Важное объявление: В связи с блокировкой в России зеркала ruslit.live, открыто новое зеркало RusLit.space. Добавте пожалуйста его в закладки.


Библиотека / Фантастика / Русские Авторы / ДЕЖЗИК / Карпин Дмитрий: " Angel Или Когда Падает Небо " - читать онлайн

Сохранить .
Angel или когда падает Небо Дмитрий Карпин
        Обычный, казалось бы, вопрос, на который каждый для себя, вроде бы, должен отвечать лично, привел в середине 21-го века к необратимым последствиям. Экстремистско-религиозные группировки будоражили мир, противники религии не оставались в стороне и проводили варварские акции, спиливая кресты и оскверняя храмы. Число взаимных претензий со стороны верующих и атеистов друг к другу достигло накала. Словесные дебаты с экранов телевизоров, мониторов компьютеров и страниц газет перекинулись на улицы и стали перерастать во все большие открытые протесты и выступления, которые вскоре переросли в народные волнения. Религиозная паника захватывала все больше стран, то тут, то там возникали локальные конфликты и гражданские войны. Все это привело к недолгой, но все же мировой войне. Было применено ядерное оружие и несколько бомб уничтоживших миллионы ни в чем не повинных людей, наконец, решили ее исход. Лидеры стран победителей объединили весь мир в один кулак и создали мировое правительство, куда вошли тринадцать представителей выигравшего альянса. А причину, из-за которой возникла эта ужасная война, решено было
уничтожить! Религию запретили! Ее признали пережитком прошлого и в мире воцарилось безверие…
        НО МЫ НЕ ЗНАЛИ, КАК ОШИБАЛИСЬ!
        Дмитрий Карпин
        ANGEL ИЛИ КОГДА ПАДАЕТ НЕБО
        …Вы когда-нибудь видели, как умирают ангелы? Наверняка вы ответите, что ангелы не умирают, на то они и ангелы. Они живут в Раю и вечно счастливы. Так вам кажется? А если представить себе, что Рая больше нет? Или такого вы тоже не можете себе представить, ведь Рай в понимании человека - это что-то нереальное, то, что не может быть материальным. А то, что не может быть материальным, не может исчезнуть. Ведь его итак нет. Но, разумнее всего было бы сначала спросить вас о том, представляете ли вы вообще ангелов и Рай… Если этого нет. Сегодня люди не верят в Рай. И ангелов для них не существует. Поэтому Рай действительно начинает исчезать. То, что никогда не существовало материально, умирает сейчас, когда перестает существовать духовно. Раньше Рай был в воображении людей, были такие люди, которые верили в него. В те времена ангелы не умирали. А сегодня, в эру технологий, человек вычеркивает из своего понимания то, существование чего он не может объяснить научным путем. И Рай пропадает. Он исчезает, как после ядерного взрыва, а ангелы падают на землю. Падают прямо на улицы мегаполисов и умирают здесь,
среди асфальта, неона и небоскребов. Они падают, как звезды, как снег, такие же белые и чистые, цепляются крыльями за провода, царапаются о железо и пластик и умирают. А люди их не видят, их ведь нет, они не существуют. Но не все ангелы умирают сразу, некоторые выживают. И они бродят по тротуарам среди людей и машин, теряются в паутинах улиц, заглядывают в окна, спускаются в метро… Они ищут Рай, они хотят вернуть его. Возможно, если им удастся обрести Рай на земле, они смогут стать людьми и жить среди нас, дарить нам свои улыбки и помогать нам верить в хорошее. Вы знаете людей-ангелов? Многие ангелы, те, которые не потеряли свои крылья, летят туда, где солнце, пляжи и океан. Может, там можно найти Рай? Мальдивы, Багамы, Куба… В цветных рекламных буклетах любого турагентства написано, что это сказка, Рай. Но Рая на земле не существует. Даже здесь надежды ангелов не оправдываются, и они умирают среди всеобщей суеты и неразберихи. Умирают на желтом песке под палящим солнцем…
        ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
        Осколок Неба

1.
        Она очнулась на бетонной плите среди серой пыли и обломков кирпичей. Очень сильно болела спина. За те сто с лишним лет, что она не была человеком, Катя забыла ощущение боли. А такой боли, как от удара, которым закончилось ее падение, она даже при жизни никогда не испытывала.
        Наверное, странно слышать, что у ангелов тоже есть имена, к тому же такие обычные? А как же иначе? Ведь там, наверху, их зовут так же, как звали и на земле.
        Катя встала и с грустью посмотрела на лежавшее на плите крыло, серое от пыли. Кругом валялись перья. А второго вообще нигде поблизости не было видно.
        'Наверное, оно осталось там, где я запуталась в этом дурацком кабеле, - подумала девушка. - Интересно, где это я? Куда попала? Я на Земле, это ясно. Но где?'
        Последнее, что она помнила, это как летела высоко в небе под облаками, пронзая их насквозь и кружась в потоках ветра. Неожиданно облака начали темнеть, становясь серыми, будто набираясь дождевой влаги. Раздались первые раскаты грома.
        Она сильнее замахала крыльями, стараясь выбраться из грозовой тучи, но это оказалось не так-то просто. Вокруг царила серая пелена, воздух пропитывался влагой, отчего крылья наполнялись тяжестью. Рядом ударила молния. Катя ушла в сторону, но небо снова пронзил яркий серебряный росчерк, чуть было не угодивший в нее. Крылья заработали еще сильнее. Метаясь из стороны в сторону она устремилась вперед, а молнии все пронзали и пронзали небо, будто специально целясь по ней, как по мишени.
        И вдруг яркая вспышка… и боль… совсем как в ту пору, когда она - ангел была человеком. И в следующую секунду Катя ощутила, что падает, камнем устремившись к земле. К миру живых, облаченных плотью людей, куда ход душам закрыт. Ее тело объяло пламя, крылья пронзенные молнией горели, а она сама, с бешеной скоростью падала вниз… И затем удар…
        '…Мало ли, куда я упала, - подумала девушка. - Это может быть и Токио и Нью-Йорк…'
        Она огляделась. Вдали, на фоне серого неба, вздымались небоскребы, в их стеклянных стенах отражались свинцовые тучи.
        'Лучше бы я увидела Эйфелеву башню, - продолжала размышлять Катя. - Всю жизнь мечтала побывать в Париже. А когда, только подумать, уже почти накопила денег на поездку, все так вышло… Хотя тоже ничего, и вместо Парижа попала в Рай', - усмехнулась она.
        Нужно было выбираться из этих руин. Кругом бетон, погнутое железо, битое стекло и серая пыль.
        'Интересно все-таки, что здесь произошло?'
        Катя опустила голову и увидела перед собой обуглившуюся куклу с голубыми глазами. Эти глаза будто с надеждой смотрели на девушку.
        День был пасмурным, осенним, но пока еще относительно теплым. Откуда-то издали доносился шум машин и одинокий вой сирены. Девушка оторвала взгляд от куклы и побрела по направлению к звукам города.
        Выбравшись, наконец, из обломков, Катя поднырнула под полосатую красно-белую ленту, которой было обнесено это место, и оказалась на тротуаре. Она медленно пошла вдоль ленты, и за обломком бетона увидела табличку. Там было написано, сколько человек погибло от теракта, их фамилии, имена и дата взрыва. Рядом лежали цветы и несколько зеленых венков, оплетенных красными ленточками.
        'Да, я определённо не в Раю, - хмуро подумала Катя, глядя на детскую фотографию около одного из венков. - И тем, кто, судя по всему, совсем недавно попал отсюда туда, там тоже осталось быть недолго… Лучшего места для возвращения на землю и придумать нельзя… И вот, что мне теперь, прикажете делать, со всем этим?'
        Катя задумчиво посмотрела по сторонам и пошла, куда глаза глядят, без особой цели и желания.
        'Прежде всего, мне нужно выжить! - решила она. - А чтобы выжить - мне нужно отыскать Рай на земле… Отличная перспектива… Какой тут может быть Рай, если первое, что я увидела, попав сюда, это развалины взорванного здания и список погибших от теракта?..'

2.
        Он заметил ее падение задолго до того, как она упала…
        Осколок неба пронзил серые свинцовые облака и лучом света устремился вниз.
        'Еще одна', - подумал старый ворон, вглядываясь вдаль, туда, куда горящим метеоритом падал осколок.
        Взмахнув крыльями, гордая птица устремилась по его следу…
        Оказавшись на месте ворон опустился на шпиль небоскреба и замер. Здесь наверху, несмотря на сильные порывы ветра, он чувствовал себя весьма комфортно. Его черные бусинки глазки смотрели вниз на улицу мегаполиса, заполненную куда-то вечно спешащими людьми. Но взгляд не был блуждающим, а был прикован к фигуре девушки в белоснежном, но слегка пыльном, коротком платье, слившейся с общим потоком серой массы.
        Таких, как она, в последнее время, ворон встречал все чаще и чаще. Они были другими. Существами, чуждыми этому миру. Существами, уже давно покинувшими его и более привыкшими летать под облаками, подобно птицам, чем стоять на твердой земле. И вот эти существа снова пришли в мир, пусть и не по собственной воле, но теперь они вынуждены очутиться здесь, и невидимыми для людского глаза, влачить последние дни, без истинного дома. Такова их нынешняя судьба.
        Ворон видел, как гаснущими звездами они приходят в мир. Осколки неба, обреченные пасть на грешную землю. Но там, куда падает Свет, его всегда ждет Тьма, ибо она это умеет. Кому, как не ворону было не знать это, ведь он сам черен, как ночной сумрак. Тысячи лет вороны ждали и наблюдали. Тысячи лет они питались падалью, дожидаясь истинной добычи. И вот добыча пришла. И теперь наступит их время…
        Одинокий ворон расправил черные, как ночь крылья и сорвался со шпиля, устремившись вдаль вслед за девушкой.

3.
        Катя шла по широкой улице. Над ее головой нависали громады небоскребов, их вершины уходили под облака. Мимо спешили люди, с бесстрастными мраморными лицами. По дороге ползли автомобили, большую часть времени проводившие в пробках. Водители постоянно сигналили, будто это хоть как-то могло повлиять на скорость движения. Все это напомнило Кате улей или муравейник с мельтешащими и куда-то вечно спешащими букашками, которых побуждал к действию коллективный разум. Во всей этой суете девушка чувствовала себя песчинкой, по воле судьбы оказавшейся вновь в мире живых.
        Посреди улицы стоял странный человек. Он не походил на других, аккуратно одетых горожан и напоминал бродягу. Мужчина размахивал куском картона с какой-то черной надписью и, не переставая, кричал:
        - Люди, услышьте меня! Приход Сатаны близок! Мы отреклись от Бога, и открыли дорогу Дьяволу! Услышьте меня, люди, Дьявол скоро придет в мир, чтобы навсегда забрать наши души!..
        Сделав еще несколько шагов, Катя разглядела надпись на картоне: 'Дьявол уже близко!!!'
        - Ты псих и никакого ни Дьявола, ни Бога нет! - бросил молодой человек, проходящий мимо.
        - Вы заблуждаетесь! - прокричал ему в след оратор. - Все вы заблуждаетесь! Мы совершили самую страшную ошибку, и теперь мы прокляты!.. Вы слышите?.. Все мы прокляты!..
        Но люди продолжали спешить по тротуарам, не обращая внимания на странного бродягу. Катя тоже прошла мимо, потерянно глядя перед собой.
        Кое-кто из тех, кого девушка встречала по пути, удивленно смотрели на нее и провожали ошарашенным взглядом. Однако никто не подошел к ней и не спросил, что произошло и нужна ли ей помощь.
        'И как я сразу не догадалась, что они все тоже меня видят?.. Наверное, это из-за того, что я потеряла крылья. Да уж, это, безусловно, великая удача!' - с сарказмом подумала бывший ангел и побрела дальше.
        Спустя какое-то время Катя остановилась возле супермаркета, и в блестящем голубоватом стекле увидела свое отражение. Вся в царапинах, темные волосы спутаны, а белоснежное когда-то платье стало серым от пыли.
        'Одно радует: я попала туда, где люди говорят на моем языке. Вот только у меня нет большого никакого желания с ними разговаривать…'
        'После смерти некоторые люди попадают в Рай. Интересно, а куда попадают после смерти ангелы?' Катя не знала. Зато она знала, что у нее мало времени, что ей необходимо что-то делать. Искать на земле то, чего здесь просто не может быть. А если она не найдет то, чего здесь нет? '…Ведь его нет!.. Точно так же, как люди не верят в Рай после смерти, ангелы не верят в Рай на земле! Что будет тогда?.. Я пропаду, исчезну, растворюсь в воздухе? Такого просто не может быть, ведь душа не может пропасть, исчезнуть, раствориться?! Ведь так?..' Катя прекрасно знала это, но все равно боялась. Боялась так же, как человек боится смерти, потому что не ведает, что с ним будет потом.

4.
        Поднырнув под полосатую красно-белую ленту, две фигуры двинулись к обломкам здания, оставшегося после теракта. Переступая через куски кирпичей и битое стекло, они шли вперед, постоянно оглядываясь, и то и дело, останавливаясь, замечая необычные детали.
        - Алекс, что мы вообще здесь ищем? - остановившись и разглядывая обуглившуюся куклу, спросил один. Каким-то образом, огонь не тронул ее голубых глаз, и теперь они, будто с укоризной, смотрели на мужчину.
        - Что-нибудь странное… - сухо ответил тот, кого назвали Алексом.
        - Здесь все странное. Как-никак теракт был, и теперь здесь все смешалось в кучу.
        - Аид сказал, что сюда упал свет, и приказал нам все здесь обыскать и найти что-нибудь необычное.
        - Что это значит: сюда упал свет?
        - А я почем знаю! Он сказал искать - значит искать! И пока мы не найдем это, мы отсюда не уйдем! Ты понял!.. Ты ведь знаешь господина, он всегда отдает странные приказы.
        - Его вообще никто не знает… а что у него на уме и подавно. Он всегда говорит загадками.
        - Это я и имел ввиду, болван! Господин сказал, что когда мы это найдем, мы сами поймем, что это и есть, то самое… Так что ищи и кончай нести всякую чушь! Пока мы здесь все не обшарим и не найдем что-нибудь странное, мы отсюда не уйдем!
        - Пойди туда, не зная куда, принеси то - незнамо что. Ну, как скажешь, ты же у нас главный.
        - Вот именно! Так что иди вперед, а я пока обогну эти руины и посмотрю с другой стороны! - наконец сказал Алекс, но так что бы никаких пререканий уже не последовало.
        В ответ бедолага скорчил покорную ухмылку и, ругаясь себе под нос, огорченный пошел к нагромождению бетонных плит. То и дело он спотыкался о погнутые металлические прутья и битые кирпичи, от чего еще громче ругался, но все же шел, ведь последствий невыполнения приказа господина он боялся больше, чем пары синяков и ссадин от своего непосредственного начальника Алекса.
        Алекс же проводил его недовольным взглядом и пошел огибать здание. Все здесь казалось совсем обычным, если, конечно, можно считать обычным руины небоскреба, оставшиеся после террористического взрыва. Но они ведь искали здесь нечто другое! Что-то, возможно даже несвязанное с привычным миром. Этот человек немного разбирался в тайных интересах своего господина. Ему часто приходилось выполнять необычные дела и видеть много странного на своем веку, так что он понимал, что все то, что утверждает пропаганда - ложно. Алекс относил себя к числу немногих, кто хоть что-то понимал в ужасных тайнах современного мира. Хотя на самом деле он заблуждался и лишь тешил себя нелепыми догадками.
        - Алекс… - раздался вдруг крик товарища, а затем уже тише, - кажется, я нашел то, что мы искали…
        Алекс сломя голову бросился к тому месту, откуда доносился голос. Через минуту он достиг своего товарища, склонившегося над чем-то, лежащим на бетонной плите.
        - Что же это такое, мать твою?.. Что? - лепетал подчиненный.
        Алекс подошел ближе и увидел огромное белое крыло, покрытое пылью. Казалось, это крыло могло принадлежать огромной птице, вот только какой? В природе не было ни одной птицы, обладавшей таким размахом. Вокруг оказались разбросаны перья и виднелись следы крови, но самой птицы потерявшей крыло, нигде поблизости не было.
        - Алекс, что же это такое, мать твою?.. - повторил нашедший крыло.
        - Не знаю! Но мне кажется это именно то, зачем Аид послал нас сюда.
        - Знаешь, мне кажется, что это…
        - Нет!.. Не говори глупостей, ты же знаешь, что этого не бывает… - резко заявил Алекс, так чтобы все дальнейшие разговоры смолкли, хотя ему в голову пришли те же мысли. Он снял с себя куртку, и бережно подняв крыло, укутал его.
        - Все - нам пора, теперь нужно доставить это нашему господину. А с этими глупыми мыслями ты брось!.. Ты же знаешь, чего они могут нам стоить.

5.
        Синее-синее небо, чистое море, белый, слепящий глаза песок, яркое солнце… Он лежит на пляже, пьет коктейль и наблюдает за белым пушистым облаком, которое гуляет над пальмами. Где это он? Он всегда хотел побывать где-нибудь на Кубе или на Ямайке.
        'Да, это Рай!' - думает он.
        И тут раздается противный электронный звук, песок куда-то пропадает, море исчезает, яркое солнце гаснет, а синее небо превращается в белый потолок квартиры в многоэтажке на окраине города. Электронный звук становится все громче и громче.
        Макс накрылся с головой одеялом. Самым большим его желанием в этот момент было выбросить будильник в окно или швырнуть его в стену. Каждое утро он думал о том, что обязательно нужно купить новый, потому что звук этого монстра когда-нибудь окончательно сведет его с ума.
        Добравшись рукой до кнопки, парень наконец, отключил этот кошмар. За окном шел дождь, и в квартире было холодно.
        'Как же не хочется выбираться из-под теплого одеяла!'
        Собравшись с силами, Макс встал и побрел на кухню, до сих пор представляя себе белый песок и яркое солнце.
        'Когда же я, наконец, высплюсь?' - подумал он, заглядывая во все кухонные ящики и шкафчики в поисках кофе… Кофе был просто необходим, как привычка, чтобы окончательно проснуться и отправиться на работу.
        Наконец Макс нашел его. Он бросил в стакан ложку растворимого и залил кипяток. Затем лишь взял с подоконника пачку сигарет и, вытащив одну, закурил.
        'Утренний кофе и утренняя сигарета, вот и весь мой завтрак, - подумал парень. - Нужно будет что-нибудь купить и перекусить по пути на работу. Блин, как же неохота туда ехать, лучше бы свалить из этого проклятого города и оказаться на каком-нибудь пляже, под теплым солнцем и наконец-то выспаться… Но это всего лишь мечты и ехать на работу мне все же придется'.
        Работа не приносила ему больших денег, но хотя бы хоть как-то помогала свести концы с концами… Макс был курьером. Целый день на мотоцикле он развозил документы по разным адресам. В принципе, работа не пыльная, а главное, он целый день мог кататься на байке, ощущать скорость и ветер, бьющий в лицо. Это ощущение всегда успокаивало его. Сидя на любимом байке, Макс чувствовал себя свободным. Свободным от всего: проблем, забот и кучи накопившихся у него долгов.

6.
        Рустам и Славка давно сидели на игле, и отказаться от героина никак не могли. Период эйфории уже давно прошел, и теперь они кололись только чтобы заглушить боль. Тело жаждало получить очередную порцию наркотика. Деньги на героин уходили большие, а работать ни Рустам, ни Слава не хотели. Так что промышляли они в основном уличными грабежами.
        Ломка уже началась. Рустам ощущал страшный дискомфорт, голова кружилась, костяшки пальцев начинали белеть, когда он с каждым приступом впивался себе в плечи. Все, кроме ломки, казалось ему безразличным, даже то, что он сидел на грязном асфальте возле мусорного бака в каком-то переулке. Рядом стоял Славка и уже несколько минут что-то ему втолковывал. Что он говорил? Рустам не мог разобрать слов, в его голове жила лишь ноющая боль, боль, которую можно укротить лишь одним способом - вмазаться!.. Все его мысли были только о героине, если, конечно, это можно назвать мыслями, а не упрямой навязчивой идеей, сверлящей мозг.
        Славке пока было легче, но он знал, что вот-вот нахлынет паника, и в конце концов поглотит его.
        - Нужно что-то делать, - в который уже раз, как попугай, повторил он. - Можно напасть на кого-нибудь в подворотне или влезть в квартиру, все равно сейчас день и все на работе. Так что дело плевое…
        Славка посмотрел на товарища. Тот продолжал сидеть на асфальте, прислонившись спиной к мусорному баку, и грыз ногти. Похоже, Рустам совершенно не понимал, что ему говорят. Славку это чертовски злило, отчаяние и ярость все сильнее и сильнее накатывали на него.
        - Кретин! - заорал разгоряченный Славка и с яростью пнул мусорный бак.
        От неожиданности Рустам вздрогнул и, будто выйдя из транса, поднял на приятеля глаза. Казалось, в его зрачках даже проскользнула искра понимания происходящего. Но, вглядевшись получше, Славка понял, что тот в полной прострации.
        - Мудак, - сказал он. - Тупой мудак! Черт побери, как охота вмазаться… Я бы сейчас хоть душу дьяволу заложил!..
        По переулку пробежал легкий ветерок, принесший с собой прохладу.
        - Простите, господа, может быть, я смогу вам чем-нибудь помочь? - раздался неожиданно лукавый голос позади Славки.
        Тот развернулся и выхватил нож.
        - Кто ты такой, мать твою?!
        - Я тот, кто может решить все ваши проблемы, господа, - спокойно ответил незнакомец. На нож он не обратил ни малейшего внимания.
        Славка прищурил глаза и начал рассматривать незнакомца. Этот человек чем-то отличался от всех тех, кто ходил по улицам города. Высокий, средних лет, с длинными, черными как смоль, волосами, убранными в хвост, небольшими усиками и бородкой колышком. Одет с иголочки: в черный костюм-тройку. Рука в тонкой кожаной перчатке сжимала трость с серебряным набалдашником в виде собачьей головы. Лаковые остроносые туфли блестели. Но самым запоминающимся в его облике оказались глаза, лукавые темно-карие глаза. Казалось, они видят тебя насквозь, а их обладатель знает все твои мысли.
        - Да ну? - усмехнулся Славка. - И что ты можешь нам предложить?
        Вместо ответа Черный Человек как-то по-особому взмахнул свободной рукой, и в ней появились два шприца.
        На лбу у Славки выступил холодный пот. Он догадывался, что находилось в этих шприцах. Да и Рустам задергался у мусорного бака, все-таки часть происходящего он осознавал.
        - Да, вы правы… это героин, - улыбнувшись, сказал незнакомец. - Причем чистейший, из моих личных запасов.
        - И что нам надо сделать за это? - настороженно спросил Славка, не сводя глаз со шприцев.
        - Почти ничего, - снова улыбнулся незнакомец. - Ну, свою душу уж точно продавать не потребуется… Вам всего лишь надо будет выслушать меня.
        - Что?! Поговорить что ли не с кем?
        - Я хочу кое-что предложить, - продолжал незнакомец, пропустив мимо ушей ехидное замечание, - а согласитесь вы или нет - это уже ваше личное дело. - И, в очередной раз лукаво улыбнувшись, он протянул Славке шприцы.
        Славка тут же схватил их, боясь, что незнакомец передумает. Присев возле Рустама, он вколол дозу наркотика сначала ему, а затем себе. И сразу же почувствовал, как тепло расходится по венам, боль отступает, и волна эйфории накатывает на него. Эйфории, о которой Славка уже давно забыл. Казалось, что это ощущение утеряно навсегда и, сколько ни колись, вернуть его не получится. Но этот героин делал невозможное. Ради такого 'лекарства' Славка был готов на все. Его губы растянулись в блаженной улыбке.
        - Вижу, вам хорошо, - откуда-то сверху раздался голос Черного Человека. - У меня есть еще килограмм этой радости, этой 'ангельской пыли'. И он может стать вашим, стоит только выполнить одно мое поручение.
        - Кого надо убить ради этого? - безмятежно улыбаясь, спросил Славка.
        - Нет, не убить, - произнес Черный Человек. - Всего лишь напугать и привести ко мне одну девушку, - и килограмм этого чудесного порошка, этой 'ангельской пыли' станет вашим.
        - Хорошо, мы согласны, - вместо Славки ответил Рустам.
        Он полностью отошел и чувствовал себя великолепно.

7.
        Катя сидела на лавочке в парке и зачарованно наблюдала за детьми, которые со смехом носились по дорожкам туда-сюда. В стороне продавали разноцветные воздушные шары и сладкую вату, в воздухе пахло ягодным сиропом. Окружающие не обращали на Катю никакого внимания. На соседней лавочке сидела в обнимку парочка, парень что-то увлеченно рассказывал девушке, та весело смеялась.
        'Интересно, почему никто из них не замечает серого неба и плохой погоды?'
        Девушка задумалась. Сегодня она только и делала, что думала. Мыслей было много, они расползались, тянули каждая в свою сторону, и в конце концов она совсем запуталась…
        Катя вдруг вспомнила детство. Светлое и цветное. Их квартира на небольшой тихой улице. Просторная кухня, уютная спальня и залитый солнечными лучами зал.
        'Интересно, - подумала она, - а каким было мое первое детское воспоминание? Самое-самое первое… Наверное, большая кукла. С пушистыми волосами, огромными глазами и длинными загнутыми ресницами…' - Девушка улыбнулась.
        Она помнила запах маминых духов, сладковатый и мягкий, - запах своего детства… Помнила младшего братишку Кирюшку… Веронику - лучшую подругу с самых ранних лет…
        Катя до сих пор помнила глаза Вероники, когда та, стоя у обрыва, смотрела на груду металла внизу, в которую превратилась машина… А в машине были и папа, и мама, и Кирюшка, и она - Катя. Вся семья, на выходные поехавшая к озеру.
        Вокруг столько других автомобилей и людей… Все бегают, кричат, пытаются еще что-то сделать…. Вероника смотрит вниз и, кажется, не видит ничего перед собой, ее серые глаза наполнены слезами. А Катя, вдруг, уже почему-то стоит рядом с ней. Она пытается успокоить подругу, говорит ей, что все в порядке, что все будет отлично, но та ее уже не слышит…
        'Где, где на этой земле искать Рай, если на каждую светлую и радостную мысль обязательно приходится по грустному и тяжелому воспоминанию? Одни люди сейчас улыбаются, другие плачут, одни счастливы, другим очень тяжело…'
        Катя встала с лавочки и снова побрела, куда глаза глядят. Вскоре зажглись фонари, на небе появились звезды. Ночь опустилась на город.

8.
        Девушка шла по улице и чувствовала, что очень устала. Хотелось есть и спать. Она брела мимо небоскребов и неоновых вывесок, мимо клубов и баров. Город наполнился молодежью, отовсюду доносился смех и веселые крики. От этого Кате стало совсем одиноко, она думала о том, как можно найти Рай, когда человек один в этом мире, его никто не замечает и не понимает…
        Девушка свернула куда-то, чтобы не слышать этого всеобщего веселья.
        'А я ведь даже и не человек пока, - размышляла она. - В любую секунду могу пропасть, исчезнуть, раствориться, или что там случается с ангелами, которые не нашли то, чего нет…'
        - Здравствуй, малышка, - неожиданно раздался противный голос.
        Катя вздрогнула, остановилась и только сейчас поняла, что в раздумьях забрела на какую-то пустынную улочку. Она уже давно забыла, что такое страх, но в этом мире можно было ожидать чего угодно.
        - Кто вы? - спросила Катя.
        Из темноты выступил худощавый парень. В свете фонаря Катя увидела, что у него впалые щеки и синева под глазами. Девушка невольно попятилась и спросила дрожащим голосом:
        - Что вам от меня нужно?
        Парень не отвечал и, хищно улыбаясь, продолжал идти на нее. В его руке блеснуло лезвие ножа. Катя сделала еще один шаг назад и уперлась спиной в какое-то препятствие. Неожиданно сильные руки обхватили ее, и на затылке она почувствовала чье-то частое дыхание.
        - Куда? Тебе еще рано уходить, - услышала Катя голос того, кто схватил ее сзади. - Мы еще только начали развлекаться.
        - Да, Рустамчик, ты прав, мы только начали. - И парень с ножом вновь хищно ухмыльнулся.
        Катя попыталась вырваться, но руки того, кого звали Рустамом, крепко сжимали ее худенькие плечи. Парень с ножом подошел почти вплотную.
        - Что вам нужно? - На глазах у Кати выступили слезы.
        - Как это 'что'? - осклабился Славка. - Ты была плохой девочкой, и нас попросили наказать тебя. Видишь ли, мы ангелы, которые, как в древних сказках, карают грешников.
        - Да, мы ангелы! - рассмеялся, за ее спиной Рустам.
        - Прошу вас, не трогайте меня… Это не смешно… Я - ангел, а вам… вам никогда не попасть в Рай!
        В ответ раздался дружный хохот парней.
        - О, как напугала! - воскликнул Славка. Затем, он лукаво улыбнулся и произнес:
        - Видишь ли, детка… я туда и не собираюсь! Мне и здесь отлично живется.
        Неожиданно он нагнулся и схватил Катю за колено, а затем его грубая рука поползла выше.
        - Мне сказали, ты девственница, - усмехнулся Славка. - У меня никогда не было девственницы. Рустам, у тебя хоть раз была девственница?
        - Нет, никогда, - заверил тот, кто держал ее сзади.
        - Нет, не надо, прошу вас! - испуганно закричала Катя, когда наконец поняла, что с ней собираются сделать. - Кто-нибудь, помогите!..
        Но ее крик о помощи оказался прерван ударом по лицу. Из разбитой губы потекла кровь.
        - Заткнись, сука, - рявкнул Славка.
        Спрятав нож, он вытащил из кармана грязный платок и, пока его приятель держал Катю за голову, затолкал его девушке в рот.
        - А теперь кричи, сколько хочешь, тебя все равно никто не услышит! - хищно усмехнулся наркоман.
        Его руки вновь потянулись к бедрам Кати, потом вверх. С нее стали стаскивать трусики. Девушка пыталась вырваться, но безуспешно. Руки Рустама крепко сжимали ее, во рту был кляп, и кричать она не могла, у нее получалось только жалобно стонать.

9.
        Целый день Макс работал, целый день он мотался по всему городу и доставлял бумаги. Наконец осталось отвезти последний документ.
        Парень заглушил двигатель мотоцикла перед небоскребом, в окнах которого отражалось свинцовое небо.
        'Офис 428', - прочитал он на свертке.
        Было без пяти десять, во всем этом огромном многоэтажном здании, казалось, работал только супермаркет на цокольном этаже, и даже оттуда уже выходили последние покупатели.
        'Ну вот, почему я сразу не сообразил, что в этом здании куча офисов и магазинов, и раз написано, что оно работает до десяти, это еще не значит, что все там торчат до этого времени? - подумал Макс. - Ладно, пойду и проверю'.
        И Макс поспешил в здание.
        У входа его остановил уже не молодой усатый охранник, с удивительно спокойными голубыми глазами. Глазами, должны быть похожими, на чистое небо или безмятежное море. Впрочем ни того, ни другого Макс никогда не видел:
        - Вы куда, молодой человек? - спросил охранник.
        - Я курьер, и мне нужен четыреста двадцать восьмой офис, - ответил Макс.
        - Молодой человек, офисы у нас работают до восьми часов вечера, - сказал охранник. - И все они уже давно закрылись… Хотя, может быть, в четыреста двадцать восьмом еще кто-то и есть, они частенько торчат до ночи… Пройдите, посмотрите. Только не задерживайтесь, в десять я закрываю главный вход, так что советую поторопиться.
        - Хорошо, - кивнул Макс. - Задерживаться здесь я точно не собираюсь.
        И он поспешил к лифту.
        - Кстати, лифт тоже уже не работает, - вслед парню крикнул охранник.
        Выругавшись на ходу, Макс повернул к лестнице. Минут пять он затратил на подъем и еще десять на поиски нужного офиса, поэтому неудивительно, что когда он нашел его, дверь офиса оказалась уже заперта.
        'Вот черт, - мысленно выругался Макс. - Не везет, так не везет. Завтра опять придется сюда тащиться! Только уже с самого утра, поскольку это будет уже просроченная доставка и за нее меня точно оштрафуют. А деньги то нужны…'
        Когда он спустился в вестибюль, оказалось, что охранник уже запер входные двери.
        - Где вас черти носят? - запричитал служащий небоскреба. - Все, кроме вас, уже покинули здание. Мы с вами остались одни, и я уже закрыл главный вход.
        - Что, подождать не могли? - раздраженно спросил Макс.
        - Молодой человек, мне предписано закрывать в десять вечера, и я всегда закрываю ровно в десять вечера, вот уже почти пятнадцати лет. А тех, кто задержался, выпускаю через аварийный выход, с другой стороны.
        - Ну, так выпустите меня, а то это здание уже мне порядком поднадоело!
        - Пошлите, - равнодушно, кивнул охранник. - Вы, конечно же, не отдали то, что вам нужно было отдать в тур-агентство.
        - В какое еще тур-агентство? - спросил Макс.
        - Ну, четыреста двадцать восьмой офис - это тур-агентство. Знаете, путевки, туры и так далее…
        - Да, я знаю, что такое тур-агентство, - перебил Макс. - Нет, не отдал. Завтра с утра заеду.
        - Заезжайте. А вот, кстати, и выход.
        Охранник достал ключи и начал отпирать металлическую дверь.
        - Надеюсь, вы больше ничего не забыли? - поинтересовался он, перед тем как Макс вышел на улицу. - А то я ставлю здание на сигнализацию и отпирать вам уже ничего не буду.
        - Не волнуйтесь, я ничего не забыл.
        - Ну, тогда обогнете здание, и вы окажетесь на главной улице. Счастливо. - И, не дожидаясь ответа, охранник захлопнул дверь.
        - До завтра, - хмуро сказал Макс в закрытую дверь и побрел по маленькому темному переулку.
        Фонари тут горели слабо, вдоль дороги тянулась высокая бетонная ограда, и вокруг ни души.
        Неожиданно Макс услышал женский крик. Похоже, кто-то звал на помощь. И какой-то древний инстинкт, заставил его броситься вперед.
        Свернув в переулок, и на ходу подхватив с асфальта погнутый прут арматуры, Макс увидел, как двое парней издеваются над беззащитной девушкой. Похоже, это были уличные наркоманы, которых в последнее время развелось чертовски много.
        'Но что им нужно от этой девушки… деньги?! Конечно, а что же еще! Хотя нет, еще они, похоже, хотели позабавиться над ее юным телом… А она красива, - неожиданно для себя подумал Макс. Хотя было совсем не время для подобных мыслей, нужно было помочь человеку. - Даже в наше суровое время нужно хоть немного помогать другим, а не только заботиться о собственной шкуре, как делают остальные'.
        - Отпустите девушку, ублюдки! - крикнул Макс.
        - Ой, это что еще за герой нашелся, - повернулся к нему Славка. - Лошара, ступай своей дорогой. Не видишь, мы заняты, или тебе жить надоело?
        Вместо ответа Макс нанес удар прутом. Славка охнул, схватился за бок, и упал. Рустам оттолкнул девушку в сторону и пнул Макса в живот. Тот выронил прут и, задыхаясь, согнулся пополам. Рустам вновь замахнулся, но Макс, собравшись с силами, ударил обидчика кулаком в пах. Противник рухнул на асфальт и, схватившись за свое достоинство, принялся стонать.
        Немного оклемавшийся Славка вытащил нож, встал и попытался пырнуть Макса в грудь. Но парень успел перехватить руку наркомана, заломил ее за спину и ткнул Славку мордой в столб. Тот вновь упал, выронив нож. Рустам продолжал орать и ругаться.
        Макс вцепился в руку девушки и потянул за собой:
        - Быстрее отсюда!
        И они помчались прочь, и вскоре выбрались к фасаду небоскреба. Там оказалось гораздо светлее, и довольно людно. Невдалеке стоял мотоцикл Макса. Здесь преследования можно было не опасаться.
        Макс наконец взглянул на девушку. Платье грязное и разорванное, босые ноги, заплаканное лицо… Темные волосы, по-детски пухлые губки и большие зеленые глаза. Оказалось, что она обворожительно красива.
        - Надень мою куртку, а то замерзнешь, - снимая кожанку, сказал Макс.
        - Спасибо…
        Девушка вдруг уткнулась ему в грудь и горько расплакалась. Макс осторожно погладил ее по плечу.
        - Давай, я отвезу тебя домой, - предложил он, когда она затихла.
        - У меня нет дома…

10.
        Макс сидел на кухне и задумчиво размешивал сахар в чашке кофе. В ванной шумела вода, на улице лил дождь.
        'Интересно, что с ней делать, куда девать, да и откуда она вообще взялась?' - думал он.
        Пока они добирались до дома, много он о ней, конечно же, не узнал. Только то, что ее зовут Катя. Эта девушка напоминала ему маленького запуганного зверька. Макс вспомнил, как в детстве они с другом нашли в подъезде замерзшего голодного котенка. Тот смотрел на него так же, как и она.
        'Кстати, она, наверное, голодная?! - подумал Макс и заглянул в холодильник. - Вот блин, хоть шаром покати…'
        Он открыл шкафчик, но нашел там только забытые шоколадные конфеты.
        Тут на кухню вошла Катя в его футболке, которая выглядела ничуть не короче того платьица, что было на ней раньше. Она молча села на стул и посмотрела на Макса. Ее длинные мокрые волосы спадали на плечи. Сейчас девушка выглядела уже намного лучше, хотя нижняя губа немного распухла, зато зеленые глаза уже не блестели от слез.
        - Будешь конфеты? - спросил Макс. - Я бы с удовольствием предложил тебе что-нибудь еще, но у меня только конфеты.
        Катя улыбнулась:
        - Спасибо тебе большое. Ты не представляешь, как я тебе благодарна.
        - Не за что. Как можно не помочь такой милой и симпатичной девушке? - улыбнулся он. - А как же так получилось, что тебе совсем некуда идти?
        - Знаешь, если честно, я не могу и не хочу сейчас говорить об этом…
        - Ладно, давай не будем. А будем просто пить чай с конфетами…
        'Просто великолепно, - подумала Катя. - Свалилась бедному парню, как снег на голову… А что дальше? Так и шататься по улицам и ждать, пока кто-нибудь не прибьет в подворотне, как чуть не получилось сегодня? А Макс, ведь, наверняка, не отстанет с расспросами… Нет, можно, конечно, рассказать ему все, как есть, но тогда место проживания мне обеспечено. Буду обитать в психушке…'
        Она развернула конфету и принялась рассматривать яркий блестящий фантик.

11.
        Катя открыла глаза и увидела потолок, на котором прыгали солнечные зайчики. Дождь кончился, и на улице прояснилось.
        Девушка оглядела комнату. Макса не было. Она встала с дивана и направилась в ванную, по дороге заглянув на кухню, но там тоже никого не оказалось.
        Выйдя из ванной, Катя услышала, как в двери поворачивается ключ.
        - Привет! - крикнул из коридора Макс. - Давно проснулась?
        - Если честно, то только что, - ответила девушка. - А сколько время?
        - Ах, да, я же сегодня утром не выдержал и вытащил батарейки из этого монстра… - сказал Макс. - Знаешь, даже не представляю, сколько сейчас времени, к тому же это, в общем-то, и не так важно… Мне с утра нужно было один срочный документ отвезти, а потом я заехал в супермаркет и вот! - Макс показал пакеты, которые он держал в руках. - Так что давай завтракать, или обедать, или как мы это назовем?
        - В общем-то, и не важно, - улыбнулась Катя.
        - Ну да. Вот, я там схватил в супермаркете первое, что увидел, - продолжил Макс. - Так, что тут у нас есть: батон, ветчина, сыр, масло и почему-то мне пришло в голову взять кефир. Ты пьешь кефир?
        Катя с улыбкой кивнула.
        - Ну, тогда давай трапезничать.
        И Катя с Максом принялись за изготовление бутербродов.
        - Может быть, ты все же расскажешь, почему тебе некуда идти? - неожиданно спросил парень. Эта тема его все еще интересовала, и, подумав, что девушка успокоилась, он решил вернуться к ней вновь.
        'Я так и думала, что он снова затронет эту тему, - подумала Катя. - Но, извини меня, Макс, сказать тебе правды я не могу. Мне бы очень хотелось, но, боюсь, ты в нее просто не поверишь. Хотя кое-чем поделиться можно…'
        - Так получилось, - медленно начала Катя, - что я осталась совсем одна. Этот город для меня чужой. Мои родители погибли… В автокатастрофе… Денег у меня нет, и идти мне некуда. Возможно, это звучит странно, но…
        - Нет, не странно, - неожиданно сказал Макс. - Такое бывает. Вот взять хоть мою историю. Отец был шахтером. Когда последнюю шахту закрыли, он собрал нас с мамой, и мы приехали сюда. Мои родители думали, что здесь они найдут новую жизнь, а вместо этого нашли смерть… - Макс сделал паузу, тяжело вздохнул и продолжил:
        - У отца были деньги, он всю жизнь копил. Вот с этими сбережениями мы и отправились в этот город… Вероятно, о деньгах кто-то знал… Или просто так получилось… В общем, отца попытались ограбить. Он не хотел расставаться со сбережениями и за это получил нож под ребро. Мать кинулась ему на помощь, и ее тоже убили… А я стоял как вкопанный и смотрел, как эти ублюдки забирают деньги. - Парень вздохнул и, опустив глаза, добавил, - Я постоянно виню себя за это, и кошмар той ночи теперь преследует меня.
        - Сколько тебе тогда было? - спросила Катя.
        - Тринадцать.
        - Но что ты мог сделать?
        - Не знаю… Что-нибудь… По крайней мере, не стоять, как статуя.
        - Не вини себя, ты ничего не мог сделать, просто погиб бы зря, вместе с ними.
        - Может, так было бы лучше…
        - Не говори так, жизнь - это величайшее чудо, дарованное нам Богом. И как же ты потом… один?
        - Да вот как-то… - грустно усмехнулся Макс. - Остался на улице, она стала моим новым домом. Так живет много народу, в основном наркоманы и бродяги, те, кого не принял большой город. Улица - это совсем другой мир, где царят свои законы… Правительство на словах пытается бороться… но лишь на словах. Вот и жил я два года на улице, спал в метро… Приходилось воровать… Часто дрался и много раз думал, что точно умру. Но, как видишь, выжил. Я верил, что где-то есть лучший мир, что где-то есть рай, ведь я жил в аду. Зимой, в холодину, я думал о теплых краях, где восхитительное жаркое солнце, где теплый песок и ласкающий океан… Именно таким мне представлялся рай. Эти мечты о лучшем месте и помогали мне выживать. А потом меня нашел Макар. Добрый был человек… Меня избили пятеро наркоманов, отлупасили до полусмерти… Макар меня спас. Подобрал, притащил к себе, перевязал и уложил в постель… Впервые за два года я лежал в настоящей постели!. Когда я оклемался, Макар сказал, что я могу остаться у него и работать помощником в гараже. Он был механиком. Понятное дело, я с радостью согласился. А потом так и остался у
Макара. - Макс замолчал.
        - А что было дальше?
        - Дальше? Так и жил у Макара, работал у него, в гараже. Макар научил меня разбираться в двигателях. Но потом, вдруг, его бизнес пошел на спад, клиентов становилось все меньше, и мы перебивались с хлеба на воду. Мой наставник запил, я пытался помочь ему, залез в долги, но бизнес поднять не удалось. И однажды, вернувшись домой, я нашел Макара мертвым. Он отравился суррогатным алкоголем. Его дом и гараж забрали за долги, и я вновь остался один. Хорошо, что у меня уже были кое-какие сбережения, я снял квартиру и устроился на работу. Вот так и живу…
        - Какая грустная у тебя судьба, - произнесла Катя. Ей стало жалко Макса, она хотела сказать ему что-то ободряющее, но слов не было.
        - Не грустнее твоей… Потому я и понимаю, каково это - остаться без родных, и, к тому же, на улице. О, черт, мне пора на работу! Оставайся у меня… если хочешь. Вон запасные ключи, на холодильнике. Поройся в шкафу, там есть кое-какая женская одежда, это на случай, если ты захочешь прогуляться. А я побежал. До вечера!
        И схватив куртку, Макс выскочил из квартиры, оставив Катю в одиночестве.
        'Да, нехорошо получается, - подумала девушка. - Этот милый парень приютил меня, а я с ним не до конца откровенна. Но как сказать ему правду?.. Боюсь, этого я не могу сделать, у него и своих проблем хватает, а тут еще я. Кстати, о моих проблемах…
        Рай на земле… Само по себе это звучит странно, как горячее мороженое… Откуда бы ему тут взяться? Если там, наверху, он разваливается, то что уж говорить об этом мире?.. Может сходить в церковь? А где в этом городе церковь?.. Что это вообще за мир?' Катя чувствовала себя в нем чужой, лишней, как будто она существовала обособленно от всего, что ее окружало. Как в книгах и фильмах, когда людей замораживали на сотни лет, а потом они продолжали свою жизнь в изменившемся до неузнаваемости, совершенно новом мире. Хорошо, что окружающие говорят на ее языке. И она, кажется, попала в родную страну.
        'Кстати, неплохо бы это выяснить! Наверное, стоит походить по улицам, почитать, что на зданиях написано, телевизор посмотреть, радио послушать. А вот у людей спрашивать не надо. Очень интересная картина: идешь ты по улице родного города, и тут к тебе подходит девушка и задает такой простой вопрос: 'Извините, а вы не подскажете, где я, собственно, нахожусь?'
        Да уж…'
        Катя уселась на диван, напротив которого находилась плоская панель, очень напоминавшая телевизор. В ее время тоже были телевизоры, но они скорее напоминали громоздкие ящики, нежели это.
        'Прогресс сильно ушел вперед за то время, что я была мертва, - подумала девушка. - И если телевизоры не ушли в прошлое, то в будущем они должны напоминать что-то вроде этого. Тем более что еще может находиться напротив дивана в современном мире?! Но, как эта штука включается?'
        Подойдя к телевизору, Катя начала его разглядывать, но никаких кнопок и тем более переключателей она не обнаружила. Тогда девушка решила легонько постучать по плоской панели, но и это не помогло.
        - Да включись же ты, наконец, сколько можно, - в сердцах воскликнула Катя.
        И телевизор, как по волшебству, заработал.
        'Как же я сразу не догадалась, что в будущем электрические устройства, работают от голоса'.
        По телевизору шел выпуск новостей. Миловидная блондинка в белом костюме что-то напряженно рассказывала в микрофон, на заднем плане виднелись улицы города, будто после войны. Катя, устроилась на диване, поджав под себя ноги. Интересно ведь узнать, что творится в мире спустя сто лет после твоей смерти?!
        '…Уже в который раз мы задаемся вопросом: собираются ли городские власти что-то делать с нашими улицами? В поисках ответа на этот вопрос мы связались с мэрией, но там нас просто не стали слушать. Но если чиновники, сидя за высокими стенами в Новом Городе, закрывают глаза на такую проблему, то они просто не понимают, что обречены. Улицы Старого Города можно сравнить с государством в государстве. Здесь царит своя политика, здесь правят воры и уличные банды. Здесь живут отбросы общества, которые не хотят жить по законам нашего социума: убийцы, воры, проститутки и, конечно же, наркоманы! Хотя наркоманами, по нашим сведениям, являются практически все жители Старого Города. И это ужасно, хочу вам заявить! Наркотики - чума двадцать второго столетия. Как вы помните, именно наркоманы первыми вышли на улицы и заставили власти силой признать право на существование своего общества, и теперь улицы Старого Города принадлежат им. А с недавних пор и некоторые районы Нового Города подпали под их сферу влияния. Власть предержащие отрицают это, но факты, как говорится, вещь упрямая. Лишь полковник местного отделения
полиции Андрей Юрьевич Медведев согласился прокомментировать нам эту ситуацию…
        Картинка не телеэкране сменилась. Теперь блондинка-телеведущая оказалась в каком-то просторном кабинете, напротив нее за дорогим письменным столом сидел полный мужчина с проседью в темных волосах и тоненькими усиками. Бойко без представлений молодая журналистка начала беседу:
        - Полковник, как вы можете комментировать то факт, что вашим сотрудникам все чаще и чаще приходится сталкиваться с преступлениями, совершенными наркоманами нападающими на добропорядочных граждан уже и на территории Нового Города?
        - Ну, не так-то часто это случается, - постарался улыбнуться полковник.
        - То есть вы не отрицаете этот факт?
        - Я? - полковник даже поперхнулся, после чего налил себе стакан воды и произнес: - Нет, я не отрицаю, но такие преступления очень редки! - Для пущей убедительности он помахал пальцем. - Поверьте, живущие в Старом Городе стараются не нарушать закона и орудовать только у себя. Единичные случаи, произошедшие на нашей территории, они действительно единичные и все они тщательно расследуются. Еще раз говорю, поверьте, этим у меня занимаются лучшие люди!
        - Полковник, поверьте, меня это не успокаивает, - нагло заявила молодая журналистка и повернула миловидное личико к камере. - Мэрия города заявляет нам, что все в порядке и никаких преступлений нет вообще, в полиции нам говорят о единичных случаях, а люди на улицах свидетельствуют о гораздо больших происшествиях. Спрашивается кому верить?!
        - Но, я же говорю: мы все тщательно проверяем, - начал было полковник, но журналистка перебила его и, подтянув к себе микрофон начала давно заготовленную речь:
        - Полковник, общество только и слышит от властей одни обещания, но мы не видит никаких результатов. Мы не хотим, чтобы вы разбирались, мы хотим, чтобы вы действовали и оградили нас от скверны, скрывающейся за стенами Старого Города. Ведь если так пойдет и дальше, то и улицы Нового Города будут отравлены этой болезнью. А что потом? Жить в постоянном страхе, что тебя в любой момент могут остановить на улице и ограбить, раздеть или, того хуже, изнасиловать и убить? Нет, я не хочу этого, и думаю, что вы тоже не хотите.
        Журналистка в упор посмотрела на собеседника. Тот был бледен.
        - Полковник, мы не хотим жить в постоянном страхе. От имени общества я обращаюсь к вам: прошу, не закрывайте глаза на явную угрозу, попросите средств, если нужно, и покончите с этой заразой, - журналистка вновь перевела взгляд на экран и добавила, - ведь следующими можете оказаться именно вы!.. Спасибо за внимание, с вами была Соня Стрижова, ведущая пятого канала'.
        Катя задумалась. 'Новый Город, Старый Город…. Не исчерпывающая информация'. А слова о том, что почти все обитатели этого самого Старого Города являются наркоманами, вообще повергают в шок. На ум приходит только банальное: 'Куда катится мир?.. Здесь все не так, как в фантастических фильмах столетней давности: люди не летают, как птицы, роботы по улицам не бегают, да и автомобили почти такие же, как раньше. И воздух загрязняют, кажется, не меньше… Интересно, а как обстоят дела с инопланетянами? Чужие или Зубастики не покушались на Землю? Любопытно, а в какой Рай попадают инопланетяне после смерти?' Катя всегда верила в то, что они существуют. Она представила себе Хищника с крылышками и нимбом над головой и рассмеялась.

12.
        Эти дураки упустили ее, и теперь Черный Человек не знал, где она. Он не чувствовал ее, она как будто испарилась. Его соглядатаи не могли найти ее. Но он точно знал, что она здесь. Он понимал, что ангелы так быстро не пропадают из этого мира, и рано или поздно он учует ее, и тогда будет действовать по-другому. А пока остается только одно: ждать. Ждать, пока она не проявит свое присутствие.
        Значит, ждать… Опять ждать… Ожидание - удел всего его существования. Но ждать осталось недолго, и он потерпит. Он ждал тысячи лет, когда люди перестанут верить в Бога, когда они забудут о духовности и погрязнут в грехе, когда падет Рай, и настанет его царствие. И вот это время приходит, Рай на грани падения, и виной этому - люди. Люди, эти порочные создания, эти низшие твари, предающие любого, всегда готовые нанести друг другу удар в спину и живущие только для себя. Люди… Он ненавидел и любил их одновременно.
        Значит, опять ждать… Но ждать осталось недолго, и царствие его настанет.
        И по лицу Черного Человека пробежала лукавая улыбка.

13.
        Макс ехал на мотоцикле по мокрой после дождя дороге, брызги летели из-под колес, ударяясь о попутные автомобили. Небо было хмурым и казалось вот-вот, вновь, разродится дождем. Мрачные тучи отражались в окнах небоскребов. Осенью город выглядел серым и тоскливым. Хотя для Макса он всегда представлялся таким.
        Весь день он думал о своей новой таинственной знакомой. Девушка вызывала у него доверие; она не походила на других, распутных и жаждущих удовольствия мадам современного общества. Нет, она была другой: милой, доброй, неиспорченной… но с чего он такое решил? Наверное, чувствовал. Сердце говорило ему - она другая. А Макс всегда старался доверять сердцу. Ведь иногда так полезно верить в лучшее.
        Мысли парня то и дело возвращались к ее образу. Длинные темные волосы, зеленые глаза, слегка вздернутый носик и пухленькие губки - 'ее лицо напоминало лик ангела, спустившегося с небес. Но ангелы не попадают в неприятности, и их никто не пытается насиловать в подворотнях.
        А ее тело стройное и соблазнительное, гладкие линии, длинные ноги… Да, она красива, но сексуальности напоказ не выставляла. Она другая и очень отличается от тех девушек, с которыми мне раньше приходилось общаться. К тому же, в ней чувствуется какая-то загадка, за ее грустью и одиночеством скрывается что-то еще, помимо потери семьи. Интересно, что?'
        Но, несмотря на все это, парню хотелось доверять ей. И Макс чувствовал, что его все больше и больше влечет к этой загадочной девушке.
        Неожиданно ему очень захотелось увидеть ее. Это желание оказалось таким сильным, что Макс, развернулся на полном ходу посреди дороги, отчего чуть не попал в аварию. Несколько автомобилей, ехавших рядом, остановились, кто-то, открыв окно, начал что-то выкрикивать лихачу на мотоцикле, но парень не стал его даже и слушать. Вместо этого он прибавил газу и устремился домой.

14.
        Целый день Катя смотрела телевизор: какие-то фильмы, клипы, новости. Огромное впечатление на нее произвела передача под названием 'Культовые фигуры из истории музыки, кино, литературы и живописи - 20-го века'. В одном списке с Пикассо, Вивьен Ли, Эрнестом Хемингуэем и Бобом Марли оказались и Мадонна с Арнольдом Шварценеггером, о которых тоже говорилось в прошедшем времени. О да, это были великие люди!.. А фильмы! Никогда Катя не видела такого… Сюжеты по сути мало чем отличались от тех, к которым она привыкла, где-то про любовь, где-то про инопланетных тварей, а еще неимоверное количество разного рода фильмов о Дьяволе. Эти фильмы показывали по нескольким каналам, о них говорилось в анонсах на ближайшие дни и в рекламе киноновинок. Графика сразила Катю наповал. Голосом переключив канал и увидев на экране очередную жутко орущую тварь с красными страшными глазами, перепончатыми крыльями и капающими слюнями, необыкновенно правдоподобную, девушка раздраженно крикнула:
        - Ну, хватит, телевизор, выключись!
        Катя некоторое время побродила по квартире, потом попыталась сварить кофе, но безуспешно. Кофеварка не включалась никак: ни при нажатии всех кнопок, которые девушка на ней обнаружила, - одновременно, по отдельности и в самых разных комбинациях, - ни при командах 'включись!', 'работай!', 'свари мне кофе!' и многих других, которые казались более или менее подходящими. Вскоре кофеварка вывела Катю из себя, и девушка решила заняться чем-нибудь другим. Она выглянула в окно: на асфальте стояли лужи, солнца не было видно, небоскребы казались серыми и унылыми. Небо затянули тучи, но дождя не ожидалось.
        'Может, пойти погулять? - подумала девушка. - Вон в тот сквер через дорогу. А то здесь я как в заточении, сижу и бездействую. А ведь надо что-то делать, надо искать Рай, а то я так и кану в Лету. Может, свежий воздух пойдет на пользу, и я смогу спокойно все обдумать. Что там говорил Макс? В шкафу есть какая-то одежда, а ключи на холодильнике!'
        Катя покопалась в шкафу и нашла женские джинсы подходящего размера, теплую серую кофту с капюшоном и кеды.
        'Откуда это все у Макса? Хотя нравы тут понятно какие, так что догадаться нетрудно. Или возможно здесь, кто-то жил до него, и вообще, я зря так… Он добрый'. - Последнее она подумала с улыбкой.
        Одевшись, Катя взяла запасные ключи и вышла из квартиры.

15.
        Сквером это место назвать было трудно. Так, десятка два деревьев, кустарники, да несколько лавочек. На одной сидели две старушки, по всему видимому, перебирали местные сплетни, остальные пустовали. Катя уселась подальше от старушек.
        Мимо, болтая и смеясь, прошла компания девушек. Катя проводила их взглядом и вздохнула. Она опять вспомнила свою жизнь, вспомнила Веронику. После того, как Катя с семьей попала в Рай, она больше никогда не встречалась с подругой. Кате не хотелось думать, куда и почему Вероника попала после смерти.
        Для многих людей самыми большими ценностями являются любовь, семья, дружба. У Кати не было ничего этого. Вот так, в той жизни у нее было все для счастья, а в этой - ничего. Она вновь вспомнила детство, прошлую жизнь… Сейчас она казалась ей такой далекой, но, тем не менее, многое девушка помнила очень ярко, до мелочей, так, как будто это было только вчера. Загородный дом. Как там было хорошо! Каждый год она жила в нем почти весь август, часто брала с собой Веронику. Она помнила все краски, все запахи… Лето для нее пахло яблоками, горячей пылью и розами, которые росли у дома. Они с Вероникой и Кирюшкой ходили купаться на речку, ныряли, визжали, брызгались… А потом возвращались домой, валялись в тени под яблонями и ели малину… Солнце клонилось к горизонту, и на землю опускалась прохлада. Кате казалось, что пройдет еще сто, двести лет, а она, закрывая глаза, всегда сможет в мелочах представить себе, как выглядел закат с крыльца ее загородного дома. Такие моменты жизни, счастливые, полные безмятежности, такие родные вещи, которые были так важны для нее - их невозможно забыть. Когда солнце скрывалось,
становилось как-то необыкновенно спокойно и уютно… Сумерки укутывали кусты смородины, яблони, березы, цветы у крыльца, наступала бархатная тишина, все звуки как будто приглушались. В воздухе чувствовался запах костров. А еще Катя с Вероникой любили лежать на крыше и смотреть, как на небе одна за другой зажигаются звезды и, озорно перемигиваясь, постепенно рассыпаются по всему небосводу…
        Неожиданно девушка услышала шорох в траве за спиной. Она вздрогнула, резко обернулась, и ее взору предстал абсолютно черный кот. Зверек смирно уселся невдалеке от Катиной лавки и с деловитым видом принялся умываться.
        'Вот кто не думает ни о каком Рае… - подумала Катя. - Животные существуют и ничем не забивают себе голову. Живут одним днем, и их не волнует, что с ними будет завтра. Хотелось бы и мне так жить, не задумываясь о завтрашнем дне. В Раю я так и жила… Интересно, что там сейчас творится? Котик, ты случаем не знаешь? Хотя откуда тебе знать. Ты всего лишь черный кот, любимец ведьм и Дьявола, как говорят о тебе…'
        Как только Катя это подумала, черный кот поднял на нее зеленые глаза, будто услышав ее мысли. Девушка немного смутилась, а кот с тем же деловитым видом направился к ней. Подойдя вплотную, зверек начал тереться о ногу.
        - Ты хочешь, чтобы тебя погладили? - Катя, наклонившись, потянулась к коту.
        Но тот вдруг зашипел, его шерсть вздыбилась. Фыркнув, зверек кинулся в атаку. Катя быстро отдернула руку, но кот все же успел оцарапать ее. Из ранок потекла кровь.
        - А ну, пошел отсюда! - раздался вдруг голос Макса.
        Услышав слова парня, черный кот устремился в кусты, наверное, осознав, что с двумя противниками ему не справиться.
        - С тобой все в порядке? - подойдя к девушке, спросил Макс.
        - Да, - ответила Катя. - Поцарапал немного.
        - Все равно нужно обработать йодом, - держа Катю за руку и рассматривая ранки, сказал Макс. - Вдруг этот кот чем-нибудь болен? Лично я его здесь раньше не видел.
        - А ты со всеми здешними котами знаешься? - улыбнулась девушка.
        - С большинством, - ответил Макс. - Знаешь, сколько их здесь бездомных в округе шастает? Ужас! Так что пошли домой и обработаем твою рану.
        - Хорошо, пойдем. Знаешь, а ты уже второй раз спасаешь меня! - Катя рассмеялась.
        - Да. - Макс тоже улыбнулся. - Теперь от разъяренного кота.
        - Послушай, я сегодня битый час мучилась с твоей кофеваркой. Как она работает?
        - Вот блин, опять забыл посмотреть, что там с ней! Она на днях сломалась.
        Катя улыбнулась, вспомнив, иногда, даже совсем нелепые попытки заставить ее работать.

16.
        Черный кот нырнул в кусты и исчез, но ни Макс, ни Катя этого, конечно же, не увидели. Не заметили они и того, как с другой стороны кустарника появился человек в черном костюме, с длинными волосами, убранными в хвост, и бородкой-колышком. Размахивая тростью с серебряным набалдашником, он зашагал прочь от сквера.
        Черный Человек выглядел довольным. Он нашел ее, он нашел ангела, неизвестно куда пропавшего. Теперь-то он знает, что случилось, и почему он не мог ощутить эту бывшую обитательницу Рая. Да, теперь Черный Человек был доволен. Он шел по улице и улыбался прохожим, отчего те смущенно отворачивались, сами не понимая, по какой причине. Но он знал, почему никто из них не мог выдержать его темного взгляда. Да, этих глаз боялись, эти глаза видели насквозь, и никто не мог выдержать их темного томительного взора.
        Но теперь он нашел ее, и значит, вновь все только в его руках. Просто ей помогали. Ей помогал человек из этого мира, и потому его взор не видел ее. Но теперь он нашел ее. Кто этот человек, его мало волновало, с ним-то он как-нибудь разберется. Главное, чтобы ангел никуда не пропал. А пока он знал, где она, и следовало приступать к осуществлению замыслов.
        'А что, если убить одним выстрелом двух зайцев? - остановившись, подумал Черный Человек, и сам восхитился задуманным. - Да, надо выяснить, кто этот парень, какие у него грешки, и кто его враги! - Кому, как ни ему, было не знать, что безгрешных людей не бывает. - Пусть будет именно так. Через его грехи я воздействую на них обоих. И тогда, она будет делать, то, что мне нужно'.
        Черный Человек улыбнулся. Замысел был великолепен. Еще раз восхитившись собой, он двинулся дальше, улыбаясь всем встречным, отчего те, робко отворачивались.
        'Пускай вы перестали верить в ангелов и сила моя уже не та, что прежде, но древний трепет передо мной в вас все еще остался'…

17.
        - С каждой минутой мне все больше и больше кажется, что этот мир сошел с ума! - сказала Катя Максу, стоя на балконе и глядя на дорогу, на которой, беспрестанно сигналя, выстроились в ряды автомобили. - Даже кошки, и те съехали с катушек.
        Парень улыбнулся.
        - Послушай, - медленно продолжила девушка. - Вот представь, если бы тебя заморозили, как в фильмах, а потом бы ты очнулся лет через сто, что бы ты делал?
        - Не знаю! - рассмеялся Макс. - Пожалуй, я бы не согласился, чтобы меня замораживали. Никто ведь не знает, как потом в чувство привести. И можно ли вообще привести. Я бы предпочел, чтобы они проверенными способами действовали, вкололи бы мне эту штуку…
        - Какую штуку?
        - Ну, ту сыворотку, которую лет тридцать назад в Японии изобрели, как ее там? Ты не помнишь?
        - Нет, не помню, - растерянно ответила Катя.
        - Вот и у меня из головы вылетело. Да, в общем-то, не так уж и важно… Через сто лет… Да, собственно, что у меня может быть такого через сто лет, чего нет сейчас?
        - Может вообще ничего бы не было, - с грустью произнесла девушка, - даже того, что есть сейчас.
        - А что у меня сейчас есть? - спросил Макс, задумчиво глядя на оживленную магистраль и мигающий светофор на перекрестке. - Ничего… Только прошлое… Какая мне разница, сейчас, через сто лет, через двести…
        Катя осторожно взяла Макса за руку:
        - Не надо отчаиваться и ставить крест на своей жизни, ты еще так молод и не знаешь, сколько всего хорошего ждет тебя впереди…
        - Да, ты права, - улыбнулся Макс. - Послушай, а у меня есть одна идея, смотри, какой теплый вечер. В такой вечер просто нельзя сидеть дома!

18.
        - А куда мы пойдем? - с интересом спросила Катя, шагая за Максом по оживленной улице.
        - Давай, назовем это сюрпризом, - ответил Макс.
        - Давай!
        Линия горизонта постепенно приобретала красноватый оттенок, солнце уже клонилось к закату, и его вечерние лучи окутывали город медовым светом.
        Катя с Максом подошли к лестнице, ведущей под землю.
        - Нам еще и на метро надо ехать? - Катя сгорала от любопытства. - А далеко?
        - Нет, через пару станций приедем. - Макс пошарил по карманам и вдруг резко остановился. - Вот черт!
        - Что случилось?
        - Деньги дома забыл, совсем голова дырявая! Портмоне на столе оставил…
        - Ну, давай вернемся.
        - Еще чего! Туда-сюда таскаться. Придумаем что-нибудь поинтересней. Пошли! - Макс взял Катю за руку и потащил вниз по лестнице.
        Народу в метро оказалось на удивление мало. Они остановились недалеко от турникетов, и Макс сказал:
        - Стоим здесь, а, когда я скажу, беги за мной.
        Катя не успела ничего сообразить, как из туннеля послышался шум приближающегося поезда. Макс дернул ее за руку и весело крикнул:
        - Побежали!
        Катя бросилась за ним. Он с разбегу перепрыгнул через турникет, остановился и помог ей тоже перебраться на другую сторону. Женщина за окошком возмущенно закричала, но Катя с Максом уже мчались к вагонам.
        Двери закрылись. Они, смеясь, упали на сиденья.
        - Ну вот, а ты возвращаться собиралась!

19.
        Как только ангел со своим новоиспеченным знакомым спустились под землю, Черный Человек ощутил их. Ведь это его обитель. Вход в метро был незримыми вратами, отделявшими мир людей от его родного мира, мира сумрака, которого это невыносимое солнце не могло коснуться.
        Черный Человек тут же очутился в метро. Люди, ожидавшие поезда, не обратили на него никакого внимания. Им казалось, что этот мужчина во всем черном не возник из воздуха, а так и стоял с ними на платформе.
        Пристальный, гипнотизирующий взгляд Черного Человека оказался устремлен на ангела и ее спутника. Он видел, как они остановились возле турникета, а потом преодолели препятствие и бросились к подошедшему поезду.
        Черный Человек скользнул в вагон вслед за ними. Двери за его спиной тут же закрылись, и поезд тронулся.

20.
        - И что? Куда мы пойдем? - с нетерпением спросила Катя, выйдя из вагона.
        Макс огляделся и, заметив прикрепленную к стене пластиковую корзину с рекламными буклетами, направился к ней. Взял какую-то большую цветную листовку и сложил из нее конверт чистой стороной наружу. Катя удивленно наблюдала за его действиями.
        - Подожди, скоро все узнаешь, - опережая вопросы, сказал Макс и вновь взял девушку за руку.
        Они направились к выходу, поднялись по мраморным ступеням и оказались на улице. А там, возле входа в метро, стоял уже знакомый Кати человек, в грязной оборванной одежде с куском картона в руке, на котором было написано: 'Дьявол уже близко'. Мужчина, как и в прошлый раз орал во всеуслышание:
        - Люди, услышьте меня, Сатана уже близок! Скоро он придет по наши души, и тогда мы все пожалеем, что отреклись от Бога… Люди, прошу вас, прислушайтесь, мы должны молиться о спасение и исправлять совершенное нами…
        Катя на секунду остановилась и задумчиво посмотрела на оратора, но Макс потянул ее за собой.
        - Не обращай на него внимания, ему только этого и надо, - сказал парень. - Это городской сумасшедший. Я его часто вижу. Вот только не понимаю, почему он еще не в психлечебнице.
        Неожиданно сумасшедший схватил Катю за руку и, заглянув прямо в глаза, произнес:
        - Ты нужна ему! Он хочет заполучить твою душу!..
        - Что?..
        - Отстань от нее, приятель, - оттолкну сумасшедшего, сказал Макс. - И даже не думай больше к ней приближаться.
        И парень потянул девушку за собой. Катя покорно пошла следом то и дело, оборачиваясь на городского сумасшедшего, продолжавшего кричать им вслед:
        - Вы не понимаете! Ее душа нужна ему! Она станет последней…
        - Я же говорил, что он псих, - идя по улице, сказал парень.
        Впрочем, вскоре его голос стих, а Макс вел девушку дальше, мимо парка, обнесенного узорчатым кованым забором, мимо высоких домов и магазинов, пестревших яркими вывесками, а потом свернул с тротуара, и остановился перед зеркальными дверями высоченного небоскреба. Все его окна полыхали, отражая последние лучи вечернего солнца.
        В вестибюле им преградил дорогу охранник:
        - Здравствуйте, вам куда?
        - В тысяча девятьсот первый офис, я курьер. - Макс помахал перед его носом конвертом, сложенным из рекламного проспекта, и потянул девушку за собой.
        Охранник не успел и рта открыть, чтобы спросить, куда собственно направляется Катя, а они уже ехали в лифте на последний этаж. Оказавшись в длинном коридоре, Макс провел девушку вдоль дверей офисов и свернул в какой-то закуток. Там он достал из кармана проволочку и, немного повозившись с замком, открыл дверь.
        - Ты прямо бандит, - засмеялась Катя. - В метро без денег катаешься, в здание проник, дверь взломал!
        - Я же говорил, что долго жил на улице, - сказал Макс. - А там и не такому научишься.
        Они поднялись по металлической лестнице и оказались перед низкой дверцей.
        - Закрой глаза, - сказал Макс.
        Катя зажмурилась и услышала, как открывается дверь.
        - Наклонись немножко, пойдем вперед, - Макс шел сзади и держал ее за плечи.
        Девушка неожиданно почувствовала сильные порывы ветра.
        - Еще вперед, пойдем, пойдем… А теперь - открывай!
        Катя открыла глаза и вскрикнула от восторга. Сначала ей показалось, что вокруг ничего нет, только небо, пылающее огненными красками, и пурпурные облака. Они стояли на крыше.
        - Это наш самый высокий небоскреб! - сказал Макс.
        Город оказался как на ладони. Потоки машин струились по асфальтированным артериям дорог, сверкая в лучах заходящего солнца, а дома были разбросаны по земле, как игрушечные кубики, даже крыши других небоскребов оказались где-то внизу. Все выглядело таким крошечным!
        - Как красиво! - воскликнула Катя.
        - Удался сюрприз?
        - Да, - улыбнулась девушка.
        Макс подошел к самому краю крыши и, перегнувшись через бетонный парапет, махнул Кате рукой:
        - Иди сюда, посмотри, как здорово солнце в окнах отражается. Как будто горящая зеркальная дорожка уходит в землю!
        - Нет, я высоты боюсь, - отрицательно покачала головой девушка.
        - Боишься? Почему? - парень подошел к ней, и они уселись на крыше, глядя вдаль.
        - Упала однажды.
        - Откуда?
        - С довольно большой высоты… - Катя поспешила перевести тему, - Прямо как у Гюго в 'Соборе Парижской Богоматери', только там был Париж, с высоты птичьего полета… Ты читал этот роман?
        - Ты меня все больше и больше удивляешь.
        - Почему?
        - Ты не такая, как все эти фифы, которые ходят по улицам.
        - А что во мне не такого?
        - Думаешь, они за свою жизнь прочитали хоть одну книгу? А то, что по обязательной образовательной программе положено? Может, попытались послушать парочку аудиоверсий, но куда там, для них великие писатели и гении прошлого - это так, пустой звук… Я вообще не понимаю, что толку в этом дистанционном образовании. То ли дело раньше: все ходили в школы, в университеты, и лично на занятиях появлялись, а не скидывали каждую неделю преподавателю на 'мыло' какие-то контрольные, которые по кускам в том же самом Интернете урвали и даже не читали. Только единицы получают образование - это те, кто сами этого хотят… А эти девочки? Да они сидят в Интернете полжизни. Они там живут! Или в телек пялятся и верят всему, что там говорят. А что там вообще умного говорят?
        - Ну, передачи же разные бывают… Об истории, о других странах, о литературе. Новости все должны смотреть, чтобы знать, что в мире происходит.
        - Катя, у меня иногда такое чувство, что ты с неба свалилась, - засмеялся Макс.
        Девушка вздрогнула и удивленно уставилась на него.
        - Почему?
        - Какие умные передачи, Катя? Раз в неделю можно на что-то подобное наткнуться, да и то даже вся история уже искажена так, как нужно правительству, как им удобно. Они понимают, что население у нас книги не читает, а всю информацию черпает из телевизора и Интернета. А там ведь все - вранье! Одна пропаганда необходимая властям для того чтобы держать массы под контролем… А помнишь тот скандал, когда одна за другой четыре крупнейших мировых библиотеки сгорели? Да они просто хотят историю на свой лад переписать, и все подлинные документы уничтожить! Что вообще наше Мировое Правительство делает для людей?
        'Мировое Правительство?' - ошарашено подумала Катя. Каждое сказанное Максом слово повергало ее в шок.
        - Из новостей больше половины - вранье, - продолжал парень, - которое пытаются представить людям, как правду. А люди глотают все это и слепо верят. А остальное - сплошная индустрия развлечений. Музыка, мультики, сериалы, ток-шоу, фильмы. Правильно, зачем им думающий народ? Пусть люди тупеют! Бездумными массами управлять легче.
        Катя вспомнила дико орущую тварь из телевизора с красными глазами и капающими слюнями. Да, Макс определенно был прав, по телевизору за целый день, кроме массы развлекательных шоу, ничего действительно познавательного для себя девушка не увидела. Да и редкие выпуски новостей были короткими и никакой особой информации не несли.
        Увлеченные беседой, Катя и Макс не замечали, что на крыше, кроме них, находится еще кто-то. Это был черный, как ночь, ворон. Он сидел на парапете, и, казалось, наблюдал за ними. В его бездонных агатовых зрачках отражались две фигуры. Затем ворон взмахнул крыльями и, сорвавшись с крыши, полетел к Старому Городу.

21.
        Старый Город - одно из опаснейших мест, где рядового гражданина ждут неминуемые неприятности: нападение, избиение, грабеж, а часто и смерть. Здесь не любят чужаков, это место сугубо для узкого контингента: воров, насильников, наркоманов, убийц и других преступников. Здесь их вольница, здесь их полная власть. Конечно же, попытки уничтожить это гадючье гнездо предпринимались, но не увенчались успехом. И чиновники решили: пусть уж лучше вся чернь мегаполиса находится в пределах своих стен, чем творит разбой прямо у них на улицах. К тому же, у мэрии и неофициальных правителей Старого Города был негласный договор о невмешательстве.
        И вот в Старом Городе появился незнакомец в дорогом черном костюме-тройке и кожаных перчатках. Незнакомец прогуливался по улицам Старого Города, опираясь на трость с серебряным набалдашником, и, казалось, даже любовался окрестностями.
        Его появление тут же привлекло внимание местных жителей. Они хищно смотрели на этого богатого пришельца, каждый из них хотел ограбить его и прирезать за то, что он так нагло прогуливался по их улицам и, казалось, совсем не испытывал страха. Вопрос состоял лишь в том, кто первый не выдержит и кинется на незнакомца. Но отчего-то все встречавшиеся на его пути люди медлили. Что-то настораживало их в облике этого странного человека, они не могли объяснить, что именно, но нападать боялись. А незнакомец тем временем шел все дальше и дальше, с наслаждением оглядывая окрестности.
        Да, Черный Человек любовался окружающими его 'красотами'. Он с удовольствием смотрел на старые полуразрушенные дома, пострадавшие от времени и бомбежек в дни Третьей Мировой Войны, ему нравились почерневшие от пожаров стены, разбитые окна и раскуроченные крыши. Все это, на его взгляд, украшало старые здания. Ему нравились эти улицы - грязные, заполненные промышленным мусором и отходами человеческой жизнедеятельности. Но особый восторг у Черного Человека вызывали жители Старого Города. Чумазые, одетые в рванье, без надежды в глазах и с испорченными душами, полными страха и ненависти, душами, которые уже давным-давно принадлежали ему. Глупое желание этих людей напасть на него и ограбить забавляло Черного Человека, ведь они не могли этого сделать, поскольку в глубине души понимали, что он их истинный господин.
        'Как хорошо! - подумал Черный Человек. - Вот, если бы и весь мир был таким… Впрочем, мир и будет таким, когда придет мое царствие. А царствие мое уже близко, нужно только получить душу ангела… И тогда весь мир - мой!'
        Так в Старый Город вошел его истинный хозяин.

22.
        Солнце уже почти скрылось за горизонтом, похолодало, небо потемнело, а облака стали фиолетовыми. Сгущались сумерки. Внизу, на улицах, зажглись фонари, неоновые буквы на зданиях светились ядовитыми цветами, автомобили включили фары и светящимися гирляндами двигались среди кубиков домов.
        Здесь, на крыше, высоко над городом, его суета и проблемы казались Кате и Максу чем-то далеким и несущественным.
        Они еще долго сидели рядом и разговаривали. Девушка чувствовала, что этот человек понимает ее, она различила в нем искреннее желание поддержать и помочь ей. Хотя сам Макс не знал, что им делать дальше. Он и со своей-то жизнью толком разобраться не мог. Но для Кати он сейчас, наверное, был единственной надеждой.
        И несмотря ни на что, сейчас, сидя на крыше и глядя на город с высоты птичьего полета, они были счастливы.

23.
        Черный Человек все также брел по улицам Старого Города. Казалось, он шел бесцельно, любуясь разрушенными домами и людьми, населявшими их. Но это было не так, у Черного Человека была цель, и он упорно приближался к ней. Этой целью являлось обгоревшее здание старой мэрии. В этом обветшалом строении находилось логово одной из опаснейших группировок Старого Города.
        Возле входа в мэрию стояли два охранника, их работа заключалась в том, чтобы не пускать в здание посторонних. Черный Человек прошел мимо, не сказав ни слова. Охранники потупили взор, и через секунду-другую забыли о том, что кто-то вошел в мэрию. А Черный Человек направился к главному залу.
        В главном зале развлекался вместе со своими ребятами главарь банды. Он был уже далеко не молод, но еще очень крепок и силен. Короткостриженные седые волосы, лицо, испещренное шрамами, многочисленные татуировки - следы десятка тюрем и лагерей, в которых ему довелось сидеть. Колчан - а именно так его называли, развалился на мягком кожаном диване посреди зала, закинув ноги на стеклянный столик. В правой руке он держал бутылку дорогого коньяка, левой обнимал проститутку. На стеклянном столике, запачканном кокаином, лежали его самые любимые вещи - два серебряных пистолета, сделанных на заказ. Он очень гордился этим оружием, ведь оно символизировало его власть, силу и успех.
        Кроме Колчана в комнате находился десяток его парней: они пили, курили марихуану, нюхали кокаин и развлекались со шлюхами. Практически все свободное время они проводили подобным образом. Их группировка уже давно занимала одно из главенствующих положений в Старом Городе. Они контролировали наркоторговлю и проституцию, деньги текли рекой, и поэтому им ничего иного не оставалось, как развлекаться.
        Неожиданно дверь распахнулась, словно от порыва ветра, и секунду спустя в зал вошел человек в черном костюме-тройке. Все тут же повернулись к нему. На лицах бандитов читалось удивление: кто он, и как прошел мимо охраны? Колчан даже привстал с дивана.
        - Ты кто, мать твою, такой? - рявкнул главарь банды.
        - Это не имеет никакого значения, - спокойно ответил Черный Человек.
        - А вот и имеет. Как ты мимо охраны прошел? И как у тебя вообще наглости хватило появиться в моем городе в этом своем пижонском костюмчике?
        - Я не виноват, что твои охранники спят на посту. Да и город этот вовсе не твой. - На губах Черного Человека промелькнула лукавая улыбка. - Но есть вещи и поважнее этих вопросов.
        - Ты че, лечить меня сюда пришел? - проорал Колчан. - Город, говоришь, не мой? Да ты вообще знаешь, кто я такой? Я тебя сейчас как муху могу размазать, мажор ты прилизанный. А ну, ребята, схватить его!
        Черный Человек окинул взглядом банду Колчана и отчего-то никто не поспешил привести приказ босса в исполнение. Бандиты оставались на прежних местах и отрешенно наблюдали за происходящим.
        - Вы че, уроды? - взвыл Колчан. - Не слышите, что ли, че вам босс говорит?
        - Остынь, Колчан, - спокойно сказал Черный Человек. - Не надо тревожить своих людей. У меня к тебе выгодное дельце.
        И Черный Человек, подойдя к столу, высыпал на поверхность гору золотых монет. Причем никто и не понял, откуда эти монеты взялись. Казалось, они просто выпали у этого странного человека из рукавов.
        - Это уже твое, - произнес Черный Человек. - Так сказать, компенсация за то, что я оторвал тебе от твоих, без сомнения, важных дел. А если ты поможешь мне кое в каком дельце, ты получишь в десять раз больше.
        При виде золота глаза Колчана алчно заблестели.
        - С этого и надо было начинать, - улыбнулся бандит. - Я тебя слушаю, гость дорогой.
        - Тебе знаком такой человек, как Максим Алексеев?
        - Кто? Впервые слышу.
        - А имя Макар Зорин тебе о чем-нибудь говорит?
        - Макар, Макар… - пробормотал Колчан, будто что-то вспоминая. - Дело то прошлое, жил тут у нас когда-то один Макар, борец за идею, весь такой правильный, даже гаражик в Новом Городе имел. Но не подфартило ему, гаражик его почти на границе с нашим городом был, и клиентов у него маловато было. Боялись клиенты, место ведь неспокойное. Наши-то любят пошалить. Парень у него работал, помню, ловкий такой сообразительный. Я его к себе все зазывал, а он ни в какую. Молодость, что сказать. Промыл ему этот Макар мозг своими идеями о справедливости и чести, мать ее за ногу. А когда дела у Макара этого совсем худо пошли, парнишка в долг у меня взял, пообещал отдать или отработать. Но не вышло видимо, Макар твой откинулся, а парнишка с деньгами моими слинял куда-то, собака. Нашел, голову бы открутил!
        - Этот парень и есть Максим Алексеев, - сказал Черный Человек. - Так что мы можем помочь друг другу. Он живет сейчас в Новом Городе с одной девушкой. Вот эта девушка как раз и нужна мне. Хочу, чтобы твои парни ее похитили и привели ко мне. Считай, что это моя прихоть, но за прихоть эту я заплачу очень щедро. Заодно и с Максимом разберешься. Ну, как, по рукам?
        - Базара ноль! Отчего же не помочь хорошему человеку, - осклабился Колчан. - По рукам!
        Бандит протянул Черному Человеку руку, но тут же ее отдернул. Ему показалось, что он обжегся о пальцы незнакомца.
        'Что за ерунда?!' - испуганно подумал Колчан, но тут же убедил себя в том, что это ему просто показалось.
        - Ладно, - сказал главарь банды. - Как найти этого Макса?

24.
        Вскоре Черный Человек вышел из здания. Охранники оторопело уставились на него: они были уверены в том, что никто посторонний сюда не входил. Хотели было его окликнуть, но почему-то не стали этого делать и почти тут же вообще забыли о незнакомце. А Черный Человек устремился вниз по улице, к выходу из Старого Города, по той же самой дороге, по которой он и пришел сюда.
        Вдруг из развалин выскочили два парня и бросились к нему. Один из них выхватил нож и приставил к горлу Черного Человека.
        - Помнишь нас, дядя? - спросил парень.
        - Да, - спокойно ответил Черный Человек. - Рустам и Слава, те двое, к которым я так неосмотрительно обратился за помощью.
        - Ага, - кивнул Славка. - Так вот, ты должен нам, дядя.
        - Да, должен, - замахал гривой Рустам.
        - Ты обещал нам пакет героина, дядя.
        - Да, обещал, - как попугай вновь повторил слова приятеля Рустам.
        - Вы ошибаетесь, - все так же спокойно продолжил Черный Человек. - Я ничего вам не должен. Вы не выполнили то, о чем я просил. Вы не выполнили свою часть договора, следовательно, контракт разорван и сделка не действительна.
        - А как же моральная сторона? - прищурился Славка. - Мы жизнью рисковали. Ты говорил, будет легко, а там оказался какой-то дебил, который нас чуть не изуродовал. Нам нужна компенсация, мы чуть не сдохли из-за твоего гребаного дельца!
        - Да, - вновь замахал гривой Рустам. - Моральная травма… Нам нужна компенсация, дядя.
        Черный Человек неожиданно улыбнулся.
        - Компенсация, говорите? Хорошо, будет вам компенсация. Держите.
        Непонятно откуда в руке у него возник пакет.
        - Столько вас устроит? - спросил Черный Человек.
        - Вполне, - хватая пакет и глядя на него бешеными глазами, ответил Рустам. - Это ведь нас устроит, Славян?
        - Да, - удивившись такой податливости незнакомца, кивнул Славка. - Это нас устроит… Дайка мне его сюда.
        Рустам покорно отдал другу пакет, тот надорвал уголок, понюхал его содержимое, а затем лизнул. Да, в пакете и в самом деле был героин. Славка улыбнулся и кивнул товарищу.
        - Ну, ладно, дядя, не держи зла, мы отчаливаем.
        И Рустам со Славкой метнулись к проулку.
        - Никакого зла, - проводив их взглядом, тихо сказал Черный Человек. - Может быть, самую малость.
        На его лице засияла лукавая улыбка, и он продолжил путь, неторопливо шагая под тусклым светом фонарей.

25.
        Катя и Макс шли по улице. Девушка держала парня под руку, и они мило беседовали.
        - …Ну и что, что у нее волосы выкрашены и в подбородке, как ты выразился, губка? Это все понятно, но ведь в результате-то она была красивая? - смеялась Катя.
        - Да у нее все лицо заново нарисовано, и ресницы прилеплены! И вообще, что за примеры ты вечно приводишь? Прямо-таки из каменного века! - веселился Макс. - Вспомнила аж Мэрилин Монро! Да большинство и знать-то не знает, кто она такая была!
        - Ну, уж нет! Как можно такое не знать? По-моему, это любому дураку известно!
        - А вот это проверить проще простого, - продолжал улыбаться Макс. - Вот как ты думаешь, тот дяденька с усами - дурак? - и он кивнул на идущего им навстречу мужчину.
        - По-моему, вполне приличный дяденька. Нет, не думаю, что он дурак.
        Макс потянул Катю за собой и, приблизившись к мужчине в солидном костюме, обратился к нему:
        - Извините за беспокойство, мы проводим социологическое исследование по методу случайной выборки. Скажите, пожалуйста, вам известно имя Мэрилин Монро?
        - Э-э-э…Чего?.. По-моему нет, - мужчина очень удивленно посмотрел на Макса.
        - Абсолютно неизвестно, или вы, возможно, слышали его когда-либо?
        - Не знаю… Ну, может быть, футболист какой-то… Вы знаете, я опаздываю, поэтому извините. - И он поспешил дальше.
        - Вот так вот, - победно сказал девушке Макс.
        - Футболист? - Катя не могла сдержать смеха. - То есть он решил, что это мужчина! Да уж… И все же, это ей только в плюс, что, не обладая изначально роскошными внешними данными, она добилась того, что ее считали первой красавицей того времени.
        - Хорошо, убедила. Тем более что для футболиста она ну просто роскошно выглядела…
        - Ну, перестань, - сказал Катя и шутя, толкнула Макса в плечо. - Наверное, он ее с каким-нибудь Марадоной перепутал.
        - Ну да, их ведь несложно перепутать, они ведь так похожи, - продолжал веселиться Макс. - А ты что еще и футбол любишь?
        - Если честно, то не очень, - ответила Катя. - Никогда не могла по достоинству оценить эту игру. Просто папа его очень любил, он ни один матч не пропускал, вот я и запомнила некоторые фамилии. Помню, когда по телевизору показывали футбол, папа всегда усаживался в любимое кресло и вел себя как сумасшедший. Он веселился и кричал как ребенок, когда его любимая команда забивала, или ругался на футболистов, когда они делали что-то ни то или пропускали гол. Мне нравилось наблюдать за отцом в такие моменты. Помню я часто садилась на ковер у его ног и пыталась понять, что же его так привлекает, но понять и полюбить футбол я так и не смогла, хотя папа с упорством пытался объяснить мне правила и постоянно трепал меня по голове, когда я чего-то не понимала. И мне это нравилось. И хотя я и не любила футбол, но мне нравилось смотреть его вместе с папой… - Катя вздохнула. - Как жаль, что некоторые моменты жизни уже никогда не удастся повторить вновь.
        - Не расстраивайся, - сказал Макс и потрепал девушку по голове. - Ты же сама сказала, что впереди нас ждет еще много чего хорошего.
        - Хочется верить, - улыбнулась Катя, хотя уже и сама с трудом верила в свое счастливое будущее.

26.
        'Кто он, и что делает в Старом Городе?' - подумал майор Тимофеев.
        Незнакомец в черном очень заинтересовал его. С час назад ему сообщили, что в Старый Город вошел весьма странный человек. Он не походил на здешних обитателей: был чисто одет и вообще выглядел весьма презентабельно. Да еще и с дорогой тростью. Незнакомец оказался один, без охраны, но шел по этим опасным улочкам без всякого страха. А местные отступали, словно боялись его.
        'Кто же он все-таки такой?' - в который уже раз подумал майор.
        Появление незнакомца даже заставило забыть Тимофеева о истинной цели присутствия в Старом Городе. А целью майора был ни кто иной, как Колчан. Тимофеев являлся сотрудником полиции Нового Города. И его заданием здесь была разработка банды Колчана, нарушившего негласный договор. Захватив власть в Старом Городе, Колчан не успокоился, ему этого показалось мало, и он переключил внимание на Новый. Конечно, администрации Нового Города это не понравилось, и вскоре в центральное отделение полиции поступило распоряжение заняться наглой группировкой. Хотя, по мнению майора, заняться этим нужно было уже давно. Он считал, что само существование Старого Города является угрозой обществу, поэтому с радостью взялся за дело. Хотя и понимал, что это окажется долгий и трудоемкий процесс. Вначале нужно доказать причастность Колчана к криминальному миру, выстроить иерархию его группировки, собрать свидетелей и, что самое сложное, - документально все это запечатлеть, чтобы появилась доказательная база, после которой главаря банды можно упрятать в тюрьму на длительный срок. Именно этим документальным подтверждением сейчас
и занимался Тимофеев с другими сотрудниками. Его люди неустанно следили за всеми действиями банды, постоянно фотографируя и собирая информацию. Правда, за прошедшие несколько дней банда Колчана ничем не отличилась, поскольку ее главарь вместе с подручными все время просиживал в своей 'штаб-квартире'.
        Такая работа уже стала поднадоедать майору. Ему с помощниками, переодетыми под местных жителей, все время приходилось торчать на улицах Старого Города или скрываться в развалинах, где они даже поесть нормально не могли. А еще этот дождь, который лил большую часть времени и создавал невыносимые условия для работы.
        Но вот впервые за несколько дней произошло хоть что-то интересное. Странный человек без охраны вошел в Старый Город.
        С час назад по рации майору сообщили о незнакомце, вошедшем в город, он был не похож на местных жителей, шел один и без охраны. Это уже выглядело странно, так как никто из жителей Нового Города, ни за чтобы не пожелал появиться в этом гиблом месте, к тому же один. Майор приказал наблюдать за пришельцем и докладывать о его передвижениях. Какого же оказалось удивление Тимофеева, когда этот незнакомец вошел в старое здание мэрии - 'резиденцию' Колчана. Охранники у входа безропотно пропустили пришельца, а это говорило о том, что его здесь хорошо знают.
        'Наверняка, какая-то важная птица, - подумал майор. - Да, дело принимает интересный оборот. Надо взять его в разработку. Возможно, он занимает не последнее место в банде, а может быть, даже является неформальным лидером или организатором преступной деятельности в Новом Городе. Нужно будет разузнать о нем все, что только возможно'.
        Незнакомец в черном пробыл в здании мэрии не долго. Выйдя из дверей, он неспешно удалился. Майор и его помощники продолжили наблюдать.
        Когда к человеку в черном подошли двое парней, и один из них достал нож, Тимофеев приказал по рации:
        - Ничего не предпринимать!
        Между незнакомцем и жителями Старого Города - скорее всего, наркоманами - шел какой-то разговор. Несмотря на приставленный к горлу нож, человек в черном выглядел спокойным. В руке у него вдруг появился какой-то то ли сверток, то ли пакет. Заполучив этот то ли сверток, то ли пакет, парни поспешно удалились.
        'Интересно, что там? - подумал майор. - Похоже, этому, в черном, он был не особо-то и нужен. Хотя если к твоему горлу приставлен нож, ты что угодно отдашь, лишь бы не прирезали'.
        - Не упустите этого черного, - передал по рации Тимофеев. - Сергей, быстро двигай ко мне, проследим за этими двумя.

27.
        Рустам и Славка бежали по темному грязному переулку. Странный человек в черном уже давно скрылся из виду, но они не сбавляли ход, все дальше и дальше углубляясь в дебри кривых улочек Старого Города. Они были рады, очень рады, что провернули это дельце - теперь на руках у них добрый пакет героина, которого им хватит ой как надолго.
        Наконец Славка остановился. Рустам от неожиданности чуть было не врезался ему в спину.
        - Ты чего? - спросил Рустам.
        - Да хватит уже удирать. Этот придурок нас здесь не найдет. А мне уже так не терпится.
        - Да, и мне тоже, - кивнул Рустам. - Давай быстрей, вмажемся!
        - А я о чем! - И Славка достал из кармана сверток, который был всегда при нем. В этом свертке находились его инструменты, жизненно необходимые при их образе существования: алюминиевая ложка, жгут и два многоразовых шприца.
        Славка аккуратно вынул алюминиевую ложку и принялся оглядываться по сторонам в поисках воды. Рядом находилась большая лужа, конечно антигигиенично, но ему было не привыкать. Славка подошел к луже и присел на корточки. Вода оказалась на удивление чистая и прозрачная, дождь прошел пару часов назад, и сейчас на небо вышла полная луна. Парень взглянул в лужу, в ней отражались серые почти свинцовые облака и луна, парившие в небе, и его физиономия, с грязными саленными волосами, небритой щетиной и мешками под красными уставшими глазами. Смотреть на свое отражение ему было противно, и быстро зачерпнув воду в ложку, Славка встал и отошел от лужи.
        Рустам тем временем, надорвал пакет с героином. Когда Славка подошел к нему, Рустам отсыпал немного порошка в ложку и Славка, достав зажигалку, принялся нагревать все это.
        - Нам этого надолго хватит, - наблюдая за процессом, сказал Рустам.
        - Ага, - кивнул Славка.
        - Можно будет даже продать немного. А на вырученные деньги купить еды… нормальной еды. Я уже так давно не ел нормальной еды. С какой бы радостью я сейчас съел курицу с жареной хрустящей корочкой и ломоть белого свежего хлеба, и непременно запил бы все это холодным пивасиком. А-а… лепота. - И Рустам мечтательно закатил глаза.
        Вскоре вода в ложке закипела, и порошок начал медленно растворяться.
        - Давай шприц, - сказал Славка, когда порошок совсем исчез.
        Рустам достал шприц и набрал в него жидкость, находящуюся в ложке. Затем он отложил шприц, давая жидкости остынуть. А Славка в это время уже кипятил вторую порцию.
        - А я бы не отказался от горячей ванны с пеной, - сказал Славка. - Совсем уже забыл, когда в последний раз мылся…
        - И чтобы спинку бабенка какая-нибудь потерла!
        - Да, по женской ласке я тоже истосковался, - кивнул Славка. - Жаль мы не успели оприходовать ту черненькую киску в подворотне. Я уже стащил с нее трусики, когда появился этот придурок. Блин у меня до сих пор бок от его прута болит.
        - Да все испортил собака, а девочка то и правда сочной была, недаром она этому Черному приглянулась.
        - Как я понял, он от нее что-то другое хочет.
        - А ты видел, что он от Колчана выходил, когда мы на него напали?
        - Конечно.
        - Похоже, у Колчана с Черным какие-то дела, - сказал Рустам. - Ты не думаешь, что этот героин принадлежит Колчану? А что если этот старый ублюдок решит нас наказать за это?
        - Не думай об этом. Потом все решим. Давай лучше вмажемся и все забудем!
        - Мне уже так не терпится, - облизнулся Рустам, когда уже и второй шприц лежал рядом с первым и остывал.
        - Подожди немного, сейчас это дерьмо остынет и мы покайфуем.
        Спустя несколько минут Рустам с нетерпением схватил жгут и начал его затягивать. Затем взял шприц с желанным лакомством и быстрым движением руки ввел наркотик себе в вену. Когда Рустам ослабил жгут, Славка увидел его отстраненный взгляд. Дружок был уже не здесь, он витал где-то в облаках, получая высшее наслаждение.
        Славка повторил манипуляции приятеля. Когда он начал ослаблять жгут, его накрыла волна эйфории.
        Но что-то было не так.
        Краем глаза Славка увидел, что Рустам упал на спину и затрясся всем телом. Изо рта пошла пена, глаза закатились. Славку охватил страх. Ему было так страшно, как еще никогда в жизни. То и дело в сознание всплывали какие-то образы. Он вспомнил маму, вспомнил детские обиды, вспомнил отца-пьяницу, избивавшего его и мать, вспомнил свой первый укол, вспомнил свое первое преступление и Черного Человека…
        Да, да, Славка знал его! Но откуда? Казалось, этот странный незнакомец всегда был рядом и сопровождал его по жизни. Да он и сейчас был здесь, стоял и улыбался. Славка видел его темные бездонные глаза, в которых сама бесконечность казалась лишь кратким мигом.
        Черный Человек еще раз улыбнулся Славке, и эта злая ухмылка оказалась последним, что он увидел в жизни.

28.
        Майор Тимофеев вместе с помощником Сергеем спешили по улочкам Старого Города. Останавливаясь на каждом перекрестке, заглядывали в проулки, но тех двух парней нигде не было видно.
        - Куда же, черт возьми, они подевались? - выругался майор.
        - Может быть, заскочили в какой-нибудь дом?
        - Возможно. Они ведь знают этот чертов город лучше нас с тобой.
        - Что будем делать?
        - Возвращаться. Давай, вон по той улочке, туда мы еще не заглядывали.
        Сергей кивнул, и они углубились в мрачный переулок. Над ними нависли полуразрушенные здания, провожая темными проемами разбитых окон. Майору казалось, что он ощущает их пристальные взгляды, сверлящие ему спину.
        - Ночью эти улицы кажутся еще страшнее, - будто прочитав его мысли, сказал Сергей.
        - Это точно…
        Тимофеев остановился и взглянул в ночное небо, затянутое свинцовыми тучами. Сквозь быстро бегущие облака майор разглядел свет полной луны, на мгновение показавшейся и снова скрывшейся, за набежавшей тучей.
        'И ни одной звезды, - подумал он. - Я уже забыл, когда в последний раз видел звезды. Одни лишь тучи, вечно, эти серые тучи'.
        - Нашел! - вдруг крикнул ушедший вперед Сергей.
        - Что нашел? - не сразу понял майор.
        - Тех двоих, что ограбили человека в черном.
        Два парня лежали возле лужи. Сергей, присев на корточки, пытался нащупать пульс.
        - Покойники, - констатировал он.
        Полицейские, включив фонарики, осмотрели все вокруг. Шприцы… ложка… зажигалка… пакет…
        - Вероятно, тот самый, что они забрали у Черного, - сказал Тимофеев.
        - Товарищ майор, позвольте предположить? - по своему обыкновению осведомился Сергей.
        - Ну, предположи.
        - Я думаю, что эти двое были просто случайными налетчиками. Грабанули этого типа в черном, а пакет он получил от Колчана. Наверняка, этот человек курьер и занимается сбытом наркотиков на территории Нового Города. А эти двое, на радостях, что сорвали такой куш, не рассчитали дозу и откинулись.
        - Не знаю, Сергей, - с сомнением покачал головой майор. - Если этот пакет Черный получил от Колчана, то почему после ограбления не вернулся и не рассказал обо всем? Да и в том, что они не рассчитали дозу, я тоже сомневаюсь. Эти ребятки - наркоманы со стажем. Ты только посмотри на их вены. И чтобы так лажануться… Вряд ли.
        - Тогда что получается? Их отравили?
        - Не знаю, - повторил Тимофеев. - Отправим порошок на экспертизу, а там уже будет видно.
        - Все-таки интересно, кто этот странный человек в черном?
        - Я бы и сам хотел это знать. Сейчас узнаем где он.
        Майор достал из кармана рацию и, включив ее, произнес:
        - Это Тимофеев. Что там с нашим незнакомцем?
        - Он исчез, - раздалось в ответ.
        - Как исчез?
        - Мы следили за ним, а он свернул за угол и исчез…
        - Что, так просто взял и исчез?
        - Да. Никаких следов, будто испарился.
        - Ищите, не мне вас учить. Конец связи.
        - Что будем делать? - спросил Сергей.
        - Забираем пакет и уходим.
        - А трупы?
        - Это не наша территория. О них позаботятся местные.
        И в последний раз взглянув на двух мертвых лежавших в грязи парней, майор зашагал прочь.

29.
        Целую неделю почти не переставая лил дождь. Сильно похолодало. Над городом нависали чернильные тучи, все вокруг потемнело: стены, дороги, тротуары.
        В квартире у Макса тоже стало холодно. Катя с утра до вечера сидела на диване, укутавшись в пушистый оранжевый плед. Его яркий цвет хоть чуточку поднимал ей настроение, когда вокруг так хмуро и тоскливо. Она нашла у Макса кучу старых книг еще ее времени. Переплеты оказались сильно потрепаны, а из некоторых книг выпадали страницы. Девушка нашла множество своих любимых, и тех, которые хотела прочитать при жизни, но не успела. Она выстроила огромную стопку около дивана и с детским энтузиазмом хваталась то за одну, то за другую книгу. Кате хотелось читать их все одновременно, но в конце концов она поняла, что это не дело. И взялась за 'Мастера и Маргариту'.
        Макса удивляло Катино рвение:
        - Ты так упорно читаешь… Может, поешь хотя бы, а то умрешь с голоду над книгой, - смеялся он, когда приходил вечером с работы и заставал Катю, погруженную с головой в роман.
        - Угу… А тебе какие из этих книг нравятся?
        - Все до одной, которые ты отобрала. А ты их на скорость читаешь? И к какому числу тебе надо закончить?
        - Да ладно тебе, - улыбалась она.
        По вечерам Макс садился рядышком, завернувшись в желтое покрывало. Он включал большой торшер, обтянутый плотной красноватой тканью. На нем был нарисован спящий кот и мышки, которые пьют налитое ему молоко и веселятся, пока тот не видит. Девушке нравился этот рисунок. В один из таких холодных вечеров они даже придумали историю про этого кота и мышек, и дали им всем смешные имена. Катя с Максом читали друг другу вслух, обсуждали каждую страницу, пили горячий чай со сгущенкой и радовались апельсиновому пледу и лимонному покрывалу.

30.
        Катя стояла на маленькой кухне и смотрела в окно. На улице, на крышке люка, свернулся калачиком белый щенок. Над асфальтом поднимался пар, и от этого казалось, что на улице еще холоднее. Девушка поплотнее закуталась в толстовку Макса, которая была ей чуть ли не по колено, и уперлась лбом в стекло.
        'Какая грустная, - подумала она. - Этой собачке, наверное, так холодно и одиноко… Зачем люди сначала приручают кого-то, а потом бросают на произвол судьбы? А может, бедняжка всю жизнь живет на улице, с самого рождения?..'
        - Что ты там высматриваешь? - войдя в кухню, спросил Макс.
        Катя повернулась к нему, помотала головой и вдруг расплакалась.
        - Ты что? Что такое? - Макс, совершенно сбитый с толку, подошел к окну и увидел щенка.
        - Смотри, какой милый, и какой несчастный! - всхлипывала Катя.
        - Ну-ка вытри слезы и пошли! - велел Макс.
        Катя послушно направилась за ним.
        Парень снял с вешалки куртку:
        - Накинь.
        Они сбежали по лестнице и вышли из подъезда. Макс зашагал к люку, но щенок, увидев его, вскочил, прижал уши и приготовился бежать.
        - Подожди! - крикнула парню Катя. - Он очень боится!
        Она, что-то ласково приговаривая, направилась к щенку. Тот завилял хвостом, радостно завизжал и бросился ей навстречу.
        - Ага, - сказал Макс, - я, значит, плохой, а ты хорошая.
        Катя взяла щенка на руки, и понесла в дом.
        Целый день они провозились со своим новым другом. Сначала накормили, потом хорошенько вымыли, после чего он стал просто белоснежным.
        Вечером они сидели на кухне и ели картошку с сосисками.
        - Как мы его назовем? - спросила Катя.
        - Не знаю… Он, кстати, вырастет большой и лохматый, как медведь, - сказал Макс. - Я вот только не помню, что это за порода.
        - Он еще и породистый?
        - Кто его знает, насколько он породистый, но выглядит представительно. Слушай, а давай назовем его Азазелло?!
        - Ага, а если бы это был кот, мы бы назвали его Бегемот! - засмеялась Катя.
        Неожиданно для себя она вспомнила, что имя Азазелло когда-то принадлежало ангелу, который предал Бога и пал. Этот ангел научил людей создавать холодное оружие, обрабатывать драгоценные камни и поспособствовал развращению общества. В какой-то мере и себя Катя могла назвать падшим ангелом, поэтому в этом имени она усмотрела символизм.
        - Ну, Азазелло, так Азазелло, - согласилась девушка.
        Сообразив, что речь идет о нем, щенок, виляя хвостом, подбежал к столу, встал на задние лапы и просяще посмотрел сначала на Катю, потом на Макса.
        - Какой хитрюга, - усмехнулся парень. - Сосиску выпрашивает.
        И дал щенку кусочек. Азазелло еще сильнее завилял хвостом, мигом проглотил то, что выпросил и, радостный, убежал в комнату.
        - Послушай, Макс, а в этом городе есть церковь? - вдруг спросила Катя.
        - Церковь? - удивился Макс. Он посмотрел на девушку, как на сумасшедшую, отчего та очень смутилась.
        - Ну да, церковь, - тихо повторила она. - Должна ведь быть хоть одна…
        - Да нет у нас никаких церквей. А ты что, веришь в Бога?
        - Да. А ты разве нет?
        - Конечно, нет! - Макс снова как-то странно посмотрел на девушку. - Религия это опиум для народа. Правители ей пичкали людей, чтобы они были более послушными и думали, что сами не могут управлять своей судьбой и есть кто-то выше. Ты что, в самом деле, веришь в то, что есть Бог, Рай и ангелы?
        - Да! - чуть ли не выкрикнула Катя.
        Ей захотелось рассказать Максу все, но она сумела сдержаться.
        Азазелло снова вбежал на кухню и обеспокоено закрутился, глядя то на парня, то на девушку.
        - Ну, ладно, не надо так возмущаться, - сказал Макс, огорченным тоном Кати. - Я вовсе не хотел тебя обидеть. Ты вправе верить во что хочешь. Просто большинство людей, ты же сама знаешь, отказалось от религии. Наука ведь все опровергла. Бога нет.
        - А вот и неправда. - Девушке хотелось плакать. - Бог есть, и ангелы есть, и Рай есть, во всяком случае, был.
        - Что?
        - Ничего, - спохватилась Катя. - Просто я в это верю.
        - Да, наверное, ты из какой-то глуши, раз до сих пор веришь во все это. Это даже забавно.
        - И нисколько это не забавно, - обиделась Катя. - Как бы я хотела побывать в церкви!
        Макс ощутил обиду девушки и ее грусть. Ему стало как-то не по себе, ведь он не хотел ее огорчать. С каждым днем он привязывался к ней все сильнее и сильнее.
        - В принципе, это можно устроить, - наконец сказал он.
        Азазелло насторожил уши и внимательно посмотрел на Макса. Катя тоже с надеждой подняла на него свои грустные зеленые глаза.
        - Ты же сказал, что здесь нет церквей.
        - Да, здесь нет. Но кое-какие верующие, точнее, фанатики, в округе остались. Правда, их очень мало. Я слышал, что километрах в тридцати от города, в горах, стоит какой-то храм или церковь, кто ее разберет. Завтра у меня выходной. Если хочешь, можем съездить, хотя не факт, что нас туда пустят. Нынешние фанатики не любят чужаков, они считают, что мир погряз во грехе.
        - Я готова рискнуть, - решительно сказала девушка.
        - Хорошо, съездим.
        - Спасибо, Макс, - улыбнулась Катя. - Ты не представляешь, насколько это для меня важно.
        Эта радостная улыбка и счастливый блеск в ее глазах была лучшей наградой для парня. Ради такого он был готов сделать куда больше, чем съездить за город в какую-то церковь.

31.
        Большинство людей называли его сумасшедшим или помешанным, но на самом деле его звали Джо, хотя он уже и сам позабыл и свое имя, и свое прошлое. Голоса в голове, постоянные видения, сны о будущем перекрывали все его ранние воспоминания. Он был один из тех обреченных, кого когда-то называли пророками, но теперь время пророков прошло, к ним больше никто не прислушивался и поэтому все вокруг считали его сумасшедшим.
        Но он не был сумасшедшим. Он просто слышал голоса, которые говорили ему о том, что мир погряз в грехе и безверие, тем самым открыв дорогу для Князя Тьмы. А это означало только одно - последний день близок. Голоса твердили ему, что он не должен допустить этого, что он должен предупредить людей, предостеречь их.
        И вот уже много лет он выходил на улицы города с плакатом в руках и старался предупредить. Он кричал, убеждал, проповедовал, но никто и слушать его не хотел и вместо слов благодарности в спину летели лишь обидные: 'Псих', 'Сумасшедший', 'Фанатик'. Но Джо старался не обращать на это внимание, упорно он вставал каждое утро и шел на улицы, чтобы предупредить. Шли годы, он потерял жилье и нормальный человеческий вид, его одежда превратилась в лохмотья, а спать ему приходилось на улице и о том, чтобы помыться, можно было только мечтать. Но он не терял надежды, и каждое утро вновь занимался привычной работой.
        Сегодняшний день уже давно закончился, на город опустился вечер, повсюду загорелись неоновые вывески и фонари. Джо возвращался в свой проулок, чтобы там заснуть на старом грязном матрасе до следующего утра, а потом вновь заняться работой. Он шел задумавшись, медленно перебирая ногами, опустив руки, в одной из которых держал картонный плакат с надписью: 'Дьявол уже близко', когда неожиданно его окликнули.
        - Эй!..
        Джо обернулся и увидел продавца шаурмы, стоявшего за прилавком своего лотка. Возможно, это был единственный человек, который иногда с ним разговаривал, а иногда и угощал едой.
        - Привет, псих, - сказал продавец.
        - Привет, - ответил Джо. Он не обижался на продавца, когда тот его так называл, он уже давно ни на кого не обижался.
        - Ты голоден?
        - Как всегда.
        - Сейчас я тебя угощу, - улыбнулся продавец и принялся срезать мясо с вертела. - Как прошел день?
        - Как всегда.
        - Что-то ты немногословен сегодня. Хотя я тебя понимаю, ты ведь целый день только и делаешь, что надрываешь глотку. Неудивительно, что под вечер у тебя и слов нет.
        - Возможно, - с безразличием сказал Джо.
        - Слушай, а может тебе на телевиденье выступить?! Толкнуть там свою речь, может быть, кто и прислушается. На телевиденье любят таких, как ты… людей имеющих свою точку зрения. У меня там один друг осветителем работает, он мог бы с кем-нибудь поговорить, глядишь, и позовут тебя в какое-нибудь ток-шоу.
        Джо пожал плечами.
        - Ну, как знаешь, - махнул рукой продавец. - А я все равно с ним поговорю. Держи. - И он протянул Джо шаурму.
        Тот взял ее и с жадностью принялся есть, за целый день у него не было и крошки во рту.
        Тем временем к лотку подошел покупатель и, сделав заказ, начал с интересом рассматривать Джо. Джо уже давно привык к подобным взглядам, у одних он вызывал интерес, у других отвращение, а кто-то и вообще отводил глаза, стараясь его не замечать. Но во взгляде покупателя было что-то другое, помимо всего этого.
        Джо повернулся к незнакомцу, стараясь лучше его рассмотреть, и тот широко ему улыбнулся.
        - Вечер добрый, - произнес незнакомец и еще раз широко улыбнулся. Этот человек оказался одет в дорогой костюм-тройку, его руки покрывали кожаные перчатки, сжимавшие трость, а на ногах были обуты вычищенные до блеска туфли. Незнакомец напоминал щеголя и это выглядело вполне нормально, но его взгляд… Эти холодные, бездонно черные глаза пугали, казалось, будто они смотрят не на тебя, а глубже, прямо в душу.
        - Добрый, - машинально ответил Джо и отвел взгляд.
        - Простите, но я случайно прочел надпись на вашем плакате, - продолжил незнакомец. - Вы, правда, верите в Дьявола?
        - Да, - ответил Джо.
        - И вы считаете, что Князь Тьмы скоро посетит этот мир? - задал новый вопрос незнакомец.
        - Да. Я убежден в этом!
        - Интересно, очень даже интересно. И как вы считаете, когда это произойдет?
        - Не знаю… Но голоса сказали мне, что это должно случиться уже скоро.
        - Голоса?! Интересно, очень даже интересно.
        Тут продавец протянул незнакомцу его заказ. Тот поблагодарил и, не снимая перчаток, принялся есть.
        - Вкусно, - губы покупателя растянулись в улыбке. - Люблю свежее, хорошо прожаренное мясо.
        - Рад, что вам нравится, - обрадовался продавец.
        - Еще бы, - сказал незнакомец и, повернувшись к Джо добавил: - Так что там с вашими голосами?
        - Не понял?
        - Ну, вы говорили, что слышите голоса, вот мне и интересно?
        - Сэр, да не обращайте вы на него внимания, он сумасшедший, - произнес продавец. - Неужели вы ему верите?
        - Жизнь построена на лжи и лицемерии, поэтому мы больше склонны верить обману, нежели правде. А тех, кто говорит нам правду, мы называем психами, поскольку просто не хотим верить их словам… Так о чем говорят вам эти голоса?
        - Они постоянно твердят мне, что Дьявол уже близко, и я должен предупредить всех.
        - Да вы - пророк, - заключил незнакомец. - А быть пророком - это неблагодарное дело. Всю жизнь ты проходишь через испытания, тебе никто не верит, тебя презирают и ненавидят, - он улыбнулся. - Пророк Даниил, мастер толкования снов, в юности попал в плен к Вавилонянам и всю жизнь страдал за свои знания, его даже бросали в яму ко львам… Аврааму Бог выбрал дорогу. В старости он отправил его в поход, в котором на голову пророка выпало много трудностей. Люди, шедшие с ним, голодали, подвергались пыткам и всяческим мученьям. Мало того, его жену Сару отобрал у него фараон Египта и сделал своей. И в конце пути Бог думает, наверное, я еще не до конца его испытал, посмотрим, сможет ли он принести своего сына мне в жертву… Да, Бог выдумщик… А в девятом веке до нашей эры жил такой пророк Или?, он был вынужден потерять все и покинуть родную Иудею под угрозой смерти. И в дальнейшем над всей его жизнью летал призрак потерь…
        - Я знаю историю Илия пророка. Он сверг лжебога, которым финикийская царица хотела поработить его народ, - сказал Джо.
        - Религия - это всегда способ поработить, - философски заметил незнакомец.
        - Не всегда. Истинная религия - это способ освободиться и жить ради чего-то высшего, - задумавшись, возразил Джо. - Илья знал это, несмотря ни на что он исполнил свой долг, и в благодарность за это господь забрал его на небо и сделал ангелом.
        - Так написано в древней книге, которую сейчас очень трудно найти, - сказал незнакомец. - Рад, что вы знаете древнее писание. Но тогда вы должны знать, что не всем пророкам так везет! Большинство, заканчивают жизнь смертью! Да, да именно смертью! Большинство пророков умирает не от старости в своих постелях, их убивают жестоко и с ненавистью. Главного библейского пророка распяли на кресте, и он умер в муках и агониях! - глаза незнакомца опасно блеснули.
        - И эта история мне ведома, - чуть отшатнувшись, произнес Джо. - Это был Сын Божий Иисус. И, как и остальных пророков, после смерти отец забрал его на небеса.
        - Уверяю вас, он был всего лишь плотником, слишком много о себе возомнившем, - сказал незнакомец. - И он боялся смерти, хотя и был убежден, что попадет в Рай… Но, а если я скажу, что Рая больше нет?
        - Этого не может быть?! - в ужасе вскрикнул Джо. - Но все равно, я не боюсь смерти, я пророк и у меня есть миссия!
        - Да, да, глупая и неосуществимая миссия, - улыбнувшись, сказал незнакомец. Он встал из-за прилавка и в упор посмотрел на Джо. - Вот скажи мне, ты, правда, считаешь, что все эти люди, что погрязли в грехе, что ненавидят и призирают тебя, заслуживают спасения?
        - Да, - ни минуты не сомневаясь, ответил Джо. - Они - заблудшие овцы, обманутые Дьяволом.
        - Какие высокие и благородные слова, несвойственные твоему внешнему виду, - хохотнул незнакомец и его бездонные черные глаза впились в Джо. - Скажу тебе честно, этот мир прогнил и нуждается в трансформации. Время Бога прошло, он не смог удержать в узде свою паству, он слишком часто прощал и поплатился за это. Грядет новое время, время нового владыки, что не будет столь милосерден. И когда это время придет, даю тебе слово, все получат по заслугам! Только боюсь, этого ты этого уже не увидишь.
        Джо, укусивший шаурму, неожиданно разжал руки и уронил ее вниз, на мокрый после дождя асфальт. Борясь с приступом паники и неотрывно глядя в эти завораживающие агатовые глаза, он произнес:
        - Не может быть. Это же ты!..
        - Понял, наконец, - растягивая губы в улыбке, произнес незнакомец. - А тебе никто не говорил, что разговаривать с набитым ртом опасно?
        Джо хотел что-то еще сказать, но слова застряли у него в горле вместе с куском мяса. Он схватился за шею и понял, что воздуха не хватает. Он начал кашлять, хрипеть, но это не помогало, его лицо начало синеть и он упал на колени.
        - Я же сказал, что пророки умирают не в своих постелях, - произнес Черный Человек.
        - Что с ним происходит? - закричал продавец шаурмы. - Он подавился, помогите ему!
        Продавец перемахнул через прилавок и, кинувшись к Джо, начал бить его по спине и кричать:
        - Помогите мне, сделайте что-нибудь!
        Но когда он поднял глаза, то незнакомца уже не было. Вместо него на прилавке сидел огромный черный ворон и с интересом наблюдал за происходящим. Ворон пронзительно каркнул на продавца и, сорвавшись с прилавка, полетел во тьму ночи.
        ЧАСТЬ ВТОРАЯ
        Долиной смертной тени
        На ладонь упала капля, все подумали вода.
        Оказалось эта капля слезой ангела была. Стих из интернета. Автор неизвестен.

32.
        На следующее утро Катя и Макс отправились в церковь. Погода выдалась мрачной, по небу гуляли тучи, но, похоже, дождя не ожидалось. Макс завел мотоцикл и, посадив Катю позади себя, поехал по улицам. Дорога вела их прочь из города.
        Потоки ветра били в лицо, Катины волосы развивались от его порывов. Неописуемое чувство свободы нахлынуло на нее, чем-то напомнив полет. Чувство такое привычное для ангелов и такое незнакомое для людей. Мотор ревел и Катя с трудом могла различить то, что говорит ей Макс. Вскоре они выехали на загородную трассу, и Кате показалось, что она попала в совершенно другой мир. Чувство свободы сразу прошло, настолько все здесь оказалось непохоже на виденное ею раньше. На многие километры вокруг не было ничего, лишь простирающаяся вдаль пустыня и асфальтированная дорога. Изредка встречались уголки зелени, так удивительно вписывающиеся в это безжизненное пространство.
        'Куда делись зеленые луга и реки, насыщающие эту землю? - подумала девушка. - Неужели мир настолько изменился, что наполненная жизнью земля превратилась в безжизненную пустыню?'
        Глядя по сторонам, Катя все больше и больше ужасалась. Ей было жалко родную землю, ставшую мертвой пустыней по вине ненасытных людей. А может, слухи ее времени о 'глобальном потеплении' оказались правдой? Катя не знала истинной причины, и не понимала, как люди могли допустить все это.
        'Неужели они все также качают свою нефть, добывают полезные ископаемые, отравляют атмосферу вредными выбросами и портят озоновый слой? Неужели они совсем ничему не научились и все также не думают о будущих поколениях? Да, наверное. Наверное, они думают, что на их веку все еще будет нормально, и какая разница, в каком мире будут жить их внуки. Хотя, конечно же, они так не думают, но подсознательно им наплевать. Боже, куда катится этот мир?'
        Кате стало очень грустно. И, вглядываясь в безжизненные равнины, окружающие ее, девушка заплакала. По ее щеке медленно покатилась слеза и упала на куртку Макса, затем и еще одна оказалась там же. Катя не хотела, чтобы Макс видел ее слез, и потому она прижалась лицом к его спине и принялась тихо плакать.
        Макс не заметил ее слез, но тоска нахлынула и на него. Он подумал о былых временах, когда эти места еще были полны жизни: зеленели холмы, благоухали цветы, текли реки, щебетали птицы. Макс не видел всего этого воочию, лишь на фотографиях и старых кинопленках, но ему так хотелось, чтобы этот мир вновь стал таким, как в прошлом: чтобы холмы вновь стали зелеными от травы и цветов, а реки текли в разные направления, и много-много разных птичек щебетало вокруг. А не эти пресловутые вороны, в обилие кружащие над безжизненной пустыней в поисках падали.
        Макс обратил внимание на одного из таких воронов, летящего в небе. Казалось, он следил за ними, описывая все новые и новые круги в воздухе.
        А Катя, подняв голову, увидела впереди могучий горный хребет, наверное, куда-то туда они и направлялись. Затем она снова опустила голову и прижалась к Максу.
        'Как жалко, - подумала она, - что ты никогда не увидишь зеленых холмов и могучих рек и птиц, в обилии кружащихся над этим великолепием'.
        И по щекам девушки вновь потекли слезы.

33.
        Черный ворон все также кружил над мотоциклом. Его полет был неотделим от этого крошечного предмета, ехавшего по дороге, там далеко, на земле. Отсюда, с высоты птичьего полета, мотоцикл казался маленькой точкой посреди безжизненной пустыни.
        Мотоцикл, с сидящими на нем людьми, ехал строго к определенной цели, к горному хребту, очень отчетливо виденному вороном впереди. Ворон не отставал от мотоцикла, вновь и вновь взмахивая крыльями, он летел за ним, за своей целью, за своей добычей.
        И вот порыв попутного ветра, теперь можно не махать крыльями, а парить в воздухе. И, отдавшись ветру, черный ворон полетел за добычей.

34.
        Мотоцикл съехал с дороги и остановился возле подъема в гору. Дальше только пешком, снова и снова поднимаясь по горной дороге, до тех пор, пока не достигнешь вершины. А там Церковь Фанатиков. Не популярное место, в год туда поднималось человек пять, шесть, ни больше.
        - Дальше пешком, - констатировал Макс.
        Девушка кивнула.
        Парень вскинул на спину рюкзак, и они начали подъем по узкой тропе.
        Выглянувшее солнце припекало спины, и идти оказалось очень трудно. Дорога постоянно шла вверх. Катя то и дело спотыкалась о камни, но Макс придерживал ее и подбадривал.
        Через час непрерывного подъема девушка остановилась и тяжело вздохнула:
        - Ф-фух, устала…
        - Давай сделаем привал и перекусим.
        Макс уселся на большой камень и принялся рыться в рюкзаке. Оттуда он извлек бутылку воды и бутерброды с ветчиной и сыром.
        - На, жуй, - он протянул бутерброд девушке. - Набирайся сил.
        Катя взяла бутерброд и принялась за его поглощение. Есть не хотелось, но Макс был прав, силы ей просто необходимы, поскольку домой они вернуться только к вечеру и этот бутерброд, возможно, окажется единственной пищей за весь день.
        Они находились уже на достаточной высоте, и отсюда безжизненная пустыня открывалась, как на ладони. Но это не напоминало Кате романтическое зрелище. На многие километры не оказалось ничего кроме опустевшей земли и песка, ни одного дерева или живого существа, поистине мертвая земля, тянущаяся вдаль до горизонта. А там мрачный черный город, в который она упала.
        - Как грустно смотреть на все это, - задумчиво сказала Катя. - Просто какая-то мертвая земля. Ни деревьев, ни цветов, даже звуков и тех нет, одно дуновение ветра.
        - Да уж, постарались наши сородичи…
        'Значит, все-таки во всем виноваты люди, - подумала Катя, - а не пресловутое 'глобальное потепление', о котором так бурно спорили ученые моего времени'.
        Отдохнув, они двинулись дальше, вновь вверх, по узкой горной тропе.
        Спустя какое-то время Катя и Макс добрались до вершины, и их взору предстала церковь. Церковь оказалась деревянной и кое-где стены подпирались бревнами. Строение больше напоминало обычный деревянный дом, сложенный из обтесанных бревен в старом стиле, лишь три купола, увенчанные позолоченными крестами, свидетельствовали о предназначении этого сооружения.
        Увидев церковь, Катя просияла. Хотя здание оказалось и не таким, как она рассчитывала, но все же это была обитель Бога. И здесь она надеялась найти ответы на многие вопросы. Сердце сильно забилось, и девушка поспешила к дверям.
        Черный ворон, сопровождавший путников, опустился на самый высокий крест церквушки, и застыл, как курица на насесте.
        Катя постучалась, но отворять ей никто не спешил.
        - Может там никого нет? - предположил Макс. - Может люди, обитавшие здесь, давно бросили это место и ушли?
        - Нет, - мотнула головой Катя. - Это не так, я чувствую.
        - Раз чувствуешь тогда ладно. Не зря же мы сюда добирались. А ну-ка…
        Макс рванул на себя дверную ручку. Створка открылась, и они вошли внутрь.
        В церкви царил полумрак, пахло ладаном и воском. Солнечные лучи проникали через маленькие полукруглые окна, расположенные почти под потолком и падали на дорожку, ведущую к алтарю. Вокруг алтаря горело множество свечей, освещая настенную роспись. Там оказался изображен Иисус, возносящийся на небо к Отцу. Впрочем, это была единственная роспись во всем храме, зато на стенах висело множество икон и картин разных стилей и эпох. Такого странного сочетания Катя не видела никогда. Лики православных святых в стиле Рублева сочетались с католическими изображениями Сердца Иисуса и Пресвятой Девы Марии. Все это больше напоминало музей христианской религии, нежели храм Божий.
        Осмотревшись, Катя медленно направилась к алтарю. Макс молча последовал за ней. Дойдя до алтаря, девушка перекрестилась и мысленно произнесла:
        'Здравствуй, Господь'.
        Макс с интересом наблюдал за Катей. Раньше ему не доводилось бывать в церквях, и поэтому он считал, что все здесь так и должно выглядеть.
        - Кто вы такие? - неожиданно раздался чей-то голос.
        Катя и Макс обернулись. Из полумрака выступил бородатый мужчина средних лет, одетый в черную рясу. В руках он держал толстую палку, и, кажется, собирался вот-вот пустить ее в ход. Вид у него был взволнованный, а глаза перебегали с Макса на Катю и обратно.
        - Успокойтесь, - подымая руки и зачем-то показывая пустые ладоши, сказал Макс. - Мы не сделаем ничего плохого.
        - Что вам здесь надо? - спросил священник.
        - Святой отец, я пришла помолиться, - ответила Катя.
        - Помолиться… - медленно повторил священник. Казалась, он впервые слышит это слово.
        - Да.
        - Вы веруете в Бога, дитя мое?
        - Верую, с самого детства, - кивнула Катя. - И я не вижу ничего плохого в том, что мы пришли сюда? Ведь церкви и созданы для того, чтобы в них приходили люди. Разве не так?
        - Извините меня, - сказал священник и опустил палку. - Просто сюда очень редко приходят верующие. Я даже и забыл, когда в последний раз видел людей. Молитесь, сколько вам будет угодно, если вы действительно верующие. Моя церковь - ваша церковь.
        Макс счел за лучшее не говорить священнику, что лишь сопровождает Катю и ни в какого Бога не верует.
        Кате пришла неожиданная мысль:
        'А вдруг, если ему все рассказать, он сможет мне помочь? Вдруг он знает, как бедному, упавшему с Небес ангелу обрести на земле Рай?'
        - Я могу исповедоваться? - спросила она.
        - Исповедоваться? - удивился священник. - Не знаю. Я никогда не проводил обряд исповеди. Но я знаю, что это такое… читал… Давайте попробуем.
        - Макс, ты можешь выйти? - обернулась к парню Катя. - Исповедь это сугубо личное.
        - Конечно, - ответил он. - Подожду на улице.
        И Макс ушел.
        Священник любезно указал девушке на скамью. Катя послушно села и умоляюще сложила руки:
        - Очень прошу вас, выслушайте меня и поверьте.
        - Я вас внимательно слушаю, - открыто улыбнулся священник.
        - Я ангел, - выпалила Катя. - То есть я была раньше ангелом. Я погибла в автокатастрофе больше ста лет назад. После смерти я попала в Рай, но потом что-то случилось, и Рай стал меркнуть, облака стали темнеть и рваться. И вот однажды, когда я летела через черную тучу, меня ударила молния, и я упала и очутилась здесь. При падении я потеряла крылья и, наверное, лишь, поэтому я обрела плоть и стала видима, для других смертных… А когда я очнулась, в голове у меня звучал чей-то голос. Он говорил, что я должна найти Рай на земле, и только тогда я спасусь. Понимаете, если я не найду Рай на земле, я исчезну, кану в небытие…
        - Вы сумасшедшая! - вдруг вскричал священник. - Немедленно убирайтесь отсюда вон!
        - Нет, я говорю правду!
        - Правду? - возопил мужчина. - Это не правда - это чушь! Вы думаете, что можно приходить сюда и издеваться над религией? Вы-то считаете, что Бога нет, а мы, те, кто верит в него, сумасшедшие фанатики, и над нами можно потешаться! Смеяться нам в лицо, выдумывая глупые истории! Так?
        - Нет! - всхлипнула Катя, и по ее щекам потекли слезы. - Все совсем не так! Я знаю, что религия - это, прежде всего, Вера. Если бы Ной не поверил Богу, никого бы не осталось на земле после Всемирного потопа. Если бы евреи не поверили Моисею, они бы до сих пор были рабами египтян. Если бы апостолы не уверовали в Иисуса, не было бы и великого пророка. Но все они верили, ведь без Веры не было бы и религии.
        - А чем ты докажешь, что не лжешь? - воскликнул служитель церкви. - У всех тех, о ком ты говоришь, были доказательства, а что есть у тебя?
        - У меня есть шрамы на спине, там, где раньше были мои крылья! - почти с гордостью заявила бывший ангел.
        - Это не доказательство! Ты могла получить их при разных обстоятельствах. Может, ты мазохистка, и попросила своего дружка порезать тебя, чтобы посмеяться над бедным священником!
        - Ну почему же вы не верите?! - вновь всхлипнула Катя. - Я понимаю, что стало с вашим миром: люди перестали верить в Бога, и Рай пал. Но что уж говорить о простых людях, если даже священники лишились Веры! Но почему? - Казалось, что последний вопрос она задала больше для себя, поскольку служитель церкви и не думал на него отвечать:
        - Нет. Я верю, но я верю в Бога, а не речам глупой девчонки, возомнившей себя ангелом. А теперь убирайся отсюда вон! - и священник в ярости указал на дверь.
        Катя еще раз всхлипнула и в слезах выбежала на улицу, где ее ожидал Макс. Парень сидел на камне и смотрел на серое небо. Увидев заплаканную Катю, он вскочил и кинулся к ней.
        - Что случилось? Он обидел тебя? Ну, сейчас я покажу этому сумасшедшему фанатику!
        - Нет, не надо! - Девушка прижалась к его груди. - Я хочу уйти. Пожалуйста, уведи меня отсюда.
        Но она продолжала плакать, уткнувшись ему в грудь. Ее слезы стекали ему на футболку, отчего та быстро сделалась мокрой. Парень приобнял девушку одной рукой, а второй принялся ласково гладить ее по волосам.
        - Успокойся, зайчонок, все в порядке. Я же тебе говорил, что это сумасшедшие фанатики и ничего хорошего они тебе сказать не смогут.
        - Он ни в чем не виноват, и он не сумасшедший. Он несчастный и в нем совсем не осталось веры.
        - Ну, значит так, - не стал спорить Макс. Он все так же продолжал гладить девушку по волосам, пока она не прекратила плакать, лишь после этого он произнес:
        - Пошли отсюда.
        Катя молча кивнула, и они двинулись прочь от одинокой церквушки.
        А ворон пронзительно каркнул им вслед, но остался сидеть на перекладине креста. Он никуда не хотел улетать и, похоже, чувствовал себя здесь весьма комфортно.

35.
        В полном молчании Макс и Катя спускались с горы. Девушка уже давно прекратила плакать и теперь грустная и задумчивая шла впереди Макса. Парень медленно шагал следом, раздумывая над тем, что же такого сказал ей этот чертов священник, что так ее обидел. Ему было грустно видеть расстроенную Катю, и в сердцах он жалел ее, но ничего не мог поделать, поскольку она упорно шла вперед не щадя себя.
        - Давай сделаем привал, - наконец сказал парень. - Я же вижу, ты устала. Но все равно идешь вперед. Я сам уже все ноги сбил, об эти чертовы булыжники. - И Макс опустился на камень.
        Девушка обернулась и отрешенно посмотрела на него. Потом подошла и села рядом.
        Макс расстегнул рюкзак, достал бутылку воды и протянул Кате. Она взяла и, сделав пару глотков, вернула.
        Катя не смотрела на Макса, ее взгляд оказался устремлен вдаль на бескрайнюю опустошенную землю, тянущуюся до самого горизонта. Вдалеке черным пятном на фоне пустыни виднелся город, в который она так неудачно упала из Рая. Казалось, что весь город был поглощен тьмой. Сверху над ним нависли свинцовые облака, и наверняка там сейчас лил дождь, хотя здесь в горах было сухо и спокойно.
        - Почему люди перестали верить в Бога? - вдруг спросила она.
        - А ты что же, не знаешь?
        - Нет, - спокойно ответила Катя.
        Сейчас она не хотела скрывать свое незнание, может, даже элементарных вещей. Сейчас ей просто нужно было знать и неважно, что о ней подумает Макс.
        - Ну, все из-за души.
        - Как это - из-за души? - не поняла девушка.
        - Вернее, из-за ее отсутствия. После того, как стало известно, что души нет, религия стала терять свою суть.
        - Но почему это нет души? Душа есть, и я это точно знаю.
        'Если бы ее не было, она бы не отделялась от тела после смерти и не попадала в Рай или Ад, - подумала Катя. - Почему это эти глупцы решили, что души нет, хотела бы я знать?'
        - Просто ты в нее веришь, - пояснил Макс. - А ученые, может быть, даже и, не желая того, доказали, что ее нет.
        - Как это вышло?
        - Из-за клонов.
        - Клонов? - Катя слышала что-то такое когда еще была жива.
        'Тогда удалось клонировать овечку. Кажется, ее звали Долли. Но потом клонирование запретили. Особенно яро против клонирования выступала церковь, она называла это 'игрой в Бога'. Значит, церковь была не так уж и не права?'
        - Да из-за клонов, - повторил Макс. - Удивляюсь, что ты этого не знаешь. Хотя если у тебя были религиозные родители, они наверняка старались оградить тебя от подобной информации… Ой, прости. Я ничего не хотел сказать против твоих родителей.
        - Ты и не сказал, - пожала плечами девушка. - Но я, правда, ничего этого не знаю. Расскажи, как это вышло.
        - Ну, где-то в середине прошлого века разрешили клонирование людей, - медленно и монотонно, будто школьный учитель перед классом невыучившим урок, начал Макс. - Сначала ничего не получалось, копии не удавались. Но потом ученым удалось создать первый идеальный клон человека. Он оказался абсолютной копией своего прототипа. Клон имел ту же внешность, те же шрамы, те же воспоминания и, что главное, он так же мыслил. Мир признал его и тут встал вопрос о гуманности. Если клон - разумная личность, то гуманно ли держать его в лаборатории? Решили, что нет, и дали ему свободу и возможность для дальнейшего развития. Так наука углубилась в изучение клонирования человека. Впоследствии тот первый клон, стал выдающимся ученым, в то время как его прототип не выдержал известности и спился. А тем временем мир наводнялся клонами, хотя многим это и не понравилось. Не только церкви, но и экстремистским группировкам того времени, да и кое-каким ближневосточным государствам. Страны арабского мир тоже стали ярыми противниками клонирования людей. Но клонирование уже вошло в нашу жизнь, породив уйму противоречий и идей для
философских рассуждений и изысканий. В частности, утверждалось: раз клонов признали разумными существами, и они подчас не уступали в гуманности и саморазвитии своим прототипам, значит, клоны такие же личности, как и обычные люди. Эта идея оказалось последним гвоздем в крышку гроба религии, ведь одна из главных догм церкви гласит, что человек наделен душой. А раз клонов создали ученые, то душой, как таковой, они не могли их наделить. А значит, души нет! Обратное не доказано. Это утверждение добило церковь, которая к тому времени разваливалась по частям из-за противоречий и скандалов. На территории нашей бывшей России против православной церкви и ее патриархов уже давно велась негласная война. Алчный запад, старающийся развалить нашу бывшую родину изнутри, сделал упор на уничтожение православия и разделения общества. Против православной церкви постоянно велись спланированные акции, осквернялись храмы, спиливались кресты, митрополитов и обычных священников все чаще обвиняли в стремлении к наживе. Хотя во многом это было именно так: животы священников пухли, а золотые кресты на груди становились все
тяжелее и тяжелее, они ездили на шикарных автомобилях и покупали себе дорогие побрякушки. Но и в католическом мире все не было так безоблачно. Ватикан обвиняли в лицемерии. Один за другим сразу несколько понтификов снимали с себя полномочия якобы по причине проблем со здоровьем, но народ понимал, что это дурной знак и что-то за этим кроется. В свою очередь кардиналы призывали людей к добру и миру, а сами уже давно погрязли в грехах и неверии. Самые высокопоставленные шишки Ватикана обвинялись в педофилии, связях с итальянской мафией и других преступлениях. Вся Ватиканская верхушка прогнила изнутри. И вот в один прекрасный день народ не выдержал всего этого и сбросил рабское клеймо.
        - Но это неправильно! - воскликнула Катя. - Душа есть, а то, что какие-то безверующие, алчные люди проникли на самый верх церкви, еще ни о чем не говорит!
        'Наверное, сам Дьявол приложил руку к их восхождению', - подумала Катя.
        - Зайчонок, я соглашусь, может быть это здесь совсем и не причем, но научно доказано, что никакой души не существует. Но давай лучше не будем спорить на эту тему. Ты придерживаешься своих взглядов, я своих. Но я не хочу переубеждать тебя. Человек вправе верить во что хочет.
        - Макс, а что было потом со всеми этими клонами? Неужели они так до сих пор и бродят по нашей земле?
        - Ты что же, и этого не знаешь? - выпучил глаза парень.
        - Нет, - сказала Катя.
        Сейчас ей хотелось знать все, и она не скрывала своего незнания, и ей было все равно, что подумает о ней Макс.
        - Макс, давай представим на минуту, что я вообще не знаю современной истории. Расскажи мне все к чему это привело и чем все закончилось.
        - Ладно… - вздохнул парень и продолжил. - Ну, клоны вошли в жизнь людей… Так сказать, смешались с толпой и поселились среди нас. Они начали заводить семьи, и от них рождались вполне нормальные дети. Но кое-кому, как я уже говорил, это не нравилось. Многие считали клонов недочеловеками, и на этой почве в разных странах разгорались всякие заварушки. А экстремистские группировки вообще выявляли клонов и убивали. Мол, они не имеют права жить.
        - Как это чудовищно, - сказала девушка.
        Она не испытывала ненависти к клонам, пусть даже они и послужили причиной падения веры.
        - Да, чудовищно, - согласился Макс. - Но это еще не самое страшное. Самое страшное было потом. Ведь не все страны занялись клонированием, были и такие, которые считали это неприемлемым. В основном, те же страны арабского мира и в особенности набирающее тогда мощь Исламское Государство. Эти страны ввели запрет на клонирование, любые исследования в этой области карались самой страшной мерой наказания - смертью. Конечно, это не могло не вызвать недовольства со стороны демократических государств, которые осудили подобное поведение, хотя подчас в них самих кипели народные недовольства… Короче, началась этакая 'холодная война'. Арабский мир стал еще более закрытым для других стран, объявивших ему бойкот и разорвавших всяческие экономические и торговые отношения. Так продолжалось лет пять. За это время в 'открытом мире', как его тогда называли, произошло много событий. Кое-где произошли государственные перевороты, все из-за той же проблемы клонирования, другие страны из-за нехватки нефти стали беднеть. Нефть и клонирование стали главной проблемой второй половины двадцать первого века. И все это привело к
Третьей мировой войне.
        - Ужас! - сказала Катя. - И кто победил в этой войне?
        - Да никто.
        - Как это?
        - Просто к тому времени человечество уже накопило такой военный потенциал, что с легкостью смогло бы уничтожить само себя.
        'В мое время оно тоже могло с легкостью уничтожить себя', - подумала Катя.
        - Все началось с мелких военных стычек, - продолжал Макс. - Правительства 'открытого мира', в основном туда входили все западные страны во главе с США, а именно они развязали войну, а не арабские страны, направили свои войска к границам вражеских государств. Страны Ближнего Востока ответили яростным сопротивлением. Как говорится в учебниках, весь Аравийский полуостров был усеян трупами. Но первые бои выиграли страны 'открытого мира'. На это Исламское Государство ответило ракетами с ядерными боеголовками, примененными против США. Американцы не остались в долгу и бомбанули в ответ. В тех взрывах погибли миллионы ни в чем неповинных граждан.
        'Представляю, как это было страшно… - подумала Катя. Картина взрыва появилась в ее воображении, и казалась такой четкой, будто девушка видела все собственными глазами. Миллионы ни в чем неповинных людей, гибнущих в адском пламени пожирающего и всепоглощающего ядерного взрыва, возникли в воображении. Мужчины, мечущиеся из стороны в сторону, и непонимающие что происходит, словно загнанные в клетку львы; женщины, пытающиеся закрыть детей грудью от огненной волны, уничтожающей все на пути. Катя представила их дикий страх и лишь минутную агонию, а затем смерть, страшную и никому не нужную. - Люди, зачем вы уничтожаете себе подобных, зачем вы творите зло? Люди, ради чего все эти смерти?'
        По щекам вновь побежали слезы, и девушка отвернулась, чтобы Макс не заметил их.
        - После этого трагического случая стало понятно, что ядерное оружие скорее уничтожит все живое, чем даст кому-нибудь победить.
        - И тогда они прекратили войну? - с надеждой спросила Катя. Вера в человечество еще теплилась в ее душе.
        - Нет, - покачал головой Макс. - Воюющие стороны подписал пакт о запрете применения ядерного оружия. И война продолжилась. Вновь гибли миллионы, вновь матери теряли своих сыновей, жены мужей, дети отцов. Но никто не мог одержать верх. И с той, и с другой стороны появлялись недовольные, там и там бунтовали противники бойни, которая ни к чему не вела. К моменту окончания войны мир оказался полностью погружен в хаос, многие города превратились в руины, а люди подчас жили в нечеловеческих условиях. Многое пришлось отстраивать заново, а кое-где руины оставили как напоминание о прошлых ошибках. Наш Старый Город как раз и является таким, с позволения сказать, памятником.
        - А как все закончилось?
        - В один прекрасный день воюющие стороны решили подписать перемирие. После шести лет сражений они наконец-то поняли, что война ни к чему не приведет. К тому времени привычные границы стран уже стерлись, многие вообще оставались без правительств, другие оказались завоеваны или вошли в состав более сильных соседей. На переговорах о перемирии главы оставшихся государств решили и эту проблему. Они создали Мировое Правительство, такой своего рода совет, куда вошли оставшиеся правители самых могучих государств, в том числе и нашей бывшей России. Таким образом они надеялись избежать будущих войн. Единственным условием выдвинутым стран арабского мира оказался запрет клонирования. Тогда они еще думали, что смогут управлять людьми при помощи веры в Аллаха. Но вскоре и в их странах религия сошла на нет. Согласись, трудно верить в Бога, когда заведомо известно, что души нет, и после смерти тебя уже ничего не ждет.
        Катя решила не возражать Максу и не спорить с ним на этот счет, хотя, наверное, она могла бы привести кучу доводов, в которые парень все равно бы не поверил. И поэтому она просто спросила:
        - А как быть с теми, кто еще верит? Кто такие эти фанатики?
        - Ну, это те, кто, как ты сама сказала, еще продолжают верить, но их остались лишь единицы. Мировое Правительство вообще подумывало о том, чтобы запретить религию. Но потом решило: пусть те, кто еще верит - верят, это ведь этническая особенность сложившаяся исторически. Хотя к тем, кто еще продолжает верить, относятся, как к душевнобольным. Нынче миром правит наука.
        - Это печально, - вздохнула Катя.
        Услышанное поразило ее, и на душе было очень больно. Теперь она знала, что послужило причиной разрушения Рая. Этой причиной оказались люди, чье неверие привело к таким ужасным последствиям.
        'Неужели, люди и в самом деле такие глупые и жестокие создания?.. Как же ужасен этот мир! Заслуживает ли он право на существование?.. Но ведь не все же люди такие? Есть и хорошие. Например, Макс! Он же хороший, он спас меня, он приютил меня, он заботится об мне и ничего не требует взамен. Он ведь хороший?! Да, хороший! И ведь наверняка, есть и другие, такие, как он… Люди не виноваты в том, что потеряли Веру. Они просто, как всегда, все неправильно поняли. Они уверовали в науку, посчитав, что она опровергает законы духовного мира. Но ведь это не так. Наука не может доказать, что Бога нет! А духовный мир на то и духовный мир, что не подчиняется законам бытийного мира… А еще это Мировое Правительство с его пропагандой, которому стала неугодна религия. Как же они не понимают, что без Веры люди придут ко злу! Если после смерти тебя ничего не ждет, значит можно и убивать, и воровать, ведь тебя никто не накажет, ты просто исчезнешь - и все… Но может ли душа исчезнуть просто так?.. Наверное, я скоро это узнаю, ведь Рай на этой 'земле без радости' мне не суждено отыскать. Здесь его просто не может быть… И
неужели никто из этих людей никогда не хотел верить? Как же так случилось, что они перестали верить, неужели из-за каких-то глупых доказательств науки?'
        - Макс, а ты никогда ни во что не хотел верить? - спросила Катя. - Тебе ни когда не казалось, что после смерти нас что-то ждет?
        - Не знаю… - пожал плечами парень. - Может быть в детстве… Да, в детстве я верил. Мои родители тоже верили, они говорили мне, что Бог есть, что он справедлив и защищает хороших. И я тоже верил, несмотря на то, что твердили в школе и по телевидению. Но потом, как ты знаешь, мы приехали сюда, и моих родителей убили, а сам я остался на улице. Я жил в настоящем аду. Такое влияет на человека лучше любого научного доказательства. И я прозрел, я понял, что Бога нет. И там, наверху, - Макс окинул взглядом небо, - тоже ничего нет. Мы умираем - и все. Мы просто тела, живущие до определенного момента, а потом исчезающие.
        В этот момент Кате ужасно захотелось рассказать Максу, о том, кто она и откуда. Но она промолчала. Макс вспомнил родителей и тот кошмар, который он пережил, и сейчас парень бы ничего не стал слушать. Да и спор, не дал бы никаких результатов.
        'Он не виноват, что потерял Веру, - подумала девушка. - В его жизни было слишком много горя и зла. А это не лучшее подспорье для Веры'.
        - Что-то заговорились мы с тобой, - сказал Макс. - Нужно домой возвращаться, а нам еще вниз топать и топать. Если поторопимся, к закату будем дома. Пошли?
        - Пошли, - вздохнула Катя.
        И они вновь двинулись вниз.

36.
        Была ночь. Лил сильный дождь. Капли ударялись о деревянный купол церкви и с силой барабанили по крыше. Иногда сверкали молнии, и раздавались раскаты грома.
        В эту ночь священнику Владимиру не спалось. Такие ночи как здесь, в горах, далеко от города, всегда вызывали у него страх. Вдобавок ко всему эта странная девушка никак не шла у него из головы.
        'Какая наглая особа, - думал священник. - Прийти в церковь, чтобы просто поиздеваться над религией. Да еще какую историю придумала! Ей бы книжки писать… Куда катится этот мир? Глупые люди, неужели они не понимают простых вещей? Неужели они думают, что они одни в этом мире и над ними никого нет? Почему они считают, что у них нет души? Они ведь не роботы… Как мне жаль этот мир. С утратой духовности он стал еще злее и безнравственнее. Как я боюсь, что Господь покарает нас и сделает с миром то же самое, что он сделал с городами Содомом и Гоморрой. Да, он просто уничтожит его, послав апокалипсис, в виде очередного потопа или огненного ливня, как предсказывалось в библии… Хотя может быть, наш мир это и заслужил… Нет, не думай так, ты же священник, ты должен молиться за этот мир… Да, я должен молиться за спасение каждой грешной души! Даже за спасение души этой наглой девчонки. Она ведь не виновата, что стала такой. Такой ее сделало современное общество. Глупое современное общество, считающее науку единственно верной системой мироописания. И к чему привела вас эта глупая вера в науку? К клонированию, к
созданию ядерных бомб, к бесчисленным войнам, к синтезированию наркотика, к созданию ЛСД, кокаина, героина, спайсов, миксов и десятку других, отравляющих современное общество. Наркотики - чума 22-го века… Наркоманы создали собственное общество, свои законы, они даже возвели свой город… А еще наука уничтожила религию, и мир стал злее и теперь в нем еще больше греха и порока. Бедный наш мир… Нужно помолиться за него, и за эту глупую заблудшую девушку'.
        Священник встал с кровати, оделся и направился в молитвенный зал.
        'Нужно помолиться за этот мир… Нужно помолиться…'
        Он зажег свечи, затем подошел к алтарю и встал на колени. Перекрестившись, отец Владимир уже было начал молиться, как вдруг вновь ударил гром. От сильного ветра одна из дверных створок распахнулась. Ворвавшийся ветер принялся гасить свечи и подымать с пола пыль. Его дуновение коснулось и лица священника, и по спине отчего-то пробежали мурашки. Будто какое-то зло вместе с собой принес этот ветер.
        Священник встал с колен и поспешил к дверям. В церкви царил полумрак, лишь несколько свечей, нетронутых проказником ветром, продолжали гореть.
        'А мне казалось, я запирал их на ключ', - подумал священник.
        Закрыв двери, он обернулся и от неожиданности вздрогнул. Перед ним стоял человек, мужчина, одетый в черный костюм-тройку. В тусклом свете непогасших свечей священник сумел разглядеть этого человека. У незнакомца оказались длинные черные волосы, убранные в хвост, аккуратные усики и бородка колышком. В руках он сжимал черную трость с серебряным набалдашником в виде головы какого-то животного, похожего на собаку. Но самым удивительным в образе незнакомца были его глаза, агатовые, пронзающие насквозь и глядящие вглубь. Казалось, эти глаза обладали каким-то гипнотизирующим свойством, заставляющим тебя подчиняться их хозяину, знающему все твои тайны.
        'Сущий дьявол', - подумал священник и отвел взгляд.
        Будто прочтя его мысли, незнакомец улыбнулся и произнес:
        - Здравствуйте, святой отец.
        - Как вы сюда попали, и почему я этого не заметил?
        - Я люблю неожиданные и красивые появления.
        - Но что вы делаете здесь, в горах, посреди ночи?
        - Я пришел к вам.
        - Вы что, ночью поднялись на эту гору в такую грозу? Вы безумец, это же опасно! - Хотя про себя священник отметил, что одежда незнакомца сухая, следовательно, он попал сюда задолго до наступления грозы.
        - Поверьте мне, за то время, что я существую, я делал куда более безумные вещи.
        - И что вам от меня надо?
        Незнакомец лукаво улыбнулся:
        - Сегодня к вам приходила девушка. Мне очень интересно, что она вам сказала, и что вы ей ответили.
        Священника поразил этот вопрос.
        'Опять эта девушка, - подумал он. - Они что, продолжают издеваться надо мной? Наверное, это ее очередной дружок, и он решил тоже поиграть со мной'.
        Хотя что-то в этом странном незнакомце говорило священнику об обратном. Что-то в его облике отталкивало и настораживало. И почему-то Владимир решил ничего ему не говорить.
        - Да, действительно, сегодня ко мне приходила одна девушка. Она исповедовалась. И как священник я не могу выдавать тайну исповеди.
        - Любезный друг, вы не понимаете, - сказал незнакомец. - Эта девушка сумасшедшая, она сбежала из психиатрической лечебницы. А я за нее отвечаю, я врач, и должен вернуть ее обратно. Она опасна для общества. И чтобы вернуть ее в больницу я должен знать точно, что она вам сказала. Возможно, это поможет мне в ее поисках.
        'Я так и думал, что она сумасшедшая. Только в больную голову может прийти такой бред… Хотя этот тип не очень-то похож на психиатра. Не работает он ни в какой больнице и просто обманывает меня. К тому же, в нем есть что-то от Дьявола. Его глаза - будто глаза Дьявола… Нет, я ничего ему не скажу'.
        - Повторяю: я не могу разглашать тайну исповеди, - произнес священник. - К тому же эта девушка не сказала ничего такого, что помогло бы вам помочь ее отыскать.
        - Позвольте об этом судить мне. Вы поймите, она очень-очень опасна. Я бы даже мог вам хорошенько заплатить…
        - Я не намерен торговаться. Я же сказал: нет!
        - Значит принципиальный, - пожал плечами незнакомец. - Ну, тем хуже для тебя! - И глаза Черного Человека блеснули адским пламенем.
        - Что вы себе позволяете? Вы ведь в храме Божьем!
        Черный Человек развернулся и сделал пару шагов вглубь церкви. Затем он вновь повернулся к священнику и, воздев руки, сказал:
        - И вот это ты называешь храмом Божьим?! - Черный Человек рассмеялся. - Ты не видел настоящих храмов таких, какие воздвигал Соломон или Иоанн Грозный. Вот это были храмы! А это лишь жалкая лачужка, в которую твой Бог никогда и не заглянет! Пойми, глупец, время Бога прошло, в него больше никто не верит! Рай рушится, и ангелы падают с небес, как перезревшие виноградины, а виноваты в этом его любимые создания, вы - люди! А теперь выкладывай, что тебе сказал этот заблудший ангел!
        - Кто вы такой? - испуганно пролепетал священник.
        - Кто я такой? Так ты еще этого не понял? Пророк и тот был посообразительней. Небеса вечно выбирают глупцов себе во служение. Так слушай же: я тот, чье царствие грядет, я тот, кто скоро станет единственным хозяином ваших душ!
        - Не может быть…
        - Почему же, не может? Может, еще как может. А теперь говори!
        - Ни за что!
        - Глупец! - рассмеялся Черный Человек и вновь воздел руки, ладонями вверх. В них вспыхнул огонь, пополз вниз по рукам, и вскоре охватил всего Черного Человека. Затем пламя перекинулось на пол и начало расползаться, поджигая все на своем пути.
        Священник замер, завороженно глядя на Черного Человека, объятого пламенем, которое не причиняло тому никакого вреда. А Черный Человек улыбался своей лукавой улыбкой и пристально смотрел в глаза Владимиру.
        - Нет, ты скажешь, никто не в силах противиться мне.
        Священник ощутил, как в его мозг кто-то проникает. Казалось, сознание перестало повиноваться, и полностью перешло под контроль этого странного незнакомца. Из последних сил, стараясь сохранить над собой контроль, Владимир зашептал:
        - Отец наш небесный! Да святится имя Твое; да придет Царствие Твое; да будет воля Твоя…
        Но Черный Человек все так же продолжал улыбаться. А пламя распространялось по всей церкви, вот уже и стены горели, и образа. Священник ощутил жар пламени и понял, что вся церковь уже объята огнем… А Черный Человек все также пристально продолжал смотреть на Владимира своими пронзающими насквозь глазами.
        И этим глазам нельзя было не подчиниться.
        - Она назвала себя ангелом, упавшим с небес, - сдаваясь чужой воле, пролепетал священник. - Я не поверил ей и…
        - Это я и хотел услышать, - улыбнулся Черный Человек. - Значит ты все-таки прогнал ее… Какие же вы глупые - люди. Никогда не верите правде!
        Он рассмеялся, и его оглушительный смех заполнил все вокруг. Казалось, он звучал из каждого уголка и был везде.
        Огонь уже полыхал вовсю. Он дотянулся до потолка и вырывался из окон, стараясь выбраться наружу и захватить все, что только можно.
        И тут крыша обрушилась.

37.
        Катя и Макс вернулись домой лишь под вечер. Они поели и улеглись спать. Утром парня ждала работа, а у Кати не было никакого желания разговаривать или заниматься чем-то другим, поскольку она ощущала себя полностью потерянной.
        Добравшись до кровати, девушка думала, что сразу же провалится в сон, но этого не случилось. Тревожные мысли не покидали ее, отгоняя дремоту и не давая расслабиться.
        Катя стала перебирать в памяти все услышанное за день и не могла поверить, что все это произошло с ее миром, миром, где она когда-то родилась, выросла и погибла, а потом благодаря провидению или трагической случайности вновь оказалась в нем. Теперь она знала, отчего Вера людей пошатнулась и что привело к разрушению Рая, хотя, что стояло за всем этим для нее по-прежнему оставалось тайной. Была ли виной всему только ошибка людей, и их неверное суждение или, может быть, сам Владыка Тьмы приложил к этому руку.
        'Хотя нет, - сказала она себе. - Дьявол, как называют его люди, не мог этого сделать, ведь он Тьма, а Свет и Тьма едины, это, как две стороны одной монеты, одно не может существовать без другого и неминуемое разрушение одного приведет к мгновенному уничтожению другого. Когда Господь даровал людям свободу воли, он сделал уязвимым и себя и тот незримый мир, в котором обитают ангелы, сделав его напрямую зависимым от людской Веры. Но теперь Вера людей исчерпала себя, Рай рушится, а значит, посмертие тоже отменяется. Души тех, кто уже умер, не могут долго находиться на этой земле живых, они обязаны уйти. Но куда? если это 'куда' гибнет!.. Только в небытие!' - приходил пугающий ответ.
        Катя боялась этого, поскольку знала, что там уже не будет ничего, ни тела, ни мыслей, ни сознания. В небытие нет ничего, только пустота, великое и всеобъемлющее Ничто. Но другого пути для себя девушка сейчас не видела.
        'Что ж значит, я скоро умру вторично, - подумала она. - А моя душа просто исчезнет, растворится в небытии. И что потеряет мир после моей смерти?.. Когда мы умираем, с нами умирают и те события, очевидцами которых мы являлись. Наши глаза закрываются в последний раз, и наши воспоминания исчезают вместе с нами. Так было и сотни, и тысячи лет назад… Когда в глазах тех, кто были очевидцами строительства пирамид, тех, кто видели взятие Трои и наблюдал за языческими ритуалами индейцев майя, гас огонь… С ними уходили, чтобы никогда больше не вернуться, те образы, которые они сохранили в своей памяти… Но их воспоминания не исчезли бесследно, как считают ученые. Покинувшая этот мир душа бережно сохраняет память обо всем пережитом - неважно, куда она попадает после смерти… Моя же душа вскоре безвозвратно исчезнет. И какие воспоминания уйдут вместе со мной, когда я в последний раз закрою глаза? Каких образов лишится мир после моего исчезновения? Наверное, это будут воспоминания о моем времени… Лица родителей и младшего братика, запах лета и свежескошенной травы на лугу, тот чудный рассвет, который я когда-то
наблюдала или чарующий хоровод снежинок, опускающихся на заснеженную тайгу. А может, это будут девичьи секреты, которыми мы делились с Вероникой… Немного? Но это все мое, это мои воспоминания, я люблю их и они очень дороги мне! Жаль покидать этот мир, зная, что все, что ты накопила в памяти и сердце, исчезнет вместе с тобой…'
        Катя заплакала, по ее щекам побежали слезы, и она уткнулась в подушку, чтобы Макс, спавший, в соседней комнате не услышал ее всхлипываний.
        'Странно, - подумала она. - И никаких мыслей сожаления о потерянном Рае и чувстве полета, который я когда-то так любила. Как будто все мои воспоминания, накопленные там, на Небесах гибнут вместе с их разрушением. Возможно, потеряв крылья, я все больше и больше становлюсь похожей на человека?!'
        Хотя чувство полета в ее памяти оказалось все так же свежо, как и после первого раза. Катя помнила, как когда-то за ее спиной в порывах ветра колыхались белоснежные крылья. Помнила, как они скользили в потоках ветра и управляли полетом. Эти крылья были частью ее, она ощущала их, как руки или ноги и любила, как неотъемлемую частичку себя. Перья были белоснежные и такие мягкие, что укутавшись ими можно было согреться, как под теплым одеялом. Хотя крылья дарованы ангелам не для этого, а как раз таки для полета, который Катя любила больше всего - там в Раю. Летать в облаках над райскими пущами и небесной обителью было истинным уделом ангелов.
        И она летала, летала по-настоящему, сквозь облака. То, отдаваясь свободному полету, то замирая и камнем падая вниз, а затем в самый последний момент, расправляя крылья и устремляясь ввысь. Голову захватывало от таких кульбитов и скоростей, что развивали ее такие на первый взгляд хрупкие, но на самом деле сильные крылья.
        Еще Катя любила купаться в солнечном зареве. Когда утренняя звезда вставала над миром, она устремлялась как можно ближе к светилу и купалась в его лучах. Теплые потоки приятно гладили нежную кожу, а белоснежные крылья, будто жемчужные, переливались в солнечных лучах.
        Возможно, это было высшей благодатью, дарованной ангелам - летать меж звезд и небесных светил, пронзать облака и купаться в солнечных лучах и оттуда свысока взирать на мир, созданный Богом. В такие минуты то краткое время, что она когда-то была человеком, казалось ей незначительным. Жизнь - это всего лишь путь за ее грань! - знала она. Хотя от того, как ты пройдешь этот путь, зависит и твое посмертие. Кем тебе суждено стать после смерти? Куда попадет твоя душа после священного суда, когда одна из чаш твоих поступков перевесит другую, в Рай или Ад? Но даже если ты и достоин Рая, это еще не значит, что ты станешь истинным ангелом. Душа, удостоившаяся чести стать ангелом, должна быть по-настоящему чистой и незамутненной.
        Именно такой оказалась ее душа. Она не просто попала в Райский сад, а оказалась одной из тех немногих кому были дарованы крылья и честь летать под облаками и проноситься над Раем. Выше нее стояли только архангелы, но они были другими! Не просто душами награжденными крыльями. Крылья были их частью от рождения, от момента сотворения, и они были приближены к Богу и посвящены в тайны мироздания, тогда как простые ангелы были лишены этих знаний и были счастливы, пребывая здесь в Раю среди неба и звезд.
        Но, а сейчас, в эту ночь, ей отчего-то стало жалко не тех воспоминаний о Рае и полете, что она познала, вступив за грань. Сейчас, ей было жалко терять совсем другие осколки памяти, казавшиеся такими далекими, такими простыми, но в то же время важными и дорогими сердцу. И даже ее новые, последние воспоминания, связанные с пребыванием на земле, пусть даже эта земля превратилась в такое страшное и отвратительное место, казались ей тоже важными. Ведь, несмотря на весь этот новый мир, все его страхи и ужасы, Катя с удивлением для себя обнаружила, что кое от каких воспоминаний она бы ни отказалась никогда. И этими приятными воспоминаниями оказались часы и минуты, проведенные с Максом: их прогулки по городу, вечер на крыше небоскреба, совместное чтение и милые беседы. Макс был добр к ней и внимателен, он спас ее, приютил и ничего не просил взамен. За это девушка чувствовала искренне благодарность к парню. И лишь при одной мысли, что его образ померкнет в памяти после того, как она уйдет в небытие, у Кати сжималось сердце.
        'Неужели все будет именно так?' - уже в который раз задала она себе этот вопрос. И ответ, казалось, был ведом, но ничего хорошего он не сулил.
        Девушка в очередной раз всхлипнула и уткнулась лицом в мокрую от слез подушку.

38.
        Священник не мог понять, где находится. Он озирался по сторонам, но кроме серых свинцовых облаков ничего не видел. Облака были повсюду, они окружали его, парили в воздухе. Владимир ступал по ним, и на поверхности, будто на снегу, оставались следы его башмаков. В воздухе пахло утренней свежестью, будто после долгого проливного дождя.
        'Неужели я умер и попал на небеса? - подумал он. - Но тогда почему облака такие серые? И почему здесь никого нет?'
        Ответов на эти вопросы священник не знал. Но в том, что он умер, отец Владимир не сомневался ни секунды и поэтому без страха пошел вперед. Он шел долго, но ничего вокруг не менялось: он видел одни только серые облака. Тут ему стало грустно, и тогда он сел и заплакал.
        'Неужели на небесах никого нет? - подумал он. - Неужели все стали такими грешниками, что никто не удостаивается чести попасть в Рай? Но этого просто не может быть! Ведь остались еще те, кто верит, кто чтит Бога?! И где те, кто попал сюда раньше? Где праведники и святые?'
        Отец Владимир поднял голову и неожиданно увидел вдалеке врата. Он потер глаза, но врата не исчезли, это был не мираж. Тогда он встал и побрел вперед.
        'Как же глуп я был, - подумал он. - Я просто не дошел до Рая'.
        Священнику стало стыдно, что он усомнился, и он искренне укорил себя за это.
        Когда отец Владимир достиг входа в Рай, увиденное ошеломило его. Большие кованые врата, которым полагалось сиять золотом и быть открытыми, оказались заперты, а их решетки проржавели. Священник подошел к ним вплотную и заглянул внутрь сквозь металлические прутья. Но то, что он увидел за вратами, совсем не походило на Рай, каким представлял его себе отец Владимир. Там тоже были облака, но какие-то тонкие и рваные. Сквозь прорехи священник увидел землю, черную, погрязшую в грехе и безверии. Смотреть вниз было страшно, но очутиться в этом пустом Раю, казалось отчего-то еще страшнее. Отец Владимир подумал, что стоит ему ступить туда, как он сразу же провалится и упадет вниз на землю.
        - Теперь ты видишь, к чему привело безверие людей, - неожиданно раздался позади чей-то голос.
        Священник обернулся и увидел перед собой высокого и мускулистого мужчину с мечом в руке и в золотом нагруднике, как во времена каких-нибудь римлян. Но это был не человек. Из спины мужчины вырывались большие белоснежные крылья, которые гордо покачивались в такт дуновения ветра.
        - Кто ты? - спросил священник.
        - А ты не догадываешься? - сказал ангел. - Я страж Рая и тот, кому доверено говорить с людьми от имени Господа!
        - Ты архангел Гавриил?!
        - Верно. Теперь ты видишь, что стало с Раем? Те редкие гости, что попадают сюда, надолго здесь не задерживаются. Они падают вниз и их души мечутся по земле. Если они теряют крылья, то на время становятся обычными людьми, а потом уходят в Небытие.
        - И это все от безверия? - ужаснулся отец Владимир.
        - Да. Вера очень сильная вещь, она веками поддерживала Рай и сдерживала Ад. Пока была Вера, была и гармония. Но Падший коварен, не зря его называют отцом лжи. Он заставил людей потерять Веру, и теперь Рай рушится.
        - Но ведь если люди перестали верить, и Рай рушится, значит, с Адом творится то же самое?
        - В твоих словах есть правд, - согласился архангел. - Ад тоже рушится, однако те, кто там находятся, не могут выйти на поверхность, пока есть Седьмая печать, сдерживающая врата Ада. Но есть способ взломать эту печать, и если Падшему это удастся, то все грешники хлынут на поверхность и тогда весь мир станет Адом, и придет его царствие, и небеса уже не восстановятся.
        - Это ужасно.
        - Да, это будет ужасно. Поэтому ты должен помешать ему.
        - Я? - удивился священник. - Но что я могу?
        - Ты можешь защитить седьмого ангела, ту, которая приходила к тебе накануне. Она последняя, седьмая душа, которая нужна Падшему, чтобы взломать Печать. Если он заполучит ее, то все пропало.
        - Боже, как же я был глуп, что прогнал ее, - воскликнул отец Владимир. - Я не поверил ей… Нет мне прощения!
        - Не кори себя. Тогда ты был не готов. Сейчас все изменилось, ты смотрел в глаза злу, ты видел Рай, вернее, то, что от него осталось. Ты стал сильнее, даже не представляешь, насколько. Теперь ты готов. И тебе пора вернуться на землю, чтобы помочь седьмому ангелу.
        - Но где я найду ее?
        - Ступай туда, где восходит солнце, ступай туда, где живут твои братья и где стоит главный и последний оплот веры…
        Священник хотел еще что-то спросить у архангела, но в глаза хлынул яркий свет, и все вокруг стало таять. Голос Гавриила становился все слабее и слабее, казалось, он раздавался откуда-то издалека, едва пробиваясь сквозь шум ливня…
        …Отец Владимир открыл глаза и ощутил на лице капли дождя. Он лежал посреди пепелища, в которое превратилась церковь. Но почему-то был жив - огонь не тронул его. Дождь утих, и над собой он видел утреннее небо. Тени ночи таяли под лучами встающего солнца. Свет проник и в его сердце, и в нем вспыхнула новая надежда.
        Священник поднялся и зашагал вниз к подножию горы. Теперь он не чувствовал себя таким никчемным и одиноким, как раньше. Теперь позади себя он ощущал силу, а в сердце его теплилась надежда. И он знал, что сделает все, чтобы не дать Черному Человеку открыть врата Ада и погрузить мир во тьму.

39.
        "Наконец-то они зашевелились", - подумал майор Тимофеев.
        Только что ему сообщили по рации, что банда Колчана вместе с предводителем покинула здание старой мэрии и, погрузившись в черный фургон куда-то направилась. Неприметная машина, в которой находился майор с помощником, была готова встретить этот фургон у въезда в Новый Город, и приступить к слежке.
        Черный фургон с тонированными стеклами подъехал к перекрестку и остановился у светофора. Сзади пристроился серый неприметный автомобиль, каких было полным-полно на дорогах Нового Города. Водитель, сидевший за рулем фургона, равнодушно посмотрел в зеркало заднего вида. Загорелся зеленый сигнал, и бандит нажал на педаль газа. Серый автомобиль двинулся следом.
        - Интересно, куда это они едут? - спросил Сергей.
        - Не знаю, - отозвался майор. - Но думаю, что у них важное дело, раз уж сам Колчан с ними. Он покидает свое логово только в самом крайнем случае. Надеюсь, что-то серьезное, за что их можно будет взять и упрятать за решетку.
        - Может, они снова будут встречаться с тем черным, только теперь уже на его территории? И нам, наконец, удастся его нормально сфотографировать?
        - Все возможно, - кивнул Тимофеев.
        Образ Черного Человека никак не выходил у майора из головы, он постоянно думал о нем, пытаясь понять, кто же это такой и как связан с бандой Колчана. Ни на одном из сделанных снимков, Черный Человек не получился. Вернее, он на фотографиях присутствовал, но вместо лица чернело пятно. И это выглядело не случайностью. Да и экспертиза дала неожиданные результаты. Порошок, найденный возле тел мертвых наркоманов, оказался героином, но гораздо более чистым и сильным по воздействию, чем обычный героин. Попади такой на рынок, он бы смог наводнить весь мир. Но какие химики смогли его создать? И откуда у Колчана, этого провинциального бандита, доступ к такому товару?
        Фургон, в котором находился Колчан и его банда, остановился возле жилого дома. Майор припарковался неподалеку. Сергей достал фотоаппарат и приготовился делать снимки. Но из черного фургона никто не выходил, автомобиль оставался стоять с включенным двигателем.

40.
        Весь день, Катя провалялась на диване. Сил и желания что-то делать у нее не было, да и зачем, говорила себе девушка, если я и так скоро исчезну.
        Неожиданно зазвонил телефон. Катя поднялась, сняла трубку и услышала голос Макса:
        - Привет. Я еду домой. Ты бы не могла встретить меня на улице, на углу дома.
        - Конечно, могу.
        - Хорошо, тогда жди меня через десять минут. - И не дождавшись ответа, Макс положил трубку.
        "Странно как-то, - подумала девушка. - Какой-то он необычный сегодня. Может, что-то случилось? Да и почему именно на углу дома?"
        Катя вышла из дверей подъезда и медленно зашагала по тротуару мимо припаркованных автомобилей и спешащих куда-то людей. Она задумчиво шла вперед, глядя под ноги. Неожиданно девушка в кого-то врезалась. Она подняла голову вверх и машинально произнесла:
        - Извините я…
        И вдруг какое-то необъяснимое чувство страха нахлынуло на нее. Перед ней стоял обыкновенный мужчина в черном костюме-тройке с длинными волосами цвета вороньего пера, убранными в хвост, усиками и маленькой бородкой колышком. Мужчина лукаво улыбался и как-то странно смотрел на Катю. Взгляд этих черных глаз напугал девушку, он будто проникал внутрь и читал ее мысли. Было в нем, что-то древнее, первозданное и одновременно дьявольское, казалось, эти глаза не знали сострадания и получали удовольствие лишь от созерцания боли. Катя отшатнулась, ей захотелось бежать. Но этот странный человек остановил ее, он спокойно взял ее за руку и произнес:
        - Нет, это вы извините. Это моя вина, я задумался и не заметил вас.
        Он еще раз улыбнулся и спокойно зашагал дальше. А Катя осталась стоять на том же самом месте, глядя ему вслед. Казалась, она уже где-то видела этого человека и теперь пыталась вспомнить где. Он шел по улице, но внезапно вновь остановился и, обернувшись, посмотрел на Катю, и вдруг его глаза наполнились огнем, а губы что-то беззвучно прошептали. Девушка вздрогнула, она не слышала слов, что произнес этот человек, но казалось, будто их значение донес до нее ветер.
        "Ты моя", - были его слова.
        И Катя поняла, где же она видела этого человека. Но человека ли?.. ведь это было просто невозможно. Когда Катя вместе с семьей попала в автомобильную катастрофу, он был там. Этот человек стоял на обочине и наблюдал за последними минутами ее жизни…
        Она была ошеломлена, она не видела и не слышала ничего вокруг. Вдруг кто-то схватил ее сзади, и девушка закричала.

41.
        Макс свернул на улицу, ведущую к его дому. Денек выдался не из легких, пришлось помотаться по городу. И теперь хотелось только побыстрее залезть под душ, а потом поужинать и завалиться на диван.
        Возле подъезда он увидел Катю и какого-то странного мужчину в черном костюме. Тот, что-то сказал девушке и пошел дальше.
        "Наверное, спросил дорогу, - подумал Макс. - Он ни похож на местного, наверняка, иностранец".
        Но девушка почему-то осталась стоять на месте и задумчиво смотрела иностранцу вслед. Мужчина немного прошел вперед, а затем обернулся, и Макс увидел его взгляд. Казалось, что в этих глазах бушевало пламя. Если бы Макс верил в Бога, то сейчас бы непременно подумал, что перед ним сам Дьявол. Парень вздрогнул и поспешил отогнать от себя глупые мысли. Он слез с мотоцикла и зашагал к Кате. Уже было хотел окликнуть ее, но вдруг увидел, как дверь фургона, стоящего позади девушки, внезапно распахнулась, и какой-то мужчина схватил ее. Катя закричала, и Макс, что есть силы, рванул к ней на помощь.
        В два счета он оказался возле жертвы и ее похитителя. Не теряя времени, парень ударил мужчину в лицо, и тот выпустил Катю из объятий.
        - С тобой все в порядке?
        - Да, - ответила девушка. - Макс берегись!..
        Он резко развернулся на месте, и тут же получил удар ногой в живот. Не сумел удержаться на ногах и упал. Катя кинулась к нему. Но из фургона выбрались еще двое и схватили ее.
        - Ну, что, фраерок, вот мы и встретились? - сухо усмехнулся один из бандитов с седыми коротко стрижеными волосами. Глаза у него были невыразительными, как у человека, давно потерявшего вкус к жизни.
        - Колчан?! - пробормотал Макс и попытался подняться.
        - Да. И я пришел получить должок. - С этими словами Колчан пнул Макса в живот, и парень опять упал и закашлялся.
        - Ты что же думал, я тебя не найду? Понимаю, дело то прошлое, но от меня еще никто не убегал. А своим поступком ты меня очень сильно разозлил. - И Колчан в очередной раз пнул Макса.
        - Пожалуйста, не бейте его, - взмолилась Катя. - Вы ведь не звери какие-то!
        - Заткнись, сука! - гаркнул на нее один из бандитов.
        - Колчан, отпусти ее, - попросил Макс. - Она здесь ни при чем.
        - Ошибаешься, - ухмыльнулся главарь банды. - Она-то как раз здесь и при чем! В машину ее!
        И двое бандитов потащили Катю к фургону.

42.
        Майор Тимофеев и Сергей продолжали наблюдать за черным фургоном, в котором сидели Колчан и его банда. Бандиты вели себя тихо, и казалось, чего-то выжидали. Майор перебрал все возможные варианты их пребывания здесь, но ничего не подходило. Это был ничем не примечательный жилой район города, без административных зданий и банков, на которые могли бы покусится бандиты. В домах здесь жили обычные люди, а не какие-нибудь богачи или политики, так что похищение или убийство тоже отметалось. В общем, обычный тихий район, каких полно в Новом Городе.
        "Так что же им тут все-таки понадобилось?" - думал майор.
        И неожиданно он увидел знакомую фигуру, спокойно прогуливающуюся по тротуару. Это был тот самый странный человек в черном, запомнившейся майору еще по Старому Городу и оставивший после себя столько загадок.
        - Снимай его, - приказал Тимофеев Сергею. - И смотри, чтобы в этот раз фотографии получились нормальные!
        - Вообще-то, в прошлый раз не я снимал, - обиженно ответил Сергей и щелкнул фотоаппаратом.
        - Не важно, - отмахнулся майор. - Значит, опять он. Теперь понятно, кого они здесь ждали.
        Но человек в черном прошел мимо фургона, даже не взглянув на него. Неожиданно в него врезалась какая-то молодая девушка. Они обменялись с ней парой фраз, и Черный зашагал дальше. Майор разглядел как из фургона вышел один из бандитов и направился к девушке. Черный же как ни в чем не бывало двинулся дальше, но потом вдруг остановился и быстро обернулся. Увидев его глаза, Тимофеев вздрогнул, таких глаз он не видел никогда. Даже глаза самого полоумного маньяка, по сравнению с этими глазами, казались глазами ангела. И вдруг, вышедший из машины бандит схватил девушку.
        - Что за черт?! - удивился майор. Он не ожидал такого поворота событий и не понимал причем здесь безобидная девушка. Он вновь перевел взгляд на подозреваемого, но его уже и след простыл.
        - Где он? - изумился Тимофеев.
        - Не знаю, - залепетал Сергей. - Я на секунду отвлекся, а его уже нету.
        А бандит тем временем уже волочил девушку к фургону, но тут неожиданно появился еще один персонаж. Молодой парень накинулся на похитителя девушки и одним точным ударом сбил его с ног. Затем он повернулся к подруге, но тут уже вся остальная банда вылезла из машины и накинулась на парня.
        - Ну, это уже полный беспредел, - передергивая затвор пистолета, сказал майор. - Я это так просто оставить не могу. Серега, вызывай подкрепление, а я постараюсь что-нибудь сделать.
        Майор выскочил из машины и с оружием в руке направился к фургону.
        - Стоять! Полиция! - крикнул он.
        Но никто из банды не собирался оставаться на месте. Один выхватил пистолет и прицелился, но майор опередил его. Он стрелял в плечо, стараясь ранить, но не убить, хотя знал, что его жалеть никто не будет.
        Редкие прохожие, заслышав выстрел, разбежались. Подстреленный бандит схватился за плечо. Колчан бросился за фургон. Второй преступник тоже выхватил пистолет, но парень, лежащий на тротуаре, сбил его с ног подсечкой и отшвырнул оружие в сторону. Из фургона выскочил еще один член банды Колчана и наставил пистолет на парня. Майор вновь выстрелил. Теперь он целил в голову, жизнь невиновного он ценил куда выше, чем жизнь преступника. Бандит упал, а парень, схватив девушку за руку, побежал к полицейской машине. Майор тоже отступил.
        Странная парочка спрятались за машиной, Тимофеев последовал их примеру. Они оказались друг напротив друга, только по разные стороны дороги. Майор рассмотрел пострадавших, они казались невредимыми, но он все же крикнул:
        - Как вы?
        - С ними все в порядке!.. - выкрикнул Сергей.
        Он уже сидел за машиной, там же где укрылась и странная парочка.
        - Подкрепление сейчас будет, - доложил Сергей.
        И тут из-за фургона открыл стрельбу Колчан. Пули разбили стекла в дверцах автомобиля.
        - Тебе никогда не взять меня, легавый! - прокричал Колчан.
        - Мы это еще посмотрим, - процедил майор.
        Тимофеев попытался еще раз выглянуть из укрытия, но ему это снова не удалось. Колчан держал его на прицеле. В этот раз пуля угодила в зеркало автомобиля. Осколки посыпались на тротуар, и в их отражении майор разглядел серые облака. Он поднял голову вверх и увидел свинцовые тучи, быстро заволакивающие небо. Казалось, что этими тучами управлял, кто-то свыше, своею всесильной рукой, быстро надвигая их на город. Еще мгновение и на лицо Тимофеева, упали первые капли дождя.
        "Ну, этого еще не хватало, - подумал он. - Теперь сиди здесь и мокни, дожидаясь подкрепления".
        Но звук сирены уже разносился по улицам. С каждой минутой он становился все громче и громче. Дождь тоже усиливался, теперь он уже превратился в ливень, и на асфальте стали появляться лужи. Парень снял куртку и накинул ее на плечи девушке. Он прижимал подругу к себе, а капли дождя барабанили по его кожанки, накинутой на ее плечи.
        - Что, легавый, подкрепление вызвал! - Сквозь шум дождя, донесся до майора, выкрик Колчана. - Сам справится, не можешь?!
        Тимофеев не ответил и тогда Колчан продолжил:
        - Знаешь, легавый, тюрьма мой дом родной… - бандит сделал паузу и продолжил, - но меня туда, что-то больше не тянет, так что живым тебе меня не видать…
        И Тимофеев услышал всплески воды от быстро бегущих ног. Колчан бежал к нему, а в руках у главаря банды поблескивали два серебряных пистолета.
        "Похоже он решил закончить свою жизнь, забрав нас с собой, - мелькнуло в голове майора. - Но это ему не удастся!"
        Не теряя времени, Тимофеев выскочил из убежища и, почти не целясь, выстрелил. Все равно при таком проливном дожде прицелиться нормально было почти невозможно. Колчан тоже успел выпустить пули из пистолетов. Одна из них пролетела возле виска майора, но не задела его. А вот пуля майора нашла цель. Тимофеев увидел, как брызнула кровь, и бандит упал на мокрый асфальт.
        Почти в этот же самый момент с обеих сторон улицы подъехали полицейские фургоны, и из них высыпали стражи закона в черных бронежилетах с автоматами и в масках.
        "Долго же вы ехали, ребята", - подумал майор.
        Он зашагал к телу Колчана, а его взгляд был устремлен вниз на лужи, в которых отражались синие и красные огоньки мигалок. В их свете Тимофеев видел и свое отражение, и отражение небоскребов, нависших над головой, и небо, темное, свинцовое небо.
        Майор подошел к телу Колчана, распростертому на асфальте, и лежащему в луже крови. Ворот рубахи оказался распахнут, а грудь синяя от татуировок была обнажена. Но не это привлекло внимание майора, а то, что висело на груди у бандита. А там, на черном кожаном шнурке висел старый оловянный крестик.

43.
        Черный, как ночь, ворон сидел на карнизе дома и смотрел вниз. В его глазах отражалась улица, где еще несколько минут назад происходила самая настоящая бойня. Сейчас же все было кончено, его прислужники потерпели неудачу, и вся улица оказалась отцеплена полицией. Ярко сверкали красно-синие огни мигалок, отражаясь в окнах домов, в стеклах автомобилей и в глазах ворона. Внизу суетились люди в полицейской форме, надевая на преступников наручники и опрашивая немногих свидетелей. Девушку и парня они усадили в автомобиль, теперь их ждало очень много вопросов.
        И опять все получилось не так, как ему хотелось. Его план потерпел неудачу и опять из-за вмешательства посторонних. Видно Небеса из последних сил пытаются помешать ему. В-первый раз они послали заблудшему ангелу на помощь этого парня, во второй раз заставали этого майора встать на ее защиту. Наверняка Небеса потратили на подобную помощь очень много сил, тем самым, ускорив свою гибель. А раз они помогли ей дважды, значит, помогут и в третий.
        "Интересно, какой козырь они заготовили напоследок? - подумал Черный Человек. - Ведь Свет никогда не отличался оригинальностью".
        Даже в этот раз.
        Да, сегодня они спасли ее, но он был к этому готов. И пусть его план не удался, но кое-чего он добился, а именно, направил заблудшего ангела на путь, нужный ему. Он предстал перед ней, и теперь она напугана. Ангел поняла, кто он. И теперь ей не остается ничего другого, как бежать, бежать далеко, туда, где она думает, он не сможет до нее дотянуться. Хотя, конечно же, такого места не существует, но она не знает этого. Она часть Света, а Свет так предсказуем, иногда он сам действует во имя Тьмы, не осознавая того. Так было часто и история полна подобных примеров, именно поэтому совершались Крестовые Походы, и именно из-за этого возникла Инквизиция. А теперь и этот ангел сделает то, что нужно ему.
        Внизу люди в форме закончили все дела и, погрузившись в автомобили, стали разъезжаться. Черный Человек видел, что девушку и парня полицейские повезли с собой, конечно же, в участок. Но ворон не полетел за автомобилем, ему это было не нужно, он знал, что ангел теперь будет делать то, что необходимо лично ему. А участок и этот майор, что стал у него на пути… ну что ж, туда он тоже наведается, но не сейчас. Пусть пока майор тоже немного послужит его цели. А он будет делать то, что у него получалось лучше всего, то из-за чего ему бы позавидовал даже сам Бог. Он будет ждать!

44.
        Катю и Макса привезли в участок. Там у них сняли отпечатки пальцев, после чего усадили в мягкие кресла и приказали ожидать.
        - Да что это они так с нами? - пробормотал Макс. - Мы что, преступники какие-то?
        А Катя молчала, ее мысли были заняты совсем другим. А именно Черным Человеком, так неожиданно появившимся у нее на пути! Девушка вспомнила его и поняла кто это! И теперь она ни минуты не сомневалась, что все произошедшее это его рук делом… 'Но вот вопрос зачем?.. Впрочем, мало ли какие могут быть причины у сил Тьмы!.. Например, моя душа!.'. Хотя в это Кате поверилось с трудом. '…Стал бы ради этого Черный Человек покидать свою обитель?! Нет! Тут что-то другое, куда более глубокое. Только вот что?', - девушка попыталась себя успокоить и поразмыслить о замыслах высших сил, но у нее ничего не вышло. Ее человеческая часть быстро пришло к осознанию, что Черному Человеку нужна ее душа!
        Внезапно Кате стало страшно, так страшно, как не было еще никогда. За ней гонится сам Черный Человек, сам владыка Ада, и ему нужна ее душа! А это значит, что он не остановится ни перед чем и будет убивать всех, кто попытается ей помочь!
        'О Боже, Макс! - почти воскликнула Катя, бросив взгляд, из под опущенных волос, на почему-то укоряющего себя парня. - Теперь ты тоже в опасности! Я навлекла на тебя беду. Но поверь, я этого не хотела…'
        - Катя, прости меня, - вновь произнес Макс и вывел девушку из размышлений.
        - Простить? За что? - с трудом вымолвила она.
        - Это я виноват в том, что эти ублюдки напали на тебя!
        - Ты? - удивилась Катя. - Но почему?
        - Помнишь, я рассказывал тебе о том, как жил на улицах Старом Городе, пока не встретил Макара?
        Катя кивнула.
        - Ну вот. Когда его бизнес стал приносить убытки, я занял большую сумму у местного криминального авторитета, по клички Колчан. Это он и его люди напали на нас сегодня… Поверь мне, Колчан был страшным человеком. Когда я занимал у него деньги, он поставил мне одно условие, либо я отдаю деньги вовремя, либо работаю на него. Но Макар умер, и я не успел ему помочь. Снова возвращаться на улицу мне не захотелось, а идти работать на Колчана, мне хотелось еще меньше, и я просто сбежал, сбежал с этими деньгами! Я думал, они не найдут меня, но я ошибался… Прости!… Из-за моей глупости чуть не пострадала ты. Прости меня, я…
        'Бедный Макс, - подумала Катя. - Он думает, что все случившееся произошло по его вине'.
        В этот момент Кате вновь захотелось все ему рассказать. Рассказать, кто она и как очутилась в этом мире, рассказать о Черном Человеке и о том, кто был истинной целью этих бандитов. Ей захотелось сказать ему, что он ни в чем не виноват!.. Но она не смогла. Поступив так, она бы подставила его под очередной, куда более сильный удар!
        - Катя, - продолжал Макс, - если тебя будут спрашивать, ты ничего не знаешь. Скажешь, что понятия не имеешь, кто эти люди и чего хотели. Хорошо?
        Девушка кивнула.
        - Если что, мы с тобой пара, любим друг друга и живем вместе, - Макс слегка покраснел.
        Это не осталось незамеченным девушкой, и она опустила глаза.
        'Господи, он влюбился в меня, - вдруг подумала Катя. - Как я раньше не догадалась? Наверное, я была слишком занята собой и своими проблемами!'
        Девушка почувствовала, как ее сердце забилось сильнее. Она всегда мечтала любить и быть любимой. Просто ей не повезло, она умерла, так и не познав настоящую любовь. Любовь была для нее чем-то таинственным, загадочным. И теперь она пыталась понять, какие же, собственно, чувства она испытывает к Максу.
        'Но какое это теперь имеет значение? - с горечью подумала Катя. - Оставаясь с ним, я подвергаю его опасности… Значит, мне нужно уйти. Ведь я не хочу, чтобы с ним что-то случилось'.
        К Кате и Максу подошел молодой парень в форме, тот самый, что был с человеком, убившим Колчана и спасшим их.
        - Максим, идемте за мной, - сказал он. - Нам нужно задать вам пару вопросов.
        Макс кивнул, поднялся, улыбнулся напоследок Кате и пошел вслед за полицейским.

45.
        - …Ну, хорошо, все ясно, - глядя в упор на парня, сказал майор. - Значит, на вас просто напали и кто они такие, и что от вас хотели, вы не знаете?
        Майор Тимофеев и Макс находились в маленькой тускло освещенной комнате. Посреди комнаты стоял стол и два стула, на одном из них сидел парень. Майор же расхаживал из угла в угол, задавая вопросы и то и дело бросая на допрашиваемого подозрительные взгляды. Позади Тимофеева во всю стену располагалось большое зеркало, Макс подозревал, что по ту сторону комнаты это зеркало было прозрачным, и сейчас за их беседой наблюдало еще несколько человек, но вслух свое предположения он не высказал.
        - …Да! Я вам уже в сотый раз повторяю, что не знаю, кто они такие и что им от нас было нужно.
        'Врешь ты все, - сказал про себя майор. - Не знаю о чем, но чувствую, врешь'.
        Сначала Тимофеев думал, что Макс курьер, продавал наркотики в Новом Городе и работал на банду Колчана. 'Скорее всего, они что-то не поделили, может быть, паренек обманул главаря и припрятал часть выручки, как это у них водится. А Колчан узнал об этом и решил наказать парня…' Но дальнейший разговор с Максом заставил майора отбросить эту версию. Парень не казался мелким наркоторговцем, таких Тимофеев видел насквозь. Но ведь что-то все же связывало его с бандой Колчана. Только вот что? Пока это оставалось для майора загадкой. Парень не хотел идти на контакт и попросту прикидывался жертвой. Тимофеев начал, что так просто ничего от него не добьется и поэтому, решив подождать, закончил:
        - Ну, хорошо, вы можете быть свободны. Только не покидайте город в ближайшие две недели.
        - Почему? Вы что, меня в чем-то подозреваете?
        - Нет. Но вы свидетель и пострадавший, и можете понадобиться следствию. Вы же не хотите, чтобы этих мерзавцев отпустили?
        - Нет, конечно.
        - Именно поэтому я и прошу вас никуда не исчезать.
        - Хорошо, не исчезну.
        - Тогда до свидания. Если что, мы вас вызовем.
        - Пока, - буркнул Макс и направился к двери.
        Когда Макс ушел, в комнате появился Сергей.
        - Ну, что, девчонку вести? - спросил он.
        - Веди, - сказал Тимофеев. - У меня к ней много вопросов.
        - Я и не сомневаюсь, - закрывая дверь, сказал Сергей.
        Майор сел на стул. Да, к этой девушке у него действительно было много вопросов. В частности главный - кто она такая? Ведь результаты отпечатков пальцев ничего не дали. А это выглядело очень странным, даже невероятным, поскольку в базе данных, которой располагала полиция, были отпечатки всех людей за последние сто лет рожденных или умерших, неважно. Выходило, что ее вообще не существовало или ее отпечатки пальцев были изменены специально хирургическим путем. Что тоже вызывало очень много вопросов.
        Дверь отворилась. Сергей пропустил внутрь Катю, а затем запер за ней.
        - Садитесь, - сказал майор.
        Девушка послушно села. Она была очень красива… Длинные черные волосы, челка слегка закрывала глаза, но Артем их видел. Глаза большие, живые и удивительно зеленые, как лужайка в горах, где-нибудь на севере Дании.
        …Как же он хотел уехать туда, где он это видел, туда, о чем будто напоминали ее глаза…
        'Как жаль, что этого места больше нет, - подумал Артем. - Там мне было так хорошо, как не было нигде… там был мой Рай!'
        - Ваше имя и фамилия? - между тем сказал он.
        - Катерина… Иванова…
        - Иванова… - Майор поднял брови.
        Девушка - лгала! Слишком уж долго думала, прежде чем назвать фамилию. Самую, наверное, распространенную в этих краях. Но это говорило и о том, что раньше ей не приходилось это скрывать.
        - Скажите гражданка, почему эти люди напали на вас? - задал Тимофеев новый вопрос.
        - Я не знаю…
        Майору показалось, что девушка выдавила эти слова из себя. Она опять лгала. Тимофеев видел это по ее взгляду опущенному вниз и долгому раздумью.
        - Ясно, - сказал Артем, он знал, что ни на нее, ни на парня у него нет никаких улик. И он не хотел скрывать это, ведь нет до поры до времени, как говорится. А сейчас он просто хотел поговорить, и чем больше он узнает об этих людях, тем лучше для общего дела.
        'До поры до времени я буду добреньким с тобой, дорогуша!' - сказал он себе.
        - Чем вы занимаетесь?
        - Я?…
        - Ну, да! Не я же!
        - Если честно, ничем, - задумавшись, ответила Катя.
        - А почему?
        - Я потеряла свой путь, - подумав, сказала девушка.
        - Это не ответ, это философия, - вздохнув, заметил майор. - Каждый может сказать о себя такое… И я тоже. Иногда и мне кажется, что давным-давно я сошел со своего пути и встать на него снова уже не в силах… Я имел в виду причины, а не абстрактные раздумья. - Таких размышлений из уст, угодивших к нему на допрос, Тимофеев слышал сотни.
        - Для меня это причина, - сказала Катя. - Я приехала в этот город и потерялась… Вы мне не поверите, но я не помню, откуда я… Макс приютил меня, теперь мы живем вместе. А кто эти люди, я не знаю…
        Тимофеев поднял на нее глаза. Она, кажется, не врала, просто выплеснула все сразу.
        'Неожиданно, - подумал майор. - И что толку с ней теперь разговаривать'.
        Его изумленные глаза смотрели на девушку. Та выглядела испуганной. Ему даже стало жаль ее, она походила на маленького беззащитного котенка…
        'Стоп, так нельзя', - дал себе команду Тимофеев.
        - Я вас больше не задерживаю, - наконец произнес он. - Думаю, вашей жизни сейчас ничего не угрожает. И вы можете вплотную заняться поиском своего пути!
        - Спасибо, - сказала Катя. - Я подумаю над этим.
        - Обязательно подумайте, - сказал Артем. - А пока до свидания.

46.
        Мышки на красном абажуре воровали у спящего кота молоко. Азазелло тихо спал в углу. Макс и Катя сидели и молчали. Катя думала, что делать дальше. Ей казалось, что лучшее решение - уйти. Уйти из жизни Макса, чтобы не испортить ее и не сломать, ведь у него и так все очень сложно и хрупко, а тут она. Ведь все это из-за нее.
        Она посмотрела на парня. После участка Макс сидел, уставившись в стену. Было понятно, что он винил себя за то, что случилось с ними. А девушка не могла разуверить его в обратном, поскольку от этого стало бы еще хуже.
        Поэтому рано утром Катя собралась, надела теплый розовый свитер, купленный вместе с Максом в каком-то стоке, и села на край дивана, на котором спал парень. Он мерно дышал и улыбался во сне.
        'Я обязательно должна исчезнуть, - думала она. - Я не могу позволить себе остаться и тем самым продолжать подвергать его опасности, он и так слишком много пережил в этой жизни'.
        Катя еще долго смотрела на него, потом, наконец, встала и тихо направилась к столу. Там она написала прощальную записку.
        'Все-таки я не могу так просто уйти, необъятная причин…', - решила она.
        После того как записка была написана Катя еще раз посмотрела на Макса и с грустью пошла к двери.
        Азазелло проснулся и радостно побежал за ней.
        - Прощай, малыш, - грустно сказала она, потрепав его по голове. - Я не могу тебя взять с собой, с Максом тебе будет намного лучше. Он говорил, что ты вырастешь большой и лохматый, как медведь, так что защищай его.
        Азазелло прижал уши и тихо заскулил, а Катя закрыла дверь.

47.
        Макс открыл глаза и увидел белый, но потускневший от старости потолок своей комнаты, а уже после пришло осознание вчерашнего дня. Да, вчера у него был ужасный день, его били, потом в него стреляли, а после всего этого его еще и полночи продержали в участке, где нагло обращались и подвергали допросу. 'Да, этот коп определенно понял, что я связан с Колчаном и нападение эти ублюдков было совершенно именно из-за меня, - думал Макс. - Ну и пусть, мне то что! Главное, что хоть с Катей ничего не случилось. А теперь, когда Колчан мертв мне нечего опасться!..'
        Но все равно вина за все произошедшее бередила его совесть и гадко зудила в сердце, будто предвещая что-то нехорошее.
        'И вот как только Колчан умудрились найти меня? - подумал Макс. - Я ведь замел следы всеми возможными способами, сменил фамилию и пустил слух, что уехал далеко и надолго… Возможно меня кто-то узнал! Да, наверное, так оно и есть… Эх, знал же, что не стоило здесь оставаться, а нужно валить, валить и как можно дальше! А нет-же, остался… Хотя, наверное, теперь я должен радоваться, что все так закончилось. Колчан убит. Банда за решеткой. И зря этот майор на меня так наседал, я ведь простой пострадавший… Но теперь все кончилось и наконец я могу вздохнуть свободно…'
        Но, предчувствие говорило Максу, что радоваться еще рано. И эта история только начинается.
        Неожиданно он сильно испугался за Катю. Макс встал с кровати и, натянув черные кожаные штаны, направился в зал, но там оказалось пусто. Диван был заправлен, а на столе лежала записка. Макс с содроганием сердца взял ее в руки и прочитал:
        Прости меня. Я должна уйти, так будет лучше для тебя. Во всем, что случилось, виновата лишь я одна. Без меня ты будешь в безопасности.
        Катя
        Парень остолбенел. Он не знал, что и делать.
        'Она ушла? Почему? - Глупый вопрос застрял в голове. - Почему она думает, что это все произошло из-за нее?'
        Такого просто не могло быть. У него с Колчаном старые счеты. Когда-то, когда он жил в Старом Городе, эти ублюдки правили его улицами. Макс сильно сомневался, что сейчас что-то там поменялось. Колчан хотел заполучить его в банду и парень даже выполнил несколько его мелких поручений, но лишь для того чтобы воспользовавшись случаем, войти в доверие и взять в займы денег, чтобы на них помочь загибающемуся бизнесу Макара. Но произошел случай, совершенно ни входивший в планы, и Макар отравился суррогатным алкоголем… После этого Максу больше незачем другого не оставалось покинуть Старый Город, коль у него выпал такой случай, и коль на то нашлись средства. И он обманул Колчана и просто сбежал. С тех пор началась новая, скучная и серая жизнь. Хотя такой эта жизнь казалась лишь до тех пор, пока в ней не появилась Катя. С того момента все изменилось… Но теперь она пропала, ушла и почему-то думает, что все случившееся это ее вина.
        'Куда она могла пойти? - Макс напряженно задумался, пытаясь понять. - У нее нет никого и ничего в этом городе, она одинока, как и я… и, как и я, она откуда-то издалека…'
        Макс кинулся к выходу. По пути схватил ключи от мотоцикла с тумбочки и натянул черную кожаную куртку с капюшоном.
        'Возможно, мысль верная, - твердил он себе. - Единственное, что она может сделать, это покинуть этот город… И самый простой способ в таком случае, это сесть на поезд!'
        Макс выбежал из дома. Запрыгнул на мотоцикл и, вставив ключи, завел байк. Рука сама зажала газ и недолго держала его, лишь только после этого он включил передачу и, оставляя на асфальте след жженой резины, устремился вперед.
        'Она еще должна быть там, - твердил он себе. - Я успею!..'

48.
        Катя проснулась от того, что у нее замерзли руки. Девушка села на лавке и огляделась. В зале ожидания железнодорожного вокзала кроме нее было лишь четыре человека: две девушки, оживленно что-то обсуждавшие, и женщина с ребенком, который спал, положив ей на колени голову.
        Катя направилась в туалетную комнату, умылась, погрела руки под струей теплого воздуха из сушилки и вышла на улицу. Моросил противный дождь.
        Она села на лавочку на перроне и осмотрелась. Листья на деревьях уже пожелтели, но все еще держались за ветки, и только резкие порывы ветра иногда заставляли несколько самых слабых из них оторваться и несли их по тротуару. На противоположной стороне улицы девушка увидела вход в тот самый небоскреб, куда водил ее Макс.
        Кате очень хотелось сейчас оказаться рядом с ним, пить горячий чай, завернувшись в оранжевый плед, читать книги и разговаривать. Может быть, зря она ушла? Нет, все правильно… Ведь совсем немного и она еще сильнее привязалась бы к Максу, а он к ней, но ведь Катя ничего не нашла и не найдет, потому что она не знает где искать. Вот тогда все и закончится. А если бы она осталась, он переживал бы это тяжелее, чем сейчас. А пока было не поздно… К тому же она никогда не простила бы себе, если бы по ее вине с ним что-нибудь произошло, ведь теперь-то она точно понимала, кто ее преследует.
        Катя вдруг ощутила в душе такой холод и пустоту, как будто кто-то открыл все окна, и теперь там гулял этот холодный осенний ветер, и кроме желтых листьев и пыли, там внутри, больше ничего не осталось.
        Ей не хотелось ничего: ни искать этот чертов Рай… ни пытаться доказывать кому-то в этом мире, что Бог есть… ей хотелось только одного - вновь увидеть Макса! Чтобы узнать, как он… ведь ему, наверное, тоже сейчас тяжело.
        Катя закрыла лицо руками и заплакала. А что ей еще оставалось делать? Скорее бы, наконец, прошел этот срок, чтобы она пропала, исчезла, растворилась…

49.
        - …зачем, зачем ты так поступила, зачем ушла?! - Катя вдруг ощутила, что кто-то трясет ее за плечи. Смысл слов, которые она слышала, с трудом доходил до ее сознания. - Я мчался сюда на всех парах, боялся, что не успею! Что за дурацкая записка, что она значит? Что значит: 'Я должна уйти, так будет лучше для тебя'? Какого черта ты решаешь, что для меня лучше, а что нет? Да что ты вообще понимаешь?!
        Катя подняла глаза и увидела перед собой Макса. Он кричал на нее, продолжая трясти за плечи, хотя в его глазах читалась неописуемая радость от того, что он все-таки нашел ее. Девушка ничего не могла ответить, а только смотрела на него испуганными глазами.
        - Ты же совсем замерзла! Уже совсем похолодало, а ты в одной кофте! У тебя же денег нет!.. Где ты собиралась жить, что есть? - Парень никак не мог успокоиться. - Тебе же некуда идти! О чем ты думала, когда уходила?!
        - О тебе, - тихо ответила Катя.
        …Спустя час они сидели на полу посреди комнаты. Девушка ела сгущенку из банки большой ложкой, а Макс смотрел на нее.
        - Чего ты боишься? - спросил он. - Чего-то, о чем ты мне не хочешь говорить.
        - Макс, давай уедем отсюда, - неожиданно предложила Катя.
        - Куда?
        - А как ты думаешь, где на земле Рай? - подняв глаза и прямо поглядев на парня, спросила она.
        - Я думаю, в том месте, которое тебе дороже всего и… роднее.
        - А у тебя есть такое место?
        - Теперь нет.
        - Почему?
        - Там, где раньше была моя родина, сейчас ничего нет, и жить там нельзя. Там проводили очередной эксперимент наши великие ученые… вот и все.
        - Какой эксперимент?
        - Никто сегодня ничего толком не знает, кроме тех, кого это непосредственно коснулось, - начал объяснять Макс, но было видно, что он не хочет рассказывать. - По слухам это был какой-то очередной калайдер, вновь пытались создать первоначальную частицу - 'частицу Бога', как в СМИ ее называли… В общем два года назад я хотел туда вернуться, но меня не пустили. Сказали, что территория закрыта на карантин.
        - Это ужасно…
        - А откуда ты? - неожиданно спросил парень.
        Откровенность требовала откровенности, и Катя сказала:
        - А у тебя есть карта?
        'Что ему говорить? - в смятении подумала девушка. - Может быть, моего города уже и нет…'
        Макс пошарил на антресолях и нашел огромную карту. Они расстелили ее на полу. Катя увидела очертания нового мира. Вернее, мир был все тот же, но вот названия его изменились. Стерлись границы стран, смелись границы королевств, демократических и коммунистических государств. Все это ушло в прошлое, сейчас вес мир был одной сплошной серой массой, а именно таких оттенков оказались земли, нанесенные на карту и поделенный на области, в основном континентально.
        Катя взглянула на Восточную Европу. Москвы нет. Санкт-Петербурга тоже. Привычные ее слуху названия оказались искажены или же их вообще не было. Катя перевела взгляд на Париж. К счастью, Париж остался Парижем и находился на прежнем месте.
        'Вечный город, - подумала Катя. - Интересно, а сохранились ли египетские пирамиды? Всегда хотела посмотреть на них вживую'.
        Но этот вопрос она не стала задавать вслух и принялась искать то, что ей было нужно. Она нашла Уральские горы и затем взялась искать родной городок, но вместо него оказалась какая-то точка, отмеченная как 'пункт 12'.
        Катя указала Максу на эту точку.
        - Не знаю, что это, но почему-то мне кажется, что это место очень важное, - сказал Макс. - Давай, я посмотрю в Интернете.
        Девушка кивнула, и Макс взял с журнального столика планшет - Катя уже знала и это чудо устройство современности. Через пару парень задумчиво стал читать:
        'Пункт 12. Маленький провинциальный городок, разрушенный почти до основания во время Третьей мировой войны, а затем заново восстановленный приверженцами религии. После падения церкви Пункт 12 стал главным и, на сегодняшний момент, единственным оплотом старой веры. Немногочисленные монахи и фанатики стекаться туда, пытаясь восстановить былое могущество. Но Пункту 12 оказалось не суждено стать новым Ватиканом, и городок так и остался старым разрушенным напоминанием о былом могуществе рабской веры, с населением едва ли достигающим несколько сотен человек'.
        - Вот такое вот интересное местечко, - закончил Макс.
        - Мне нужно туда попасть! - вдруг сказала Катя.
        - После всех последних событий я даже не буду спрашивать тебя, зачем, - усмехнулся парень. - Просто последую за тобой.
        - Макс, ты вовсе не обязан… - попыталась было Катя.
        - Не говори глупостей. Мы поедем туда вместе и точка! Меня здесь ничего не держит. До недавнего времени я думал, что моя жизнь - это ничто и в ней нет никакого смысла. Но после твоего появления все изменилось. - Макс сделал паузу. - Я люблю тебя, Катя, и я готов идти за тобой хоть на край света.
        - Я тоже тебя люблю, Макс! - сказала девушка и сама не поверила тому, что наконец-то осознала это и смогла произнести такие простые, но, возможно, самые ценные слова во всем мире…

50.
        Дверь участка распахнулась, и гордо ступая, в нее вошел Черный Человек. Ни на кого не обращая внимания и ни с кем не заговаривая, он направился вперед, постукивая черной тростью по полу. В этот момент на него устремились десятки взглядов, но отчего-то никто не задал ни одного вопроса. Все просто молча наблюдали. В этом гробовом молчании Черный Человек достиг кабинета начальника участка. Дверь туда он открыл без стука и вошел.
        Внутри за письменным столом сидел полный мужчина с проседью в темных волосах и тоненькими усиками. Полковник Медведев совсем недавно стал начальником участка и очень дорожил своею должностью.
        - Кто вы такой? - спросил хозяин кабинета; на его лице читалось удивление и раздражение, казалось, с такой наглостью ему раньше не доводилось сталкиваться.
        - Это не важно, - ответил Черный Человек и без приглашения уселся в мягкое кожаное кресло, расположенное напротив стола начальника участка. - Куда важнее то, откуда я!
        Полковник напрягся, на его лице обозначилось волнение и даже легкий испуг. Да, Черный Человек, как всегда, выбрал правильную линию поведения: он знал, за какие ниточки нужно дергать и на какие страхи давить.
        - И откуда вы? - старясь сохранить хладнокровие, спросил полковник.
        Черный Человек лишь лукаво улыбнулся и глазами указал наверх.
        - А-а-а, - протянул полковник. - Я так сразу и понял, что вы оттуда! - Почему-то документов, подтверждающих, что гость действительно 'оттуда', начальник участка спрашивать не стал. - У вас есть какие-то претензии к работе моего ведомства? Согласно статистике, в прошлом году мы уменьшили уровень преступности на два процента…
        - Нет, нет, - покачал головой Черный Человек. - Я совсем по другому вопросу. Хотя насчет статистики я бы с вами поспорил. Вы ей действительно верите?
        - Я? А… но ее же составляют опытные исследователи…
        - Исследователи чего? - перебил высокий гость. - Преступности?! Не смешите меня, такие результаты берутся из воздуха и оглашаются лишь для того, чтобы контролировать безвольное человеческое стадо. - Черный Человек улыбнулся и заговорщицки подмигнул полковнику. - Ведь мы-то с вами это знаем?!
        Тот лишь рот открыл.
        - Но вернемся к моему делу, - продолжал Черный Человек. - Вы на днях накрыли одну преступную группировку Старого Города…
        - А, так вы по делу банды Колчана?
        - Именно.
        - Не думал, что наверху интересуются мелкими преступниками.
        - Ну, не такими уже и мелкими. Конечно, он далеко не Аль Капоне, но и не простой рэкетир. Как-никак, негласный хозяин Старого Города.
        - Трудно не согласиться, - сказал полковник. - Мы как раз сегодня перевели его из больницы к нам в участок. Майор Тимофеев - наш сотрудник, который занимался этим делом, серьезно ранил этого Колчана при задержании. Мы думали он не жилец, но этот гад оказался на редкость живучим. На удивление всем через пару дней он оклемался, и врачи сказали, что его можно переводить в камеру.
        - Я осведомлен об этом. И именно поэтому я здесь. Я забираю Колчана и его подельников и перевожу их в другое место. Броневик с охраной ждет нас на улице. - Черный Человек улыбнулся. - Конечно же, все разрешения и документы у меня имеются с печатями и подписями с самого верха.
        Гость сунул руку во внутренний карман пиджака и, вытащив бумаги, протянул их полковнику. Медведеву хватило мимолетного взгляда, чтобы убедиться в том, что все в порядке, и эти бумаги действительно подписаны, нет лучше даже и не думать об этом и поскорее избавиться от высокого гостя.
        - Ну, что ж, забирайте. Я даже сам сопровожу вас и прослежу, чтобы все было чин по чину.
        - Ну что вы, - отмахнулся Черный Человек. - Достаточно будет просто отдать приказ, и ваши люди сопроводят заключенных в мой броневик, где ими уже займутся мои сотрудники.
        - Да мне не трудно, - сказал полковник, стараясь выглядеть как можно более любезным. - Наоборот, для меня это честь оказать личную помощь столь высокому гостю.
        - Ну, если вы настаиваете.
        - Конечно, - воскликнул Медведев и выдавил из себя подобие улыбки. Затем он нажал на кнопку коммуникатора и произнес: - Сержант Степанов…
        - Да, полковник, я вас слушаю… - раздался голос в коммуникаторе.
        - Сержант Степанов подготовьте заключенных за номером 664, 665, и 666 к переводу и организуйте сопровождение. А я сейчас лично буду у вас.
        - Заключенного за номером 666 сейчас допрашивает майор Тимофеев, - сказал сержант.
        - Тогда доложите ему, что его допрос окончен. Заключенных переводят.
        - Слушаюсь, полковник, - сказал сержант и отключился.
        - Ну что, пройдемте, - вставая из-за стола, любезно предложил полковник. - Пока заключенных готовят, я могу провести вас по участку и устроить маленькую экскурсию, вы ведь наверняка у нас впервые?
        - Ну отчего же, - усмехнулся Черный Человек. - Такого рода заведения, как ваше - моя слабость. Я знаю здесь каждый угол и закуток и, думаю, что экскурсия будет излишней. Лучше давайте поскорее уладим наше с вами дело.
        - Конечно, конечно, - затараторил полковник и поспешил вперед, стараясь больше не задавать лишних вопросов.

51.
        - Признаться честно, я очень удивлен, что ты остался жив, Колчан, - сказал майор Тимофеев. - Чуть ниже и я бы попал тебе в сердце.
        - Наверное, я родился под счастливой звездой, начальник, - усмехнулся Колчан.
        Они находились в комнате для допроса. Майор расхаживал из стороны в сторону, Колчан же с перевязанной бинтом грудью и со скованными за спиной руками сидел за столом. Тусклый свет, исходивший от настольной лампы, с наглостью был направлен на бандита. Сейчас Колчан не походил на грозного и властного главаря банды, а больше напоминал побитого жизнью и запутавшегося в себе человека. Но впечатление было обманчивым, и Тимофеев знал это, он видел это по глазам бандита. В глазах этого матерого волка майор читал ненависть и презрение, он видел, что Колчан не сдался, а потому добиться от него хоть какой-то информации будет проблематично. Майор знал это, знал, но все же решил попытаться.
        - Да, Колчан, на этот раз ты попался серьезно, - продолжил допрос Тимофеев. - Мы осведомлены о многих твоих делишках и о том, какое место ты занимаешь в преступном мире Старого Города. Срок тебе грозит немаленький. С учетом всех твоих прошлых и нынешних заслуг, боюсь, остаток дней тебе придется провести за решеткой.
        - А ты не думаешь, что я сбегу оттуда, легавый? - нахально усмехнулся Колчан.
        - Я не исключаю такой возможности. Но это будет уже потом. А сейчас, мне бы очень хотелось, чтобы ты кое-что рассказал.
        В ответ раздался наглый хохот бандита.
        - Тебе что, легавый, фуражкой голову надавило?! Ты же меня знаешь, майор, колоться на допросе для меня западло! К тому же ты сам сказал, что упрячут меня пожизненно, так нафига мне вообще с тобой базар разводить?
        - Ну, хорошо. Тогда помолчи немного и послушай. - Тимофеев остановился, и уселся за стол напротив Колчана. - Когда я подстрелил тебя, я заметил у тебя на шее кое-что интересное…
        Бандит поднял глаза и посмотрел на майора. Тот улыбнулся и вытащил из кармана старый крестик на кожаном ремешке.
        - Да, именно это, - сказал майор. - Странная вещь для человека вроде тебя, не правда ли?
        Бандит молчал, на его лице читалось напряжение, а глаза пристально смотрели на крестик.
        - Люди вроде тебя носят дорогие побрякушки, но не символ фанатиков. Знаешь, а я поражен, Колчан. Никогда бы не подумал, что ты один из них.
        - А я и не один из них, и в бога я не верую!
        - Предположим, - кивнул майор. - Но эта вещь определенно дорога тебе?
        - Ошибаешься, легавый, я просто…
        - Нет, Колчан, не надо мне врать. Я твое вранье за версту чую. Так что слушай, давай договоримся так: я отдаю тебе твой крестик в обмен на кое-какую необходимую мне информацию. Ну и, конечно же, то, что ты раскололся, останется только между нами и твой авторитет не пострадает. Ну, так что, Колчан, ты согласен?
        Бандит молчал. Несколько секунд, не отрываясь, он смотрел майору прямо в глаза, после чего, наконец, произнес:
        - Ну, хорошо. Только у меня есть еще одно условие.
        - И какое же?
        - Не спрашивай у меня больше ничего про этот крестик.
        - Договорились. Признаться честно он меня мало интересует, куда больше меня интересует человек в черном.
        - Он? - искренне удивился Колчан. - Почему именно он? Да и кто он вообще такой?
        - Я думал, что на этот вопрос мне ответишь ты, - вздохнул Тимофеев. - Но, как вижу, ты продолжаешь играть со мной…
        - Нет, нет, постой. Я, правда, не знаю, кто он такой, но я обещаю, что расскажу тебе все, что знаю о нем, хотя признаться честно, я не знаю о нем ни черта.
        - Ну, тогда рассказывай, что знаешь.
        - В общем, и рассказывать то толком нечего. Странный он какой-то этот черный, будто не от мира сего. Знаешь, начальник, я многих повидал на своем веку, но вот такие, как он, мне не попадались. На вид щеголь, весь прилизанный такой, интеллигентный, а с другой стороны чувствуется в нем сила и власть, а главное страха никакого и вечно спокойный такой. Хотя я и видел его всего два раза…
        - Темнишь ты что-то, Колчан.
        - Нет, начальник, как есть выкладываю, на духу! Пару дней назад он пришел ко мне и предложил дело.
        - Героин?!
        - Какой героин? - удивился Колчан.
        - Не придуривайся! - Тимофеев вскочил с места и уставился бандиту прямо в глаза. - Мы наблюдали за твоим логовом и видели, как черный наведался к тебе. Когда он вышел, на него напали двое и отобрали пакет. Думаю, этот пакет он получил от тебя. Кто те двое, я не знаю, но думаю, они были простыми уличными наркоманами, поскольку заполучив пакет, они на радостях опробовали его содержимое, что и привело к смерти.
        - Я не хрена об этом не знаю, начальник, - подняв на майора глаза, ответил Колчан. - И о героине никаком ведать не ведаю. Да, я торгую наркотой, но с черным в этом бизнесе у нас дел не было. Ты спросил у меня, что я о нем знаю, я начал рассказывать и если ты не хочешь слушать мою версию иди на хер собачий!.. А свои предположения ты можешь засунуть себе в задницу!
        Несколько секунд они буравили друг друга взглядом. Тимофеев глядел испытующе, стараясь понять, говорит бандит правду или нет. Но взгляд Колчана не дрогнул. Бандит смотрел на майора без страха и лукавства.
        Первым не выдержал Тимофеев и произнес:
        - Ну, ладно, рассказывай свою версию.
        - Только на этот раз попрошу не перебивать без лишней надобности.
        - Посмотрим.
        - Тогда прикури мне сигаретку, и я продолжу, - улыбнулся бандит.
        Тимофеев исподлобья посмотрел на Колчана, но все-же достал из пачки сигарету и, прикурив, протянул ее допрашиваемому. Бандит взял сигарету в рот, поскольку руки его были скованны за спиной, затянулся несколько раз и, выдохнув дым, кивнул майору, чтобы тот взял сигарету. Когда Тимофеев вытащил никотиновую палочку, Колчан произнес:
        - На чем я остановился?
        - На первой встрече.
        - Ах, да. Как я уже сказал пару дней назад он приперся в мое логово и предложил выгодное дельце. Причем заплатил авансом и весьма щедро - золотом.
        - Золотом? - удивленно повторил Тимофеев и тоже затянулся сигаретой, после чего поднес ее к Колчану и тот вновь сделал пару затяжек.
        - Да, золотом, - выдохнув дым, сказал бандит. - Я сам удивился, в наше то время, когда все золотые шахты выработаны и…
        - Сам знаю! - перебил майор. - Ты не тяни, что он хотел от тебя?
        - Ему была нужна та девка, которую мы собирались похитить, когда ты так нагло прервал нас. - Колчан улыбнулся, кивнул майору на сигарету и тот дал ему затянуться последний раз.
        - Зачем она ему? - туша окурок, спросил Тимофеев.
        - А я почем знаю! Может для утех любовных, может, провинилась в чем, а может и знает то, чего не следует. Меня наняли, заплатили щедро, я не стал задавать лишних вопросов, - Колчан задумался, а затем добавил, - да и не особо то хотелось.
        - Так значит парень ее вообще не при делах?! Просто оказался не в том месте не в то время?
        Колчан вздохнул:
        - Не совсем так, начальник.
        - Что значит не совсем так?
        - А то и значит, что целью девка была, а с парнишкой этим у меня личные счеты. Должник он мой. Черный ваш проведал как-то про это, наверное, поэтому он и нанял именно меня, зная, что я рассчитаться с ним хочу. Ну, а что было дальше ты и сам знаешь.
        - Вообще не вяжется, - пробормотал Тимофеев.
        - Что не вяжется?
        - Неважно. Это уже мои рассуждения. Ты мне точно все рассказал?
        - Обижаешь, начальник.
        - Хорошо, - кивнул майор. - А когда ты видел черного во второй раз?
        - Сразу перед нападением на девку, но ты его там наверняка тоже видел.
        - Да, видел. А инструкции?
        - Все инструкции я получил от него по телефону, сразу перед делом. Потом мы договорились встретиться в Старом Городе, но вы оказались проворней. Ну вот, в общем-то, и все.
        - И больше точно ничего?
        - Нет, начальник, я тебе все, как на духу, выложил.
        Неожиданно в дверь постучались.
        - Войдите, - сказал майор.
        В комнату вошел молодой сотрудник в форме.
        - Что тебе? - спросил Тимофеев.
        - Мне приказано забрать задержанного и подготовить его к переводу.
        - Кто приказал?
        - Полковник.
        - А почему его переводят, это же наше дело?
        - Мне просто приказали, - виновато ответил молодой. - Я ничего не знаю.
        - Ясно, - хмыкнул майор. - Постой минуту за дверью, а мне надо еще кое-что сказать нашему задержанному напоследок.
        Парень кивнул и удалился.
        - Не знаю, за каким чертом им понадобилось переводить тебя, но я это выясню, - сказал Тимофеев.
        Майор встал и, подойдя к бандиту, поднял его с места.
        - Я кое-что обещал тебе, Колчан, а слово свое я привык держать.
        Тимофеев показал Колчану его старый оловянный крестик, а затем засунул его в боковой карман брюк бандита.
        - Не думай, что я скажу тебе за это спасибо, начальник.
        - Об этом я даже и не мечтал.
        В ответ Колчан наградил его кривой усмешкой.

52.
        Первым делом, после допроса, майор Тимофеев направлялся к начальнику участка, но уже в коридоре его ждала неожиданность. Навстречу двигался сам полковник Медведев в сопровождение… Черного Человека. Чего-чего, а такого майор ни как не мог ожидать.
        - Вы его взяли, господин полковник?
        - Кого? - не понял тот.
        - Вот этого, - Тимофеев кивнул на человека в черном.
        Полковник с быстротой молнии схватил майора под руку и поволок в сторону.
        - Тимофеев ты, что с ума сошел, ты, что не видишь, кто перед тобой?
        - Вижу, - ответил майор. - Тот самый тип, который, как я выяснил, был организатором похищения и нанимателем банды Колчана.
        - Ты переработал Тимофеев! Этот человек, я боюсь даже произносить это, он из тайной полиции и они забирают твое дело, и переводят эту банду в другое место.
        - Но…
        - Никаких, но! На это есть все соответствующие бумаги и разрешения. А если ты еще будешь паясничать или выронишь хоть слово, я прикажу запихнуть тебя в камеру за неподчинение вышестоящему руководству. Думаю, ты там одумаешься. Все ясно?
        - Вполне, - выдавил из себя майор.
        - А теперь не мешай нам. А лучше вообще сгинь с моих глаз. - И развернувшись, полковник зашагал к Черному Человеку.
        Тимофеев посмотрел на человека в черном. Тот спокойно стоял и улыбался ему.
        'Ничего ты здесь уже не сделаешь, майоришка. Я выиграл!'
        Тимофеев вздрогнул. Ему показалось, что эти слова кто-то произнес в его голове. Майор с ужасом взглянул на Черного Человека, который все так же лукаво улыбался и разговаривал с услужливым полковником.
        Колчана и его людей уже выводили из камер. В наручниках и под надзором нескольких человек в форме их вели по узкому коридору. Майор перехватил взгляд главаря, направленный на того, кто пришел его забирать. В глазах бандита читалось удивление, но и не только, Тимофееву даже показалось, что он увидел страх. Страх Колчана? Но чего или кого мог бояться этот старый матерый волк? Неужели этого загадочного человека в черном?

53.
        Майор Тимофеев вышел из участка и, подняв воротник пальто, зашагал по улице.
        Денек выдался не из легких. Сегодняшние события крепко засели у майора в голове и выходить оттуда никак не хотели. Тимофеев то и дело возвращался к ним, восстанавливая все поминутно и пытаясь хоть что-то понять. Но ничего не выходило. Его воображение рождало все новые и новые теории, но разум снова и снова отвергал их. А поверить в то, что человек в черном действительно был из тайной полиции, Тимофеев никак не мог.
        'Не вяжется здесь что-то, - в который уже раз повторял майор. - Не вяжется'.
        Действительно все документы предъявленные Черным Человеком полковнику, оказались подлинными. Майор лично проверил их после того, как Колчана и его подельников забрали. К тому же втайне от полковника Тимофеев сообщил о происшедшем в вышестоящую инстанцию, пытаясь получить хоть какие-то ответы на свои вопросы, но там молчали. Хотя молчание тоже было ответом и могло означать лишь то, что человек в черном действительно является сотрудником тайной полиции, а, следовательно, давать отчет о его действиях простому майору никто не обязан.
        'Нет, что-то здесь не то, - думал Тимофеев. - И при чем здесь эта девушка?'
        Ее личность вызывала у майора еще больше вопросов. Кто она такая? Почему о ней нет никакой информации? Почему ее отпечатки пальцев отсутствуют в картотеке? Хотя эти факты тоже могли свидетельствовать в пользу причастности тайной полиции к этому делу. Но вот чего Тимофеев никак не мог понять, так это зачем нужно было использовать Колчана? Операцию с похищением можно провести тихо, используя своих, а не доводить до абсурда, как в дешевом криминальном боевике.
        'Странно. Не вяжется'.
        Но главное, что не давало майору покоя, так это сама встреча с человеком в черном. Эту встречу в участке он пытался восстановить поминутно, но почему-то ничего не получалось. Каждый раз один из осколков мозаики где-то терялся, и понять до конца как все произошло, Тимофеев не мог. Да и объяснить свое поведение он тоже не мог. Казалось, будто все находились под гипнозом и лишь безвольно исполняли приказания этого загадочного человека в черном.
        'Мистика какая-то', - думал майор, вспоминая бездонно-черные глаза и слова, будто всплывшие в сознании:
        'Ничего ты здесь уже не сделаешь, майоришка. Я выиграл!'.
        Тимофеев пытался убедить себя в том, что эти слова всего лишь почудились ему, и все находившиеся на тот момент в участке люди оказались под гипнозом. Хотя о гипнотизерах, обладавших такой силой, майор никогда прежде не слышал, но он все же пытался найти рациональное объяснение всему произошедшему. Пытался, но не находил его.
        Погруженный в собственные мысли Тимофеев не сразу заметил, как заморосил мелкий дождь. Майор поспешил перейти дорогу, чтобы спуститься в метро, но неожиданно путь ему преградил черный автомобиль. Двери машины отворились, и оттуда вышло несколько человек в костюмах.
        - Майор Артем Тимофеев? - спросил один из мужчин, стоящий в центре и держащий зонт. Это был высокий, светловолосый крепишь, обладающий идеальной военной выправкой. Остальные из сопровождающих оказались ему под стать.
        - С кем имею честь? - спросил майор.
        - А я думал, ты узнаешь меня, - улыбнулся мужчина. - Но неудивительно, столько лет прошло. И теперь судьба вновь свела нас вместе. Зови меня Алекс, теперь меня зовут так. Думаю тебе нужно проехать с нами.
        - Да кто вы такие? - спросил Тимофеев, а рука уже машинально потянулась к пистолету. Тот, кто назвался Алексом, действительно был ему знаком, но где же он его раньше видел? Этого майор вспомнить никак не мог. Возможно, это какой-то бандит, имеющий на него зуб, либо совсем напротив, кто-то из спасенных. Но что-то говорило Артему, что это знакомство окажется куда старее, еще до начала его карьеры в полиции.
        - Пожалуйста, без глупостей, - сказал Алекс. - Мы те с кем ты пытался связаться, майор. И думаю, нам с тобой о многом нужно поговорить, вернее даже не нам, а нашему боссу. Так что, попрошу в машину, а то еще простудишься.
        И Алекс, отступив назад, любезным жестом пригласил Тимофеева сесть в машину.
        - У меня что, нет выбора? - усмехнулся майор.
        - Боюсь, что на этот раз нет, - спокойно ответил Алекс. - У нас имеются четкие указания на твой счет.
        - А я думал, выбор есть всегда, - усаживаясь в машину, произнес майор.
        ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ
        Темные апостолы
        Как-то на приеме, у кардинала Ришелье спросили:
        "Так это вы правите Францией?"
        На что он ответил:
        "О, господа, если бы вы знали, кто на самом деле правит миром, вы были бы несказанно удивлены". Из истории.

54.
        Он шел уже не один день. Солнце всходило на небосвод, а потом опускалось, и наступала ночь, а он все шел и шел. Его обувь стерлась, а одежда пропиталась дорожной пылью. Когда же он ел в последний раз? Это он тоже забыл. Но голод и жажда не мучили его, и усталость не приходила. Позади себя он чувствовал огромную мощь, она питала, придавая сил и вселяя надежду. И с этой надеждой он шел вперед. Ведь у него имелась миссия, и миссию свою он должен был выполнить любой ценой.
        И вот, наконец, он дошел.
        Впереди Владимир увидел город. Вернее, не город, а так - маленькое поселение, где обитали не более двухсот человек. Зато каких! Эти люди были верующие, истинно верующие, они не потеряли надежды, но покинули мир, погрязший во Тьме и безверии. И здесь, вдали от цивилизации, у подножия Уральских гор, они возвели свое поселение, Город Новой Надежды, как они нарекли его. Этот городок оказался возведен на месте старого, разрушенного почти до основания во время войны. Руины старого поселения еще были видны, удивительно, но каким-то образом уцелело и старое кладбище. Подходя ближе к городу, отец Владимир увидел покосившиеся кресты и надгробия.
        Почему именно это место стало Городом Новой Надежды, священник знал, архангел Гавриил раскрыл ему и этот секрет. И теперь отец Владимир понимал, почему сюда пусть и неосознанно, стекаются последние верующие.
        Наконец священник ступил в город.
        Люди провожали взглядами фигуру в черной рясе с накинутым на голову капюшоном и простым деревянным посохом в руке. Отец Владимир шагал по каменной мостовой мимо невзрачных деревянных домов. Все казалось древним и нереальным, будто очутившись здесь, он прошел сквозь само время и шагнул в прошлое, на много веков назад очутившись где-то в Средневековье. Но священник знал, что это было не так, и знал, почему все здесь будто дышало прошлым. Здешние люди отринули цивилизацию и ее плоды, и жили по-настоящему, в гармонии со своей душей и совестью настолько, насколько им это удавалось.
        И вот, наконец, он достиг храма.
        Перед Владимиром величественно возвышался собор. Его фасады украшали безупречные скульптуры из истории христианства. Шпили оказались увенчаны огромными позолоченными крестами, а вход в храм сторожили две каменные, поражающие правдоподобностью, горгульи. Казалось, эти каменные монстры в любой момент могут сойти с пьедесталов и наказать любого недостойного, дерзнувшего войти в храм. Отец Владимир без страха шагнул мимо них и отворил одну створку дубовых врат.
        Лица его коснулся свет, проходивший через витраж на стене храма. И в тот же миг он услышал голос:
        - Здравствуй, брат. Мы ждали тебя!

55.
        Бронированный фургон подъехал к обветшалому зданию мэрии, расположенному в Старом Городе. Из машины вышел человек в черном костюме-тройке. Подойдя к задней двери, он отворил ее и, улыбнувшись, произнес:
        - Мы прибыли, господа. Попрошу на выход.
        Из фургона вышли Колчан и оба его подельника. Все трое с непониманием и какой-то опаской смотрели на своего избавителя.
        - Расслабьтесь, - сказал Черный Человек. - Ценные кадры на дороге не валяются, а вы мне еще пригодитесь. И в знак моей доброй воли…
        Черный Человек взмахнул рукой и будто из воздуха извлек маленький серебристый ключик. Им он расстегнул наручники Колчана, а затем и остальным.
        - Кто ты такой, мать твою? - потирая запястья, спросил Колчан. - И как тебе удалось вытащить нас?
        Черный Человек улыбнулся:
        - Как я уже говорил раньше, это не имеет никакого значения. Я такой-же простой человек, как и ты, Колчан, просто дар убеждения у меня развит лучше, чем у остальных. И именно благодаря этому дару вы сейчас находитесь здесь, а не за решеткой.
        - Хорошенький дар. Интересно, что это такого ты им наплел, что нас так легко отпустили?
        - Это уже не важно, главное вы на свободе.
        - Надолго ли? Зачем ты опять привез нас сюда? Здесь нас первым делом искать станут, как только поймут, что никакой это не перевод, а побег.
        - Пусть ищут. Это не проблема. У меня есть чем их встретить. - И Черный Человек загадочно улыбнулся.
        - Будем надеяться, - буркнул Колчан.
        - А теперь пойдемте, устроим возвращение короля, а то за время твоего отсутствия тут кое-что поменялось.
        - Что поменялось?
        - Не торопи события, сам сейчас все узнаешь.
        И все четверо двинулись к старому зданию мэрии.
        У входа, как и раньше, стояли охранники, они с удивлением уставились на Колчана.
        - Босс?.. - промычал один. - Ты на свободе?
        - Да, ублюдки, возрадуйтесь, - хохотнул Колчан и гордо прошел внутрь.
        Главарь банды сразу направился в свою резиденцию, в любимый большой зал, расположенный на третьем этаже здания. Черный Человек и подельники молча следовали за ним. По некогда роскошной мраморной лестнице группа поднялась наверх. Из большого зала доносились громкие голоса и хохот. Колчан наглым пинком открыл дверь и вошел внутрь.
        Все, находившиеся в большом зале, сразу-же замолчали. На кожаном диване, запрокинув ноги на стол, сидел здоровяк азиат, он выглядел намного моложе Колчана, но его тело уже покрывало не меньшее татуировок, чем у главаря банды.
        Суровым взглядом босс пробежался по своим людям и остановился на здоровяке:
        - Катана, я вижу, ты исполнял мои обязанности, пока я отсутствовал?!
        Здоровяк убрал ноги со стола и принял более удобную позу. Все молчали.
        - Благодарю, что позаботился о стае, - продолжил Колчан, он не сводил взгляда с азиата, но тот все также продолжал молчать.
        Молчание длилось несколько минут и наконец, здоровяк не выдержал и опустил голову. Колчан усмехнулся. Но азиат тут же вскинул ее вновь и произнес:
        - Да, я управлял бандой, пока тебя не было, и думаю, это у меня получилось намного лучше, чем у тебя. Я более молод и силен, я знаю лучше, что надо стае. А ты стал творить необдуманные поступки вот и угодил за решетку… Как тебе удалось бежать? И кто этот в черном с тобой?
        - Он вытащил нас из-за решетки и привез сюда, - сказал один из подельников, освобожденный вместе с Колчаном.
        - Да он легавый, наверное?! - выкрикнул Катана. - Ты к нам легавого привел, да ты наверняка продался?!…
        Банда уставилась на Черного Человека, но тот лишь усмехнулся.
        - Ну что ж, - вздохнул Колчан, - ты сделал свой выбор.
        И в следующую секунду Катана кинулся на бывшего вожака. Но старый волк оказался готов к этому, он ловко отшвырнул молодого и пока тот не успел подняться, пнул его ногой в лицо. Нос азиата был разбит, из него побежала кровь, бандит взвыл. Колчан захотел добить его и попытался нанести второй удар, но здоровяк поймал его ногу и лежа ударил своей в живот бывшему боссу. Тот упал. Катана поспешил встать и еще раз пнул Колчана в грудь, тот захрипел. Затем азиат развернулся и направился к кожаному дивану, там, на стеклянном столе, лежал японский меч. Катана схватил меч и, сбросив ножны, повернулся к Колчану. К этому времени бывший босс уже успел подняться. Из под бинтов, обвивавших грудь, сочилась кровь.
        - Ну, давай, - спокойно произнес Колчан.
        И Катана, с мечем наперевес кинулся на соперника. Колчан обхватил его руки в воздухе и прижал к себе, чтобы азиат не ранил его мечом. Но здоровяк лишь улыбнулся и злобно зыркнул на бывшего вожака, и вдруг Колчан вцепился ему зубами в горло. Азиат закричал, выпустил меч, который тут же перехватил Колчан и, обхватив руками горло, попятился назад. Босс, оспаривающий право быть лидером, с вновь обретенным оружием двинулся следом.
        Один взмах самурайского меча и на груди Катаны засияла алым длинная рана. Второй взмах мечем и из разрубленного брюха показались кишки. И третий удар, уже ногой в грудь и азиат разбивает окно и летит вниз с третьего этажа.
        Колчан повернулся к онемевшей банде. Его лицо было в крови, но он улыбнулся и выплюнул кусок плоти недавнего соперника. Затем подняв меч, он произнес:
        - Кто-то еще хочет оспорить мое право быть вожаком стаи, сучки?…
        Все молчали и лишь с ужасом и восхищением смотрели на вожака. Все кроме одного. Черный Человек с довольной улыбкой взирал на Колчана.
        - Ну, вот и хорошо, - отбросив меч в сторону, сказал бандит.
        И вдруг Черный Человек начал хлопать в ладоши. Хлопая он направился к ничего не понимающему Колчану, но затем остановился и засунул руки во внутренние карманы пиджака. Все замерли, ожидая, что будет дальше. И наконец, Черный Человек извлек на поверхность два серебряных пистолета. Улыбнувшись, он протянул их Колчану и произносит:
        - Кажется это твое?!
        - Почему ты не отдал мне их раньше? - хватая пистолеты, спросил Колчан. - Тогда мне бы не пришлось драться с этим ускоглазым евнухом голыми руками.
        - Я хотел убедиться.
        - И как? Убедился?
        - Еще бы, - улыбнулся Черный Человек.

56.
        У окна своего кабинета, находившегося на верхнем этаже самого высокого небоскреба в городе, стоял чернокожий человек, в дорогом костюме. Его волосы были длинными, заплетенными в дреды. Косички напоминали змей, опутавших голову и сползающих по плечам и спине. В руках человек вертел увесистую деревянную трость и смотрел на город: на его мрачные ночные улицы, на стоящие в пробках автомобили, и на вечно спешащих куда-то людей. Отсюда, сверху, город напоминал колонию муравьев, покорно служащих своей королеве. Хотя как раз королевы то и не было, вместо нее было Мировое правительство, орден, членом которого он и являлся. Орден, который долгое время скрывался в тени, но который наконец-то смог выйти из мрака и заявить о своих правах, ведь в тайне они уже давно правили этим миром.
        Дверь за спиной у Аида отворилась, и в комнату вошел светловолосый мужчина. Аид не обернулся, он все так же стоял лицом к окну и взирал на город.
        - Мы доставили его, господин, - сказал вошедший. - Прикажете привести? Или сначала нам самим с ним потолковать? Так сказать, подготовить?
        - Я думаю, это лишнее, - ответил Аид. - Ведите сюда.
        - Слушаюсь, - сказал вошедший и удалился.
        Через какое-то время дверь вновь отворилась, и в кабинет ввели майора Тимофеева.
        - Оставьте нас, - сказал Аид, все так же глядя в окно. - Я думаю, мы найдем общий язык.
        Подручные удалились.
        Аид повернулся к Тимофееву, и майор наконец-то смог разглядеть того, к кому его в такой спешке и таким нелюбезным способом доставили. Перед ним стоял чернокожий мужчина. В руках он держал тяжелую увесистую трость, больше напоминающую древний посох. Мужчина загадочно улыбался, а его черные, как ночь, глаза сияли в тусклом полумраке комнаты. В этом человеке чувствовались власть, сила и умение повелевать, не приобретенное, а данное от рождения.
        - Присаживайтесь, майор, - сказал он, и Тимофеев безропотно уселся в мягкое кожаное кресло.
        - Вы знаете, кто я такой?
        - Конечно, - ответил майор. - Вы один из правителей, один из членов Мирового правительства. Не думал, что я когда-нибудь удостоюсь чести встретиться с кем-то вашего уровня.
        - Да, жизнь удивительная штука. Признаться, до недавнего времени я тоже не думал, что кое-что может произойти на моем веку, - загадочно произнес Аид. - Но вернемся к вам, думаю, вы догадываетесь, зачем вас сюда привели.
        - Признаться честно, для меня это остается полной загадкой.
        - Ну не лукавьте, - улыбнулся Аид. - Думаю, догадки у вас все-таки есть! Но не буду вас пытать, вы здесь не за этим. Если бы так вы бы сейчас находились совсем в другом месте. - Чернокожий сделал паузу, давая майору понять смысл сказанных им слов, и продолжил. - Я хочу знать все, что вы поняли и узнали о Черном Человеке? Где вы впервые увидели его, при каких обстоятельствах это произошло, а главное, какова, по-вашему, его цель? И не пытайтесь ничего скрывать, поверьте, я смогу отличить ложь, от правды.
        - Я бы и не подумал вам врать, - сказал Тимофеев.
        - Вот и хорошо, тогда начинайте.
        И майор начал говорить. В самом деле, какой смысл ему был лгать, к тому же перед правительством. Он рассказал все, что знал о человеке в черном, начиная с того момента, как впервые увидел его в Старом Городе, когда занимался разработкой банды; рассказал о двух парнях-наркоманах, которые, как он считал, пали его жертвами; рассказал о второй встрече прямо перед бойней в центре города, когда ему все же удалось взять Колчана; рассказал о странной девушке, которую пытались похитить бандиты, и которая, как выяснилось после допроса Колчана являлась их целью.
        История Кати очень заинтересовала Аида, он захотел узнать о ней все, что было известно Тимофееву.
        - Странная она какая-то, да и неизвестно о ней толком ничего, - сказал майор. - Говорит, что жила далеко, потом родители погибли в автокатастрофе, и она осталась одна. Вроде бы говорит правду, но все равно чувствуется: что-то утаивает. Но самое интересное - ее отпечатков пальцев у нас нет. А этого, как вы знаете, не может быть. Я поднял архивы и выяснил невероятную вещь: ее отпечатки принадлежат девушке, погибшей более ста лет назад…
        - И ангелы упадут с небес… - тихо произнес Аид.
        - Простите?
        - Да так, вспомнилось одно древнее пророчество… И где сейчас эта девушка?
        - Наверное, у своего парня Макса. Я сказал им, чтобы они не покидали города в ближайшее время. Если они последовали моему совету, то думаю, они дома. Но если она действительно так нужна этому, как вы его называете, Черному Человеку, то, возможно, она уже у него. Ведь не знаю каким чудом, но ему удалось вытащить своих подручных даже из-за решетки.
        - Расскажите мне, как это случилось? Как он провел всех вас? - Майору показалось, что последнюю фразу чернокожий произнес с восхищением, но стараясь не придавать этому значения Тимофеев продолжил:
        - Пришел в участок, что-то наплел шефу… Возможно, даже загипнотизировал… Да и меня тоже, и других… Я хотел остановить его, но меня что-то удержало, я не мог сказать ни слова… Стоял, как вкопанный… А глаза у него… Ну, точно, гипнотизер! Казалось, прикажи он нашим ребятам стрелять в друг друга, и они это сделают…
        - А что потом? - спросил Аид.
        Он почему-то улыбался, и улыбка его напоминала улыбку Черного Человека, она была такой же довольной и лукавой.
        - Потом… Потом он забрал своих и исчез. Никто не помнит, как это произошло, они будто растворились в воздухе.
        - Все ясно, - сказал Аид. - Не вините себя, он смог бы провести любого. Недаром его прозвали отцом лжи.
        Тимофеев удивленно поднял брови. Аид вновь загадочно улыбнулся и в упор посмотрел на полицейского.
        - Майор, я чувствую, что вы мне понадобитесь. Думаю, скоро нас с вами ждет одно небольшое путешествие. И не волнуйтесь, я умею щедро благодарить людей, которые мне верно служат. А пока, вам с моими людьми предстоит одно маленькое дельце.
        - Как вам будет угодно, - покорно кивнул Тимофеев.

57.
        Все было решено и Катя с Макс отправлялись к загадочному "Пункту 12". Пса Азазелло, до их возвращения, Макс пристроил у одного из своих друзей. "Если это возвращение, конечно, состоится", - думала Катя.
        Но, так или иначе, а сейчас они оба стояли на платформе железнодорожного вокзала. Казалось, что этот вокзал прошел через века, все здесь оказалось таким старым. Мраморной платформе, наверное, было лет триста. Кате представилось, как много лет назад люди на ней, так же как и сегодня, ждали прибытия или отправления очередного поезда. Вокзал был крытый, его стены выглядели не менее древними, чем платформа под ними. За стеклянным куполом виднелось темно-серое небо. Хотя сейчас утро, и Кате даже показалось, что она видит восход солнца, за затуманенными серыми облаками. Девушка увидела, как первые солнечные лучи, осветили все вокруг, и вдруг на мгновение стало так тепло и приятно. Утренний свет будто проникал внутрь и даровал надежду.
        Она держала Макса за руку. И это тоже оказалось приятно. Парень был одет в кожаную куртку с накинутым на голову капюшоном, поскольку утро выдалось морозное. Голова же Кати была свежа, она чувствовала прохладу утра и ветерок, развевающий ее длинные черные волосы.
        Девушка услышала нарастающий гул, а затем показался поезд. Он был гладкий, обтекаемый, словно голова сокола. Катя восхитилась, представив, какую скорость он может развить. Двери вагонов открылись, и девушка увидела удобные мягкие купе и большие окна, позволяющие насладиться красотой проносившегося ландшафта.
        "Если такая красота еще осталась!" - подумала Катя.
        - Пойдем, - сказал Макс и потянул девушку за собой.
        Они вошли в теплый вагон. Вслед за ними потянулись люди, тоже зачем-то покидающие этот мрачный город. Возможно, кто-то из них ехал к родным или друзьям, кто-то просто хотел посмотреть на новые места и жаждал приключений, но, конечно же, никто из них не бежал от Черного Человека и не искал Рай. Катя искренне завидовала этим людям, их простой и спокойной жизни, их проблемам, таким незначительным и ничего не значащим, по сравнению с ее.
        - Вот наши места, - сказал Макс, указывая на два мягких серых кресла.
        Катя уселась возле окна. Макс устроился рядом и взял девушку за руку.
        - Все будет хорошо, зайчонок.
        - Мне очень хочется в это верить, - девушка попыталась выдавить из себя что-то наподобие улыбки.
        Двери вагона с шипением начали закрываться. Еще минута, и поезд тронулся, быстро набирая скорость. За окном замелькал уже знакомый Кате пейзаж - пустая безжизненная земля. Девушке не хотелось смотреть на эту серую пустыню, и поэтому она повернулась к Максу. Парень почему-то улыбался.
        - Люблю поезда, - сказал он. - Люблю стук колес по рельсам, люблю это легкое покачивание и монотонность пейзажа за окном. Мне почему-то сразу становится так спокойно.
        "Как жаль, что ты не ездил на них в мое время, - подумала Катя. - Тогда такие путешествия были куда приятней".

58.
        - Зачем Черному Человеку тащить банду обратно на старое логово? - спросил Тимофеев.
        - А я почем знаю, - ответил Алекс. - Я, как и ты, исполняю приказы. Вот мне приказали следить за этим объектом, взяв тебя с собой, я и слежу. Все остальное по инструкциям… Которые тебе, Артем, знать не обязательно. Так что сиди спокойно и не рыпайся.
        - А то, что?
        - А то мне придется применить силу, майор!
        - Ладно, Алекс, буду сидеть смирно.
        Майор Тимофеев и еще четверо вооруженных до зубов людей Аида находились на пятом этаже полуразрушенной многоэтажки. Отсюда открывался хороший обзор на здание старой мэрии и площади вокруг него. Как рассказал Алекс - глава этой элитной группы, Черный Человек и задержанные совсем недавно вернулись на старое логово, после чего в здании что-то произошло и из окна выкинули труп. Сейчас все было спокойно, и группа Алекса лишь наблюдала.
        "А ведь пару дней назад недалеко отсюда я также вел наблюдение за бандой, - подумал майор. - Только тогда ни про какого Черного Человека я знать не знал, и все было совсем по-другому".
        Теперь же все очень круто поменялось. Скажи кто-нибудь майору пару дней назад, что скоро он вместе с элитной группой, название которой он даже не знает, и которая на прямую подчиняется одному из лидеров мирового правительства, будут вести наблюдение вместе, Тимофеев бы просто рассмеялся. Но жизнь оказалась куда более непредсказуемой, и как сказал Аид при встрече:
        "Признаться, до недавнего времени я тоже не думал, что кое-что может произойти на моем веку".
        Что означали его слова? Тимофеев не знал, но они как-то были связанны с Черным Человеком и это пугало. И если сам Аид снизошел для того, чтобы говорить с простым майором и лично заниматься этим делом, значит этот загадочный человек в черном действительно опасен.
        Хоть какую-нибудь информацию майор пытался получить у Алекса, но тот тоже молчал, ссылаясь на приказы Аида.
        - Как вообще ты оказался у него под началом? - спросил Тимофеев. - Я думал такого могут удостоиться только лучшие из лучших.
        - Так и есть, Артем, - сказал Алекс. - Я лучший из лучших.
        - Да, ты всегда был лучшим из лучших… - согласился Тимофеев.
        Он знал Алекса раньше. Когда-то в молодости они вместе служили в вооруженных силах. После войны общество нуждалось в стальной руке, и войска были необходимы. Тимофеев уже служил, когда пришел Алекс, хотя в те времена его имя было совсем другим. Алекс оказался способным и талантливым новичком, все, включая начальство, быстро оценили его заслуги, и в отряде он быстро стал лучшим из лучших. Но и Артем был далеко не последним, но это не помешало им сойтись характерами и завязать что-то вроде дружбы. Хотя потом судьба развела их по разные стороны: Артем бросил службу ради возлюбленной. Женился… Недолгое время был счастлив, но произошла катастрофа… Жена погибла… После нескольких лет отчаяния Артем вернулся в родной город и устроился в полицию, где работал уже более десяти лет… или пятнадцати? Годы летели… Связь с Алексом, как казалось, навсегда была потеряна. Артем только слышал, что его бывший сослуживец остался в армии. Но на тот момент дальнейшая судьба товарища заботила Артема меньше всего, и как выяснилось напрасно.
        - Как я оказался у него в группе? Это долгая история, - сказал Алекс. - И расскажу я ее тебе, как-нибудь в другой раз.
        - Думаю, сидеть здесь и наблюдать за мэрией нам придется чуть дольше, чем будет длиться твой рассказ.
        - Сомневаюсь, - сказал Алекс. - Скоро сюда подъедут твои бывшие сослуживцы поэтому времени на рассказ у меня не будет.
        Тимофеев ошарашенно поднял глаза на Алекса.
        - Они, что попытаются взять Черного и Колчана?
        - Да, - кивнул Алекс. - А мы будем наблюдать за этим.

59.
        Черный Человек уже несколько часов стоял на балконе здания мэрии и взирал вниз на вечернюю площадь. Никто не осмеливался его тревожить, люди Колчана обходили этого загадочного незнакомца стороной. Да и сам лидер банды не испытывал никакого энтузиазма находиться рядом со своим спасителем. Задумавшись, Колчан сидел на диване и полировал любимые пистолеты. А Черный Человек уже несколько часов кряду стоял на балконе.
        Наконец Колчан не выдержал и, поднявшись с дивана, побрел к Черному Человеку. Все-таки лидером в банде пока еще оставался он, а, следовательно, ему нужно было находиться в курсе всего происходящего. К тому же он до сих пор не знал всех планов своего избавителя.
        - Что ты здесь делаешь? - спросил Колчан.
        - Любуюсь окрестностями, - ответил Черный Человек.
        - Ты шутишь? Чем здесь можно любоваться? Одни руины, грязь и мусор…
        - Просто все зависит от того, как посмотреть на это, - повернувшись к Колчану, улыбнулся Черный Человек. - Ты видишь одни руины, грязь и мусор… Я же вижу совершенно другое!
        - И что ты видишь?
        - Я вижу город не поверженный, не сдавшийся и не уничтоженный до конца. Город, чье существование уже само собой чудо. Эти руины заполнены призраками прошлого и даже спустя десятки лет после войны они хранят боль и память тех, кто погибал в их стенах. Но стены стоят, стоят, как и прежде, напоминая нам о прошлом, как древние памятники античной культуры. И в стенах этих еще теплится жизнь, здесь живут люди, необычные люди, отвергнутые обществом, не принявшие его законов…
        - Отбросы общества, а не люди.
        - Странно слышать такие слова от тебя, Колчан. Ты ведь такой же, как и они, ты живешь среди них, командуешь одними, грабишь и убиваешь других и иной жизни для себя не ищешь и даже не желаешь. Хотя давно бы уже мог уехать отсюда, купить себе виллу где-нибудь на Кубе и прожигать остаток дней, загорая на пляже и потягивая ром… Но нет, такая жизнь не для тебя, Колчан! Верно?
        Черный Человек в упор посмотрел на лидера бандитов. Колчан заглянул в его бездонно черные глаза, немного помедлил, но не выдержал и отвернулся.
        - Да, верно, - сказал Черный Человек и улыбнулся. - Иной жизни для себя ты не представляешь. Тогда скажи, чем ты отличаешься от этих отбросов общества?
        - Да ничем я от них не отличаюсь, - фыркнул Колчан. - Я такой же, как и они, а может быть даже хуже.
        - В этом ты прав, - вновь улыбнулся Черный Человек. - Поэтому и кое почему еще я тебя и выбрал.
        - Выбрал? Для чего?
        - Потом узнаешь. А сейчас лучше посмотри вниз на этих людей.
        Колчан повиновался и вправду увидел людей стекающихся на площадь. Мужчины, женщины и даже дети двигались к мэрии. Среди них были бандиты и убийцы, проститутки и наркоманы, оборванцы и уличная шпана и все они шли сюда к логову Колчана. Шли, будто ведомые чьей-то волей, сами не зная почему. Будто какая-то сила призвала их сюда.
        Главарь бандитов с опаской поглядел на Черного Человека. Тот улыбался, с каждой секундой его улыбка становилась все шире и шире и наконец, он расхохотался.
        - Что они все здесь забыли? - спросил Колчан.
        - Они чувствуют… И они пришли поприветствовать нас…
        И Черный Человек вновь расхохотался.
        Неожиданно откуда-то к площади, где уже скопилось изрядное количество людей, подъехали два черных бронированных фургона. Двери автомобилей распахнулись, и оттуда высыпали полицейские в бронежилетах, шлемах и с автоматами. Расталкивая местных группа захвата устремилась к логову бандитов.
        - Это за нами! - сказал Колчан, а затем, развернувшись, прокричал в дом уже своим подручным. - Ребята, держать под прицелом все входы и выходы! Облава, парни, легавые пришли нас брать!
        В доме послышалась возня, все бандиты похватались за оружие.
        - Да не волнуйся ты так, Колчан, - произнес Черный Человек. - Я же говорил, что мы будем готовы.
        И улыбнувшись, Черный Человек возвел руки к небу, а взгляд устремил на толпу. Толпу, которая уже в следующую секунду начала как-то странно вести себя, сначала она загудела, а затем в бешенстве накинулась на полицейских.
        Прозвучали выстрелы. Полицейские начали палить во всех, кто находился рядом, но жители Старого Города продолжали переть и давить. Колчан увидел, как какой-то наркоман, оказавшийся вблизи с представителем закона, но уже подкошенный пулей, падая, вцепился зубами убийце в ногу. Полицейский закричал и пристрелил наркомана. Но тут же сзади на него налетели еще двое, они рвали, кусали, царапались и делали все, что только могли, не жалея себя, чтобы умертвить врага. Их пристрелили, но законник был мертв, а его товарищи безумно палили во всех, кто только приближался к ним. Но, несмотря на все это один за одним они гибли под напором толпы, обезумевших жителей Старого Города.
        Колчан услышал, как кто-то из полицейских вызывал по рации подкрепление. Он посмотрел на Черного Человека, тот с наслаждением взирал на происходящее.
        - Толи еще будет, - усмехнулся Черный Человек.
        Ничего непонимающие бандиты, засевшие в здании, высыпали на балкон. Раздались удивленные возгласы и крики, но они быстро потонули в приближающемся вое полицейской сирены.
        - Скоро здесь будет очень жарко, - сказал Колчан.
        - Ты прав, - кивнул Черный Человек. - Возьми нескольких людей и отправляемся. - Затем он повысил голос и обратился к банде. - А вы к окнам и оборонять это здание, как самое ценное в вашей жалкой жизни!
        И отчего-то никто из бандитов не спросил, почему они должны подчиняться этому незнакомцу, все тут же кинулись выполнять приказ.
        Внизу к группе захвата подъехало подкрепление. Еще несколько машин с полицейскими в боевой амуниции. Не дожидаясь приказа вновь прибывшие начали стрелять. Но толпа обезумевших отбросов общества нахлынула и на них. Крики стали еще громче, выстрелы чаще. Банда Колчана тоже начала палить из окон, не разбирая ни местных, ни чужих…
        На плечо Колчана опустилась рука. Бандит повернулся и взглянул на Черного Человека.
        - Ну, все. Насладились, и хватит. Пошли отсюда.
        - А что с моей бандой? - спросил Колчан.
        - Ими придется пожертвовать во имя Начала.
        - Начала чего?
        - Начала Ада на земле!
        Колчан в упор посмотрел на него, а затем кивнул.
        - А теперь пошли, у нас впереди еще много дел, - сказал Черный Человек.
        Внизу обезумевшая толпа вопила и дралась всем, чем только можно. Отовсюду доносились выстрелы и вой сирены. Где-то уже разгорелось пламя пожара и сейчас, в вечернем сумраке, все это действительно напоминало Ад.

60.
        Майор с ужасом наблюдал за бойней, разразившейся на площади возле мэрии. Здесь на пятом этаже полуразрушенной многоэтажки он вместе с группой Алекса находился в безопасности. Но там, вдалеке, возле мэрии, гибли люди, люди с которыми он служил, возможно, многих из них он знал лично. И сердце его сейчас рвалось туда.
        - Алекс, мы должны что-то сделать!
        Тимофеев прокричал это. Он соскочил с места, но сильная рука Алекса прижала его к стенке и локтем надавила на горло.
        - Успокойся, Артем, ты можешь выдать нашу позицию, а мы должны только наблюдать. У нас здесь совсем другая задача. Пойми это!
        - Но я не с вами, - выдавил из себя Тимофеев. - Я - майор полиции, и я должен быть там, как-никак моя вина в побеге Колчана тоже имеется.
        - Больше ты не майор полиции, понял! - прорычал Алекс.
        - Но там гибнут люди!
        - Ну и пусть гибнут, ты им все равно ничем не поможешь! А если будешь сопротивляться, мне придется усмирить тебя, я же уже говорил.
        - Что с тобой стало, Алекс? - с отчаяньем посмотрев на былого товарища, произнес Артем.
        - Я - солдат вот, что со мной стало. И я выполняю приказы! - Алекс убрал локоть с горла Артема. - А сейчас будь паинькой… друг, и сиди смирно!
        Тимофеев послушно сел и с тупой болью в сердце, поглядывая на Алекса. Там вдалеке, где сейчас погибали его люди, уже бушевало пламя, а крики и выстрелы, казалось, с каждой минутой становились все громче и громче.
        Неожиданно Алекс встрепенулся, поднес палец к уху, помолчал несколько секунд и произнес:
        - Ни в коем случае не теряйте объект из виду.
        Затем он посмотрел на Артема и сказал:
        - Черный Человек в сопровождении Колчана и еще двоих покинули убежище и, сев в машину, направились прочь из города. Все, нам здесь делать больше нечего, убираемся.
        - А что с людьми на площади? - спросил Тимофеев.
        - Меня это не касается, Артем, и тебя тоже, заруби себе это на носу! Мы солдаты и на войне мы должны выполнять приказы, остальное нас не касается.
        - Наверное, тебе не сказали… друг! - последнее слово Артем произнес с нажимом. - Но война уже давно кончилась.
        - Только не для меня!

61.
        Аид стоял возле окна в своем кабинете и глядел на ночной город. Он думал, в последнее время он очень много думал, но на то были свои причины. Древние пророчества сбывались и кому, как не ему, Аиду, было видеть это. Ему, кого в Совете Тринадцати нарекли самым прозорливым. Теперь-то Орден отметит его заслуги по достоинству. И даже надменному учителю придется признать его правоту.
        Аид видел знаки, соответствующие пророчеству, и последние из них дали понять, что Темный явился, чтобы по праву взять то, что ему принадлежит, а именно: власть над этим миром! Аид и не думал, что пророчество начнет сбываться именно на его веку, и поэтому он умолчал о разгаданных им знаках перед Советом. Умолчал он и о белоснежном крыле, найденном его людьми в руинах разрушенного небоскреба. Это крыло не могло принадлежать ни одному живому существу. Оно являлось частью пророчества, и Аид догадывался, чье именно это было крыло. После того, как вся мозаика будет сложена, он предстанет перед Советом, и тогда они все восхитятся им и его право быть лидером окажется неоспоримым. И тогда кое-кому придется потесниться… Но а пока он хотел убедиться в своей догадке в последний раз.
        Дверь его кабинета распахнулась, и в комнату вошел Артем в сопровождении Алекса и еще двоих.
        - Твои люди следят за ним? - не поворачиваясь и все также глядя в окно, спросил Аид.
        - Да, - ответил Алекс. - Объект покинул город в сопровождении еще троих, и теперь они движутся на восток.
        - Продолжайте слежку и смотрите не потеряйте его из виду. Ты лично отвечаешь за это головой!
        - У меня задействованы все силы, за ним следят даже со спутников, - отрапортовал Алекс.
        - Хорошо, - кивнул Аид. - Можешь быть свободен. А мы с майором пока побеседуем.
        - Слушаюсь, - сказал Алекс и поспешил покинуть кабинет вместе со своими подручными.
        А Тимофеев вновь остался наедине с Аидом, который все также продолжал глядеть в окно на ночной город, сжимая в руках черный деревянный посох.
        - Живут, работают, любят, волнуются, мечтают и даже не подозревают, что скоро от мира, каким они его знают, не останется ничего, - тихо сказал Аид.
        - Простите, что? - спросил Артем, хотя и расслышал слова, произнесенные чернокожим.
        - Да так, мысли вслух, - поворачиваясь к Артему, произнес Аид. - Присаживайтесь майор, в ногах правды нет.
        - Говорят, что в том месте, на котором сидят, ее тоже нет, - постарался пошутить Артем, но лицо чернокожего осталось таким же каменным. Тимофеев почувствовал, что сказал что-то не то, и поспешил опуститься в кресло. Аид, как и в прошлый раз, уселся напротив, положил ногу на ногу и пристально впился взглядом в майора. В который уже раз Артем отметил для себя, что холодный взгляд этого чернокожего очень напоминает ему взгляд человека в черном.
        - Теперь рассказывайте, майор, все, что вы видели в Старом Городе, и не упускайте никаких деталей. Меня интересует все, самые малейшие подробности, а особенно то, что делал Черный Человек.
        И повинуясь приказу Аида, Артем начал рассказывать. Он рассказал о том, как они с группой Алекса наблюдали за зданием старой мэрии; рассказал о том, как Черный Человек вышел на балкон и долго стоял там, разглядывая окрестности.
        - …И когда он стоял на балконе, мне казалось, будто он чувствует, что за ним следят, - сказал Артем. - Долгим взглядом он смотрел в сторону нашего наблюдательного пункта, и мне казалось, будто он видит нас, но его это нисколько не заботит.
        - Еще бы, - усмехнулся Аид. - Что было дальше, майор?
        - Дальше… Дальше к нему вышел Колчан, и они еще долго о чем-то говорили. Но еще раньше на площадь, перед зданием мэрии начали стекаться люди. Сначала я не обратил на это внимания, поскольку их было немного, и я подумал, что их просто привлек труп азиата, которого до нашего приезда выкинули из окна мэрии. Но труп их не интересовал. Стекавшиеся на площадь люди, будто под гипнозом… да я убежден, что под гипнозом, хотя о гипнотизерах такой силы я никогда раньше не слышал… но эти люди явно были под гипнозом. Они оставались на площади, поднимали головы и смотрели на балкон… на него!
        - Слабые, проклятые души, которые уже принадлежат ему, - сказал Аид. - Они почувствовали своего хозяина и пришли поприветствовать его.
        Артем с удивлением поднял глаза на чернокожего и уже было открыл рот, чтобы спросить, но Аид опередил его и произнес:
        - Не надо вопросов. Рассказывайте, что было дальше, майор.
        Артем помедлил секунду, борясь с предательскими мыслями и продолжил:
        - Потом… Потом приехали наши. Группа захвата вышла из броневика и двинулась к зданию, где засела банда. Но когда они начали приближаться к логову бандитов, толпа напала на них. Люди, будто обезумевшие, кинулись на полицейских и словно дикие звери начали драться. Они били палками, кидались камнями, сражались врукопашную. Наши начали отстреливаться, но куда им было против обезумевшей толпы, та быстро поглотила их. А ваш Черный Человек все это время стоял на балконе и улыбался, глядя на то, как на площади убивают полицейских. Не знаю, дожил ли кто-то из них до приезда подкрепления, но то не заставило себя долго ждать. Подъехало еще два броневика со спецназом, но тут уже банда начала стрелять из окон и с балкона, а толпа не останавливаясь, повалила на вновь прибивших. На площади перед мэрией развязалось настоящее сражение, отовсюду доносились выстрелы, крики и стоны умирающих…
        - А что делал Черный Человек в это время? - спросил Аид.
        - Что делал Черный Человек в это время?! - вскричал Артем, будто забывшись, кто перед ним. - Не знаю я, что делал ваш чертов Черный Человек в это время! Я не следил за ним, поскольку ваш чертов Алекс впечатал меня в стенку.
        - Да. И отчего же он это сделал? - Лицо чернокожего осталось по прежнему каменным и непроницаемым, ни один мускул не дрогнул на нем.
        - Я хотел помочь своим людям. Там, на площади, гибли те, с кем я вместе служил, многих из них я знал лично и я хотел быть там, с ними!
        - Глупое и безрассудное желание, свойственное лишь людям вашего круга мышления, - спокойно произнес Аид. Затем он в упор посмотрел на Артема и добавил: - Вы ищете смерти, майор? Я могу помочь вам найти ее!
        - Нет уж, спасибо, - ошарашенно пролепетал Тимофеев. - Я как-нибудь сам.
        - Это хорошо, - улыбнулся Аид. - Тогда вы можете быть свободны, но только пока!
        Артем встал с кресла и уже собрался было уходить, но вдруг остановился и спросил:
        - Позвольте только один вопрос.
        - Я вас слушаю.
        - Кто этот странный человек в черном, на которого вы охотитесь?
        - Я, охочусь? - усмехнулся Аид. - На него невозможно охотиться, это никому не под силу. Все, кто пытался с ним бороться, потерпели поражение. Так что я искренне сочувствую его врагам.
        - Так все же, кто он такой?
        - Ты действительно хочешь это узнать, майор? - глаза чернокожего сверкнули.
        - Да.
        - Ну, тогда слушай… - сказал Аид и загадочно улыбнулся.

62.
        Скорый поезд несся по железной дороге. Вокруг не было ничего, кроме дикой безжизненной земли, будто выжженной под палящим солнцем. Правда и солнце не выглядело ни таким жарким, ни таким ярким. Катя вообще не видела его за серыми облаками, будто вечно сковывающими это небо. Иногда на безжизненных полях попадались остатки былой цивилизации, какие-то дома, заводы, будто после бомбежки, с вынесенными окнами, обветшалыми и рассыпавшимися от старости стенами.
        "Интересно, что здесь произошло?" - думала Катя.
        Но спросить у Макса она не могла, поскольку парень спал в кресле, мирно посапывая в такт колес, несущихся по железной дороге.
        И вдруг неожиданно все пропало. Вернее не совсем все, поезд никуда не делся, он все также мчался по рельсам, но пейзаж за окном исчез. Катя прильнула к окну и поняла, что они пересекают какой-то огромный каньон. Дна каньона она не разглядела, так же, как и другой стороны, куда по логике должен был въехать поезд. А огромные окна и стеклянная крыша поезда позволяли, в полной мере, погрузится в эту пустоту. Мост, по которому пролегала железная дорога, не имел опор, и это довершало впечатление того, что поезд, будто летит в воздухе.
        Впечатление оказалось приятным, но странные чувства не покидали. Катя никогда не слышала, чтобы в этих местах имелось что-то подобное.
        "Неужели это тоже дело человеческих рук? - подумала она. - Боже, что мы делаем с нашей родной планетой. Неужели мы как вирус заражаем и уничтожаем все, до чего только можем дотянуться?"
        Но ответа на ее вопрос не нашлось и поэтому, она была вынуждена остаться наедине со своими печальными мыслями и просто смотреть в окно, вдаль, в бесконечность.
        Наконец поезд миновал мост и въехал на другой край каньона. И Катя вновь увидела привычный уже для себя пейзаж безжизненной и холодной пустыни.
        Оказавшись на другом краю каньона, поезд принялся медленно замедлять ход. Макс зашевелился на соседнем кресле и начал пробуждаться.
        - Что происходит? - сквозь сон спросил парень.
        - Кажется, мы куда-то приехали, - ответила Катя.
        - Ясно, - пробурчал Макс и, приняв более удобное положение, взглянул в окно.
        Поезд въезжал в какой-то населенный пункт. Вокруг стояли маленькие в несколько этажей домики, на некоторых из них висели неоновые вывески, в данный момент неработающие. Наконец поезд замедлил ход и остановился напротив станции.
        Приятный женский голос по коммуникатору сообщил пассажирам название станции и их время пребывания здесь.
        - У нас есть целый час, - сказал Макс. - Пойдем где-нибудь перекусим?
        - Я не против, - ответила Катя.
        И они, покинув вагон, направились на поиски закусочной. Впрочем, кафе не пришлось долго искать, оно оказалось здесь же на станции.
        Внутри было светло и просторно. Недолго думая Катя с Максом разместились за барной стойкой.
        - Чего изволите? - спросила девушка за стойкой.
        - Чего-нибудь позавтракать, - ответил Макс.
        - Могу предложить вам яичницу с гренками и кофе. Как вы на это смотрите?
        - Положительно, - взглянув на Катю, сказал Макс.
        - Тогда подождите немного, - попросила девушка и ушла на кухню.
        Макс закурил. Сверху над барной стойкой работал телевизор и по нему передавали выпуск новостей. Невольно Катя взглянула на экран и увидела окрестности старого обветшалого города, объятого пламенем, и людей бешено орущих и стреляющих в разные стороны.
        "…Уже несколько дней подряд правоохранительные органы не могут справиться с буйствами, охватившими Старый Город. Местные жители бесчинствуют, будто обезумившие, они грабят, убивают и поджигают все вокруг. Сейчас Старый Город больше напоминает зону боевых действий. Полиция высылает отряд за отрядом, но погасить пламя мятежа она, похоже, не в состоянии. Бои ведутся с переменным успехом, перевес переходит то на одну сторону, то на другую… Нам сообщили, что скоро к стенам старого города будут подтянуты военные силы… А все началось, казалось-бы с простой операции, проводимой правоохранительными органами. Наша доблестная полиция пыталась захватить местного криминального авторитета по кличке Колчан, ранее сбежавшего из-под стражи. Каким образом ему удалось это сделать пока остается загадкой… Как нам стало известно Колчан является опаснейшим преступником-рецидивистом и на сегодняшний день занимает главенствующее положение в криминальной иерархии Старого Города. При попытке захватить его полицейские столкнулись с жестким сопротивлением, местные криминальные структуры решили не отдавать своего босса без
боя. Это бы еще ничего, но в бойню были вовлечены и простые обездоленные жители Старого Города, которые вышли на улицу и присоединились к бандитам. Хотя, как мы знаем, эти самые местные жители, сами поголовно являются преступниками и наркоманами… Если вы видели мои репортажи ранее, вы об этом наслышаны… И сейчас на улицах Старого Города происходит настоящее безумие, все в огне, отовсюду раздаются выстрелы и дикие крики умирающих… Если бы Ад существовал, он бы был здесь… Спасибо за внимание, с вами была Соня Стрижова, ведущая пятого канала".
        Макс посмотрел на Катю. Девушка напряженно глядела на экран.
        - Боже, что творится с этим миром, - произнесла она.
        - А я ведь когда-то жил там, - сказал Макс. - Ты думаешь это как-то связано с тобой?
        - Да, - кивнула Катя.
        - Но какое это имеет к тебе отношение?
        - Я пока не знаю, но в том, что это связано со мной, я просто уверенна.
        - Еще и этот Колчан опять на свободе, а я почему-то думал, что майор прикончил его, а нет, смотри, какой живучий оказался, гаденыш. Надеюсь, что хоть в этом безумии, охватившем Старый Город, он наконец-то найдет свою смерть.
        - Почему-то мне так не кажется, - произнесла Катя. - Думаю, мы еще встретимся с ним.
        - Не волнуйся, зайчонок, я смогу защитить тебя от него, - пообещал Макс и, обняв девушку, поцеловал ее. Катя ответила ему взаимностью, но потом опустила голову и сказала:
        - Мне очень жаль, что я втянула тебя в эту историю.
        - Не говори глупостей! - воскликнул Макс. - Я же люблю тебя, глупенькая, и я буду с тобой до конца, чтобы не случилось. К тому же мы это уже обсуждали, так что не начинай сначала.
        Катя улыбнулась и взяла парня за руку.
        - Спасибо, Макс, я очень ценю твою поддержку. И я рада, что ты со мной… Но я боюсь за тебя и за нас обоих… Колчан это всего лишь пешка и тот, кто стоит за ним, гораздо страшнее всех кого ты только можешь себе представить.
        - Ничего, я буду готов к встрече и с ним. Мы еще посмотрим, кто кого, зайчонок. Нет ничего в этом мире, чего бы ни смогла преодолеть наша любовь.
        - Ты безумный, Макс, - улыбнулась Катя. - Но мне это нравится.
        - Я безумный от любви к тебе, - сказал парень и еще раз поцеловал девушку.
        Над ними раздался смущенный кашель. Катя и Макс оторвались друг от друга и посмотрели на девушку за стойкой, которая держала в руках две тарелки.
        - Ваш завтрак, - произнесла она и поставила перед парой тарелки с горячей скворчавшей яичницей и гренками. - Приятного аппетита.
        - Спасибо, - поблагодарила Катя, и они с Максом принялись за еду.
        - Если хочешь, зайчонок, давай немного отвлечемся и поговорим о чем-нибудь другом.
        - Хорошо, - кивнула Катя. - Знаешь, пока ты спал, мы проезжали какой-то огромный каньон, но я никогда не думала, что в этих местах есть что-то подобное.
        - А ты, наверное, имеешь ввиду Уральскую Впадину.
        - Наверное, - удивилась Катя. - Откуда она взялась?
        - Эхо войны, - сказал Макс. - В самом конце войны здесь применили какой-то страшный новый вид оружия. Его действие привело к движению тектонических плит, было страшное землетрясение, приведшее к образованию этой впадины. Теперь на поверхности земли остался ужасный шрам, говорят, что его даже можно увидеть из космоса.
        - Это ужасно!
        - Да, ужасно, я с тобой полностью согласен.
        "Интересно, и какие еще сюрпризы готовит мне этот мир?" - подумала девушка и с грустью посмотрела на яичницу. Есть ей уже не хотелось, аппетит оказался испорчен.

63.
        По длинному тускло освещенному коридору, постукивая посохом, шел человек в темной мантии с капюшоном, накинутым на голову. Удары посоха о каменный пол разносилось долгим эхом по пустому пространству. Коридор был старым, как и стены храма в котором он находился. А храм был построен в незапамятные времена предками обладателя черного посоха.
        Коридор вел в зал, используемый только в крайних случаясь и лишь для одной цели, сбора всех тринадцати членов ордена и их совета. Но сегодняшний случай был действительно важным, и он требовал присутствия всех. Человек в темной мантии дошел до конца коридора и, отворив дверь, вошел в зал.
        В зале оказалось темно и мрачно. По стенам горели факелы, но всего пространства зала они не освещали, свет, будто боялся тьмы, и терялся в ней. Зато пентаграмму, начертанную на полу, было видно очень хорошо, ее кроваво красные линии сверкали и переливались в свете факелов. По кругу, описывающему пятиконечную звезду, стояли двенадцать фигур в таких же темных мантиях и с такими же черными посохами в руках. Вошедший оказался тринадцатым.
        Аид скинул капюшон и произнес:
        - Приветствую вас, Темные Апостолы.
        Темные Апостолы, Совет Тринадцати… Хотя за прошедшие эпохи их орден сменил много названий. Когда-то, тысячи лет назад, их далекие предки входили в состав римского сената. Потом они основали Золотую Орду, но и тогда им не удалось выйти из тени и погубить Веру. Они смогли проникнуть к тамплиерам и развалить орден храмовников изнутри. Аид помнил к чему это привело. Варфоломеевская Ночь - да, потомки надолго запомнили эти события, как и бесчинства инквизиции, к созданию которой орден тоже приложил руку… А потом они основали масонство, продолжив тайно править миром и пытаясь искоренить Веру. И это именно они придумали обман, что человек произошел от обезьяны, назвав это эволюцией, и многие уверовали в сию теорию, многие, но не все. Тогда следующей их попыткой пошатнуть человеческую Веру стала теория создания людской расы генетическим путем с помощью космических пришельцев, подарившим людям общество и задатки цивилизации. Версия получила широкий резонанс в обществе и бурно обсуждалась в СМИ, к тому же Апостолы постоянно подбрасывали все новые и новые доказательства, подкрепляющие эту теорию, но и это не
помогло достигнуть цели. Все их обманы терпели неудачу, и верующих оставалось еще слишком много, несмотря на все попытки борьбы с религией и ее атрибутами, и орден никак не мог выйти из тени. Однако в двадцать первом веке все изменилось, и причиной тому стало клонирование. Они создали новый фарс и, запустив его в мир, смогли наконец-то разрушить главные догмы церкви и погубить веру в Небеса и Бога. Правда для этого им пришлось сделать еще кое-что, маленькое и незначительное, то, что они уже проделывали ни один раз, а именно развязать мировую войну и в ее страхе, в ее агониях, боли и разрушении окончательно погубить надежду человечества. И в этот раз им все удалось: люди потеряли Надежду и Веру, и на обломках прежнего мира орден построил свою Империю.
        И теперь цель их была достигнута. Они подготовили мир для прихода своего Господина, и отныне им оставалось только ждать, ждать исполнения древнего пророчества. И, наконец, как понял Аид, а именно так нарекли чернокожего при рождении, в честь древнего имени их Господина, пророчество сбылось. И Господин сам поднялся в мир, чтобы взять то, что принадлежит ему по праву.
        - …И мы приветствуем тебя, брат, - сказал седовласый старик, стоящий напротив Аида, по другой конец пентаграммы. - Я думаю, всех нас интересует один вопрос: для чего ты в такой спешке, собрал нас здесь, в стенах нашего древнего храма. Ты таки знаешь закон: собрание здесь проводится лишь в крайнем и действительно важном случае!
        - Да, Натан, я знаю закон, - произнес Аид. - И думаю, что никто из вас не упрекнет меня в его незнании. Но сегодняшний совет, возможно, самый важный за всю историю существования нашего ордена.
        Все двенадцать Темных Апостолов напряглись и уставились на Аида удивленными глазами. Тот лишь улыбнулся, разглядывая лицо каждого и выжидая, в полной мере наслаждаясь минутой своего триумфа. Наконец, он произнес:
        - Сам Господин поднялся в наш мир! Пророчество сбылось, братья, и, наконец-то, мы станем свидетелями становления его царствия!
        Совет зашумел, все, перебивая друг друга, начали выкрикивать:
        - Этого не может быть!..
        - Невозможно!..
        - Не на нашем же веку?..
        Натан поднял посох кверху, его навершие сверкнуло пламенем, и он ударил посохом об пол. По краям пентаграммы пробежали языки пламени. Все Апостолы разом замолчали.
        - Тихо, братья, тихо, я призываю вас к порядку, - произнес старик. - Если это действительно так, Аид, то у тебя таки должны быть четкие доказательства.
        - И они у меня есть, братья, - торжествуя, сказал Аид. - Первые два условия пророчества исполнены…
        - Не может быть! - зазвучали новые голоса.
        - Дайте ему слово, - вышел вперед еще один из апостолов, уже немолодой мужчина с проседью в темных волосах. - Говори Аид.
        - Спасибо, Морган, - кивнул чернокожий, в сторону брата. - Все вы знаете строки пророчества, их мы усваиваем вместе с кровью матери, которой вскармливают нас наши отцы. Первые строки звучат так:
        "После падения Церкви, падет и Вера, а после падения Веры последует разрушение Рая и тогда ангелы падут на грешную землю".
        И вот ангелы пали. Вы братья, наверное, как и я, уже давно заметили их падение. Упавшие лучи священного огня наблюдались моими людьми в разных местах.
        - Моими тоже, - произнес Морган.
        - И моими, - сказал Натан. - И я, как и вы, братья надеялся найти доказательства тому, что это были ангелы, но никаких доказательств тому моими людьми найдено не было, попрошу заметить!
        - Моими тоже, - кивнул Аид. - До недавнего времени. Смотрите братья.
        Аид поднял посох кверху, сделал им несколько круговых движений и в центре, над пентаграммой образовалось серое облако. Облако медленно начало рассеиваться и на его месте начали появляться образы. Сначала Апостолы увидели руины разрушенного здания, обломки кирпичей, погнутые куски арматуры, а в пыли и копоти от пожарища белоснежное крыло, невероятно большое, крыло, которое точно не могло принадлежать ни одной птице. В следующую секунду чьи-то руки бережно подняли его, и картинка вдруг исчезла, а облако окончательно растворилось.
        - Неужели это?.. - пробормотал Морган.
        - Именно, братья, - торжествующе сказал Аид. - Крыло ангела.
        - Невероятно!
        - Таки отчего раньше мы не могли найти их следов? - спросил Натан.
        - Я долго думал над этим вопросом, - сказал Аид, - и пришел к выводу, что до сего дня ангелы, попадая к нам на землю, не теряли крылья и поэтому они оставались бесплотные и невидимые для человеческого взгляда.
        - Признаться честно, раздумывая над падающими лучами божественного света и не находя никаких следов, я приходил к тем же выводам, - вдруг согласился Натан. - Но это пока ничего еще не значит дорогой мой, Аид. Рай может рушиться долго, и ангелы тоже могут долго попадать в наш мир, это ничего не меняет. Говори дальше, ты таки сказал, что нашел подтверждение следующих строк пророчества.
        - Да, - улыбнулся чернокожий. - Нашел.
        "И после явления ангелов явится и Господин, чтобы забрать их души и разрушить, наконец, Седьмую Печать. А первыми кто признает его могущество и право повелевать будут проклятые, забытые и потерянные души…"
        Так звучат следующие строки, - продолжил Аид. - И действительно Господин уже поднялся в наш мир и проклятые признали его. Но перед тем, как предъявить вам доказательства его пришествия, мне необходимо немного уйти в сторону и рассказать вам о том, как я нашел нашего Господина и о его цели. Как вы понимаете после того, как я заполучил крыло, я сразу же приступил к поискам Черного Человека, мои люди проверяли все невероятные случаи и самые необычные происшествия и о каждом, хоть как-то выходившем за рамки событии они докладывали мне. И одно из них заинтересовало меня в большей степени. Из полицейского участка города, куда упал божественный свет, был совершен необычный и дерзкий по своей наглости побег. Сообщник заключенных просто пришел в участок, и будто загипнотизировав всех присутствующих, заставил полицейских вывести бандитов из камер и сопроводить к себе в машину. Причем даже те, кто в этот момент понимали, что происходит, ничего не могли с собой поделать и просто наблюдали за происходящим. Один из таких людей, майор Тимофеев, и сообщил моим людям об этом случае…
        Аид вновь поднял посох кверху и сделал им еще несколько круговых движений. Над пентаграммой опять образовалась темная дымка, а внутри нее появился образ человека.
        - …Тимофеев непосредственно занимался делом взятых под стражу и невольно стал свидетелем деяний нашего Господина. На время я сделал его своими глазами, изъяв из уголков его памяти всю необходимую мне информацию. - Картина в облаке поменялась и вместо Тимофеева в ней появились окрестности Старого Города. - Впервые он встретил Черного Человека, когда занимался разработкой банды местного криминального авторитета Колчана… - Картина в облаке вновь поменялась, и на ней возник Черный Человек, входящий в здание мэрии. - …Наш Господин искал себе преданных и верных слуг и не удивительно, что выбор его пал на одного из опаснейших преступников тех мест.
        - Но если это действительно Владыка, то почему он не явился пред нами, его верными слугами? - возмущенно спросил Натан. - У нас таки больше возможностей, чем у какого-то провинциального бандита.
        - Кто знает, - пожал плечами Аид. - Возможно, этого требуют какие-то негласные правила игры, либо он проверяет нас.
        - Неужели он может усомниться в нас, - раздался новый голос. - Тысячелетиями наши предки, также как и мы, служили ему верой и правдой и наконец, мы выполнили свою самую главную задачу и ниспровергли Веру.
        - Ты же знаешь, Джордж. Его пути неисповедимы, - вступил Морган. - Продолжай свой рассказ, Аид.
        - Как я уже говорил, Черный Человек заключил сделку с этим бандитом. И целью его, как вы, наверное, уже догадались, является тот самый ангел, чье крыло оказалось найдено моими людьми. - Чернокожий взмахнул посохом и в темном облаке появился образ Кати. - Вот этот ангел, что так необходим нашему господину. Банда совершила нападение на нее и ее друга, но это нападение не увенчалось успехом, после чего Колчан и его подельники оказались за решеткой. - Картина в облаке снова поменялась и в дымке возникла сцена перестрелки с участием майора и бандитов. Сцена отгремела и завершилась Колчаном, лежащим без сознания в луже крови.
        - …Девушку спас пресловутый майор Тимофеев.
        - Надеюсь, ты жестоко наказал этого смертного? - спросил один из апостолов.
        - Нет, - ответил Аид. - Я не тронул его. Сначала мне нужно было получить от него всю информацию, а потом мне просто понравилось забавляться с ним. Этот майор такой глупый и наивный, он до последнего верил, что я, как представитель власти, охочусь за нашим Господином. А потом, когда я рассказал ему кто такой в действительности Черный Человек, он впал в ступор, и психика его пошатнулась. Немудрено, я ведь сломал все его миропредставление. Теперь он мой безвольный раб и, я думаю, эта участь для него куда хуже смерти.
        - Коварно, Аид, коварно, - улыбнулся Натан. - Ты всегда любил забавляться с людьми. Хотя я придерживаюсь мнения, что твой майор отслужил свой срок и его пора отправлять на покой.
        - Я всегда успею это сделать, братья, а пока мне доставляет удовольствие наблюдать за его страданиями. Так или иначе, но этот майор очень пригодился мне, с его помощью удалось собрать наиболее полную информацию о Черном Человеке и его цели, ведь Тимофеев непосредственно вел все допросы.
        Аид вновь направил черный посох на облако, и лежащее в лужи крови тело Колчана исчезло. Вместо него появилась девушка-ангел и кто-то нависший над ней и задающий вопросы. Темные Апостолы увидели весь допрос Кати глазами майора целиком. После этого чернокожий ознакомил их и с допросом Колчана и еще раз показал сцену в полицейском участке, когда Черный Человек вызволял своих слуг.
        - И наконец, самое последнее доказательство пришествия нашего Господина.
        Старые образы в облаке вновь поникли и на их месте возникли окраины Старого Города и обветшалое здание мэрии, на балконе которой, смотря вниз на площадь, возвышались две фигуры. А на площади перед мэрией стояла толпа. Грязная, больная, в оборванной одежде эта толпа будто находилась под гипнозом: с такой откровенной радостью и рабским повиновением она взирала на Черного Человека.
        - Покинув участок, наш Господин направился на старое логово банды, где, конечно же, пришедшие в себя полицейские снова попытались его взять. Я предугадал это и послал Тимофеева вместе со своими людьми наблюдать за этой феерией.
        В темном облаке появились полицейские в шлемах, бронежилетах и с автоматами. Группа захвата пошла на штурм здания, но обезумевшая толпа накинулась на них и не щадя себя начала сражаться. Вскоре подъехало подкрепление, и тогда на площади разразилась настоящая бойня, кто-то стрелял, кто-то, обезумив орал, а кто-то умирал в агонии под ногами толпы, но с радостной улыбкой на устах.
        - А первыми кто признает его могущество и право повелевать будут проклятые, забытые и потерянные души… - повторил Морган строки из пророчества.
        - Верно, - кивнул чернокожий и улыбнулся. - Они признали его. Я думаю, и вы тоже теперь понимаете, что пророчество сбылось, и Господин пришел в наш мир, чтобы взять то, что принадлежит ему по праву. И мы должны сделать все, что в наших силах, чтобы помочь ему в этом.
        - Ты прав, Аид, - сказал тот, кого совсем недавно назвали Джорджем.
        - А я считаю, что все еще необходимо перепроверить, - косо посмотрев на Аида, молвил седой старик.
        - Нет, Натан, я думаю здесь и так все ясно, - не согласился Морган. - Это великое счастье, что мы дожили до этого дня. Я склоняюсь перед твой прозорливостью. - И он опустился на колени и опустил голову перед чернокожим. Остальные Апостолы последовали его примеру. Последним это проделал Натан, кланяться перед своим учеником старику выдалось впервой.
        Аид улыбнулся, это для него было наивысшим счастьем - видеть, как равные склоняют перед ним голову и восхищаются его заслугами.
        - Веди нас, Аид! - продолжил Морган. - Веди нас к нашему Господину, чтобы мы помогли ему осуществить пророчество!
        И Аид улыбнулся еще раз.

64.
        Проделав длинный путь, поезд прибыл в небольшой городок, расположенный неподалеку от "Пункта 12". До самого конечного места назначения не ходили ни поезда, ни автобусы, это место оказалось полностью отрезано от мира и не любило гостей.
        Населенный пункт, в котором оказались Катя и Макс, совсем не походил на тот мегаполис кишащий жизнью, из которого они приехали. Впрочем, не походил он и на Старый Город, а напоминал нечто среднее. Дома здесь очень походили на те, что Катя помнила по своему времени, не было здесь ни небоскребов, ни огромных торговых центров, ни широких улиц, заполненных автомобилями и людьми, казалось городок жил своею мирной, размеренной жизнью.
        Покинув вокзал, Катя и Макс направились к стоянке такси, находящейся неподалеку. Возле машин ожидали таксисты, они курили и что-то бурно обсуждали. Увидев приблизившихся гостей города, они разом замолкли.
        - Здравствуйте, - поприветствовал Макс. - Скажите, кто из вас может довести нас до "Пункта 12"?
        Вместо ответа таксисты дружно рассмеялись.
        - Не понял, - обиженно пробурчал Макс. - Я что-то не то сказал?
        - Откуда ты, паря? - спросил один из таксистов.
        - А это имеет какое-то значение? - насупился парень.
        - Да, в общем-то, нет, - пожал плечами таксист. - Просто на фанатиков вы, ребята, не похожи. Поэтому я ума не приложу, что вы забыли в Проклятом Городе?
        - Ты прав мы не фанатики. Но нам очень нужно попасть в этот самый город, а зачем - это уже наше дело.
        - Ну, боюсь, что с таким настроем помощи ты здесь точно не найдешь.
        - И что нам пешком туда прикажешь топать, - начал выходить из себя Макс.
        - Как хотите, можете пешком, мне то какое дело.
        Макс хотел еще что-то сказать на это, но потом мысленно плюнул и, взяв Катю за руку, произнес:
        - Пойдем отсюда, здесь мы точно не найдем помощи.
        - Постой, Макс, - не стала торопиться девушка.
        Она повернулась к таксисту, который собирался садиться в машину и уже открыл дверь, и сказала:
        - Простите моего друга, он немного вспыльчивый. Но нам, правда, очень необходимо попасть в "Пункт 12", мы проделали долгий путь ради этого. Может быть вы все же сможете нам чем-нибудь помочь или хотя бы знаете того кто нас может туда отвезти?
        Таксист минуту помедлил, а затем произнес:
        - Сам я ни за что туда не поеду, но я знаю одно место, где могут найтись люди, которые за приличную плату смогут вас туда отвезти.
        - Спасибо и на этом, - поблагодарила Катя.
        - Тогда садитесь и поехали.
        Катя и Макс сели в машину и таксист тронулся.
        - Скажите, а почему такой страх перед этим городом? - спросила Катя.
        - Перед Городом Проклятых?
        - Да, перед "Пунктом 12", - поправила девушка, другое название их места назначения ее пугало. - И почему вы его так называете?
        - А зачем он вам вообще сдался этот город?
        - Мы книгу пишем, - нашелся Макс. - О религии и о фанатиках.
        - Ну, тогда понятно. Раз книгу пишете это другое дело. А я то думаю, зачем вам этот городишко, на фанатиков вы вроде не похожи, вполне нормальные молодые люди… а вы писатели оказывается.
        - Да, - развеселился Макс. - Мы писатели!
        Катя посмотрела на Макса укорявшим взглядом, затем покачала головой и сказала:
        - А все-таки, почему этого города так боятся?
        - Да странный он какой-то город этот, - начал таксист. - Слухи о нем и его обитателях недобрые ходят. Говорят, они все там помешанные, умалишенные, блин. С утра до вечера Богу своему молятся, а по ночам костры жгут, и ритуалы свои черные творят. Еще говорят, что они детей воруют, чтобы такими же, как они сделать, фанатиками то бишь. А тех, кто не захочет они съедают.
        - Не может быть, - изумилась Катя.
        - Может, может, поверьте. Это еще что, про них и не такое рассказывали. Живут они там как в каменном веке без электричества, технику не признают, прогресс злом считают. А тех, кто к ним приходит, они ловят и, кто не верит в Бога ихнего они в костер бросают, как во времена инквизиции… Вот не понимаю куда, наше Мировое Правительство смотрит, давно уже разобрались бы с этим гадючьим гнездом… Ребята, понравились вы мне, вот не советовал бы я вам туда ехать, страшно мне за вас.
        - А вы не волнуйтесь, - сказал Макс. - Если что - мы сумеем за себя постоять.
        - Да, какой там сумеете, схватят вас и на костер потащат… Но не отговоришь вас наверное, вы ведь писатели и за этим… как его… за бестселлером все рветесь. Вот ума не приложу, кому про этих фанатиков читать интересно будет? Да кто у нас вообще книжки нынче читает? Бабушки, наверное! - таксист рассмеялся. - Вот лучше бы вы фильм сняли, про все их ритуалы дикие: как они ночью вокруг креста пляшут или людей на этом же костре жгут. Вот на это я бы еще посмотрел.
        - А если вдруг выяснится, что они ничего такого не делают, а просто живут себе особняком и молятся? - спросила Катя.
        Этот вопрос явно вогнал таксиста в ступор. Некоторое время он что-то обдумывал, а потом, наконец, сказал:
        - Да не, не может такого быть. Они же фанатики, рабы Веры. Тысячи лет церковь правила нами с помощью страха перед этим ихним Богом, а мы как овцы велись на эту самую чушь. А когда страхом правишь нужно эти самые страхи и показывать, а то людишки разбегутся, так что страхов, думаю, у них хватает.
        - А чем сегодняшний вид правления отличается от того, что ты описал? - неожиданно спросил Макс. - По-моему, нас все также в страхе держат: перед всеобщей диктатурой, перед уличной преступностью, перед городами воров и бандитов, не понятно, зачем и для чего существующих и готовых в любой момент восстать и взять власть в свои руки!
        Таксист, как-то странно прищурившись, посмотрел на Макса:
        - Опасные вещи ты говоришь, парниша.
        - Я просто мнение свое высказываю.
        - А может не стоит его первому встречному высказывать?! - сказал таксист. - А то мало ли?! Вдруг я высажу тебя и сразу же крамолу писать побегу?
        - Да я, в общем-то, ничего такого и не сказал, просто мнение высказал. Многие, кто еще думать способны, так же рассуждают.
        - Рассуждают то они так же, да помалкивают, - парировал таксист. - Везет тебе парень, что городок у нас маленький, да спокойный… так что давай лучше не будем об этом, к тому же мы почти приехали.
        Таксист свернул в проулок между высокими домами и, проехав по узкой улочке, остановился возле дверей неприметного бара.
        - Здесь вы возможно найдете того, кто согласится отвезти вас в Проклятый Город. В этом баре тусуются самые отчаянные парни. Только будьте осторожны. Опасное это место.
        - Спасибо вам, - сказала Катя.
        - Пожалуйста, - отозвался таксист. - Берегите себя, ребята.
        Макс расплатился с провожатым, после чего тот уехал, оставив их возле дверей бара.
        - Ну что, пошли искать того, кто поможет нам добраться до нашей цели? - спросил парень.
        Катя кивнула, и первая вошла в бар.

65.
        В баре оказалось темно и многолюдно. В воздухе витал запах зеленого змия и табака. Играла громкая музыка, под которую полуобнаженная девушка в ковбойской шляпе танцевала на сцене вокруг шеста. Заведенные мужчины орали ей и от восторга хлопали в ладоши. Вокруг все веселились, пили, смотрели стриптиз и играли на бильярде.
        Протискиваясь мимо местных, Катя и Макс двинулись к барной стойке.
        - Что будем делать? - спросила Катя.
        - Думаю, для начала выпьем и осмотримся, - ответил Макс и кивнул бармену.
        Бармен, высокий толстый мужчина не заставил себя ждать.
        - Чего желаете? - спросил он.
        - Пиво, - сказал Макс.
        Бармен взял два стакана и начал наполнять их пенным напитком.
        - Надеюсь, ты пьешь пиво? - спросил Макс у Кати.
        - Не знаю, - честно призналась девушка. - Когда-то я его пробовала. Но сейчас не помню, нравится оно мне или нет.
        Макс удивленно посмотрел на Катю.
        - С каждым разом ты удивляешь меня все больше и больше, - сказал он.
        Тем временем к ним вернулся бармен и поставил на стойку два пенных запотевших стакана. Макс расплатился, и бармен отошел в сторону.
        Катя взяла стакан и сделала глоток. Пиво оказалось холодным и слегка горьковатым, но в целом весьма приятным. Она отхлебнула еще и поставила стакан на стойку.
        - Зачем ты наврал таксисту, что мы писатели? - спросила Катя. - Мне ведь подыгрывать тебе пришлось.
        - Решил пошутить, - усмехнувшись, сказал Макс. - Думал, вопросов меньше задавать будет, и нам больше расскажет. К тому же я всегда хотел стать писателем, но как-то не сложилось… А с таксистом хорошо ведь сработало?
        - Ну, да, - согласилась Катя. - Хотя все что он нам рассказал это сказки. Не может такого быть.
        - Все сказки на чем-то основываются, - философски заметил парень, делая очередной глоток. Пенный напиток ему явно пришелся по вкусу.
        "Да, и ты не представляешь, как прав", - подумала Катя, но вслух сказала:
        - Это не тот случай, ты же сам видел, что он ничего не знает, кроме слухов.
        - Согласен, то, что он говорил мало похоже на правду, но зато мой метод работает!
        И не дожидаясь Катиного ответа Макс, подозвал бармена.
        - Что-нибудь еще? - спросил бармен, взглянув на недопитые стаканы с пивом.
        - Да. Видите ли, мы с моей коллегой писатели, - парень кивнул в сторону Кати. Та улыбнулась, хотя и не была в восторге от метода Макса. Незаметно для бармена она легонько пнула парня в ногу. Макс сделал вид, что не заметил этого и продолжил:
        - … И мы приехали к вам издалека специально, чтобы написать книгу о "Пункте 12" и его обитателях, вы еще называете его "Проклятым Городом".
        - Ясно, - протянул бармен. - А я-то чем могу вам помочь?
        - Видите ли, нам необходимо туда попасть, чтобы увидеть все своими глазами. Собрать информацию так сказать, поговорить с местными, услышать их позицию, познакомиться с фактами.
        - Так…
        - Вот, а везти нас туда никто не хочет, боятся люди. Говорят - опасное место, и слухи о нем недобрые ходят.
        - И правильно вам говорят, - согласился бармен. - Опасно там.
        - Мы понимаем, но раз погоня за бестселлером требует риска, мы на это готовы, - невозмутимо, продолжил Макс. - Не знаете, кто бы нам мог помочь добраться туда?
        - Ума не приложу, - усмехнулся бармен.
        - А если подумать, - произнес парень и, достав портмоне, демонстративно вынул оттуда несколько купюр.
        - Ну, если хорошо подумать, то, наверное, смельчаки найдутся, - улыбнулся бармен. - У нас отчаянных ребят хватает.
        Парень протянул бармену деньги, тот взял их и пошел к другому концу стойки. Макс закурил и подмигнул Кате.
        - Ну, что я молодец? - спросил он.
        - Пока не знаю, - пожала плечами девушка.
        Через несколько минут бармен вернулся. С ним к стойке подошел еще один мужчина, лысый здоровяк, причем уже изрядно подвыпивший.
        - Знакомьтесь, это Саня, - представил здоровяка бармен. - За скромную плату он готов отвести вас в Проклятый Город.
        - А вы не боитесь? - спросила Катя.
        - Я уже ничего не боюсь в этом мире, детка, - усмехнулся Саня. - За хорошие деньги я даже готов поселиться в этом городе. - И здоровяк расхохотался.
        - А когда протрезвеешь, не передумаешь? - спросил Макс.
        - Обижаешь, братка, - фыркнул Саня. - Я своему слову хозяин!
        - Когда отправляемся? - спросил Макс.
        - Да хоть сейчас, машину только прогрею.
        - Нет уж, - покачал головой Макс. - Боюсь, в таком состоянии, ты нас только до ближайшего столба довезешь.
        - Да, я трезв, как стеклышко! - взревел Саня и силой ударил кулаком по барной стойке, отчего сам пошатнулся, и чуть было не упал.
        - Э-э-э, не буянь тут мне, - запаниковал бармен.
        Макс усмехнулся:
        - Да уж, не похож ты на стеклышко. Давай завтра, с утра, часов в десять. Мы сами с дороги устали. Сейчас найдем какой-нибудь мотель, отоспимся. А ты завтра за нами заедешь.
        - Ну, можно и так, - согласился Саня. - Только, деньги вперед.
        - Нет, братка, если я тебе деньги вперед дам, потом ищи тебя как ветра в поле.
        - Я своему слову хозяин! Но хоть задаток дай?
        Макс минуту поколебался, потом достал портмоне, вынул оттуда одну купюру и протянул ее Сане.
        - И это все? - расстроенно протянул здоровяк.
        - Да. Завтра, как отвезешь нас в "Пункт 12" получишь больше, а пока довольствуйся этим. На выпивку сегодня, я думаю, тебе хватит.
        - Ну, хорошо, - согласился Саня. - По рукам.
        - По рукам, - кивнул Макс, и они со здоровяком пожали друг другу руки. - А теперь скажите нам, друзья, где мы здесь поблизости можем найти мотель?
        - В квартале отсюда, есть один не дорогой, - сказал бармен. - Не премиум класс, конечно, потолки подтекают, мыши как у себя дома шастают, но на одну ночь там остановиться можно. К тому же и Саня его знает. Знаешь ведь?
        - Еще бы!
        Макс посмотрел на Катю.
        - Особого выбора у нас нет, - произнес он.
        - Я понимаю, - кивнула Катя. - К тому же это только на одну ночь.
        - Хорошо, - сказал Макс. - Мы будем там. Значит завтра в десять?! - обратился он к Сане. - И смотри не опаздывай.
        - Я буду там как штык, - заверил Саня. - Мне деньги ой как нужны. Так что не волнуйтесь, не кину.
        - Будем надеяться.
        И еще раз поблагодарив обоих, они с Катей направились на поиски мотеля.

66.
        Пройдя пешком квартал Катя и Макс наконец-то добрались до мотеля. День выдался тяжелым и насыщенным, усталость давала о себе знать, отчего очень хотелось спать.
        Мотель оказался старым пятиэтажным зданием. На вид ему было лет триста. Когда-то белые стены - сейчас выглядели старыми и потрескавшимися. В грязных окнах горел тусклый свет.
        - Дом будто из фильма ужасов, какого-то, - сказала Катя.
        - Согласен, - кивнул Макс.
        Они вошли в здание, прошли по пустому безжизненному холлу и остановились у стойки администратора. За ней сидел рыжеволосый мужчина в грязном полосатом красно-зеленом свитере и смотрел какое-то шоу по телевизору. Увидев Катю и Макса он удивленно поднял голову и спросил:
        - Чего изволите?
        - Номер, на ночь, - сказал Макс.
        - Это можно, - поглядев сначала на Катю, и лишь затем, переведя взгляд на Макса, ехидно усмехнулся администратор.
        Он назвал стоимость номера и, развернувшись, пошел за ключом, что-то бормоча себе под нос.
        "Похож на сумасшедшего", - подумала Катя.
        Макс отсчитал деньги и положил на стойку. Администратор вернулся и, взяв их, протянул парню ключ.
        - Приятной ночки, - проскрежетал он, а затем, давая понять, что разговор окончен, уселся в кресло и сделал громче звук телевизора.
        - Ладно, пошли отсюда, - сказал Макс.
        Как выяснилось лифт не работал, хотя администратор ни сказал об этом ни слова. И Кате с Максом пришлось подниматься на третий этаж пешком. С трудом преодолев скрипучие и прогнившие ступеньки, они все же нашли свой номер.
        Номер оказался маленький и мрачный. Обои были грязные и во многих местах порванные, на потолке тускло горела одинокая лампочка, телевизор не работал, а посреди комнаты стояла большая двуспальная кровать.
        - Конечно не апартаменты высшего класса, - хмыкнул Макс. - Но я спал в местах и похуже.
        - На одну ночь сойдет, - брезгливо беря в руки покрывала и морщась, сказал Катя. - К тому же я так устала, что просто валюсь с ног.
        - Я тоже.
        - Как думаешь, этот Саня отвезет нас в "Пункт 12"? А то он не слишком-то похож на того кому можно доверять.
        - Возможно, - кивнул Макс. - Но мне отчего-то кажется, что свое слово он сдержит.
        - Будем надеяться, - вздохнула Катя. - Пойду, проверю, есть ли в нашем номере горячая вода, а то так хочется принять душ с дороги.
        - Я бы не очень-то на это рассчитывал, - улыбнулся Макс. - Но попытка - не пытка. А я, пожалуй, сразу лягу спать, а то, как мне кажется, завтрашний день будет не менее насыщен событиями, чем сегодняшний.

67.
        Черный полицейский броневик ехал по бескрайней безжизненной пустыне. Впереди была только узкая полоска асфальта, уходящая вдаль и теряющаяся за горизонтом.
        Колчан и двое его подручных покорно следовали за новым хозяином. Их немногочисленный отряд двигался на восток. Куда? Зачем? Этого бандиты не знали, а задавать вопросы не решались. Авторитет Черного Человека был непререкаем, отчего-то никто не решался с ним заговорить и тем более не оспаривал права лидерства. Его новые слуги лишь безоговорочно выполняли приказы, чувствуя в нем силу и право отдавать эти самые приказы. Да и сам хозяин оказался немногословен, он лишь отдавал распоряжения и под взором его черных глаз люди покорно склоняли головы и, казалось, были готовы на все.
        Иногда, когда группа делала привал, Черный Человек надолго уходил в пустыню и будто растворялся во тьме. Его исчезновению всегда сопутствовал черный как ночь ворон, откуда-то появлявшийся и уносившийся вдаль за горизонт. А когда ворон прилетал вновь, появлялся и Черный Человек.
        Никто не обращал на это внимания, кроме Колчана.
        Отчего-то Черный Человек пугал его, он чувствовал в нем силу и власть, но эта сила казалась ему злой и темной. Впрочем, и собственную жизнь он считал такой же: злой и темной! Колчан знал, что бесповоротно погряз в грехе, и о спасении души и помыслить не мог. Уже давным-давно он поставил крест на своей судьбе и теперь лишь плыл по течению не пытаясь барахтаться.
        Рука старого бандита неосознанно потянулась к груди, где под майкой, скрытый от всех, висел старый оловянный крестик. Пальцы сжали эту дорогую для сердца вещь, доставшуюся ему от матери в день ее смерти. Это произошло почти пятьдесят лет назад, во времена войны, которую впоследствии стали называть Третьей мировой. Тогда он был всего лишь мальчишкой. Сколько ему было? Семь. Может восемь, этого он уже не помнил. Казалось, все его детские воспоминания стерлись после той ужасной ночи, остались лишь небольшие фрагменты, обрывки и осколки памяти. Он помнил, как жил с матерью в маленьком городке. Его мать была глубоко верующей и часто читала сыну Библию. Странно, но его память бережно хранила многие строки из этой книги, запрятав далеко другие воспоминания.
        А потом пришла война.
        Бомбежка началась ночью. Они с матерью спали, когда небо разразилось страшным грохотом, и потолок обрушился. Спустя какое-то время Колчан открыл глаза, тогда его еще звали другим именем. Но каким? Этого его память тоже не сохранила. И он пополз, его правая нога болела и из нее сочилась кровь, но он все же полз, полз туда, где лежала е мать. Она оказалась еще жива, но тяжело дышала, ее левая рука была как-то странно выгнута, а все тело перепачкала кровью.
        - Сынок, - прошептала она, - беги отсюда.
        Колчан помнил, как по его щекам потекли слезы. Он стал говорить ей, что все будет хорошо, что они выберутся, что добрые дяди придут и спасут их. Но она лишь покачала головой и, взяв его руку, крепко сжала ее. А потом улыбнулась такой улыбкой, какой умела улыбаться только она, и сказала:
        - Береги себя, сынок. Я очень тебя люблю.
        Ее глаза закрылись, закрылись навсегда, и рука медленно опустилась. А на ладошке Колчана остался лежать ее старый оловянный крестик на простеньком кожаном шнурке.
        Так он остался совсем один в этом суровом и жестоком мире.

68.
        Катя проснулось оттого, что в окно их номера кто-то тихо стучался. Она открыла глаза. Макс посапывал рядом.
        "Может это какая-то ветка, колышущаяся на ветру и ударяющая в окно?" - подумала девушка.
        Она снова попыталась заснуть, но стук по стеклу стал только настойчивей.
        Катя встала с кровати и зашагала к окну. Отдернув штору, она увидела на карнизе черного ворона. Эта наглая птица барабанила клювом по стеклу. Увидев Катю, ворон поднял голову и, впившись в нее агатовыми глазками, пронзительно каркнул, после чего сорвался с карниза и полетел прочь.
        Катя облегченно вздохнула и отвернулась от окна. Но вдруг вздрогнула, поскольку перед ней стоял администратор мотеля в грязном полосатом красно-зеленом свитере. Мужчина безумными глазами смотрел на девушку и похабно улыбался.
        - Привет, - мерзким голосом сказал он.
        Катя ничего не успела ответить, как администратор вдруг с силой толкнул ее в грудь. Девушка потеряла равновесие и почувствовала, как спиной ломает стекло и летит вниз. На лету она что-то пыталась кричать, но крик, казалось, потерялся где-то в ночной тьме.
        Катя упала на землю. Не на асфальт, как думала, а именно на землю. Еще несколько секунд приходило осознание, что все кости целы, а осколков стекла, которые вместе с нею летели вниз, нигде нет. Тогда она поднялась и огляделась.
        Почему-то девушка оказалась в пустыне среди серой безжизненной земли. Вокруг не оказалось ни души. Катя посмотрела под ноги в поисках осколков стекла и неожиданно поняла, что стоит внутри круга. На земле были начертаны какие-то линии, тянущиеся от окружности к центру. Она проследила взглядом за одной из линий и увидела в центре огромный вентиль.
        Вдруг где-то за спиной раздалось карканье ворона. Девушка обернулась и увидела черную птицу, несущуюся прямо на нее. Птица ударила ей в лицо и, оцарапав щеку, полетела дальше к центру круга. Из ранки выступила кровь. А ворон, ударившись о землю, превратился в Черного Человека.
        С торжеством он посмотрел на свою добычу и улыбался.
        - Твоя душа уже моя! - Донес до Кати ветер слова Черного Человека.
        Девушка хотела что-то сказать, но не могла. Она понимала, что надо бежать, но не могла и этого. Ей оставалось просто стоять и смотреть, как руки Черного Человека медленно опустились на вентиль и начали поворачивать его.
        - Не дай ему сделать это! - Услышала она чьи-то голоса.
        Катя огляделась и поняла, что теперь она не одна и вокруг стоит куча народу. Сотни, тысячи человек - вся пустыня оказалась заполнена людьми. И они в один голос умоляли ее не допустить того, что собирался сделать Черный Человек.
        Повинуясь их зову, Катя сорвалась с места и побежала вперед к центру круга, но ее ноги начали тонуть в какой-то грязи. Каждый шаг давался все труднее и труднее, с каждым разом ее ноги проваливались все глубже и глубже в вязкую жижу. А Черный Человек тем временем продолжал крутить вентиль и смеяться. С каждым поворотом вентиля его смех становился все громче и громче. Казалось, этот смех был везде и доносился отовсюду. И наконец, он сделал последний поворот и вдруг вентиль взорвался.
        От места взрыва во все стороны, вздымая землю, понеслась взрывная волна. Но отчего-то она прошла сквозь Катю, не тронув ее. Возможно, волна еще не успела набрать всей мощи, хотя девушка ощутила сильный удар, поваливший ее наземь.
        Волна понеслась дальше, и Катя увидела, как она врезалась в людей, стоящих в пустыне и дико что-то орущих. И когда она достигла живых, девушка увидела, как их плоть начала тлеть. Кусочки кожи, мяса начали опадать и исчезать, оставляя белые скелеты, все также продолжающие что-то дико кричать. А волна понеслась дальше, уничтожая все живое на своем пути и оставляя лишь мертвецов.
        Но эти мертвые, истлевшие тела продолжали жить. Пустыми глазницами они смотрели на Катю и, шагая вперед, выкрикивали:
        - Ты виновата в этом! Ты виновата в нашей смерти!
        - Нет, нет, - залепетала Катя, поднимаясь с земли. - Это не я… Я пыталась вам помочь!.. Вы же все видели?!
        Она попыталась бежать, но бежать было некуда. Со всех сторон Катя оказалась окружена скелетами, быстро надвигающимися на нее. С каждой секундой мертвые приближались все ближе и ближе, и наконец, они обступили ее и, повалив девушку наземь, принялись рвать ее.
        Из последних сил Катя закричала. Среди сотен костлявых рук, терзающих ее, она увидела силуэт приближающегося Черного Человека.
        - Оставьте и мне кусочек! - выкрикнул он и расхохотался.

69.
        - Катя, Катя, проснись! - откуда-то из глубины донесся голос Макса. - Что с тобой? Проснись, ну проснись же!
        Девушка пришла в себя и поняла, что лежит в кровати в грязном номере старого мотеля. Макс сидел на ней сверху и тряс ее. Испуганными глазами он смотрел на Катю.
        - Успокойся это всего лишь сон, - прижав девушку к себе, произнес парень. - Тебе приснился кошмар, теперь все в порядке.
        - Кошмар?! - будто не веря повторила Катя.
        - Да, кошмар. Я проснулся оттого, что ты кричала во сне и чему-то сопротивлялась, как будто кто-то напал на тебя… Ты меня так напугала… Что тебе снилось?
        - Мне… - Катя помнила, что ей снилось, но ей не хотелось рассказывать об этом Максу, поэтому она слукавила. - Я не помню.
        - Ну и неважно, - хмыкнул Макс. - Нам все равно уже нужно собираться. Если этот Саня нас не обманул, он скоро заедет за нами… Ой, у тебя кровь на щеке. Наверное, ты поцарапалась обо что-то, когда дергалась во сне.
        Катя провела ладонью по щеке, кровь оказалась в том самом месте, где ее поцарапал ворон.
        "Неужели это был не просто сон", - с ужасом подумала девушка.
        - Я сейчас, - сказал Макс и побежал в ванную.
        Через минуту он вернулся, держа в руке мокрое полотенце. Сев на угол кровати он начал нежно оттирать с Катиной щеки кровоподтеки.
        - Спасибо, Макс. - девушка взяла его за руку и нежно поцеловала. - Но я лучше пойду, умоюсь.
        - Хорошо. Ты точно в порядке?
        - Да, я точно в порядке и про сон уже забыла.
        - Ладно, тогда я пойду вниз и подожду нашего друга. Уже почти десять. А ты пока собирайся.
        Катя кивнула.
        Макс накинул кожаную куртку, улыбнулся девушке и вышел из номера.
        Катя зашла в ванную. Включила воду и начала умываться.
        "Просто ли это был сон или нечто другое, - с тревогой на сердце думала она. - Может это Он дает мне понять, что знает, где я? Может Он просто забавляется со мной, как кошка забавляется с мышкой перед тем, как ее съесть?"
        Катя умыла лицо и, взяв полотенце, начала вытираться.
        "Нет, это не мог быть просто сон. Он определенно давал мне понять, что знает, где я. И наверняка Он уже близок… Боже, я должна все рассказать Максу. Он имеет право знать… Может быть он уедет и спасется… Нет!.. Макс не такой, он никогда меня не бросит и будет со мной до конца, несмотря на грозящую ему опасность… Но обманывать его я тоже больше не в силах, я обязана рассказать ему все! Да, решено! Сегодня же я расскажу ему все!"
        Полная решимости девушка вышла из ванны, но сон никак не шел из головы и причиной тому был не ужасный Черный Человек в образе ворона, а что-то другое. Казалось, она упустила что-то важное.
        Девушка села на край кровати и еще раз постаралась вспомнить все произошедшее с ней во сне.
        "Может быть, ненароком, Он открыл мне чуть больше, чем желал того сам?"
        Она припомнила странное место в пустыне, огромный круг, в котором оказалась, и извивающиеся, напоминающие змей линии, идущие к центру.
        "Нет, это какой-то бред, - подумала Катя, вспомнив вентиль, который крутил Черный Человек. - Такое может привидеться только во сне… Хотя, может быть это какой-то образ, и ему действительно что-то нужно открыть и для этого ему нужна я".
        Катя еще раз вспомнила людей, кричащих ей из-за круга, чтобы она не допустила того, что собирался сделать Черный Человек и свое бессилие, когда попыталась остановить его.
        "Может, я могу как-то не допустить того, что он собирается сделать?.. Нет… Приятно конечно чувствовать себя значимой, думать, что я могу противостоять Князю Тьмы, но я всего лишь обычный ангел, вдобавок лишившийся крыльев. Я не способна ни на что… Но все-же что-то в этом сне было, что-то, что я должна понять… И почему-то мне кажется, что это как-то связано с "Пунктом 12". Надеюсь, там я найду ответы! А пока я должна все рассказать Максу! Поскольку у меня больше нет ни сил, ни желания его обманывать".
        Неожиданно Катя услышала автомобильный гудок. Она подошла к окну, к тому самому окну, из которого во сне ее вытолкал администратор. Минуту помедлила, гудок повторился, и она отдернула штору. На улице был день, пасмурный, холодный, но все же день и, конечно же, никакого ворона за окном не оказалось. Вместо этого девушка увидела Макса, стоящего возле какого-то старого драндулета, и махавшего ей рукой. Она помахала парню в ответ, давая понять, что скоро выйдет.
        Катя отошла от окна. Быстро оделась и, взяв в руку куртку, вышла из номера. Спустившись на первый этаж, она прошла мимо администратора. За столом сидела полная женщина в очках, а не мужчина в полосатом красно-зеленом свитере с лукавой улыбкой.
        - Простите, а где тот администратор, что заселял нас вчера? - отчего-то спросила Катя, когда отдавала ключи от номера.
        - Смена, Фредди закончилась, - сказала полная женщина и забрала ключи.
        Катя попрощалась и, с облегчением вздохнув, поспешила покинуть злополучный мотель.

70.
        Катя и Макс ехали на стареньком потрепанном автомобиле Сани. Трезвым их водитель оказался вполне нормальным и веселым человеком. Он много шутил, расспрашивал пару о жизни в большом городе и без утайки рассказывал о себе.
        - Видите ли, в нашем городе вообще сложно найти работу, - говорил Саня. - Большинство безработные и сидят дома или, как я, перебиваются мелкими заработками…
        - Почему же вы никуда не уедете? - спросила Катя.
        - Не знаю, наверное, уже привыкли, - ответил Саня. - Как говаривала моя бабка: человек скотина такая, он ко всему привыкает!.. Хотя, раньше здесь хорошо жилось, когда работа была. А потом завод закрыли, и полгорода без работы остались. Теперь наш городок медленно доживает свой век… Эх!.. Уж не знаю, что с ним и дальше будет: мужики пьют, молодежь колется, преступность растет… Скоро превратится наш городок в такой закрытый криминальный, где правят преступники и наркоманы…
        - Как наш Старый Город, - сказал Макс.
        - Вот-вот! - кивнул Саня. - Точь-в-точь в такой же! Все к тому и идет! Вот возьмет как-нибудь криминалитет восстанет и объявит наш город свободным от законной власти. Только вот ума не приложу, зачем наше Мировое правительство позволяет делать подобные зоны?
        - Как я слышал, они считают, что большинство людей порочны по своей сути, - с грустью сказал Макс, - и они в целях гуманизма позволяют им существовать в таких условиях, в каких те хотят жить, но по определенным правилам без перехода границ и нападения на жителей мирных городов. Но, как мне кажется, это какой-то очередной глобальный эксперимент над нашим обществом. Сильным мира сего нет дела до простой серой массы.
        - Абсолютно согласен, - кивнул Саня. - Вот и в вашем Старом Городе этот эксперимент из-под контроля вышел. Там бойня уже неделю продолжается, как я по новостям слышал. Говорят ни полиция, ни военные ничего не могут сделать с обезумевшими жителями, теми как будто управляет неведомая сила. Говорят преступники отвоевали весь Старый Город и теперь уже бойня перекинулась на Новый.
        - Ужас, - вздрогнула Катя.
        - Согласен, - вновь кивнул Саня. - Вот не понимаю, почему нельзя разобраться с ними одним ударом, скинуть бомбу и все.
        - Но это же жестоко, - возразила Катя, ей стало жалко всех тех людей, пусть они и утратили веру, но они все же были души - обманутые души Князем Лжи и Порока. - Погибнут сотни тысяч человек!
        - Ну и пусть, они ведь бандиты, преступники, моральные уроды, как-никак! Они недостойны жить.
        - Они Люди! - воскликнула Катя. - Такие же, как и мы с вами и они тоже имеют право на жизнь!.. Просто они выбрали ни тот путь…
        - Послушав тебя, так и Колчан тоже вполне нормальный человек! - вдруг возразил Макс. - Только он ни тот путь выбрал, тебя похитить хотел, да и заварушка вся эта в Старом Городе из-за него началась. Я, конечно, не одобряю таких радикальных методов, как уничтожить всех под чистую, это каким-то Гитлеровским режимом попахивает…
        - Каким режимом? - в изумление откликнулся Саня.
        - Гитлеровским, - повторил Макс. - Был когда-то такой тиран в Германии, захотевший покорить весь мир, и уничтоживший миллионы человек. Остановить его смогла только советская армия. А сейчас в учебниках по истории его оправдывают, называя освободителем мира. Мол, руководствовался он Принципом Меньшего Зла и хотел, как лучше.
        - Наверное, что-то и слышал, хотя я в школе плохо учился… - хмыкнул Саня. - Я ее даже и не окончил, как шестнадцать стукнуло, сразу же на завод пошел!
        - Но я, в общем-то, не о том, - покачал головой Макс, не став рассказывать о своей нелегкой судьбе в этом сегодняшнем, жестоком мире. - Я тоже не одобряю радикальных мер, но просто есть такие люди, которых жалеть не стоит, и которые не имеют права жить… такие как Колчан!
        - Возможно, Колчана тоже есть за что пожалеть, - возразила Катя.
        - Иногда ты меня очень сильно удивляешь, - изумился Макс. - Но спорить с тобой я не буду.
        - Просто после падения Веры многие принципы людей изменились, - сказала Катя. - Люди больше не боятся нарушения заповедей, считая, что после смерти их не будет ждать небесный суд и никакого наказания за свои грехи они не получат.
        - По твоим словам получается, что религия держала людей в узде только путем страха перед загробной жизнью?! - высказал злую мысль Макс.
        - Нет, я не это хотела сказать. Религия давала людям нечто другое… она давала людям надежду на лучшее будущее после смерти, она спасала людей от грехов и соблазнов, помогала выжить в сложные минуты и…
        - Девушка, вы меня пугаете, - разинув рот, промычал Саня. - Вы случаем не из этих будете?
        - Нет, она не из этих, - вместо Кати ответил Макс. - Просто, как я уже говорил, мы пишем книгу на эту тему, а тема эта весьма спорная!
        - Да никакая она не спорная, - уверенно сказал Саня. - Просто раньше мы были рабами религии и ее законов, а сейчас…
        - А сейчас мы рабы системы и ее законов! - перебил Макс. - Особо ничего не поменялось, жить лучше мы точно не стали.
        - Лучше не стали, - согласился Саня. - В этом ты прав! Но и хуже тоже не стали. После войны могло вообще ничего не остаться, или весь мир превратился бы в подобие вашего Старого Города. Бегали бы, грабили бы, насиловали и отстреливали друг дружку. Но нет, и как сказано в конституция Нового Мира: "нашлись люди, которые прекратили войну и объединили мир, дабы новая война никогда больше не произошла!" После войны мир нам достался полуразрушенный и на то, чтобы превратить его в нормальный, полвека недостаточно. Наше правительство старается! Поэтому не будем к нему такими жестокими.
        Макс хмыкнул, но высказывать свое мнение по этому вопросу не стал и вообще решил, что лучше сменить тему:
        - Нам еще долго ехать? - спросил он.
        - Нет, - ответил Саня. - Мы уже почти приехали. Только я не буду довозить вас до самого Проклятого Города, высажу неподалеку.
        - Почему это? Такого уговора не было!
        - Парень, мне моя жизнь как-никак дорога, - привел свои аргументы Саня. - Мало ли, поймают меня эти фанатики и на костер! Вы-то писатели как-нибудь думаю, договоритесь с ними, скажете, что книгу о них пишите, они, наверное, и рады будут… хотя кто их знает, может они и вас на костер сразу потащат… Но это уже ваш выбор! Я бы попытался вас отговорить, но думаю, это у меня не получится. Я и так для вас на риск пошел, а у меня семья. Высажу вас в паре километров, там пешком дойдете… Да и дороги дальше для автомобиля нет.
        - Спасибо и на этом, - буркнул Макс и отвернулся к боковому окну. Саня перестал ему нравиться, теперь он считал его таким же глупым и заблуждающимся в жизни человеком, как и большинство людей этого уже давно прогнившего мира.

71.
        Саня, как и обещал, не довез Катю и Макса самую малость до границы города. Он показал им дальнейшую дорогу и, забрав причитающуюся ему плату, еще долго с прощался, обещая, что в его лице они всегда смогут найти помощь только не в этом деле. После всех обещаний он крепко обнял их на прощание, поцеловал Катю в щеку, еще раз пожелал удачи и уехал, оставив их одних посреди безжизненной равнины.
        Стояла поздняя осень, и земля была покрыта изморозью. В небе висели серые облака, готовые в любой момент разродиться снежными хлопьями. Дул сильный холодный ветер, он пронзал путников насквозь, проникая под складки курток и добираясь до тела. Вдали за туманом виднелись Уральские горы.
        - Если Саня нас не обманул, то нам туда, - сказал Макс, указывая вдаль.
        Катя кивнула, и неспешным шагом они двинулись вперед по застланной туманом пустынной земле.
        Спустя какое-то время путники увидела город. Он виднелся в тумане и с каждым шагом становился все отчетливее и отчетливее. Его контуры будто со страниц старой легенды медленно выплывают из тумана… Стали различимы маленькие деревянные домики в этаж и в два этажа высотой, и центральное здание, гордо возвышавшееся над домами. Над этим высоким сооружением что-то тускло мерцало в тумане и, приглядевшись, Катя поняла, что это золотой крест. Подойдя еще ближе, девушка разглядела и старое кладбище, окружавшее город.
        "А ведь здесь есть и моя могила…" - с ужасом подумала Катя.
        Путники достигли города. Сейчас в тумане под серым небом этот небольшой поселок казался мрачным и пугающим, совсем не похожим на то, что Катя ожидала увидеть.
        - Страшное место, - сказал Макс, окидывая взглядом возвышающиеся кресты и мрачные надгробья возле стен города. - Еще немного и я поверю во все бредни, которые нам рассказывали об этом месте.
        Катя кивнула.
        - Ну что, пошли дальше?
        - Не сейчас, - тихо произнесла Катя, но так уверенно, что парень взглянул на нее очень внимательно. - Сейчас, когда мы здесь, я больше не могу скрывать от тебя кто я. Настало время раскрыть тайны!
        Макс ничего не сказал, он лишь ожидающе смотрел на Катю и ждал ее слов.
        - Пойдем. Сейчас ты сам все увидишь. - И взяв парня за руку, Катя повела его вперед мимо старых крестов и мрачных надгробий.
        Казалось, ноги сами ведут ее намеченной цели, ведь ни своей могилы, ни могилы своих родных она никогда не видела. Но отчего-то не сомневалась, что идет в правильном направлении.
        Наконец она остановилась.
        Перед ними на промерзшей земле стояли четыре надгробия. Гранитные плиты выглядели темными и потрескавшимися, надписи едва проступали, а фотографии потускнели от старости. Катя присела на корточки и рукавом куртки стерла пыль с одной из фотографий, там была изображена уже не молодая женщина. Девушка с какой-то грустью взглянула на фотографию и по ее щеке побежала слеза. Затем Катя стала стирать пыль с других фотографий, и перед Максом открывались два новых лица, когда-то давным-давно ушедших из этого мира, но без сомнения дорогих для своей девушки. На второй фотографии парень увидел мужчину, а затем улыбающегося светловолосого мальчика лет шести-семи. Наконец, дошла очередь до последнего изображения, и тут Макса пробрала дрожь…
        На последней фотографии оказалась изображена ни кто иная, как она сама! Фотография была старая и выцветшая, но глаза не подводили Макса, это действительно была Катя, или кто-то на нее сильно похожий.
        - Да, Макс, это действительно моя могила, - тихо произнесла девушка
        - Но это же невозможно… - побледнев, пролепетал парень. - Наука отрицает…
        - Существует много всего такого, что наука никогда не сможет ни объяснить, ни постичь, - сказала Катя. Голос ее дрожал, но она все же продолжила:
        - То, что наука отвергла и якобы доказала невозможность этого, на самом деле существует. Бог существует, Макс, и ангелы существуют, и Рай… Во всяком случае, еще существовал, когда я там была…
        - Ты?
        - Да, Макс, я умерла и попала в Рай! Ты же видишь мою могилу и поверь мне она настоящая… Вот, взгляни!
        Парень посмотрел на дату смерти, выгравированную на надгробии:
        - Больше ста лет…
        - Да, я была мертва больше ста лет. И как бы глупо это не звучало, я была счастлива… Во всяком случае, я так думала, пока не встретила тебя.
        - Но, как получилось, что ты вновь оказалась жива?
        - Не знаю, - ответила Катя. - Кое-что я могу объяснить, но многое - нет. Я знаю, почему очутилась здесь, но почему обрела плоть и снова стала человеком, мне неизвестно. После того, как я погибла, я попала в Рай и сделалась ангелом. Долгое время все было хорошо, но потом Вера людей вдруг стала слабеть, пока почти окончательно не угасла… А без Веры невозможно и само существование. И Рай стал рушиться, и небеса больше не смогли удержать на себе души тех, кто оказался там. Ангелы стали падать, проваливаться вниз, на землю. Вернуться они уже не могли, и оказались вынуждены бродить здесь серыми безликими тенями, скитаясь среди живых в поисках Рая… И знаешь… у нас, у ангелов, тоже существуют свои поверья, и одно из них гласит: ангел не может долго оставаться на земле, он должен найти Рай, а если ему это не удастся, он просто исчезнет, растворится… уйдет в Небытие. Но со мной случилось что-то иное. После того как я упала, я не стала безликой тенью, а обрела плоть и снова превратилась в человека. Может быть, так получилось из-за того, что при падении я потеряла крылья, а без них я уже не могла считаться
ангелом!
        Неожиданно Катя повернулась к Максу спиной и, скинув куртку, быстро начала расстегивать пуговицы на кофте.
        - Что ты делаешь? - изумился и без того ошарашенный Макс.
        - Подожди! - не поворачиваясь, сказала Катя. - Сейчас ты сам все увидишь!
        Девушка расстегнула последнюю пуговицу, после чего сбросила с себя кофту и майку, и Максу предстала ее обнаженная спина… А там, на гладкой бархатной коже, парень увидел два шрама.
        - Это все, что осталось от моих крыльев, - с грустью, произнесла Катя.
        Макс подобрал Катину кофту и быстро набросил ее на голые плечи девушки, успевшие уже изрядно продрогнуть.
        - Я тебе верю, - тихо, склоняясь над самым ухом любимой, сказал Макс.
        - Но это еще не самое страшное, - пролепетала Катя и повернулась к Максу. В ее глазах парень увидел отчаяние и страх.
        - А самое страшное то, что Он теперь преследует меня!
        - Он? Кто он?
        - Дьявол!
        - Дьявол?! - …теперь и в глазах Макса читался страх. Сегодня старые детские сказки оживали в его сознании и более того, они становились реальными.
        - Да, Он! - Катя склонила голову на грудь парня. - Нападение тех людей возле твоего дома было его рук дело. Да и первое нападение, когда ты меня спас, тоже наверняка подстроил Он.
        - Ты уверена?
        - Перед смертью я его видела, и, поверь мне, навсегда запомнила. Эти глаза невозможно забыть. И потом, перед нападением я встретила его возле твоего дома, и Он мне улыбнулся. Я ему зачем-то нужна, и Он не остановится ни перед чем, чтобы заполучить меня и мою душу!
        - Я не позволю! - вскочил Макс. - Чего бы мне это ни стоило, я буду защищать тебя от него. Потому что я люблю тебя, кем бы ты ни была, пусть даже ангелом, свалившимся с небес! - Макс попытался улыбнуться.
        - Я тоже люблю тебя, Макс. Но если бы все было так просто, и любовь, как в сказках, могла спасти всех и защитить нас от него.
        - …Но ведь что-то мы все-таки можем сделать?
        - Не знаю, но почему-то меня так сильно тянуло именно сюда, в этот город, будто высшие силы указали мне путь. Как бы все не повернулось, одно я знаю точно: именно здесь все и решится.
        ЧАСТЬ ЧЕТЫРЕ
        Последняя печать Ада
        "И когда Он снял седьмую печать, сделалось безмолвие на небе". Откровение Иоанна Богослова

72.
        На крыльце небольшого каменного домишки, оперившись о резную деревянную балку, поддерживающую крышу, стояла женщина в строгом черном платье и смотрела на закат. Западный ветер развевал ее светлые волосы, приятно обдувал лицо и доносил с собой запах перемен… Но не только это она чувствовала в западном ветре. Еще он нес с собой что-то особенное и потаенное… Это что-то дарило надежду, но в то же время отнимало ее, поскольку несло с собой и страх….
        Да, да именно Страх!
        За Надеждой шло что-то ужасное, что-то потаенное и древнее из глубины веков…
        И она пугалась этого…
        Но голос приказывал не бояться. Голос говорил, что надежда в ней самой… и скоро сюда придет девушка, которая важна, и она должна помочь ей…
        Но она чувствовала, кто идет по пятам этой девушки, и боялась. Женщина покрепче обняла живот, где у нее находилось самое дорогое и заплакала. Мир был так несправедлив к ней. Она почти потеряла Веру, но еще продолжала надеяться. Надеяться из последних сил.
        Голос говорил, что надо потерпеть еще маленько, что осталось совсем чуть-чуть… И она была бы рада этому. Но теперь она ни одна, а с ребенком, и умирать ей никак нельзя пока он не появится на свет… Но голос говорил, что она должна непременно помочь этой девушке, что она важна и все будет хорошо, если она все сделает правильно. Но женщина все ровно боялась. Она обнимала живот и боялась за дитя, которое жило в ней, ибо чувствовала, какое зло несет с собой этот холодный западный ветер со стороны заходящего солнца. Это солнце на фоне серого неба отливалось красным и создавало вокруг расплывающуюся тень. Казалось, что с ветром эти тени надвигаются на их маленький городок.
        "Что же будет?" - прошептала женщина, глядя на заходящее солнце. По ее щеке побежала одинокая слеза… И вдруг на своем плече она почувствовала нежное прикосновение. Так к ней когда-то касался муж. Но она знала, что повернется, и там никого не окажется… Лишь это нежное и успокаивающее прикосновение… Но оно внушало надежду, женщина чувствовала чье-то незримое присутствие и поддержку рядом. А, значит, и она должно помочь и поддержать.
        И она поможет этой девушке, как говорит голос, даже несмотря на то зло, что несет она на своих крыльях.

73.
        Черный ворон пронзительно каркнул и, сорвавшись с крыши броневика, припаркованного у дороги, полетел прочь. Колчан, сидевший вместе со своими людьми неподалеку от автомобиля и готовящий еду на огне, проводил птицу долгим усталым взглядом.
        Ворон полетел на закат и ни разу не обернулся, хотя и знал, что за его полетом пристально наблюдает бывший главарь банды. Колчан забавлял Черного Человека: ему нравилось ощущать его страх, нравилось знать, что бандит догадывается кто он, поскольку этот матерый волк был одним из немногих, кто мог понять его истинную природу, и это нравилось Черному Человеку. Возможно, именно поэтому он и выбрал старого бандита себе в услужники. В сознании Колчана еще жили древние сказки о владыках Рая и Ада, о ангелах и демонах, о религии и Вере. Втайне от всех, на груди, этот преступник носил старый оловянный крестик, и это тоже забавляло Черного Человека. Раньше бандит носил крестик из глупой сентиментальности и не придавал значения былым сказкам, но теперь эти сказки оказались правдой. Черному Человеку нравилось наблюдать за тем, как Колчан иногда сжимает крестик, когда думает, что его никто не видит, и о чем-то напряженно размышляет. Его забавляли такие минуты внутреннего противоречия заблудшей души, ведь чью сторону он выберет Черный Человек и так знал. Колчан уже давно был его личной игрушкой, с тех самых
пор, как его мать издала свой последний вздох, именно он протянул будущему негласному правителю Старого Города руку помощи, помогая на пути становления. И Колчан не подвел его, превратившись из обиженного жизнью щенка в настоящего матерого волка. И вскоре шанс проявить себя у этой игрушки представится.
        Да, пока все идет как нельзя лучше, согласно замыслу. Седьмой ангел - последняя необходимая ему душа, делает то, что он от нее и ожидал. Эта бедная заблудшая девочка направляется туда, куда нужно именно ему! Наивно полагая, что там она сможет найти спасение. Но спасения от него нет и быть не может! Казалось, он уже все продумал и просчитал все варианты, единственной пока для него загадкой оставался ход Света. То, что Свет не оставит ее без защиты он знал и так, два раза Свет уже выручал ангела, влияя на его планы, но это было предсказуемо и сыграло Черному Человеку только на руку. Но теперь, когда конец близок, Свет должен вытащить последний козырь из рукава и, что это будет пока оставалось загадкой. Если это окажется грубая сила, тогда Черный Человек просто сметет ее, такой же, но еще более грубой силой. Но если что-то еще?! То тут придется быть осмотрительней, хотя в оригинальности Света он сильно сомневался, но недооценивать такого противника все равно не стоило. И поэтому лучше переоценить и перестраховаться, чем упустить хоть что-то из виду и тем самым расстроить замысел, к осуществлению
которого он шел тысячи лет.
        А пока ворон летел на закат, туда, где разбила лагерь другая группа, неотступно следующая за ним. Эта группа считала себя его последователями, его приемниками на земле. Испокон веку потомки этих Тринадцати поклонялись ему, и делали все, чтобы он смог воцариться на земле, и в благодарность за это он щедро вознаграждал их. Черный Человек умел щедро благодарить тех, кто ему верно служит, это и подкупало его последователей. Он знал, что необходимо людям, знал их секреты и потаенные желания, он умел воплощать их и давать даже большее того, что они желали первоначально. Но давал он лишь до того момента, пока это не противоречит его замыслам. Выше всех интересов он ставил только свои интересы и тех, кто нарушал их, либо не справлялся, Черный Человек жестоко наказывал. Но эти Тринадцать такими не были, за всю историю существования ордена, ни они ни их предки ни разу не подвели его, сделав все, что оказалось в их силах, чтобы ниспровергнуть Веру и подготовить мир к его пришествию. И сейчас эти Тринадцать неотступно следовали за ним, готовые пойти на все, чтобы помочь своему господину.
        "Ну, что ж, - подумал Черный Человек, - такой момент у них скоро представится…"
        И вот, наконец, ворон увидел лагерь своих Апостолов. Прямо под ним в пустыне находился большой вертолет. Возле вертолета оказались разбиты палатки, вокруг которых бегали суетящиеся люди. Кто-то отдавал приказы, кто-то исполнял их. Жизнь в лагере шла своим чередом.
        И сделав еще один круг над лагерем ворон начал медленно снижаться.

74.
        Покинув кладбище, Катя и Макс направились в город.
        Город встретил их необычной тишиной. Парень и девушка взошли на мостовую и побрели вперед мимо маленьких каменных и деревянных домиков, домиков совсем простеньких; в каких люди жили и сотню и тысячу лет назад. На их пути попадались местные, молчаливые и задумчивые, они бросали на вновь прибывших взгляды, но заговорить не пытались.
        - Нужно найти какую-нибудь гостиницу, если она тут есть, - предложил Макс. - Заодно проверим, являются ли слухи о местных правдой.
        Катя кивнула, и парень направился к одному из прохожих - мужчине в сером пальто и вязаной шапке.
        - Прошу прощения, - обратился Макс. - У вас тут есть гостиница?
        - Нет, - ответил мужчина, - в нашем городке отродясь ничего подобного не водилось. Да и гости в наших краях большая редкость.
        - Ну, может быть, вы тогда знаете кого-нибудь, кто бы мог сдать нам комнату?
        - Вряд ли. Хотя, может быть. Обратитесь к матушке Серафиме, у нее пустует комната, она живет в двадцать третьем доме. Только вам сначала нужно будет заглянуть к отцу-настоятелю, непременно к нему, он у нас главный и от его воли зависит, позволено ли вам будет остаться у нас или нет.
        - Вот даже как?! - произнес Макс. - А где искать вашего отца-настоятеля?
        Мужчина как-то странно посмотрел на Макса, но потом улыбнулся и сказал:
        - Конечно же, в храме, молодой человек. Где же еще может пребывать отец-настоятель?
        Макс хотел что-то ответить на это, но Катя решительно взяла его за руку и, поблагодарив мужчину, потянула парня вперед.
        - Не хватало еще настраивать местных против нас, - сказала девушка.
        - Да, просто, странным он мне каким-то показался. Неужто все фанатики такие?
        - Во-первых, не фанатики, а верующие, - с укоризной произнесла Катя. - А во-вторых, не все. Я же другая.
        - Извини.
        - А эти люди, просто живут здесь, в отшельничестве, отрешившись от всего мира, потому они такими и стали.
        - Их никто не заставлял так жить.
        - Не заставлял, - согласилась Катя. - Просто они хотят сохранить в сердце Веру и до конца остаться людьми. А мир… ты же знаешь, какой он, и как в нем относятся к верующим, для них там просто нет места.
        Макс больше не стал возражать, он понимал, что Катя права, но в одночасье забыть все к чему он привык с детства - не мог.
        Так в молчании они и шли дальше, перебирая ногами по каменной мостовой, уходившей вверх к храму. Вскоре они увидели и сам храм, стоящий на вершине холма и возвышавшийся над всем остальным городком, казавшимися по сравнению с ним просто крошечным.
        Храм оказался поистине великолепен: он не походил на привычные Кате православные храмы, а напоминал скорее католический собор. Башни и тонкий шпиль колокольни уходили ввысь, врезаясь в серое небо. Фасад богато украшали скульптуры: на трех главных порталах была изображена история христианства от грехопадения до Страшного суда, а над ними - галерея апостолов из двенадцати статуй. Каждое изваяние поражало своим совершенством. На верхней площадке храма у подножья башен Катя увидела статуи загадочных химер, эти фантастические существа, казалось, были наделены душой, с высоты каменных стен они задумчиво и безмолвно наблюдали за всем, что творится на площади. Вход в храм охраняли две величественные каменные горгульи, гордо взирающие на пришедших. Их правдоподобность поражала, казалось, неизвестный мастер вложил в эти изваяния всю душу, создав поистине живые существа, будто в любой момент готовые сойти с постаментов и лишь ждущие неведомого приказа.
        Катя прошла мимо гранитных стражей и остановилась перед аркой у створок огромных врат, украшенных кованым железом. Ее взору открылся настоящий шедевр: удивительные фигурные замки и ажурные листья, переплетения которых составляли замысловатые узоры. Открыв тяжелую створку, Катя осторожно вошла. Макс последовал за ней.
        Внутри было тихо, каждый шаг гулким эхом проносился по огромному залу, теряясь в стрельчатых сводах. Дневной свет, проникая в огромный зал сквозь многочисленные витражи в высоких окнах, заливал храм целой радугой оттенков. Это придавало интерьеру феерическую роскошь и вместе с тем таинственность. Высоко в стене, под самым потолком, яркими красками сияла огромная розетка, переливаясь калейдоскопом цветов и разбрасывая по стенам, стрельчатому своду и каменному полу огненные блики. Ее огромные витражи изображали библейские сцены. Катя остановилась в изумлении и не смогла отвести глаз от этого волшебного и завораживающего зрелища. Ничего подобного она еще не видела. Казалось, что человеческие руки не могли создать такое.
        - Здравствуйте, - неожиданно раздался чей-то голос.
        Катя и Макс обернулись. Голос принадлежал молодому монашку с еще только-только проступившей щетиной.
        - Здравствуйте, - сказала Катя.
        Макс коротко кивнул.
        - Гости большая редкость в наших краях, - продолжил монашек. - Вы хотите остаться у нас?
        - Пока не знаем. Может быть, - заговорил Макс. - А с чего ты решил, что мы хотим остаться?
        - Все кто приходят, все остаются.
        - И многие к вам приходят? - с подозрением спросил Макс, вспоминая жуткие рассказы, услышанные накануне.
        - Нет, - погрустнел монашек. - Но зато все остаются…
        - Я надеюсь, что остаются они хоть по доброй воле?
        - Конечно по доброй, - кивнул молодой монах. - Это ведь внутренний выбор каждого, пребывать там, где ему хочется. Просто здесь люди чувствуют себя спокойнее и защищеннее, здесь они обретают смысл… Но вам, наверное, нужен отец-настоятель?
        - Да, - кивнула Катя. - Именно он!
        - Простите, я должен был сразу сопроводить вас к нему, а вместо этого отвлек пустыми разговорами.
        - Не корите себя, - улыбнулась девушка. - В этом нет ничего такого.
        Монашек заметно повеселел.
        - Пройдемте, - позвал он. - Я отведу вас к отцу-настоятелю. Он сейчас на улице, в храмовом саду, молится. Он всегда молится в этот час, но я думаю, он будет рад гостям. Пройдемте.
        И монашек повел Катю и Макса по центральному залу мимо расписных стен и бесчисленного количества икон, мимо рядов старых деревянных лавок для прихожан и горящих подсвечников, источающих запах воска и ладана. Он провел их к задним вратам храма и вывел во двор.
        Двор располагался на вершине горы. Отсюда открывался чудесный вид на маленький городок у подножия, на пустое безжизненное пространство вдали и солнце, уходящее ко сну и уже готовое спрятаться за покрытые снегом шпили Уральских гор. В саду оказалось тихо, никого не было видно. Вокруг рядами росли яблони с уже давно собранными плодами и почти опавшими пожелтевшими листьями.
        "Наверное, много труда они вложили в этот сад, - подумала Катя. - Ведь не легко безжизненную гору превратить в цветущий сад… Здесь наверное так хорошо летом или в конце весны".
        Монашек повел их по бережно выложенной камнем дорожке, ведущей вглубь сада. И вскоре они увидели возвышающийся из земли каменный крест. Возле креста, преклонив колени, молился старый монах. Поодаль от него, спиной к ним молился и еще один человек. Монашеское одеяние его, когда-то черное сейчас больше напоминало лохмотья.
        "Будто пришел издалека, - почему-то подумала Катя. - Как мы, только пешком".
        Старый монах поднялся и повернулся к пришедшим:
        - Приветствую вас, гости. Я отец Никодим настоятель этого монастыря.
        - Мы тоже приветствуем вас, отец-настоятель, - молвила Катя. - Мы гости издалека. И мы пришли, чтобы повидать это место и поговорить с вами. И если нам будет позволено, мы бы хотели остаться здесь… ненадолго.
        - Благое дело, повидать это место, если вы пришли с миром, - ответил настоятель. - Вам будет позволено остаться у нас…
        - У матушки Серафимы пустует комната, - сказал молодой монах. - Мне кажется, она была бы рада постояльцам… Ой, покорнейше прощу прощения, что перебил…
        - Перебил, Петр, но правду глаголешь, - произнес настоятель. - Так что сопроводить наших гостей к матушке Серафиме предстоит тебе. - Затем отец Никодим вновь перевел взгляд на Катю и Макса. - Гости, я вижу, вы устали с дороги, да и солнце уже клонится к закату, вам надо выспаться и отдохнуть. А завтра приходите на вечернюю молитву, после нее и поговорим.
        - Хорошо, отец-настоятель… Спасибо, отец-настоятель… - только и смогла вымолвить Катя.
        Старый монах кивнул и, развернувшись к кресту, вновь опустился на колени, давая тем самым понять, что разговор окончен.
        - Пойдемте, - заговорил Петр. - Я отведу вас к матушке Серафиме.
        Когда они отошли от каменного креста уже далеко Макс сказал:
        - Какой-то он неразговорчивый, этот ваш отец-настоятель. Наверное, он мог уделить нам и больше времени.
        - Отец-настоятель предпочитает говорить либо на проповедях, либо только по делу, считая, что лучше проводить время в молитвах, чем в праздных беседах, - сказал Петр.
        Макс хотел что-то возразить, но Катя бережно взяла его за руку и покачала головой.
        - Ясно, - только и пробормотал парень.

75.
        Большой черный вертолет с двумя поднимающими винтами стоял посреди пустыни. Вокруг вертолета был разбит временный лагерь. Несколько комфортных палаток, какие-то ящики, столы, приборы.
        Сейчас шел день, и большинство Темных Апостолов отдыхало в палатках, лишь немногочисленные слуги, которых владыки взяли с собой в этот поход, постоянно работали. А по ночам Апостолы облачались в темные мантии, брали черные посохи и уходили в пустыню на совет. О чем они совещались?.. Кажется майор Тимофеев, нет некогда майор Тимофеев, а теперь просто Артем догадывался об этом. Но так ли важно это для него было? Да, теперь Артем знал многое.
        Иногда по вечерам, когда в этой пустыне было по-настоящему холодно, Аид подходил к Артему и начинал говорить с ним. Вернее, чернокожий предпочитал рассказывать и любил когда его слушают. Аид поведал бывшему майору почти обо всем, он рассказал ему о том, кто этот загадочный человек в черном и какова его цель; он рассказал ему о древнем пророчестве и о истории своего ордена; и многих других тайнах и загадках этого мира, о том, что Артем раньше даже и представить себе не мог.
        Иногда, когда рассказ чернокожего владыки затягивался, и на пустыню опускался ночной холод, Аид делал взмах посохом и создавал пламя, будто из милости, перед озябшим Артемом. Магический черный посох являлся символом могущества каждого апостола, Аид поведал Артему и это. Чернокожий гордился посохом и часто демонстрировал его темную силу перед покорным слушателем.
        Только вот зачем Аид рассказывал ему все это? Ответа на этот вопрос Артем не знал, как и того, зачем эти проклятые апостолы тащили его с собой.
        "Наверное, я просто забавляю проклятого чернокожего ублюдка, - думал Артем. - Ему нравиться потешаться надо мной, видеть мой страх и отчаянье. Их орден тысячелетиями был окутан тайной и о его существовании не знал никто. Теперь же, когда они вышли из тени и осуществили свою миссию, Аиду хочется, чтобы хоть кто-то узнал о их заслугах. Наверное, он просто тешит свое самолюбие, рассказывая мне все это. А еще эта сволочь забавляется, видя мое отчаянье".
        Но все это было уже неважно. Страх, который испытывал Артем, когда узнал о том, кто такой Черный Человек уже прошел. На место первоначального страха сначала пришло отчаянье, а за ним безразличие. После всего того, что он узнал, смысла в своем дальнейшей существование бывший майор не видел. Какой теперь в нем мог быть смысл, если мир стоял на пороге величайшей катастрофы, по сравнению с которой все катаклизмы и мировые войны покажутся лишь детской забавой.
        Артем вздохнул. В пустыне снова поднимался ветер, несший с собой песок и сухую землю. Артем поднял глаза и увидел черного ворона, севшего на винт вертолета. Ворон с интересом посмотрел на Артема и пронзительно каркнул.

76.
        Аид, облаченный в темную мантию, с черным посохом в руке вышел из палатки. На улице было прохладно. Небо выглядело по-осеннему серым. По пустыне гулял холодный протяжный ветер, поднимающий песок. Но чернокожий даже не обратил на это внимания, ведь в его жилах струилась кровь предков, по преданию рожденных в адском пламени.
        Апостолы никуда не торопились. За черным броневиком, в котором куда-то направлялся их господин, следили со всех подвластных спутников. О любом его передвижении тут же докладывали Аиду, так что в случае чего вертолет в любое время мог нагнать Черного Человека. Но отчего-то Аид медлил. Отчего-то он все время твердил себе, что еще не время и раз господин сам не призвал своих верных слуг, значит, пока он не нуждается в их услугах. Но он все же не упускал Черного Человека из виду и старался быть неподалеку, надеясь, что когда придет время, он поймет это.
        Не успел Аид сделать и нескольких шагов, как к нему подошел Натан.
        - Здравствуй, брат, - поприветствовал былой наставник.
        Чернокожий устало кивнул в ответ.
        - Аид, ученик мой, я хотел поговорить с тобой с глазу на глаз без других Апостолов.
        - Тогда говори, Натан, - улыбнулся Аид. - Кроме нас здесь никого нет. Или ты думаешь, о мой бывший учитель, что ветер донесет твои слова до тех, кому их знать не полагается?
        - Нет, - ничуть не смутился Натан. - Думаю, ветер как раз таки на нашей стороне… Но я хотел поговорить с тобой не о силах природы, а о наших дальнейших планах… Почему мы не нагоняем нашего Господина?.. Чего мы ждем Аид?
        Улыбка тут же сошла с лица чернокожего. Он на минуту задумался, затем в упор посмотрел на Натана и зло произнес:
        - Ждем? Чего мы ждем?! Мне кажется, это очевидно! Если Господин не призвал нас сам, значит, мы ему не нужны… Поэтому мы просто наблюдаем на случай, если ему понадобимся.
        - Аид, поэтому я и хотел поговорить с тобой, - сказал Натан. - Я считаю, что мы поступаем верно, но как ты понимаешь, наши два голоса в совете ничего не значат. Пророчество сбывается, мы должны воссоединиться с нашим господином, и так считает большинство!
        - Я тоже так считаю! Но думаю, момент еще не пришел.
        - А может этому моменту и не стоит приходить? - неожиданно спросил Натан. - Может, Господин прекрасно справится и без нас? Мы и так сделали все, что было в наших силах! Мы воплотили пророчество и открыли ему портал в наш мир. Господин не воззвал к нам. И, может быть, это и к лучшему?
        - Что ты хочешь этим сказать, Натан? Хотя нет, подожди! - неожиданно произнес Аид. - Я сам отвечу. Ты хочешь сказать, что нам не следует встречаться с нашим господином, как гласит древнее пророчество?!
        - Да, Аид. Послушай, когда-то ты был моим учеником, и я воспитал тебя…
        - Воспитал согласно нашей вере и древнему обету! - перебил Аид.
        - Да, я воспитал тебя, как велели наши традиции, и поэтому, я надеюсь, что ты прислушаешься ко мне. Я думаю, что мы должны сотню раз подумать прежде чем встречаться с тем кого мы называем нашим Господином.
        - Сомнение я слышу в твоем голосе, учитель, - поднял брови чернокожий и с подозрением взглянул на былого учителя.
        - Аид, послушай. Испокон веку наши предки следовали древнему обету и исполняли все согласно долгу…
        - И в награду за это нам была дарована сила повелевать людьми! И мы поставили на колени все народы и теперь правим этим миром в открытую!
        - Да, - кивнул Натан. - Именно так. Но задумайся, Аид, мы всего лишь временные наместники нашего Господина, мы выполнили свой долг и открыли ему дорогу, а Господин даже не воззвал к нам. Отчего-то мне кажется, что мы больше не нужны ему.
        - Ты сомневаешься в Господине? - изумился Аид, и тон его помрачнел. - Сомнение - это смертный грех! Ты сам учил меня этому!
        - Нет, нет, что ты, Аид. Просто я хочу рассмотреть все варианты. Пойми, если Господин осуществит свой замысел, он воцарится в этом мире, и мы уже не будем его хозяевами…
        - Да, но мы займем подобающее место у трона нового владыки!
        - Ты не понимаешь, Аид, возможно, завтра весь мир станет Адом, и, боюсь, там нам не найдется места, - прокричал Натан. - Черный Человек вообще может пожертвовать нами на пути к достижению своей цели, мы ведь даже не знаем, что ждет нас в конце его пути!
        - Это ты ничего не понимаешь, глупый привыкший к власти старик! - прорычал Аид. - Мы должны верить в древнее пророчество и в нашего Господина. Именно потому, что мы отняли у людей их Веру, пали и Небеса. Вера - это очень страшная штука и ей не стоит пренебрегать! Если веришь, так верь до конца!
        - Ты самый настоящий фанатик, Аид, - ужаснулся Натан.
        - Да, - улыбнулся Аид. - И я верю в Господина и в наше дело, как в него верили и наши предки! А ты… - глаза чернокожего зло сверкнули, - предал их память, усомнившись в Нем!
        Аид вскинул посох, и Натана отбросило назад. Старик упал на песок и, ударившись головой о камень, разбил себе бровь. Но все же Натан был не просто старик, а один из тринадцати Темных Апостолов. Опередив следующий удар Аида, Натан откатился в строну и быстро вскочил. В то место, где он только что находился, с небес ударила молния. Натан зло улыбнулся, направил посох на бывшего ученика, и тут посох сверкнул красной вспышкой и…
        …Ничего не произошло. Это чернокожий понял по удивленным глазам Натана, который непонимающе смотрел то на посох, то на Аида.
        - Видишь, ты перестал верить в Господина, в ответ он утратил веру в тебя. - Аид улыбнулся, но затем его улыбка превратилась в оскал, и он вздернул посох. - Получай же расплату!
        И огненный шар, вылетевший из посоха, ударил в грудь Натана. Тот закричал, его мантия вспыхнула, а через секунду он и сам весь пылал. С диким криком человеческий факел побежал по лагерю, но пробежав совсем чуть-чуть, упал и больше уже не поднимался.
        Сбежавшиеся на крик Натана люди: Апостолы и их немногочисленные слуги, с непониманием и страхом смотрели на происходящее.
        - И так будет с каждым, кто потеряет Веру в Господина! - указывая на тело недавнего брата по ордену, прокричал Аид и, развернувшись, направился прочь.
        Оставшиеся стаять Апостолы и их слуги в полном молчании проводили взглядом чернокожего, скрывшегося в своей палатке. Никто не смел, заговорить первым. Наконец Морган вышел вперед и, обернувшись к толпе прокричал:
        - Натан сделал свой выбор! Мы же останемся верными до конца! - Он замолчал, окинул толпу взглядом и продолжил: - Все преступайте к своим делам. Больше здесь не на что смотреть.
        Толпа зашевелилась. Слуги начали разбегаться, пытаясь каждый найти себе дело, или хотя бы сделать вид, что такое дело имеется, чтобы не попадаться на глаза Апостолам. Апостолы же направились к Моргану и что-то вполголоса начали ему говорить, но тот прервал их, подняв посох к небу:
        - После, братья, после, - велел он, и еще раз посмотрев на обгоревший труп, прокричал: - Алекс, черт побери, уберите его с глаз долой!
        Алекс кивнул и направился к трупу. С безразличием он перевернул обожженное тело того, кто еще недавно являлся полноправным хозяином этого мира. Сейчас тот, кого еще недавно звали Натан Ротшильд, выглядел омерзительно пугающе. Его тело еще кое-где тлело, лицо было страшно обожжено, глаза лопнули, а язык вылез изо рта и как-то неправдоподобно выгнулся.
        Алекс присвистнул.
        - Да, звездануло тебя, батенька, - он улыбнулся и рассмеялся над собственной шуткой. - Артем…
        Артем сидел рядом на ящике и с безразличием взирал на происходящее.
        - Ну же, дружище, помоги мне, - велел Алекс.
        Артем посмотрел на него, потом медленно встал и подошел.
        - Хватай его за ноги, а я возьму за руки, - сказал Алекс. - Выкинем его за территорию лагеря, не фиг ему тут делать, ворон только привлекает. - Здоровяк кивнул на огромную черную птицу, сидевшую на винте вертолета.
        - Это ворон, - произнес Артем.
        - Да, черт с ним, ворон, ворона один фиг. Пошли лучше жмурика выкинем. - И Алекс схватил тело Натана за руки.
        Артем взял ноги, и они потащили.
        Вскоре тело выкинули за территорию лагеря в сухие, полузамерзшие, в этой безжизненной пустыне, кусты.
        - Вот здесь ему и место, - фыркнул Алекс. - И даже последних слов не удостоился.
        - Вот так находят свой последний приют былые владыки мира, - философски заметил Артем. - А я погляжу, тебе это нравится, Алекс?
        - Мне?! Мне наплевать, я просто делаю свое дело… и остаюсь живым…
        - Но ты даже не понимаешь!…
        - Мне и не надо, - перебил здоровяк. - Я не задаю лишних вопросов, а просто делаю свое дело! И тебе тоже не советую слишком задумываться на этот счет! А теперь пошли в лагерь. Мне ведь все-таки за тобой следить надо. Так что schnelle, schnelle!..
        Когда Артем и Алекс пришли в лагерь, ветер уже совсем успокоился, и огромная черная птица, пережидающая непогоду, улетела.

77.
        Дом матушки Серафимы ничем не отличался от других домов маленького городка. Он был такой же каменный с деревянной крышей и ставнями на окнах.
        "Зачем им ставни, - подумал Макс. - Наверное, дань традиции".
        Молодой монах Петр постучал в деревянную дверь и через минуту ему открыли.
        На пороге стояла женщина лет сорока, она была одета в строгое платье, и небрежно накинутый на голову платок, не сумевший скрыть ее длинные золотые волосы.
        "Когда-то она была красива, - подумал Макс. - Хотя она и сейчас еще красива… но как-то грустна".
        - Здравствуйте, матушка Серафима, - поприветствовал монашек.
        - Здравствуйте, Петр.
        - Разрешите, матушка Серафима, представить вам наших гостей. Они приехали издалека, чтобы специально увидеть наш храм и повидаться с отцом настоятелем.
        - Меня зовут Катя, - представилась девушка. - А это мой друг Максим.
        Макс коротко кивнул.
        - Матушка Серафима, - вновь заговорил монашек. - Мы знаем, что у вас пустует комната, и поэтому, не будете ли вы так любезны принять наших гостей на пару дней?
        - Конечно, Петр, я не откажу вам, - произнесла Серафима. - Порой мне бывает так одиноко, поэтому я буду только рада постояльцам… Ой, что это я держу вас на пороге? Проходите в дом.
        И Серафима отошла, чтобы пропустить гостей вперед. Катя и Макс вошли, а монашек остался стоять на улице.
        - Извините, но мне нужно идти, - сказал он. - Я должен быть на вечерней молитве вместе с другими братьями… Надеюсь, увидимся завтра…
        - Прощайте, Петр.
        Катя улыбнулась. И монашек просиял.
        "Будто ангел одарил его своей улыбкой, - подумал Макс и тут же сказал себе: - А ведь так оно и есть. И теперь ты должен помнить это!"
        Монашек ушел, матушка Серафима закрыла за ним дверь и тяжелой походкой пошла по комнате, Катя подхватила ее под руку и довела до дивана. И только тут Макс заметил, что она беременная. Живот был уже большим, и как это он сразу не сумел его заметить, наверное, из-за длинного строго платья.
        "А вот Катя заметила".
        - Извините меня, - сказала Серафима. - В моем положении иногда бывает очень трудно проделывать даже передвижения по комнате.
        - На каком вы месяце? - спросила Катя.
        - На последнем.
        - А кто у вас? Мальчик или девочка?
        - Этого я пока не знаю… И честно говоря, не хочу знать. После смерти моего мужа мне как-то все стало безразлично… - Серафима всхлипнула, и это был всхлип не ярой верующей или фанатички, как раньше называл их Макс, а всхлип простой женщины очень грустной и очень одинокой.
        - …Но я жду этого ребенка, ведь это частичка моего любимого.
        Женщина еще раз всхлипнула, и Катя погладила ее по плечу. А Максу стало очень неловко.
        - Может лучше я покажу вам комнату? - немного успокоившись, спросила Серафима.
        - Давайте, мы лучше с вами посидим здесь и попьем чаю, - вдруг предложила Катя. - А Макс пусть пойдет в комнату и отдохнет, он очень устал с дороги.
        - Хорошо, - кивнула Серафима. - Комната прямо по коридору. Когда-то это был кабинет моего мужа… Был… до того пока он не погиб в горах. - Она снова всхлипнула. - Он был странный человек, мой муж. Он читал странные старые книги и все искал встречи с ангелами в горах.
        Она зарыдала, и Максу вновь стало неловко. Катя обняла ее и принялась нежно поглаживать по волосам.
        - Иди, - сказала она Максу. - Я немного побуду с ней, а потом приду к тебе…
        И Макс пошел в комнату.

78.
        Комната покойного мужа Серафимы и вправду оказалась странной. Точнее она оказалась совсем не такой, какой ожидал увидеть ее Макс. В комнате стояла кровать, письменный стол и доверху забитый книгами шкаф. Здесь было столько книг, сколько Макс не видел никогда в жизни. Здесь были книги, как древних авторов, таких как Гомер и Эзоп, так и книги более поздние, но такие же старые и почти нечитаемые в современном мире, книги, которые даже какое-то время назад находились под запретом. Среди таких авторов Макс увидел книги Достоевского, Пушкина и Толстого. Также здесь оказались книги авторов предзакатного периода, как потом называли его в литературе. Современный, опутанный всеобщей паутиной интернета мир вытеснил книгу, как средство информации. А разразившаяся потом роковая война отбила навсегда интерес подавляющего большинства к чтению.
        "И как следствие к мечтам", - подумал Макс.
        Он еще раз взглянул на книги Булгакова и Хемингуэя, Экзюпери и Эко, и последних авторов заката литературы, книги которые теперь пылились на полках книжного шкафа и камине, никем ни читаемые.
        Возле камина, бережно лежали поленья, будто оставленные хозяином совсем недавно. Но по пыли, на книжном шкафу, он понял, что в этой комнате не жили уже давно.
        Максу стало грустно за Серафиму и ее мужа, погибшего в горах.
        "Как она сказала? Он искал встречи с ангелами… И погиб!.. А теперь ангел сам пришел к ним в дом и сам нуждается во спасении… Хорошенькая история получается. Настоящая история для книги".
        Макс улыбнулся, считая, что пошутил, считая, что он еще может шутить над ситуацией. Но на самом деле ему было очень страшно, и он осознавал это. Эта ночь могла стать последней в его жизни, и он не хотел тратить ее на сон. Но Катя была там с этой женщиной.
        "Муж которой так нелепо погиб", - еще раз подумал Макс. И ему снова стало жалко Серафиму. В дань уважения ему захотелось прочесть что-то из книг, что находятся в этой комнате, ведь они были такие завлекательные, а Макс любил читать, несмотря на то, что это стало давно не актуально в новом мире и книг почти не было. Но когда он был подростком и жил в старом городе, то нашел заброшенную и полу-разрушенную библиотеку. От скуки и одиночества мальчишка Макс решил почитать, родители с раннего детства научили его этому. И так он открыл для себя совершенно другой мир… Некоторые из тех книг и нашла Катя у него дома. Он помнил, как его удивило то, что она тоже любит читать и тогда он в очередной раз сказал себе, что она ни такая, как все, она совершенство - она ангел!
        Макс подошел к книжному шкафу, и, открыв запылившуюся стеклянную дверцу, взял одну из книг эпохи заката литературы. "Сибирь" гласило название. Он всегда мечтал прочесть этот роман, но у него никогда не было времени на это. Возможно, и сейчас времени на это у него уже ни останется… И возможно, это ночь станет последней!.. Но ничего, он хотя бы начнет…
        Макс улыбнулся и, устроившись удобней в кресле, принялся читать…
        …А Когда Катя вошла в комнату, парень уже спал, сидя в кресле, склонив голову набок и выронив книгу. Катя подошла к нему, подняла ее с пола и положила на письменный стол. Затем села на подлокотник кресла и нежно провела ладонью по небритой щеке парня.
        "Когда ты спишь, ты похож на ангела, - подумала Катя. - Но ты не ангел, ты простой человек. Человек, который пережил многое за свою недолгую жизнь, человек который испытал много горя и несчастья, и несмотря на все это, вновь бросился в омут с головой, понимая, что последствия могут оказаться самыми суровыми! Ты пожертвовал всем ради девушки, которую знаешь всего несколько недель… ты пожертвовал всем ради меня! Возможно, у нас с тобой осталось всего несколько дней…Да, и ты тоже знаешь об этом, но ты готов на все. Как настоящий рыцарь в сияющих доспехах из старых любовных романов, но ты не рыцарь, а простой парень… Хотя нет, ты рыцарь, настоящий рыцарь, ты мой рыцарь…"
        - И я люблю тебя!
        Катя склонилась над Максом и нежно поцеловала его в губы.
        От этого поцелуя парень проснулся. И увидел Катю, склонившуюся над ним. Ее лицо практически касалось его лица, ее волосы спадали на его тело, а на губах еще оставался вкус ее губ.
        - Я люблю тебя! - завороженно смотря в ее большие зеленые глаза, такие бесконечные, как сама вселенная, произнес парень.
        - Я тоже люблю тебя.
        Он обнял ее и, придвинув к себе, поцеловал. Она ответила ему таким же нежным поцелуем, запустив руку в волосы. Но потом остановилась и, встав с кресла, пошла к кровати. Макс не последовал за ней, выжидая и пытаясь понять, что она собирается делать. А Катя легла и сказала:
        - Иди ко мне.
        …И Макс пришел к ней. Он был нежен и ласков. Он гладил ее, целовал, любил каждую ее частичку, и она отвечала ему взаимностью. Катя чувствовала, как страсть закипает в ней и как ей хочется этого, этого нового и неизведанного чувства. А потом вдруг стало очень больно, но эта боль не была долгой и за болью пришло наслаждение, равного которому она не испытывала никогда в жизни. Она будто снова ощутила чувство полета над облаками, так ей было хорошо и приятно в объятьях Макса.
        …А когда все было закончено, она еще раз нежно поцеловала Макса и свернулась клубочком. Он обнял ее, поцеловал в плечо и в очередной раз сказал, эти такие простые, но самые ценные слова во всем мире:
        - Я люблю тебя.
        - И я люблю тебя, Макс - сказала она.
        И потом они оба заснули.

79.
        Матушке Серафиме не спалось в эту ночь. Она лежала в кровати и не могла заснуть. За окном протяжно завывал ветер, отчего ставня раскачивалась и периодически громко ударялась о стекло. Этот ударяющийся, постоянно повторяющийся звук уже порядком поднадоел Серафиме, хотя это не он являлся причиной ее бессонницы.
        Женщина с трудом поднялась с кровати, сделала шаг по направлению к столу и там нащупала свечу и спички. Затем она зажгла свечу и, погасив спичку, направилась к окну.
        Открыв окно, Серафима впустила в комнату холодный ночной ветер. Он ворвался в дом, погасил слабое пламя свечи и устремился дальше.
        "Да что ж ты будешь делать? Напасть за напастью!" - подумала Серафима, глядя на потухшую свечку.
        Но все же она перегнулась через подоконник и нащупала ставни, а затем закрыла их и заперла изнутри. Но спокойней не становилось. Западный ветер нес с собой тревогу и зло… Зло уже близко… Оно на пороге… И как ночной ветер проник в теплую комнату, так и это зло придет с запада. Серафима знала это, голос внутри нее повторял это часто.
        Стало до безумия страшно. Затем сделалось дурно, и она почувствовала, как теряет сознание и падает…
        Но неожиданно ее как будто кто-то обхватил невидимыми руками и бережно перенес на кровать…
        Стало легче. Серафима приоткрыла глаза, но как всегда никого не увидела. Но чье-то незримое и поддерживающее присутствие рядом она все же ощущала. И она знала, чья эта душа рядом, чувствовала и лишь жалела, что они не могут поговорить.
        Но голос внутри был другим, и он не принадлежал тому, кто сейчас был рядом. О том, что надо помочь и приютить девушку говорил один, голосом, исходящим из глубины, от сердца, этот голос был сильный и знающий, но Серафима не знала его обладателя. Имя хозяина этого голоса оставалось для нее загадкой.
        "Подумать только, в средние века меня бы просто сожгли на костре, скажи я кому-нибудь об этом", - иногда думала Серафима.
        Но она и так никому не говорила, ни одной живой душе, ни о том, что слышит голос, ни о том, что ощущает иногда незримое присутствие того, кто сейчас был рядом. Она не видела его, не осязала, лишь иногда, когда ее будто обдувал нежный теплый ветерок, и она чувствовала прикосновение, такое знакомое, родное. И она знала, чья душа находится рядом с ней, она просто, не могла не чувствовать этого.
        "Как жаль, что мы не можем поговорить, - в который уже раз подумала Серафима. - Мне так трудно без тебя… Но я должна быть сильной ради нашего ребенка!"
        Женщина сжала перед собой руки и произнесла молитву.
        "Страшный день близок. Завтра на крыльях этой девушки сюда придет Зло", - говорил Серафиме голос. И в том, что это именно так, она не сомневалась, как и в том, что знает кто на самом деле эта девушка, что ночует сегодня у нее, и как она важна. И возможно, ей уготовлена судьба почище самой Серафимы.
        "Бедное, бедное дитя". - Несмотря на то, что она знала, что эта девушка намного старше ее самой, несмотря на то, что она знала, что она - ангел и летала под небесами, а теперь волею Судьбы оказалась вновь в этом мире, Серафима думала о Кате, как о бедной девочке. Серафиме было страшно за нее, ведь она чувствовала какое Зло идет по ее душу.
        - Ты как она, - неожиданно произнесла она бесплотному духу своего мужа. - Но она потеряла крылья, а ты нет и потому, я тебя не вижу! - Вдруг пришло понимание. - А Он ее видит!
        "Бедное, бедное дитя, - в который уже раз повторила про себя Серафима. - Только бы ты была крепка духом, ради нас всех".
        Серафима закрыла глаза и ощутила на лице легкое прикосновение, теплое, как летний утренний ветерок. А затем этот ветерок побежал ниже и остановился на ее животе.
        "Главное не терять Веры! Это самое главное".

80.
        На пустыню опустилась ночь. Вокруг потемнело и стало еще холодней. Колчан вместе с еще одним бандитом сидели у костра и смотрели в огонь, так удивительно разрезающий этот ночной сумрак. Другой бандит спал в машине, а вот Черный Человек вновь куда-то исчез.
        Колчан услышал, как неподалеку что-то зашуршало и взмыло вверх. В ночном сумраке бандиты увидели фигуру ворона, летящего вдаль.
        - Он и есть ворон, сборщик падали, - сказал Колчан своему подручному, вернее уже бывшему подручному, а теперь рабу воли Черного Человека.
        Бандит посмотрел на бывшего босса, как на сумасшедшего, и поспешил скрыться с глаз, оставив Колчана одного. В последнее время его все чаще и чаще оставляли одного, как прокаженного или старого и поверженного волка. Теперь они больше не боялись его, ведь имелся кое-кто пострашнее. Тот, кто сейчас в образе ворона улетел куда-то вдаль. Теперь они больше боялись этого другого поскольку понимали, что Колчан тоже его боится. И Колчан действительно его боялся. Хотя и думал раньше, что после той ночи, когда умерла мать, его больше ничего не сможет напугать…
        …В ту ночь под градом вражеских бомб погибли почти все жители его родного города. Город за считанные часы превратился в руины, а утром, когда бомбежка прекратилась, из-под развалин выползли немногочисленные уцелевшие. По какой-то злой иронии судьбы, в основном, это были дети. Дети Войны, как потом нарекли их и им подобных.
        Взрослых не было, а помощь не приходила. Наступили суровые дни, которые Колчан и ему подобные проводили в постоянной борьбе. В борьбе за пищу, за воду, за крышу над головой. Кто был старше и сильнее, отбирали еду у тех, кто младше, а младшие сколачивали группы и нападали на одиноких старших. Именно в те дни у Колчана открылись лидерские способности, именно тогда он сколотил свою первую банду из таких же малолеток, как и он сам. Он помнил первое нападение на двух подростков, у которых оказались еда и канистра чистой питьевой воды. Он помнил, как первый бросил камень, и парень лет пятнадцати, сжимавший канистру, подкосился и упал на одно колено. "Кидайте!" - тогда крикнул он. И другие мальчишки последовали его примеру, а когда камни кончились, перед ними лежали два окровавленных трупа. Но зато они получили еду и воду. Впоследствии таких убийств случалось много, группе детей, в которой он стал лидером, чуть ли не каждый день приходилось нападать на других или защищаться. Так продолжалось шесть долгих лет… А потом война кончилась.
        Новое правительство наконец-то смогло обратить внимание на разрушенные городки, в которых еще оставались люди. Детей нашли, поймали, распределили по приютам. Но в приюте Колчану не понравилось - слишком мало свободы и слишком много правил. И он сбежал. Его пытались остановить, но это оказалось сложно, к тому времени он уже стал опытным убийцей! При побеге он прирезал ночного сторожа, старика лет восьмидесяти, о чем даже сожалеть не стал. Однако его поймали. Он помнил, как люди в форме сильно его избили. "Звереныш! Волчонок!" - кричали они. Может быть, не так уж они были и не правы, тогда он действительно был волчонком, маленьким зверем, который впоследствии превратился в настоящего матерого волка.
        После поимки его упрятали в колонию для малолетних преступников. А там жизнь оказалась ничуть не слаще чем в приюте. Приходилось терпеть издевательства старших и более сильных мальчишек, вдобавок охранники постоянно устраивали, как они это называли, "учения", сопровождающиеся ударами дубинок и других не менее педагогических орудий. А сбежать он уже не мог, детская тюрьма хорошо охранялась. И Колчану пришлось выживать так, как он умел. Он снова собрал вокруг себя изгоев и слабаков, и поднял восстание против тех, кто был сильнее; хорошо, что таковых оказалось единицы. Без крови не обошлось, и восстание пришлось подавлять надзирателям. Зачинщика поймали и решили перевести в другую колонию, а там о его подвигах уже были наслышаны. К удивлению Колчана, в новой колонии к нему отнеслись с уважением, и он занял достойное место в тюремной иерархии.
        Так на не долгое время в жизни Колчана наступил период спокойствия. Его никто не трогал, и к нему относились с уважением. Но тюремные стены все равно давили, он жаждал свободы, хотел видеть небо над головой и дышать свежим воздухом, хотел делать то, что ему нравится, и не хотел следовать правилам! В минуты отчаяния ему почему-то вспоминались строки из той книги, которую мать читала е в детстве. И тогда он стискивал старый оловянный крестик и думал о матери и о свободе. И неудивительно, что после таких мыслей мать приходила к нему во сне, она ничего не говорила, а лишь с укором смотрела на сына, и почему-то ему становилось стыдно, и он всякий раз опускал голову.
        И так шли годы - долгие суровые годы в застенках колонии для малолетних преступников.
        Все эти годы Колчан ждал, ждал шанса очутиться на свободе. И, наконец, судьба повернулась к нему лицом, и такой шанс представился. Нет, в этот раз он не сбежал, свобода пришла сама, по достижению совершеннолетия его помиловали, и он оказался на воле. Без денег, без крыши над головой, один в большом незнакомом городе, и без навыков существования в обществе. Неудивительно, что для того, чтобы выжить, ему снова пришлось грабить и убивать. Колчан примкнул к одной из банд. Он попробовал наркотики и женщин, познал их прелесть и понял, что в жизни есть удовольствия, а не только бесконечная борьба за существование.
        Но по-настоящему насладиться свободой он так и не успел. Их банду повязали, и он снова оказался за решеткой. Но из новых застенков сумел бежать. Так начался его бесконечный круговорот побегов и новых отсидок.
        Лет десять назад, в очередной раз сбежав из очередной тюрьмы, он оказался в Старом Городе. Это место понравилось Колчану, оно напомнило ему его детство. Такие же руины, такое же отсутствие правил, такие же банды, только уже взрослые, а главное, правительство старалось закрывать глаза на проделки местных. Было лишь одно правило: не соваться в Новый Город. Это вполне устраивало Колчана, и он решил обосноваться здесь. Старый бандит быстро собрал под свое крыло самых отъявленных негодяев Старого Города и взялся за передел власти. Хитрость и закаленный годами характер позволили ему быстро подмять под себя другие банды и стать негласным королем этого ужасного места.
        Теперь у Колчана было все: власть, деньги, удовольствия. Но с приходом всего пришло и разочарование. Наркотики и алкоголь перестали доставлять удовольствие, деньги не радовали, и даже все блудницы мира не могли доставить ему наслаждение. Да и мать перестала являться ему во снах, и ее укоризненный взгляд больше не терзал его сердце. Зато строки, слышанные им в детстве, стали все чаще всплывать в памяти, будто намекая ему на его ошибки. Втайне от всех он стал все чаще и чаще смотреть на свой старый оловянный крестик, и вспоминать свое детство - то, довоенное.
        А потом явился Черный Человек. И в очередной раз соблазнившись легкой добычей, Колчан пошел за ним. Теперь они вместе направлялись куда-то на восток, к очередной цели, где он, Колчан, должен был совершить очередное зло! Возможно, это зло затмит все то, что он делал ранее. Ведь именно для этого Черный Человек вытащил его из каталажки и взял с собой.
        Да, это зло должно было стать поистине страшным! Но Колчан не хотел его совершать, он чувствовал, что Черному Человеку доверять нельзя. Да и человеку ли?! А может Ворону! Колчан все чаще об этом задумывался, и всякий раз приходил к поистине ужасающему выводу. Да, он не помнил всех строк священного писания наизусть, но и того, что запомнил, было достаточно, чтобы понять, кто перед ним, кто ведет их вперед к очередному злу, поистине ужасающему, злу по сравнению с которым все, совершенное Колчаном ранее, покажется лишь детской забавой!
        И что же делать? Какой путь избрать?
        "Поживем, увидим, - говорил он себе. - Поживем, увидим".

81.
        Над безжизненной пустыней владычествовала ночь: сейчас было ее время, ее царство, царство сумрака и теней. Немногие живые обитатели этой местности попрятались по своим норам и убежищам, а на смену им вышли ночные создания. Где-то вдали гулким эхом разносился волчий вой на огромную ярко горящую луну. Волк завывал, он пел о своей волчьей доле и горькой судьбе в этой дикой безжизненной местности, где найти пропитание было столь сложно. И он взывал к луне в надежде, что она откликнется на его зов и подарит ему пищу. И вот на фоне ночного светила он увидел огромную черную птицу, спускающуюся к земле. Зверь насторожился, замер, затем притаился в надежде, что птица опустится на землю, и тогда он сможет ее поймать и насладиться ее мясом и свежей кровью. А птица все опускалась и опускалась, и волк не мог поверить своему счастью, поскольку летела она как раз к нему.
        Огромный черный ворон, описал очередной круг в воздухе, и опустился на поверхность пустыни. Сделав несколько прыжков по промерзшей земле, птица остановилась и завертела головой, осматривая местность маленьким агатовыми глазками-бусинками. И тут волк кинулся вперед к своей добыче. Он бросился к тому месту, где только что был ворон, но не успел, птицы там уже не было. Зато вместо нее перед зверем стоял человек одетый во все черное. Зверь ощетинился и зарычал, но человек не испугался, а лишь усмехнулся. Все так же рыча, но уже ни столь уверенно, зверь сделал несколько шагов назад. Обычно двуногие боялись его, но этот… этот был другим, никакого страха в нем не было, волк бы учуял это. Зато вместо страха зверь чувствовал силу и опасность. Волк сделал еще несколько шагов назад, а человек без страха пошел на него, тогда зверю действительно стало боязно, ему захотелось развернуться и убежать прочь, но лапы не слушались, а человек все продолжал идти и идти на него. Тогда волк прижал уши и жалобно заскулил.
        - Боишься?! - произнес Черный Человек. - Правильно делаешь!
        Он подошел к волку, тот продолжал жалобно скулить.
        - Ну, ну, что ты? - Черный Человек опустил руку в кожаной перчатке на голову зверя и погладил ее. Волк захотел зарычать, но не смог. Рука человека оказалась очень горячей, как огонь, которым его сородичей отгоняли древние люди, его кровь помнила это. И зверь опять заскулил, жалобно и протяжно, в надежде, что человек уберет огненную ладонь. Но человек ли? Ведь люди боялись его, а этот… этот был совсем другим.
        - Да ладно ты, успокойся, - вновь заговорил Черный Человек. - У меня кое-что есть для тебя.
        Он взмахнул рукой и как по волшебству на его ладони появился большой и сочный кусок свежего мяса. Черный Человек опустил его перед волком и медленно отошел в сторону.
        - Кушай, кушай, - ласково сказал он. - Свежее, вкусное мясо. Тебе ведь его так хотелось.
        Зверь с недоверием посмотрел на человека, а затем на кусок мяса. Потом он медленно подошел к нему, понюхал, мясо пахло не угрожающе и выглядело вполне съедобным.
        - Ну, ешь же! - приказал Черный Человек.
        Волк еще раз понюхал этот странный подарок, и тут голод взял над ним верх, и зверь с жадностью вцепился в свежий пьянящий кусок.
        - Ну, вот и молодец, - улыбнулся Черный Человек и, отвернувшись от зверя, зашагал дальше, ударяя кончиком трости по промерзшей земле.
        Но, не пройдя и нескольких метров, он остановился и вгляделся вдаль. Там были горы, и где-то у их основания находилась его цель. "Пункт 12", последний оплот веры или город проклятых, как называло его большинство людей. Да, именно этот город, и скоро он войдет в него и осуществит все задуманное. Последний необходимый ему ангел, находился уже там и возможно надеялся на спасение, хотя никакого спасения от него там не было и быть не могло, ведь это именно он направил ее туда, в то место где она и должна быть, в то место где она встретит свой конец. Черный Человек улыбнулся и в очередной раз восхитился собой и своей прозорливостью.
        - Ты станешь последней, - произнес он, ни к кому особо не обращаясь. - Ты будешь последним зерном необходимым мне. Шесть зерен у меня уже есть, а ты станешь седьмой, мое маленькое глупое зернышко.
        Черный Человек рассмеялся, и его смех эхом разнесся по пустыне, нарушив ее дикое спокойствие, которое до этого нарушал лишь волчий вой. Но волк уже давно прекратил выть. Черный Человек повернулся к тому месту, где зверь трапезничал, но тот уже не ел. Вместо этого он смирно лежал возле недоеденного куска мяса и, казалось, спал, но Черный Человек знал, что это не так.
        - Впредь будешь знать, как на меня скалиться, глупая псина, - зло бросил Черный Человек и, отвернувшись от бездыханного тела зверя, устремил взгляд к небесам.
        - Вот видишь, Господь, чего ты добился, даровав смертным свободу воли?! Тем самым ты открыл мне врата в этот мир! Человечество погрязло в грехе и безверии, оно прогнило и нуждается в пастыре. И таким пастырем стану я! - Черный Человек улыбнулся, вглядываясь в ночное небо. - Ты не смог справиться со своей работой, ты слишком возлюбил этих жалких смертных, глупый старикашка, ты позволил им слишком многое. И я воспользовался этим и их так называемой свободой воли. Я заставил их перестать верить в тебя! Да, путь мой был долог, ждать мне пришлось не меньше, но я добился своего, я ниспроверг твою религию, хотя и самому мне пришлось пострадать из-за этого. - Черный Человек фыркнул. - Знаешь, чего мне стоило стерпеть все эти глупые насмешки смертных? неверующих в меня и в мою силу, сделавших из меня комичного персонажа сказок и изображающих каким-то парнокопытным животным, с рогами и вилами! Но я терпел, я выжидал, по кирпичику разрушая то, что ты строил и я добился своего! Теперь людская Вера почти иссякла, Небеса разрушены, ангелы падают с небес, а твои архангелы жмутся друг к дружке, в страхе ожидая
моего воцарения. Не волнуйся, Господь, ждать им осталось недолго. Скоро я заполучу душу последнего, обретшего плоть ангела, и разрушу Седьмую Печать. И когда души тех, кто томятся в Аду, хлынут на поверхность, и тогда твои жалкие смертные уверуют! Вера вновь наполнит их сердца, и они взмолятся к тебе, Господь! Но будет уже поздно - мир и все, что в нем находится, уже будет принадлежать мне, а ты и твои небесные создания отправитесь в Небытие! Хотя возможно, я пощажу кого-нибудь из них, если они пообещают служить мне верой и правдой, я ведь великодушен. - И он усмехнулся.
        - Никто из нас никогда не будет служить тебе, - раздался властный голос позади Черного Человека.
        - Гавриил, какая встреча, - оборачиваясь на голос, произнес Черный Человек и даже распростер перед архангелом объятья. - Я так рад видеть тебя… брат. Как Небеса, как Рай?
        - Не надо шутить со мной! - нахмурился архангел, и его белоснежные крылья гордо вздернулись и поднялись к небу.
        - Тогда что же нам еще остается делать, коли не шутить? - улыбнулся Черный Человек.
        Вместо ответа архангел отвернулся и с грустью посмотрел на бездыханное тело волка.
        - Зачем ты сделал это?
        - Что? Убил волка?! Он скалился на меня, а я этого так не люблю. Вот и пришлось наказать наглеца.
        Архангел сделал шаг и опустился на колени перед телом волка, затем он коснулся его головы и повел рукой ниже, к сердцу.
        - Он еще жив, - пробормотал Гавриил, и на его лице просияла улыбка. - Твои силы тоже уже не те.
        Затем архангел закрыл глаза и, прижав ладонь к сердцу зверя что-то прошептал. Вдруг волк поднял голову, его сердце снова забилось, зверь вскочил на лапы и, не теряя времени, побежал прочь, как можно дальше от проклятого места.
        А Черный Человек лишь рассмеялся.
        - И никакой благодарности, - сказал он. - А все-таки вы, Светлые, так предсказуемы.
        - Что ты имеешь в виду, Темный?
        - Ты сам сказал, что силы мои уже не те, так зачем же мне было растрачивать их на убийство этого зверя?! Я всего лишь обездвижил его, чтобы затем голод довершил мое дело. А ты же так предсказуем, мой дорогой Гавриил, это ты растрачиваешь последние силы, дарованные тебе Небесами, на спасение жалкого зверя, вместо того чтобы направить их на защиту последнего ангела.
        Лицо Гавриила осталось каменным и непроницаемым, но Черный Человек все же уловил смятение в глазах архангела и улыбнулся.
        - Так зачем ты явился ко мне, Гавриил, зачем ты прервал мой разговор с Богом?! Только лишь для того, чтобы спасти эту жалкую псину? Или для чего-то еще?
        - Я послан, чтобы отговорить тебя от твоих намерений. Господь просит тебя одуматься и не разрушать Седьмую Печать, ведь последствия этого будут непоправимы для мира смертных. В благодарность он дарует тебе прощение…
        - Прощение мне?! - на лице Черного Человека появилось удивление, он на секунду задумался, но затем губы вновь расплылись в надменной улыбке. - Он не может даровать мне прощения, поскольку не властен надо мной! Да и ваш Рай мне не нужен и желания возвращаться туда у меня нет!
        - Пойми, Темный, ты тоже потерял слишком много сил с утратой Веры, и большую их часть, оставшуюся у тебя, ты потратил на свои фокусы, снова взойдя в мир и начав действовать! Кто знает, остались ли у тебя силы, чтобы победить?!
        - Не волнуйся, Гавриил, сил на последнюю битву у меня хватит! - блеснув агатовыми глазами, решительно произнес Черный Человек. - Я не растрачиваю их попусту, как ты, на оживление каких-то глупых волков.
        - Пойми…
        - Довольно! Ты сам знаешь, что это пустой разговор.
        - Знаю. Но попытаться стоило, это мой долг.
        - Ты слишком долго следовал своему долгу, выполняя Его приказы и не вмешиваясь, и посмотри, к чему это привело? Смертные плюют на нас, почитая героями сказок!
        - Ты сам добился этого!
        - Да, - улыбнулся Черный Человек. - В этом и был мой план. Видишь, я все же нашел лазейку и воспользовался ей. А вскоре я воплощу и последнюю часть своего плана и тогда, смертные вновь уверуют, но поклоняться им придется уже мне, поскольку души их, отныне и навсегда, будут мои!
        - Так не должно быть.
        - Ошибаешься! Так будет отныне и навсегда!
        Гавриил ничего не ответил, он лишь с грустью посмотрел на Черного Человека и опустил голову.
        - Я вижу, ты устал архангел?! Возможно, игра в шахматы подымет твой дух? Давай же сыграем, как раньше.
        Черный Человек взмахнул тростью и перед ним появился небольшой столик кованого железа с шахматной доской на столешнице. Вот только доска эта совсем не напоминала шахматную, она была круглой, а вместо клеток на ее поверхности оказалась начертана кроваво-красная пентаграмма.
        - Адские шахматы, - улыбнулся Черный Человек. - Мне, конечно же, придется играть черными. - Он снова взмахнул рукой и на его стороне доски появились фигуры. Но и фигуры эти не были похожи на обычные. Вместо привычных человеческому взгляду пешек, на поверхности доски появились двенадцать черных фигурок, облаченных в мантии, за ними выросла фигурка Колчана, а вместо короля появился и сам Черный Человек, только маленький, но точь-в-точь такой же.
        Гавриил с подозрением посмотрел на Черного Человека.
        - Ну, что же ты медлишь? - спросил тот. - Ладно, я помогу тебе. - Он снова взмахнул тростью и на стороне архангела появились две фигурки Кати и Макса.
        - Что-то мало у тебя фигур, - усмехаясь, сказал Черный Человек. - Так будет не честно. Предлагаю тебе самому, по своему выбору дополнить их.
        - Не смейся надо мной, - грозно сверкнул глазами посланник Неба. - Или ты думаешь, что я покажу тебе всех?
        - Как знаешь, - вздохнул Черный Человек и взмахнул тростью, и его фигурки тут же пошли в атаку. Они действовали, как живые, двенадцать миниатюрных Апостолов быстро обступили Макса и уничтожили его, а фигурка Колчана, схватив Катю, поволокла ее на сторону Черного Человека.
        - Довольно! - не выдержал Гавриил и ударил по шахматной доске кулаком, отчего фигурки полетели вниз и, рассыпавшись, принялись прятаться, кто за кустом, а кто за камнем, опасаясь дальнейшего гнева архангела.
        - Я знал, что ты не умеешь обращаться с игрушками, - обиженно произнес Черный Человек. - Ладно, можешь убираться восвояси, но запомни я не отступлю! Время царствия твоего Бога подошло к концу, настает моя эра, эра истинного правителя, который не будет столь милостив к смертным и воздаст всем за грехи их!
        - Значит, таков будет твой ответ?
        - Да! - сказал Черный Человек и улыбнулся, уже начавшей таить фигуре Гавриила.

82.
        Проникнув сквозь стекла окон, первые лучи утреннего солнца осветили монашескую келью. Но ее временный обитатель уже не спал. Монах в черной потертой рясе, приклонив колени, усердно молился. Он молился всю ночь, и надеялся с первыми лучами получить последнее благословление перед решающей битвой. Он знал, что сегодняшняя ночь может стать последней, и поэтому он просил у высших сил смелости, чтобы с достоинством встретить этот день.
        Первые лучи солнца коснулись некогда черной, а теперь покрытой сединой головы Владимира, и он почувствовал высшее присутствие.
        - Открой глаза, Владимир! - сказал чей-то голос.
        Владимир повиновался.
        Перед ним в лучах солнца стола фигура, будто сотканная из утренней дымки света. Фигура казалась не материальной, а лишь каким-то призраком, созданным в лучах утреннего солнца, падающего в окно. Но, тем не менее, это была фигура архангела Гавриила в образе прекрасного и сильного мужчины в золотом нагруднике и с сияющим белоснежным мечом в руке. Могучие крылья архангела уходили ввысь и терялись в утреннем свете, струящемся в окно.
        - Здравствуй, Гавриил, - не вставая с колен, произнес священник.
        - Здравствуй, Владимир, - кивнул архангел. - Ты просил у Небес благословения на сегодняшнюю битву?!
        - Да.
        - Оно будет даровано тебе, - сказал Гавриил и перекрестил мечем, склонившего голову священника. - А теперь поднимись с колен, Небесному Воину подобает стоять гордо, выпрямив спину и устремив взгляд вперед.
        Владимир поднялся.
        - Девушка пришла в город, - заговорил священник. - Сегодня вечером я встречусь с ней. И… Он, я чувствую Его, я чувствую, что Он тоже рядом… Он идет по ее следу, идет прямо сюда.
        - Да, - кивнул Гавриил. - Ты все верно чувствуешь. Сила и Знания, которыми я наделил тебя, помогают. Когда придет время, ты должен будешь применить их на полную…
        - Но смогу ли я?
        - Ты должен! - повысил голос Гавриил. - Теперь ты больше не человек, ты - Небесный Воин! Тебе должен быть не ведом страх и ты должен Верить в то, что делаешь, в то, ради чего ты это делаешь и в тех, ради кого ты это делаешь! Только без страха и с Верой в сердце ты сможешь противостоять ему. Так что, даже и не думай сомневаться! Сомнение - это путь к поражению!
        - Я понял тебя, глашатай Небес, - вновь склонил голову Владимир. - В моем сердце больше не будет места сомнению. Я выполню свое предназначение и вступлю в битву смело!
        - Да будет так, - молвил Гавриил. - Благословляю тебя на это дело. Возьми мой меч. - Архангел протянул священнику белоснежный сияющий клинок. - В нем заключена вся небесная сила. С ним тебе будет легче противостоять Тьме.
        Владимир взял клинок, поставил его перед собой и поцеловал белоснежную сталь.
        - И помни главное, - вновь молвил Гавриил. - Она это ключ ко всему… А теперь прощай, Владимир, нареченный Небесным Воином, да поможет тебе Свет!
        - Прощай, Гавриил. Я буду храбр, обещаю!
        Гавриил улыбнулся напоследок и растворился в воздухе, рассыпавшись миллиардами ослепительных искр.

83.
        Катя проснулась, когда Макс еще спал. Она нежно посмотрела на него, вспоминая прошедшую ночь, и улыбнулась. Ей было хорошо ночью, хорошо как никогда, и она осторожно поцеловала его, стараясь не разбудить. Он не проснулся. И тогда она встала, оделась и пошла на кухню, откуда доносился запах печеных булочек.
        - Доброе утро, - поприветствовала Катю Серафима. - Я решила приготовить вам завтрак. Вам молодым нужны силы.
        - Не стоило, - сказала Катя. - Вам самой нужны силы и отдых.
        - Я и так постоянно отдыхаю и набираюсь сил, - вздохнула женщина. - К тому же мне это не в тягость. Мне даже приятно готовить завтрак для кого-то еще кроме себя.
        Раздался свист.
        - Вот и чайник поспел, - улыбнулась Серафима. - Разливай чай, а я пока накрою на стол.
        Чай оказался крепким и бодрящим, а горячие булочки, намазанные маслом, таяли во рту.
        "Прямо, как у мамы", - подумала Катя.
        - Ешь лучше, - сказала Серафима. - И набирайся сил, я чувствую, они тебе сегодня понадобятся, сегодняшняя ночь станет испытанием для нас обоих.
        - Что вы имеете в виду?
        - Не знаю. Иногда я просто слышу внутренний голос, который нашептывает мне, о грядущем.
        Катя поставила чашку, из которой только что пила и совсем забыв о еде спросила:
        - И что еще говорит вам этот голос?
        - Лучше тебе не знать об этом, - тоже опустив чашку и взглянув Кате прямо в глаза, ответила Серафима. - Есть такие вещи, о которых лучше не знать раньше времени.
        - Нет, я должна знать! Скажите мне, что еще сказал вам Гавриил? - В том, что именно он говорил с этой женщиной Катя не сомневалась. С первого взгляда на Серафиму, Катя поняла, эта женщина одна из тех, кого впоследствии нарекают святыми из-за их жизни, из-за их смирения, из-за их беззаветной веры и самопожертвования. Катя знала это, как ангелу хоть и бывшему, но ей все-таки были открыты некоторые тайны этого мира и она чувствовала присутствие своих. И это она поняла только утром.
        - Может именно для этого я и пришла сюда, чтобы услышать это!
        - Архангел Гавриил говорит со мной?! - Серафима рассмеялась. - Не надо так шутить. Да иногда я действительно слышу внутренний голос, но… это просто голос.
        Серафима подняла чашку и сделала глоток.
        - Но что он говорит вам, этот голос? - уже настойчивей спросила Катя.
        Серафима поперхнулась, а потом как-то странно посмотрела на Катю и сказала:
        - Он говорит мне, что эту ночь переживет только одна из нас!
        В сознании у Кати помутилось. Она закрыла глаза, и чуть было не потеряла сознание, но вдруг ощутила чью-то руку на своем плече.
        - Доброе утро, - произнес Макс. - Завтракаете?
        - Доброе утро, - сказала Серафима. - Присаживайся, мы только начали…
        - С удовольствием.
        Макс сел рядам с Катей.
        Девушка улыбнулась ему, будто ничего не произошло. Макс улыбнулся ей в ответ.
        - Чудесное утро, - сказал он.
        - Ты прав, - произнесла Катя, и они принялись завтракать.

84.
        За весь день Кати так и не удалось поговорить с Серафимой, поскольку Макс постоянно был рядом. Хотя возможно это и к лучшему. Возможно, ей не стоило ничего знать. Если впереди ей суждено встретить свой конец и если это ее последний день, то его она хотела провести вместе с Максом. И этот день она решила посвятить ему.
        Весь день они были вместе. Весь день они мило беседовали, обнимались и целовались, будто бы ничего и не произошло, и будто впереди их ждали только хорошие и счастливые дни.
        Катя сидела на диване, а Макс лежал рядом, положив голову ей на колени. Девушка нежно гладила волосы парня и с замиранием сердца смотрела на него, а парень, закрыв глаза от удовольствия, что-то мило бормотал. Что он говорил? Катя отчего-то перестала улавливать суть его слов, поскольку тревожные мысли не покидали ее, и то и дело она возвращалась к словам Серафимы: "Есть такие вещи, о которых лучше не знать раньше времени". И отчего-то Катя была склонна верить этим словам.
        "Ну что ж, пусть будет так, как должно быть, - говорила она себе. - И если это - моя судьба, я приму ее стойко".
        Хотя она знала, что никакой судьбы нет, и человек сам творит ее, выбирая путь, руководствуясь желаниями и принципами. Именно в этом и заключался главный дар человеку Богом! Свобода воли и свобода выбора! Бог никогда не отнимал этот дар и никогда не вмешивался, давая человечеству самому познать, что есть Добро, а что Зло. Хотя многие просили и об обратном, многие молили Небеса и взывали о помощи. И иногда Бог отвечал им, посылая ангелов, которые помогали. Но никогда эта помощь не противоречила свободе человеческой воли и никогда она не была направлена против воли другого. Бог слишком любил людей, чтобы препятствовать их выбору и их воле.
        "И возможно зря, - с ужасом подумала Катя. - Если бы он вмешивался и направлял человечество, то ничего подобного бы не случилось. Человеческая Вера была бы до сих пор крепка и Небеса бы не рушились… Нет, я не должна так думать, я ведь ангел, хотя и потеряла крылья, но я все же остаюсь ангелом, и я не должна роптать на Господа и сомневаться в нем. Прости меня, Отче. Я буду верна тебе до последнего, и если сегодня мне суждено встретить свой конец, я встречу его с достоинством, как и подобает настоящему ангелу!"
        Катя улыбнулась, примирившись со своей душой. Отчего-то она больше ни боялась, страх будто прошел.
        "Прошу тебя лишь об одном, Господи, защити моего любимого. Он достоин того, чтобы жить…"
        Она нежно провела по волосам Макса, лежавшего головой на ее коленях. Парень улыбнулся ей в ответ.
        - О чем ты думаешь? - спросил он.
        - Это неважно, - сказала Катя. - Важно то, что я люблю тебя!
        - Я тоже люблю тебя, мой ангел.
        Катя еще раз улыбнулась и нежно поцеловала парня в губы.
        - Нам пора, - произнесла она.
        - Как уже? - Макс посмотрел на старые механические часы, стоящие на столике рядом. - А откуда ты знаешь, что нам уже пора?
        - Я чувствую.
        - Наверное, - поднимаясь с дивана, сказал Макс. - Прости, я все время будто забываю кто ты. Конечно же, ты чувствуешь. Я как понимаю, вы должны чувствовать больше нашего? Это что-то вроде экстрасенсорных способностей?!
        - Что-то вроде, - кивнула Катя. - Ангелы действительно чувствуют куда больше людей и видят мир немного иначе. Хотя я была самым обычным ангелом, и доступ в этот мир был мне закрыт, но я в нем и не нуждалась. Но когда я упала и потеряла крылья, я будто вновь стала человеком, все ангельские чувства куда-то пропали, да и ощущала я себя, как самая обычная потерявшаяся девочка. Но после сегодняшней ночи, проведенной с тобой, я чувствую себя совсем по-другому. Я знаю, это звучит странно, но мои крылья, как будто отросли вновь. Хотя я и не могу видеть их, и эти шрамы по-прежнему остаются на моей спине, но я чувствую, что-то во мне изменилось. И мои крылья, будто вновь со мной. Макс, это ты подарил их мне, ты научил меня летать заново.
        - Я?! - удивился парень.
        - Да, Макс, ты! - И она поцеловала его. - Знай, чтобы не случилось со мной, те дни, что мы провели рядом, стали для меня самыми счастливыми днями в жизни.
        - Я польщен, зайчонок. Могу лишь ответить тебе тем же. Эти дни стали самыми счастливыми и для меня. Но не волнуйся, все еще будет хорошо. Я уверен, что в этом храме нам помогут. И нас с тобой будет ждать еще много счастливых дней.
        Катя ничего не ответила ему на это, а лишь улыбнулась и нежно поцеловала Макса в губы. Парень ответил ей таким же нежным и страстным поцелуем. И не было в этот миг ничего другого, лишь двое влюбленных в объятьях друг друга. И даже Серафима, вошедшая в комнату замерла, опасаясь ненароком разрушить эту идиллию. Ей было приятно смотреть на двух влюбленных, милующихся друг с другом, но в то же время и грустно, поскольку эти влюбленные напоминали ей о ее потерянной любви, и поскольку она знала, что после сегодняшней ночи их сердца могут быть разбиты на веке. Но все же их любовь вселяла в нее надежду и в сердце она улыбнулась.
        Наконец Катя и Макс оторвались друг от друга и заметили стоящую рядом Серафиму.
        - Простите, - сказала Катя. - Мы не видели, как вы вошли.
        - Ничего страшного, - улыбнулась Серафима. - Я пришла сообщить вам, что вечерняя молитва скоро начнется. Люди уже начали стекаться в храм.
        - Да, мы как раз собирались уходить, - произнес Макс.
        И они принялись собираться.
        Уже в дверях Макс и Катя по очереди обнялись с Серафимой.
        - Желаю вам удачи, - сказала женщина. - Чувствую, она вам понадобится.
        - Спасибо, - поблагодарила Катя.
        - Главное не теряй Веру и будь крепкой до конца, - добавила Серафима, когда Макс уже отошел и не слышал ее слов.
        Катя кивнула.
        - Я обещаю. Надеюсь, у вас все будет хорошо, и вашего ребенка будет ждать счастливая судьба.
        - Я так не думаю, - скептически заметила Серафима и опустила глаза. - Но все равно спасибо тебе. Ты добрая девушка и достойна куда более лучшей судьбы.
        Катя хотела что-то спросить, но женщина остановила ее:
        - Не нужно, - велела он. - Лучше ступай, а я буду молиться за тебя.
        Катя кивнула и еще раз обняла Серафиму на прощание, а потом пошла вслед за Максом. А женщина так и осталась стоять на крыльце своего дома, глядя им след.
        - Дай Бог тебе силы и стойкости за всех нас, - произнесла она почти шепотом.
        Неожиданно на плече она ощутила легкое прикосновение. Серафима не повернулась, поскольку знала, что как всегда там никого не окажется. Но в этот раз до ее слуха донеслись чуть слышные слова:
        - Время пришло.
        Женщина захотела обернуться, но неожиданно ощутила резкую боль в животе. Ноги подкосились, и она чуть было не упала, но кто-то помог ей устоять на ногах. И тут она почувствовала новую волну боли - схватки начинались. Превозмогая боль, Серафима сделала несколько шагов внутрь дома. Невидимый друг подхватил ее под руку и помог добраться до дивана, как раз в тот момент, когда очередная порция боли настигла ее.
        Серафима закричала, а затем стиснула зубы, пытаясь бороться.
        - Я буду сильной, - промычала она. - И рожу с достоинством, как и полагается настоящей, истинной матери!
        Схватки повторились, но она уже не препятствовала им. Невидимый друг был рядом, и она знала, если что, он поможет.

85.
        Покинув дом матушки Серафимы, Катя и Макс отправились в храм. Как и вчера, они вновь шли вверх по каменной мостовой, но на этот раз был вечер, и над головами возвышалось серое небо. Катя подняла глаза вверх и увидела летящие снежинки. Снежинки кружились в загадочном танце и опускались вниз, падая на одежду и на мостовую. Несколько из них коснулись Катиного лица и быстро растаяли, превратившись в капли. Девушка вытерла лицо и посмотрела на Макса.
        - Снег, - сказал он. - Как давно я его не видел, наверное, с детства.
        - Разве там, откуда мы приехали, не идет снег? - удивилась Катя.
        - Нет. С твоих времен климат сильно изменился, люди отравили атмосферу, и снег теперь очень редкое явление. Там, откуда мы приехали, его не увидишь, там может идти только вечный дождь.
        - Дождь - это грустно.
        - Грустно, - согласился Макс. - А снег - это красиво.
        Катя еще раз посмотрела на летящие снежинки, на белые хлопья, сыпавшиеся с неба, и восхитилась красотой их танца. Да, она тоже давно не видела снега, в Раю времена года не меняются, там всегда весна. Но сейчас она вспомнила, как это красиво наблюдать за падающим снегом, когда он ласково касается твоей кожи и тает, оставляя лишь память.
        - Снег - это красиво, это обновление… А после зимы всегда приходит весна. Мне кажется, это добрый знак.
        - Тогда скорее пошли вперед, - сказал Макс.
        И они пошли вверх и увидели, как впереди к храму группами идут люди. Эти цепочки двигались вперед и по мере приближения к храму, их становилось все больше и больше. Впереди идущих приветствовали два огромных каменных стража и врата, любезно распахнутые и зовущие на вечернюю молитву.
        Катя перекрестилась. Макс сделал то же самое, а потом она взяла его за руку, и они вместе вошли в храм.
        В огромном зале, набитом народом, царил полумрак. Зал освещался лишь благодаря подсвечникам, расставленным по углам, отчего высокий потолок терялся во мраке. Люди сидели на деревянных скамейках и ждали, кто-то перешептывался, кто-то молчал, кто-то молился. Катя и Макс, найдя свободные места, тоже сели.
        Вдруг по залу пробежало постукивание посоха и, как по волшебству, часть газовых свечей погасла. Все умолкли. Медленно и торжественно к главному алтарю двигался седой старик с посохом. Следом за ним с длинными подсвечниками в руках шли два монаха в серых рясах и с накинутыми на голову капюшонами, скрывающими их лица. Процессия проследовала к алтарю и повернулась к публике.
        - Я приветствую всех собравшихся, - заговорил отец-настоятель. - Рад, что вы пришли сюда этим хмурым вечером. Сегодня впервые выпал снег, а это значит, что грядет зима. И, почему-то, в этот снежный вечер мне вспомнилась судьба одного человека. Судьба, если так можно сказать, заснеженная, но в то же время и ясная, как безоблачный день. И о судьбе этого человека я бы хотел поведать вам сегодня.
        Отец-настоятель сделал паузу и внимательно посмотрел на собравшихся. Макс и Катя почувствовали взгляд, направленный в их сторону. Макс опустил голову, а Катя думала совсем о другом. Помимо этого взгляда она чувствовала и другой, внимательно смотревший на нее с самого начала проповеди. Но этот взгляд не пугал ее, а скорее был взглядом друга.
        - Этого человека звали Франциск Ассизский, он жил спустя тысячу лет после Христа, но так же, как и Христос проповедовал истинные принципы добра и справедливости. Когда другие монахи возводили свои монастыри и занимались накоплением богатств, этот человек выбрал иной путь. Он пошел тропою Христа, и дал обет бедности, он отказался от всего мирского и стал апостолом-миссионером. Да, ему было тяжело. Франциск жил среди нищих и прокаженных, он спал под открытым небом, подолгу голодал и просил милостыню. Но душа его была наполнена Верой и жалостью к слабым и обездоленным. И он шел по пути Христа, отвергая все мирское и постигая истинные духовные ценности. Человек приходит в мир без ничего, абсолютно голым и таким же он покидает этот мир. - Отец-настоятель сделал паузу, давая всем присутствующим постичь смысл последних слов.
        - …Вскоре у Франциска начали появляться первые сторонники и ученики. Они, так же как и он, дали обет бедности и пустились в странствия, прося милостыню и живя лишь одной Верой. Когда учеников стало больше, образовалось братство, и Франциск отправился в Рим просить у папы утверждения составленного им устава. Знаменательный момент в истории представляет собой встреча Франциска и папы римского. Встреча эта подобна встречи двух ветвей одного древа. С одной стороны, наместник Бога на земле, олицетворяющий его могущество и имеющий право карать и дарить милость, - а перед ним такой же последователь Христа, но босоногий нищий, в одежде пастуха, проповедник любви и смирения. Папа был так поражен грязным видом Франциска, что послал его к свиньям. Но, когда Франциск, буквально исполнив совет и вернулся еще грязнее с просьбой теперь исполнить и его мольбу, то папа растрогался таким смирением и отнесся к оборванцу милостиво, несмотря на то, что большинство кардиналов и священно-служителей оказалось против. Так возник орден Францисканцев, орден от которого мы, скромные монахи этого монастыря, ведем свое начало.
Орден, который понимал истинное значение, и цель церкви в этом мире. Францисканцы понимали, что церковь должна быть бедна и в то же время богата. Она должна быть бедна - бедна материально, поскольку именно через эти богатства в нашей душе прорастают семена Дьявола. Но в то же время, церковь должна быть богата - богата духовно, поскольку именно через эти богатства в нашей душе прорастают семена Бога - Спасителя Нашего! Со временем этот смысл забылся, и церкви начали накапливать ценности - материальные ценности. Священники стали богатеть, но терять духовность, их сердцами овладела алчность, а душами завладел Дьявол… Почему пала религия, спросите вы?! Отвечу. Мы сами впустили Дьявола в свой мир, да, мы священники виноваты в этом не меньше, чем простые люди, забывшие Бога! Поэтому, если вам встретиться праздный монах, в украшенной золотом рясе и с огромным золотым крестом на груди, не слушайте его, пусть даже его слова покажутся и верным. Бегите от него, бегите, что есть силы, поскольку знайте, что Дьявол уже завладел душой его! Но вернемся к святому Франциску и деяниям его…
        Отец-настоятель рассказывал еще долго, и голос его был монотонным и поучительным. Он рассказал о жизни Франциска и о его последних днях, он поведал историю ордена, его принципы и историческое значение. Макс слушал с большим интересом, раньше он ничего не знал о Франциске. Для Кати же все это оказалось не новым, историю ордена и его основателя она очень хорошо знала, но никогда не придавала ей особого значения. Но сейчас история о Вере человека, жившего более тысячи лет назад, воспринималась ею совершенно по-иному.
        - …На этом я закончу свою проповедь и скажу лишь главное. Помните, никогда не теряйте Веры даже в самые тяжелые минуты своей жизни, верьте, и Вера спасет вас! - Отец-настоятель вздохнул и продолжил: - А теперь идите домой и помолитесь, помолитесь от всей души, пусть сегодняшней ночью Свет ваших душ поможет разогнать Тьму, пытающуюся окутать наши сердца.
        Вскоре народ разошелся и в большом зале кроме Кати и Макса остались стоять лишь отец-настоятель и два монаха с накинутыми на голову капюшонами. Когда последний прихожанин ушел, монахи скинули капюшоны, и Катя с Максом увидели их лица. Одним был юный Петр, а вот другим… Другого Катя тоже уже видела в этом мире, это оказался тот самый священник, с которым она разговаривала в церкви на вершине горы, и который прогнал ее, не поверив ни единому ее слову.
        - Я ждал тебя, сестра, - произнес отец Владимир.
        - Ждали, но зачем? - удивилась Катя.
        - Чтобы защитить. Прости за нашу прошлую встречу, тогда я был не готов и прогнал тебя. Поверь, я сильно сожалею об этом, но что было, того уже не воротишь, - священник вздохнул. - Но сейчас у нас очень мало времени, он скоро будет здесь! И мы должны подготовиться.
        - Подготовиться к чему? - настороженно спросил Макс.
        - К его приходу, - ответил отец Владимир. - Мы должны дать отпор Черному Человеку. Если у нас это не выйдет, то все пропало и мир такой, каким ты его знаешь, перестанет существовать и полностью перейдет под его контроль!
        - Мир и так уже давно принадлежит ему, - неожиданно сказала Катя.
        - Пока еще нет, - возразил священник. - Чтобы мир полностью стал его, Черному Человеку нужно преодолеть последний рубеж, и для этого ему нужна ты. Только заполучив твою душу, он сможет взломать Последнюю Печать и открыть врата Ада.
        - И где находится эта Печать? - спросила Катя, хотя ответ на этот вопрос она уже знала.
        - Здесь, в пещере под храмом, - ответил отец-настоятель. - Наш орден испокон веков охраняет эту святыню.
        - Но тогда нам нужно поскорее отсюда убираться, - сказал Макс.
        - Это не имеет смысла, - ответил отец Владимир. - Он сможет найти вас в любом месте. Но здесь под сводами храма его силы слабее, именно поэтому ему и нужны человекоорудия. Его грандиозный план имеет и оборотную сторону медали. Заставив людей перестать верить в Бога, он тем самым пошатнул веру и в самого себя. Ад рушится так же, как и Рай, однако те, кто находится там, не могут выбраться на поверхность, их сдерживает Печать. Но если он разрушит эту Печать, то мертвые, подобно ангелам, хлынут сюда, и весь мир станет Адом, и придет его царствие!
        - Но откуда ты все это знаешь, священник? - спросил Макс.
        - Я умер, - спокойно улыбнулся Владимир.
        - Умер?!
        - Да. После того, как я прогнал тебя, ко мне пришел он и убил меня. А потом я попал на Небо и увидел Рай, вернее, то, что от него осталось, - священник запнулся и опустил голову. - И у его врат встретил архангела Гавриила. Он рассказал мне все: из-за чего рушится Рай, кто ты и как важна. Гавриил воскресил меня, чтобы я смог защитить тебя, он наделил меня силой и сказал мне следовать сюда. И как он и говорил, мы встретились возле Последней Печати… Так что это судьба!
        - Какая к черту судьба?! - не выдержал Макс. - Судьба это нечто предначертанное, а я думаю, что утрата Веры и приход Черного Человека в наш мир не входило в планы вашего всемогущего Бога!
        - Он и твой Бог тоже, - сказал отец Владимир. - Хотя кое в чем ты прав и это явно не входило в его планы. Но он не единственный всемогущий, Черный Человек тоже всемогущ, они как две стороны одной монеты, Свет и Тьма…
        - Да, да, знаю, Добро и Зло, - перебил Макс.
        - Нет, - возразил отец Владимир. - Добро и Зло это сугубо человеческие понятия, придуманные нами для облегчения и понимания жизни. Тьма тоже может созидать, а Свет тоже умеет разрушать.
        - Не думаю, что тот, кто идет сюда, намерен созидать.
        - Сейчас - да. Выражаясь нашими понятиями, он несет только зло и разрушение, он хочет низвергнуть привычный порядок вещей и превратить весь мир в свое царствие. Но мы должны не дать ему сделать это: ради самого мира, ради жизни, ради людей, которые верят, и даже ради тех, кто поставил наш мир на грань разрушения, пусть даже неосознанно.
        - И ради любви! - добавила Катя.
        - Боюсь, что это не в наших силах, - покачал головой Макс и повернулся к Кате.
        Глаза девушки были наполнены слезами, но под завесой этих слез, в глубине зеленых глаз, Макс увидел решимость, Катя приняла свою судьбу, и он понял, что она не отступит.
        - Ладно, попытаться стоит, - вздохнул Макс. - Не каждый день приходится противостоять самому Дьяволу.
        Отец Владимир улыбнулся:
        - Я рад, что ты принял такое решение. Будем сражаться плечом к плечу.
        - Я делаю это не ради мира или каких-то других высоких материй, - сказал Макс и снова посмотрел на Катю. - Я делаю это ради любви.
        Девушка подошла к Максу и обняла его.
        - Спасибо тебе, Макс! Ты самый добрый, ты сделал для меня больше, чем кто-либо в этом мире.
        И вдруг за окнами сверкнула молния, прогремел гром, и по храму пробежал ветерок.
        - Что это? - удивленно спросил Макс.
        - Он пришел! - поворачиваясь к вратам, произнес отец Владимир. - Бегите! Мои братья покажут вам дорогу.
        - А, как же ты? - спросила Катя. - Мы не уйдем без тебя!
        - Не волнуйся, я задержу его и догоню вас.
        - В одиночку? - не поверил Макс.
        - Я же сказал вам, что у меня есть сила! - Отец Владимир улыбнулся и воздел руки.
        По небу пробежал второй раскат грома.
        В этот момент ряса священника начала рваться, казалось из спины у него что-то рвалось наружу. Наконец, это что-то прорвалось и все увидели, как позади отца Владимира появляются два красивых белоснежных крыла. Священник выпрямился во весь рост и гордо расправил крылья.
        - Я же сказал вам, что я умер! А теперь бегите!
        И по небу пробежал третий раскат грома.

86.
        - Вот мы и у цели! - сказал Черный Человек, глядя на захудалый городок.
        Колчан и банда Черного Человека стояли у стен маленького городка окруженного кладбищем. Смеркалось, тучи с неестественной быстротой заволакивали небо. Неожиданно раздался первый раскат грома. В вечернем сумраке городок казался мрачным и пугающим. Главная городская дорога вела вверх по склону. И там, в вышине что-то поблескивало. Колчан даже встрепенулся, когда понял, что именно. Это был крест.
        "Так он что, собрался брать Последний Оплот Веры?!" - изумился бандит.
        Колчан слышал об этом месте, но не более.
        Они зашагали вперед по мокрой от талого снега каменной дороге. Мимо проносились деревянные дома почему-то с закрытыми ставнями и с запертыми дверьми. Будто люди чувствовали того, кто пожаловал к ним этим вечером.
        По небу вновь пронесся раскат грома.
        Вскоре из сумрака стал появляться красивый готический храм. Словно гордый орел он возвышался над всем городом. На вершине его сиял тот самый крест, а вход к вратам охраняли две величественные каменные горгульи.
        Неожиданно из темноты прохода выступила одинокая фигура в рясе.
        - Вы не пройдете! - гордо произнес человек. В этом новом пришельце старый бандит тоже почувствовал силу, не такую, конечно, как в Черном Человеке. Эта новая сила была абсолютно чужда силе нового хозяина банды Колчана. Эта новая сила брала начало в Свете, а не во Тьме.
        - Вы не пройдете! - повторил незнакомец.
        - А, батюшка, это снова ты?! - губы Черного Человека расплылись в улыбке. - Значит, Гавриил вернул тебе жизнь?! Вернее, ее подобию, сделав тебя орудием Небес. Глупо, очень даже глупо… Впрочем, Светлые никогда не отличались рассудительностью… Но ты не в силах остановить меня, так что лучше отойди и не вмешивайся!
        - Твои слова не проймут меня, Князь Тьмы, - заговорил священник. - И я не отступлю!
        - Зря, - улыбнулся Черный Человек. - Убейте его!
        Бандиты двинулись на священника, и лишь один Колчан остался стоять в стороне, отрешенно наблюдая за происходящим. Надвигающиеся враги не испугали отца Владимира, он гордо поднял голову, и тут за его спиной распустились два белоснежных крыла. Эти крылья начали подниматься и опускаться: казалось, священник хотел воспарить в небо, но почему-то все еще оставался на месте, хотя от его крыльев уже начали исходить потоки ветра. С каждым взмахом ветер усиливался, пока вовсе не превратился в непроходимую преграду. Бандиты попятились назад, ветер сбивал их с ног, заставляя отступить. Один лишь Черный Человек непоколебимо стоял и улыбался.
        - Это все на что ты способен, святой отец? - расхохотался он. - Этим меня не остановить!
        Черный Человек стукнул о мостовую тростью с серебряным набалдашником, и ветер тут же утих.
        Казалось, священник на секунду заколебался, но затем он вновь расправил крылья, и молитвенно сложив руки, что-то зашептал.
        Глаза каменных горгулий, как по волшебству, раскрылись и вспыхнули белым пламенем, крылья расправились, и чудовища на огромных когтистых лапах сошли с постаментов. Каменные стражи пробудились для того чтобы выполнить свое предназначение.
        Подручные Колчана в страхе попятились. Горгульи взмыли в небо и охотничьими ястребами устремились на врагов. Один из бандитов начал стрелять, но пули отлетали от гранитных тел чудовищ. Второй бросился наутек, но горгулья схватила его когтями и взметнулась над храмом. Через несколько мгновений бандит с криком полетел вниз и разбился о каменные плиты.
        Лишь Черный Человек сохранял мрачное спокойствие, казалось, смерть своих недавних подручных не вызывала у него вообще никаких эмоций. Когда одна из горгулий, наконец, спикировала и на него, он лишь поднял трость кверху, и чудовище разлетелось на миллионы каменных осколков.
        Вторая горгулья, расправившись с последним подручным Колчана, кинулась на бывшего главаря банды. Тот два раза выстрелил в нее из обреза, но дробь отлетала от каменной чешуи чудовища.
        "Ну, вот и все", - подумал старый бандит и приготовился встретить смерть, лишь руки по привычке перезаряжали дробовик.
        Но горгулья не успела добраться до Колчана, не долетев лишь мгновение, она разлетелась каменными осколками. И бандит увидел Черного Человека с вздернутой кверху тростью.
        - Служи мне верно, и я вознагражу тебя! - произнес он, глядя на Колчана.
        Агатовые глаза впились в старого бандита, и губы того сами собой произнесли:
        - Я не собираюсь служить тебе, тварь! - И Колчан выстрелил из дробовика в грудь своего недавнего господина.
        Черный Человек пошатнулся, в его глазах Колчан увидел вполне человеческое удивление, а затем руки старого бандита еще раз нажали на спусковой крючок. Прозвучал второй выстрел, и Черный Человек свалился на мостовую. А пальцы вновь, по привычке, начали перезаряжать обрез.
        Крылатый священник с пониманием посмотрел на старого бандита:
        - Ты сделал правильный выбор. А теперь бежим, пока он не пришел в себя!

87.
        Четырнадцать фигур, скрытых покровом ночи, застали лишь самый конец этой схватки. Двенадцать из них были теми, кто называли себя Темными Апостолами. Тринадцатым был Артем, некогда гордый майор Тимофеев, сейчас больше напоминал обыкновенного бродягу. Грязная, потертая одежда, ввалившиеся щеки покрывала давно небритая щетина. Он мрачно взирал на покрытую трупами и каменными осколками площадь. Его взгляд изменился лишь однажды, когда Колчан спустил курок дробовика. Глаза майора загорелись, но потом вновь угасли, когда бандит и странный крылатый человек исчезли за вратами храма. Последним четырнадцатым оказался Алекс, верный слуга Аида. Остальные же люди Темных Апостолов остались ждать хозяев у вертолета, посаженного у подножия города в том самом месте, где Черный Человек вместе со своими людьми бросили броневик.
        - Нам пора, - сказал Аид, и двенадцать оставшихся Темных Апостолов направились к вратам храма, туда, где безжизненным телом лежал Черный Человек. Убить его из обычного дробовика было невозможно. Ведь это был… Теперь Артем знал, кто это был, ведь Аид рассказал ему все.
        "Сопротивляться бесполезно, - думал он. - Этой силе невозможно противостоять, она обречена на победу. Вон Колчан попытался… - Артем вздохнул. - Даже Колчан попытался и выбрал другую сторону! Тот, кого я считал главным злом, стал бороться и выбрал сторону Света! А я?! Я не узнаю себя… Когда-то я считал, что не отступлюсь ни перед чем, а сейчас? Сейчас я, как марионетка, иду за этими ублюдками и беспрекословно выполняю все их указания!.. Мне жаль тебя, Артем, во что ты превратился?!" - бывший майор в сердцах сплюнул.
        Двенадцать Темных Апостолов, а следом за ними Алекс и Артем, подходили к вратам храма. Только что казавшийся безжизненным Черный Человек уже начал подниматься. Хозяин гордо взирал на вновь обретенных слуг. Те, бухнулись на колени и простерлись ниц, Алекс, взглянувший на Аида сделал тоже самое. Лишь один Артем остался стоять на ногах.
        Черный Человек прошелся взглядом по слугам и остановил его на Артеме. Бывший майор не смог выдержать взор этих темных, прожигающих насквозь глаз, и опустил голову, успев лишь заметить, как Черный Человек улыбнулся.
        - Апостолы мои, я приветствую вас, - заговорил Черный Человек. - Я рад, что вы не забыли клятву, и все эти долгие тысячелетия верно исполняли свой древний долг. Вы, мои верные слуги, помогли мне в борьбе с Небесами. Вы помогли мне ниспровергнуть Веру и разрушить Рай! Ваше рвение и вашу доблесть я не забуду, вас ждет щедрая плата. Но сначала, дети мои, нас ждет последняя битва, битва после которой, я смогу считать ваш долг исполненным до конца. Сейчас мы пойдем и взломаем Последнюю Печать, и врата Ада, наконец, откроются, и те, кто находятся там, в вечном заточении, наконец, обретут свободу. И тогда придет Мое царствие, а вы по праву сможете занять место подле Меня. Готовы ли вы, Апостолы Мои?
        - Готовы, о Повелитель! - хором ответили ему. - Приказывай, мы пойдем с тобой до конца!
        Черный Человек еще раз улыбнулся, а затем, развернувшись, вошел в храм. Темные Апостолы, поднявшись с колен, последовали за господином. Казалось, на Артема уже никто не обращал никакого внимания. Он все так же отстраненно стоял в стороне и наблюдал, как Апостолы один за другим исчезают в темном проеме врат.
        Наконец, на храмовой площади остались стоять лишь Аид, Алекс и Артем. Чернокожий Апостол взглянул на Артема, улыбнулся и произнес:
        - Видишь, майор, все подошло к своему логическому завершению. Теперь мир, каким ты его знаешь, навсегда изменится. Жалко, что ты этого уже не увидишь. - Аид еще раз презрительно улыбнулся и добавил: - Убей его, Алекс, а потом возвращайся к вертолету и жди нас там… А ты, майор, не поминай лихом, в тот короткий промежуток времени, что тебе остался.
        И одернув подол мантии, Аид вошел в храм вслед за Черным Человеком и остальными Апостолами.
        - Жаль, что все так вышло, Артем, - вздохнул Алекс. - Мне будет не хватать тебя.
        И здоровяк приставил к голове бывшего майора холодное дуло пистолета.
        - Неужели ты это сделаешь, Алекс? - спросил Артем. - Неужели ты убьешь меня?
        - Прости, но мне приказали…
        - Значит, ты только и можешь, что исполнять приказы? - сквозь зубы прорычал Артем. - Да ты - всего лишь безвольная марионетка в их руках!
        - Считай, как хочешь, Артем. Ты же сам видишь, что с ними невозможно бороться, они правят этим миром, и они уже победили. А я всего лишь выбрал сторону победителей.
        - Да ты - жалкий трус, - взревел Артем. - Ты смелый только тогда, когда за твоей спиной стоят высокие шишки, а в руках у тебя пистолет! Ты можешь убивать только беззащитных, а надрать мне задницу голыми руками - у тебя просто кишка тонка!
        - Не говори так, дружище, ты же знаешь, что это не так.
        - Так, так, ты всего лишь жалкий трус, - не унимался Артем, - который боится драться, как настоящий мужчина!..
        За этими словам последовал мощный удар кулаком в лицо обидчика. Артем не устоял на ногах и упал. Бывший майор поднес руку к лицу, из разбитой губы сочилась кровь.
        - Вставай, вставай, - отбрасывая пистолет в сторону, произнес Алекс. - Сейчас мы разберемся с тобой, как настоящие мужчины. И ты увидишь, кто из нас настоящий мужик!
        Артем ощутил дикую ненависть к Алексу. Ему захотелось наказать этого ублюдка напоследок.
        "Если уж умирать, то с музыкой!" - подумал он.
        - Ну, ладно!
        Артем быстро соскочил с места и кинулся вперед на Алекса. Обхватив здоровяка руками, он попытался повалить его, но Алекс ударил его сверху, а потом откинул в сторону.
        - Что-то ты подрастерял форму в своем полицейском участке, - усмехнулся здоровяк.
        Артем снова поднялся и тут же упал, получив удар ногой в голову.
        - Я гляжу, ты там точно, кроме протирания штанов, ничем больше не занимался, - продолжал ехидничать Алекс, дожидаясь пока Артем поднимается.
        Но Артем не спешил вставать, он медленно переводил дух, после нескольких сильных ударов Алекса в голову. Наконец, бывший майор собрался с силами и вскочил с места. Здоровяк вновь попытался ударить его ногой по корпусу, но Артем отбил этот удар, поставив блок, и со всей силы врезал Алексу в рожу. Помощник Аида отшатнулся, а Артем тем временем нанес следующий удар в голову противнику. За ним последовал третий в бок и еще раз в голову, в подбородок, снизу, после чего Алекс упал.
        Поваленный здоровяк уставился на бывшего майора полными ярости глазами. Он сплюнул обильное количество крови, скопившейся у него во рту, и произнес:
        - Ну, сейчас ты точно у меня получишь, полицейская мразь!
        С этими словами Алекс вытащил из-за пояса огромный армейский нож и, поднявшись, двинулся на Артема.
        - Сейчас я посмотрю, какого цвета у тебя кишки, дружище!
        Алекс прыгнул вперед и ударил ножом перед собой. Артем отпрыгнул назад, но не успел совсем чуть-чуть, и нож распорол ему рубашку. А Алекс уже снова взмахнул снизу. Ножом он орудовал мастерски, отвлекая противника второй рукой и закрывая ему обзор так, что бывшему майору оставалось только порхать, как бабочка, уходя от все новых и новых ударов. Но так не могло продолжаться долго, и очередной удар лезвием пришелся по запястью Артема. Тот одернул руку, но, не сумев вовремя отпрыгнуть, вновь получил удар железом в плечо.
        - Я просто забавляюсь с тобой, дружище.
        Здоровяк рассмеялся и вновь выбросил руку с ножом вперед. Артем обхватил его запястье, но Алекс свободной рукой схватил бывшего майора за шею, и тогда Артем врезал противнику лбом по носу.
        Алекс отскочил назад, схватился за нос, прорычал что-то нечленораздельное и кинулся вперед. Артем вновь попытался схватить его руку, и ему это удалось, но напор Алекса оказался сильнее, и они оба свалились на мостовую. Здоровяк шлепнулся на Артема, и он почувствовал, как по груди заструилось что-то теплое и мокрое. Бывший майор увидел перед собой глаза старого друга, красные от ярости и злобы, и затем Алекс, как-то вздрогнул, его взгляд поменялся, и в нем появилось какое-то досадное удивление. Хватка здоровяка ослабла, и Артем сбросил с себя тяжелое тело.
        - Мне тоже жаль, что все так получилось, дружище, - произнес Артем.
        Затем он глубоко вздохнул и, переведя дух, поднялся. Его тело ныло, голова болела, а из нескольких ран на руке сочилась кровь. А впереди зиял тьмой раскрытый вход в храм.
        Несколько мгновений Артем медлил, то озираясь, то вглядывалась в темный проход. И, наконец, приняв решение, нагнулся и подобрал с мостовой пистолет, из которого совсем недавно Алекс чуть было не пристрелил его.
        - Ну, нет, - сказал он, - я не останусь в стороне.
        И Артем вошел в храм.

88.
        Старик с длинной седой бородой и юный монах Петр, держа в руках факелы, поспешно вели Катю и Макса по катакомбам куда-то вниз к Последней Печати. Вскоре туннель оборвался, и перед спутниками предстала пустота, в темноте которой нельзя было ничего разглядеть. Огни факелов мерцали крошечными звездочками, и свет, исходящий от них, терялся во мраке.
        Отец-настоятель направился во тьму и опустил куда-то свой факел. По полу вдоль стен быстро поползла огненная линия, замыкаясь в круг. Огонь осветил огромный зал. Его высокие своды поддерживали каменные колонны, барельефы на стенах изображали непрекращающуюся со времен сотворения мира битву ангелов и демонов. А в центре зала на полу находился огромный каменный круг из красного гранита. От его краев тянулись извивающиеся, похожие на змей линии, соединяющиеся в центре.
        - Это и есть Последняя Печать, - сказал отец-настоятель.
        - Я думала, она поменьше, - обронила Катя.
        - Тут же тупик! - воскликнул Макс. - И что нам делать? Дожидаться пока ваш Черный Человек явится сюда? У нас нет оружия, чтобы с ним сражаться! И где другие ваши братья по вере?
        - Простое оружие не причинит Черному Человеку никакого вреда, - ответил отец-настоятель. - А остальные наши братья наверху, они будут молиться за нас. Это самое лучшее, что они сейчас могут сделать.
        Макс скептически хмыкнул.
        Из глубины туннеля донеслись быстро приближающиеся шаги. Катя взяла Макса за руку. Все замерли, ожидая самого худшего.
        Но это оказался не Черный Человек. Из-под арки выскочили двое: отец Владимир и высокий уже немолодой, но еще крепкий мужчина с коротко стриженными седыми волосами и покрытым шрамами лицом. Катя и Макс тотчас узнали его: это был Колчан.
        - А он еще, что тут делает? - загораживая Катю, воскликнул Макс.
        - Спокойно, парень, я на вашей стороне, - улыбнулся Колчан.
        - Да, кто тебе поверит? Ты пытался убить нас!
        - Не убить, а всего лишь похитить. Но я искренне сожалею об этом. Тогда я еще не знал, кто был мой наниматель. А теперь, когда знаю… - Колчан сплюнул. - В общем, я не меньше вашего хочу, чтобы он убрался туда, откуда вылез!
        - Я все равно тебе не верю, - не успокоился Макс.
        - Нет, он говорит правду, - вмешалась Катя. - Я чувствую.
        - Спасибо тебе, красавица. Эх, жарко же тут у вас огонь пышет. - Колчан скинул с себя черную кожаную куртку и остался в одной майке, обнажив свои сильные, сплошь покрытые татуировками руки, и старый оловянный крестик на груди.
        - Никогда бы не подумал, что ты верующий, - пробормотал Макс.
        - Я бы тоже никогда не подумал, что однажды ко мне придет сам Дьявол и попросит меня похитить для него ангела. А вот видишь, как все вышло, и все о чем мы даже и не думали, оказывается есть. Ну, так, что теперь? Умрем в бою?
        - Лично мы умирать не собираемся, - буркнул Макс.
        - Ну, это уже как получится, - хмыкнул Колчан.
        В глубине туннеля вновь раздались шаги.
        - Он идет, - сказал отец Владимир.
        - И, похоже, не один, - добавил Колчан. - Я гляжу, парень, тебе даже нечем защитить свою девушку.
        Макс бросил на него злой взгляд.
        - Да не зыркай ты так на меня, парниша! На, лучше возьми вот это. - И Колчан вытащил из-за спины два серебряных пистолета.
        - Спасибо, - взяв оружие, поблагодарил Макс.
        - Не за что. Только смотри, не потеряй, я привязан к этим игрушкам, они достались мне очень дорогой ценой.
        - Даже не хочу знать какой.
        - Да, этого тебе и правда лучше не знать! - Колчан расхохотался, а затем вскинул старенький дробовик и передернул затвор.
        Макс тоже поднял пистолеты, готовясь стрелять в любого, кто покажется из туннеля. Отец Владимир встал посередине между ними. Никакого оружия на виду он не держал, лишь его белоснежные крылья медленно покачивались в такт дуновения ветра доносимого из туннеля. Отец-настоятель, Петр и Катя держались позади.
        Вскоре из прохода показались люди. Макс и Колчан тут же открыли стрельбу. Несколько вновь прибывших пошатнулись и упали, но Черный Человек, шедший во главе нового воинства, вскинул вверх трость, и его людей накрыла незримая защита. Пули ударялись о какую-то преграду и отлетали от нее.
        - Не тратьте зря патроны, - произнес Черный Человек. - Вам это все равно не поможет, все уже предрешено.
        - Еще ничего не предрешено, Князь Тьмы, - возразил отец Владимир. - Ты ее не получишь!
        - Я всегда получаю то, что мне нужно, - улыбнулся Черный Человек. - Такова моя воля, такова воля Тьмы!
        - Но не сегодня! - крикнул отец Владимир и, перекрестив воздух, что-то произнес.
        Прямо перед крылатым священником образовалась светящаяся серебряная сфера. В следующую секунду он взмахнул руками, и эта сфера устремилась на преграду, возведенную Черным Человеком.
        Столкнувшись с преградой, сфера взорвалась, и заклятье Черного Человека рухнуло. Лицо его перекосила ужасная гримаса…
        - Взять ее! - проорал Черный Человек, и его оставшиеся без защиты слуги кинулись вперед.
        - Ну, сейчас повеселимся, - скривившись в усмешке, произнес Колчан и выстрелил. Один из Темных Апостолов упал.
        Но слуги оказались не так просты. Встретив сопротивление и потеряв несколько своих, они не стали бездумно переть на врага. Взметнулись их посохи, и в троицу защитников полетели огненные шары. Один шар отец Владимир отбил, поставив какую-то невидимую преграду. Второй врезался в каменный свод зала, и отколовшиеся куски полетели прямо на Катю. Макс кинулся к любимой, однако разделявшее их расстояние было слишком большим. Быстрее Макса оказался Петр. Юный монах в прыжке оттолкнул Катю, но сам отскочить не успел, и тяжелый обломок ударил ему в голову.
        - Осторожней! - взревел Черный Человек. - Она нужна мне живой!
        Макс уже почти достиг Кати, но Аид опередил его. Он схватил ошеломленную девушку за руку и поволок к своему господину. Макс вскинул пистолет, но и тут Апостол Тьмы оказался быстрее. Лишь в самый последний момент Максу удалось отпрыгнуть в сторону, и это спасло ему жизнь - черная молния, выпущенная Аидом, с грохотом ударила в то место, где только что стоял парень. Макса отбросило, и он рухнул на пол. Катя увидела, как вздымается его грудь и поняла, что он еще жив, но надолго ли?
        Не обращая на бесчувственного парня больше никакого внимания, Аид продолжил тащить упирающуюся Катю. Она визжала и впивалась в его руку ногтями. Стремление Кати освободиться ему явно не понравилось, и он ударил ее тыльной стороной ладони по лицу. Девушка вскрикнула, на губах выступила кровь. Спасения не было, ее поймали, а те, кто вызвался ее защищать, не могли ей помочь - они отбивались от наступавших на них с магическими посохами в руках Темных Апостолов.
        - Дура, ты послужишь великой цели!.. - прохрипел Аид над самым ее ухом.
        Но вдруг его плечо что-то прошило насквозь. Аид отпустил Катю, выронил посох и схватился за плечо. Девушка упала и попыталась отползти, а чернокожий повернулся к тому месту, откуда пришел удар. А там, с вздернутым пистолетом, стоял тот самый майор, что допрашивал Катю и Макса в участке. Сейчас он выглядел не самым лучшим образом: его лицо было уставшим и помятым, глаза ввалились, а одежда оказалась все в крови.
        - Ты?! - с удивлением выдавил Аид и поднял с пола посох.
        - Да, это я, ублюдок! - сказал Артем и вторично нажал на спусковой крючок.
        Пуля вошла Аиду между глаз, и он, не выпуская посох, упал на каменный пол.
        - Спрячься где-нибудь! - крикнул Артем Кате и открыл стрельбу в спины Темным Апостолам.
        - Не думал, что когда-нибудь скажу это, майор, но я рад тебя видеть! - увидев, кто пришел к ним на помощь выкрикнул Колчан.
        - И я рад, что сегодня мы на одной стороне, - отозвался Артем.
        Катя подползла к лежащему на каменном полу Максу. Парень уже приходил в себя. Почувствовав Катино дыхание на лице, он открыл глаза.
        - Вставай, Макс, - попросила девушка. - Пожалуйста…
        Макс поднял голову, увидел вспышки и услышал выстрелы.
        - Нужно помочь им, - прохрипел он.
        - Нужно, ты только вставай, - всхлипнула Катя.
        Лишь Черный Человек стоял, скрестив руки на груди, и с улыбкой наблюдал за происходящим. Казалось, все это забавляло его, ему не было дела до развернувшейся здесь бойни, ему не было дела до гибнущих слуг, он уже ощущал себя победителем и просто ждал нужного момента.
        - Довольно! - наконец велел он.
        Его властный голос разнесся по залу, и Апостолы замерли.
        - Наконец-то, - пробормотал Колчан. - А то у меня всего один патрон остался.
        - У меня чуть больше, - так же тихо отозвался Артем, оказавшийся спина к спине с бывшим врагом, а ныне союзником. - Чувствую, что-то сейчас будет.
        Черный Человек медленно двинулся к центру зала. Отец Владимир поспешил ему навстречу, Темные Апостолы не дерзнули преградить ему дорогу.
        - Игры кончились, - сказал Черный Человек. - Давай решим все один на один, и посмотрим, какой силой наградил тебя Гавриил.
        - Я согласен, - ответил отец Владимир, и его крылья гордо поднялись, а в руках, как по волшебству, возник белоснежный сияющий меч.
        По лицу Черного Человека пробежала легкая усмешка. Он поднял перед собой трость, и его окутало темное сияние. Когда оно погасло, перед всеми предстал уже совершенно другой Черный Человек. За спиной распахнулись два черных, как ночь крыла, щегольской костюм тройка превратился в черную тунику. А в руках вместо трости с серебряным набалдашником он сжимал черный искривленный меч-фламберг, похожий на извивающуюся змею.
        - У него такие же крылья, как у ангелов, - пробормотал Артем.
        - Конечно, - сказал Колчан, - он ведь и сам ангел - Падший Ангел!
        - Начнем, пожалуй, - усмехнулся Падший Ангел.
        - Начнем, - кивнул отец Владимир и, взмахнув крыльями, устремился вверх.
        Падший Ангел тоже взмахнул крыльями и, как сокол, кинулся на врага. Они столкнулись в воздухе: Падший, нареченный Черным Человеком, и бывший священник, ныне Небесный Воин. Их мечи врезались друг в друга, высекая искры, и все увидели, как Свет и Тьма сплетаются воедино. Различить сражавшихся оказалось уже невозможно, они превратились в два сплетающихся вихря: черный и белый. Каждая из этих сил хотела опутать противоположную, но, похоже, что сейчас ни одна из них не могла взять верх. Так, переплетаясь, эти вихри устремились к своду зала, терявшемуся во тьме.
        Все как завороженные смотрели на эту битву. Колчан и майор опустили оружие. Позади них шептал молитву отец-настоятель. Шестеро оставшихся в живых Темных Апостолов, задрав головы, зачарованно смотрели, как сражается их господин. Катя поддерживала поднявшегося с трудом Макса.
        Два вихря, темный и светлый, вновь слились воедино и вдруг под сводом что-то вспыхнуло и взорвалось. Пробежала огненная вспышка, и все, стоящие внизу, почувствовали удар незримой волны, такова оказалась сила огненного взрыва. А секунду спустя на каменный пол упало тело окровавленного ангела с белыми крыльями.
        Катя ахнула и закрыла лицо руками. Казалось, она сейчас разрыдается.
        - Все нам конец, - выдохнул Колчан.
        А темный вихрь устремился вниз. Ударившись об пол столп темного дыма обратился крылатым человеком, держащим в руках окровавленный меч-фламберг. Падший Ангел улыбался, он был доволен своей победой.
        - Взять их! - указывая на Колчана и Артема, приказал Темный Ангел.
        Апостолы Тьмы направили на тех сверкающие посохи.
        - Даже и не думайте шевелиться, - сказал один из апостолов - это был Морган. Затем он сделал едва заметное движение посохом, и оружие вылетело из рук поверженных.
        - Теперь нам точно конец, - пробормотал Артем.
        - Да и всему миру тоже, - добавил Колчан.
        Отец-настоятель, упав на колени, продолжал неистово молиться.
        - Молись, молись, старик, - зло хохотнул Падший Ангел. - Это уже не поможет.
        И неспешной походкой он двинулся к Кате и Максу.
        - Мы так и не успели познакомиться с тобой, о мой Последний Ангел, - тот, кто имел много личин и много имен, позволил себе легкую усмешку. - Но уже слишком поздно для любезностей. Сейчас ты послужишь великой цели. - Падший Ангел протянул Кате руку. - Пойдем со мной, девочка…
        - Ты не получишь ее!
        Макс бросился на Падшего, но тот ударил его тыльной стороной ладони, и парень отлетел в сторону.
        - Пустые слова, мальчик, - сказал тот, кому было очень много лет, тот, кто был старше самого времени, тот, кто был первозданной Тьмой, в которой однажды появился лучик Света впоследствии и даровавший ему воплощение. - Она уже моя!
        Падший Ангел вновь протянул руку, и Катя покорно подняла свою, ведь этому взгляду нельзя было не повиноваться.
        И он повел ее к Печати.
        Катя и Темный Ангел вступили в круг. Поднявшийся на ноги Макс кинулся к ним, но его вновь отбросило назад - Печать защищала магия тьмы.
        Катя опустилась на колени, а Падший Ангел встал позади нее и гордо расправив черные, как у ворона крылья, возложил на плечи девушки свои ладони. И все увидели, как ее душа начала отделяться от тела. Белоснежная сияющая звездочка выскользнула из Катиной груди и воспарила над девушкой.
        - Все! - улыбаясь, и завороженно глядя на белоснежную звездочку, произнес Падший Ангел. - Теперь ты свободна. Ты выполнила свою миссию, и больше не нужна мне.
        Катя очнулась, она вышла из транса и теперь полными слез глазами смотрела на Искру своей души.
        - Иди же, - велел Падший и вытолкнул Катю из круга Печати.
        Девушка кинулась к Максу. Парень обнял ее и прижал к себе. Катя плакала, ее била дрожь. Она не могла понять почему еще до сих пор жива, раз ее душа уже покинула тело. Внутри она ощущала огромную пустоту.
        Падший Ангел поднял руки и произнес:
        - Все, Господь, пророчество исполнено, душа Седьмого Ангела моя, и сейчас я взломаю Последнюю Печать. Как долго же я этого ждал: с самих времен сотворения мира. Но теперь все, Ты проиграл! Лицезрей же мой триумф и начало эпохи нового - Темного Царства!
        И Падший Ангел послал Искру Катиной души в центр Печати.
        Где-то высоко над куполом пещеры раздались страшные раскаты грома. По Печати побежали мелкие трещины, алые, как кровь. В следующую секунду Печать взорвалась, и наружу хлынул поток адского пламени. Хлынул - и огненной воронкой взвился вверх, пробивая свод зала, разнося все на своем пути и устремляясь в небеса, которые обретали цвет крови. А вокруг разносился хохот Падшего Ангела.
        - Нет! - крикнула Катя и, высвободившись из объятий Макса, кинулась к огненному потоку.
        - Не делай этого!.. - заорал Макс, поняв, что девушка собирается сделать, но его голос утонул в диком вопле Падшего Ангела:
        - НЕ-ЕТ!..
        За секунду до того, как Катя столкнулась с огненным потоком, за ее спиной образовались два сияющих белых крыла, будто сотканных из лучиков света. А затем огненный вихрь поглотил ее.
        Раздался взрыв. По залу пронеслась новая волна, сбивая всех с ног и разбрасывая в стороны. Камни посыпались с потолка, все вокруг стало рушиться. Зато огненный вихрь угас, и у его основания вновь появилась нерушимая каменная Печать. Но вот ни Кати, ни Падшего Ангела нигде уже не было.
        - Бежим отсюда! - вскочив с пола, крикнул Колчан.
        Он бросился к Максу, вздернул его на ноги и потащил к выходу.
        - Ее уже не вернешь, парень, все кончено!
        - Нет! - упирался Макс. - Этого не может быть! Мне надо туда! К Печати!
        Но хватка у старого бандита оказалась цепкой, и Макс не смог вырваться. Колчан продолжал упорно тащить его к выходу. Следом торопились майор и отец-настоятель. Темные Апостолы, судя по всему, решили остаться там, где потерпел поражение их господин. Им больше незачем было жить, их долгая миссия окончилась полным провалом.
        …Выбравшись из храма, Колчан, наконец, отпустил Макса. Но парень уже и не думал бежать обратно. Обессилевший он упал на промерзшую землю и заплакал.
        - Она погибла! Зачем? Зачем она это сделала?
        - Она спасла всех нас! - сказал Колчан. - Она пожертвовала собой, и это остановило Падшего Ангела. Самопожертвование - это был единственный способ. Только чистый сердцем человек смог бы это сделать. Ее воля и желание спасти этот мир пересилили страх перед небытием, и это помогло сокрушить Черного Человека. Если бы она этого не сделала, весь мир бы погиб. Она пожертвовала собой ради мира и ради всех нас! Я понимаю - это слабое утешение, парень, но подумай о тех миллиардах жизней, что она спасла.
        - Ты все верно сказал, - поддержал бывшего бандита отец-настоятель.
        - А откуда ты все это знаешь, Колчан? - спросил Артем.
        - Представь себе, что я знаю Библию наизусть, каждая из ее строк бережно хранится в моем сердце. Раньше я считал это чушью… Эти воспоминания дремали во мне, но недавно я прозрел, и все, утраченное мной ранее, вернулось. - Колчан улыбнулся, хотя улыбка у него вышла и грустной. Он тоже был не рад, что они спасли мир такой ценой.
        Макс уже не плакал, он просто сидел на твердой промерзшей земле и смотрел на безоблачное ночное небо. Серые облака наконец-то рассеялись.
        ЭПИЛОГ
        По небу медленно плыли белые облака. Падал снег. Маленькие белоснежные снежинки кружили в воздухе и опускались на промерзшую землю.
        Макс стоял возле Катиной могилы и молча смотрел на старую гранитную плиту. По его щекам текли слезы. Снежинки опускались на черные растрепанные волосы парня и оставались лежать там белыми бисеринами. Позади стояли монахи, Артем и Колчан. Все молчали, слов не было. Они с грустью смотрели на старое надгробие, и чувства победы или облегчения никто не испытывал.
        На плечо Макса опустилась рука, но парень не повернулся. Он и так знал, что она принадлежала Артему.
        - Как же так? - произнес бывший слуга закона. - Она пожертвовала собой, чтобы жили все мы, чтобы мир оставался прежним и… - он запнулся, опустил голову, - …и теперь все по-прежнему, а ее нет. Я бы с радостью пожертвовал собой, чтобы она только была жива…
        - Я тоже, - сказал Макс.
        - Но мы не можем этого сделать, - вздохнул Колчан. Его взор тоже оказался опущен вниз. С момента победы над Черным Человеком старый бандит сильно изменился. И если бы Артем не знал его, он бы поклялся, что по его щекам в этот миг тоже текут слезы, пусть он и отводил взгляд.
        - Мне хочется верить, что она вернулась туда, откуда пришла, - продолжил Колчан. - Что она сейчас смотрит на нас с Неба и тоже грустит.
        Снег валил все сильнее и сильнее, ветер усиливался. Вскоре из-за снежных хлопьев ничего не стало видно. Монахи поспешили в храм. На кладбище остались стоять лишь трое: Макс, Артем и Колчан. Снег покрывал их с ног до головы, а они все так и стояли, никуда не двигаясь, будто чего-то ждали.
        - Бедный мой зайчонок, - с грустью произнес Макс. - Помню, ты сказала мне, что снег - это хорошо - это обновление, и после зимы всегда приходит весна.
        - Так оно и есть, - раздался звонкий девичий голос.
        Макс опешил. Он стал всматриваться вдаль, в снежные хлопья, из-за которых ничего не было видно.
        Что это было? Действительно ее голос или только наваждение, навеянное шумом ветра? Он посмотрел на Артема - тот удивленно вглядывался в белую мглу. Значит, он тоже слышал! Один лишь Колчан смотрел на гранитную плиту над Катиной могилой и улыбался, хотя из глаз его бежали слезы.
        - Они исчезли, - вымолвил старый бандит.
        - Кто? - спросил Артем и тоже перевел взгляд на надгробие.
        - Буквы исчезли, - произнес Колчан, все также странно улыбаясь.
        И действительно, на надгробной плите не осталось ни единого слова.
        Сердце Макса бешено забилось. Он снова посмотрел вперед в заснеженную даль и увидел одинокую фигуру, бредущую сквозь снег… Ветер вдруг стих, снежинки поредели. Фигура приближалась, и вскоре Макс смог разглядеть ее лицо, ее длинные черные волосы, покрытые снегом, ее румяное от мороза лицо и удивительные зеленые глаза. Да, это действительно была она, его Катя, и она вернулась к нему.
        Макс побежал ей навстречу и заключил девушку в объятия.
        - Я вернулась к тебе, мой любимый.
        - Я очень рад этому, зайчонок.
        Он поцеловал ее.
        - Но как же так? - выдавил из себя подошедший Артем.
        - Мне дали второй шанс, - улыбаясь, произнесла Катя. - Мне вернули ту жизнь, которую я не успела прожить.
        - Я тоже рад, что ты вернулась. - Бывший бандит улыбался во весь рот.
        - Спасибо тебе, Колчан, - сказала девушка. - И тебе спасибо, Артем, я так и не успела поблагодарить вас за то, что вы сделали. Я благодарю вас не только от себя, но и от всего Рая. Вы очень много сделали для него.
        - Да ладно, - проворчал Колчан. - Не стоит…
        - Нет, стоит, - покачала головой Катя. - За то, что ты сделал, тебе прощаются все твои прошлые грехи… и еще у меня для тебя кое-что есть. - И Катя протянула бывшему бандиту его старый оловянный крестик, который, как он думал, он потерял во время боя. - Она сказала, что понимает тебя и любит.
        - Кто она? - спросил Артем.
        - Неважно, - сжимая крестик, ответил Колчан. Его глаза вновь наполнились слезами, и он отвернулся.
        - Что ты теперь собираешься делать, Колчан? Или лучше называть тебя Павлом - Павлом Варавва?
        - Да, это действительно мое имя, - произнес бывший бандит. - Спасибо тебе, Катя, ты вернула мне нечто большее, чем просто старый крестик и мое имя, ты вернула мне Веру и Надежду. Теперь моя душа спокойна. Что я теперь собираюсь делать?.. Останусь здесь и стану монахом.
        Артем и Макс с удивлением взглянули на потерявшего Веру, а затем раскаявшегося и вновь уверовавшего человека. Человека обретшего новое имя и новую жизнь.
        - Раз так, - сказал Артем, - то я тоже останусь здесь. За тобой нужен глаз да глаз, а то сколотишь из мирных монахов новую инквизицию и пойдешь с мечом восстанавливать людскую Веру.
        Павел улыбнулся, и Артем улыбнулся ему в ответ.
        - Конечно, хорошо, что все так закончилось, - продолжил Артем. - Но ведь никто не знает, что здесь случилось, и люди по-прежнему пребывают в заблуждении и не верят в Бога… И как поживает Рай?
        - На время там все пришло в норму, - сказала Катя. - А вот что будет дальше - время покажет. Но я чувствую, что все будет хорошо, ведь мы, сами того не желая, обрели нового союзника. Пусть его план и потерпел неудачу, но он, так же, как и Бог, не желает, чтобы Вера в него угасла.
        - Вот даже как! - удивился Макс. - Так выходит, он теперь на нашей стороне?!
        - Нет, конечно, - вздохнула Катя. - Но теперь он будет делать то, что нужно как ему, так и нам.
        - Я - часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо. - Макс припомнил слова из старой книги, которую он когда-то читал.
        - Именно, - кивнула Катя. - К тому же грядет Второе Пришествие! И ребенок уже родился, пусть даже он еще и не знает о свое великом предназначении.
        - Воистину, Его пути неисповедимы, - с удивление и восхищением произнес Павел.
        - Да, - согласилась Катя.
        - Жаль только, что ты не нашла Рай на земле, - вздохнул Макс.
        - А кто тебе сказал, что я его не нашла? - улыбнулась Катя и покрепче прижалась к любимому.

 
Книги из этой электронной библиотеки, лучше всего читать через программы-читалки: ICE Book Reader, Book Reader BookZ Reader. Для андроида Alreader, CoolReader Библиотека построена на некоммерческой основе (без рекламы), благодаря энтузиазму библиотекаря. В случае технических проблем обращаться к