - Ты никогда не прощала меня за то, что я делал неправильно.
        Сибилла отказывалась верить в то, что это правда. Она обязательно должна была прощать его когда-то и за менее оскорбительные проступки. Она была таким тяжелым человеком? Ее первые впечатления от Явара вернулись и преследовали ее. Нет, она отказывалась думать, что могла недооценивать этого человека. Едва заметная краска стыда залила ее щеки.
        Он напомнил ей и о том, что она так никогда и не простила свою мать за то, через что та заставила пройти свою дочь. Сибилла нахмурилась. Франческа скончалась прежде, чем ее младшая дочь стала подростком. Пожилая женщина унесла свои тайны в могилу вместе с собой. Сибилла глубоко вдохнула, чтобы избавиться от стыдливого ощущения, охватывавшего ее всякий раз, когда она думала о Франческе. Теперь Сибилла была старше, мудрее и менее предвзятой. Ее мать была слабым человеком, ее отношения с мужчинами редко приводили к чему-то хорошему, часто она была пострадавшей стороной. Ее второй муж, последний мужчина в ее жизни, был хуже всех. Пользуясь слабостью Франчески и ее зависимостью от него, он испортил ей жизнь. Однажды она сможет поведать Лорейн правду об их матери, но она не могла себе представить, при каких условиях рассказала бы о том, что произошло у нее с Яваром.
        - Я нахожу этот дом невероятно странным и некрасивым,  - внезапно призналась Сибилла, спускаясь по массивной лестнице, которая чем-то напоминала ей декорации из фильма ужасов. Не хватало только зомби, которые бы вываливались из саркофагов.
        - Это все - моя бабушка. Она обставляла это место.
        - Англичанка, на которой женился твой дед?  - Это было то немногое, что Сибилла знала о своей британской предшественнице в королевской семье Марвани.  - Расскажи мне о ней.
        - Зачем?
        - Любопытно… К тому же я вроде как иду по ее стопам?  - сострила Сибилла, желая говорить о чем угодно, кроме секса. Эта необыкновенная страсть не прошла бесследно, она испытывала легкий дискомфорт при ходьбе. Явар был таким диким и сильным, а она упивалась этим проявлением первобытной страсти, но теперь настало время платить по счетам, она снова была вынуждена вверить всю свою жизнь Явару. Она никогда не должна была опускаться так низко, мучительно размышляла Сибилла. Он обвел ее вокруг пальца.
        - Надеюсь, что нет. Она бросила собственного сына,  - фыркнул Явар осуждающе.  - Она встретила моего деда Таира на сафари в Африке. Она была светским человеком, родом из эксцентричной аристократической английской семьи… Леди Софи Грегори. Таир сильно влюбился в нее, но для этой женщины он был лишь очередным приключением, увлечением, диковинкой… Пары месяцев жизни в малоразвитой Марвани, где не было никаких экспатов, которые могли бы составить ей компанию, оказалось достаточно для моей бабушки. Она осталась только для того, чтобы родить моего отца, и покинула деда через несколько недель после этого.
        Сибилла прекрасно понимала, что его версия событий была необъективна:
        - Это отец рассказал тебе?
        - Да. Я встречался с ней, когда был подростком. Я был в Париже, на офицерских курсах, она была на вечеринке, на которую я был приглашен.  - Явар рассказывал об этом с неохотой.  - Она подошла прямо ко мне и сказала: «Я так понимаю, что ты мой внук. Ты такой же упрямый, как твой отец?»
        - Так, значит, твоя бабушка на самом деле пыталась снова увидеть своего сына,  - заключила Сибилла.  - Другими словами, она не была такой уж равнодушной матерью, как ее тебе описывали. Скорее всего, твой дедушка просто не позволил ей снова увидеться с сыном, потому что она расторгла их брак. Ты хоть когда-нибудь рассматривал эту ситуацию с такой перспективы?
        Нет. Явар принял эту семейную историю как неоспоримую истину, и то, что высказала Сибилла, никогда не могло прийти ему в голову.
        - У него были свои причины, чтобы…
        - Действительно?
        Сибилла получала истинное удовольствие оттого, что ей удалось задеть Явара, пусть речь шла только о старой семейной истории. Почему? Он снова пытался испортить ее жизнь. Он владел ею, так же как владел их сыном и дочерью. В брачном договоре на этот счет не было никаких туманных оговорок. Никакого способа, чтобы воззвать к правосудию для юной наивной девушки, которая была так влюблена, что не могла даже в самом страшном сне представить себе будущее, в котором она окажется матерью-одиночкой. Сибилла знала, что она сама никогда не сможет простить себя за глупость и недальновидность в таком важном вопросе, как право заботиться и воспитывать своих собственных детей и жить там, где ей этого хотелось.
        - То, как поступила леди Софи, сделало Таира посмешищем. В те времена для правителя, как никогда, было важно сохранять лицо, но не существовало ничего, что могло бы скрыть тот факт, что именно она оставила его.
        - И несомненно, что он никогда не простил ее за это и умышленно не давал видеться с сыном в качестве наказания. В это же время он промывал мозги собственному ребенку, внушая ненависть и недоверие к западным женщинам.
        Отвращение Сибиллы было ощутимо.
        - Не забывай, я встречалась с твоим отцом, и, когда мы расстались, он оставил меня с впечатлением, что я - проклятие для его семьи. Но ты, ты ведь знал, как он ко мне относится, почему ты вообще женился на мне? Но нет… Давай не будем говорить об этом. Я знаю, зачем ты сделал это.
        Сдвинув брови, Явар вспоминал их последнюю ссору в Оксфорде. Она хотела поехать в Марвани вместе с ним, бунтовала против секретности, которой он окутал их отношения, словно стыдился их. Но все было не так. Он знал, что, не подготовив почву, он ничего не добьется. Явар считал, что должен был лететь один и лично рассказать отцу о своем браке. К сожалению, теперь он знал, что должен был сделать это значительно раньше, и, сделав так, он бы избежал всех тех последствий, с которыми ему приходилось иметь дело сейчас.
        - Ты не знаешь, почему я женился на тебе, потому что никогда не понимала, о чем я думал,  - вдруг сказал Явар.  - На самом деле я пытался защитить тебя, но, к несчастью для нас обоих, я принимал неверные решения.
        Двери лифта с жужжанием разъехались в стороны. Они увидели в зале няню в сопровождении женщины в национальной одежде Марвани. Женщины принесли Сибилле сонных детей.
        - Сейчас я уеду.
        - Я хочу, чтобы ты осталась.
        - Послушай.  - Сибилла положил руку на его загорелое предплечье и потянулась к нему, шепча: - Сейчас я останусь со своей семьей. Я буду делать то, что ты хочешь, не раньше, чем мы приземлимся в Марвани. Когда это произойдет?
        - Я должен вернуться в течение двадцати четырех часов. Я уже предоставил местной прессе фотографии, сделанные на нашей свадьбе.
        Сибилла побледнела. То есть остался последний день ее свободы? Единственный день, чтобы побыть со своей семьей и насладиться своей независимостью и волей поступать так, как ей нравится.
        - И чего ты ждешь от меня?
        - Постарайся закончить свои дела здесь как можно быстрее. Твоя семья, естественно, сможет посещать тебя так часто, как им захочется.
        - В таком случае настало время тебе увидеться с моим отцом.  - Сибилла произнесла это внезапно.
        В ее глазах поселилось печальное выражение. Она сомневалась, что Явару это будет по нраву. Ее отец был полон предрассудков в отношении иностранцев, богатых людей и королевских особ, а дипломатия Брайану Уитакеру была незнакома. Явар заслужил эту встречу, потому что она не заслужила того, что произошло между ней и его покойным отцом, Лутом.
        - Он приедет сегодня вечером в Лондон, чтобы навестить нас.

        На обратном пути к сестре Сибилла вспоминала тот день, когда она встретила короля Лута, озноб, который случился с ней, когда она наконец узнала тревожную правду о том, что недовольный король, одетый так, как будто сошел с экрана, на самом деле был ее свекром. Он даже не удосужился говорить с ней на понятном ей языке. Пожилой человек стоял рядом, переводя каждый его яростный жест и недружелюбное слово, хотя Явар говорил ей, что его родитель бегло говорил по-английски. Возможно, вспыльчивый нрав короля помешал ему подобрать правильные слова на ее языке, ужасные, злобные слова, которые она никогда не смогла забыть, убедил ее, что их брак был незаконным…
        - С самого начала это не было настоящим браком. Вашим отношениям не суждено было стать ничем, кроме как случайным романом. Явар хочет, чтобы ты оставила его в покое. Теперь, когда он вернулся в Марвани, между вами все кончено. Он не хочет, чтобы ты продолжала жить в его доме, не хочет снова слышать о тебе. Пожалуйста, не смущай его - не посещай посольство. Мой сын женится на приличной женщине своей культуры, а кто захочет выйти за него, если вы вызовете скандал?
        И так снова и снова. Сибилла безрадостно вспоминала каждое слово, которыми ее пытались убедить в том, сколь ничтожную эпизодическую роль она сыграла в жизни Явара. Их отношения для него, по словам отца,  - романтическая интрижка, ничего больше. Она бесправно проживала в его квартире, устраивала сцены в посольстве… Словом, женщина, которая всячески пыталась уцепиться за человека, которому она больше не была нужна. Ее гордость уязвлена, сердце разбито, потому что она искренне любила Явара.
        И теперь казалось, что ее жизнь описала полный круг, размышляла Сибилла, когда лимузин вез ее обратно к сестре. Она знала, что Чезаре и Лорейн станут поддерживать ее, если она решит бороться с Яваром за детей, но она не могла не вспомнить, что Чезаре призывал ее к осторожности. Этот человек имел гораздо больше власти, чем прочие мужья.
        Существовали две пугающие перспективы. Если она станет на тропу войны с Яваром, их и без того непростые отношения бесповоротно ухудшатся, и что будет, если она в конце концов проиграет суд об опеке? Как часто он позволит ей видеть собственных детей после такого конфликта? Она вздрогнула. Нет, она бы не рассчитывала на благоприятный исход, даже если бы не знала, что случилось с леди Софи. Бедная женщина… Невероятная жестокость - она никогда больше не увидела своего ребенка… Не раньше чем он стал взрослым и слишком закоснелым в своих предубеждениях и враждебности, чтобы выслушать другую версию истории. Сибилла полагала, что если она не будет предельно осторожна, то может стать жертвой того же горя и навсегда потерять своих детей.
        С другой стороны, она больше не желала вовлекать Чезаре и Лорейн в свой конфликт, это было бы слишком эгоистично. Лорейн была снова беременна, и дополнительное давление и беспокойство было последним, что ей нужно. Судебное разбирательство стало бы лакомым куском для разных средств массовой информации, которые сестра и ее муж презирали,  - несмотря на свой статус и достаток, они вели крайне затворнический образ жизни. Если бы Сибилла затеяла судебную тяжбу, скандал с арабским королем не смог бы остаться незамеченным. Нет, она не могла рисковать и подвергать свою семью или своих детей стрессу такого рода. Все они заслуживают лучшего, и она уступит. В конце концов, именно она приняла предложение Явара и она же была в ответе за последствия. Почему кто-то другой должен расплачиваться за ее ошибки?

        Глава 7

        Во время полета на частном самолете Сибилла сидела не шелохнувшись. Ее спина всегда оставалась прямой, руки покоились на коленях, глаза затуманены мыслями.
        Явар поджал чувственные губы и снова опустил глаза в ноутбук. Чего он, собственно ожидал? Оживленную, заинтригованную путешествием попутчицу? Разумнее было сосредоточиться на положительных моментах: Сибилла была на борту вместе с детьми, и, что еще удачнее, для своего первого публичного выступления она предусмотрительно выбрала наряд, который должен впечатлить всех присутствующих. Простое темно-синее платье выгодно подчеркивало ее стройную фигуру. В солнечном свете, льющемся из иллюминатора позади нее, она выглядела невероятно красивой, волосы блестели как серебро. Этот же свет приковывал внимание к ее белоснежной, по чти прозрачной фарфоровой коже и мягким розовым губам.
        Явар вспомнил ощущение этих шелковистых волос на своих бедрах и горячее прикосновение ее губ. Длинные загорелые пальцы невольно ухватились за край стола, возбуждение было сродни небольшому землетрясению. Стиснув зубы, он сосредоточился, чтобы подумать над тем, как она отреагирует на его просьбу.
        Неподвижность Сибиллы таила бурю страстей. Ей хотелось кричать от гнева разочарования. Явар буквально охотился на нее и, загнав в ловушку, изловил как добычу. Она наконец принимает на себя роль его законной супруги, матери его детей-наследников, судьба, которую она, по иронии судьбы, когда-то была готова принять. Бисеринки пота выступили над ее верхней губой, когда она вспоминала невероятную давку, которую устроили папарацци, чтобы сфотографировать королевскую чету, и живую стену из сотрудников безопасности. Ей действительно не приходило в голову, что их брак так быстро спровоцирует лавину внимания. Явар принимал это как должное, но Сибиллу тревожил подобный интерес.
        Но в самом деле все последние двадцать четыре часа были крайне тревожными. Когда она рассказала семье, что возвращается в Марвани, Чезаре и Лорейн отреагировали на это гораздо спокойнее, чем ожидала Сибилла. Вероятно, они предположили, что Явар и Сибилла решили дать второй шанс браку ради двоих маленьких детей.
        - И если ничего не выйдет, ты, по крайней мере, будешь знать, что сделала все, что от тебя зависело, и просто вернешься домой,  - наивно предлагала Лорейн, не зная, что еще два года назад Сибилла отказалась от такого развития событий. Чтобы вернуться домой, ей придется оставить своих детей, а она никогда не решится на подобное.
        В тот же день Сибилла упаковала свои немногочисленные вещи и вверила свою квартиру заботам агентства по недвижимости. Она сходила за покупками со своей сестрой и приобрела более подходящий гардероб. Вечером ее отец приехал в Лондон. Явар присоединился к ним за ужином. Он спокойно реагировал на нередкие колкие комментарии ее отца.
        - Твой отец вполне приятный человек. Мой срывался по крайней мере раз в неделю. С ним было невозможно договориться, и он часто оскорблял меня. Конечно, он был избалован в детстве, считал себя всесильным правителем, поэтому никогда не учился самоконтролю,  - доверительно сообщил Сибилле муж, напугав ее своей искренностью.  - Это было хорошим опытом для меня.
        Это воспоминание смутило Сибиллу: отец Явара явно был тираном.
        Перед самолетом Сибилла сходила в салон красоты, чтобы освежить стрижку и сделать маникюр,  - она хотела подать себя как достойную супругу короля, которую его народ ожидал увидеть подле своего правителя. Короля? Это слово заставило ее задуматься. Нет, в ней не было ничего от королевы.
        Она согласилась вернуться к мужу, который когда-то бросил ее. Явар до сих пор не объяснился перед ней. Как она позволила, чтобы обида просто так сошла ему с рук? Этот вопрос остался погребен под страхом потерять своих близнецов? Что еще Явар мог утаивать от нее?
        Вероятно, он пытался скрыть непривлекательную правду о себе. Но она была не глупа и могла предсказать наиболее вероятный сценарий. Очевидно, Явар никогда не любил ее; желание и похоть были единственным, что он испытывал к ней. Влечение росло пропорционально ее отказу идти ему навстречу и лечь с ним в постель. Неужели вскоре после брака он понял, что совершил ужасную ошибку и что она вовсе не та, кого он хотел видеть своей женой?
        Признался ли он в этом своему отцу? Было ли ему стыдно за то, что он обошелся с ней так жестоко? Или за то, что бросил ее, когда его чувства остыли? За то, что попросил собственного отца расплатиться с ней, словно она была какой-то распутной девкой? Почему Явар до сих пор не объяснил свое поведение?
        Сибилла пристально изучала мужа из-под опущенных ресниц. Нравится ей это или нет, но одетый в темно-серый, как уголь, костюм безупречного кроя, элегантное творение знаменитого дизайнера, Явар выглядел абсолютно великолепно. От одного взгляда на него - сильный подбородок, затемненный щетиной, завораживающие темные глаза под тяжелой черной бахромой ресниц - ее пульс подскакивал. У нее внезапно возникло видение его стройного обнаженного загорелого тела, склоненного над ней, и, даже несмотря на то, что она пребывала в дурном настроении, ее дыхание стало затрудненным, а сердце учащенно забилось.
        Всякий раз, когда Явар оказывался рядом, она чувствовала смятение. Тщательно выстроенный барьер презрения постепенно погружался в огонь, разгоравшийся внизу ее живота. Это желание, похоть. Как и Явара, ее снедал невероятно сильный плотский голод. Если она вновь расслабиться, он снова изловит ее, как глупую рыбу.
        Но с какой стати она вдруг стала испытывать такую нужду в нем? Она прекрасно жила без секса, пока Явар не вернулся. Но теперь, казалось, он разжег огонь внутри ее, который Сибилла не могла потушить. Это чувство взволновало, отбросило ее назад, в прошлое, в те дни, когда просто быть рядом с Яваром было для нее чудом. Но нет, она не хотела снова возвращаться к тому состоянию.
        Когда самолет готовился к посадке, напряженность Сибиллы находилась в высшей точке. Она была полна опасений по поводу новой жизни, которая ждала ее в Марвани. Кто бы не переживал? Другая культура, язык, которого она не знала, незнакомая страна, королевой которой она оказалась. Конечно, она уже нервничала.
        Сибилла до сих пор воспринимала себя как дочку фермера, родившуюся в нищете, воспитанную не самой образцовой матерью. Да, она успешно поступила в университет и получила профессию учителя, но ей ни разу не приходило в голову, что однажды она будет женой короля. Даже когда она вышла замуж за Явара, она не рассматривала такую перспективу, потому что тогда все это казалось слишком далеким и нереальным. Она не знала, что уже в то время королю, который выглядел значительно моложе своего возраста и обладал крепким здоровьем, было за семьдесят. Пожилой человек перенес сердечный приступ и умер в одночасье.
        - Известие о нашем браке в Марвани восприняли хорошо,  - успокаивающе сообщил ей Явар, когда пилот заглушил двигатель.  - Дворец полон цветов и подарков для наших детей.
        Сибилла приятно удивилась:
        - Но, должно быть, твой народ все же недоумевает, почему ты так долго скрывал жену.
        - Предрассудки моего отца против западных женщин и его гневные выпады стали легендой. Люди с пониманием отнеслись к моей скрытности,  - признался Явар.
        Джейн, новая няня, присоединилась к ним вместе со стюардессой. Близнецы для своего первого публичного выхода были одеты в белоснежные костюмы с вышивкой в английском стиле. Когда все поднялись, Сибилла затаила дыхание. Она дышала медленно и глубоко: скоро все закончится. Когда они смогут цивилизованно расстаться, ей не нужно будет жить с Яваром под одной крышей. Она задумчиво изучала его загорелый профиль, недоумевая, отчего последняя мысль не радует ее.
        Когда пришло время сойти, Явар взял Таира из рук Джейн:
        - Я хочу показать его.
        - Но в Лондоне ты бы никому не позволил даже сфотографировать близнецов,  - удивленно заметила Сибилла.
        - То был Лондон. Это - Марвани. Наши люди имеют право увидеть этого маленького мальчика своими глазами,  - уверенно ответил он.  - Он - мой наследник и однажды будет править.
        Они высадились, и толпа тут же хлынула на них. Телохранители Явара ограждали королевскую семью. Где-то играл военный духовой оркестр. Сибилла смутилась, когда увидела телевизионные камеры, установленные наверху, под ярким синим небом. Жара была сильной. Какие-то высокопоставленные лица вовлекли Явара в разговор, пожилая улыбающаяся женщина подошла к Сибилле, присела в реверансе и сказала на превосходном английском, что ее дочь Рания восхитительна. Камеры щелкали, все вокруг мигало, Сибилла не могла говорить и естественно улыбаться. Мучительно медленно королевская процессия и заинтригованная толпа прошествовали в здание аэропорта, который был оснащен превосходной системой кондиционирования.
        Прохлада была желанной, но Сибилла не смогла расслабиться - вспышки фотоаппаратов в помещении стали раздаваться еще чаще. Находиться в центре внимания было непросто, но ее порадовала общая атмосфера подлинного дружелюбия. К тому же многие свободно говорили на ее родном языке. Когда Таир начал капризничать на руках отца, Явар признал, что пришло время двигаться дальше, и через несколько минут они с удобством расположились в лимузине, тронулись в путь по широкому бульвару. Глаза Сибиллы распахнулись, когда она увидела толпу жителей, приветствующих их прямо на улице. Явар, очевидно, был популярным правителем. Охваченная любопытством, она рассматривала улицы, на которых стояли ультрасовременные здания, которые могли бы быть в любом европейском мегаполисе, но мужчины в просторных длинных одеждах добавляли экзотики к такому городскому пейзажу.
        - Как выглядит сам дворец?  - поинтересовалась Сибилла в тишине.
        - Он довольно старомодный,  - предупредил Явар.  - Все там выглядит так, как при королеве Виктории, кроме ванных комнат, кухонь и системы безопасности. Место королевы в этом дворце довольно долго пустовало, а кроме нее, никто не станет проявлять интерес к интерьеру.
        - Об этом я позабыла.
        - Ты можешь изменить все, что угодно. Что касается меня, я довольно равнодушен к тому, что меня окружает. Главное, чтобы обстановка не была такой же кричащей, как в лондонском особняке,  - заметил он.
        Городские улицы остались позади, шоссе окружали каменистые пустынные равнины. На землю медленно спускались сумерки. Сибилла увидела высокие песчаные дюны всех цветов, от охры до оранжевого, окрашенные лучами заходящего солнца. Гигантские ворота с высокими башенками появились впереди, и Сибилла подалась вперед с выражением недоумения.
        - Это дворец? Боже мой, да он размером с город и выглядит как замок крестоносцев!
        - Передняя часть самой первой крепости действительно была построена крестоносцами, прежде чем мы изгнали их.  - Явар произнес это уточнение с видимым удовольствием.  - На протяжении сотен лет, по мере того как менялась мода, каждое поколение добавляло все новые и новые здания. В те времена семьи были значительно больше, и мои предки жили с огромной свитой слуг и солдат.
        Стражники, патрулирующие стены, взмахивали оружием, со всех сторон раздавалось ревущее приветствие, пока лимузин, урча, проезжал через автоматические ворота.
        - Кто же отвечает за все здесь, во дворце?  - с любопытством спросила Сибилла, когда они проезжали через великолепные ландшафтные сады. Через несколько секунд они остановились перед главным зданием с огромным куполообразным крыльцом.
        - Бандар, мой главный помощник, является номинальным руководителем, потому что он отвечает за ведение домашних финансов, но моя кузина, Залиха, активно управляет королевским хозяйством. Ее сестра замужем за Бандаром, который живет здесь же, вместе с моим личным персоналом.
        Улыбающаяся изящно сложенная брюнетка с темно-карими глазами появилась в дверях и низко поклонилась в знак приветствия и глубокого уважения. На совершенном английском языке она представилась как Залиха, произнесла добрые пожелания, попросила подержать на руках крошку Ранию и сделала все на одном дыхании. Прохлада окутала горячую кожу Сибиллы, как только они вошли в удивительный круглый коридор со стенами, украшенными перламутром.
        - Раковины… Морские ракушки,  - восхищенно заметила Сибилла.  - Как красиво.
        - Боюсь, многое здесь вам не очень-то и понравится,  - с грустью заметила брюнетка.
        - Не пугайте раньше времени мою жену,  - призвал ее Явар.
        - У вас очень хороший английский,  - сказала Сибилла.
        - Мой отец был сотрудником посольства в Лондоне, я посещала английскую школу.  - пояснила ей Залиха.
        - О, это невероятно…  - Сибилла едва успевала разглядывать невероятное множество комнат, которые они проходили. Помещения словно трещали по швам от антикварной мебели, возраст некоторых предметов, казалось, исчислялся веками.  - Это хуже, чем в Викторианскую эпоху…  - сказала она Явару.  - Это больше похоже на… на Средневековье.
        - И жаждет перемен,  - весело подмигнула ей Залиха.
        - Прямо сейчас мы пойдем в наши комнаты,  - поспешил предупредить женщин Явар, прежде чем брюнетка успела вовлечь Сибиллу в разговор о ремонте. Он подхватил свою супругу под локоть.
        - Да, ваше величество.  - Залиха торопливо склонилась в очередном реверансе и удалилась по своим делам.
        - Но я бы хотела немного осмотреться!  - возмутилась Сибилла, когда они с Яваром устремились к каменной лестнице.
        - Возможно, позже. Сейчас нам нужно обсудить кое-что важное,  - неожиданно серьезно сказал король.  - Это крыло дворца полностью наше, и здесь не бывают посторонние,  - сообщил Явар, когда они достигли второго этажа.
        Он распахнул дверь в совсем недавно меблированную и декорированную детскую. Их няня сделала шаг вперед и улыбнулась, осматривая свои новые владения. Две молодые женщины поспешили к ним, чтобы предложить свою помощь с близнецами.
        - Вам с Джейн придется буквально палкой отбиваться от помощников во дворце. Прошло слишком много лет с тех пор, как под этой крышей жили дети.
        Улыбнувшись, Явар взял Сибиллу под руку, они пошли дальше по широкому коридору. Женщина с облегчением заметила, что в помещениях, мимо которых они проходили, стояла такая же современная мебель. Пусть время и замерло там, внизу, но в той части, где обитал Явар, оно даже не думало замедляться.
        Он толкнул дверь в элегантную приемную, оформленную тонами дымчатого, голубого и кремового цветов, и отступил назад, пропуская Сибиллу. Она проскользнула мимо него, изучая с любопытством обстановку. Его запах проник ей в ноздри - аромат мужчины, предпочитавшего один и тот же одеколон с пряными нотками, ее сердце сделало сальто, как у наивной глупой школьницы. Ее щеки едва заметно покраснели, Сибилла торопливо отстранилась, когда Явар снял пиджак и ослабил галстук.
        - Ты сказал, что нам нужно что-то обсудить,  - напомнила она ему холодно.
        - Мои советники попросили нас рассмотреть вопрос о проведении традиционной свадьбы. Обряд нужно провести по местным обычаям, чтобы наши люди могли отпраздновать это событие вместе с нами.  - Сибилла была сбита с толку услышанным.  - В стране объявят государственный праздник. Сама церемония будет закрытой, так у нас заведено, фотографы сделают официальные снимки, которые попадут в прессу…
        - Ты предлагаешь мне снова выйти за тебя замуж?  - запинаясь, переспросила Сибилла.
        - Да. Я предлагаю тебе именно это.  - Явар поднял на нее глаза.
        Сибилла нахмурилась:
        - Ты хочешь жениться на мне, провести официальную церемонию, даже несмотря на то, что мы оба прекрасно знаем, что скоро нам придется развестись?
        Он весь напрягся:
        - Я не хочу развода. Я перестал говорить об этом, как только узнал, что у нас есть общие дети.
        Сибилла опустилась на диван.
        - Меня не волнует, чего ты хочешь. Важно то, на что ты согласился. А ты согласился с тем, что я получу развод, если захочу этого.
        - Но мы оба нужны нашим детям. Я вырос без матери, она умерла при родах. Детям необходимы оба родителя. Я хочу, чтобы у нас был настоящий брак, а не какое-то притворство.
        Сибилла подскочила со своего места.
        - Значит, ты лгал мне в Лондоне. Лгал, чтобы убедить меня вернуться в Марвани! Ты даже не собирался давать мне развод.
        Явар расправил широкие плечи, но стройное, мощное тело было напряженно.
        - Я не врал. Я просто надеялся, что ты переменишься. Надежда - это не ложь и не грех,  - сухо заметил он.
        Горький смешок сорвался с губ Сибиллы.
        - Ты обманываешь меня не первый раз, Явар. Так случилось два года назад, я вышла за тебя, поверила, и вот что из этого вышло. Разве тебе не приходило в голову, что я никогда не смогу остаться с мужем, которому не доверяю? Новая свадебная церемония - насмешка над моими чувствами.  - Она силилась держать себя в руках.  - Ты до сих пор не объяснился, почему оставил меня два года назад.
        Явар нахмурился.
        - Сибилла, прислушайся…
        - Нет!  - Ее голубые глаза смотрели на него с вызовом.
        Она гордо подняла подбородок, всем своим видом показывая, что теперь Явару это не сойдет с рук.
        - Больше между нами не может быть никаких недомолвок,  - дерзко сказала она.  - Тебе больше нечего терять, можно же наконец быть честным. Два года назад, несмотря на все твои признания в любви, ты порвал со мной. Просто так выбросил из своей жизни.
        - Все было не так…  - Явар запустил пальцы в свою темную шевелюру.  - Какой смысл обсуждать это теперь, когда прошло столько времени? Я хочу начать новую жизнь…
        - Но то, что произошло тогда, по-прежнему очень важно для меня,  - настаивала Сибилла, решив не отступать.  - Ты понял, что наш брак был ошибкой, и не нашел в себе мужества поговорить со мной об этом.
        - Нет, все не так,  - неожиданно резко прервал ее муж.  - Когда я уезжал из Оксфорда, то твердо намеревался вернуться за тобой. Мой отец просил меня о помощи, и я не мог отказать ему. В Дхее - стране, имеющей с нами общие границы на востоке, разразилась гражданская война, и тысячи беженцев хлынули через границу. Их лагеря росли стихийно, я был нужен для координации гуманитарной помощи.
        - Ради бога, почему ты ничего не рассказал мне еще два года назад!  - произнесла Сибилла, не скрывая обиды.  - Неужели я бы не поняла, что это твой долг?
        - Нет, я не хотел, чтобы ты спрашивала меня, как долго я там пробуду. Когда я вылетал, то и сам не имел об этом никакого понятия,  - признался Явар.  - Я летел на границу в колонне вместе с медицинским персоналом и солдатами. Ракета, выпущенная одной из группировок, воюющих в Дхее, сбилась с курса, пересекла границу Марвани и поразила нас…
        Сибилла тяжело опустилась обратно на диван, ноги ослабели, а сердце вдруг забилось чаще.
        - Так ты… Ты был ранен?
        - Мне очень повезло,  - скривился Явар.  - Я единственный, кто выжил. Меня выбросило из самолета, но я получил серьезные травмы головы и позвоночника, в течение нескольких месяцев я был в коме.
        В первое время после его исчезновения Сибилла опасалась, что с Яваром могло что-то случиться, но постепенно ей начинало казаться, что она выдавала желаемое за действительное. Слишком долго от него не было вестей. После услышанного ей стало дурно.
        - Но никто ничего мне не сказал. Почему никто не сообщил мне, что с тобой случилось?  - едва слышно спросила она, изо всех сил стараясь понять причину такого непростительного упущения.
        - О произошедшем мало кто знал. Отец решил не разглашать информацию о моем состоянии. Опасался, что мои травмы вызовут негативную реакцию, население могло враждебно настроиться против беженцев из Дхеи. Ведь такое нередко случается в зонах боевых действий.  - Он поджал губы.  - Когда мой отец приехал увидеться с тобой в Оксфорде, я все еще был в коме…
        - Тебе нужна была моя поддержка… Но твой отец так ничего и не сказал мне!  - Сибилла покачала головой.  - Он не хотел, чтобы я знала, что случилось с тобой, но я была твоей женой! Я имела полное право быть рядом.
        - Не стоит забывать, что мой отец не признавал законность нашего брака. Я сообщил ему об этом в ночь перед моей поездкой в лагеря, и он был очень зол на нас обоих.
        - Но ты был все еще в коме, когда он пришел ко мне.  - Ее глаза потемнели.  - Неужели твой отец мог так нагло воспользоваться тем, что ты был без сознания. Как низко может опуститься человек?
        Явар отрывисто дышал:
        - Он пытался защитить меня, но я никогда не мирился с его вмешательством.
        - Замечательно!  - едко заметила Сибилла.  - Действительно, это забота - поссорить нас, когда я была тебе нужна!
        Явар хотел напомнить ей, что отец предложил ей деньги, чтобы она забыла о нем, и после этой встречи Сибилла охотно приняла условия. Но теперь, когда он знал, что в то время она была беременна и родила ему двоих детей, он видел прошлое в совершенно ином свете. Она действительно нуждалась в деньгах, и он больше не мог осуждать ее.
        - Значит, ты был в коме.  - Сибилла старалась справиться со злобой, которая бушевала у нее в душе. Такое поведение его отца она никак не могла оправдать.  - Когда же ты вышел из нее?
        - Прошло три месяца, врачи уже лишились надежды. Сначала я не помнил о тебе. Я вообще мало что мог вспомнить,  - признался Явар.  - Травма головы была серьезной, в сознании все перемешалось. Были какие-то не связанные друг с другом воспоминания. Память возвращалась медленно. Мой отец сказал мне, что он виделся с тобой и дал тебе деньги. Он утвердился в своем мнении о том, что наш брак был недействительным, и сообщил мне, что ты не станешь навещать меня.
        Сибилла побледнела как полотно, стараясь подавить ярость. Если бы она знала, что Явар находился в больнице, она бы сразу же приехала к нему! Но пока он был на больничной койке, его отец вознамерился разрушить неугодный ему брак. Вмешательство короля Лута было дурным, непростительным, жестоким и эгоистичным.
        - Я ненавижу твоего отца за то, что он сделал с нами!  - бросила она Явару, не в силах сдерживать эмоции.  - Он намеренно разрушил наш брак, и ты до сих пор не можешь осудить его за это. Тогда ты… Ты нуждался во мне, а он заставил меня исчезнуть. Как можно простить подобное?
        Явар нетерпеливо качнулся назад: казалось, он прислушался к словам жены.
        - Я должен быть честен с тобой. Пока я приходил в норму, я не хотел видеть тебя. Изначально я намеревался посетить тебя, но к тому времени, когда я восстановился, это казалось бессмысленным,  - сдержанно сообщил он.
        Внутренне Сибилла содрогнулась, как будто он ударил ее, потому что это признание стало настоящим ударом.
        - Я не понимаю, как ты мог так думать. Сколько времени прошло после аварии, прежде чем ты смог свободно передвигаться?  - спросила она, скрестив руки под грудью, словно закрываясь от очередного удара. Его прямота сводила ее с ума.
        - Прошло больше года, прежде чем мне удалось снова встать на ноги.  - Лицо Явара побледнело оттого, что она заставила его вспоминать столь тяжелый период его жизни.  - Мой позвоночник был поврежден. Потребовались еще одна операция и несколько недель восстановления, прежде чем мои врачи смогли прийти к решению, смогу ли я когда-нибудь снова ходить.
        На самом деле в то время, когда весь его привычный мир рухнул и он был прикован к больничной койке, не в состоянии двигаться, нуждающийся в помощи, Явар ни на минуту не задавался вопросом, отчего его покинула собственная жена. Он переживал утрату своих военных товарищей и телохранителей, которых знал с детства. Все они погибли.
        К тому же Явар был уверен, что его отец откупился от Сибиллы. Он также помнил, что они очень плохо расстались в Оксфорде. Она злилась на него: ведь он не взял ее с собой. Во многих отношениях Сибилла была мечтательницей-идеалисткой: Явар любил в ней эти черты, но также видел в них потенциальную слабость. Что могло быть хуже для молодой жены, чем муж, который в одночасье оказался прикован к инвалидной коляске? В конечном счете его убежденность в том, что их брак был признан недействительным, сыграла свою роль. В конце концов, если Сибилла никогда не была его настоящей женой, мог ли он претендовать на нее?
        - Но на каком-то этапе ты же должен был получить доступ к телефону, возможность встречаться с посетителями… Почему ты сам не связался со мной?  - Голос Сибиллы звучал осуждающе.
        Явар опустил голову.
        - Я был в инвалидном кресле… Что бы я смог тебе сказать? Буду откровенен: я не хотел возвращаться к тебе в таком состоянии. Ты приняла пять миллионов фунтов от моего отца, и я предположил, что деньги были тем единственным, что ты хотела от меня получить.
        Сибилла была возмущена: Явар считал, что она взяла деньги его отца и охотно оставила его. Без сомнения, в это было поверить проще, чем иметь дело с инвалидностью, риском того, что он не сможет вернуть себе былую мобильность. Для Явара, как настоящего мужчины, важна была физическая мощь. Лишенный свободы передвижения, вынужденный мириться с телесными слабостями и ограничениями, как он себя чувствовал? Но Сибилла была подавлена, пыталась сконцентрироваться исключительно на фактах. Явар, поняла она, поставил выше всего свою жалкую гордость.
        - Вообще-то я не приняла деньги…  - пролепетала она одними губами, так глубоко было ее чувство разочарования. Явар не видел необходимости связаться с ней, когда получил травму.
        - Приняла.
        - Нет. Твой отец оставил на столе чек, который я так и не обналичила.
        - Но когда мы снова встретились, ты сказала, что ни в чем не нуждаешься, и я решил…
        - Это никак не связано с твоим отцом… Чезаре выкупил у нас остров в Адриатическом море… Наследство нашей с сестрой мамы. Я получила свою половину. Купив квартиру, оставшиеся средства я положила на счет, которым смогу воспользоваться, когда мне исполнится двадцать пять. Вот что я имела в виду, когда говорила о деньгах. Я не притронулась ни к пенни твоего отца.
        Явар был потрясен. Его острый взгляд буравил Сибиллу. Чек в пять миллионов фунтов впечатлил даже его, внушительная взятка для молодой женщины из небогатой семьи. Люди лгали, обманывали и убивали за гораздо меньшие деньги. Вот почему он никогда не подвергал сомнению историю своего отца, но теперь решил удостовериться во всем самостоятельно. Неужели то, что она утверждала, было правдой?
        - Когда приехал мой отец?  - внезапно спросил Явар.
        - Примерно через два месяца после того, как ты ушел от меня.
        - Я не уходил!
        - Он был в ярости, когда мы встретились. Когда-то ты обронил, что он говорил по-английски, но в моем присутствии он до этого не снизошел. Его спутник должен был переводить все, что он говорил.
        - С ним был кто-то, кроме телохранителей?  - переспросил Явар.  - Опиши его.
        - Маленький, под шестьдесят, козлиная бородка и очки.
        Явар замер: он понял, кто был свидетелем встречи отца с его женой.
        - Советник моего отца, Юсуф,  - определил он не колеблясь. Вероятно, совсем скоро Юсуф прибудет к нему на индивидуальную и очень неприятную беседу. Утверждения Сибиллы заслуживали более пристального рассмотрения. Если она не взяла деньги, куда они делись и почему ему ничего не сообщили? Его умышленно держали в неведении, старались внести раскол между ним и его молодой женой. Его отца должны были проинформировать о том, что банковский чек так и не был обналичен.
        Сибилла облокотилась на спинку дивана. Она положила ногу на ногу, постукивая пальцами по белоснежной кожаной обивке. Она чувствовала себя обессиленной, как будто пережила десять боев на ринге. Потрясение, вызванное тем, что она узнала от Явара, все еще не до конца отпустило ее. Она содрогалась от горечи и сожаления, пока слушала подлинную историю о том, что разделило их на два года. Явар не бросал ее. Ее муж вернулся бы к ней, если бы не та страшная авария и вмешательство отца.
        На долю секунды она позволила себе представить, какой могла бы быть их жизнь, если бы Явар вернулся к ней и если бы он был рядом, когда она узнала о беременности. Сожаление наполнило ее, она начала подозревать, что Явар был так же несчастлив, как и она. Как мог его отец верить в то, что он имел право причинять такие страдания им обоим?
        Горячие, обжигающие слезы выступили у нее на глазах. Она быстро моргнула, боясь поддаться чувствам, потому что позволяла себе плакать только в уединении - дисциплина, к которой ей пришлось приучить себя после бесследного исчезновения Явара.
        Она вздохнула.
        Явар отвернулся к окну, представляя себе, как будет проходить его беседа с Юсуфом.
        Не было гарантии, что после частной беседы Юсуф не расскажет о ней кому-то еще. Явару предстояло сделать выбор между браком и уважением к памяти отца. Но он понимал, что это уважение не повод, чтобы закрывать глаза на неприятную истину. Тем не менее, если Сибилла говорит правду, пугающую правду, он никогда не сможет смириться с этим. И все же Явар решил действовать честно, независимо от того, что ему откроется.
        - Где гардеробная?  - хрипло спросила Сибилла, привлекая его внимание.
        Когда он увидел блеск в ее глазах и слезы на щеках, он напрягся и сделал шаг вперед.
        - Первая дверь от лестницы, но спальные комнаты находятся ближе.  - Явар нахмурился.  - Ты расстроена… Ты плачешь…
        Сибилла резко выпрямилась, как будто она была марионеткой, чьи нити дернули без предупреждения.
        - Конечно, я не плачу!  - все так же хрипло возразила она.  - Просто я сбита с толку, растеряна услышанным…
        - Мне жаль.  - Тяжело дыша, Явар обнял ее за плечи. Сибилла дрожала.  - Я знал, что, если расскажу о крушении, ты станешь переживать, именно поэтому я был так решительно настроен…
        - Но я должна была узнать правду.  - Сибилла подняла подбородок, открыв ему влажный блеск своих глаз.
        Явар коснулся ее щеки ладонью:
        - Я тебя обидел.
        Сибилла посмотрела на него, удивляясь тому, как он мог оставаться таким потрясающим с почти суточной щетиной и взлохмаченными волосами. Темные густые ресницы отбрасывали тени на щеки. Ей так хотелось прикоснуться к нему, что она крепко сжала руки, ногтями впиваясь в ладони. Когда он привлек жену к себе, ее тело загудело, словно провода под напряжением. Теплый требовательный рот коснулся ее губ.
        Явар поднял ее на руки и отнес в соседнюю спальню. Когда он усадил ее на кровать, то она нежно провела рукой по его волосам и слегка сжала шелковистые черные пряди, чтобы удержать его рядом.
        - Поцелуй меня,  - попросила она.

        Глава 8

        Явар целовал ее снова и снова, пока они занимались любовью.
        Сибилла обвила руками его шею, желая чувствовать себя в безопасности. Лихорадочные поцелуи разжигали огонь, пылающий в сердце, лишь приумножая ее боль.
        - Если ты отдашься мне сейчас, я никогда не отпущу тебя,  - прохрипел Явар. Несмотря на сбивающийся голос, она видела, что он был полон решимости.  - Я не могу бороться с тем влечением, которое ты будишь во мне.
        Сибилла смотрела на мужа снизу вверх и чувствовала себя необыкновенно легко, впервые после того, как Явар вернулся в ее жизнь. Он не бросил ее, так сложились обстоятельства. Разве может она теперь наказывать его за грехи отца?
        Как Сибилла могла продолжать винить за то, что Явар хотел любить и доверять своему единственному оставшемуся в живых родителю? Несмотря на то что родители Сибиллы неоднократно делали ей больно, не разделяли ее взглядов, она любила их. Она, как никто другой, понимала, как сильно было желание любить и доверять близким. Кончиком пальца она обвела чувственную нижнюю губу Явара и восхитилась тем, как загорелись глаза Явара.
        - Тебе не нужно больше бороться с этим,  - сказала она мягко.
        - Любимая, мы не станем спешить,  - пообещал Явар, стягивая с себя рубашку.
        У нее перехватило дыхание.
        - Спешить…  - пролепетала она пересохшими губами.
        Его тело было совершенно, но он не кичился этим. Совершенно, рельефно и невероятно возбуждено. Сибилла почувствовала, как тепло разлилось по всему телу. Женщина скинула туфли и потянулась к молнии на платье.
        - Тогда я поторопился, и это оттолкнуло тебя,  - напомнил он ей сухо.
        - Ты был таким… таким идеальным,  - призналась Сибилла в порыве откровенности.  - Но я была смущена, это ощущение лишь ухудшилось, когда ты предложил мне подписать тот безумный брачный контракт, и я…
        - Все это в прошлом… Оставь это позади. Мы начинаем все заново.
        Явар не хотел разводиться. Он предлагал оставаться вместе, воспитывать их детей. Хорошая цель, не так ли? Могла ли она винить его за это? Если она отпустит прошлое, то сможет пойти рука об руку вместе с ним. Почему бы не попытаться? Почему бы не дать их браку еще один шанс? Что она теряет?
        - Начнем все заново?  - повторила она неуверенно.
        - Ты и я вместе с нашими детьми. Что может быть более естественно?
        О да, снова жить с Яваром было бы чудесно, признала Сибилла, изучая его привлекательное тело и красивое лицо, пока страсть не окатила ее опьяняющей волной, превращая тело в воск. Независимо от того, что он думал о ее характере, Явар все еще хотел ее, а страсть - отличный фундамент для будущего.
        Явар буквально впился в нее глазами.
        - Давай иди сюда. У нас осталась последняя проблема. На тебе слишком много одежды,  - прохрипел он, опускаясь на кровать и наклоняясь, чтобы поднять подол платья.
        Сибилла медленно разделась.
        - Я хочу рассмотреть тебя.
        Борясь с естественным желанием прикрыться, Сибилла как завороженная смотрела на своего короля, и ее румянец лишь усиливался, когда она откинулась на подушки.
        Явар ласкал ладонями ее полные груди.

        После он еще долго держал ее в объятиях, словно Сибилла могла воспользоваться минутным промедлением и сбежать. Но она была именно там, где хотела быть. Внутри ее все еще бушевали сильные эмоции. Впервые она позволила признаться самой себе в том, что все еще любила Явара. Сибилла решила отбросить прошлое и думать только о том светлом, беззаботном будущем, которое сулил ей и их детям этот мужчина.
        - Ты что-то говорил о второй свадьбе,  - напомнила она мягко.
        - Если ты действительно хочешь этого,  - пробормотал Явар, напрягшись.
        - Думаю, что да, но теперь я хочу свадьбу мечты,  - тихо призналась она.
        - Ты мечтала о чем-то особенном?
        - Ты не хотел привлекать слишком много внимания, я надела простое черное платье, когда мы оформляли документы в посольстве,  - напомнила она.  - На этот раз я бы хотела обычное свадебное платье… И да, я хочу, чтобы приехала моя сестра.
        - Это можно устроить. Западные свадебные платья здесь очень популярны.
        - Серьезно?  - Сибилла удивленно посмотрела на него снизу вверх.
        На его лице обозначилась улыбка.
        - Серьезно. Но следует поторопиться. Мои советники надеются, что мы сможем провести церемонию послезавтра.
        - Послезавтра?  - Она едва не вскрикнула от удивления, вырвалась из его объятий и вскочила с постели.  - Мне же нужно позвонить Лорейн и предупредить ее!
        Приятно удивленный тем, как легко заполучил ее согласие, Явар поднялся вслед за ней. Он засмеялся, слушая, как Сибилла болтала со своей сестрой по телефону, и любуясь тем, как его жена стояла с телефоном в руке посреди комнаты голышом. Явар принес халат из ванной и придерживал его, пока Сибилла, не отрываясь от разговора, быстро просовывала руки в рукава. Вернувшись в спальню, он извлек мобильный из пиджака и позвонил Юсуфу.
        Но бывший помощник его отца был недоступен. Слуга Юсуфа проинформировал Явара, что его работодатель уехал в США навестить дочь и вернется не раньше, чем через две недели. Явар поморщился, зная, что было бы неуместно пытаться обсуждать такую неоднозначную тему с Юсуфом по телефону. У него не было выбора, кроме как дождаться его возвращения. И когда он принял такое решение, все больше и больше вопросов и несоответствий стало приходить ему в голову. Если вдруг он окажется виновен в том, что практически разрушил ее жизнь, как он сможет с этим жить?

        Сибилла отложила телефон и глубоко вздохнула. Боже, они с сестрой проболтали не меньше получаса, она вела себя как перевозбужденный подросток. Задалась вопросом, что на нее нашло, она приблизилась к окну, из которого открывался великолепный вид на деревья, цветущие в саду. Она все еще была влюблена в Явара и хотела дать им второй шанс, но…
        Нужно было оставаться реалисткой и перестать вести себя как подросток. Ей следовало рассмотреть их ситуацию со всех аспектов.
        Да, Явар не был влюблен в нее. Сексуальная химия - не любовь, даже несмотря на то мощное притяжение, которое существовало между ними.
        Явар приехал в Лондон, чтобы развестись. Он изменил свое решение только после того, как узнал, что у них есть дети.
        И теперь хотел остаться с Сибиллой, ведь она была матерью его наследника. Ни любовь, ни даже привязанность не имели ничего общего с этим решением. Явар был готов взять на себя обязательства, быть мужем и отцом не только для того, чтобы удовлетворить консервативные ожидания своего народа, но и обеспечить близнецов домом и положением. Но эта похвальная мотивация совершенно не значила, что Явар был рад видеть Сибиллу в роли королевы.
        В конце концов, был ли у Явара хоть какой-то выбор? Его страстный темперамент однозначно мог ввести в заблуждение. Он был невероятно чувственным мужчиной, но это не значит, что эмоции могли заглушить в нем холодный ум и практичность. Теперь он оказался в ловушке с нелюбимой женой, с которой не мог развестись без последствий. Он вынужден делать хорошую мину при плохой игре.
        Пока Сибилла обдумывала эту унизительную ситуацию, ее кожа покрылась испариной. Глупее было предположить, что если она будет делить постель с Яваром, то это станет значить для него нечто большее. Отрезвленная, Сибилла затянула пояс халата и вернулась в спальню. Комната была пуста. Она не могла не порадоваться тому, что здесь были две спальни. Она нуждалась в личном пространстве, в котором могла восстановить душевное равновесие.

        Глава 9

        В компании Лорейн Сибилла пересекла вестибюль посольства Великобритании в центре Марвани. Ее светлая голова была гордо поднята. Она выбрала короткую вуаль. Перестук головокружительных каблуков новых туфель эхом раздавался по мраморному коридору.
        Ее платье из мерцающей набивной ткани было таким тесным, что она едва могла дышать, но чувствовала себя на десять миллионов долларов. Платье подчеркивало талию, а низ его был из самого дорогого шелка.
        - Ты выглядишь очень эффектно,  - шепнула Лорейн с гордостью.  - И я так рада, что Явар прилагает такие усилия, чтобы укрепить ваш брак.
        Сибилла все время улыбалась во время длительной фотосессии. Она ощущала, что жители этой страны хотели увидеть церемонию. Первую половину дня свадьба будет проходить в британском стиле, чтобы воздать должное происхождению новой королевы,  - официальный свадебный завтрак во дворце. Но во второй половине дня Сибилла станет готовиться к традиционной свадьбе, которая состоится во дворце в сумерках, с последующим роскошным праздником.
        Явар прервал разговор с Чезаре, чтобы как следует рассмотреть свою невесту. Его темные глаза моментально стали обжигающе-золотыми. Она была так прекрасна в этом дивном женственном платье. Впервые он по достоинству оценил, чего стоила ей та тайная церемония, на которой он настоял два года назад. Конечно, это и близко не было похоже на праздник, который представляла себе мечтательная невеста. Он хотел представить свой брак отцу как свершившийся факт, но, устроив публичное бракосочетание, он опасался еще сильнее разозлить короля.
        Когда к ним подошел капеллан, Сибилла с трудом смогла отвернуться от своего прекрасного мужа. Его безупречное тело, облаченное, словно клинок в ножны, в светло-серый костюм, заставляло ее голову кружиться. Но Явар восхищал ее не меньше, когда носил обычные джинсы.
        Таир и Рания оживлялись всякий раз, когда у их отца появлялось время побыть с ними. Наблюдая за тем, как самозабвенно Явар играл со своими детьми, Сибилла чувствовала, что постепенно оттаивает.
        Явар взял ее за руку, капеллан начал говорить, а Сибилла боролась с неуверенностью. На несколько секунд она погрузилась в воспоминания о свадьбе, имевшей место два года назад. Когда Явар надел кольцо на ее палец, она испытала чувство безопасности, которое, к сожалению, оказалось недолговечным. Ее кольца заняли надлежащее им место, Чезаре передал их из своего сейфа.
        Сибилла улыбнулась, напомнив себе, что они вместе начинали новую жизнь и что, по крайней мере пока, Явар делает все абсолютно правильно. Она не нуждается в его любви и преданности. Сибилла хотела стать образцовой супругой короля и хорошей матерью. Какой смысл гнаться за романтикой? Да, Явар был ее первой любовью. То время невозможно вернуть или воскресить былые чувства, да и хотела ли она этого? Прошлое полно не только прекрасных воспоминаний, но и множеством ссор, спровоцированных незрелостью и неспособностью к компромиссам.
        Но она действительно ценила то, что Явар так изменился: он стал значительно терпимее и демократичнее.
        В лимузине на обратном пути во дворец Явар лучезарно улыбался и изящно махал рукой, приветствуя толпу, выстроившуюся по обе стороны от дороги.
        - Ну вот, первый этап закончен. К концу дня мы будем чувствовать себя основательно женатыми.
        Ее глаза заискрились.
        - Да…
        - Сегодня мы уедем путешествовать в пустыню на несколько дней. Я должен встретиться с шейхами других племен: прекрасная возможность для тебя познакомиться с ними. Несмотря на то что мы становимся все более урбанизированным обществом, в стране нет ни одной семьи, которая не имеет родственной связи с одним из племен. Их поддержка весьма существенна,  - рассказывал ей муж.  - Залиха будет путешествовать с нами в качестве твоего переводчика.
        - Конечно. Думаю, со временем мне нужно выучить арабский.
        - В пустыне от этого не будет много пользы. Племена говорят на древнем диалекте.  - Явар нежно взял ее за руку.  - Я очень ценю твою готовность…
        - Я сделаю все, чтобы быть хорошей королевой,  - заверила его Сибилла.  - Не хочу, чтобы тебе было стыдно за меня.
        Он опустил густые ресницы.
        - Похвальная цель, но у меня другое мнение.
        Сибилла осторожно убрала свою руку.
        - Действительно?  - Она пожалела о своих словах, циничность не была уместна в такой день.  - По-моему, все, что происходит сегодня, происходит лишь для того, чтобы порадовать твоих подданных. Ты что же, относишься к этому по-другому?
        - То, что мы демонстрируем на публике, может стать реальностью. Нам не нужно лгать друг другу.
        - Действительно, давай придерживаться правды - мы оба делаем все возможное, чтобы выполнять свои обязательства. Посмотрим, куда это может нас привести,  - предложила она.
        - Как пожелаешь.
        Явар задумался, что случилось с откровенной и страстной молодой женщиной, на которой он женился. Та, прежняя Сибилла никогда бы не стала довольствоваться такими прозаическими целями. Она бы потребовала его любви и внимания и возмущалась, если бы не смогла получить этого. Неужели такие разительные перемены в ее характере были вызваны его исчезновением и тяготами, выпавшими на ее долю, пока она, выбиваясь из сил, воспитывала двоих детей? Неужели это была всецело его вина?
        Когда они вернулись, во дворце устроили завтрак в европейском стиле. Таир и Рания присоединились к родителям на своих высоких стульчиках. Они быстро поели и стали требовать свободы, а оказавшись на полу, принялись безобразничать, ползая под столом, дергая гостей за шнурки и штанины. Развеселившись, Явар вытащил сына из-под стола и передал няне. Рания свернулась калачиком на коленях матери, не дав Сибилле насладиться десертом, к которому она, по правде говоря, потеряла всякий аппетит. Залиха едва заметно кивнула - знак для королевы. Сибилле настала пора готовиться ко второй половине праздника. Передав Ранию няне, стоявшей у нее за спиной, она вышла.
        Залиха представила Сибиллу группе старших женщин, ожидавших в покоях, которые отвели для свадебных приготовлений. Каждое племя выдвинуло свою представительницу, чтобы помочь королеве. Сибилла сняла свадебное платье и вошла в старомодную гигантскую ванную. Очевидно, это помещение каким-то образом избежало обновлений Явара. Вода в ванне была наполнена лепестками роз и другими ароматными травами.
        - Омовение должно быть сделано пять раз,  - пояснила Залиха вполголоса.  - Никто не знает, как сложилась эта традиция, но ей неуклонно следуют.
        Лорейн ухмыльнулась и опустилась на предложенный для нее стул.
        - Буду наслаждаться каждой минутой, наблюдая этот процесс,  - пообещала она.  - Такая восхитительная экзотика.
        Сибилла опустилась в ванну и легла на спину, ее волосы снова и снова питали душистыми маслами и раз за разом ополаскивали. Она вышла из ванны, закутавшись в большое полотенце, и легла на массажный стол, где ее умащивали маслами, пока художница разрисовывала кружевные узоры хной на спине, руках и на ногах. Кропотливая забота, с которой ухаживали за каждой прядью ее волос и каждым дюймом кожи, удивительно расслабляла. На некоторое время она даже задремала, проснувшись только тогда, когда услышала песню, которую затянули женщины в спальне.
        - Они поют для удачи и плодородия,  - объяснила Залиха.  - Однако ты опережаешь их пожелания.
        Пока ее волосы сохли, рассыпанные по спине вуалью, Сибилле нанесли макияж. Залиха передала шелковую воздушную бирюзовую блузку, вышитую бисером, и длинную юбку. Женщины выкладывали из большого ларца на туалетный столик изящные серебряные украшения. На ее голову приладили причудливый головной убор из серебряных монет.
        - Ты выглядишь как принцесса-воин из племени викингов,  - дразнила ее Лорейн.  - Явару это определенно понравится.
        Сибилла чувствовала себя так, словно ее нарядили в маскарадный костюм. Но она собиралась носить его с гордостью, демонстрируя уважение традициям страны своего мужа. Общество Марвани менялось стремительно, двигалось в ногу со временем, однако народ опасался утратить свою культурную идентичность в погоне за технологиями. В соседней комнате были сделаны профессиональные фотографии, а затем ее повели на церемонию.
        Явар же наслаждался гораздо более расслабленными приготовлениями: он принял душ и переоделся. Затем он присоединился к свите высокопоставленных лиц, ожидавших его.

        Явар заметил Сибиллу в ту же минуту, как она вошла в комнату. В национальном костюме она была похожа на невероятно красивую фарфоровую куклу. Он чувствовал себя безусым юнцом. Он мгновенно отвел взгляд от жены, утратив самоконтроль. Еще ни одна особа противоположного пола не кружила ему голову так, как собственная жена. Однако чему здесь удивляться, если именно Сибилла была той единственной, кого он по-настоящему любил. Расставание причинило ему боль. Но он давно отказался от грустных эмоций, заперев их в себе, чтобы возвращаться к своим переживаниям только в уединении.
        - Ваше величество, в жизни ваша жена еще прекраснее, чем на фотографиях,  - заметил вслух престарелый шейх, бросив взгляд на Сибиллу.  - Вы очень счастливый человек.
        Как можно было обрести ее заново, но так и не вернуть? Он был вынужден шантажировать ее детьми. Ему было невероятно стыдно за то, как он вел себя в прошлом. Но нет, напомнил себе Явар, он лишь поставил выше потребности своих детей, обеспечив им счастливое детство. В отличие от него, потерявшего свою мать при рождении, Таир и Рания будут расти вместе с матерью, которая будет любить и поддерживать их. У него засосало под ложечкой, когда он представил себе, что снова потеряет Сибиллу. Он должен был очень, очень постараться, чтобы она захотела остаться.
        Сибилла обвела комнату взглядом, прежде чем встретиться глазами с Яваром. Она первый раз увидела его в традиционной одежде. На муже был длинный черный плащ, отороченный золотом, он красиво спадал с широких плеч короля. Он также надел бежевые брюки и светлую блузу на пуговицах. Бледные цвета подчеркивали золотистый загар. Его голову украшало покрывало, перетянутое золотым шнуром. Такой головной убор прекрасно подчеркивал скулы и профиль. Сибилла громко вдохнула.
        - Явар немного похож на Чезаре. В смысле, не важно, во что он одет,  - прошептала Лорейн ей на ухо.  - Он всегда будет выглядеть невероятно привлекательно.
        Церемония бракосочетания была формальной и краткой. Их руки были ритуально связаны друг с другом, а затем снова отпущены. Простой обмен обетами в британском посольстве был закреплен молитвой. Немного испугавшись торжественности момента, Сибилла снова повернулась к Явару. Он поддержал ее под локоть, очень хорошо понимая, что за каждым их движением все еще пристально следят.
        - Теперь все,  - сказал он негромко, как будто она была ребенком, пережившим поход к стоматологу.
        Пока они были на службе, на улице стемнело. В саду во внутреннем дворе горели жаровни, и красочные огни освещали пальмы и кустарники. Явар подвел Сибиллу к паре позолоченных стульев с высокими спинками, установленных на невысокой платформе в центре. В это время слуги сновали туда и обратно с подносами с ароматной дымящейся едой.
        - Я сам обслужу тебя,  - пообещал Явар, отмахиваясь от слуг нетерпеливым жестом. Он приблизился к столу, уставленному яствами.
        Явар погрузился в свои мысли. Свадьба, устроенная здесь, в доме его предков, глубоко тронула его. Сибилла была его женой, его обязанностью было защищать ее. Да, авария случилась не по его вине, и он не мог бы избежать этого, но все же он подвел ее. Человек, который взял на себя ответственность за жену, всегда должен предусматривать любое развитие событий. Он был молод, безответствен и легкомыслен. Сибилла заплатила цену за его высокомерие. Но теперь-то уж он гарантирует, что у нее больше не появится ни одной причины пожалеть об этом браке.
        Сибилла кожей чувствовала, как гости рассматривают ее.
        - Тем, что король ставит твои потребности выше своих собственных, он оказывает тебе большую честь,  - объяснила Залиха, когда им подали сок.
        Зазвучала музыка. Танцоры соревновались в изяществе и акробатике. Декламировали стихи. Королю и королеве произносили пожелания. Комики исполнили пародии, но, даже с переводом Явара, Сибилла никак не могла уловить суть шутки. Камеры мерцали и жужжали, записывая все происходящее. Воздух становился все прохладнее, кожа Сибиллы покрылась мурашками. Явар поднялся с места и повлек супругу за собой, накинув ей на плечи свой плащ:
        - Нам пора.
        Колонна из четырех автомобилей ожидала их снаружи. Сибилла села в первую машину, наблюдая, как телохранители Явара разделились и заняли машины позади.
        - Что случилось с твоими прежними охранниками?
        Она вдруг все поняла.
        - Авария?  - пролепетала она одними губами, вспомнив Хакима, серьезного юношу, который всегда работал в паре со своим веселым братом Альтаиром.
        Явар лишь молча кивнул.
        Сибилла сжала его руку:
        - Мне так жаль.
        Она знала, что Явар буквально вырос бок о бок с теми людьми.
        Конвой шумно выдвинулся в ночь. Шоссе, убегающее в темноту, было запорошено песком. Несколько раз Сибилла едва не упала с сиденья, пока Явар наконец не пристегнул ее ремнем безопасности.
        - Как далеко нам нужно ехать?  - спросила она.
        - Мы почти на месте. В этот раз мы разбили лагерь ближе чем обычно.
        Явар вышел из машины. Его почти поглотила густая тень, отбрасываемая огромным шатром. Внутри ярко горел свет.
        - Здесь есть все, что нам нужно,  - заверил он, помогая ей выйти из машины.  - Близнецы присоединятся к нам уже завтра. Я не видел смысла нарушать их режим.
        Палатка совершенно не той формы, что она ожидала. Конструкция оказалась гораздо более просторной, внутри было несколько помещений. В передней части - зона отдыха. Стены были увешаны картинами из бусин и шерсти, а пол был покрыт изысканными меховыми и шелковыми коврами, поверх которых разбросали мягкие подушки, которые обеспечивали множество сидячих мест.
        - Ничего себе… Да, это вовсе не то, что я себе представляла.
        - Это не типичный отдых в палатках.  - Явар ухмыльнулся.  - Ты голодна?  - спросил Явар, толкая дверь, скрытую покрывалом.
        - Нет.  - Сибилла прошествовала вслед за ним в спальню, еще более роскошно украшенную, чем их полевая гостиная.  - На удобства здесь не поскупились…
        - Но нам придется делить ванную,  - доверительно сообщил Явар, открывая потайную дверь.  - Здесь нам будет так же комфортно, как во дворце. Многие поколения моих предков посещали пустыню весной и в конце лета, чтобы встретиться со старейшинами племен.
        Взглянув в зеркало, Сибилла сняла головной убор из монет, потому что, как и остальная часть старинных ювелирных изделий ручной работы, которую она носила этим вечером, он был очень тяжелым. Явар расстегнул застежку на ее ожерелье, не дожидаясь, когда она попросит его об этом. Отложив украшение на поднос, она откинула волосы и медленно снимала сережки.
        - Какой наряд тебе понравился больше?  - вдруг спросила она.  - Свадебное платье или это…
        - Ты выглядела фантастически в белом, как модель на подиуме. Но мое сердце забилось быстрее, когда я увидел тебя в этом…  - Длинными пальцами он коснулся ее плеча.  - Этот цвет отражает оттенок твоих глаз, а силуэт лишь намекает на потрясающее тело, которое скрывается под одеждой. Это мне особенно нравится,  - хрипло признался он.  - Может быть, я похож на своих предков даже больше, чем думал. Я бы хотел спрятать тебя ото всех, чтобы быть тем единственным, что будет любоваться твоей красотой.
        Ее щеки покрыл румянец. Она ожидала, что Явар предпочтет ее европейское свадебное платье, и он удивил ее своей честностью. Она находила это его качество необычайно сексуальным.
        - Значит, спрятать?  - поддразнила она.
        - Твоя красота может ослепить…  - Явар ласкал ее нежную шею теплыми губами, привлекая ее к себе.  - Ты ослепила меня с первого взгляда, мы встретились в неправильное время, в неправильном месте и в плохой компании.
        - Да,  - признала она, ее грудь возбудилась от близости его рук. Сибилле хотелось попросить его прикоснуться к ней.
        Его губы продолжали ласкать ее шею, когда он притянул Сибиллу на кровать и переплел ее пальцы со своими. Она почувствовала холодок и отдернула руку.
        - Что это?  - Она любовалась кольцом, усыпанным драгоценными камнями, кольцом, которое теперь красовалось поверх ее обручального кольца.  - Розовые?…
        - Розовые алмазы. Редкие и безупречные, как ты. Мой свадебный подарок.
        - Я… Я даже не задумывалась над свадебным подарком для тебя!  - воскликнула она со стоном разочарования.
        - Но ты подарила мне Таира и Ранию, мои дети бесценны,  - улыбнулся Явар.  - Я никогда не смогу отблагодарить тебя за них.
        Глаза Сибиллы мерцали в искусственном освещении, она видела, что он был искренен. Она почувствовала что-то под своей спиной, а затем загребла полную ладонь розовых лепестков.
        - Это средство для стимулирования плодородия?  - спросила она с подозрением.
        - Розы всегда почитались в нашем климате. Местная пресса уже окрестила тебя Английской Розой.
        Сибилла рассмеялась и закатила глаза.
        - Это правда. Ты очень красива.
        Встретив его тяжелый горячий взгляд, Сибилла покраснела, потому что почувствовала сильное возбуждение. Так было всегда. Для нее достаточно одного взгляда Явара.
        Они страстно поцеловались.
        - О, Явар…  - прошептала она дрожащим голосом.
        - Очень красивая… и, наконец, моя.
        Скинув свой головной убор, он посадил ее к себе на колени, чтобы ему было удобнее дотянуться до крошечных перламутровых пуговиц на спине ее блузки.
        - Сегодня я чувствую себя очень замужней,  - мурчала Сибилла, предвкушая его прикосновения.  - Выходить замуж трижды… У меня не осталось никаких сомнений.
        - Я больше никогда не откажусь от тебя.  - Расстегнув блузку, он накрыл ее груди руками, прежде чем снова вернул ее обратно на кровать. Затем Явар с легкостью стянул с нее юбку и нижнее белье, а затем опустился на колени, чтобы снять с нее туфли.
        Сибилла смотрела, как он сбрасывает с себя одежду, которая моментально образовала кучу на полу. Когда-то эта его привычка невероятно раздражала ее, но теперь она стала приятным воспоминанием. Его стройное смуглое тело было неотразимым и заметно, очень заметно возбужденным. Глаза горели желанием.
        - Я так сильно тебя хочу…
        Сибилла лежала поперек кровати, чувствуя себя не менее соблазнительной, чем сама Клеопатра.
        Так было впервые, обычно она безразлична к собственной наготе. Сила желания Явара всегда распаляла ее. Да, она была несовершенна, она знала это, но он никогда с этим не соглашался. Только Явар заставлял ее желать, и только этот мужчина мог смотреть на нее так, как будто она была богиней, сошедшей на землю в человеческом облике.
        Он лег рядом с ней, снова жадно поцеловал ее. Она покорно развела бедра в стороны.
        - Не торопи меня,  - просил Явар.  - Это особенная ночь.
        - Каждая наша ночь особенная.

        Сибилла положила голову на плечо Явара:
        - Я должна научиться снова доверять тебе.  - Она размышляла вслух, чувствуя, что все барьеры между ними рухнули в эту ночь.  - Я понимаю, что ты не хотел бросать меня, но мне всегда было трудно доверять мужчинам.
        Явар откинул волосы с ее лба.
        - Почему?
        - Когда я была маленькой, мама часто заводила романы. Все ее мужчины были неудачниками,  - сказала она с грустью.  - Либо пьяницы, либо картежники, или они крали у нее деньги, или избивали.
        Явар был в шоке. Только теперь он понял, почему Сибилла так мало рассказывала ему о своей семье.
        - Этот факт действительно многое объясняет. Ты всегда была такой тревожной.
        - Мама вышла замуж за ужасного человека…  - призналась Сибилла.
        - Что именно было с ним не так?  - спросил Явар.
        - Все это слишком грязно.  - Она отстранилась от него.
        Явар нежно обнял ее:
        - Ты все можешь мне рассказать. Ошибки твоей матери не имеют ничего общего с тобой, я не стану осуждать тебя за них.
        Сибилла нервно крутила свое новое кольцо на пальце.
        - Перед тем как мама умерла, мой отчим заставлял ее заниматься проституцией,  - едва слышно прошептала она.  - Мужчины приходили в дом, где мы жили, даже днем. Лорейн ничего не знает об этом, потому что в то время она уже ходила в старшую школу, а после подрабатывала, мне же было только семь, и уже к обеду я возвращалась домой. Однажды я поднялась наверх в ванную и увидела мать в постели с чужим мужчиной… Была ссора.
        Явар мягко, но решительно поднял к себе ее лицо:
        - Что случилось?
        - Мой отчим ударил меня. Лишь много позже я поняла, что увидела. После этого инцидента каждый раз после школы меня запирали в своей комнате. Я очень боялась отчима.
        - Я сожалею, что тебе пришлось пройти через это.  - Внутри Явара все пылало. Он бы хотел разыскать того мужчину и заставить его ответить по заслугам. Как можно было терроризировать чувствительного, невинного ребенка, какой когда-то была Сибилла.  - Но это не твой позор.
        - Мне всегда казалось по-другому,  - призналась Сибилла. Она боялась поднять глаза и увидеть признаки отвращения во взгляде Явара, но с облегчением заметила там только беспокойство.  - А теперь расскажи мне, чего ты стыдишься…  - предложила она, чтобы отвлечь его от дальнейших вопросов.
        Явар не хотел ворошить прошлое:
        - Я потерял девственность с проституткой, в Дубае,  - сказал он мрачно.  - Поверь, что такое настоящий секс, я узнал гораздо позже.
        - Почему?  - спросила она с любопытством.
        - Впервые я обрел настоящую свободу, когда поступил в университет в Великобритании.  - Явар скривился.  - До этого я не имел понятия о том, что такое настоящая жизнь.
        Сибилла склонила голову ему на плечо и изучала его сонными глазами, полными сочувствия, думая о том, как сильно она недооценила его, заклеймив распутником и мотом. Свои юношеские годы он провел в школе-интернате, а затем в армии, потом каждая свободная минута его времени строго контролировалась властным отцом. Даже если Явар и пошел немного вразнос, она не имела права винить его за это.
        Сибиллу тревожило, как мало они на самом деле знали о жизни друг друга, когда поженились, но ее успокаивало то, что теперь она лучше понимала Явара.

* * *

        Бандар встретился с Яваром за утренним кофе у костра на следующее утро.
        Помощник передал ему список событий дня и срочные сообщения, затем протянул конверт.
        - Письмо прибыло вчера с дипломатической почтой. Оно от Юсуфа и, видимо, это личное и конфиденциальное.
        Бандар приподнял бровь, удивившись штампу, который стоял на послании его королю от какого-то незначительного человека.
        Явар напрягся и едва заметно побледнел, быстро разрывая конверт. Как только он оказался один, то прочитал письмо. Где-то в глубине палатки слышал, как Сибилла пела в душе. Это была какая-то детская песенка. Несмотря на напряжение, Явар не мог сдержать улыбку.
        Послание бывшего советника его отца было кратким и ясным, он извинялся:
        «Принимая во внимание мои действия два года назад, для меня было бы преступлением войти в ту же комнату, где была ваша королева, и высказать свои наилучшие пожелания по случаю вашей свадьбы».
        Все, чего так опасался Явар, подтвердилось. Юсуф испытывал сильные угрызения совести из-за того, как обошелся с Сибиллой в прошлом, и не мог приехать на свадьбу. Это глубоко потрясло мужчину. Его желудок сжался, и он вскочил, слишком разнервничавшись, чтобы сидеть на месте. Очевидно, все, что Сибилла сказала ему, было правдой. Ее действительно унижали и попросили освободить его квартиру в Оксфорде. Она была в посольстве Марвани в Лондоне, пытаясь узнать хоть что-то о пропавшем муже, только эту информацию скрывали от Лута. Она не приняла деньги его отца.
        Явар питал надежду на то, что Сибилла могла преувеличивать свои невзгоды после его исчезновения. Но реакция Юсуфа на повторное возникновение Сибиллы в жизни Явара говорила сама за себя. Явар все еще хотел бы услышать подробности о сделке Юсуфа с его женой от имени короля Лута, но он решил подождать, пока старик вернется в Марвани. В конце концов, он уже знал самое важное. Его жена рассказала ему, как она страдала, и он сомневался в каждом ее слове. Что случилось с его верой по отношению к женщине, на которой он женился?
        Собственный отец бессовестно лгал ему. Лута явно не интересовало, что он должен был сказать или сделать, чтобы разрушить брак своего сына. Явар был потрясен, что человек, которого он уважал и любил, мог пойти на такие отчаянные меры.
        Солнце начало подниматься все выше, разгоняя утреннюю прохладу. Явар ходил по песку, не обращая внимания на встревоженную охрану. Он не мог закрыть глаза на печальные выводы: он практически сломал жизнь Сибиллы, и, что хуже всего, он сделал это дважды. В первый раз он женился на ней и бросил ее беременной, без опоры и поддержки, а второй раз шантажировал ее детьми для того, чтобы она уехала вместе с ним в Марвани. Ошибок, которые он совершил, хватило бы на несколько жизней! Какое право он имел удерживать женщину, которую, теперь он точно знал, совершенно не заслуживал?
        Сердитая и враждебно настроенная с самого начала, Сибилла проделала над собой немалую работу, чтобы понять его и простить. Но разве она должна была ему это? Он не сделал ничего, чтобы заслужить ее прощение. Честный человек позволил бы ей обрести свободу.
        На лбу Явара выступили крупные капли пота. Благородный человек мгновенно признает свои ошибки и отпустит ее.
        Было унизительно обнаружить, что он, видимо, не имел ничего общего с тем благородным человеком, которым мечтал когда-то стать. Он совершенно не представлял себе жизни без жены и детей.
        Явар подвел Сибиллу, невероятно подвел ее. Единственное, что ему оставалось, и теперь он собирался положить свою жизнь на это,  - сделать ее жизнь лучше, чем когда-либо. Но ему было ужасно стыдно. Он наблюдал за тем, как Сибилла свернулась на плетеном кресле и лакомилась фруктами и булочками, которые ей подали на завтрак. Ее блестящие волосы были распущены, обрамляя прекрасное лицо без макияжа. На ней были простые свободные светлые брюки и белоснежная блузка. Она была его женой… Но надолго ли? Напряжение сковало каждую клеточку его тела.

        Глава 10

        - Что случилось с той лошадью, которую ты так любила?  - лениво спросил Явар.
        - Герой сейчас в питомнике неподалеку от фермы, где я раньше жила с отцом,  - рассказывала ему Сибилла, пока они ехали обратно к оазису.
        Солнце медленно поднималось, отгоняя предрассветную прохладу. Ее глаза впитывали удивительную красоту пустынного пейзажа на рассвете.
        - Боюсь, последний раз я видела его несколько месяцев назад. Пока я работала и ухаживала за близнецами, у меня совершенно не было времени, чтобы повидаться с ним, но, может быть, в следующий раз, когда мы будем в Лондоне, я смогла бы выкроить свободный день, чтобы увидеть его.
        - Почему твоя лошадь в питомнике?
        - Когда моему отцу пришлось освободить ферму, мне стало негде содержать лошадь и не было денег, чтобы оплатить для него частную конюшню. Тогда, к счастью для меня, мы продали остров Чезаре, и я сделала щедрое пожертвование одному питомнику, и там приютили мою лошадь.  - Сибилла нежно потрепала и погладила шею красивой арабской кобылы, на которой она была верхом.  - Он в безопасности, за ним хорошо присматривают, думаю, он доволен. Это лучшее, что я могла сделать для него.
        Их отдых в пустыне почти подошел к концу. Как только они вернулись, собрались и поехали обратно во дворец. Дворцовые конюшни были полны красивых породистых лошадей, но у Явара был свой собственный жеребец, а для удобства королевы была выбрана великолепная кобыла. Каждый день Явар и Сибилла катались верхом на рассвете и в сумерках. Она обожала эти спокойные часы в компании мужа, они оба души не чаяли в лошадях. Несмотря на то что Явар был бесконечно внимателен и предупредителен, она не могла отделаться от впечатления, что с ним что-то было не так.
        Пока Явар проводил длительные встречи с шейхами племен, которые прибывали один за одним каждое утро, Сибилла проводила время с их женами и семьями. Она любила встречаться с людьми и узнавать об их жизни. С помощью Залихи она проводила беседы с детьми, рассказывала истории, сказки, отбросив все формальности, от души развлекала малышей. Явар считал это безусловным успехом и хвалил ту легкость, с которой она находила общий язык с его народом. Он даже предложил ей заняться разработкой профессиональной программы развития дошкольного образования вместе со специалистами. Его просьба наполнила ее гордостью, но, несмотря на его похвалу и удовлетворение, она по-прежнему была убеждена, что между ними что-то не так.
        Казалось, между супругами возникла некая пропасть, Явар вел себя скованнее, чем раньше. Они не занимались любовью со дня брачной ночи. Конечно, он был вынужден засиживаться со своими посетителями. Явар ложился в постель, когда она спала, но, когда она открывала глаза на рассвете, его место уже было пусто. После той первой ночи он ни разу не прикоснулся к ней, стал очень сдержанным. Такая перемена сбивала Сибиллу с толку, потому что для Явара всегда был важен физический контакт. Прошлой ночью она попыталась проявить инициативу, переместившись на его сторону кровати. Но Явар никак не отреагировал на ее ласки. Сибилла хотела как-то поощрить его, но вежливое пожелание хорошего сна, которое он пробормотал, заставило ее отступиться от этой идеи.
        Может быть, подумала она с тревогой, теперь, когда он мог быть с ней в любое время, она утратила для него былую привлекательность? Или, более вероятно, он просто был утомлен ранними подъемами, и работой до поздней ночи, и утомительными переговорами, которые, бывало, длились до восемнадцати часов в сутки.
        Когда они вернулись во дворец, Бандар встретил их на крыльце, чтобы срочно поговорить с Яваром. Король выразительно изогнул бровь и слегка повел головой.
        - Что случилось?  - озабоченно спросила Сибилла.
        Явар едва заметно улыбнулся:
        - Моя бабушка приехала, она просит меня о встрече. Сейчас она сняла номер в отеле в городе.
        - Боже мой, она, должно быть, уже довольно немолода,  - заметила Сибилла.
        - Насколько я понял, она путешествует с дочерью, Роуз. Очевидно, бабушка снова вышла замуж… А вот мой дед не женился второй раз,  - не преминул напомнить жене Явар.
        - Полагаю, принимая во внимание то, как твой отец относился к ней, тебе было бы неловко видеться с ней, но…
        Явар замер:
        - У меня нет ни малейшего намерения соглашаться на эту встречу. Бандар извинится и сделает им соответствующий подарок.
        Сибилла взяла его под руку и потянула в одну из многочисленных приемных на первом этаже дворца.
        - Ты что, серьезно хочешь этого?
        Явар нахмурился, его лицо выражало жестокость.
        - Сибилла, постарайся меня понять. Я никогда не слышал ни одного хорошего слова о леди Софи.
        Сибилла была смущена его решительным отказом и поборола желание спросить, что еще так сильно угнетало его. Неужели он был не готов уделить хотя бы пятнадцать минут пожилой леди, которая проделала такой путь, чтобы увидеться с ним.
        - Ты должен изменить свое мнение, Явар.
        - Безусловно, я очень ценю твои советы, но намерен твердо стоять на своем. В конце концов, мои взаимоотношения с леди Софи никак тебя не касаются.
        - Но эта женщина, прабабушка моих детей, а это значит…
        Явар бросил на нее раздраженный взгляд:
        - Я отказываюсь обсуждать это дальше.
        - В таком случае я нанесу ей визит вместо тебя.
        Явар покачал головой:
        - Нет, ты этого не сделаешь. Я запрещаю.
        - Запрещаешь?  - повторила Сибилла шепотом.
        - Да,  - строго повторил Явар и ушел.
        «Запрещай сколько угодно, любовь моя. Но боюсь, что это бессмысленно, потому что на дворе больше не шестнадцатый век, когда жены должны были слепо повиноваться супружескому диктату».
        Как бы то ни было, воспитание требовало, чтобы Явар встретился с женщинами, которые пересекли ради него полмира. С другой стороны, она могла понять его отношение. Оба, дед и отец, превратили бабушку в монстра в его глазах.
        Сибилла попросила Залиху разыскать Бандара и выяснить, в какой гостинице остановилась бабушка Явара.

        Пару часов спустя хорошо одетая женщина средних лет представилась Сибилле как Роуз в дверях гостиничного номера. Сибилла поблагодарила ее за то, что она пришла, от имени мужа.
        - Как я и сказала по телефону, мама слабеет с каждым днем. Но новость о том, что вы придете, подняла ей настроение.
        - Не знаю, смогу ли я сделать что-нибудь…  - поспешила предупредить Сибилла женщину с грустью.
        - Когда моя мама прочитала о вашем браке с Яваром в газете, ничто не могло остановить ее,  - поведала ей Роуз.  - Она ждала встречи с вами.
        Маленькая старушка с пушистыми седыми волосами и выцветшими голубыми глазами сидела в кресле с высокой спинкой, держа трость.
        - Меня зовут Софи, я бабушка вашего мужа,  - представилась она.
        Сибилла протянула руку:
        - Я Сибилла.
        - Что вы слышали обо мне?
        - Голые факты…  - призналась Сибилла.  - Возможно, я должна поделиться собственным опытом с близкими Явара.
        Когда подали чай, Сибилла поведала свою собственную историю, чувствуя, что лучше быть честной и признаться в трудностях, которые возникли у нее с покойным сыном Софи, Лутом.
        В конце рассказа Сибиллы Софи вздохнула:
        - Печально, но я должна признать, что, несмотря на то что мне так и не удалось увидеться с сыном, я не думаю, что он бы мне понравился. Дед вашего мужа, Таир, настроил моего собственного сына против меня. Он сделал так, что у меня не было возможности поведать ему свою версию событий. Лут обвинял меня во лжи, но я не лгала. Я вышла замуж за Таира, когда мне было девятнадцать лет.
        - Вы были совсем юной…  - Сибилла ахнула, вдруг вспомнив диковинный декор особняка в Лондоне, которым занималась Софи.
        Старушка улыбнулась:
        - Да, но я считала себя достаточно взрослой. Моя семья была против нашего брака, но я по уши влюбилась в Таира, который казался мне прозападным и либеральным. Он поклялся, что я стану его единственной женой, и я считала, что мне не о чем волноваться. К сожалению, я ошиблась.
        Сибилла продолжала молча слушать.
        - Когда мы вернулись из нашего медового месяца в Марвани, я была уже беременна.  - Леди Софи замолчала, ее внутренний взор обратился в прошлое.  - Вот когда все изменилось. Мой муж вдруг стал постоянно работать, и мы больше не делили постель…
        - Вероятно, вы ссорились?
        - Нет. Я узнала, что у мужа был гарем полный наложниц.
        Сибилла удивленно распахнула глаза:
        - Наложницы?
        - Таир не видел причин отказываться от образа жизни своих предков,  - тихо объяснила старушка.  - Он не мог понять, почему я не могла принять то, что он делил ложе с другими женщинами, ведь именно я была его королевой, матерью его наследника. Он считал мой статус величайшей честью, которую мог оказать.
        - Боже мой.  - Сибилла потупила глаза. Она едва могла представить себе, как девятнадцатилетняя девушка столкнулась с такой ситуацией в полном одиночестве.  - Что вы сделали?
        - Я просила его забыть других женщин. Отпустить их, но он отказался. Он был очень упрямым человеком. В течение нескольких месяцев мы делили одно и то же крыло дворца, проживая, в сущности, как незнакомцы. Я родила Лута. Таир убеждал меня принять его таким, несовершенным. Он утверждал, что больше не возьмет в гарем ни одной женщины.  - Бабушка Явара поджала губы.  - Естественно, я отказала ему. Несколько недель спустя скоропостижно скончался мой отец, я вернулась домой на его похороны. Таир отказался отпустить со мной Лута. Пока я была в Великобритании, он позвонил и сказал мне не возвращаться до тех пор, пока я не изменю своего решения.
        - Очевидно, выбора у вас не было,  - спокойно заметила Сибилла.  - Это было жестоко.
        - Да, я могла только принять условия короля. Без этого муж отказал мне даже во встрече с сыном. Снова я увидела Лута, когда ему исполнилось двадцать три года. Он снизошел до того, чтобы выслушать меня, но, конечно, не поверил ни единому слову. Он был воспитан невероятным ханжой. Лут не поверил, что у его отца был гарем. Собственный сын обвинял меня во лжи, которая порочила память его отца.
        Сибилла вздохнула:
        - Я хочу обсудить это с Яваром. Он совершенно не похож на своего отца.
        - Вы абсолютно уверены в этом?  - переспросила леди Софи с озабоченным выражением лица.  - Единственное, что я знаю наверняка, так это то, что внешне он точная копия Таира.
        Сибилла поблагодарила Софи за теплый прием, а затем вернулась во дворец. Она беспрекословно поверила истории, рассказанной пожилой женщиной. Она вдруг подумала: а вдруг в этом просторном дворце все еще содержались в роскоши и довольстве другие женщины? Стоило ли ей самой опасаться ситуации, имевшей место два поколения назад? Мог ли Явар оттачивать свои превосходные таланты в спальне с безымянными женщинами, в гареме, спрятанном в глубине дворца? Могло ли это объяснять то внезапное охлаждение к своей жене? Или же она сошла с ума?
        Вопрос, который она не хотела задавать Явару, мучил ее все больше, пока она направлялась обратно к дворцу. Насколько велика была вероятность того, что Явар следует традициям своего деда?
        Полчаса спустя она встретила Явара у двери в детскую. Он молча рассматривал ее.
        - Ты знаешь, где я была?  - Сибилла последовала на ним в смежную комнату.
        - Ты пошла против моего желания. Естественно, я раздражен.
        Конечно, он не хотел, чтобы его жена общалась с пожилой женщиной, которую ему описывали как злодейку. Явар не желал, чтобы его бабушка попыталась отравить Сибиллу своей ненавистью к его семье. У его жены и без того было предостаточно причин, чтобы думать о нем плохо. Кроме того, во второй половине дня должна была состояться его долгожданная встреча с Юсуфом. Только после того, как между ними не останется секретов, он сможет открыто говорить с Сибиллой.
        - Я посетила Софи, потому что надеялась, что в некотором роде… бог знает как… я могла каким-то образом вас помирить,  - сказала ему Сибилла с грустью.
        Явар скрестил руки на груди и покачал головой. Затем он поднял на жену глаза:
        - Что же она рассказала тебе о моей семье?
        Сибилла глубоко вдохнула, набираясь мужества.
        - У твоего деда были наложницы, которых он… посещал, пока она была беременна и даже позже.
        Явар смотрел на нее в изумлении.
        - Она так и сказала? Серьезно?
        Огорченная его недоверием, Сибилла опустила голову.
        - И я поверила ей.
        Явар расправил широкие плечи.
        - Это просто возмутительная клевета!
        - Действительно?  - Сибилла чувствовала, как накалялась обстановка в комнате.  - Потому что после того, что она рассказала, я хотела спросить тебя…
        - Даже не смей задавать мне такие вопросы!  - взревел Явар. Его лицо исказилось от ярости. Темные глаза сверкали, метая золотые стрелы.
        Сибилла побледнела. Она даже не озвучила вопрос, но очевидно, что ее подозрения глубоко задели его.
        - Ты лишь подтвердила утверждение моего отца. Его мать была отвратительной лгуньей.
        - Если это правда, то, по всей вероятности, свой талант к мистификациям он унаследовал именно от нее,  - бросила Сибилла с вызовом.  - Твой отец и сам нередко лгал.
        Явар побледнел, его руки сжались в кулаки, потому что он не мог защитить своего покойного отца. Его отец действительно был лжецом, мужчине стало понятно, отчего его супруга так охотно отказалась верить тому, что Лут рассказывал о леди Софи. Она хотела составить свое собственное мнение.
        - Уже более ста лет во дворце нет никаких наложниц,  - сухо проинформировал жену Явар.  - Даже предположить, что такой уклад жизни имел место в тридцатых годах,  - невероятно. Но если тебе это так важно, я сегодня же озвучу этот возмутительный факт Юсуфу. Посмотрим, что он скажет. В Марвани он по-прежнему является признанным авторитетом в истории царской семьи. В самом деле, он написал много восхитительных книг на эту тему.
        - Нельзя слепо верить в виновность твоей бабушки,  - сокрушалась Сибилла. Порой ее муж был поразительно наивен.  - Книга, вероятно, была неоднократно вычитана и вычищена твоим отцом, Явар. Держу пари, что там нет ни одного неуважительного слова в его адрес.
        Та же мысль уже пришла в голову Явара.
        - Ты, несомненно, права, но Юсуф будет вынужден рассказать мне всю правду,  - заявил он с уверенностью.  - Однако ничто не может исправить обвинения, которые мне предъявила собственная жена…
        Сибилла покраснела:
        - Но я же озвучила свои подозрения.
        - Но ты действительно хотела знать, не содержу ли я, часом, гарем где-нибудь в подвале.  - Явар опустил голову.  - Неужели ты до сих пор так мало мне доверяешь? Ты действительно считаешь, что мой народ приветствовал бы на троне короля-распутника?
        Сибилла была огорчена тем, как легко рассказ бабушки Явара сбил ее с пути и вызвал такие чудовищные подозрения. Она явно видела боль в его глазах. Как она могла задать ему подобный вопрос? Явар был в ярости, но, к счастью, даже в таком состоянии он мало походил на покойного отца. Он не страдал от неконтролируемых вспышек гнева и следил за своим языком.
        - Прости меня!  - громко попросила Сибилла.  - Это было так глупо… Но мне казалось… Я должна была знать наверняка.
        - Если ты почувствовала, каким чопорным был мой отец, в этом не было нужды.  - Явар ухмыльнулся.  - Он вел войну против безнравственности в любой форме внутри и за пределами дворца. Он был репрессивным правителем. Заняв трон, я сразу же отменил закон, ограничивающий музыку и танцы в общественных местах. Если тебе будет приятно, я подробно расспрошу Юсуфа о том, что он знает о моих деде и бабушке.
        Сказав это, Явар вышел из комнаты. Сибилла села на диван. Может быть, она не должна была общаться с леди Софи. Пытаясь делать что-то хорошее и полезное, она пробиралась к сердцам людей вслепую, но в действительности она лишь оскорбила Явара.

        Явар больше двух часов разговаривал с бывшим помощником отца. Юсуф ушел с облегчением, очистив свою совесть, поведав секреты, которые хранил на протяжении всей своей трудовой деятельности. Явар все еще был зол. Он в полном одиночестве устремился прочь из дворцового комплекса к изящной постройке в дальнем углу двора. Отослав охранников, Явар вошел в здание один.
        Явар безмолвно изучал просторные комнаты и дворики, украшенные фонтанами с местами для купания. Все было в очень хорошем состоянии, и он удивлялся, что мания его отца не взяла верх над желанием сохранить часть семейной истории. Он отказался переписать прошлое и захоронить мрачные тайны семьи.
        Взгляд Явара сосредоточился на большой кровати, помещенной на возвышении. Его темные глаза медленно расширились, когда он наконец-то как следует рассмотрел неприличные росписи, украшавшие постамент и спинку кровати.
        Растерявшись, он замер, представляя себе реакцию своего отца-пуританина на подобные художественные изображения, но затем он расхохотался. Успокоившись, Явар опустился на край кровати. Его блестящие глаза вспыхнули отблесками чистейшего золота, когда он представил, как Сибилла будет реагировать на картины.

* * *

        Записка была доставлена Сибилле после того, как она выбралась из расслабляющей ванны. Она быстро разорвала конверт, узнав почерк мужа: «Приглашаю вас провести ночь в гареме с вашим мужем».
        С ее губ сорвался удивленный смешок. Явар достаточно оправился от своего раздражения, чтобы начать шутить, у него всегда было потрясающее чувство юмора. Она просмотрела ящики с нижним бельем и, выбрав самый красивый комплект, спрятала его под простым синим платьем, которое не давало ни малейшего намека на то, что было под ним. Ночь в гареме? Что это влечет за собой? Ее щеки зарделись, и она мечтательно улыбнулась.
        Один из охранников Явара поджидал ее, чтобы отвести к мужу. Они проделали длинный путь, прежде чем достигли своей цели. Большая уродливая, обитая железом дверь распахнулась перед ними. Открыв ее, охранник отступил назад, и Сибилла вошла, задаваясь вопросом: почему он старательно прятал улыбку? Но этот вопрос был позабыт, когда она спустилась вниз.
        Повсюду мерцало пламя свечей, отбрасывая прыгающие тени на куполообразный потолок. Отделанные мозаикой стены заставляли капельки воды, падающие из фонтанов, сверкать, как алмазы. Это было красиво, невероятно красиво, и Сибилла почувствовала, что Явар сделал это именно для нее. У нее защипало в глазах. Явар появился из-за большой колонны. В отличие от весьма экзотической обстановки сам Явар щеголял в выцветших джинсах и расстегнутой белой рубашке, ткань которой подчеркивала смуглую кожу и иссиня-черные волосы. На долю секунды она почувствовала, что путешествовала во времени и смогла увидеть Явара студентом, которому сдержанность была неведома.
        - Где мы?  - спросила Сибилла.
        - В самом сердце самой темной тайны семьи аль-Захида.  - Явар оглянулся.  - В гареме, о существовании которого я и не подозревал до этого вечера. Нет, конечно, я предполагал, что наверняка где-то сохранилось помещение, но, принимая во внимание ханжество моего отца, я предположил, что его могли переоборудовать для других нужд.
        Сибилла смотрела мимо него на гигантскую кровать.
        - Наверняка здесь проводили оргии…  - ахнула она.  - Не то чтобы я знаю что-то об… э-э-э… оргиях…
        - Посмотри на стены,  - предложил ей Явар.
        В мерцающих тенях она увидела настенные росписи, где обнаженные мужские и женские фигуры были сплетены в причудливых сексуальных играх. Сибилла покраснела:
        - Боже мой…
        - Удивлен, что мой отец не приказал сровнять это место с землей, но он слишком боготворил моего деда,  - вздохнул Явар.  - Не могу себе представить, как он сохранил свое уважительное отношение к родителю, когда столкнулся с реальностью. Таир был распущенным человеком.
        - И я не могу…  - прошептала Сибилла, начиная понимать, почему Явар привел ее в гарем. Он узнал правду и немедленно решил говорить со всей откровенностью, за которую она всегда любила его. Когда Явар ошибался, он никогда не пытался оправдываться.
        - Я позвонил дочери Софи, Роуз, и извинился за то, что так долго не выходил на связь с бабушкой.
        - Ты позвонил Роуз… Уже?!  - воскликнула Сибилла.
        - Наложницы были здесь в прошлом веке. Моя бабушка не лгала.  - Явар поджал губы.  - Но я узнал правду только во второй половине дня, из разговора с Юсуфом. Он хранит все семейные тайны, и, когда я узнал, как жестоко обошлись с моей бабушкой, я был потрясен.
        - Мне очень жаль, Явар.  - Она положила руку ему на плечо.
        Явар сделал шаг назад, словно ее прикосновение было ему невыносимо.
        - За что ты извиняешься? Я продолжал чтить память отца даже после того, как узнал, что он попытался разрушить мой брак. Сибилла, я полностью доверился ему! Он был тяжелым человеком, но не самым плохим отцом.
        Сибилла напряглась.
        - Конечно же ты любил его. Ребенком я также любила свою мать, хотя мое детство не было таким уж безоблачным. Родители не должны быть идеальными, чтобы быть любимыми. Но я до сих пор не понимаю, почему твой отец продолжал выступать против собственной матери и меня, когда узнал, что твой дед был виноват.
        - Мой отец выбрал легкий путь. Он никогда не признавал неугодную ему правду. Видимо, он боялся, что я, возможно, унаследовал слабость Таира перед женщинами. Я наконец смог понять, почему мне пришлось так упорствовать, чтобы отстоять право учиться в Великобритании.
        Сибилла внимательно слушала.
        - Ты никогда раньше не рассказывал мне об этом.
        - Мне было стыдно. Я считал, что достойный сын всегда уважает опыт и мудрость родителей,  - признал с неохотой Явар.  - После школы-интерната, затем службы в армии я мечтал о свободе, о том, чтобы сделать свой выбор.
        - Конечно.  - Сибиллу все еще удивляло, каким невероятным тираном оказался его покойный отец.  - И я уважаю тебя за то, что ты занял такую позицию. Неудивительно, что сначала пошел вразнос в университете. Я не представляла, какой скучной была твоя жизнь до приезда в Великобританию.
        Явар изучал ее прекрасное лицо. Он был потрясен. Сибилла все еще пыталась успокоить его, хотя сильнее всех он подвел именно ее.
        - Но это почти стоило мне тебя,  - заметил он.  - У тебя сложилось неверное впечатление обо мне.
        Сибилла смахнула слезы, присев на мозаичный край фонтана.
        - Тебе невозможно было противостоять. Наше притяжение оказалось слишком сильным.
        - Я никогда не хотел ни одну женщину так сильно, как тебя,  - признался Явар едва слышно. Он поднял графин со столика и наполнил для нее стакан.  - Я никогда не любил никого до тебя.
        Ее рука едва заметно дрожала, когда она приняла стакан, сделав глоток освежающего фруктового сока. Он никогда не любил никого другого, это было бесценным открытием.
        Его красивое лицо казалось напряженным. Он провел руками по волосам.
        - Я любил тебя, но тем не менее подвел. Ты была беременна, а меня рядом не оказалось. Я с легкостью принял ложь своего отца.
        Сердце Сибиллы бешено колотилось.
        - Явар, что стряслось с тобой сегодня?
        - Юсуф был с моим отцом, когда он посетил тебя в Оксфорде. Совесть не давала ему покоя, он хотел очиститься.  - Явар опустил глаза.  - Я был потрясен, когда Юсуф описал то, что случилось в тот день. Не могу поверить, что мой отец мог обойтись подобным образом с моей женой, а я это допустил.
        Слезы снова сами собой выступили у нее на глазах, когда он вернул ее в воспоминания об одном из худших дней ее жизни. Столкнувшись с королем Лутом, она почувствовала себя одинокой и беспомощной.
        - Ты был в больнице,  - напомнила она ему.  - Ты ничего не мог сделать.
        - Юсуф сказал мне правду.  - Явар был бледен, его блестящие глаза пылали, когда он смотрел на нее.  - Юсуф рассказал мне все то, что поведала ты, я был обязан поверить тебе.
        - Да,  - подтвердила Сибилла не колеблясь.  - Я никогда не врала тебе… Ну, может быть, только раз, но мы поговорим об этом позже.
        - Я поверил лжи своего отца, научился презирать любое воспоминание о тебе. Но я должен был прислушаться к тому, что ты говорила, когда мы снова встретились.
        - Естественно, что ты поверил отцу, ведь он сказал, что я взяла деньги.
        - Что же тут естественного?  - Он с напряженностью вглядывался в ее лицо.  - Ты была моей жизнью. Ты была моей женой. Я должен был поверить тебе. Пожалуйста, прекрати пытаться оправдать меня!  - потребовал он хрипло.  - Я подвел тебя.
        - Это сделал твой отец. Он разделил нас, лгал нам обоим и причинял боль,  - дрожащим голосом вторила Сибилла.  - Прекрати винить себя, Явар. Ты был в коме, перенес операцию, боролся за свою жизнь. К тому же твой отец стал лгать тебе, когда ты был наиболее уязвим.
        - Я пытаюсь извиниться, но ты не даешь мне,  - пробормотал Явар.
        - Но я не хочу, чтобы ты все время чувствовал вину.
        - Но это позор,  - грубо возразил он.  - Ты моя жена, и я подвел тебя, и я не хочу потерять тебя. Я сделаю и скажу все, чтобы ты осталась со мной!
        Сибилла улыбнулась.
        - О, я поняла это сразу после того, как мне предоставили брачный контракт,  - доверительно сказала она.
        - Это была пустая угроза,  - неохотно признался Явар.  - Такой брачный договор не имел бы силы в британском суде. Кроме того, ты подписала его без юридического совета и была слишком молода.
        Сибилла была обескуражена.
        - Я могла бы раскрыть твой блеф. Ты это знаешь. Но тебе не приходило в голову, что я не хотела этого делать.
        - Но почему ты…
        Сибилла напряглась, не желая говорить о любви.
        - Кто зажег все эти свечи?  - спросила она, решив сменить тему.
        - Залиха расставила свечи и позаботилась о закусках. Я зажег их. Фонтаны в превосходном рабочем состоянии, их просто нужно было включить. Я не мог допустить сюда кого-то другого, дамы были бы шокированы росписями.
        Сибилла осмотрела сотни свечей и спрятала улыбку, тронутая усилиями, которые он предпринял ради нее.
        - Фрески очень красивые.
        Явар ощутил непреодолимое желание снова коснуться ее теплых губ. Он не стал противиться своему желанию, распаленный долгой вынужденной разлукой с женой. Сибилла ответила на его поцелуй.
        - Я должен был связаться с тобой, как только снова смог ходить.  - Фигура жены напоминала ему прекрасную статую. Она напряженно застыла в пламени свечей.  - Но я не мог видеть тебя снова, зная, что потерял тебя… Это трудно признать, но, по крайней мере, таковы были мои ощущения тогда. Быть рядом, знать, что ты уже не моя, слишком трудно… Я жил один довольно долго. У меня не было ни любовницы, ни подружки… Как только мне удалось распрощаться с инвалидным креслом, я решил окончательно забыть тебя и снова жениться.
        Плечи Сибиллы едва заметно напряглись.
        - Кого же ты выбрал, чтобы заменить меня?
        - Я находился под давлением. Люди ждали, что я женюсь, но, по правде говоря, мне никак не удавалось выкинуть тебя из головы.
        Его поцелуй был горячим и страстным.
        - Я люблю тебя.
        Ее сердце воспарило ему навстречу.
        - И я люблю тебя. Я всегда буду любить тебя.

        Три года спустя после воссоединения с Яваром Сибилла умиротворенно наблюдала за детьми, играющими в саду. Малыши росли стремительно, нередко нуждались во внушении со стороны родителей. Заметив возню, грозившую перерасти в ссору, Сибилла пообещала забрать пластмассовую машинку, если они не помирятся.
        Сибилла лакомилась мятным чаем с крошечными пирожными, и в это время ей позвонила Лорейн. Расправляя ткань одежды на пока еще едва заметном животе, она радовалась тому, что ко второму триместру беременности тошнота перестала истязать ее по утрам. Сибилла всласть поболтала с сестрой, которая в конце недели собиралась навестить ее вместе с их отцом. Расстояние никак не сказалось на дружбе сестер.
        Сибилла и Явар с нетерпением ждали рождения второго сына. Принц Хафиз прибыл в этот мир здоровым семифунтовым ребенком с удивительными голубыми глазами, как у своей матери. Малыш изрядно походил на британского дедушку. Старший брат подарил ему игрушку, Рания нарисовала картинку. К сожалению, леди Софи так и не дождалась своего третьего правнука. Старушка отбыла в мир иной полгода назад.

 
Книги из этой электронной библиотеки, лучше всего читать через программы-читалки: ICE Book Reader, Book Reader BookZ Reader. Для андроида Alreader, CoolReader Библиотека построена на некоммерческой основе (без рекламы), благодаря энтузиазму библиотекаря. В случае технических проблем обращаться к