Важное объявление: В связи с блокировкой в России зеркала ruslit.live, открыто новое зеркало RusLit.space. Добавте пожалуйста его в закладки.


Библиотека / Фантастика / Русские Авторы / ДЕЖЗИК / Дашков Андрей / Рассказы: " Игры Шестидесятилетних " - читать онлайн

Сохранить .
Игры шестидесятилетних Андрей Дашков
        Дашков Андрей Игры шестидесятилетних
        Андрей ДАШКОВ
        ИГРЫ ШЕСТИДЕСЯТИЛЕТНИХ
        В этой долине молчания
        Нет родственных душ.
        Эдгар Ли Мастерс
        Хорошо обставленная комната с высокими окнами, погруженная в уютный полум рак. В камине весело резвится огонь. За столом женщина и двое мужчин. Один из них - филолог, бывший преподаватель местного университета. Его жена погибла в авто мобильной катастрофе восемь лет назад. Второй совладелец посреднической фирмы, вовремя удалившийся от дел. Женщина вдова профсоюзного деятеля регионального значения. У всех троих приличный счет в банке. Все трое - примерно одного воз раста, им за шестьдесят. Знакомы они с юности. Когда-то (но в разное время) жен щина была любовницей филолога и коммерсанта.
        Обеспеченная старость. Внешне вполне благополучный закат.
        Их единственный враг - скука, поэтому большую часть времени они проводят втроем. Этой привычке лет пять, хотя до этого все трое безвыездно жили в одном городе.
        Идея устроить небольшое представление приходит коммерсанту в голову ненас тным вечером двадцатого декабря. Всю бессонную ночь он сомневается, а на следу ющий день уже определенно знает, что идея недурна.
        Во всяком случае, вдова и филолог принимают ее с восторгом.
        - Неплохо, неплохо, - говорит преподаватель и благосклонно потряхивает своей седой шевелюрой, лишь немного поредевшей на темени. Все сделаем так, будто нам снова по двадцать!
        - Ну, а как же это будет выглядеть? - позволяет себе усомниться вдова. - И потом - мой муж... Ведь он давно умер.
        Коммерсант машет руками.
        - Ты ничего не поняла. Это будет нечто вроде мелодрамы.
        - И, во всяком случае, - никакого одиночества, - подхватывает филолог. - За это, черт побери, надо выпить.
        Поставили шампанское в лед.
        - Отлично, - соглашается вдова. - Никакого одиночества. Это все, что мне нужно. - Она смотрит в высокие черные окна, за которыми беззвучно падает снег. - Кто бы мог подумать...
        - Что? - переспрашивает коммерсант.
        - Ах, - она смеется. - Это я о себе. Разве могла я подумать сорок лет назад. . - она не заканчивает фразу.
        - В этом ты вся, - улыбается коммерсант. - Утраты становятся для тебя утра тами как раз спустя сорок лет.
        - Утрата - это не более, чем ощущение, - изрекает филолог, склонный к педан тизму в определениях. - А одиночество - образ жизни. Нет, я уже чертовски стар.
        - Ну что ты, - вдова проводит ладонью по его обрюзгшей щеке. - Ты еще доста точно молод. Спустя сорок лет мы можем позволить себе небольшое сумасбродство.
        - Нет-нет, я - за. Надеюсь, я снова буду иметь у тебя успех.
        Каждый из них внимательно прислушивается к издевке, прозвучавшей в словах другого.
        К полуночи роли распределены. Вдова благосклонно принимает ухаживания фило лога и коммерсанта и, в конце концов, предпочтет кого-нибудь. Но кого? Им кажется, что эта тайна - лекарство от одиночества и пустоты.
        - Смотрите же, - предупреждает вдова. - Здесь должен быть не легкий флирт, а бо-о-ольшая любовь. Вы должны подарить мне целый мир, сияющий, немного таинст венный и огромный, в котором будет все - приключения, любовь, страх, ошибки юности и тоска по несбыточному, и...
        - О, дорогая! - восклицает филолог. - Ты требуешь от нас того, чего нет и быть не может... В наши годы, во всяком случае...
        - Это не по правилам, - протестует коммерсант. - Вы портите игру в самом начале. Забудьте о том, что вы надели маску. Поступайте так, будто все проис ходит на самом деле, впереди у вас - вечность и больше всего вас тревожит распо ложение нашей очаровательной дамы, - он подмигивает филологу так, как подмигивал в молодости, когда хотел намекнуть на свои любовные победы.
        - Приношу свои извинения. Я меланхолик по натуре. Надеюсь, дама оценит это по достоинству?..
        В два ночи мужчины расходятся по домам.
        Всю следующую неделю они играют в эту нелепую игру, играют настолько само забвенно, насколько вообще можно играть. Но один изъян все же есть. Они слишком спешат, пытаясь вогнать всю прошлую жизнь в узкие рамки отпущенных им лет и вновь пережить безвозвратные ощущения юности.
        Квартиры коммерсанта и вдовы превращаются по их желанию во дворцы, где они встречают друг друга, в холлы гостиниц, в ревущие пространства городов, аэро портов и вокзалов, словно спрессованные временем, и, как ни странно, они перес тают испытывать эту придавливающую к земле скуку, вопиющее отчаяние и ощущать бессмысленность их прошлой судьбы.
        Изредка кому-нибудь из них приходит мысль об абсурдности происходящего, но тот, кто высказывает ее, объявляется нарушившим правила игры и карается неми лостью возлюбленной или же возлюбленных.
        Коммерсант сияет, чувствуя, что сделал, наконец, нечто важное для себя и своих партнеров.
        К концу недели на свет извлекаются старые фотографии. Странное дело всех троих вовсе не поражает собственная молодость и красота. Филолог так и заявляет вдове:
        - Безусловно, ты была очаровательна, но, честное слово, ты и сейчас недурна!
        - Да она же похорошела! - подхватывает отставной коммерсант. - Бог ты мой, каким я был размазней!
        - Вот он - первый комплимент, - безрадостно отмечает вдова.
        ...Всю неделю стоит отвратительная погода. Бродит по городу пронизывающий насквозь ветер, сухой и мелкий снег носится по улицам, нагоняя тоску, но троим наплевать на это. Они чувствуют себя вполне счастливыми. Зловещий шелест ветра кажется им всего лишь аккомпанементом тем радостным событиям, которые происходят с ними, но никак не довлеющей музыкой жизни.
        Более того - они задали себе загадку. Если бы кому-то пришло в голову понаб людать за ними, он не понял бы, что происходит.
        - Просто нам не о чем сожалеть, - терпеливо объясняет это вдова.
        - В сторону! - прерывает ее коммерсант. - Может быть, нам съездить в апреле на пикник, как сорок лет назад?
        - Да ты что? - говорит вдова. - Мы и тут можем прекрасно провести время! У нас тут свой пикник. Господи, какой же у нас пикник!
        Однако изъян, подтачивающий этот наспех сколоченный из обломков прошлого мирок, все же дает о себе знать. Ведь всегда не успеваешь, когда боишься не успеть.
        Они боятся не успеть.
        Филолог становится все более любезным, а коммерсант - все более раздражи тельным и у обоих это является признаком слабости. Игра к тому времени становится неуправляемой.
        - Безумный мир, - говорит филолог. - Почему бы не жить наоборот рождаться стариком и знать, как много времени еще впереди, потом становиться моложе и моложе и, наконец, умереть младенцем, в полном неведении и с безмятежной душой..
        - Недурно, - говорит вдова. - Но зато появляется масса неудобств. Не знаешь, сколько всего потерял. Да и неприлично как-то - умирать в бессознательном состо янии.
        - Все это несколько противоестественно... - замечает коммерсант.
        - Что именно?
        - То, что мы говорим об этом сегодня. Ведь завтра воскресенье и ты должна дать ответ.
        - О, боже, - она с улыбкой проводит рукой по лбу. - Проклятая память. Конечно, завтра. Как я могла забыть?.. Мне полагается все время думать только о завтрашнем дне... Начинаешь больше ценить дни вчерашние.
        Она предпочла филолога. Собственно, ни для кого из них это не было неожидан ностью. Она серьезно и обстоятельно (излишне серьезно и обстоятельно) объявляет о своем решении и все трое некоторое время неловко молчат.
        - Ну? - говорит вдова.
        - Что - ну? - не понимает коммерсант.
        - Что теперь?
        - Игра вроде бы окончена, - неуверенно говорит коммерсант. - Хотя не скажу, что я рад этому...
        - Дальше, - раздраженно говорит вдова.
        - Нет, ничего, - отзывается коммерсант чересчур поспешно.
        - Нужно окончить кое-какие формальности, - предлагает филолог.
        В каком-то трансе они оканчивают формальности. Разыгрывают венчание, счаст ливую супружескую пару, делают вид, будто собираются путешествовать, даже решают, где провести медовый месяц. Коммерсант несет всякую чепуху о сердце, разбитом навеки, а также о том, что может быть, еще встретит подругу жизни.
        Вдова поглядывает на него как-то странно.
        В понедельник вечером супруги и коммерсант выходят на улицу. Вокруг них бурлит людской поток, сверкает огнями город. Несколько дней до Рождества. Огни могли бы показаться ликующим фейерверком, но все это уже не затрагивает их.
        Единственное чувство, посещающее всех троих во время грустной прогулки, - отчуждение. Люди проходят мимо, не задевая их, создавая безудержный маскарад жизни, но трое остаются на голых подмостках осиротевшие заложники своей беско нечно абсурдной пьесы.
        Город завораживает, манит миллионами огней, но трое не трогаются с места.
        - Что дальше? - то и дело спрашивает жена филолога.
        - Не знаю... - растеряно и виновато отвечает ей отставной коммерсант и на этом разговор заканчивается.
        Они стоят у какого-то сквера под старыми каштанами, сквозь голые ветви которых видно глубокое синее небо. По небу плывет белый пар облаков.
        Внезапно жена филолога срывается с места. Через несколько секунд она раство ряется в толпе. Коммерсант и филолог в растерянности ищут ее глазами.
        - Смотри, что я тебе купила! - кричит женщина из толпы и бросает букет каких-то белых цветов. Букет не долетает до филолога и падает на мокрый асфальт.
        - Это мне? - недоумевает филолог и поднимает букет, не зная, что теперь с ним делать. Потом его озаряет внезапная догадка.
        - А, так ведь это ему. В самом деле, ему. Возьмите, дружище, - он протяги вает букет коммерсанту.
        - Я не подумала, - говорит женщина. - Конечно, это ему.
        Коммерсант поворачивается и уходит. Супруги кажутся ему смешными. Он и сам себе кажется смешным...
        - Ну, вот, - говорит филолог. Он не смотрит на свою жену. Он не смотрит на город. Он смотрит куда-то вбок.
        - Ну, вот, - передразнивает его жена. - Иди сюда. И пожалуйста, побыстрее, - торопит она его. - Мне нужно выпить.
        Через шестнадцать секунд филолог и его жена будут сбиты тяжелым грузовиком. Их обезображенные тела придется опознать коммерсанту.

 
Книги из этой электронной библиотеки, лучше всего читать через программы-читалки: ICE Book Reader, Book Reader BookZ Reader. Для андроида Alreader, CoolReader Библиотека построена на некоммерческой основе (без рекламы), благодаря энтузиазму библиотекаря. В случае технических проблем обращаться к