Важное объявление: В связи с блокировкой в России зеркала ruslit.live, открыто новое зеркало RusLit.space. Добавте пожалуйста его в закладки.


Библиотека / Фантастика / Русские Авторы / ДЕЖЗИК / Иевлев Павел / Уаздао: " №05 Когда Мир Сломался " - читать онлайн

Сохранить .
Когда мир сломался Павел Сергеевич Иевлев
        УАЗдао #5
        Шел герой,
        Ночной порой.
        Сочинял считалочку,
        Считалочку-выживалочку…
        Раз, два, три, четыре, пять - начинаем ВЫ-ЖИ-ВАТЬ!
        Когда мир сломался
        Павел Иевлев
        Дизайнер обложки Владислав Путников
        Глава1
        Неожиданно большой проблемой оказались мыши. Когда мир сломался, они рванули вдом, как голодные монгольские орды насытый Хорезм.
        Я ничего неимею против мышей. Они, вцелом, довольно симпатичные. Ушки, усики, лапки - трогательно идаже мило. Мы держали как-то хомячка - так вот мыши ничуть нехуже. Уменя кним всего две претензии - они срут ижрут. Жрут то, что мы планировали съесть сами, исрут тамже, где жрут. Спервым можно как-то примириться, совторым - никогда. Еслибы им, как коту, можно былобы поставить лоточек-туалет снаполнителем, то мыбы, наверное, даже делились сними едой, гладили их попушистым спинкам, иумилялись тому, как они забавно кушают, держа впередних розовых лапках кусочек сыра. Нет, вру, несыра. Сыр кончился первым, носухой корочкой поделилисьбы, муки ещё много. Вобщем, ужилисьбы как-нибудь (укота, правда, наэтот счёт своё мнение). Атак - нет, извините.
        Дотого, как мир сломался, я считал, что дом мышенепроницаем, нонет, просочились, как керосин. Взбираясь внутри сайдинга, отважные серые альпинисты где-то настыке ската крыши истены прогрызали «колбасу» углового утеплителя, ползли между кровлей ипотолком второго этажа изабрасывались вдом, как лихая ДШБ[1 - Десантно-штурмовая бригадаВДВ] - затяжным прыжком вшахту печной трубы. Ночью, когда труба остывала, было слышно: «Пи-и-и-и!» - шлеп. Топ-топ-топ попотолку.
        Приземлилась. Пошла искать своего счастья. Следующая: «Пи-и-и-и!» - шлёп. Топ-топ-топ. Кот вёл заневидимыми мышами носом, как целеуказатель радара ПВО, бесился, нервно мявкал, нодостать из-за потолка немог. Декоративный фальшпотолок изгипрока, сделанный вцелях получения ровной красивой поверхности, оказался нашим слабым местом. Снего мыши разбегались понишам холодных теперь труб отопления икабельным каналам ненужной уже внутренней локалки. Кабели были заложены при строительстве «навырост» (сприцелом набудущий «умный дом»), иих каналы стали местом дислокации мышиного диверсионно-партизанского отряда. Ночные вылазки запродовольствием часто кончались для них печально - кот был наготове, амы отодвигали наночь мебель отстен, чтобы сократить возможности скрытого передвижения противника, - нонаместо погибшего бойца вставали два новых. Жена каждое утро, ворча, отмывала отмышиных говен плиту, кухонные столы ишкафы. Самые ловкие ухитрялись нагадить даже вчайник. Дети быстро поняли, что забытая вкомнате печенька означает ночную разборку иделёж хабара между конкурирующими отрядами южной исеверной стен,
финальную точку вкоторой обычно ставил кот. Дети приучились немусорить исоблюдать пищевую дисциплину. Впрочем, печеньки тоже быстро кончились. Кот вначале отъедал мышам только самую вкусную часть - переднюю, выкладывая жопки схвостиками возле миски для отчётности, нопотом тоже понял, что пренебрегать белками ивитаминами сейчас невремя, истал сжирать целиком. Хотя сухой корм ещё был - мы его, перед тем, как мир сломался, как раз закупили самый большой пакет, - нопорции предусмотрительно урезали почти сразу - как только поняли, что это всё надолго.
        Серьёзные проблемы спродовольствием начнутся ещё несегодня. Вподвале пять мешков картошки, крупы рассыпаны постеклянным банкам отмышей, икруп много - одного риса больше двадцати кило. Смясом похуже - два ящика тушенки, поэтому едим его некаждый день. Рыбных консервов насегодня ещё четырнадцать банок, макарон восемь кило, итри коробки повосемь ИРП[2 - Индивидуальный рацион питания] - солдатских суточных пайков. Они рассчитаны намолодого голодного бойца, пробежавшего марш-бросок вполной боевой, так что при нашем вынужденно малоподвижном образе жизни это как раз надвух взрослых идвух детей. Срок годности пайков ещё полгода, ия очень сомневаюсь, что мы проживём так долго.
        Мы обэтом неговорим - морально-психологическая обстановка вовверенном мне подразделении итак оставляет желать лучшего. Даже кот скучает. Сначала ему нравилось - мыши, охота, веселье… Нопотом имыши кончились. Видимо, снаружи они все помёрзли, авнутри постепенно переловил, осталась парочка самых хитрых иловких, настоящих мышиных ниндзя. Теперь кот грустит, что нельзя выйти погулять, как он привык. Регулярно мявчит упорога гнусным голосом, требует выпустить, кричит: «Свободу домашним животным!», но, когда я выхожу задровами, высунет нос запорог - инемедля возвращается обратно, тряся застывшими ушами. Потом, поев ипоспав для снятия стресса, начинает проситься снова - думает, что это безобразие уже кончилось. Нонет, некончилось, конечно. Мы, наверное, кончимся раньше.
        Младший всвои пять переживает только онедоступности «Ютуба» сновыми сериями «Тоботов» и«Фиксиков». Когда мир сломался, мобильный интернет пропал вместе совсеми прочими радиосигналами. Радио ителевидения тоже нет, как исигнала GPS соспутников. Впрочем, наDVD-дисках целая прорва кино имультиков. Мы смотрим их вместе, каждый условный вечер - всёже какая-то культурная программа. Атак больше читаем поуглам, каждый сосвоего ридера - кроме Младшего, он пока только осваивает печатное слово. Хорошо, что мы при ремонте квартиры вывезли сюда все бумажные книги изгорода. Вкрайнем случае, ими можно топить печку.
        Старшая всвои тринадцать - одна сплошная подростковая депрессия. Вэтом возрасте итак довлеет мучительное «кто я изачем я?» и«обоже, уменя ТОЛСТЫЕ НОГИ!!!», атеперь ещё ився социализация похерена. Естьли жизнь вне «ВКонтактика»? Скем кокетничать, скем дружить, вкого влюбляться? Мотает нервы. Впервую очередь матери - наменя-то где прыгнешь, там иотскочишь. Срывается наМладшего, который соскуки бывает навязчив. «А-а-а! Она меня пнула!» - «Ачего он ко мне лезет, чего?». Уодной злоба, удругого рыдания. Давит обстановка. Особенно стех пор, как мы потеряли второй этаж иСтаршей больше негде толком уединиться. Приходится спать вкоридоре упечки. Это самое тёплое место вдоме, ноиличного пространства никакого. Тяжело. Акому легко? Вру ей, что все непременно скоро закончится, апосле того, как она соскуки прочитала столько книг, ей политературе нето, что пятёрку - памятник поставят. Конный, награнитном постаменте водворе школы.
        Электронная библиотека уменя огромная. Читать - неперечитать. Дважды вдень мы запускаем генератор, чтоб пополнить аккумуляторы автономки, закачать насосом воду изскважины, продуть дом принудительной вентиляцией изарядить все гаджеты, отмоего ноутбука додочкиного айфона. Всплываем, так сказать, наперископную глубину. Айфон старый, поза-позапрошлой модели, ноона держится занего, как заякорь нормального. Артефакт несломанного мира. Читать удобнее сридера, интернета нет, ноона гоняет нанем пару простеньких игрушек. Сидит всвоём углу упечки итычет пальцами вэкранчик, завесившись отнас волосами - изображает собой символ отрицания реальности. Сейчас даже втуалете надолго неуединишься, холодно. Дверь закрывается строго натот момент, когда он используется поназначению, востальное время стоит нараспашку, чтобы был теплообмен состальным домом. Иначе моментально остынет, итрубы замёрзнут. Засидевшись там, рискуешь примёрзнуть кунитазу.
        Канализация ещё работает, как ни странно. Я ожидал, что переливной трёхкамерный септик промёрзнет, иунас будут большие проблемы, но, видимо, слой снега работает теплоизоляцией, арегулярно поступающая туда посливу горячая вода поддерживает плюсовую температуру. Подвал начал подмерзать, приходится открывать люк, чтобы попадал издома тёплый воздух. Фундамент утеплён иотсыпан окатышем пемзы, холод подбирается кподвалу снизу. Это тревожный симптом - значит, почва уже глубоко промёрзла исептик тоже вопасности. Каждый день выливаю втрубу ведро нагретого напечке кипятка, незнаю, поможетли… Еслибы сразу укрыть люки ипочву над баками утеплителем, нокто знал? Теперь уже доних недобраться - тепло, идущее отсептика, подтопило снег снизу, ион образовал ледяную броню толщиной вметр. Хорошо хоть, трубы глубоко ивтеплоизоляции. Будем лить кипяток инадеяться налучшее. Душ теперь - недоступная роскошь, купаемся вкорытце, поставленном вванну. Потом этойже водой моем посуду, только споласкиваем чистой - посудомоечная машина, разумеется, недоступна тоже. Вода греется напечке ввёдрах. Ничего страшного, наши деды только
так ижили. Греть воду электричеством, как было дотого, как мир сломался - недопустимая роскошь. Топлива для генератора осталось около семидесяти литров, хотя вначале было почти двести: пятьдесят вбаке генератора, сорок пять вбаке машины, ипять канистр подвадцать литров. Вначале казалось, что все это неможет быть надолго, ибензин жгли активнее. Теперь экономим, конечно. Свет саккумулятора попараллельной, низковольтной линии надвенадцативольтовые светодиодные светильники. Они вовсех помещениях при постройке дома были смонтированы как аварийные - электричество тут идотого, как мир сломался, частенько отключали. Ненадолго, норегулярно. Нагенератор наскрёб несразу, поэтому первой аварийной системой была низковольтная, потом - двухкиловаттный преобразователь сдвадцати четырёх надвести двадцать, сдвух «танковых» аккумуляторов насто ампер-часов каждый, нонизковольтная разводка осталась. Я для неё смашины снял аккумулятор. Черта теперь втой машине? Когда я сообразил слить бензин иснять батарею, пришлось уже копать кней тоннель. Второй тоннель - кдровнику. Он очень важен, поэтому, когда снег встал выше моего
роста идорожка превратилась вподснежный ход, я обдул его газовой тепловой пушкой. Своды истены схватились льдом, стоит прочно. Когда идёшь задровами сфонариком, то лёд красиво переливается влуче света, вид необычный ипочти праздничный. Сначала даже «гуляли» там, чтобы хоть как-то выйти застены дома, нотеперь каждый поход - как выход воткрытый космос. Несмотря наслой снега сверху, температура втоннеле ниже, чем могут показать наши градусники, имеющие оптимистичный минимум вминус пятьдесят. Унасже неОймякон инеНорильск, тут, пока мир несломался, иминус тридцать раз вгод натри дня случалось. Атеперь наверху, над снежным покровом, спирт замерзает. Я утешаю себя тем, что спирт, наверное, несовсем чистый, так что там неминус сто, авсего градусов семьдесят-восемьдесят… Втоннеле кдровнику спирт ещё незамерзает, внем теплее - воздухообмен сдомом, пришлось пробить отнорки квентканалам. Принудительная вентиляция работает через рекуператоры, сберегая тепло, новсё равно потери неизбежны.
        Вот иещё один повод для «выхода вкосмос» - скалывать лёд навыходе рекуператора. Часть влаги уносит втрубу печка, новсё равно остаточная влажность воздуха достаточная, чтобы засутки обмерзало. Пока генератор работает, канальные вентиляторы обновляют воздух вдоме, апотом выходишь сколоть лёд. Тоже моцион всё-таки, хотя одеваться приходится сурово. Рукавицы поверх варежек, надетых поверх перчаток… Космонавту воткрытом космосе ито ловчее орудовать, нодеваться некуда. Надо следить завыхлопом генератора - его трубу пришлось наращивать кустарно ибыстро, срез оказался ниже уровня снега, так что я приспособил наскоро отодранную водосточную трубу. Она разогревается, снег подтаивает, потом замерзает, труба деформируется, сползает… Упустить это дело легче лёгкого, апоследствия будут летальны - выхлоп пойдёт вгенераторную, оттуда вдом… Вовсех жилых комнатах висят электронные детекторы СО2, аупечки ивгенераторной - датчики СО. Они дважды уже спасали. Кстати, пока я тут «воткрытом космосе», один, сам ссобой, признаюсь - это относительно лёгкий способ умереть. Лучше, чем замёрзнуть. Я-то знаю. Немогу недумать,
что мне, возможно, придётся выбирать для моей семьи способ смерти. Я живу сэтим непервый день иэто самое тяжёлое лично для меня. Это почти непереносимо. Нопока «почти» - живём дальше.
        Незнаю, что больше всего гнетёт жену, ноона плачет ночами, я вижу. Это самая гадкая разновидность мужской беспомощности - когда женщина плачет, аты неможешь ничего сделать. Я многое умею, ноневмоих силах починить сломавшийся мир. Тяжело ей. Живём ввечной полутьме, нааварийных лампах, вотносительном холоде - держим плюс восемнадцать, экономим дрова. Я наслужбе ко всему привык, ножена уменя легко мёрзнет. Я всегда дразнил её «зябликом», ей комфортно при двадцати пяти ивыше. Мне после Заполярья все кажется жарко, имы раньше нераз препирались поэтому поводу. Невсерьёз, конечно. Мы никогда всерьёз неругаемся. Когда-то я ушёл сослужбы, чтобы она никогда больше неплакала, глядя вморе схолодного берега, имы долго-долго были счастливы. Идаже теперь среди чёрных мыслей одна светлая - мы всё-таки вместе.
        Черт сней сослужбой. Эти «десять лет встальном гробу…» несамые приятные воспоминания вмоей жизни, хотя инесамые паршивые. Мне иногда кажется теперь, что мы снова лежим нагрунте, абалласт продуть неможем. Реактор ещё работает, вотсеках тусклый аварийный свет, опреснители выдают воду, регенераторы - воздух, накамбузе полно еды - ноотсек заотсеком заполняет вода, ивсем понятно, что, если непроизойдёт чуда, то тут мы иостанемся. Эх, БЧ-5[3 - БЧ-5отвечает закорпус подлодки, живучесть, энергетику иход. Их дразнят «маслы», «трюмные», «маслопупые» итак далее.], маслопупие мое… Там была уверенность, что тебя ищут ислабая надежда, что найдут раньше, чем ты вдохнёшь впоследнем пузыре под переборкой стылой забортной воды…
        После службы я долго строил чужие дома, чтобы построить свой. Ушибленный Заполярьем, очертеневший отскученности втесноте стальных отсеков, поселился подальше отлюдей, наотшибе, купив недорогую развалюшку сзаросшим участком. Перспективы нагаз небыло, так что греться пришлось дорогим электричеством. Чтобы неразориться нанем, строил «энергоэффективный» многослойный каркасник - его можно иводиночку возвести, если руки изнужного места растут. Дом получился настолько хорош, что даже холодной осенью отапливался чутьли ни одним дыханием. Ноживы мы досих пор благодаря моей мудрой жене - она запретила мне разбирать оставшуюся отстарого дома печку. «Зачем она нам? - спорил тогда я. - Унас электрический котёл итёплые полы. Унас для уюта камин вгостиной! Печка всё равно слишком мала для нового дома! Она усложняет проект!». Жена настояла - небольшая, нофактурная печка ей нравилась. Ичтобы мы теперь делали содним электрокотлом? Живём вокруг печки, она греет две спальни икоридор, ночасть тёплого воздуха попадает востальные помещения первого этажа, держа там плюсовую температуру. Гостиную подтапливаем камином.
Второй этаж мы потеряли - наш первый затопленный отсек. Без циркуляции теплоносителя втрубах мы какое-то время поддерживали там температуру просто конвекцией - тёплый воздух поднимался через проем лестницы и, если незакрывать двери спален, то температура была пригодной для жизни. Старшая уж очень нехотела уходить изсвоей комнаты, да имне кабинета было жалко… Тогда мы ещё ждали спасателей, жгли сигнальные лампы, думали, что нам только «день простоять, да ночь продержаться». Нохолодало быстро, аснег, покрыв первый этаж, навтором остановился посередине окон. Видимо, весь кончился - температура упала так, что влага ввоздухе уже недержится. Для первого этажа снег сыграл роль дополнительной теплоизоляции, нонавторой его нехватило, итеплопотери оказались слишком велики. Всарае лежали упаковки утеплителя, предназначенные настройку, я прокопал туда тоннель, притащил вдом иразложил пеноплекс вдва слоя пополам второго этажа. Перекрыл воду, слил унитаз, залив колено тосолом и, демонтировав перила лестницы, закрыл проем большим листом ОСБ. Задраил затопленные отсеки.
        Ничего ценного там неосталось - голая мебель. Когда дрова кончатся, идонеё дойдёт очередь - достанем. Книги, постели, одежду - всё перетащили вниз. Стало немного тесновато, ноэто ничего. Переставил вспальню исвой компьютер изкабинета. Он, вотличие отноутбука, прожорлив, нонанем можно играть. Теперь уСтаршей два часа вдень скромного счастья - пока работает генератор, она гоняет свою эльфийку-лучницу по«Скайриму». Хотябы там ей есть куда пойти. Лишние триста-четыреста ватт, ноничего, нежалко. Когда приходит время глушить генератор, она чуть неплачет, зато есть зачем ждать следующего включения. Создаёт иллюзию смысла, структурирует время, есть, очем поболтать - Младший неотлипает отмонитора все время игры ипереживает загероиню, да имы сженой синтересом слушаем рассказ оеё приключениях. Событий унас тут, мягко говоря, немного, ате новости, что есть - нерадуют.
        Узких мест два - топливо для генератора идрова. Изэтих двух проблем бензин меня волнует меньше - внашей борьбе заживучесть мы можем даже полностью потерять генерацию ивсё равно выжить. Изкритичных функций нанеё завязана только водоподача - насосная станция вподвале закачивает воду изглубокой скважины вдва пятидесятилитровых гидроаккумулятора. Это удобно, но, если что, наулице полно снега. Будем топить его напечке, как-то проживём. Правда, изсвета останется одна керосиновая лампа, ккоторой керосина натри заправки… Но, опятьже, ивтемноте жить можно. Или, вон, квелотренажеру генератор смашины прикручу - чего мы сженой его поочереди вхолостую гоняем? Много снего невыжать, нозарядить аккумуляторы светодиодного фонарика хватит.
        Дрова - другое дело. Мы никогда несобирались жить при печном отоплении, унас их невагон. Пара кубов пиленого-колотого дуба вдровнике. Мы думали, что это нанесколько лет уютного сидения укамина состаканчиком хереса, аоно вон как вышло. Сейчас дровник опустел уже наполовину, атемпература, как я полагаю, продолжает падать. Измерить мне её нечем, нонаверху, наповерхности снежного покрова, замерзают бензин испирт, ноещё незамерзает ацетон. Это значит, что минус семьдесят минимум, считая, что спирт уменя градусов 95. Это ещё некосмический холод, вОймяконе регистрировали минус семьдесят один, анаполярной станции Восток ивсе минус восемьдесят. Ноэтого достаточно, чтобы даже мой прекрасно изолированный дом сильно терял тепло наразнице температур. Это всёже дом, анекосмическая станция. Печку снекоторых пор топили аккуратно, нонепрерывно - я ночью стоял вахту, подбрасывал дрова. Кончатся дрова - вымерзнем засутки. Ну ладно, ещё день-два можно жечь мебель, потом книги, потом греть тепловой пушкой - газовый баллон для кухонной плиты полон, готовим мы напечке, - нопотомвсё.
        Я нерассматриваю вопрос, надоли нам выживать, если мир всё равно сломался. Я просто буду бороться допоследнего, я так устроен.
        Мы живём наотшибе инеособенно общались ссоседями, ноэто пригородный дачный посёлок, ещё неперешедший вкоттеджный, зимуют тут считаные семьи. Восновном, пенсионеры, иуних газ, который почему-то никак нельзя было дотянуть донаших выселок. Собственно, потому я икупил эту землю - научасток сгазом денегбы нехватило.
        Авот усоседей был газ. Теперь газа нет, азначит, нет иих самих. Кажется, кроме нас, вообще никого нет. Мы долго ждали, что нас придут спасать или кнам придут спасаться. Жгли сигнальную лампу над крышей, ноникто непришёл. Теперь уже неждём.
        Из-за газа впосёлке никто недержал запас дров. Однако уодного изсоседей, заядлого банщика, была поленница для бани. Довольно приличный объем, неменьше нашего. Правда, береза, отнеё копоть идёготь, нотут уж выбирать неприходится. Будем чередовать сдубом, чтобы выгорало. Наш шанс - как-то эти дрова достать. Попрямой доего дровника метров… Три стандартных участка подиагонали, плюс два проезда - итого примерно сто двадцать. Ерунда вроде, нокэтому добавляется пять метров снега. Вопрос назасыпку - копать напрямик тоннель или идти поверху? Потоннелю удобно таскать - нагрузил втачку ипопер. Нонапути тоннеля два забора - рабица теперь невмоде, увсех стальные изпрофлиста. Резать? Ладно, допустим. Уменя есть аккумуляторная болгарка, если ухитриться сохранить её тёплой, то, может быть, ипрорежу. Второе - куда девать снег изстодвадцатиметрового тоннеля? Это много, очень много снега. Докакой-то степени он уплотняется, ноненастолько. Значит, его надо выкидывать. Куда? Только наружу, навысоту пяти метров. Как? Вообще непонимаю. Нет идей. Прожечь тепловой пушкой ледяной коридор? Нехватит мне газа насто двадцать
метров. Да икак выдержать направление, которое я могу определить довольно приблизительно? Авот если выбраться наверх, то там ровная снежная поверхность, изкоторой торчат столбы икрыши, даже внынешней темноте незаблудишься, если сфонариком. Ивообще, открывается поле для маневра - недровамиже едиными. Где-то втрёх километрах трасса, навыезде стоит продуктовый магазин, анадругой стороне - заправка. Это еда ибензин. Дрова, еда ибензин - имы можем жить дальше. Покрайней мере, пока назамёрзшую снегом воду неляжет замерзший снегом воздух. Какая там температура замерзания? Минус двести? Непомню. Всправочнике вахтенного офицера этого нет, авинтернете уже непосмотришь.
        Значит, первая задача - подняться наповерхность, пройти сто двадцать метров, найти нужный дом, прикинуть, где его дровник, разметить дорогу вснегу. Как потом донего докопаться, атем более перетаскать дрова - это уже следующая задача, донеё ещё дожить надо. Шаг зашагом, одну мелкую задачу задругой - так исправимся постепенно. Неможем несправиться.
        Дорога наповерхность уменя уже проложена - я её называю своей «потёмкинской лестницей». Наклонный тоннель свырубленными лопатой ступеньками заканчивается небольшим выходным отверстием, которое я закрываю листом пеноплекса. Благодаря этому втоннеле нанесколько градусов теплее, чем наверху. Ступеньки лестницы, также как пол тоннеля, посыпаны пеплом изпечки иобдуты газовой пушкой, так что они ипрочные, инескользкие. (Ну, покрайней мере, пока нестоит задача перетаскать поним тонну дров). Отодвинув лист теплоизоляции, посветил фонариком набутылки - сбелым льдом спирта, жёлтым льдом бензина ивсе ещё жидким ацетоном. Ничего неизменилось. Унас это сейчас идёт захорошие новости. Иногда мне кажется, что наша печка - единственный источник тепла напланете.
        Глава2
        Я незнаю, почему мир сломался. Нознаю точно - когда. Это произошло вночь на31октября, впонедельник, впять часов сорок две минуты. Я это знаю потому, что, когда навтором этаже запищал бесперебойник, сообщая оботключившемся электричестве, я проснулся ипосмотрел насветящиеся стрелки «штурманских» часов. Подождал пару минут, ожидая, что электричество включится обратно, ноустройство продолжало противно пищать, ия поднялся наверх, чтобы его выключить. Выглянув вокно кабинета, я увидел, что света нет вовсем посёлке, идаже фонари освещения трассы залесом несветятся. Значит - авария большая иисправить её должны быстро. Это если наместном поселковом трансформаторе фазу выбило, то ремонтников можно исутки прождать, акогда рубанулась линия врайцентре, то они бегают, как наскипидаренные, их заэто имеют жёстко. Поэтому я нестал запускать генератор ипошёл обратно спать, уверенный, что кутру электричество будет.
        Однако когда я снова проснулся, постарой привычке всемь, небыло нетолько электричества, ноиутра. Ссовершенно чёрного неба крупными хлопьями падал снег.
        Мы приехали взагородный дом снамерением провести тут осенние каникулы. Вочередной раз обрезать деревья встаром саду, закрыть растения иклумбы, сгрести листья вкомпостный ящик - вобщем, подготовить кзиме. Когда-нибудь дети вырастут, имы переедем сюда жить совсем, нодотех пор школа исадик привязывали нас кгородской квартире. Там было уютно, нотесновато, иканикулам мы радовались чутьли небольше детей. Младшему жизнь загородом пока врадость, Старшая уже начинала морщить нос. Провести неделю наедине сродителями - нелучшая сеё точки зрения форма досуга. Альтернативы пока нет - слишком мала, чтобы оставлять её одну вгороде. То есть, конечно, она так несчитает, ноещё ненабралась достаточно подростковой козлиности, чтобы упереться рогом доскандала. Очень скоро мы, если доживём, будем жрать полной ложкой все прелести пубертатного подросткового бунта (ох, я всвоё время ураганил!) - ноещё несегодня. Погода была прекрасная, последние солнечные деньки осени, плюс десять, ни облачка. Мы гуляли поберегу реки, любовались прозрачной холодной водой, наслаждались тишиной - сезонные дачники разъехались, посёлок был
пуст. Поужинали, мы сженой выпили вина, отмечая приезд, илегли спать. Аутро следующего дня ненастало.
        Впервый день мы даже неочень испугались. Удивились - это да, досадовали надолгое отключение света - тоже было. Старшая расстроилась из-за отсутствия интернета - он непоявился, даже когда я запустил генератор иперезагрузил роутер. Сотовая связь пропала. Младший радовался снегу имы сним, несмотря натемноту, слепили пару небольших снеговиков. Мы сженой неочень хорошо себя чувствовали, ноотнесли это насчёт резкого изменения погоды. Выпили чаю сконьяком - стало полегче. Я несколько раз поднимался навторой этаж истревогой смотрел вокна, выглядывая вснежной метели итемноте далёкие огни - ноничего неувидел. Да, было слишком темно, чтобы оправдать это погодой, такой темноты небывает даже вполярную ночь. Ноя всё равно считал, что это какое-то редкое атмосферное явление. Ну, незнаю, как двойное солнце, только наоборот. Антисолнце какое-нибудь. Ведь раньше мир никогда неломался.
        Была мысль съездить дорайцентра или хотябы домагазина натрассе, спросить улюдей, что творится, ноя уже выпил коньяка, да иехать налетней резине втакой снег нехотелось. Решили - подождём дозавтра, заодно иснегопад прекратится. Ну неможетже он воктябре долго длиться, незима ещё. Посмеялись насчёт глобального потепления, да ипошли кпразднику готовиться - обещали детям отметить Хэллоуин, специально тыквы завезли. Втемноте без электричества праздник вышел даже романтичнее. Сидели при свечах, вставленных втыквы, пили чай склубничным пирогом, слушали, как наулице, шурша, падал снег. Это придавало происходящему привкус Нового Года. Я рассказывал детям про Самайн икельтов, про сложную историю праздника, перевранного иприсвоенного христианами, отрадициях осенних праздников урожая иязычестве… При свете тыкв это воспринималось особенно хорошо, даже скептическая повозрасту Старшая слушала, разинув рот. Абылбы интернет - сразу уткнуласьбы втелефон, пропуская всё мимо ушей. Ведь именно там происходит, помнению подростков, настоящая жизнь.
        Навторой день проснулись отхолода - печку наночь нетопили, только камин для уюта. Вкомнатах второго этажа было плюс пятнадцать, наулице - минус пятнадцать. Снег все ещё падал, засыпав нас досередины окон, стояла кромешная тьма без единого проблеска. Ехать куда-то было уже поздно. Струдом проломившись вснегу поуши досарая, достал лопату истех пор сней нерасстаюсь. Вот исейчас расширил ей лаз наповерхность, чтобы нетолько голову высунуть, ноисамому вылезти. Стараясь несмотреть вверх, пробежался поповерхности снега ярким лучом «тактического» фонарика - дома ближних соседей одноэтажные инад белым сверкающим покрывалом торчат только коньки крыш. Проезды можно определить поверхушкам столбов, идущим редкими параллельными пунктирами. Ага, мне примерно вту сторону. Неудержался, поднял луч света внебо иопять моментально, дотошноты закружилась голова инавалилась тяжесть.
        Пока валил снег, мы ещё рассуждали опричинах происходящего - почему темно, почему стремительно холодает, где люди, электричество, радиосигналы, вконце концов? Выдумывали извержение супервулкана, затянувшие всю Землю облака чёрного пепла, прочую ерунду - катастрофическую, нообъяснимую. Нокогда снег выпал весь имы впервые посмотрели туда, где было небо - больше нестроили гипотез.
        Просто мир сломался.
        Смотреть вчёрное ничто, которое нависло над нами, невозможно. Мы привыкли видеть над собой облака или тучи, луну или солнце, звезды или полярное сияние. Там, над головой, должно что-то быть. Когда там нет ничего, это непросто страшно, это непереносимо физиологически. Вестибулярный аппарат отказывается работать.
        Пришлось спуститься обратно втоннель изакрыть лаз листом утеплителя. Впрочем, я успел понять то, что хотел - снег наверху рыхлый, ия внем проваливаюсь. Нужны снегоступы. Кроме того, надо что-то придумывать для дыхания. Пожитейскому опыту кажется, что, если при минус сорок утебя уже звенят вштанах яйца, то при минус восемьдесят ты просто сразу треснешь, как стеклянный стакан. Однако это нетак - вмороз опасна несама температура, авлажность иветер. Сейчас наверху воздух совершенно сух инеподвижен, ни ветерка, азначит, теплопроводность его мала. Да, если попробовать справить там малую нужду, скорее всего, станешь статуей писающего мальчика, новхорошем теплом обмундировании никакого мгновенного переохлаждения непроисходит. Организм вырабатывает тепло быстрее, чем оно уходит через одежду. Тут скорее важно невспотеть - влага приводит кпотере теплоизоляции. Я одет вкомплект термобелья, поверх него шерстяные штаны ифлисовая кофта, потом зимний рабочий комбинезон насинтепоне, асверху полярная куртка-канадка скапюшоном, изтолстой овчины мехом внутрь. Наногах термоноски, шерстяные носки иунты сдополнительным
тепловым вкладышем. Наголове, кроме капюшона - шапка-маска изтолстого флиса идополнительно намотан шарф, плюс горнолыжные очки наносу. Встретишь такое втемноте - испугаешься, новстретить некому. Слабое место - дыхание, такой холодный воздух буквально обжигает носоглотку. Некоторое время спасают шарф имаска, ноони быстро обмерзают, превращаясь вкусок льда. Требуется техническое решение. Тутбы автономную систему сподогревом, как вкосмическом скафандре, или хотябы изолирующий противогаз типа КИП-5… Ночего нет, того негде взять. Хотя идея насчёт противогаза требует осмысления.
        Неожиданная проблема - статическое электричество. Вот уж чего неожидал. Однако очень сухой воздух снаружи инесколько слоёв шерсти исинтетики нателе приводят ктому, что сулицы заходишь вдом, заряженный, как лейденская банка. Лучше ни скем заруку нездороваться иккомпьютеру неподходить. Теперь уменя входной ритуал - зажимаю вруке большую отвёртку икасаюсь ей водопроводного крана. Если держать её плотно, то разряд проскакивает между отвёрткой икраном, анемежду рукой иотвёрткой. Иначе - ощутимо инеприятно дёргает.
        Ещё одна новая традиция - обход помещений иприборный контроль. Вкаждой комнате есть термометр, надо следить, чтобы температура неопускалась ниже минимально допустимой. Самое холодное место - котельная-генераторная, мой здешний БЧ-5. Здесь стоит электрический трехфазный котёл. Он двухконтурный, даёт заодно игорячую воду для водопровода. То есть, давалбы, еслибы было электричество. Здесьже шестикиловаттный бензиновый генератор, прикрученный кполу через демпфирующие подушки. Ради него идержим плюс пять, приоткрывая периодически дверь вдом ивпуская тёплый воздух. Относительно тёплый мотор расходует меньше бензина напрогрев при запуске. Здесь блок автономки - два больших аккумулятора ипромышленный бесперебойник напять киловатт, обеспечивающий сеть 220вольт при местных блэкаутах. Котёл отнего незапитаешь, ноон инедля этого. Пока мир несломался, его функцией было поддерживать освещение, водоподачу иработу холодильника вовремя кратковременных отключений. Сейчас мы его используем, чтобы запустить иногда насос, если воды всистеме нехватило доследующего включения генератора. Здесьже собранная наскорую руку
низковольтная станция - аккумулятор смашины изарядник кнему. Отнего запитано только двенадцативольтовое аварийное освещение вдоме. Светодиодные светильники потребляют немного, ааккумулятор подзаряжается при работе генератора. Здесь имой зимний верстак для всяких мелких работ, накотором я собрался делать снегоступы. Для этого нужен электроинструмент, поэтому внеплановый пуск генератора.
        Заведя двигатель, подождал, пока он прогреется ивернулся вдом, подключать все, что требует высоковольтной сети - насосную станцию, вытяжную вентиляцию и, конечно, компьютер для дочки. Времяигр!
        - Пап, мыже умрём, да? - спросила Старшая неожиданно, пока компьютер загружался.
        - Все умирают рано или поздно, - ответил я как можно спокойнее.
        - Я необэтом, - покачала головой Старшая ипосмотрела наменя пристально. Глаза унеё голубые-голубые, как ужены. Невозможно соврать, глядя втакие глаза.
        - Незнаю, солнце, - ответил я, подумав. - Новот что я тебе скажу. Когда унас налодке была авария, то некоторые сказали: «Дифферент слишком большой, мы несможем продуть балласт. Мы ниже расчётной глубины, прочный корпус повреждён, воду давит через переборки. Спастись невозможно. Мы всё равно умрём, зачем дёргаться?» Они лежали накойках, смотрели вп?дволок иждали смерти. Двое даже покончили ссобой, чтобы недожидаться. Ноостальные моряки недумали отом, что спастись невозможно, аделали то, что могли. Шаг зашагом, узел заузлом, трубопровод затрубопроводом восстанавливали сломанное. Апотом, собрав все запасы сжатого воздуха, частично продули балласт, дифферент уменьшился, лодка подвсплыла, появился шанс, мы его использовали наполную испаслись. Хотя те, первые, были стехнической точки зрения совершенно правы.
        - Ты думаешь, унас есть этот шанс?
        - Это неважно. Я буду делать, что могу, шаг зашагом. Итогда, если шанс появится, я буду кэтому готов.
        - Я тебя люблю, пап, - сказала дочка очень серьёзно. Кажется, впервые стех пор, как перестала быть маленькой девочкой, раздававшей своё «люблю» направо иналево.
        - Ия тебя, - также серьёзно ответил я. Иушёл. Потому что, кажется, вглаза что-то попало… Да икомпьютер уже загрузился.
        Работающий генератор поднял температуру впомещении доплюс десяти, можно даже ненадевать куртку. Лист ОСБ-плиты, электролобзик, дрель иремни отстарой сумки - иготовы снегоступы. Обрезки я экономно отнёс кпечке. Впринципе, генератор можно было глушить, ноя решил дать дочке ещё поиграть. Да ижена, воспользовавшись возможностью включить нормальный свет, затеяла готовку.
        - Утебя есть полчаса, - сказал я ей, подойдя сзади ипоцеловав вшею. - Потом заглушу, топлива осталось немного.
        - Хорошо, милый, - ответилаона.
        - Да, ещё… - добавил я, - тебе сверху ничего ненадо? Собираюсь подняться навторой этаж ненадолго.
        Жена задумалась, потом покачала головой:
        - Нет. Вродебы ничего.
        Я подкинул впечку дров, чтобы компенсировать неизбежную потерю тепла и, надев куртку, шапку иперчатки, откинул люк, сделанный вплите, закрывшей лестничный проем. Тёплый воздух снизу ворвался наверх клубами пара, тутже оседая инеем напромерзших стенах. Наудивление, нетак уж ихолодно - минус тридцать семь, если верить термометру. Всё-таки, несмотря надополнительное утепление пола, тепло снизу просачивается. Уменя тут несложная задача - подключить лампочку, которая венчает антенную мачту снаружи. Мачта была нужна для получения мобильного интернета, она торчит выше конька крыши напару метров, инаней смонтирован серый прямоугольник 3G-антенны. Анасамом её кончике я закрепил красную светодиодную лампочку, габаритный огонь отгрузовика. Незнаю зачем, просто так - была лампочка, была мачта, они просто подходили друг другу. Может быть, чтобы было похоже находовой огонь. Лампочка запитывалась отроутера исейчас, разумеется, выключена, анадо включить - вполной темноте сломавшегося мира она станет моим маяком. Для этого я перекинул питание сроутера нанизковольтную линию аварийного освещения, провозившись
дольше, чем рассчитывал - сращивать тонкие провода вперчатках очень неудобно, абез перчаток пальцы примерзают ккусачкам. Изоленту пришлось два раза отогревать подмышкой. Холодная, она дубеет инелипнет, но, вконце концов, я справился. Теперь занаполовину засыпанным окном кабинета была неабсолютная тьма, атьма икрасный огонёк сверху. Слабенькая лампочка освещает только себя икраешек антенны, новсё равно радует. Пока я разглядывал, этот жизнеутверждающий огонёк, то заметил странное - собратной стороны толстого тройного стеклопакета лёд наокне был процарапан достекла, как будто кто-то пытался заглянуть вдом. Казалось даже, что исамо стекло глубоко поцарапано, ното, конечно, казалось - немоглаже принесённая ветром ветка - или что это там было? - повредить стекло? Хотя, сдругой стороны, откуда там ветер? Воздух давно уже полностью неподвижен… Странно всёэто.
        Спустившись изакрыв проем между этажами, остался сощущением какой-то тревожности. Вроде ерунда, - понятно, что там снаружи никого нет, при такой температуре никто невыживет, - анеотпускает. Надо будет посмотреть снаружи, как выберусь наповерхность. Решено - пробный выход сделаю ввиде прогулки вокруг дома дотого окна. Испытаю технологию выживания.
        Пока генератор незаглушён, вернулся вкотельную, чтобы попробовать воплотить возникшую идею. Основная проблема наповерхности нехолод, адыхание. Мне нужно как-то подогревать воздух, иначе я вскоре просто поморожу себе слизистые вносу. Уменя сослужбы… ну, скажем, случайно завалялся изолирующий дыхательный аппарат. Баллоны, разумеется, пусты, регенеративный патрон тоже задавностью лет вызвал сомнения всвой пригодности, номне это иненужно. Шланги - вот начто я рассчитывал. Если удлинить трубку вдоха инамотать её под одеждой, то она будет работать теплообменником, подогревая воздух доприемлемой температуры. Атрубку выдоха вывести наружу, чтобы влага отдыхания неоседала под одеждой иненарушала теплоизоляции. Шланг отстарого пылесоса, немного армированного скотча ибечёвки, чтобы закрепить это все под одеждой. Натянув флисовую маску поверх резинового рыла аппарата, я стал окончательно похож накакое-то чудище изкошмаров. Оставалось проверить, как это будет работать.
        - Внимание, буду глушить генератор! - крикнул я вкоридор.
        Дождавшись отдочки подтверждения, что она сохранилась ипогасила компьютер, я выключил зажигание иперекрыл топливный кран. Навалилась тишина. Вообще, я люблю тишину, новпоследнее время её стало как-то многовато…
        Выкинув наповерхность снегоступы, я неловко вылез изсвоего импровизированного люка, опираясь наних руками иколенями. Снег продавливался, нодержал. Первая выявленная ошибка - ремни креплений надо делать длиннее, затянуть короткие хвостики врукавицах поверх перчаток очень сложно, несмотря нато, что рукавицы армейские, сотдельным указательным пальцем. Нокое-как затянулись всёже. Ходить наснегоступах снепривычки очень неудобно, надо высоко поднимать ногу иставить её перпендикулярно поверхности, шаги при этом получаются неловкие, напрягаются нете мышцы, что обычно, из-за этого быстро устаёшь. Номне иненадо пока далеко идти, всего-то прогуляться вокруг дома. Совсем небольшой поход, просто размяться иубедиться, что дыхательная система работает. Напервый взгляд, идея себя оправдывала - воздух холодный, нонеобжигает носоглотку. Правда, итепло из-под одежды вытягивается быстрее, всё-таки я подогреваю дыхательную систему собственным телом, да вносу начало свербеть из-за сухости. Ноэто можно перетерпеть, это всё ерунда. Зато я шел поповерхности, испытывая при этом гордость, как первый человек наЛуне. Хотя
вполне возможно, что я как раз наоборот - последний человек наЗемле.
        Видеть дом ввиде половинки второго этажа, торчащей над снегом, непривычно идико. Всвете фонарика поднимающийся изпечной трубы дым строго вертикален, воздух неподвижен идеально. Наантенной мачте светится красный огонёк, которому предстояло вбудущем стать маяком моих потенциальных странствий. Воспользовавшись случаем, постарался укрепить импровизированную выхлопную трубу генератора, утоптав вокруг неё снег. Непонятно, насколько это поможет, ноя немог непопробовать. Пока обходил дом, выявил ещё один недостаток дыхательной системы - неудачное расположение трубки выдоха. Прикреплённый ккапюшону гофрированный шланг остыл, ивлага выдыхаемого воздуха сконденсировалась наего стенках внутри. Я это заметил, только когда трубка заросла внутри инеем ивыдох стал затруднённым. При попытке продуть её стало только хуже - влажный воздух попал изнутри настекла маски, иони начали затягиваться изморозью. Пошевелив трубку, я обтряс иней изадышал свободнее, нотеперь плохо видел. Апока дошёл дозадней стороны дома, ещё ифонарик начал быстро скисать - батарея замёрзла. Вобщем, так ничего толком инеразглядел, хотя что-то
похожее наследы там, вроде, было. Как будто кто-то ходил вдоль стены - хотя эта линейка невнятных ямок, которую я еле видел сквозь изморозь настёклах всвете гаснущего фонарика, могла быть чем угодно. Правда, представить себе, какое «чтоугодно» могло оставить ямки вснегу я тоже несумел. Номне уже было недотого - фонарик сдох, стекла обмёрзли, ия тащился обратно наощупь вдоль дома, заодно затоптав все возможные следы, если они там ибыли. Под конец еле нашёл лаз, буквально сверзившись внего снегоступами кверху. Намне столько одежды, что я почти неушибся, но, вцелом, выход трудно назвать удачным. Я ипятидесяти метров непрошёл, ауже чуть непогиб - стоило промахнуться мимо люка, иябы блуждал вокруг вслепую, пока незамёрзбы. Поход задровами вэтом свете представлялся все более сложной экспедицией. Ноя несобираюсь отступать - шаг зашагом, задача зазадачей. Сделанные ошибки учту, завтра попробую снова.
        Условным вечером, когда мы, отправив Младшего спать, сели втроём обнявшись накровати смотреть старый сериал «Твин Пикс» - мы сженой после долгого перерыва, Старшая впервые, - я подумал, что миру пришлось сломаться, чтобы мы вот так собрались вместе. Нас почти постигла судьба многих современных семей - когда все друг друга любят, нообщаются скем угодно, нонедруг сдругом. Работа съедает время, усталость отнеё - отношения. Только здесь исейчас я научился разговаривать осерьёзном снеожиданно выросшей дочерью, рассказывать, как устроен мир сыну, говорить сженой отом, начто ненаходилось времени раньше. Парадоксально, нодаже при маячащих впереди нерадостных перспективах, я вчем-то был тут счастлив. Внесломанном мире ябы уже, упахавшись наработе, засыпал закнижкой, жена уткнуласьбы вноутбук, адочка заперлась всвоей комнате, заткнув уши наушниками ипереписываясь всоциалках. Инебылобы этих длинных разговоров зачаем, вкоторых я узнал освоей жене больше, чем завсю предыдущую совместную жизнь. Небылобы азартных настольных игр сшуточными препирательствами оправилах ижалобами нато, что «Папа всегда выигрывает,
так нечестно!» Никто необъяснилбы Младшему, что изконструкторов можно собирать нетолько то, что нарисовано накоробке, иэто гораздо интереснее… Если мир когда-нибудь всёже починится, надобы непотерять это ощущение слияния. Аесли нет - ну чтоже, мы, покрайней мере, сделаем все возможное.
        Глава3
        Поусловным утрам мне больше всего нехватает кофе. Исыра. Кофе игорячие бутерброды ссыром - мой неизменный завтрак, который никогда неприедался ивсегда радовал, задавая начало дня. Теперь это жидкий чай ипустая каша, как вгоспитале. Детям достаётся дополнительно положечке варенья - увы, мы неуспели наварить его много. Мы начинающие сельские жители, наш сад либо слишком стар - втой части, что досталась нам сдомом, либо слишком молод - те деревья, что успели посадить мы сами. Пара выродившихся слив, да три корявых, больных яблони - вот ивсё хозяйство. Дотого, как мир сломался, мы это варенье инеели почти - вокруг итак было полно сладкого. Атеперь - нате вам, заложку сливового джема дети подраться готовы. Калорийность нашего рациона пока достаточная, авот вкусного внем сильно нехватает…
        Объявил утренний запуск силовой установки - надо проветрить дом, зарядить все разрядившееся, накачать воду вбаки, дать эльфийской лучнице шанс пройти подземелье впоисках очередного артефакта, ну имне устранить выявленные вчерашним испытанием ошибки.
        Первая - я недооценил важность света. Мы редко бываем втакой полной темноте, чтобы это угрожало нашей жизни, даже вбезлунные ночи света звёзд хватает, чтобы определить контуры предметов. Однако сейчас ситуация иная - снеба нелетит ни единого фотончика, ипогасший фонарь - это полная катастрофа. Критичные системы должны дублироваться дважды итрижды. Я взял повербанк для телефона - внем восемь стандартных литиевых батарей, - зарядил иубрал вовнутренний карман, чтобы недобрался мороз. Провод отнего вытащил наружу иподключил кночной подсветке для видеокамеры - плоской матрице снесколькими десятками светодиодов. Хотел закрепить её наманер налобного фонаря, чтобы оставить руки свободными, нопомешал капюшон. Повесил наремешке нагрудь. Получилось очень ярко, нонеочень удобно - для того, чтобы посветить всторону, нужно поворачиваться всем телом, либо брать его вруки. Наобычный цилиндрический аккумуляторный фонарь натянул кусок трубной теплоизоляции, закрепив его скотчем, итоже убрал под одежду, выпустив наружу привязанный шнурок - чтобы вытащить, нерасстёгиваясь. Это будет запасной источник света.
Аккумуляторы при работе слегка греются, и, если теплоизоляция сохранит это тепло внутри, то он недолжен промёрзнуть. Ну, я так надеюсь. Исовсем резервный - «тактический подствольный». Китайский алюминиевый скреплением «под пиккатини», наодном литиевом аккумуляторе. Засунул его втрубную изоляцию потоньше итоже подвесил нашнурке под одеждой - насамый всякий случай. Он хоть ималенький, ноочень яркий и, благодаря линзе, светит далеко.
        Шланг выдоха слегка укоротил итоже теплоизолировал - теперь, помоим расчётам, кристаллизация влаги выдыхаемого воздуха должна происходить уже заним, незабивая льдом внутреннее сечение. Получилась короткая толстая колбаса, упругая инеудобная, чтобы её закрепить, пришлось пришивать петельку накапюшон «канадки». При свободном выдохе влага недолжна, поидее, попадать кстёклам маски, ноя навсякий случай закрепил надыхательном раструбе скотчем два пакетика силикагеля. Надеюсь, этого хватит, чтобы стекла необмерзали. Навсякий случай использовал иштатный КПЗО[4 - Карандаш против запотевания очков. Если его под рукой неслучилось, может быть суспехом заменён хозяйственным мылом.] для противогазов - нарисовал настекле изнутри крестик, растёр сухой фланелью. Карандаш создаёт плёнку, которая слегка ухудшает прозрачность, нодоопределённого предела помогает отконденсата. Если мне придётся снимать маску наповерхности, чтобы её протереть - это верное обморожение роговицы ислизистых, так что лучше потерпеть лёгкий муар настекле.
        Ради эксперимента сходил втаком виде задровами - обнаружил, что фонарь нагруди висит неудобно, стоит наклониться - болтается ипутается, освещая что угодно, кроме того, что надо. Востальном - приемлемо. Я обколол лёд степлообменников вентиляции, притащил дрова - маска необмёрзла, ишланг выдоха необледенел, хотя капюшон заего срезом весь покрылся инеем.
        Вернувшись вдом, выгрузил дрова кпечке, подвязал нагрудный фонарь ещё одной верёвочкой кпоясу, чтобы неболтался, нарастил ремешки снегоступов ирешил повторить вчерашний «выход воткрытый космос». Чего время терять? Дров унас больше нестановится.
        Соснегоступами все оказалось правильно - надел куда легче, чем впрошлый раз. Сфонарём всё равно как-то неочень - светит кривовато, чуть всторону, при ходьбе световое пятно прыгает туда-сюда, раздражая имешая, ктомуже создавая мечущиеся вокруг тени. Отэтого все время кажется, что накраю поля зрения кто-то движется. Я, конечно, умом понимаю, что при таком холоде уцелели разве что самые стойкие вирусы - ну ия, конечно. Однако нервирует. Несколько раз останавливался иобводил вокруг себя лучом - разумеется, никого нет иследы только отмоих снегоступов - как будто пьяный мамонт шлялся. Ничего себе я вчера причудливо наощупь шёл! Как ещё попал всвой лаз, анеубрёл вполя… Хорошо, что красная лампочка намачте была видна даже сквозь лёд наочках, хоть как-то ориентировался. Кстати, агде она? Только сейчас заметил, что мой «ходовой огонь намачте» погас. Печально, это меняет планы. Хотел сразу прогуляться ксоседскому дровнику, нобез обратного ориентира страшновато. Тем более что я затупил иневзял ссобой лопату. Вот, допустим, дойду я туда - ичто? Руками копать? Ладно, обойду ещё раз вокруг дома, прогуляю
снаряжение.
        Кстати, нетак уж ихолодно. Дышать - да, тяжеловато, сухой перемороженный воздух карябает горло изастревает вносоглотке, ноя при этом немёрзну, скорее ощущаю какую-то общую враждебность среды, вкоторой нет места человеку. Немного похоже наработу глубоководного водолаза и, наверное, космонавта. Наснегоступах повторому разу стало полегче - как-то приноровился переставлять ноги, нецепляя одну задругую. Двигаясь вдоль стены, обошёл дом инаконец осмотрел то окно, которое собирался вчера. Сегодня антиобледенительная система маски работала безупречно, фонарь светил ярко, ия убедился, что царапины настекле мне непочудились. Такое впечатление, что кто-то, пытаясь счистить иней, сусилием поскреб окно зазубренным ножом. Нет, напринесённую ветром ветку это совсем непохоже - даже еслибы тут был ветер иветки. Посветил фонарём вверх, надым изтрубы - он по-прежнему идеально вертикален, поднимаясь влуче свет серым мерцающим столбиком, рассеивающимся вчерноте отсутствующего неба. Отэтого зрелища меня опять слегка замутило, новсёже заметил непорядок - коричневая металлочерепица, которой покрыта крыша, внескольких
местах блестела свежими царапинами голого металла, акое-где даже пробоинами. Как будто кто-то взбирался наконёк вальпинистских «кошках», цепляясь двумя ледорубами. Как мы могли этого неуслышать? Конечно, обратная сторона теплоизоляции - звукоизоляция, новсёже… Я припомнил, что, вродебы, пару раз замечал странные звуки, ноотносил их насчёт тепловой деформации дома исхода снега скрыши. Теперь-то очевидно, что никакого снега накрыше инебыло - он слишком сухой, чтобы удержаться накрутых скатах, - нотогда мне это вголову неприходило. Дойдя доантенной мачты, я увидел, что она вся блестит задирами свежего металла, апровод, идущий клампочке, порван вклочья. Как будто все тотже безумный альпинист пытался залезть постальной трубе, используя теже кошки иледорубы. Залезть - незалез, номачту теперь как будто мыши грызли. Здоровенные такие мыши сзубами изтокарных резцов. Пожалуй, мне стоит вернуться вдом ихорошенько все это обдумать.
        Наобед макароны соследами тушёнки игорячий витаминный напиток - разведённый концентрат изИРП-а. Разведённый сильно жиже, чем положено поинструкции, нозато всем хватило. Пополчашечки.
        Жена увидела, что я чем-то озабочен, нодождалась, пока все поедят, адети уйдут вкомнату. Содной стороны, мне нехочется её пугать, сдругой - игнорирование опасности ещё никого додобра недоводило.
        - Ты хочешь сказать, что снаружи бродит какое-то чудовище? - жена сразу уяснила главное.
        - Да, - сказал я, - какбы невероятно это ни звучало, носнаружи что-то есть.
        - Оно может залезть кнам вдом?
        Я подумал ивынужден был признать, что это возможно. Обычный человек сножом без проблем выставилбы окна второго этажа, просто вытащив стеклопакет. Ну, или разбилбы стекла, если сохранять целостность конструкции ему незачем. Да что там, тут истену проломить можно вдва удара топором. Унас вовсе некрепость - каркасный дом тёплый илёгкий, нонерассчитан, чтобы противостоять штурму.
        - Я надеюсь, - я постарался произнести это как можно увереннее, - что ему это просто ненужно. Судя последам накрыше, еслибы оно захотело вломиться вдом, онобы уже это сделало.
        - Ночто оно такое?
        Я мог только развести руками внедоумении - я незнаю существ, способных выжить при такой температуре. Кроме человека, конечно. Нопредставить себе какого-то безумного альпиниста, бродящего там снаружи вкошках иследорубами вруках… Нет, это тоже перебор. Тем неменее, я пошёл вкладовку иоткрыл оружейный сейф - ключ отнего пришлось поискать, я уже инепомню, когда последний раз туда заглядывал. Что поделать, я неохотник. Ружье досталось мне понаследству отдеда, обычная гладкоствольная курковая горизонталка двенадцатого калибра. Я оформил лицензию, купил сейф, поставил оружие туда изабыл про него. Теперь, вот, вспомнил.
        Среди патронов оказалась преимущественно утиная дробь, новсёже отыскал пять пулевых ичетыре крупной картечи. Ружье было навид вхорошем состоянии - да ичто ему сделается? Курки взводились ищёлкали, бойки ходили свободно, ржавчины встволе невидно. Навсякий случай смазал спусковой механизм изкомплектной маслёнки, протёр снаружи тряпочкой исчёл пригодным для использования. Показал жене, как взводить курки ипереламывать стволы для заряжания, вставил водин ствол пулю, вдругой картечь иположил нашкаф вкоридоре - так, чтобы жена легко дотянулась, нонедостал младший.
        - Вот, - говорю, - дорогая. Если услышишь, что попотолку затопало, то беги сюда, хватай ружье, взводи курки ижди, пока полезет. Как только отодвинет или проломит лист - стреляй, тут непромахнёшься.
        - Думаешь, поможет? - ссомнением спросила жена.
        - Ну, нежелезнаяже эта штука, - ответил я суверенностью, которой неиспытывал. - Заряд картечи вупор - никому мало непокажется!
        - Аты что будешь делать?
        - Это наслучай, если меня небудет…
        - Что значит «небудет»? - подхватилась жена. - Ислышать обэтом нехочу!
        Я обнял её иприжал ксебе, стараясь успокоить.
        - Послушай, любимая, - я постарался говорить как можно убедительнее, - мне всё равно надо добраться дососедского дровника, как минимум. Авперспективе - идомагазина сзаправкой. Унас всарае пошёл последний ряд, такими темпами мы сожжём его занеделю, адальшечто?
        - Незнаю! - жена кричит наменя шёпотом, чтобы неуслышали дети, нослезы, текущие изглаз, действуют сильнее крика. - Ты опять! Опять уходишь, ая остаюсь ждать! Ты обещал, что этого больше небудет!
        Насамом деле я обещал неуходить больше вморе, норазве это важно для расстроенной женщины?
        - Успокойся, милая, - уговариваю я. - Это каких-то сто метров, ерунда. Ничего сомной неслучится!
        - Ага, - неунималась жена, - аесли тебя сожрёт это чудовище? Почему ты оставляешь ружье мне? Возьми его ссобой!
        - Это просто для твоего спокойствия, - несдаюсь я. - Мне ружье ненужно, врядли эта штука питается бывшими моряками, мы слишком жёсткие исолёные! Толи дело пухлые мягкие блондинки!..
        - Я непухлая! - возмутилась жена.
        Насамом деле я неуверен, что ружье вообще сработает натаком холоде. Смазка колом встанет, бойки непойдут - да малоли что ещё. Возьму ссобой сигнальную ракетницу, там замёрзнуть нечему - оттянул пружину, отпустил. Это неоружие, но, если влепить горящим комком смолы имагния, то это, как минимум, будет сюрприз. Аружье пусть останется здесь, как оружие последнего шанса.
        Потренировал жену хватать ружье сошкафа, взводить курки истрелять - без патронов, разумеется. Раза сдвадцатого стало поучаться действительно быстро, так что я решил этим ограничиться, ато дети уже заинтересовались, чем это мы тут занимается. Младший, конечно, залип наружьё так, что еле оттащили. Открыто держать заряженное оружие вдоме сдетьми - это, конечно, полное безобразие, ноунас вся жизнь теперь такое безобразие, что дальше некуда. Вразряженномже ружье я смысла невижу - пока жена нашарит патроны, зарядит иприцелится, стрелять будет уже незачем. Так что строго объяснил Младшему, что нельзя иэто такое «нельзя», которое очень серьёзное, ане«если очень хочется, то можно». Он такие моменты понимает.
        Ну ая объявил дневной запуск силовой установки - мне надо кое-что сделать, адети пусть отвлекутся отвопроса: «Авкого это вы собрались тут стрелять?». Старшей он вполне может прийти вголову, онаже девочка. Это мальчикам сам факт стрельбы важнее цели.
        Поскольку неведомое чудище отгрызло мне маяк, то нужен новый световой ориентир. Сходу придумалось два варианта, для надёжности - электрический прожектор и… обычная свечка. Свечка независит отбатарей инеможет перемёрзнуть дотакой степени, чтобы негорел парафин. Ну, я надеюсь, покрайней мере. При минус тридцать они горят распрекрасно, вотличие отхимических иэлектрических источников света. Авот электрический источник я доработал - впаяв между двух литиевых аккумуляторов проволочный десятиомный резистор изалепив стык термопастой. Всю эту конструкцию замотал внесколько слоёв теплоизоляции - получилась такая самоподогревающая система, неочень экономичная, нозато незамерзающая. Померив ток, я решил, что светодиодный линзовый блок отфонарика будет гореть, как минимум, пару часов, аэтого более чем достаточно для первой вылазки. Врезультате мой люк наповерхность украсила деревянная конструкция иззакреплённой налисте фанеры стоящей торчком швабры. Наеё поперечине содной стороны повис электрический самодельный фонарик сподогревом, асдругой - стилизованный «под стимпанк» стеклянный свечной фонарь. Изделие
декоративное, ноничто немешает применять его ипопрямому назначению - вкладовке нашлось несколько «долгоиграющих» осветительных свечей. Вообще-то при таком неподвижном воздухе можно было поставить просто открытую свечу, ноуменя смутные сомнения, будетли парафин нормально испаряться игореть натаком холоде. Авфонаре всёже циркулирует тёплый воздух.
        Оба фонаря вынес уже зажжёнными, закрепил нашвабре, убедился, что они работают и, подхватив лопату, пошёл потихоньку, впервые, стех пор как мир сломался, удаляясь отдома. Аккуратно переставляю снегоступы, стараясь ставить ноги ровно иперпендикулярно, незарывая их вснег, передо мной прыгает побелой плоскости пятно света. Оказалось, что соблюдать направление при этом почти нереально - как я нестараюсь идти прямо, нооднородная поверхность, темнота иотсутствие ориентиров сбивают столку. Приходится периодически останавливаться иповорачиваться - всем телом, капюшон недаёт оглянуться, - чтобы посмотреть, где там фонари удома. Икаждый раз оказывается, что следы мои идут причудливым зигзагом, хотя мне видится, что я двигаюсь как понитке. Какая-то аберрация восприятия - заблудиться наста метрах дистанции как нечего делать. Тем неменее, несмотря напостоянные остановки для коррекции курса, доцели я дошёл. Передо мной - точнее подо мной, - дом того самого соседа. Ну, я надеюсь, что того самого, ия ничего неперепутал инеотклонился отнаправления слишком сильно. Торчащий изснега конёк крыши неимеет особых примет
- тут убольшинства старых дачных домиков вот такие двускатные изпотемневшего шифера. Это новопостроенные коттеджи кроют металлочерепицей или модной ячеистой мягкой кровлей, ноони подальше, уних свой квартал, где участки скупали пачками подва-три истоили там этакие палаццо - да я сам часть изних истроил, зарабатывая себе награжданскую жизнь.
        Отдома добани - всего пара десятков метров, нонаткнулся почти случайно, здорово истоптав снег, нарезая круги. Отсутствие неба, полная темнота срезким контрастом луча фонаря наснегу - все это сбивает внутренний компас. Уменя даже чуть паническая атака неначалась - вкакой-то момент показалось, что я совершенно сбился спути итак ибуду блуждать втемноте ихолоде, пока несдохну, - нотут-то я изацепился снегоступом затрубу. Крыша оказалась под слоем снега, хотя инебольшим, так что я как раз над ней кругами ходил. Дальше вступил вдело заранее продуманный план - я эту баню соседу помогал чинить, исеё конструкцией хорошо знаком. Поэтому мне сразу пришла вголову идея использовать её внутренний объем как шахту для добычи полезных ископаемых - дров, вмоем случае. Теоретически это выглядело более привлекательным вариантом, чем копать вснегу спуск кдровнику.
        Сосед был мужик небогатый, нохозяйственный, строился изчего бог послал. Накрышу он ему послал вторичный ондулин - вид мягкой кровли, нечто навид вроде шифера, нопосути ближе ктолстому рубероиду - изпрессованного картона сосмолой. Вторичный он потому, что его снял при ремонте сосвоей крыши другой сосед, аэтому, значит, набаню сгодился. Несамое лучшее, может быть, решение, нонахаляву - хлорка творог. Адля меня это означало, что крышу можно просто прорезать ножом. Ондулин тугой иплотный, новсёже мягкий материал.
        Был.
        Я неучёл, что натаком морозе кровельный материал стал твёрдым, асталь - хрупкой. При попытке всадить сразмаху вкрышу хороший крепкий нож, я остался без ножа - клинок обломился усамой рукояти. Вот уж всамом прямом смысле облом… Зато массивный гвоздодёр оказался навысоте: поддев острой частью кромку листа, я потянул её наизлом - ипромороженный ондулин просто лопнул, как фарфоровая тарелка. Что непрорезал - то разбил, так что результат достигнут. Ножа только жалко, хороший был нож. Тем неменее, передо мной открылся доступ намаленький, заваленный всяким хламом чердак, ачерез него - впредбанник. Правда, влюк я непролез - он нерассчитан начеловека всамодельном псевдоскафандре. Пришлось отодрать несколько досок спотолка, чтобы открыть лаз впредбанник. Ксчастью, тутже нашлась лестница - прыгать втаком облачении совершенно нехочется, да инепонятно, как потом забираться обратно.
        Мой расчёт строился натом, что изпредбанника оборудован выход вдровник, чтобы те, кому нехватило жара, небегали голышом вокруг сруба задровами. Расчёт оказался неверен - открывающаяся наружу дверь оказалась заблокирована. Похоже, что хлипкая крыша дровника невыдержала веса снега ирухнула, придавив её снаружи. Ну, никто инеобещал, что будет легко…
        Хлипкую каркасную дверь я просто оторвал, вывернув гвоздодёром петли. Заней все оказалось нетак плохо, как моглобы - кровля хлипкого дровяного навеса просела только одним углом, который лёг наполенницу инедал снегу заполнить пространство устены полностью. Вобщем, дрова можно вытаскивать свободно, чем я изанялся, перемещая их охапками впредбанник ипарную. Невсе конечно - нато ещё будет время, - ноисовсем спустыми руками возвращаться домой тоже нехочется. Нужен какой-то наглядный символ успеха экспедиции, для повышения боевого духа вверенного мне подразделения. Поэтому, при помощи найденной начердаке верёвки, я вытащил наверх снятую дверь, нагрузил её внесколько ходок дровами, пробил внижней части две дыры, кним привязал верёвку, превратив впримитивную волокушу, изапряг туда сам себя, как ездовую собаку. Дополнительным бонусом детям оказалась упаковка чая натравах идве пачки овсяного печенья - сосед был большой любитель банных чаепитий. Интересно, что сним стало? Собственно, варианта два - либо вдвадцати метрах отменя вдоме лежит его окоченелый труп, либо, когда мир сломался, он был вгороде - итогда
его постигла неведомая мне судьба горожан. Свет отгорода, ранее видимый накраю горизонта, пропал впервуюже ночь ибольше непоявлялся, так что врядли там случалось что-то хорошее. Двадцать пять километров донего - всё равно, что доЛуны, которой теперь ивовсенет.
        Обратный путь быстрее илегче - наверное, потому, что я теперь иду прямо нафонари инепетляю. Вкакой-то момент показалось, что их намгновение что-то заслонило, исердце моё ёкнуло - но, скорее всего, просто показалось отусталости - тащить волоком гружёную дровами дверь оказалось тем ещё удовольствием. Она зарывается передним краем вснег, поэтому верёвку приходится натягивать вверх, нотогда вснег зарываюсь я сам. Эту сотню метров я тащусь, кажется, вечность, вымотавшись доневозможности. Успел отвыкнуть отнагрузок, оказывается. Ну и, конечно, дышу как загнанная лошадь, так что холодный воздух навдохе вымораживает тепло из-под одежды, анавыдохе покрывает льдом выпускной патрубок. Иней ивсёже почуть забирает очки маски, несмотря нанатирку стёкол исиликагель. Так что пока я добрался досвоего спуска, опять почти ничего невижу, и, что хуже, начал кашлять отпересохшего иподостывшего горла. Вот ещё чего нехватало - свалиться скакой-нибудь дурацкой ангиной. Так что дрова сволокуши я просто свалил вниз как получилось, да исам заними ссыпался. Чай только спеченьем спустил аккуратно запазухой, потому что трофей.
Этим чаем иотпаивался остаток дня, позволив себе даже сто граммов коньячку изНЗ - вцелях профилактики простудных заболеваний. Кажется, обошлось, незаболел - наверное, вирусы тоже вымерзли все кчертям.
        Дров притащил нетак уж имного, нонапару дней хватит. Это непросто так, это два дня жизни. Удачный, вцелом, поход меня вдохновил ивголове полно амбициозных планов подальнейшей разработке окрестных ресурсов. Теперь главное - необнаглеть инезарваться, потому что любая ошибка может стоить мне жизни, азамной - исемье. Подвернул ногу - ипривет, недоползёшь потакому морозу напузе, замёрзнешь раньше. Поэтому - только тщательное планирование иосторожность, никакого «авось».
        Сутра попили чаю спеченьками, как аванс будущих благ - усемейства поднялось настроение идаже некоторая бодрость объявилась. Казалосьбы, ерунда какая, - кучка берёзовых поленьев, пачка чаю, да кулёк печенья, аподиж ты - позитив налицо. Идрова берёзовые пахнут иначе, ивообще первая перемена клучшему, стех пор, как мир сломался. Я добавил хорошего настроения детям, запустив генератор - Старшая сМладшим немедля сбежали отпостылых стен ввиртуальные просторы «Скайрима», ая вмастерскую, готовить оборудование иснаряжение для следующего похода. Наэтот раз я собираюсь основательно - ненаразведку, анадобычу ресурса. Дети счастливы - такого долгого «генераторного времени» уних давно небыло. Топлива, конечно, пожгли лишку, номне нужно много времени наподготовку, я прикинул, что это окупится.
        Глава4
        Я тащусь поповерхности как ездовой олень - система ремней, перекрещиваясь нагруди, уходит заспину, где цепляется карабинами запередок новых модных саней. Короб-лодка изOSB свысокими бортами начетырёх полозьях издвух пар лыж, моих ижены. Импровизированные нарты легко скользят поснегу, азаними разматывается скатушки цветная бечёвка излавсанового волокна. Верёвочка закреплена зашест сфонариками инужна для прокладки прямой тропы дососедской бани. Сейчас я иду неровным зигзагом, стараясь держаться своих вчерашних следов, новсё равно сбиваясь скурса, останавливаясь исверяясь сфонарями, новпредь между двумя точками будет натянут тонкий красный тросик. Тогда даже это жуткое, выключающее вестибулярный аппарат отсутствующее небо, непомешает мне двигаться туда-сюда попрямой.
        Снартами чувствую себя настоящим полярным исследователями Антарктики времён великих открытий - Амундсеном или Скоттом. Лучше тем изних, кто выжил - немогу сходу припомнить, которому повезло. Содной стороны, им приходилось даже похуже моего - температура немногим выше, зато ветер иметели, асдругой - им было куда выбираться изтой Антарктиды, амне, похоже, некуда. Но, вцелом, их пример меня вдохновляет - они неодну сотню километров тащились дополюса иобратно, амне какие-то жалкие полтораста метров одолеть. Идействительно - вэтот раз дошёл бодро, почти неблукал, хотя заметил странное явление - мои вчерашние следы довольно сильно сгладились, хотя, казалосьбы, должны пребывать вечно, как отпечаток подошвы Нила Армстронга влунной пыли - если, конечно, американцы действительно туда летали. Тем неменее, несмотря наотсутствие ветра иосадков, перемороженный вмельчайшую пыль снег как-то саморазглаживался. Возможно, отэлектростатики или каких-то других, неизвестных мне явлений. Там, где я вчера тащил дверь сдровами, след, хоть иоплывший, хорошо различим, авот неглубокие следы отснегоступов превратились
вневнятные плоские лунки.
        Я торжественно вбил поглубже - так, чтобы достать доплотных сло в, - лыжную палку вснег ипривязал кней тросик. Теперь вдаль уходит символически красная нить, наконце которой горят два огонька. Поярче - отэлектрического, потусклее - отсвечного фонарей. Снарт я снял элементы большой деревянной рамы, изкоторых собрал квадратную конструкцию, разместившуюся вокруг пролома вкрыше. Кним, струдом вставляя руками втолстых варежках болты взаранее просверленные отверстия, закрепил самодельную стрелу сполиспастом. Теперь, когда уменя свой небольшой шахтный копер наручной тяге, можно переходить кдобыче ископаемых.
        Процедура получилась утомительной, нопростой - внизу я нагружаю дрова вогромную брезентовую сумку-короб, укреплённую пошвам прошитой парашютной стропой, прицепляю её карабином кверёвке, поднимаюсь полестнице наверх ивытягиваю сумку через систему блоков наповерхность. Перегружаю дрова всани иопускаю сумку обратно. Три сумки - полные сани. Времени наэто уходит около часа, поскольку лазить вмоем импровизированном скафандре пошаткой деревянной лестнице-стремянке приходится очень медленно иосторожно. Полные сани я струдом, новсёже тащу поповерхности, благо они, вотличие отдвери, непроваливаются, атам просто вываливаю изних дрова вниз, влаз. Жена, выскакивая нагрохот, собирает их иоттаскивает вдровяник, сэнтузиазмом пополняя запасы. Я проверяю фонарики ивозвращаюсь спустыми санями обратно. Конвейер. Все отлично получилось целых четыре раза, но, вытащив дрова наверх впятый, я обнаружил, что красная нить исчезла, афонари погасли.
        Я очень постарался незапаниковать. Ощущение такое, как будто меня выбросили воткрытый космос, обрезали фал, итеперь я смотрю, как удаляется отменя поорбите сияющая раскоряка МКС. Я погасил свой фонарь иначал пристально вглядываться втемноту, надеясь увидеть сам незнаю что. Кажется, что-то даже увидел, нотутже сильно, дотошноты закружилась голова. Закрыл глаза ипродышался, уговаривая себя «успокойся, тут всего чуть больше ста метров, аты накатал санями такую дорогу, что её былобы видно изкосмоса, будь тут космос». Помогло, успокоился. Действительно, некосмосже. ещё раз тщательно вгляделся втемноту, приставив варежку кмаске козырьком - чтобы пустота вместо неба невышибала изравновесия. Кнемалому своему удивлению, засек два аж источника света. Тусклых, почти никаких - нодва. Учеловека недурное зрение, насамом деле - втемноте мы можем увидеть огонёк сигареты заполкилометра игорящую спичку заполтора. Ноопределить расстояние при этом почти нереально - это может быть мощный источник далеко или слабый близко. Так что неочень понятно, какой вэтом практический смысл, ноя тщательно засек направления
наисточники, взяв зареперную точку трубу банной печки иположив две длинных палки как указатели. Получилось что-то вроде часовых стрелок. Все это я проделал наощупь, чтобы непотерять извиду смутные огоньки вдали, итолько потом зажёг свой фонарь.
        Лыжная палка, ккоторой был привязан красный шнурок, просто исчезла. Там, где она была воткнута, осталась ямка вснегу, ноитолько. Ни шнурка, ни палки. Нонакатанная санями дорога, разумеется, наместе. Одна изпалок-указателей ей строго соосна, новторая указывала, получается, куда-то всторону трассы, где находятся намеченные вдальнюю перспективу магазин изаправка. Неужели там есть жизнь? Допридорожного комплекса около трёх километров, если свет оттуда виден, то это довольно яркий источник. Туда обязательно надо добраться!
        Заэтими размышлениями дотащил дрова додома, где иобнаружил источник света. Сама конструкция - лист фанеры сошваброй, служившие фонарным столбом, - отсутствует, нофонари отнеё лежат вснегу возле лаза. Свечной погас, аэлектрический продолжает тускло светить из-под слоя рыхлого снега. Судя пооплывшим уже следам, мою фонарную раскоряку утащило волоком куда-то втемноту. Я достал извнутреннего кармана «тактический» фонарик иобшарил окрестности его узким дальнобойным лучом - метрах вдесяти обнаружил фанеру, ношвабры вней уже небыло, одна дырка. Сходил ихозяйственно вернул лист обратно. Вертикальная часть конструкции была просто воткнута вцентре натрении, так что неудивительно, что выскочила. Скорее всего, что-то (кто-то?) просквозило поповерхности между нашим домом исоседской баней, зацепив мой путеводный шнурок и, выдернув крепления, уволокло его ссобой. Вопрос «чтоже это было?» оставим пока заскобками. Почему-то мне кажется, что ответ нанего меня необрадует. Аглавное, этот ответ ничего мне недаст. Чтобы ни бродило тут вотьме - Чёрный Альпинист следорубами, Ледяной Ходок схрустальным мечом или
пингвин-мутант склювом птеродактиля, - это ни начто неповлияет. Нам всё равно нужны дрова, еда итопливо для генератора. Азначит, я снова иснова буду выходить наповерхность ссанками, надеясь, что этой штуке, впринципе, нет доменя дела. Ведь еслибы нечто, таящееся вотьме, хотело наменя напасть, то унего сегодня уже была куча возможностей. Я лучше буду думать, что оно непитается отставными кап-три сподплава.
        Наследующий день я восстановил «фонарную раскоряку». Лишней швабры ненашлось, так что пришлось воспользоваться каркасными рейками, новышло даже лучше. Авот шнурок я наэтот раз цеплять занеё нестал, привязав клыжным палкам собеих сторон маршрута - инепрогадал. Уже натретьем рейсе шнурок спалками исчез снова. Наэтот раз я разглядел наснегу свежие следы. Палку выдернуло ипотащило вотьму что-то быстрое, отрывка она подлетела ввоздух, упала внескольких метрах и, увлекаемая шнурком, уехала куда-то вполя, оставив быстро затягивающийся след, похожий наотпечаток ползущей попеску змеи. Несомневаюсь, что натой стороне шнурка произошло тоже самое, нофонари наэтот раз уцелели исветили, как ни вчем небывало. Когда я потащился сдровами обратно, то разглядел поперёк своей колеи какой-то довольно смутный нето чтобы след… Скорее оплывшую воронку, как будто что-то вылетело из-под снега, или нырнуло туда. Чертовщина какая-то.
        Сотсутствием шнурка пришлось смириться - достаточно длинной верёвки уменя больше нет. Ноя уже освоился наповерхности испокойно хожу посвоему следу, несбиваясь инеблуждая. Секрет оказался втом, чтобы непытаться смотреть вдаль, только себе под ноги, пялясь впятно фонаря - тогда идёшь более-менее ровно. Стоит задуматься иподнять глаза - всё, ориентация впространстве летит кчертям, начинаешь сбиваться скурса, несмотря начётко видимую колею. Через пару минут начинается нечто вроде морской болезни - подташнивает, кружится голова, расфокусируется зрение… Удивительный инеприятный феномен, может быть, смагнитным полем тоже что-то нетак? Раз уж мир сломался, то можно ожидать чего угодно.
        Сдровами я покончил натретий день, практически удвоив наш запас. Смерть отхолода отдалялась, нонефакт, что радикально. Мне кажется, что температура наповерхности продолжает падать. Хотя ацетон пока незамёрз, носубъективно вымораживать стало быстрее ивоздух все сильнее раздражает носоглотку. Я добавил ещё один виток шланга под одежду, врезультате чего стал окончательно похож набеременного тюленя, нозаметного улучшения недобился. Если вначале логистической операции «дрова» я почти немёрз, то сейчас холодный воздух, согреваясь вобмотанном вокруг меня шланге, уносит тепло все заметнее. По-хорошему, надобы придумать нечто вроде рекуператора, вкотором тёплый выдох согревалбы холодный вдох (нечто вроде тех конструкций, которые стояли уменя навентканалах вдоме), ноя никак немогу придумать, как сделать компактный инеобмерзающий теплообменник. Все мои эксперименты оказались неудачными, конструкция моментально зарастает льдом отвлаги выдоха. Я начинаю задыхаться, стекла маски покрываются инеем… Вобщем, приходится пока терпеть.
        Впоследний выход заостатками дров прихватил ссобой старый советский теодолит - уже исам непомню, откуда уменя этот раритет. Штатива кнему нет, нооптика илимбы висправности, так что я установил его основанием насрез банной трубы, погасил фонарь иподождал, пока глаза привыкнут ктемноте. Принялся ловить трубой тот источник света, направление накоторый отмечено так илежащей наснегу рейкой. Работать смелкими винтами втолстых варежках - та ещё морока, да иприслоняться маской кокуляру тоже неверх удобства, так что времени напоиск ушло прилично, я успел здорово подмёрзнуть без активного движения. Однако, вконце концов, сумел поймать маленькое пятнышко света вокуляр трубы. Даже двадцатикратное увеличение прибора непомогает разобрать, что это икак далеко - просто какой-то источник света втемноте, ноэто уже понынешним временам сенсация. Где свет - там люди, иэто даёт какую-то надежду начто-нибудь. Может быть. Ведь я поумолчанию считал, что всломавшемся мире остались только мы ссемьёй. Наличие каких-то ещё людей все меняет, хотя инепонятно, вкакую сторону.
        Совместив нули лимба иалидады, тщательно навёлся наисточник, потом, закрепив лимб иоткрепив алидаду, нафонарь усвоего дома изаписал угол карандашом наборту саней. Погрузив последние дрова, пристроил натрубе свечку-таблетку. Зажёг иоставил маячком - надолго её нехватит, номне надолго иненадо. Дотащив сани, вывалил их содержимое влюк, поставил короб вертикально иводрузил теодолит сверху - небез труда, ноизловил прибором сначала свечку натрубе, потом дальнее свечение. Все, теперь уменя есть данные для триангуляции. Ну идрова, конечно. Замёрз, правда, как бобик. Незаболетьбы.
        Глава5
        Наутро меня слегка потряхивало, вгорле першило, глаза слезились идаже, кажется, слегка поднялась температура. Так что наверх я неполез, заварил чаю, плеснул внего коньяка изанялся тригонометрией, тщательно просеивая память впоисках остатков курса штурманского дела. Впрочем, задача несложная - уменя есть геодезическая карта посёлка, копия, конечно. Я её скопировал упредседателя садового товарищества, когда межевал участок перед покупкой. Поней я привязался кточкам - моему дому исоседской бане, получил основание треугольника - 135метров. Зная основание иуглы, вычислил расстояние доисточника - три километра двести метров. Погрешность скорее всего вышла приличная - основание маловато, точность замера углов невысокая, - ноприблизительно втрёх километрах как раз внужной стороне находится придорожный комплекс - магазин, заправка, шиномонтаж для грузовиков иещё что-то такое. Так что свысочайшей вероятностью свет я вижу именно оттуда. «Значит, нам туда дорога!».
        Три километра - это сейчас очень много, учитывая почти полную невозможность нормального ориентирования наместности, лютый холод иполную темноту, новыбора нет - продукты итопливо нужны позарез. Азначит, надо придумать способ эту дистанцию преодолеть, причём, вобе стороны. Обратно ещё исгрузом. Для этого надо решить две задачи - как незамёрзнуть икак незаблудиться (и, опятьже, незамёрзнуть). Прикидывая покарте итак иэтак, увидел интересный, как мне показалось, вариант - примерно вкилометре приблизительно внужную сторону располагается большое… какбы это назвать? Ближе, пожалуй, кпоместью, соток напятьдесят. Каменные заборы вдва человеческих роста, большие ворота сбудкой привратника, здоровенный ветряк, какие-то разнеможные разноуровневые крыши иверхушки голубых елей - больше ничего неразглядеть, новнушает. Краем уха я слышал какие-то фамилии изверхнего уровня областной администрации - слухи приписывали владение то одному, то другому чиновнику уровня вице-мэра, новсе сходились водном - регулярно обслуживаемой асфальтовой дорогой допосёлка мы обязаны именно этой усадьбе. Она формально невходит
впосёлок, будучи чуть встороне, ипотому получается почти попрямой между моими выселками итрассой. Ну, несовсем, ноотклонение небольшое. Уменя возникла идея промежуточной базы, такого, какбы, аэродрома подскока - места, где можно передохнуть, согреться, попить чаю, складировать снаряжение - подготовиться для последнего броска надва километра. Всё-таки переход становится натреть меньше, это серьёзный выигрыш. Кроме того, есть неплохие шансы смародёрить что-то полезное прямо там - неможетже быть, чтобы втаком большом доме ненашлось хоть сколько-нибудь еды? Вдохновлённый этой мыслью, я стал планировать новый поход.
        Жена встретила мою идею без энтузиазма. Хотя я инестал ей рассказывать опроисшествии сверёвкой - ну, когда её что-то утащило, - жена всё равно сильно заменя беспокоится. Она ещё соврёмен моей службы этим травмирована - рано или поздно муж всегда прощается иуходит внеизвестность, аона ждёт, незная, дождётсяли. Мы многое поменяли внашей жизни, чтобы этого больше небыло - ноты судьбу вдверь, аона вокно. Иснова, как итогда - унас нет выбора, аесть слово «надо». Жена понимает его печальную неотвратимость, норасстраивается. Заней подхватили волну дети - Старшая уткнулась втелефон, всотый раз проходя одну итуже игру, Младший начал слегка поднывать икукситься. Пришлось восстанавливать морально-психологический настрой вподразделении, напомнив овозможных ништяках промежуточной мародёрки. Мол, дотрассы через тёмные поля я ещё неизвестно когда соберусь, атут, буквально вкило… ну, то есть совсем рядом, рукой подать - огромный особняк, полный гипотетических сокровищ. Возможно, там даже есть кофе!
        Как знает каждый жулик надоверии, предвкушение халявы понижает критичность мышления. Воодушевление охватило даже жену, которая понимает, что километр сейчас - это вовсе не«рукой подать», анесколько тысяч шагов вполной темноте, где каждый шаг может стать последним. Ноиона поддалась всеобщему энтузиазму делёжки шкуры нето что неубитого, но, возможно, инесуществующего медведя.
        - Кофе, какже я хочу кофе! - мечтательно закатила глазаона.
        - Амне, амне шоколадных конфет, пап, обязательно возьми конфет! - заскакал вокруг Младший, - имороженого, и… исока маракуйи,да!
        Ишь ты, маракуйи ему… Хотя вообще какой-то сок может инайтись, почему нет. Замороженный всвоих пакетах вледяные кирпичи, ноэто нынешним порошковым сокам невредит - оттаивай ипей, или так грызи. Ноэто втом случае, если там вообще что-то есть. Вполне вероятно, что я обнаружу несколько промороженных трупов вокружении тщательно вылизанных консервных банок. Врядли уних там большой запас еды хранился, скорее ежедневно подвозили свежее. Я, разумеется, нестал это говорить вслух, пусть пока радуются.
        - Амне мюсли сорехами ималиной, ихлебцы зерновые… - подключилась Старшая.
        - Ипеченек, печенек! - Младший.
        - Вина хочется, - вздохнула жена, - красного, сухого…
        Все вели себя так, как будто я всупермаркет собрался, аненамародёрку. Зато как настроение поднялось! Никто уже инедумает про опасности, который ждут меня наповерхности, недумает, что будет, если я невернусь, нерефлексирует «ах, опять мы смотрим вдаль сутёса…». Наоборот, дождаться немогут, когда я притащу им долгожданную добычу, которую они уже мысленно поделили. Так, наверное, провожали внабег викингов - драккары, скрипя вёслами, ещё невышли изфьорда, авсе машущие вслед платочками уже предвкушают горы золота, которые те привезут.
        Запустил генератор, отправил радостных детей наигровые подвиги, асам пошёл готовиться. Для начала изменил форму снегоступов, превратив их врасширенное подобие охотничьих лыж - надеюсь, так будет идти удобнее, нетренируя паховые мышцы походкой враскорячку. Одно дело так сто метров отшагать, адругое - несколько километров, буду потом как неопытный наездник после дня вседле. Потом взялся сооружать «сбрую» - нечто вроде разгрузочного жилета (модульная разгрузка как раз истала его основой), нонадеваемого под верхнюю одежду. Наней я закрепил наконец нормально шланг подачи воздуха навдох, чтобы его петли несползали инемешали ходить, атакже все носимое оборудование, которое боится холода - батареи для осветителя, плоскую флягу сводой инововведение - химические грелки. Уменя их нашлось аж пять штук. После активации выделяют тепло три часа, апотом достаточно полчаса прокипятить, иони снова готовы кработе. При помощи скотча ипластиковых стяжек я закрепил их походу воздушного шланга, чтобы как-то компенсировать потери тепла при дыхании. Эффективность пока под вопросом, ноя планирую провести ходовые испытания
уже сегодня, благо простуда, вроде, отступила. Устраивать сразу забег накилометр несобираюсь, новыскочить наверх для решения задачи поориентированию - почему нет? Надо проверить новую техническую придумку, которая, как я надеюсь, недаст мне потеряться втемноте снежной равнины.
        Для новой конструкции я использовал теодолит истроительный лазерный уровень. Чтобы его батареи несожрал холод, завёл питание проводами снаружи. Провод оканчивается клеммами-«крокодилами», которыми я небез труда подсоединился коборванному проводу подсветки антенной мачты. Главная проблема оказалось втом, что это почти невозможно сделать втолстых варежках, автонких перчатках руки околевают быстрее, чем я успеваю зачистить провод. Руки приходится совать под канадку, кгрелкам иоттаивать довосстановления чувствительности. То ещё удовольствие, чувствую себя как столетний дед сартритом. Ногрелки, зато, оказались вполне эффективными - мне гораздо теплее, вдыхаемый воздух уже нетак вымораживает под одеждой.
        Я неожидал, что провожусь так долго, новсёже подключил питание книвелиру, выставив нанём лазерную вертикаль. Теперь снежную пустыню рассекала тонкая красная линия, нарисованная лазером наснегу. Её никакая тварь непорвёт инеутащит! Я снова навёлся теодолитом надальнее световое пятно - кмоему облегчению, источник света был наместе, непогас. Азначит, какая-то жизнь там ещё теплится. Соответственно сориентировал илазерный уровень - отменя всторону трассы побежала световая дорожка.
        Паспортная дальность работы этого лазерного уровня - пятьдесят метров, нотут условия идеальные: полная темнота, белый снег, чистый сухой воздух. Допустим, он будет рисовать свою линию метров сто. Это мало, нодело невней - если встать вствор луча исмотреть прямо нанего, то лазер будет видно так далеко, как позволяет кривизна поверхности планеты. Шаг влево, шаг вправо - уже неувидишь. Вэтом его отличие отобычного маяка-фонарика, инаэто я инадеюсь - пока я встворе лазера, я иду правильно. Перестал видеть - отклонился. Неудобно, что он светит из-за спины, ноинаэто уменя есть идея. Апока я повернул теодолит нарассчитанный покарте небольшой угол, так, чтобы он смотрел наусадьбу, иперенаправил туда луч нивелира, используя теодолит как прицел. Все, буду надеяться, что уменя есть свой прибор целеуказания, как укрылатой ракеты. Оставил лазер включённым - надоже убедиться, что внем незамёрзнет что-нибудь критически важное. Я очень надеюсь, что он будет работать все время, пока я впути, сколькобы это недлилось. Теодолитже забрал ссобой, спустившись вниз. Надо доделать ещё кое-какие мелочи.
        Условным утром стал собираться впуть. Конструкция, порождённая моим сумрачным гением, выглядела так, как будто я боевой киборг, восстановленный вгаражном сервисе деталями смебельной свалки. Намоей голове поселилась раскоряка изобтянутых теплоизоляцией алюминиевых трубок (прощай, предпоследняя лыжная палка!) накоторой располагаются две световых головки откитайских фонарей. Одна линзованная - «дальний свет», авторая - сшироким лучом, «ближний». Провод питания отних уходит под одежду, где на«сбруе», вкармане под автоматный магазин, лежит заряженный доупора «повербанк» надесять тысяч миллиампер-часов. Ноэто ещё несамое смешное - натойже конструкции, навынесенной вперёд ивправо небольшой штанге, я закрепил полусферическое зеркало заднего вида, скрученное свелосипеда. Конструкция надевается поверх шапки, нопод капюшон, поэтому трубки изогнуты, как усики насекомого, придавая мне вид абсурдный изагадочный. Смысл зеркала втом, что, позамыслу, я должен идти, держа внем зайчик отлазера. Так я, надеюсь, буду меньше сбиваться спути истану двигаться более-менее попрямой.
        Врезультате, чтобы окончательно одеться, мне потребовалась помощь - жена активировала химические грелки ипомогла надеть поверх всего этого канадку, благо она здоровенная. Свобода движений примерно, как вжёстком водолазном костюме - таком, знаете, настальных шарнирах. Наповерхности еле затянул ремни налыжах-снегоступах - наклоняться стало сложной задачей. Кмоей радости, лазерный уровень по-прежнему чертит наснегу красную линию, ничего сним неслучилось. Я всё-таки опасался, что неведомое, которое тут предположительно бродит вотьме, его поломает - нонет, вотличие отшнурка, лазерный луч, видимо, невызывал унего возражений.
        Я встал слева отсветовой линии, чтобы незаслонять луч собой, ипошёл себе потихоньку - левой-правой, левой-правой, таща засобой волокушу снеобходимым снаряжением. Снегоступы, которые теперь поуже, подлиннее исзагибом спереди, нестали отэтого вполной мере лыжами - скользить наних всё равно неполучается, снег слишком рыхлый, - но, покрайней мере, теперь ноги можно переставлять более привычным образом, иони меньше устают. Пока красная линия наснегу различалась отчётливо, проблем сориентированием небыло, но, когда я удалился достаточно далеко, все оказалось нетак просто, как я ожидал. Я ловлю зеркальцем засветку лазера, делаю несколько шагов - иона теряется. Приходится сдвигаться нашаг влево-вправо, ловить её снова - ицикл повторяется. Мой след напоминает траекторию пьяного матроса изпортового кабака кродному трапу - вродебы курс верный, нокакие противоторпедные зигзаги!
        Трижды попути натыкаюсь налинии электроснабжения посёлка - они идут покаждой улочке частым пунктиром столбов, накаждом три фазы иноль. Ну, то есть, были фазы. Кмоему немалому удивлению, хотя верхушки столбов торчат над поверхностью снега, повода наних оборваны. Аведь этот СИП[5 - Самонесущий изолированный провод.], которым унас нетак давно перетянули все линии, довольно прочная штука. Я невольно вспомнил про свою красную верёвочку, тоже невинно пострадавшую. Может быть то, что бродит тут втемноте, нелюбит длинных прямых линий?
        Вскоре выяснился ещё один неприятный момент - уменя нет никакого способа замерить пройденное расстояние. Через некоторое время мне стало казаться, что я уже бреду тут несколько часов, давно промахнулся мимо усадьбы итеперь удаляюсь вснежное ничто, куда буду идти, пока нерухну без сил инезамёрзну насмерть. Пришлось давить всебе приступы паники, убеждая себя, что это субъективное, инасамом деле прошёл я, учитывая кривизну траектории, всего ничего. Оказалось, что тепловой баланс, несмотря нагрелки ифизическую нагрузку, всё равно невмою пользу - мне понемногу становится холодно, хотя инетак быстро, как раньше. Эх, убрал я бутылку сацетоном подальше отлюка, чтобы немешала - атеперь забыл нанеё посмотреть. Может он уже замёрз ивокруг минуссто?
        Я действительно почти промахнулся иучесалбы вполя, еслибы не«дальний свет» наналобной раскоряке иневетряк вусадьбе. Всё-таки суглом я немного ошибся, иэто «немного» надистанции вкилометр дало погрешность метров пятьдесят. Ноя интенсивно кручу тушкой (повернуть отдельно голову технически нереально), ловя лазерный луч взеркальце, илуч линзованного фонаря выхватил изтемноты яркие треугольники лопастей. Ветряк, ксчастью, неизмодных новых, где три-четыре больших лопасти, как усамолётного пропеллера, апредыдущего поколения, сбольшим многолопастным колесом. Заметная, вобщем, штука. Сейчас он, разумеется, некрутится, заметённый снегом доступицы, да, впрочем, иветра теперь нет. Пришлось покинуть мою «лазерную дорожку» ипойти всторону, ориентируясь наветряк. Это напрягает - несовсем понятно, как потом возвращаться обратно, будучи вне створа лазера, нообэтом я подумаю потом.
        Снег укрыл все строения усадьбы, кроме ветряка иглавного дома, укоторого торчит над поверхностью мансарда. Её окно я ивыставил, чтобы проникнуть внутрь. Выставил аккуратно, оторвав пластиковые откосы сайдинга (хотел отогнуть, нонахолоде они просто осыпались) ивынул, отжав топором крепления, оконный пластиковый блок. Он был закреплён как всегда - намонтажную пену инесколько шурупов, так что при демонтаже непострадал, я его просто поставил внутри напол. Немогу сказать, зачем я так аккуратничаю, анеразбил стекло - просто нелюблю вандализма, я сам немало домов простроил ичужого труда мне жалко.
        Мансарда оказалась жилая, разделённая надве комнаты, вкаждой изкоторых покровати, пошкафу истолику. Обычно так оснащают гостевые помещения - аккуратно, нослегка казённо. Поймал себя натом, что все время принюхиваюсь, ожидая трупного запаха - хотя нюхать через два метра намотанного натело противогазного шланга я мог разве что собственную задницу. Да иоткуда при таком холоде взяться запаху? Просто психологически давит мысль, что где-то тут, скорее всего, лежат здешние обитатели. Поскольку тепла вдоме нет, то явно неживые.
        Вниз, навторой этаж ведёт довольно широкая лестница - это хорошо, поузкой ябы всвоём скафандре непротиснулся. Там оказались спальни - вполне роскошная, вэтаком стиле псевдо-рококо согромной кроватью под балдахином - видимо, хозяйская, инесколько попроще - незнаю, чьих. Нет, серьезно - огромный траходром три натри ибалдахин извишнёвого бархата сзолотыми кистями. Пошлость необычайная. Вообще-то исторически смысл балдахина был втом, чтобы клопы спотолка наголову непрыгали, зачем он сейчас-то? Стенные панели издуба спозолотой, люстра - хрустальный водопад, толстый ковёр, головы невинно убиенных животных… Олень, кабан. Какие-то рога надосках. Обычно такой стиль обожают люди, чьё представление опрекрасном формировалось впозднем СССР. Впрочем, я так считаю - пусть каждый живёт, как ему нравится. Хрусталь, бархат изолото? - Да лишьбы наздоровье! Пусть хоть пресловутый золотой унитаз себе ставят, я его им даже подключу неочень дорого…
        Постель разобрана, покрывало валяется наполу, рядом стоят тёплые войлочные тапки самого пенсионерского вида, нохозяина нет. Это печальный симптом - я ещё надеялся, что намомент, когда мир сломался, население усадьбы было вгороде, азначит, тут никто незамерзал втемноте, доедая продукты, которые я хотелбы считать своими. Однако врядли онибы уехали, незаправив постель, так что, скорее всего, я найду их где-нибудь внизу, возле камина. Ведь естьже здесь камин? Просто обязан быть. Вот унего, вбезнадёжной попытке обогреться подшивками глянцевых журналов иобломками мебели, инашли свой конец жители этого большого дома. Странно, что дубовые панели состен надрова несбили, кстати. Ябы первым делом.
        Наэтаже пять спален, ивтрёх изних я нашёл туже картину, что вхозяйской - незаправленные кровати, тапки иодежда рядом, как будто проснувшиеся сразу убегали куда-то босиком втрусах иневозвращались больше. Водной наприкроватном столике стоит лопнувшая кружка стемным льдом замершего чая икуча мышиного говна вокруг того, что когда-то было бутербродом. Две оставшихся выглядят нежилыми, там кровати остались застеленными. ещё обнаружил два небольших санузла - срасколотыми унитазами, стоящими вледяной луже илопнувшими смесителями нараковинах. М-да, вот вам иваш магистральныйгаз.
        Вниз спускался стяжёлым сердцем - нето чтобы я боюсь покойников, нонастроение они определённо неповышают. Однако, кмоему удивлению, каминный зал - пожалуй, именно так можно назвать помещение, где камин доминирует над прочим интерьером, располагаясь посередине здоровенной комнаты, - оказался пуст. Имебель наместе - несколько удобных навид диванов, роскошное кресло-качалка изгнутого дерева (самбы оттакого неотказался) ижурнальные столики сжурналами наних. Иникаких трупов, что особенно приятно. То есть, никто камин мебелью нетопил, да ивообще неспасался отхолодной смерти. Толи тут всёже никого небыло, толи они все грелись где-то вдругом месте. Вбане, может быть? Ачто, для пары-тройки человек баня - более перспективный вариант, чем этот огромный зал, который всё равно непротопить камином. Итеплоизоляция там получше, иобъем поменьше, идрова, небось, какие-нибудь есть… Новсёже ябы поставил нато, что никого тут нет инебыло. Особенно после того, как заглянул вшкафы накухне. Впару мест проникли мыши, ипро то, что там хранилось, можно забыть, но, восновном, добротная дорогая мебель выдержала натиск мышиных
зубов, оставив мне довольно приличные запасы продуктов. Даже вхолодильниках все замёрзло быстрее, чем испортилось - большой дом без отопления выстывал быстро. Я стал обладателем кучки мороженых овощей, замерзших картонных брикетов смолоком икакими-то йогуртами, окаменелого вморозилке мяса, множества пакетов скрупами ипрочего весьма актуального добра. Вино, ксожалению, полопалось - кроме пары бутылок какого-то крепкого хереса, который тоже, разумеется, замёрз, нобутылки почему-то нелопнули. Авпрочем… Я нашёл полиэтиленовый пакет и, стряхнув сбордовых цилиндров замороженного вина осколки бутылок, засунул туда парочку красного сухого, как жена просила. Оттают ивыпьем, почему нет? Да ихерес тоже приходится, он хорошо согревает - если его, конечно, ненадо для употребления грызть. Носамая большая радость спрятана вшкафчике унавороченной индукционной суперплиты - там впакетах ибанках стоит зерновой кофе разных сортов. Восновном, понемногу, новобщей сложности почти килограмм. Это просто праздник какой-то! Уже ради одного кофе стоило преодолеть этот километр, аведь тут ишоколад, ипеченьки, идаже какое-то
мороженое. Исоки вледяных тетрапаках. Имюсли сорехами. Всего этого почуть-чуть, номы можем устроить настоящийпир!
        Хотелось похватать вкусности ибежать обратно, радовать жену идетей, ноя выдохнул, успокоился иначал складывать продукты втолстые мусорные пакеты. Опасаюсь, что, когда химические грелки выработают ресурс, я начну быстро замерзать. Я исними-то чувствовал себя неочень комфортно - вдоме ничуть нетеплее, чем наулице. Сколько я уже нахолоде? Добрался донаручных часов - ого, уже два споловиной часа! Грелки наисходе. Это серьёзная проблема, наобратную дорогу их уже, скорее всего, нехватит. Интересный вопрос - смогу я дойти без них? То есть, понятно, что замёрзну, вопрос - насколько сильно? Впрочем, что гадать - скоро узнаю. Апоскольку всё равно грелки сдохнут быстрее, чем я вернусь, то имеет смысл пошариться тут ещё. Вдруг найду что-то ценное кроме продуктов? Хозяйство тут, судя повсему, было солидное.
        Напервом этаже, кроме каминного зала, занимавшего большую часть площади, нашлась пара жилых комнат неожиданно спартанского вида - видимо, для прислуги, - ироскошный санузел смассажной ванной. Унитаз, кмоему разочарованию, оказался незолотым - обычный фаянсовый, хотя ииздорогих. Расколотый ипокосившийся, мороз его непощадил. Авот золотой, небось, выдержалбы - золото пластичнее…
        Надругой стороне каминного зала обнаружил дверь вбиблиотеку-курительную. Надоже, как прям ванглийском замке каком. Всё варистократию играют. Судя покнигам, выстроенным погармонии внушительных корешков, роль уних тут чисто декоративная. Дизайн интерьера такой. Ну иглупоже держать книги там, где курят. Неидёт им это напользу. Ноздесь оказалась иполезная часть интерьера - хороший бар сдорогим крепким алкоголем. Он тоже замёрз, нобутылки неполопались - спиртосодержащее замерзает несовсем так, как вода. Еслибы ненасебе тащить, ябы сгрёб все - при моих доходах я отаких напитках даже имечтать немог, - нопришлось ограничиться парой бутылок коньяка подороже. Ничего, я сюда ещё вернусь!
        Неожиданно оказалось, что задняя дверь, ведущая издома надвор, спокойно открывается - я ожидал, что она будет завалена снаружи снегом, нонет - надворные постройки соединяются тут крытыми переходами, без стен, носарочной крышей извитиеватых металлоконструкций. Снег ложился быстро ибез ветра, врезультате их так инезасыпало, остались такие какбы снежные тоннели. Это здорово упрощает задачу. Я немогу себе отказать вжелании осмотреться, хотя химические грелки уже начали выдыхаться, ия ощутимо подмёрз. Как ни странно, бани необнаружил - ая-то был уверен, что баню научастке строят сейчас едвали невперёд сортира. Аможет она иесть, нокней неведёт крытый переход итеперь её отделяют отменя метры снега, причём, неизвестно, вкакую сторону. Зачем мне баня? Ну, необязательно баня, нокакое-то маленькое помещение спечкой найтибы хотелось. Учитывая, что химические грелки быстро выдыхаются, мне нужен перевалочный пункт для обогрева, аглавное - для их перезарядки. Чтобы грелка восстановилась, её надо пару часов кипятить вводе, агде это делать теперь, кроме как вбане? Итут я увидел,где.
        Унас это называют «финский гриль-домик», хотя я неуверен, что финны такое хоть раз видели. Круглое небольшое строение сконической крышей, размером сбольшую беседку, нозакрытое. Попериметру сплошная лавка, накрытая чем-нибудь мягким, авцентре поднятый наподиуме стол-очаг-мангал-барбекю. Отличное место, чтобы выпивать небольшой дружной компанией вплохую погоду, закусывая тем, что жаришь сам прямо между тостами. Жаль, стоит дорого. Вот наэто строение я инаткнулся вконце снежного коридора.
        Этот «гриль-домик» выгодно отличается оттипового решения тем, что несовсем «гриль» - вместо открытой барбекюшницы вцентре стоит небольшая, новсёже кирпичная кулинарная печь-плита, свмурованным казаном идуховкой. Видимо здешние обитатели нелюбили давиться подгорелым науглях мясом, апредпочитали более сложные блюда. Врезультате свободного места вдомике осталось совсем мало, номне это было только наруку - меньший объем прогревать. Сзади нашлась незаметная дверка вещё одно крохотное помещение - оно, кмоей радости, оказалось заполнено упакованными вполиэтилен «евродровами». Это цилиндрические псевдополенья, прессованные изстружечных отходов столярных производств, ногорят ничуть нехуже настоящих. Удобно для тех, кому лень пилить-колоть инежалко денег.
        Сам посебе домик неутеплён, водну доску, носнаружи снег, аон сам посебе прекрасный теплоизолятор, так что поднять температуру доплюсовой, пожалуй, получится. Если, конечно…
        Я нашёл наполочке упечки спички икусок бумаги, поджёг изасунул втопку. Увы, дым пошёл вдомик, анепотянулся внутрь. Похоже, срез трубы ниже уровня снега, тяги нет. Ноэто поправимо. Вобщем, какие-никакие перспективы тут вырисовываются, есть над чем работать, асейчас пора домой - грелки разрядились окончательно ия уже прилично подмёрз. Одна надежда, что находу согреюсь - сани будут сприятной тяжестью продуктов, под нагрузкой тепловыделение организма больше… Ну, теоретически. Нонапоследок всёже неудержался, сходил попоследнему снежному коридору. Итам, забоковой дверью большого, нанесколько машин гаража, я увидел прекрасное - снегоход.
        Нет, здесь стоит иглянцевый представительский «Фолькс-Фаэтон», икакой-то дорогой внедорожник напошлых блестящих дисках, ноя, открыв дверку, упёрся сразу внего - вснегоход. Внутри уменя загорелась лампочка - вот оно! Загорелась - исразу погасла. Тут, блин, бензин уже замёрз, толку теперь соснегохода этого… Кстати, обензине - вгараже нашлись две полные канистры, видимо, как раз для снегохода этого. Ну имне, значит, для генератора сгодится. Наверняка вбаках машин тоже есть топливо, ноего уже неслить, застыло. Нотопливо потом, вследующий заход. Пора бежать домой, да побыстрее, ато холод поселился внутри под одеждой иподбирается ктелу.
        Вытащил пакеты седой вмансарду, выкинул вокно, пролез сам. Когда начал цеплять снегоступы, вдруг понял, насколько вымотался - наклонившись кзавязкам, чуть неупал. Голова кружится, ножки подкашиваются… Холод силы выпивает как вампир. Уложил мешки вволокушу, побрёл обратно, стараясь держаться своего уже почти сгладившегося следа. Вот интересно, аснегоход натакой рыхлой поверхности удержится, или утонет нафиг? Там, вроде, утилитарник какой-то стоял, сширокой гусеницей ирасширенными лыжами, может, ипоехалбы. Еслиб бензин незамёрз, ивсе остальное сним. Акак былобы шикарно наснегоходе, эх… Волокушу кнему зацепил - икмагазину мухой метнулся. Это тебе нессаночками пердячим паром… Как ни странно, лазерную свою дорожку нашёл довольно легко - шёл икрутил головой, пока несловил красного зайчика. Дальше уже иду так, чтобы его все время видеть, проще простого.
        Однако новая напасть - села батарея вфонаре. Хоть издоровый повербанк, ипод одеждой укрыт, аразрядился быстрее, чем я ожидал. Достал заверёвочку изкармана запасной - аон незажигается, чтоб его. Тряс, стучал, пытался покрутить крышку - бесполезно. Видимо, светодиод сдох. Иду, совершенно невидя, куда, вполной темноте, держась накрасную чёрточку вертикальной развёртки лазерного нивелира. Изамерзая все сильнее скаждым шагом. Такое ощущение, что вместе сэлектричеством избатареи фонарика уходило тепло иизмоего тела. Отхолода просто больно - казалось, что воздушный шланг примёрз кмоему телу искаждым вдохом промораживает внем ледяные дорожки. Я невольно стал задерживать дыхание, ностало только хуже. При нагрузке кислорода итак нехватает, голова начала кружиться сильнее, ия упал. Встать врыхлом снегу спримотанными кногам снегоступами оказалось настолько сложно, что меня охватила паника - показалось, что затягивает, как взыбучий песок, ия сейчас утону, как втрясине… Ксчастью, сумел ухватиться засани, и, опираясь наних, поднялся. Адреналин прочистил голову, ия даже как будто уже нетак мёрз, как минуту назад.
Очень странно истрашно идти, ничего невидя - еслибы лазер погас, уменя небылобы шансов.
        Пока добрался долюка, был уже напоследнем издыхании. Открыл иуже буквально сполз вниз. Втащить продукты сил небыло, я ввалился вдом ирухнул напороге, покрываясь инеем, как вынутая изморозилки бутылка. Кстати, обутылках…
        - Дорогая, хочешь красного сухого вина? Подогретого, спряностями имёдом? - прошептал я, как только подбежавшая впанике супруга освободила мою голову откапюшона имаски.
        - Боже мой, милый, дочего ты себя довёл! - всплеснула руками жена. - Натебе лицанет!
        - Черт сним, слицом, - я попытался махнуть рукой, нонесмог, мне показалось, что гравитация унас дома, как наЮпитере, ия сейчас растекусь пополу прихожей склизкой лужицей. - Вина-то хочешь?
        - Да, конечно! - кажется, ужены наглазах слезы, ноя немогу сфокусировать зрение. После абсолютной темноты поверхности даже тусклое аварийное освещение режет глаза.
        - Тогда тебе придётся притащить мешки споверхности… - выдавил изсебя я. - Мне уже никак…
        Глава6
        Пришёл всебя впостели, отзапаха глинтвейна. Самое приятное пробуждение запоследнее время, несмотря нато, что чувствую себя, как внезапно оттаявший извечной мерзлоты мамонт. Вино, пряности, даже лимон имёд! Нет, я незря сходил!
        - Держи, дорогой, - жена протянула мне термокружку. - Ты меня сильно напугал вчера.
        - Вчера? - я совершенно потерялся вовремени. - Как долго я спал?
        - Часов десять, примерно, - укоризненно ответила жена. - Мне пришлось самой запускать генератор, аты знаешь, как я боюсь его поломать…
        - Привыкай, - сказал я, снаслаждением принюхиваясь ккружке. - Мне придётся делать большие концы идаже, возможно, отдыхать там, невозвращаясь домой. Если получится устроить пункт обогрева…
        - Мне это совсем ненравится, - жена заметно расстроилась, - Мне страшно тут оставаться одной сдетьми. Ия боюсь затебя - вэтот раз ты еле живой вернулся.
        - Вот именно для того, чтобы невозвращаться вот так, изпоследних сил, мне инадо устраивать промежуточную базу… - вот который год женат, авсе никак неброшу попыток перебить женские эмоции мужской логикой. Знаю, что неработает, нокаждый раз прокалываюсь.
        - Мне страшно, понимаешь ты или нет! Я тут одна, сдетьми, ты уходишь вэтот тёмный ужас, ия незнаю, вернёшься или нет… Все как раньше, ничего неменяется, я так немогу!!! - зарыдала иушла.
        Ну вот, опять я вышел вовсем виноват. Ладно, попью глинтвейна, отдохну, ипродолжу делать, что делал. Потому что надо. Притащенные вчера продукты отодвинут продовольственный кризис нанеделю, если экономить - то даже надве, ноэто ивсё. Нетак уж их имного. Нодело даже невэтом - я просто обязан выяснить, откуда свет натрассе. Если там выжила какая-то значительная группа, то… незнаю, что. Возможно, что она нам необрадуется, как новым претендентам натот ресурс, накотором они сидят. Я предполагаю, что они заняли заправку имагазин - имея огромный запас топлива ибольшой - продуктов, можно протянуть долго, нонебесконечно. Возможно, все, что мне там скажут, это: «Вали отсюда, парень, самим мало!». Ноя всё равно должен доних добраться - вдруг они знают что-то опричинах ипоследствиях того, что мир сломался? Такая информация сможет быть ценнее продуктов итоплива.
        Ну ивсегда остаётся ничтожный шанс, что это неслучайные выживальщики, акакая-то организованная государственная сила, база спасателей, например. Что сломалось невсе, что уцелели какие-то структуры, что ведётся какая-то осмысленная деятельность… Увы, поверить вэто трудно - впервую очередь потому, что старый советский всеволновой радиоприёмник «Океан» стех пор, как мир сломался, ловил только шорох пустого эфира. Нето, что радиостанций или переговоров спасателей - нет даже помех, треска ионосферы, сигналов спутников идругих технологических радиошумов. Эфир чист, как впервый день творения. Апервое, чем озаботиласьбы любая организованная структура - это связь. Потому что связь - это иесть организация.
        Вобщем, я сперва повалялся, пытаясь отогреться после вчерашнего, апотом, игнорируя молчаливое недовольство жены, начал собираться впуть снова. Осмотрев свою тушку, никаких холодовых травм необнаружил. Хотя наобратном пути казалось, что промороженное мясо кусками отваливается, нашёл всего несколько покраснений тем, где воздушный шланг был слишком близко ктелу. Нетак всё истрашно, больше психосоматики. Наэтот раз собираюсь срасчетом, что, если получится, останусь наперевалочной базе надолго. Попробую её обжить. Вмоем случае «обжить» - значит поднять температуру хотябы доплюсовой, ипридумать, как удержать её наэтом уровне. Наэтот счёт уменя есть несколько идей, так что навсякий случай тащил ссобой много всего. Нопрежде всего - зарядил все аккумуляторы фонарей. Больше всего мне нехочется снова остаться наверху без света.
        Облачаюсь вприхожей всвой «космический комплект», ажена, активируя химические грелки, говорит неуверенно:
        - Знаешь, мне вчера казалось, что сверху кто-то ходил.
        - Всмысле «сверху»? - удивилсяя.
        - Ну, может быть, покрыше… Я неуверена, - пожала плечами жена. - Я тебя ждала инесколько раз кидалась встречать, вполной уверенности, что это ты. Ноэто был неты.
        - Может, послышалось?
        - Нет, я чётко слышала. Там что-то было.
        - Ну, может холодовые просадки какие-то… - предположил я без всякой уверенности. - Кровля играет…
        - Может… - задумчиво ответила жена. - Ноуж больно похоже нато, что кто-то покрыше ходит… Страшновато даже.
        - Небойся ничего, аесли что - ружье вон там! - несколько противоречиво утешил я жену и, чтобы сгладить впечатление, продекламировал:
        Ну асунется такой,
        Кто нарушит твой покой, -
        Мне тебя учить ненадо:
        Сковородка под рукой!..[6 - Стихи Леонида Филатова.]
        Ну, иполез наверх, затаскивать всани припасы. То оттуда полные сани пёр, теперь туда… - чувствую себя ездовым оленем. Сфонариками нарогах…
        Выкарабкавшись наверх, первым делом проверяю бутылку сацетоном. Он ещё незамерз, номне кажется, что стал какой-то… более вязкий, чтоли? Взболтнёшь бутылку - аон так вяло колышется, как масло… Неужели действительно температура продолжает падать? Это плохой признак, потому что, какбы я тут недёргался, ноесть нижний предел - точка замерзания воздуха. Врядли выйдет носить вдом кислород вёдрами ирастапливать его напечке… Я стараюсь обэтом недумать, потому что толку оттаких размышлений ноль, новсёже. Если предположить, что мир сломался настолько глобально, то как скоро атмосфера выпадет снегом наповерхность планеты? Ведь есть ещё какое-то внутреннее тепло, какие-то там процессы вмантии иядре… М-да, вучилище этого непреподавали, но, может, надо зарываться вкакие-то шахты? Тут относительно недалеко знаменитые карстовые пещеры, я туда детей наэкскурсию возил летом. Хотя, что я несу? Это попрежним меркам полста километров - недалеко, сейчас мнебы километр прошагать…
        Загрузив сани, прошёлся сфонарём вокруг дома, посмотрел накрышу - действительно, поцарапана сильно, аместами вроде илисты пробиты. Содранная тёмная краска ияркий блеск металла. Носталоли царапин больше спрошлого раза? Немогу поручиться, несчитал. Следы вокруг дома тоже ничего непроясняют - верхний слой перемороженного впыль снега затягивает неглубокие отметины, да исам я тут потоптался изрядно. Неудержался, посветил вверх, настолб печного дыма, вертикально уходящий вчёрное ничто, которое унас теперь вместо неба - сразу замутило изакружилась голова, как усалаги вшторм, ноуспел заметить неладное. Закрыл глаза, переждал тошноту иуже аккуратно, почуть-чуть поднимая луч фонаря, убедился, что да - натрубе отсутствует крышка-дымник, колпак, который недаёт дождю попадать втрубу. Нето, чтобы я ожидал вближайшее время дождь, новедь раньше-то она была!
        Обойдя дом, увидел, что крышка погнута исворочена насторону, висит сбоку трубы напоследнем крепеже. Такое впечатление, что кнам прилетал какой-то тяжёлый стратегический Санта-Клаус, присел толстой жопой натрубу. Полезть - непролез, остались мы без подарков, носворотил, скотина такая, жестяной колпак. Когда я впрошлый раз осматривал крышу иувидел царапины - был тогда колпак натрубе? Непомню, необратил внимания. Сейчас вверх лучше несмотреть, вестибулярка слетает, как гирокомпас соси. Вобщем, так ничего инепоняв, отправился впуть, потому что подмерзать теперь начал почти сразу. Несильно, грелки пока справляются, новсё равно лучше незадерживаться. Решил, что был там колпак или небыло - ни начто это невлияет. Всё равно делать надо то, что собрался. Азначит - чего впустую рефлексировать, время терять?
        Лазерный нивелир исправно выдаёт свою дорожку, ориентирование понему я отработал впрошлый раз, да игружёные сани оставили такую колею, которая, хотя изатянулась поверху, новсё равно различима - этакой неглубокой плавной канавой. Так что дошёл наэтот раз без проблем иблужданий. Сразу использовал домашнюю заготовку - достал изсаней две конструкции изреек, накоторых крестом закреплены открученные свелосипедов круглые катафоты, ивоткнул их вснег. Одну сориентировал отражателями всторону дома, вторую - всторону источника света натрассе - кмоему облегчению, он ещё работал. Их главное свойство - отражать свет точно туда, откуда он пришёл, - поможет мне незаблудиться вдальнейшем.
        Затем взял лопату и, сориентировавшись покрыше коттеджа, пошёл откапывать трубу «финского домика» - оказалось, что ей нехватало доповерхности буквально десятка сантиметров, так что внесколько проходов я нанеё наткнулся ирасчистил пространство вокруг, чтобы незатянуло снегом снова. Только после этого, уже изрядно подмёрзнув, спустился вниз через окно мансарды иперетащил туда груз ссаней.
        Наэтот раз печка-плита вдомике разгорелась спервой спички - скрученные листочки бересты вспыхнули и, поднесённые ктрубе, протолкнули столб холодного воздуха. Почти ненадымил - примитивная конструкция плиты, предназначенной для готовки, анедля отопления, имеет исвоё преимущество - изнескольких дымооборотов нормальной печки выгнать холодный воздух сложнее. Конечно, идров она при этом жрёт заметно больше, нерационально выкидывая часть тепла через трубу ватмосферу, нотут уже ничего неподелаешь. Закидал топку «евродровами», дождался, пока они разгорятся и, поставив настол рядом спиртовой термометр, все ещё слишком холодный, чтобы что-то показывать, отправился доразведывать здешнее хозяйство. Ноги сами понесли меня вгараж - отчего-то снегоход, несмотря наневозможность его завести, неоставлял моих мыслей.
        Наэтот раз осмотрел более тщательно. Производителя имодель сходу неопределил, потому что заводская окраска имаркировки скрыты под виниловой плёнкой серо-бело-коричневого зимнего камуфляжа, ноябы поставил нато, что это какой-то импортный утилитарник. Уменя никогда небыло своего снегохода, ноуприятелей-офицеров, увлекающихся охотой, это была модная тема. Столько рассказов было, что я поневоле нахватался поверхам. Гусеница на60сантиметров сразвитыми грунтозацепами, две широкие лыжи, большое сидение, багажный бокс, буксировочно-сцепное устройство сзади - машина, предназначенная для работы втяжёлых условиях, для движения порыхлой целине, волоча наприцепе убитого лося. Раз тут есть такой снегоход, то наверняка иоружейный сейф где-то рядом, идругие охотничьи приблуды. Оружие мне, вроде как, без надобности, ночто-то полезное может отыскаться, так что я сэнтузиазмом приступил кпоискам, периодически возвращаясь вдомик, чтобы подбросить ещё дров впечку. Сгорают они стремительно, нотермометр пока неподнялся ниже своих предельных -50, только иней выступил настенах иокнах.
        Вгараже вдальнем углу отыскалась небольшая дверца, хотя изакрытая, нослишком хлипкая, чтобы остановить мой порыв ихороший топор. Заней нечто вроде большой кладовки, поразмерам чуть меньше самого гаража. Да, владелец поместья явно был большой любитель охоты ирыбалки - первое, что я уронил насебя всвоём космонавтском неповоротливом наряде, оказалось ледовым буром иэтим, вот, ящиком - накотором сидят улунки. Никогда непонимал этого маньячества, носейчас горячо приветствую увлечения хозяина кладовки, потому что кроме бессмысленных теперь рыболовных снастей - небольшая наша речка, скорее всего, промёрзла додна, - здесь обнаружились, например, роскошные грузовые нарты для снегохода - лёгкие иизящные, алюминиевые, нашироких полозьях. Они очевидно лучше того фанерного убожища, которое таскаю засобой я. Ноиэто несамое прекрасное - вкладовке лежит свёрнутая вудобные тючки одежда для зимней рыбалки. Куртка скомбинезоном - зеленовато-серые, сжёлтым кантом инадписью Norfin. Толстенные илёгкие, явно пуховые. Аглавное - несколько комплектов одежды сэлектрическим подогревом. Вкомплекте заботливо уложены
вотдельный пакет аккумуляторные блоки напять тысяч миллиампер-часов изарядники кним, как сетевые, так иавтомобильные. Это настоящее сокровище!
        Я слышал про такие штуки, ноникогда недержал вруках - это для богатых рыболовов-пенсионеров, которым здоровье уже непозволяет греться водкой. Непомню, как долго работает содного заряда, норечь идёт очасах, неоминутах. Вполне себе вариант вдополнение кмоим химическим грелкам, правда, зарядить я их смогу только дома. Вгараже я видел маленький походный генератор - похоже, владелец предпочитал выезжать наприроду смаксимальным комфортом, - ноего, как иснегоход, незавести, пока бензин вбак надо стругать ножом. Так что я даже больше обрадовался каталитической газовой печке инескольким стандартным баллонам натридцать литров. Судя повесу, два баллона полных, один пустой. Да, газ там, разумеется, наглухо замёрз, ноего как раз отогреть недолго.
        Я начал перетаскивать находки вдомик, кпечке поближе. Термометр уже слегка ожил ирадует почти летними минус двадцатью - понынешним временам жара. Правда, дышать стало тяжеловато игореть как-то неохотно… Оказалось, что подача воздуха втопку идёт неизпомещения, аснаружи, подвум воздуховодам. Пришлось выйти ипрочистить их отснега. Тяга наладилась, температура начала расти быстрее ивскоре я решил, что уже достаточно тепло, чтобы примерить обновки.
        Владелец поместья оказался примерно моего роста, носильно толще. Его комплект Norfin Polar налез наменя даже поверх всей сбруи, ивнем оказалось много удобнее иповоротистей, чем вмоей неподъёмной овчине. Одежду сподогревом, предназначенную для ношения средним слоем, упаковал обратно втючки, чтобы зарядить дома. Дальнейшие поиски принесли ещё иподогреваемые очки - спроводом, для подключения кснегоходу. Мировой старикан был этот домовладелец! (Я его никогда невидел, номолодые редко так заботятся освоём здоровье икомфорте). Я снова иснова возвращаюсь мыслью кснегоходу. Вот прям так ивижу себя рассекающим снеговой простор - весь такой сподогревом, подключённым квстроенной внего розетке. Кум королю, а? Это непешком брести вроли тяглового животного снартами заспиной. Это нетолько дотрассы, это даже догорода долететь можно! Если где иесть жизнь - так это как разтам…
        Аесли температура будет падать дальше инаступит совсем жопа, то можно будет предпринять почти безнадёжный поход квходу впещеры. Конечно, пятьдесят километров - это загранью реальности, но, вполне возможно, что даже такой ничтожный шанс окажется лучше, чем ничего. Ладно. Небуду пока обэтом. Буду надеяться, что свет утрассы - это заждавшееся своего офицера государство, влице МЧС спунктом кормления иобогрева. Я даже готов вступить обратно вряды - когда кругом такой бардак, то нет ничего лучше, чем прибиться под суровую, носильную руку Родины. Да, кстати, окормлении - пока МЧС неспешит ко мне смиской казённого супа, надо как-то позаботиться осебе самостоятельно. Я взял сполки большую кастрюлю, вышел… - изаскочил обратно. Расслабился, снял намордник, аразница температур-то ого какая! Внутри уже почти ноль, аснаружи - невесть сколько минус. Пришлось снаряжаться обратно.
        Нагреб вкастрюлю снега, утрамбовал поплотнее, поставил наплиту. Так-то я ссобой взял пачку аварийных рационов «Якорь» - штука компактная идовольно нажористая, нонавкус… Как подслащённые опилки грызть. Если дрейфуешь вморе наплоту, ожидая спасателей - то сойдет, атак - неочень вдохновляет. Взял только потому, что легко тащить, да идомашним своим такое скармливать - бесчеловечно. Но, ксчастью, среди охотничье-рыболовной снаряги оказалась икоробка свсякими импортными сублиматами «просто добавь воды» - лапшой, порошковой картошкой идаже любимыми мной ещё сослужбы витаминными растворимыми напитками «Адаптон». Многие сних плевались, я помню, амне нравилось. Стех пор, как армейские рационы стали делать коммерческие компании, все это появилось всвободной продаже иушло «внарод» - как раз рыбакам, да охотникам.
        Когда вода закипела, отчерпнул кружкой, заварил лапши, залил «Адаптон»… Да какаяж красота! Впомещении уже плюс пять, можно снять верхнюю одежду идышать просто носом, без обмотанного вокруг задницы шланга. Воставшийся вкастрюле кипяток закинул навосстановление химические грелки, подкинул дров, прилёг налавку, завернулся внайденный тамже спальник - иуснул. Выматывают эти походы всё-таки зверски.
        Глава7
        Проснулся сощущением тревоги, хотя инепонимая, что случилось. Впервый момент вообще несоображал, что вокруг игде я - фонарь я перед сном выключил, найденная вкладовке свеча успела догореть, вокруг темно ихолодно. Ноэто буквально секундная растерянность, ачтоже меня разбудило? Включил свет, огляделся, подкинул дров впочти погасшую печку, убедился, что вода вкастрюле наполовину выкипела, добавив непривычной влажности ввечно пересушенный холодный воздух ичастично уже осев инеем нахолодной изнанке кровли. Сверху слой снега над над крышей невелик, асама она тонкая - доски имодная мягкая кровля шестиугольными лоскутами. Я поднял голову сналобным фонарём, разглядывая верхнюю часть домика, ипонял причину тревоги - рядом спечной трубой опорные доски прогнулись внутрь итихонько потрескивали, роняя иней, как будто накрыше стояла… Ну, незнаю - лошадь, например. Подо мнойбы поставленная наребро доска сто напятьдесят так негуляла. Мне стало страшно - ану как крыша сейчас завалится? - ия начал торопливо одеваться, судорожно напяливая насебя сбрую, итрофейную тёплую пуховку. Химическими грелками пришлось
пренебречь - они ещё лежат вкипятке, мокрые игорячие, перед активацией их надо остудить. Когда я напялил насебя снаряжение, крыша ещё держалась, нозато впечке вдруг резко пропала тяга - огонь пригас, идым изтопки потянуло наружу. Такое впечатление, что кто-то заткнул трубу. Кажется, местный Санта становится несколько навязчив, пора нанего посмотреть.
        Вкладовке, которую я так радостно размародёрил, есть изамаскированный вуглу оружейный сейф. Запертый ибез ключей, носломалбы я эти плёвые замки без проблем. Я нестал этого делать попричине того, что, во-первых, непредставляю, вкого тут стрелять, во-вторых, неуверен, что гражданское оружия впринципе натаком холоде выстрелит. (Я видел, как при каких-то плёвых минус сорок отказывает автомат Калашникова). Теперь я, пожалуй, готов пересмотреть свои пацифистские воззрения ивлепить этому Плохому Санте заряд дроби втолстую жопу. Чтобы незатыкал ей трубу. Аеслибы я непроснулся вовремя? Так иугорелбы тут кчёртовой матери… Аесли он вот так заткнёт трубу внашем доме? Крышку-то, вон, уже своротил? Там, конечно, датчики СO есть, нокакого хрена! Однако идти ломать сейф уже поздно, ия вылез наверх, преодолев длинный путь через дом имансарду, содной лопатой. Невкачестве оружия, атак - снежку накрышу подкидать для теплоизоляции изащиты кровли отсантаклаусов. Когда увидел всвете фонаря то, что взгромоздилось натрубу, сразу понял, что выбор был верным - сружьём ябы чувствовал себя ещё более глупо.
        Сказать, что я испугался - это одновременно преувеличить ипреуменьшить мою реакцию. Содной стороны, тварь, раскорячившаяся над срезом трубы, объективно очень страшная. Прежде всего, своей инфернальной ни начто непохожестью. Чёрное блестящее сегментированное тулово, какие-то ломаные линии конечностей, попервому впечатлению состоящих излезвий ишипов, и, конечно, жуткая харя, слегка напоминающая противогаз ГП-7, вкоторый вместо стёкол вставили глаза стрекозы, авместо переговорной мембраны иклапанного узла - гидравлический резак изкомплекта спасателей. Тут испугаешься, пожалуй - особенно сучётом того, что размером оно схорошего лося. Но, сдругой стороны, это какой-то рассудочный страх, идущий отголовы. Ощущения опасности, идущего отжопы, уменя почему-то невозникло. Внешне тварь больше всего походит накакое-то увеличенное чёрным научным колдунством насекомое изстарых ужастиков про безумных учёных, номне она скорее кажется чем-то неочень живым. Как будто экспонат спознавательной выставки для детей - отлитый изпластика механизированный динозавр. Это сложно описать, тем более аргументировать - просто
такое ощущение. Вовсяком случае, вместо того, чтобы вужасе убежать, я медленно, выставив перед собой лопату, пошёл кэтому существу. Оно смотрело, как я приближаюсь, ноникак нереагировало. Когда я подошёл близко, передняя конечность, сложенная втри раза как лапка богомола иприжатая кверхней части тулова, вдруг стремительно метнулась вмою сторону, остановившись вполуметре отлица иуставившись копейным остриём. Неожиданно этот наконечник раскрылся начетыре тонких чёрных лезвия исгромким щелчком сложился обратно, аконечность также моментально убралась обратно. Я предположил, что мне вот так обозначили дистанцию, ближе которой приближаться неследует. Новсё равно неиспугался - наверное, абсурдная пластика этого движения, неестественного, ноочень чёткого, только усилила ощущение нереальности происходящего. Я чувствовал себя, как Рипли изфильма, когда нанеё скалится вблизи Чужой. Он там такой страшный, - клац-клац, двойная челюсть, слизь сзубов, - ноотчего-то сразу понятно, что ненападёт. Несейчас.
        Воткнул лопату вснег иподнял руки, надеясь, что это небудет воспринято как жест агрессии.
        - Эй, послушай, - обращаться голосом кэтому существу врядли хорошая идея, нонелопатойже внего тыкать? - Ты это… Извини, ноты заткнуло жопой трубу.
        Существо смотрит наменя сверху своей противогазной харей иникак нереагирует. Впрочем, мы тут оба те ещё красавцы, имоя харя, если вдуматься, ничуть неменее противогазная.
        - Нет, вообще ты грейся, мне нежалко… - продолжил я примирительно, - Нопечкаже погаснет ивсем станет холодно. Может, сдвинешься немного?
        М-да. Непохоже, что оно понимает русский язык. Впрочем, любой другой тоже врядли. Я обозначил жестами желание сдвинуть его тушу всторону, для чего зашёл чуть сбоку. Пучеглазая голова повернулась вмою сторону. Я замахал руками, как бабка, которая гонит корову изсада:
        - Пошла, пошла, кыш! Да отойдижты!
        Существо нереагировало, ия осмелел, сделав пару шагов вперёд. Шипастая передняя конечность дёрнулась было, носнова застыла, только два огромных жукоглаза смотрят наменя вупор. Сбоку это странное создание оказалось слегка похожим наогромного богомола, ноневполне - чёрное сегментированное туловище располагается вертикально, азадние ноги хотя ивывернуты коленями назад, ноих две, анечетыре. Вообще, сходство сбогомолом определяют скорее сложенные впереди трехсуставные жесткие, сострой кромкой руки иглазастая треугольная голова. Все остальное, если подумать, неочень насекомое. Скорее похоже… да ни начто непохоже, вобщем. Абсурдное создание. Я стою почти вплотную идумаю - если я его толкну, оно мне голову оторвёт или нет? Аесли нетолкну - то как его сдвинуть струбы? Чёрное гладкое, как будто пластмассовое туловище лежит нижним сегментом натрубе, смяв лёгкий жестяной дымник изакупорив им кирпичный срез дымохода. Мнебы только его освободить, ипусть это чудо дальше греется, нежалко… Неловкая ситуация неожиданно разрешилась сама собой - существо вдруг подскочило, оттолкнувшись задними ногами открыши, икак
будто исчезло. Вовсяком случае, излуча фонаря. Когда я покрутился вокруг себя, освещая фонариком снег, то обнаружил оплывающий наглазах глубокий след, уходящий куда-то всторону трассы. Надоже - просто вот так смылось. Какое-то время смотрел ему вслед, но, поскольку оно невозвращается, акроме светового пятна отфонаря ничего невидно, то я отковырял лопатой жестяной смятый колпак оттрубы иотправился обратно вниз. Только теперь, когда адреналин схлынул, я понял, как зверски замёрз. Неудивительно, что это чудо так прилипло кдымоходу - яб наего месте тоже искал, где погреться.
        Внизу вдомике ещё тепло - термометр показывает минус пять, - нопечка погасла. Возможно, поэтому странная эта тварь покинула меня так стремительно - просто труба остыла. Интересно, где оно обычно греется?
        Я растопил печку заново - теперь тяга стала уверенной ивтрубе загудело. Температура начала расти, быстро перевалив вплюс. Я немного согрелся, нораздеваться нестал - отправился обратно вгараж. Идея соснегоходом меня неотпускает. Откинув боковую пластиковую крышку - осторожно, чтобы замороженный пластик нетреснул, - увидел под ним довольно большой двигатель снадписью Rotax 1200накрышке. Мотор оказался, судя повсему, четырёхтактный ипочему-то трёхцилиндровый. Надоже, я думал, что наснегоходах стоят движки типа мотоциклетных, аэтот повиду вполне подходит даже для небольшого автомобиля… Если мотор Rotax - то это, наверное, финский Lynx. Хотя я непоручусь, может эти двигатели ещё куда-то ставят. Я слышал про «Линксы», - втом числе отлюдей, укоторых снегоходы есть, анетаких как я, поверхам нахватавшись, - что это хорошие, ноочень дорогие машины для бездорожья. Возле стены нашёл три алюминиевых канистры, скорее всего, сбензином. Разумеется, чтобы там внутри ни было, оно замёрзло инелилось, ночто, кроме бензина, можно держать вгараже соснегоходом иавтомобилем?
        Бензин влюбом случае является ценнейшим трофеем, шестьдесят литров - это очень приличное время работы для нашего генератора. Новсёже, снегоход… Если мне удастся добраться нанем дозаправки, то эти три канистры будут просто тарой. Под гусеницей аппарата ипод каждой его лыжей стоят платформы намаленьких колёсиках - видимо, чтобы катать его пополу, анетаскать волоком. Это радует - врядли мне удалосьбы провернуть трансмиссию, да иподнять снегоход… Незнаю, сколько он весит, нонеодну сотню килограмм, это точно. Авот так, наколёсиках, волоком, упираясь ногами впол, где таща, где толкая, я постепенно вытащил его вснежный проход, где изастрял - колёсики тележек неедут покрупной садовой плитке, застревая вшвах. Пришлось браться залопату, накидывать снег, утаптывать его исмачивать водой, которую надо топить напечке… Вобщем, намаялся изрядно. Нодоволок. Следующей проблемой оказался порог, который пришлось преодолевать при помощи досок, рычагов иимпровизированных катков избывших ручек садового инструмента, новконце концов всё-таки затащил снегоход вовнутрь. Тут он ираскорячился, заняв собой практически все
свободное пространство имоментально покрывшись инеем. Такая массивная промороженная железяка мигом опустила температуру вибез того остывшем помещении, пришлось подкидывать ещё дров. Следующей ходкой приволок вдомик генератор - ксчастью, совсем маленький, киловаттный ипотому относительно лёгкий, - азатем иканистры стопливом. После чего, прихватив ссобой найденную одежду иещё кое-чего помелочи, собрался домой. Кэтому моменту уменя уже разрядились донуля два изтрёх повербанков, так что дольше тянуть некуда, иначе опять придётся тащиться втемноте. Кэтому моменту находившийся вдомике уже несколько часов газовый баллон оттаял достаточно, чтобы начал испаряться пропан, ия подключил каталитическую газовую печку. Оставлять нагревательные приборы без присмотра, да ещё вкомпании трёх канистр бензина, категорически противоречит всем моим жизненным установкам, ноэто единственный вариант сохранить домик относительно тёплым домоего возвращения. Печку-то топить тут некому. Снял пуховик, развесил посбруе химические грелки, активировал их, надел пуховик обратно ипобрёл себе кдому - смодными, лёгкими иходкими нартами.
Подмёрз изрядно, нодобрел без проблем, авот жена меня навходе чуть непристрелила - когда открылась дверь, она выскочила вприхожую, насекунду застыла, ошарашенная, иметнулась кшкафу, накотором ружье лежит. Тут-то доменя идошло, что уходил я вканадке, авернулся впуховике, кроме которого ничего неразглядеть, все вкапюшоне имаске.
        - Стоп, любимая! Хвалю забдительность при несении караульной службы, ноэто я! - пробубнил я из-под маски, внадежде, что жена быстрее узнает мой голос, чем сообразит взвести курки.
        - Ох, - ответила она, - какже ты меня напугал!
        - Ауж ты менякак!
        Заужином рассказал кратко освоих приключениях, планах ивыводах. Неакцентируясь нанеприятных моментах, вроде продолжающегося снижения температуры истараясь комически подать встречу ссидящим натрубе чудовищем. Вышло недурно - дети ввосторге, ажена хотя испросила озабоченно: «Ты уверен, что оно неопасно?» - новсерьёз необеспокоилась. Я неуверен. Вернее, я точно знаю, что оно опасно - ноопасно, как взведённая мина, анекак медведь-шатун, например. Большая разница - мина ненападёт натебя первой.
        - Инопланетянин, это точно инопланетянин! - убеждённо сказала Старшая. - Они прилетели, чтобы нас спасти!
        - Планетяне, планетяне! - заскакал Младший, - Пиу! Пиу! Вжух-вжух! Бзды-ды-ды!
        Сложившееся унего представление обинопланетянах сформировано мультиками про Злобных Захватчиков ИзКосмоса, так что без «пиу-пиу» там никак. Авот ябы как раз обошёлся без войны миров. Я неверю винопланетян, иуж точно недумаю, что это существо тут, чтобы нас спасать. Скорее, оно само думает, какбы ему спастись. Если оно вообще думает…
        Условным утром объявил внеплановый Генераторный Час - среди трофеев, найденных впоместье, прихватил комплект издвух радиостанций «Мидланд» - одну карманную, сгарнитурой, нашёл вкладовке, другую автомобильную, открутил свнедорожника. Имеющийся уменя антенный кабель невполне подходит для этих частот ивообще другого формата - я покупал его под мобильный 3G-интернет, - нопаяльник ипара переходников решили этот вопрос сприемлемым качеством. Антенная система получилась отвратительно согласованной (точнее, несогласованной вовсе), ноя рассчитывал напустой эфир без помех инебольшие, впринципе, расстояния.
        Слазил навторой этаж, подключил там кабель ктому, что раньше шёл отроутера наружу, вылез, чтобы подключить штыревую антенну, снятую смашины, кего оборванному концу. Получилось невысоко, ноглавное - над поверхностью снега. Покрутил лазерный нивелир - поймал засветку отустановленных впоместье катафотов. Теперь можно идти, ориентируясь накрасное пятнышко впереди, аненалуч взеркале, это куда удобнее. Кроме того, даже если лазер погаснет, я вполне поймаю этот зайчик дальнобойным фонариком. Опыт так меня вдохновил, что я, вернулся, докопался дозаднего фонаря своей машины иотломал катафот уже оттуда - велосипедные кончились. Закрепил напалке, воткнул вснег - когда (будем оптимистами!) буду возвращаться наснегоходе сдобычей, то его фары забьют слабый лучик лазера, акатафот будет только ярче светиться.
        Подключил вдоме радиостанцию кдвенадцативольтовой сети, велел держать включённой иничего некрутить - то есть, ни вкоем случае неподпускать кней Младшего, сего шаловливыми ручонками. Показал жене куда нажимать, чтобы ответить, записал канал, наслучай если мелкий его всёже скрутит, изапасной канал - незнаю, зачем, просто попривычке. Всегда должен быть запасной канал.
        Глава8
        Ацетон нето чтобы замёрз, нопри наклоне поверхность вбутылке становилась горизонтальной несразу. Если впрошлый раз он вёл себя как моторное масло, то теперь - как трансмиссионное. Сколькоже сейчас? Минус восемьдесят? Минус девяносто? Плохо даже неэто, ато, что динамика отрицательная. Температура падает ипроисходит это все быстрее. Это плохая новость. Хорошая втом, что связь работает. Под маской уменя гарнитура, установленная наголосовую активацию, чтобы нелезть каждый раз под одежду закнопкой. Отойдя отдома метров насто, я сказал: «Приём, дорогая, это я, приём!» ичерез некоторое время, которое понадобилось жене для того, чтобы перестать орать намикрофон ивспомнить про тангенту, услышал вответ: «Ой, здесьже надо нажимать, да?». Подождав, пока она догадается отпустить клавишу, ответил - так связь была установлена. Постепенно жена освоила эфирную дисциплину, научилась вовремя нажимать иотпускать кнопку передачи, имне стало уже нетак грустно иодиноко вэтой темноте. Идаже почти нехолодно - одежда сподогревом оказалась намного лучше химических грелок, хотя их я прихватил тоже. Это внушает даже некоторый
осторожный оптимизм, хотя, если вдуматься, особых поводов для него нет. Ноя нерефлексирую, следуя доктрине «шаг зашагом делать необходимое».
        Вдомике как раз заканчивается газ вбаллоне обогревателя, ноещё тепло, плюс восемь. Стены иособенно изнанка крыши обросли шубой инея, отвлажности уменя моментально затянуло льдом холодные стекла маски - при горении газа выделяется водяной пар. Растопил печку, стало теплее исуше. Больше всего меня, конечно, интересует состояние снегохода, ноначал я сгенератора - унего масса намного меньше, есть шанс, что он прогрелся. Ну и, вконце концов, его нетак жалко если что… Надел навыхлопную трубу один конец найденного вгараже шланга, второй сунул ввытяжной канал печки. Покачал - топливо вбаке переливается, уже хорошо. Взялся запусковой шнур, дёрнул - тишина, ноколенвал проворачивается. Масло, значит, тоже более-менее оттаяло. Дёргал-дёргал - несхватывает вообще. Ну, я инеожидал, что все вот так сразу получится. Выкрутил свечу - мокрая, нобензином непахнет. Этого я ибоялся… Снял топливный шланг скарбюратора ислил топливо избака впятилитровые пластиковые баклажки. Да, я что-то такое ипредполагал - замёрзший, апотом оттаявший бензин расслоился. Где-то треть снизу - водяная эмульсия. Там нетолько вода -
эмульгаторы, присадки, прочие примеси, новода преобладает. Подозреваю, вканистрах сейчас тоже самое, да ивбаке снегохода тоже. Причём, именно снегоход сего впрысковым современным мотором, катализатором иэлектронным управлением ккачеству топлива крайне критичен. Простенькому двухтактному карбюраторному моторчику дешёвого генератора это нетак важно, достаточно отделить воду. Что я исделал простейшим способом: выставив баклажки сэмульсией напару минут задверь. Так, чтобы вода замёрзла, абензин неуспел. После этого осталось просто слить незамерзшее топливо вбак. Свеча кэтому моменту уже высохла ипрогрелась напечке, так что, после нескольких рывков заводным шнуром, генератор всёже подхватился изатарахтел - сначала неуверенно ипочихивая, апотом, помере прогрева, всё более уверенно.
        Как только генератор вышел врежим, я воткнул внего лампу-переноску, найденную вгараже, сделав себе, наконец, светло. Ковыряться при свечах ифонариках уже изрядно достало. Через сетевой разветвитель подключил зарядные устройства, подзаряжая батарейные блоки фонарей иподогрева одежды, атакже поставил наподзарядку маленький аккумулятор снегохода. Вродебы он согрелся достаточно, чтобы принимать заряд - вовсяком случае, амперметр зарядного устройства показал два ампера. Ая занялся тем, что категорически неследует делать вмаленьком замкнутом помещении сгорящей печкой, работающим генератором икучей проводов - слил, отделил отводы ипрофильтровал через ткань бензин изканистр. Бак снегохода, кмоему облегчению, оказался пуст - я боялся, что замершее там топливо повредит топливную арматуру. Вканистрах эмульсии оказалось совсем мало - залитые под пробку, они неуспели набрать конденсата, как полупустой бак генератора, да ивообще, похоже, бензин вних повыше классом. Это даёт надежду нато, что, если мне удастся завести мотор, то снегоход незаглохнет где-нибудь впути из-за некачественного топлива. Изучив
устройство снегохода, понял что, впринципе, шанс есть. Бак находится под передней консолью, задвигателем, вобщем (ксожалению, хорошо вентилируемом) отсеке. Если этот отсек утеплить, то горячий воздух отмотора иподогретая втопливной рампе обратка недадут бензину замёрзнуть. Ну, наверное. Вообще, судя поконструкции, разработчики восновном боялись перегрева, анепереохлаждения, ноони нерассчитывали натемпературу минус сто… Меняже волнует нестолько двигатель, сколько ходовая часть итрансмиссия. Мотор, если его ухитриться завести, будет сам себя греть и, скорее всего, ничего сним неслучится, если неглушить. Авот амортизаторам придёт быстрый ибесславный конец - спасти масло отзамерзания нечем, азамерзшее масло поломает тарелки перепускных клапанов напервомже хорошем ухабе. Идаже неэто самое неприятное - медленно ехать поровному снегу можно ибез амортизаторов вообще, - гораздо опаснее нагрузки напривод гусеницы. Служба вЗаполярье научила меня, что при таких низких температурах сматериалами происходят неожиданные инеприятные вещи - металл трескается исыплется отсамых ничтожных ударов, приводные ремни теряют
эластичность иломаются, масло перестаёт течь иналипает настенки работающих всухую агрегатов… Остаётся надеяться, что снегоход, впринципе, рассчитан назимнюю эксплуатацию иимеет хороший запас прочности, амне удастся утеплить максимум критичных узлов.
        Вдохновившись опытом, поставленным нагенераторе, выкрутил свечи изснегохода ипрокалил их напечке. Залил отфильтрованное топливо вбак, вкрутил свечи. Заглушил генератор, перекинул шланг навыхлоп снегохода, закрепив винтовым хомутом. Поставил иподключил аккумулятор - ктому моменту зарядный ток упал допол-ампера, значит, он уже подзарядился. Воткнул вгнездо электронный ключ, включил стояночный тормоз, перевёл выключатель направой рукояти наположение «ON», и, мысленно попросив удачи уМироздания, включил стартер. Первые обороты дались настолько туго, что я уже хотел выключить его ипогреть машину ещё, нотут масло размешалось, имотор закрутился веселее. Наседьмой секунде (я мысленно считал про себя «и-и-и-раз, и-и-и-два», чтобы негонять стартер больше десяти секунд), мотор дёрнулся, чихнул, фыркнул, стрельнул вколлектор, инеохотно, неровно затарахтел. Двигатель слегка… - начетырёхцилиндровом ябы сказал «подтраивает», атут, наверное, «поддваивает» - пропускает вспышки то водном, то вдругом цилиндре. Это вредно для катализатора вколлекторе, ноя понадеялся напрогрев - инепрогадал. Тарахтение выравнивается,
потом переходит вровный рокот, апотом инадпись WARM UP наприборной панели гаснет - прогрелся. Я понял, что уже несколько секунд почти недышу - ивыдохнул облегчённо. Шансы были пятьдесят напятьдесят - мог иостановиться навсегда, расплавив катализатор выплюнутым вколлектор топливом или угробив зажигание пропусками. Дав поработать ещё минуту, заглушил.
        Разумеется, то, что мотор работает, ещё неозначает, что наснегоходе можно вот так сразу ехать. Стоит ему хлебнуть вентилируемыми кожухами моторного отсека забортного промороженного воздуха, как тутже топливо перемёрзнет - ивсё, приехали. Я сходил вгараж, где оторвал свнутренней стороны капота внедорожника простёганный мягкий утеплитель. Работая ножом, скотчем истеплером, соорудил нечто вроде теплового кожуха внутри моторного отсека снегохода, стараясь, чтобы бак, вариатор идвигатель оказались водной тепловой среде. Неудовлетворившись этим, распотрошил лишний комплект одежды сподогревом, вытащил две карбоновые пластины иприклеил их скотчем книжней части бака, подключив кпроводам розетки допоборудования иукутав бак флисом испорченной жилетки. Достаточноли этого? Понятия неимею. Очень хочется как-то подогреть иамортизаторы, ноя невижу способа. Опасаюсь ещё завариатор втрансмиссии, ноон для меня вообще тёмный лес. Совершенно непредставляю, как поведёт себя при таких температурах. Достаточноли подогреет его своим теплом мотор? Вотсеке под сиденьем нашёл запасной ремень, ноэто вовсе меня неуспокоило -
неужели обрыв ремня тут дело настолько житейское, что считается рутинной операцией для пользователя? Нехотелбы я это проделывать втемноте нахолоде…
        Подкинул дров впечку ивзялся залопату. Мне предстояла титаническая задача - обеспечить снегоходу выезд наповерхность. То есть, прокопать наклонный тоннель отпорога домика наверх, причём такой высоты иширины, чтобы я мог проехать, хотябы ипригнувшись, верхом. При этом настолько пологий, чтобы аппарат вышел своим ходом. Объем работы для экскаватора! Вынутый изтоннеля снег надо куда-то девать, ия равномерно закидываю им проходы кдому икгаражу, создавая себе будущие проблемы. Периодически вылезаю наповерхность, успокаиваю порадио жену - под снегом носимая рация неберет совсем. Иногда отдыхаю исогреваюсь вдомике, подзаряжаю батареи, завариваю кипятком какой-нибудь сублимат, выпиваю чаю - иснова клопате. Водин извыходов наружу, обнаружил натрубе давешнее чудовище, которое для простоты, изапристрастие кдымоходам, решил звать «Бэд Санта»[7 - Bad Santa - комедия режиссёра Терри Цвигоффа.], поназванию одного старого фильма. Помахал ему рукой, оно вответ, кмоему удивлению, тоже сделало какой-то жест верхней конечностью. Возможно, это было «неподходи, откушу голову», ноя решил считать, что мы поздоровались.
Наэтот раз существо расположилось так, что неперекрывало дымоход, так что мы друг другу немешали - я копал, оно грелось. Интересно, оно приручается? Вот, скажем, если его вволокушу запрячь…
        Под конец я отусталости потерял счёт времени. Копаю, замерзаю, греюсь, ем, засыпаю коротким беспокойным сном - уменя уже выработался рефлекс подниматься, как только впечке начинает гаснуть огонь, - подбрасывать дров, исостоном валиться обратно налавку, под три спальника. Состоном - потому, что эти упражнения слопатой наморозе печально сказываются намоей спине, апод три спальника - потому что выше плюс пяти я температуру неподнимаю, экономлю дрова. Сплю я водном термобелье, потому что из-за постоянных переходов сплюса вминус иобратно сыреет даже высокотехнологичная мембранная одежда, её приходится сушить. Каждое вылезание из-под спальников даётся немалым усилием духа. Оттаких перепадов легко заболеть, ноорганизм, видимо, вышел настрессовый аварийный режим иотвергает соблазн устроить себе принудительный отдых. Когда эта история закончится, откат будет чудовищный, номне как-то уже всё равно. Я прихватил ссобой бутылку ацетона итеперь вней нето чтобы совсем лёд, нотакая полукристаллизовавшаяся каша. Это значит, что вокруг минус сто или около того, ипроцесс понижения температуры продолжается. Уменя
была смутная надежда, нато, что будет какая-то точка стабилизации, что нижний предел достигнут - нонет, ничего подобного. Еслибы я имел возможность цифровых замеров и, как примерный первоклассник, вёлбы ссамого начала ежедневный «дневник наблюдения заприродой, то сейчас могбы построить график понижения температуры исделать экстраполяцию - как скоро тут пойдёт кислородный снег? Ноя этого неделал, померить мне было нечем, так что теперь остаётся только гадать - это линейная функция или, может быть, экспоненциальная? Впервом случае уменя несколько недель, вовтором - несколько дней. Икуча промежуточных вариантов между ними. Пока что меня поддерживает одно - свет натрассе ещё горит, азначит, там есть энергия, тепло ижизнь. Там люди. Иони, возможно, имеют способ спасения. Или хотябы знают, что происходит. Азначит, надо доних добраться.
        Глава9
        Тоннель пробил назагляденье - ровный, красивый, спосыпанным печным пеплом шершавым полом. Я его сбрызгиваю нагретой введре напечке водой для твёрдости ивообще прилагаю больше усилий, чем он реально требует. Кажется, я сам оттягиваю момент старта. Непотому, что боюсь выехать, апотому, что боюсь получить окончательные ответы там, куда приеду. Укутал трубной теплоизоляцией амортизаторы снегохода - вместе спружинами, сделав такие нелепые коконы, - хотя повсем прикидкам, ни черта это непоможет. Ну, может напервые несколько минут, адальше масло всё равно замёрзнет. Сделал переходник, чтобы подключать находу свою электрифицированную одежду крозетке снегохода инезависеть отбатарей. Сделал подогрев итеплоизоляцию нафирменную пластиковую канистру для дополнительного топлива, которая ставится вминиатюрный багажник под сиденьем. Приспособил поверх дыхательной маски очки сподогревом иочень рассчитывал, что они небудут обмерзать находу. Однако настал момент, когда откладывать уже нельзя - надо либо ехать сейчас, либо бросать эту идею. Ацетон замер окончательно, искоро наверху будет, как наЛуне. Так что,
поболтав порадио сженой, я спустился вниз, накидал дров впечку, запустил газовый обогреватель, апотом завёл снегоход. Прогрел его пару минут, отсоединил шланг отвыхлопа, открыл дверь, впустив морозный пар, иперёвел рукоять селектора справа вположение «R». Аккуратно прижал большим пальцем курок газа, аппарат вздрогнул, почувствовав тягу, вариатор включился, игусеница потихоньку потащила машину через порог.
        Наверх выбираюсь задом, очень боясь перегазовать ипотому медленно. Мой опыт вождения снегоходов ограничивается несколькими невполне трезвыми покатушками между двумя пьянками, одна изкоторых называлась «баней», авторая - «охотой». Ноничего особо сложного, вроде, вэтом нет, тем более, наминимальной скорости, которой я собирался придерживаться изсоображений безопасности. Выбрался наверх, подполз задом кволокуше изабрал её насцепку. Кмоей радости, снегоход, хотя ипроваливается слегка под рыхлый верхний слой снега, нониже него всёже опирается широкой гусеницей наболее плотные слои. Потихоньку ползёт. Натрубе снова сидит мой «Бэд Санта». Я помахал ему, он мне. Слегка беспокоился, как он отреагирует наснегоход - шум мотора, яркий свет, вот это всё, - ноему, кажется, пофиг. Так что я перевёл рычаг селектора напониженную передачу вперёд иаккуратно тронулся.
        Снегоход ползёт насредних оборотах, то почти утопая вснегу, то выныривая изнего - но, вцелом, довольно уверенно. Иногда я выключаю фары и, дождавшись, пока глаза привыкнут ктемноте, нахожу впереди световое пятно. Корректирую курс. При этом неостанавливаюсь, поскольку боюсь, что снегоход притопнет врыхлой снежной пыли инетронется снова. Так иползу наминимальной скорости. Напервой передаче, предназначенной для буксировки грузов, хотя волокуша моя почти пуста. Скаждым разом световое пятно становится чуть ярче, так что я, вродебы, двигаюсь вправильном направлении. Как я иожидал, амортизаторы сразу стали колом, снегоход идёт, как одна сплошная неподрессоренная масса. Вголову пришла запоздалая мысль, что надо было, наверное, просверлить корпуса стоек ислить масло, пока оно текучее. Пустьбы лучше раскачивался напружинах. Ну да что уж теперь, итак сойдёт. Снег мягкий, рыхлый, так что нельзя сказать, что сильно трясёт. Просто странное ощущение - как нагусеничной табуретке едешь.
        Иногда связывался сженой - она дежурит урации, кажется, круглосуточно, там изасыпая вожидании очередного вызова. Связь оказалась неплохая, довольно уверенная - «напять-девять-девять», как говорят радисты. Расстояние-то, объективно говоря, плёвое, даже сейчас я отдалился отдома всего напару километров. Да ипомехи создавать некому… Рассказать мне было особое нечего: «Еду, все нормально, ни черта, кроме снега».
        Подогрев одежды работает отгенератора, так что мне даже, наверное, инехолодно - точнее, местами тепло, местами непонять. Разные места, вобщем, по-разному. Руки, например, врайоне локтей ипредплечий как-то немеют, носоглотка сохнет ипобаливает, жопа каменеет, но, вцелом, усредняя, жить можно. Даже странно понимать, что вокруг почти космический мороз, который мне теперь, после замерзания ацетона, даже иопределить нечем. Вовсяком случае, дотех пор, пока ненастанет минус двести-с-чем-то инепойдёт кислородный дождь сазотным снегом. Мотор тянет ровно иуверенно, нооего состоянии я сужу только позвуку - электронная приборная панель погасла почти сразу. Вот вам исовременные технологии… Так что я незнаю ни скорости, ни времени, ни пройденного расстояния, ориентируюсь только насвет, который, если выключить фары, уже совсем рядом. Влучах дальнего света что-то вижу, нопока немогу понять, что именно. Так, колышется что-то непонятное нафоне чего-то странного…
        Подъехав поближе, увидел, что колышущееся - это подсвеченный поток горячего воздуха над белым куполом, всвете фар превращающийся внечто вроде вертикального светового полотнища, как будто фрагмент северного сияния. Торчащая заним конструкция оказалась верхней частью ценового табло заправки, выглядящего вэтом ракурсе довольно странно инепривычно. Вот она, цель моего похода. Остановил снегоход, глушить, естественно, нестал - пара минут, ия его больше незаведу никогда, так иостанется стоять памятником моей неаккуратности. Осторожно отцепил откуртки «противоубегательный» шнур электронного ключа, отсоединил подогрев одежды отбортовых розеток, защёлкнул «собачку» стояночного тормоза ипошёл всторону этого странного образования - снежного купола, над которым колышется тепловой мираж.
        Вот оно что - где-то внизу горит открытый огонь. Такая ледяная полупрозрачная выпуклость, подсвеченная снизу живым пламенем. Грядя отстранённо - очень красиво. Спрактической точки зрения - незалезть инепролезть. Купол скользкий, отверстие маленькое. Внутрь явно попадают как-то иначе…
        Ябы ненашёл этот вход, еслибы кто-то непозаботился воткнуть рядом сним вснег длинный шест, обмотанный светоотражающей полосатой лентой. Люк вкрыше здания заправки, переходящей внавес над колонками, замело давно ипрочно, шест почти повалился, иувидел я его только поотблеску света отфонаря вснегу. Пришлось прокопать примерно метр, апотом отбивать лопатой лёд сметаллического люка. Он оказался незаперт, просто примёрз. Металлическая лестница спускается вподсобку - вероятно, через люк вылезали накрышу сотрудники, чтобы чистить навес отзимнего снега иналедей. Наэто намекают стоящие вуглу лопаты иломик. Сейчасбы им потребовался для этого бульдозер… Внутри темно, тихо ихолодно. Если температура ивыше уличной, то это никак незаметно. Я открыл дверь вкоридор исказал громко: «Эй, есть тут кто-нибудь?». Никто неотозвался. Направо - двери туалетов, они открыты, там никого нет. Налево - проход вторговый зал мини-маркета. Он слабо освещён отсветами горящего наулице огня ипуст. Пройдясь, я вижу открытые холодильники сзамерзшей газировкой, стеллажи сраздутыми канистрами автомобильной химии, ледяные пятилитровые
бруски питьевой воды, омывайки идистиллировки, стойки сжурналами исолнцезащитными очками, полки савтомобильной мелочовкой… Все это лежит вполной сохранности, только витрина салкоголем полностью подчищена.
        Автоматические двери кзаправочному терминалу стоят полуоткрытыми, назаиндевевшем стекле - блики огня. Первое, что я увидел, выйдя кколонкам - стоящую поперёк терминала фуру-рефрижератор слоготипом крупной торговой сети. Задняя часть прицепа своротами утонула вснежной стене запределами козырька заправки, нокто-то очень хотел добраться доего содержимого ипрорубил топором неаккуратную дыру встенке. Красный пожарный топор так иваляется рядом. Вдырку видны распотрошённые картонные упаковки седой - какие-то банки, коробки, яркие пакеты… навсем этом какой-то отпечаток бессмысленной суеты ираспиздяйства - коробки разрывались ипросто выворачивались напол, брошенные пакеты кто-то давил ногами, никаких попыток рассортировать продукты инавести порядок. Довольно странное поведение при ограниченных ресурсах. Ипо-прежнему - тишина, холод, иникого. Неровный свет огня идёт сбоку, через тонкую ледяную стенку, как будто там, сбоку оттерминала, вснегу горит большой костёр. Вход найти просто - достаточно идти последу разорванных упаковок отчипсов иобёрток отконфет. Он оказался низким лазом, пробитым вснежной стене
лопатой, имне пришлось пробираться туда начетвереньках.
        Внутри вертикальной ледяной шахты диаметром метра три горит «вечный огонь» - влючок отбора топливных проб кто-то опустил вкачестве фитиля пожарный шланг иподжёг, создав гигантскую «керосинку». Видимо, цистерна закопана достаточно глубоко, чтобы непромёрзнуть, иогонь будет гореть дотех пор, пока некончатся все эти тонны залитого туда топлива. Отвратительный запах горелого бензина пропитал все вокруг, ноподсасываемый через лаз воздух даёт достаточно кислорода идля горения, идля дыхания. Вовсяком случае, автор этого по-своему остроумного технического решения умер неототравления продуктами горения. Сидящий навыкорчеванном, видимо, изтогоже грузовика водительском сидении, полускрытый кучей тряпок иупаковочного картона человек украсил ледяную стенку замерзшей смесью крови, волос имозгов, засунув себе врот ствол пистолета Макарова. Пистолет так илежит унего нагруди, где через расстёгнутую куртку вфирменных цветах топливной компании видна униформа охранника. Надоже, незнал, что им настоящие пистолеты дают, думал, травматика или газ. Наполу ледяного колодца слой разорванных упаковок отеды, обгоревших
содного края консервных банок ипустых бутылок. Вот куда переместился алкогольный отдел мини-маркета…
        Самоубийца, видимо, специально расстегнул куртку, чтобы был виден бейджик сименем-фамилией, ноя нестал его читать. Пусть останется безымянным. Большая часть жара отгорящего пламени уходит вверх, вылетая наружу через отверстие вледяном куполе, так что вшахте недостаточно тепло для процессов разложения, итруп окоченел, покрывшись изморозью. Я нестал его трогать, забрал только пистолет. Незнаю, зачем - просто рефлекторно, чтобы оружие невалялось. Пусть покойный лежит тут - место нехуже любого другого. Судя поведру сзастывшим говном рядом, бывший охранник протянул недолго - несколько дней, может, неделю. Холод, одиночество ибезнадёга сломали его, и, когда кончился алкоголь, он нестал бороться дальше. Я неосуждаю. Особенно сейчас, когда рухнула имоя надежда. Если где-то иесть спасение, то явно нездесь…
        Глава10
        Вскарабкавшись понеудобной металлической лестнице наповерхность, я увидел сидящего навершине купола «Бэд Санту» - иничуть неудивился. Где ещё ему быть? Печка вдомике вусадьбе наверняка давно погасла иостыла, атут, видимо, иесть его основной насест. При таких «руках-лезвиях» вскарабкаться наледяной купол проблемнет…
        Помахал ему рукой, ноон неответил, повернул только голову вмою сторону иуставился своими глазищами. Снегоход, кбольшому моему облегчению, ещё работает - несмотря навсе мои ухищрения, никакой уверенности, что нахолостых он неостынет доперемерзания топливопроводов, нет. Решил загрузить вволокушу еды - чтобы уж совсем впустую немотаться. Закину чего полегче - макарон, круп всяких, чипсов сшоколадками, - иоттащу домой. Пригодится.
        Связался сженой, бодрым тоном доложил, что жив-здоров, скоро буду возвращаться сдобычей, люблю, целую, подробности при встрече. Новголове крутилось неприятное.
        Еслибы ситуация была стабильной, итемпература больше непонижалась - пусть даже оставшись стратосферными минус сто, - то мыбы могли выживать ещё долго. При наличии действующего снегохода я могу натаскать всего внору, как хомяк - еду, дрова, бензин для генератора. Нагоды скучной иограниченной, новсёже жизни. Нодальнейшее похолодание поставит нанас крест идовольно скоро. Я изо всех сил борюсь снакатывающим отчаянием - пример того, дочего оно доводит, все ещё лежит там, уогня. Окоченелым трупом уведра ссобственным говном. Я так непоступлю, я буду бороться допоследнего.
        Таская понеудобной лестнице картонные коробки седой, пролистываю вголове варианты. Температура наповерхности падает скаждым днём, единственный вариант - уходить внедра. Цистерна бензина, закопанная накаких-то пять метров, достаточно тёплая, чтобы он оставался жидким. Домашняя насосная станция берет воду сгоризонта шестнадцать метров - ивода там жидкая, хотя ихолодная, то есть, температура плюсовая, несмотря наминус сто снаружи. Когда я был наэкскурсии впещерном комплексе, экскурсовод рассказывала, что вот здесь, вглубине, - обводя сухонькой старческой рукой огромный подземный зал вещала она, - температура в11градусов Цельсия неменялась тысячелетиями. Конечно, это было дотого, как мир сломался, но, думаю, тепловой инерции такой большой системы, как планета, нанаш век хватит.
        Если представить - ну просто пока представить, - что мы добрались доэтих пещер, залезли внутрь ипоставили вэтом зале маленький домик, то, даже когда атмосфера ляжет наземлю панцирем кислородно-азотного льда, там ещё десятки или сотни лет будет выше нуля. Аесли добраться доболее глубоких слоёв, подогреваемых внутренним теплом планеты, то, наверное, итысячи лет пройдут доостывания. Где-то я слышал, что даже улуны досих пор горячее ядро… Небуду сейчас рассматривать вопрос полного отсутствия дальнейших перспектив ималопривлекательность многолетнего подземного существования, но, если обозначить как цель физическое выживание, - вэтом есть призрак решения. Срок жизни будет ограничен только количеством еды, которое мы сможем туда затащить, амы сможем много. Рядом спещерами большой посёлок, там несколько магазинов, и, если там ситуация развивалась также, как здесь, то они остались вцелости. Здешний, вон, стоит, охранник туда даже неполез, ему одному ифуры заглаза было. Интересно, кстати, куда делись все остальные? Когда мир сломался, была ночь, ноназаправке, кроме охранника, всегда дежурная смена, плюс
былже уэтой фуры водитель? Что произошло тут той ночью? Куда все делись? Почему охранник остался один? Почему неуехал грузовик? Теперь этого уже неузнать…
        Как добраться допещер? Я могу просто доехать наснегоходе, если придумать, как ориентироваться. Пятьдесят километров потрассе - это много для снегохода даже внормальных условиях. Этот транспорт недля дальних поездок. Но, если как-то ещё дополнительно утеплиться, подключить ещё несколько грелок - наверное, доеду. Натрассе можно ориентироваться пофонарным столбам, они высокие иторчат из-под снега. Вытащив наверх очередной ящик, посветил вокруг фонарём - действительно, ближайшая световая мачта торчит неподалёку унылой буквой«Г».
        Наповороте кпещерам заправка идвухэтажный мотель, они должны быть видны тоже. Оттуда допещерного комплекса всего пара километров, вход намеловой горе, он может быть даже вовсе непод снегом, аесли изамело - то неглубоко. Как ориентироваться эти километры я понятия неимею, но, доехав, что-нибудь придумаю. Обязан придумать. Бензина вот тут подо мной дочерта, надо только придумать, как его достать. Взять моток садового шланга, снять топливный насос скакой-нибудь машины, закрепить нашланге, длинный провод запитать отаккумулятора, закинуть вместо этого пионерского костра вцистерну… Сложно, небезопасно, потребует кучу нетривиальных решений, нодобыть можно. Сложнее сохранить его вканистрах жидким, чтобы потом перелить вбак - ноитут можно извернуться. Утеплить, обогреть… Как отвезти жену, детей икота? Соорудить нечто вроде миниатюрного домика нашасси волокуши, склеить его для лёгкости итеплоизоляции изпеноплекса, так, чтобы все улеглись там внескольких спальниках, сообразить обогрев - ну, кроме тёплого кота. Хотябы темиже химическими грелками или электрическими, отснегохода провод кинуть. Как-то
извернуться свентиляцией, ещё незнаю как, нонаверняка есть способ, чтобы инезамёрзли инезадохнулись. Комфорт будет, как вбольшом гробу, нонесколько часов выдержать можно. Лежи себе да спи, грей друг друга. Аесли что-то пойдёт нетак - то так изамёрзнут восне, нехудший вариант. Носначала надо доехать туда самому, подготовить какое-то место, где они смогут вылезти. Необязательно сразу впещеру, есть какие-то домики для туристов, сообразить там печку, если её нет, потом разведать проход, потом уже как-то забрасывать туда припасы ипрочее. Накаждом этапе куча проблем ивсе висит наволоске, любой мельчайший форс-мажор - имы погибнем. Нокакая альтернатива? Пистолет спочти полной, без одного патрона, обоймой? Он уже отогрелся запазухой, небось, выстрелит, если быстро достать… Нет уж, если мы досих пор выжили, будем бороться идальше. Даже если надежды нет. Я иначе неумею.
        Итак, первый шаг - сейчас я отвожу эту жратву домой. Заглушить снегоход нельзя, отогреть его будет негде, так что вываливаю все свои соображения нажену стоя вприхожей, апотом позорно сбегаю, оставив её наедине скучей жратвы вкоробках. Сам еду вдомик впоместье, беру там две канистры сбензином, укутываю их, прокладывая карбоновыми пластинами отподогреваемой одежды, гружу наволокушу вместе синструментами - топором, лопатой, ломиком. Набор юного взломщика. Возвращаюсь кзаправке - надо шест светоотражательный воткнуть снова, буду нанего наводиться, чтобы неблукать. Затем жму по-над трассой всторону пещер, искать новую базу. Придётся рискнуть инетащиться напервой грузовой передаче, аидти внормальном ходовом режиме, надеясь, что итрансмиссия выдержит, иаппарат вснег незакопается. Незнаю, как, нодобраться допещер, незнаю где, нооборудовать базу - такую, чтобы сохранить тёплым снегоход иотдохнуть втепле самому. Меня уже сейчас пошатывает отусталости, ачто будет, пока доеду? Может, сначала загнать снегоход вдомик, прогреть печку иотоспаться? Нет, время наисходе, я незнаю, как скоро температура упадёт
допредела, который я несмогу компенсировать никакой одеждой иподогревом. Может, через неделю, аможет, через три дня. Итак, вот сейчас увязываю коробки - идомой… Или недомой? Может сразу заканистрами - ивпуть? всё равно нановую базу, гдебы она ни была, придётся закидывать еду, так почемубы неэту? Асколько времени сэкономлю… Жена, конечно, расстроится ииспугается, ноя порации ей объясню, что кчему, она поймёт. Ну, я надеюсь…
        Заэтими рассуждениями несразу заметил, что «Бэд Санта» чем-то явно взволнован. Доэтого он мирно торчал статуей навершине купола, подставляя твёрдое сегментированное пузо струе тёплого воздуха, асейчас вскочил, как-то расщеперился, ощетинился набором шипов илезвий, став свиду больше, как раздувшийся перед дракой кот. Он как будто готовится кбою, нонеможет понять, откуда опасность - топчется навершине купола, разворачиваясь то вправо, то влево, крутит глазастой башкой, щёлкает челюстями ивообще всячески выражает беспокойство. Это ктож рискнёт напасть натакое существо, хотелбы я знать? Ой, нет, нехочу я этого знать, ауж тем более - видеть… Я тоже невольно стал озираться, обшаривая окрестности лучом фонаря, ноничего, кроме снега, неразглядел. Может, мне пора валить? Или, наоборот, спуститься вниз испрятаться?
        Поверхность под ногами сильно вздрогнула, толкнув вподошвы, слоготипа заправки слетела шапка снега. Неожиданно сильно закружилась голова, дорезкой боли заложило уши - так сильно, что я аж невольно вскрикнул, обхватив руками голову, мне показалась, что она сейчас лопнет. Как будто аварийное всплытие наподлодке. Над снежной поверхностью полыхнул невыносимо яркий свет, ия успел увидеть летящий наменя огромный снежный вал. Он подхватил меня, закрутил, бросил всторону - ия погас, треснувшись обо что-то затылком.
        Пришёл всебя через неизвестное количество времени, но, видимо, небольшое, потому что ещё жив, анепревратился всосульку. Ничего невидно, нопри этом почти ничего инеболит. Кроме головы, она трещит, исильно. Пошевелиться удалось несразу. Я лежу, пытаясь вспомнить советы тем, кто попал под лавину, ноничего невспоминается, потому что голова ещё исоображает туго. Подо мной что-то зашевелилось, да так мощно, что меня куда-то дёрнуло, поволокло, ия снова куда-то навернулся, наэтот раз, правда, невысоко, исознания непотерял. Наоборот, обрёл возможность двигаться ипротёр отналипшего снега стекло маски. Первое, что увидел - бензиновый факел изаиндевелое лицо охранника-самоубийцы. Несамое приятное зрелище, новторое нелучше - надо мной, нервно подёргивая острыми конечностями навис «Бэд Санта». с, хотя незнаю, как я это понял. Богатством мимики его лицо может поспорить спассатижами. Кажется, это внего я врезался, подброшенный снежным шквалом, ион теперь считал, что я вовсем виноват. Вон, ледяной тоннель верху проломлен - это, видимо, мы сним пробили дыру, причём, судя потому, что я жив, восновном это был он.
Рассматривая тоннель, заметил странное - его верхняя часть сильно ировно светится, перебивая даже игру бензинового пламени наледяных стенах. Неужели там что-то горит? Или это снегоход развернуло фарами накупол иупёрло вплотную? Ох, как там мой снегоход? Пережилли? Нанего моя последняя надежда…
        «Бэд Санта» перестал махать наменя конечностями, и, неожиданно ловко сложившись впоясе, выскочил внизкий тоннель кзаправке. Кряхтя иеле сгибая ноги, я пополз начетвереньках заним. Страшно подумать, какбы я расшибся, еслибы некуча слоёв надетой намне одежды. Атак - ничего особенного, только окоченел весь пока лежал, еле двигаюсь.
        Выскребся кзаправочному терминалу. Фонарь погас иобратно невключается, запасной немогу найти. Но, как ни странно, все видно. Кажется, слегка светится сам снег, его верхний слой, там, где кончается козырёк заправки. Чтоже там творится, снаружи? Всамом здании, правда, темно, ноя так изучил дорогу клюку, таская коробки седой, что без проблем нашёл лестницу наощупь. Кряхтя иохая, как старый дед, поднялся, упёрся вкрышку… Она неожиданно легко распахнулась, ия так изастыл наверхней ступеньке.
        Над снежным полем невообразимо ярко сияет настоящее солнце.
        Эпилог
        - Любимая, ответь, приём!
        Тишина.
        - Любимая, я насвязи, я жив, приём!
        Тишина. Тихий треск эфира.
        Яркое, совершенно незимнее солнце отражается отснежного покрова так, что глаза режет. Рыхлый верхний слой снега сдуло, теперь чеёная крыша заправочного терминала подставлена солнечным лучам идаже, кажется, нагрелась доплюсовой температуры, носильный порывистый ветер вымораживает меня едвали несильнее, чем мороз раньше. Отснегохода иволокуши сприпасами неосталось иследа, понятия неимею, куда они делись. Идти пешком нет сил. Голова болит, глаза слезятся, я никак немогу понять, тепло вокруг или холодно, потому что ветер сходит сума, кидаясь попеременно сразных сторон. То достает порывом стылого воздуха даже сквозь куртку, ато вдруг дует горячим, как изфена. Водну секунду вокруг конденсируется иосыпается инеем туман, вконструкции заправки периодически что-то громко щёлкает оттеплового расширения - нагретая солнцем крыша нехочет больше дружить спромороженным доминус ста зданием. Я жду, пока организм как-то оклемается отпережитого исправится спроисходящим, чтобы отправиться домой, ибезуспешно вызываю порадио жену.
        - Любимая, ответь, приём!
        Тишина. Подозреваю, что ураган смел кчертовой матери антенну, хорошо, если нескрышей вместе…
        - Любимая, ответь, как слышишь, приём?
        - Кто там, блядь, вканале, развлекается? Что ещё, нахуй, запесни про любовь? Ану, съебал счастоты бегом! Тут люди работают, аон «любовь-морковь» разводит! Наобщественные работы захотел, любовничек? Вполитотделе давно небыл? Могу, блядь, устроить!
        Я вскочил скрыши, накоторой сижу последние полчаса, потому что ноги уже недержат, изакрутил головой. Ничего неразобрал - снег слепит насолнце так, что боюсь ожога сетчатки.
        - Кто насвязи? - спросил я вгарнитуру.
        - Дед Пихто, блядь! Вторая рабочая группа, ктоже ещё? - недовольно крякнул наушник. - Аты что захер?
        - Ая тут… - я растерялся, незная как объяснить, что именно я захер. - Я тут был, пока мир несломался…
        - Мир что? - удивляется голос внаушнике. - Нихрена непонял… Да приёмже!
        - Ну, когда стало темно, потом холодно… - неуверенно бормочу я вгарнитуру, обалдев отсюрреализма этого радиосеанса.
        - Что? Ты эспээл[8 - СПЛ - случайно перемещённое лицо. Термин впервые упоминается вромане«Город без людей».], чтоли? Тьфу, блядь… Ну, сфрагментом переместился? - орёт мой невидимый собеседник так, что вканале пошли амплитудные искажения.
        - Незнаю, - честно отвечаю я. - Наверное.
        - Стоп, ты где? Скажи, где ты находишься, быстрее! Приём-приём-приём! - и, видимо, всторону, забыв отпустить кнопки передачи, тише. - Нихуя себе, Степаныч, живой эспээл натаком мелком фрагменте! Ну, премия нашшш…
        Отпустил, наконец, тангенту, дав мне ответить.
        - Я накрыше заправочной станции, - сообщаю я. - Незнаю, как точнее сориентировать, приём!
        - Это где ледяной хуй торчит? - спрашивает голос непонятное. - Стоп, вижу тебя, вижу, стой, где стоишь!
        Оглядевшись, я понял юмор собеседника - горящий бензиновый факел долго подтапливал снег, образуя вертикальный ледяной тоннель, и, когда ураганом смело рыхлый слой, сверху осталась торчать ледяная колонна, срасширением-куполом наверху. Вобщем да, очень похоже.
        Я снова огляделся итеперь увидел, что состороны трассы ко мне что-то движется. Глаза невыносимо режет, я зажмурился исел накрышу. Меня все ещё мутит икружится голова. Скорее всего, реакция наперепады давления, которые должны были быть после появления солнца, откудабы оно ни взялось. Открыл глаза только, когда игнорировать звук мотора стало уже невозможно - поснежной поверхности небыстро, ноочень уверенно едет странная машина - старообразный капотный автобус, вроде «КАвЗ», только ещё более квадратный вочертаниях, оснащённый сзади широкими гусеницами, аспереди - лыжами, как-то смонтированными прямо наколеса.
        - Ох, нихрена ты нарядился! - изумился бородатый мужик зарулём, открыв зелёную дверцу кабины. - Ты всегда впротивогазе ходишь?
        Я содрал ссебя очки, откинул капюшон, снял маску. Как-то странно находиться наулице соткрытым лицом, отвык. Номорозом необожгло, воздух оказался теплее, чем я ожидал. Вполне можно дышать нечерез задницу.
        - Холодно было? - участливо спрашивает меня человек. Я никак немогу разобрать его лица, вглаза как песка насыпали, ивокруг всех предметов возникли огненные ореолы.
        - Примерно минус сто, - отвечаю я честно.
        - Охуеть! - восхищается водитель. - Авлюбви кому признавался?
        - Уменя там жена…
        - Ещё ижена? Степаныч, ты слышал, он даже неодин!
        - Идети…
        - Не, ну ты вообще суперуникум, я хуею! Эх, научники нам так проставятся, Степаныч! Готовь карман под премиальные! - мечтательно говорит расплывающийся вмоих глазах человек.
        - Лезь вавтобус, чего сидишь!
        - Немогу, - признался я. - Я, кажется, снежную слепоту словил.
        - Небоись, - под бодрый говорок водителя меня хватают иведут под руки невидимые мне уже люди. - Унас это лечат. Унас вообще всё лечат, лишьбы живой был. Неповезло вам, конечно, невовремя наши рекурсор-то проебали, завис ваш фрагмент, ноничего, всё уже поправили, уже всё впорядке! Ну, говори, где искать твою любимую! Несцы, мужик, теперь все точно будет хорошо!
        Имне становится хорошо.
        Конец Закончено 9февраля 2017года
        notes
        Примечания
        1
        Десантно-штурмовая бригадаВДВ
        2
        Индивидуальный рацион питания
        3
        БЧ-5отвечает закорпус подлодки, живучесть, энергетику иход. Их дразнят «маслы», «трюмные», «маслопупые» итак далее.
        4
        Карандаш против запотевания очков. Если его под рукой неслучилось, может быть суспехом заменён хозяйственным мылом.
        5
        Самонесущий изолированный провод.
        6
        Стихи Леонида Филатова.
        7
        Bad Santa - комедия режиссёра Терри Цвигоффа.
        8
        СПЛ - случайно перемещённое лицо. Термин впервые упоминается вромане«Город без людей».

 
Книги из этой электронной библиотеки, лучше всего читать через программы-читалки: ICE Book Reader, Book Reader BookZ Reader. Для андроида Alreader, CoolReader Библиотека построена на некоммерческой основе (без рекламы), благодаря энтузиазму библиотекаря. В случае технических проблем обращаться к