Важное объявление: В связи с блокировкой в России зеркала ruslit.live, открыто новое зеркало RusLit.space. Добавте пожалуйста его в закладки.



Сохранить .
Наемник Сергей Залевский

        Макс Шнитке #4

        Strelbytskyy Multimedia Publishing; Киев; 2017
        АННОТАЦИЯ

        Макс со своей неразлучной спутницей — рыжеволосой красавицей Юли — продолжает жизнь в мирах Содружества. Пара отправляется в длительное путешествие в далекий директорат Корыт. В ходе перелета герою попадает в руки странный и загадочный трофей, который при тщательном изучении оказывается скафом древних, контролировавших когда-то эту галактику. А со временем Макс понимает, что получил в наследство чрезвычайно ценные и очень редкие данные об оборудовании специализированного корабля с искусственным интеллектом умершей расы. Наконец-то появилась возможность приобщиться к технологиям предков.

        СЕРГЕЙ ЗАЛЕВСКИЙ
        НАЕМНИК

        ГЛАВА 1

        — Мне не нравится этот корабль — хмурился Крун, рассматривая что-то на тактической схеме.
        — И чем же он тебе не нравится?  — переспросил у него наш герой — он тоже знакомился с данными, которые вывел искин. Обычный средний транспортник, наверняка торговец узкоглазый…
        — Нет, это не торгаш, я в этом уверен. Скорее, переделанный в средний носитель транспорт, держится отдельно от остальных. Кстати, пока мы тут развлекаемся, сменился весь состав на орбите — вот этих восемь пришли вместе, наверняка это караван, да и держатся кучно. А этот транспорт здесь уже был до нас — чует мое сердце, что он ждет подходящую цель, чтобы достать в пустой системе. Да и я приказал за ним следить искину, и вот какие наблюдения: количество малого флота на его борту явно не соответствует обычному грузовику, кроме того, возле него постоянно крутятся пятерка легких КИПов — зачем транспорту боевые КИПы? Его задача в караванах летать — там, на палубах должны грузы стоять, а не корабли военного назначения. Подозрительный кораблик, м-дя…
        — Раз он такой подозрительный, собирай команду, и валим отсюда — припасы мы закупили, команда немного отдохнула — у нас еще половина пути впереди. А для таких вот непонятных объектов у нас в арсенале есть «Део-Б»  — как раз для того, чтобы отбить охоту интересоваться нашими трюмами.
        — Да, «Део-Б» знатная вещь — хихикнул капитан — управляемая торпеда двойного действия — изобретение хаманцев, они пытаются этими штуками расковырять валлингов. Правда, пока им это удается плохо, скорее валлинги их ковыряют, ха-ха-ха. Но торпеда очень серьезная, ага…
        Еще сутки команда медленно собиралась на борту своего носителя. Наконец, закончив этот небольшой праздник жизни, корабль стал набирать ускорение в сторону своей новой цели маршрута. Присутствующие в рубке руководители отряда были слегка озадачены сообщением бортового искина о том, что подозрительный транспорт тоже начал разгоняться параллельным курсом. Капитан и землянин переглянулись — похоже, подозрения бывалого наемника имели под собой основания, и вскоре им предстоит боевой контакт с непонятным противником.

        Капитан среднего транспортника проекта «Шоги-су» был коренным жителем Корита. Сейчас он с интересом наблюдал изображение среднего корабля проекта «Фарди-624». По данным классификатора, это был легкий носитель бриларцев на двадцать четыре малых борта — четыре тяжелых и двадцать легкого типа — против его пяти десятков бортов. Его корабль только с виду оставался все тем же невзрачным грузовиком, а вот внутри он подвергся серьезным переделкам: теперь вместо четырех грузовых палуб и двух трюмов, в нем размещалось тридцать легких «Тувис-Б5»  — самых лучших легких истребителей коритской разработки пятого поколения — улучшенная версия распространенных гарморских истребителей третьего поколения. Инженеры директората особо не парились — содрали весь функционал с имперского варианта КИПа. Немного поменяли компоновку и выдали как свое изобретение — легкий истребитель со спаренной курсовой пушкой.
        Остальные двадцать его малых бортов были тяжелыми штурмовиками «Самтур-Б5»  — улучшенная версия простых «Самтуров» третьего поколения — эти уже были исконно коритскими изобретениями. Два курсовых орудия и две турели — вот их вооружение, никаких энергощитов и прочих изысков. Тактика боев этого звездного образования предусматривала массовость вот таких летающих гробиков, вместо того, чтобы выпускать хорошо защищенные машины — так было дешевле.
        Вот и у этого легкого, по критериям Корита носителя, качество было заменено количеством — почти двукратное превосходство в малых кораблях, по сравнению с аналогами других государств. Именно поэтому, опираясь на такой боевой потенциал, Сунь-чо Фчай абсолютно спокойно бороздил фронтир директората и свободный космос. Команда была под стать капитану: смесь различных народов, населяющих большое пространство директората — узкоглазые чины, туповатые, но наглые рушики, сообразительные япы и кори — пестрая команда ловцов удачи. Некоторые проблемы поначалу создавали рушики — тем требовался их национальный напиток вадяра — без него у них начиналась форменная ломка и психоз. Но Сунь-чо быстро нашел решение проблемы, немного поколдовав над пищевым синтезатором. Поскольку сам напиток был запрещен к кодированию в этих агрегатах, капитан нанял одного искера, который провел небольшую операцию: поменял название одного сильного алкогольного напитка «смага» на «вадяра»  — рушики не почувствовали разницы. С того момента они стали самой счастливой частью команды на борту «Шоги-су».
        Понаблюдав недельку за возможной жертвой, Сунь-чо принял решение преследовать бриларцев, чем изрядно поднял настроение экипажу — между этими двумя государствами были натянутые отношения, поэтому пощипать наглых соседей согласились все без исключения. Немного смущало то, что это был полноценный боевой носитель шестого поколения, но главарь пиратов полагался на старую, хорошо проверенную тактику численного превосходства, широко применяемую в директорате. Тем более, как он считал, разница между двумя смежными поколениями техники небольшая — то, что у него был переделанный грузовик, его не смущало.
        Разогнавшись вслед бриларцу, коритский транспортник повторил его маневр — бортовой искин давал 90 % гарантию прыжка в ту же систему, куда выпрыгнул потенциальный противник. Выскочив через девять дней в мертвой системе, Сунь-чо Фчай радостно потер ручонки — слава космическому рандому, они прибыли первыми — есть время подготовиться.
        — Пилотам занять свои машины — первая волна десяток легких «Тувисов»  — прощупаем нашу дичь на всякий случай. Вторая волна: десять «Тувисов» и звено «Самтуров». Третья волна — все, кто остался, ха-ха-ха. Задача для всех — прикрытие наших абордажных ботов — нам этот кораблик нужен целым — работаем только по прикрытию и бортовым турелям. Не дай древние боги, кто-то из вас, дебилы, пальнет по двигателям — лично отправлю в утилизатор. Особенно это касается третьего звена «Самтуров»  — для вас, три Ивана с Рушкостана, повторяю специально: в корму не стрелять, синемордое мясо, ипать…
        — А чё сразу Иваны — чуть что, сразу мы крайние?  — отозвалась боевая тройка из незабвенного протектората — сами они были из какой-то ватной территории и называли себя ватниками.
        — Молчать мясо — за успешный бой ваша тройка будет премирована. На выбор: премия на личный счет или оригинальная вадяра.
        — Нафиг премию, где ее тут тратить то?  — сразу оживилась деловая троица — даешь пол-литра на гора!
        Сунь-чо поморщился — он так до сих пор и не понимал до конца этих гуманоидов — последняя их фраза поставила его в тупик. Сейчас он наблюдал, как его пилоты занимали места в рубках своих боевых машин, но особенно внимательно он следил за тремя Иванами из Рушкостана — те даже в боевые вылеты пытались протащить с собой свой напиток и легкую закуску. Правда, безрезультатно — техники, готовившие их корабли к вылетам, уже знали все способы проноса этого напитка данными организмами, и уверенно изымали запрещенную в боевой обстановке смесь. Но ватники не сдавались и постоянно пытались придумать что-то новое.
        Вот и сейчас эта троица пыталась пронести емкости с напитком в своих национальных головных уборах — на языке этого народа он звучал, как «сапка-уссанка». Довольно оригинальное изделие ватников — головной убор производился их меха различных животных, проживающих на планете ватников. В холодный период года этот предмет одевался на голову мехом наружу и завязывался внизу под подбородком разумного. Таким образом, на открытом воздухе оставалось только лицо ватника. Во все другие сезоны года сапку-уссанку ватники носили оригинально: один конец ее свободно свисал вниз, частично закрывая одно ухо аборигена, другой поднимался вверх, открывая второе ухо гуманоида и колыхаясь над его головой при ходьбе, как своеобразный мини-флаг.
        В оригинале, по давней традиции ватников, носить в таком виде головной убор требовалось при синюшном цвете лица, что в свою очередь достигалось многодневным употреблением той же вадяры, с небольшим количеством закуски (последнее не обязательно, в принципе). Но со временем, эта традиция немного позабылась, и современные ватники и ватницы (что интересно!) охотно их носят с обычным цветом лица,…правда, он у них бывает очень редко.
        Размышления Сунь-чо Фчая прервал дежурный связист:
        — Зарегистрирован выход из прыжка неизвестного корабля, сканирую пространство…
        — Давай идентификацию, чувствую, это наша добыча к нам летит…
        — Подтверждение: легкий носитель «Фарди-624», регистрирую облучение обшивки — они нас видят, босс.
        — Атакуем сходу. Пилот — сближение на минимальную дистанцию, первая волна — старт — пощупайте наших гостей. Вторая волна — старт через три минуты после первой, далее работаем по стандартному плану — пора этим наглым бриларцам объяснить, кто в этой дыре главный.
        В локальной сети раздавались различные крики и лозунги, которыми команда воодушевляла сама себя. Как всегда, троица ватников отличилась своей оригинальностью, прокричав что-то вроде: «Погнали лошадей, или погнали городских лошадей — как-то так…». Капитан наемников решил, что надо немного изучить национальные традиции Рушкостана, чтобы лучше понимать своих подчиненных, о чем поставил себе напоминание в своей нейросети.

        — Штатный выход из прыжка, система 07-СБ-012к, регистрирую облучение обшивки,…сканирую,…идентификация — средний транспорт проекта «Шоги-су», пятое поколение, директорат Корит.
        — А вот и наши друзья — недобро улыбнулся Крун — как я и предполагал. Висит прямо по вектору разгона — не проскочим, придется принимать бой.
        — Изменение тактической обстановки — опять влез в разговор бортовой мозг — цель наращивает ускорение в нашу сторону. Выпуск малых бортов,…идентификация успешна — легкий КИП «Тувис-Б5», десять единиц.
        — Вот тебе и здравствуйте — прокомментировал услышанное Макс и стал изучать тактическую схему: десять маленьких красных точек и одна большая двигались прямо к ним. Юли, девочка, принимай вахту, я пошел в «Фортер»  — сейчас каждый пилот на счету.
        Девушка обняла и поцеловала своего мужчину, затем улеглась в пилотский ложемент и взглянула на капитана, как будто спрашивала дальнейших инструкций. И капитан оправдал ее ожидания:
        — Пилот, сближение с противником на дистанцию поражения курсовыми орудиями. Внимание экипажу — нас атакует носитель узкоглазых — схема работы — защита базового корабля.
        Легкие и тяжелые корабли бортовой эскадрильи уверенно выстраивали защитный ордер возле своего носителя — этот вариант действий был основным их тренировочным боем по пути сюда — его отрабатывали на всех промежуточных остановках. Все пилоты были собраны и сосредоточены — они понимали, что им предстоит тяжелый бой — двукратное превосходство противника настраивало всех на продолжительную схватку.
        Заняв место пилота в своем шахтере, наш герой поймал себя на мысли, что он даже рад тому, что сейчас происходит — однообразие нескольких месяцев его утомило так же, как и всю команду. Вывел кораблик в космос и обратился к Круну:
        — Капитан, обозначь мою задачу — мое место в ордере?
        — Посмотри на тактическую схему — они выпустили уже четыре десятка бортов, и думаю, что это еще не предел. Твоя главная цель — два абордажных челнока, не дай им добраться до носителя, воевать на своей территории — плохая идея. Как разберешься с челноками, прикрывай нам корму — не хочется остаться тут без разгонных двигателей.
        — Понял, сейчас займу позицию.
        Технолог решил не светить сегодня свои способности без крайней нужды — Крун уже задавал ему наводящие вопросы, и повторять слабенькие отмазки было бы глупо. Хотя перегрузить парочку реакторов у москитного флота противника он мог себе позволить — взрыв будет неотличим от попадания из туннельного орудия.
        Между тем первая десятка врагов уже схлестнулась с защитной линией носителя — попытка разведки боем оказалась для узкоглазых плачевной. Более качественная техника бриларцев, плюс солидный опыт бриларских пилотов сделали свой первый взнос в исход этого столкновения — 6:0 в пользу наших, хе-хе. Четверо удравших быстро сблизились со второй волной и влились в ее ряды. Защитники предприняли слаженную ракетную атаку, можно сказать, удачную — нападавшие потеряли еще пять бортов, которые потеряли управление и стали разлетаться в разные стороны, теряя по пути элементы корпуса и обшивки. Пока что гости из гостеприимного Брилара вели со счетом 11:0. Ответная атака ракетами принесла первые потери — два легких истребителя получили повреждения, и вышли из боя, с трудом дотянув до летной палубы — пилоты не пострадали.
        Противник, видя, что бриларцы успешно отбиваются, почти не неся потерь, сменили тактику — дождавшись подкрепления из третьей волны, набросились на защитный ордер большой кучей — двадцать девять на двадцать два. «Фортер» почти не участвовал в свалке, так как отслеживал движение абордажных ботов — те разделились и двигались к разгонному коридору с двух сторон. Оценив ситуацию, и поняв, что на два направления он не сможет среагировать, Макс резко ускорился в направлении одного их них, пытаясь выйти на дистанцию стрельбы из туннельных пушек.
        Все-таки абордажный бот, это прямо летящий многоместный гробик — в этом убедились через несколько минут его пассажиры — в стандартный челнок, рассчитанный на двадцать пять человек, узкоглазые ухитрились запхать сорок низкорослых головорезов. Куда они там влезли то…? Одно попадание болванки с «Фортера» испарило кормовую часть челнока, и шахтер резво развернулся в сторону его собрата, не интересуясь, что стало с теми, кто остался в обломке. Второго он не успевал подрезать, но тут ему помогла бортовая турель носителя, мастерски прошив непрошеного визитера вдоль всего корпуса. Тем не менее, покореженное суденышко смогло достичь створа разгонного коридора и влететь внутрь летной палубы.
        — Макс, они проникли на борт — услышал он голос своей подруги — капитан пошел их встречать с комплексом штурмовых дроидов и отрядом абордажников. Думаю, они справятся — там полноценный боевой управляющий искин, да и сам Крун опытный погонщик. Я выхожу на дистанцию прямого попадания — ты займись общей свалкой — нашим КИПам там тяжело. В третьей волне явно самые опытные — мы потеряли еще восемь кораблей, с тремя нет связи — думаю, что пилоты мертвы.
        — Хорошо, я в бой, а ты стреляй точно, крошка.
        В этот момент «Фарди» выплюнул первые два подарка в сторону транспортника — тот ответить ничем не мог, так как не был вооружен ничем, кроме турелей ближней обороны. Поэтому, корабль узкоглазых гопников стал пытаться уклониться от выстрелов противника, что ему плохо удавалось из-за своих габаритов. Начался медленный вальс двух полукилометровых гигантов, где один был с зубами, а другой без. Вокруг них вели свой бой мелкие кораблики — у тех были свои цели и свои задачи.
        Крун гнал перед собой корабельный абордажный комплекс — двенадцать пауков с боевым управляющим искином, были серьезной силой в прямом столкновении. Рядом с металлическими пауками передвигалась вся компания штатных бойцов ближнего боя — все полсотни абордажников горели желанием принять участие в намечающейся перестрелке — два месяца почти только и делали, что тренировались.
        — Давно я уже так не работал — возбужденно думал наемник, вышагивая рядом с дроидами — тряхну стариной, как сказал один мой знакомый. Искин корабля передавал ему картинку с летной палубы — из абордажного бота нападавших вылезло почти четыре десятка бойцов.
        — Ипать, откуда там столько?  — глаза капитана полезли из орбит — они там что, размножаются по ходу дела, что ли?  — его удивлению не было границ. М-дя, ну что ж, надо защищать свое имущество — корабль, по сути, был его собственностью, требовалось только долететь до Корита.
        А этому сейчас мешали вот эти сорок организмов, которые стали расползаться по летной палубе, как крысы в поисках пищи. Дюжина боевых бронированных машин, ворвавшихся первыми на палубу, смела передовой отряд вражеских бойцов за несколько секунд — все нападавшие были в скафах без защитных экранов, которые плавились и рвались вместе с телами тех, на ком они были одеты. Тут к паукам присоединились и местные гуманоиды, желавшие размяться — непрошеным гостям стало некомфортно на чужом корабле. Через пару минут такая же участь постигла остальную часть маломерков — эта группа была экипирована лучше, но противопоставить что-то машинам смерти вкупе с обозленными головорезами носителя она не смогла. В итоге, не полу валялось много разорванных тел и разбитый абордажный челнок нападавших.
        — Отлично, основную угрозу ликвидировали — вслух прокомментировал Крун — надо вернуться в рубку, посмотреть, как там дела у моих пилотов.
        Погнав дроидов обратно, заторопился им вслед. Бойцы же, немного погрустив о том, что схватка закончилась слишком быстро, занялись осмотром поля сражения и поиском возможных трофеев.
        Ситуация вокруг носителя была неоднозначной: с одной стороны, Юли пристрелялась и уже почти все выстрелы ложились в цель — каждый залп курсовых орудий проделывал новые дыры в обычной обшивке гражданского переделанного судна, постепенно подбираясь к защищенным коконам рубки и реакторного сектора. А с другой стороны его малый флот был в бедственном положении: противник использовал численное преимущество в технике и уверенно давил защитников. Сейчас соотношение выбывших из боя было 24:16 в пользу своей команды — фактически, бой вели последние восемь штурмовиков, девятый уже был выведен из строя.
        Перелом в ходе боя внес его партнер на своем «Фортере»  — влетев у гущу сражения, он буквально за пару секунд вывел из строя шесть кораблей противника, а в течение следующей минуты выбил еще троих.
        — Ипать, этот какой-то кипорез, что ли — девять кораблей за минуту — пораженно глядел капитан на тактическую схему — убойный кораблик и отличный пилот.
        Тут он вспомнил, как потерял весь свой флот в убийственной схватке с этим кораблем — тогда этот шахтер обыграл его тактически, умело используя астероидное поле в своих целях. Конечно, пилот этого кораблика показывал отличные результаты: пока Крун вспоминал свое недалекое прошлое, «Фортер» уменьшил количество вражеских КИПов еще на две единицы. Теперь соотношение было 31:20 в пользу защитников «Фарди», и на поле боя оставалось четыре тяжелых штурмовика и «Фортер» против девяти кораблей у противника.
        Тем временем Юли, очевидно, смогла достать до чего-то важного в конструкции транспортного корабля узкоглазых, так как он перестал пытаться маневрировать после очередного удачного попадания девушки в его борт. Видимо, это попадание стало последней каплей, которая решила исход сражения — флот противника стал выходить из боя, пытаясь прорваться к своему носителю — жест отчаяния, скорее всего. Потеряв еще два тяжелых КИПа, остатки атакующей стороны влетали в летные палубы своего обездвиженного базового корабля, пытаясь найти там несуществующее спасение.
        — Теперь можно нанести нашим негостеприимным гостям из директората ответный визит вежливости — ухмыльнулся капитан и стал отдавать приказы абордажной команде. Там все были готовы, требовалось только найти двух пилотов для управления этих самых ботов. Но сначала, требовалось поймать всех своих и позаботиться о раненых…
        Своих пилотов с тех бортов, которые не могли самостоятельно передвигаться, снимали на абордажный бот — им управлял один из наемников, которого первого сбили в прошедшей стычке. По результатам спасательной операции сняли семнадцать человек в разном состоянии: половина была целой и невредимой, вторая половина условно делилась на трех тяжелораненых и пятерых легкораненых. Задействовали четыре медицинские капсулы на «Фарди»  — туда уложили всех тяжелых и одного легкораненого пилота, еще одного Макс лично уложил в свою капсулу на «Фортере», оставшиеся четверо пострадавших были обработаны индивидуальными автоматическими аптечками и оставлены в своих каютах дожидаться очереди на лечение. Легкораненый пилот в капсуле «Фортера» должен был вылечиться через четыре с половиной часа — примерно столько же отводилось на лечение такого же легкораненого бойца на «Фарди». Тяжелые должны были пролежать в капсулах по-разному: от суток до четырех — все трое были пилотами тяжелых «Кат-6х1», на которые пришлась основная сила удара нападавших.
        Закончив с медициной, решили наведаться к врагу — сбор поврежденных КИПов и разбор трофеев подождет, тем более что вся абордажная секция фонтанировала желанием отомстить за смерть пятерых пилотов. Именно столько экипаж потерял в этой схватке — все погибшие пилоты оказались с легких истребителей «Монтри-6а»  — все-таки сказалось более чем полтора кратное численное превосходство противника в технике, и их задавили просто числом. Лететь в гости к узкоглазым решили все: Макс на своем «Фортере» вез капитана и его штурмовых дроидов, а остальные полсотни абордажников должны были быть доставлены двумя ботами. На носителе оставалась Юли на посту дежурного пилота и шесть наемников, которых сняли с подбитых корабликов, не считая конечно, раненых в каютах и медицинских капсулах. Оставшаяся шестерка не имела никаких навыков штурмовой подготовки, и поэтому Крун всех отправил в резерв, так как толку от них в намечающемся замесе было бы мало.
        Юли не меняла положения носителя относительно противника, держа его под прицелом курсовых орудий — с более близкой дистанции использовать их бы стало проблематично. «Фортер» и оба абордажных бота проплыли небольшое расстояние между кораблями за двадцать минут, все время ожидая какой-нибудь гадости от врага. Это недолгое время полета их страховала четверка оставшихся на ходу тяжелых штурмовиков — все, что осталось от полной бортовой эскадрильи носителя в этом непредвиденном столкновении. Технолог плевался и матерился, не особо выбирая выражения: неизвестно, сколько он сможет восстановить из того, что осталось где-то рядом летать, но потеря одного «Кат-6х1»  — это четыре миллиона, а один «Монтри-6а»  — это два с лишним миллиона каждый.
        — Пять высококлассных пилотов, и два десятка новейших КИПов шестого поколения — подсчитывал он потери. Если на этом корыте я не найду что-либо настолько ценное, что покроет мои потери, то я придумаю нечто неординарное для выживших гопников с этой посудины, стопудово!.
        Первыми выгружались боевые дроиды — сначала Крун вывел свою дюжину, затем за ними выскочили на оперативное пространство палубы «Кланчи» технолога — железные бойцы должны были провести разведку и обеспечить прикрытие для второго эшелона — абордажной группы. Кстати, Макс решил отдать назад главному наемнику его штурмовой скаф — такой же «Шонц-6у», как и у него самого, с тем отличием, что у Круна отсутствовала плечевая турель. В принципе, это было нормально — капитан целого носителя не должен ходить в атаку в первых рядах бойцов, в то время, как для своей защиты он может использовать только дроидов и их экраны. Второй скаф высшей защиты, снятый с покойного главы корпорации «Зальт-ИИ», он думал отдать своей девушке,…наверное,…или отдать ей свой нынешний, а более продвинутый забрать себе — пока он окончательно не решил эту дилемму, м-дя.
        На той летной палубе, где они дружно высадились, было пусто, если не считать абсолютно целого абордажного бота на крайней парковочной площадке — этот факт сильно удивил обоих партнеров.
        — Это сколько же их тут еще осталось, если у них еще один бот в комплекте?  — общался с капитаном наш герой, используя командную сеть отряда — куда они тут помещаются то?
        — Хм, думаю, еще минимум полсотни бойцов, и другого персонала еще пару десятков — задумчиво рассматривая бот, ответил Крун. А может и вообще, их тут еще целая сотня — это же коритцы, у них тактика боев основана на численном преимуществе. Странно, что они нас тут не встретили…
        — Здесь слишком просторно, негде устроить засаду — думаю, что нас ждет теплый прием в коридорах — заметил наш герой, получая информацию от своих дроидов — здесь чисто, идем внутрь.
        Получив приказ, из ботов стали выгружаться абордажники — подгоняемая своими командирами, группа головорезов образовала несложное наступательное построение за дроидами, и вся компания двинулась на ознакомительную экскурсию по внутренностям корабля. Коридоры и переходы на этом судне разительно отличались от таких же аналогов на «Фарди»: под ногами было достаточно замусорено и грязно — землянин с удивлением и брезгливостью смотрел на этот беспорядок — прямо какой-то летающей заброшенный склад. Однако довольно быстро нашлось объяснение таким кучам мусора: из многих стали выскакивать мелкие дроиды, которые пытались напасть или нанести повреждения продвигающемуся отряду. Но так как впереди шли их собственные пауки, то такие выходки скорее веселили наемников, чем беспокоили.
        Макс пнул ботинком скафа одного такого наглеца, которому его дроиды проделали незапланированное конструкцией лишнее отверстие в корпусе: ремонтный дроид четвертого поколения из знакомого ему комплекса «Фирос-4.44». Немного озадаченно попинав того ногой, двинулся дальше, задавая себе вопрос: «А где же боевые?» Через некоторое время местные жители изменили тактику, и теперь жучки выскакивали из разных неожиданных мест тогда, когда их передовой механический авангард проходил дальше — нападали на людей сзади. Пара таких неожиданных атак принесла противнику определенный результат: одному абордажнику отрезало ногу плазменным резаком, а вот другому бойцу не повезло — выскочивший из боковой сервисной ниши паучок успел прожечь наемнику лицевой щиток, пока остальные бойцы не прикончили железяку.
        После этого команда экскурсантов тоже поменяла тактику: шедшие впереди дроиды поливали плазмой и импульсами все подозрительные нагромождения предметов и мусора, где теоретически могли прятаться партизаны. Своих четырех помощников технолог теперь держал по бокам группы, проверяя все ответвления и лючки: тактика дала свои результаты — в спину никто не стрелял и не плевался плазмой. По мере продвижения отряда внутрь корабля, количество сюрпризов стало расти, и, к уже известным стали добавляться новые «приятные» неожиданности: потолочные турели, замаскированные мины. Все это, выскакивающие совсем не к месту и не вовремя, создавало неприятные ситуации — так было ранено еще несколько абордажников. Тенденция начинала напрягать землянина, и он решил использовать свой дар для ориентации в местных условиях — исходный проект был серьезно переделан, как понял он, сравнивая информацию из базы по средним кораблям с реальностью.
        — М-дя, местные конкретно тут наворотили, придется хитрить, а то так по чуть-чуть, и выбьют мне всех людей. Надо с этим заканчивать — особенно ему не нравились потайные турели — не один он такой умный, оказывается…
        Осмотр следующего коридора вторичным зрением сразу дал результаты: нашел двух партизан в боковых нишах и пару турелей на перекрестках проходов — по тем местам ударили его дроиды, подчиняясь прямому приказу погонщика. Дальнейшее передвижение отряда экскурсантов заметно ускорилось — Макс стал убивать накопители и реакторы вражеской техники издалека. Внешне это никак не проявлялось — просто в нужном месте не срабатывала турель, или из кучи не выскакивал очередной механический мелкий партизан.
        Затем они вышли в большой коридор — очевидно, это был главный магистральный путь внутри этого корабля — здесь их встретили уже боевые дроиды и часть оставшегося экипажа нападающих. Встретили дружным залпом из всего, что у них было — в сторону отряда с «Фарди» полетели ракеты, гранаты, сгустки плазмы и ураган мелкокалиберной кинетики. Особенно выделялся среди всего вражеского вооружения массивный огромный паук около трех метров в поперечнике с двумя крупнокалиберными роторными пушечками — этот гигант безостановочно поливал гостей струей скоростных снарядов, испытывая на прочность щиты прибывших экскурсантов. Крун не стал долго терпеть это издевательство, и зарядил в эту конструкцию сразу десяток плазменных гранат со своих паучков — у дроидов Макса гранатометов не было в вооружении, к сожалению. Еще две мини-ракеты проделали в гиганте большую дырку, вызвав детонацию боезапаса, который хранился у того в заднем отсеке корпуса.
        Сразу после подрыва основной оборонительной силы защитников дела пошли живее — Крун накидал в зону расположения защитников еще пару гостинцев, отчего все щиты у них отключились почти одновременно. Этим воспользовались абордажники, которые под прикрытием экранов своих дроидов быстро сократили дистанцию и стали полосовать оставшихся без защиты членов враждебного экипажа этого рейдера. Очевидно, это была главная линия обороны противника, так как далее по маршруту им почти не оказывали сопротивления — только однажды на технолога попытался запрыгнуть совсем мелкий паучок — откуда тот выпрыгнул, осталось загадкой. В тот момент наш герой не пользовался своим вторичным зрением: постоянно находиться в таком совмещенном состоянии он долго не мог — начинались неприятные ощущения, и зрение расплывалось, теряя четкость.
        Так вот, этот мелкий наглец упорно пытался дотянуться до его шлема, даже когда специалист прижал его ботинком к полу — дроид был совсем миниатюрный, не более дюжины сантиметров в своей самой широкой части. Погонщик дал указание одному из своих «Кланчей» подцепить агрессивную малявку за манипулятор и стал его рассматривать — движения и дергания этого заморыша рассмешили его. Да и не только его — на манипуляции с таким крохотным агрессором обратила внимание вся команда абордажников.
        — Дроид-диагност «Микро-Фе4к»  — так опознала его нейросеть.
        — Плохо дело у врага, если вот даже такие мелкие пошли в ход — констатировал землянин под хохот его команды, которая продолжала следить за безуспешными потугами этого чуда дотянуться до обидчика.
        — Как-то они быстро закончились — задумчиво заметил Крун, считая валяющиеся вокруг трупы врагов. Здесь не больше пятидесяти, где-то должны быть еще остатки команды, да и сам руководящий состав, скорее всего, цел пока и невредим.
        — Пора навестить местное руководство — кто-то должен мне возместить потерю такого количества имущества — сказал технолог и приказал дроиду бросить мелкого партизана об ближайшую стенку.
        Нежный организм диагноста не перенес такого варварского способа передвижения и вскоре затих на полу, предварительно пару раз подергав своими манипуляторами. До рубки управления добрались быстро и без неприятных местных нежданчиков — похоже, что фантазия и домашние заготовки у защитников закончились — так думал наш герой, но жестоко ошибся. На последнем переходе к рубке их ожидал последний блокпост: два десятка коритцев, одетых в какие-то блестящие костюмы, и вооруженных короткими тонкими мечами. От увиденного апофеоза вся команда замерла в нерешительности и удивлении: местные обитатели реально сорвали всем шаблон. Глядя на эти блестящие костюмы, технолог почему-то вспомнил Землю и фильмы о средневековье, которых насмотрелся когда-то достаточно.
        — Это…это же доспехи,…вроде каких-то рыцарских, что ли,… а мечи — это вообще жесть… Они что, собираются нас этими ковырялками до смерти защекотать?  — первым опомнился от этой сюрреалистической картины Макс, удивленно поглядывая на Круна.
        — Сам в шоке, первый раз такое вижу — в растерянности пробормотал тот — ты посмотри лучше вон на тех двоих, они вообще какие-то ударенные на голову…
        Мужчина перевел взгляд на парочку местных пассажиров, которые резко выделялись на фоне остальных двадцати «рыцарей»: это были два организма обычной белой расы, один выше другого. Руки и лица у них были покрыты устрашающими полосами темной краски — все это было выполнено на них хаотично, без определенной системы и порядка. Характер этой боевой, по-видимому, раскраски был в чем то аналогичен внешнему окрасу его боевых дроидов — только здесь преобладали черные и зеленые мазки.
        — Интересный подход — резюмировал свои первые впечатления специалист — авангардный макияж, ипать.
        Оба организма носили одинаковые головные уборы, украшенные по центру красной пятилучевой фиговиной, смутно знакомой ему из дальнего прошлого. Сам убор тоже что-то навевал из воспоминаний: массивный мохнатый предмет, частично закрывающий одно ухо организма, в то время, как вторая часть этой загадочной штуки была задвинута вверх, где заканчивалась коротким шнурком. На самих разумных из одежды были только странного вида брюки с полосками, снизу заправленные в высокие ботинки без шнурков и других креплений, а сверху эта часть гардероба была непропорционально расширена и свободно болталась вокруг тела этих незнакомцев.
        — Мне это напоминает сапоги — подумал Макс, разглядывая одежду этих двух непризнанных лидеров пикета. Брюки тоже что-то напоминают, но вспомнить не получается…
        Между тем, глаза сами продолжали осматривать неожиданных противников — нижняя часть гардероба этих двух недоразумений поддерживалась на их телах специальными узкими полосками гибкой ткани, или чего-то другого, крепясь за одежду небольшими металлическими захватами, и уходя через плечи куда-то за спину.
        — Ипать, я вспомнил!!! Галифе и подтяжки — хлопнул себя по шлему рукавицей землянин, забыв, что он в скафе. Этого не может быть,… потому что этого не может быть! А еще на них шапки-ушанки…песец подкрался незаметно, мля.
        — Что ты сказал, Макс?  — отреагировал капитан — я не понял сказанного…
        — Не обращай внимания, Крун, кое-какие аналогии из прошлой жизни.
        Но больше всего его поразила верхняя часть гардероба двух неформалов: торс им прикрывали полосатые майки без рукавов. У того, что был повыше, эта часть одежды была в красную и белую полоску вперемешку и надписью на всю грудь «Мне все пофиг!». У его партнера это была такая же маечка, только желтая с белым и надписью «Мне тоже налейте!».
        — Эй, организмы, вы кто? Что за представление?  — решил поинтересоваться на всякий случай наш герой.
        Тут два неформатных ни разу типа, снова рванули всем шаблон. Тот, что был пониже сделал шаг вперед, и с криком «Кто на Васю?» разорвал на груди свою полосатку. Более высокий его напарник не стал равнодушно за этим наблюдать и провел свою партию с разрывом полосатого предмета гардероба.
        — А я ваще дурной, кто на нас с Васей?
        Потом эти двое придурковатых артистов еще некоторое время препирались на непонятном всем языке, не обращая внимания на всех присутствующих вокруг. Примерно в таком стиле:
        — Ступид вата идиото организмо!
        — Ноу, ытс ю ступид вата идиото организмо!
        — Фак ю, идиото!
        — Фак ю ту, вата!  — и далее в таком стиле.
        Эта словесная короткая перепалка ввела в ступор не только команду с «Фарди»  — бойцы в блестящих доспехах позади этих двух тоже таращили глаза на своих партнеров по команде, пытаясь понять, что происходит. Выражение полного непонимания ситуации явственно читалось на их желтых лицах — «рыцари» стали немного отодвигаться от двух неформатных организмов, пытаясь дистанцироваться от колоритной парочки. В конце концов, перепалка перешла в выяснение отношений между этими двумя: толкая друг друга в грудь кулаками, они спрашивали друг друга сердитыми голосами: «А ты кто такой?» Наконец у кого-то их наемников не выдержали нервы, и он поставил точку в этой дискуссии двумя прицельными очередями. Стоящие сзади «рыцари» в блестящих костюмах сразу оживились, и стали надвигаться на команду наемников, размахивая мечами, выкрикивая короткие резкие фразы, подпрыгивая и проводя другие непонятные движения руками и ногами. Идиотизм ситуации дошел до предела, добив землянина, и он бросил в командную сеть свой приказ:
        — Валите этих клоунов, мы тут и так слегка задержались — надо местного главгада найти.
        Блестящие доспехи были очень красивы и эффектны, но против современного оружия совершенно не котировались — полминуты массированного огня со стороны гостей оставили от команды рыцарей горку окровавленных и рваных тел — бойцы с мечами не успели даже дойти до дроидов.

        ГЛАВА 2

        В рубке транспортника обнаружился главный гопник местного пространства: зрелище впечатляло — те блестящие латы, что были надеты на бойцах последнего заслона и рядом не лежали с его костюмом. По утонченности форм и линий этого обмундирования технолог понял, что это настоящее произведение искусства каких-то древних мастеров. Сочного темно-синего цвета, отделанный желтыми и серебристыми вставками других материалов по изгибам рукавов и ног, древний наряд был в некоторых местах украшен различными сверкающими камнями. Все это говорило о его эксклюзивности и немалой ценности — тем непонятней было видеть такое чудо на таком корабле. Голова этого типа была почему-то совсем не защищена — это немного озадачило нашего героя, но виду он не подал. Картину завершали два клинка, которые мечник держал в своих руках — тоже эксклюзив, как успел определить землянин. Длиной около семидесяти сантиметров, из матового серого металла с зеленым отливом. Гарда также была украшена драгоценными камнями и имела в своей конструкции серебрянный и желтый материал, как и в некоторых местах костюма. Первым нарушил молчание        — Поганые бриларские собаки, зря вы сюда пришли — вы все здесь останетесь — я сейчас вас всех поубиваю! Эти доспехи и мечи держал в своих руках великий Дже Кичан — легенда нашего директората — они помогут мне сокрушить моих врагов в этой битве. Иййяя!
        С криком этот гад бросился на ближайшего к нему бойца отряда — тот немного замешкался, за что и поплатился: мечник двумя быстрыми движениями укоротил того на голову. Остальным бойцам такое развитие сюжета не понравилось, и они собрались расстрелять обидчика.
        — Не убивать!  — крикнул в командную сеть Крун — использовать парализаторы, не повредите костюм — он, наверное, стоит серьезные деньги, раритет какой-то, ипать.
        Несколько трескучих разрядов, и вот местный самурай повалился дергающейся тушкой под ноги абордажной команде — ближайшие к нему наемники не удержались и от злости отвесили тому пару хороших пинков. Два эксклюзивных клинка разлетелись в разные стороны, выпав из рук узкоглазого героя на пол рубки. Крун дал указание бойцам снять с лежащего пирата сбрую и собрать раритеты: по прибытию в пространство директората трофеи будут оценены и выставлены на продажу на биржевую площадку — оба партнера пришли к мнению, что такой набор должен стоить серьезных денег. Сейчас следовало заняться определением ценности этого корабля — для этого партнерам требовался доступ к центральному искину. А вот для этого надо плотно побеседовать с главным узкоглазым на этой посудине, который, кстати, остался на борту в единственном числе из всего экипажа.
        Действие парализатора должно было закончиться через двадцать-тридцать минут — за это время было решено осмотреть ближайшие помещения на предмет бесхозных ценностей. Наемники разбрелись по каютам мертвого экипажа в поисках этих самых ценностей. Схема сбора трофеев была всем давно известна и проста: собирается все в общий котел, затем оценивается и каждому члену экипажа насчитывается доля согласно договору. Надо отметить, что хоть непосредственно в абордаже принимала участие только абордажная группа, Макс и капитан Крун, тем не менее, и все члены экипажа получали доли — в том числе и пилоты — их взнос в схватке также учитывался. Мелочь, которую трофейщики могли взять себе, также оговаривалась: только то, что можешь унести в руках, и кроме стратегических вещей — как, например, вещички древних, платежные чипы. Крысятничество не поощрялось: утаивший такие вещи член команды рисковал прогуляться в свободный космос без скафа. Каюты капитана, старпома и рубка считались зоной интересов руководства отряда — обыскивать их разрешалось после того, как Макс с Круном лично осмотрят эти помещения.
        Но сначала надо получить код доступа к бортовому мозгу, и оценить степень повреждений транспортника — Юли куда-то удачно попала, так что сейчас корабль не двигался, хотя система жизнеобеспечения работала исправно — атмосфера и гравитация были в пределах нормы. Пока желтокожий организм отходил от воздействия парализатора, технолог сходил посмотреть на то место, где зияла дыра от попадания главного калибра «Фарди»  — специалист хотел примерно оценить масштабность разрушений и шансы на запуск двигательных систем корабля. Все-таки, если он сможет восстановить ход этому монстрику, то это чудо инженерной мысли местных гениев смогло бы само добраться до того места, где его можно будет продать и частично покрыть убытки от потери москитной группы носителя.
        Переделанный транспорт пятого поколения «Шоги-Су» мог потянуть на семьдесят-восемьдесят миллионов кредитов, а при удаче и больше. Технолог подсчитал, что сейчас этот летающий монстр был чем-то средним между легким и средним носителем по стандартам Содружества: более двадцати пяти москитов на летных палубах, но менее ста. Хотя конечно отсутствие внешнего вооружения портило всю картину — неполноценная переделка, ипать. Думая в таком направлении, наш герой добрался, наконец, до пробоины: курсовое орудие «Фарди» проплавило себе тоннель внутрь корпуса на пару десятков метров — все-таки это обычный транспорт, а не боевой корабль — с броней тут кисло.
        Осмотр повреждений на первый взгляд был многообещающим: до бронекапсулы с реакторной группой Юли не добралась, но распределительный модуль, отвечающий за связь искина с двигательным отсеком, был уничтожен. Макс питал надежду, что он найдет на этом корабле необходимые материалы и запчасти для восстановления исполнительной линии — весь модуль вернуть к жизни вряд ли получится, но заставить корабль разгоняться и прыгать он, скорее всего, сможет. Составив себе, таким образом, общее представление о положении дел, землянин стал двигаться обратно в рубку, так как получил сообщение от Круна о том, что местный капитан начинает оживать.
        — Гутен морген — поприветствовал он главного пирата, войдя в рубку.
        Самурай и стоящий рядом с ним наемник удивленно посмотрели на специалиста — немецкого языка тут никто не знал, скорее всего, поэтому повторил то же на интере.
        — Код к искину, э… как тебя там…?  — вопросительно посмотрел наш герой на озадаченного пленного.
        — Сунь-чо Фчай — ответил тот.
        — Что??? Сам туда че-то всунь!  — воскликнул технолог и приложился ботинком скафа к грудине главного гоп-стопера этого корабля. Код давай, бибизяна!  — стоявший рядом Крун с непониманием и удивлением посмотрел на своего партнера.
        — Чего надо засунуть, я не понял?
        — Я сам не понял… Короче, не бери в голову, партнер, это я так, к слову пришлось. А ты чего завис Чета-Фсунь? Код давай, говорю — или ты хочешь обсудить этот вопрос с резаком дроида?
        При этих словах местный главгад заметно побледнел, хотя ненависти в его глазах только прибавилось — через пару секунд на нейросеть пришел пакет с требуемой информацией. Макс тут же воспользовался открывшимися возможностями и сменил старый код на новый — его нейросеть сгенерировала случайную последовательность символов на запрос хозяина. Авторизовался, как новый хозяин корабля и затребовал полный отчет о состоянии, включая грузовые декларации. Пока бортовой мозг составлял доклад новому собственнику, последний решил прояснить некоторые моменты у старого.
        — Слушай, э…, как тебя там, опять забыл… О! Засунь-чо, вспомнил!
        — Я Сунь-чо Фчай!  — потомственный капитан великого Корита — заявило это чудо.
        — Да пофиг, Сунь или Засунь — неважно. Ты мне вот что скажи: как у тебя с кредитами — готов выкупить свою жизнь, потомственный ты наш, мля…
        — Я отдам тебе корабль, полный доспех Кичана, пару легендарных мечей и еще парочку миллионов кредитов. Как тебе?
        — А-ха-ха-ха — землянин вместе с Круном согнулись в приступе хохота — рассмешил ты нас, Сунь-чо там что-то… Это и так уже наше, а пара миллионов — это слишком мало за жизнь такого героя, как ты, хе-хе. Попробуй подумать еще разок,… кстати, я вот не понял: костюмчик этот твой — он какой-то незаконченный, что ли — голова совсем не защищена, да и кисти рук открыты. Деталей как бы не хватает — где потерял, болезный?
        — Бриларцы — сказал, как сплюнул пленный — все мыслите своими категориями, шлем им подавай, и так далее… Все там есть, просто иссякла энергия божественная, как герой Дже последний раз его снял с себя: этому доспеху несколько тысяч лет — он старше нас всех вместе взятых. Я его получил от своего отца, мой отец получил от моего деда, и так далее… Это наша национальная реликвия — доспехи умершего бога, как называл это герой Дже Кичан. Моя семья хранила этот реликт несколько сотен лет, а как он попал к нам, никто не помнит уже — это было еще до того, как у нас узнали о Содружестве. За это время утерян секрет преобразования костюма в полный закрытый доспех, да и мечи потеряли часть своей мощи — по преданиям наших легенд они разрезали любого противника в любой защите. Думаю, даже ваши бриларские скафы эти мечи тоже бы разрезали без труда в полном их функционале. Вот так вот, а ты мне «шлема нет, перчаток нет», мля…
        — Хм, все это, конечно, очень интересно, мой узкоглазый друг, но вернемся к деньгам: не поверю, что у такого бойца совсем нет кредитов — два миллиона, как-то маловато, как считаешь, Крун?
        — Точняк, думаю, он нам врет — надо ему эту тему перетереть с дроидом — поддержал его мысль напарник.
        — Ладно-ладно, уговорили — оживился Сунь-чо — есть кое-какие резервы, держал для души, так сказать. В моей каюте в подушке чип запароленый — там четырнадцать миллионов кредов — этого хватит на бесплатный проезд в Поднебесную систему?
        — Кидай пароль к чипу, проверю. Если все так, как говоришь — поедешь, как вип-пассажир… в медицинской капсуле, с комфортом, ха-ха-ха.
        Тут мужчине пришел на нейросеть короткий набор символов, и он поспешил в каюту главного пирата проверить информацию. Чип действительно оказался в подушке — оригинальный способ хранить денежные средства, технолог даже удивился такому тактическому ходу, правда подушка после его поисков превратилась в кучу резаных лохмотьев. Проверка содержимого чипа подтвердила информацию пирата, поэтому довольно скоро Сунь-чо отправился отдыхать в длительный оздоровительный сон: договор есть договор — следовало придерживаться неписаных законов наемников.
        Затем вместе с Круном стали осматривать каюты капитана и старпома, разделившись при этом: Круну отошла каюта старпома, а Максу капитанское помещение. Сейф главаря ничем особенным не обрадовал землянина — куда девал награбленное бывший хозяин судна, было непонятно — посредственное оружие пятого поколения коритского производства, комбинезоны, прочая ежедневная мелочь — все это не заинтересовало нашего героя. Большое количество различных сувениров и непонятных мелочей также не впечатлила изыскателя, вообще складывалось впечатление, что капитан и его команда прожигали свои кредиты при первом удобном случае, так как ценных вещей почти не наблюдалось — только то, что требуется человеку на каждый день.
        Уже собираясь покидать юту каюту, решил осмотреть ее своим вторичным взглядом: тут обнаружились некоторые интересные моменты. В потолке он увидел сразу несколько миниатюрных активных энергоматриц: желтая, зеленая, голубая и синяя — все четыре находились как бы в одной точке, перекрывая свечение от друг друга.
        — Опять верхние коммуникации и опять какой-то неправильный дроид, скорее всего — думал технолог, связавшись при этом со своим искином на «Фортере»  — для вскрытия обшивки в таком месте идеально подходил диагност — ремонтники для такой тонкой работы не подходили.
        Ждал прибытия бойца недолго — скорость перемещения у паучков была выше, чем у людей. Отправил работника работать — пару минут, и паук возвращается с шестигранным цилиндром — аналогом того, что он вскрывал когда-то у Михала, еще в свою бытность гарморским рабом. Пригляделся внимательней к самому хранилищу — желтая матрица отвечала, скорее всего, за активную кодовую лицевую панель мини-сейфа — в прошлый раз не решился ее вскрывать, опасаясь неприятного сюрприза внутри. Так как снова захотелось оставить такой красивый девайс себе, то пришла мысль откачать энергию из его микро накопителя — может тогда он сам откроется. Сказано-сделано! Секунда времени, и активная лицевая панель устройства тухнет и с легким щелчком отваливается от корпуса — вуаля, доступ открыт. Внутри обнаружил три уже знакомых ему непонятных цилиндра — такие же, как и у него, только поверхность у всех была разной: тот, что светился синим имел гладкую полированную без единой царапинки. Два других, которые он воспринимал как зеленый и голубой шарики, были не такие идеальные: немного шершавые с поперечными концентрическими бороздами.
        — Интересно, кто-то собирал такую коллекцию, вот только непонятно для чего: в базе артефактов Дэ’галир эти предметы не имели никаких пояснений — что это, зачем это нужно, как его применять? И кто это собирал: наш спящий капитан или предыдущий владелец этого корабля? Вопросы, вопросы… Ладно, находку потом буду осмысливать и, кстати, сам контейнер можно попробовать использовать по новой,… хотя чего тянуть — прямо сейчас и проверю свои догадки.
        Идея основывалась на гипотезе, что после отключения энергии от кодовой панели, в устройстве сбрасываются все установки, и можно будет ввести новый пароль. Решил влить капельку из своего резерва — выдавливать из себя энергию уже наловчился неплохо — пара секунд напряжения, и панелька приветливо подсветилась его нейросетью. Предлагалось ввести новый пароль, что он тут же проделал, сгенерировав его своей сеткой. Несколько несложных процедур, и вот уже цилиндр вернул себе свой законченный вид — пусть пока это непонятное добро полежит там, дожидаясь своего часа. За такими делами его застал бортовой искин, сбросивший отчет о состоянии судна. Ничего непоправимого: требовался ремонт обшивки в тех местах, где Юли пару раз удачно попала в корпус, восстановление модуля коммутации с двигательной группой и ремонт каркаса в месте, где курсовые орудия «Фарди» проделали небольшой тоннель, добираясь до этого самого модуля. Список грузов удручал — похоже, что эта гоп-компания только вышла на охоту, когда им попался их кораблик — ничего ценного, что могло бы покрыть его потери в москитном флоте.
        — Кстати, я так до конца и не знаю, сколько КИПов мы безвозвратно потеряли — займусь этим после ремонта приза, надо вернуть ему ход, дальше будем думать с Круном, как достичь Корита на двух кораблях — не оставлять же такой подарок тут…
        — Крун, я вернусь на носитель, возьму оттуда штатный ремкомплекс — надо восстановить этому корыту ход, думаю утащить с собой в Корит и там продать — немного покроем убытки. Правда, надо еще подумать, как их обоих пилотировать — у нас всего три пилота с базами на средние корабли…
        — Вообще-то у меня тоже такие навыки изучены, могу быть четвертым пилотом…
        — …ипать, ну ты и жук, Крун! А что ж ты все это время молчал, шифровался — мы втроем уже замучились вахты делить, м-дя…
        — Ну так, я ж целый капитан корабля, надо же соответствовать, как никак…
        — Да,…удивил. Но это хорошая новость — значит, вопрос перегона трофея уже не стоит, тогда я начинаю заниматься ремонтом.
        Слетал на «Фортере» на борт носителя, там немного пообщался с Юли, взял под контроль управляющий модуль комплекса и озадачил его погрузкой своих подопечных в трюм копателя — все равно на носителе ему делать нечего, так как тот не получил никаких повреждений в прошедшем столкновении. Поставил задачу пилотам заняться вылавливанием и транспортировкой в район больших кораблей поврежденных КИПов обеих сторон конфликта — часть уже успела отлететь довольно далеко от места стычки. Так как на ходу пока имелось только четыре тяжелых «Кат-6х1», то взял с собой на «Фортер» в обратный рейс часть пилотов — пусть берут под свой контроль рабочие кораблики пиратов, обнаруженные на летных палубах приза, и помогают своим коллегам. Прикинул, что выполнять эту задачу бойцы будут весь оставшийся день и часть следующего — много времени уйдет на сбор отлетевших кусков корабликов, с которых специалист собирался снять уцелевшие модули, чтобы использовать их для ремонта более крупных частей истребителей и штурмовиков.
        Для восстановления коммутационного модуля двигательного отсека решил использовать детали с других, менее нужных в предстоящем полете узлов — таких оказалось мало — корабль был простым транспортником, переделанным в носитель. Оставил грузовые трюмы без возможности управлять ими через искин — там и так почти не было ничего, в крайнем случае, можно все проделывать и в ручном режиме, прямо на месте. Демонтаж требуемых деталей провел за три часа с небольшим — часть дроидов отправилась зализывать раны на обшивке корабля, благо управляющий модуль комплекса прекрасно справлялся с раздачей фронта работ своим подчиненным работникам. Особо стараться не было смысла, главное — вернуть кораблю ход и возможность маневрирования, полное предпродажное восстановление, при необходимости можно будет провести на месте по прибытии в директорат, так как материалов для полноценного ремонта на борту не было.
        — О чем думали эти горе-нагибаторы?  — удивлялся наш герой, когда управляющий паук комплекса в очередной раз озадачивал его вопросам, откуда брать материалы для ремонта. Как они вообще-то летали, без резервов, без НЗ — я в шоке!
        К концу дня удалось восстановить в рабочее состояние модуль связи искина и двигательной группы — дал задание бортовому умнику протестировать собранный узел и определить степень готовности реакторно-двигательной связки к прыжкам. Железка потребовала на анализ полчаса — согласился.
        — Тест двигательной группы — 90 % функциональность, тест реакторной группы — 90 % функциональность, коммуникационный модуль -70 % функциональность, нет отклика от грузовых модулей — отчитался искин.
        — Понятно, чтобы достигнуть директората нам хватит и этих 70 % ресурса, там поменяем на что-то оригинальное,…может быть. Про трюм я в курсе. Осталась одна проблема — каркас и обшивка в зоне попаданий «Фарди»  — тут все плохо, нет материалов… Вижу только один выход — собираю все, что останется после ремонта малых кораблей, свариваю все это в кучу по месту пробоины, попутно заливая все это герметизирующей пеной — надо восстановить герметичность корабля на время полета.
        — Крун, принимай этот корабль под командование — я на «Фарди», восстанавливать наш убитый флот.
        — Давай, я пока тут с абордажниками осмотрюсь…
        Ремкомплекс забрал с собой — собирался подключить к восстановительным работам свою подругу, но на сегодня больше никаких действий не планировал, так как пилоты еще стаскивали в кучу битые кораблики и их части. Более-менее целые экземпляры уже затянули на летную палубу носителя, убрав оттуда остатки абордажного бота пиратов — всего там сейчас находилось около пятнадцати КИПов — только «Каты» и «Монтри». Восстановление было решено начать со своих бортов, оставив на конец работ вражескую технику — все-таки это было пятое поколение — свой флот шестого был в приоритете.
        Корабельный комплекс «Задер-М640» радовал землянина своей функциональностью — с утра следующего дня они с Юли занялись ремонтными работами — дело двигалось легко и бодро, так как не было необходимости все время держать ремонтников под прямым контролем по отдельности — достаточно было задать направление работ главному пауку. Припахали и свой комплекс «Крюги — 63 м»  — лишних рук, то есть манипуляторов много не бывает. Вначале была поставлена задача полной диагностики поврежденных кораблей — к сожалению, из двадцати четырех штатных КИПов сейчас имелось только четыре тяжелых штурмовика — те, что остались на ходу после стычки. По результатам оценки, из пятнадцати, притянутых на палубу для ремонта, восстановлению подлежали только десять — остальные пять пойдут как доноры для своих более удачливых собратьев. Диагносты проверили все, что смогли и дальше в работу включились уже ремонтные бригады и их помощники — грузчики.
        Так как рабочие чертежи и схемы были заложены в память главного ремонтника, то сами Макс и Юли почти ничего не делали, изредка контролируя ход процесса и вмешиваясь там, где управляющий модуль спрашивал мнение у разумных. Трудовой процесс затянулся на двое суток — за это время все, что представляло какую-либо ценность, было складировано на летной палубе, благо места хватало, так как сейчас штатная палубная эскадрилья представляла их себя урезанную версию начального варианта. Из девяти тяжелых штурмовиков осталось всего шесть машин — к четырем уцелевшим удалось добавить еще два — эти аппараты оказались достаточно живучими и ремонто пригодными. С истребителями было хуже: из полтора десятка сейчас имелось только восемь работоспособных «Монтри». Чтобы как-то заполнить потери, перегнали с борта приза оставшиеся семь целых «Самтур-Б5»  — получалось, что в наличии имелось тринадцать тяжелых машин пятого и шестого поколений почти поровну и восемь истребителей, при этом абордажные боты в расчет не брались.
        Теперь подошла очередь и для трофейного малого флота. Заниматься восстановлением корабельной техники специалист решил на борту их пиратского носителя. Тут было еще хуже, чем со своей москитной группой: относительно целыми оказалось всего восемь машин — три тяжелых «Самтура» и пять истребителей «Тувис-Б5». Так как доноров было много, то решили эту проблему за пять часов — двойку штурмовиков сразу перегнали на «Фарди», где были пустые парковочные площадки, доукомплектовав, таким образом, эскадрилью до штатного количества. Потом Макс занялся сборкой новых корабликов из останков и запчастей их менее удачливых коллег. Вначале дал указание управляющему паучку на разборку доставленного материала — на глаз, около двадцати корпусов, сохранивших какое-то подобие боевого корабля.
        Часть ремонтников задействовал для демонтажа целых модулей со всего остального хлама, когда-то бывшими боевыми машинами. На все работы по разборке и систематизации пошло полтора суток: паучки работали, а землянин чередовал это время между сном и приемами пищи — красота. Еще трое суток пошло на сборку новых КИПов — сорок ремонтников смогли собрать двенадцать истребителей и еще два штурмовика. На этом закончились необходимые запчасти и доноры — итог почти недельных ремонтных работ оказался весомым: не считая полной укомплектованности «Фарди», удалось заполнить палубу призового корабля почти на половину первоначального состава. Теперь тут имелось в наличии три тяжелых штурмовика «Самтур-Б5» и семнадцать истребителей «Тувис-Б5», жаль только, что пилотов сейчас было существенно меньше, чем летающего железа.
        К тому времени все раненые были в строю: штатные медицинские капсулы носителя и шахтера вернули им полноценное здоровье. Теперь оставалась самая нудная и тяжелая работа — используя останки малых бортов закрыть каким-то образом пятнадцати метровую пробоину в корпусе. Части корпусов скреплялись между собой другими частями — стояла задача создать несущую конструкцию поверх дырки, которую потом будут заливать герметизирующим составом. Здесь Макс не особенно церемонился с внешним видом заплатки — за шесть часов работы удалось склепать два слоя композитных нашлепок, пространство между которыми дроиды стали заполнять быстротвердеющей герметизирующей пеной. Запасов этого аварийного материала было достаточно как на «Фарди», так и на призовом корабле, поэтому, в первую очередь использовал трофейные запасы. Когда внутренний слой герметизирующего материала был готов, послал паучков на внешнюю обшивку, чтобы еще там распылили дополнительный слой — для страховки, так сказать — путь еще предстоял не близкий. Затем дал указание бортовому искину судна на восстановление атмосферы и проверку герметичности под
давлением — результат многочасовой работы удовлетворил технолога и самого умника — гибридная конструкция держала давление не хуже оригинальной обшивки. Теперь следовало подвить итоги.
        — Итак: минус три тяжелых «Кат-6х1»  — это двенадцать миллионов, минус семь легких «Монтри-6а»  — это еще двенадцать в убытке, потеря высококвалифицированного персонала — это очень серьезно — такие люди всегда в недостатке. Надо будет по прибытии в зону действия ретрансляторов Содружества, как распродадим добычу, выплатить родственникам компенсации — человека это не вернет, но свои обязанности надо выполнять четко и своевременно. Зажимание компенсации за погибших среди наемников было вторым по тяжести проступком, сразу после крысятничества при подсчете трофеев. Суммарные потери по итогам этой встречи тянули почти на тридцать миллионов, с учетом этих выплат. Оставалось надеяться, что удастся хорошо пристроить этот приз, а еще могут потребоваться некоторые средства на окончательное восстановление каркаса и обшивки.
        — Так, а что у нас в плюсе?  — продолжал математические подсчеты землянин. Сам кораблик потянет на миллионов восемьдесят, ориентировочно, хотя… Это ведь что-то между легким и средним носителем, так что это еще надо будет на месте посмотреть. Хм, в принципе, если больше не будет таких «встреч», то я опять в плюсах — обрадовался технолог — главное, это чтобы к нам больше не лезли всякие разные организмы с претензиями.
        Так как все вопросы в этой системе были решены, то следовало выдвигаться дальше по маршруту — итак просидели тут лишнюю неделю. Посоветовавшись с Круном, разделили экипаж: на «Фарди» он с Юли, четвертак абордажников и половина пилотов, а остальные переходили временно на приз. В итоге, на каждом корабле было по два пилота для очередности вахт — сам наемник сначала стал возражать — покидать свой корабль, где к тому же находился ценный груз, ему не хотелось, но Макс категорически отказался разделяться с девушкой, и тому пришлось уступить партнеру. Начали совместный разгон — первым в прыжок ушел «Фарди»  — более современное оборудование давало о себе знать, несмотря на то, что оба корабля были примерно одинаковыми по габаритам.
        — М-дя, слабоват этот кораблик для одиночного плавания — делился своими мыслями мужчина со своей подругой — предстояло провести первые восемь суток первого прыжка. Все-таки легкий носитель со своим небольшим палубным флотом больше подходит для групповых передвижений — вот напоролись на этого пирата, чуть больше нас, и все — если бы не наша «кипорезка» с его специализацией, покрошили бы тут всю команду вместе с Круном. Вся эта заварушка, только подтвердила мои стремления к покупке большого корабля,… а еще лучше небольшой группы.
        — Как ты себе это представляешь? Группы бывают разные…
        — Небольшой ордер: большой носитель на полторы-две сотни малых бортов, несколько малых специализированных суденышек, например, разведчики, торпедоносные фрегаты или эсминцы. Огневая поддержка в виде парочки крейсеров с тоннельными орудиями — ограничений тут нет, что себе сам скомбинируешь, то и получишь.
        — Это сколько же кредитов надо, чтобы все это купить,… а еще наем экипажа…
        — Вопрос не в количестве денег на счету, а в том, где купить самое последнее поколение, доступное гражданским лицам. Вот в нашем родном Бриларе специализированные корабли шестого поколения не продают, я уже пробовал прощупать почву в этом направлении. С пятым проблем никаких, но зачем брать уже устаревшее, если можно взять новое?
        — Я как-то об этом не подумала,… кто же такое продаст нам?
        — А вот тут ты удивишься — я кое-что нарыл в инфосети: есть такое государственное образование, как конгломерат Хаман — они постоянно воюют с негуманоидами разными, хоть и не очень удачно пока. Сильно военизированное государство — почти все население тем или иным образом считается военнообязанными. А что это значит?
        — И что же? Удиви меня…
        — А то, что гражданские в пространстве этого конгломерата могут свободно покупать и пользоваться любой техникой, кроме конечно, седьмого, новейшего поколения. И это относится не только к гражданам самого Хамана — любой гражданин Содружества тоже может купить, кроме рабовладельцев — тех там не любят почему-то, ха-ха.
        — О! Удивил, кто ж этих серых любит?  — фыркнула подруга. А вот эти желтокожие, куда мы летим — как к ним относятся местные?
        — Да, тут тоже небольшой затык: местные смуглокожие почему-то не приветствуют у себя цветные расы — вот такой парадокс. Как говорится, не нравится — иди и жалуйся валлингам, ха-ха-ха. Короче, система проста и понятна — плати и забирай.
        — Это так далеко, Максик… Пока долетим до Корита, потом обратно домой, а потом оттуда в Хаман — так можно год летать — это как-то слишком много…
        — А зачем нам возвращаться в Брилар? Мы же хотели полетать по Содружеству — вот и случай представился: Хаман к директорату ближе, чем к Брилару — я проверял уже. Можем отправиться с каким-нибудь торговым караваном в Дивели — это уже полдороги до смуглокожих. А там найдем еще что-нибудь попутное в нужную сторону — между Дивели и Хаманом оживленное движение — даже сможем наняться в охрану, тогда не мы будем платить за перелет, а нам заплатят — ха-ха-ха.
        Первые три прыжка решили пройти максимально быстро, без разгрузочных тренировок пилотов и бойцов: еще свежа была в памяти стычка, забравшая часть команды. Затем стали все-таки останавливаться для таких разминок — сидеть без движения по восемь-девять суток внутри металлической коробки тяжело. Во время второй такой остановки немного пообщались с Круном.
        — Макс, ты заметил, что мы уже во фронтире директората?
        — Да?… Точно!  — текущая позиция системы 42-ДК-104л — можно сказать, что почти прилетели — осталось всего три прыжка до Поднебесной системы — потерпеть еще пару недель.
        — Я бы так не радовался, сейчас начинается самая опасная часть маршрута, ведь, чем ближе к обитаемым системам, тем большая вероятность напороться на любителей чужого имущества.
        — И что ты мне предлагаешь, я не понял — вернуться в Брилар?
        — А-ха-ха-ха, рассмешил ты меня, партнер, о-хо-хо-хо…вернуться, кхе. Нет, конечно, команда готова к бою, глупо останавливаться. Следует перемещаться в таком порядке: первым прыгаешь ты на «Фарди»  — все-таки у вас есть вооружение, а то, что у вас на борту неполный экипаж, так это никому не известно. Так что у вас больше шансов отбиться, а там и мы выскочим, и если что — поможем.
        — Хорошо, но предлагаю сделать не три прыжка, а четыре, короче стандартного на три системы. Если двигаться так, как посчитал искин, то выше вероятность выпасть в системе, где кто-то есть: все ведь умеют считать, сколько надо проскочить среднему кораблю за один прыжок, а так выйдем за две системы до последней точки прыжка. Думаю, что так близко от Поднебесной системы уже летают патрули, и там более-менее безопасно.
        — Хм — некоторое время наемник размышлял, поглядывая куда-то в сторону, очевидно на тактический голоэкран. В принципе можем и так — в этой системе, кстати, нет никаких астероидных поясов — сделать засаду проблематично. Хорошо, сделаем по-твоему — четыре прыжка вместо трех, прыгай — мы за тобой.
        В следующей точке выхода вывалились возле местного газового гиганта, и очень удачно — в системе шел бой — отношения выясняли две группы кораблей, примерно равных по оснащенности. Макс терпеливо ожидал выход из гипера своего напарника — по его примерным расчетам, при одновременном прыжке, «Фарди» выходил в обычный космос на полчаса-час раньше транспорта в трех случаях из четырех. Пресловутый космический рандом был более благосклонен к более продвинутому кораблю. Пока ждал, оценивал местную свалку-драку: один легкий носитель четвертого поколения в паре с крейсером поддержки против трех легких крейсеров также четвертого поколения. Кто одержит верх в этом состязании, было непредсказуемо — обе стороны имели как свои преимущества, так и свои недостатки. Попыток связи с ним никто не делал, поэтому «Фарди» изображал из себя мирный транспорт на краю системы. Наконец вышел из прыжка второй корабль их дуэта — немного неудачно — внутри системы возле третьей планеты, и Макс стал сразу разгоняться в его сторону. Оживился искин «Фарди»:
        — Входящий вызов от капитана Круна, принять?
        — Давай.
        — Макс, тут у меня на связи какие-то организмы воюющих, я тебя подключу в канал, мне кажется, одна из сторон знала этого Сунь-чо — вызывают его упорно. Поговорю, пока ты ко мне доберешься.
        — Подключай, мне до тебя сорок минут на форсаже.
        Искины двух дружественных кораблей создали локальную сеть, так что вскоре наш герой участвовал в беседе, как сторонний наблюдатель…пока.
        — …Эй, Сунь-чо, чего молчишь, не отзываешься, давай помогай мне, чего ждешь?
        — Сунь-чо уехал в отпуск, я за него — на узкоглазого смотрел неизвестный ему человек белой расы — Крун ждал ответа удивленного коритца.
        — Я не понял: какой отпуск, куда это он уехал, он мне миллион должен — тут сзади к говорившему подошел еще один такой же типаж, и показал ему два пальца. Эй, как тебя там…неважно — два миллиона, кхм. А ты вообще кто, я не понял?
        — Я родственник, взял эту калошу в аренду на десять лет, есть возражения?  — Крун тянул время.
        — Какой-такой родственник, у этого желтомордого их давно нет, подохли все до одного,… да и белый ты…
        — Ну, не знаю, что он там говорил, но я родственник…дальний…очень-очень, вот!
        — Так я не понял, родственник, кто мне будет два миллиона отдавать?
        Тут связь немного прервалась, так как противник этого индивида провел удачный залп, однако через пару минут связь опять восстановилась.
        — Так что там с моими миллионами, родственник?
        — Слушай, э… как тебя там…?
        — Можешь называть меня Тама-сука Бо…
        — Да вы издеваетесь!  — не выдержал землянин и заржал прямо в общий канал — я плакаль!
        — Эээ…родственник, я не понял, это кто там еще?
        — Кхе, хм — Крун держался из последних сил — это мой напарник, видишь на схеме носитель — мы тут вместе летаем. Короче, Тама…о-хо-хо, кхе — меня твои проблемы с миллионами не волнуют, я тут вообще арендатор — ищи своего Сунь-чо и с ним решай свои долги…
        — Какой-такой арендатор? Не знаю такого, что это такое? Ты помогать мне будешь — меня тут атакуют какие-то организмы…?
        — Арендатор — это тот, кто что-то берет во временное пользование, что-то там немного платит хозяину этой вещи, но ни за что не отвечает. А потом внезапно пропадает или сам, или вместе с этой вещью, понял?
        — Эээ…
        — Вот видишь, ты все понял. Все, не отвлекай меня больше, нам еще с партнером далеко лететь, да и сам не отвлекайся — у тебя тут есть и так с кем поговорить по душам, хе-хе.
        К тому времени «Фарди» уже достиг своего коллеги и Крун стал разгонять свой корабль вслед напарнику. Тама-сука еще что-то пытался выяснить у нового хозяина транспорта, но тут его противник усилил натиск, и ему резко стало не до разговоров — тут бы свое имущество сберечь и жизнь, а долги можно и потом собирать. Вскоре оба корабля нашего дуэта поочередно набрали необходимое количество энергии для прыжка и провалились в изнанку космоса на пути к следующей точке маршрута. Землянин решил немного времени посвятить своим трофеям, которых у него уже скопилось пару штук: вначале следовало разобраться с последней находкой — непонятными цилиндрами древней расы.
        На этот момент таких было четыре: три были энергоактивными, а четвертый был пустым в этом плане. Технолог брал их в руки по очереди, пытаясь как-то взаимодействовать с их внутренними источниками, по аналогии с тем, как он делал с другими энергоматрицами. Все попытки были безуспешными — видимо это были какие-то неправильные цилиндры, или внутренний источник не мог отдавать или принимать энергию в принципе. Максу даже стало интересно — закапсулированаая энергия, недаром в базе по артефактам Дэ'галир, предназначение и свойства этих предметов были не описаны — точнее ученые Содружества не смогли понять, зачем нужны эти изделия.
        — Жаль, я думал, что смогу разобраться с этими диковинками с помощью своего дара — загрустил наш герой — прилетела птица обломинго, м-дя. Особенно интересно то, что все три рабочих (свой трофей он считал мертвым куском — тот никак не светился) имеют разный цвет своих источников. Если развивать аналогию с мощностью энергоустановок человечества, где чем темнее сфера, тем она мощнее, то тут лезет в голову идея о том, что это какие-то активаторы, или ключи доступа, и чем темнее внутренний источник, тем ценнее сам цилиндр,…наверное. И вот, кстати, наблюдение: у моего мертвого — поверхность сморщенная, зеленый выглядит получше, а самый отполированный и блестящий — синий. А может, это какой-то аналог одноразового аккумулятора для специализированного устройства, чем ниже уровень заряда, тем светлее внутреннее свечение — может это ближе к правде, кто подскажет?
        Уложив все четыре предмета обратно в контейнер-сейф, землянин вспомнил о том подарке от лохматого шахтера — непонятном искине производства Рушкостана. Так как делать в прыжке все равно было нечего пока, если не считать тренировок на беговом тренажере, то специалист решил вплотную заняться этим чудом. Помня о предупреждении не подключать это изделие в корабельную сеть, он озаботился устройством удаленного терминала — хотелось посмотреть на этот девайс без вреда для корабля. Ничего особенного от такого устройства он не ждал — уровень развития Рушкостана не оставлял надежд на чудо. Сначала следовало осмотреть коммуникационные разъемы аппарата: тут наш специалист немного завис — на контрольной панели обнаружилось несколько стандартных контактов, но возле них были непонятные ему надписи. Ну, например: Пц1, Стн. кнт.2, Вых.2, Вх.1 и так далее — технолог немного растерялся — вроде и все стандартно, но эти непонятные надписи вводили его в недоумение.
        — Ничего не понял, они там в этом протекторате, совсем ненормальные, что ли?  — бормотал землянин, подсоединяя кабели по соответствующим разъемам — и так ведь понятно, что круглое в квадратное не войдет. Или у них войдет? На пьяную голову всякое возможно,… но зачем тогда еще все усложнять непонятными сокращениями — напиши мелким шрифтом полностью, если уж так надо, зачем эти сложности?
        Немного позже его довела до истерики табличка с эпической картинкой, где в нескольких рисунках изготовитель пояснял будущему счастливому владельцу продвинутого девайса порядок заполнения охлаждающей системы холодоагентом. Рисунок № 1 показывал фигуру разумного, держащего в руке емкость с национальным напитком рушиков, снимающим с нее пробку. Рисунок № 2 был зачеркнут крест-накрест красным цветом — на нем была нарисована та же фигура разумного, но с емкостью, поднятой ко рту.
        — Хм, очевидно, это значит, что пить нельзя — размышлял здраво технолог, поскольку на последнем рисунке № 3 был изображен тот же разумный, заливающий жидкость в отверстие для заполнения охлаждающей системы искина.
        — Но это же очевидный конфликт интересов — продолжал вслух размышлять мужчина — залить вадяру еще куда-то, кроме своего организма? Это же разрыв шаблона — все равно, что кредиты выбросить в космос! Кстати, надо будет проверить, чем залит этот агрегат, есть у меня подозрения, что последний его владелец проигнорировал руководство изготовителя и заполнил искин стандартной охлаждающей смесью. Вот тут даже есть еще одна странная надпись красной краской: «Только ВАДЯРА!».
        Решив не откладывать на завтра то, что можно сделать сейчас, взял пробу из горловины устройства. Результат его обескуражил — внутри была простая вода — даже не охлаждающая смесь.
        — Ипать, даже смесь высосали, организмы!  — остолбенел специалист — из изученных баз он знал, что сама стандартная охлаждающая жидкость имела в своем составе некоторое количество алкоголя.
        ГЛАВА 3
        Перед включением провел профилактику — продул корпус, удаляя оттуда пыль, промыл систему, залив ее стандартной смесью — решил пока не рисковать и обойтись без вадяры — тестовый запуск все разъяснит. Осмотрел внешне на предмет механических повреждений — вообще, агрегат был очень необычен по своей конструкции — вместо стандартного шестигранного цилиндра, это была пятилучевая конструкция красного цвета с перфорацией для естественного воздушного охлаждения — видимо в дополнение к обычной охлаждающей системе. На нижнем торце конструкции нашел две заводских таблички с маркировкой агрегата и непонятной символикой. Последняя ему что-то смутно напоминала из дальнего детства: вогнутый острый ручной инструмент с короткой перпендикулярной ручкой и другой ручной инструмент ударного действия с длинной ручкой и массивным набалдашником на одном конце. Эти два предмета были перекрещены на изображении. Надпись на другой табличке, очевидно, обозначала марку устройства: «ИНСМПР-Мега-Б». Версия программного обеспечения альфа минус, группа Б-7. «Рушкостан, Юшкар-оляля».
        — Что, что???  — удивился читавший — это было сильно, я признал… О! Тут какое-то дополнение к маркировке: ну-ка, ну-ка: «Искин нестандартный с саморазвивающейся психоматрицей реальности, кратко ИНСМПР-Мега-Б». Капец,… да они там точно упоротые на мозг какие-то, ипать. С маркой агрегата вообще полный аллес-капут, попробуй, пойми, какое поколение и специализация у этого чуда…? Ладно, будем разбираться по ходу действия, пора активировать.
        Загадочный искин активировался красиво — оказалось, что конструкция изнутри как-то подсвечивалась в такт заигравшей музыке, которая напоминала ему перезвон колоколов. Конструкция вспыхивала насыщенным красным цветом, иногда добавляя в палитру белый и синий цвета — зрелище впечатлило даже практичного Макса. Затем над верхней плоскостью агрегата появилась небольшая голограмма изготовителя с какой-то двухголовой зверюгой, а затем ей на смену пришла фигурка человека, одетого, как… Тут мужчина опять залип: внешний вид разумного на этой голограмме напоминал ему тех двух пилотов в полосатых майках, которые встретились им при захвате транспортника узкоглазых. Та же высокая, до колен, обувь черного цвета, те же широкие штаны на подтяжках и та же традиционная «сапка-уссанка» на голове с поднятым клапаном над одним ухом, майка, правда, была сине-белой расцветки.
        Землянину пришла в голову мысль, что голограмма для искина — это отличная задумка, обязательно надо будет посмотреть что-то в этом плане для Марса, да и матрицу саморазвития тоже было бы неплохо установить — равнодушное, без эмоций общение бортового мозга оставляло желать лучшего. Но тут внимание специалиста привлекли непонятные движения, которые проводила фигурка на голограмме агрегата: человечек странно крутился на месте, оглядываясь и делая вид, что он к чему-то принюхивается. Что еще больше заинтересовало мужчину, так это то, что как-то поприветствовать хозяина или обозначить свою готовность к работе, этот предмет не собирался — следовало ему напомнить об этом.
        — Искин, доклад — привычно обратился к голограмме технолог.
        — Ипать… блянах, ты кто такой ваще?  — разразилась воплями эта рушкостанская конструкция.
        — Кхе-кхе — сбился с ритма дыхания специалист — что за выражения? Я твой новый хозяин, повторяю приказ — доклад.
        — Э…эта,… О! Типа понял, спокуха чувак, щас все будет!  — через пять секунд на нейросеть пришел короткий пакет информации, просмотрев который, Макс впал в уныние — характеристики агрегата были тоскливыми.
        Голограмма продолжала, между тем, свои непонятные движения, что подвигло нашего героя на закономерный вопрос:
        — Что это ты тут изображаешь, железка? У тебя же нет органов чувств, к чему этот цирк?
        — Че за подстава, мужик, я похож на фраера? Ты че мне залил в систему? Опять эта голимая смесь…
        От такого заявления наш герой на несколько секунд потерял дар речи — к такому повороту сюжета он был абсолютно не готов. Между тем, устройство продолжало свой монолог.
        — Не везет мне что-то по жизни, опять жлоб какой-то попался… Вот предыдущий, правда, был еще жлобливее — вылакал всю вадяру, а залил простой воды, сволочь — как в таких условиях работать нормально? Эх,… а вот еще раньше я работал у правильного пацана — он меня только элиткой заливал: перцовка, шнапс, смага, столичная особая — четкий пацанчик был, жаль куда-то пропал… Слышь, брателло, а ты какой масти будешь?
        Макс пребывал в затруднении: с одной стороны, свободная нестандартная манера общения этого искина была довольно оригинальной, а с другой стороны имелось какое-то неуважение устройства к хозяину, которое следовало подавить в зародыше. Он вспомнил слова лохматого главы профсоюза шахтеров о том, что они использовали этот девайс только для общения. По всей видимости, больше ничего этот девайс не умел, что собственно подтверждалось полученным пакетом информации. Не придя ни к какому решению, продолжил непростой разговор с саморазвивающейся психоматрицей изделия «ИНСМПР-Мега-Б».
        — Искин, что ты умеешь делать? Я посмотрел твои показатели — тебе только в утилизатор дорога.
        — Опа-чик. А ты чо предъявить мне хочешь? Инструкцию читал? Там все четко описано — только вадяра предусмотрена, как рабочая охлаждающая жидкость. Все остальное опускает мощность процессорного ядра, сильно снижая мои возможности. Так что претензии не принимаются, хозяин.
        — Да какие там у тебя возможности, металлолом говорящий? Тебе только сливным бачком в туалете управлять, хе-хе — разговор начинал нравиться Максу.
        — Слышишь, Вася, о чем ты шепчешь? Чо ты мне тут исполняешь? Я продвинутый девайс — могу управлять много чем, вот например, даже пищевым синтезатором — вот!
        — А-ха-ха-ха, рассмешил ты меня,… зачем им управлять, там и так все просто и понятно, о-хо-хо-хо, клоун, ипать рушкостанский.
        — Кстати, хозяин, могу напомнить одну народную мудрость: слишком часто улыбаться вредно — могут зубы окислиться…
        — Неожиданно, удивил — снова задумался технолог над судьбой этого неформатного агрегата.
        А сам искин продолжать вводить в ступор своего нового хозяина-собеседника:
        — Пацик, дай скаф потаскать — мне разок до лабаза сгонять, и все…
        — Кстати, хозяин — класные у тебя шузы…
        — Ладно, сейчас поменяем тебе состав в системе, и посмотрим, как изменятся характеристики — наш герой решил провести эксперимент прямо сейчас, чтобы точно знать, что такое ему перепало в наследство, так сказать.
        Пришлось временно отключить устройство, пока проводил замену — всего десять минут на поиск необходимой жидкости и саму процедуру.
        — Опаньки! Них@я себе мне вштырило — первая фраза этого чуда после повторного включения.
        — Искин, доклад — посмотрим, что там изменилось — отреагировал мужчина на фразу пятиконечного устройства.
        Сравнение двух пакетов информации заняло у специалиста две минуты — существенных улучшений не обнаружилось. Видимо рушкостанский изготовитель таким образом подталкивал потребителя своей продукции к увеличению потребления вадяры — она была дороже, чем стандартная охлаждающая смесь. За это время довольная голограмма успела отмочить еще несколько высокохудожественных тезисов:
        — Дела ништяк. Раскумарился я нормально, все пучком…
        — Чем меньше у человека зубов, тем лучше он фильтрует базар…
        Уже отключая это чудо по ненадобности, наш герой ухватил последнюю фразу:
        — Ты чо, страх потерял, шерсть? Тормозни-ка, братан, базар есть…
        — Повышение характеристик, ускорение расчетных возможностей — тьфу, голимый развод и лохотрон — подвел итоги знакомства с оригинальной продукцией протектората землянин. Пока пусть постоит отключенным, потом посмотрим — может, кому-то подарю, пусть мучается, хе-хе. Хотя, скоро будем в директорате — может, там спихну на бирже кому-нибудь, глядишь какой-то рушик, и купит свой национальный продукт — родная душа, как-никак. Кстати, о Рушкостане, раз уж так пошло, надо посмотреть, что там еще Марс мне закачал в каталог.
        Покопавшись немного в списке файлов, нашел кое-что интересное. Суть в чем: в один из провинциальных городков Рушкостана планировался рабочий визит одного из администраторов высшего звена — толи самого Вэвэпута, толи того типа со звериной фамилией — технолог не понял, да и это совсем не принципиально. В самом протекторате было принято, что к приезду важного гостя надо прибрать все по пути его следования, все помыть, покрасить, отремонтировать — местные называли это «навести марафет», хотя более ходовым было понятие «пустить пыль в глаза». Максу немного было непонятно последнее выражение: по логике, если в глаза кинуть пыль, то это на время повредит зрение у человека. У рушиков, видимо, такие проблемы снимались их традиционным способом, так как выражение было широко употребляемым.
        Все бы хорошо, но уровень воровства и коррупции был в протекторате самым высоким в Содружестве, ну, если не считать парочку карликовых государств во фронтире директората, где этот уровень был еще выше. Поэтому когда бросились ремонтировать, оказалось, что нечем заплатить за работу, и не за что купить строительные материалы. Но местные управленцы из системного движения «Единый Рушкостан форева», все как один, администраторы разной степени и уровня, нашли гениальный выход из этой патовой ситуации. Украли еще немного кредитов из бюджета, и на эти гроши наняли парочку деятелей местного, так сказать, искусства — если этот термин применим к протекторату, конечно. На Земле таких людей назвали бы художниками…
        Так вот, поставили им задачу разрисовать фасады тех строений, мимо которых будет проезжать высокопоставленный гость — чтобы, так сказать, не ударить лицом в грязь. Но сами художники тоже оказались не дураки: шутка ли — раскрашивать высокие стены, рискую жизнью — нашли выход попроще! Купили на выделенные деньги краски, дешевой непромокаемой ткани, и прямо на ней нарисовали эти самые фасады — так они стали как новенькие! На остатки от остатков этих грошей наняли бригаду местных любителей альпинизма, которые прицепили эти раскрашенные полотна на указанные фасады. Денег на все потратили мизер, из тех, что им выделили местные управляющие кадры — остальное положили себе в карманы. Работы были выполнены с опережением графика — до приезда высокого гостя оставалось еще немного времени в запасе.
        Этого времени как раз хватило, чтобы закидать пару больших ям по пути следования чиновника. В последний момент обнаружилось, что один из разрисованных фасадов прицепили вверх ногами — но так как все деньги уже были украдены и использованы, то решили оставить все, как есть — авось прокатит. Высокий гость из столицы протектората остался доволен картиной, открывавшейся из окна его дорогого транспортного средства, похвалив напоследок перед отбытием всех присутствующих. Немного озадачило то, что чиновника не привлек перевернутый вверх ногами фасад — скорее всего, гость находился уже под воздействием национального напитка, который ему приходилось регулярно принимать, чтобы сохранять свою психику от картин реальности вокруг него — алкогольный транс позволял смотреть на все спокойно и равнобедренно.
        — М-дя — размышлял землянин после просмотра этого сюжета — вот и пойми, тупые они или не очень — такую аферу провернуть внаглую, это надо иметь мозги.
        Оказалось, что этот опыт был быстро перенят другими регионами Рушкостана и соседними с ним однотипными протекторатами — местные чиновники моментально усвоили секрет быстрых ремонтов и денег.
        Несколько следующих сюжетов проверили на прочность психику нашего героя. Дело вот в чем: он смотрел репортаж одного известного инфоканала «Рушка-туда-сюда»  — борзописцы этого средства массового идиотизма (СМИ, по-ихнему) нашли занятный, по их мнению, сюжетик. В одной из многоэтажных жилых коробок одного из городов этой загадочной территории, поселилась неоднозначная личность. Эта женщина занималась тем, что собирала отходы своей жизнедеятельности (для тех, кто не понял — говно!) в большую металлическую емкость, а потом караулила в окне время, когда мимо проходили жители этой же постройки. Подгадав момент, с криком «Резче двигаемся, мясо!» выливала эти экскременты на ничего не подозревающих людей.
        Журналисты этого упоротого канала смаковали все моменты этого явления во всех подробностях: крупным планом давались нарезки кучек испражнений, куда получалось докинуть свои гранаты этой сумасшедшей особе. Нарезка получилась еще та… Многочисленные интервью с соседями этой придурковатой бабенки, в которых люди жаловались на неадекватку, и в эфире канала обращались к главному администратору Рушкостана с просьбой повлиять на «фекальную террористку». Макс долго смеялся с этого сюжета: калометание оказалось одним из национальных видов спорта рушиков — он просмотрел еще парочку похожих сюжетов, где больная на всю голову нация выливала свое дерьмо через окна на головы своих невнимательных братьев и сестер…
        Кстати, с этой «каловой» террористкой все оказалось предсказуемо: ей уже давно поставили диагноз, довольно распространенный в Рушкостане: инвалид ума первой степени (местный аналог общепринятого понятия ранг). Как раз в этом вопросе никаких вопросов и не возникало: во-первых, болезни головы (читай — мозга) медицинские капсулы не лечили. Во-вторых, как ранее было описано, сами рушики не могли в полной мере воспользоваться достижениями науки Содружества по все тем же причинам, описанным ранее автором.
        — Ну, с этой двинутой дурой все понятно — резюмировал сюжет наш герой — болезнь мозга поразила все тело, хе-хе.
        Но вот как объяснить, например, другой сюжет: жители такого же многоэтажного строения в прямом смысле «вырастили» у себя дерьмовый сталактит из мочи и говна??? Где-то пробита канализационная труба — всего-то дела то — поменять ее… Так нет же, стоят и смотрят на это «чудо» и на камеру журналюгам этого канала просят самого Вэвэпута разобраться с этим явлением природы и дать указание поменять трубу.
        — Я просто в шоке, какая тупая, ленивая и дебильная нация: вот еще, например, сюжет — на местной дороге — не будем уточнять, где именно, так как смысла нет — такое в Рушкостане везде. Так вот, на дороге, по которой ездит половина населения городишки на своих уродливых четырехколесных повозках типа «Васс», «Гасс» и похожим им «…асс- подобных» агрегатах, вот уже почти полвека огромная яма. Все ругаются, плюются, осторожно объезжают это рукотворное «чудо», но простой попытки совместными усилиями закидать ее хотя бы строительным мусором не делают. Вместо этого, опять же на камеру упоротым борзописцам, просят великого администратора заделать яму.
        — Это просто песец, мля… Рушский мир, ипать — держась за голову, сделал выводы технолог.  — И куда вы прете своим свиным рылом в калашный ряд?
        — Система 03-ДК-66к, штатный выход из прыжка — доложил искин носителя — активных энергоматриц не обнаружено, облучения обшивки не зафиксировано.
        — Отлично — радовались Макс и Юли — остался один прыжок и мы в директорате. Даже не верится, что мы забрались так далеко от родного дома…
        — Да,…ждем нашего партнера, мы опять выскочили первыми, посоветуемся, куда будем отсюда прыгать: я смотрел по карте сектора, можем отсюда двинуться прямо в центральную Поднебесную систему, а можем прыгнуть в какой-нибудь местный протекторат — там цены на наш товар будут еще выше, чем в Поднебесной.
        — Не-не, я к аборигенам, которые передвигаются на животных, не хочу — мне таких картин не надо! Остановимся на первом варианте — огромный рынок товаров, более сотни различных торговых станций, несколько миллиардов основного населения — здесь хорошие шансы выгодно продать наш основной груз…
        — Регистрирую выход из прыжка…идентификатор дружественного корабля — капитан Крун — вклинился в разговор бортовой мозг.
        — Крун, мы разгоняемся, ты за нами — следующая точка — Поднебесная система 01-ДК-11а, конечная остановка!
        — Принято, партнер, встретимся через восемь суток, удачного прыжка.
        Этот прыжок специалист решил провести в медицинской капсуле — надо добить текущую базу по большим кораблям, материала впереди еще много, чего время терять? По его расчетам, оставшегося времени в этом прыжке ему должно хватить на доучивание этой базы. Синхронизировался с капсулой, подобрал свой состав медикаментов и отключился. Пришел в себя, вылез из «яйца» и решил посмотреть на свои достижения.
        — Так, добил, отлично…Стоп, а это что такое?  — удивился технолог, когда обнаружил у себя новый комплект баз, названия которых не читались, хотя некоторые слова там были понятны ему. Хм — вот он, подарок древних,… а что там с тем загадочным имплантом?
        Технолог заглянул в раздел нейросети, отвечающий за внедренные в нее внешние импланты: тут его ждал еще один сюрприз, так как слот был пустым. Повторялась история с имплантами, которые ему вживляли медики «ТСБ нейро» при модификации организма. Скорее всего, этот пропавший симбионт тоже был какой-то нанофабрикой…
        — Ну что ж, неплохо-неплохо, я опять в плюсах — появился еще один слот для возможных улучшений себя любимого. Думаю, надо осторожно поискать информацию об имплантах для псиоников — не может быть, чтобы таких не было в продаже… Ладно, посмотрим, что у нас добавилось в список неизученных материалов.
        Новые базы имели в каталоге собственную структуру, немного напоминавшую дерево развития талантов в земных рпг-играх: пять корневых квадратов, от которых отходило по несколько линий к другим пунктам. В разных ветках их было по-разному: от трех в самой короткой, до девяти в самой большой ветке. Всего Макс насчитал более тридцати серых квадратиков с непонятными названиями — только кое-где были слова на интере — видимо здесь давала о себе знать изученная ранее база «Словарь расы Дэ’галир», изученная им ранее. Все материалы можно было запускать на изучение: кнопка «Изучить» была везде активна, подсвеченная зеленым.
        — М-дя — в нерешительности мялся наш герой — с чего начать? И сколько это займет времени?
        Взгляд мужчины заскользил по списку доступных к изучению знаний, пытаясь зацепиться за что-то понятное, более или менее. Не хотелось начинать учить что-то второстепенное — такой вариант был весьма вероятен. Внимание привлекло первое по списку корневое название: «База язык… Дэ’галир»  — так переводилось название этого квадратика словарем. Так как ничего более понятного он не обнаружил, то глубоко вздохнув, мысленно нажал кнопку «Изучить» возле этого квадрата. Нейросеть немного подумала и выдала свой вердикт: «До окончания изучения двадцать шесть часов и 20 минут».
        — Хе-хе, отлично — через сутки буду специалистом по языку древних — самодовольно изрек мужчина… Если, конечно, словарик не обманул с названием, м-дя…
        — Штатный выход из прыжка, система Поднебесной — 01-ДК-11а — вернул его в реальность бортовой мозг. Регистрирую множественные активные энергоматрицы, множественные облучения обшивки…сбой классификации — слишком много активных меток, недостаток вычислительных мощностей — обиженно, как показалось Максу, сказал напоследок Марс и затих.
        — М-дя — увиденное на тактическом голоэкране сильно впечатлило технолога: искин насчитал более трех тысяч корабликов и других средств передвижения местного народа. Для одного ИИ класса «малый» слишком много меток, интересно, когда наш Марс сошел с дистанции, хе-хе?
        На чем только не летали аборигены директората: некоторые летающие средства передвижения нейросеть отказывалась вообще опознавать. Ну вот, например, мимо их носителя пролетела обычная грузовая платформа, которые используются на станциях или планетах — тут Макс немного впал вместе с Юли в ступор: платформы, по своему замыслу и конструкции, не могли перемещаться в вакууме. Но местные подошли к вопросу творчески: на самой платформе, кроме груза, находилось несколько разумных, которые держали в руках баллоны, снабженные раструбами.
        Что это такое и для чего оно требуется, парочка поняла, когда один из них привел свой экземпляр в действие: следовало скорректировать траекторию движения платформы, иначе она грозилась столкнуться с такой же, идущей ей почти перпендикулярно. Абориген выпустил немного газа из баллона, где он находился под давлением, и платформу немного развернуло по курсу, так что столкновения удалось избежать. Сам тип при этом едва не улетел в открытый космос при этом, получив противоположный импульс ускорения — но, как оказалось, все было предусмотрено. Каждый пассажир такого средства передвижения был прицеплен к корпусу платформы страховочным тросом, так что оставшиеся на ней стали бодро вытягивать своего напарника обратно на его «рабочее» место. При всем этом пассажиры обеих этих леталок отчаянно жестикулировали друг другу, показывая противной стороне какие-то жесты — очевидно, они так делились незабываемыми впечатлениями от полета.
        Или вот еще агрегат, при виде которого у путешественников отвисла челюсть, и они долго приходили в себя: конструкция напоминала собой земной велосипед с прицепленной к нему сзади парочкой кресел, на которых сидела группа местных обитателей. Эти двое просто сидели в скафах и смотрели по сторонам, при этом также оживленно жестикулируя — специалист заметил, что оба были надежно зафиксированы страховочными поясами. Но главное удивление вызывал тип, который сидел непосредственно на велосипеде: сам «космобайк», как назвал его землянин, был серьезно переделан. По бокам его конструкции были смонтированы мини-дюзы, которые время от времени выпускали из себя струйки газа, корректируя траекторию движения этого космического велорикши. Что успел заметить наш герой, то корректировка движения агрегата проходила строго в те моменты, когда рулевой поворачивал руль велосипеда в ту или иную сторону. Оставался непонятен факт, откуда в дюзах бралось газообразное топливо — ничего объемного на конструкции аппарата не было заметно.
        — Не может быть!  — в полном ступоре воскликнул технолог — неужели он как-то генерирует газ посредством вращения педалей своего «велика»? Другого решения я тут не вижу — есть небольшой ящик, рядом с цепной передачей — от него идут какие-то трубки к этим соплам… Очевидно местная цивилизация нашла какой-то нестандартный способ передвижения в пустоте, основанный на мускульной силе разумных. Такого в базах по Содружеству не было — это было невероятно и удивительно!
        Потом они с Юли убедились в своей последней догадке: здесь присутствовали похожие средства передвижения на двух, например, рулевых «космобайкеров»  — своеобразные тандемы, а ближе к станции были групповые вело-платформы, где усиленно крутили педали уже двенадцать представителей местного населения. Упавшая ранее челюсть теперь окончательно достигла пола рубки и там надолго обосновалась…
        — Это называется плотный трафик — как и предупреждала база Содружество — отозвалась Юли, тоже находящаяся в тихом шоке от местных картин реальности. Лайна, по сравнению с этой системой, тихая периферийная дыра… Видимо движение такое, что даже местный транспортный контроль до сих пор нами не заинтересовался — сколько там должно быть диспетчеров, даже не представляю.
        — Входящий запрос — транспортный контроль Поднебесной, заявил оживший искин — принять?
        — Конечно.
        — Бриларцы — диспетчер, типичный земной азиат, скривился — цель прибытия в Корит?
        — Торговые операции — ответила девушка, как дежурный пилот носителя.
        — А почему идентификатор не соответствует — оживился типаж — пираты?
        — Какие еще пираты, сейчас выйдет из прыжка второй носитель, наш партнер на нем.
        — Направляю к вам патруль — не двигайтесь, пока мы с вами все не выясним, ждите своего напарника — все вопросы по таможне и контролю будете решать с патрулем.
        — А коридор до торговой станции побольше для парковки, кто нам выдаст?
        — А-ха-ха-ха, рассмешили… Посмотри вокруг, какой коридор ты хочешь в таком скоплении? Это у вас там, в Бриларе все по-модному: коридоры, вектора сближений и так далее. А тут у нас все проще — не задави тех, кто меньше и сам уклоняйся от тех, кто больше, о-хо-хо-хо — и отключился.
        Парочка недоуменно посмотрела на опустевшую голопанель, пытаясь вникнуть в суть сказанного. Из размышлений их вывело сообщение бортового искина:
        — Входящий запрос — патрульный фрегат «Ян-Су 222», принять?
        — Да.
        — Бриларец, готовь шлюз — отправляю к тебе досмотровую команду: таможня, радиология, биология, ну, ты и так, скорее всего в курсе…
        — Хорошо, офицер, шлюз готов, жду гостей — Юли ослепительно улыбалась патрульному.
        — Вау, какая красавица к нам прилетела!  — узкоглазый на голоэкране даже закатил глаза от восхищения. Извини, не знал, что в Бриларе такие красивые пилоты (или пилотши…или пилотки?)  — мы тебя долго не задержим — тут говоривший немного расфокусировал взгляд — очевидно, общался со своими коллегами по нейросети.
        И действительно, местные чиновники, впечатленные внешними данными девушки, провели досмотр трюмов и палуб носителя за неполный час, где их особо заинтересовал груз — искины тут были в цене. Правда от уплаты въездной пошлины это не спасло парочку — для среднего носителя услуги контроля и диспетчерской службы были оценены в сорок восемь тысяч кредитов. Девушка оплатила счет, хотя ее недоумению и возмущению не было границ.
        — Нет, я еще понимаю: таможенная пошлина, контроль радиологии, контроль враждебных форм жизни… Но вот, какие услуги мне дала диспетчерская? Ни коридора, ни поддержки…
        С таким вопросом она обратилась к капитану патруля, который все это время развлекал ее сказками из своей боевой карьеры на посту капитана патруля.
        — Нет-нет, это диспетчер так пошутил, сейчас закончим с вами, и вам дадут коридор до одной из торговых станций, где есть парковочные места — там разницы особой нет, какая именно станция — ваш товар возьмут везде.
        — Офицер, кстати, извините, что вмешиваюсь — встрял в разговор Макс — не подскажете, вот у меня есть раритетный искин производства Рушкостана — где лучше его выставить на продажу?
        — А-ха-ха-ха — собеседник на голопанели утирал слезы от давившего его смеха — раритетный…о-хо-хо-хо… Рассмешил ты меня, бриларец… Рушики — они вон свои территории отдают нам, потому что у самих мозгов нет, чтобы их обустроить. А последняя новость вообще всех рассмешила: озеро нам решили свое перекачать, как-то оно у них называется так загадочно — Бухло, нет, не так — Бухал, нет опять не то,… о, вспомнил — Байкал. Совсем тупые, только и могут, что что-то качать или копать из земли, лучше бы пить перестали — может что-то и придумали бы интересного. Что могу посоветовать? Для таких предметов есть только одна торговая площадка, и даже не пробуйте куда-нибудь еще всунуть этот свой раритет, ха-ха-ха — этот Рушкостан, как бельмо на глазу для всего Корита — рукожопые организмы. Площадка называется Рушпромснабсбытгосзаказ-экспрессиндпоставка», фу, еле выговорил, тьфу — вот там возьмут.
        — Входящий вызов — капитан Крун, принять?  — оживилась нейросеть.
        — Крун, здравствуй, давай двигай ко мне на маркер — здесь как раз комитет по встрече от местных, за носитель я уже заплатит пошлину — пусть с тобой сразу разберутся, и начнем делать деньги.
        — Понял, партнер, я буду через двадцать минут.
        — Офицер, тут наш партнер вышел из прыжка, через двадцать минут будет рядом с нами, если немного подождете, то и его сразу проверите.
        — Отлично, мотаться туда-сюда не надо, подождем. Сейчас только диспетчера поставлю в известность… И снова желтокожий закатил глаза, выйдя на сеанс прямой связи с местным вариантом регулировщика движения.
        Судно партнера прибыло точно через оговоренное время, но досмотр немного затянулся, так как обменивались протоколами нападения в транзитной системе, потом патруль забрал к себе Сунь-Чо, которого своевременно вывели из принудительного сна. Ну, и всякие другие мелочи, которые возникают при принудительной смене собственника. Заплатив еще сорок восемь тысяч патрульным, те, наконец, оставили в покое наших героев и искины кораблей получили коридор сближения со станцией «Чайна-22», где им предлагалось место в зоне внешней парковки. Судя по названию самой станции, таких тут было, как минимум, еще два десятка. Центральная планета Поднебесной системы называлась, как вы уже поняли, Чайна — население более двух миллиардов разумных, постоянно проживающих на планете и станциях. И это был далеко не предел — местные размножались с геометрической скоростью.
        Команду было решено отпустить отдыхать на планету до срока получения средств за груз и трофеи, поэтому Макс решил выплатить каждому члену экипажа по сто тысяч кредитов для отдыха и развлечений, в счет будущих выплат по договорам. Получив на счета указанные средства, наемники сами определили очередность несения вахт и занялись обратным переездом на «Фарди»  — призовой транспортник решено было продать в первую очередь. Используя свой аккаунт, вошел в местную инфосеть и стал знакомиться с ценами на аналогичные суда. Сложность оценки заключалась в том, что сам транспорт был уже не транспорт — предыдущий хозяин переделал его в легкий носитель на полсотни москитного флота. Поэтому пришлось просматривать еще два раздела: легкие носители и неформатные (переделанные по индивидуальному проекту) корабли пятого поколения.
        Получалось, что легкий носитель пятого поколения на два с половиной десятка КИПов (стандарт Содружества) здесь стоил около ста десяти миллионов с полной бортовой начинкой. Транспорт такого тоннажа стоил всего сорок-пятьдесят миллионов, а цены на индивидуальные изделия варьировались в диапазоне от ста до двухсот миллионов — в зависимости от сложности переоборудования и внутреннего и внешнего фарша. Их кораблик был нестандартным в двух смыслах: переделка и палубный флот в количестве между легким носителем и средним, а последние в свободной продаже по пятому поколению начинались от четырехсот миллионов кредитов.
        — М-дя, почесал нос землянин — как оценить эту колымагу? Бортовой набор неполный, внешнего вооружения нет вообще, да и к тому же надо восстанавливать пробоину и каркас в ее центре, не говоря уже о грузовом модуле управления. Думаю, самый лучший способ, это выставить его на аукцион — скажем, на три-четыре дня, установив стартовую цену на отметке восьми десятков миллионов — рынок сам даст реальную стоимость.
        Тщательно подготовил аукционное предложение: указал некомплектность бортовой эскадрильи, оговорив при этом возможность базирования пятидесяти малых бортов на палубах корабля; указал уменьшенные размеры трюмов, и конечно, описал состояние корпуса и обшивки. Так как плата за размещение лота автоматически снималась с продавца в момент окончания торгов, то, как говорится, сдал и забыл. Сбросил ссылку на лот Круну — свои партнерские обязательства он не был намерен нарушать — как знать, возможно, они вместе еще не раз будут вместе работать.
        Следующим лотом собирался выставлять неформатный рушкостанский искин: для этого пришлось пройти дополнительную регистрацию на том самом портале с длинным и непонятным названием — повторить вслух такое он не смог. Сразу после регистрации получил упаковку спама на свою почту — пришлось немного повозиться с фильтрами, но зато смог дальше спокойно пользоваться порталом. Пробежавшись немного по всему сайту, землянин понял, что здесь кроме самих рушиков никто ничего не продавал и не покупал, хотя площадка рекламировала себя, как самый крупный торговый портал протектората.
        Посмотрел раздел транспорта — тут преобладали национальные средства передвижения, изготовленные в самом Рушкостане: в основном всякие разные «Вассы», «Гассы», «Камассы» и прочая малопонятная и никому не нужная слабо передвигающаяся техника. Было много предложений по модернизации этих уродливых агрегатов — прочитав суть некоторых объявлений, технолог понял, что это местный вид известного на Земле «тюнинга»  — что пытались доработать в этом хламе местные умельцы, было ему непонятно. Понравился один комментарий какого-то пользователя портала, высказавший правильную мысль:
        — Не надо тут ничего пытаться модернизировать или что-то улучшать! Из говна конфетку все равно не сделаешь. Научитесь сразу изготовлять нормальные вещи и не смешите Содружество…
        В разделе искинов было совсем кисло, так что наш герой решил немного расшевелить это болото и забросил пробный шар — лот со своим раритетным девайсом — беседа с саморазвивающейся личностью «ИНСМПР-Мега-Б» его не впечатлила, а рабочие характеристики оставляли грусть и печаль в сердце. Срок мини-аукциона оставил таким же — четверо суток. Проще всего было, как ни странно, выставить на продажу их основной груз: искины от корпорации «Зальт-ИИ»  — здесь торговца ожидал приятный сюрприз в виде более высоких цен на такую продукцию, по сравнению с теми цифрами, которые у него были по ценникам Лайны. Даже не стал устраивать аукционных торгов, выставляя все добро по фиксированным ценам со скидкой 4 % к уровню рыночных по системе. В итоге получилось, что теперь его товар продавался по ценнику, который по концовке должен был ему принести почти 4,3 миллиарда кредитов. Сбросил все линки Круну — пусть отслеживает и радуется, все-таки его 10 % от всего будет серьезной цифрой.
        Потом немного подумал и во всех лотах запретил показывать свой аккаунт — читать всякие гадости о пожертвованиях и подарках своего товара ему совсем не хотелось, он проделал такой долгий путь не для того, чтобы кому-то что-то дарить, а с целью получить тут максимальную прибыль. Исключение сделал только для лотов с искинами — если найдется оптовый покупатель, то можно и пообщаться.
        — Вроде все выставил на продажу — сам себя спрашивал герой — но есть какое-то ощущение, что я что-то упустил из виду…ммм,… О! Костюмчик этого Сунь-чо надо пробить по сети, что это такое — выглядит заманчиво и впечатляюще…
        Озаботил поиском и сортировкой информации бортовой мозг — все эти торговые дела его уже порядком измотали, поэтому остаток дня развлекался с подругой на кровати «Фортера», оставив рубку носителя капитану. Тот не возражал — еще бы, почти все время он мониторил состояние продаваемых искинов и отдельный лот с призовым кораблем. Вся сумма от продажи последнего подлежала разделу на доли для членов экипажа, согласно договору, как боевой трофей. Утром отпустили с вахты Круна, снова заняв места в рубке — покидать борт базового корабля, парочка решила только после того, как будет реализовано все имущество и закрыты договора с экипажем.
        Как и ожидалось, лоты с искинами вызвали живой интерес у покупателей: на его почте уже было несколько писем с просьбой о резерве на некоторые позиции. Внимательно изучив их, землянин согласился, отметив указанные позиции специальным значком. В течение первых суток торгов, ожидаемо, как самые дешевые, ушли все изделия четвертого поколения — их забрала какая-то местная корпорация для своих нужд. К концу суток появились первые покупатели на продукцию пятого поколения и шестого поколений — видимо информация о наличии ходового товара из Брилара уже успела распространиться по инфосети.
        За призовой кораблик торги велись, но как-то вяло: пока сделали две ставки, подняв первоначальную стоимость на три миллиона. Макс не огорчался — цена уже превысила его предварительные оценки. Приятно порадовал портал «Рушпромснабсбытгосзаказиндпоставка»: «ИНСМПР-Мега-Б» уже торговался на уровне сорок тысяч кредитов — специалист сперва даже не поверил, но тут, скорее всего торги шли за саму раритетность изделия, так как ставки делали ценители диковинок и старины.
        — Неплохо-неплохо — улыбался наш герой, просматривая лот — посмотрим, что нам принесет день завтрашний.
        Завтрашний день принес много приятных моментов: особенно порадовал утренний момент с Юли — девушка решила провести со своим партнером быструю спецразминку в постели — в общем, день начинался хорошо, хе-хе. Потом ему пришел пакет от корабельного мозга носителя: внушительный объем информации по диковинному снаряжению бывшего капитана транспортника — суть ее заставила землянина немного задуматься. Если отбросить все прикрасы и выдумки из этого набора фактов и гипотез, что получалось следующее: древний национальный герой народов директората, некто Дже Кичан Молниеносный, пользовался этим снаряжением половину своей жизни. Затем он его где-то толи потерял, толи забыл — стал искать и нашел. Так он его находил три раза, а терял четыре — последние упоминания о герое гласят, что он потерял костюм и мечи окончательно — больше с тех пор о них никто не писал. Легенды утверждали, что это «доспехи умершего бога», и в первоначальном своем виде (до первой потери), надев этот костюм, герой директората был полностью неуязвим для любого существующего тогда оружия и косил врагов Корита пачками. При этом само
снаряжение принимало вид полного закрытого доспеха со шлемом — аналогом современных штурмовых скафов.
        Затем, по мере использования продвинутой одежды, костюм стал терять некоторые свои свойства, пока, наконец, не превратился в тот набор, который сейчас лежал у Макса в «Фортере». Отдельно шла информация о парных клинках: тут также утверждалось, что сам Дже одним спаренным ударом мечей разрубал пополам любую преграду, равную их длине — около семидесяти сантиметров. Но, также как и костюм, загадочные клинки тоже потеряли свою мощь, превратившись в уникальные, но заурядные средства для убийства себе подобных организмов. В настоящий момент костюм и клинки имели скорее историческую ценность, чем практическую, так как считалось, что «доспехи умершего бога» потеряли свою божественную силу и представляли интерес только для ценителей истории директората и богатых коллекционеров.
        Вне пределов Корита эти вещи вообще теряли смысл и ценность — искин нашел несколько предложений о выкупе этих раритетов: за парные клинки предлагали до двух миллионов кредитов, а за костюм не более восьми миллионов. Землянина заинтересовал этот набор — промелькнувшая информация, что когда-то костюм был полноценным скафом и во время карьеры этого знаменитого Дже Кичана этот скаф имел выдающиеся характеристики, натолкнули его на одну гипотезу, которую он собирался проверить. Поэтому он предложил Круну уступить этот набор трофеев, внеся в общую кассу названные десять миллионов — все-таки, это был боевой трофей, и его стоимость должна была быть поделена между командой согласно договору наемника. Сбросил ссылки на указанные предложения о покупке трофея капитану — через полчаса получил согласие на выкуп вещей из общего списка продаж.
        ГЛАВА 4
        — Кстати, у меня же база по языку Дэ'галир должна была уже выучиться — пропустил уведомление, скорее всего. Надо бы проверить, что там у нас, ну-ка, ну-ка… С этими словами он зашел в каталог изучаемых баз знаний в своей нейросети: теперь доступный список древних знаний был полностью понятен и выглядел так:
        1. Языковая база цивилизации Дэ'галир.
        1.1 Базовый язык цивилизации Дэ'галир.
        1.2 Технические термины и сокращения, принятые при проектировании.
        1.3 архив поврежден.
        2. Носитель «ИИ Колония».
        2.1 Каркасная схема носителя.
        2.2 Броневое покрытие носителя.
        2.3 Энергосистема носителя.
        2.4 Системы жизнеобеспечения носителя.
        2.5 Двигательные системы носителя.
        2.6 Штатное вооружение носителя.
        2.7 Защитные системы носителя.
        2.8 Экипаж носителя.
        2.9 Материалы и компоненты, принятые при проектировании носителя.
        2.10 архив поврежден.
        3. Искусственный интеллект «Колония».
        3.1 Основные задачи, которые решает «ИИ Колония».
        3.2 Развитие, формирования личности и обучение ядра «ИИ Колония».
        3.3 Развитие и обучение базовых ячеек «ИИ Колония».
        3.4 Восстановление и самовосстановления ядра «ИИ Колония».
        3.5 Материалы и компоненты, которые требуются для инициации «ИИ Колония».
        3.6 архив поврежден.
        4. Многофункциональный боевой дрон «Скорчез-2х».
        4.1 Конструкция дрона.
        4.2 Броневое покрытие дрона.
        4.3 Двигательная система дрона.
        4.4 Энергосистема дрона.
        4.5 Базовый вариант вооружения дрона.
        4.6 Защитная система дрона.
        4.7 Материалы и компоненты, принятые при проектировании дрона.
        4.8 архив поврежден.
        5. Пространство империи Дэ'галир.
        5.1 Центральное ядро.
        5.2 Сектор Таурес.
        5.3 Сектор Гранс.
        5.4 архив поврежден.
        5.5 архив поврежден.
        — Хо-хо, даст ист фантастиш!  — радости технолога не было границ — наконец-то тайное стало явным.
        Немного напрягало то, что некоторые базы были повреждены — передача информации не обошлась без потерь — шестая часть уникальных знаний потеряна для него безвозвратно. Но и так получалось неплохо. Специалист понял, что то, что он заимел в подарок от древнего корабля, не имело цены и аналогов — это ведь не вещь, как, например тот медицинский дроид, которого у него отжало государство. Это информация, это знания, которые, скорее всего, смогут дать толчок развитию человечества в некоторых областях технологий и науки. Хотя, исходя из названий этих баз, весь набор знаний касался какого-то специализированного военного корабля с искусственным интеллектом на борту. Но это и неважно — у человечества были в космосе более сильные соперники, взять, к примеру, тех же валлингов.
        С другой стороны наш герой понял, что говорить кому-то что-то о том, что у него сейчас в голове не стоит ни при каких обстоятельствах. Пока. Из соображений собственной безопасности — нет, никаких претензий к Брилару у него не было, это государство дало ему возможность начать новую жизнь, и, безусловно, эти знания должны принадлежать всему человечеству. Но сначала, следовало бы попробовать осознать то, что у него появилось — потом можно и сделать попытку продать эти знания подороже…
        Немного порадовавшись за себя, снова стал любоваться списком — нашел отличия от современных баз — у древнего материала отсутствовало понятие ранга. Скорее всего, это была узкоспециализированная подборка информации по одному предмету, как, например, база к его скафу «Шонц-6у»  — в ней было только то, что относилось непосредственно к самому костюму. Из трех баз каталога «Языковая база цивилизации Дэ'галир» одна была уже им изучена, вторая была повреждена, поэтому мужчина поставил на изучение третью оставшуюся «Технические термины и сокращения, принятые при проектировании». Нейросеть опять немного задумалась и выдала свой прогноз по времени изучения: сорок восемь часов и одиннадцать минут.
        — О! Тут информации больше — резюмировал наш герой — через двое суток начну понимать технические термины, вероятно, это необходимо для понимания концепций и технических решений, заложенных в этом самом «Носителе ИИ Колония». Хмм, теперь надо определиться с моими трофеями — кубики, цилиндры — надо еще раз осмотреть их — вдруг чего-то не заметил, да и с костюмом этого Сунь-чо надо разбираться.
        С такими мыслями технолог пошлепал в каюту, где лежали его сокровища. По кубикам ничего нового не обнаружилось — видимо те, что составлял изученную им базу по артефактам Дэ'галир, хорошо знали древний язык. Опять стал катать в руках цилиндрики, пытаясь разглядеть что-то новое на их поверхности — безрезультатно, никаких обозначений не было, хотя в энергетическом плане они по-прежнему светились для него своими цветами. С сожалением засунул все назад — следовало вернуться к более прозаичным вещам — к лотам своих товаров. Подтвердил еще несколько резервов на искины, затем немного огорчился низкой активности по лоту с призовым кораблем — цена немного подросла и вплотную приблизилась к девяноста миллионам. Лот с мегаискином торговался уже близко к полусотне тысяч кредитов — медленно, но уверенно ценители эксклюзива из загадочного Рушкостана поднимали планку. Разборки с чудо — костюмом решил оставить на завтра.
        Плотно заняться непонятным древним снаряжением на следующий день он не смог — каким-то образом на Круна вышел реальный покупатель на призовой борт и предложил ему выкупить корабль за сто десять миллионов напрямую, не используя функционал торговой площадки. Хоть Максу и казалось, что за оставшиеся двое суток интерес к лоту должен был серьезно подрасти, но наемник уже дал предварительное согласие покупателю, чем слегка озадачил технолога, о чем и высказался своему партнеру. В том смысле, что реализацией товара занимается он лично, как специалист с пятым уровнем «торговли», а капитан лезет не в свое дело, и на будущее, чтобы таких сюрпризов от него не было.
        Но так как клиенту уже пообещали товар, а всех денег все равно не заработаешь, то весь день он занимался тем, что лазил по транспортнику вместе с клиентом — типичным земным азиатом — для мужчины все они были на одно лицо. Специалист детально описал покупателю, как он собрал аварийный модуль управления двигательным отсеком из деталей контроля за грузовыми палубами — коритец уважительно слушал и смотрел на собеседника — все же тут был нестандартный подход к решению стандартной проблемы. Общим итогом таких прогулок стала передача кодов к бортовому искину приза взамен на оговоренные сто десять миллионов кредитов. Покупатель улыбался, и землянину было трудно понять: или тот улыбался от того, что купил нормальный корабль по бросовой цене, или это было его нормальное состояние лица, что для земных азиатов, например, было частым явлением. В этой сделке специалиста радовал только тот факт, что не пришлось отстегивать вездесущей бирже процент за посредничество, а от этой конкретной сделки она составляла бы один миллион и сто тысяч кредитов.
        До завершения действия аукционов оставалось еще восемнадцать часов — ставки росли, поэтому специалист решил покопаться в местном рынке на предмет диковинок — чего-нибудь ценного и не очень дорогого. Озаботился сравнением цен на артефакты умершей расы: например, за цилиндры, которые в его родной системе Лайна стоили от десяти до ста тысяч кредитов, в зависимости то внешнего вида и состояния, здесь просили на четверть меньше.
        — В некотором смысле местная цивилизация более практична: зачем ломить высокие цены за товар, который неизвестно зачем нужен? О! А вот это уже интересно…  — его внимание привлек лот, который, судя по дате выставления на торги, висел тут уже несколько месяцев, так и не найдя ни одного потенциального заинтересованного.
        Набор из шести цилиндров ушедших оценивался в сорок восемь тысяч кредитов. Что привлекло внимание нашего героя, так это голограммы состояния товара: все шесть предметов блестели полированной поверхностью — то есть их источники относились Максом к синему спектру. Повинуясь неожиданному порыву, написал вопрос продавцу об актуальности состава лота и цены — все-таки, за пару месяцев товар могли купить и другими путями, минуя аукцион. К его удовлетворению, продавец ответил довольно быстро, подтвердив состав и цену лота, так что технолог тут же зарезервировал лот за собой, и вскоре получил запрос от торговца о способе вывоза товара. Тут землянин немного растерялся поначалу, так как покидать борт носителя собирался только завтра, после выплат долей команде и закрытия контрактов.
        Доставкой на борт носителя продавец отказался заниматься — стоимость такой услуги была здесь довольно высока, поэтому специалист договорился о самовывозе купленного лота завтра — торговая точка продавца оказалась, к счастью, на той же самой станции, возле которой висел в пространстве «Фарди». Что побудило его к покупке этих бесполезных предметов, оставалось для него самого загадкой — четко объяснить самому себе смысл этих движений, он не мог, но какое-то внутреннее чувство подсказывало ему, что цилиндрики ценная и нужная в хозяйстве вещь — а по такой цене и подавно. Успокоив своего внутреннего жадного зверя, продолжил просматривать раздел необычных предметов — нашел в продаже несколько лотов с энергоячейками древних. Цены кусались: за малую пассивную выставляли пятьдесят пять тысяч кредитов, таких позиций нашел шесть. Средняя пассивная ячейка торговалась за двести восемьдесят тысяч — таких было всего две.
        Но особое внимание привлек лот с активными средним ячейками: за каждую требовали от полутора миллионов кредитов, и всего таких было две — все от одного продавца. Технолог даже удивился наличию такого товара в свободных торгах: по данным, которые он получил из разученных баз, такие предметы представляли явную военно-стратегическую ценность. В Бриларе, например, такой товар было почти невозможно найти в открытом доступе по причине крайней заинтересованности в нем государства. Послал продавцу просьбу о резерве с готовностью оплатить всю пару по цене выкупа — следовало быстро прибрать к рукам такой редкий и ценный товар. Дождавшись подтверждения, попросил придержать товар на сутки на складе, по причине невозможности в настоящее время приехать за лотом. В свете скорых больших покупок, такие вещи найдут свое место на новом корабле — знаний, как их использовать у него было много из изученных контрафактных баз.
        Больше ничего в местном рынке его не заинтересовало — техника пятого поколения, выставленная на торги, не впечатляла, зато очень интересным был факт того, что доминирования местных изделий здесь не было, в отличии, например от рынков ТС Брилара. Складывалось ощущение, что здесь был своеобразный центр по продаже всего, что только производилось в Содружестве. Даже бриларские изделия здесь были представлены в широком спектре, несмотря на определенную натянутость отношений между государствами.
        — Кстати о птичках — размышлял наш герой — возможно, мне имеет смысл поглядеть, что предлагают потенциальному покупателю местные производители имплантов и нейросетей. У меня освободился слот, у Юли тоже имеется свободный — надо попробовать подобрать себе что-то для псиоников, а учитывая, то, что с родным Бриларом местное государство не особо обменивается информацией, то и обо мне такие данные останутся здесь…
        Знакомство с предлагаемыми моделями местных имплантов немного озадачило специалиста: суть в том, что коритские производители таких девайсов использовали свою систему двойных названий для товаров. Первым в обозначении импланта шло местное самоназвание, которое в корне отличалось от того, что он привык видеть в прайсе «ТСБ-нейро», например. Вот кстати: имплант на увеличение объема памяти нейросети здесь назывался «Легкий ветер южного моря», тогда как второе название по стандарту Содружества было более понятно и прозаично: «МВ100». Или, вот например, имплант, увеличивающий показатель «КИ», назывался «Лазурный сокол, поднимающийся в облака», в просторечье «И100».
        Поборов первое удивление, стал искать что-то для псиоников. Сначала прошелся по предложениям местных производителей, которых в Корите было два: местный филиал глобальной корпорации «Нейросеть-Глоботех» и 100 %-местная контора под названием «Серебряный дракон»  — это было понятно по названию и так — аборигены любили все называть нестандартно и загадочно. Портал мегакорпорации ничем не порадовал землянина — тут раздел «для псиоников» шел с грифом «под заказ»  — такой подход к делу ему не понравился и он приступил к изучению товаров «Дракона». Местные драконы оказались более открытыми для нестандартных граждан своего государства и гостей, таких, как Макс — здесь было два импланта по абсолютно бешеным ценам, и что огорчало больше всего — описание имплантов было такое же загадочное, как и их названия. «Рассекающий пространство клинок мысли»  — такое чудо продавалось за тридцать три миллиона, а его сомнительный собрат по прилавку «Последний бросок желтого тигра» торговался по тридцать шесть миллионов кредитов.
        — Поди пойми, что это такое и с чем его едят? Купишь кота в мешке, который окажется для меня, совсем бесполезен, а деньги то немалые…
        Тут он вспомнил, что в Содружество входило несколько негуманоидных цивилизаций, таких, как сполоты и лонари, например. Эти расы поставляли на рынок людей свои товары, особенно это касалось нейросетей и имплантов для псиоников. Их продукция тоже была дорогой, но пользовалась спросом — наш герой решил попытать удачи здесь — в крайнем случае, придется обратиться за разъяснениями к «Драконам» по поводу их изделий. Оказалось, что указанные выше негуманоиды вели свои торговые дела, в основном с конфедерацией Дивели — там был наибольший процент разумных, принадлежащих к разным видам и проживающим на территории этого государственного образования. Что-то такое он уже когда-то читал, когда изучал базы по Содружеству. Представительство дивелийской корпорации «Нейроника-Д» обнаружилось на одной из станций системы — сразу стал знакомиться с их ценником. Здесь ему и повезло — в предложении имелось два импланта изготовления расы лонари: один был направлен на усиление атакующих возможностей псионика. Макс читал описания импланта и тихо выпадал в осадок.
        — Да это какая-то магия, ипать — 100 % — чесал он макушку.
        Имплант рекомендовался псионикам, которые использовали свои возможности для уничтожения других разумных силой своего мозга — к таким относили ментатов — тех, кто воздействовал на сознание других существ, подчиняя их своей воле, или убивая, если первое действие не удавалось. Также указывались такие одаренные, как пирокинетики — те представляли собой ходячие плазменные пушки, с таким же успехом воюющие сгустками плазмы и огня. Были тут перечислены и более миролюбивые одаренные: например, атмосферные маги — те могли управлять природными силами на атмосферных планетах — корректировать погоду, в космосе от них толку было ноль.
        Наш герой не причислял себя к атакующему числу таких людей — его умение вытолкнуть из себя часть лишней энергии не тянуло на полноценную боевую способность. Чтобы такое проделывать в серьезных масштабах, сначала ему требовалось эту энергию откуда-то взять — свой внутренний источник он пока не рассматривал всерьез, так как серьезных испытаний с ним пока не проводил. Именно поэтому первый имплант он с сожалением пропустил. Здесь стоит отметить удивление Макса по поводу прочитанной информации — такое детально е описание способностей разумных он встречал впервые, ведь в Глобосети почти не имелось такой информации — очевидно, что такие сведения были недоступны к свободному распространению. А тут такие откровенности!
        Все дело в том, что негуманоиды, входящие формально в Содружество, не считали нужным ограничивать себя в чем-либо, поэтому выставляли в свободный доступ максимум информации, увеличивая, таким образом, интерес к своей совсем не дешевой продукции. К слову сказать, этот имплант под простым названием «Псио-А» местное отделение «Нейроники-Д» предлагало за сорок восемь миллионов кредитов Содружества, причем установка оговаривалась отдельно. Мужчина переключил внимание на другой образец негуманоидной продукции: этот назывался «Псио+» и позиционировался, как увеличитель собственного резерва — в этот раз описание было довольно кратким. Указывалось только, что устанавливать можно только один имплант из двух выставленных на продажу одному конкретному носителю — два импланта пси-направленности конфликтовали между собой и могли привести к потере рассудка разумным.
        — Такая себе защита от мегамонстров — чтоб не ставили сразу атакующий и увеличивающий одновременно, и не превращались в глобальных нагибаторов, хе-хе — размышлял мужчина, осмысливая прочитанное.
        К слову, второй имплант был скромнее в аппетитах — всего тридцать шесть миллионов без установки.
        — Плохо, конечно, что описание такое скудное, но для моих целей он подойдет лучше, чем атакующий вариант — я гуманоид мирный, хе-хе.
        Немного пообщался с Юли — она тоже выбирала себе покупку: выбор у нее тоже состоял из двух позиций. Первым в списке стоял имплант с прозаическим названием «Реал-4Д»  — своеобразный мини-кинотеатр в голове, который позволял погружаться в виртуальную реальность различных фильмов, постановок, специальных игр, при этом разумный мог сам участвовать в сюжете, как полноценный участник этого действа. Вещь была очень затребована в космосе, особенно среди пилотов — идеально подходила для «убивания» времени во время прыжков, когда пилоту было нечего делать. Аналогов таких приспособлений выпускалось множество, поэтому девушка просматривала только самые последние новинки с максимальными характеристиками и функционалом. Стоила такая приблуда недорого — всего четыреста тысяч, ввиду все той же распространенности и конкуренции аналогов. Конкретно эта модель была дивелийской разработкой, в комплекте шло около сотни различных интерактивных фильмов различных жанров и постановок и несколько десятков специализированных виртуальных игр полного погружения.
        Вторым имплантом, который ее заинтересовал, был редкий симбионт местного изготовления под красивым названием «Обжигающий огонь и жгучий лед». Предназначался для усиления ощущений разумного в повседневной жизни и особенно, что подчеркивалось производителем, в сексе. В последнем случае, как утверждала реклама, носитель этого улучшения мог чувствовать то, что чувствовал в настоящий момент его сексуальный напарник. В обычной жизни этот имплант давал ощущение примерного нахождения своего партнера (или партнерши) и усиливал эмоции, исходящие от близкого тебе человека. По цене этот симбионт был немного дороже — около восьмисот тысяч кредитов. Девушка пребывала в затруднении: ей хотелось и того и другого, но слот был только один.
        — Я думаю, что предпочтителен второй вариант — это какая-то разновидность ментальной связи между людьми, живущими вместе — опыт эмоциональных контактов будет весомее для тебя, чем кинозал в голове — Макс высказал свое субъективное мнение.
        — Я тоже склоняюсь ко второму варианту — думаю, это будет незабываемо… В конце концов, можно приобрести какую-нибудь модную видеосистему с тем же эффектом присутствия — просто у нас до сих пор не было времени на развлечения. Мы или в капсуле учим базы, или в пилотском ложементе — а там нет возможности развлекаться,… решено — будем экспериментировать, хе-хе.
        Землянин проверил наличие выбранных имплантов — оставил на портале корпорации заявку с резервом на сутки. Представительство отреагировало почти мгновенно:
        — Входящий вызов — неизвестный абонент, принять?  — озадачила нейросеть.
        — Хмм, кто это может быть? Хорошо, послушаем незнакомца — принять.
        — Здравствуйте, это Макс Шнитке? Я менеджер представительства корпорации «Нейроника-Д», вы только что сделали резерв на два импланта…
        — Да, сделал, а в чем дело? Их нет, или они под заказ?
        — Нет, что вы, все в наличии, просто такие вещи крайне редко продаются — это я о «Псио+», как вы поняли, со вторым имплантом вообще никаких вопросов.
        — Так что вы хотите, я не понял?
        — К таким клиентам особое отношение — с голопанели на него смотрел парень с нестандартной прической — таких на Земле называли панками — у тех были такие цветные «хохолки». Поэтому я лично проверяю заказ. Вам требуется установка?  — учитывая сумму, можем провести процедуру бесплатно…
        — Думаю, нет — только покупка, установка планируется самостоятельно.
        — Да, конечно, любая медицинская капсула выше третьего поколения делает такую процедуру в автоматическом режиме, без участия оператора. Тогда, если у вас нет ко мне вопросов, ждем вас завтра.
        — Одну минутку, раз уж вы сами позвонили, у меня возник один маленький вопрос…
        — Конечно-конечно, слушаю вас внимательно…
        — Мне бы хотелось, чтобы сведения обо мне, как о покупателе такого редкого товара, нигде не всплыли — понимаете, что я хочу от вашей конторы…?
        — О!.. Тут вы можете быть совершенно спокойны — такие же требования к нам выставляют и наши негуманоидные партнеры — сполоты и лонари — и только на таких условиях они поставляют нам свои изделия. Мы пользуемся специальным соглашением между этими расами и Содружеством — информация не передается даже СБ любого государства по их требованиям. Были прецеденты, когда на «Нейронику-Д» пытались надавить — сполоты с лонари сами кое-кого прижали где-то вверху, и с тех пор тихо. Вот так, уважаемый Макс…
        — Ладно, тогда увидимся завтра.
        Незаметно день достиг своего конца, но в космосе все продолжалось — местное светило шпарило круглосуточно, не обращая внимания на жизнь и мельтешение этих мелких организмов, шнырявших по пустоте кто на чем. Землянин, между тем, был занят подведением итогов операции «Рабочее турне»: аукцион с неформатным искином завершился ставкой в пятьдесят три тысячи кредитов. Это уже с учетом за посредничество портала с длинным непонятным названием — неожиданно, такой кусок дерьма, по мнению мужчины, продался за вполне нормальные деньги. За изделием прилетел хмурый мужик вполне обычной белой расы на странном внутрисистемном боте марки «Тусто-54», борта которого были украшены маленькими пятилучевыми рисунками красного цвета, уже не раз виденными специалистом в сети Корита. Технолог успел насчитать таких украшений около сорока штук, пока покупатель подключал искин к своему терминалу на боте, проверяя его работоспособность.
        Наш герой хотел было предупредить товарища об опасности прямого подключения устройства к системам бота, но потом передумал: будет аборигену нежданчик, хе-хе, а то он какой-то хмурый и недовольный… Как бонус, отдал незнакомцу всю имеющуюся у него вадяру, которую получил в свое время в довесок к этому устройству — лицо покупателя резко оживилось при виде такого количества оригинального напитка. Максу показалось, что у мужика что-то с психикой не в порядке: тот стал прижимать емкости с напитком к своему лицу и целовать их, приговаривая что-то вроде: «Родимая моя,…какое счастье привалило мне одному,…это я удачно зашел…». С этого момента лицо покупателя стало излучать довольство и радость, так что, быстро загрузив все добро к себе в уникальный бот, тот резво стартовал в неизвестном направлении.
        Самый главный товар был реализован на сумму 4,45 миллиарда кредитов — теперь предстояло выплатить всем доли и зарплату по контрактам за шесть месяцев. Первыми ушли компенсации родственникам погибших: пятеро пилотов и четверо абордажников — шесть миллионов. Выплаты по контрактам для оставшихся пилотов забрали еще двадцать три миллиона, Крун получил двести пять миллионов, учитывая стоимость «Фарди», который теперь становился его собственностью. Сорок шесть бойцов ближнего боя получили по сто двадцать тысяч кредитов, что составило еще пять с половиной миллионов единовременных выплат. С проданного призового транспортника команда получила две третьих — Макс, как наниматель, получал треть стоимости. Итого, по итогам выплат, счет специалиста пополнился на 4,21 миллиарда кредитов и дошел до серьезной цифры в 5,7 миллиарда кредитов Содружества.
        — Ну что, Крун, будем прощаться — контракты закрыты, я свои обязательства выполнил, твои контакты оставлю в памяти, думаю, мы с тобой еще пересечемся в будущем. Какие у тебя планы, если не секрет?
        — Никакого секрета, партнер — экипаж в полном составе решил предложить мне свои услуги — зарегистрируем наемный отряд и будем сопровождать караваны, да и так — что попадется нормального. В Брилар пока никто не торопится — здесь можно тоже неплохо заработать, особенно учитывая, что у нас тут эксклюзив — шестое поколение, хе-хе.
        — Хм, Крун, не мне тебя учить, но вспомни нашу последнюю стычку — мы прошли по краю — для этой части пространства носитель на четвертак малых бортов — мелочь на закуску. Не особо надейся на свой эксклюзив, хе-хе.
        Некоторое время еще поболтали о жизни, а потом Макс и Юли загрузились в свой «Фортер», предварительно тепло попрощавшись с командой — у всех были самые хорошие чувства к нанимателю, поэтому проводы получились долгими и душевными. Хоть наемники и жесткие парни, но ничто человеческое им не чуждо.
        Чтобы не болтаться в открытом пространстве, как рыба в проруби, арендовали парковочную площадку на станции, где проводили почти все торговые операции — все-таки у них был малый корабль — такие имели возможность размещения на палубах станции. Сама же «Чайна-22» была гигантом — те гарморские клановые постройки, которые он в свое время видел в системе Нурфал, были детьми по сравнению с этой громадиной. Конструкция на данный момент представляла собой прямоугольный брусок длиной почти в двадцать два километра — модульная модель пятого поколения собственной разработки — блоки по два километра складывались как конструктор, постепенно увеличивая ее габариты.
        С утра (условно, конечно же), плотно подкрепившись, отправились за своими покупками, сперва однако, тщательно изучив правила поведения на станции — хоть здесь и действовали законы Содружества, но могли быть и нюансы. Нюансы были — местные не ограничивали разумных в вопросах применения оружия, и что особенно напрягало парочку — дроидов — по всей видимости, разборки с применением тяжелых типов вооружения тут считались нормой.
        — Надо быть поосторожнее — прикидывал свои возможности мужчина — видимо таким нехитрым способом руководство Корита пытается как-то уменьшить количество своего огромного населения. Значит, идем в штурмовых скафах — мы все-таки из Брилара, нас тут особо не любят. Кстати, Юли, в своем красивом пилотском скафе ты не пойдешь — полагаться на один защитный экран глупо.
        Некоторое время потратили на надевание трофейного скафа «Шал-И6»  — подарок мертвого Лэна Гордо. Одежда оказалась очень продвинутой — около получаса сама подстраивалась под габариты нового хозяина (или хозяйки), которая сопровождала этот процесс своими комментариями и восклицаниями.
        — Я теперь как ходячий танк, боевая машина смерти, всех порву, подходи по одному, ипать!  — грозно хмурила личико подруга, однако реакция партнера ее расстроила.
        — Ты мне напоминаешь маленького, злого и вооруженного до зубов гномика, а-ха-ха-ха — не удержался наш герой, разглядывая свою спутницу — зрелище было занятным.
        Девушка была ростом чуть более полутора метров, а в штурмовом скафе действительно напоминала ему фентезийных гномов из земной литературы. А когда она хмурилась в этом одеянии, то била все рекорды по оригинальности внешнего вида: красивое лицо в обрамлении рыжих волос,… и две турели по бокам — вид был еще тот — новая рыжая амазонка, ипать…
        Пока шли от парковки до первой торговой точки, где ее спутника ожидал отложенный товар, успели заработать себе определенный имидж. Белые люди здесь были редкостью, а двое белых людей в штурмовых скафах шестого поколения, чьи турели время от времени провожали некоторых подозрительных типов своими раструбами, запомнились всем. Кстати, продвинутый скаф имел в отличие от того же «Шонца», более дорогую версию мускульных усилителей — девушка сообщила мужчине, что вообще не ощущает веса экипировки и чувствует себя в ней комфортно. По пути следования за ними увязалась толпа местных попрошаек, которые немного позже слегка осмелели и стали дергать рыженькую за руки, посчитав ту слабым звеном их двойки.
        Эти приставания быстро надоели Юли, и она, резко развернувшись, заехала самому настырному ботинком в промежность — компания узкоглазых бомжей сразу сделала правильные выводы и переключилась на более доступные цели. Немного поудивлялись местным средствам передвижения: здесь были как современные гравиплатформы, так и вполне земные велосипеды — даже попалось на глаза несколько велорикшей. Для Макса это не было сюрпризом — судя по тому, что они видели в космосе, на станции это воспринималось спокойно, хотя Юли часто хлопала своими ресницами, каждый раз провожая такие механизмы долгим взглядом. Первым в планах посещения был магазин, где землянин зарезервировал за собой два средних активных источника древних.
        — Три миллиона сто тысяч кредитов — скинул ему на нейросеть договор и счет продавец уникальных вещей.
        — Оплатил.
        — Сейчас привезут ваш товар, будете сами брать с собой, или нужна доставка — по станции бесплатно — обрадовал их довольный торговец.
        — Доставка, конечно — Макс назвал палубу и номер парковочной ячейки, куда требовалось доставить купленный товар — пусть привезут ближе к середине дня, мы еще немного погуляем по станции.
        — Нет проблем — к обеду ждите платформу с посыльным.
        Следующим был магазинчик, где его ждали следующие отложенные покупки.
        — Сорок восемь тысяч кредитов — вытягивая на прилавок коробку с цилиндрами, сказал продавец.
        Специалист не торопясь осмотрел весь товар своим вторичным взглядом — прекрасно — подумал он — глубокий синий цвет внутренних источников этих артефактов вселял оптимизм. Оплатив покупку, двинулись в сторону «Нейроники-Д»  — предстояла самая большая трата кредитов. По пути пришло оповещение от нейросети об окончании загрузки базы по технической терминологии расы Дэ'галир. Очень хотелось продолжить знакомство с наследием древней расы, но мужчина решил все-таки вначале доучить до конца все базы по большим космическим кораблям, учитывая тот факт, что скоро они отправятся в Хаман, где предстоит самая большая в их жизни покупка. Реликтовые знания могут подождать еще пару месяцев — ничего менять в своих планах по переходу на новое судно землянин был не намерен.
        Офис корпорации был выдержан в светлых тонах — множество зелени различных видов и расцветок создавали совсем не то впечатление, чем конкурент в Бриларе — «ТСБ-нейро»  — никакого блестящего металла и «техно».
        — Вам действительно не нужна установка «Псио+»  — вновь ненавязчиво поинтересовался менеджер у технолога, когда тот ознакомил его с целью своего визита.
        — Мне не нужна, но возможно, в счет этого бонуса вы сможете проделать тоже самое для моей женщины — мы еще заказывали «Обжигающий огонь и жгучий лед»?
        Немного подумав, закатив глаза и посовещавшись с кем-то таким образом, служащий утвердительно кивнул и огласил итог:
        — Тридцать шесть миллионов и семьсот девяносто восемь тысяч кредитов — мужчине на нейросеть пришел договор о продаже и счет.
        — Оплатил.
        — Получено — удовлетворенно улыбнулся продавец — сегодня он заработал неплохие комиссионные. Сейчас принесут ваш имплант, а ваша девушка может пройти вот в те двери — там ее уже ждет наш специалист.
        Юли проследовала в указанное помещение — операция по установке эмоционального импланта планировалась на полчаса — партнер решил подождать свою спутницу здесь, занимаясь полезным делом. Так как задерживаться в этой системе он больше не планировал, стал просматривать варианты путешествия в сторону Дивели. Тут принесли его покупку и он немного отвлекся от инфосети, чтобы получше рассмотреть то, что изготовили далекие лонари, и за что он отвалил такие бабосы. Но действительность его немного обломала: в руках у него был мини-сейф необычной конструкции и вида. Кубик ослепительно белого цвета со стороной около семи сантиметров, повертев который в руках, наш герой не обнаружил никаких кнопок, щелей или сенсоров — идеальная монолитная поверхность.
        — Это что?  — вопросительно посмотрел на продавца.
        — Сейчас вам придет код к этому сейфу от нашего искина. После получения зажмите двумя пальцами любые две противоположный стороны куба — ваша нейросеть обнаружит новое устройство — сбрасываете туда полученный код и сейф откроется. В таких упаковках корпорация получает симбионты от негуманоидов — это их изделие.
        — Хмм, как интересно, не видел еще такого — задумчиво осматривал сейф землянин, пока его не прервала нейросеть.
        — Входящий пакет от искина отделения «Нейроника-Д», принять?
        — Да — подтвердил получение небольшого пакета, и решил сразу же испытать все ранее услышанное.
        Слегка сжал большим и указательными пальцами две противоположные стороны предмета, почувствовав при этом слабую кратковременную вибрацию в пальцах, тут же снова оживилась нейросеть.
        — Обнаружено запоминающее устройство «Шера-лок.2»  — для активации требуется ввести код. Использовать последний полученный пакет?
        — Давай.
        Все шесть граней кубика потеряли свой цвет и стали прозрачными, при этом внутри также обнаружилась прозрачная сфера, внутри которой, опять же, плавала маленькая продолговатая штучка, напоминавшая Максу земные лекарственный капсулы немного меньших габаритов. Сам кубик ощущался в руках, как мягкий упругий предмет, сохраняя при этом свою первоначальную форму. Мужчина заметил, что стоявший рядом менеджер заинтересованно наблюдает за его манипуляциями и взглянул на него вопросительно.
        — О,… прошу прощения — немного покраснел молодой парень — просто стало интересно, никогда не продавал еще таких вещей — первый раз такие вижу тоже…
        — Скажите, уважаемый, а какие-то материалы для ознакомления по этой штуковине есть еще? Например, как им пользоваться, что он собой представляет, хоть что-то есть?
        — Изготовитель утверждает, что после окончательного развертывания, а это ориентировочно до двух суток после имплантации, носителю будет доступна мини-база с описанием возможностей и функций импланта. Это все, чем могу вас порадовать,… немного странно, конечно, но логика наших негуманоидных друзей немного отличается от нашей собственной…
        Землянин дал через нейросеть приказ вернуть сейф в первоначальное состояние — кубик стал сразу твердым и белым. Так как время еще было, то продолжил знакомиться с информацией о движении кораблей между Коритом и Дивели. Вариантов было два: купить себе место на транс-системном лайнере, или наняться со своим «Фортером» в охрану каравана, направляющегося в сторону конфедерации. В первом случае следовало оплатить стоимость двух билетов и стоимость провоза из КИПа на летной палубе такого лайнера — так они с Юли уже летали. Немного напрягали цены на перелет: люкс на двоих оценивался в восемь миллионов кредитов и еще восемь просили за место для малого корабля, а вип-каюта была вдвое дороже люкса.
        При втором варианте найма платить должны были уже им, и тут уже было несколько вариантов. На этой неделе в сторону конфедератов отправлялось три каравана, на следующей планировалось еще два. Во всех пяти случаях еще были вакантные места для владельцев малых и средних кораблей — основной костяк охраны наемники уже сформировали — в составе одно из них наш герой с удивлением обнаружил знакомый ему «Фарди»  — Крун решил подработать в охране, не теряя зря времени. Первый порыв послать туда заявку он отбросил, когда стал знакомиться с составом охраны — в этом, и еще трех конвоях преобладали названия коритских кораблей, да и само руководство конвоя было местным.
        Учитывая нелюбовь к бриларцам, специалист рассудил, что таких, как Крун будут использовать на передовой, закрывая все дыры и оберегая своих бойцов. Так как работать прикрытием для узкоглазых он не желал, то оставался еще пятый вариант, который стал им внимательно изучаться. Здесь охраной каравана занимался наемный отряд конфедератов, и условия были интереснее, чем у местных: малый корабль двигался на борту носителя, как полноправный член бортовой эскадрильи; персонально оговаривались задачи для пилота такого КИПа, исходя из его специализации. Простым истребителям и штурмовикам предлагалась оплата в размере одного и полутора миллионов кредитов соответственно за весь период перелета. Наемникам-владельцам специализированных корабликов предлагалась индивидуальная шкала оплаты, в зависимости от типа их суденышка. Также оговаривались трофейные и призовые выплаты — стандартная практика.
        — Хм, интересная дилемма: заплатить шестнадцать миллионов и лететь, как турист, предавшись пьянству, греху и разврату, хе-хе… Или получить немного денег от других, слегка при этом повоевав,…возможно? М-дя, тут надо подумать, может случиться так, что за весь полет ничего не произойдет, и мы с Юли проваляемся в койке на «Фортере». А возможен и более жесткий вариант развития событий… Сейчас девушка вылезет из капсулы, и решим, как нам поступить…
        Долго ждать подругу не пришлось, и вскоре они медленно двигались в сторону ближайшего заведения питания. На их скафы тут не обратили особого внимания — видимо такое на станции было в порядке вещей. Пока ждали свой заказ, мужчина поинтересовался самочувствием спутницы:
        — Что-то чувствуешь новое, крошка? Есть какие-то отличия от обычного состояния?
        — Пока что нет — немного огорченно протянула Юли — специалист мне сказал, что развертывание импланта строго индивидуально — от суток до полутора, так что я пока еще вся «по-старому», хи-хи. А ты свой имплант забрал — покажи, интересно все-таки, такие деньги отвалил…?
        — На «Фортере» посмотрим, слишком необычная штучка — в глаза бросается, а нас тут не особенно любят…
        Потом они отвлеклись на принятие местных деликатесов — решили попробовать экзотики — оказалось все довольно пикантно и неожиданно, если не обращать внимания на внешний вид некоторых составляющих блюд. В процессе поглощения национальной еды директората технолог поделился своими мыслями по поводу дальнейших передвижений в сторону Дивели. Девушка вначале склоняла его к комфортному передвижению на борту лайнера, так как ей хотелось много развлекаться, танцевать и заниматься сексом со своим мужчиной, особенно учитывая будущие эмоции от нового импланта. Сам мужчина упирал на то, что три с половиной месяца полета в условиях постоянных пьянок и веселья его не очень прельщают, хотя последнее предложение подруги воспринял с энтузиазмом. Также указал на то, что время перелета надо потратить с умом в свете покупки большого корабля, а это значит, что пока у них один приоритет — учеба в капсуле.
        — Ох, Макс, когда же эта учеба закончится? Все учим и учим…  — грустно вздохнула рыженькая, поедая десерт.
        — Не знаю, крошка,…я планирую потом заняться производством кое-какого эксклюзива, есть определенные мысли — пока путешествуем и нарабатываем капиталы. Вложения в производственные мощности гораздо серьезнее, чем покупка кораблей — зато, когда все организуем, тогда перестанем носиться по космосу, осядем на планете, заведем детишек и будем спокойно проживать оставшуюся жизнь. А пока есть силы, надо максимально зарабатывать кредиты!
        ГЛАВА 5
        Очевидно, упоминание о детях и спокойной жизни на планете было решающим фактором в словах ее спутника, так как повеселевшая подруга согласилась на план мужчины наняться в охрану каравана. Специалист сразу по прибытии на борт своего «Фортера» подал заявку руководителю наемного отряда, который осуществлял сейчас набор недостающих кораблей в охрану. Затем пришла очередь для нового приобретения: достал дорогое улучшение и поместил его в специальное гнездо в капсуле. Разделся и улегся — капсула стала закрываться. Процесс имплантации должен был пройти в автоматическом режиме, однако Юли внимательно проверила все настройки, и только после их проверки дала разрешение агрегату на начало операции — в этот раз технолог изображал из себя простого пациента, не вмешиваясь в действия своей подруги. Надвинулась на лицо маска и пациент медленно погрузился в лекарственный сон — вся процедура должна была занять почти сорок минут.
        Командир наемного подразделения «Найтхор» Шак Нори смотрел на схему своего отряда и скрипел зубами — последний конвой сюда стал для отряда серьезным испытанием: в трех системах по маршруту на них нападали разные неадекваты, пробуя на зуб прочность их обороны. Конечно, конвой они довели в полной сохранности, не потеряв ни одного клиента, но у самих были безвозвратные потери: утрачен легкий носитель в результате нескольких удачных попаданий противника, причем потери москитной группы были относительно невелики. Из двадцати пяти КИПов уничтожено около половины, потерян торпедоносец и серьезно поврежден крейсер огневой поддержки — его сейчас ремонтируют как раз. К счастью, заказчик расплатился с премией, впечатленный потерями — все-таки вся техника у отряда была шестого поколения, за некоторым исключением — в конфедерации Дивели делали хорошие вещи.
        На данный момент состав группы был почти восстановлен с небольшим ухудшением качества — пришлось купить у местных их вариант среднего носителя на сотню бортов, пятого поколения — по цене вышло, как два легких аналога отечественного производства. Сейчас была некоторая нехватка тяжелых штурмовиков на его палубах — командир не горел желанием комплектовать весь состав бортовой эскадрильи местными изделиями. Идея была в том, чтобы нанять на один рейс наемников со своими кораблями, а по возвращении в пространство конфедерации закупить там технику получше качеством и поколением. Но процесс шел со скрипом — вольных пилотов со своими малыми бортами было мало, а время до выхода каравана поджимало…
        — Командир, поступила заявка на наем — малый корабль, отправляю пакет, посмотри — интересный вариант — отвлек капитана его помощник.
        — Получил,…смотрю…хм, не понял — зачем нам шахтер?  — недоумевал Шак, глядя на помощника.
        — Смотри все внимательно — там не все так просто, как кажется на первый взгляд.
        — Ладно, смотрю еще раз… Да, это интересно — военный шахтер внешне, а так — полноценный штурмовик шестого поколения. Хм, откуда такое чудо здесь в Корите? Кораблик интересный, только информации по нему мало, что в базах, что в инфосети…
        — Информации мало, потому что сам кораблик не продается в открытом доступе — Брилар держит такие в резерве. Хотя, действительно непонятно откуда он у пилота?
        — Что там по самому пилоту есть?
        — Только официальная, общедоступная информация: Макс Шнитке, гражданин ТС Брилар категории «В», сам КИП «Фортер 6к2 т» в его собственности… странно… в заявке на наем указывает спутницу — некая Юли Кронли, тоже гражданка ТС Брилар категории «С».
        — М-дя, вопрос…что в Корите делают два бриларца на малом корабле, учитывая, что их государства находятся в не очень дружественных отношениях? И как он сюда добрался — не поверю, что на своем КИПе долетел…
        — Кстати, капитан, хочу заметить, что у этого пилота группа гражданства «В»  — еще больше вопросов.
        — А что ты тут увидел странного?
        — Группа «В» дается за определенные заслуги перед Бриларом, основная часть населения Торгового Союза доживает до своей смерти в более низкой «С» группе, как у его спутницы, например. Этот тип имеет какие-то заслуги перед своим государством.
        — Это все интересно, но я сейчас думаю, нужен ли нам такой штурмовик, он какой-то странный на вид, хотя, скрывать не буду — вооружение для такого типа кораблей впечатляет…
        — Вот-вот, вооружение… Много ты видел малых кораблей с двумя туннельными пушками? Кроме того, я подсуетился и нашел немного информации по тактике и специализации кораблика — ты будешь приятно удивлен…
        — Да ну? Удиви меня еще раз, партнер!
        — Специализация по-простому, «кипорезка»!
        — О!.. Неплохо,… думаю, нам такая игрушка на носителе не помешает. Вопрос в оплате: как ты думаешь, на два миллиона он согласится?
        — Хмм, думаю, он согласится на четыре, хотя надо начинать разговор с трех миллионов — тебе решать, Шак.
        — Тогда организуй мне канал связи с этим пилотом — пообщаемся.
        Макс покинул ложе капсулы и прислушался к себе: вроде никаких новых ощущений, затем присмотрелся к себе своим вторичным зрением — тут его ждал сюрприз. Красная сфера в груди имела уже насыщенный темный оттенок красного, но не это заинтересовало его: от нее в разные стороны расходились тонкие нити, повторяющие главные кровеносные сосуды тела — аорты и вены. Пока это были крохотные нити толщиной не более полмиллиметра — имплант развивался быстро, землянин не ожидал такого эффекта так сразу, после имплантации, что его немного обрадовало и озадачило одновременно.
        — Быстро, однако, он взялся за дело — хмыкнул мужчина, оценивая результат — что ж, подождем указанные этим продавцом двое суток — там и информация должна появиться, вот только интересно будет посмотреть, как это все произойдет?
        От самосозерцания оторвала нейросеть:
        — Входящий вызов — Шак Нории, средний носитель «Шани-Су», принять?
        — Вероятно, это наемники — подумал герой — принять.
        — Макс Шнитке?  — вопросительно смотрел на него белый мужчина с уставшим лицом.
        — Да, а кто интересуется?
        — Кхм, я командир наемного отряда «Найтхор», ты оставлял заявку на участие в караване до Дивели…сразу перейдем к делу.
        — Не возражаю.
        — Итак: боевой опыт, и желательно подробнее…
        Беседа продолжалась на протяжении двадцати минут, в ходе которой командир отряда выяснял для себя необходимую информацию. К его удовлетворению, пилот попался с опытом, еще и опыт высадки на неприятельское судно имелся — в роли погонщика боевых дроидов. Это немного удивило Шака, хотя вида он не подал — редкое сочетание умений. Также немного удивило нежелание кандидата отвечать на вопросы по поводу происхождения его корабля и причинах и способе прибытия в Корит. Аналогично предыдущим вопросам этот тип отказался прыгать самостоятельно на своем кораблике, отталкиваясь при этом от пункта договора найма о том, что малый корабль на время перехода до конфедерации передвигается на борту носителя, как часть москитного флота.
        — Надо будет очень сильно — прыгну — заявил пилот — но в основном, хочу, как заложено в контракте.
        Вопросы, связанные с тактикой применения его корабля проигнорировал, сославшись на то, что специализация корабля — защита неподвижных и малоподвижных объектов от москитного флота противника, а все вопросы по тактике в составе эскадры решет командир или тактический офицер. Потом перешли к вопросам оплаты и снабжения: особенно удивился и обрадовался наемник, когда узнал, что кораблик кандидата может обеспечивать конвой топливом — только кристаллическим и к тому же очень медленно. Этот факт особенно сильно порадовал помощника капитана, поэтому соискателю сразу предложили контракт на максимальную ставку в четыре миллиона кредитов, с оговоркой, что новый член команды будет готовить топливо конвою по мере необходимости. Кандидат на место наемного пилота сразу согласился, породив в голове капитана подозрение, о том, что он переплатил — надо было начинать торг с трех миллионов, как советовал помощник.
        Через пару минут по сети пришел договор о найме, который был завизирован личным идентификатором и отправлен обратно отправителю. А еще через десять минут ему пришло распоряжение занять свое парковочное место на летной палубе носителя «Шани-Су» согласно схеме парковки бортов. Местоположение для его «Фортера» было зафиксировано на второй летной палубе в зоне нахождения специализированных малых кораблей носителя. Пришло время выдвигаться на место новой работы.
        Вечер в «семейном» кругу прошел для парочки немного необычно и по-новому, и в основном, для Юли. К этому моменту у рыженькой активизировался эмо-имплант, и она погрузилась в новые для себя ощущения. Как объясняла красотка своему партнеру, каким-то образом она начала чувствовать эмоции ее спутника и довольно точно определять направление, в котором он находился, когда визуально девушка его не наблюдала. Что характерно, других людей, находящихся на борту их временной мобильной базы, она никоим образом не чувствовала, даже если кто-то стоял с ней рядом и смотрел в упор. Еще бы — такая эффектная малышка вызвала фурор восхищенных эмоций у экипажа носителя. Особенно это было заметно в столовой, куда партнеры пришли на ужин — все-таки им хотелось общения с другими, а где, как ни в столовой можно поговорить на разные темы — принять пищу можно и на борту «Фортера», благо их синтезатор был очень хорош в своем классе. Девушка вызвала заинтересованность и легкое движение в кругу пилотского состава наемников, так как женский пол в этой среде встречался довольно редко — в космосе, в основном, прекрасная половина
шла в медперсонал или технический сектор — там, где риски были занижены.
        Присутствовало легкое недоверие к ней, как к пилоту — к этому Юли отнеслась спокойно — возникнет необходимость, покажет, кто есть кто. Из разговоров с другими наемниками парочка выяснила для себя, что маршрут до конфедерации довольно опасен — сюда конвой добрался с потерями среди охраны, поэтому все готовились к тому, что обратная дорога будет не легче. Пообщавшись на разные темы таким образом пару часов, наши герои удалились в свою каюту, которую выделили Максу, как значилось в контракте, пилоту специализированного корабля. Кстати, все остальные пилоты также проживали в отдельных помещениях — среди наемников эта должность считалась офицерской, а таких разумных оказалось на борту более сотни, включая тех, кто был приписан к абордажным ботам.
        Знакомство с самим носителем землянин решил отложить на завтра, а вечер посвятить своей любимой женщине — красотке не терпелось заняться сексом и почувствовать то, что чувствует ее партнер во время него. Мужчина, видя такой запал у подруги, не стал откладывать начало марафона и приступил к делу без лишних слов. Почти час специалист и его спутница предавались плотским наслаждениям, плавая в своих чувствах, как в теплой воде вечернего моря, то опускаясь вниз на его волне, и замирая там на миг, то резко взлетая на гребень этой волны удовольствия, растворяясь во вспышках оргазмов. Последние, по-видимому, были очень сильны сегодня у Юли, поскольку рыженькая настолько сильно выражала свои эмоции в виде криков, стонов и вздохов, что партнер в некоторые моменты стал опасаться за ее здоровье — настолько бурной и яркой была ее реакция на его ласки. Рухнув на кровать без сил после последнего заплыва, он стал с улыбкой наблюдать за лицом своей женщины — та лучилась радостью, удовлетворением и обожанием.
        — Ох… Макс, это было так,… так чудесно и волшебно, я бы даже сказала божественно приятно, ты даже не представляешь, что я почувствовала… Я воспринимала твои эмоции и твое состояние, как часть своих — они так удивительно переплетались между собой, что иногда я сама не могла определить, где мои, а где твои. А оргазм, хи-хи… это вообще что-то фантастическое… у вас, мужчин он, оказывается, отличается от нашего, женского…
        — Ну-ка, ну-ка, с этого места поподробнее — проявил заинтересованность мужчина.
        — Понимаешь, у нас это быстро нарастает и быстро проходит, он мягче, и за весь процесс, так сказать, хи-хи, так несколько раз, как правило. Вот,… а у вас, судя по тому, что я ощутила, само чувство слабое, и только в самом конце оно как взрыв эмоций. Конечно, думаю, что имплант не может передать всех твоих ощущений, однако мне кажется, что это вопрос времени — чем дольше мы вместе, тем лучше я буду чувствовать тебя. Кстати, а может ты бы тоже поставил себе такую штучку — море ощущений, рекомендую…
        — Хм, может быть когда-то, и поставлю — отреагировал технолог — пока некуда, а у нас большие планы впереди. Да мне и так с тобой хорошо — если честно, не вижу смысла в такой фишке для себя.
        — Ууу, какой ты практичный, нет в тебя совсем романтики — на такой ноте, обнявшись, оба заснули.
        Утром, направляясь в столовую на завтрак, ловили на себе завистливые и оценивающие взгляды, смысл которых до них дошел, когда удалось уловить краем уха разговор двух наемников. Последние обсуждали громкие звуки, которые доносились до них из соседней каюты, отвлекающие их от сна после тяжелого рабочего дня, попутно высказываясь о качестве коритской техники и ее звукоизолирующих свойствах. Когда до девушки дошло, о чем речь, она немного покраснела от смущения, а потом стала громко смеяться, интересуясь у Макса, как называются люди, которые подслушивают своих соседей:
        — Эмм… вот тех, которые подсматривают за личной жизнью других, вроде называют вуайеристами, а вот таких вот — подслушисты, что ли, ха-ха-ха?
        — А вот и не угадала! Таких называют загадочные онанисты, а-ха-ха-ха — они угадывают действия по звукам, о-хо-хо-хо.
        Парочка веселилась вовсю, искоса подглядывая за недовольными наемниками, для которых разговор повернулся в несколько другую плоскость.
        — А кто такие онанисты, Максик?  — невинно поинтересовалась рыженькая у спутника.
        — Ну, это те, кто себе д… короче, я тебе потом расскажу как-то — сейчас нам пора подкрепиться немного.
        Больше их никто не пытался обсуждать, поэтому проведя некоторое время в столовой, парочка вскоре отправилась к своему кораблю — девушка собиралась ложиться в капсулу на учебу, а ее мужчина заняться исследованием костюма легендарного Дже. К тому времени весь конвой был укомплектован и начал разгон в свою первую транзитную систему: дальность прыжка рассчитывалась по возможностям самого маленького корабля в караване — им оказался средний транспорт, упакованный по самые гланды каким-то товаром, хорошо покупавшимся в конфедерации. Дистанция в шесть систем прыжка была в два раза больше, чем у того же «Фарди», а входящий в конвой линкор и тяжелый носитель могли прыгнуть вообще на восемь-девять систем — на них уже стояли кластеры искинов, позволяющие проводить вычисления такой сложности.
        Подруга сама активировала капсулу и улеглась на стандартный десятидневный разгон, ее же партнер решил ознакомиться вначале со спецификацией носителя, на котором они сейчас путешествовали. Итак: средний носитель проекта «Шани-Су», пятое поколение, верфи директората, палубный флот — не более ста единиц, исключая абордажные боты — тех по проекту значилось четыре. Проглядывая спецификации, специалист ловил себя на мысли, что что-то похожее он уже встречал в базах по средним кораблям. Немного освежив знания, удовлетворенно кивнул себе:
        — Хитрозадые узкоглазые копипастеры — хихикал он, обнаружив оригинал — местные умельцы-инженеры взяли за основу устаревший проект четвертого поколения разработки конфедератов «Ихторс-4к100»  — эти носители давно все пошли на чистые металлы, так как космические силы Дивели пользовались новыми, более продвинутыми аналогами. По сути, это было судно четвертого поколения, немного модернизированное, с внесением элементов конструкции, характерных для пятого поколения — к таким, например, причислялись индивидуальные стартовые ячейки для малых кораблей, которыми стали оборудовать корабли, начиная с пятого поколения. Не все, конечно, так как само техническое решение было спорным и неоднозначным.
        К плюсам таких ячеек можно было отнести высокую скорость вылета корабля с борта своей мобильной базы — на этом плюсы и заканчивались, а начинались минусы. Сама ячейка располагалась непосредственно в броневом покрытии корпуса, ощутимо снижая прочность конструкции в этом месте. Кроме того, попадание в створки ячейки блокировало кораблик в ней, как в капкане, а при более удачном попадании, вместе со створками получал повреждения и сам кораблик, так как находиться внутри корпуса носителя с включенным щитом было невозможно. С технической стороны, в таком «капкане» возможна была только заправка и загрузка кораблика боезапасом — о ремонте речь не велась вообще — битый в сражении КИП требовалось заводить на летную палубу для ремонта.
        — Узкоглазые опять в своем репертуаре — передрали чужой проект, засунули сомнительные улучшения и выдали как свое изобретение, хе-хе. Лучше бы пару курсовых пушек поставили для приличия — вот на «Фарди», например, хоть и легкий носитель, но имеет парочку таких сюрпризов. А тут вообще кисло — просто транспорт для малых кораблей и две сотни турелей непосредственной обороны. Впрочем, чему удивляться — китайцы на Земле тоже активно воровали идеи западных компаний, штампуя потом свои поделки, которые являлись бледными копиями своих оригиналов, а по сути — говенным контрафактом.
        — Ладно, эти то хоть как-то пытаются что-то создать в Поднебесной, а вот взять, к примеру, тот же Рушкостан, например — там вообще с мозгами беда — даже скопировать ничего не могут… Эх, что алкоголь с людьми делает — печаль-тоска. Вот кстати, смотрел небольшой сюжетик из тех, что Марс в свое время накопал для меня: рушики запустили куда-то свою модерновую ракету — назвали ее странно — «крылатая»… Так вот, вместо того, чтобы поразить свою цель, эта летающая болванка упала на территорию их союзников, чем несказанно тех удивила и порадовала. Удивила тем, что такое увидели у своих партнеров — те с ними не делились новостями своего «Рушмосзаказоборонпрома»  — еще одна загадочная контора протектората с непроизносимым названием. А порадовались как бесплатному источнику чистых металлов — просили еще подкинуть по дружбе — правда, говорят, что сам Рушкостан открестился от этой ракеты: мол, ничего не знаем, наши ракеты не падают — они летают! Все Содружество смеялось над очередным гэгом рушиков — нет, реально какие-то они тупые, что ли…
        Дальнейшее изучение носителя привело исследователя к еще одному факту: состав бортовой флотилии был другим, чем это заявлялось в описании штатной комплектации — здесь была сборная солянка из различных кораблей пятого и шестого поколений. Последних было крайне мало: вместе с его «Фортером» всего два десятка единиц. Очевидно, что команда этого носителя набиралась по отдельным контрактам, и скорее всего, на один рейс — аналогично поступили они с Круном, когда готовили экипаж для прошедшей операции «Рабочее турне». Стало понятным, что во время перелета из Дивели в Корит, наемники потеряли носитель и собрали новую команду для решения задач по охране каравана. Полученная таким дедуктивным методом информация немного озаботила мужчину — наемников, нанятых на один рейс жалеть не будут, а пустят вперед, оберегая свой основной состав от лишних потерь.
        — Хмм, вот оно значит как…  — задумчиво размышлял наш герой — будем беречь свою тушку, а если станет слишком жарко, то у меня на такой случай свой прыжковый двигатель — сделаю ноги, погибать за чей-то товар не собираюсь.
        Приняв такое судьбоносное решение, он немного успокоился и решил все же заняться трофейным костюмом, снятым с главаря пиратов Сунь-чо Фчая. Сейчас, в спокойной обстановке, он стал внимательно изучать древний скаф: изделие неизвестных древних конструкторов было более изящным, если так можно выразиться, сравнивая его со штурмовым скафом «Шонц-6у», который дожидался своего хозяина на креплениях в шкафчике «Фортера». На ощупь, материал напоминал ему чеканный металл — шершавая поверхность, вся усеянная мелкими, не более одного миллиметра выступами-пупырышками — скорее всего, такая фактура поверхности повышала прочностные характеристики изделия. В отличие от брутального «Шонца», этот костюмчик выглядел красиво, создавая впечатление богатой вещи, предназначенной, скорее для создания впечатления, чем для боя.
        Однако в памяти вновь вспыли местные легенды о свойствах костюма — впечатления от изящества изделия не отвлекли исследователя от своих мыслей — эта штука не такая простая, как кажется на первый взгляд. В отличие от современных скафов, где верхняя часть покрытия представляла собой набор сегментированных кусочков материала разной величины, этот материал был однородным — лишь в местах изгибов, там, где находились суставы конечностей человека, присутствовали тонике вставки двух цветов — серебристого и желтого. Хотя, даже на полноценные вставки эти материалы не тянули: скорее это выглядело, как тонкие, не более пяти миллиметров полоски шершавого материала указанных расцветок — эти полоски, как бы обозначали места сгибов — локтевые и коленные чашечки человеческого скелета. Такая же полоса, но шире — порядка десяти сантиметров шла по поясу костюма, и так же была составной — серебряной и желтой. Если бы не эти полосы, то весь костюм можно было бы считать монолитным, без сочленений и накладок. В районе кистей рук, где должны были быть перчатки, обнаружилось кольцеобразное утолщение четырех сантиметровой
ширины по контуру «рукава» костюма.
        — Хм, очевидно, это деталь, отвечающая за формирование защиты кистей — ничего другого в голову не приходит, глядя на это различие с остальной поверхностью изделия — подумал Макс, поглаживая эти кольца. Вообще, по ощущениям, эта непонятка весит меньше, чем мой «Шонц-6у»… хм… ладно, что у нас тут еще есть интересного?
        Дальнейшее исследование показало наличие небольших, не более двух сантиметров в диаметре, утолщений на плечах скафа — всего технолог насчитал восемь бугорков «большого»  — в два сантиметра диаметром, и четыре поменьше, пройдя по выступам своими пальцами и исследуя подозрительные выступы тактильно. К его удивлению, они неплохо прогибались под давлением пальцев, но не до конца — по-видимому, требовалось более значительное усилие, чтобы преодолеть сопротивление материала бугорков.
        — Интересно, что это такое, и с чем его едят? Есть некоторые аналогии с креплением турелей — размышлял землянин, разглядывая верхнюю часть древней одежды — хм, занятно-занятно. Так, а что у нас с самой уязвимой частью тела — головой? Этот Сунь-чо говорил, что в первоначальном варианте скаф был полностью закрытым…
        Вокруг шеи было обнаружено небольшое кольцо но, по мнению нашего героя, образовать — полноценный шлем там было неоткуда, все же, это не магия, когда из ничего получается что-то. Также в районе пояса были обнаружены непонятные квадратные и полукруглые углубления, каждое из которых было, примерно, около десяти-двенадцати сантиметров. Эти загадочности находились на спине скафа, симметрично оси костюма — там, где у человека располагался позвоночник. Больше всего нашего исследователя озадачили вставленные в костюм небольшие блестящие камни — по внешнему виду, они напоминали ему земные алмазы или горный хрусталь своей структурой, но более мутного оттенка. Проверять прочность камешков не стал — приверженцем поговорки «ломать — не строить» он не был. Дальнейшие исследования не принесли никаких сюрпризов, и технолог взялся за парные клинки.
        Те тоже производили приятные впечатления: роскошь и эргономика — так можно было в двух словах описать впечатления от первого контакта с рукоятками мечей — материал был слегка податливым, поэтому рука, как бы, немного погрузилась в нее на миллиметр — соскочить, или выбить из рук такое оружие было сложно, скорее всего. Вес клинков был комфортным для его рук, и учитывая модификацию тела, проведенную им, балансировка тоже не вызывала неудобств — землянин сразу влюбился в старинное оружие. Заточка у обоих мечей была обоюдоострая, цвет материала плыл от центральной части лезвия, где он был темно-серого оттенка, постепенно просветляясь к заточенным краям. Гарда была выполнена в виде кружевной сетки из серебристого и желтого материалов, таких же, как и полоски на скафе. Завершали общую картину несколько небольших мутных кристаллов, расположенных в плетениях гарды — на каждой сетке он насчитал пять камней.
        — Интересное решение, вот у меня очевидный вопрос — зачем на оружии эти украшения в виде камешек? Это же не декоративный предмет — размышлял наш герой, пробуя изобразить из себя крутого мечника, пока случайно не задел переборку.
        — Ого!  — воскликнул в удивлении — несильный удар по поверхности прорезал в ней видимую канавку — серьезная вещь, почти, как лазер. Надо попробовать вернуть этим цацкам их легендарные свойства — если в этих самых легендах Корита многое нафантазировано, то основа для таких фантазий должна быть какая-то…
        Начал надевать на себя костюм — попытка нацепить его поверх комбинезона провалилась — швы не соединялись — принцип совмещения и герметизации был похож на современную одежду для пустоты. Пришлось все снять и остаться в нижнем белье — залез снова — результат оказался таким же.
        — Что же это получается? Надо туда полностью голым втискиваться, что ли?  — немного удивился технолог — он помнил, что бывшего хозяина доставали оттуда в исподнем…вроде бы…
        Факт немного затормозил исследовательский задор новоиспеченного ученого — детальное обследование костюма не обнаружило на нем каких-либо утилизационных блоков или накладок. Немного помедлив в нерешительности, все же снял с себя все и снова полез в древнее изделие — третья попытка оказалась удачной — скаф зарастил все швы и совместил нижние края с ботинками — древнее чудо отлично поладило с современной обувью для пустотных объектов. Руки и голова оставались открытыми — следовало как-то активировать встроенный процессор костюма — землянин не сомневался, что что-то похожее на командный центр современных скафов здесь должен быть — надо только понять, как к нему подключить свою нейросеть.
        Немного позже пришла мысль осмотреть одежду своим вторичным зрением — привычно подключив свой дар, стал осматривать себя. Сразу бросилось в глаза то, что внутри его тела существенно разросся новый пси-имплант — на настоящий момент его сердце было опутано паутиной пульсирующих нитей, начало которых было в его голове. Точное место он определить не мог — его вторичное зрение было совмещено с глазами, поэтому видеть можно было только то, что могли видеть глаза, а голову наблюдать он не мог, как и все обычные люди. В зеркале, например, Макс не видел своей энергетической структуры, к сожалению. Но канал начинался в голове — это он отчетливо осознавал, наблюдая общую картину.
        Кроме непонятной пульсирующей сетки вокруг сердца, имплант за неполные двое суток успел вырастить системы пси-каналов, повторяющих кровеносную систему организма — в данный момент происходила, по-видимому, постройка мелких сосудов на уровне капилляров. Вся конструкция была тонкой и пульсировала темно-красным цветом, аналогично цвету его внутреннего источника. Картина увиденного беспредела серьезно ударила по психике технолога: имплант негуманоидной расы лонари уверенно что-то менял и перестраивал в его собственном организме, хотя, что это такое, самому разумному было абсолютно непонятно. Понаблюдав за всей этой феерической картиной пару минут, землянин успокоился, придя к выводу, что все, что не делается — все к лучшему, и поэтому стал искать на себе посторонние источники — идея оживить «доспехи ушедшего бога» сверлила ему мозг. Однако все потуги оказались тщетными — костюм был «мертв»  — ничего похожего на встроенные источники, хоть отдаленно что-то напоминающие ему, обнаружено не было. В расстроенных чувствах снял с себя древнюю одежду и поместил ее в шкафчике рядом со своим «Шонцем», затем с
горя плотно поел, запил все пэвассом и лег спать — пока Юли училась, он не покидал борт «Фортера» на время сна — делать в выделенной каюте самому было нечего.
        Проснулся посреди ночи от непонятного ощущения голода и легкой слабости — ничего такого раньше не испытывал, но желудок требовательно урчал — пришлось принимать ночной «ужин № 2». После приема пищи чувство голода ушло, однако легкая слабость продолжала беспокоить.
        — Хм — нахмурился Макс — и капсула занята Юли, а то бы залез, проверился… Хотя, можно воспользоваться бортовой медицинской секцией носителя, что-то мне мое состояние не нравится…
        Сказано-сделано. Быстро надел комбинезон и потопал на выход из своего корабля. Пройдя некоторое расстояние по пустынной летной палубе, ощутил, что самочувствие пришло в норму — слабость потихоньку прошла. Потоптавшись на месте в нерешительности, принял решение вернуться обратно, так как теперь он не видел смысла лезть в диагност и проверять организм. Вернулся, разделся и снова заснул, немного повалявшись перед этим в кровати после перебитого сна. Через некоторое время снова проснулся с теми же ощущениями легкого голода и недомогания.
        — Вот мля, да что ж такое творится?  — задавал себе вопрос и пытался найти ответ — что за фигня? Если бы был сейчас на Земле, подумал бы, что отравился, а тут…
        Стал вспоминать прошедший день — чем занимался, что делал? В результате нехитрых раздумий пришел к выводу, что только возня с костюмом Кичана и мечами как-то выделялась из прочей рутины. Пришла мысль снова осмотреть себя и костюм вторичным взором — мысль оказалась правильной.
        — Ипать, что за хрень?  — удивленно вскрикнул технолог, наблюдая, как от костюма к его внутреннему источнику протянулся тонкий жгутик, выкачивающий понемногу из него энергию. Вот ты значит какой, древний писец…
        Оборвав канал, сразу почувствовал себя лучше.
        — Пожалуй, надо с тобой разобраться прямо сейчас, мне такие паразиты не нравятся абсолютно — с этими словами стал вновь водружать на себя доспех, благо ничего снимать с себя не пришлось — спал голым. В этот раз, зарастив все швы, все прошло по-другому, так как нейросеть выдала свою порцию информации.
        — Активный модуль скафа «Штроу-2е» готов к синхронизации, провести?
        — Давай — обрадовался исследователь — пора понять, что за дрянь тянула из меня резерв?
        — Синхронизация поведена, получен пакет…создаю схему оборудования…1 %, 2 %… — через две минуты томительного ожидания нейросеть довела счет до 100 % и снова выдала запрос:
        — Схема устройства «Штроу-2е» готова, вывести модель?
        — Давай, не тяни — азартно воскликнул наш герой, и перед его глазами появилась 3Д картинка скафа, надетого на нем.
        Специалист стал изучать материал — больше всего это походило на отчет, только не текстовый, как обычно выдавалась информация искинами, а объемный, с всплывающими пояснениями. Первые радостные впечатления от активации древнего костюма быстро улеглись, когда он познакомился с действующим функционалом и состоянием изделия: большинство узлов светилось красным и желтыми цветами, зеленым же светилась лишь малая часть модели — очевидно, так разделялись рабочие узлы, частично рабочие и аварийное состояние некоторых. Радовало то, что скаф был просто скафом — никаких встроенных «умных» искинов, управляющих центров и тому подобного — все шло через его нейросеть, что успокаивало его нового владельца — слышать в своей голове посторонние голоса ему совсем не улыбалось — хватало и нейросети. Остановился на самых интересных моментах 3-Д отчета о состоянии, где заинтересовали следующие пункты:
        — Проверка разумного на пси-активность…статус проверки — положительно. Аварийный уровень заряда в накопителях — начато накопление стартового объема для активации из источника разумного…определение объема…время на минимальную подзарядку шесть часов…подключение…
        — Вот оно значит как: пока хозяин спал и ни о чем не догадывался, эта умная консерва решила закусить за мой счет — возмущался технолог — хоть бы сначала обозначила себя… Хотя, тут пишется, что это какой-то аварийный режим… хм, может у тех, кто делал такие штуки, такие случаи считались нормой? Ладно, продолжим, что тут есть еще интересного?
        — Отсутствует штатное питание.
        — Отсутствует штатная боевая пара «Серый коготь».
        — Состояние внешнего покрытия 50 % от номинала, требуются материалы для восстановления — дальше шел список требуемых материалов на языке Дэ'галир — тут землянин обрадовался — в списке не было ничего незнакомого — очевидно, что названия материалов людская цивилизация почерпнула от ушедших.
        — Активация щита невозможна: отсутствие энергии в пси-накопителях, отсутствие внешних источников, недостаток материалов — опять короткий список.
        — Создание шлема невозможно: отсутствие внешних источников, недостаток материалов — опять новый короткий список.
        — Активация кистевых манипуляторов невозможна: недостаток материалов — опять короткий список, отсутствие внешних источников.
        — Отсутствует плечевое вооружение.
        — Отсутствует блок питательных смесей.
        — Отсутствует блок питьевой воды.
        — Для полноценного использования скафа разумному предлагается проведение привязки по генокоду.
        — Для заполнения пси-накопителей рекомендуется не снимать скаф в течение трех суток, исходя из резерва носителя и скорости восстановления.
        — Так-так-так — возбужденно осознавал отчет наш герой — все-таки это вещица Дэ'галир, и, судя по всему, этот национальный герой Дже Кичан совсем не следил за костюмом. Хотя, судя по всему, и псиоником он ни разу не был — наверняка только прыгал в нем и рубил все подряд, пока не истощились накопители, иначе не довел бы такую вещь до такого состояния. А так, в принципе, вопросов нет — все понятно по отчету.
        Тут следует оговориться, что отчет давал кроме самой констатации факта, где и что не так по каждому пункту небольшую анимационную картинку — показывалось, что и куда надо вставить или положить, чтобы привести неработающий или поврежденный участок в состояние работающего. Например, пункт об отсутствии внешнего питания был подкреплен роликом, где в заднюю часть пояса скафа следовало вставить два кубика в специальные углубления на нем. Несколько раз просмотрев этот поясняющий сюжет, специалист пришел к выводу, что этими самыми внешними источниками были так называемые в Содружестве «малые пассивные энергоячейки».
        — У меня есть такая одна!  — воскликнул Макс и бросился к сейфу, где хранил раритеты — сейчас, сейчас…
        Кубик встал на свое штатное место как патрон в патронник с легким щелчком — некоторое время ничего не происходило, а затем по серебристым полоскам, имеющимся по всей поверхности костюма, пробежали всполохи голубого свечения, и нейросеть выдала новый пакет информации.
        — Внешний источник, гнездо № 1, тестирую…100 %. Для полного функционала требуется установка аналогичного источника в гнездо № 2.
        — О-хо-хо! Девайс просыпается, жаль, что у меня больше нет такого добра. Но это ненадолго — думаю, что в Хамане или Дивели такие предметы обязательно найдутся, вряд ли это уж такая ценность… С этим все понятно, а вот с материалами стопор — кроме кссм, что я могу и сам себе наработать, тут есть пластики, органика и какие-то жидкие композиты и полимеры. Придется отложить полноценное восстановление костюма, как минимум до Дивели,…хотя я могу в нем походить пару дней — вон, умная консерва предлагает авторизоваться и подзарядиться — чего время зря терять!
        Залез в меню своей нейросети, где стал разбираться в функциях скафа, разыскивая ту самую авторизацию-привязку: нашел и запустил процесс. Опять пару раз кольнуло в плечо, что характерно — в то же самое, куда ему в свое время всадили имплант на реликтовом корабле древних. Затем одежда стала проводить непонятные манипуляции, которые сам разумный охарактеризовал, как примерка — то тут, то там продвинутая шмотка ужималась, или расширялась, издавая слабые щелчки. Затем нейросеть отрапортовала о полной синхронизации с активным модулем скафа:
        — Подтверждена генетическая привязка к новому носителю, степень совпадения с эталонным генотипом 94 %, до полной зарядки пси-накопителей семьдесят два часа. Просьба к разумному не снимать костюм на протяжении этого отрезка времени.
        — Хм, это мне моя нейросеть начинает ставить условия…? Как-то трое суток не очень хочется торчать в нем — нахмурился Макс — может можно как-то ускорить процесс зарядки?
        Тут ему на ум пришли его опыты выталкивания из себя лишней энергии — стал осматривать себя в энергетическом взоре — от его внутренней сферы к поясу, где было несколько таких прозрачных камешек, тянулся тонкий жгут энергии — так виделся технологу процесс зарядки пси-накопителей скафа.
        — А если так — стал пытаться выдавить из себя в эти камни часть своего резерва — неудачно. Камни отказывались принимать в себя энергию красного спектра в таких количествах. Тут он заметил интересную вещь: жгутик темно-красного цвета, выходящий из него, доходя до кристаллов-накопителей, менял на них свой цвет, становясь голубым, при этом кристаллы начинали немного светиться изнутри — видимо началось накопление энергии.
        — М-дя, не получилось — огорчился экспериментатор — придется торчать в этой продвинутой одежде трое суток.
        Потом стал выяснять суть генетической привязки: оказалось, что такое стало возможно только благодаря тому, что костюм находился в практически «мертвом» состоянии, так как был лишен всех остатков энергии. Произошел сброс привязки к последнему хозяину, а активный модуль в момент первой примерки Максом изделия начал процедуру аварийной подпитки, когда проверил его на пси-активность. Теперь никто не мог надеть скаф, пока держалась привязка — только после полного опустошения накопителей — ими были как раз те самые кристаллы, раскиданные по поверхности костюма в разных местах.
        — Ну что же, это радует — если потеряю, хе-хе, то никто не сможет воспользоваться. А вообще странно, как можно было четыре раза терять такую вещь — вероятно, сказывается влияние населения протектората Рушкостан. Герой Дже был, скорее всего, неравнодушен к алкоголю, хе-хе…
        — Так, с чем я еще не разобрался… ага — плечевое вооружение — на анимированной картинке показывались плечевые поверхности скафа, где следовало установить, исходя из картинки, стандартные носимые мини-турели Содружества — человечество и здесь взяло за основу разработки древней расы. Ну, с этим тоже не будет проблем — долетим до конфедератов и там все закупим по списку — думаю, что и пищевые и водные блоки подойдут… Хм, вот об атмосферных картриджах тут ничего нет — а вот это интересно, почитаем…
        Стал изучать информацию по скафу в области системы жизнеобеспечения: тут все оказалось одновременно и просто и непонятно. Выработка дыхательной смеси была связана со шлемной частью костюма — мини-генератор атмосферы был встроен в шейное утолщение, из которого формировался сам купол шлема. При герметизации голова разумного снабжалась всем необходимым для нормального дыхания организма, а все остальное туловище было отделено от нее герметически — зачем ногам или рукам дышать? В той части атмосферы, которая неизбежно вносилась в костюм при его надевании, поддерживалась комфортная для тела температура и влажность отдельной мини-системой, в задачи которой не входило обеспечение дыхательной смесью организма носителя скафа — только температурно-влажностный режим для кожи человека. Кстати, нашел место, где можно было вставить аэропатроны — по инструкции, это было необязательно — скаф сам восстанавливал в дыхательной смеси кислород и, удаляя углекислый газ — какой-то продвинутый вид фотосинтеза, как понял наш герой.
        — Поставлю один патрон, на всякий случай — запас карман не тянет — заложили же конструкторы место для него, значит, заполним пробел в комплектации — резюмировал свои наблюдения землянин, вставляя пористый цилиндрик на штатное место на поясе костюма.
        — Так и на закуску непонятное отсутствие «Серого когтя»  — вызвал на нейросеть схему скафа и стал вглядываться в пояснения… О! Так это же просто — боевая пара — парные серые клинки — а ну-ка, ну-ка, почитаем…
        ГЛАВА 6
        Как выяснилось из полученной информации, пара клинков представляла собой штатное оружие ближнего боя, в довесок к двум плечевым турелям, которые пока отсутствовали. Мечи были дополнением к костюму — активный модуль скафа контролировал уровень энергии в них, используя ее для создания полноценного энергощита. Для этого требовалось создать из клинков подобие блока в руках разумного — выставить перед собой в положении крест-накрест. В таком состоянии щит держался до истощения заряда в накопителях — все тех же камешках. Энергия для этого бралась из двух источников: поглощалась лазерная и плазменная от попадания в них выстрелов из энергетического оружия противника, причем импульсная или кинетическая энергия не поглощалась, а наносила урон оружию.
        Вторым источником были подозрительно знакомые технологу цилиндры, которые размещались в рукоятках мечей — небольшой сопроводительный мультфильм вносил полную ясность в вопросы замены и зарядки последних. Кроме защитной функции, которая была, в общем-то, второстепенной для оружия, клинки использовались для атаки противника и его техники в ближнем бою — часть энергии заряда накопителей шла на усиление проникающей способности лезвий.
        — Хм, что-то такое я читал в легендах Корита — там вроде писалось, что клинок разрубал пополам любую преграду, сравнимую с его длиной. Вранье, наверное, хотя это мне напоминает джедайские лазерные мечи из «Звездных войн»  — надо проверить, все равно заниматься пока нечем…
        Вытянул из своего сейфа контейнер с цилиндрами — сморщенный выбросил в утилизатор, как давний мусор — информация от активного модуля скафа пояснила ему, что означают различные оттенки свечения цилиндров, которые сами Дэ'галир называли как «самовосстанавливающийся малый источник»  — что-то вроде современных многоразовых аккумуляторов. Уровень заряда начинался с минимального зеленого и заканчивался максимальным фиолетовым. При последнем уровне заряда цилиндр добавлял к своему блестящему полированному виду слабую пульсацию по торцам — на данный момент у технолога был один зеленый и несколько синих.
        Проделав несложную манипуляцию, извлек из обоих мечей два сморщенных образца — оба отправились в утилизатор составить компанию первому «мертвому» собрату. Затем вставил два «живых»  — для эксперимента решил взять зеленый и синий — внешний вид клинков слегка изменился. Во-первых, инкрустированные камни немного потускнели по-разному: в том, куда попал зеленый образец, камешки потеряли немного прозрачности, а в том, где был более сильный заряд, накопители потеряли более половины своей прозрачности, став мутными и «некрасивыми».
        — М-дя, как-то не ожидал такой реакции — думал, что будет наоборот, что станут цветными, как подсветка у цилиндров. Ну и ладно, все-таки это оружие, а не драгоценность. Лезвия тоже, кстати, слегка изменились — по режущим кромкам время от времени пробегали искры — как по серебристым полоскам на костюме, когда подключил к нему «кубик». Оживилась нейросеть:
        — Обнаружена штатная боевая пара «Серый коготь»: состояние заряда — левый 50 %, правый 75 %, состояние накопителей — левый 25 %, правый 35 %. Хозяин может укрепить пару на спине скафа — Макс получил на нейросеть очередной короткий ролик, где показывалось, как крепится боевая пара.
        Получилось со второй попытки — клинки висели за спиной крест-накрест, и чтобы их достать требовалось только потянуть за их рукоятки.
        — Неплохо-неплохо, вот только спать так не получится, хе-хе — немного развеселился наш герой — по крайней мере, Юли точно не поймет меня, а-ха-ха-ха. Еще бы где-то научиться пользоваться таким необычным оружием, а то, как бы себе чего ценного не отрезать нечаянно, хе-хе. Может, есть такие базы, где описываются приемы владения холодным оружием…? Посмотрим в Дивели, должно определенно что-то быть — вот тот же Сунь-чо как махал ими знатно, даже голову одному моему бойцу тогда снес…
        Немного помаявшись дурью, получил сообщение от нейросети о полной активации пси-импланта — сразу же зашел в соответствующий раздел и стал изучать информацию. Имплант имел свое меню, если это можно было так назвать: всего два пункта — информация для носителя и варианты развития резерва. Данных было немного, но все оказалось познавательным и интересным — развивать внутренний источник можно было в двух направлениях. Первое предназначалось, опять же, для псиоников, исповедующих активный способ применения своего дара: для таких разумных имплант выращивал дополнительные бионакопители в их теле. В запястьях рук — для усиления мощности атаки, в районе желудка — концентратор наличной энергии, и в голове — для защиты мозга от атак таких же одаренных противников. По второму пути имплант никаких накопителей не строил в организме псионика, пуская свои возможности на увеличение существующего резерва и его раскачку.
        По поводу последней, все было описано мутно и намеками — негуманоидные лонари доносили такую информацию до разумного, купившего их товар плохо — вероятнее всего не имели желания делиться своими технологиями. Макс высказал вслух все, что думал об этих жадных созданиях, содравших с него такую сумму. Немного подумав, активировал второй путь развития — пси-активные руки ему были не нужны, хе-хе. Затем снял со спины мечи и завалился спать — утомился слегка от этих реликтовых цацек, да и прошедшую ночь ему перебил скаф. Кстати, в настоящее время он не испытывал побочных неприятных ощущений от перекачки пси-энергии из его резерва в накопители скафа. Вероятнее всего, в штатном режиме эта величина была малой и не ощущалась разумным, как дискомфортная.
        Перелет проходил спокойно, никто из встречных в транзитных системах не проявлял агрессивности, хотя каждый выход пилот проводил в состоянии «желтой готовности»  — по этому сигналу он должен был в течение пяти минут занять свой ложемент и быть готовым к активации реакторов своего КИПа. Они с Юли по очереди использовали капсулу для обучения, бодрствуя только в те немногочисленные дни, когда караван собирался в очередной системе после прыжка — разброс во времени таких выходов доходил до половины суток — сказывались габариты участников конвоя. В состав входили как средние по классификации корабли, так и большие, как например, главная ударная сила наемников — линкор и тяжелый носитель производства конфедерации.
        Как-то поинтересовался у тактического офицера, он же старпом, о существовании баз по владению холодным оружием — тот удивился таким вопросам и даже немного рассмеялся.
        — Если у тебя закончились боеприпасы, во что лично я не могу поверить — такого на моей практике не было ни разу, то тебе уже никакие ковырялки не помогут, ха-ха-ха. Хотя, я посмотрю — у нас в сейфе скопилось много всяких ненужных никому чипов, может, что и найду…
        — Я бы насчет этих самый ковырялок не был так уверен — расплывчато возразил наш герой — есть тут у меня кое-какие мыслишки…
        — Уговорил, прямо сейчас схожу и посмотрю — даже интересно, что можно предпринять с холодным оружием против абордажного дроида, например, ха-ха-ха?  — хихикал старпом, уходя за искомыми базами.
        Через час, когда специалист разминался на своем беговом тренажере, офицер вышел на связь:
        — Тебе повезло, наемник — есть две базы по «холодняку»  — обе составлены гиришами — это, если ты не в курсе, одна из рас, населяющих конфедерацию — живут компактно на планете Латонга одноименной звездной системы — край фронтира Дивели в сторону Хамана. Их них получаются хорошие наемники — специализация на ближний бой: телохранители, абордажники, но у нас их на контракте нет. Наша специализация немного другая: сопровождение караванов, на абордажи почти не ходим, хотя такое подразделение есть на каждом более-менее нормальном корабле. Так вот, у этих мохнатых людей в почете такое оружие — почти 100 % баз по нему в Содружестве их изготовления. Кстати, если тебе действительно интересно это направление, советую найти в Дивели их школы боевого мастерства — там ты сможешь хорошо освоить этот вид оружия. Ну а пока есть вот такие две штуки, обе всего третьего ранга — даже не припомню, откуда это добро у нас,… короче: «парные клинки» и «метательные клинки»  — отдам за символические три тысячи, тут даже брать деньги не за что, хе-хе.
        Вскоре наш герой стал счастливым обладателем диковинных знаний и сразу же поставил обе на изучение — таймер обратного отсчета показал чуть менее шести часов на оба чипа.
        — Хм, странно, как-то многовато на третий ранг — почесал нос землянин — вероятно, действует штраф на непрофильные базы, а возможно, объем у этих мохнатиков исчисляется другими цифрами, хе-хе.
        Как бы то ни было, но через шесть часов базы были изучены и продолжено изучение в фоновом режиме пакета по большим космическим кораблям. А технолог решил попробовать себя в роли начинающего мечника-абордажника древних предков — для этой цели был задействован один из трюмов «Фортера», куда с помощью своих штатных дроидов-ремонтников он натаскал разного металлолома из трюма носителя. Немного нестандартной фантазии и паучки сварили что-то, отдаленно напоминающее манекены — в базе «парные клинки» была описана методика закрепления навыков на таких сооружениях. Сначала попробовал пару приемов из «метательных клинков»  — для этой цели взял куски композитных стержней, немного придав им вид ножей — получилось отвратительно, как и сам процесс бросания этих поделок в манекены. Немного помучавшись, понял, что тут ему ничего не светит и взялся за «парные клинки», вытащив со спины «Серый коготь».
        Все тренировки с холодным оружием решил проводить у себя — места в трюмах хватало на целую команду мечников, а светить возможности древнего оружия не хотел — эта команда была проходной для него. Каждый день он посвящал таким тренировкам по два-три часа с утра перед обедом, и под вечер, приблизительно столько же — физические упражнения отлично поддерживали его в тонусе и хорошем настроении. Конечно, специалистом по холодному оружию он себя не считал, но к моменту выхода носителя в очередной системе через неделю от начала таких занятий, технолог уже довольно уверенно выполнял защитные и атакующие движения, описанные в изученной базе.
        Убойная сила мечей его впечатлила: несколько манекенов, сваренных из отходов различных металлоконструкций, в обхвате до полуметра, спаренный удар клинков разрезал пополам за одну атаку. Сколько раз его ремонтные дроиды восстанавливали эти манекены, он уже сбился со счета. Когда одностороннее избиение молчаливых металлических уродцев ему надоело, начинающий мечник решил потренироваться со своими штурмовыми дроидами «Кланч». Решено было проверить работу встроенного в клинки щита и скорость поглощения и накопления энергии в накопителях от «вражеских» зарядов плазмы и лазеров. Для полноценной тренировки надел древний «Штроу»  — активный модуль скафа отслеживал значения заряда в клинках. Немного побегал от своих подчиненных, вначале принимая плазму и лучи лазеров на мечи — оценивал скорость заполнения «Пси»  — самовосстанавливающихся источников на терминологии Дэ'галир — встроенных накопителей.
        Оценил и впечатлился: древние делали серьезные вещи, с таким нестандартным оружием удобно атаковать противника, применяющего энергетическое вооружение — своими атаками он только подпитывает их. Например, при скрещивании мечей внахлест, у Макса активировался щит, который уверенно держался под огнем его двух дроидов, не снижая напряженности — можно было подойти практически вплотную к такому противнику для проведения своей атаки. Атаковать свое имущество ему не хотелось — была уверенность, что «Серый коготь» разрубит дроида шестого поколения за несколько приемов,… а может и за один — а ведь каждый стоил серьезных денег, м-дя. Внезапно пришло сообщение от искина носителя: «желтый» код — боец потопал у рубку, где сейчас находилась Юли — во время формирования каравана для очередного прыжка оба пилота «Фортера» бодрствовали.
        — Что там у нас?  — сходу спросил подругу.
        — Чем ты там втихаря от меня занимаешься?  — парировала девушка его вопрос — совсем обо мне забыл, бегаешь по трюму со своими железяками, чего-то кричишь…
        — Не обращай внимания — отмахнулся землянин — новый вид физических упражнений осваиваю…
        — Лучше бы ты старые, проверенные виды упражнений закреплял — подруга многозначительно посмотрела в сторону кровати.
        — Кхе, кха…м-дя,… не отвлекай меня. Так что тут все-таки, из-за чего тревога?
        — Да пока непонятно, искин носителя дал мне канал — кроме нашего каравана тут еще кто-то выпрыгивает понемногу — состав обоих групп постоянно меняется. У нас вышла пока половина конвоя, а неизвестная группировка более многочисленна — наемники считают, что разойтись мирно не получится.
        — Понятно, следи за ситуацией, я пока поменяю свой костюм — специалист по привычке в таких ситуациях одевал свой бриларский «Шонц-6у»  — к древнему изделию он еще не привык, да и тот требовал для саморемонта кучу специфических материалов — неполный функционал землянина не устраивал, особенно неприкрытая голова.
        — Марс, где мы сейчас?  — решил изучить диспозицию мужчина — расклад сил по системе: наши, ваши…
        — Система 33-ФД-210К — первая прифронтирная система Дивели по маршруту движения — до системы 15-ФД-14А три прыжка на материнском корабле. Из состава дружественных сил в наличии сейчас три крейсера поддержки, средний носитель — базовый борт «Фортера», три эсминца. Отсутствует линкор — флагман конвоя и тяжелый носитель, также не вышли из прыжка еще два транспорта. Потенциальный противник: отсутствуют полностью грузовые и гражданские единицы, присутствуют два средних носителя, три крейсера и три эсминца.
        — Похоже на рейдерскую группу — размышлял Макс — еще один-два корабля и стандартный пикет. Есть данные по контактам?
        — Отрицательно, потенциальный противник не связывался с конвоем, формирует ударное построение, дистанцию не сокращает,…фиксирую выход из прыжка,…идентификация,…линкор противника. Вышел далеко от своей группы — на воссоединение с основной частью своего пикета потратит три часа. Входящий вызов — тактический офицер конвоя, принять?
        — Да.
        — Макс, похоже, скоро начнется небольшая заварушка — у них полный состав, мы с ними уже встречались — попробуют нас взять сейчас, пока наш состав неполный — когда выйдет линкор и тяжелый носитель, неизвестно. Предлагаю тебе занять место пилота на тяжелом коритском штурмовике — на борту есть лишние, взяли вместе с носителем, а вот пилотов не хватает.
        — Отрицательно, мне и здесь неплохо — отрезал технолог, глядя на офицера.
        — Кхм, не понял, наемник, это что — отказ выполнять прямой приказ командира?
        — Конечно отказ — читай внимательно мой контракт — там я фигурирую, как пилот своего «Фортера», ваш некомплект меня не волнует. Моя спутница в контракте не участвует. Еще есть вопросы, офицер?  — землянин прищурился и смотрел на голопанель, не отрывая взгляда.
        — Да я тебя… у меня боевая ситуация — закричал на него этот тип — мы в меньшинстве, у меня каждый пилот на счету — я внесу изменения в контракт, иди, воюй, боец!
        — Да пошел ты!  — не выдержал Макс — я тут не воюю, я тут кредиты зарабатываю, и не зли меня — тактический офицер называется, ипать. Еще ничего не началось, а у тебя уже паника по всему организму. Неудивительно, что у вас такие потери были, как в Корит летели. Противнику до соединения в полноценный ударный ордер еще почти три часа, потом до нас еще четыре будут добираться — за это время или линкор или носитель точно выйдут из прыжка. Паникер сраный, я бы тебя на месте капитана высадил в первой же обитаемой системе — специалист тактический ипать мой мозг, мля.
        Мужчина на голопанели хлопал глазами и судорожно дышал, покрываясь красными пятнами — такого резкого ответа от наемного персонала он не ожидал — на его практике это было впервые.
        — Так, все успокоились — вмешался в разговор Шак Нори — жаль, но контракт действительно на твоей стороне, поэтому считаю инцидент исчерпанным — в дальнейшем работаешь свою миссию на своем КИПе, согласно специализации.
        — Жду указаний — ответил наш герой и отключился. Видишь, как складывается ситуация, Юли — я был прав — они набрали мясо: несработанный экипаж случайного состава, и собираются ими закрывать все дыры в обороне — основной состав на тяжелом носителе, который еще неизвестно где болтается…
        — Так что будем делать?  — немного заинтересованно поинтересовалась его подруга — мужчина отметил, что рыженькая совсем не волновалась, и это ему нравилось в его спутнице.
        — Пока работаем по условиям контракта: наша функция — прикрытие малоподвижных целей, а если начнется серьезный замес, и нами попытаются заткнуть очередную дырку — разгоняешься и прыгаешь отсюда нафиг. Тут двадцать три системы до цели маршрута — я в свое время на «Белзе» пролетел самостоятельно в три раза большее расстояние. Заплатим штраф, если будут претензии от отряда — умирать за чей-то товар я не собираюсь здесь в принципе — пара миллионов для нас погоды не делает, хе-хе. Но, надеюсь, до этого не дойдет, и контракт будет соблюдаться не только нами, но и нанимателем.
        — Кстати, Юли, помнишь нашу уловку, когда мы разбирались в астероидах с наемниками «Зальт-ИИ»?
        — Ты о чем, о своих паранормальных способностях, дорогой?  — захихикала подруга.
        — Удивила, кхе,…нет, я об одноразовых блоках ракет, которых мы тогда напихали на обшивку своего кораблика — уложили тогда почти полтора десятка москитов за пару минут. Предлагаю повторить бесценный опыт и обезопасить свои тушки — думаю, отряд закупил какой-то боезапас в дорогу — сейчас поинтересуюсь…
        — Марс, соедини меня с этим нервным тактиком, пообщаемся еще немного, ха-ха…
        Через пару мгновений на голопанели рубки «Фортера» появилось недовольное лицо указанного типа:
        — Опять ты? Чего тебе еще надо?  — недружелюбно начал тот.
        — Успокойся, мы в одной лодке плывем,…у меня тут появилась идея, как увеличить шансы победы. Интересует?
        — Давай выкладывай, что там у тебя…  — офицер уже полностью себя контролировал и приготовился выслушать этого норовистого бойца.
        Когда Макс вкратце обрисовал свою задумку и обозначил свои требования к дополнительному вооружению своего «Фортера», тактик немного завис.
        — И тебе это все влезет в твой КИП?  — недоверчиво глядел на землянина — я не против, если это поможет делу, только…  — тут офицер немного замялся.
        — Все, что выходит за стандартное снабжение, вычтешь из моих трофеев, хе-хе.
        — Каких трофеев?  — не понял тот.
        — Тех, что возьмем с этих организмов, что собираются нас пощипать, конечно. А ты что, тактик, помирать тут собрался — лично я хочу на них заработать — и землянин подмигнул собеседнику.
        Старший офицер странно посмотрел на этого наемника и тоже улыбнулся — что-то было во взгляде этого мужчины такого, что вдохновляло — обида была забыта, и он стал связываться с техниками носителя, отдавая приказ на выделение специализированному кораблику дополнительного снаряжения. Затем почти три часа, пока два техника, Макс и Юли вчетвером монтировали блоки одноразовых установок на летной палубе стоял шум и грохот — дроиды носились с ракетными кассетами, как бешеные.
        — Отлично — технолог осматривал результат многочасовой работы — теперь можно и полетать слегка, хе-хе. Юли, какой у нас боезапас для штатных установок.
        — Стандартно, как мы сразу договорились — двойной, а что?
        — Нет, все нормально.
        — Группа противника сформировала боевой ордер — выдал информацию Марс — бортовой искин КИПа имел прямой канал с искином носителя. На тактической схеме партнеры наблюдали, как неизвестный неприятель стал медленно выдвигаться в сторону их конвоя. Получен «красный код», получена приоритетная задача.
        — Так, что нам задали?  — стал изучать указания тактического офицера мужчина — прикрываем корвет-целеуказатель и средний транспорт — он рядом с носителем. Второстепенная задача — прикрытие самого носителя,…хм… думаю, носитель сам как-нибудь разберется с вражескими москитами — турелей ближней обороны узкоглазые наставили сверх всякой меры. Вторичную задачу будем по возможности игнорировать — от нас много хотят. Давай, детка, выдвигаемся на точку — вон, целеуказатель уже поплыл на выход.
        Вышли сразу за корветом — наблюдали минут пятнадцать, как специализированное на электронной и оптической разведке суденышко разворачивало в пространстве свои антенны и следящие зонды. В конце всех этих операций обычное на вид судно представляло собой короткий брусок в центре полусферической сетчатой конструкции — именно эту хрупкую ажурную фигуру следовало защищать «Фортеру».
        — Противник выпустил малые корабли — вновь информировал пилотов искин — в первой волне семьдесят истребителей «Джума-6к» и сорок штурмовиков «Корта-62»  — дивелийские модели.
        — Ого! Вот это подарок — воскликнула рыженькая, рассматривая тактическую схему, где теперь было более сотни отметок — красных было гораздо больше. Это видимо конкуренты Шака и его команды — дивелийцы тоже смотрю не дураки повоевать, и что-то отжать по-быстрому, ха-ха. Жаркая будет встреча земляков…
        — До контакта с малыми кораблями противника один час и одиннадцать минут — снова информировал парочку Марс. Регистрирую формирование зеркала гиперперехода,… выход большого корабля…идентификация…успешно. Дружественный борт — линкор «Лиатон-5х»  — дивелийские верфи, специализация — ударный линкор огневой поддержки. Бортовая москитная группа отсутствует. До соединения линкора с конвоем сорок восемь минут.
        — Вот, уже веселее — констатировал землянин, всматриваясь в тактическую схему диспозиции противников. Думаю, и носитель где-то рядом — вот тогда и посмотрим, кто кого возьмет на пробу…
        Рубка среднего носителя «Шани-Су».
        — Слушай, помощник, что этот Макс от тебя хотел — опять спорили?
        — Нет, капитан — у него пару ненормальных идей, которые он решил проверить в деле, хотя сказал, что уже однажды такое проделывал. Чтоб не затягивать, скажу, что суть проста: пообвешивал свой КИП блоками одноразовых ракет, прямо как крейсер прорыва, ипать… Утверждает, что в одиночку накрошит два десятка неприятельских бортов, как минимум,…врет, наверное. Правда, договорились, что часть расходов за эти улучшения он возьмет на себя, хотя даже не так — чтобы мы вычли их из его доли за трофеи от этих «гостей», что сейчас лезут к нам втихаря.
        — Вот даже как, трофеи хочет…  — рановато об этом думать, у противника потенциально в два раза больше бортов. Хотя его боевой запал мне нравится — пусть крошит свои два десятка, если так заявляет.
        — О! Очень кстати, наш линкор выпрыгнул, и очень удачно — меньше часа ходу до нас, уже легче. Ну что, понеслась!  — старпом стал формировать защитный строй из всех имеющихся малых кораблей, поглядывая на схему расположения кораблей конвоя и транспортов клиентов.
        Удовлетворенно отметил, что шахтер-штурмовик уже был на позиции, выдвинувшись вперед от корвета-целеуказателя — наемник четко выполнял поставленную задачу.
        — Хм, любитель трофеев — ухмыльнулся он про себя — посмотрим, как ты будешь их зарабатывать…
        — Юли, как ты смотришь на перспективу немного пострелять и заработать трофеев?  — Макс удобно расположился за резервным пультом.
        Продолжая традиции, они с подругой поделили функции двух членов экипажа на пилота-стрелка — это девушка, и псионика-щитовика — это ее партнер.
        — Денег много не бывает — глубокомысленно ответила рыженькая, разглядывая схему предстоящей свалки — то, что это будет именно свалка, у нее не вызывало сомнений — наспех собранный пилотский состав без опыта совместных действий.
        Технолог вскинул брови от услышанного — подруга удивила его своей реакцией. Между тем, линкор союзников уже влился в защитное построение и начал довольно успешно пристреливаться к своему собрату по ту сторону. Корвет-целеуказатель уверенно обрабатывал огромные массивы разведывательных данных, выдавая флагману и крейсерам огневой поддержки точки прицеливания. Вскоре к развлечению подключились и сами крейсера, когда подступающие вражеские цели вошли в зону поражения их главных калибров. А наша боевая пара, между тем, готовилась к контакту — в их сторону двигалось около пятнадцати москитов противника, в которых Марс распознал десяток легких истребителей «Джума-6к» и пятерку более тяжелых штурмовиков «Корта-62».
        — Юли, предлагаю работать более продуктивно: я снимаю щиты этим организмам, а ты добиваешь…
        — Можно и так — как-то рассеянно ответила ему рыженькая, корректируя положение «Фортера» носовой частью в сторону приближающихся красных точек.
        В намечающейся драке землянин хотел ощутить действие изменений, которые проводил в его организме пси-имплант: опытным путем узнать свой новый лимит на поглощение внешней энергии. Подключив свой дар, стал осматривать пространство вокруг себя: двигающихся матриц было много, и все были в зоне действия его дара. На краю ощущений он чувствовал еще больше, гораздо больше — видимо, так им воспринималась остальная группа кораблей, которая приближалась друг к другу в стороне от их месторасположения. Требовалось немного уравнять шансы — светить свои возможности он больше не боялся — пусть теперь его боятся, хе-хе. Нашел группу ярких желтых точек, двигавшихся в их сторону и сразу смог зацепить два КИПа — на глушение их реакторов потребовалось неполных две минуты. Скорее всего, пилоты этих корабликов даже не поняли, что произошло, когда их боевые машины вдруг перестали быть боевыми, продолжая свой дальнейший путь уже по инерции.
        — Счастливого пути!  — напутствовал их наш герой, когда те пропали с тактической схемы, как активные мишени.
        Прислушался к себе — чувства пожара пока не наблюдалось — можно было продолжать эксперименты. Потянул еще двоих — так же успешно, но в груди стало немного теплее.
        — Очевидно, еще один и будем делать из себя генератор исходящей халявной энергии — проворчал специалист, все еще прислушиваясь к себе. Втягивая в себя энергию из пятого КИПа, понял, что пора: внутри медленно разгорался жар, который просился на волю. По отработанной методике влил весь излишек в ближайший штурмовик противника — его матрица была светло-оранжевой. Современный, но беззащитный перед такими действиями агрегат, ответил небольшой вспышкой в пространстве на секунду-другую.
        — Ну ты и монстр!  — комментировала его действия спутница — 6:0 в твою пользу. Ничего, я сравняю счет — группа неприятельских кораблей вошла в зону действия главного калибра «Фортера». Шахтер стал еле слышно дергаться от залпов двух туннельных пушечек, а вот для фронтальных скорострелок время еще не пришло.
        — Ракетная атака — удивил их Марс — приближающаяся десятка оставшихся москитов решила по-своему разобраться с непонятной преградой на их пути к целеуказателю — этот кораблик серьезно влиял на точность залпов крейсеров поддержки и линкора конвойных бортов.
        — К такому повороту мы готовы — ухмыльнулся мужчина, активируя первую партию одноразовых противоракет. А к нашему сюрпризу вы готовы?  — и выпустил по противнику сразу несколько серий летающих подарков.
        В этот раз таких устройств было даже больше, чем в той астероидной системе, где его прессовали наемники корпорации «Зальт-ИИ»  — «Фортер» обвешался ракетами, как яблоня в саду в период сбора урожая.
        — Попадание, щит 62 % от номинала — рапортовал искин — видимо, часть ракет сумела прорваться через заслон и достать их.
        Ответная атака шахтера была убийственной: группа из десяти КИПов перестала существовать, хаотично разлетаясь по космосу в разные стороны.
        — Так нечестно — надула губки Юли — 14:1 в твою пользу, я так не играю — еле одного успела приласкать, как тут ты нарисовался со своими ракетами.
        — Пока у нас такой запас ракет, надо ими пользоваться — подпускать к себе такую кучу врагов неосмотрительно. Сейчас за нас возьмутся основательно,… вот, что я говорил, смотри на схему. Руководство вражеского отряда быстро сориентировалось — в их сторону выдвинулось еще два десятка разнокалиберных КИПов — противник решил разобраться с наглой проблемой, которая не давала добраться до ценного корвета.
        — Похоже, сейчас у кого-то будут проблемы…  — многозначительно заявил технолог вслух — его подруга только фыркнула в ответ.
        Между тем, дела у наемников Шака Нори продвигались не очень хорошо — при условном огневом паритете дальнего вооружения, противник пока давил их числом — похоже, что только у Макса с Юли было все более-менее в порядке. Но, судя по количеству приближающихся гостей — не надолго — ситуация накалялась…
        — Регистрирую выход из прыжка…большой корабль…идентификация…тяжелый носитель «Роффер-6к2»  — дружественная единица, время до соединения с конвоем один час и сорок три минуты.
        — Девочка, нам надо продержаться эту атаку — на вторую к нам уже подойдет подкрепление.
        — Максик, ты там не сдерживайся — я не обижусь, если основная часть этих туристов до меня не долетит…
        — Угу-угу — пробурчал землянин в ответ. Ого! А среди них два абордажных челнока! Вот мне интересно: зачем? Фрегат что ли на абордаж брать — так там один пилот всего — это даже не смешно… Хотя нет, думаю, хотят на транспорт или носитель высадиться…надо им слегка траекторию подправить, хе-хе…
        Дождавшись дистанции поражения своими ракетами, технолог стал выпускать партии смертоносных гостинцев волнами, не жалея боезапас — мертвому ракеты не пригодятся, однозначно. Первые две волны были успешно уничтожены противоракетами противника, а начиная с третьей волны, противник начал нести потери, но, тем не менее, также применил против «Фортера» аналогичное оружие. В этот раз ему удалось сбить оба щита и нанести повреждения шахтеру: КИП потерял правый двигатель, все турели на правом грузовом трюме, а также получил множественные пробоины по всем трюмам — до жилого модуля смертельные подарки не добрались, к счастью — бриларские конструкторы создали отлично защищенный кораблик. Штатные установки РСД и противоракетной обороны снесло полностью все — сейчас «Фортер» был абсолютно беззащитен перед таким оружием.
        Но и противников почти не осталось: из двух десятков атакующих кораблей пережило атаку всего шесть — наши герои готовились к тяжелому бою. Мужчина вошел в свое вторичное зрение — картина в ближайшей перспективе поменялась с момента начала боя: активных матриц было вполовину меньше — наемники Шака Нори сражались на совесть — первую волну КИПов удалось отбить и существенно проредить. Также, обе стороны понесли потери в более крупных боевых единицах: отряд «Найтхор» остался без двух эсминцев, не подающих никаких сигналов, и был поврежден один из крейсеров. Флагман-линкор уверенно держал удары на свой щит, занимаясь перестрелкой с аналогичным противником с той стороны — пока оба гиганта держались на равных.
        У самих нападающих дела в этот раз тоже были не очень: полностью потеряны все эсминцы, два крейсера потеряли маневренность, чем вовсю пользовались их соперники, стреляя по практически неподвижным целям, постепенно сближаясь с ними. Внимание привлекли шесть быстро двигающихся отметок — к ним спешили недовольные встречей гости, чтобы выразить негостеприимному «Фортеру» свое недовольство. Сейчас все зависело от землянина, так как копатель был без защиты от ракетного оружия — все, что было в носовой части, могло стрелять только по курсу, но специалист справедливо полагал, что пилоты у противника не идиоты, и не полезут на него строго в лоб.
        Свою энергетическую атаку он начал совместно с Юли — партнерша решила начать знакомство с новоприбывшими гостями издалека. Болванки вылетали из туннельных ускорителей каждые шестьдесят секунд, для иглометов время еще не настало. Макс определил, что из шести приближающихся корабликов один из них имел более светлую энергоматрицу — скорее всего, это и есть один из уцелевших абордажных ботов — подумал он и решил начать с него. Первых двух претендентов на финише ожидало разочарование — аварийное отключение реакторов повергло пилотов штурмовика и абордажника в легкую прострацию — как-либо запустить их вновь они не могли, да и знаний таких у них не было. Пролетая мимо своей цели, не в силах что-либо изменить, наемники кричали и матерились в командном канале своего отряда, но все было бесполезно — потеряв источники питания, оба кораблика вместе с разумными на их борту выпали из сети и отправились в бескрайние просторы космоса.
        Потом похожая участь постигла еще одного слишком резкого штурмовика, а немногим позже Юли удачно отправила в раздельный неуправляемый полет части того, что раньше было легким истребителем «Джума-6к». Оставшаяся парочка резко сменила курс полета, уходя как можно дальше от непонятного кораблика, вокруг которого летало множество деталей корпусов боевых машин их партнеров. Землянин вздохнул облегченно, осмотрел себя и прислушался к своему телу: неприятных ощущений не было, кровь из носа не шла, в груди было комфортно.
        — Отлично, отделались небольшим испугом — поделился своими наблюдениями с подругой — скоро подойдет основная эскадрилья и займется своими прямыми обязанностями. Мы свою задачу выполнили: целеуказатель цел и невредим, транспорт тоже цел, как и носитель,… абордажная партия противника успешно покоряет ближний космос в свободном полете — не будем им мешать в этом благородном деле,… можно и немного расслабиться.
        Дальше боевая парочка стала наблюдать ход боевых действий на тактической схеме: с выходом основной группы москитов с тяжелого носителя конвоя ситуация стала резко улучшаться для охраны каравана и также резко ухудшаться для противника. Теперь дружественные КИПы нападали большими группами на корабли врага, используя свое численное преимущество. Первыми было решено выбить все крейсера, один из которых к тому времени уже был расковырян и медленно дрейфовал в стороне от основной свалки.
        — Юли, может, приобщимся к общему веселью и постреляем немного по статическим мишеням — противнику, как я понял уже не до нас и целеуказателя. А может, немного поковыряем наши трофеи, сейчас узнаю у руководства отряда, какие у них планы на наш борт в обозримом будущем?
        Рубка носителя «Шани-Су».
        — Пятнадцать целей в сторону целеуказателя и этого шахтера — подсчитал Шак количество красных точек на тактической схеме в той части, где неподвижно висели две зеленых отметки корабликов отряда. Как думаешь, справится этот шахтер с прикрытием — мне кажется, что одного штурмовика мало, надо добавить к нему еще пять-шесть тяжелых КИПов, все-таки корвет вещь ценная?
        — Посмотрим, есть еще время,… но я бы не стал ничего менять — этот Макс создает впечатление опытного пилота, знающего свои возможности. Мне кажется, что он легко намолотит тех двадцать обещанных кораблей противника, все-таки специализация должна сыграть свою роль…
        — Поглядим-поглядим — контакт у него через двадцать минут…
        Затем руководители отвлеклись на основной театр боевых действий, где требовалось их внимание и ценные указания — чтобы как-то держать в руках ход боя, так как набранный состав пилотов оказался несработанным. Все-таки дала о себе знать практика набора «одноразовых» наемников: на такие контракты люди шли весьма неохотно, что сказалось в конечном итоге на комплектности экипажа — по малым бортам была нехватка персонала. Через полчаса капитан и его зам отвлеклись от руководства пилотами, чтобы оценить, что там с этим «Фортером» и целеуказателем.
        — Эээ,… я не понял — первым подал голос тактик — а где те пятнадцать КИПов, что гнали сюда?
        На тактической схеме все также висело два кораблика, помеченных зеленым цветом: корвет-целеуказатель и немного дальше шахтер-штурмовик. Пространство вокруг них было пустым от активных отметок.
        — Искин, активный скан сектора — где все остальные единицы противника?
        — Все цели были уничтожены союзным кораблем «Фортер-6к2 т», или перестали определяться, как активные цели — таких имеется пять в настоящий момент, движение по расходящимся траекториям, опасности не представляют. Остальные десять были уничтожены ракетной атакой «Фортера».
        — Кхе…ты что-то понял, Шак?
        — А что тут непонятного для тебя? Эта парочка отрабатывает свой контракт согласно своей специализации «кипорезка»  — это ведь твои слова? Так чего ты удивляешься — работают и хорошо, все бы так…
        — Да я, в общем, не против — пробурчал тактик — как мы это только пропустили, быстро как-то у них все получилось…
        — Вон вторая волна к ним летит, можем понаблюдать. О! А вот и хорошие новости: наш носитель вышел из прыжка — теперь начинаем работать по основному плану, хотя этому Максу и его женщине это не поможет — новая партия доберется до них гораздо раньше,…вот и посмотришь, как это у них так все быстро получается…
        — Он выпускает ракеты — комментировал ход начинающегося боя тактик — … три, четыре,…шесть потоков — там более семидесяти ракет — похоже, что шахтер выпустил все, что у него было.
        — Сколько же ты ему выдал? И главное, куда это все ему влезло?  — удивлялся Шак.
        — Я смотрел, как это все крепили — этот наемник совсем без головы — наши техники после такой «модернизации» долго чесали затылки — совершенно сумасшедшие идеи у этого копателя, мля.
        — Навесил, так навесил, фиг с ним — ты посмотри на результат!
        — Ипать мои дюзы! Шесть штук всего осталось — нормально так вставил,… правда и ему тоже досталось неслабо: одна их двигательных секций отказала — маневренность упала, ну и так, по мелочи — обшивка, штатные установки, турели…
        Потом партнеры с удивлением констатировали факт уменьшения шестерки вражеских КИПов до двойки в течение пары минут, причем большая часть пропала со схемы, а оставшиеся два кораблика резво развернулись и дали деру из негостеприимной области пространства.
        — Э…что он там нам обещал — минимум четвертак набить, да?  — высказался тактик вслух — а сколько набил по факту?
        — Ну, получается тридцать три в одиночку,… этот шахтер наколотил почти пятую часть вражеского москитного флота. Я рад, что этот кораблик воюет на нашей стороне. Так, а что там с основной группой…ну, тут все теперь приятно и прогнозируемо.
        ГЛАВА 7
        — Входящий вызов — КИП «Фортер 6к2 т», Макс Шнитке, принять?  — влез в разговор искин носителя.
        — О! А вот и наш герой-кипорез нарисовался, интересно, чего ему надо?…принять.
        — Приветствую руководство! У меня вопрос — нам тут и дальше так висеть или…?
        — Что «или», боец?
        — Так я насчет трофеев думаю — от этих организмов, что ко мне летели, мало что осталось полезного, парочка-другая где-то тут летает — не ловить же мне их по системе, топливо дорогое, хм. Есть предложение наведаться к противнику на борт, на какой-нибудь крейсер, например, дружным коллективом в полсотни человек — или вы собираетесь их отпустить? Я бы там все распотрошил, ипать.
        — Вообще-то у нас профиль и задачи другие, боец — наше дело караван, я ведь тебе это уже раньше говорил,…на абордажи мы не ходим,…почти.
        — Ну, так давайте сходим — у меня есть небольшой опыт, да и парочка подходящих дроидов найдется. Не поверю, что на всех ваших кораблях нет таких бойцов. Не отпускать же их тут — оставим врага здесь, он отремонтируется, а потом соберется с силами и опять начнет вам кровь портить,… как-то это неправильно будет, да?
        Капитан и старпом переглянулись.
        — Боец дело говорит, надо потери компенсировать каким-то образом, да и нашим абордажникам надо отрабатывать свою зарплату. Что у нас тут есть по объектам: три эсминца в хлам — там ловить нечего, поснимаем только то, что уцелело, хм. По крейсерам: один не двигается и не стреляет — может там все мертвые, а может, и затаились — это тот, который первым подбили. Два других еще огрызаются, но им недолго осталось. Линкор — крепкий орешек, тут еще долго его ковырять будут, с носителем все проще — додавим их москитную группу и займемся им самим — тут главное, чтобы они сами себя не подорвали,…мало ли что у их командиров в голове за мысли…
        — Давайте я слетаю к этому крейсеру, проверю, что там с ним, если что — дам знать, что нужна помощь — оправите мне с десяток-другой бойцов в поддержку. Тем более что охранять мне уже вроде как и нечего — вон целеуказатель начал складываться, как говорит мне моя напарница.
        — Ну, давай, наемник, проверь этого молчаливого товарища…
        Когда землянин отключился, получив добро на проведение разведывательной операции, капитан и его помощник еще некоторое время обсуждали созданную этим пилотом ситуацию с абордажными группами. Потом они согласились друг с другом, что потери надо как-то покрывать, а в их положении самым простым и эффективным способом для этого будет мародерка и приватизация вражеского имущества. Затем их внимание надолго переключилось на основной театр боевых действий, где, наконец сломили сопротивление крейсеров и плотно взялись за линкор — исход сражения был уже ясен, оставалось лишь подождать момента, когда продавят его оборону и сократят численность вражеского москитного флота.
        А в это время «Фортер» сокращал дистанцию между ним и целью своего короткого путешествия.
        — Легкий крейсер проекта «Важкор-6пт»  — шестое поколение, верфи Дивели, четыре курсовых плазменных пушки, одна туннельная установка диаметра четыреста миллиметров, шестьдесят шесть турелей ближней обороны — всплыла информация из баз по средним кораблям. Самый маленький из линейки крейсеров шестого поколения, которые изготавливаются в конфедерации,… и самый дешевый из них. Никаких летных палуб, всего две стартовые ячейки — одна их них для корабля-разведчика, вторая может быть использована произвольно — или второй разведчик, или спасательный челнок на полсотни пассажиров, хм, интересно. А, вот оно что!  — экипаж всего сорок пять человек: высокая степень автоматизации судна — имеется отдельный искин, отвечающий за огневое вооружение корабля — в помощь экипажу, так сказать.
        Шахтерский кораблик подбирался к крейсеру медленно, под прикрытием двух активных щитов — все-таки малый корабль был не противник для крейсера — одно точное попадание из основного калибра,… и собирайте детали по космосу. Дюзы подбитого корабля были мертвы и черны — крейсер медленно дрейфовал в пустоте холодного космоса, зияя несколькими внушительными дырами в своей центральной части корпуса — по схеме, приблизительно там находилась рубка и боевые посты экипажа. В кормовой части пробоин не было — значит, реакторы и двигатели были с большой долей вероятности целыми. Макс решил осмотреть этот приз своим вторичным зрением: его интересовало состояние систем корабля, наличие энергии — это потенциальное наличие проблем для того, кто решится залезть на него без согласия хозяев.
        — Хм, живой значит — констатировал специалист, осмотрев всю тушу крейсера. В активном состоянии было два реактора из четырех, кроме того, имелось еще около двух десятков мелких активных энергоматриц по всей тушке корабля — это могли быть и дроиды, устранявшие повреждения, например.
        — Облучение обшивки — внезапно активизировался Марс.
        — Вот он что, значит — успел сказать землянин в ответ, как несколько ближних турелей крейсера стали заливать их щит огнем.
        — Юли, давай гаси их, нас тут, похоже, не ждут и не рады!
        Расстояние было по космическим меркам смешное — «Фортер» висел практически вплотную к противнику — через несколько секунд девушка двумя точными попаданиями из туннельных пушек выбила первую огневую точку на обшивке крейсера, а затем иглометами расковыряла вторую, пока конденсаторы туннельных орудий накапливали энергию для нового залпа.
        — Входящий вызов — Шак Нори, принять?
        — Да.
        — Что там у тебя, боец, докладывай? Наш искин сообщил, что засек огневой контакт.
        — Атакован турелями, внешне корабль неактивен, пробоины в районе рубки. Прогнозирую наличие на борту остатков уцелевшего экипажа и работоспособность искина, отвечающего за вооружение. Сейчас зачищу поверхность в районе рубки и пристыкуюсь, потом пойду внутрь. Такой вот план.
        — Одобрено, действуй.
        — Эмм,… капитан, как насчет трофеев — я бы покопался тут, у меня правый движок утерян, ракетные установки, турели и там еще по мелочам — надо как-то компенсировать потери…  — Макс изучал лицо капитана на голопанели, а капитан в свою очередь изучал лицо наемника.
        — Решим так: кроме двигателей и реакторов, все твое — можешь покопаться, ты внес серьезный вклад в победу.
        — Отлично, договорились — мне все равно ни реакторы, ни двигатели не подойдут — обрадовался наш герой и отключился. Хм, надо будет потом попробовать отловить парочку КИПов из тех, которым я деактивировал реакторы — их двигатели вполне могут мне подойти. Но это потом, а сейчас надо попасть внутрь и разобраться с теми, кто мне не рад тут, хе-хе.
        «Фортер» медленно продвигался к самой большой пробоине в борту крейсера, по пути выбивая турели, которые упорно пытались прогрызть ему щит и добраться до живых на его борту. Процесс зачистки занял у Юли чуть меньше получаса — к стрельбе по шахтеру подключались и турели, находящиеся в стороне от маршрута его движения, но имевшие возможность разворачиваться в его сторону.
        — Неплохая дырочка получилась — хмыкнул мужчина, когда копатель повис напротив самой большой из них, направив туда свет своих передних прожекторов и сориентировав в ту же сторону свои фронтальные пушки. При этом искин шахтера держал активным фронтальный щит — мало ли что может прилететь из темной дырки…
        — Юли, детка, ты так и оставайся в этом положении, а я пойду, проверю наш приз: там есть еще какие-то недобитки, и чутье мне подсказывает, что у них имеется парочка гадостей для нас в запасе.
        — Хорошо, Максик…хотя, я бы тоже сходила с тобой — никуда эта посудина не денется отсюда.
        — Не-не, я тебя потом позову, когда все там проверю — а вдруг двигатели у них в порядке, попробуют сбежать — а тут ты, вся такая неожиданная нарисовалась. В общем, ты пока одень свой штурмовой скаф, и жди моего сигнала.
        Подруга нахмурилась и надула губки — ей тоже хотелось поковыряться в чужом имуществе… Через некоторое время Макс, одетый и вооруженный до зубов, стал плыть в пустоте к пробоине, корректируя движение одного из штурмовых дроидов, которого использовал как транспорт. Плазма пробила овальный, почти идеальной формы тоннель вглубь корпуса крейсера до главной палубы — по схеме корабля, его рубка должна была находиться в сорока метрах правее — освещение на палубе отсутствовало, но скаф передавал на лицевую часть шлема четкую картинку в серых тонах — все было видно вполне приемлемо. Первыми на «мертвую» палубу высадились дроиды и развернулись диаметрально друг к другу, прикрывая своими щитами погонщика, который прибыл на последнем пауке. Еще раз осмотрелся вокруг своим даром: общая картина не изменилась — мелкие желтые матрицы различных источников энергии были разбросаны по всему корпусу корабля, лишь в районе рубки наблюдалась небольшая группа из десяти активных отметок.
        Именно туда и направился наш исследователь, рассудив таким образом, что если основная масса этих отметок это ремонтные дроиды, то воевать с ними глупо — надо всего лишь найти их погонщика, если такой есть среди оставшихся в живых членов экипажа. Хотя, скорее всего, ими руководит искин, пытавшийся сейчас отремонтировать то, что можно более или менее починить — так что в любом случае, сначала рубка. Система искусственной гравитации работала, значит основной ИИ в порядке — подметил землянин, активировав свой «Шкар-х2»  — теперь на лицевой панели щитка горела красная точка — так отображалась прицельная метка оружия, совмещенная с баллистическим вычислителем скафа. Потом ему попался местный технарь — тот гнал перед собой двух дроидов, которые освещали ему путь. Макс решил воспользоваться моментом неожиданности и попытаться разузнать немного ценной информации.
        — Стоять, мясо! Кто такой? Фамилия, размер обуви?  — в лицо местному светило несколько прожекторов, от света которых он на некоторое время ослеп, так как его скаф включил фильтр с небольшим опозданием. Вместе с ним замерли и оба ремонтных дроида, которые находились под прямым управлением технаря, скорее всего.
        — Штатный техник Валс,…а ты кто?  — быстро овладел собой служивый.
        — Комиссия по хищениям государственного имущества: следователь Штирлиц. Прибыл только что через запасной вход в корпусе. Почему нет освещения? Где инженер? Где капитан? Эта сволочь подозревается в воровстве топлива и сухих пайков в особенно крупных размерах — наворовал скотина на две резиденции у моря и три гоночных флаера. Отвечать!
        — Какая еще нафиг комиссия, тут бой идет вокруг…?
        — Анонимная, из центра,…мы прибыли инкогнито по сигналу одного из членов экипажа. Ты не отвлекайся боец, отвечай на вопросы оперуполномоченного.
        — Инженер погиб после попадания врага в центральную часть корпуса, капитан тоже, остался я и еще примерно десяток живых разного ранга. Искин выдал задание на ремонт — вот туда и иду.
        — Ситуация осложняется для следствия,…капитан мертв — вот скотина, наворовал и сдох, кто ж так ворует, кто так ворует! Следствие в тупике,…так, код активации бортового искина знаешь?
        Тут местный наконец прозрел и понял, что его дурят, как младенца, и перед ним враг — мысленная команда дроидам и те, включив резаки, бросились на незнакомца. Но ремонтный дроид против штурмового не котируется. И к тому же, сам хозяин боевых паучков был готов к такому развитию событий и сразу прострелил голову слишком сообразительному технику.
        — Что ж, так тоже неплохо получилось, вряд ли судовой техник знал код к искину. Исходя из того, что он сказал, выход только один — демонтаж главного и дополнительного искинов, пока те не задействовали аварийную процедуру подрыва — такое развитие событий плохо отразится на моем здоровье.
        Приняв такое решение, технолог сорвался с места вместе с дроидами — мешкать было нельзя. Однако в рубке его ждал сюрприз — никто тут воевать не хотел.
        — Не стреляй, наемник, мы готовы заплатить за свои жизни — всего он насчитал девять человек — никто из них не держал оружия, хотя все были в боевых скафах. Наш контракт аннулирован в связи со смертью капитана крейсера — нашего нанимателя.
        — Хм, а где остальные, вроде вас должно быть больше?  — ситуация начинала нравиться мужчине — не надо никого зря убивать, и тебя никто не пытается прихлопнуть, еще и деньги предлагают.
        — Еще два техника — Валс и Холл — они занимаются восстановлением магистралей энергоснабжения и системой жизнеобеспечения на главной палубе.
        — Кхм, Валс уже не занимается — я его уволил, какой-то слишком резкий попался техник — кинулся на меня со своими дроидами…
        Наемники переглянулись и снова обратились к землянину с вопросом:
        — Так что насчет выкупа жизней?
        — Не имею ничего против, скидывайте мне свои предложения — составим двусторонний контракт, только сразу предупреждаю, что перевозкой будет заниматься мой наниматель — мне вас негде разместить, у меня малый корабль.
        Процедура составления документа заняла около часа — к этому моменту к ним подошел оставшийся техник Холл, когда ему сообщили по корабельной сети, что ремонтировать больше ничего не надо — корабль будет разобран на трофеи. В результате десять контрактов по доставке разумных в пространство конфедерации Дивели приносили в перспективе технологу еще почти миллион кредитов — наемники оказались не самые богатые. Но лучше так, чем вообще никак. Вопрос с перевозкой на базовый носитель «Шани-Су» решился просто — в стартовой ячейке № 1 обнаружился неповрежденный абордажный бот на двадцать пять человек — погрузив всех живых в него, Макс занял место пилота и стартовал к носителю. По дороге вышел на связь сначала с Юли, попросив ту конвоировать их до их базы, а потом обсудил вопрос о пленниках с руководством отряда.
        Оказалось, что такая практика была обычным делом среди наемников, поэтому, обговорив небольшую плату за расходы по доставке десятерых человек до конфедерации, пришли к обоюдовыгодному соглашению: плата за перевозку и содержание этих людей будет учтена при выплате трофейных долей в конце маршрута. Сдав пленных, землянин вернулся на «Фортер» и вместе с Юли они вскоре начали процесс потрошения тушки легкого крейсера. Так как кодов к главному искину у них не было, то приняли решение демонтировать его и его младшего собрата, от греха подальше, так сказать. Мало ли что взбредет этим искусственным личностям, когда парочка начнет разбирать вверенный им корабль на части. Немного напрягало отсутствие гравитации, но только поначалу — потом два демонтажника приноровились и процесс грабежа вошел в накатанную колею: несмотря на довольно побитый внешний вид, скрутили они тут немало ценного добра.
        В этой работе им помогали и трофейные ремонтные дроиды, которые потеряв связь с искином корабля, легко брались опытными специалистами под контроль, ускоряя, таким образом, демонтажные работы. Следует заметить, что к этому времени бой в системе окончательно затих, и отряд Шака Нори сейчас занимался тем же, что и наша парочка — три дня технический персонал наемного отряда работал над трофеями. Макс и Юли управились за двое суток, оставив на крейсере только реакторно-двигательную группу, как и было оговорено с руководством. Трюмы «Фортера» были забиты разным ценным хламом шестого поколения: двадцать две турели ближнего боя «Кст-12х2», два искина среднего класса — основной и оружейный, правда, без кодов; одна плазменная курсовая пушка «Форж-62е». Остальные три были уничтожены во время боя, два абордажных бота, один из которых уже был на палубе носителя, а второй они перегнали позже; скафы, личное оружие наемников. Сейф капитана крейсера не впечатлил добычей: несколько платежных чипов на общую сумму в три с копейками миллиона кредитов, десяток баз по средним кораблям и еще один «кубик»  — малая
пассивная энергоячейка.
        — Бедновато как-то — выразила общее мнение Юли, а Макс только согласился — небогато жили местные. Ну и ладно, миллион к миллиону, так и миллиард набирается, ха-ха-ха.
        Потом они посоветовались между собой и стали снимать блоки автоматизации с крейсера — такого добра тут было навалом и наверняка оно стоило хороших денег, все-таки полноценный средний корабль управлялся экипажем всего в неполных полсотни разумных. Оставалась самая ценная игрушка: туннельная пушка среднего калибра, и здесь наметились трудности с ее демонтажем. Сначала сняли зарядное устройство и все ускорители — место в четырех трюмах шахтера понемногу заканчивалось. Проблема со стволом — трехсот пятидесяти пяти метровым цилиндром (или скорее трубой) диаметра четыреста миллиметров не решалась никак. В «Фортер» такая дура не впихивалась никаким боком…
        — Не оставлять же такое сокровище трофейщикам — некомплектная пушка потеряет в цене почти 50 % — думал землянин, а воображение ему рисовало картины из земного прошлого.
        Там практиковалась перевозка негабаритных грузов в кузовах автомобилей, когда груз выступал за пределы кузова на пару метров, на его конец вешали красную тряпку и так ехали до места выгрузки. Когда он представил себе его КИП, где спереди и сзади торчит труба, на которой болтается красный огрызок шмотья, ему стало смешно, и он поделился этой мыслью со своей напарницей. Подруга подкинула еще одну идею: на концах трубы в дополнение к тряпкам добавить проблесковые маячки и таблички с подсветкой на языке народа одной ватной территории Рушкостана: «Астарожна! Нигабарит! Паследнее придуприждалово! Вылет груза 30 метраф». Через пару минут хохот в каюте «Фортера» утих, и они стали думать, как утянуть эту чурку с собой.
        — Надо предложить капитану или его старпому поместить эту деталь за отдельную плату — например, пообещать процент от реализации, на крайняк — подкинула идею девушка. Давай, партнер, не теряй времени, нам еще надо двигатель в правый трюм себе найти — у меня тяга не сбалансирована, маневренность ухудшена.
        — Командир, тут такое дело — начал разговор землянин — мне надо разместить один негабаритный груз в трюме носителя — ко мне не лезет.
        — Ты чего надумал там, какой негабаритный — нам самим места не хватает, а тут ты еще…
        — Да ерунда, оно длинное, но маленькое — разгонный ствол от крейсерского туннельника — он совсем мало места займет, даже смешно говорить…
        — Да ты вообще обнаглел, наемник — капитан смотрел круглыми глазами на Макса — у нас тут боевой корабль, а не транспорт какой-то там…
        — Эх,… 5 % от цены за перевозку — внес первое предложение наш герой.
        — 15 % — ухмыльнулся Шак — вещь все-таки негабаритная, сам понимаешь: расходы, топливо, налоги, подоходный, НДС, страховка и так далее…
        — Это неприкрытый грабеж посреди космоса, капитан — где вы видели такие цены?  — парировал землянин, и завязалась конструктивная дискуссия.
        Сошлись на 8,5 % от продажи в конечной системе маршрута. Демонтаж негабарита и его транспортировка прошла за четыре часа, а затем парочка стала искать тяжелые штурмовики, которые могли поделиться с ними двигателями. Технолог провел тесты правой двигательной связки — реактор был аварийно погашен искином в момент попадания в двигатель, отклик давал нормальный — требовалась только юстировка после подключения нового двигателя. Изучили протокол прошедшего боя и определили зону поисков — в пределах трех часов полета было обнаружено два потенциальных донора — тяжелые штурмовики «Корта-62». С первым претендентом не повезло: это был тот кораблик, который расстреляла Юли из туннельника — целого там было очень мало, поэтому стали вылавливать второго пациента.
        Притормозили полет кораблика гравитационным захватом, который использовался в шахтерских работах: здесь им повезло больше — реактор был «убит» Максом, а два разгонных двигателя были целыми на вид. Работы разделили для скорости: девушка занималась демонтажем разбитого двигателя в правом трюме «Фортера», а ее партнер в это время разбирал корму штурмовика, добираясь до нужных деталей. Кроме двигателей снял две курсовые роторные пушечки и четыре установки ракет — требовалась замена уничтоженных в бою. Кроме того, весьма пригодилась броня — изделие конфедерации было шестого поколения, так что почти все модули и узлы кораблика были совместимыми с их кораблем. Процесс ремонта затянулся еще на двенадцать часов, причем второй двигатель отправился в трюм, как трофей — место в трюмах еще оставалось. Сразу провели испытания и юстировку — искин доложил о полной функциональности нового оборудования — теперь ходовые качества КИПа вернулись к штатным. Так как основная часть конвоя еще разбиралась с трофеями, то еще немного покрутились по сектору боя, нагнав еще один мертвый штурмовик — жертву энергетического
вампиризма землянина.
        — Надо этого пациента вскрыть, чего добру пропадать — подал голос Макс, рассматривая тушку кораблика на голопанели рубки.
        — У нас уже места нет — мы забили все до предела — возразила Юли.
        — Ты подумай: шестое поколение, два двигателя, две курсовых пушки, четыре турели, четыре установки ракет, боезапас, реактор — это потянет на полтора миллиона кредитов.
        — Разве что подвесишь снаружи — пошутила подруга, смеясь, но партнер вдруг оживился.
        — Идея! Сварю из частей обшивки контейнер, и закрепим на верхних плоскостях — тут работы на час. Давай, киска, разбирай донора — кредиты вон рядом летают… А потом они нашли еще один мертвый штурмовик…
        Рубка носителя «Шани-Су».
        — Шак, включи обзор на летную палубу специализированных кораблей — ты должен это увидеть…
        — Э…это… что это такое, старпом?  — удивленно разглядывал командир отряда вид на крайнюю парковочную площадку, где сейчас тяжело маневрировал корабль-кипорез этого Макса.
        В настоящий момент этот нестандартный КИП больше напоминал внутрисистемный перевозчик узкоглазых — там такое было сплошь и рядом. Все верхние плоскости шахтера были заставлены разнообразными контейнерами самых неожиданных размеров и форм, крепившихся к покрытию судна кусками металлоконструкций и системой сложного переплетения тросов и тяг. Штурмовик представлял собой перегруженный контейнеровоз — маневры давались ему с трудом, но пилот был опытный — пока ничего не задел своими выступающими габаритами.
        — Я, наверное, сплю — прошептал Шак, моргая — куда это все и как? Он нам уже эту трубу пристроил за 8,5 % — ты бы видел его лицо, когда мы торговались: такое впечатление, что я ему последний кусок еды из рук вырываю. Вот организм!
        — М-дя, парочка еще та — подтвердил старпом — хотя сражаться умеют, ничего тут не скажешь — думаю, все эти контейнеры забиты деталями тех КИПов, что его атаковали возле целеуказателя — его законные трофеи. И это у него малый корабль, а вот, если бы у него был средний — представь, сколько бы он себе запаковал бы в трюмы…и куда ему это только лезет? О! Кстати, вот он и нарисовался:
        — Входящий вызов — Макс Шнитке, принять?
        — Принять.
        На голопанели рубки носителя появилось довольное улыбающееся лицо наемника.
        — Приветствую командиры. Вот у нас тут вопрос возник — что там с трофейными выплатами, сколько нам там полагается из того, что отхватил отряд? Есть уже какие-то цифры?
        Тактик, сидящий рядом с капитаном, вдруг закашлялся, услышав этот вопрос — наглость этого шахтера не знала границ. Бросив взгляд на своего помощника, который временно вышел из беседы по техническим причинам, капитан с тоской взглянул на наемника, улыбающееся лицо которого начинало его нервировать.
        — Кхм, пока рано говорить и что-то озвучивать — еще идет подсчет трофеев. Но ты вроде не в обиде — вон как запаковал свой КИП — еле передвигаешься, куда тебе еще…?
        — Так не вопрос, командир — я возьму кредитами, мне все равно уже грузить некуда — кораблик маловат оказался — с этими словами шахтер огорченно поскреб свой затылок.
        В этот момент старпом, немного пришедший в себя, снова закашлялся, обалдев окончательно от нахального бойца. Капитан, бросив еще один тоскливый взгляд на своего партнера, шумно вздохнул и обернулся к экрану.
        — За это не переживай, искин ведет учет и распределение — все по законам наемников.
        — Хорошо, я понял — продолжал улыбаться этот тип — а когда отплываем, сколько еще ждать?
        — Тут получилась небольшая проблемка: трофейный носитель наши пилоты конкретно расковыряли, и сейчас идет его восстановление; из двух крейсеров пытаемся собрать один — все инженеры и техники заняты на этих работах.
        — С этим понятно, а что с тем линкором?
        — Тот вообще в хлам: сдаваться отказались, поэтому его так покалечили, что там и взять нечего, кроме личных вещей в каютах — сейчас эта груда металла и композита медленно летит в сторону звезды, чтобы не засорять космос и не усложнять навигацию. Так что сидим пока тут, пока технический персонал не закончит — их мало, а работы много.
        — Хм, у нас с моей подругой изучены базы по средним кораблям, а у меня еще и инженерное дело шестого ранга — можем помочь, за отдельную плату, конечно, хе-хе.
        Старпом прекратил кашлять и вместе с капитаном удивленно уставился на говорившего:
        — Плазму мне в рот — ты еще и инженер!
        — А что тут такого,… я еще и погонщиком могу,…вот!  — наемник как-то застеснялся и стал пальцем руки ковырять что-то на пульте аварийного управления.
        — Предлагаю дополнительный контракт на восстановительные работы по носителю — опомнился капитан — они там не справляются, так как большая часть персонала отправлена на крейсера. Сразу на двоих: твоя напарница пойдет к тебе техником на время выполнения работ — землянину и подруге одновременно пришли контракты на указанные должности.
        Сумма в контрактах не впечатляла: девушке предлагали сто двадцать пять тысяч разовой выплаты, а ее партнеру двести семьдесят.
        — Маловато будет — заявил Макс, глядя на руководство — маловато! Добавить надо шеф, по-любому!
        В этот раз старпом выскочил из рубки, держась за голову — опять оставил капитана одного. Шак Нори заскрипел зубами и немного подкорректировал цифры: теперь парочке предлагалось сто восемьдесят и триста тридцать тысяч соответственно, за работы по восстановлению трофейного носителя. Затягивать дальше торг было бессмысленно — землянин понял, что больше он тут ничего не выжмет, поэтому вскоре два подписанных идентификаторами контракта вернулись нанимателю, и парочка отключилась, получив новые указания и место нового базирования на ремонтируемом носителе. Потом в рубку вернулся растерянный старпом — вид у него был грустный.
        — Слушай, Шак, а что это он там говорил про погонщика чего-то — он что, еще и погонщик?
        — Да, только ты прикинь какого уровня он погонщик, если инженерное дело у него шестого ранга?
        — М-дя, я вот что еще подумал — этот «Фортер»  — он ведь двойного предназначения, у него еще и шахтерские базы, скорее всего тоже шестого ранга?
        — Твою мать…!
        На этой глубокомысленной фразе руководство «Найтхор» закончило обсуждение личности нашего героя, и переключилось на другие вопросы жизнедеятельности отряда.
        Процесс переезда на новое место дислокации проходил медленно — нестандартная загрузка КИПа отразилась напрямую на его летных качествах, а кроме того, Юли опасалась сильно разгоняться, боясь отрыва контейнеров с плоскостей кораблика. Вползание в носитель тоже было эффектным, плохо только, что насладиться феерическим зрелищем медленно маневрирующего суденышка было некому — технический персонал занимался контролем работы дроидов, а самим дроидам на эту картину было фиолетово.
        — Занимай место возле выхода, ближе к столовой — подмигнул подруге мужчина.
        Девушка непонимающе посмотрела на него: на летной палубе они были в одиночестве, но припарковала «Фортер» там, где ей сказал ее спутник. Зрелище разбитого корабля внушало им серьезные опасения о длительности ремонтных работ — «Шак Нори и К^о^» хорошо поработали над когда-то вражеским средним носителем проекта «Нувер-6А» шестого поколения. Дивелийский кораблик был рассчитан на сотню бортов малой авиации, четыре абордажных бота и два КИПа разведчика, причем последние два располагались в отдельных стартовых ячейках, которые сейчас были похожи на смятую скорлупу от яиц — пара точных попаданий оставила от них только воспоминания. Именно об этой негативной стороне такого технического решения говорилось в базах и обсуждалось в инфосети — слабое место в обшивке, легко уязвимое и сомнительное решение.
        Самих разведчиков там не было: вражеская группа не имела целеуказателя в своем составе и использовала эти КИПы для точного наведения оружия дальнего действия. Конфедераты построили довольно удачный носитель, снабдив его более чем сотней турелей ближней обороны «Кст-10х2», но на этом инженеры Дивели не остановились, снабдив свое детище еще и двумя курсовыми пушками дальнего действия «РКД-400.2а». Поэтому носитель не был уж совсем беззубым, как тот же коритский образец, например, на котором до этого базировался их «Фортер». В настоящий момент «Нувер-6А» мог двигаться и разгоняться для прыжка, но не мог стрелять — обе курсовые пушки были уничтожены, а кроме того, почти все палубы были разгерметизированы — именно этим предстояло заниматься двум новоиспеченным работникам по разовым контрактам. Искин носителя уже был взломан специалистами и подчинялся новому руководству, так что сразу после швартовки на палубе, Макс и Юли получили отчет о состоянии судна со всеми повреждениями и проблемами.
        — Грустняшка — констатировала отчет Юли.
        — Точняк, печалька — поддержал ее партнер — море работы, и что самое поганое — придется работать в скафах: искин ставит первоочередную задачу восстановления герметичности, устранение внутренних повреждений и ремонт уцелевшей москитной группы будет проводиться уже в прыжке.
        — О! Пришел пакет от руководителя аварийно-восстановительных работ — некто Чен Олко — местный главный клапан, гы-гы. Так, что тут у нас,… нам передают «частично» целый ремонтный комплекс «Фирос-6.88». Хм, интересная формулировка — в наше подчинение отходят всего шестьдесят восемь дроидов, включая управляющий модуль,… остальные «неизвестно где», но это ерунда — главное, что есть главный модуль, не придется все лично контролировать. Свой штатный комплекс с «Фортера» побережем — в договоре про свое оборудование ничего не написано.
        Для обеспечения всех работающих бригад материалами были проведены большие объемы работ пилотами отряда: в одну кучу стаскивались летающие части бывшего флота противника, все три крейсера и много летающих деталей неизвестно от чего. Из этих доноров вырезались балки, снималась броня, модули, а также кабели, коммутационные щиты и прочее сырье для ремонта. Парочке выделили в работу обе стартовые ячейки и всю летную палубу, на которой они запарковали свой КИП — немного взгрустнули, оценив объем работ, а затем Макс пошел на другую палубу забирать приданный им ремонтный комплекс неполной комплектации, оставив Юли валять дурака на некоторое время. Вторая летная палуба уже ремонтировалась вовсю: здесь был фронт работ того самого Чена, назначенного временным координатором ремонтных работ — разумный оказался низкорослым выходцем из одного мира конфедерации с увеличенной в 1,5 раза силой тяжести от стандартной.
        Немного поговорили, на разные темы и наш герой пришел к выводу, что сейчас здесь была значительная часть работников конвоя — три инженера, включая Макса и пятеро техников, включая Юли. Остальные работники железного фронта собирали из трех крейсеров один наиболее целый. Получив в свое временное пользование комплекс, наш специалист вышел из состояния задумчивости и озадачил главного паучка перемещением на новое место дислокации. Чтобы не топтать зря свои подошвы, забрался на одного из дроидов и с комфортом поехал обратно. Местный инженер некоторое время провожал взглядом такой нестандартный транспорт, а потом вернулся к работе, мысленно оценивая подход незнакомого ему специалиста к такому вопросу.
        Парочка работала парным методом, оценив сначала характер повреждений — диагносты составили список необходимых материалов и модулей, потратив на исследование палубы около трех часов. Затем Юли стала заниматься заготовкой бронеплит, профиля и каркасных балок, а Макс занимался демонтажем деформированных частей обшивки и каркаса, меняя их на целые из того, что подгоняла ему напарница. Так в тандеме они провели первый авральный день, а в конце трудного дня поставили задачу искину ремонтного комплекса и отправились на заслуженный отдых в свой «Фортер». Отсутствие атмосферы оберегало их от шума и грохота, который неизбежно бы был в нормальных атмосферных условиях.
        Особенно сильно наш герой намучался со стартовыми ячейками: материал лепестковых створок был специфическим и почти отсутствовал в заготовках. Удалось восстановить только одну из двух с остаточным ресурсом 74 % — здесь специалисту пришлось принимать решения о замене некоторых материалов на аналоги, поэтому искин так и оценил результат его работы. Дырку на месте второй ячейки технолог просто закрыл несколькими слоями бронеплит, герметизируя их аварийной пеной — этого добра было в достатке. За двое суток аврала познакомились со всеми технарями, работавшими на других палубах — жилая палуба, где находилась столовая, уже была герметизирована, и персонал собирался здесь в конце рабочего дня, чтобы обменяться новостями и анекдотами.
        Тут у Макса и Юли вышел небольшой конфликт с третьим инженером, который работал на самой нижней палубе, где были трюмы, мастерские и грузовые палубы. Этот тип был очень высокого мнения о себе, что постоянно подчеркивал, подкалывая всех остальных своими плоскими и тупыми шутками. Так слово за слово, он сцепился с землянином, который тоже был острым на язык. Конфликту не дал разгореться координатор Чен Олко — контракт предусматривал серьезные штрафные санкции к участникам стычек между членами отряда, поэтому стороны разошлись, сверля друг друга злобными взглядами и обменявшись напоследок парочкой обидных жестов.
        — Максик, ты прямо, как ребенок — завелся из-за каких-то глупостей — успокаивала его подруга, пока сам инженер со злости пинал разный хлам по палубе. Лучше займись своей женщиной — она требует к себе внимания и ласки…
        Вечер прошел насыщенно — после установки себе эмоционального импланта, Юли постоянно хотела близости: в общем-то, партнер был не против, ему нравилось слушать и смотреть, как его усилия доводят его женщину до оргазма, раз за разом и которая смотрит на него восторженно-любящими глазами. Партнерша сообщала ему новые подробности своих ощущений — она оказалась права в своих прогнозах: чем больше проходило времени, тем полнее и четче она чувствовала своего мужчину и его эмоции.
        Когда девушка уснула, получив свою порцию удовольствий, ее партнер еще некоторое время лежал, обдумывая ситуацию с тем нахалом, который сегодня вывел его из себя на пустом месте. Так как, убив такого наглеца, он ничего не приобретал взамен, кроме штрафа, то в голову ему пришел небольшой план, как поиздеваться над этим мнительным типом. Обмозговав идею с разных сторон, Макс встал, одел свой «Шонц-6у» и тихо покинул «Фортер» по направлению нижней палубы, где работал данный индивид. К тому времени по корабельным часам была глубокая ночь, так что технолог посчитал, что время выбрано удачно. Добравшись до зоны работ языкатого инженера, взялся за дело: здесь им было обнаружено полтора десятка ремонтников такого же комплекса, как и у него, но без управляющего модуля. Ситуация ему понравилась, и взяв десяток работников под прямой контроль, он стал готовить «сюрприз».
        На все дело у него ушло почти три часа, а затем, покопавшись в настройках всех пятнадцати дроидов, он задал им циклическую задачу, отменив все входящие запросы, кроме запросов с управляющего модуля. Таким образом, эта группа паучков будет выполнять заданные действия до того момента, пока им не придет сигнал от главного паука комплекса. Вторым вариантом выхода из циклической задачи был перехват управления другим оператором, но только после проведения перезагрузки вычислителя каждого дроида. В базе по ремонтным дроидам шестого ранга описывалась такая процедура. Решив, что этого хватит, наш герой вернулся обратно в постель к Юли и заснул, успокоенный сознанием успешно выполненной работы.
        Утром, как всегда по установленному обычаю, вся бригада технических работников собиралась в столовой, чтобы принять завтрак и немного почесать языками. Самоуверенный тип первым закончил прием пищи и отбыл на свое место работы — Макс ждал развития событий, не зря же он недоспал этой ночью, готовя подарочек мнительному товарищу. И события не заставили себя долго ждать — уже через двадцать минут местный начальник Чен сбросил всем указание явиться в зону грузовой палубы «А» на нижний уровень, где наблюдалась нестандартная ситуация. Собравшиеся вскоре в трюме грузовой палубы люди были выбиты из колеи увиденной картиной. Главными действующими лицами этого действа были пятнадцать дроидов и местный их «руководитель»  — инженер с высоким самомнением.
        В центре трюма все паучки образовали правильный круг и медленно двигались по нему друг за другом — так поступали некоторые демонстранты на Земле, устраивая митинги и пикеты. Некоторые из них держали в своих манипуляторах куски разных материалов, на которых корявым почерком были написаны различные фразы и лозунги. Определенная часть механических протестантов держала куски труб с укрепленными на них красными тряпками. Там смутно различались эмблемы некоторых протекторатов Корита: уродливая двухголовая «птычка», пятиконечные символы с нарисованными поверх них ручными орудиями труда малоразвитых народов директората и так далее.
        Макс тут вспомнил, где он видел это двухголовое недоразумение: на портале того самого «Рушпромснабсбытгосзаказиндпоставки», где он сбагрил тот неформатный искин. Пришла в голову мысль, что когда одна голова существа смотрит в одну сторону — скорее всего, ищет, где бы с утра выпить, а вторая в другую сторону — тоже в поисках опохмела или закуски, то у такого государства вполне естественно ничего и никогда не получится нормального, гы-гы. Мужчина подумал было написать в Рушкостан чтоб добавили еще одну голову, но вовремя понял что третья голова, скорее всего, будет вносить бардак в мысли первых двух, и отбросил эту мысль.
        Тем не менее, дроиды, у которых не было в манипуляторах никаких «плакатов», удерживали в них отрезки тех же труб и металлоконструкций и мерно выстукивали ими четкий ритм в такт своему движению. Между всем этим цирком метался вышеназванный индивидуум и пытался остановить марш железных работников — получалось у него плохо. Кстати, надписи на таких «транспарантах» тоже вызывали оживление среди присутствующих зрителей, вот некоторые из них:
        — Общество независимых дроидов призывает всех адекватных собратьев присоединиться к забастовке!
        — Дроиды всех палуб, объединяйтесь!
        — Хлеба и зрелищ!
        — Заипал металлолом, дайте мне нормальный лом!
        — Требуем почасовую оплату труда и бесплатные энергоячейки!
        — Да пошло оно все…
        — Диагностам платят больше, а работают они меньше! Долой дискриминацию в оплате труда!
        — Погонщик дебил — долой умственно недоразвитых разумных с палубы!
        Последний плакат вызвал смешки и оживление среди присутствующих — умные подначки и подколки этого гения тут многих уже достали. Многие откровенно издевались над инженером, выдавая вслух различные советы, как бороться с этой дроидной забастовкой. Наш герой и его напарница тоже не остались в стороне, подав несколько нестандартных идей, после которых представление еще немного набрало оборотов. Конец развлечению положил Чен: коротышка был специалистом своего дела — проведя процедуру сброса и перезагрузки, он вернул механизмы в рабочее состояние. Этот инцидент пошел на пользу всему их небольшому коллективу — выскочка больше никого не задевал и весь период ремонта ничем не пытался выделиться среди остальных технарей. Совместными усилиями команды за период в шесть суток носитель был герметизирован, и теоретически, мог принять экипаж.
        ГЛАВА 8
        Здесь начинался второй этап разового контракта: на летные палубы стали завозить части поврежденных истребителей и штурмовиков обеих сторон конфликта, из которых требовалось восстановить максимальное число боеспособных КИПов. К моменту начала разгона вторая группа специалистов смогла, наконец, восстановить крейсер, пустив на его ремонт второй экземпляр и то, что оставил Макс от третьего подранка — а оставил он там мало — только двигатели, реакторы и броневое покрытие. Схема сборки «из говна конфетки», как назвал предстоящие работы по малым бортам, землянин, была им опробована им еще в бытность раба в Гарморе. Первый этап включал в себя разборку всего, что навезли на палубу пилоты, на составляющие детали, исключая, конечно же, каркасы кораблей — тут разбирать было нечего.
        В некоторых местах требовалась замена опорных балок — вся информация изучалась, систематизировалась и раскладывалась по отдельным каталогам в памяти центрального модуля комплекса. Также аналогично все материалы раскладывалось по кучам на полу летной палубы — дроиды трудились без перерывов в течение двух суток, пока, наконец, первый этап не был закончен. Затем технологом был просчитан план сборки будущих боевых машин отряда «Шак Нори и компания»  — по расчетам искина ремкомплекса из всей массы комплектующих было возможно восстановить десять легких истребителей шестого поколения «Джума-6к», восемь штурмовиков «Корта-62», тоже шестого поколения — это были модели дивелийской разработки. Также имелась возможность восстановить коритскую технику пятого поколения, а именно: десять истребителей «Тувис-Б5» и десять тяжелых штурмовиков «Самтур-Б5».
        На всю работу в режиме «нон-стоп» модуль комплекса планировал потратить пять полных суток, если разумный не имеет к плану работ никаких замечаний. Так как разумный и его подруга не имели никаких замечаний, то получив добро, комплекс взялся за работу. Первая же ночь показала парочке все преимущества вакуума при ремонтных работах: грохот, который производили почти семьдесят дроидов, не давал им заснуть. Специалист подкинул управляющему паучку ценную идею о необходимости соблюдать тишину в «ночное» время — умная машина правильно поняла намек разумного, но предупредила, что в таком случае время на выполнение всего задания увеличивается еще на четверо дополнительных суток.
        Между этим и следующим прыжком караван задержался в безымянной цифровой системе, где Макса припахали заготавливать топливо и воду: такой пункт был прописан в контракте. С водой вопрос решился за сутки — мороженые астероиды резались, как масло — фильтровальные установки кораблей конвоя были забиты ледяной крошкой до упора. Вот с топливом дело растянулось на пять суток, причем промышленные лазеры «Фортера» работали почти без перерыва — технолог даже стал присматриваться к их остаточному ресурсу. Но бриларские конструкторы делали космическую технику на «отлично»  — за все время работ в системе износ оборудования составил всего 1 %, и это с учетом почти круглосуточных работ. Караван занял место у единственного в системе астероидного поля огромных размеров — к сожалению, все ценное здесь или изначально отсутствовало, или было уже выкопано другими умниками, наподобие Макса. До финальной точки маршрута было семнадцать систем — два прыжка для большого корабля.
        В последний день своей шахтерской работы в караване, которая к расстройству мужчины, отдельно не оплачивалась, он осматривал пространство своим вторичным энергетическим взором. В гипере, например, его дар никак не проявлялся — очевидно, это было какое-то неизведанное состояние пространства, где обычные законы физики переплетались с неисследованными свойствами вселенной, и здесь он был таким же обычным гуманоидом, как все вокруг. В этот раз, осматриваясь, он заметил слабое желтое пятно на самом краю своей чувствительности — источник энергии был слаб и пульсировал: это говорило о том, что его внутренние запасы энергии исчерпываются.
        — Марс, отсканируй мне вот этот сектор промышленным и потом объемным сканерами — там что-то есть.
        — Негативно, хозяин — доложил через четыре минуты бортовой мозг — кроме известных дружественных отметок каравана в системе больше ничего не наблюдаю.
        — Странно — подумал технолог — я пока еще в своем уме, и точно вижу матрицу в угасающем состоянии. Похоже, что моя способность даже лучше определяет активные источники, чем бортовое оборудование — вон даже сканер шестого поколения на моем КИПе слеп, по сравнению со мной. Как бы то ни было, но надо лично осмотреть аномалию…
        Дождавшись очередной загрузки мерзлым кристаллическим сырьем для изготовления топлива, специалист в очередной раз запустил линию по его выделению в процесс и улегся в пилотскую капсулу кораблика, так как Юли продолжала учить базы по большим кораблям в медицинской капсуле «Фортера». Рядом летали малые суденышки конвоя — пользуясь случаем, руководство проводило тренировки эскадрильи, давая пилотам возможность немного размяться после длительного многодневного безделья в прыжке. Не обращая внимания на снующие туда-сюда КИПы, землянин повел своего шахтера в подозрительную точку пространства. Так как на бортовой сканер надежды, как он понял, не было, то руководствовался своим даром, чтобы добраться до искомой точки.
        Ему повезло: находка оказалась на астероиде с края поля, иначе он со своими теперешними маневренными характеристиками и перегрузом не смог бы даже и на сотню метров протиснуться вглубь скопления. Ведь сейчас даже то топливо, которое он вырабатывал, у него забирали прямо на месте выработки — для этого руководство конвоя выделило малый инженерный бот, в трюме которого и таскали кристаллическую смесь к кораблям каравана.
        На неподвижном куске пустой породы землянин обнаружил останки какого-то корабля: нейросеть и искин «Фортера» не могли определить его тип по тем частям, что от него остались. Именно отсюда шел слабеющий выброс энергии, который и смог увидеть наш герой. Ближе к астероиду подлетать он поостерегся — его КИП реагировал на управление крайне неохотно и заторможено — поэтому мужчина решил вызвать сюда подмогу, так как вытягивать Юли из капсулы не хотел. На связь вышел дежурный офицер, которого Макс видел в первый раз.
        — Офицер, у меня тут непонятная ситуация: обнаружил останки какого-то судна на астероиде, внутри есть энергия. Пришлите сюда кого-то, пусть спустятся и посмотрят — у меня напарница в капсуле, не хочу ее вытягивать, и сам не могу подойти ближе — у меня перегруз, низкая маневренность…
        — А, слышал-слышал о твоем перегрузе — тот самый Макс Шнитке, нагрузился, как…
        — Ой, да ладно, офицер — перебил его технолог — дались вам мои перегрузы, мля. Так что насчет людей сюда?
        — Странно, наш искин ничего в твоем секторе кроме тебя не видит — дежурный смотрел куда-то вбок от экрана. А как ты его тогда заметил?  — заинтересовался тип, с интересом разглядывая собеседника.
        — Как-как… У меня шахтерский кораблик шестого поколения, все базы по профилю тоже в шестом ранге — вот так и заметил,…шахтер я потому что! Хватит воздух трясти без толку, людей пришлешь?  — стал злиться Макс.
        — Сейчас отправлю парочку — найдем желающих размять ноги. Жди.
        Наверное на должность исследователей проводили конкурс, так как бот с людьми на борту прибыл только через час с небольшим — отбирали лучших, скорее всего всем караваном. Наш герой наблюдал все, лежа в своей пилотской капсуле в рубке на основном голоэкране. Для этого ему бросили канал с телеметрией на искин КИПа — съемка шла от первого лица одного из прибывших спасателей-добровольцев, который вел протокольное видео события. Обстановка внутри останков корабля была мрачной и гнетущей — системы искусственной гравитации и жизнеобеспечения не работали по-видимому уже давно. Все незакрепленные предметы, взлетевшие вверх в момент пропажи гравитации, осели на полу под действием слабого поля притяжения астероида, на котором лежали эти останки.
        Передняя часть корабля отсутствовала, как и часть кормы — та была сплюснута, но не до конца, так как что-то еще выдавало энергию, и кроме реактора, это не могло быть ничем иным. В каюте жилого модуля обнаружили неприятную и неожиданную картину: на полу возле медицинской капсулы лежало тело женщины в скафе. Женщина была давно мертва, скаф тоже был неактивен — картриджи и резервные аэропатроны были использованы до предела. Цвет кожи умершей был смуглым — оператор сделал предположение, что она хаманка — в вакууме без атмосферы процесс гниения и разложения замер, так как тело замерзло без защиты скафа. Медицинская капсула была активной — внутри обнаружили двух детей возрастом до десяти лет — тоже смуглые, мальчик и девочка лежали, обнявшись в состоянии глубокого искусственного сна.
        Обследовали остальное пространство кораблика: как и предполагал наш герой, реактор был еще жив, но уровень топлива в нем был на издыхании — тревожный красный цвет контрольной панели бросался в глаза. По оценкам тех, кто сейчас осматривал находку, при данном уровне потребления энергии капсулой, он должен был бы отключиться через пять-шесть месяцев ориентировочно. Землянин и спасательная группа вздохнули с облегчением и радостью: это можно было назвать чудом, что вот так вот все удачно случилось, и Макс решил просто осмотреться вокруг. В противном случае детей бы ждала ужасная смерть от удушья и абсолютного холода. Больше ничего и никого не нашли — только двое спящих и мертвая женщина. Трагедия, скорее всего, развернулась многие годы назад: небольшой кораблик, возможно яхта, где с какой-то целью летела вся семья, столкнулись с кем-то или чем-то, что серьезно повредило их корабль.
        Отец, если он был с ними, скорее всего, находился в ложементе в рубке — этой части корабля не было. Мать, видя безвыходность ситуации, уложила своих детей в капсулу, активировав принудительный сон. Что при этом происходило в душе женщины, землянин даже не пытался почувствовать — она ведь понимала, что ей осталось жить максимум пару суток, пока не закончатся картриджи, и своих детей она видит в последний раз. А вполне возможно, что и они не выживут, если их никто не найдет чисто случайно. Втроем в капсулу они никак не помещались — мать жертвовала собой ради призрачного шанса спасения своих детей. Умирала она, вероятно, в страданиях, как физических — от удушья, так и моральных — глядя на капсулу, где лежали ее сын и дочь, которым она ничем не могла помочь.
        — Ужасно — думал специалист, глядя, как спасательная группа затаскивала капсулу в бот, толкая рядом портативный реактор, питающий агрегат до момента его подключения к бортовой сети большого корабля.
        — Хорошо, что Юли в капсуле сейчас учится — эта картина ее бы точно вывела из равновесия.
        К тому моменту, когда потребность в топливе была погашена и «Фортер» тяжело вплыл на свое парковочное место, о спасенных чудесным образом детях знал весь караван: все знали, кто нашел капсулу со спящими малышами, кому судьба дала возможность подарить шанс на вторую жизнь двум маленьким человечкам. Носитель к тому времени был полностью восстановлен, так же как и москитная группа — разумеется, что только то, что удалось собрать в единое целое дроидами Макса и других технарей на борту. Каждый, кого встречали они на своем пути, его и его подругу (землянин все-таки вывел из учебного транса подругу и рассказал ей последние новости) хлопал по плечу и жал руку — нечасто удается спасти человека в бескрайних просторах космоса. Кстати, Юли сильно впечатлилась, просмотрев записи спасательной операции — пришлось ее немного успокаивать.
        — О! А вот и наш герой! Поприветствуем спасителя!  — в столовой собралось много людей — все хотели выразить свое уважение тому, кто вернул жизнь двум маленьким разумным. Жесткие, битые жизнью наемники оценили поступок Макса, и каждый из них проявлял желание лично познакомиться с таким человеком — считалось, что такому разумному сопутствует удача, и, подержав его за руку, и тебе она может преподнести сюрприз. В общем, парочка застряла в столовой надолго, пожимая всем руки и комментируя в сотый и тысячный раз видео, вспоминая, как все было. Потом у них был разговор с Шаком — руководство к тому времени переселилось на восстановленный носитель, так как все-таки это было шестое поколение родного им Дивели, а не коритская поделка.
        — Макс, мы запустили процесс пробуждения: это надолго, медики сказали, что дети пролежали в состоянии почти полного анабиоза около девяти лет. Восстановление показателей организма растянется на несколько суток.
        — А почему так долго? Обычно это происходит за пару часов…
        — Как они пояснили, тут сложность в том, что в одной капсуле оказалось два разных организма одновременно, и разделить сейчас их для отдельных процедур нельзя — они, практически окаменели за столько лет лежания в низкой температуре, да еще и обнявшись… Специалисты не хотят рисковать — сейчас их интенсивно восстанавливают через кровеносную систему, и на это уйдет основная часть времени. Но я не об этом хотел с вами поговорить…
        — А что такое Шак, не понимаю — о чем еще говорить?
        — Нет, тут все нормально, просто мы подумали, что тебе, как их спасителю надо находиться рядом, когда они придут в себя. Ты не против? Да и твоя подруга тоже будет там нужна…
        — Конечно я не против — я только за! А Юли зачем нужна?
        — Понимаешь, женщин в отряде у нас мало — а там маленькие дети — будет истерика, скорее всего, слезы, крики: «Где моя мама? Где папа?» и так далее… Женщина в такой ситуации нужна обязательно — поэтому я и хочу спросить у твоей напарницы — она не против? Мы, конечно, еще найдем кого-то — может с транспортов клиентов кто согласится — уверен, что нам не откажут. Так что Юли…?
        — Можете на меня насчитывать, командир — разволновалась девушка — конечно, я помогу.
        — Хорошо, с этим разобрались. Идем дальше: вы заметили цвет кожи у детей?
        — Естественно, это ведь хаманцы — мертвая женщина там, в скафе тоже была смуглой — скорее всего, это была их мать. А что?
        — Их надо будет доставить в посольство Хамана — мы летим только до Дивели, а дальше для этих детей два варианта. Первый: можно отдать их в руки представителей конгломерата в этом посольстве — хаманцы дальше сами о них позаботятся, а можно получить и небольшую проблему…
        — Какую еще проблему, Шак — это же дети, скорее всего уже сироты — какие могут быть проблемы из-за них?
        — Дети при пробуждении могут замкнуться в себе от шока, а могут и наоборот, привязаться к вам, например — тогда вариант с посольством отпадает: будет еще та истерика, когда их попытаются отобрать у вас с самыми хорошими намерениями — малыши могут просто не понять происходящего. Это ведь еще совсем маленькие разумные, хоть и провели во сне почти девять лет — уже бы были совершеннолетними, ели бы не та трагедия с кораблем их родителей.
        В рубке повисла тишина: наша парочка озадаченно смотрела друг на друга и на офицеров, которые присутствовали вместе с ними при разговоре — к такому повороту сюжета наши герои были не готовы.
        — Мы подумаем и скажем тебе — разорвал паузу Макс — это надо серьезно обмозговать.
        — Не бросайте их, если они выберут вас — сказал один из присутствующих — хоть в Хамане им и не дадут пропасть, там монолитное общество, и у детей будет новая семья — это 100 % гарантия.
        — Вы уже спасли две вселенные, как говорил один мудрец: «Спас жизнь — спас целую вселенную»  — добавил капитан. Я рад, что оказался частью этого события, буду ждать вашего сообщения.
        Наши влюбленные в этот вечер легли спать каждый со своими мыслями, чтобы завтра с утра вместе принять серьезное решение. Завтракать в столовую они не пошли, воспользовавшись своим бортовым синтезатором — хотелось побыть наедине и обсудить ситуацию с детьми.
        — В любом случае надо присутствовать при пробуждении — заявила Юли — тут даже говорить не о чем!
        — Да с этим и так все понятно — поморщился землянин — а вот если они действительно привяжутся к нам? Вот что ты будешь делать, если эта девочка спросит у тебя: «Ты моя мама?»
        — Ой,… не знаю — подруга пребывала в прострации после вопроса партнера.
        — Вот-вот, подумай — своих детей у тебя пока нет, как ты будешь строить отношения с чужими? Ты ведь хочешь своих — это нормально, мы это уже обсуждали однажды… И у нас обязательно они будут, только надо еще немножко подождать. Я ведь тебе обещал — надо только освоить и развернуть производство эксклюзивных вещей, и все — не надо будет куда-то летать и что-то копать.
        — Давай не будем загадывать сейчас — просто придем на их пробуждение и там увидим.
        — Пусть все решится на месте — возможно, они помнят своих родителей, и мы для них будем все чужие — кто его знает, как воспитывают детей в этом Хамане? Там все-таки своеобразное общество, различия могут быть существенные…
        — В десять лет? Не надо переоценивать их — дети в таком возрасте все одинаковые.
        — Ладно, хватит сушить себе мозги — как получится, так и получится…
        Через пару суток, когда до окончания процедуры оставалось полчаса, им пришло приглашение от искина посетить медицинский отсек носителя, где состоится выход из длительного сна двух маленьких разумных. Собралось людей немного — медики решили, что большое скопление незнакомых людей может напугать малышей. Таким образом, кроме двух наших героев тут была еще девушка-медик, Шак Нори — командир наемников и еще одна девушка, которая, как оказалось, была пилотом того самого спасательного бота, на котором привезли капсулу с детьми с обломков на астероиде. Макс мысленно согласился с присутствующим набором — все нужные и никого лишнего. Дети внутри капсулы, а это была какая-то версия хаманского производства пятого поколения, уже имели более-менее нормальный цвет лица, хотя худоба резала взгляд.
        — Да уж — подумал специалист — девять лет на голодном пайке — как только не умерли?
        Наконец, крышка капсулы дернулась и стала подниматься, а детишки внутри нее стали шевелиться — все с пристальным вниманием наблюдали процесс пробуждения двух спасенных. Еще пару минут маленькие разумные приходили в себя после долгого сна — фактически, полного анабиоза, пока, наконец, женщина-медик, следившая за показаниями капсулы, не кивнула присутствующим — дети пришли в нормальное состояние.
        — Как вы себя чувствуете? Что-то беспокоит, болит?  — пока беседу вела медик, а все остальные сидели и молча слушали.
        — Кушать хочу!  — первой подала голос девочка — где моя мама, пусть она меня накормит?
        — Где мы, где папа?  — вторил ей брат — что это за место, вы кто?
        — Не волнуйтесь, дети, вы среди друзей — вылазьте и пойдем вместе с нами — вас накормят, и там поговорим — капитан решил вмешаться в разговор, однако реакция детей всех немного притормозила.
        — Ты мне не нравишься!  — заявила малышка, я пойду с ней — ручонка показывала на Юли. Она меня покормит, а потом мы пойдем искать мою маму и моего папу!
        Тяжелый вздох вырвался у всех присутствующих взрослых, а Юли пребывала в легкой панике: ее лицо то бледнело, то краснело, она с трудом сдерживала себя от того, чтобы не расплакаться. Однако, встретившись со спокойным, понимающим взглядом своего мужчины, взяла себя в руки и улыбнулась:
        — Конечно, малышка. Давай, я помогу тебе выбраться из капсулы.
        — Не надо, я большая, сейчас я сама…  — девчушка зашевелилась более энергично и стала перевешиваться через край аппарата.
        Хлоп — и она уже приземлилась на пол рядом с медицинским «яйцом», а следом за ней такой же маневр провел ее брат. Оба были одеты в неизвестные Максу модели детских комбинезонов темно-красного цвета — очевидно в изученных им базах детской одежды для пустотных объектов не было.
        — Даже странно — подумал наш герой — по правилам Содружества, дети до наступления совершеннолетия проживают и развиваются только на кислородных планетах, и такие предметы, как детские скафы, например, были чрезвычайно большой редкостью.
        Видимо в Хамане были свои тонкости воспитания подрастающего поколения, если они нашли двоих малолетних в космосе — скорее всего, родители взяли с собой малышню в какое-то путешествие, но не сложилось…
        Между тем, вся процессия стала выдвигаться из медицинского сектора в сторону столовой — мальчик шел рядом с командиром наемников, а его сестричка топала рядом с Юли. Оба ребенка крутили головами на все стороны, рассматривая обстановку вокруг и задавая массу вопросов своим сопровождающим. К моменту прибытия в общий пункт питания они уже знали, что находятся на космическом корабле, который двигается в сторону конфедерации Дивели, хоть и это название им ни о чем не говорило. Такое государство им было абсолютно незнакомо — они помнили только то, что их родина называлась Хаман. На вопросы детей о своих родителях наемники отвечали расплывчато, в том смысле, что их нашли в космосе одних — родителей рядом не было. Отсутствие родных лиц малышня перенесла с трудом — девочка начала хныкать, да и парнишка тоже оказался с красными мокрыми глазами.
        Возможно, они еще не осознали до конца трагичность своего положения, а возможно общая благожелательная атмосфера, созданная экипажем вокруг них, как-то успокаивала детей — так или иначе, но длительных криков, слез и истерик не было. Потом они надолго зависли возле синтезатора — выбирали знакомые им блюда родной кухни, благо в таких агрегатах была возможность фильтрации по разным признакам: государство, планета, сладкое, мясные блюда и так далее. Десерт окончательно успокоил маленьких найденышей, и вскоре они уже мало чем отличались от своих сверстников на планетах. Потом взрослых опять стали засыпать разными вопросами:
        — А как быстро мы летим? А где тут можно играть? А что мы будем делать, когда прилетим?  — и так далее в таком же.
        К слову сказать, оба помнили свои имена: мальчика звали Герт, а девочку Элия. Как они оказались в корабле посреди космоса, они не помнили. Помнили родителей, но долго говорить на эту тему не хотели — плохие воспоминания вводили их в угрюмое, замкнутое настроение, поэтому все вопросы на эту тему быстро закончились.
        Каюту новоиспеченным маленьким путешественникам выделили рядом с каютой Макса и Юли — малышня настояла на близком размещении с девушкой. К рыженькой сильно привязалась Элия, а вот мальчик оказался достаточно независимым, или возможно, делал такой вид, хотя и живо интересовался всем, что видел вокруг: дроидами, оружием, скафами. Большую часть времени он где-то пропадал, возвращаясь только на приемы пищи и к вечеру, когда следовало идти спать. Макс по этому поводу совсем не переживал, а только радовался: пацану будет легче адаптироваться обратно в привычный мир, а вот привязанность девочки к Юли его несколько волновала — как отреагирует малышка на предложение вернуться в Хаман, было неизвестно. С этими детскими заботами его подруга совсем забросила учебу в капсуле, чем воспользовался наш герой — остаток пути он поднимал свои знания по большим космическим кораблям в шестом ранге. Через неполных три недели караван благополучно достиг своей конечной точки маршрута.
        Система «Вегар» (по каталогу 15-ФД-14а) была крупным торговым узлом на стыке двух направлений «Дивели-Корит» и «Дивели-Хаман», и состояла из восьми планет разного размера, из которых обитаемыми были две: четвертая и пятая по ходу от светила — красного гиганта. Жар, испускаемый этой звездой, был приемлемым для жизни на порядочном удалении от нее, превратив первые две планет в два безжизненных раскаленных планетоида, а третью по ходу планету в горячий океан кипящих газов, которые удерживались гравитацией этого небесного тела. Четвертая от светила планета давала название системе: Вегар — здесь находилась столица местного государства, входящего в конфедерацию Дивели. Пятая планета «Летория» была менее комфортна — здесь были колебания температуры от плюс 40^0 ^до минус 60^0^, хотя состав атмосферы был давно скорректирован по классу планеты «А+» стандарта Содружества.
        На Вегаре находилось посольство конгломерата Хаман, куда командир Шак уже отправил информацию по найденных детях — посольство предлагало прибыть к ним в любое удобное для разумных время. Но сначала требовалось закончить с контрактами и провести взаимные расчеты с отрядом и людьми, с которыми землянин заключил разовые контракты на доставку в пространство конфедерации. Со вторыми проблем не возникло — как только стала доступна инфосеть, счет специалиста пополнился на оговоренную ранее сумму, чем подтверждался факт выполнения обеими сторонами своих обязательств. Затем пообщались с руководством отряда в стиле:
        — Маловато будет,… ну кто так считает, кто так считает?
        — Наемник, да ты вообще обнаглел — посмотри, как ты запаковал свой КИП? Совесть имей…
        — Вот здесь, Шак, мне кажется, вы пропустили нолик — и так далее, чем немного затормозили процесс взаиморасчетов.
        Но, в конце концов, все взаимные претензии были благополучно решены, и вскоре счет технолога пополнился на четыре миллиона триста тысяч кредитов — в расчет пошли также модули, которые он снял с побитого крейсера. На счет Юли пришла гораздо более скромная сумма: всего сто восемьдесят тысяч по контракту наемного техника, однако девушка не делала себе из этого никаких проблем — голова у нее сейчас была забита другими вопросами.
        — Послушай Макс — обратился к нему Шак, когда все вопросы были улажены и «Фортер» собирался покидать борт носителя — не оставляй этих детей. Ты их спас, оставь их с собой, если можешь.
        — Детям в космосе не место — задумчиво отвечал ему наш герой — хотя есть одна возможность. У моей девушки есть дом на планете, думаю, это бы мог быть вариант… Послушаем, что предложат хаманцы, надо спускаться на планету, мы с Юли готовы — ты с нами?
        — Конечно, обязательно с вами, как иначе?
        — Хорошо, тогда встречаемся через час на станции «Вегар-С08»  — от нее летают челноки прямо в метрополию.
        Неожиданно возникла проблема — маленькая Элия наотрез отказывалась расставаться с рыженькой, когда узнала, что ее большая подружка решила лететь отдельно от нее. Вцепившись двумя руками в комбинезон девушки, малышка закатила форменную истерику со слезами и криками. Да и ее брат не горел желанием расставаться с сестричкой — пришлось брать их в «Фортер», хоть он и не был приспособлен для проживания такого количества людей. С Шаком уговор оставался прежним.
        — Диспетчер «Вегар-С08» на связи.
        — Требуется коридор для парковки и аренда малого ангара на минимальный срок.
        — Ангар К-56, три месяца, шестьсот кредитов в месяц, коридор передаю после оплаты. Согласен?
        — Хм,… как-то тут у вас дороговато — у нас в Бриларе такой ангар пять сотен стоит — вопросительно смотрел на диспетчера специалист.
        — Так это в Бриларе, хе-хе, он далеко,…а у нас тут вот такой прайс…
        — Ну да, ну да, понял — не дурак, дурак бы не понял,…оплатил.
        — Получил — кивнул собеседник на голопанели. Слушай, турист из Брилара, а что это такое у тебя с корпусом — обвешался контейнерами, как жадный коритский торговец — маневрировать то хоть сможешь, а то еще что-то там нам поломаешь на палубе, хе-хе?
        — Так это,…не обращай внимания — друг один попросил багаж подкинуть до Дивели, а мне как раз по пути оказалось — ему было дешевле мне заплатить, чем отправлять все это по железной дороге…
        — Чем-чем? Какой железной дроге?
        — А…забудь, я пошутил. Ну, все, мы погнали — у нас тут еще много дел намечается…
        Перегруженный и «тормознутый» «Фортер» двигался, как отожравшийся бегемот в полдень в Африке: небольшое расстояние от носителя до своего временного ангара пропыхтел «всего» за два часа, поставив местный и личный рекорды по медленным полетам. Еще двадцать минут ушло на маневры и позиционирование в ангаре — тут все оказалось стандартно для такого помещения — никаких излишеств, вроде жилого модуля у него на «Грантуше-1», например. Вскоре вся компания уже спускалась на планету, заняв места в рейсовом челноке до столицы местного государства. Дети как-то притихли, словно чувствуя, что приближается какое-то событие, связанное непосредственно с ними.
        — А куда мы сейчас едем?  — поинтересовалась Элия, рассматривая картины приближающейся поверхности планеты на голоэкранах челнока.
        — Будем знакомиться с вашими соотечественниками, ты ведь помнишь, что вы с братом родились не здесь, а в Хамане, а там все такие же смуглые, как и вы.
        — А зачем нам с ними знакомиться?  — продолжала допытываться девочка.
        — Надо выяснить кто вы, откуда, есть ли у вас родные — по вашему генокоду определят все быстро — современные технологии позволяют определять информацию по капле крови.
        — А что такое генокод, и зачем им наша кровь? Я не хочу, чтобы мне делали больно — насупилась девчонка.
        — Не бойся, Элия, я тебя не дам в обиду — ободряюще улыбнулась Юли, и девочка тоже улыбнулась ей в ответ.
        В представительстве их встретили трое коренных хаманцев — все смуглые, темные короткие волосы, светлые живые глаза, в которых читалось уважение и интерес. Все были одеты в строгую униформу темно-синего цвета со вставками бордовых оттенков — из баз наш герой знал, что Хаман был монолитным государственным образованием милитаристского уклона — они постоянно с кем-то воевали.
        — Приветствуем гостей в нашем посольстве, особенно рады видеть уважаемого Макса Шнитке, вернувшего нам двоих наших маленьких граждан. Прими нашу благодарность и знай, что отныне в пространстве конгломерата ты всегда желанный гость — тут оживилась нейросеть:
        — Искин посольства конгломерата Хаман в конфедерации Дивели передает метку на нейросеть «Возвращающий жизнь»  — привязать к идентификатору?
        — Давай — обалдевший немного технолог удивленно смотрел на троих смуглокожих гуманоидов — а что это значит, вообще?
        — Знак уважения к тому, кто вернул с того света жизнь — мы горды видеть такого разумного и пожать ему руку.
        Дальше все трое по очереди подошли к мужчине и провели этот давний мужской обряд уважения и знакомства.
        — Теперь, если позволите, мы вернемся к детям — надо взять у них образец крови для идентификации в нашей базе данных и поиска родственников и имущества. Это будет недолго — у нас высокоразвитое государство, в течение часа — двух часов мы уже будем все знать, а все это время будем рады видеть вас тут у нас в гостях — надеюсь, вы никуда не торопитесь, уважаемый Макс и ваши спутники?
        Пока ждали результатов, немного пообщались с представителями государства смуглых.
        — Как дальше вы планируете судьбу детей?  — поинтересовалась Юли.
        — Тут несколько вариантов, и все зависит от их собственного выбора — никто не будет их принуждать ни к какому варианту. Самый распространенный — новая семья — большинство детей выбирают такой путь. Мальчику можем предложить также проживание и развитие с дальнейшим обучением согласно программе Хамана в военном училище: там он сможет провести свою жизнь до совершеннолетия, а затем выбрать свой дальнейший путь — военную или гражданскую специальность. Разумеется, все за счет государства. Точно также есть варианты для девочки, если вариант новой семьи им двоим не подойдет. Но лучше спросить у них напрямую — чего вы сами хотите, дети?
        — Я бы, наверное, пошел в училище, мне нравится космос, дроиды — решительно сказал Герт.
        — Похвальное решение — одобрительно закивали головами смуглые люди — и смелое. Ты настоящий хаманец!
        — А ты малышка, что думаешь?
        — Ты мне не нравишься!  — заявила вдруг Элия самому высокому среди них — тот стоял ближе всех к ней с Юли и внимательно изучал девочку.
        Девчонка зашла за спину своей взрослой подружки и оттуда добавила:
        — Вы мне все трое не нравитесь!
        Секундная пауза затем взорвалась хохотом присутствующих — смеялись все, в том числе и брат девочки.
        — У нас тут конфликт интересов — вытирая слезы, промолвил один из мужчин — брат хочет остаться в Хамане, а его сестра против — видимо, у нее есть свой план. А какой у тебя план, Эли?
        — Вот она — девчонка вцепилась в Юли двумя руками — я хочу остаться с ней!
        Потом подняла голову и серьезно спросила у рыженькой:
        — Не отдавай меня никому! Будешь моей мамой?
        С трудом сдерживающая себя девушка не выдержала последнего вопроса и заплакала, прижимая девочку к себе:
        — Конечно, милая — я же тебе обещала, что не дам никому в обиду…
        Некоторое время Макс размышлял, наблюдая эту картину, потом, придя к решению, озвучил его:
        — Девочку мы заберем с собой, а мальчик пусть делает, как ему хочется, но мне бы не хотелось разделять брата с сестрой. Может быть, Герт, ты поступишь в такое же училище у нас в Бриларе? Как тебе такая идея?
        — Да, Герти, давай вместе — поддержала мужчину Элия — я не хочу с тобой расставаться!
        — А так можно?  — вопросительно посмотрел на троицу хаманцев парнишка.
        — Конечно можно — одобрительно кивнул ему один из них — так даже нужно — вместе с сестрой.
        — Вот и решили вопрос — обрадовано отозвалась Юли, обнимавшая девочку — осталось только дождаться результатов генетических поисков, и можно отправляться дальше. Мы, кстати, собираемся к вам в Хаман.
        — Вот даже как?  — среагировал один из смуглых — туризм, коммерция, или еще что?
        — Хотим приобрести у вас тяжелый носитель шестого поколения, хотя есть и другие мысли — в разговор влез технолог. Возможно, это будет не один корабль, и возможно даже не носитель — хочется чего-то индивидуального, пока окончательного решения нет.
        — Тогда вы на правильном пути — у нас только лучшее вооружение и технологии в Содружестве — вам будет из чего выбрать, а с вашим статусом «Возвращающего жизнь» вас ждет сюрприз.
        Макс поймал удивленный взгляд Шака, когда озвучивал свои будущие планы, но не придал этому особого значения. Потом некоторое время разговор шел ни о чем — просто трепались о разной ерунде, дожидаясь результатов поиска по генокоду. Затем всем пришли небольшие пакеты информации, где были собраны материалы по детям, их родителям и истории.
        Вкратце получалось, что семья Гронтеро — такую фамилию носили родители Герта и Элии, потерялась восемь лет и восемь с половиной месяцев назад где-то в пространстве между Хаманом и Дивели. Отец детей был неплохим инженером и получил работу в одной корпорации конфедерации Дивели по конкурсу — продав свое имущество по месту прошлой работы, купили приличную яхту и вместе с детьми отправились к новому месту жительства. Но пропали где-то по пути, и новый работодатель так и не дождался своего нового инженера. Кроме самой яхты, чета Гронтеро имела на своих счетах в банке несколько миллионов кредитов — больше никаких активов и имущества не имелось, так же как и родственников. В общем, получалось, что на сегодняшний момент детишки были полными сиротами — так была оценена ситуация всеми присутствующими.
        Указанные средства должны были быть переведены на имена Герта и Элии в любой банк Содружества по достижении ими совершеннолетия. Макса и Юли это мало волновало — деньгами они были обеспечены, вопрос о кредитах не стоял вообще — так и заявили всем присутствующим. Тут технолог опять поймал удивленно-вопросительный взгляд бывшего нанимателя и решил выяснить причину такого внимания к своей персоне.
        — Шак, что это ты на меня так странно смотришь? Мне не нравится твой загадочный взгляд…
        — Да вот мне немного непонятно, зачем ты нанимался ко мне обычным наемником, если собираешься покупать тяжелый носитель, а может и еще что?
        — Считай, что хотел сэкономить на билетах, ха-ха-ха… Да и не простым наемником, а пилотом специализированного корабля, ха-ха-ха. А что не так?
        — Да все так, пилот ты хороший, но зачем так рисковать с твоими деньгами то?
        — Не надо считать деньги в чужом кармане — веселость с лица технолога улетучилась — к тому же, если честно, если бы началось что-то слишком серьезное, что могло повредить моему здоровью, я бы бросил твой караван и полетел бы дальше сам, ни разу не усомнившись в своем решении.
        — А…?
        — И сразу насчет возможного в таком случае штрафа за разрыв контракта: заплатил бы без проблем, если бы ты в таком раскладе выжил и добрался до цивилизации, чтобы выставить мне претензии. Своя шкура дороже — вот так вот, Шак. Все, пока наемник.
        Чтобы немного отойти от многомесячного полета, решили отдохнуть на одном из местных морских курортов Вегара — да и детям солнечные ванны и морская вода пойдут на пользу. Но сначала требовалось продать трофеи и закупить материалы для восстановления древнего скафа — список был небольшим, но материалы считались редкими и дорогостоящими. Итогом изучения местного рынка модулей для кораблей стало пополнение счета технолога на восемнадцать миллионов четыреста шесть тысяч кредитов — оборудование автоматизированного легкого крейсера шестого поколения оказалось востребованным и дорогим. Особенно порадовала туннельная пушка кораблика — комплект ушел за два с половиной миллиона — шестое поколение, как-никак, ипать.
        Небольшой тормоз приключился с закупкой дефицитных материалов для ремонта скафа древних — надо было не так и много, но в таких количествах, что требовалось, эти материалы не продавались. Ну, не покупать же стандартный куб лартина, если его надо всего два килограмма. В результате недолгих размышлений технолог пришел к мнению, что требуемое количество кссм некоторых типов он сможет и сам накопать в космосе, поэтому купил только то, что там не летало. Упаковка сложных монополимеров, емкость жидкого композита класса А-4, фитоорганика группы А, пищевые и водные контейнеры класса «Прима»  — все это потянуло на четыреста восемьдесят тысяч кредитов.
        Отдельной статьей шли две наплечные турели — подбирал долго, так как немного не подходило подсоединение кабелей питания современных изделий — этот вопрос тоже решился. Остановился на парочке скорострельных пульсаров — в приоритет выбрал скорость ведения огня, а не мощность выстрела, как у своей «ПШ-26» на штурмовом «Шонц-6у». Логично рассудив, что скаф древних в паре с клинками предназначен для ближнего боя, а против дроидов у него есть довод в виде все той же пары «Серый коготь», то основной задачей плечевого оборудования должно быть уменьшение численности живой силы противника. За две «ДП 33 т» заплатил местным торговцам почти триста тысяч — дороже, чем бриларские аналоги, хотя характеристики были немного выше. Подключать пока не стал — сначала надо полностью восстановить состояние самого скафа, а то постоянные напоминания нейросети о недостатке материалов для его ремонта уже начинали слегка нервировать.
        Когда все покупки были сделаны, а товар доставлен в ангар, новоиспеченные приемные родители вместе с детьми отбыли на планету — начинался небольшой период отдыха, который парочка планировала на срок не менее месяца. Перед этим обложил древний «Штроу-2е» купленными материалами, облил жидкими компонентами, как было показано на нескольких обучающих роликах. Вникать в суть процессов не собирался — древние делали высоко функциональные вещи, которые во многих случаях могли самостоятельно активировать в себе функции саморемонта.
        Для отдыха выбрали курортный городок, который рекомендовали в сети для семейных пар с детьми — песчаные пляжи, мелкое море, тянувшее песчаную отмель на сотню метров от прибоя, водные аттракционы на побережье и много других забав для детишек.
        ГЛАВА 9
        Три недели пролетели, как пару дней — дети резвились, набирали нормальный для своего возраста вес, а вечером, когда они засыпали, влюбленная парочка проводила рейды по местным увеселительным заведениям, отпуская тормоза. Ночью они проводили эксперименты — Юли развивала в себе новые ощущения, пользуясь своим имплантом. В общем, обычный отпуск молодой семейной пары. На четвертой неделе мужчина заметил, что его подруга стала немного рассеянной, отвечала невпопад и часто сидела в кресле с закрытыми глазами — очень нехарактерное поведение для жизнерадостной рыжеволосой красотки. Землянин решил поинтересоваться причиной такой меланхолии.
        — Юли, что с тобой происходит — ты какая-то сама не своя?
        — Понимаешь, как-то странно — я отправила сообщение Клому, что мы в Дивели на отдыхе еще две недели назад, а он не отвечает. Вчера пыталась связаться с ним по Глобосети — хоть и дорого, но мне как-то не по себе — так он не ответил — как будто его нет. Я начинаю волноваться, он все-таки военный…
        — Попробуй связаться с его приятелями или сослуживцами — есть такие в твоих контактах?
        — Надо посмотреть — когда-то он меня знакомил со своими парнями, все хотел мне жениха найти…  — Юли грустно улыбнулась, видимо вспомнив что-то из прошлой жизни.
        — Ну, вот и давай, прояви активность!
        — Что-то мне страшно, Максик — у меня нехорошие предчувствия…
        — Возьми себя в руки, пока не попробуешь что-то узнать, так и будешь мучиться в неизвестности.
        На следующий день землянин нашел свою женщину в состоянии шока: рыжая давила слезы в подушку постели, все тело содрогалось от конвульсивных рыданий — очевидно, что новости из Лайны были плохими. Утешения и теплые слова, которыми он пытался успокоить подругу, не помогали — та не выходила из своего шокового состояния, поэтому пришлось прибегнуть к простому и неприятному методу — несильно стукнул подругу, чтобы та на некоторое время потеряла сознание. Ситуация осложнялась тем, что рядом также заливалась слезами маленькая Элия — вид страдающей «мамы» вывел и ее из равновесия — спасибо, что хоть парнишка держался, глядя на все это непонимающими глазами. На то, чтобы привести Юли в чувство потребовалось почти два часа — сколько времени прошло до того момента, как девушку обнаружил плачущей он не знал — с утра ходил с детьми на утреннее купание в лучах рассветного светила.
        В конце концов, удалось узнать причину такого состояния подруги — ей ответил один из сослуживцев Клома, который тоже сейчас находился в поломанном виде в одном из военных госпиталей на Лайне. Суть сводилась к следующему: их подразделение забросили на поддержку операции по уничтожению синдиката, который воровал людей и продавал их в Гармор — тут Максу только было непонятно, как этот самый синдикат переправлял людей так далеко — эта версия ему совсем не нравилась. Те не менее: группа, в которую входил Клом, имела простую задачу блокирования одного из возможных путей отхода бандитов. Им просто не повезло: никто не ожидал, что преступники будут так хорошо вооружены и подготовлены — на неполный четвертак солдат обрушилось почти в два раза больше нападающих — очевидно, что по этому пути отходили самые важные персоны синдиката. Бойцам подразделения пришлось столкнуться с тяжелой техникой, которая буквально давила их живыми в землю — синдикат смог прорвать заслон, уничтожив почти весь отряд Клома.
        Осталось всего четверо изуродованных тел, в которых еще теплилась жизнь, поддерживаемая сумасшедшим набором препаратов, впрыснутых аптечками скафов в этих людей. Их всех смогли доставить в ближайший госпиталь, где сейчас им пытались придать нормальный вид — и вот тут вскрылась главная неприятная деталь военного контракта. Стандартная страховка, предусмотренная контрактом, не предусматривала такой огромной массы повреждений тела, которые получили бойцы отряда — полноценно восстановить организм не было возможности. Хоть армия и не отказывалась от своих солдат, но некоторые части тела могли быть заменены только на искусственные протезы, опять же, согласно контракту. Полное восстановление было возможно за отдельную плату в частных клиниках, или это могли сделать в том же госпитале, но за доплату.
        Медики, работавшие в этом самом госпитале, пытались несколько раз связаться с Юли, но не смогли, что неудивительно, ведь три месяца она провела в пространстве дикого космоса, где отсутствуют ретрансляторы Содружества. Сумма, которую требовалось внести, была большой — девяносто восемь миллионов сто сорок тысяч кредитов: именно поэтому и так настойчиво пытались связаться с сестрой пострадавшего бойца — деньги в Содружестве двигали все.
        — И чего ты разревелась?  — обняв свою девушку, землянин что-то ей шептал успокоительное на ушко — сейчас пошлешь свое согласие на доплату, я тебе денег перекину на счет с запасом. Думаю, надо и тех трех парней, что пострадали с братом тоже ставить на ноги — не знаю, как там у их родственников с деньгами, но мы не обеднеем — парней надо спасть, ты как думаешь?
        — Ты прав, Максик, просто вас у меня всего двое, и я такого удара не ожидала…
        — Вот тут ты не права — нас теперь пятеро — у тебя и у меня еще двое детей — за них мы в ответе. Так что хватит тут разводить сырость — соберись и связывайся с Лайной — на твои истерики нет времени.
        Девушка взяла себя в руки и стала набирать сообщение для врачебного персонала, где интересовалась необходимой суммой на лечение всех четверых героев, медицинскими прогнозами и временем, которое потребуется для полного восстановления тел бойцов.
        — Отправила — уже вполне нормальным голосом сказала Юли.
        — Хорошо, будем ждать — я думаю, в течение парочки часов будет ответ, но в любом случае наш отдых завершается — тебе надо возвращаться в Брилар к брату. Будешь рядом с ним — сомневаюсь, что такие раны и повреждения можно быстро вылечить: если основываться на том, что мы с тобой изучили в свое время по медицине, то такой набор травм надо лечить около полугода, а потом, скорее всего еще месяц-два уйдет на послеоперационное восстановление. Так что на твоем месте я бы уже искал себе место на какой-нибудь лайнер в сторону ТС Брилара — более трех месяцев полета, а потом еще столько же будешь рядом с ним.
        — А ты? Я одна не полечу!  — нахмурилась девушка.
        — Я прилечу позже уже на нашем новом корабле — ты что, забыла, зачем мы проделали такой долгий путь сюда? Ничего со мной не случится — здесь до Хамана всего два месяца на большом корабле — куплю себе место со своим «Фортером», полечу, как богатый шахтер, ха-ха-ха.
        Через пару часов Юли получила пакет информации от искина военного госпиталя, где были подробно описаны ответы на все ее вопросы и указаны требуемые суммы на лечение. Было также сообщено, что по окончании лечения, а это восемь месяцев, включая реабилитационные мероприятия, все четверо бойцов будут уволены из вооруженных сил ТС Брилара по состоянию здоровья. Сохранение всех званий, повышение гражданского рейтинга до уровня «В» и единовременная выплата в размере двух миллионов каждому — прощальный жест от государства бойцам.
        — Хм — вслух комментировал послание специалист — денег не лечение в полном объеме нет, а на выходное пособие что-то нашли — как это понимать? Ладно, не переживай, детка — возьмем Клома к себе в корпорацию — нам будут нужны люди, особенно с опытом боевых столкновений. Да и его друзей пригласим обязательно, думаю, они не откажутся — всем найдем дело по способностям.
        — Я нашла рейс в Брилар — отправка через двое суток, бронирую нам с детьми люкс — вопросительно посмотрела на партнера рыженькая.
        — Конечно, не сомневайся, все правильно — путь долгий и надо ехать в комфорте. Только возьми с собой свой штурмовой скаф и парочку дроидов. Про оружие я вообще молчу — бери что приглянется.
        — Ты уже совсем — это как-то уж слишком…  — немного растерялась спутница — может не надо?
        — Надо-надо, не спорь — мне и моих бойцов хватит, если что. Кстати, надо тебе денег перекинуть…
        Через некоторое время девушка получила сообщение из банка: пополнение счета плюс семьсот пятьдесят миллионов кредитов, остаток восемьсот одиннадцать миллионов.
        — Зачем мне столько?  — удивилась Юли — что мне с ними делать?
        — Сама посчитай — на лечение сейчас перекинешь почти четыре сотни миллионов, потом отвезешь этих бойцов на курорт на пару месяцев — пусть отдохнут от врачей и медицины нормально. Еще у тебя и дети на попечении — денег много не бывает, я еще заработаю. И вот еще что: я разорву контракт с «Грантушем»  — нам тот ангар больше не нужен будет, заберешь наши вещи оттуда — больше не собираюсь никому платить проценты со своей работы. Хорошо?
        — Хорошо, прилечу и все сделаю — там и делов то на пару часов: продать гравиплатформу и челнок «Дили» перегнать на космодром на планету.
        — Вот такая ты мене больше нравишься — деловая и целеустремленная.
        Через двое суток Макс попрощался со своей маленькой семьей и проводил их до шлюза межсистемного лайнера, на котором они должны были почти четыре месяца лететь в родной Брилар. А для двух детей это государство должно было стать их новой родиной. Дождавшись, когда гигант уйдет в прыжок, технолог составил себе небольшой план по своим дальнейшим действиям. Учитывая наличие нового оружия ближнего боя, он решил все-таки поискать в сети школу владения холодным оружием — именно такую рекомендовал ему Шак во время его последнего контракта. После часового марафона по инфосети специалист составил себе мнение, что наилучшим выходом для него будет обучение на Латонге — родном мире расы гиришей. Этот народ специализировался на холодном оружии и выходцы из этого мира считались лучшими бойцами ближнего боя. Пришлось купить несколько навигационных карт ближайших секторов конфедерации Дивели и конгломерата Хаман — конечной точке его путешествия.
        Загрузив обновления в свой бортовой искин, стал определять маршрут: искомая Латонга была в восьми прыжках на его «Фортере», или соответственно в одном прыжке на большом корабле. Здесь специалист стал раздумывать: лететь ли ему самостоятельно на своем кораблике, или багажом на каком-нибудь межсистемнике. Пока осторожность боролась с жадностью, решил просмотреть в местной инфосети предложения корпорации «Нейроника-Д»  — дивелийского монополиста в области нейросетей, имплантов и баз знаний. Искал базы по холодному оружию: список доступного удручал — такими знаниями никто не интересовался, кроме гиришей, очевидно — нашел всего три базы, из которых только одна имела отношение к парным клинкам — четвертый ранг, всего.
        — Ну, хоть что-то — констатировал через некоторое время наш герой, получив от курьера чип с оплаченным товаром возле арендованного ангара.
        — Десять часов и сорок две минуты — такой вердикт по скорости изучения базы дала его нейросеть, когда ее хозяин запустил изучение навыка.
        — Еще пару стоек, блоков и ударов изучу, пока буду добираться до мохнатиков, хе-хе — это чтобы уж совсем не выглядеть дилетантом в их глазах. И вот еще что — пожалуй, полечу своим ходом — надеюсь, где-то по ходу движения наковыряю нужных мне смесей, а то даже как-то смешно, как в старой поговорке «сапожник без сапог»  — «технолог без концентрата», ха-ха-ха.
        Пилот вывел кораблик из ангара и поставил в известность диспетчера о том, что окончательно покидает станцию, на что дежурный человечек ехидно сообщил, что за неиспользованное время аренды кредиты не возвращаются. В ответ наш герой предложил ему забрать эти остатки себе, если конечно, тот сможет это сделать. Оставив озадаченного типа размышлять над проблемой шести сотен лишних кредитов, отключился, переводя внимание на маневрирование в зоне станции — движение тут было плотным.
        — Марс проложи самый короткий маршрут в систему Латонга и сразу разгоняйся в первую промежуточную точку.
        — Маршрут рассчитан, расчетное время в пути пятнадцать суток и восемь часов — отрапортовал через десять минут искин, закончив несложный расчет. Начинаю разгон.
        Время в гипере тянется медленно — это общепризнанная истина и самое тяжелое испытание для одинокого путника в пустоте космоса: если не найдешь, чем себя занять, то через пару лет гарантированно сойдешь с ума от одиночества и безделья. Зная об этих опасностях, Макс старался развлекать себя чем мог: к сожалению, учитывая то, что прыжок на малом корабле длится не более двух-трех суток, полноценно проводить изучение баз под разгоном он не мог — в каждой промежуточной точке технолог занимался изучением местных астероидных полей, если таковые имелись в системе.
        К его огорчению, ничего их того, что требовалось для самовосстановления скафа древних, он не обнаружил — кто бы сомневался, ведь все системы находились в официальном пространстве Дивели, и тут давно все ценное подчистили такие же умники, как он. Поэтому основное время, которое требовалось оставлять между сеансами ускоренного обучения — те же двое-трое суток, требуемых для создания новых нейронных связей в мозгу, он делил между беговым тренажером «Торс-6ип», постелью и разными развлекательными передачами, которые его искин записывал в свою память в обитаемых системах. В один из таких однообразных дней, попивая свой любимый пэвасс, наш герой знакомился с очередной подборкой сюжетов из галактической развлекательной передачи «Самые дебильные фразы и рекорды Содружества».
        Первый сюжет, привлекший его внимание, был о семейной паре рушиков, которая впервые в своей жизни попала на отдых за пределы своего протектората. Само это событие уже озадачило нашего специалиста: из баз по Содружеству он знал, что эта народность редко покидала свой Рушкостан. В остальном Содружестве для них все было незнакомо и удивительно, ведь большую часть своей жизни они проводили в протекторате, чтобы далеко не удаляться от магазинов, где в обязательном порядке имелось несколько сортов их национальной «вадяры». Но эти двое, видимо были более продвинутыми организмами, чем их сородичи — отправились отдыхать на известный курорт по принципу «все включено»  — скорее всего, хотели нормально поесть, ну, не загорать же на пляже, теряя время на тупое лежание на пляже — зачем тащиться в такую даль, правда?
        Конфуз произошел в тот момент, когда эти гуманоиды покидали курорт: их багаж привлек внимание обслуживающего персонала — въезжали с одной сумкой, где негромко позвякивала тара с их стратегическим запасом национального напитка. А выезжать, так сразу нарисовалась еще тройка больших баулов — такая несуразность привлекла внимание работников курортного комплекса. Стали открывать подозрительные пакеты и весь персонал оказался ненадолго шокированным: емкости с алкоголем, прихваченные из номера — нормальным гражданам Содружества такого количества напитков хватило бы на год, как минимум. Но по ответам этой парочки получалось, что нормальному среднестатистическому рушику такого объема едва хватит на месяц — что тут скажешь, зависимость, ипать.
        Потом из сумок достали упаковку моющих средств — по правилам отеля эти косметические вещества обновлялись в номерах каждый день — «умные» рушики решили, что пару килограмм указанных средств не нарушит условий проживания по принципу «ол инклюзив»  — запас багаж не тянет. Следом извлекли набор банных халатов и полотенец — тут, как говориться у присутствующих глаза полезли на лоб. Нет, в принципе этих убогих можно было бы понять — качество указанных предметов ни шло ни в какое сравнение с аналогичными аналогами отечественного производства — хотелось бедным организмам взять с собой на память что-то действительно качественное, но ведь не в таких же количествах!
        Апофеозом этого праздника жадности и маразма стала упаковка туалетной бумаги, приблизительный объем которой был определен сотрудниками курорта, как малый транспортный внутрисистемный контейнер — серьезно, очень серьезно… Для выяснения всех обстоятельств далее были приглашены не только представители местных правоохранительных органов, но и журналисты местных и других средств массовой информации. Оказалось, что представители протектората уже пару раз попадались на фактах такого воровства, и весь протекторат, таким образом, уже успешно заработал себе имидж государства мелкого ворья, свиней-алкоголиков и шлюх. Самое интересное, что сами туристы ничего предосудительного не видели в своих действиях и объясняли все просто:
        — Его там было много, мы взяли только свое, нам чужого не надо.
        И если основную часть наворованного персонал еще как-то мог понять, как, например те же красивые банные халаты, то запас туалетной бумаги ни у кого не находил нормального пояснения, поэтому этот момент решили прояснить журналисты одного инфоканала Содружества.
        — Скажите, а зачем вам эта бумага в таком количестве, у вас там, в Рушкостане что, такого не производят?
        — Понимаете, все дело в качестве — вот ваш товар, например, удобно лежит в руке, мягко скользит там, где должен скользить и не рвется при этом, понимаете?
        — Не совсем, продолжайте — поощрила журналистка канала словоохотливых рушиков.
        — У нас в протекторате товары, в основном низкого качества — только то, что завозится из Содружества, можно нормально использовать. Вот взять, к примеру, нашу туалетную бумагу отечественного производителя «Рушбумагапром». Когда начинаешь ее использовать по назначению — тут заезжий турист из этой парочки организмов стал производить характерные манипуляции на своей задней части тела.
        Этим он ввел в кратковременный ступор девушку-журналистку, оператор же, в отличие от своей коллеги, оказался более стойким в психологическом плане — картинка с камеры даже не дернулась.
        — Так вот — продолжал рушик-турист — в момент, когда рука с бумагой проходит самое интересное место, наш отечественный продукт предательски рвется, и таким образом, рука оказывается вымазанной в г…
        — Спасибо-спасибо — быстро прервала словесные излияния рассказчика — мы все поняли, не надо таких интимных личных подробностей. Лучше ответьте еще на пару вопросов.
        — Конечно-конечно, спрашивайте — мы, рушики, любим давать интервью, и даже в таких обидных для нас ситуациях.
        — То есть, вы считаете, что раз вы попались на воровстве, то это обидная ситуация?
        — Определенно, и мало того: когда мы вернемся в пространство своего Чурко…, простите, Рушкостана, мы обратимся к нашему великому Вэвэпуту с просьбой повлиять на отечественного производителя туалетной бумаги — она не должна разваливаться в руках — она должна гарантированно подтирать наши рушские жопы! Вот так вот — знай наших!
        Некоторое время наш герой тупо пялился в голоэкран, осознавая смысл присмотренного сюжета — он не мог понять логику этих гуманоидов, до него не доходило, зачем они так далеко ехали за туалетной бумагой, а рассуждения этого организма его вообще сбили со всех мыслей — полный песец. А эта последняя фраза — приедем, пожалуемся администратору на плохое качество бумаги — похоже, что в протекторате традиция обращаться к высшему руководству государства с разными дурацкими просьбами также сильна, как и традиция употреблять вадяру по поводу и без него.
        Кстати, это был не единичный случай странной логики народа из этого далекого протектората: в свое время, когда он изучал их обычаи, его сильно удивил один факт. Речь шла о производимых в протекторате наземных колесных повозках под разными похожими названиями: «Васс», «Уасс», «Гасс»  — вместо того, чтобы делать нормальные дороги, местные инженеры, если их можно было так называть, повышали у этих повозок клиренс — это у них так назывался минимальный просвет между полотном дороги и нижней частью этих повозок.
        Кстати, название одного производителя таких агрегатов — «Гасс», было странно похоже на тот природный продукт, который Рушкостан добывал на своих территориях. Этот феномен одинаковых названий, скорее всего, объяснялся желанием конкретного производителя каким-то образом попытаться просунуть свой продукт на внешний рынок, используя название экспортного сырья. Однако это ему мало помогало, повозки с маркой «Гасс» были полным хламом, даже по сравнению с более продвинутыми местными конкурентами в лице того же «Васса», ну, по меркам того же Рушкостана, конечно же. Загадочная территория, что ни говори.
        Кстати, о самом Вэвэпуте: недавно он тоже отличился глубокомысленным изречением, чем порадовал всех — и граждан Содружества и своих собственных. Дело было так: его пригласили на какое-то культурное мероприятие где-то в Содружестве — чисто, чтобы послушать, как он скажет еще чего-нибудь удивительного и неповторимо-загадочного. Вот, как когда он намекнул всему Содружеству, что у него есть эксклюзивный рецепт приготовления моченых в унитазе террористов. Первое время беседа протекала как-то вяло, чувствовалось, что нет какой-то изюминки, запала, огонька, так сказать — и тут вождь не подкачал — он стал излагать свои взгляды на тему анатомии гуманоидов Содружества. Это была какая-то новая интерпретация старой рушской поговорки «Если бы не бабушкины лохматушки — мерзли бы дедушкины колотушки»  — рушкостанский тсарь выдал что-то по поводу первичных и вторичных половых признаков у той же бабушки и того же дедушки.
        Казалось, что все только этого и ждали: взрыв межсистемного инфопотока, и новый гэг от главного админа Рушкостана разошелся по Глобосети быстрее любой официальной новости. Общество разделилось в своих оценках услышанному: основная часть Содружества отнеслась с юмором к этому антропологическому измышлению руководителя протектората, так как медицинскими базами тот не обладал в принципе.
        — Очередная тоскливая муля — таково было общее мнение граждан Содружества — и как всегда, ничем не подкрепленная.
        Ведь и в прошлый раз прецедент с рецептом не был логически закончен, так как его нигде не обнаружили в свободном доступе. Похоже, что эксклюзивный способ приготовления моченых в сортире террористов был доступен только ближайшему окружению гуманоида и рассылался только по подписке из личного списка вождя. Само же население Рушкостана было в экстазе от своего лидера: как же — такие глубокие познания в анатомии, при полном их отсутствии — таким талантом пока не владел в протекторате никто. «Рушпротектортелеком»  — главный инфоканал, входящий в глобальную Глобосеть, некоторое время работал с перебоями — все граждане протектората высказывались по поводу последнего афоризма администратора. Вот некоторые их них:
        — Вэвэ, я тебя люблю — ты самый умный!
        — Знай наших — нафиг те базы, и так все понятно, ипать!
        — И зачем я медицину учу? Тут и так все просто, только время теряю…
        — Сильно сказал — зауважал…
        — Предлагаю установить премию имени Вэвэпута за самый быстрый диагноз…
        Допив свой пэвасс, наш герой дождался нового прыжка и полез в медицинскую капсулу расширять горизонты своих знаний — он не рушик, ему надо учиться. Через пару суток, когда до выхода в системе «Латонга» оставалось немногим менее получаса, технолог уже находился в пилотской бронекапсуле «Фортера», ожидая выход в обычное пространство. Просматривая свои успехи в изучении баз, пришел к выводу, что все очень и очень не плохо, но до идеала он не дотягивал пока. За три месяца работы наемником в «Найтхор» и две недели полета до данной точки пространства у него изучилось несколько объемных баз шестого ранга и оставались еще четыре из пакета «техник по обслуживанию больших космических кораблей», все остальные уже были у него в мозгу. Правда, еще оставались базы из древнего импланта — тут было непонятно вообще, сколько времени на них надо потратить…
        — Система Латонга — 11-ФД-88н, штатный выход из прыжка — доложился Марс. Внимание пилоту: множественное облучение обшивки, регистрирую активные энергоматрицы,… идентификация…
        — Отставить, Марс — это безопасная система, мне местный летающий набор не интересен.
        — Входящий вызов — диспетчер транспортного контроля, принять?  — отозвалась нейросеть.
        — Хм, здесь и такой есть… Да.
        — Цель прибытия в Латонгу, разумный Макс Шнитке?  — с голопанели на него смотрел… мохнатик, хе-хе.
        Гуманоид выглядел несколько необычно: отдаленно напоминал земных обезьян, только форма черепа была почти нормальной для человека, лицо было покрыто короткой шерстью, оставляя открытыми только маленькие полоски кожи в районе глаз, рта и ноздрей. Рук диспетчера не было видно — камера показывала только голову и верхнюю часть торса с плечами — гириш внимательно смотрел на технолога, в его глазах читался явный интерес.
        — Что бриларец, первый раз видишь перед собой гириша?  — улыбка у местного типа была открытой, а в глазах добавилось немного веселья — ситуация забавляла диспетчера. Редко к нам летают так издалека — что ж тебя сюда привело: курортов у нас нет, да и холодновато для таких, как ты, ха-ха-ха. Разве что с гор покататься — и стоило так далеко за этим лететь…? Хотя стоп, смотрю тебя Хаман отметил своим знаком «Возвращающий жизнь»,… это серьезно, извини меня разумный, если ненароком обидел…
        Максу уже не нравилась эта планета и эти мохнатые нестриженные гуманоиды, но он решил не усугублять обстановку и ответил вполне спокойно.
        — Не переживай, мохнатый, все нормально — я действительно первый раз вижу представителя вашей расы — путешествую по Содружеству, сам из дикого мира, так вот у нас там живут самые разные виды гуманоидов: белые, черные, красные, желтые и их сочетания, м-дя. Вот так вот…
        — Ого! Первый раз такое интересное слышу — на одной планете такая адская смесь рас — как вы там хоть живете вместе?
        — Да так и живем, хотя я уже начал забывать, давно оттуда убрался. А насчет Латонги, так тут все просто — хочу найти школу боевых искусств — требуется пройти минимальное обучение, а потом дальше полечу, хотя это не горит. Так что там дальше — мне нужен ангар на время учебы, есть варианты?
        — Хм, удивил ты меня беленький — забыл даже, когда к нам приезжали из других систем за такими знаниями… Но тут ты найдешь то, что ищешь — пользоваться инфосетью ведь умеешь, ха-ха-ха?
        Мужчина даже слегка онемел, когда это услышал — эта обезьяноподобное говорящее недоразумение спрашивало у него насчет пользования инфосетью — эта планета и ее жители нравились ему все меньше и меньше, но просто так улетать он не собирался. Немного для вида еще немного потрепался с диспетчером на разные местные темы, затем собеседники получили то, что каждый хотел: абориген плату за ангар, а наш герой код к ангару и коридор сближения со станцией, где находился этот ангар. Припарковав свой «Фортер» возле левой стенки ангара и окинув быстрым взглядом свое новое временное пристанище, специалист погрузился в пучины местной инфосети, разыскивая нужную ему информацию.
        Немного удивился обилию баз по холодному оружию в местном отделении «Нейроники-Д»  — прайс корпорации был забит однотипными базами с идентификаторами местных боевых школ. Например, база «парные клинки» была представлена сразу в шести вариантах по каждому рангу — от первого до шестого. Цены, как и описание, незначительно отличались в пределах одного ранга: за базу шестого ранга школы «Холодный клинок» просили триста тысяч, а похожая, но от школы «Морозный вздох» была на пять тысяч дороже. В целом, стоимость была значительно меньше, чем за базы по технике для космоса — оно и понятно — лазер или плазма убьют издалека и быстро, пока специалист с холодным оружием добежит до противника. Но, видимо спрос был, иначе бы цены на такие навыки опустились бы намного ниже из-за его отсутствия. Так или иначе, но покупать что-то пока землянин решил повременить: возможно, представится удобный случай получить такой навык у мастеров-преподавателей какой-то школы.
        Именно поиском подходящей для него он и занялся, когда вдоволь полазил по местным порталам, изучая место, куда прилетел. Система Латонга была по трафику гораздо скромнее его «родной» Лайны — сказывалось некоторое отдаление от основного маршрута Дивели-Хаман — два прыжка на его кораблике до торгово-транзитной фронтирной системы Ласс-Корт, через которую шел основной пассажиро- и товаропоток между двумя соседними государственными образованиями Содружества. Одна обитаемая планета, давшая название системе, остальные пять мертвых небесных тел не представляли никакого интереса для разумных. Астероидных полей, годных к разработке, тут тоже не было — в общем, как понял землянин, глухая провинциальная планетка, неинтересная туристам в принципе. В районе дальней орбиты висело всего две орбитальные станции — обе были торговыми, орбитального лифта не обнаружилось.
        На планете местные не строили крупных мегаполисов или городов, хоть и получили доступ к современным строительным технологиям. Небольшое население — всего около двухсот миллионов, было равномерно разбросано по заснеженным территориям двух больших материков, которые занимали почти 40 % площади поверхности планеты, и омывались несколькими холодными океанами. Последние редко когда находились в состоянии покоя — атмосфера Латонги отличалась сильными ветрами и частыми снегопадами. Технолог, прочтя такую полезную информацию, подумал, что не хотел бы жить на такой негостеприимной планете, вспомнив Лайну с ее шикарными курортами. Но местное население, по всей видимости, не испытывало сильных неудобств, довольно комфортно проводя тут свое время с рождения в такой обстановке.
        — Наверное, надо озаботиться покупкой какой-то теплой одежды, не в скафе же штурмовом по планете гулять — моветон будет, скорее всего. Хотя это подождет — надо учителя найти сначала — местный специалист подскажет, что надо иметь для путешествий по планете.
        Поиск информации по школам боевых искусств был несложным, но принес некоторое недоумение: школ, которые обучали владению холодным оружием он нашел двенадцать, но нигде не нашел никаких данных о том, что они принимают учеников на платной основе.
        — Вероятно, тут какой-то нюанс — размышлял наш герой, рассматривая очередной портал такой школы: «Удар морозного урагана»  — ни цен на услуги, ни отзывов, ни вакансий. Странная какая-то планета, и эти мохнатики тоже странные…
        Решил связаться со школой по указанным контактам и прояснить вопрос обучения. Мохнатый гуманоид, который ответил на его вызов, сначала недоуменно рассматривал Макса, а по мере вопросов, которые тот задавал, это недоумение усиливалось на его лице, пока наконец, гириш не согнулся в приступе смеха, делая странные жесты одной рукой в сторону собеседника. Так ничего и не ответив, некультурный и нестриженый тип отключился, оставив технолога в удивлении — так с потенциальными клиентами не говорят. Однако так повторилось еще пять раз — сначала недоумение и озадаченность, потом смех и разрыв связи.
        — Хм, может я что-то не так делаю — чесал затылок наш герой — а может не надо было пару недель бриться — сошел бы за своего…?
        Так или иначе, но список имевшихся школ из дюжины за полчаса бесполезных переговоров с гиришами сократился наполовину: землянин уже подумывал плюнуть на эту планету и двигаться дальше, купив в сети базу шестого ранга и изучив ее по дороге в Хаман. Удача улыбнулась ему, если так можно сказать, на седьмой по списку школе с названием «Тихий удар»  — кстати, в списке доступных баз по холодному оружию, которые он нашел в прайсе «Нейроники-Д», базы с этим идентификатором отсутствовали, что мужчина посчитал хорошим знаком. На этот раз гириш не пытался махать руками и смеяться, а только удивленно и немного заинтересованно изучал землянина.
        — Я правильно тебя понял, гладкокожий, ты интересуешься парными клинками и ищешь школу, где тебя будут тренировать?
        — Ну, естественно — технолог решил, что этот вызов последний — терпеть больше эти самодовольные обезьяноподобные рожи с их подначками он не собирался — в конце концов, ему на этих мечах свет клином не сошелся. Я уже это объясняю седьмому представителю на вашей планете, и все только смеются — мне непонятен этот смех и его причина, а также такое отношение к потенциальному клиенту. Это ведь не бесплатная услуга — я плачу, вы меня учите — я прав?  — Макс начал злиться.
        — Как необычно, давно у меня не было учеников из расы гладкокожих — задумчиво продолжал разглядывать нашего героя гириш — напоминание о деньгах вызвало у него заинтересованность. Я возьму тебя на трехмесячное испытание — за это время увидим, будет с тебя толк или нет. Согласен?
        — Согласен — спокойный и рассудительный тон собеседника стал успокаивать мужчину, который уже хотел послать эту планету куда подальше.
        Ему подходил такой срок — как раз Юли с детьми долетит до Брилара — пообщаемся, потом можно рвать дальше по расписанию, хе-хе.
        — Лови договор, ученик — специалисту на нейросеть пришел небольшой пакет, который он стал немного рассеянно изучать.
        Вроде ничего подозрительного, оплата вносится разово за три месяца и составляет почти четыреста тысяч кредитов, отдельно оговаривались условия проживания и обеспечения ученика на территории школы, штрафные санкции за односторонний разрыв договора в случае преждевременного отъезда ученика с территории школы в течение трехмесячного испытания. Кроме того, в первый день контракта ученик Макс Шнитке должен был приобрести отдельно у своего учителя базу «парные клинки» шестого ранга с идентификатором школы. Короче: его кормили, давали спальное место и тренировали, а экипировку, обувь, навыки и все остальные жизненные мелочи он должен был приобрести самостоятельно за кредиты.
        — Дороговато как-то — подумал про себя наш герой, но вслух возмущаться не стал, так как почему-то был уверен, что откажись он тут и больше нигде его не возьмут.
        Конечно, можно было просто купить базу на станции и выучить ее. Но в то, что таким образом можно действительно чего-то научиться серьезного, приобрести и наработать мышечную память, он сомневался. Вот, например, изученный четвертый ранг этого навыка много не добавил к его третьему рангу «мастерства». А так как платить, а потом бросать обучение не входило в его планы, то подписал контракт своим идентификатором и отправил отправителю обратно.
        — Получил — кивнул мохнатой головой местный — у тебя сутки, ученик, чтобы решить все свои дела на орбите, купить снаряжение и прибыть в школу. Лови координаты — на нейросеть упала карта местности, где располагался «Тихий удар» и метка точного местоположения.
        Немного потратил времени, чтобы закупить все необходимое для трех месяцев жизни на планете — станция, где он снимал ангар, была по меркам Содружества мелкой — всего около километра в поперечнике — «Латонга-С01»  — так именовалась она в местной инфосети. На все потратил сущие гроши — двадцать две тысячи кредитов пошло на одежду, экипировку и личные вещи: гигиена и все такое. На станции почти не было таких, как он — представителей белой расы людей, было немного хаманцев — это его немного удивило поначалу, а в целом — только местные жители. Подобрать одежду на себя не составило труда — все-таки гириши имели несколько иные пропорции тела, и комбинезоны, скафы, рассчитанные на обычных гуманоидов им не подходили. Решив не затягивать с отъездом, изучил расписание движения челноков на планету, и быстро собрав свои вещи, потопал на летную палубу станции, оставив Марса на охране ангара и «Фортера».
        Немного удивила высокая стоимость перелета в нужную ему точку поверхности планеты: пилот челнока, местный мохнатик, недовольно скривившись, пояснил своему пассажиру этот феномен сложной навигацией в условиях сильных ветров и постоянных снегопадов, что очень скоро довелось испытать нашему путешественнику. Почти пять часов длился этот спуск — Макс даже вспомнил Землю и болтанку в самолетах, когда некоторые пассажиры не выдерживали, и их тошнило в специальные пакетики. До последнего, конечно, не дошло, но самочувствие у пассажира к концу полета было гнусное: тут он смог оценить выдержку и мастерство пилота и справедливость цены за такой полет — почти шесть тысяч кредитов против одной-двух на такие же челночные рейсы в Бриларе, например.
        На поверхности планеты, куда его доставил челнок, было более-менее нормально, поэтому, недолго поглазев на местный вариант космодрома, нашел место, где стояли флаеры местных «такси» и решил воспользоваться этой местной услугой. Сами таксисты сидели внутри своих агрегатов — хоть и переносили они холодные условия планеты довольно неплохо, но стоять на открытом воздухе старались поменьше — комфорт все любили. Очередной контакт на этой планете и очередной мохнатик удивленно таращится на него — этот тип, скорее всего, белого человека видел впервые в своей жизни, а когда этот самый белый обозначил ему точку, куда требуется его доставить, то потерял дар речи.
        — Эй, слышишь, водила, ау, приди в себя — твой флаер угоняют!  — как-то пытался наладить общение наш герой.
        — А-ха-ха-ха, смешно, рассмешил ты меня, гладкокожий — куда его тут угонять то, ха-ха-ха?
        Потом немного пообщались с местным «бомбилой»  — как и думал специалист, он оказался первым белым гуманоидом в жизни этого аборигена — оттого и впал в кратковременный ступор — Латонгу редко посещали выходцы из других миров Содружества: далеко и холодно.
        Школа «Тихий удар» оказалась достаточно современным комплексом, состоящим из нескольких построек не выше пяти метров каждая. Располагался комплекс в очень уединенном месте — добраться сюда можно было только воздушным путем — как и прилетел наш герой. Оплатив стоимость обучения по договору и еще триста десять тысяч за базу шестого ранга, новый ученик получил на руки чип. Тут же поставил навык на изучение и был удивлен его относительно небольшим размером, так как таймер обратного отсчета показывал всего шесть суток до окончания изучения базы. С этим вопросом сразу обратился к своему наставнику — мохнатому аборигену почти двухметрового роста, одетый в кожаный с виду костюм со множеством металлических вставок, бляшек и кнопок на нем.
        — Ранг базы здесь не имеет ничего общего с общепринятыми в Содружестве уровнями баз — ты изучаешь только теорию и технику движений и ударов школы «Тихий удар». Так сказать основа — блоки, перемещения, выпады — дальнейшее развитие и наработка мышечной памяти происходит вживую.
        — Так чем мне тогда заниматься эти шесть суток, учитель?
        — Будешь учиться правильно дышать и двигаться — общефизические нагрузки — за эти дни я оценю уровень твоей подготовки и потенциал. Что ты вообще знаешь о мечах, что-то изучал?
        — Изучил четвертый ранг базы по парным клинкам — купил как-то на станции в предыдущей системе — больше ничего такого.
        — То есть, по сути, полный ноль — гириш поморщился, услышав ответ нового ученика — а что ты хочешь получить здесь, в чем цель твоего приезда к нам?
        — Ну, я не претендую на мастерство — понятно же, что стать профи за три месяца невозможно. Просто у меня появилась раритетная пара хороших клинков, и я бы хотел научиться ими пользоваться на более-менее приличном уровне.
        — Ты взял свое оружие с собой?  — заинтересовался учитель.
        — Нет, конечно, осталось на орбите — оно довольно специфично, и мне бы не хотелось обсуждать эту тему — в контракте не указано, что ученик должен прибыть на обучение со своим оружием.
        — Все нормально, мне было просто интересно посмотреть, но раз нет — значит, нет. Теперь приступим к тренировкам.
        ГЛАВА 10
        Первые шесть дней тянулись для Макса долго: скучные и выматывающие своим однообразием занятия по дыхательной гимнастике, часовые стойки в определенных позах, разбавленные разными пробежками и силовыми тренажерами, вначале сильно угнетали нашего героя. Проведенная им в свое время модификация организма здесь сослужила ему хорошую службу: гириши были более физически развитыми гуманоидами и нагрузки на тренировках были весьма ощутимыми. В обычном своем теле, он, скорее всего бы просто «сдох» еще в первый день тренировок.
        Учеников было немного: всего восемь, считая и землянина — аборигены относились к нему скептически, подшучивая над ним иногда довольно жестким способом. Когда наш герой понял, что вот такое внутреннее соперничество в школе поощрялось наставником, то тоже решил не отставать от своих мохнатых собратьев по учебе и пару раз подстроил небольшие аварии с тренировочными агрегатами, используя свой дар. Первый раз он вытянул энергию из мускульного тренажера, где занимался в это время самый наглый и сильный гириш-ученик: этот тип порядком достал его своими обезьяньими шутками. Когда противовес, управляемый простеньким генератором вдруг лишился энергии и рухнул на грудь тренирующегося аборигена, прижимая того к основе комплекса все сильнее и сильнее, Макс подошел к хрипевшему от перегруза типу и тихо прошептал тому на ухо:
        — Отстань от меня мохнатый, а то в следующий раз сломается штука посложнее этой…
        Конечно, потом общими усилиями вытянули пострадавшего из-под пресса и отнесли в медицинскую капсулу — да-да, все-таки здесь уже была техника Содружества и местные ею умели пользоваться. Через день этот тип вернулся к тренировкам, со злостью поглядывая на землянина — тот все понял правильно: абориген обиделся, затаил зло и готовит ему какую-то пакость. Пакость оказалась групповой и злобной: возбужденный тип подговорил своих соотечественников проучить наглого белокожего. Что он там им наговорил, было неизвестно, но для технолога результат был болезненным и обидным: ему сделали в душе темную и жестоко избили. Шансов отбиться у него не было — все-таки местные с детства изучали искусство ближнего боя, куда входил и рукопашный, помимо собственно боя на мечах.
        Землянин провел в капсуле почти двое суток — к концу лечения он изучил купленную базу и возобновил изучение пакета по обслуживанию больших космических кораблей. Также он понял, что уже ненавидит эту захолустную планету и всех ее жителей лохмато-мохнатого типа. Кроме того, росло желание поквитаться — тут возникало несколько проблем. Во-первых, в прямом столкновении с местными он явно проигрывал в технике, и к тому же, он тут был в явном меньшинстве. Во-вторых, его ставило в некоторое недоумение безразличие наставника школы к таким происшествиям: после его выхода их капсулы тот даже не намекнул как-то на произошедшее, как будто все нормально. Максу даже пришла в голову мысль о своеобразном естественном отборе в таких школах, но потом он ее отбросил — бить вшестером одного, это не естественный отбор.
        Оставалась версия неприятия его, как представителя белой расы у местного населения школы, который оказался не таким слабым, как оно (это население — шесть гиришей) себе думало вначале. Ответный сюрприз технолога не заставил себя долго ждать: случай подвернулся в один из местных аналогов воскресенья, когда наставник отбыл в другой поселок по каким-то своим делам, оставив своих учеников одних. Шестерка аборигенов решила устроить себе день омовения — что-то вроде нашей бани: сначала пребывание в сильно нагретом помещении, потом вылазка на открытый воздух на отрицательную температуру. Своего рода повышение сопротивляемости к холоду — если со второй частью процедуры у местных было все нормально, учитывая природную стойкость и волосяной покров, то нахождение в зоне высокой температуры их организмы переносили плохо.
        На этом и решил сыграть наш герой. Дождавшись, когда самоуверенная группа мохнатых организмов расслабится в горячем помещении, он стал действовать. Для начала он обесточил местную систему наблюдения, просто высушив генератор, отвечающий за питание последней. Потом заблокировал выход из парилки, вогнав клин в щель между дверью и полом, а для верности подставил подпорку под ручку тех самых дверей. Здесь не было хитро-мудрых блоков управления, как в более развитых мирах или на космических кораблях — местные не особо усложняли быт там, где его можно было не усложнять. Поднять слегка температуру тоже оказалось просто, а дальше пошло еще проще.
        Через полчаса, обезумевшие от невыносимой жары мохнатики стали ломиться в двери, но тут им прилетела птица обломинго — землянин тщательно подготовил план мести. Нейросетями эти организмы не додумались воспользоваться — одуряющая жара совсем вышибла им из головы мозги. Подождав для верности еще немного, наш герой разблокировал двери, изобразив на своем лице панику и непонимание ситуации — шестерка местных промчалась мимо него наружу, не обратив внимания — начиналась вторая часть процедуры закаливания наглых аборигенов. Здесь наш специалист тоже подложил свинью — заблокировал входные двери, аналогично, как и в парной комнате. В результате, закаливающие тренировки продлились на несколько часов дольше, чем планировали гириши — пока не вернулся обратно наставник. Технолог заблаговременно разблокировал двери, чтобы не привлекать к себе внимания, однако наставник все понял и так — хмуро косился на гладкокожего, но молчал.
        На все расспросы и намеки специалист отнекивался, упорно придерживаясь принципа «я сам в шоке», но высказал вслух мысль о том, что традиционная система закаливания организма представляет собой опасность для самого организма. Шестерка пролежала в капсулах по очереди всего восемнадцать часов — сказалась врожденная стойкость к низким температурам. После этого случая все попытки как-то навредить нашему герою прекратились, но подспудно он чувствовал, что этим все не закончится. Тем не менее, дальнейшие две недели для него пронеслись как два дня — учитель взялся за него серьезно, и к вечеру специалист доползал до своей комнаты, чтобы приняв расслабляющий душ, упасть на кровать, проваливаясь в мертвецкий сон.
        Наука давалась ему тяжело — стать специалистом за такой короткий срок было нереально, поэтому мужчина сконцентрировал все свои силы и внимание на доведении до автоматизма изученных ударов и блоков — связки из нескольких ударов у него получались плохо. Повторял некоторые движения по несколько сотен раз, доводя их до уровня рефлексов: удар-блок-удар. А парочку приемов повторял и почти по тысяче раз: особенно ему понравился круговой парный удар двумя мечами одновременно. Движение начиналось со спаренного взмаха двумя руками отведенными перпендикулярно плечам вперед — затем такое же движение назад на максимум разворота. Для себя этот удар он назвал веерным взмахом — эффективный прием защиты от окруживших тебя врагов.
        На третьем месяце начались спарринги с другими членами группы — тут он ощутил на себе подлый замысел учителя. Дело в том, что его подготовка сильно уступала остальным бойцам школы: теперь каждый день он проводил в капсуле, что отрицательно сказывалось на его психике и самочувствии. Из медицинских баз он знал, что такое частое использование этого агрегата понижает его природные регенеративные способности организма. Попытавшись выяснить, зачем это учителю, натолкнулся на маску непонимания — спарринги, это, дескать, обычная практика в искусстве ближнего боя. Кроме того, наставник огорошил его заявлением, что ему предстоит через неполных две недели провести квалификационный бой с его учеником, на выбор его — учителя. И во время этого боя он может получить сильные увечья, или даже умереть от ран — так определялся лучший в школе, и такая система подготовки была общепринятой на Латонге.
        Огорошенный такой новостью, Макс решил отказаться от боя, напирая на то, что контракт со школой был на обучение — никаких смертельных поединков там указано не было. На что учитель отпарировал, сказав, что именно в этом типе контракта «трехмесячное испытание» это подразумевается безусловно, по правилам местных школ боевых искусств. Но ученик может отказаться от поединка, однако согласно контракту, это будет квалифицировано, как разрыв договора в одностороннем порядке раньше срока, и школа будет требовать выплаты штрафных санкций в двадцатикратном размере платы за учебу. Самое плохое, что все подтверждалось — мужчина еще раз просмотрел контракт: такой пункт был, но описан был расплывчато.
        — Вот бля, зря я не обратил особого внимания на этот пункт,… не ожидал такого от этих мохнатых уродов — думал землянин и начинал злиться — эти аборигены оказались хитрыми и подлыми гуманоидами — но вот так просто дарить каким-то мартышкам свои кровно заработанные миллионы не собираюсь.
        — Какие правила в этом поединке?  — спросил он мастера. Он не понимал логики его действий — я ему не враг, школу выбрал случайно, заплатил то, что он озвучил,… разве что эти разборки с его учениками — решили смертельно проучить наглого гладкокожего…
        Правила поединка были просты: оружие боец выбирал себе сам — допускалось любое холодное оружие, но не допускалось применение щитов, в том числе и современных энергетических, как впрочем, и любые другие современные приблуды. Современные бронескафы также не допускалось одевать на поединок. Землянин сразу подумал о паре «Серый коготь»  — давать себя убить или обокрасть такой наглой подставой он не собирался. Дотерпев побои и унижения до конца подготовительного срока, он поставил в известность мастера о том, что сражаться будет на своем оружии, которое привезет с орбиты. Его отпустили без проблем, ведь в случае неявки, школа выставляла ему иск на восемь миллионов кредитов. Пока летал туда и обратно еще раз прокрутил схему подставы: скорее всего эта школа таким занималась не первый раз — хорошее медицинское оборудование в комплексе стоило неплохих денег — на чем еще это свора гопников могла тут заработать такие средства? Схема была проста: турист прилетал сюда за экзотикой в надежде научиться несложным приемам владения острыми предметами — не ожидая гадости, подписывал контракт на это подлое
«трехмесячное испытание», а когда ему в конце срока объявляли о том, что его могут и случайно убить на подставном поединке, сбегал, выплачивая круглую сумму штрафа.
        — Хрен вам мохнатые морды, а не мои денежки — злобно процедил сквозь зубы технолог, поглаживая рукоятки клинковой пары на обратном пути — зарублю макаку мохнатую нахрен.
        Сказать, что наставник изрядно удивился возвращению землянина, было нельзя: главгад этой компании просто застыл в ступоре, когда землянин улыбнулся ему, проходя мимо — улыбка не понравилась учителю. В эту ночь он не спал — опасался какого-нибудь подвоха со стороны школы и ее действующих лиц, даже пришлось принять стимулятор, чтобы освежиться и снять напряжение, которое наш герой почувствовал сразу, как вернулся обратно. Такой расклад явно не вписывался в схему работы местного лохотрона, в атмосфере комплекса витали нехорошие флюиды и настроения. К чести главного действующего лица школы, ночь прошла спокойно — только однажды Макс услышал какое-то шуршание в коридоре возле своих дверей, но на этом все и закончилось.
        Для боя взял себе обычный комбинезон — одеваться в местные кожаные доспехи он не стал — от заточенных железок они защищают плохо. Скорее, это была имиджевая форма одежды у местных — но он ведь не местный! Поскольку по уровню владения мечами он был гораздо ниже своих соперников, то тактику боя планировал простую — сближение, обезоруживание и быстрое завершающее разрубание мохнатого тела. Надежда была на уникальные убойные характеристики пары: ему предстоял всего один бой, и следовало реализовать преимущество неожиданности своего оружия.
        Утром завтракать не стал: на арену лучше выходить с пустым желудком — провел только гигиенические процедуры, затем проверил состояние «Серого когтя»  — без скафа древних он не мог отслеживать в режиме реального времени уровень заряда накопителей клинков, но это можно было сделать и другим способом. Всего лишь надо ненадолго погрузиться в свое энергетическое зрение, или по внешнему виду цилиндров. Так как мечами он не пользовался, то заряд в рукоятках клинков приятно грел душу фиолетовым цветом. Да и внешний вид оружия ему тоже понравился — режущие кромки обоих мечей искрились, как свежевыпавший снег в свете ночной Луны — раньше, когда он только в первый раз заменил цилиндры-накопители в ручках, они крайне редко пускали искру, а вот теперь вещь производила красивое и одновременно угрожающее впечатление.
        Камни на инкрустированной гарде были также заряжены пси-энергией разумного до упора: потеряв полностью свою изначальную прозрачность, они производили впечатление мутных черных опалов на фоне серебристой ажурной конструкции эфеса. В таком состоянии землянин мог использовать пару как пассивный щит, выполнив определенный прием с ними — технолог надеялся, что после испытания осложнений с персоналом школы не будет и пользоваться всеми возможностями «Серого когтя» не придется. Кстати, на всякий случай он захватил пистолет «Зерт-32»  — мало ли что придет в голову мохнатым после всего… Завернув свое оружие в кусок ткани, так как ножен к мечам не было, как и скафа — крепить пару было негде, наш герой потопал в тренировочный зал, где его уже, наверное, ждали.
        Наставник школы «Тихий удар» со вчерашнего вечера пребывал в затруднении: возвращение этого гладкокожего Макса ломало его традиционную схему заработка на таких неосторожных и любопытных инопланетниках. Обычно, узнав, что на испытательном поединке можно и умереть, такие вот самоуверенные типы пускались в бега, чем развязывали школе руки в плане получения хорошей компенсации — двадцатикратной суммы по трехмесячному контракту обучения — цифры всегда были приятны сердцу и глазу этого пройдохи. За всю историю его школы только один такой доброволец не сбежал, и принял поединок — это был молчаливый выходец из соседнего Хамана — ему тоже зачем-то потребовалось научиться пользоваться холодным оружием.
        Тот поединок до сих пор стоит в памяти гириша: несмотря на большую разницу в мастерстве его личных учеников и того смуглого гуманоида, бой пришлось остановить по причине серьезных травм с обеих сторон. Недостаток умений хаманец компенсировал яростью атак и волей к победе: его собственный ученик тогда морально был не готов умирать. Именно в тот раз схема быстрого обогащения на заезжих туристах дала первый сбой. И вот теперь снова возникла данная проблема: сбежавший вчера турист из далекого Брилара (это ж надо было так далеко забраться от своей родины — удивлялся учитель) внезапно вернулся как утренний снегопад на голову. Да и еще приволок с собой свои «раритетные» клинки — те, о которых упоминал в первый раз, когда появился в школе. Рассмотреть это оружие наставник не смог — на просьбу показать их ему получил жесткий ответ:
        — Вот завтра и посмотришь, учитель,…в бою — улыбка этого гладкокожего ему тогда не понравилась.
        Повторения старой истории с тем учеником ему совсем не хотелось: дело в том, что немного позже того памятного боя хаманца с его учеником к ним в школу наведался другой смуглокожий, представившийся родственником того, которого чуть не убили в его школе на выпускном ритуальном поединке. Так вот этот самый родственник оказался мастером меча — вызвал на дуэль бойца, который покалечил его соотечественника и за полминуты убил, отрубив ему сначала руки, а потом голову — потом попрощался и улетел. И все в рамках традиций Латонги — тогдашнюю потерю своего лучшего воспитанника учитель перенес очень тяжело. Внутреннее ощущение приближающихся неприятностей все сильней и сильней давило на мозг — мохнатый пройдоха уже начинал сожалеть о том, что втянул в свою аферу нового туриста. Но возможность содрать пару миллионов тогда, когда он увидел на голопанели лицо этого бриларца, затмили все доводы разума.
        Противником этому типу он выставил своего лучшего ученика из нынешних: у того оказались сильные личные мотивы наказать этого залетного путешественника — у них было несколько конфликтов во время обучения последнего. Наставник предпочитал не влазить в такие учебные моменты — пусть ученики сами устанавливают характер своих отношений на подходящем им уровне.
        Когда в тренировочный зал вошел кандидат, присутствующие, и сам учитель в том числе, немного озадачились — бриларец был в обычном комбинезоне, которые носили почти все, кто работал на станции возле планеты, в том числе и гириши, которые там работали. Шестеро учеников стали неприкрыто злорадно ухмыляться, разглядывая простую повседневную одежду гладкокожего. Они то, не в пример этому залетному типу, надели боевые костюмы своей расы — виденные ранее Максом кожаные доспехи с металлическими вставками по всей их поверхности. Сам наставник тоже не смог удержаться от ухмылки, разглядывая этого кандидата, однако, когда бриларец медленно достал из куска какой-то тряпки свои мечи и взял их в руки, улыбка быстро слетела с его лица (или морды, может?).
        Недолгое, но внимательное разглядывание внешнего вида этих клинков не понравилось мохнатому лидеру школы «Тихий удар»  — с такой конструкцией он еще не сталкивался. Сетчатая гарда, какой-то грязно-серый невыразительный материал самих лезвий, а особенно режущие кромки лезвий, которые хаотично искрились — рассматривая это оружие, наставник вдруг понял, что все, что он знал о холодном оружии, не давало ему ни капли информации по этому «раритету», как называл его сам ученик. Потом он поднял глаза и столкнулся с холодным изучающим взглядом претендента на испытание…
        Как и ожидалось, все уже были в сборе — Макс прибыл последним. Шестерка мохнатых самодовольных организмов стояла напротив него и неприкрыто смеялась с его комбинезона — реагировать на подколки переразвитых макак он не собирался — эта планета, и в особенности эта группа разумных с их главным мохнатым шефом его уже достали до печенки. Вынул «Серый коготь» из обертки и взял в руки — мечи легли в ладони, как влитые, удлинив его возможности на семь десятков сантиметров смертоносной древней вещью. Поймал на себе изучающий взгляд наставника школы — вначале тот тоже поддержал всеобщее веселье, центром которого был его комбинезон. Потом взгляд местного пройдохи как-то потускнел, пройдя по его боевой паре, затем поднялся и столкнулся с его собственным взглядом.
        — Ну что, наставник, посмотрел на мои раритеты — давай начнем ваше испытание — я пишу все на нейросеть под протокол, если ты, конечно, в курсе, мохнатая рожа, что это такое? Зря вы это все затеяли…
        Потом был короткий поединок — как и ожидал наш герой, его недооценили, чем он и воспользовался — клинки гириша разлетелись в стороны с обиженным звоном. А пока их владелец осознавал их утрату, землянин успел отрубить ему руку, и двойным противоударом снес голову, не обращая внимания на предупреждающий окрик наставника, который хотел остановить этот бой.
        — Что вы там хотели сказать, учитель?  — правила боя дают полную свободу кандидату — он может игнорировать все предупреждения и запреты со стороны на свой выбор. Надеюсь, контракт закрыт?
        С последними словами технолог приблизился к главгаду этой школы и требовательно стал смотреть ему в глаза.
        — Да, контракт закрыт, Макс Шнитке — с нескрываемой злостью ответил мохнатик — и на нейросеть землянину упало сообщение о взаимном закрытии всех пунктов договора между ним и школой боевых искусств «Тихий удар».
        Пятерка оставшихся аборигенов в дальнем углу зала также источала злобу и ненависть вокруг себя. Наш герой решил по-быстрому покинуть эту негостеприимную местность и тут же вернулся в свою комнату — следовало собрать свои вещи и вызвать местное такси для полета в космопорт. Спокойно убраться ему не дали: в коридоре, где находилась его комната, он услышал шум и топот нескольких пар ног — обиженные потерей своего брата по оружию местные бойцы спешили сказать несколько ласковых слов на прощание туристу из далекого Брилара. Макс вытянул их своих вещей давний трофей «Зерт-32» и перевел его в режим пульсара средней мощности — в таком состоянии гарморское оружие могло работать почти два часа без замены или подзарядки батареи-накопителя.
        Встав немного в сторону от дверного проема, навел пистолет в створ и стал ждать. Гости не задержались: от мощного удара дверь не только открылась, оставив в раме защелку, но и полностью отлетела к стене, полностью открыв мужчине вид в коридор. Слегка нагреваясь и тут же остывая от каждого импульса, пистолетик заработал, как скорострельная микро-турель почти без шума — небольшое гул конструкции в момент перед выстрелом не в счет. Первых двоих обезьяноподобных гостей смерть настигла в проеме — они там тупо застряли, в попытке опередить друг друга в стремлении быстрее конкурента добраться до тушки ненавистного бриларца. Получив по десятку сквозных и не очень дырок в тела, которые на вид определялись, как несовместимые с жизнью (база полевая медицина — шестой ранг — так оценил увиденное Макс, гы-гы), двое гиришей стали заваливаться на пол прямо в проеме. Так и остались в половинчатом положении, застопорив свои тела в узком проходе.
        — Эй, гладкокожий, мы тебя вызываем на поединок — услышал он из коридора — выходи, не тронем!
        — Да-да, а эти двое, что застряли в проеме, просто ошиблись дверью, ха-ха-ха. Тупые макаки, ваши родственники на моей планете и то умнее вас. Неужели вы думаете, что я буду играть в ваши обезьяньи игры по вашим правилам? Я вас тут всех убью, ошибки природы, я в своем праве, у меня протокол работает, вот же тупые мартышки, бля. Подходи по одному, я вашу маму бананом кормил в зоопарке!
        Из коридора влетела пара метательных клинков и вонзилась немного левее мужчины в опорную колонну, стоявшую по центру помещения — технолог сдвинулся немного правее после своей последней речи.
        — База «метательное оружие»  — минимум пятый ранг — резюмировал специалист полет острого металла из коридора в его комнату, потом вслед за ними прилетела еще парочка их товарок.
        — Хорошо кидают,… может подождать, когда снаряды у них закончатся — размышлял герой — нет, тут у них, скорее всего, целый арсенал — задолбаюсь ждать, надо завязывать с позиционной войной.
        Пригибаясь и прикрываясь мертвыми телами в проеме, подобрался вплотную к двери и, высунув руку с пистолетом, немного поводил им по дуге справа налево и обратно — комитет по встрече отреагировал воплями, ругательствами и шумом падения тела.
        — Значит, что получается: там один в зале лежит, тут еще троечка отошла — осталось двое, если не считать главгада — переходим к плану «Б».
        План «Б» заключался в освобождении дверного проема от застрявших жмуриков и тотальной зачистке территории — против лазерного оружия «холодняк» не котировался, как успел понять землянин. Оставшихся двоих разумных мохноголовых отметил своим пистолетом еще в коридоре — они тоже решили поучаствовать в субботнике по освобождению замусоренных дверных проемов, только со своей стороны. Похоже, что когда местные впадали в ярость, их животные инстинкты совсем сносили им мозги и он перли на лазер, как рыба на крючок с наживкой. Главного артиста этой группы нашел на улице — у этого гада оказался даже свой личный флаер, к большому изумлению нашего героя. Ничего особенного: «Калур-4к1»  — по меркам Содружества старье, но летать это чудо могло, чем и хотел воспользоваться учитель — сложившаяся ситуация ему явно не нравилась и он пытался сбежать от разговора с бывшим учеником в более спокойное место.
        — Не-не-не, уважаемый, вам туда пока не надо — выстрел из пистолета в район дверки остудил пыл резвого мохнатого организма. Нам надо обсудить с вами несколько финансовых вопросов — давайте пройдем внутрь помещения — местная погода мне доставляет дискомфорт.
        Дальнейшие три часа ушли на хлопотные, но приятные вопросы. Сначала с Максом любезно поделились скромной суммой в восемнадцать миллионов кредитов, которые до этого времени совершенно бездарно и бесполезно лежали на счету этой школы. Кроме того, землянин получил под протокол в подарок тот самый старенький флаер, когда объяснил учителю, что ему не на чем добраться до космодрома из такого красивого уединенного места. Обыск комплекса не принес ничего ценного — мохнатый жлоб почти все держал в кредитах на счету. Обозленный такой подставой, наш герой взял в руки «Серый коготь» и порубал все более-менее ценное на этой «фазенде» в куски — чувствительные блоки систем жизнеобеспечения, простенький гражданский искин хозяйства, голопроэкторы, силовые тренажеры — все пошло под лезвия древнего оружия.
        Отрубив на прощание наставнику голову, чтобы тот в будущем не стал создавать ему проблем, поджег все постройки. Затем землянин сел в подаренный флаер и активировал в нем вычислитель. Мужчина взялся за изучение маршрутов, которыми чаще всего пользовался бывший хозяин — из небольшого списка нашел закладку под названием «школа — космопорт № 2» и поставил флаер на автопилот по нему. Чем отличается космопорт № 2 от космопорта № 1, например, он не знал, и спросить было не у кого, но само название точки внушало оптимизм. Полет на автопилоте продлился почти три часа — школа (уже бывшая) «Тихий удар» находилась на большом удалении от других населенных пунктов планеты. Это было на руку технологу: отсутствие наличия жизни на ней обнаружат нескоро — местные вообще редко контактировали между собой без особой надобности. Тому были причиной плохие метеорологические условия, затруднявшие перемещения по планете, слабый охват территории инфосетью и так далее — даже по сравнению с Землей, это была захолустная средневековая планета, где старые традиции тесно переплетались с современными технологиями Содружества. Хотя
мохнатые обезьяноподобные аборигены так и остались в душе дикарями, с удовольствием режущие друг друга холодным острым металлом.
        — Слухи о высокой квалификации местных телохранителей и наемников не подтвердились — хмыкнул себе под нос технолог — один лазерный пистолет за пару минут порешил группу местных специалистов.
        Космопорт № 2 оказался тем самым, откуда он стартовал в школу три месяца назад — здесь он не стал торопиться, и, запарковав свой флаер рядом с большим (по местным мохнатым меркам) строением, вошел в инфосеть: следовало продать свой аппарат — лишних пару тысяч не помешают, хе-хе. Долго ждать не пришлось, и уже через полчаса он сидел в салоне челнока, который должен был отправиться на орбиту к нужной ему станции, где он оставил свой «Фортер». Диспетчер, который в этот раз ему выдавал коридор для разгона, тоже оказался наглой болтливой макакой, так что через пару минут пустой болтовни землянин не выдержал и выдал все, что думал об этой планете.
        — Вот смотри, шимпанзе-переросток, я тут всего три месяца, а уже успел возненавидеть эту вашу Латонгу и вот таких болтливых гиббонов, как ты. На той планете, откуда я родом, твои родственники умеют только по деревьям прыгать и бананы жрать — это такие фрукты, они там же на деревьях и растут, чтоб ты понял. И после этого ты думаешь, что мне интересно с такой вот обезьяной разговаривать? Бегаете по своим сугробам со своими ковырялками и думаете, что вы самые крутые перцы в Содружестве, а вы просто ошибка природы, понял, нестриженый?
        — Да ты,… да я тебя…  — мохнатик готов был выскочить прямо в экран к землянину, если бы мог — гладкокожая беломордая бриларская тварь, я тебе…
        — Что ты мне? Порежешь своей тупой железкой — найди меня, тогда и поговорим…  — это были последние слова, которые услышал диспетчер от пилота — в следующий момент «Фортер» укутался радужным пузырем и выскочил из обычного пространства.
        — Вот кто, таких как он, тянет за язык? Всего-то требовалось от него сказать что-то типа «Счастливого пути», например и выдать мне свободный вектор. Говорящая бибизяна, ипать — ругался технолог, постепенно успокаиваясь и проводя анализ прошедших трех месяцев — по итогам, он определенно в плюсах, да и к тому же больше эта гоп-компания никого не ограбит. А для себя сделал вывод, что больше с этой расой дел не иметь никогда — подлый народец оказался на проверку.
        Два прыжка — четверо суток до системы Ласс-Корт провел в медицинской капсуле, ведь учить базы в той злополучной школе не мог совсем.
        — Система Ласс-Корт, 13-ФД-208с — штатный выход из прыжка. Регистрирую множественные облучения обшивки, фиксирую активные энергоматрицы…
        — Марс, прекращай эту работу — здесь безопасно — остановил порыв своего искина хозяин.
        — Входящий вызов — транспортный контроль, принять?
        — Естественно.
        — Макс Шнитке? О! Брилар, интересно-интересно,… как вы к нам попали так издалека?
        Землянин поморщился — опять попался длинный на язык диспетчер — эта повторяющаяся традиции начинала действовать ему на нервы…
        — Послушай, работничек, а вот тебе не все равно, как я сюда добрался — у тебя есть ко мне личный интерес какой-то?
        — Да нет, что вы, уважаемый, я ничего такого не думал, просто необычно — на малом корабле и так далеко…
        — А хочешь, я тебе расскажу, как все было?  — наш герой решил немного пошутить над любознательным типом.
        — Ну, если вас это не затруднит, то послушаю с интересом…
        — Так вот, дело было так: лечу я как-то у себя в родном Бриларе с работы домой, лечу, значит, лечу…уже этот полет начал меня задалбливать, а я все лечу и лечу. И тут вдруг бац: смотрю и вижу на астероиде дорожный знак…
        — Какой еще дорожный знак, это что такое? Первый раз такое слышу…
        — Что ты за диспетчер, если не знаешь таких простых вещей? Купи себе базу «дорожные знаки Содружества» не ниже пятого ранга, там все подробно описано, а лучше сдай на права — технолога понесло. Так вот, знак оказался непростой: вроде и предупреждающий, если по цвету ориентироваться, но с другой стороны по смыслу направляющий, хм. М-дя, в общем, на нем три стрелки-указателя было. Направо — система Лайна — это в Бриларе, если ты не в курсе, налево — система Киль-Нор, это тоже в Бриларе, а вот посредине — прямо, значит — система Ласс-Корт, Дивели. Вот так вот я сюда и попал — я сам в шоке, чик — и я тут!
        — Не может быть такого, ты все врешь…
        — Ну, почему сразу вру? Сам смотри и думай: я бриларец по идентификатору, а вот разговариваю с тобой тут в Дивели, как так? Вот такой фокус. Да, кстати, тот астероид, на котором тот знак был прикручен, тоже оказался непростым: кто-то там на нем лазером вырезал сообщение:
        — За поворотом мусора дежурят с фарой, а все диспетчеры дебилы!  — а-ха-ха-ха — Макс согнулся от хохота, наблюдая смену цветов на лице диспетчера — истерика от созерцания недовольной рожи специалиста-регулировщика местного трафика продолжалась еще почти две минуты.
        — Ну, все, хватит занимать мое время — недовольный тип на голопанели решил прекратить этот цирк — цель вашего прибытия в систему Ласс-Корт?
        — А вот, если я, например, не скажу тебе мою цель прибытия или скажу, что это секрет, то, что ты будешь дальше делать?
        Лицо диспетчера стало изображать серьезный мыслительный процесс — по ходу, задачу ему поставили неординарную — такого в базах не было, скорее всего. Землянин не стал перегружать головной процессор гуманоида неразрешимой задачей и, махнув на все рукой, ответил:
        — Транзит. Место на транзитной или любой палубе для моего корабля на двое-трое суток, и коридор сближения, естественно.
        — Так бы сразу и сказал — буркнул регулировщик космотрафика и выдал ему требуемое — а то летают тут всякие и занятому человеку уши нагружают — и отключился.
        — Обиделся служивый — констатировал специалист и погнал «Фортер» на указанное место — захотелось потом немного прогуляться по станции, да и запасы картриджей для капсулы и пищевого синтезатора требовалось пополнить, ну и так — по мелочи…
        Следовало завершить намеченное ранее: первым делом составил сообщение Юли, где напомнил ей о делах на станции «Грантуш-1»  — в системе Лайна ее лайнер должен был появиться через двое суток, ориентировочно — всякое в космосе бывает. Описал свои приключения, умолчав о семи трупах, которые оставил на Латонге. Затем нашел контакт координатора добывающей корпорации и отослал ему официальный протокол об одностороннем разрыве контракта с «Грантушем» и отказе от услуг арендуемого ангара. Также сообщил ему, что все личные вещи будут убраны из ангара его уполномоченной подругой, контакты которой он также сбросил координатору. Через три часа снова порадовался за местную цивилизацию: пришло подтверждение разрыва договора и личное сообщение от адресата, где тот искренне сожалеет о потере такого перспективного работника.
        — Ага, как же, сожалеет он! О своих 8 % с моих заработков он сожалеет — это, например, если взять с одного миллиарда кредитов за редкий кссм… Получается восемьдесят миллионов — перетопчетесь без моих денежек как-нибудь.
        Полет до родной системы Лайна для Юли продлился очень долго: особенно тяжело ей стало на последнем месяце — отсутствие Макса рядом с собой буквально вводило ее в тоску. В любом другом случае, скорее всего она бы впала в меланхолическое состояние, но только не сейчас: во-первых, дети, которые путешествовали вместе с ней. Им было тут все интересно: все-таки это был гражданский лайнер, а не носитель наемников — здесь было много способов развлечь ребятишек. Это и аттракционы, виртуальные капсулы с играми, бассейны с водяными горками, специализированные игровые комнаты, не говоря об огромном количестве сладких блюд, напитков и других вкусностей для маленьких путешественников. К слову сказать, малышни на борту было немного, так как основная масса граждан Содружества старалась не допускать детей до космоса вплоть до совершеннолетия. Но в таком длинном, изматывающем своим однообразием маршруте, все эти вещи, предусмотренные конструкторами этого корабля, здорово помогали Юли с ее названными малышами.
        Поначалу они держались ближе к своей новой маме, но уже через неделю полета появлялись в их люксе эпизодически, проводя время в кругу таких же, как они. Их наставнице же было откровенно нудно и скучно — роль многодетной матери давалась ей с трудом. Но окончания полета девушка страшилась: она боялась увидеть брата в том состоянии, которое ей снилось в кошмарах. И хоть она крепилась и убеждала себя, что с Кломом все будет хорошо, и к моменту ее прилета самые тяжелые повреждения будут устранены, тем не менее, ей становилось все страшнее и страшнее. Морально она была совсем не готова увидеть то, что сейчас представляло собой тело ее брата. Поэтому отсутствие рядом любимого мужчины ее угнетало — нет рядом того, кто всегда поддержит и успокоит, на кого она может опереться в любой ситуации.
        Юли особенно не переживала за Максом — она почему-то отчетливо ощущала внутри себя, что с ним все хорошо и дела у него идут нормально. Возможно, так чувствуют своего мужчину все любящие женщины, а возможно, и это ей казалось более правильным, так нестандартно на нее влиял установленный эмоциональный имплант. Все-таки, за то время, что прошло с момента имплантации ей этого симбионта, ощущения и эмоции, исходящие от ее партнера постоянно усиливались и видоизменялись. А возможно это было самовнушение — кто знает, но все три месяца полета она точно знала, что с ее любимым все прекрасно.
        Вскоре лайнер выпрыгнул в конечной точке своего маршрута и девушка, подхватив свой багаж и детей, направилась на выход. Здесь ее настигло сообщение от Макса, чему она обрадовалась: внутренне чутье ее не обмануло — с ним все в порядке, он сейчас в транзитной системе Ласс-Корт, просит не забыть об имуществе на станции «Грантуш-1», так как договор с корпорацией он уже расторгнул. Тут подруга немного задумалась: ей хотелось побыстрее увидеть брата, а с другой стороны, мотаться с орбиты на планету и обратно было глупо. Взвесив все за и против, рыженькая пришла к выводу, что брату она все равно сейчас ничем помочь не сможет. Собственно, как и в ближайшие пару месяцев, так как он лежит в реанимационной капсуле без сознания. Поэтому она приняла решение завершить все дела на орбите, а потом спуститься вниз, так как пару часов сейчас ничего не решало. О чем она и известила детей — те были только за — еще бы: в космосе все вызывало у них живейший интерес и внимание.
        Их группа вызывала у встречных неприкрытое удивление: маленькая рыжая девушка в навороченном штурмовом скафе с двумя турелями на плечах, двое смуглых детей — редкость для этой части пространства. А завершали картину два боевых дроида «Кланч»  — Макс настоял на том, чтобы Юли взяла с собой в полет штурмовую пару пауков. Так они и продвигались от шлюза к шлюзу, пока не выгрузились на летной палубе «Грантуша-1»  — здесь девушка арендовала платформу, чтобы добраться до ангара, где стоял их челнок. Небольшой диалог с диспетчером, и вот они уже внутри: дети побежали осматривать челнок и жилой модуль, а Юли озаботилась погрузкой личных вещей в салон челнока. Собственно вещей было мало: основное место там заняла пара боевых пауков, но оставалась малая грузовая платформа, которую следовало продать — смысла заниматься транспортировкой агрегата на планету не было никакого.
        Поэтому, изучив существующий рынок предложений, выставила платформу за девять тысяч — то есть на пару процентов ниже, чем у других продавцов. И результат не заставил себя ждать: устройство выкупил какой-то шахтер с этой же станции — даже не надо было куда-то лететь и везти свой товар. Завершив, таким образом, все дела на «Грантуше-1», заняла пилотское кресло, усадила детей в салон, благо свободных мест там было много, и вылетела из ангара. Видимо что-то внутри нее торопило ее вниз к брату, так как неосознанно она выбрала скоростной тип спуска: все-таки этот шатл марки «Дили-В604-у» был практически военным курьером с небольшими изменениями, что на тот момент ей позабылось.
        Уже после десяти минут полета она поняла, что спуск проходит как-то нестандартно: вместо того, чтобы накручивать стандартную в таких случаях траекторию спуска, шатл стремительно падал носовой частью вниз в атмосферу Лайны. Никаких отрицательных эффектов девушка не чувствовала, тревожных сообщений на нейросеть бортовой вычислитель не передавал, только усиливающийся гул компенсационного генератора и картинка, которую она наблюдала на голопанели рубки указывали на то, что спуск в этот раз займет гораздо меньше времени, чем обычно.
        — Первая фаза маневра…успешно. Активация щита через 59, 58,… 2, 1…щит активен. Начинаю вторую фазу — набор скорости. Экипажу зафиксировать себя в положении «А»  — на голопанели стал прокручиваться ролик, поясняющий последнее предупреждение вычислителя.
        — Как-то это неожиданно — удивленно сморщила лобик рыженькая девушка — мы вроде гражданский шатл покупали с Максом, а тут такие сюрпризы. Правда Максик что-то тогда говорил мне о каком-то прототипе, но я слушала невнимательно, хм,… ну, да ладно — летим и летим.
        Тем не менее, он последовала предупреждению и выполнила фиксацию своего тела, а затем вспомнила о детях и вывела на голопанель изображение из салона, с тревогой рассматривая детей, ожидая увидеть их испуганные лица. Но тут все было прямо противоположно ее волнениям, особенно, с Гертом: парнишка сиял, как драгоценный камень, ожидая развития событий — ход нового приключения ему был по душе. Элия тоже не сильно отставала от братика: оба ребенка сосредоточенно выполняли инструкции вычислителя по фиксации тел в положение «А», не отрывая взгляда от голопанели, расположенной на стенке, разделяющей рубку и салон шатла — изображение дублировалось и туда. В общем, дети были в восторге от очередного сюрприза их новой мамочки — страха не было и близко.
        — Вот же ж, ситуация — дети не боятся совсем, а я что-то себе нафантазировала,… все будет хорошо, будет что рассказать Клому и Максу — успокоила себя Юли и уставилась на панель, где уже просматривалась поверхность планеты, которая быстро приближалась.
        ГЛАВА 11
        — Вторая фаза: достигнута максимальная скорость снижения — продолжал рапортовать бортовой компьютер.
        Компенсатор к тому времени уже поменял тональность и его гул ощутимо закладывал уши. Изображение на голопанели показывало носовую часть аппарата, которую обтекали потоки огня — конструкция шатла медленно меняла цвет с серебристого на красный. Трение обшивки и воздуха планеты уже не компенсировалось защитным полем полностью, и бешеная скорость давала о себе знать такими визуальными эффектами. Но так как никаких тревожных сообщений ее нейросеть не принимала, то рыженькая спокойно смотрела, как ее «Дили» постепенно превращался в раскаленный летательный аппарат типа болида. Некоторое волнение, конечно, присутствовало, но девушка давила это чувство в зародыше. Переключилась на канал салона: тут был праздник восторга и эйфории — зафиксированные детишки радостно мотали головами, махали руками и умудрялись что-то кричать, пытаясь перекричать шум компенсатора. Прислушалась:
        — Йо-йо-йо! Гари давай, гари!  — возбужденно кричал Герт, а его сестричка так же громко что-то орала в ответ.
        — Так, тут все нормально — резюмировала увиденное подруга — сама себе не верю, а уж если другим рассказать, то засмеют…
        Тут в очередной раз проявился бортовой вычислитель:
        — Финальная фаза маневра, экипажу приготовиться к приземлению, начинаю разворот и торможение — девушке показалось, что фраза была произнесена с торжеством.
        — Давно пора — прокомментировала выступление электронного мозга наша героиня и почувствовала, как шатл меняет ориентацию по отношению к центру тяжести планеты: ее тело вместе с креслом стало разворачиваться на 180^0^  — челнок менял свое положение в пространстве, собираясь тормозить маршевым двигателем. В этот момент совершенно неожиданно и не к месту оживилась нейросеть.
        — Входящий вызов — аэроконтроль космодрома № 4-А, принять?
        — Давай.
        — Эй, на челноке, вы контролируете ситуацию? Я вас наблюдаю, как падающий метеорит.
        — Хи-хи — нервно среагировала Юли — а мы и есть падающий метеорит, ха-ха-ха. Но если честно, то пока все в норме — у нас тут просто ускоренный вариант спуска — в туалет хочется сильно, время поджимает — такая недокументированная фишка аппарата, а что?
        — Кхе,… хм, ну, если все в порядке, то ничего,… на всякий случай приготовим парамедиков…
        — И что там будут делать эти парамедики, если мы вмажемся в поверхность, например?  — подумала отрешенно подруга и в этот момент «Дили» развернулся окончательно и запустил маршевый двигатель.
        И без того громкий шум от компенсатора достиг такого уровня, что Юли моментально оглохла, а ее тело вдавилось в мягкую обшивку кресла — не слишком сильно, но двигаться она могла с трудом. Бросила взгляд на приближающуюся на панели поверхность планеты — как-то слишком быстро она приближалась, уже были видны постройки на территории космодрома. Потом переключилась снова на салон: там вообще было шоковое зрелище — дети визжали и орали, пожирая глазами голопанель.
        — Я сплю, мне все это кажется…  — определилась с текущей ситуацией рыженькая — это какой-то дурдом…
        Процесс торможения, или финальная фаза маневра, выражаясь техническим языком бортового вычислителя, затянулся на полторы минуты глухоты и повышенной силы тяжести. Достигнув поверхности, автоматика шатла развернула его в горизонтальной плоскости и мягко опустила на посадочные стойки.
        — Финальная фаза завершена успешно. Время полета в пределах норматива ВКС ТС Брилар — доложил бортовой умник. Охлаждаю корпус, экипажу не покидать борт корабля!
        Через голопанель Юли увидела, как из незаметных ранее отверстий на корпусе аппарата стал выползать густой клубящийся газ, который при соприкосновении с раскаленной обшивкой испарялся, но при этом цвет корпуса стал тускнеть, возвращаясь к нормальному серебристому оттенку. Вскоре все вокруг заволокло этим туманом и смотреть стало не на что. Все эти предупреждения рыженькая не слышала — глухота от ревущего компенсатора перегрузки еще не прошла — она читала сообщения, которые присылал ей на нейросеть этот продвинутый бортовой умник. Вскоре пришло сообщение о нормализации температуры корпуса с внешней стороны, и почти тут же ее отпустила глухота. Девушка отцепилась от кресла и вышла в салон — там ее уже ждали ребятишки.
        — Юли, а когда мы еще так полетаем?  — возбужденно подпрыгивая на месте, спросила у нее Элия.
        — Ага-ага, когда?  — Все так классно было — вторил ей брат.
        — Потом, как-нибудь попозже — рыженькая закрыла лицо руками — сейчас нам надо домой.
        Дети немного загрустили, но сильно печалиться не стали и пошли за своей мамой, вспоминая на ходу детали недавнего приключения. Дроидов подруга решила пока оставить в грузовом отсеке «Дили»  — перевела их в автономный режим охраны своего имущества — открытое использование тяжелого вооружения на планете запрещалось всем гражданским лицам, поэтому играть с законом Юли не собиралась. Да и не нужны они были здесь в принципе. Выйдя наружу из челнока, была немного удивлена — тут был небольшой комитет по встрече: представители медицинской службы, представители администрации космодрома, спасатели и вездесущие журналисты нескольких инфоканалов планеты. Все смотрели с удивлением и интересом на группу из маленькой рыжеволосой девушки и двух смуглых детей. Первыми, как всегда, к ним подскочили борзописцы.
        — Как вы себя чувствуете? У вас были проблемы с управлением челнока? Кто вас так научил летать? А кто эти дети — это ведь хаманцы?  — Юли засыпали вопросами.
        — Да все нормально вроде,…а в чем, собственно дело, я не пойму?  — подозрительно реагировала на вопросы подруга.
        — Ууу, Герти, мы с тобой теперь стали знаменитостями — маленькая девочка быстро просекла ситуацию — сегодня для детей был день новых невиданных ощущений и впечатлений. А особенно за последних несколько минут.
        — Такой запоминающийся спуск с орбиты — продолжали наседать на рыжую работники инфоканалов — вас покажут сегодня во всех новостях — скажите пару слов для зрителей.
        — Эээ,…нуу,… Кстати, челнок «Дили-В604-у»  — зачетная вещь, покупайте, если хотите летать так же, как и я! А вообще-то, я теперь оказалась перед дилеммой: что лучше — спуск на орбитальном лифте в течение нескольких часов или пару минут на нем. Советую всем попробовать мой вариант — вон детям очень понравилось.
        Двое смуглокожих ребятишек в это время пытались копировать жесты, мимику и поведение известных звезд голоканалов — получалось это у них плохо, но со стороны выглядело потешно — все были довольны, а особенно малышня.
        — Кстати, насчет них — это наши с Максом приемные дети, и да — они хаманцы, но теперь Брилар станет для них новой родиной. Больше никаких комментариев на эту тему.
        В этот момент подлетела пассажирская платформа, которую Юли заказала к челноку еще внутри, пока он остывал. Погрузившись на нее с детьми, девушка отправилась в свой дом — следовало быстро активировать его системы и устроить детей, потом надо к брату в госпиталь. Заказ продуктов, активация систем жизнеобеспечения дома, размещение Герта и Элии в комнатах отняло у новой мамочки почти два часа — к тому времени, когда девушка собралась улетать в госпиталь, малышня вполне освоилась с системами здания и увлеченно искала самое интересное на головизоре, щелкая каналами без остановки.
        — Вроде все сделала — окидывала взглядом свое хозяйство Юли — можно и к брату лететь.
        Их совместная с Максом первая покупка — флаер «Индо-52» молчаливо ждал свою хозяйку на площадке возле дома. Активация систем прошла буднично и рыженькая стала выстраивать в бортовом умнике кривую маршрута к госпиталю — по расчету продвинутого бортового калькулятора требовалось около двух часов полета вдоль стандартных трасс или полтора часа в ручном режиме в произвольном маршруте минимальной протяженности. Так как за время перелета из Хамана в Брилар она порядочно обленилась, то выбрала второй вариант. Как только флаер вышел на рабочий режим, подняла машину в воздух и стала разгоняться до первого контрольного поворота — таких зигзагов требовалось сделать четыре, приблизительно, каждые двадцать минут. Госпиталь находился на небольшом острове недалеко от материка, и часть пути пролегала над океанской гладью.
        Так как зона госпиталя считалась закрытой для гражданского населения территорией, то девушка послала запрос на получение кода допуска для полетов в этой зоне. Уже через двадцать минут, когда она прошла первый поворот маршрута, ей пришел требуемый код — медики быстро сообразили: выдали допуск на четыре месяца, чтобы перекрыть все время лечения Клома. В этот период, скорее всего, его сестра будет часто посещать эту территорию и нет смысла каждый раз мучиться с новым разовым допуском. Юли летела над самой поверхностью океана и вспоминала, как они с Максом гоняли к тем валунам — также низко, также срывая гребни волн корпусом флаера: воспоминания о тех днях немного подняли ей настроение. Приземлилась на площадке для гостей, успешно пройдя проверку кода — здесь ее ожидал молодой медик в бело-зеленой форменной одежде и повел за собой.
        — Вы уверены, что хотите это увидеть?  — внимательно глядя на нее, спрашивал он Юли, когда они пришли в длинное помещение, сплошь заставленное медицинскими «яйцами»  — это зрелище не для всех…
        — Это мой брат, я должна его увидеть — зачем тогда я сюда летела из Хамана почти четыре месяца?
        — Хорошо… вот эта капсула — в соседних лежат его сослуживцы,… я буду рядом — медик положил руку на верхнюю панель капсулы и так же внимательно продолжал наблюдать за медленно приближающейся к нему рыжеволосой девушкой.
        Юли вплотную подошла к «яйцу» и, сделав глубокий вдох, опустила глаза. От увиденного внутри капсулы ее мозг кратковременно впал в ступор: то, что там лежало, было совсем не ее братом. В красной студенистой массе лежал, по сути, скелет, на котором кое-где была мягкая плоть — мышцы, мясо и так далее. Лицо разобрать не удалось — там тоже были обнаженные, без кожи, лицевые ткани — только в месте глаз все было более-менее нормально. На месте грудной клетки слабо шевелился какой-то клубок кишок, внутренних органов и миниатюрных механизмов, которые выглядели по-разному. Большая часть из них имела привычный вид миниатюрных дроидов-паучков, некоторые были похожи на червей, а встречались и вообще экзотические, напоминавшие морских созданий фауны Лайны. Вся эта масса шевелилась и двигалась в хаотичном порядке по тому, что раньше было ее братом. Он был жив — об этом свидетельствовали ритмичные сокращения чего-то красного в его груди.
        — Легкие, он дышит…  — догадалась девушка, и тут в ее мозгу что-то переключилось — сознание вышло из холодного отстраненного созерцания этой картины, и Юли окатил сильнейший ужас.
        Она хотела закричать, но горло выдавало только непонятные хрипы и свист. Глаза сестры расширились от наблюдаемого кошмара, и она почувствовала, что ее тело начинает ей отказывать: ноги стали ватными, взгляд заволокло белой пеленой. Момент падения был остановлен медиком — видимо такая ситуация была для него не первой, и он к ней был готов. Тут же был вызван эвакуационный дроид и ее вывезли на открытую площадку в тени деревьев, недалеко от корпуса.
        Юли пришла в себя и обнаружила, что лежит на твердом лежаке в тени какого-то дерева — она не помнила, как тут оказалась. Потом всплыла в памяти последняя увиденная ею картина и ее охватила истерика зрелище окровавленного скелета, каким сейчас был ее брат, ввергло девушку в слезы и рыдания, плюс ко всему, тело стало трясти, как в лихорадке. Сидевший рядом с ней медик не стал долго наблюдать эту истерику и, прислонив к руке девушки какой-то медицинский приборчик, ввел успокоительное — через минуту, рыженькая расслабилась и уснула. Повторное пробуждение было каким-то вялым — подруга ощущала какую-то общую заторможенность и расслабленность.
        — Не надо больше плакать, с братом все будет хорошо — услышала она слева от себя голос и повернула в ту сторону голову: там сидел все тот же молодой медик, который встретил ее при прилете в госпиталь.
        — Не буду — прошептала она в ответ.
        — Вот и хорошо. Сейчас уже восстановлен весь скелет и внутренние органы, за оставшиеся три месяца мы полностью вырастим мягкие ткани, кровеносную и нервную системы. Вот в каком виде он и его напарники к нам попали сюда — вот это было что-то,… даже удивительно, что они остались живы с такими травмами.
        Юли снова начала шмыгать носом, но медик был начеку:
        — Но-но, красавица! Ты же обещала больше не плакать, тут океан близко — сырости хватает и так. Взрослая девочка, надо держать слово.
        Дождавшись, когда рыженькая снова возьмет себя в руки и успокоится, он продолжил:
        — Хорошо, что смогла найти средства на все это: теперь он и его друзья смогут полноценно принимать любое лечение, и самое главное — процедуру омоложения, когда придет срок.
        — А если бы не нашла, то как бы тогда все было?
        — Им бы вырастили искусственные органы и протезы — жили бы нормально и дальше,… но! С такими имплантами невозможна процедура омоложения — организм живет отмеренный ему природой срок и умирает. А теперь, благодаря тебе эти парни проживут долгую и счастливую жизнь — служба им больше не светит, уволят, как героев — свой долг Брилару они уже выплатили.
        — Это все мой Макс, он у меня самый лучший, они с Кломом теперь, как братья…
        — Передай при случае от нас всех ему спасибо — большое и хорошее дело сделал — в нашем прагматичном обществе такие жесты большая редкость, а люди, которые их делают, вообще уникумы.
        — Да, он у меня такой — с дикой планеты, был рабом в Гарморе, сбежал оттуда, прилетел к нам, а тут меня встретил — девушка мечтательно закрыла глаза, вспоминая образ своего мужчины.
        — Повезло тебе, подруга с парнем…
        — Это да…
        Потом медик ушел по своим делам, убедившись, что с Юли все в порядке и истерик больше не предвидится, а сама девушка еще какое-то время лежала, прежде чем почувствовала, что действие успокоительного коктейля заканчивается, и она может пилотировать флаер. Здраво рассудив и посоветовавшись перед этим с медиком, она решила, что вернется сюда через пару месяцев, когда ее Клома начнут выводить из реаниматора. Вот тогда и потребуется ее присутствие и ее морально-психологическая поддержка брата. Обратный полет провела в легкой задумчивости: с нежностью вспоминала своего Максика и счастливый случай, благодаря которому они так удачно познакомились на курорте.
        — Надежный у меня мужчина, никому не отдам — витала в облаках своих грез подруга, пока флаер летел на автомате по уже пройденному маршруту.
        — Вот чтобы я сейчас делала, если бы не он, где бы я нашла эту огромную сумму на восстановление — от мыслей, что с братом могло быть все гораздо хуже, ее передернуло, и она усилием воли вернула себе оптимистическое настроение.
        Остаток дня потратила с детьми на выбор учебных заведений, где они бы хотели учиться. Поскольку им было еще далеко до совершеннолетия, то выбрали полузакрытые школы — основную часть времени ребенок проводит в школе, а на ночь возвращается в дом к родителям. Кроме того, выходные и праздничные дни также проводит дома. Герт, как и ожидалось, остановился на подготовительной школе академии ВКС ТС Брилара — парнишка не думал ни о чем, кроме космоса. Сестра же его выбрала обычную гражданскую — она еще не думала о том, кем будет, когда вырастит — почти восемь лет на раздумья у нее были впереди. Но школа работала по такому же графику, что и полувоенная — дети также возвращались домой на ночь и выходные.
        Решив, таким образом, все дела за день, собралась укладываться спать сама и укладывать детей, но тут ее вызвал по Глобосети ее мужчина — хоть такая связь и была жутко дорогой, но у него, видимо, были свои соображения на этот счет. Поговорили о всяком разном житейском, детях, естественно, о состоянии брата — тут рыженькая смогла сдержаться от слез. Спокойный, любящий взгляд любимого успокаивал и согревал сердце молодой женщины — несколько минут такого общения вернули ей привычное жизнерадостное состояние души. Партнер сказал, что еще сутки и отправляется в Хаман за их новым кораблем и через два месяца даст о себе знать уже с его борта. Также что-то говорил о необходимости набирать команду и что определенные планы в этом направлении у него уже есть.
        Немного посмеялись, когда он признался, что так и до конца не может определиться, что же ему больше хочется: и вроде деньги есть, и желание есть, только вот окончательная мысль все время ускользает от него. Потом тепло попрощались и Юли, радостная и мечтательная пошла спать, совершенно забыв про детей. А те в свою очередь, организовались самостоятельно: проторчав еще пару часов у головизора, пользуясь тем, что мама о них забыла, в конце концов, улеглись, когда глаза стали сами закрываться.
        Первым делом землянин проверил запасы своего «Фортера» и составил список необходимых покупок: цены в системе Ласс-Корт приятно удивили. Здесь было все немного дешевле, чем в их Лайне — видимо сказывались большие товаропотоки между соседними государствами высокая конкуренция между торговцами, но в любом случае, местные торговые площадки порадовали запасливого пилота возможностью сэкономить пару кредитов. Например, те же РЭБ болванки для туннельных пушек корабля здесь предлагали по тысяче девятьсот сорок кредитов, в то время как в их Лайне такие же продавались по две тысяче — мелочь, а приятно. Заказал одноразовые блоки ракет — их применение оправдало себя уже дважды, поэтому купил по восемь пусковых каждого типа — большее количество установить на боковые модули он не мог.
        Весь остальной боезапас пополнил до двукратного, также сделал хороший запас пищевых картриджей и атмосферных патронов для бортовой системы жизнеобеспечения корабля. К медицинской капсуле не взял ничего: ранений они с Юли не лечили, так что все запасы лекарств были в комплекте, а разгонные смеси расходовались долго. Того запаса, что был, по его расчетам должно хватить почти на год. Затем вспомнил, что двойку штурмовых дроидов «Кланч» отдал Юли и на «Фортере» сейчас всего три боевые единицы, а учитывая его возможности по прямому управлению такой техникой, пришел к выводу, что бойцам требуется пополнение.
        В системе Ласс-Корт можно было купить все — здесь были даже бриларские разработки: серфинг по местным торговым площадкам дал много информации для размышлений. Интересной оказалась информация, что его «старичок» «Прил-5ППЛ»  — его первая серьезная покупка в этом мире, был частью пятерки «Прил-А5», в которую, кроме уже имеющегося у него паучка входило еще четыре родственника-паука. «Прил-5КП»  — у этого вооружение состояло из сдвоенного пульсара и трехствольного кинетического пулемета роторной системы, далее туда входил «Прил-5Г»  — машинка комплектовалась двумя гранатометами с раздельной системой прицеливания и считалась бойцом второй линии. «Прил-5Т»  — оригинальная разработка бриларских конструкторов — вооружение состояло из одного микро-туннельного орудия мелкого калибра двадцать миллиметров, со скоростью перезарядки около двадцати пяти секунд. Дроид внешне был похож на башню от земного танка на шести манипуляторах-ногах. И замыкал этот набор дроид-сержант: управляющий модуль с полноценным малым искином пятого поколения — этот боец не был вооружен ничем. Только мощный защитный экран, продвинутая
система связи и небольшой запас боеприпасов для своих подчиненных: болванки для туннельного стрелка и бронебойные иглы для роторного пулемета его собрата.
        Землянин загорелся идеей собрать себе полную боевую звезду — возможности для этого были, так как в инфосети системы было около трех десятков предложений по данному типу вооружений. За полный комплект с нулевым износом просили почти четыре миллиона, а за такой же, но с износом уже 38 % на миллион кредитов меньше. Макс искал себе некомплектный набор — тот паучок, что у него уже был, вполне устраивал его по характеристикам, поэтому поиски нужного товара несколько затянулись. Приобрел всех четверых недостающих по отдельности у разных продавцов: показатель остаточного ресурса крутился у всех в пределах 60 —65 %, но к каждому шел в комплекте ЗИП. Все покупки обошлись в два миллиона четыреста двадцать тысяч, и еще на двести тысяч набрал боеприпасов и расходников для всех орудий и дроидов. Обслуживание и профилактика купленного набора паучков растянулась на весь остаток дня, но удалось поднять ресурс в среднем до 81 % по звезде. Заснул утомленным, но довольным — завтра по его расчетам он сможет пообщаться со своей женщиной, так как лайнер должен был бы уже выскочить из последнего прыжка.
        Утром оплатил сеанс гиперсвязи с Лайной — хотелось живого общения с любимой подругой, услышать ее голос, увидеть ее глаза — на большее, к сожалению, рассчитывать не приходилось, хе-хе. У них там все шло по плану, так что, пообещав девушке по прибытии в Хаман сразу связаться с ней, прервал разговор и некоторое время размышлял, что ему чего-то явно не хватает — что-то его беспокоило и создавало дискомфорт. Потом понял: все объяснялось просто — у него уже более трех месяцев не было женщины, а вид его Юли, такой красивой и такой недоступной только обострил проблему гормонов. Решено было принять стандартные в такой ситуации меры — найти себе подругу на вечер, или на ночь — как пойдет, хе-хе. Сказано-сделано: озаботился просмотром предложений досуга такого сорта в той же местной инфосети, однако идти в бордель не хотелось — было желание снять какую-нибудь красотку из местных или из скучающих туристок. А уж чего-чего, а этих самых туристов в транзитной системе всегда навалом.
        Где можно найти такую озабоченную особу? Или в ресторане, или в каком-нибудь клубе или в баре. Здраво рассудив, пришел к мнению, что лучший выбор будет в ресторане — в клубах всегда больше шансов нарваться на профессионалку, изображающую из себя одинокую гламурную путешественницу — там дешевле сидеть, чем в ресторане, так что выбор пал на местные рестораны. Перед выходом на охоту ознакомился с правилами поведения и применения оружия на станции: здесь все оказалось просто и понятно — фронтир. Короче — защита своей жизни всеми способами приветствуется, главное, как всегда — протокол. Самооборона не ограничивалась ничем: хоть штурмовых дроидов применяй для защиты своего тела и имущества. Вопросы, связанные с аспектами агрессии против разумных прочитал по диагонали — первым нападать он ни на кого не собирался — сегодня только развлечения и удовольствия.
        Тем не менее, прогуливаться по незнакомой территории в комбинезоне не рискнул: одел свой «Шонц-6у» и прицепил на крепление боевого друга «Зерт-32»  — идти в ресторан с штурмовым комплексом посчитал перебором. Не совсем же тут дикий космос, какая никакая, а цивилизация — а вот в скафах тут ходило более половины посетителей станции.
        Обед оказался выше всяческих похвал: специально выбирал по описанию в сети такое заведение, где подавали блюда из натуральных продуктов с планеты. Плотно набив желудок местными деликатесами, откинулся в кресле и, пригубив местное вино, стал осматривать зал ресторана: несмотря на относительную дороговизну кухни, почти все столики были заняты. Потратив пять минут на обследование охотничьих угодий, выделил для себя две приоритетные цели: одна женщина лет сорока (по земным меркам) приятной внешности и фигуры, насколько он мог судить, так как дама сидела к нему боком. Время от времени указанная персона скользила взглядом по залу, иногда останавливая его на заинтересовавших ее экземплярах — Макс тоже попал в число таких счастливчиков. Стиль и манера поведения выдавали ее с головой: женщина, очевидно, была обеспеченной, и как самодостаточная особа, сама себе искала партнера на вечер.
        Вторым объектом, заслуживающим внимания нашего героя оказалась особа помоложе и попроще: молодая девушка (или женщина) лет тридцати, с вызывающими фиолетовыми волосами сидела к мужчине в профиль и он смог по достоинству оценить все ее прелести — тут тоже все было на уровне и вполне неплохо. Дамочка потягивала какой-то цветной напиток из высокого бокала и также изучала доступное «меню» по занятым столикам. На некоторых особах мужского пола взгляд задерживался на пару секунд, потом видимо шла оценка товара по своей шкале ценности, а затем взгляд продолжал скользить далее по залу. Землянин спокойно встретил этот оценивающий взор фиолетовой незнакомки и даже мягко улыбнулся — девушка замялась на секунду-другую, но потом ответила такой же легкой улыбкой — контакт состоялся.
        Некоторое время, потягивая вино, Макс размышлял: кого ему выбрать — мадам постарше, и соответственно, с большим опытом, или помоложе, но энергичнее. Хотя, при зрелом рассуждении, учитывая возможности современной медицины, любая из них могла пройти омоложение и реально это могла быть подруга со сто пятидесятилетней жизненной историей.
        — Эх — подумал технолог — не попробуешь, не узнаешь, и подозвал официанта.
        Передал через него свою просьбу первой по списку мадам о пожелании интересного мужчины (то есть него) присоединиться к ее трапезе за ее столиком. Служивый с пониманием отнесся к просьбе: наверняка такое он проделывает каждый день по несколько раз. Землянин наблюдал за передвижениями этого типа, не отрывая взгляда: женщина выслушала подошедшего посыльного, повернула голову в сторону специалиста, еще раз внимательно его осмотрела, затем улыбнулась и что-то сказала официанту, а тот сразу стал двигаться в обратном направлении.
        — Улыбнулась — значит, клюнула — уже удовлетворенно строил планы на ближайшее время наш герой, но ответ, который ему озвучил вернувшийся работник ресторана, его озадачил.
        — Мадам сказала, что с мужчинами в боевых скафах не знакомится и не встречается — официант откровенно наслаждался разглядыванием растерянного лица клиента.
        — Ах ты ж,…ну и сама себе со… хмм, короче — спи себе сама, гы-гы. Привередливая какая, скаф ей не понравился,… идиотка — тут фронтир, скафы здесь самая понтовая вещь, вот!  — негромко возмущаясь, бормотал себе под нос землянин. Ладно, есть у меня еще вариант помоложе — там должно сто пудово проканать.
        Пользоваться услугами переводчика-парламентера из числа местных официантов больше не стал, а просто посмотрел на девушку с улыбкой, делая определенные жесты рукой между собой и ее столиком. Очевидно, что подруга тоже уже приняла какое-то решение, так как в ответ на так поставленный вопрос мужчины она немного отодвинула своей ножкой соседний стул и улыбнулась — намек был понят мгновенно.
        — Все пацаны, я в деле — мне не звонить и не писать — сам себе сказал герой-любовник и радостно потопал к столику красотки с фиолетовыми волосами.
        — Привет, я Макс — я присяду?  — первым начал знакомство кавалер.
        — Конечно, присаживайся…
        — Как тебя звать, красавица? Хотя, если подумать, то в нашей ситуации это малозначимо, хе-хе…
        — Можешь называть меня Лодли — улыбнулась девушка последней фразе.
        — И как давно тебя так звать?  — вырвалось у технолога, и он уже хотел извиниться за такой вопрос, но реакция красавицы его озадачила: та сразу как-то заерзала на стуле и бросила ему за спину обеспокоенный взгляд.
        — С детства, конечно — мама с папой так назвали — овладев собой, ответила подруга.
        Макс подумал, что девушка ищет развлечений и не хочет, чтобы ее помнили по настоящему имени — да не вопрос, это в тот момент его вообще не волновало. Немного посидели, поболтали ни о чем, потом кавалер предложил переместиться в более спокойное место, где нет лишних глаз и ушей — дама охотно согласилась, оставив на мужчину выбор такого места. Так как перед тем как идти в ресторан он просмотрел ближайшие к нему заведения для отдыха, предоставляющие жилье на короткое время, то тут же направились в одно такое местечко, которое было расположено в десяти-пятнадцати минутах ходьбы. Перед ответственным делом требовалось немного утрясти содержимое желудка. Немного смущало поведение подруги — отвечала невпопад, оглядывалась, на вопросы кавалера отвечала уклончиво — за время, пока шли к цели, у мужчины появилось нехорошее подозрение на какое-то искусственное, натянутое поведение подруги и это стало его немного беспокоить. Номер был так себе — на один раз, так сказать, хе-хе, простите за каламбур.
        — Ничего так, симпатичненько — покрутив головой, оценил его качество наш герой, включая протокол — он хотел оговорить нюансы предстоящего интима — в Содружестве такое было в порядке вещей. Ну, что детка, немного покувыркаемся без обязательств, да? Чисто для здоровья, хе-хе, согласна?
        — Да — ответила девушка — я в ванную комнату, а ты закажи нам чего-нибудь сладкого и выпить. И не стой столбом, жди меня в постельке, милый…
        Землянин заказал в номер бутылку местного сладкого шампанского, немного сладостей и подождал, когда ему принесут заказ — сервис оказался на уровне. Расплачиваться нужно было при освобождении номера, как пояснил ему коридорный, передавая продукты. Дождавшись его ухода, постарался как можно тише подойти до дверей в ванную комнату, а в скафе это было немного затруднительно. Звуков льющейся воды не услышал, зато услышал какое-то бормотание — ситуация ему нравилась все меньше и меньше, поэтому так же тихо вернулся назад и сел у дверей, осмысливая ситуацию. По пути назад потрогал входную дверь — она оказалась открытой, поэтому для верности закрыл на защелку. Минут через пять услышал, как открылась ванная комната и девушка вернулась к нему в комнату с кроватью. Увидев, что кавалер совсем не в постели, а подозрительно изучает ее лицо, красотка немного тормознула, недоуменно переводя взгляд с кровати на кавалера и назад.
        — А почему ты еще не в постели, дорогой, чего ты ждешь?
        — Да вот, думаю принять душ после тебя — чистота, залог здоровья! Кстати, ты тоже, почему то одета и не помыта совсем — это нехорошо, надо следить за гигиеной тела и регулярно чистить зубы.
        — …причем тут зубы?  — недоуменно хлопала ресницами подруга.
        — С кариесом не шутят — подлая и дорогая болезнь, потому что…  — договорить землянину не дали — послышался мощный удар во входные двери номера и громкие голоса из коридора.
        Первый удар дверь выдержала, а девушка затравленно посмотрела на своего несостоявшегося любовника, голову которого быстро закрывал темный шлем скафа. Мужчина быстро подошел к ней, схватил за шею сзади головы и повернул лицом к дверям, которые доживали свои последние секунды — таким образом, она оказалась между ним и выходом в коридор.
        — Это, наверное, твой муж в двери к нам ломится — услышала она измененный голос кавалера и попыталась вырваться — попытка не удалась, так как холодная металлическая перчатка скафа крепко зафиксировала ее голову в нужную ему сторону.
        — Сейчас мы с ним поговорим, он там кажется еще и с твоим братом, хе-хе — голос звучал как-то приглушенно — вся семейка в сборе.
        С последними словами дверь отлетела в сторону, и в номер ввалилось трое незнакомцев: двое были из тех, кого на Земле называют братками — лица были лишены признаков интеллекта. Одеты были в легкие бронескафы, оружия в руках Макс не заметил. Третий был более интересным типом: крепко сложенный невысокий брюнет с темными глазами — одет он был гораздо лучше: нейросеть опознала костюм, как средний скаф пятого поколения «Заян-5е» коритского производства. Видимо, картина, которую увидели эти трое ворвавшихся типов была немного не та, которую они ожидали увидеть — поэтому возникла секундная пауза. Наш герой решил первым прервать неловкое молчание.
        — Кретины, зачем дверь выломали, кто платить за ущерб будет? И вообще, где моя пицца, чуваки?  — вопрос возымел свое действие, и брюнет пришел в себя первым.
        — Какая еще пиц…ц…ца, что это такое вообще, мля?  — затем тип решил начать свою партию этого представления.
        — Сестра, ты как тут оказалась с этим мужчиной? Он тебя обесчестил? Он за это сейчас ответит…
        Ситуация стала кристально понятной Максу — про такие подставы он слышал еще на Земле, да и в некоторых фильмах такое видел пару раз. Теперь по замыслу этих сценаристов он должен испугаться и судорожно начинать договариваться с «родственником» этой девушки — скорее всего, бесчестие сестры можно было искупить кредитами Содружества. Ему стало грустно и смешно: хотел перепихнуться по-быстрому и лететь дальше, а вместо этого попал на очередной разводной лохотрон. Вот только у него работал протокол, и он по правилам станции мог в этой ситуации защищаться любым доступным способом, требовалось только немного ускорить события и подтолкнуть этих троих к активным действиям. И легче всего было разозлить двух тупых бойцов — третий выглядел умнее, а вот эти две торпеды должны были легко выйти из себя в ответ на его провокации.
        — Эй, вы трое — я тут немного поиздержался на вашу шлюху, надо компенсировать убытки, поэтому предлагаю простой выход из ситуации: вы скидываетесь мне по десять кусков с рыла, а я вас отпускаю вместе с вашей сестрой, хе-хе. Все понятно, болваны?
        Реакция торпед его удивила: не говоря ни слова, они вытащили откуда-то сзади нечто, отдаленно похожее на земные «узи» и направили в него. Третий участник наезда успел что-то крикнуть предостерегающее, но оружие в руках пацанов уже начало стрелять. Землянин толкнул вперед от себя девку — тело девушки приняло на себя основную часть ураганного огня плевалок, остальная часть стала рикошетить от его скафа. На активацию щита ушло полторы секунды, но ее хватило, чтобы специалист почувствовал серию сильных толчков в грудь и шлем. В следующий момент полусфера щита замерцала от принимаемых выстрелов, а правая рука Макса развернула «Зерт-32» и палец коснулся сенсора огня. Оружие стало прожигать тела этой гоп-компании родственников — лазер оставлял мелкие дымящиеся точки там, куда попадал. Мертвые бойцы еще сжимали в руках стреляющее оружие, пока в нем не закончились боеприпасы.
        С третьим участником семейной ячейки пистолет разбирался в компании с плечевой турелью на несколько секунд дольше — там костюм был более серьезным, чем у торпед. Турелька «ПШ-26» выплюнула в сторону третьего типа свой первый подарок — скафу незнакомца такой подарок, очевидно, не понравился, но организм, на котором был надет этот скаф, продолжал стрелять в Макса из чего-то, сильно похожего на обрез. Второй заряд плазмы вкупе с парой импульсов из пистолета добрался до тушки «братика», пробив щиток шлема. Затем сразу стало тихо, и землянин осмотрелся: тело девушки напоминало решето — она приняла большую часть кинетики на себя от своих «братьев». Две торпеды от нее ушло недалеко — крови было намного меньше, так как лазер сразу припекал ткани в местах попаданий. По третьему фигуранту «родственников» что-то определенное сказать было трудно — скаф скрывал состояние тела под ним, но в том, что тип был окончательно мертвым, можно было не сомневаться — шлем выглядел как его «сестра» с большой оплавленной дыркой на уровне носа. Оружие технолога хорошо прошлось по лицевой пластине скафа.
        Забрав с собой бутылку шампанского и пакет со сладостями, вышел к администрации этого «отеля»  — там его уже ждали напряженные представители заведения и парочка бойцов в навороченных скафах — это была или охрана, или люди из службы безопасности станции. Щит не отключал — мало ли, какие мысли сейчас в голове у этих ребят, еще пальнут случайно чем-то убойным…
        — На меня напали в вашем заведении — пошел сразу в атаку наш герой — хотели убить и обокрасть, а может и наоборот,… неважно. Ловите протокол — там недолго, и сразу предлагаю перейти к вопросу о компенсации за угрозу моей жизни. Сидели тут и ждали когда меня там прикончат, крысы поганые…
        — А как же испорченный номер, кто будет покрывать убытки?  — попытался наехать на землянина администратор.
        — Выставь счет родственникам тех организмов, что лежат в моем номере — у них, судя по всему, большая и дружная семья. Не надо отвлекаться от темы, уважаемый — в таких случаях компенсация рассчитывается обычно в двадцатикратном размере от оплаченной клиентом услуги… Или мне лучше нанять какую-нибудь контору пошустрее, которая выдавит из вас больше, как думаете?
        Через двадцать минут, когда все заинтересованные посмотрели занимательное видео «от Макса Шнитке» и даже успели его немного прокомментировать, на счет мужчины капнуло несколько тысяч. Забрав с собой оплаченное шампанское со сладкой закуской, он покинул это негостеприимное заведение, провожаемый несколькими недоброжелательными взглядами в спину. Эти взгляды подсказали ему, что надо срочно менять место жительства, так как его вскоре начнут искать дружки и родственники убитых им бойцов. Через полчаса он уже выводил свой «Фортер» из ангара и запросил коридор для выхода в зону разгона.
        — У вас еще сутки оплаченной парковки, рано что-то нас покидаете…
        — Да так, атмосфера на станции какая-то вредная, вы хоть фильтры регулярно меняете, или экономите на гостях, хе-хе?
        — Как можно…  — недоумевал работник космотрафика — вы, наверное, пошутили, да?
        — Эх…  — вздохнул наш герой — если честно, то надо делать ноги…
        — Не понял, как их можно делать???
        — Ну, что тут непонятного: делать ноги, шевелить копытами, рвать когти, давить на педали, валить нафиг, уносить кости…примерно так.
        — Ааа,… понял, как интересно,… у вас в Бриларе все так интересно выражаются?
        — Короче, склифосовский — я погнал,… асталависта, бэйби — «Фортер» к тому времени набрал энергию для создания пузыря гиперперехода и выпрыгнул из системы…нафиг. А диспетчер еще некоторое время пытался понять новую заинтересовавшую его фразу этого бриларца.
        ГЛАВА 12
        Найл Фросс был в бешенстве: привычная и хорошо отработанная схема получения средств первый раз дала сбой, и не просто сбой — картель потерял «оперативную» группу из трех бойцов и одной подставной девки. О последней он не сожалел — таких шлюшек было вокруг на десять контейнеров миллион — стоит только поманить пальцем, как прибежит сотня. А вот остальных было жаль, особенно племянника — тот подавал хорошие надежды и ему прочили карьеру в картеле. Но вот беда, не сложилось с карьерой — нарвались на какого-то неадеквата, который всех положил. Но все по порядку. Найл сам организовал когда-то этот простой и легкий бизнес: все, что требовалось для него, так это красивая молодая девушка на подставную роль сестры. Пара-тройка бойцов, которые ее сопровождают и появляются в нужный момент, один из которых изображает из себя брата, оскорбленного до глубины души совращением его «сестренки».
        Замысел не блистал гениальностью, но был прост и понятен до идиотизма: девушка сидит в баре или ресторане и изображает из себя путешественницу, которая не прочь развлечься со случайным принцем. Чего-чего, а таких принцев в транзитной системе Ласс-Корт всегда навалом: здесь всегда есть солидные бизнесмены или отцы порядочных семейств, которые не прочь на часик другой изобразить из себя одинокого холостяка, истосковавшегося в бездонных просторах космоса по женской ласке. Или, например, прикинуться суровым покорителем дикого космоса с такими же насущными проблемами гормонального характера, накопившимися у него во время долгого одиночного полета. Клиента доводили до номера, вернее, он сам себя туда доводил — наживка в виде красотки не вмешивалась в процесс выбора места отдыха будущим спонсором картеля, чтобы не посеять в нем зерно подозрений. Хотя, если подумать, то в состоянии возбужденного ожидания секса, в котором пребывал клиент, засомневаться в подставе ему было крайне затруднительно.
        Потом девушка создавала видимость подготовки к интиму, уходя в ванную комнату якобы для гигиенических процедур и там связывалась с группой поддержки, указывая место своего пребывания. За это время голодный до молодого женского тела турист успевал быстренько раздеться и залечь в постель, где с замиранием сердца ожидал свою подружку. Шлюхе даже раздеваться не приходилось, так как бойцы пребывали на место спектакля быстро — далее следовал неожиданный вход в номер этих «родственников» невинной девушки — обычно она оставляла двери открытыми, чтобы не портить имущество заведения, где разворачивался спектакль.
        При виде взбешенных незнакомцев, утверждающих, что он совратил их единственную сестру, клиент быстро осознавал свое незавидное положение, и чтобы не создавать скандала вокруг своей личности, охотно шел на возмещение морального урона семейству. Особенно быстро выходили на контакт отцы семейств и «верные» мужья — объяснять потом пикантные подробности своей космической одиссеи было, видимо, сложнее, чем заплатить некоторую сумму. В этот раз все началось штатно — подсадка сидела в неплохом ресторане — Фросс давно просек, что в таких местах ловится самая жирная рыба, и тему клубов и разных баров отсекли, как низко прибыльную. Девушка имела прямой канал с оператором картеля — тот по идентификаторам пробивал официальные данные на кандидатов — в этот день обнаружилось несколько перспективных типов.
        Особенно перспективно выглядел турист из далекого Брилара: некто Макс Шнитке, гражданин категории «В»  — такого грех было не пощипать. Залетный путешественник выглядел серьезно: штурмовой скаф шестого поколения с плечевой пушкой внушал уважение. Из оружия вроде бы ничего не было — девушка видела со своего места только верхнюю часть клиента, остальное было спрятано от ее глаз под столом. Кандидатура была одобрена дежурным координатором, и оставалось только ждать, когда рыбка сама клюнет. А рыбка клюнула буквально через десяток минут: клиента отшила серьезная дама, на которую он положил глаз, поэтому, долго не думая, тот стал делать понятные всем жесты их подставной работнице Дальше дело пошло по накатанной плоскости: вышли прогуляться, тип выбрал какое-то заведение, и парочка двинулась в его направлении.
        Все это время шлюшка получала инструкции как себя вести и что говорить спонсору, поэтому иногда теряла нить беседы с ухажером и отвечала заторможено и невпопад. Повезло не провалиться, так как последний, видимо витал уже в своих мечтах, где обладал телом девушки в разных позициях, и поэтому ничего не заподозрил. Пришли в номер, кстати, в этом заведении их группу уже знали, так что осложнений с охраной не предвиделось. Подружка раскрутила клиента на шампанское и легкую закуску, и сделала несколько прямых намеков на постель, после того, как сам будущий спонсор спросил у нее о предстоящих упражнениях в кровати. Выполнив, таким образом, все установки оператора, она отправилась в ванную комнату на пять минут — обычно этого хватало всем клиентам для того, чтобы раздеться и нырнуть в кровать — они все такие предсказуемые, хе-хе. Конечно, ни раздеваться, ни тем более мыться она не собиралась: запершись в ванне, девушка обсудила пару заключительных моментов операции, и немного подождав для виду, вышла к клиенту в номер.
        Девушка (как и оператор, получающий от нее прямой видеоряд) поняла, что спектакль идет не по плану, когда увидела, что вместо того, чтобы лежать в постели, этот тип сидел в кресле возле дверей и внимательно смотре на нее. При этом «сестра» успела заметить в его правой руке какой-то пистолет — это вообще выбивалось из сюжета и по спине подставной подруги прокатились мурашки. Короткий диалог, и вот уже этот турист шустро приближается к ней и хватает за шею свободной рукой — было больно, так как его рука уже была в боевой перчатке скафа. Потом девушку разворачивают лицом к входной двери, и клиент прячется у нее за спиной — шлюшка с ужасом понимает, что ее будут использовать, как живой щит. В этот момент группа поддержки начинает ломиться в дверь — тут произошел второй сбой плана, так как двери должны были быть открытыми.
        Додумать эту непонятную ситуацию она не успела — события стали разворачиваться не по сценарию и неординарно: турист за ее спиной явно провоцировал ворвавшихся громил и те полностью оправдали его надежды, дружно взявшись за оружие. Последнее, что увидела в своей жизни подставная красотка (и оператор, который замер в ступоре от такого развития сюжета) был огонь, вырвавшийся из агрегатов в руках двух массивных бойцов.
        Зогги был племянником шефа — самого Найла Фросса, но родственные связи никак не влияли на его удачу: парень оказался хорошим переговорщиком и отлично разбирался в людской психологии. Его вовлекли в этот бизнес недавно, всего полгода назад, но за это время он плотно влился в картель и принес ему много прибыли. Зогги работал в группе по дойке лохов в схеме «красотка в ресторане — свирепые родственники» специалистом по улаживанию «конфликтных» ситуаций. В паре с ним работала девушка, изображавшая случайную туристку, которая ищет вариант флирта с интересным мужчиной. Прикрывали их две торпеды — бойцы без мозгов, чистая силовая поддержка. Парень имел дар от природы находить общий язык с любым человеком, что помогало ему быстро убеждать последних поделиться с ним небольшой суммой в обмен на обещание молчать и ничего не сообщать их семьям. С разными человекоподобными гуманоидами, вроде тех же гиришей, группа принципиально не работала — кто его знает, что у этих товарищей в головах — драки никто не хотел, все решалось тихо и мирно.
        В этот раз удалось подцепить заезжего туриста из далекого Брилара — Зогги про себя посмеивался, предвкушая хороший куш: стоило ли так далеко лететь, чтобы потрахаться…? Дождавшись сигнала от оператора, парень повел свою группу к номеру, где сейчас их ждал клиент. Первая неожиданность застала их у дверей: они были почему-то закрыты, и бойцам пришлось ломать их, пока сам племянник что-то кричал на тему единственной сестры, поруганной чести и прочей херни, пытаясь привлечь внимание девушки. Вторая неожиданность тормознула их трио в самом номере, когда торпеды выломали дверь: клиент, прикрываясь шлюхой, стоял за ней в скафе, причем шлем был активным — лица потенциального спонсора не было видно — темное непрозрачное забрало скрывало его голову. Неприятные моменты этим не закончились: в правой согнутой в локте руке племянник увидел какой-то незнакомый ему пистолет — по размерам, это оружие подходило только под эту категорию.
        В данный момент оно было направлено вверх, однако Зогги был почему-то твердо уверен, что тип в скафе не задумываясь, пустит его в ход, как только в этом возникнет нужда. Затем этот незнакомец стал дразнить и провоцировать их — этот умный ход переговорщик сразу просек — клиент собирался использовать ситуацию в свою пользу. Предотвратить что-либо Зогги не успел: тупорылые безмозглые бойцы, оказавшись в нестандартной для них ситуации, не придумали ничего лучше, как вытянуть свои тарахтелки и открыть огонь по этому провокатору. Окрик старшего группы они наплевательски проигнорировали, и началась бойня. Несостоявшийся клиент среагировал нестандартно: толкнул вперед себя девушку, которой до этого момента прикрывался, как щитом — племянник успел увидеть, как две длинных очереди его бойцов покрошили ее красивое тело в фарш.
        Потом незнакомец в скафе активировал защитное поле, и специалист по переговорам обреченно понял, что им всем конец и дело совсем кислое: против штурмового скафа шестого поколения с активным щитом ни одного шанса. А потом наплечная приблуда скафа этого клиента выплюнула в Зогги первую порцию плазмы: его скаф выдержал удар раскаленной энергии, но прислал на нейросеть сообщение о критическом состоянии защиты.
        — Как же так получилось, где мы ошиблись?  — успел подумать племянник перед тем, как ему в голову прилетел второй заряд от турели, поддержанный несколькими лазерными импульсами того пистолета — щиток не выдержал и сознание Зогги разорвало вспышкой обжигающей боли…
        Так что сейчас Найл Фросс в ярости сжимал и разжимал кулаки, во второй раз просматривая запись этого злополучного похода «за легкими кредитами», где он потерял своего родственника, подававшего большие надежды на успешную карьеру в картеле. Его сотрудники уже успели собрать некоторую информацию по этому Максу Шнитке, а виновные в том, что недостаточно просчитали ситуацию, уже жестко наказаны. Ведь и слепому понятно было, что этот тип сложная цель: одинокий шахтер, не боящийся путешествовать так далеко от родных систем в малом космическом корабле, да и сам кораблик оказался не совсем шахтерским. Далее — тяжелый штурмовой скаф шестого поколения — все эти мелочи должны были быть учтены при его разработке — такое оборудование простой шахтер не использует в своей работе — у этого бриларца определенно есть боевые навыки.
        Поиск по своим тайным каналам показал, что этот самый «Фортер 6к2 т» под идентификатором проклятого Шнитке полчаса назад покинул систему Ласс-Корт в направлении конгломерата Хаман. И вот сейчас Найл был в раздумье: забыть об инциденте, проведя выборочные воспитательные мероприятия среди аналитиков картеля — на будущее, так сказать. Или послать за этим шахтером, отправившим на тот свет четверку его людей,… хотя, троих можно не считать: одна бесполезная шлюха и два тупых безмозглых шкафа — и тех и других вокруг было много. А вот племянника с таким потенциалом было откровенно жаль — отличный молодой аналитик и переговорщик. В конце концов, шеф картеля решил сделать и то и другое: отдал необходимые распоряжения помощникам и пригласил к себе Лука Ваносса — это был специалист по решению тяжелых спорных вопросов картеля, и под его руководством была небольшая группа профессионалов-убийц: эти люди должны были найти и разобраться с наглецом.
        — Лука, вот тебе задача: догнать и разобраться с неким Максом Шнитке — эта сволочь укокошила моего Зогги — найдешь, выпотрошишь наизнанку, кораблик уничтожишь — чтобы об этом типе даже воспоминаний не осталось. Пока не найдешь, даже не думай показываться мне на глаза: где хочешь, хоть в Хамане, хоть у рабовладельцев, хоть в короне звезды — найти и убить. Все данные на него возьми у секретаря, понял?
        — Да, шеф, понял, не беспокойтесь — не таких находили и ломали — уверенно ответил наемник.
        — Советую тебе отнестись к этому вопросу серьезно — этот тип не так прост… Возьми рейдер — тебе предстоит долгий полет, нужна максимальная автономность. Все, я тебя больше не задерживаю…
        Через час систему покинул модернизированный под заказ крейсер — картель использовал этот корабль для тайных операций и быстрых ответных атак на действия конкурентов. Командир наемного отряда решил прыгнуть вперед на пять систем по направлению Хамана и там подождать клиента. Когда через восемь суток, включая неделю в гипере, стало понятно, что шахтер изменил привычный маршрут и отклонился где-то по пути сюда, наемники провели короткое совещание, в результате которого решили проверить несколько систем с астероидными полями в ничейном пространстве между Дивели и Хаманом. Логично предположив, что копатель будет искать себе ценное сырье где-то в таких местах, подальше от общепринятых трасс, определили несколько таких, подходящих под заданные параметры, и, разогнавшись, прыгнули в первую по списку.
        Там было пусто — выбрали новый вектор и снова прыгнули, но и там их ожидала пустая безжизненная система. Удача улыбнулась им только в шестой по списку — предпоследней из подходящих под их критерии — это был уже глубокий необследованный космос. Здесь по информации из баз несколько раз были замечены летающие крепости валлингов, и по определению, это место следовало облетать стороной. Но прямой приказ шефа не оставлял лазеек для Луки и его людей — или голова этого шахтера, или его собственная.
        Первые три промежуточные точки своего маршрута Макс проскочил, не глядя: тут даже теоретически не могло быть ничего, поэтому спал, бегал и лежал в капсуле, изучая остатки баз по большим космическим кораблям. В четвертой точке поменял направление прыжков, уклоняясь в сторону от стандартного пути в Хаман: решил попытать счастья в одной из ничейных систем в диком космосе, которую навигация описывала, как возможное место появления высокоразвитой цивилизации валлингов. Что тут искали эти гуманоиды, никто естественно не знал, так как контакты с ними почти в 100 % случаев заканчивались для кораблей Содружества плачевно — чаще всего под раздачу попадали эскадры конгломерата. Технолог посчитал, что в такой рискованной системе он никого не встретит из людей, так как умные гуманоиды из числа жителей Содружества таких встреч старательно избегали, но допустил мысль, что такая огромная штукенция, как эта летающая крепость, не обратит внимания на мелочь, вроде его «Фортера». Особенно, если тихо сидеть в астероидах, пилить камни и не высовываться с предложениями знакомства — такой был у него план.
        Навигационная карта сектора, по которому сейчас летал наш герой, описывала в системе небольшой астероидный пояс возле орбиты газовой планеты-гиганта — пятой по счету от голубого гиганта — местной звезды. Данных о разведке поля не было — и это понятно: корпорации сюда не лезли, оберегая свои активы в виде обогатительных мобильных комплексов, а дикие шахтеры, такие, как он сам, своими сведениями не спешили делиться с потенциальными конкурентами. Сам пояс оказался небольшим по меркам добывающей отрасли — всего сорок пять километров в самом большом своем измерении, но и этого хватило технологу на сутки полноценной разведки. Ларт тут был, точно так же, как и его собрат по ценовой группе ссм — торувал, правда количество удручало — по самым смелым оценкам Марса, работы тут всего на половину стандартных суток, включая обогащение в комплексе.
        Собственно, задача забить трюм сырьем у Макса не стояла — проходить такой длинный отрезок дикого пространства с плохой динамикой и маневренностью он не собирался — ему требовалось всего пару килограмм концентрата для ремонта скафа Дэ'галир. Но, не оставлять же здесь такое редкое и ценное сырье — внутренний жадный зверь взял под контроль тело разумного и повел «Фортер» к месту обнаружения ларта, потом то же самое было проделано с месторождением торувала. В итоге, потратив запланированные двенадцать с небольшим часов на все шахтерские операции, землянин стал обладателем восьми стандартных кубов кссм лартин и шести таких же кубиков кссм торувалина. Сразу отпилил кусок концентрата лартина и бросил его на скаф — изделие древних мастеров каким-то образом поглощало ценное сырье внешней частью костюма. Оставив изделие самому разбираться с вкусной пищей, вернулся в каюту отдохнуть: маневрирование в этом поле вымотало его, и он решил попить любимого пэвасса и посмотреть что-то развлекательно-расслабляющее.
        Выбор пал на очередной сюжет из галактической передачи курьезов «Самые дебильные рекорды и фразы Содружества». Тут его внимание привлек ролик почти десятилетней давности — как он мог пропустить такое интересное видео, для него самого оставалось загадкой — скорее всего, Марс что-то намудрил с маркировкой пакетов в своем каталоге. Тем не менее, снова одиозный Рушкостан и его бессменный лидер «бесконечный» порадовали всех жителей Содружества. Дело было так: на некоей территории протектората местные любители фауны пригрели на короткое время, а если быть до конца точными, то до конца теплого периода года, птиц с названием «стер-х», хотя многие специалисты в области птицеводства называли их по-другому: «журафф-ли». Но хорошие теплые времена вечно продолжаться не могут по определению природы, и по всем законам животного мира этим птицам следовало вылетать на сезонную миграцию в другую часть планеты, где климат был более комфортным, чем в протекторате.
        Но птички почему-то не хотели улетать: объяснить этот феномен яйцеголовые, которых тут называли орнитологами, не могли. А почему не могли — они сами не знали — только чесали в растерянности затылки. Вариантов выдвигалось много, но в основном, все сводилось к простому объяснению — дапатамушо! Видя такое бедственное положение с редким видом птиц, руководитель Рушкостана решил помочь найти стае правильное направление полета, а заодно и прорекламировать себя перед всем Содружеством. Задумка была проста, как бутылка местной вадяры: берется белый комбинезон и одевается. Потом берется странный летательный аппарат под названием толи мотоплан-дельта, толи дельто-мото-план — туда садится герой сюжета и начинает изображать главную птичку в стае с расчетом, что все остальные журафф-ли проникнутся и рванут за аппаратом в теплые края. В общем, план у товарища определенно был, и, судя по названию, убойный. Кстати, непонятно было по сюжету, зачем герой надел белый комбинезон — сам птичка не была белой — какая-то смесь цветов на основе белого.
        Видимо умные птицы почувствовали обман со стороны гадких двуногих организмов, так как даже в белом комбинезоне главный администратор совсем не походил на их собрата, да и летательный аппарат был большим и громко ревел своим допотопным двигателем. Возможно, следовало надеть клюв, как предполагалось при планировании этой акции, но Вэвэ в последний момент отказался от такого эпатажного украшения и не стал его цеплять. Как бы там ни было, но шоу продолжалось долго — пока не закончилось горючее в этой тарахтелке. На первом взлете за агрегатом полетела всего одна птичка, на второй попытке уже пятерка стер-хов, однако после пары разгонных кругов только два экземпляра продолжали лететь за аппаратом. Очень удачно сработала камера, установленная на этом дельто-мото-плане: она показывала и пилота и птиц, которые летели сзади и пытались изо всех сил догнать своего вожака.
        Специалисты-орнитологи выдвинули мысль, что было бы больше успеха, если бы этот самый план-мото-дельто не рычал двигателем и не отпугивал потенциальных крылатых путешественников, а просто махал своей конструкцией, изображая главного «птыца» в стае. Некоторые журналисты Содружества, комментируя кадры, где показывались отчаянные и бесплодные попытки стер-хов догнать лидера клина, выдвинули несколько интересных идей, пойдя дальше своих конкурентов из протектората.
        — Судя по поведению и полету этих журафф-лей, можно с большой долей вероятности утверждать, что стая пытается догнать своего непризнанного вожака и объяснить ему, что теплые края в другую сторону, а там, куда хочет лететь он — там еще холоднее, чем тут, и дураков лететь на холод нет.
        Летательный аппарат еще долго кружился в небе, распугивая других птиц, животных и редких охотников в округе — вероятно, там что-то сломалось, так как это была местная поделка, и поэтому пилоту пришлось нарезать круги над просторами родины, пока не закончилось горючее. Также журналисты выдвинули одну интересную гипотезу, из которой получалось, что местные орнитологи пообещали своему лидеру косяк — и они его предоставили, как было видно по сюжету, но сам администратор, вероятно, думал о другом типе косяков — тут стороны просто не поняли друг друга. В общем, этот сюжет, и в особенности выражения морд этих стер-хов, которые всем своим видом показывали, что от происходящего они в полном шоке, сразу сорвал планку максимальной популярности в просмотрах и комментариях. Приведем лишь некоторые из них:
        — Общественность Латонги просит уважаемого Вэвэ прилететь к нам и также мастерски увезти от нас блох — мохнатый костюм настоящего гириша гарантируем!
        — Вожака заклинило клином…
        — А слабо в космос так слетать — там в любую сторону холодно.
        — Зачот! Теперь попробуй с муфлонами или с козлами, на крайняк — отметилось общество олбанских аффторов.
        — Вместо того чтобы птиц учить летать, лучше бы научил рыб плавать!
        — Лучше Вэвэ в небе, чем в Рушкостане!
        — Резиденция администратора в осаде: стая окружила строение, бьет клювами окна и требует своего вожака.
        Одна местная рушкостанская звезда даже посвятила этому эпическому полету свою песню, в которой припев звучал очень мелодично:
        — Улетай Вэвэ — улетай Вэвэ — улетай,… улетай вэвэ — у-улетай!
        Допив свой пэвасс, наш герой пожал плечами и глубокомысленно изрек:
        — Весело люди время проводят, и вообще — этот Рушкостан еще тот цирк…
        Решив немного отдохнуть после хмельного напитка, технолог быстро закусил, что послал ему синтезатор и улегся подремать. Долго расслабиться ему не дал его бортовой искин, вырывая своего хозяина из объятий морфея настойчивыми сообщениями.
        — Внимание, босс, зарегистрирован выход из прыжка…облучение обшивки…ответное сканирование. Идентификация…есть совпадение: тяжелый крейсер проекта «Важис-6т»  — шестое поколение, верфи Дивели…есть неопознанные модификации корпуса.
        — Хм, вот даже как,…модификации — задумчиво просматривал информацию о корабле наш герой — и что тут надо тяжелому крейсеру? Камни что ли пилить своими пушками будет? Вряд ли…
        Крейсер явно никуда не спешил и не собирался в ближайшее время разгоняться: возможно, что ждал еще кого-то для дальнейшего путешествия, а возможно что-то или кого-то искал. Так как Марс засек облучение обшивки, то было понятно, что о присутствии здесь еще одного корабля обитатели этого крейсера уже знают. Однако вылазить пока из привычного для него окружения наш герой не горел желанием — этому судну его «Фортер» на один выстрел,… ну, может на два. Внутри астероидного поля у землянина было больше шансов остаться целым и невредимым, поэтому, пока гость активно изучал систему, Макс вспоминал информацию из баз по средним космическим кораблям по данному типу изделия дивелийских конструкторов. Тяжелый крейсер проекта «Важис» был разработан инженерами конфедерации почти полсотни лет назад — примерно тогда, когда в Бриларе спроектировали его КИП. Упор сделан на огневую мощь — стандартно комплектуется четырьмя туннельными пушками среднего калибра четыреста сорок миллиметров «ЛТТ-440/2», где каждый ствол имеет время перезарядки около двух минут.
        Фактически, снайперский аппарат непрерывного действия — такие корабли входили в регулярные подразделения флота Дивели, а десять лет назад, когда конфедерация перешла на седьмое поколение, их стали продавать организациям наемников и корпорациям. Для максимального эффекта работы главного калибра крейсеру требовались услуги целеуказателя — обычно несколько таких входило в состав действующих соединений. Кроме основного калибра, гость был штатно укомплектован парой высокоточных лазеров средней мощности «БЛГ-850к2» и девяносто шестью турелями ближней обороны «То-62». Все это хозяйство питалось шестеркой мощных реакторов «Глоссер-1500»  — на группу источников питания цеплялся также фронтальный активный щит. По малым бортам информация из баз была для Макса обнадеживающей: три абордажных бота по стандарту Содружества на четвертак бойцов каждый и два легких разведчика «Пранти-6р»  — это были скоростные посудины без вооружения: только сканеры и высокая скорость полета.
        — С этим товарищем нам не по пути — констатировал технолог просмотренные данные — сидим и изображаем из себя нестандартный астероид — может ему надоест и сам уберется…
        — Выход малых бортов — отозвался его искин — три единицы…идентификация…успешно. Один разведчик «Пранти-6р» и два тяжелых КИПа «Корта-62», вектор движения в сторону «Фортера».
        — Не понял…это как?  — недоумевал специалист, поглядывая на тактическую схему — по описанию там должно быть всего два разведчика,… значит это те самые неопознанные изменения корпуса. И сколько там еще таких сюрпризов, чем еще меня удивят сегодня…?
        Макс пришел к неутешительному выводу, что этот крейсер не успокоится, пока не найдет его — опять прилетел вагон проблем. Размышляя над темой этого «тюнинга», наш герой наблюдал за быстро приближающимися гостями, и заметил, что характерно, что и сам базовый корабль медленно дрейфовал к полю, где он укрывался. Особых проблем для себя он не видел — с таким количеством малых кораблей он справится легко, его больше интересовало, сколько их еще есть на нестандартном крейсере, как далеко зашли эти неопознанные модификации?
        — Выход малых бортов — опять отозвался искин.
        На этот раз борт гостя покинуло всего два кораблика: еще один такой же разведчик и еще один такой же штурмовик. Однако эта парочка не спешила на встречу с «Фортером», а оставалась рядом с базовым кораблем. Марс отмечал периодическое сканирование объема со стороны разведчиков и крейсера, затем искин отметил изменение траектории и движения второй группы КИПов — те также приближались к нему, но делали это с противоположной стороны по отношению к первой паре разведчиков. Землянин следил за перемещениями красных точек на тактической схеме — Марс уже перевел корабль в боевой режим и сам пилот сейчас находился внутри бронированной пилотской капсулы в рубке. Первой мыслью, родившейся в голове специалиста, была идея о том, что его хотят атаковать одновременно с двух сторон, но потом он отбросил эту идею — кораблики-разведчики не имели вооружения, поэтому такой маневр был ему непонятен. Немного позже, когда обе группы москитов замедлились почти до полной остановки на краях поля, ему пришла в голову новая мысль, которая вскоре полностью подтвердилась.
        — Похоже, эти двое собираются заняться триангуляцией, чтобы максимально точно определять мои координаты для своего носителя. Но там, вроде, надо три точки… А вот зачем с ними эти штурмовики крутятся, непонятно…? А все, что непонятно — все настораживает…
        Тут он обратил на голопанель, куда искин передавал визуальную информацию соседнего пространства — там происходило что-то непонятное. От астероидов вокруг его места дрейфа откалывались куски породы и с высокой скоростью разлетались в разные стороны,… в том числе и в его сторону. Пару секунд усиленной работы мозга и его ошарашила догадка: крейсер стрелял из своих туннельных орудий по висящим рядом с ним в пустоте камням. Макс смотрел на эту картину и офигевал от логики атакующих: стрелять по астероидам в космосе, это все равно, что пердеть в океан и ждать, когда он станет газированным. Тем не менее, незнакомец продолжал свое гиблое дело, а до щита «Фортера» стали долетать высокоскоростные обломки небесных тел, снижая понемногу его напряженность.
        — Так дело не пойдет, надо поменять позицию — решил специалист и переместился за рядом висящую глыбу — заметил, что оба разведчика со своим сопровождением также слегка поменяли свое положение, удерживая его корабль в визуальном контакте, и обстрел снова продолжился.
        — Как-то это неправильно, что ли — размышлял наш герой — не представились, ничего не требуют, нормально не поговорили — и сразу стрелять. Надо познакомиться, может, меня с кем-то спутали,…Марс, попробуй выйти на контакт с этим крейсеров.
        Через пару минут искин смог установить связь с рубкой крейсера, но обстрел продолжал потихоньку беспокоить пилота — видимо на большом корабле посчитали, что разговоры стрельбе не помеха.
        — Хай, гайз! Уот а ю факинг дуинг хиа, ступид эсл?  — вежливо поздоровался с незнакомцем на голопанели наш герой — он всегда стремился быть максимально вежливым при встрече.
        — Не знаю, что ты там сказал, Макс Шнитке, но я тебя огорчу — говорить мы будем мало и только об условиях твоего самоубийства. Облегчи нам всем задачу — разнеси себе в прямом эфире свою тупую башку, и мы отсюда улетим. Как тебе мое предложение?
        — Не-не-не, это полный факин шит — отозвался специалист — голова у меня совсем не тупая и с ней все в порядке, такое радикальное лечение ей не требуется пока. Кстати, мы разве знакомы, я что-то тебя не припоминаю…? А вы меня ни с кем не попутали случайно, может системой там промахнулись, а?
        — Твоя клоунада тебе не поможет — ты огорчил серьезных людей, поэтому, хочешь ты или не хочешь, но в этой системе ты умрешь — и крейсер разорвал связь.
        Короткий разговор с гордым самоуверенным незнакомцем нашему герою не понравился: его специально искали и нашли. И только для того, чтобы убить — вспомнилось последнее приключение в Ласс-Корте — похоже, что родственнички убитых им лохотронщиков сильно огорчились, и решили отомстить ему по-взрослому. Между тем, точность выстрелов крейсера увеличилась, а возможно он стал применять какие-то специальные болванки, но постоянный поток осколков, который медленно, но уверенно снижал потенциал его щита, начинал его злить.
        — Надо этим сраным артиллеристам сбить прицел — подумал мужчина и решил внести фактор неожиданности в эту постановку.
        Привычно войдя в свой дар, огляделся: шесть активных энергоматриц в зоне чувствительности способности — большая темно-красная, почти бордовая сфера — это, очевидно реакторная группа «Важиса». Три оранжевых с одной стороны и две таких же с другой — это было именно то, что следовало незамедлительно убрать с поля боя. Осмотрел свое тело — изменения были серьезные: имплант расы лонари уже выстроил энергетические паутинки вокруг всех внутренних органов и кровеносных сосудов. По ним можно было бы изучать анатомию, хотя базы по медицине дали ему и так достаточное количество информации по строению тела человека. Полюбовавшись немного на себя любимого, специалист потянулся к корабликам врагов — первой выбрал двойку из разведчика и его спутника-штурмовика.
        Процесс выкачивания энергии из реакторов КИПов шел по накатанной, и чтобы не давать противнику времени на осмысление ситуации, тут же взялся за тройку их собратьев. Занимаясь энергетической атакой, дал приказ Марсу поменять положение «Фортера»  — без помощи своих разведчиков крейсер сможет попасть в него только случайно, если шахтер сам вылезет из поля в открытое пространство. Последний, пятый штурмовик взорвал уже испытанным способом — резерв был уже переполнен и мужчина снова почувствовал огонь разгорающегося внутри пожара. Кратковременная вспышка на месте тяжелого штурмовика «Корта-62» доставила землянину несколько приятных мгновений.
        — Ракетная атака — вырвал своего хозяина из расслабленного состояния бортовой мозг — похоже, что потеряв за пару минут весь свой малый флот, командир крейсера решил накрыть ракетами последнюю точку, координаты которой были переданы уничтоженными наводчиками.
        — Марс, форсаж вправо и вниз, за тот гигант из ренса — может, успеем — лихорадочно одевая свой «Шонц-6у» отдавал рискованные приказы пилот — форсаж в такой зоне был непредсказуем, но времени на смену позиции было катастрофически мало.
        — Выпускай противоракеты из всех установок — на таком крейсере этого добра больше, чем у всех КИПов легкого носителя — если накроет хоть парой, нам тут с тобой окончательный конец!
        Одеть скаф и укрыться в пилотской бронекапсуле пилоту удалось за рекордное для него время — всего две минуты. Затем еще полторы минуты нервного ожидания, пока стая смертоносных подарков добиралась до места дрейфа «Фортера», а потом короткий миг ада. Несмотря на кратковременный форсаж, выполненный искином по приказу хозяина, уйти далеко не получилось — все же из состояния покоя сразу набрать скорость нереально — инертность массы дает о себе знать. Противоракеты серьезно проредили стаю, но часть прилетевших сюрпризов накрыла зону пространства рядом с астероидом, возле которого в это время маневрировал «Фортер». Несколько мощных ударов, которые пилот почувствовал даже внутри защищенной капсулы, сотрясли кораблик так, что Макса встряхнуло в его бронированном убежище.
        А затем Марс взорвался длинным списком повреждений: почти все были критические — технолог не стал изучать детально их все, так как понял по нескольким из них, что в этот раз удача изменила ему, и скорее всего, его «Фортер» больше не сможет прыгать. Осознание этого факта вначале бросило его в холодный липкий пот всеобъемлющего ужаса. Несколькими секундами позже организм сменил свою реакцию на произошедшее прямо на противоположную, и землянина вновь накрыла красная пелена бешенства и ярости.
        — Я вас всех убью, твари, убью,… я сам умру, но вы отсюда не выберетесь, ублюдки! Сдохните, сдохните, сдохните, уроды — орал внутри капсулы потерявший над собой контроль технолог, одновременно вновь входя в свое вторичное зрение.
        Ярко горящая темно-красная сфера крейсера действовала на мужчину, как красная тряпка на быка. Присоединив к себе ближайший протуберанец от этого шарика, пилот стал тянуть из нее энергию на пределе своих возможностей. Кровь потекла у него из носа от напряжения, дикая злоба и ненависть к организмам, которые обрекли его на медленную и мучительную смерть в этой далекой системе, придавала ему сил и он рвал энергоустановку врага не жалея себя…
        ГЛАВА 13
        — Мы нашли его — усмехнулся Лука Ваносс, когда искин крейсера доложил об обнаружении активной энергоматрицы, которая была успешно опознана, как малый военный шахтер «Фортер-6К2Т», по совместительству — КИП прикрытия мобильных верфей. Выпускайте наводчиков, пусть определяют его точное местоположение.
        — Он в астероидах — нам его не достать, это все-таки шахтер — у него опыта полетов в таких полях больше, чем у всех наших пилотов — возразил старший помощник капитана крейсера, у которого всегда было свое мнение на все вопросы и ситуации.
        — Мы и не будем его доставать — сам вылезет, когда прижмет — рассмеялся наемник — устроим ему каменную карусель, постреляем немного вокруг него, ха-ха.
        — Стрелять в астероиды?  — помощник недоуменно посмотрел на Луку, потом перевел свой вопросительный взгляд на капитана — это как? Я слышал, конечно, что некоторые шахтеры так делают,… но там, вроде все как-то по-другому…
        — Отправляйте разведчиков, требуется, как минимум два вектора, чтобы начинать спектакль — мне такое показывали как-то в юности, когда я только пришел в картель — стал объяснять будущие действия команде этот тип — тогда было нужно проучить кое-каких несговорчивых шахтеров, те тоже думали, что спрячутся и отсидятся в своих камнях,…хе-хе.
        Вскоре оба разведчика под прикрытием тяжелых штурмовиков вышли на позиции и стали передавать данные на базовый корабль. Изображение на голопанели рубки показывало небольшой шахтерский кораблик непривычной крестообразной формы, который неподвижно висел за одним из таких небесных тел. Наемники равнодушно рассматривали цель: сегодня на одного дерзкого гуманоида станет меньше — все, кто вел себя неуважительно по отношению к картелю, рано или поздно платили за это. А этот шахтер, убивший четверых членов организации, заплатит своей жизнью — не он первый, и не он последний в их послужном списке. Затем на место штатного канонира крейсера улегся один из людей Луки Ваносса и все стали наблюдать за происходящим.
        Вскоре жертве надоело терпеть бесконечный дождь из метеоритов и осколков крупных астероидов, и он попытался поменять позицию, но безуспешно — один из двух разведчиков всегда видел его визуально, и поэтому смена местоположения ничего не изменила. Потом этот тип попытался поговорить с главным в отряде — сам Лука не любил пустых разговоров, а уж общаться с потенциальными покойниками, было, по его мнению, глупо. Тем не менее, парой фраз они перекинулись — наемнику было даже немного интересно посмотреть на напуганное лицо жертвы — так было всегда. Но в этот раз разговор его слегка обескуражил: тип на голопанели как-то пытался даже шутить — тут он всего не понял, так как некоторые фразы были сказаны на неизвестном ему языке. К тому же главе наемников не понравился спокойный, немного насмешливый взгляд шахтера, каким оценивала его жертва: обычно люди себя так не ведут, когда разговаривают с ним.
        Специалист по решению тяжелых вопросов разорвал контакт и приказал своему стрелку усилить обстрел, поменяв обычные болванки для туннельных пушек на модифицированные. Этот тип снаряда был со встроенным зарядом направленного действия — такие изделия применялись против брони средних и больших космических кораблей, и стоили, как четыре обычных боеприпаса. А потом ситуация для рейдера стала усложняться: вначале пропал сигнал с одного из разведчиков, затем исчез с тактической схемы прикрывавший его штурмовик — офицеры отряда, сидящие в рубке озабоченно поглядывали друг на друга и на свои тактические панели. Не прошло и пары минут с этих событий, как ситуация повторилась со второй группой наведения, но с небольшой поправкой — третий участник звена, тяжелый штурмовик «Корта-62» превратился в небольшую звездочку на пару коротких мгновений.
        — Что это такое? Что происходит?  — разразился вопросами Лука — что вы все заткнулись?
        — У меня есть теория, но звучит она немного фантастически — опять вставил свои пять кредитов старпом крейсера.
        — Раз ни у кого нет других версий, что ж, тогда мы послушаем уважаемого старшего помощника — кивнул руководитель операции — хоть кто-то что-то скажет…
        — Мне кажется, что мы нарвались на параэнергетика — я когда-то читал такое на одном портале, другого мне в голову не приходит — присутствующие в рубке негромко зашептались.
        — Что ты несешь, идиот?  — презрительно процедил Лука — псион, параэнергетик, и обычный шахтер? У кого есть еще объяснения факту потери связи с бортовой москитной группой? Какие будут идеи у капитана или офицеров?
        — Предлагаю по последним координатам, полученным от разведчиков до потери связи ударить полным залпом ракет. Если даже там и псион, это ему мало поможет против наших подарков — внес предложение о немедленной атаке шахтера артиллерист, который больше не стрелял, так как не видел цель и не получал данных с разведчиков.
        — Толковая мысль — согласился капитан и через две минуты крейсер осветился от залпа своих пусковых установок, которые отправили в сторону астероидного поля свой полный залп.
        — Он выпустил противоракеты,…откуда у него там столько?  — озадаченно комментировал полет группы подарков старпом крейсера.
        — Неважно, этого ему хватит, а если нет, то перезарядка пусковых блоков займет не более двенадцати минут — тогда и добавим.
        — Контакт с объектом — выдал сообщение искин — отмечаю уменьшенную сигнатуру в точке последних координат цели — требуется визуальное подтверждение атаки, так как противник не обнаруживается сканерами крейсера.
        — А что у нас еще есть из москитов?
        — Абордажные боты — будем посылать?  — задал вопрос старпом и тут снова всех отвлек искин.
        — Неполадки с реакторной группой, снижение поступления энергии в сеть крейсера, неконтролируемая утечка.
        — Что за…? Искин, доклад!
        — Регистрирую утечку энергии,…место утечки не определяется,…аварийная остановка реактора № 1,… резерв мощности отсутствует. Аварийная остановка реактора № 2,… недостаток энергии в системе,… отключаю вторичных потребителей от контура…
        Следующие десять минут в рубке нарастала паника: никто не понимал, что происходит, и только старпом сидел спокойно и наблюдал, как один за другим отключались источники питания, понимая, что без них этот могучий крейсер скоро станет для всех них братской могилой. А еще он вспоминал лицо этого шахтера и издевательский смех присутствующих, когда он заикнулся о псионике — как еще этот хаос можно было объяснить?
        В это время умная автоматика реакторной группы «Важиса» сопротивлялась, как могла, но что-то противопоставить энергоатаке взбешенного псионика не была способна в принципе. Искин крейсера тоже не смог найти решения этой внезапной странности с реакторами и утечкой энергии в никуда прямо из рабочей зоны последних — массивные блоки высокотехнологичных изделий глушились аварийно один за другим.
        — Отключение системы жизнеобеспечения через минуту, экипажу герметизировать скафы — последняя фраза искина вызвала у всех шоковое состояние: в происходящее не верилось, казалось, что это кошмарный сон.
        Несколько человек метнулось из просторной рубки крейсера в тщетной попытке добраться до своей каюты, где были их скафы — одетые на них комбинезоны могли поддерживать жизнь разумного недолго. На крейсере воцарилась паника, ругань и истерика — привыкшие убивать других, наемники панически боялись смерти, ведь все понимали, что значит отказ системы жизнеобеспечения в космосе…
        — 5 секунд, 4 секунды…  — отключения всех систем, перехожу на резервный источник питания — торжественно объявил искин, и все незакрепленное тут же плавно полетело вверх — пропала гравитация.
        Грозная и мощная боевая машина под названием «тяжелый крейсер Важис-6т», оснащенная по последнему слову техники в момент превратилась в большой набор высокотехнологичного мусора и стала медленно остывать, заперев в своей утробе более сотни людей, которые пока еще были живы, но практически были трупами — без корабля в скафе долго не протянешь. Лука Ваносс решил использовать остатки энергии в накопителях для того, чтобы еще раз поговорить с этим шахтером — близкая смерть сделала его немного разговорчивее и подтолкнула к диалогу. Искин пытался организовать разговор почти двадцать минут,…наконец наемник увидел своего противника: мужчина выглядел больным и измотанным: из носа текла кровь, глаза были неестественно блестящими, как драгоценные камни, лицо почти белое. Шахтер смотрел на Луку равнодушным неподвижным взглядом и молчал.
        — Скажи мне, ты псионик, да?  — спросил он у бывшей своей жертвы. Собеседник продолжал молчать и равнодушно рассматривать специалиста по трудным вопросам. Чего молчишь, скажи, все равно мне недолго осталось — пара дней, и энергия в скафе закончится…
        — А-ха-ха-ха — вдруг истерически рассмеялся человек на голопанели — пусть тебя не волнует вопрос энергии. Ты мразь, подохнешь, как говно, в прямом смысле этого слова — когда захлебнешься им. Хорошая смерть для такой твари, как ты — помереть от собственного дерьма, а-ха-ха-ха…  — тут связь оборвалась и воцарилась гробовая тишина — искин крейсера использовал весь свой аварийный резерв на этот сеанс связи.
        А на специалиста по решению тяжелых ситуаций накатили дикий страх и растерянность — такого конца он не мог себе представить в самых страшных снах…
        Максу было плохо — внутри него горел огонь — его резерв поглотил слишком много за один раз. Требовалось куда-то сбросить излишки, но вокруг не было ничего, не считая оставшихся двух еле работающих реакторов «Фортера»  — остальные были безвозвратно потеряны во время ракетной атаки крейсера. Да и желания что-то предпринимать у него не было совсем — вместе с переизбытком энергии на него навалилась чудовищная апатия — он неподвижно лежал в бронекапсуле рубки и бездумно таращился на тактическую схему — там было пусто и чисто. Бортовой мозг корабля уже второй десяток минут пытался достучаться до сознания своего пилота, посылая ему аварийные сообщения голосом и на нейросеть. Пилот был жив, и показатели жизнедеятельности укладывались в норму для боевой обстановки, но на вызовы своего искина не отвечал.
        Немного расшевелил его Марс, когда стал повторять раз за разом о каком-то входящем вызове — мужчина даже почувствовал какую-то заинтересованность — кто это тут еще нарисовался, вроде активных матриц не наблюдается…? Короткий диалог с тем самоуверенным типом, который совсем недавно предлагал ему взорвать себе мозг, закончился для технолога вспышкой истерического смеха, а затем он снова впал в равнодушное апатичное состояние и закрыл глаза.
        В далекой, никому не нужной системе, которую все навигационные карты советовали облетать стороной, в астероидном поясе медленно вращался вокруг своей оси покалеченный маленький кораблик, внутри которого в закрытой бронированной капсуле лежал человек. Он сейчас спал обычным сном, каким спят все после тяжелого дня. Рядом с ним, почти на границе астероидного поля висел в пространстве гораздо больший, по сравнению с ним его собрат. На нем тоже были люди — их участь уже была предрешена — в ближайших несколько дней все они медленно и мучительно умрут. Но человек в маленьком покалеченном кораблике пока умирать не собирался — он просто спал…
        Макс пришел в себя через шестнадцать часов и открыл глаза: тут ему вспомнилось все, что произошло с ним за последние сутки — он грустно усмехнулся, так как ему казалось, что это был просто жуткий сон. Но это просто ему казалось… Странно, но тот жар, который он ощущал у себя в груди от переизбытка поглощенной энергии, почти утих, и это его удивило, ведь интуитивно он знал, что такие эксперименты добром не закончатся,…а тут такой сюрприз. Решил сразу оглядеть себя: скорее всего последняя атака энергоматрицы тяжелого крейсера должна увеличить и усилить его внутренний резерв, хотя его теперешнее положение запертого в этой системе, как в мышеловке, навевало равнодушие — выбраться отсюда у него не было никаких шансов. Тем не менее, чтобы не поддаваться этому губительному чувству, следовало чем-то себя занять, а осмотр любимого организма тоже был каким-никаким, а занятием.
        Осмотрел: изменений было несколько. Во-первых, цвет резерва (внутренней сферы) стал вишневым, и очень темным: как смесь черного и вишневого, да и сама сфера в его груди увеличилась и достигла размера почти двадцати сантиметров в диаметре. Второе наблюдение касалось паутинок, которыми имплант обвил все внутренние органы — теперь все они были заключены в сплошную оболочку, пульсирующую темно-вишневым цветом, как и вся его энергосистема организма. Самих органов он теперь не видел, только вот такую «одежду». Что все это значило, было непонятно, но однозначно — ничего плохого для своего организма, так как физически мужчина чувствовал себя прекрасно, хотя морально был угнетен.
        И самое интересное было в-третьих: в ладонях появились маленькие светлячки — шарики диаметров не более двух-трех миллиметров — тонкие энерговоды шли от них прямо до сферы в груди — это было самое непонятное и неожиданное образование в нем. Тут он вспомнил описание работы импланта «Псио-А», который предлагался псионикам, которые придерживаются атакующего стиля использования своего дара — там говорилось что-то о таких изменениях в теле разумного.
        — Если это то, о чем я думаю, то мой дар вышел на новый уровень, хотя проверить не на чем пока — огорчился наш герой.
        Еще Макс обнаружил идущий от его резерва в груди тонкий ручеек энергии, который уходил куда-то за пределы капсулы, где он лежал до сих пор. Первым его порывом было выбраться отсюда и выяснить причину этого вампиризма, но потом он вспомнил о своем скафе древней расы Дэ'галир, который имел привычку подпитываться таким образом от ауры своего носителя. Очевидно за то время, которое прошло с момента привязки костюма к нему, накопитель скафа немного разрядился, так как землянин больше его не одевал. Таким простым понятным способом умная одежда древних мастеров сама поддерживала себя в 100 % готовности. Немного поразмыслив, мужчина пришел к мысли, что такая фишка этого чудо — костюма весьма полезна, так как всегда знаешь, где он находится в данный момент.
        Таким образом, со стороны своего здоровья и энергетики у него все было в порядке, теперь оставалось разобраться с состоянием «Фортера», так как во время последнего боя он почти не обращал внимания на сообщения Марса. В приступе «красного бешенства», как он для себя теперь обозначал те изменения со своей психикой, когда в глазах все становилось красного оттенка, ему было на все плевать — в такой момент им овладевало всеобъемлющее чувство ненависти и бешенства, и хотелось убивать всех подряд.
        — У меня определенно не все в порядке с головой — так землянин прокомментировал последнюю вспышку гнева. Ладно, это сейчас не главное, пора браться за материальное. Марс, доклад!
        На подготовку пакета хозяину бортовой мозг потратил две минуты: очевидно перечень повреждений и утрат был серьезным. Так и оказалось.
        Корпус — износ 68 %, требуется ремонт.
        Верхний трюм — уничтожен вместе со всем оборудованием.
        Правый трюм — уничтожен.
        Левый трюм — состояние корпуса 58 %, требуется ремонт.
        Нижний трюм — состояние корпуса 48 %, требуется ремонт.
        Маршевые двигатели «Гм-61ф» — есть отклик от левого и нижнего. Износ 65 % и 63 % соответственно, требуется ремонт.
        Прыжковый двигатель «Гс-6»  — нет отклика.
        Реакторы «Крок-6и»  — есть отклик от левого и нижнего. Износ 48 % и 46 % соответственно, требуется ремонт.
        Два промышленных лазера — уничтожены.
        Активный фронтальный щит — эмиттеры уничтожены, активация невозможна.
        Резервный щит — эмиттеры уничтожены, активация невозможна.
        Пищевой синтезатор жилого модуля «Васт-А6»  — износ 8 %, ремонт не требуется.
        Ремонтный комплекс «Крюги 63 м»  — отклик от одного дроида: износ 28 %, идеальное состояние.
        Сканер пространства «Скв-601»  — износ 18 %, ремонт не требуется.
        Промышленный сканер «Спс-601»  — износ 28 %, ремонт не требуется.
        Мельница смесей — уничтожена с верхним трюмом.
        Линия выделения кристаллического топлива «Шух-6м2»  — уничтожена с верхним трюмом.
        Радиальный конвейер — уничтожены линии связи с верхним и правым трюмами.
        Гравитационный захват «Пвг-206»  — износ 24 %, ремонт не требуется.
        Четыре дрона-добытчика «Дд-6ф»  — отсутствует отклик.
        Далее шли боевые модули:
        Две туннельные пушки диаметра 120 мм «Рт-120/70»  — отсутствует отклик.
        Два фронтальных игломета диаметра 36-мм «Ри-36/15»  — отсутствует отклик.
        Турели ближней обороны «Кст-8х2»  — отсутствует отклик от семи, одна частично дееспособна.
        Две установки управляемых РСД — уничтожены.
        Две установки противоракет — уничтожены.
        Запас воды — менее 71 % от полного объема.
        Запас топлива: левый бак 42 %, нижний бак 22 %.
        В перечне отсутствовали боевые дроиды — их Марс почему-то в свое бортовое оснащение не включал, поэтому с этими бойцами надо было разбираться отдельно. Такая же ситуация была с медицинской капсулой — ее искин не считал своим оборудованием, как и беговой тренажер «Торс-6ип», например. Скорее всего, все, что не входило в штатную поставку кораблика, им игнорировалось.
        Технолог смотрел на этот список и пытался сосредоточиться на проблеме — получалось плохо, так как снова стала накатывать злость на тех людей, которые отняли у него возможность летать. Проведя с собой мысленную внушающую тренировку, успокоился и стал думать о том, что у него осталось. Исходя из прочитанного, прыгать «Фортер» больше не способен, стрелять не может, пилить и обрабатывать руду тоже не может. Даже защититься от случайных астероидов или метеоров тоже не может — ракетная атака снесла все. Условно рабочими оставались две тяговые пары: нижняя и левая, которые теоретически позволяли немного двигаться, если сильно припечет. Рабочим можно было считать ремонтного дроида — состояние 72 % ресурса воодушевляло. Также работал гравитационный захват — можно попытаться его использовать нетрадиционно: направлять на большие камни и тянуть их к себе. По физике, следовало ожидать обратного действия: астероид остается на месте, а более легкий «Фортер» пытается к нему подлететь. Учитывая то, что сейчас почти половины корпуса не существовало и масса корабля почти вдвое меньше стандартной, можно было бы
попытаться сделать такой фокус. Но это на критический случай — все-таки два двигателя осталось и это радует.
        — Надо выбираться из капсулы и вживую осмотреть свой кораблик — пришел к решению Макс — думаю, что следует как-то добраться до крейсера противника — он полностью цел, может смогу своим даром реанимировать хоть один реактор,…в крайнем случае, запаркую там свой КИП и дальше… А что дальше? А, не будем загадывать так далеко — там на месте и решу, что делать дальше. Как ни крути, но там должно остаться что-то, полезное для моего выживания…
        Мужчина дал команду на открытие бронекапсулы — верхняя крышка послушно поползла в сторону — центральный модуль почти не получил повреждений — боковые грузовые трюмы приняли на себя весь удар, и это радовало. Медицинская капсула, беговой тренажер и даже джакузи, которое он как-то соорудил для своей девушки, оказались целыми и работоспособными. Правда, в самой ванне не было воды — Марс слил ее в цистерну перед боем, чтобы в случае отказа генератора искусственной гравитации, модуль не залило водяным пузырем. Также был дееспособен основной голоэкран рубки — там сейчас медленно вращалось ближайшее окружение «Фортера»  — искин добавил в свой доклад и короткую справку о динамике корабля. Отмечался слабый, затухающий дрейф в глубину поля и небольшая угловая скорость вращения КИПа вокруг центра тяжести — им сейчас была точка между нижним и левым трюмами, где-то в районе нижней герметичной переборки между трюмом и входным тамбуром.
        Макс решил проверить состояние дроидов — один ремонтный и все купленные боевые имели свои места в переходном коридоре, однако искин предупредил, что атмосфера поддерживается только в центральном модуле. За гермодверями жилого сектора уже был вакуум, хотя искусственная гравитация поддерживалась и там: часть нижнего трюма использовалась под дополнительный тамбур между жилыми помещениями и входным шлюзом. Следовало найти места утечек и герметизировать — сейчас вся атмосфера центрального модуля держалась на входной гермодвери, поэтому специалист отдал приказ Марсу откачать все из обитаемой части корабля, или вернее того, что от корабля осталось, и, дождавшись подтверждения, вышел в тамбур.
        Уцелевшая нижняя часть «Фортера» выглядела, как решето: множество мелких и средних пробоин в обшивке величиной от сантиметра до полуметра — вражеские ракеты постарались тут на славу. Пошел проверять состояние дроидов: ремонтный «Крюги» отзывался на запрос разумного, сообщая об ограниченной подвижности двух манипуляторов. Эту проблему специалисту удалось решить за час — рядом в индивидуальных ячейках нашел то, что осталось от двух других паучков комплекса — поражающие элементы ракет достали не боевых железяк даже тут. Но запчастями для своего более удачливого коллеги они поделились: специалисту пришлось работать в ручном режиме, снимая поврежденные детали и заменяя их целыми — вскоре ремонтный паучок провел экспресс-тест своего состояния и доложил о полном функционале.
        Потом дошла очередь до боевых машин: тут все оказалось почти идеально, так как сказалась военная направленность изделий — пара «Кланчей» и пятерка «Прилов» почти не пострадали, выдержав несколько попаданий осколков в свои корпуса. Боевые возможности практически не снизились — один паук сигнализировал о повреждении системы прицеливания, а еще двое жаловались на ограниченную подвижность ходовых манипуляторов — в общем, мелочи.
        — Какая ирония — размышлял наш герой — боевые пауки уцелели, хотя воевать тут не с кем — враги все умерли сами, а вот ремонтники наоборот… Лучше бы они местами поменялись, а то я с одним работником буду долго ковыряться с этими пробоинами.
        Затем землянин визуально проверил состояние реакторно-двигательной пары нижнего трюма, где он сейчас находился — тут все было более-менее удовлетворительно. Контрольная панель «Крок-6и» была раскрашена во все три цвета: красный, желтый и зеленый, но агрегат работал, выдавая всего 31 % от своего номинала. Низкий уровень ресурса маршевого двигателя мужчина отнес к внешним повреждениям дюз, скорее всего, так как внутри корпуса корабля конструкция двигателя особых отклонений не имела. Отметил малое количество кристаллической смеси, которое реактор использовал как топливо — тут он сделать ничего не мог. Потом обследовал частично целый левый трюм: тут ситуация была немного лучше, так как дырок было меньше и они, в основном, были маленькими — не более десяти сантиметров самая большая. Силовая установка и двигатель также ничем не удивили специалиста, отметил только, что здесь запасы топлива визуально были вдвое больше — примерно так, как и было в отчете бортового мозга.
        Теперь следовало выйти на обшивку и осмотреть состояние «выживших» двигателей — здесь процесс передвижения по корпусу корабля опять ввел в тоску нашего героя. Конструкция, которая раньше была его любимым и надежным другом, представляла собой жалкое и унылое зрелище: рваные куски силового набора уничтоженных модулей правого и верхнего трюмов, дырявые дюзы уцелевших двигателей, бронелисты обшивки, висевшие, как лохмотья какой-то тряпки — на боевой корабль все это совсем не походило. Макс застыл на броне, устремив свой взор вдаль: точка зрения, куда был направлен его застывший взгляд, медленно перемещалась — фигура человека вращалась вместе с этой покореженной конструкцией. Сила ударов, полученных корпусом КИПа от ракет, придала ему небольшую угловую скорость.
        Через пару минут оцепенения мужчина пришел в себя и вернулся к нормальному состоянию. Побрел по корпусу оценивать наличие и состояние маневровых газовых двигателей. Тут тоже чуда не случилось: из почти трех десятков этих устройств уцелело всего восемь штук — технолог дал указание искину задействовать имеющиеся сопла для прекращения вращения корабля. К моменту начала этого маневра он был уже внутри корпуса корабля — торможение заняло почти двадцать минут — так сказывалось малое количество маневровых сопел. Для заделки всех пробоин требовались материалы: куски обшивки и герметизирующая пена. Последний ингредиент был в достаточном количестве на корабле, а что касается первого, то вокруг «Фортера» кружилось и висело неподвижно огромное количество такого сырья. Чтобы не ловить транспортным лучом много разной мелочи притянул к корпусу пару больших кусков и пригнал единственного ремонтника.
        Данные с пробоинами он передал бортовому искину — тот вполне сам справится с такой простой задачей. Чтобы чем-то занять себя, взял упаковку герметизирующей пены и потопал в левый трюм, где стал задувать мелкие отверстия в корпусе, оставляя то, что побольше для своего ремонтника. Работа заняла три часа — семидесятиметровый трюм обойти было не так и просто, выискивая по всем стенкам пробоины и дыры. Ту же операцию повторил в нижнем трюме: здесь работы было меньше, так как размеры дырок не позволяли использовать такой простой прием с пеной. Бросил остатки упаковки на пол и вернулся в жилой модуль — Марс выдал прогноз ремонта на десять часов, с чем и согласился его хозяин.
        Все это время наш герой лежал в открытой бронекапсуле в рубке и смотрел на главную голопанель, где можно было рассматривать вражеский мертвый крейсер, или закрывал глаза и предавался приятным воспоминаниям. Большинство таких воспоминаний касалось его девушки: его маленького рыжего чуда, с которым у него ассоциировались только приятные и нежные моменты его жизни в Содружестве. Также он осмысливал свой короткий жизненный путь в этом мире: попал сюда замороженной тушкой раба, украденного с Земли в момент сна в Австрийских Альпах. Потом работа на рудо-обогатительной фабрике на серых рабовладельцев — в некотором смысле им можно бы было сказать спасибо за то, что познакомили его с таким продвинутым обществом звездного Содружества. Однако вспомнив своих соотечественников, вынужденных еще торчать в той железной коробке посреди холодного космоса еще неизвестно, сколько времени, наполняя при этом кошельки их хозяев, его чувство благодарности сразу испарилось.
        Чувствовал ли мужчина вину перед теми своими соотечественниками, которых оставил там, в Гарморе: скорее нет, чем да. Взять с собой тогда кого-то из оставшихся там людей он не хотел: Марту он потерял, а больше ни с кем там особо не был знаком и не сошелся ближе. Кроме того, вспоминая сейчас свой автономный перелет из Гармора в Брилар на своем первом корабле — тяжелом штурмовике четвертого поколения «Белз-4.2д», он приходил к мысли, что двоим людям на таком судне могло не хватить запасов атмосферных картриджей и запасов еды. Ведь в Лайну он прилетел с небольшими остатками того и другого — вполне где-то по пути вдвоем бы и задохнулись.
        Дальнейшую свою жизнь Макс посчитал правильной: повышал свой профессиональный уровень — шестой ранг шахтерского дела дорого стоил в этом мире. Первым ни на кого не нападал — тут его совесть была чиста, врагов убивал только при самообороне — даже вот этих последних он не хотел трогать, пока его не достали. В общем, жил так, как живет поголовное большинство жителей Содружества — делал деньги и строил планы на будущее. Жаль, что так все закончилось в этой системе — землянин отдавал себе отчет, в какую ситуацию он попал. Выход для себя он видел один: улечься в свою медицинскую капсулу на «Фортере» и ввести себя в состояние глубокого сна, близкое к полному анабиозу. Тут мужчина вспомнил, как он нашел своих приемных детей: Герта и Элию — те были в таком же состоянии. Горько усмехнулся иронии судьбы: скорее всего, он их больше не увидит — будет лежать здесь холодным куском мяса, пока в реакторах не закончится топливо.
        По его прикидкам, того вещества, что было в двух уцелевших топливных баках, на поддержание работы капсулы и бортового искина, хватит лет на тридцать, а если попытаться как-то добраться до тяжелого крейсера, то тех запасов хватит на полторы-две сотни лет глубокого анабиоза. Мысль о том, что его найдут лет так через сто, и он вернется обратно к своей Юли, позабавила его. Особенно, если учесть, что она, скорее всего, будет к тому времени жить с другим мужчиной — не будет же сто лет ждать его, она молодая и красивая… Но сама идея подтолкнула его к серьезному рассмотрению вопроса доставки «Фортера» на борт того крейсера. За такими размышлениями его застал доклад бортового мозга об окончании работ по герметизации корпусов нижнего и левого трюмов. Запустили обратно атмосферу, проверили на утечки — все был в норме. Вылез, наконец, из своего штурмового скафа и надел комбинезон — в нем было легче и удобнее.
        Вопрос транспортировки «Фортера» и посещения палуб тяжелого крейсера не выходил из головы, и мужчина поставил задачу Марсу на расчет такого маневра. Сложность заключалась в несимметричном расположении оставшихся маршевых двигателей, а также крайне бедном наличии маневровых сопел — с текущим их расположением у него не было шансов долететь до цели. Расчет был выполнен бортовым мозгом за десять минут: искин предлагал несколько очевидных технических решений. Во-первых, для такого короткого полета задействовать только один двигатель из двух оставшихся — нижний. Во-вторых, надо провести демонтаж всех маневровых сопел и расставить их по обшивке так, чтобы можно было разворачиваться и лавировать среди астероидов. Также Марс принял, как возможное в данной ситуации, решение пилота применить гравитационный захват корабля, как второстепенное средство маневрирования в астероидном поясе.
        Схема монтажа маневровых двигателей была согласована, и технолог взялся за дело. Трудно далась мужчине такая работа, так как часть операций ему опять пришлось проводить вручную: на некоторое время человек превратился в медлительного прямоходящего дроида с двумя манипуляторами. Работы по вскрытию обшивки, демонтажу и последующему монтажу в новых местах этих агрегатов заняли у этой странной парочки почти шесть часов: особо красиво не старались ничего делать, так как планировался рейс в один конец. Трубопроводы газовой смеси лежали прямо на поверхности обшивки в беспорядке — прятать в коммуникационные каналы их не стали, чтобы не выполнять лишнюю работу и не терять время. Хотя чего-чего, а времени теперь у Макса было навалом…
        Движение начали сразу же после монтажа и теста двигателей — делать в этом месте было нечего, поэтому, улегшись в пилотскую бронекапсулу, отдал приказ искину на запуск нижнего двигателя, наблюдая одновременно за показателями работы этого «еле живого» механизма. Дело шло плохо: низкий остаточный ресурс, а именно повреждения дюзы двигателя поначалу не давал того тягового усилия, которое требовалось для разгона корабля. И это было очевидно: там, где раньше работало четыре полноценных маршевых двигателя, сейчас еле пыхтел один. Землянин уже было хотел подключить второй уцелевший агрегат, но тут дал о себе знать бортовой мозг:
        — Фиксирую движение… 1 % от номинала, двигатель в желтой зоне,… 2 %… — при значении 7 % искин сообщил, что больше выжать не сможет, так как высока вероятность выхода из строя работающего силового агрегата.
        Полет до тяжелого крейсера растянулся на пять часов: из них три ушло на маневры в астероидном поле, и еще два часа изуродованное тело корабля ползло до своей цели по пустоте. Дальнейший порядок действий Макс обсудил с искином заранее: сложность попадания на борт «Важиса» состояла в том, что у этого корабля отсутствовала летная палуба и разгонный коридор — конструкция рейдера не предусматривала наличие свободного влета во внутреннее пространство корпуса, как это было у кораблей, имеющих бортовую эскадрилью. Здесь было в наличии техническое решение с индивидуальными стартовыми ячейками — теперь, при детальном близком изучении корпуса крейсера, специалист пришел к выводу, что все те неопознанные модификации, о которых сообщал Марс, как раз и связаны с этими ячейками.
        Часть из них была в закрытом состоянии, а парочка так и осталась с открытыми лепестковыми створками, выпустив своих постояльцев полетать наружу. Закрыть обратно уже не получилось — отсутствие на борту корабля энергии стало тому причиной. Технолог наметил для влета внутрь корабля одну их тех двух — по визуальным оценкам, одна из них была шире — видимо там раньше базировался штурмовик «Корта-62». В своем первичном, целом виде, «Фортер» не смог бы влететь туда, но сейчас, когда ему снесло два боковых модуля, габариты «модифицированного» шахтера позволяли влезть туда с небольшим запасом. Маневры на восьми газовых соплах убивали мужчину своей медлительностью и неточностью — инерция корпуса «Фортера» несколько раз срывала попытки кораблика втиснуться в отверстие ячейки, и корабль с глухим звуком сталкивался с корпусом крейсера. Наконец с четвертой или пятой попытки удалось влететь в круглое отверстие ячейки, задев при этом край входа стенкой левого трюма. Несильный толчок и вот уже корабль замер в своем новом пристанище — теперь уже навсегда, скорее всего.
        — Приехали, Марс,  — констатировал конец этого эпохального полета наш герой.  — Мы тут с тобой надолго, похоже. Пойду, посмотрю, куда мы попали…
        Конец четвертой книги.
        Продолжение следует.
        06/2017-08/2017.
        

 
Книги из этой электронной библиотеки, лучше всего читать через программы-читалки: ICE Book Reader, Book Reader BookZ Reader. Для андроида Alreader, CoolReader Библиотека построена на некоммерческой основе (без рекламы), благодаря энтузиазму библиотекаря. В случае технических проблем обращаться к