Важное объявление: В связи с блокировкой в России зеркала ruslit.live, открыто новое зеркало RusLit.space. Добавте пожалуйста его в закладки.



Сохранить .
Олимпик Александр Костиков
        Александр Костиков
        Олимпик

        Глава 1 Срочный вызов

        Я мчался по улицам Дакетта, пытаясь догнать наркоторговца Гайюса Кэмпбела. Парень мог вывести на поставщиков дури, заполонившей в последнее время не только Дакетт, но и другие города Олимпика. Я подбирался к Гайюсу долго и тщательно, чтобы тот ничего не заподозрил.
        Сказать честно, наркотики и раньше проникали к нам. До сих пор полицейский департамент справлялся с задачей. Не такой он большой, Олимпик. Если смотреть с орбиты - средних размеров шарик красноватого, из-за множества пустынь, цвета.
        В последнее же время контрабандистов как прорвало: везут дурь в огромных количествах. Полицейские решили, что где-то на Олимпике устроили перевалочную базу. Не хочу ничего плохого сказать о ребятах из службы безопасности космодока, работу свою они выполняют. Тем более, недавно там делали глобальную проверку и ничего не нашли. Преступники знают что-то, чего пока не знаем мы. В результате вопрос контрабандной поставки на Олимпик остается открытым.
        Полицейские решили подключить нас - Комитет Галактической Безопасности. Конечно, самым свободным агентом в тот момент оказался Крис Хаппельмайер, ваш покорный слуга и грозный охотник на уличных наркоторговцев. Симпатичный, высокий блондин - мечта «слабого пола». Да только в личной жизни мне что-то не везёт пока. Правда, я отвлекся от дела.
        Результат недельной работы - уличный торговец убегает во все лопатки, привлекая внимание прохожих. Я же ловил вслед проклятия прохожих и, реже, восхищённые возгласы подростков.
        Думаю, более близкое знакомство с Гайюсом должно было пройти гладко. Всё было рассчитано чуть ли не по секундам, когда в переулке появился полицейский джип. Коротко взвыла сирена, и выглядывающий из окошка Сандерс помахал мне, мол, давай сюда: только слепой, глухой и даун не догадается, что к чему.
        Упускать добычу в мои планы не входило. Уличные наркодиллеры - сошки небольшие, но за ними стоят ребята посерьёзнее, за теми ещё «круче» и так далее. В принципе, цель проста - узнать, что и как у нас, чтоб потом подключились парни из центрального офиса и начали действовать в просторах глубокого чёрного космоса. Главное, поймать этого чёртового Гайюса. Молчать он не будет - возможности Комитета намного шире полицейского департамента.
        Наркоторговец бежал к Бристолю, небольшому району, именуемому многими дакеттовцами трущобами. Переулки и мрачные дворики. Особенность Бристоля - на улицах редко можно увидеть людей. Основная жизнь течёт на крышах двух- и трёхэтажных зданий. На окраине ещё можно встретить кого-нибудь. Ближе к центру Бристоля жители предпочитали проводить время наверху.
        Проще говоря - в Бристоле можно спрятаться от пристального ока полиции. Похоже, Гайюс именно это и собрался сделать, а у меня никак не получалось догнать. Чернокожий парень слишком ловко обходил многочисленные препятствия - лотки уличных торговцев. Он либо огибал их, либо перепрыгивал, создавая переполох. Дьявол - да я никогда в жизни так не бегал, разве что в Академии, преодолевая полосу препятствий.
        Позади включилась полицейская сирена. Шериф выехал на проспект и подключился к гонке. Гайюс на миг оглянулся и поднажал. Я сдернул пиджак и откинул его в сторону. Хорошо б достать Кембела до Бристоля. Район начинается сразу за широким проспектом с четырехполосным автомобильным движением. Мечты…
        Сандерс приотстал, сирена обиженно взвыла напоследок и заткнулась. Что это может означать, я выяснять не стал. Впереди - цель, всё внимание только на неё. Появился азарт, небольшой, но его хватало, чтоб не плюнуть на погоню.
        Гайюс растолкал пешеходов, ожидающих зелёный сигнал светофора, и смело выбежал на проезжую часть. Вот, дьявол! Кто-то из водителей нажал на клаксон. Беглец ловко перепрыгнул через капот затормозившей легковушки, успел миновать ещё одну машину, прежде чем водитель той среагировал и остановился, тут же получив удар в багажник от следом едущей машины.
        Тут бы и остановиться, плюнуть на всё. Там шериф вроде что-то хотел. Но азарт! Он гнал вперёд. Я аккуратно отодвинул в сторону людей, приготовившихся переходить дорогу и нырнул в гущу автомобильного движения. Вслед, вместе с затухающим «Ах!» от действий Гайюса, в мой адрес донеслось проклятие: какому-то мужчине я нечаянно на ногу наступил. Ничего, переживёт. Повезло - светофор мигнул желтым светом, да и пробежка Гайюса дала возможность пересечь дорогу почти без акробатических трюков. Жаль, догнать наркоторовца не удалось.
        Нарокоторговец юркнул в ближайший переулок между домами, я вслед за ним. Безлюдный переулок, на асфальте лужи от позавчерашнего дождика, мусорные контейнеры вдоль стен домов. Так начинался Бристоль.
        Мы промчались по переулку, выскочили на узкую улицу. Два всретившихся мужчины резво отскочили в стороны. Кроме них, на улице больше никого. Впрочем, нормальному человеку здесь делать нечего. Магазинов нет, только жилые дома. Ближе к центру района можно встретить больше народа, появляются магазины, кафе и даже рестораны, но популярностью они пользуются только у местных жителей. Гайюс свернул в следующий переулок и метнулся к пожарной лестнице. Прыгнул, оттолкнувшись от стены, попав ногами на нижнюю перекладину и быстро начал подниматься. Ловко получилось, надо сказать. Повторять прыжок темнокожего парня я не стал: подпрыгнул, зацепился за железную перекладину. Чёрт, она измазана чем-то липким и скользким. Стоило больших усилий не сорваться. Тем не менее, удержался, подтянулся. Зацепился за следующую перекладину, ещё разок.
        Почти выбрался на крышу, и тут же обнаружил перед собой Гайюса. Тот меня ждал - размахнувшись короткой железной трубой, попытался ударить по голове. Увернуться стоило больших трудов - железка с весёлым звоном столкнулась с верхней перекладиной пожарной лестницы. Следом последовал второй удар, на этот раз наркоторговец целился по рукам. Вот гад! Третьей попытки не последовало, он бросил трубу в мою сторону, развернулся и побежал. Я выругался и продолжил погоню. Беглец подбежал к краю и прыгнул на крышу соседнего дома. Я, не раздумывая, прыгнул следом. Приземлился, перекувыркнулся, гася инерцию.
        Где-то внизу, близко, взвыла полицейская сирена. Вовремя Сандерс появился. Гайюс резко свернул в сторону. Теперь, в качестве следующего препятствия, трёхэтажный дом. Впрочем, решимость оторваться от меня у парня не исчезла. Он бежал, не сбавляя скорости, видимо, собрался взлетать.

        - Стой!  - крикнул я, но тщетно.
        Беглец не собирался «взлетать», но то, что он проделал, не входило в рамки понимания. Дома имели балкончики. Так вот, Гайюс прыгнул точно на ближайший, и тут же снова оттолкнулся, и прыгнул дальше, на улицу.

        - Дьявол!  - в сердцах выругался я, потому как теперь точно ясно - Гайюс меня перехитрил. Так стремительно спуститься не смогу при всем желании, и беглец успеет затеряться в лабиринтах Бристоля.
        Наверное, высшие силы обратили на меня внимание: приземлившись, Гайюс потерял опору и неловко упал, сразу же схватился за повреждённую ногу. Я злорадно ухмыльнулся и примерился к прыжку. Через пропасть на балконы соседнего дома прыгать не стал - с головой пока дружу. Подойдут те, что на «моей» двухэтажке. За редким исключением, балконы чистые от всякого хлама - опасно в Бристоле хранить вещи в легкодоступных местах. Всё равно, что выбросить в мусорный ящик или подарить незнакомцу.
        Первый прыжок удался. Тут же перевалил через ограду, свесился. Приземлиться получилось аккуратно, хоть и в лужу. Гайюс, превозмогая боль в лодыжке, пытался уйти подальше. Да поздно - выход перекрыл полицейский джип. Маячки на крыше коротко и беззвучно мигнули. Гайюс дохромал до стены трёхэтажки и уселся. Бросил на меня усталый, отчаянный взгляд.

        - Твоя взяла, легавый,  - зло процедил он.

        - Везёт иногда,  - я вытащил пистолет со снотворными пульками из кобуры.  - Вставай! Лицом в стену, руки на виду.

        - Ты же видишь - я ногу повредил. Мне нужен доктор!

        - Будет тебе доктор. Вон, карета скорой помощи уже прибыла,  - я кивнул на джип, перегородивший выход с улицы.
        Пистолет в руке служил дополнительным аргументом.

        - Я тебя давно приметил, легавый,  - Гайюс, с трудом поднялся.

        - Ага. Ещё скажи, сразу обо всём догадался,  - махнул Сандерсу, чтоб тот подтягивался. Хватит сидеть в джипе и изображать из себя наблюдателя.

        - Догадался. Шансов у тебя не было.

        - Решил поиграть с полицией в кошки-мышки?
        Если он говорит правду, то где-то я успел проколоться. Либо организация, распространяющая наркотики, слишком подозрительна, что наводит на интересные мысли. Правда, Гайюс мог банально заговаривать зубы. Никаких признаков беспокойства он до сих пор не проявлял. Ни раньше, ни сегодня.

        - Почему нет? Я тоже человек и ничто человеческое мне не чуждо.

        - Раз не чуждо, значит, с удовольствием расскажешь, что, где и как. Ответишь на все вопросы, не так ли?
        Шериф подходил не спеша.

        - Вот это вряд ли,  - усмехнулся Гайюс.  - Мой адвокат прибудет в участок раньше, чем ты меня туда довезёшь. Я выйду через двадцать минут!

        - Серьёзно?  - я обшарил его карманы. «Богатство» он хранил в небольшой специальной сумочке, прикреплённой к брючному ремню. Там обнаружились пакетики с дурью, в каждом по дозе. Я помахал уликами перед его носом.  - С вот этим? Гайюс, ты серьёзно?

        - Ты мне их подсунул,  - нагло ухмыльнулся Гайюс.  - Смотри - вокруг никого нет. Ни одного свидетеля. Что скажешь на это, легавый?

        - Интересно запел. Хорошо, раз ты уверен, что останешься безнаказанным, зачем бежал? Потратил и своё, и моё время. Теперь ещё ногу лечить придётся. Зачем?

        - Побегать захотелось,  - парень чем дальше, тем больше наглел.

        - Привет Крис,  - подошёл шериф.  - Догнал-таки бедолагу?

        - Не твоими стараниями, Сандерс.

        - Кстати, я там твой пиджачок подобрал по пути.

        - Угу, ты лучше наручники доставай. Перед тобой преступник, нечего демагогию разводить. И учти, Сандерс, ты мне поломал важнейшую операцию.

        - На то причина есть, Крис,  - шутливый тон исчез.

        - Эй!  - возмутился Гайюс, когда наручники защёлкнулись на запястьях.  - А где зачитывание прав?

        - Тебе они нужны?  - лениво ответил шериф.  - Хватит и того, что попался.

        - Тогда я выйду на свободу меньше, чем за двадцать минут.

        - Сомневаюсь,  - в который раз усмехнулся Сандерс. Что-то у него сегодня настроение весёлое.  - Комитет Галактической Безопасности так просто тебя не выпустит.
        Гайюс кинул на меня испуганный взгляд.

        - Не ожидал?  - я подмигнул.
        В чём-то Гайюс прав - манипулирование полицейским законом позволит ему выбраться на свободу примерно в те сроки, что он озвучил. Комитет Галактической Безопасности
        - совсем другая контора. Мы следим, как это напыщенно ни звучит, за порядком на небольшом участке галактики, заселённом людьми. В нескольких десятках миров предостаточно возмутителей спокойствия. Хватает их и среди звёзд. Умолчу о других обязанностях - их много. К чему речь веду: у полиции в разных мирах свои законы, у КГБ тоже правила есть, но более свободные от юридических каверз. Наша задача, не дать свершиться преступлению. Гайюс об этом прекрасно знает и, видимо, поэтому его настроение упало ниже плинтуса. Не самый лучший день получился.
        Сандерс загрузил Гайюса в «собачник» джипа.

        - Сдадим первому патрулю,  - сказал он.

        - Так в чём дело, шериф?  - настало время серьёзного разговора.  - Ты мне всю охоту испортил, между прочим.

        - Обстоятельства серьёзные появились. Гриссом до тебя не смог дозвониться. Посмотри коммуникатор!

        - Нет у меня коммуникатора, не взял,  - я пошарил взглядом по кабине, из бардачка вытащил салфетки и вытер ладони - гадость с лестницы успела немного засохнуть, но оттёрлась хорошо.

        - Вот именно, так что приходится мне работать вместо твоего коммуникатора,  - Сандерс лихо развернул джип в узком переулке.  - Хорошо, знаю, где тебя можно найти.

        - Вот даже как?
        Гриссом, между прочим, тоже знал о моём задании. Сам поручал. Теперь вот придумал что-то новенькое. Интересное кино.

        - Вот, смотри,  - шериф передал коммуникатор.
        Последнее сообщение от полковника поступило минут за двадцать до того, как я пошёл на контакт с Гайюсом. Гриссом просил Сандерса найти меня и привезти в…

        - Космопорт?  - я заинтересованно посмотрел на шерифа.

        - Моё дело маленькое, Крис,  - пожал он плечами.  - Я тебя довезу, сдадим только твоего арестанта.
        С Гайюсом мы разделались быстро - поймали первый полицейский патруль и передали с рук на руки с наказом поместить арестованного в отдельную камеру и никого к нему не пускать.
        Выбрались из города на прямую, как стрела, четырёхполосную трассу. Чуть больше десятка километров от черты города. При хорошей погоде, если забраться на крышу, скажем, Гранд-Хотеля, можно увидеть лишь верхушку массивного здания пассажирского терминала. Космопорт, кстати, объединён с аэропортом. Я уже говорил как-то, Олимпик - провинциальная планета. У нас один космопорт и один космодок на орбите.

        - Так в чём дело, Сандерс?  - спросил я.  - Что Гриссом от меня хочет?

        - Думаешь, он мне всё рассказывает, Крис?  - усмехнулся шериф.  - Мы ж в разных департаментах служим. Прислал сообщение с просьбой срочно найти тебя и больше ничего не сказал. Позвони. Можешь через мой коммуникатор, разрешаю.

        - Спасибо, обойдусь. К тому же, скоро полковника и так увидим.

        - Это точно. Слушай, Крис, жена спрашивала, почему в гости не заходишь?

        - Дела,  - вздохнул я.

        - Она тут задумала на выходных пирог испечь. Просила передать - рада будет тебя видеть. Кстати, я тоже.

        - Постараюсь, Сандерс. Сам, наверное, понял - сейчас мне выдадут новое задание. Представь, отправит Гриссом к чёрту на кулички с Олимпика, как я к тебе в гости попаду?

        - Вряд ли. В смысле куличек. Знаешь… Наши ребята, те, кто дежурит в космопорту, умудрились кое-что разузнать.

        - Ну вот, а ломаешься,  - усмехнулся я.  - Колись, Сандерс!

        - Так это на уровне слухов,  - возмутился шериф.

        - Всё равно, раз начал, продолжай.
        Шериф с минуту помолчал и выдал:

        - Вроде бы, около Олимпика появился «Летучий голландец». Подробностей, как понимаешь, я не знаю.
        Обалдеть! «Летучий голландец» у Олимпика - это не просто неожиданно, это на уровне детских сказок. Может, шериф что-то путает? Я посмотрел на него. Вроде серьёзен, как никогда, наверное, тоже предчувствует проблемы. Да уж, новость - всем новостям новость.
        Я задумчиво уставился на вырастающий впереди пассажирский терминал космопорта, на крыше которого красовались огромные буквы - «ОЛИМПИК-ДАКЕТТ».
        Глава 2 Выход на орбиту


«Летучие голландцы»  - это серьёзно.
        Космос вообще вещь непонятная. Сколько его ни изучай, место загадке всё равно найдется. В основном, это относится к районам на границе освоенных человечеством территорий галактики - там, к примеру, временами пропадают корабли. Не часто, но хватает, чтобы относиться к бездонному пространству настороженно.
        Космосу безразлично - торговец, пассажирский корабль или военный линкор. Бац - и на экранах диспетчерских служб исчезает точка, пропадает связь. Поисковые команды не находят корабля ни в районе инцидента, ни по курсу следования. Чуть позже некоторые пропавшие появляются вновь. Бывает, исчезнувшее лет двести назад судно появляется в обжитых районах и выглядит так, словно люди только-только покинули борт. Все системы работают - людей нет. Бывает, пропавший обнаруживается через несколько часов и выглядит древней посудиной.
        К тому же, неизвестно, чем может обернуться «общение» с «Летучим голландцем». Стоит вспомнить трагедию на Валхалле. Недалеко от планеты появился пропавший незадолго до этого торговец. Он сиял бортовыми огнями, блестел, будто только вышел со стапелей. Внутри ни души. В результате, люди на космодоке поголовно заразились чем-то непонятным, и было принято решение вместе с кораблём прямиком к звезде отправить и его.
        С тех пор в Академии ввели курс по «Летучим Голландцам». Сто часов, свободное посещение, по желанию. Я прошёл весь курс - ничего интересного: в основном изучение случаев бесследного исчезновения кораблей и их появления. К последнему - особое отношение. Начиная со случая с Валхаллой появилось небольшое предписание - сначала исследовать корабль небольшим отрядом, в присутствии прошедшего специальный курс агента Комитета. После исследования «Летучего голландца» выносится вердикт - либо снова на службу, либо на переплавку, либо вовсе прямым курсом к звезде.
        На Олимпике таким специалистом являлся я. Причём в единственном экземпляре. Неудивительно, что Гриссом снял меня с дела по наркотикам, буквально на корню его загубив. Чую, полицейские ему долго благодарны будут.

        - Чего так побледнел, Крис?  - из задумчивости вывел голос Сандерса.

        - А? Да так. Вспомнилось кое-что. Не обращай внимания.
        Есть от чего побледнеть. Походы на «Летучий голландец»  - экстремальное мероприятие для тех, кто туда отправляется. Насколько знаю, пока случаев невозвращения не было, но всё когда-нибудь случается в первый раз. Да и не столько невозвращение тревожило, сколько возможность попасть в более «интересное» положение. Историй-то, неофициальных, пруд пруди. Да и банальный мандраж, куда без него.
        Пока вспоминал о временах, проведённых в Академии, и пытался поднять из глубин памяти знания о «Летучих голландцах», мы подъехали к космопорту. Шериф провёл джип мимо стоянки и главного входа в пассажирский терминал, отправился вдоль высокого бетонного забора в сторону служебного контрольно-пропускного пункта. Вместе с охранниками на посту дежурили двое полицейских, так что КПП миновали быстро. Полицейские, едва взглянули в салон, дали команду пропустить нас, и вот джип зашуршал по толстому бетонному покрытию к ближайшей стартовой площадке. К ней как раз тягач только что подвёз челнок и служащие космопорта начали процедуру установки корабля на стартовую площадку. Скучное зрелище, так что внимание перешло к людям.
        Полковника полиции Черкесова я узнал сразу, приходилось не раз встречаться. Он инструктировал отряд спецназа, расположившийся у чёрного бронированного автобуса. В паре шагов от них стоял высокий, рыжеволосый, с виду нескладный человек в тёмных очках. «Рыжий дьявол», он же полковник Гриссом. Он внимательно слушал последние наставления, словно собирался вместе с бойцами отправиться на орбиту.
        Услышав шуршание шин подъезжающей машины, все присутствующие переключили внимание на нас. Сандерс притормозил в паре метров от спецназовского автобуса.

        - Удачи, Крис,  - шериф протянул руку для рукопожатия.  - Не забудь заглянуть на выходных.

        - Как скажешь, Сандерс,  - я, вылез из джипа и тут же обратился к полковнику: - Что у нас за беда приключилась?

        - Частная прогулочная яхта «Один» перестала отвечать на запросы,  - Гриссом снял очки.  - Сразу после того, как появилась на экранах космодока.

        - Это пять часов лёта,  - зная некоторые технические характеристики связи, подсчитать время было не трудно.

        - Да. Разведчики обнаружили её недалеко от рассчётного места, где прервалась связь.

        - То есть, яхта не пропала. Уже хорошо.

        - Да уж лучше бы пропала,  - сказал Гриссом, как плюнул.  - Корабль молчит, системы не работают, сканирование показывает, что внутри ни одной живой души. Сам понимаешь, капитан, в этой ситуации яхта вполне подходит под классификацию
«Летучего голландца».

        - Да уж,  - когда попал по распределению на Олимпик, думать не гадал, что придется иметь дело с такими делами.  - Задача стандартная - зайти, взять «чёрный ящик» и оценить, что к чему?

        - Официально - строго по протоколу. Впрочем, специалист по «Летучим голландцам» у нас ты, так что тебе и флаг в руки,  - полковник кивнул в сторону командира спецназовцев.  - В качестве усиления полицейский департамент выделил отряд лейтенанта Сайдла. Знакомьтесь.
        Лейтенант давно стоял рядом, не решаясь вмешаться в разговор двух офицеров Комитета. Тридцать девять лет, мощное телосложение, нос с горбинкой - видно когда-то с ним кто-то хорошенько поработал. Во всём остальном - обычный человек. Взгляд прямой и откровенный.

        - Крис Хаппельмайер,  - мы обменялись рукопожатием.  - Много слышал о вашей команде, лейтенант. Рад буду поработать вместе.

        - Мои ребята тоже рады поработать с вами, капитан,  - кивнул Уорик.
        По негласному соглашению с полицейским департаментом, отряд лейтенанта временами помогает Комитету в качестве группы захвата. Больше нам людей взять неоткуда - штат Комитета на Олимпике крайне мал. Гриссом как-то «воевал» с центральной конторой и почти добился решения в нашу пользу. На этом «почти» история закончилась. Руководство центрального штаба прознало, что мы плотно сотрудничаем с полицией и решили, мол, достаточно того, что есть. Так вот, отряд спецназовцев лейтенанта Сайдла - один из таких отрядов. Пожалуй, самый известный.

        - А чего нас столько много отправляется?  - поинтересовался я у полковника.

        - Так и яхта не маленькая,  - ответил Гриссом.  - Принадлежит КТК: сюда летел один из директоров со всей своей свитой.

        - Серьёзно?  - удивился я.  - И что, торговцы ещё не предъявили претензий?

        - Предъявили,  - усмехнулся полковник.  - Протокол безопасности есть протокол безопасности. Нарушать его себе дороже. Но попытки были: в диспетчерской сидят их люди. Собирались вместе с группой отправиться на яхту.

        - Понятно. Ещё один вопрос. Что по поводу наркотиков? Операция-то сорвалась.

        - Сам виноват,  - снова усмехнулся Гриссом.  - Нечего по крышам бегать.
        Я опешил:

        - Ты-то откуда знаешь? Сандерс доложил, что ли?
        В ответ Гриссом только усмехнулся.
        Челнок, тем временем, успели установить на стартовую площадку. Специалисты космодрома суетились вдоль бортов, проверяли, отлаживали, что-то подсоединяли. Со стороны терминала подъехал небольшой автобус. Из него вышли два пилота и прошли прямиком к стартовой установке. Перебросились парой слов с бригадиром, скрылись внутри челнока. Вслед за пилотами на борт поднялись спецназовцы.

        - Что ж, Крис,  - сказал напоследок Гриссом.  - Общаться будешь с подполковником Сергеевым, а я временно изображу из себя простого наблюдателя. Посижу в диспетчерской, рядом с торговцами.
        Подошёл служащий космопорта.

        - Челнок готов к взлёту,  - сообщил он. Взгляд метался от одного к другому - парень не знал, кто из нас двоих отправляется на орбиту.

        - Удачи!  - дружески хлопнул меня по плечу Гриссом.

        - Угу,  - кивнул я, махнул Сандерсу. Тот в ответ приложил ладонь к шляпе.
        Орбитальные челноки вмещают в себя около двух сотен пассажиров. И, хотя весь путь с космодрома до космодока занимает едва ли час, салон разбит на классы. Спецназовцы, не долго думая, заняли отсек ближе к кабине пилотов - самые дорогие места. Бойцы в экстренном порядке убирали сумки с прохода и рассаживались по местам. У меня вещей не было, так что уселся в первое попавшееся свободное кресло ближе к выходу, пристегнул ремни. Соседнее кресло занял лейтенант. Я кивнул, вроде как не возражаю, и выглянул в иллюминатор. Отыскал Гриссома, тот о чём-то разговаривал с шерифом, облокотившись на крышу машины. Сандерс так и не вылез из джипа.

        - Уважаемые пассажиры,  - прозвучал из динамиков стилизованный под женский голос.  - До старта осталось две минуты. Просьба занять свои места и пристегнуть ремни.
        Первым делом закрылись заслонки на иллюминаторах, механизмы стартовой площадки плавно задрали нос челнока к небу. Слегка изменился звуковой фон - это заработали антигравитационные установки. Обычно такой перемены не ощущаешь, если рядом с тобой находится ещё сотня человек. На орбитальный док я летал последний раз полтора года назад, многое с того времени подзабылось. Тем не менее опыт, приобретённый в Академии, хоть и большой срок прошёл, как говорится, не пропьёшь.
        Антигравитационные установки позволяли гулять по салону, не замечая изменения вектора притяжения. Для того заслонки на иллюминаторах и закрывались, чтоб люди не терялись. Еле ощутимый толчок ознаменовал отрыв челнока от стартовой площадки.

        - Вам рассказали, что нам предстоит?  - спросил я, когда корабль, набрав необходимую высоту, перешёл с антигравитационных к обычным двигателям и продолжил выход на орбиту в рабочем режиме.

        - В общих чертах,  - кивнул лейтенант.  - Мы должны попасть на борт яхты.

        - Да, если учесть, что на нём нет ни души,  - невесело хмыкнул я, и вкратце рассказал, что нам предстоит и о «Летучих голландцах» вообще.
        Спецназовцы слушали с интересом, я же, по ходу рассказа, изучал их. Сразу видно парней, прошедших через не одну боевую операцию. При этом бойцов ничуть не смущало присутствие человека из Комитета, вели себя естественно. Кому не повезло с местом, разговаривали о своём. Один вообще дремал, пока выдалась возможность.

        - Так что,  - закончил я,  - нам нужно добраться до мостика, взять «чёрный ящик» и вернуться. Ничего лишнего. По пути попробуем оценить, насколько всё плохо.

        - Вроде как проще некуда,  - задумчиво проговорил Уорик.

        - Хотелось бы надеяться.

        - Что мешает скачать данные «чёрного ящика» не заходя на борт?  - заговорил сидящий чуть впереди через проход боец. Страховочные ремни кресла ничуть не мешали ему нависнуть мощным телом над проходом.

        - В принципе, возможно. Одно время так и делали, чтоб не получить заразу и не спровоцировать эпидемию на орбитальных доках или планетах. До тех пор, пока не наткнулись на «подарок», занесший вирус в информационные банки космодока. Случаи появлений «Летучих голландцев» не редки, в принципе. Обычно находятся вполне понятные объяснения, реже сталкиваемся с незнакомыми вещами. Тогда появляются новые предписания по безопасности.

        - То есть,  - энтузиазма в голосе спецназовца поубавилось,  - мы можем не вернуться?

        - Сержант Шмалик!  - рявкнул лейтенант.  - Что за пессимизм на борту?  - жёсткий взгляд лейтенанта обвёл всех спецназовцев, до которых смог дотянуться.  - Мы знали, на что идём. И потом, эта операция ничем не отличается от остальных. Ещё вопросы есть?

        - Никак нет, лейтенант!  - после небольшой паузы, воцарившейся в салоне, сказал сержант.  - Зато мы увидим космос,  - голос спецназовца приобрёл хитроватый оттенок.
        - Ни разу же не видели Олимпик с такой верхотуры. Правду говорю, ребята?

        - Так точно!  - дружно ответили спецназовцы.

        - Вот это другое дело,  - удовлетворённо откинулся на спинку кресла лейтенант.

        - Внимание!  - снова «заговорил» динамик.  - Челнок вышел за пределы атмосферы.
        Заслонки на иллюминаторах тут же исчезли, открывая нам возможность насладиться видом чёрного космоса, далёкими звёздами и Олимпиком, оставшимся за много тысяч километров внизу.
        Глава 3 Космическое путешествие

        Один из немногих красивейших видов - Олимпик из космоса. Только из-за этого стоит выйти на орбиту. Неудивительно, что внимание спецназовцев переключилось на обозрение космоса и планеты, как только открылись заслонки иллюминаторов.
        Челнок взял курс на космодок, и полностью увидеть Олимпик мы не смогли, лишь его часть. Но и этого хватило, чтобы получить впечатлений если не на всю оставшуюся жизнь, то на пару-тройку месяцев наверняка. Атмосфера, облака, моря и океаны делают Олимпик почти неотличимым от других заселённых людьми планет. Неповторимый же красноватый оттенок придают множество горных районов и пустынь.
        Над Дакеттом облаков не наблюдалось и его можно рассмотреть целиком. Когда на него наползает ночь, вид с орбиты получается более зрелищным. По мне так и днём тоже ничего. С высоты город напоминает большую кляксу с несколькими «отростками». Самый длинный заканчивается космодромом, остальные - пригороды, лишь намёки на
«щупальца» спрута-мутанта. По району частных домиков протекает небольшая извилистая речка. Толку от неё немного, разве что порыбачить, да на лодке покататься.
        С орбиты хорошо просматриваются ещё два города. К одному из них неспешно подползает полоска терминатора. Зрелище - не всякий раз удаётся увидеть.
        Лейтенант, не стесняясь, навалился на меня, стараясь охватить взглядом как можно больше красот Олимпика. Сразу видно - ни разу не покидал планеты. В эпоху, когда запросто можно совершить космическое путешествие, много и таких, кто ни разу не выходил на орбиту, не говоря о межпланетных путешествиях. После этого задания команде лейтенанта Сайдла будет, чем похвалиться перед сослуживцами.
        Челнок выровнялся, Олимпик скрылся «внизу». Как по мне, вид космоса с тысячами звёзд тоже захватывает дух, но спецназовцам это стало неинтересно и они заняли места, делясь впечатлениями.

        - Красиво,  - сказал лейтенант, откинувшись на спинку кресла.  - Раньше такое видел только на фотографиях да по телевизору. Стоило появиться «Летучему голландцу», как думаете, капитан?

        - Сплюньте, Уорик,  - фыркнул я.
        Картинку, не хуже Олимпика с орбиты, мы смогли наблюдать через несколько минут. Челнок развернулся так, чтобы дать пассажирам возможность увидеть космодок во всей красе. Сначала - всего лишь ещё одна светящаяся точка среди звёзд. Она увеличивалась, и вот уже огонёк разбился на несколько, потом ещё и ещё. Появились цвета.
        Короткая толстая труба с утолщением сверху, из-за чего сооружение напоминает букву
«Т». Или гриб. Под огромной «шляпкой» расположилось второе утолщение, нечто вроде
«юбки». Описал просто, на самом деле в космодоке нет ничего простого. «Шляпка гриба» способна вместить население среднего городка. Правда, желающих посетить Олимпик обычно не так много, а олимпийцев, отправляющихся в космическое путешествие, ещё меньше, так что космодок претерпел некоторую модернизацию. Почти всю «юбку» занимают склады. «Шляпка» служит именно тем, для чего и предназначена - приёму кораблей. Здесь же пассажиры ждут рейсы в другие миры, томятся в ожидании челноков, отправляющихся на Олимпик. Вообще, корабли могут стыковаться где угодно, кроме «ножки». Она обеспечивает жизнедеятельность космодока и устойчивость на орбите.
        За приближением космодока я готов наблюдать сколько угодно. Спецназовцы, видимо, тоже. Они восхищённо загомонили, лейтенант тут же снова навис над ухом, выглядывая в иллюминатор, стараясь запечатлеть красоту космодока.

        - Нравится?  - спросил я.

        - Ещё бы!  - хмыкнул лейтенант.  - Парни, кто-нибудь взял видеокамеру?

        - Можно воспользоваться камерой из амуниции,  - откликнулся сержант Шмалик.

        - Действуй, сержант.

        - Есть!
        Сержант с сожалением оторвался от созерцания космодока, достал из-под кресла вещмешок и стал рыться в нём. Его место тут же занял другой спецназовец. Челнок неспешно подплывал к доку, временами корректируя курс короткими выхлопами регулирующих клапанов, обходя громадину станции стороной. Огромный орбитальный док вырастал на глазах, предъявляя взгляду всё новые и новые подробности. К «юбке» пришвартованы два корабля - прямоугольный сухогруз и, рядом, такое же большое судно, состоящее их трёх шарообразных цистерн. У бортов «шляпки» расположился рейсовый лайнер, издали похожий на калошу. Рядом с космодоком они казались чуть больше мухи, севшей на спину бегемота. Словно те же мухи, вокруг космодока летали автоматические корабли-роботы и баржи.

        - Вот это красота!  - восхищённо сказал кто-то из спецназовцев.
        Предстоящий поход на обезлюдевшую яхту стал казаться чем-то далёким. Я попытался отыскать «Один». Взгляд заметался по обозримому из иллюминатора пространству. Еле разглядел две неподвижных ярких точки - баржи, пристегнувшиеся с помощью мощных магнитов на стальных канатах к борту «Летучего голландца», незаметному в черноте космоса. Корабль, без габаритных огней, похож на груду металла, хотя, скорее всего, ни капельки не повреждён.

        - Капитан, стыковка с космодоком входит в наши планы?  - спросил лейтенант.

        - Да. По инструкции, среди нас должен быть представитель службы безопасности дока. Корабли - их епархия.

        - Понятно теперь, для чего нужно было взять два дополнительных комплекта амуниции.
        Челнок подлетел вплотную к борту «шляпки». Казалось, если бы не преграда в виде иллюминатора - протяни руку и дотронешься до внешней стены гигантской космической станции. Медленно проплыли до стыковочного узла, остановились. Из борта космодока вытянулись захваты и мягко зафиксировали челнок. Следом выдвинулся рукав, обволок шлюз - как поцелуй, право слово. Увидеть картинку можно только на диспетчерских экранах. Как-то раз повезло подсмотреть на процесс в реальном режиме - стыковка представилась именно таким образом.

        - Лейтенант, предлагаю встретить гида,  - поднялся я с кресла.
        Бортовая дверь челнока, с еле слышимым шипением, отошла внутрь и поднялась вверх, открывая взору небольшой коридор рукава и следующую перегородку, которая поспешила раскрыться, распавшись на две половинки. Небольшое переходное помещение, дальше ещё один люк. Как только между помещениями выровнялось давление, он раскрылся лепестками диафрагмы. Всё, путь свободен. В коротком коридоре нас с нетерпением ждал гид. Вернее, ждала.

        - Ох ты ж!  - удивился я.
        Гидом, оказывается, у нас сегодня работать будет Марго. Вот уж не ожидал, честное слово.
        Когда-то Марго была обычным оперативником, совсем как я до сих пор. Какое-то время мы работали на пару и некоторое время спустя стали немного ближе, чем просто напарниками. Что вы хотите от двух замечательных холостых людей? Это нормально. Чуть позже, когда наши отношения начали приобретать более интимную окраску, оказалось, что я слишком «опекаю» Марго. По мне, так это ей всего лишь казалось. Тем не менее, ей моя забота не понравилась. В результате - разрыв с переводом на космодок. Через несколько месяцев мы вовсе прекратили всякие отношения вроде постоянных звонков и, казалось, забыли друг о друге. Да вот попробуй, забудь эту красавицу, ага.
        Часто вспоминал о ней после полного разрыва. Нет-нет, да появится в воображении. Может, и не везло мне больше ни с кем после, потому что волей-неволей сравниваю с Марго - ищу схожие черты внешности и характера. Ямочки на щеках, когда улыбается, кудрявые волосы, взгляд нежный и добрый… Правда, в последнее время он был не такой уж и нежный.
        В тёмно-синей форме охраны космодока Марго выглядела привлекательно. Я давно отметил, что ей идёт именно форма, больше чем, к примеру, деловые костюмы или платья. На ремне кобура с «сонным» пистолетом, в руках планшет, в ухе передатчик - связь с космодоком. Вроде как собирается проинструктировать нас и вернуться обратно.

        - Привет, Крис,  - сказала Марго, входя на борт челнока.
        От улыбки стало веселей. «Летучий голландец» отошёл далеко в сторону и перестал быть большой проблемой.

        - Привет, Марго,  - ответил я, пожирая её взглядом.  - Не думал, что сопровождать группу будешь ты.

        - Сама вызвалась. Надо немного развеятся, засиделась на космодоке.

        - Так возвращайся на Олимпик. Мы с полковником будем рады тебя видеть в своих рядах.
        Закрылись люки космодока, отрезая нас от огромного мира космической станции, следом задраился люк челнока.

        - Нет, Крис, не так быстро. Ты лучше знакомь меня с командой.
        Бойцы с любопытством рассматривали нового члена экспедиции. Среди спецназовцев прекратились разговоры, любопытные лица выглядывали в проход между сидениями и поверх их спинок. В отличие от подчинённых, лейтенант Сайдл, судя по выражению лица, был не в восторге от присутствия Марго. То ли от наличия в команде ещё одного человека, то ли от того, что это была женщина.

        - Добро пожаловать, капитан,  - отчеканил он.
        Мы разместились в креслах, теперь по-новому - лейтенанту пришлось пересесть в соседнее кресло через проход, прогнав оттуда сержанта.
        Снаружи донёсся приглушённый бортами лязг, это отсоединились швартовочные узлы, освобождая челнок. Пилоты тут же включили маневровые двигатели - корабль отплыл от космодока, но момент отхода уже никого не интересовал. Всё внимание обращено на Марго.

        - Что нам нужно знать прежде, чем войдем на борт «Одина»?  - спросил я, переходя к делу.

        - Всё, что известно, мы передали Гриссому,  - ответила Марго.  - Он разве тебе ничего не рассказал?

        - Мало, то есть, почти ничего. Схема яхты известна?

        - «Один» сконструирован по схеме стандартного пассажирского корабля,  - Марго стрельнула в мою сторону лукавым взглядом.  - В Академии, наверное, изучал, а? Не забыл ещё?

        - Ну так когда это было? К тому же каждый корабль конструируется по оригинальному проекту. А яхты - это и вовсе…  - я неопределенно помахал ладонью, мол, там много разного.

        - О-о, что-то ещё помнишь.
        Марго активировала планшет, на экране появилась объёмная схема «Одина». Приплюснутая, широкая калоша с взлётно-посадочной палубой, расположившейся на
«животе» корабля. Снаружи она выглядела не так, чтобы впечатляюще. В общем-то, похожа на лайнер с небольшими, почти незаметными глазу, отличиями и по размеру меньше раза в два.
        Интересно то, что хозяева этой посудины особо не беспокоились о её внешнем виде. Ведь, наверняка, яхту временами приходилось демонстрировать посторонним, да и просто пристыкованная к тому же космодоку, корабль виден сотням, а то и тысячам людей. С другой стороны, что мы знаем о вкусах людей, что владели «Одином»?

        - Наверное, вмещает кучу народа?  - сделал вывод я.

        - Конечно,  - кивнула Марго.

        - Заметно. И выглядит серьёзно.

        - Ты будешь смеяться, но эта яхта не предназначена для долгих перелётов, если судить по техническим характеристикам. Ладно, к делу. Я тут, пока тебя искали по всему Дакетту, нарисовала маршрут. Вот, смотри. Лейтенант, вы тоже присоединяйтесь.
        Изображение на планшете сменилось. С корабля словно сняли шкуру, в результате чего стали видны внутренности. Палубы, каюты, подсобные и служебные помещения, двигательный отсек. Всё как на ладони.

        - Маршрут - это хорошо, значит, не заблудимся,  - кивнул я.
        Кривая красная линия начиналась на взлётно-посадочной палубе и заканчивалась на мостике. Между ними две обитаемые палубы, одну из которых нам предстояло пересечь из конца в конец.

        - Лифтами пользоваться не будем,  - решил я,  - даже если «Один» будет сверкать всеми огнями. Прогуляемся пешком.
        Челнок приблизился к «Летучему голландцу» на достаточное расстояние, чтобы увидеть
«Один» во всей красе. Пилоты выводили челнок на курс, ведущий прямиком к яхте. Я оказался прав, когда при подлёте догадался, где она находится. На минуту включились ускорители. Дальше - дрейфовали. Оставалось примерно двадцать минут до стыковки.

        - Готовимся к выходу,  - отдал команду Уорик.
        Спецназовцы зашевелились. Из сумок появилось оружие, снаряжение, шлемы, твердые маски, при необходимости служащие респираторами, бронежилеты. Досталось по комплекту и нам с Марго. Через несколько минут, мы превратились в братьев близнецов, лишь таблички на рукавах помогали не путать бойцов друг с другом. Лейтенант помог Марго подогнать снаряжение, чтоб не болталось и не громыхало при передвижении. Заставил нас попрыгать. Завершающим штрихом предложил выбрать оружие. Марго выбрала пятнадцатимиллиметровую «Кобру-12», хотя и от «сонного» пистолета не отказалась. Я немного замешкался: то ли ограничиться пистолетом, тут их на выбор пять штук разных, то ли вооружиться пэпээсом, короткоствольным штурмовым автоматом с полусотней патронов в магазине. В конце концов, самолюбие выиграло, я вооружился так же, как и спецназовцы.
        Самый интересный момент, подлёт к яхте, мы видеть не могли. Если постараться, из иллюминаторов можно разглядеть разве что баржу и кусочек борта яхты. При этом к иллюминатору прижиматься лицом надо так, что ну его, в самом деле. Лучше уж ещё раз оружие проверить.

        - Капитану Хаппельмайеру срочно прибыть на мостик,  - неожиданно «заговорил» динамик хриплым мужским голосом. Видимо, пилот.

        - Ох ты ж,  - вздрогнул я.  - Что у них там случилось?

        - Иди, раз вызывают,  - сказала Марго.

        - Пойдешь? Лейтенант? Заодно посмотрим на яхту.

        - Почему бы и нет,  - согласился Уорик.  - С удовольствием.
        Только встали, как дверь в кабину пилотов открылась, оттуда выглянуло бородатое лицо пилота. ОН помрачнел, когда увидел, сколько нас собралось наведаться в кабину, но возражать не решился. Молча кивнул, мол, следуйте за мной.
        Узкий коридор закончился небольшой кабиной. Два кресла, приборная доска с кучей переключателей, кнопок, мониторов. Над лобовым иллюминатором, шириной во всю кабину, тоже приборы. Чем-то похоже на кабину самолёта. Я уж забыл, что здесь к чему, хотя в Академии мы и это проходили.
        Первым делом внимание привлёк вид яхты. Огромная штуковина без единого работающего бортового огонька. Только свет солнца овещает краешек борта. Хотя нет, ещё взлётно-посадочная палуба, расположившаяся под основным корпусом, тускло-красновато светится. Похоже на пасть чудовища, подумалось вдруг, и тут же мурашки пробежали по спине. Как-то не по себе стало. Влетаем в него, добровольно, выйдем ли обратно - вопрос. Появилось желание вынести вердикт о судьбе «Одина» прямо сейчас. Развернуть челнок, а яхту отправить прямым курсом на звезду. Или даже воспользоваться станцией «Дрон-6». Есть у нас на орбите такая штука - мощная, способная одним выстрелом распылить корабль любого типа. Болтается без дела: у нас тут планета мирная, далеко от границ Федерации.

        - Вас вызывает подполковник Сергеев,  - пилот, что нас встретил, переключил видеосигнал на центральный монитор и я встретился взглядом с подполковником.
        Ничем не примечательный тип, лет сорока с небольшим. Больше администратор, чем вояка, на внешности этот факт тоже отражался.

        - Капитан Хаппельмайер,  - представился я, одним глазом наблюдая за «пастью» взлётно-посадочной палубы.

        - Рад видеть, капитан,  - ответил Сергеев.  - Мы зафиксировали некоторую активность на «Одине». Имейте ввиду. При этом сканирование до сих пор не выявило никакой биологической активности.

        - Ясно, подполковник.

        - Что вы сейчас видите?

        - «Один» нас встречает. На взлётно-посадочной палубе светятся аварийные огни. Сейчас как раз наблюдаем.

        - Вот я про это же и говорю. Пять минут назад яхта была совершенно неактивна. Так что будьте осторожны, капитан.

        - Постараемся.

        - Как там мой капитан?
        Я оглянулся на Марго. Зрелище тёмного корабля с тускло-красной «пастью», похоже, заворожило и её.

        - Капитан Винсент рядом.

        - Хорошо. Пусть включит постоянную связь и не выключает её до конца операции.

        - Это стандартный протокол, подполковник.

        - Я знаю, но нужно ведь напомнить,  - усмехнулся Сергеев.  - Тоже стандартный протокол.
        С Сергеевым я знаком мало. Засел он на космодоке давно и редко выбирался на поверхность Олимпика. На орбитальной станции можно жизнь прожить, никуда не выходить и не вылетать, чем подполковник и пользовался. Космодок стал для него родным домом. Вживую мы встретились только однажды, когда я впервые прилетел на Олимпик по распределению. Сергеев тогда был майором, вторым лицом службы безопасности. На первый пост продвинулся недавно, как раз, когда Марго ушла на космодок.
        Зрелище вхождения челнока в корабельный док может приесться разве что пилотам. На записях уже не тот эффект. Вот когда вживую, тогда да, завораживает.
        У нас ситуация вообще получилась уникальная. Обычно корабли сияют разноцветными огоньками. Что-то наподобие подлёта к космодоку. Здесь же только аварийное освещение. Жуть. Завораживающая жуть.

        - Что с силовыми полями?  - спросил командир экипажа, как только связь прервалась. Ему пришлось наклониться чуть вперёд, я загораживал собеседника.

        - Основное не работает,  - ответил второй пилот.

        - Дам сигнал, на всякий случай. Мало ли.
        Силовые поля на судах - вещь необходимая, служит для защиты от мелких метеоров, коих в космосе неисчислимое множество. Поле обволакивает судно этаким шаром, и глазу заметно только в момент соприкосновения с каким-нибудь предметом. Оно способно задержать, отбросить в сторону или уничтожить объект размером с футбольный мяч. Камешки побольше обычно либо расстреливаются на расстоянии автоматическими пушками, дробя те на мелкие кусочки, либо просто корректируется курс корабля. Если вдруг большой метеор прорвётся сквозь заградительный огонь, он способен пробить и силовое поле, правда, при этом его хорошо деформирует, а то и расколет на несколько мелких камней. Конечно, всё зависит от размера камня. Так же и в нашем случае - задержать нас силовому полю не хватит мощности - челнок, все ж, крупный объект. И даже под заградительный огонь не попадем: в этом случае работает независимый сигнал «свой-чужой», но обшивке может прийтись не сладко.

«Один» вырос, навис над нами, не хуже чудовища с раскрытой пастью. Ещё пара минут, и челнок влетел внутрь взлётно-посадочной палубы. Множество аварийных ламп с тусклым красным светом вызвали очередное нашествие мурашек. Наверное, у меня просто воображение разыгралось. Казалось, мы попали в чужое пространство, жуткое параллельное измерение, откуда нет выхода.
        Пилоты развернули челнок пузом к потолку, теперь он стал полом. Пара посадочных площадок, десятки кругляшей поменьше - «стойла» спасательных шлюпок.

        - Шлюпками не пользовались,  - тихо проговорила над ухом Марго.  - Смотри, Крис, никто не покидал борт «Одина».

        - Вижу. Пойдём лучше готовиться к выходу.
        Пилоты направили судно к ближней посадочной площадке. Не будем им мешать.
        Глава 4 На борту «Одина»

        Челнок подплыл к ближайшему посадочному кругу, выпустил шасси и аккуратно сел. Автоматика площадки сработала мгновенно. Поверить в то, что «Один» мёртв, было затруднительно.

        - Готовимся к выходу, парни!  - отдал команду лейтенант и пристегнул маску к шлему.
        Спецназовцы сделали то же самое. Шмалик помог Марго, на что капитан благодарно кивнула. Отличить от остальных её теперь можно разве что по росту и отсутствию нашивки с именем на рукаве.
        Большой круг перевернулся, и челнок оказался в обширном отсеке, заполненном готовыми к старту спасательными шлюпками, похожими на остроконечные пули. Тусклый красный свет освещал отсек также, как и взлётно-посадочную палубу.
        Комментариев ни со стороны пилотов, ни с космодока не последовало, как будто именно такого отношения стоило ожидать от пустого корабля. Значит, промелькнула мысль, защита от космического вакуума на корабле работает.

        - Включаем защиту от внешней среды,  - сказал Уорик и, подавая пример, включил еле заметный прибор на поясе.
        По одежде и шлему хаотично пробежались быстрые короткие молнии. Всё, защита включена. Недавнее изобретение ученых мужей из метрополии, недорогая, но весьма полезная штука. Используеся, в основном, военными и спасателями. Вокруг человека образуется тончайшее силовое поле, способное остановить разве что молекулу. Что-то крупнее проходит насквозь. Парням в разных ситуациях приходится работать, иногда в настолько враждебной среде, что контакт с кожей, даже прикрытой одеждой и экипировкой, приводит к неприятностям.
        Воздухом организм обеспечивает маска. Система фильтров и немного «умной» электроники пропускает воздух в нужной пропорции, чтоб не задохнуться или получить кислородное отравление, и задерживает всё остальное. Со скафандром не сравнить, ведь прибор рассчитан для работы в атмосфере. Скажем, если бы не сработал механизм посадочной площадки, нам пришлось бы воспользоваться скафандрами, обязательно присутствующими в челноке, и пробираться в основные отсеки корабля хитрыми путями. К счастью, повезло. Или наоборот, как посмотреть.
        Пилоты не торопились открывать люк, нам пришлось подождать пару минут. Уорик оттеснил нас с Марго в тыл, так что я сверлил больше спины спецназовцев, чем вот-вот готовый открыться люк.
        Наконец, приборы определили, что за бортом пригодная атмосфера и люк открылся. Спецназовцы высыпали из челнока, рассредоточились вокруг трапа, беря на прицел все возможные подозрительные места. Мы с Марго покинули челнок последними, люк закрылся сразу за нами, оставляя нас один на один с неизвестным.

        - База,  - сказала Марго, осматриваясь вокруг,  - мы на месте. Начинаем выдвигаться к мостику.
        Сверившись с маршрутом на планшете, Марго немного огляделась и направилась к ближайшему выходу из ангара.

        - Не спешите, капитан,  - остановил её Уорик.  - Первыми пойдут мои ребята. Гравз! Шмалик! Вот им маршрут покажите.
        Марго выполнила просьбу. Спецназовцы едва взглянули на схему.

        - По ближайшей лестнице добираемся до третьего этажа,  - Шмалик пожал плечами,  - Ничего сложного.

        - На кораблях это называют палубами, умник,  - пихнул его в бок второй боец.

        - Пусть будут палубы. В общем, дальше идём по коридору до мостика.

        - Учтите,  - сказала Марго,  - палуба, где нам придётися идти, предназначена для развлечений.

        - Другие маршруты?  - спросил лейтенант.

        - Этот самый короткий.

        - К тому же,  - добавил я,  - нужно будет подниматься или спускаться по аварийным лестницам. Не хотелось бы.

        - Невесёлое путешествие получилось,  - пробормотал Гравз.

        - Мы наверняка пойдем по трупам, солдат,  - голос Марго приобрёл стальной оттенок.

        - Или не увидим ни одного,  - пробормотал я.  - Всё ж «Летучий голландец». Ладно, пора в путь, нечего топтаться на месте.
        Мы пошли, сразу рассредоточившись в боевой порядок. Впереди авангард разведчиков, сразу за ними цепочкой растянулся оставшийся отряд. Мы с Марго и лейтенантом в центре. Небольшое пространство между челноком и выходом из ангара преодолели быстро. Вышли в широкий коридор, служащий служебным целям. В случае чего, через него пассажиры могли добежать до шлюпок. Когда на «Одине» произошла неведомая пока беда, ни одного постороннего в этом коридоре не было. Впрочем, могу ошибаться, похоже, здесь не было вообще никого.
        По борту, противоположному выходу в ангар, несколько дверей. За ними находятся обслуживающие отсеки - кухня, прачечная и так далее. Чуть ближе к хвосту - двигательный отсек. Поэтому слишком неожиданным показался металлический лязг, раздавшийся рядом с нами, с той стороны стальной стены. Я вздрогнул.

        - Чёрт побери,  - выругался лейтенант,  - что это было? Продолжаем движение, чего встали?
        Как в фильмах ужасов - вокруг никого, только звуки, от которых в жилах стынет кровь, душа прячется в левой пятке, мозги сковывает чем-то холодным и неприятным. Тёмный коридор, освещения никакого, спасались встроенными в пэпээс фонариками. В этих условиях стук железки выглядел зловещим. Корабль, полный ужасов. Впрочем, ничего нельзя исключать. Если подобного не было раньше, это не значит, что такого не произойдет никогда. Чем Олимпик хуже богатых на неразрешимые загадки приграничных планет?
        Лязг повторился тоном пониже.

        - Железка какая-то по борту бьёт?  - предположила Марго.
        Развить мысль не дал вызов подполковника с космодока. Перед выходом с челнока Марго выдала нам с лейтенантом устройства связи, близнецы того, что, словно украшение, сверкает в её ухе.

        - Да, подполковник.

        - Лайнер оживает, господа разведчики,  - доложил подполковник.  - Включились бортовые огни.

        - Значит, вот что это за лязг,  - сказал я.

        - Что у вас происходит, капитан?

        - Мы пока…

        - Что-то включается…
        Начали мы одновременно и посмотрели друг на друга. Марго среагировала первой, жестом показав, мол, продолжай ты.

        - Мы в коридоре у посадочной площадки,  - начал докладывать.  - Пока темно, из технических отсеков слышим технический шум. Предположительно включаются системы корабля.
        Словно в подтверждение, в длинном коридоре зажглись лампы. Где-то вдали одна не выдержала напряжения, стала часто моргать.

        - Господа разведчики,  - после небольшой паузы сказал подполковник,  - на яхте включились бортовые системы, видим иллюминацию.

        - Какого типа бортовая система здесь установлена, не выяснили?  - спросил я у Марго.

        - Обычный, что интересно,  - Марго пожала плечами.

        - Управляется, конечно же, с мостика?

        - С мостика можно управлять чем угодно. Появилась идея?

        - Да какая идея?

        - Напомню, господа,  - снова встрял в разговор Сергеев.  - сканеры до сих пор не обнаружили на корабле живых. Вас мы видим, если что.

        - Это хорошо, подполковник,  - ответил я.  - Но ведь сигналы можно экранировать?

        - Думаешь, на корабле кто-то живой остался?  - спросила Марго.
        Вместо ответа я пожал плечами.

        - Отряд!  - оживился лейтенант.  - Не стоим! Вперёд! Шмалик, Гравз!
        Добрались до широкой лестницы, или как принято на флоте, трапу. Хотя какой это трап? Десятиметровой ширины, к следующей палубе разветвляется на три рукава. Два из них выводят в коридор второй палубы. Третий же отвод, самый широкий, винтовым образом идёт выше. Каменные ступени, ближе к палубе постеленный коврик, на стенах встроенные гибкие лампы, поручни. Не хуже, чем в гостиницах межпланетного класса. Впрочем, это яхта, и этим всё сказано.

        - Капитан Хаппельмайер,  - сказал Сергеев,  - я приказал готовить пушки космодока и нацелить их на «Один». «Дрон-6» сможет подойти минут через двадцать. Учтите, у вас мало времени.

        - То есть, судьба корабля решена, подполковник?  - наш отряд миновал третью палубу.

        - С одной задачей вы справились, капитан - оценили степень угрозы.

        - Хорошо. Только дайте нам возможность добраться до мостика и достать «чёрный ящик». Потом можете расстреливать что хотите сколько вашей душе угодно.

        - Всё будет зависеть от поведения корабля, капитан,  - завершил разговор подполковник.

        - И часто у вас в космосе такое происходит?  - спросил Уорик, предварительно отключив связь с космодоком.

        - Что именно?

        - Ну, вот такое, загадочное. Когда корабли самостоятельно что-то делают, без участия человека?

        - Уверен, скоро выяснится, что это было на самом деле, лейтенант, и от загадки не останется и следа. Наша задача - мостик и «чёрный ящик». Давайте сосредоточимся на этом.
        Создатели яхты не поскупились на внутреннюю отделку. Впрочем, её владельцы могли себе это позволить. Если коротко, всё здесь напоминает древнескандинавские мифы. Вот, лестница на третью палубу заканчивается двумя барельефами, изображающих воронов в половину среднего роста человека. Вмурованные в стены, с раскрытыми клювами, полным размахом крыла. К клюву одного из спутников одноглазого бога, в честь которого названа яхта, кто-то прилепил жвачку.
        Выход на палубу перекрывает канат, обшитый бархатом. Всё говорит о том, что беда настигла экипаж и пассажиров яхты слишком быстро. Мгновенно, можно сказать. Люди не сообразили, что к чему. Или оказались зомбированы, что тоже нельзя исключать.
        Широкий коридор, по обеим сторонам - развлекательные отсеки, некоторые со стеклянными стенками, в других настежь распахнутые двустворчатые двери. «Одину» оставалось часов пять лёту до Олимпика, при этом работа заведений не прерывалась ни на минуту.
        Отряд разделился на две группы. Первая идёт за Гравзом по одному борту, вторая за Шмаликом крадется по другому. Оружие готово к стрельбе, люди - к неожиданностям. Прежде, чем преодолеть вход в бар, казино или комнату отдыха, разведчики прежде заглядывают внутрь, оценивают, что к чему, и только потом продолжают двигаться дальше. Я заглянул в первый попавшийся отсек, им оказалось казино. С первого взгляда можно подумать, что люди, всё-таки, заподозрили неладное. Вот опрокинутый стул, под столом разбросанные фишки и чья-то красная туфелька. Или же это в порядке вещей? Фишки и потерянная туфелька могут говорить о чём угодно. К примеру, банальная разборка между мужчиной и женщиной или группой мужчин, переросшая в драку.
        Почему-то захотелось, чтобы беда настигла пассажиров и экипаж внезапно, чтобы никто ничего не подозревал до последнего момента и «пропал» быстро, если не сказать мгновенно.

        - Никого,  - в унисон мыслям, сказал шедший впереди Уорик.  - Мы готовились не к такой картинке.

        - Скажу честно, я тоже,  - пробормотал я.

        - Горы трупов, точно? Представляется первым делом, когда слышишь, что где-то никого нет, а должны быть.

        - Что-то в этом роде.
        Картинка опустошения провожала нас на всём пути.

        - Смотрел как-то фильм,  - тихо сказал спецназовец сзади,  - про пришельцев, что похищали людей. Лучом схватывали и тащили к себе на корабль.
        Я обернулся. На шевроне киномана разглядел имя - Ганс.

        - Как версия, сойдет,  - кивнул я.  - Вот достанем «чёрный ящик» и всё узнаем.

        - Ну да,  - скептически хмыкнул киноман.  - Вы ж сразу засекретите информацию, и мы не узнаем, что здесь случилось.

        - Разговорчики, Ганс,  - лейтенант его тоже слышал.
        Дальше шли молча, оценивая обстановку. Работают видеокамеры, закреплённые на шлемах, записывают всё, что видим мы. Впоследствии специалисты Комитета изучат каждый кадр наравне с изучением содержимого «чёрного ящика».
        Теперь я всё это воспринимал в том плане, как говорил Ганс. Во всяком случае, всё говорило об этом. Ни с того, ни с сего люди не пропадают. Должны ведь были что-то заподозрить, начать паниковать, но ничего такого мы не увидели. Туфелька и рассыпанные фишки - единственные предметы, которые хоть как-то подходили под тревогу людей.
        Мы добрались до узкого трапа в отсек для пилотов. Настолько узкий, что подняться наверх можно только по одному. Чуть больше метра в высоту, дальше узкий двухметровый коридор, заканчивающийся перегородкой с классической корабельной дверью. Небольшой круглый иллюминатор, в принципе, позволял разглядеть, что там, за дверью, но чья-то добрая душа завесила его с той стороны шторкой.
        Дверь закрыта, открыть можно только электронным ключом. Вперёд пробралась Марго - у неё обнаружился универсальный ключ. Он сработал, что удивительно. Честно сказать, пока не подошли к двери, как-то даже не задумывался, чтобы мы делали, не включись системы корабля. Пришлось бы, наверное, вырезать дверь грубым варварским способом. Я оглядел спецназовцев. У всех на спинах прицеплены рюкзачки. Может, в одном из них лежит своеобразный «ключ» и на этот случай. Одним словом, особо задумываться не стал, к тому же Марго успела открыть дверь, и путь к мостику стал свободен.
        Впереди снова Шмалик и Гравз, вслед за ними - лейтенант, следующими мы с Марго. Разминуться, чтобы пропустить вперёд других бойцов было затруднительно.
        Коридор чуть пошире предыдущего, по обеим стенкам каюты экипажа. Капитанская располагается ближе к мостику. Капитан на яхте один, должен всегда быть в курсе дел. Пара кают открыта, внутри никого, что ожидаемо. Заканчивается коридор двустворчатой дверью без замка.
        Чем ближе к мостику, тем сильнее меня одолевало беспокойство. Корабль не мог включиться самостоятельно, при этом никого, кроме нас, на нём нет. И всё же, кто-то включил иллюминацию. С каждым шагом росла уверенность, что этот кто-то до сих пор не покинул мостик. Всё ещё находится там, готовит нам встречу. Ладонь сильнее сжала рукоятку пэпээса, указательный палец поглаживает курок. Какой монстр нас встретит? Он не регистрируется приборами, не регистрируется датчиками движения, что невозможно в принципе, если только не невидимка. С каждым шагом увеличивалось желание плюнуть на всё и бежать обратно к челноку.

        - Крис?  - на плечо легла рука Марго.  - Всё в порядке?
        Наваждение немного схлынуло. Неужели поработало самовнушение? Никогда не думал, что я так могу.

        - Ты ничего не чувствуешь, Марго?  - спросил я.

        - А должна?

        - Уорик?

        - Все нормально, капитан,  - откликнулся тот.
        Шмалик и Гравз, идущие в авангарде знаками показали, что у них тоже всё в порядке. Значит, это был только мой глюк. Разведчики добрались до дверей и застыли в ожидании дальнейших распоряжений.

        - Капитан Хаппельмаер,  - неожиданно в ухе прозвучал голос Сергеева.  - Как у вас дела?

        - Добрались до мостика. Как у вас?

        - «Один» активизировался на полную мощность, хоть сейчас в путь. «Дрон-6» через несколько минут будет на месте. Экипаж готовится произвести залп. Так что побыстрее, капитан.

        - Стараемся.
        Все страхи улетучились, когда я, Марго, лейтенант и разведчики вошли на мостик. Остальные прикрывали тыл в коридоре.
        Мостик яхты занимет пространство, в котором поместилась бы моя квартира, ещё и место свободное осталось бы. В центре расположилось кресло капитана, чуть дальше рабочие места пилота и штурмана - кресло и широкие панели управления. Между ними и огромным лобовым иллюминатором две стойки - голографический экран. На него можно вывести какую угодно информацию, посмотреть на любые участки корабля, вывести показания с бортовых датчиков, обеспечить видеосвязь с диспетчерами и встречными кораблями.
        В Академии обучали азам управления кораблями. Могу уверенно сказать, что работающие макеты мостиков ничто по сравнению с настоящим. Один вид из иллюминатора чего стоит. Мы застыли у входа, рассматривая Олимпик и сверкающий на фоне планеты космодок. Вид, конечно, красивый, пока взгляд не зацепился ещё за одну яркую точку, выплывающую из-за Олимпика. «Дрон-6», чтоб его.

        - Крис,  - позвала Марго,  - не желаешь примерить кресло капитана?

        - Кстати, да,  - очнулся я и тут же уселся.
        Мягкое сидение, удобная спинка: так бы и ощутил себя королём, если б не подлокотники, в которые встроено с десяток приборов.

        - Знаешь, Марго,  - сказал я, в очередной раз срываясь в воспоминания.  - Ведь у меня была возможность стать капитаном корабля.

        - Правда?  - удивилась она.  - Ты мне не рассказывал.

        - Да, это упущение. На третьем курсе Академии поступило предложение перевестись на курсы капитанов. Нужно было только сдать пару дополнительных экзаменов, отучиться четыре года и Крис Хаппельмайер - капитан какой-нибудь посудины, на подобии того танкера…

        - Что же помешало Крису Хаппельмайеру стать капитаном какой-нибудь посудины?  - голос Марго приобрёл игривый оттенок.

        - Жуткая нелюбовь к точным наукам и страшное нежелание учиться дополнительный год,
        - усмехнулся я.  - Ладно, давайте посмотрим, что мы тут имеем.
        Я осмотрел приборы на подлокотниках. Знания из Академии тут же всплыли на поверхность. Как оказалось, глубоко они и не опускались. Нажал на нужную кнопку, и вот передо мной небольшой голографический экран предлагает ввести код, чтобы получить возможность управления всем этим хозяйством, называемый яхтой «Один». Я знал другой код, обеспечивающий мне, кроме всего прочего, доступ к «чёрному ящику».
        Глава 5 Потерянная душа

        Как уже говорил, каждая история исследования «Летучего голландца» уникальна. Возможно, после нашего визита на «Один», генеральный штаб Комитета разродится новой директивой. Пока ничего нового мы не нашли, но кто знает, что всплывёт после изучения «чёрного ящика». Так вот, меня, специалиста по «Летучим голландцам» потащили на обезлюдевший лайнер не из-за знания истории по потерянным кораблям. Тут история интереснее.
        Дело в том, что «чёрный ящик» мог достать только человек, прошедший специальный курс Академии. По его окончании брался образец ДНК и присваивался личный код. Эта информация намертво вшивалась в «мозги» любого корабля Федерации вне зависимости от принадлежности. Никто другой не мог добраться до «чёрного ящика». По сути, если бы не это, глядишь, у меня выгорело бы более близкое знакомство с Гайюсом Кэмпбэлом.
        Когда я набрал специальный код, голографический экран убрался и из потайного отсека в правом подлокотнике выплыл прибор. Узкая, длинная коробочка без кнопок и световых датчиков. Глядя на него, с трудом можно догадаться, что внутри располагается анализатор ДНК и, одновременно, база людей, имеющих право доступа к
«чёрному ящику».
        Я положил указательный палец на прибор. Прошла минута. За это время молекулярной толщины игла прошила перчатку, добралась до кожи, передала в прибор необходимые сведения и убралась обратно. Я ничего не почувствовал. Микропроцессор активизировал базу, сделал сравнение полученного материала с данными и удовлетворенно убрался обратно в потайной отсек.
        Эксплуатация меня в роли своеобразного ключа ещё не закончилась. Из-под основания кресла выдвинулся небольшой ящик. В нём, не хуже бриллианта в бархатной коробочке, лежит жёлтый микропроцессор в жёсткой упаковке. Не знаю, кто и когда назвал самописец «чёрным ящиком». Есть версия, что чёрным его назвали из-за того, что спрятан от посторонних глаз и трудно вскрываем. Этакая метафора. Другая версия убеждает: самописцы когда-то были чёрными и именно ящиками. Название прижилось, при этом и цвет поменялся, и форма, и размеры. Назначение осталось. И неформальное, но популярное, название.

«Бархат», окружающий микропроцессор, светится ярко-белым светом. Он быстро потускнел, окружающая самописец субстанция, имеющая электронную начинку, сдулась. Минуты не прошло, и я смог взять «чёрный ящик». Марго подала светонепроницаемую коробочку, в неё и попала «драгоценность».

        - Вот и всё,  - сказал я,  - теперь можно уходить. Не будем задерживать ребят с
«Дрона».
        По рации доложился подполковнику Сергееву о выполненной задаче.
        К челноку мы возвращались быстрее, чем шли к мостику. Путь разведан, особых сюрпризов он нам не сулил. Добрались до лестницы, только стали спускаться, как сзади грохнуло.

        - Переборка закрылась!  - воскликнул Шмалик.
        На обратном пути разведчики шли в арьергарде.
        Я обернулся, и впрямь, обратный путь оказался заблокирован аварийной перегородкой. Ими редко пользовались, но они существовали на любых кораблях.

        - Все здесь?  - тревожно отозвался Уорик.

        - Гравз там остался!  - судя по голосу, у сержанта вот-вот начнётся паника.

        - Гравз, ответь!  - попытася вызвать оставшегося на той стороне спецназовца Уорик.
        - Гравз, немедленно ответь!
        Глухо. Гравз молчал, отчего лейтенант ещё больше занервничал.

        - Может, его переборкой… того?  - тихо озвучил страную догадку один из спецназовцев, но тут на связь вышел Сергеев и развеял наши опасения.

        - Капитан, один человек возвращается на мостик! Что у вас происходит?

        - Переборка закрыла путь к мостику,  - общаться с Сергеевым я предоставил Марго. Самообладания у неё больше моего оказалось. Пока я тупо таращил глаза на переборку, вокруг продолжали стремительно развиваться события.

        - Мы можем убрать перегородку?  - взгляд лейтенанта пронзил сначала Марго, потом меня.

        - Ширина - десять сантиметров,  - автоматом ответил я, воспользовавшись вовремя поднятыми с глубин знаниями.  - Герметичный шлюз.

        - Проберёмся по аварийным ходам.

        - Не выйдет,  - сказала Марго.  - Закупориваются все ходы без исключения.

        - Да кто ж такую систему придумал-то?  - воскликнул Ганс, теперь я его запомнил.  - Руки оторвать этому конструктору!

        - Как-нибудь ещё можно пробраться на ту сторону?  - взгляд командира спецназовцев остановился на Марго, буквально высверливая из неё решение.

        - К сожалению, нет.

        - Лейтенант,  - Шмалик, похоже, пришёл в себя, перестал тупо смотреть на возникшую стену.  - Всего десять сантиметров - я проделаю в этой броне брешь за пару минут.

        - Действуй, сержант!

        - Кир! Рюкзак!

        - Подполковник, что там с пропавшим?  - наконец, я начал выходить из ступора.

        - Он подходит мостику,  - отозвался Сергеев.  - Как думаете, что он задумал?
        Гадать не имело смысла. Вид лейтенанта был кислым. И это ещё мягко сказано. Вряд ли кому бы то ни было понравится, когда твоего бойца вдруг подозревают в чём-то нехорошем. Даже если вслух и прямо никто не говорит.
        Шмалик тем временем выудил из рюкзака Кира небольшой баллончик и побрызгал на перегородку, очерчивая контур, в который можно пройти вдвоём.

        - Минуту ждём,  - сообщил он, сделав дело и бросил баллончик Гансу.  - Советую отойти подальше.
        Термитный спрей - забавная штука. Чего только нет в запасниках у спецназа.
        В тех местах, куда попала струя спрея, металл стал буквально растворяться и исчезать, заполонив лестницу дымом. Вот и пригодились маски.

        - Ваш человек добрался до мостика,  - непроизвольную тишину, образовавшуюся, пока ждали результата, снова нарушил подполковник.  - Учтите, господа разведчики, если яхта тронется с места, мне придётся дать досрочную команду на его уничтожение.

        - Дайте нам пять минут, полковник!  - попросил я.
        Волшебный спрей закончил работу. Шмалик, Кир и присоединившийся к ним Ганс, подскочили к вырезанной из переборки части, навалились на неё, пытаясь выбить из гнезда. С первого раза не получилось, на помощь пришли другие бойцы.

        - Пять минут,  - продолжил я.  - Мы доберёмся до мостика.

        - Я не знаю, что он там делает, капитан, но двигатели разогреваются,  - с угрозой предупредил Сергеев.
        Вырезанная часть переборки с грохотом вывалилась. Сержант перепрыгнул на ту сторону преграды.

        - Шмалик!  - крикнул лейтенант.  - Принимай командование, дуй к челноку!

        - Но лейтенант!..

        - Уводи людей с корабля! Это приказ!

        - Ну конечно, приказ!  - в голосе сержанта прозвучало одновременно и злость, и отчаяние.
        Нехотя он вернулся обратно, а на ту сторону перескочил лейтенант. Я сразу вслед за ним. Не удивился, когда компанию поддержала Марго. Что ж, этого следовало ожидать. Да и момент не тот, чтобы уговаривать её вернуться на челнок. Так что пришлось оставить всё, как есть.
        Сергеев постоянно информировал нас о состоянии дел. Когда мы добрались до отсека экипажа, двигатели разогрелись до состояния. когда корабль мог начать движение, начинать разгон.

        - Лейтенант, что можешь сказать о Гравзе?  - спросил я.

        - Ничего плохого,  - зло буркнул Уорик.  - Хороший боец. Я взял его в отряд полгода назад. Мы тогда потеряли двух бойцов, спасали заложника.

        - Ты сам его выбирал?

        - Да,  - рявкнул лейтенант.  - Капитан, давай договоримся: давить на мозги будешь потом. Пока нам надо добраться до мостика.
        Уверен, запрос на выяснение личности спецназовца Сергеев успел послать на Олимпик, да и полковник Гриссом, думаю, перестал молча наблюдать за ходом разведки и что-то начал выяснять.

        - Глупо спрашивать, разбирается ли он в кораблях,  - буркнул я.

        - Жучок в корабельную систему, и любым кораблём можно управлять дистанционно,  - сказала Марго.
        По лестнице взбирались осторожно. Узкая часть - удобное место для неприятного сюрприза.

        - Хочешь сказать, «Одином» управляют извне?  - удивился я.

        - Это возможно,  - Марго пожала плечами.  - Правда, для этого расстояние должно быть небольшим.

        - Кто-то на баржах?

        - Или с космодока.

        - Я начинаю сканировать космодок на предмет незарегистрированных передач,  - объявил подполковник.
        Вошли в коридор с каютами. Гравз не поленился закрыть основную дверь, и это оказалось единственным препятствием. Марго справилась с ним секунд за пять, пока открывала дверь универсальным ключом. Как в прошлы раз.
        Два пэпээса и четыре глаза обшарили палубу, хотя мы точно знали - спецназовец засел на мостике. Марго по-джентльменски оттеснили в тыл. Обиделась она или нет, не знаю, не до того.
        К входу на мостик продвигались медленнее. Добрались до середины пути, как Сергеев прислал очередную неприятную весть. Впрочем, ожидаемую:

        - «Один» начинает движение, господа разведчики. Прямиком на космодок.

        - Как челнок?  - спросил я.  - Улетел?

        - Не беспокойтесь о челноке, капитан! Побеспокойтесь о себе! Я дал команду станции
«Дрон-6» готовиться к выстрелу! У вас - меньше пяти минут, господа! С вами на борту или без вас, «Один» будет уничтожен!

        - А как же баржи?  - спросила Марго.

        - Благодаря им, у вас и есть эти пять минут.

        - Хорошо,  - завершил я разговор,  - теперь не мешайте нам, пожалуйста. Мы заходим на мостик.
        Створки двери прикрыты. Через узкую щель мы могли видеть лишь небольшую часть мостика, и там Гравза не обнаружили. Мой взгляд слился с прицелом пэпээса. Увидел кресло штурмана. Пусто. Посмотрел на Уорика, тот покачал головой. Значит, тоже не видит Гравза. Я протянул руку, легонько толкнул дверь. Она тихо распахнулась. Лейтенант сделал то же, обзор увеличился. Как я и предполагал, взбунтовавшийся спецназовец устроился в кресле капитана. Он внимательно всматривался в космодок через огромный лобовой иллюминатор. Руки расположились на подлокотниках, но ясно видно - кораблём он не управляет.

        - Гравз!  - громко сказал лейтенант.  - Ты что вытворяешь?
        Реакция бойца оказалась стремительной. Он вылетел из кресла и направил на нас пэпээс. Без предупреждения прозвучали выстрелы. Первая реакция - упасть, что я благополучно и сделал. Уорик тоже был готов к такому повороту дела. Он нырнул на мостик, уходя в сторону. Пара коротих очередей со стороны Гравза прошли мимо.
        Тут бы в бой вступить мне, да только при падении оружие оказалось подо мной. Пока вытаскивал, лейтенант успел выстрелить. Наудачу, выстрел оказался прицельным. Пули врезались в бронежилет, откинули Гравза назад на пару шагов. Спятивший боец упал, давая мне возможность вытащить, наконец, пэпээс и присоединиться к перестрелке. Тут уж я не подкачал. Первым делом - разоружить свихнувшегося. Прицелился, выстрелил. Пуля попала прямиком в пэпээс, выбивая его из рук спецназовца. Он нужен нам живым! По возможности. До перестрелки были разные мысли, возможность банального предательства при этом рассматривалась в последнюю очередь. Теперь же никаких сомнений не осталось - Гравз либо под чужим влиянием, к примеру, того гипотетического монстра, которого я придумал недавно, либо у бойца спецзадание. В этом случае хотелось бы знать, кто и почему всё это затеял. Уж и не знаю, какой из этих вариантов предпочтительнее.
        Лишившись огнестрельного оружия, Гравз вытащил кинжал и набросился на Уорика. В следующий миг я стал свидетелем короткого и жёстокого поединка. Смелости или отчаяния у противника хоть отбавляй, а вот с умениями немного не повезло. Я решил, в случае чего, идти на помощь, только мысль не успела оформиться, как Уорик выбил кинжал и непонятным приёмом уложил Гравза на пол лицом вниз, заламывая руки.
        Я подскочил к борющимся, готовый ко всему.

        - Чёрт!  - воскликнул Уорик.  - Он обмяк! Снимай маску! Быстро!
        Второй раз повторять не пришлось. Быстро стянул шлем и маску и увидел лицо спятившего спецназовца. Ага, помню-помню, самый спокойный боец, тот, который предпочел немного поспать во время путешествия на челноке. Да и потом парень не часто мелькал перед глазами до того, как мы скрыли лица под масками. На челноке же я его мог рассмотреть только в профиль и то, не так чтобы очень. И не смутила, что интересно, его спокойная реакция на полёт в космос, тогда как остальные спецназовцы только и успевали делиться мнениями.
        Глаза закатились, лицо расслабилось. Я сунул пальцы к шее.

        - Пульса нет.

        - Дьявол!  - выругался Уорик, поднимаясь.
        Непонятно только, к чему это относилось: к тому, что Гравз работал на кого-то другого, или к тому, что он предпочел умереть в такой неподходящий момент.

        - Господа разведчики,  - подполковник Сергеев нашёл время вклиниться,  - яхта приближается к критической линии. Если вы не уберётесь оттуда в ближайшее время, мне придется спускаться на Олимпик, чтобы присутствовать на ваших похоронах.
        Я бросил взгляд на лобовой иллюминатор - космодок значительно вырос в размерах.

        - Уходим, Уорик,  - сказал я, хлопнув неподвижно застывшего над телом Гравза летенанта.  - Ты слышал подполковника.
        Только сейчас заметил - давно не слышно Марго. До сих пор она держалась позади, но хоть как-то ощущалось, что капитан рядом. Сейчас же, будто развернулась и ушла. Одним словом на мостике её не было.

        - Ты видел Марго?  - спросил у Уорика.
        Тот покачал головой, мол, нет, и тут же по связи голос подполковника сообщил:

        - Капитан осталась в коридоре.
        Короткий поединок лейтенанта и спятившего спецназовца прошёл чуть в стороне. Отсюда мы могли видеть небольшую часть коридора, в нём Марго не было.

        - Уходим!
        И первым рванул с мостика. Первым и увидел Марго. Она полусидела у стенки, и в спецназовском облачении, с маской на лице, выглядела сломанным роботом.

        - Марго? Марго!!!
        Я подскочил к ней, сорвал шлем, маску. Бледное лицо, закрытые глаза и никакой реакции. Первым делом проверил пульс. Слава Великому Космосу, жизнь ещё теплится. Следом увидел причину неважного состояния капитана - одна из пуль, выпущенных Гравзом, пробила ключицу, вызвав обильное кровоизлияние. Удивительно, что Марго до сих пор дышала.

        - Что случилось, капитан?  - подполковник Сергеев, как всегда, не дремлет.

        - Капитан Винсент тяжело ранена.

        - Как это случилось?

        - Потом объясню, подполковник, сейчас нам надо уходить.

        - Вы правы, у вас остаётся мало времени. Совсем мало. Я надеюсь, капитан Хаппельмайер, мы с вами ещё сможем побеседовать.

        - Ага,  - я подхватил Марго на руки, кивнул Уорику, мол, не спать, вперёд! Времени нет, а нам почти весь корабль преодолеть надо.

        - Спасательные шлюпки в рабочем состоянии,  - пока мы неслись по палубе, инструктировал нас подполковник.  - Можете воспользоваться любой из них.

        - Если успеем добраться,  - пробурчал я.
        Честно сказать, не думал, что Марго такая тяжёлая. Раньше, когда приходилось носить её на руках, казалась легкой. Спецназовская экипировка на вес влияет, что ли? Запыхался я, как раз около вырезанной части опустившейся переборки. Почувствовал - ещё немного, и свалюсь. Непривычная нагрузка, больше ста килограмм весу. Расслабился, Крис, за годы службы на Олимпике, даже с учётом, что физическими упражнениями, хочешь не хочешь, приходится заниматься часто. Уорик заметил моё состояние, чуть не отобрал раненную, я противиться не стал и нырнул в проём первым.
        Внутренности кричали - времени осталось совсем ничего. Ещё миг, и «Дрон-6» начнёт стрелять. Процесс не остановить, «Один» пересекает «красную» линию.
        Глава 6 Неконтролируемое падение

        Мы вбежали на взлётно-посадочную палубу. Краем глаза заметил - челнока на месте нет, значит, ребята благополучно улетели с приговорённой яхты. Остался только ряд спасательных шлюпок, небольших корабликов с длинным, острым носом, утолщением в центре и хвосте. Центральная часть шлюпки рассчитана на пятнадцать пассажиров. Хвост - сплошной двигатель. Десяток дюз помогают спасательному средству разогнаться достаточно, чтобы покинуть терпящий бедствие корабль за предельно короткое время.
        Пропустил вперёд Уорика, тот аккуратно, чтоб не поранить Марго, забрался внутрь. Прежде, чем пристегнуться самому, зафиксировал в кресле женщину.
        Сам упал на ближайшее к пульту управления кресло. Внутренности кричали - времени не осталось. В подтверждение Сергеев, спокойным голосом, я бы сказал, обречённым всё ж покинуть космодок для наших похорон, сообщил: «Один» пересёк линию, «Дрон-6» делает залп.
        С управлением шлюпкой справится и дитё. Под небольшим экраном, на который идет трансляция с бортовой камеры, есть панелька с единственной, зелёного цвета, кнопкой. Я отчаянно ударил по ней. Люк, с весёлым не по ситуации «чпок», закрылся, сервомеханизмы яхты подхватили шлюпку и сбросили её вниз. На экране мелькнул далёкий космодок. Заработали основные двигатели, придавая ускорение не хуже пули из пистолета. Тройная перегрузка вдавила в спинку кресла. Давно не испытывал подобных ощущений. Отвык.
        Я почти не ошибся с расчётами. Шлюпка ещё не отлетела от «Одина», как в яхту ударили ракеты.

        - Видим вас!  - чуть не криком кричал Сергеев.  - Готовы перехватить!..
        Эти слова были последним, что я услышал. Взрыв «Одина» вырубил связь и подкорректировал курс, превратив шлюпку в набитый мёртвой электроникой камень. Нас завертело так, что не спасал и чудом не прекративший работать салонный антиграв. Без него мы бы, наверное, не выжили вовсе. Я стал ещё тяжелее раза, наверное, в полтора. Поднять руку стоило неимоверных усилий. Повернуться назад, посмотреть, как там Уорик и, тем более Марго, представлялось попросту невозможным.
        Как потом узнал, боевая станция выпустила всего две боевые ракеты. Одна врезалась в нос, другая в топливные баки. Вкупе всё это превратило «Один» в огромное количество обломков, разлетевшихся в разные стороны. Особо крупные тут же расстреляли с «Дрона», несколько помельче ушли в сторону от Олимпика, впрочем, на них никто внимания не обратил. Мелочь, с которой справится защита любого корабля, оставили дрейфовать. Что-то сгорит в атмосфере Олимпика, что-то понесётся дальше.
        Лишившись связи и обзора, мы стали похожи на мышей в мышеловке. Свистопляска с нерассчётной перегрузкой и бешеным вращением выворачивала все внутренности наружу. Я с трудом поднял ногу, прицеливаясь, чтобы ударить по единственной кнопке управления шлюпкой. Мог бы и рукой, но не решился. Не спешил снимать и маску, под которой обильно катился солёный пот, заливая глаза. Сосредоточился на прицеливании и ударе по кнопке.
        Промахнулся. Нога грохнулась на пол. Блин, больно. Если так и дальше пойдет, я её сломаю. С другой стороны, уж лучше так, чем терпеть всё это. Второй раз ногу поднимал на пределе, вкладывая в процесс всё, что смог, через не могу. Последние силы ушли на прицеливание. Если промахнусь, третьего раза, боюсь, уже не будет.
        Удар, слабый и отчаянный. Буквально мягкое прикосновение. Нога бухнулась о пол, в глазах потемнело. Сломал или нет, потом разберёмся. Важно другое - приём сработал! Экран замигал, салонные антигравы увеличили мощность, двигатели заработали, стабилизируя вращение. И тут же снова всё погасло. Дьявол!
        Верчение шлюпки не то, чтобы прекратилось, оно продолжилось, только уже в более приемлемом варианте. Сила тяжести почти пришла в норму. И, о чудо! Стабильно заработали антигравы. Вот уж чего не ожидал. Я смог нормально проверить ногу - голень распухла, наверное, всё-же, что-то умудрился сломать. Опёрся о пол здоровой ногой, потянулся к кнопке запуска, стукнул по ней раза три: навигация, электроника, двигатели - всё сдохло.
        Сдёрнул шлем и маску, вытер пот. Повернулся к Уорику:

        - Лейтенант? Ты там как, живой?

        - Знаете, капитан,  - чуть громче шёпота ответил Сайдл,  - видал я ваш космос…  - и показал комбинацию из пяти пальцев и двух рук, красноречиво указывающих, где именно всё это должно находиться.

        - Ага, значит, живой. Как Марго?
        Лицо девушки как было бледным, так и осталось, без изменений. Я тревожно вгляделся, внутри всё замерло. После всего, что мы только что пережили, с ранением, как у капитана - не живут. Одна в несколько раз увеличившаяся сила тяжести чего стоит. Уорик протянул руку, проверил пульс.

        - Что там?  - я почти потерял голос, услышал только хрип.
        Прежде, чем ответить, Уорик скинул шлем и маску.

        - Капитан, вы не поверите,  - сказал он и ещё раз проверил пульс Марго.
        Сердце остановилось, дыхание прервалось. Как я сдержался, чтоб не накричать на лейтенанта, не знаю. Наверное, его спасло только то, что я мог только губами шевелить, да и то пришлось бы долго присматриваться.

        - Тут что-то странное, капитан,  - в голосе лейтенанта с каждым словом росло удивление.  - Пульс есть, кровотечение прекратилось, дыхание спокойное. Капитан! Да она спит!

«Ну слава богам!» Сердце отпустило, воздух поступил в лёгкие, аж закашлялся. Впечатлительный человек, что тут поделаешь, особенно когда дело касается близких людей.

        - Как спит?  - дошло, что сказал лейтенант. Заодно и голос прорезался.
        Тот только развёл руками, мол, ничего не могу поделать. Верить такому? Я отстегнул ремни, попытался встать, совершенно забыв про повреждённую ногу, и тут же от пятки до макушки словно электрическим ударом пронзило.

        - Не стоит, капитан,  - сказал Уорик.  - Я за ней присмотрю.

        - Присмотри, Уорик,  - прохрипел я.  - За нами кто-нибудь присмотрел.

        - Что-то не так?  - встревожился лейтенант.

        - Не хочу расстраивать, но придётся. Последнее, что я рассмотрел через экран - шлюпка ушла в сторону от космодока. То есть Сергеев нас не поймает.

        - Это плохие новости, или хорошие?

        - Не знаю,  - я мрачно уставился на мёртвый экран.  - Прежде, чем экран умер второй раз, я заметил, что мы летим к Олимпику.

        - Так это же хорошо!

        - Не знаю. Как-то непонятно мы к нему летим. Может это следствие вращения челнока. Так что ни в чём не уверен.

        - Ну, не может же нам всё время не везти?  - воскликнул лейтенант.
        Я обернулся к нему:

        - Мы ушли от взрыва, лейтенант! Корпус шлюпки цел, хотя при таком взрыве я этому дико удивляюсь. Это ты называешь невезением?  - И вопросительно поднял бровь, мол, что за глупости городишь?

        - Ясно,  - кивнул лейтенант.  - Всё-таки это были хорошие новости. Какие же плохие?

        - Если мы врежемся в атмосферу, нам придется туговато.

        - Хуже, чем было?

        - Видел когда-нибудь падающие звезды, Уорик?  - я выбрал простую формулировку и тут лейтенант показал, что тоже что-то знает:

        - Это метеориты, сгорающие в атмосфере. Видел, конечно.

        - Хм, да. Тогда представь, что «чувствует» метеорит, влетая в атмосферу.
        Самого в дрожь бросило от сравнения. Шлюпка развалится ещё в верхних слоях. Спасти нас может только заработавшая автоматика и электронная начинка. Я мрачно уставился на кнопку под монитором. От отчаяния несколько раз ударил по ней - ну, работай же!
        - никакого отклика.
        Попробовал связаться с космодоком по рации - результат нулевой. Может, меня и услышали, но обратная связь не работала, почему-то. В общем, ситуация паршивая. В любой момент можем влететь в атмосферу и конец всему. Подумалось, хорошо бы ошибиться. Ведь всего на секунду видел изображение на экране, мог неправильно оценить ситуацию и шлюпка пройдет мимо Олимпика. Хорошо бы так. Тогда спасательные баржи с космодока смогут нас догнать.
        Не хотелось умирать. Как оказалось, настолько, что внимание обострилось, и я разглядел под кнопкой небольшую панельку. Не сказал бы, что она до сих пор была незаметна, просто не обращал внимания.
        Вскрыть её не составило труда. Больше помучился, чтобы добраться до неё. Нужно было держать повреждённую ногу на весу, держаться за подлокотник кресла и балансировать, чтобы не упасть: шлюпку продолжало крутить. Панелька вскрылась легко, под ней увидел небольшую плату. Это что получается, нашему спасательному средству лет двести, не меньше? Или производители шлюпок особо голову не загружают, чтобы как-то модернизировать их электронную начинку? Всё ж людей предназначено перевозить, а не просто для инспекторов красоваться. Да, к тому же, ещё где! На яхте директоров КТК, которые могут позволить себе и не такое. А если вот как сейчас? Блин, жив останусь, обязательно телегу накатаю.
        С первого взгляда на это безобразие, не смог сообразить, что к чему, в чём причина. Оказалось, в предохранителе. Надо же, и такая древность присутствует. Получается, что при взрыве «Одина» на электронику шлюпки навалилось неимоверное напряжение и эта штуковина вырубила электронику. Вторичный запуск оказался тем самым пёрышком, сломавшим хребет верблюда, и предохранитель сдох окончательно, попросту перегорев. И никаких дублирующих систем. Если я прав, то приборы ещё в рабочем состоянии, просто до них не доходит ток. Поменять предохранитель, и ожидаемой трагедии не произойдет.
        Я осторожно сполз с кресла поближе к панельке. При этом пришлось вытянуть в сторону повреждённую ногу, чтобы меньше беспокоила. Выковырнул из гнезда небольшой, чёрный от копоти предохранитель. Взгляд заметался в поисках других панелек и ящичков, что до сих пор было не видно. Зряшный труд, ничего такого, то есть запасного предохранителя я не найду. Вот так вот, только надежда появилась, и тут же её прихлопнули, как надоедливого комара.
        Хотелось взвыть от отчаяния.
        Лейтенант всё это время молчал, с напряжением наблюдая за моими действиями и не решаясь отвлекать вопросами и советами. Уважение к нему поднялось на пару пунктов. Обычно наблюдатели замучают вопросами, словно что-то понимают.
        Я показал Уорику предохранитель:

        - Вся беда из-за вот этой штуки. Если найдем такую же, причём быстро, у нас появится шанс.
        Трудно казаться спокойным, когда не знаешь, с какой скоростью приближаешься к родной планете и когда разразится катастрофа. Мозги входят в ступор, развивается психоз. В Академии рассказывали, так обычно и бывает. Даже тренировки проводили, когда подсаженные люди специально разводили панику. Кажется, выхода нет, начинаешь нервничать, поддаваться общему настроению.
        Что интересно, на тренировках ясно понимаешь - ничего страшного не случится. Несмотря на результат, выйдешь с тренажера живым и здоровым. И всё же поддаёшься азарту грядущей беды, словно она произойдёт на самом деле и тебе будет плохо, если вовсе не умрёшь. Психология, чтоб её.
        Там же научили, как сохранять ясность мысли: убедить, в первую очередь себя, что выход всегда есть, его только надо найти. И вообще не всё так плохо. Но ни разу не проводилось занятий, когда инициатором паники можешь стать ты сам.
        Душа давно спряталась в пятки, иногда выглядывая из-за укрытия, мол, как у вас там дела. Я понятия не имел, что ещё можно использовать вместо предохранителя из имеющихся средств, потому что искать запасной - дело гиблое, особенно если его здесь нет.
        Выход из положения нашёл Уорик.

        - Какие там контакты?  - спросил он.
        Голос напряжён, лоб покрылся потом, хотя в шлюпке не жарко и с воздухом проблем пока нет. Запаса хватит, чтобы приземлиться.

        - Два мелких захвата. Они зажимают края предохранителя.

        - Дай посмотреть!
        Я не долго раздумывал, бросил предохранитель Уорику. Маленькую штуковину, да ещё при качке, трудно поймать. Если она грохнется мимо, найти будет трудно, а в наших условиях - невозможно. Уорик поймал, воспользовавшись обеими руками. Прихлопнул, как комара, у меня аж внутри ёкнуло, как бы не раздавил.
        Лейтенант только кинул взгляд и тут же отправил детальку в один из многочисленных карманов. Потом открутил от пэпээса встроенный фонарик, вскрыл его и, поковырявшись, достал из него пружинку.

        - Не бог весть что,  - сказал он,  - но по размерам должна подойти. Лови!
        И надо ж было ему усесться так далеко? Другого места не нашёл!

        - Подожди!  - вскричал я, выставив руки вперед.  - Не кидай! Просто передай.

        - Шлюпку раскачивает,  - сказал лейтенант, но всё же отстегнулся, нагнулся вперёд. Протянул руку, и пружинка от фонарика оказалась в моей ладони.
        Я сжал кулак, после чего быстро уселся на место. Обычная пружинка, алюминиевая.

        - Уверен, что это сможет заменить предохранитель?

        - Ток проводит,  - ответил Уорик.  - А так не знаю. Но есть ли у нас другие варианты?
        Он прав, других вариантов нет. Ладно, попробуем. Я снова подполз к панельке и примерил пружинку. Подходит почти идеально, только не держится. А, вот! Тут держатели откручиваются. Отлично. Похлопал по карманам, много разного, но ничего такого, чем можно было бы прикрутить заменитель предохранителя.
        Ножичек оказался у Уорика. Не перочинный, что подошёл бы идеально за отсутствием отвёртки, но тоже неплохо. Быстро открутил верхний держатель и тут же прикрутил один край пружинки. Принялся за второй. Вот тут-то всё и изменилось.
        Шлюпка завибрировала, что ознамновало начало вхождения в верхние слои атмосферы. Вибрация с каждой секундой набирала обороты. Второй край пружинки я так и не смог докрутить до конца. Пальцы задрожали, кончик ножа, нацеленный на винт, ходил ходуном и никак не хотел прицеливаться. Пару раз попадал в разрез винта, и тут же импровизированная отвертка срывалась. Не помогло и то, что я работал двумя руками. Да, дьявол! Отложил в сторону нож, впихнул край пружинки на место и руками прижал края держателя друг к другу. Будем надеяться, надёжно закреплённый один край не даст пружинке невовремя выскочить из гнезда.
        Закрывать панельку уже не было смысла, да и потерялась она. В салоне всё ходило ходуном. Снаружи шлюпка, наверняка, уже загорелась или вот-вот загорится от трения.
        Кулак ударил по кнопке. Ну же, родная! Давай, заводись! Чтоб тебя! У основания держателей предохранителя заискрило, мгновением позже вспыхнуло пламя и погасло. Внутри меня похолодело. Неужели не получилось? Отчаяние, которое я до этого времени старался всеми силами держать под жёстким контролем, взяло своё. Я ударил кулаком в пол. Казалось бы, лёгкая прогулка на «Один», буквально смотаться перед обедом, закончилась взрывом корабля и грозила усилиться гибелью единственного на Олимпике специалиста по «Летучим голландцам».
        Не сразу заметил, что шлюпку стало трясти меньше.

        - Неужели сработало?  - не поверил я.

        - Экран ничего не показывает,  - возразил Уорик.

        - Сгорел. Зато комфортнее стало, заметил, лейтенант? Это значит, что мы перестали неконтролируемо падать. Вся энергия уходит на выравнивание кораблика.

        - Раз так, я потерплю.

        - Как там Марго?

        - Нормально. Спит.

        - Надо же, мне бы так,  - я уселся в кресло, откинулся на спинку и расслабился.  - Всё самое интересное пропускает. Представляешь, как сейчас выглядит падающая шлюпка с Олимпика, Уорик?

        - Как падающий метеорит?  - лейтенант усмехнулся.

        - У-у, никакой романтики. Как падающая звезда, лейтенант. Огромная падающая звезда. Наверное, это красиво.

        - Нам бы удачно приземлиться, капитан. Сейчас что-то не до романтики.
        Я невольно посмотрел на панельку под кнопкой. Своеобразный предохранитель пока работал на славу, лишь незакрепленный конец слегка подрагивал, пытаясь вырваться из тисков держателя.

        - Капитан, а почему в шлюпках нет иллюминаторов?  - через минуту снова спросил лейтенант.
        Вопрос не в бровь, а в глаз. Как-то не задумывался об этом. Да и настроение сейчас такое, ни с чем не сравнимая эйфория оттого, что удалось отсрочить, а то и предотвратить собственную гибель.

        - А шут его знает. Вот выберемся на свежий воздух, целыми и невредимыми, и спросим.
        Расслабленное состояние продолжалось недолго. Импровизированный предохранитель не выдержал напряжения, ведь автоматике и электронике челнока пришлось сражаться, пожалуй, с диким напряжением, выравнивая шлюпку в верхних слоях атмосферы. Под пружиной, а потом по всей пластине электронной схемы управления вспыхнуло и погасло пламя, окончательно добивая начинку шлюпки.
        Мы снова стали неконтролируемо падать.
        Глава 7 Лесные приключения

        В себя приходить начал, когда почувствовал, как меня волокут по жёсткой поверхности. Что-то ребристое прошлось по спине и ногам. Тогда и понял - ещё жив. В памяти понемногу всплыло воспоминание о всё-таки разразившейся катастрофе.
        Импровизированный предохранитель спалил основную плату и шлюпка булыжником стала падать на Олимпик. Как потом узнал, готовые ко всему диспетчеры космопорта попытались дистанционно захватить управление аппаратом. Это нас, по сути, и спасло.
        Вибрация усилилась, но не достигла того предела, когда мы только входили в атмосферу. Помогли и выпущенные крылья. Одним словом, много чего произошло за то короткое время, когда электроника шлюпки ожила. Мы с Уориком ничего не могли предпринять. Всё, что можно, было сделано, теперь оставалось только сидеть пристегнутыми к креслам и молиться.
        Шлюпка шла полого. Мы только догадывались о том, что происходит, анализируя ощущения. Под конец полёта по днищу что-то застучало, сначала слабо, касательно, почти сразу во что-то врезались, основательное такое. Это что-то сломалось. Скорость то ли полета, то ли падения резко снизилась, но не прекратилась. Сразу после первого последовал второй ощутимый удар, и нас закрутило, не хуже чем после взрыва яхты. Ещё удар - и шлюпка повернулась, мы продолжили полёт как-то боком, а потом ещё удар. Находясь в полностью слепой скорлупке, мы ощущали все перевороты и развороты.
        Когда нас крутило, подумалось, что мы упали в лес и шлюпка делает хорошую в нём просеку. Чуть позже… хотя тут время исчислялось секундами, спасательный аппарат достиг земной поверхности, влепился в неё, поднимая вокруг кучу дёрна и веток. Попалась даже особо крупная: она прочертила по борту длинную глубокую вмятину.
        В результате всей этой катавасии моё кресло сорвалось с места. Медленно, со скрипом, основание оторвалось от пола. Возможно, из-за того, что не было других кресел по бокам. Так сказать, почетное место «капитана» среди экипажа спасающихся, которому предоставлено право ударить по единственной для старта кнопке. Оно же сослужило плохую службу. Кресло вырвало из пола, меня протащило, привязанного ремнём безопасности, и ударило головой о борт. Собственно, когда я выключился, остановилась и шлюпка.
        В нос ударил свежий воздух, не загаженный технологическими выбросами. Лес, наверное. Я попробовал открыть глаза. С трудом получилось разлепить один.

        - Уорик?  - попытался позвать лейтенанта и понял - пока членораздельно говорить не получится. В горле пересохло и голос куда-то делся. Ничего, сейчас понемногу, по чуть-чуть, всё придет.

        - Тише, капитан,  - раздалось над ухом,  - пока ничего не говорите. Сейчас я вас вытащу.
        Первым делом увидел тёмную громадину шлюпки - она заслонила весь обзор. Я чуть повернулся: ага, вот, кажется, и деревья. Небо в проделанной просеке, звёзды. Где-то там, среди них, находится космодок. С Олимпика он кажется ещё одной звездой. Глаза раскрылись полностью, заболела голова. Резкой боли не было, но всё-таки она появилась. Чёрт с ней, головой, сейчас свежим воздухом надышимся, глядишь, пройдет. Больше интереса наблюдать за звездопадом.
        Пусть Уорик сколько хочет твердит про сгорающие метеориты. Я тоже это знаю, но думать про сгорающие в атмосфере детали «Одина» как о падающих звёздах приятнее. Вот одна прочертила небо и быстро погасла. За ней вторая, вслед сразу три, ещё, ещё! Говорят, если успеть загадать желание - сбудется. Вот я тормоз! Пока не все детали яхты сгорели, надо загадывать!
        Вот моё желание, падающие звёзды: пусть с Марго будет всё хорошо! Она не знает, что после ранения ей пришлось пережить ещё два адских испытания, после которых попросту не живут. Я не говорю о нас с Уориком, двух здоровых бугаях, мы тоже выжили чудом, а Марго - хрупкая, к тому же, ранена. Раз уж случилось небольшое чудо сразу после взрыва, то пусть и сейчас с ней всё будет хорошо.
        Как будто в подтверждение небо прочеркнули ещё две «звезды».
        Лейтенант, наконец, выволок меня из шлюпки окончательно. Повреждённая нога неудачно ударилась о край люка, аж как током пробило, уничтожая последние остатки бессознательного состояния.

        - Уорик! Осторожнее!

        - О, капитан вернулся!  - радостно воскликнул лейтенант и завершил моё спасение тем, что усадил у борта шлюпки.
        Я с наслаждением откинулся на разгорячённый, ещё не остывший борт.

        - Где капитан Винсент?

        - Вот она, рядом спит,  - Уорик пристроился рядом со мной.
        Я скосил глаза, двигать головой было не то, что лень, боялся, что боль усилится. В двух шагах от шлюпки, на взрыхленной земле, спала Марго: теперь я уже именно так думал - спала. Тем более, и Уорик утверждал то же. Значит, жива. Это хорошо.

        - Эх, башка раскалывается. Знатно в борт приложился. Надо было шлем надеть.

        - Чего уж теперь,  - хмыкнул лейтенант.  - Главное, мы живы, капитан. А голова…  - он вытащил из одного из многочисленных кармашков что-то плоское и передал мне.  - Вот, две таблетки проглотите, пройдет быстро.

        - Зрачки осматривал, лейтенант?

        - На сотрясение мозгов?  - усмехнулся тот.  - Мог бы посмотреть, да только не соображаю в этом. А вы?

        - Тоже как-то не особо,  - я взял пластинку, выковырнул из неё два крохотных шарика и закинул в рот. Запить нечем, пришлось так глотать.  - Спасибо.

        - Не за что. Минуты через две должно пройти.

        - Угу, посмотрим.
        Попробовал прислонить голову к борту, но тут же отдернул, горячий пока.

        - Как думаете, где мы оказались?  - спросил Уорик через некоторое время.
        Прежде, чем ответить, я прислушался к ощущениям вовсе не по вопросу. Какие интересные спецназовцам таблетки выдают: боль, не спеша, но заметно, уходила прочь.

        - Хорошие у тебя таблетки, Уорик. Эх, был бы у нас навигатор, определились бы. Думается, далеко от Олимпика приземлились. В городе сейчас вечереет, а здесь ночь.

        - Значит, помощи ждать не скоро,  - вздохнул лейтенант.

        - Спешишь куда-то?

        - Обещал своих сегодня сводить в ресторан.

        - Э-э… Ребят что ли? Отряд?

        - Да какой там. Семью. Правда, было это до получения задания. Но всё равно успевал. Если б не…
        Уорик замолчал. Да уж, тут мало что скажешь, без потерь не обошлось. И, хоть ещё предстоит выяснить по поводу Гравза всю подноготную, а всё ж был свой.

        - Ещё успеешь сходить, лейтенант, не раскисай. Расскажи лучше о семье.

        - Вам это действительно интересно, капитан, или пытаетесь меня приободрить?

        - Ну, отчасти и то, и другое. И поддержать беседу.

        - Раз так,  - Уорик усмехнулся.  - Жена у меня и две дочки. Одна колледж заканчивает, вторая в младших классах.
        Лейтенант снова залез в карман и достал маленькую квадратную пластинку - электронный приборчик с небольшим объемом памяти, как раз хватает на пару «живых» фотографий. На одной - женщина, чуть моложе лейтенанта, с длинными тёмными волосами, стянутыми в хвост, в домашнем халате. В момент, когда она была запечатлена, женщина стояла у плиты и что-то готовила. Вот она оглянулась и улыбнулась приятной улыбкой. Что-то сказала - «живая» фотография не воспроизводит звук.
        Следующая фотография показала двух девочек. Та, что помоложе, азартно возилась на кровати. Вот кинула подушку в старшую сестру. Снаряд был пойман и аккуратно брошен обратно.

        - Мартышки,  - усмехнулся Уорик, провёл пальцами над изображением, как будто поглаживая, и выключил прибор.
        Мы помолчали некоторое время и на пару полюбовались ночным лесом. В почти полной тишине, когда всю ночную живность распугало падение челнока, я услышал новый звук. Поначалу пришлось напрячься, чтобы расслышать его. Думал, голова снова начнет раскалываться от напряжения. Что-то похожее на журчание воды: оно то пропадало, то появлялось вновь.

        - Что-нибудь слышишь, лейтенант?  - шёпотом произнес я и ткнул Уорика в бок.

        - Нет,  - напрягся тот.  - Что, помощь уже идёт?

        - Хорошо бы. Вон в той стороне, кажется, ручей. Недалеко.
        Ещё минута в молчании.

        - Сходить, посмотреть?  - Уорик попытался подняться, но я его остановил:

        - Раз и ты услышал, значит, мы недалеко от речки и у меня не галлюцинации. Да и в чём воду понесешь?

        - Тоже верно,  - лейтенант расслабился, но тут же снова напрягся.
        Я не успел спросить, в чём причина, как услышал далёкий гул, не свойственный звукам леса. Вскоре распознал работающий мотор лодки. Значит, первая мысль, речка достаточно широкая, чтоб по ней кто-то ходил на плавсредствах. Вторая мысль, кто бы это мог быть? Свои, наверняка, прибудут по воздуху. Местные, что ли?
        Снова ткнул Уорика в бок. Тот кивнул, перетянул вперёд пэпээс и стал пристально всматриваться в стену леса.

        - Где моё оружие?  - шикнул я на лейтенанта, предварительно обшарив вокруг и не найдя ничего убойного, кроме ножа на поясе.

        - Извините,  - также тихо ответил лейтенант и передал автомат.
        Вот теперь другое дело. Если что, смогу помочь Уорику. Из-за ушибленной ноги я почти нетранспортабельный, в плане того, что сам смогу ковылять слишком медленно, если вдруг что случится. Почему-то сомнений в том, что к нам наведались явно не друзья, не возникло. Наверное, из-за случая с Гравзом. Лодка, тем временем, приблизилась, заглушила звуки леса, потом мотор заглох. Видно, прибывшие причалили к берегу.
        Мы быстро, как смогли, перебрались обратно в салон шлюпки. Не забыли спрятать и Марго. Там хоть какая-то защита, снаружи как чистом поле - у всех на виду.

        - А пойду-ка я, в сторону отойду,  - сказал Уорик.

        - Встретить хочешь, что-ли?

        - Нет, просто постою.
        Глаза немного привыкли к темноте. Света звёзд, искрящихся вдоль полоски просеки, хватало, чтоб различать некоторые детали в радиусе нескольких метров. Проверил пэпээс и стал вглядываться в стену деревьев, выискивая что-нибудь движущееся. Пока различал только ближайшие стволы деревьев, низкие кусты между ними, что устояли после падения шлюпки. Дальше - тёмная стена без единого проблеска света.
        Ожидание «гостей» затянулось. Что-то они не спешат. Ну, не испугались же, в самом деле. Я тихонечко начал заводиться. Сдерживался пока, постоянно напоминая самому себе, что Уорик где-то рядом и, хочется надеться, контролирует ситуацию.
        Выстрелить, что ли, для разнообразия? Во-первых, разорвёт тишину. Во-вторых, заставит всех вокруг зашевелиться. Пока смаковал мысль и всё больше убеждался, что надо попробовать, кое-что, наконец, начало происходить.
        Немного в стороне шевельнулись кусты, я чуть высунулся наружу. На мгновение снова всё замерло и вот на просеку, в десятке метров от шлюпки, вышел человек. В темноте я смог разглядеть только нечёткий силуэт. Человек стоял недолго. Вдруг сорвался с места и, не отходя далеко от уцелевших деревьев и кустарников, стал приближаться к шлюпке. Сразу ясно - не свой. Кто-то, кто имеет интерес к упавшему челноку, взрыву яхты и к нам, с него успевшим вовремя сбежать.
        Странным показалось, что гость прибыл один. Других я пока не заметил. Впрочем, загадка разъяснилась быстро. Боец остановился, присел, пытаясь не «светить» особо, и попытался связаться с другими. Видимо, занервничал, потому что начал оглядываться по сторонам. И вот, что-то выяснив, попытался скрыться среди кустарника.

        - Стой!  - крикнул я, привлекая внимание и тут же выстрелил короткой очередью.
        А нечего тут шастать так загадочно. Стрелял на поражение, потому что свои так не таились бы. Пэпээс стреляет негромко, тем и ценится. Тем не менее, в тишине, установившейся в лесу, когда вся природа, кажется, замерла, выстрелы прозвучал громко. Пули срезали несколько веток над головой чужака, тот успел присесть. Загадочное молчание напарника, или напарников, его уже не интересовало.
        Пришлось откатиться от проёма: пули забарабанили по обшивке. Парень выпустил не меньше обоймы. Чуть затишье, и я снова гляжу на тёмную стену леса, выискивая врага. Вот он! Успел подобраться ближе, залёг в буреломе древесных стволов, смешанных с пропаханным дёрном. Спрятался, только голова торчит, в темноте неотличимая от основного пейзажа. Да и я его заметил только когда он начал вставать, чтобы подобраться ближе.
        Тут-то я и выстрелил - самый отличный момент. Подловил птичку на взлёте. «Птичка» мгновенно скрылась с глаз, и сомневаюсь, что прячась от свинцовой очереди. Я в него попал! Уверен, что попал! Тем не менее, напряг зрение, рискуя вернуть головную боль, высматривая движение в том месте, где упал незнакомец.
        Прошло, кажется, несколько минут в относительной тишине, которую вдруг разорвал заведшийся мотор лодки на берегу речки - гости решили уйти. Но я всё-равно не спускал пальца с курка до тех пор, пока из кустов не раздался голос лейтенанта:

        - Капитан, не стреляй, это я.

        - Молодец, что предупредил, лейтенант,  - вот сейчас расслабился, разжал ладони. Пэпээс глухо стукнулся о пол.
        Уорик вылез на просеку.

        - Лейтенант, вон там был ещё один,  - я кивнул в сторону бурелома.  - Проверь.
        Уорик выполнил просьбу и, когда ввалился в салон шлюпки, первым делом доложил:

        - Наповал. Эти ребята были неслабо экипированы,  - он положил рядом со мной два трофейных прибора ночного видения, словно скальпы, содранные с черепа врага.

        - Ты с кем-то дрался, лейтенант?  - спросил я, всматревшись в довольное лицо Уорика. А оно действительно лучилось самодовольством.

        - Хотел взять языка,  - кивнул тот.  - Правда, не получилось. Когда началась стрельба, он попытался удрать.

        - Радуешься чему?  - нахмурился я.

        - Так… это…  - вскинулся лейтенант,  - противник достойный попался. Он почти меня сделал…

        - Ясен день, почти сделал,  - хмыкнул я и приподнял прибор ночного видения.  - Он тебя видел, а ты его - почти нет.

        - Э-э, я эту штуковину почти сразу с него сорвал. Так что парень ослеп и ему пришлось хуже, чем мне. Я-то немного к темноте привык, а после этой штуки нужно некоторое время для адаптации. Он же, считай, вслепую дал мне такой отпор… Подумал было, нарвался на своего инструктора по рукопашной.

        - Угу,  - я кивнул и немного задумался.  - Потом он попытался удрать. И?..

        - Удрал,  - беззаботно пожал плечами Уорик.
        Я удивленно посмотрел на лейтенанта, но тот в ответ только пожал плечами и откинулся на борт, таким образом предлагая мне тихо и спокойно дожидаться помощи.
        Странно, что гостей было только двое. Впрочем, после такого падения шлюпки, неизвестные явно не рассчитывали увидеть тут кого-либо живого, тем более способного оказать сопротивление. Так бы гостей было больше.
        Только-только вновь было успокоившийся лес выдал нам очередную порцию несвойственных ему звуков. На этот раз гости шли по воздуху. Чёрт, если то была только разведка, а сейчас подтягиваются основные силы, нам придется туговато. Мы с Уориком понимающе переглянулись.
        Странные звуки вскоре переросли в рокот вертолётных двигателей. Я выглянул наружу
        - ага, спешат вдоль прорубленной просеке. Вниз бьют два прожектора. Разноцветные огни на бортах делают вертолёты похожими на неопознанные летающие объекты, да только на безоблачном звёздном небе, отчетливо видны характерные силуэты.
        Вот вертолёты подлетели ближе, луч одного из них прошёлся по импровизированной поляне, обшарил шлюпку.

        - Капитан Хаппельмайер!  - донеслось с неба, перекрывая рёв лопастей.  - Это полковник Гриссом. Не вздумай стрелять, капитан!
        Из люка шлюпки выглянул лейтенант и помахал рукой. Тут же сверху упали две верёвки, два человека быстро и ловко спустились вниз. Одним из них оказался полковник. Поверх неизменного пиджака - яркий оранжевый жилет, на голове каска с фонариком, впрочем, головной убор Гриссом тут же снял.
        Сверху стали спускаться ещё люди.

        - Как вы?  - первым делом спросил шеф, входя внутрь шлюпки.  - Ещё кто живой есть?

        - Капитан Винсент,  - кивнул Уорик.
        Взгляд полковника тут же наткнулся на нашу спящую красавицу.

        - Спускайте медиков и люльку!  - отдал наверх команду полковник через переговорное устройство.
        К тому времени сверху успели спуститься ещё человек шесть. Бойцы сразу распределились вокруг шлюпки, занияли оборону.
        Первый вертолёт отлетел чуть в сторону, его место занял второй, и тут же вниз аккуратно и медленно опустилась люлька для раненых.

        - Ты, Крис, смотрю, тоже ранение получил?  - наконец, Гриссом присмотрелся и ко мне.

        - Да так, немного ногу повредил.

        - Сейчас медики спустятся, посмотрят. Ладно, рассказывайте, что произошло.

        - Сергеев разве не докладывался?  - удивился я.

        - Доложился, как без этого? Я за всеми событиями следил. Теперь хочу услышать вашу историю.
        Пока спускались спасатели, и один из них, по знаку полковника, занялся моей ногой, я коротко рассказал, как мы взрывались и падали. Ничего интересного. Дальше эстафету подхватил Уорик. Когда Гриссом услышал про визитёров, с которыми нам пришлось драться, он тут же отправил бойцов прочесать лес вплоть до речки, пожалев при этом, что не взял с собой больше людей.
        Медик быстро определился, насколько серьёзно повреждена моя нога и занялся накладыванием на стопу временной шины. Сказал, что в госпитале трещину залечат быстро.

        - Я боялся, что нас опередят репортёры,  - сказал Гриссом, наблюдая, как двое спасателей в ярких сине-жёлтых куртках выносят из шлюпки Марго в люльке прицепляют её к канатам.  - Не думал, что сюда может нагрянуть кто-то ещё.

        - Ребята серьёзные,  - кивнул лейтенант.
        Спасатели дали команду на вертолёт поднимать груз. В это время подошли двое бойцов, они притащили труп бойца из бурелома.

        - Что с моими ребятами, полковник?  - решился задать вопрос лейтенант.

        - С ними всё в порядке. Когда вылетал с диспетчерской, Сергеев передал, что челнок готовится к отлёту. Только переждут лавину обломков от яхты. Мы больше беспокоились о вас.
        Наверху приняли Марго, стали спускать люльку обратно. Для меня, что ли? Я нахмурился.

        - Э-э, полковник, мне такая помощь не нужна,  - я кивнул наверх.

        - Значит, труп потащим,  - пожал тот плечами.  - Не оставлять же его здесь.

        - Господа,  - вмешался медик,  - советовал бы капитану поменьше тревожить ногу. К полудню вы будете бегать, но сейчас вам нельзя двигать ногой.

        - Понял, Крис?  - усмехнулся Гриссом.
        Возвратились ребята, отправившиеся на разведку к берегу, доложили, что нашли стоянку надувного катера и следы ног. Наши гости скрывались только около шлюпки, оказывается, а там, на берегу, вовсе не собирались конспирироваться. Не к чему. И снова всплыл вопрос, кто это и что им было нужно? Взгляд сместился на труп чужака.
        Дальше всё пошло, как по писаному. Сначала меня погрузили в медицинский вертолёт. Туда же забрался Гриссом, до конца создавая тесноту, но спасатели не возмутились. Остальные бойцы прихватили труп и Уорика. Тот попросил их сделать первую посадку у космопорта, а то и вовсе на взлётном поле, чтобы встретить своих ребят.
        Как оказалось, шлюпка грохнулась недалеко от Дакетта, ближе, чем от черты города расположился космодок. Вертолёты поднялись чуть выше и я увидел две высокие башни
        - одна принадлежит Космической Торговой Компании, рядом с ней - Гранд-Хотель. Правда, сам отель захватил только верхнюю половину небоскрёба, остальное заняли представительства различных фирм и организаций. Башни светились, верхушки терялись в светлом пятне, что видно издалека и чётко говорит - тут город.
        Чуть позже увидел и сам Дакетт: огромное чудовище, играющее миллионами белых огней, кое-где изредка разбавленное другими цветами от рекламных щитов и вывесок. Красиво.
        Другому удивился - кажется, прошло немного времени с нашего старта с Олимпика. На
«Одине» вообще управились быстро. Город же успел погрузиться в ночь.
        Вертолёт с Уориком отвалил в сторону, направившись к космопорту, мы же продолжили полёт прямиком в Дакетт.
        Глава 8 Улицы Дакетта

        Из госпиталя меня выпустили ближе к полудню, посоветовав сильно не напрягать ногу, особенно в манере вчерашних похождений.
        Кадры ночной катастрофы заполонили все три городских и пару планетарных каналов. Кто-то выяснил, что по крышам Бристоля вчера бегал тот же человек, который позже чудом спасся при падении шлюпки с орбиты. Так что я был дважды знаменит. Центральный вход в госпиталь оккупировали репортёры, так что пришлось воспользоваться служебной лазейкой, чтобы обойти стороной этих охотников за сенсациями.
        Прежде, чем уйти, узнал всё про Марго. Врачи удивились её состоянию, когда узнали, что она была ранена. Всё говорило о том, что бравый капитан спит. И у меня настроение улучшилось: до дома шёл пешком, наслаждаясь ясным, без единого облака на небе, днём. Около дома тоже пришлось применять хитрости, чтобы не попастся на глаза ушлым репортёрам и блоггерам.
        Спать не хотелось, так что сразу устроился в кресле с банкой пива, врубил телевизор. Кому как, а для меня и это отдых. Как раз показывали кадры падения спасательной шлюпки. Репортёрам не удалось добраться до раздолбанного аппарата, их опередили полицейские, оцепившие значительную часть леса плотной цепью. Телевизионщикам пришлось довольствоваться кадрами, снятыми издалека: огромный болид врывается в атмосферу, загорается, через пару секунд тухнет - это заработала аппаратура, чуть меняет курс и… снова падает. Красиво, если не вспоминать, что буквально несколько часов назад молился всем богам о чуде, сидя внутри этой скорлупки.
        Репортёры что-то комментировали, я не слышал - звук на минимуме, доносится только невнятное бормотание. Руку к пульту протягивать лень, да и что могу нового услышать?
        Вслед за кадрами падающей шлюпки телевизионщики показали взрывающийся «Один». Съёмки любительские, сделанные наспех кем-то с космодока. Ничуть не интересно, что они там насочиняли - уверен, всю информацию о корабле Гриссом засекретил.
        Я задумался о деле с наркотиками. Надо это дело как-то продолжать, с меня не снимали задания, другому не передавали. Слетать в полицейское управление, что ли, побеседовать с Гайюсом? Хлебнул пива. Нет, Гайюс на сегодня отменяется. Завтра, разве что.
        Когда пиво закончилось, стало понятно - этого достаточно. Вроде, Гриссом намекал про отчёт, да только тошно становится, как только начинаю думать об этом. Натура требовала действий, хоть каких-нибудь. Так что решил пройтись в офис. Погода хорошая, минут двадцать убью, а там с головой в дела.
        Жизнь в Дакетте не замирала ни на секунду, что днём, что ночью. Особенно это ощущается в районе высоток и небоскрёбов, да в приближённых к ним кварталах. Дом, в котором расположилась моя квартира, находится как раз недалеко от центра. От шума спасали звукоизоляционные окна. Как только попал на улицу, сразу утонул в водовороте городской жизни. Решение пройтись до офиса не спеша, благо недалеко, чуть не утонуло в людском потоке, благожелательно принявшем меня в свои объятья и быстро потащившем строго по маршруту. Приходилось часто одёргиваться, напоминать, что никуда не спешу. Шеф сегодня вообще отгул дал и в офисе не ждёт. Останавливался, и снова шёл вперед не спеша, но через пару минут, незаметно, старался не отстать от потока. Нет, так дело не пойдёт.
        Наконец я, выбрался из потока, оказавшись почти вплотную к стеклянной витрине бутика, торгующего бижутерией. Посетила мысль - находится-то он в нескольких шагах от дома. Мимо прохожу каждый день, или проезжаю, и разве что неоновая вывеска над входом знакома: моргающее «Мадам Вонг». Чем торгует - уже мимо. Да, согласен, бижутерия - не мой интерес, с чего бы запоминать? С другой стороны, когда мы с Марго были вместе, знал бы, обязательно выбирал бы подарки здесь. Вон, какие интересные мелочи продают: сережки, браслеты…
        Развернулся к витрине спиной, взглянул на суету вокруг другими глазами. Сейчас текущая в обе стороны толпа, негласно поделенная на два «ручья», показалась чем-то далёким, словно из другого мира. Проезжая часть заполнена машинами. Высокие дома с коническими крышами заканчиваются вертолётными площадками. Вот с одной из них взлетел геликоптер, пролетел на до мной, и скрылся.
        Дальше, по ходу движения, на развилке, стоит приземистое, из стекла и бетона, здание. Центр всей торцевой части занимает огромный экран. Телевизионщики не устают показывать кадры падающей шлюпки и взрывающейся яхты. Вслед за ними - сопутствующие новости: опровержение слухов, что рейсы будут задерживаться, экстренное закрытое заседание, проводимое мэром Дакетта. Телевизионщикам остается только догадываться, по какому поводу. На экране мелькают знакомые лица, Гриссома среди них я не увидел. Его часто приглашают к главе города, хоть наша организация ему напрямую не подчиняется. Одновременно с новостями бегущей строкой - финансовые новости. Бизнес живёт своей жизнью.
        Сделал большой вдох и влился в поток пешеходов. Всегда изумляло сколько на улицах бывает ежедневно народа. Вроде рабочее время, все должны работать в офисах, на предприятиях, а людей всё равно не протолкнуться. Даже с учётом того, что Дакетт - портовый город, туристов у нас мало. Все разъезжаются по другим городам, национальным паркам и курортам.
        Белый верх, черный низ, деловые костюмы щедро разбавлены цветной одеждой праздных пешеходов. Я в толпе не выделялся, если уж на то пошло: отряхнутый от пыли пиджак, в котором вчера начинал погоню за Гайюсом, под ним майка, брюки от другого костюма, кроссовки для удобства. Не люблю ботинки, они кажутся деревянными. Одним словом, почти как все, на меня никто внимания не обращает, никому не нужен, своих проблем достаточно.
        Что я? Вон в узком переулке устроились два бездомных кадра, обложились картонными листами и о чём-то беседуют друг с другом, то ли о жизни своей тяжкой, то ли философствуют. На них тоже никто не обращает внимания. На противоположной стороне улицы, у тротуара, стоит полицейская машина. Ребята явно видят бомжей, но никак не реагируют. Они вообще сейчас, похоже, заняты немного другим, никак не патрулированием. Ну, точно, через тёмное стекло не видел, а вот к машине подбежал парень из забегаловки рядом, что-то передал стражам порядка. У людей обед!
        Не спеша вышел на площадь Трех Фонтанов. Большой сквер, заставленный лавочками, засажен небольшими деревьями, дающими тень, и аккуратными кустарниками. Народу здесь ещё больше. Не сказать, чтобы сегодня было пекло, температура нормальная, чуть больше двадцати, а вот поди ж ты, есть люди, любящие прохладу, что дают фонтаны. Прошёл по площади к массивному низкому зданию, выстроенному в старинном стиле, с широкой лестницей, заканчивающейся несколькими колоннами. Перед зданием небольшая площадка, специальная подъездная дорожка. Над входом вывеска: «Городская управа». Такая же табличка у въезда. Градоначальники спасаются от уличного шума такими же звуконепроницаемыми окнами, что стоят в моей квартире. Только они и спасают. Уличный шум, почти не теряя мощности, достигает восьмого этажа.
        Миновал площадь, вышел на широкий проспект, уходящий за пару километров вдаль. Где-то там он заканчивается очередным сквером, посреди которого в небо упирается памятник первопроходцам - высокий столб с шариком на макушке. Шестиполосная проезжая часть разделена широкой аллеей с лавочками. Добрался до ближайшего перекрёстка, свернул вправо на улицу поуже - через пару кварталов начинаются небоскрёбы. А вот и двадцатиэтажное здание, где расположился наш офис.
        У входа поздоровался с охранником, исполняющего роль швейцара - тоже нашего сотрудника. Тут что-то заставило меня обернуться. Не знаю что. Никакого давления извне или внутреннего предчувствия. Если что и было, то незаметное, похожее на собственное желание. Я остановился на пороге, взгляд метнулся на противоположную часть улицы. Нескончаемая река пешеходов с нашей и той стороны, медленно двигающиеся автомобили. Вот они остановились в ожидании зелёного сигнала светофора, но всё это было не то. Там, на той стороне улицы стоит Марго! Я застыл: не понял юмора! Не отрывая взгляда от женщины, обратился к швейцару:

        - Генрих?

        - Да Крис,  - он заметил моё необычное поведение.  - Что-то случилось?

        - Посмотри туда же, куда и я, Генрих. Расскажи, что видишь.
        Взгляда от Марго не отводил, боялся её потерять.

        - Люди,  - ответил швейцар голосом, в котором можно распознать нотки, мол, а не сошел ли ты с ума, Крис Хаппельмайер?  - Машины. Что я должен увидеть, Крис?

        - Капитан Винсент. Стоит напротив, на краю тротуара. Одета в мужской серый пиджак и брюки.

        - Э-э… Нет, не вижу,  - вот теперь голос Генриха точно приобрел интонацию человека, готового схватить сумасшедшего и отправить его в ближайшую психлечебницу.  - Насколько знаю, капитан Винсент находится в госпитале.
        Я удивлённо посмотрел на Генриха. Как же так? Марго выделяется из толпы хотя бы тем, что стоит перед ней! Вот же она, никуда не делась!

        - Свяжись с Гриссомом, спроси, поступали ли сведения из госпиталя. Вообще, пусть он выйдет на мой коммуникатор. Я пошёл.

        - Куда?

        - За ней!
        И устремился к ближайшему перекрёстку, услышав вслед:

        - Там никого нет, Крис!
        У перекрёстка пришлось остановиться на красный свет и выжидать в толпе желающих перейти на ту сторону целую минуту. Кто-то оттёр меня от края, заслонив обзор. Пока пытался пробраться обратно, включился зелёный. Чуть не бегом преодолел широкую мостовую перед капотами машин, врезался в толпу людей, спешащих с той стороны. Заскочил на тротуар и стал искать Марго.
        На прежнем месте её не оказалось. В растерянности остановился: куда она делась? Неужели галлюцинации пошли после падения на Олимпик? Чувствовал я себя прекрасно: доктора не только залечили ногу, но и, на всякий случай, провели обследование всего остального организма.
        Взгляд рассеянно заметался в поисках Марго и нашел её. Наверное, пока я пересекал проезжую часть, она тоже на месте не стояла. Успела миновать угол и ждала у дальней стороны здания. Стояла посреди людского потока, а пешеходы, будто не замечали, шли мимо, огибая странную женщину в мужской одежде. Впрочем, что ещё ждать от толпы? Рядом может твориться что угодно, но люди, занятые своими проблемами, не обратят на это внимания, если оно не грозит их жизни. А то на другую сторону перейдут, во избежание. Возможно, на Марго и бросали удивлённые взгляды, но это всё, чем ограничивались пешеходы.
        Тирликнул коммуникатор. Я глянул на экран - это до меня прорывался Гриссом. Отлично! Не останавливаясь, ответил:

        - Гриссом, звонил в госпиталь?

        - Не успел, Крис. Они сами со мной связались буквально минуту назад, обнаружили отсутствие капитана Винсент. Ты где сейчас?
        Я кинул взгляд вперёд, туда, где должна была быть Марго. Но её уже там не было. Чёрт! В растерянности остановился, взглядом прошерстил толпу, может, заслонил кто.

        - Крис? Почему не отвечаешь?  - повысил голос полковник.  - Ты сейчас где?

        - Я её увидел, Гриссом. Пытаюсь догнать, но сейчас потерял. Она была рядом с нашим офисом.

        - Высылаю подмогу!

        - Не стоит, она же не преступник. А, вот, увидел. Всё, конец связи. Все вопросы потом. Не вздумай посылать людей.
        Отключил коммуникатор и перешёл на бег. В том месте, где последний раз видел капитана Винсент, той уже не было. Она стояла дальше, у угла здания на следующем перекрёстке. Добрался до него быстро, и обнаружил беглянку уже в другом месте. Интересная игра, дьявол побери. Она куда-то меня заводит, что ли?
        Так и оказалось. Стоило на секунду потерять капитана из виду, она неведомым образом перемещалась чуть дальше, держа меня на некоторой дистанции. И каждый раз становилась так, чтобы её можно быстро найти. При этом всегда выделялась в толпе так, что всё вокруг казалось несущественным, нереальным и, как будто, позади неё. Этаким фоном.
        В результате мы добрались до в малолюдного переулка недалеко от высоток. На этот раз Марго стояла около въезда в подземный гараж невысокой башни. Как только убедилась, что я её увидел, капитан вошла внутрь.
        Охранники на въезде отстали от меня, стоило показать удостоверение агента КГБ. Спросили, не нужна ли помощь и провожали взглядами, пока я не скрылся на втором подземном ярусе, куда завлекала капитан Винсент. Интересно, её они не видели. Уверен, ребята прильнули к экранам мониторов, следя за моими передвижениями с помощью многочисленных камер слежения. Они тут на каждом столбе, надо потом изъять записи, от греха.
        На втором подземном ярусе машин стояло немного. Освещение тусклое: экономят на электричестве. Впрочем, его достаточно, чтобы каждый квадратный метр находился под наблюдением. Интересно, по какому принципу Марго выбирает место для встречи? Я уж не говорю о загадочности процесса.
        Капитан обнаружилась у дальней, глухой стены и тут же скрылась за крайней колонной. Теперь-то, надеюсь, убегать перестанет, всё ж больше некуда. Прошёл по стоянке, свернул за ту же колонну, и всё равно её появление оказалось неожиданным.

        - Крис?  - прозвучало за спиной.
        Вздрогнул, резко повернулся.

        - Привет, Марго, ты чего взялась в шпионов играть?

        - Мне нужно поговорить с тобой без свидетелей, Крис.
        Я многозначительно покосился на камеру видеослежения. Марго заметила взгляд и поспешила «успокоить»:

        - Она не работает, так что мы здесь одни.

        - Хорошо,  - протянул я и кивнул.  - Так в чём дело? Почему ты сбежала из госпиталя? Почему не пошла сразу в офис?

        - Я не могу, Крис,  - Марго поправила пиджак.  - Это долго объяснять.

        - Мы куда-то спешим?  - Я смог, наконец-то, рассмотреть её лучше. Лицо посерело, осунулось, появились мешки под глазами. Да и по общему виду можно подумать, что перед тобой любительница хорошенько выпить.  - У меня сегодня выходной, так что времени полно.

        - Нет, не сейчас. Крис - не ищи меня. И Гриссому передай. Нужно будет, я сама тебя найду.

        - Ты сейчас говоришь какими-то странными загадками. Давай сделаем так: сейчас идём в офис и все проблемы обсудим там.
        Я шагнул блише к Марго, и та тут же отшатнулась:

        - Нет! Не приближайся! Ты пока ничего не понимаешь, но скоро поймёшь. Всё, мне пора. Нужно во всём разобраться самой.

        - Ну так я…

        - Прощай, Крис,  - капитан шагнула в сторону, скрываясь за колонной. Я тут же ринулся следом, но Марго уже нигде не было. Как будто испарилась. Я быстро обошёл ближайшие колонны - пусто. Достал коммуникатор, он всё это время работал в режиме передачи звука.

        - Что скажешь, Гриссом?  - спросил я.

        - Возвращайся в офис,  - последовал ответ.
        Глава 9 Тринадцатый этаж

        Второй сюрприз за день случился буквально сразу, не успел вернуться к офису. К центральному входу подрулил чёрный бронированный автобус. Задние дверки распахнулись, изнутри на свет божий выглянул боец в маске, в полной боевой раскладке спецназа. Я растерянно остановился. Из дверей здания выбежал Уорик и быстро запрыгнул к товарищам в кузов броневика. Дверки захлопнулись, машина рванула с места, что говорится, в неизвестном направлении, свернув на ближайшем перекрёстке.

        - И что бы это значило, Генрих?

        - Тебя полковник ждёт,  - швейцар проигнорировал вопрос.  - Давай, пулей к нему.
        Индикатор, тот, который метр ниже шеи, подсказал - экстренное отбытие группы спецназа каким-то образом связано с Марго и госпиталем. И это не мог быть «побег» капитана, значит случилось что-то ещё, не менее интересное. Попытался вспомить все дела, по которым Гриссом мог устроить сыр-бор. Ничего не вспомнил, впрочем, полковник с минуты на минуту сам всё расскажет.
        Наш офис занимает половину тринадцатого этажа. Начинается с большого холла: в него выходишь сразу из лифта. С первого взгляда кажется, что попал в чью-то квартиру. Тут тебе и диван, и журнальный столик с креслами и, самое интересное, бар. За стойкой скучает Катерина, она принимает редких посетителей, исполняет функции секретаря на предмет вызвать кого и, само собой, барменши, угощая заблудившихся или редких клиентов в ожидании сотрудника КГБ. Да мы и сами временами не прочь отдохнуть в холле. На сей раз встревоженное лицо Катерины не оставляло возможностей переброситься парой слов, а то и приложиться к стопочке коньяку. Она, только увидела меня, сразу кивнула головой в сторону стальной двери, за которой располагается наше всё. Дверь приоткрыта - о моём появлении в офисе знали, так что без предварительной проверки (мы на неё и так часто плюем, если честно), шмыгнул в длинный узкий коридор и сразу помчался к кабинету Гриссома.
        Прозрачная стена, такая же дверь. Полковник следит за моим продвижением по коридору, при этом часто поглядывает на голографический монитор. Как только я вбежал в кабинет, он молча кивнул головой, мол, присоединяйся.
        Я упал локтями на столешницу стилизованного под старину стола. Трансляция шла от той группы спецназа, что при мне отъезжала от офиса. Поначалу только безжизненные маски бойцов. Через пару минут Гриссом переключил режим и изображение распалось на четыре, одно из которых транслировалось из кабины броневика.

        - Что у нас?

        - Из госпиталя поступило интересное сообщение. Кое-что их смутило,  - не отрывая взгляда от картинки, ответил Гриссом.

        - Это касается Марго?

        - Да, они отправили нам образцы. Результаты исследований прислали по электронной почте. Ты как раз разговаривал с капитаном Винсент.

        - Понятно. А спецназ?
        Вопрос остался без ответа.
        Всё-таки Марго на «Одине» что-то подцепила.
        На экране тем временем начали происходить события, которые оправдывали спешку спецназа. Броневик вырулил на узкую улицу, с невысокими домами, первые этажи которых занимали небольшие магазинчики и бутики. Когда я возвращался из госпиталя домой, здесь и шёл. Пешеходов мало, транспорта тоже немного. Улица, худо-бедно, просматривается на пару-тройку кварталов. Вот и нужный нам фургончик, с красно-белыми полосками, вырулил из-за угла за пару перекрёстков от нашего, завернул навстречу. Вокруг тихо и спокойно. Казалось, ещё немного, спецназовцы встретят груз, и можно трубить отбой. Я уже начал коситься на великого перестраховщика Гриссома, как всё изменилось кардинальным образом.
        На первом же перекрёстке, почти вплотную к броневику, игнорируя красный сигнал светофора, откуда ни возьмись, появился небольшой белый фургон без опознавательных знаков, перекрывая видимость и возможность двигаться дальше. Водитель вжал педаль тормоза, камеру метнуло вперёд, чуть не ударяясь о лобовое стекло.

        - Что за ерунда?  - воскликнул водитель и нажал на клаксон.

        - Как вовремя,  - пробормотал полковник.

        - Все на выход!  - отдал команду лейтенант Сайдл, и тут же выскочил из броневика.
        Он обогнул фургон и побежал к следующему перекрёстку, где ещё один фургон, близнец первого, перекрыл движение машине из госпиталя. На встречной полосе водители постарались побыстрее унести ноги и колеса. Кому не повезло, спешно покидали свои машины, оставляя их где придётся.
        Уорик подбежал к кабине фургона, перекрывшего ход госпитальной машине, распахнул дверь - внутри никого. Тогда он обогнул фургон, и перед нами с Гриссомом предстала нерадостная картинка: двери «скорой помощи» раскрыты, водитель, он же курьер, лежит под колёсами, без сознания. Кто-то из спецназовцев забрался внутрь медицинского фургона, полковник тут же переключился на его камеру. Нападавшие знали, что надо было забрать и знали, где оно находится. Внутри не было ничего перевёрнуто, вещи остались лежать там, где располагались первоначально.

        - Водитель жив,  - в водительском окне появился боец, проверявший единственную жертву нападения,  - его оглушили.
        Хоть здесь без жертв обошлось, я тихо выдохнул.

        - Груза нет,  - доложил спецназовец, закончив рыться внутри фургона.
        Подъехал полицейский джип с включеной мигалкой. Вслед за ней к месту происшествия подъехали ещё два экипажа. Уорик снял каску, повернул камерой к себе.

        - Полковник, мы опоздали. Образцов нет.

        - Возвращайтесь, лейтенант,  - ответил Гриссом.  - Пусть полицейские приведут там всё в порядок.

        - Есть!

        - Вот такие дела, Крис,  - предварительно вырубив монитор, полковник откинулся на спинку кресла.

        - Происходит что-то, о чём мы не имеем ни малейшего понятия? Кто-то украл у нас образцы, значит, что-то в них есть интересное. Я не буду спрашивать, откуда о них узнал противник. Откуда ты узнал, что будет нападение, полковник?

        - Чуть-чуть опоздали,  - Гриссом взглянул на меня и подвинул по столешнице свёрнутый вдвое лист бумаги.  - Читай.
        Интересный способ обмена информацией. Старый, как мир, и ненадёжный. Хотя, как посмотреть. Электронная почта порой тоже бывает небезопасна. Содержимое письма оказалось, не побоюсь этого слова - ошеломляющим.

        - Интриги мадридского двора, не меньше,  - я посмотрел на полковника.  - И ты этой писюльке тут же поверил?

        - Как видишь, да.
        Здесь не поспоришь, но чтобы вот так взять и поверить бумажке с напечатанным предложением: «Образцы будут похищены!» без уточнения что, где и кем. Предупреждение отпечатано на принтере, наверняка чужом, если отправитель не дурак. Я эту записку сразу выкинул бы в урну.
        На скептический взгляд полковник ответил действием: пододвинул ко мне ближе конверт, на котором написан адрес Комитета. В углу конверта стоит печать почтовой службы Гранд-Хотеля. Имени отправителя не было - неизвестный предпочел остаться анонимом.

        - Должен был среагировать,  - будто в оправдание, продолжил Гриссом.  - К тому же всё сходилось. Другой вопрос: кто это отправил. Я послал туда Григория, он должен разобраться. Как только от него придёт сообщение…

        - Полковник, только не говори, что меня туда пошлёшь,  - я отстранился от стола и подозрительно уставился на шефа.  - Ты дал мне отпуск.

        - Сам явился,  - Гриссом философски пожал плечами,  - так что впрягайся в работу.
        Я взял тайм-аут, уселся на стул.

        - Про Гравза что-нибудь удалось узнать?

        - Не много. Лейтенант Сайдл как раз рассказывал то, что ему известно, а потом решил поучаствовать в операции с курьером. Скоро явится, может ещё что дополнит. Полгода назад, до вступления в отряд, Гравз работал охранником КТК. Отпустили его оттуда «с миром», он работал там не больше четырёх месяцев. Конфликтов не было. Сам с Фронтира, но нужно изучать документы, что он там делал и чем занимался. Впрочем, думаю, в полиции в своё время бумажки изучили досконально.
        Мы посидели молча, думая каждый о своём. Впрочем, у меня мыслей никаких не было. Хотя нет, не выходила из головы Марго - что с ней случилось на самом деле? Чем заразилась таким, что некто неизвестный решил украсть образцы? Эдак получится, что и в офис могут заявиться за электронной документацией. Там ведь тоже показания и выводы такие, что могут вывести на людей, желающих скрыть случай с пропажей людей на «Одине». Уверен, всё это взаимосвязано.
        Первый, и главный подозреваемый в деле лайнера - Космическая Торговая Компания. Вилами на воде, конечно, писано. В реальности всё может оказаться совсем не так и КТК тут вовсе ни причём. Честнейшие люди, белые и пушистые. Только вот почему-то не верилось в их невиновность. Пусть не вся КТК. Пусть даже не всё её представительство на Олимпике в этом замешано, только часть. Кто ещё, если подумать, может нанять людей для таких точечных операций, как, скажем, похищение образцов? Внедрение сотрудника службы безопасности в полицейский спецназ. Да и вообще, такая куча дел вырисовывается, что страшно от одного перечисления становится. Хотя это только, чую, вершина айсберга. На всё это нужно хорошее финансирование, комплектация и разведка. Кроме КТК никто не подходит. Остальные возможные фигуранты слишком мелки для таких дел. Или наша служба работает из рук вон плохо, что проглядела крупного игрока.
        Одним словом, вопросов много, в качестве ответов одни догадки и ничего конкретного.
        Из задумчивости вывел озабоченный голос Гриссома:

        - Как интересно. Кто-то и нами серьёзно занялся.

        - Что такое?
        Взгляд, вслед за линией внимания Гриссома, переместился в коридор. Над входом в небольшой закуток системщиков мигал красный огонёк. Вот это уже серьёзно. Сигнал на моей памяти срабатывал всего два раза, и то меня в это время в офисе не было. Да и давно это было.

        - Пошли, глянем,  - Гриссом сорвался с места.  - Это, скорее всего, по тому же делу.
        Я вжался в стену, пропуская полковника.
        Мы ворвались в кабинет системщиков. Двое молодых парней ожесточённо передвигали на большом голографическом экране, не уступающим размерами главному корабельному, окошки с данными, изображениями, графиками и прочей понятной только им информацией. На взгляд непросвещённого казалось, что они играют в некую игру, пользуясь служебными данными. Третим был Веллер, чуть моложе Гриссома и с рано облысевшим черепом. Он озабоченно вглядывался в плоский монитор, повернутый от входа так, что никто не мог видеть, что там происходит. За спиной главного системщика на стене висит портрет хмурого дядьки в древней фуражке и таком же древнем кителе. Казалось, он пристально наблюдает за действиями Веллера. Яркая особенность - заостренная борода. Как-то интересовался, что за персонаж. Системщики мудро ответили, мол, основоположник. И всё, подробностей никаких, только странное имя - Феликс.
        Никто из троих на наше вторжение не отреагировал, пока Гриссом не задал вопрос:

        - Что происходит?

        - Красная лампочка горит, шеф,  - отозвался Веллер.  - Кто-то пытается влезть в нашу систему. Атака на сей раз профессиональная и многослойная. Нам пока пока удаётся сдерживать их. Вот, пытаюсь выяснить, кто это.

        - Успехи есть?  - Гриссом подошёл за спину Веллеру и внимательно всмотрелся в показания. Я даже дёргаться не стал, остался у входа. Всё равно ничего не пойму.

        - У них тоже защита ого-го,  - ответил Веллер.  - Я не могу пробиться дальше буферного сервера.

        - Что это означает?

        - Попасть на буферный сервер можно откуда угодно, хоть с космодока, но, чтобы вести с него такую мощную атаку… Боюсь, без помощи тут не обошлось.
        Ключевые слова были сказаны, рука непроизвольно потянулась к кобуре с пистолетом, правда, вовремя вспомнил, что не вооружён. Вопросительно уставился на полковника.

        - Сколько сможете продержаться?  - спросил тот.

        - Сложно сказать,  - поморщился главный системщик.  - Пробовали и так, и этак… Но пока глухо. Они легко пробили основную защиту, перекрыли порты…

        - Гриссом,  - решился оторвать того от интереснейшего занятия,  - пойду, проверю вокруг сервера всё, ага?

        - Вместе пойдём,  - шеф, наконец, оторвался от созерцания монитора, всё равно ничем не мог помочь.

        - Ага, давайте,  - напоследок кинул Веллер,  - может, найдете что-то такое… необычное.

        - Насколько необычное?  - спросил я, когда мы вышли в коридор.

        - Понятия не имею,  - Гриссом пожал плечами.  - Могу одно посоветовать - увидишь что-нибудь подозрительное, наверняка не наша система.

        - Угу,  - как будто я и в проводах разбираюсь.
        Буферный сервер соединяет наш офис с миром, как можно догадаться. К тому же, и это наверное, минус, он общий на всё здание. Не нужно спрашивать, почему так получилось, и почему мы не поставили своего отдельного сервера. Сейчас не до того. Вооружившись «сонными» пистолетами, мы с Гриссомом покинули офис под изумлённые, а кое-где испуганные взгляды немногочисленных сотрудников, среди которых не оказалось ни одного оперативника. По пути Гриссом отдал приказ Катерине, объявить о ситуации другим службам. Атака шла на Комитет, вряд ли кто-то ещё ощутил что-либо серьёзное, такая вот фишка в буферном сервере. Хотя кто-то мог
«почувствовать» отголоски.
        Специальное помещение с температурным режимом, похожее на серверную в любой уважающей себя организации, только если там серверов много, у нас только единственная прямоугольная коробочка мигает разноцветными лампочками. Вокруг - чистота, порядок и прохлада, словно в холодильнике. Вход - единственный, его по очереди охраняют ребята из работающих в здании фирм. Наши чаще, но только не сегодня. Тем не менее, когда мы с Гриссомом появились у помещения, дверь в него была вскрыта, а два охранника из туристической фирмы терпеливо топтались рядом.

        - Что ж, Крис,  - сказал полковник,  - давай искать то, чего здесь не должно быть.
        Зря вызвался сходить посмотреть. Как тут можно заметить что-то чужое? Вот коробочка, все провода спрятаны под ней, идут по кабинетам, вмурованные в бетонные стены. Да и проникнуть сюда невозможно, разве что кого-то перекупили. Тем не менее, осмотрели помещение в поисках следов, потом занялись сервером на предмет не прицеплено ли к нему лишнего. Тут без помощи специалистов не обошлось, пришлось звать системщика от соседей. После небольшого осмотра, тот вынес вердикт: чисто.

        - Атака продолжается?  - связался с Веллером полковник и, получив ответ, приказал:
        - Вырубай сервер!

        - Но…

        - Вырубай!  - голос Гриссома приобрёл стальной оттенок.
        В следующий миг десяток организаций во всём здании был окончательно отрезан от мира.
        Глава 10 Гранд-Хотель

        Загрузку буферного сервера производил лично Веллер, никому не доверяя. Да и
«жучка» надо было найти в обязательном порядке, чтобы в дальнейшем исключить подобное ЧП. Когда нашли «вредителя», Гриссом мрачно пообещал найти того, по чьей вине это произошло. Мы с главным системщиком даже и не сомневались, сделает полковник это быстро.

        - А если этот человек уже не на Олимпике?  - спросил я.

        - Найдём в любом случае,  - буркнул Гриссом.

        - Кстати,  - из кильватера вперёд вышел Веллер,  - мы успели определить цель хакерской атаки, прежде чем вырубилась система.

        - Дай догадаюсь,  - Гриссом продолжал насупленно молчать, твёрдо направляясь к своему кабинету, так что в дело пришлось вступить мне.  - Они хотели добраться до посылки из госпиталя?

        - Точно. Тем более, что сервер самого госпиталя был взломан вполне успешно. Хакеры атаковали их одновременно с нападением на курьера.

        - А наш почему обидели?

        - Несогласование во времени?  - Гриссом ворвался в кабинет и оккупировал кресло.

        - Я проверю записи,  - спохватился Веллер.  - Наверняка, внедрение началось одновременно, только они не ожидали, что наткнутся на наши доморощенные блоки защиты и провозились с ними какое-то время.

        - Откуда велась атака, удалось узнать?
        Веллер только развел руками:

        - Не в этот раз, шеф. Но, если они повторят атаку, мы будем готовы. Жан уже предложил кое-что интересное.
        На том главного системщика мы и отпустили.
        Как раз поступило сообщение от Григория. Он что-то выяснил, так что пришлось брать руки в ноги и отправляться в Гранд-Хотель, оставляя за спиной неопределённость, правда, с уверенностью, что Гриссом во всём разберётся. В любом случае, ему придётся снимать с дел нескольких агентов, чтобы дежурить в офисе. После неудачи с хакерской атакой неизвестные могут нанести визит лично. От такого не застраховано и КГБ, не смотря на грозную аббревиатуру.
        По пути перехватил Уорика. Его команда как раз подъехала к зданию. Ребят лейтенант отпустил по домам, сам же собирался подняться наверх, чтобы продолжить беседу с Гриссомом. Узнав, что в его услугах полковник пока не нуждается, Уорик с удовольствием согласился составить мне компанию. К тому же от Гранд-Хотеля ему ближе домой добираться.
        Про Гранд-Хотель я уже рассказывал. Это один из двух самых высоких в Дакетте небоскрёбов. Чтобы снять в нём номер, нужно много денег и удачи.
        Добрались на такси. Водитель жёлтого драндулета лихо подкатил к основанию широкой лестницы, ведущей к парадному входу. Швейцар открыл дверцу, в расчёте на то, что из салона выйдут будущие постояльцы отеля, и одарят его чаевыми. От центрального входа, чуть не бегом, к нам стал спускаться молодой парень в оранжевом, военного покроя, френче и бескозырной шапочке. Портье пришлось поумерить пыл, когда из машины появились мы с Уориком. Лейтенант, перед тем, как отправиться на очередное задание, скинул с себя шлем, и бронежилет, оставшись в чёрной спецназовской форме. Не узнать в нём полицейского было затруднительно. Портье замер, словно в стену влепился. На лице появилось разочарование, и он отправился обратно на пост, ожидать следующих посетителей.
        Просторный холл с высокими потолками, недалеко от входа небольшой фонтан. Перед ним на широком постаменте, под лёгкую музыку, танцуют пять танцовщиц в сари. Голографическая программа, конечно, но сделана настолько здорово, что казалось, это живые люди. Ближе к лифтам стойка, за которой два работника отеля и охранник напряжённо всматриваются в новых посетителей, от полиции не ожидая ничего хорошего.
        Недалеко от стойки мы обнаружили Григория. Он любовался танцем голографических танцовщиц и, как только увидел нас, вскочил, замахал руками. Чудак-человек, я его и так увидел. На полголовы ниже меня, с пробивающейся лысиной, коренастый. Выглядел на все сорок пять, хотя всего на два года старше меня. Вкупе с беспокойным характером выглядит этаким колобком. При этом хороший оперативник, раскрутивший в своё время пару громких дел. Сейчас он на такое не способен: подсадил печень и, хоть её привели в порядок, но Григорий стал уже не тот.

        - Привет, ребята!  - воскликнул он, подойдя ближе.  - Что у нас там в офисе творится? Я не мог никак достучаться до Гриссома.

        - Небольшие проблемы,  - я не стал рассказывать подробности, сам потом всё узнает.
        - Что у тебя? Нашёл отправителя?

        - Это было не трудно,  - Григорий достал из внутреннего кармана пиджака электронную записную книжку.  - Вот! Я тут всё записал. Вычислил, с какого терминала была напечатана та записка, и выйти на человека, который это сделал, не составило особого труда.

        - Да ты волшебник!  - иногда не помешает и немного лести.

        - Брось, Крис! Лучше смотри, что за цыпа писала нам записку.
        Оперативник ткнул мне в нос книжку: тоже привычка такая. Пришлось аккуратно отвести его руку чуть подальше. Только тогда смог рассмотреть рыжеволосую даму лет тридцати с хвостиком.

        - Точно она?  - недоверчиво взглянул на Григория.

        - Точно,  - закивал он.  - К терминалу, кроме неё, никто не подходил. Ты знаешь, кто это?

        - Первый раз вижу,  - я уставился на Григория в ожидании откровения. И оно прозвучало:

        - Ну, тёмный ты, Крис! Это же Кэрри МакГвайер!
        Ага, сразу многое объяснило.

        - Ну, Крис! Ты что, газет никогда не читаешь, что ли? Самый скандальный репортёр
«Мехико-Таймс»!

        - Вот мне больше делать нечего, как «Мехико-Таймс» читать. За каким, интересно, мне нужны газеты другого континента? Я и наши-то ни разу в глаза не видел.

        - Видел, с кем приходится работать?  - Григорий обратился к Уорику, тихо-мирно стоявшему рядом и не пытавшемуся влезть в разговор.  - Тёмный ты, Крис.

        - Повторяешься, Григорий. Что она, кстати, в Дакетте делает? Материал собирает?

        - Если б я знал,  - вздохнул оперативник.  - Гриссом приказал тебя ждать и в одиночку к ней не подходить. Как будто она меня сожрет. Хотя… эта цыпа может сожрать кого угодно. Так что я и сам бы к ней не подошёл. Зато я знаю, где она сейчас!

        - Вот с этого и надо начинать. Веди, давай. Возьму огонь на себя.

        - Нам надо подняться в ресторан. Пойдёмте.
        Поднимались на скоростном лифте почти на самую макушку небоскрёба. Цены, как и расположение, заоблачные. Чтобы собрать средств на скромный ужин в этом заведении, мне лично нужно трудиться месяца два.
        Огромное, светлое помещение, стеклянные стены, столики расположены вдоль окон, чтобы посетители, поглощая шедевры кулинарного искусства, не забывали любоваться городом. Дабы не мешать друг другу, столики отделены друг от друга высокими панелями, отчего у посетителя создавалось иллюзорное впечатление уединённости.
        Как только мы вышли из лифта, к нам тут же подскочил официант. Мне довелось за короткое время наблюдать у нескольких людей разочарование по одному и тому же поводу. Сначала портье, теперь официант без труда распознал в нас полицейских. Понял, что в этот раз не повезло, но всё же подошёл:

        - Что угодно господам?  - тон, не ожидающий заказа. Необходимая вежливость. Надежда, всё же, проскальзывала: а вдруг?

        - Нам нужна Кэрри МакГвайер, парень,  - прежде чем я открыл рот, встрял Григорий, сунув в нос официанта удостоверение сотрудника КГБ и, вместе с ним, изображение женщины из записной книжки.
        Ткнул непоседу кулаком в бок.

        - Э-э… господа?..  - неуверенно начал официант.  - Вас ждут?

        - Престиж вашего заведения,  - я оттеснил Григория за спину,  - никаким образом не рухнет, если вы подскажете нам номер кабинки. Мы ведь можем и сами обойти ресторан, верно?

        - Хорошо, господа,  - неуверенность в голосе распорядителя никуда не делась.  - Тридцать четвёртая кабинка. Это в той стороне.

        - Вот что,  - я повернулся к напарникам,  - постарайтесь до поры, до времени не светиться перед глазами.
        Госпожу МакГвайер нашёл быстро. Она сидела за столиком в одиночестве, рассматривала пейзаж за окном и потягивала то ли чай, то ли кофе. В реальности репортёрша оказалась привлекательней, чем на картинке. Впрочем, так и должно быть. Так всегда бывает. Картинка, особенно застывшая, не может передать многих особенностей. К тому же, Григорий фотографировал Кэрри на ходу, из какого-то укрытия.
        Чуть волнистые рыжеватые волосы до плеч убраны в «конский хвост», одета в бежевого цвета деловой костюм. И от неё шёл приятный запах духов.
        Меня заметила почти сразу.

        - Кэрри МакГвайер?

        - Чем могу быть полезна?
        Вместо удивления на её лице прочитал досаду, что прервали уединённый отдых, и большие неприятности персоналу ресторана. Я поспешил представиться. Сегодня, как никогда пользуюсь удостоверением сотрудника Комитета. Репортёрша… Хотя, глядя на миловидное лицо, за которым не забывают ухаживать, трудно назвать женщину репортёршей. Сразу отдает вульгарщиной. Одним словом, Кэрри недолго всматривалась в удостоверение. Его невозможно подделать - всё ж специальные технологии.

        - Разрешите присесть?
        Если верить Григорию, МакГвайер имеет не очень хорошую, с оттенком скандала, репутацию. Я ожидал, что не получу разрешения, но всё же намеревался усесться напротив женщины при любом раскладе. Если скандалистка, есть шанс поставить её на место, тоже не лыком шит. Впрочем, до этого не дошло: лёгкое движение рукой, мол, присаживайтесь, чего уж там.

        - Могу заказать вам кофе, если желаете,  - взгляд Кэрри изучал меня, впрочем, и я не отставал.  - За мой счёт.

        - Я могу позволить себе кофе в этом ресторане,  - улыбнулся я.  - Мне всего лишь нужно задать пару вопросов.
        Небольшая пауза.

        - Задавайте.
        Говорить ничего не стал, вытащил из кармана копию записки с предупреждением, развернул и положил перед рыжеволосой. И тоже взял паузу, внимательно следя за её реакцией. В ответ, вопросительно поднятая бровь.

        - Откуда вы об этом узнали?  - спросил я.

        - Думаю,  - Кэрри медленно отодвинула в сторону кофе,  - бесполезно спрашивать, откуда вы узнали обо мне.
        Я кивнул и продолжил наблюдать. В некотором смысле Григорий прав: есть в ней что-то такое, скандальное. Наверное, профессия откладывает некий отпечаток на внешность, к тому же играет роль, как себя ведёт человек. Я в людях не особо разбираюсь, так что, если бы не предупреждение Григория, эта девица показалась бы вполне привлекательной. Не сказать, что лучше Марго… хотя я сейчас рассуждаю с предубеждением. Оставим, наверное. Во всём остальном, вполне, вполне.

        - Это случилось?  - женщина ткнула в листок накрашенным ногтём и уставилась на меня.

        - Да,  - я не стал скрывать. Всё равно, рано или поздно, узнает.

        - Для меня это тоже загадка, вообще-то. И не только это. Кстати, это же вы тот самый Крис Хаппельмайер, о котором телевидение все уши прожужжало?

        - Интервью не будет, ни под каким видом.

        - Оно меня не интересует. Хотя,  - репортерша соблазнительно улыбнулась уголком рта, но я предпочёл оценить это как дежурную улыбку,  - я бы от него не отказалась. Впрочем, ладно, может, появится шанс.
        Кэрри взяла очередную паузу. Как и раньше, я не собирался встревать, перебивать или подталкивать. Видно, «скандальная» репортерша сама идёт на контакт, так зачем же портить всё?

        - Если вы проверите гостиничную запись, сможете убедиться, что я нахожусь здесь всего несколько часов. Прилетела, можно сказать, по приглашению. В электронном письме было только настоятельное предложение появиться в Дакетте.

        - Кто писал?

        - Не знаю.
        Удивленно поднял бровь.

        - Я правда, не знаю. В письме говорилось, что если я хочу что-то узнать про моего дядю, должна немедленно быть здесь. Всё!

        - И сразу, безоговорочно, в это поверили?

        - Я стараюсь проверять всё, что касается дяди, Крис Хаппельмайер,  - взгляд Кэрри похолодел.  - Поэтому ничто меня не остановит, если дело касается Ксавьера Пикарда.

        - Хорошо, хорошо,  - я откинулся на спинку стула.  - Но меня интересует записка.

        - Когда я заселилась в номер,  - женщина немного успокоилась,  - мне пришло письмо с предложением - напечатать эту записку,  - она глазами указала на лежащий между нами листочек,  - и отправить её в ваш офис. Не знаю, зачем это нужно, но неизвестный утверждал, что таким образом я приближусь к разгадке своего вопроса.

        - Что ж. Может, этот ваш источник хотел, чтобы мы встретились?  - задумчиво проговорил я. В принципе-то оно так и выходило.

        - Эй, эй, господин Хаппельмайер,  - усмехнулась Кэрри,  - не так быстро.

        - Нет,  - наверное, я немного покраснел, когда понял, как расценила высказывание репортёрша.  - Я не в этом смысле. Я готов признать, что вы привлекательная женщина, хотя вас и представили как скандальную журналистку.
        Кэрри звонко рассмеялась, привлекая внимание проходящего мимо официанта и соседей по столику:

        - Надо же как!
        Я растерянно развёл руками. Что тут сказать? Только одно: когда она засмеялась, стала чем-то похожа на Марго, в те первые дни, когда мы познакомились. Это уже позже, ближе к разрыву она становилась всё холоднее и всё больше далёкой… Чёрт, что-то меня не в ту сторону понесло.

        - Так что же вы имели ввиду, Крис Хаппельмайер?  - дежурная улыбка превратилась в более дружелюбную. Задушу Григория, чуть впросак не попал. Всё из-за него.

        - Ну, вы и так догадались, не так ли?
        Я на миг задумался, расценивая шансы докопаться до истины. Лучше всего выходило взять это дело в свои руки. Следующее требование чуть не повергло женщину в шок:

        - Мне нужен доступ к вашему почтовому ящику.

        - Там конфиденциальные письма, между прочим,!  - её брови взлетели к чёлке.

        - Меня они не интересуют. Мне нужны те два письма, которые привели вас сюда. В остальную переписку обещаю не лезть.

        - Соображаете в компьютерах?
        Ну и мимика у этой дамы! Каждый раз что-то новое. Сейчас во взгляде доминировала заинтересованность.

        - Отдам его на растерзание специалистам. Через эти письма мы сможем выйти на источник,  - я развел руками, словно волшебник, заканчивающий показывать фокус.  - Все очень просто.

        - Хм… Хорошо. Тогда нам нужно пройти в мой номер.
        Когда у лифта к нам присоединились Уорик и Григорий, Кэрри немного удивилась, но не стала возражать. Она держалась почти независимо и, пока мы добирались до её номера шестнадцатью этажами ниже ресторана, делала вид, что мои напарники не с нами. Мне же перепала роль спутника дамы. Неплохая роль. Пусть Григорий позавидует. Он хоть и женат, ловелас ещё тот.
        В какой-то момент, пока шли по коридору, меня посетило чувство дежа-вю. Показалось, что вернулся на «Один». Различие присутствовало в некоторых деталях: чуть другой орнамент стеновых панелей, длиннющая, на весь коридор, дорожка. И, конечно же, люди. На яхте было безлюдно. Тут то и дело встречаются служащие отеля. Вот, портье открывает номер и запускает в него новых жильцов. Вот прошли мимо номера, откуда только что вышла горничная с тележкой для уборки. Мимо прошла смеющаяся парочка, явно уже навеселе, хотя ещё не вечер. Ни они на нас, ни мы на них внимания особого не обратили.
        Номер две тысячи семьнадцать: две комнаты, большое окно закрыто тяжёлой шторой, немного раздвинутой в центре на полметра. Первым делом я подошёл и выглянул наружу: восточная сторона, космодок остался на западной. Между двумя соседними башнями виден небольшой участок Бристоля. Башня-близнец Гранд-Хотеля чуть в стороне, виден только его угол.
        Номер обставлен достойно: диван, столик, пара кресел. Широкая арочная дверь ведёт в спальню.
        Григорий осматриваясь, обошёл гостинную по периметру. Уорик, продолжал изображать ходячую мебель: устроился у входа. Кэрри скрылась в спальне. Мне пришлось цыкнуть на Григория, чтоб тот не подсматривал за репортёршей. Никуда она не денется.
        Убедившись, что тот ушёл на другую сторону гостинной рассматривать репродукцию неизвестного художника-авангардиста, я продолжил наблюдать за городом с высоты птичьего полета.

        - Чёрт, да где же он!  - раздался из комнаты раздражённый голос Кэрри.

        - Что-то случилось?  - первым там оказался Григорий.

        - Я не могу найти лэптоп!  - Кэрри перебирала немногочисленные вещи, не забыла заглянуть и под кровать. Кстати, над ней, на потолке, обнаружилось большое зеркало.

        - Это не такая маленькая вещь, чтобы затеряться,  - я оттёр в сторону напарника.

        - В номере кто-то был, Крис!  - взгляд, который Кэрри кинула в мою сторону, отличался полной растерянностью. Она рухнула на кровать и потерянно уставилась на меня.
        Солнечный свет заполнял всю комнату без остатка, да и дизайнеры постарались, отделали тут всё белым.

        - Косяк,  - буркнул Григорий, а я полез за коммуникатором. Связался с Веллером.

        - Кэрри, ты должна назвать пароль почтового ящика,  - повернул коммуникатор экраном к ней. С той стороны, в камеру любопытным взглядом уставился Веллер собственной персоной.  - Обещаю, в личные письма никто лезть не будет.

        - Что у вас там происходит?  - поинтересовался, наконец, наш главный системщик.

        - Давай, Кэрри! Если лэптоп унесли, значит, его уже потрошат. Мы можем опоздать и тогда…
        Я вовремя заткнулся. Не в моих правилах принуждать людей к сотрудничеству запрещёнными ударами. Таким могло быть напоминание о поиске дяди. Сама должна сообразить. И Кэрри сообразила. Быстро продиктовала всё, что нужно. Потом я объяснил Веллеру задачу. Он парень умный, сделает даже больше, чем от него хотят.
        Нам же осталось только ждать. Расположились в холле и мрачно уставились кто куда: в пол, в картину. Уорик, наконец, оторвался от косяка входной двери, подошёл к окну. Я положил коммуникатор на журнальный столик и краем глаза наблюдал за рыжеволосой.

        - А не отправиться ли нам в офис?  - спросил Григорий.

        - Отдыхай, пока возможность есть.
        Правда, отдыхать нам долго не пришлось. И причиной этому стал Уорик, а не звонок от Веллера.

        - Парни, смотрите, что происходит!  - воскликнул он, оборачиваясь к нам.
        Вся наша компания мигом оказалась около окна и стала свидетелем необычного зрелища. Между стенами небоскрёбов, над крышами домов Бристоля, вырастал странной формы и цвета туман.
        Глава 11 Переулки Бристоля

        Туман поднимался с нескольких улиц одновременно, как будто там кто-то распылил некое вещество.

        - Есть ощущение,  - пробормотал я,  - что это по нашу душу.

        - Думаешь?  - бросил вопросительный взгляд на меня Уорик.

        - Это не может быть совпадением. Поэтому едем туда.

        - Там может быть опасно!  - воскликнул Григорий, но я предпочёл его не услышать.
        Несколько часов назад готовился разбиться при падении челнока, чуть раньше едва не взорвался. Казалось бы, после такого какой-то загадочный туман - мелочь.
        В принципе, легко бравировать, когда столько успел пережить и находишься далеко от места событий. Тем не менее, мандраж пробивал, как только задумывался, во что собираюсь влипнуть на этот раз.

        - Свяжись с конторой, Григорий!
        Мы с Уориком одновременно устремились к выходу из номера. На туман ещё насмотримся.

        - Но…  - Григорий дёрнулся было вслед за нами.

        - Ты не с нами,  - это я говорил уже в дверях.  - Возражения не принимаются.
        Мы пробежали по коридору, вызывая у немногочисленных людей удивление. Вбежали в пустую кабинку лифта.

        - Дела принимают интересный оборот?  - спросил Уорик.

        - Ещё какой.
        Видимо, попалась нам не самая скоростная кабинка, потому что, когда вышли в холл первого этажа, из соседней кабинки выскочила Кэрри и, словно так должно быть, присоединилась к нам.

        - Я с вами!  - безаппеляционно заявила она.

        - Дамочка,  - я остановился,  - я даже не буду убеждать, что это невозможно, не говоря уж о том, что там может быть опасно…

        - Я всё равно туда попаду, Крис Хаппельмаер,  - она сузила глаза, осталось только руки в бока упереть.  - С вами, или без вас. И не нужно грозить арестом! Решай, либо я с тобой, либо…

        - Под свою ответственность, понятно?  - я вперил в Кэрри взгляд, не обещающий ничего хорошего.  - Что случится, я не отвечаю. Мои команды выполнять от и до! И, стоит запомнить, ваше «либо» меня не впечатляет. Уорик! Какого чёрта? Где машина?
        Лейтенанта, как ветром сдуло.
        Постояльцы и служащие отеля обращали на нас внимания не больше, чем друг на друга. Парадный вход в Гранд-Хотель находился с другой стороны от района Бристоль, так что пока для них не происходило ничего из ряда вон выходящего. Всё переменилось, когда на большом телевизионном экране над регистрационной стойкой, сразу после рекламы очередного стирального порошка, не появилась заставка экстренных новостей. Следом появилась картинка транслируемая с одного из перекрёстков недалеко от злополучного района. Репортаж шёл в прямом эфире и главным в нём был поднимающийся над крышами домов чёрный туман. Или разрежённый дым, охвативший большую площадь.
        Я выбежал на парадную лестницу, забыв о Кэрри. Лейтенант успел поймать полицейский патруль. Это даже лучше, чем гражданское такси. Ещё одна черно-белая машина с включенной мигалкой, оглашая окррестности сиреной, пронеслась в сторону Бристоля. Втроём забрались в салон.
        Пока ехали к точке рандеву, появилась пара минут узнать новости от первого лица. Коммуникатор на этот раз с собой, вокруг свои, в панику никто не бросится. Первым делом наткнулся на два вызова от Веллера. Наверное, что-то накопал, но он меня сейчас не интересует.
        Гриссом ответил мгновенно:

        - Так и думал, что сам на связь выйдешь,  - усмехнулся он.

        - Угу. Видел, что в Бристоле творится?

        - Не только видел. Мы уже занимаемся этим. А ты, конечно, уже несёшься на место событий?

        - Да. Есть мнение, что эта штуковина как-то связана с «Одином».
        Наш водитель свернул на улицу с менее плотным движением. Стало полегче, полицейский прибавил газу.

        - Мы тоже так подумали,  - сказал Гриссом.  - Веллер пытается просканировать туман, говорит, большая вероятность, что он искусственного происхождения.
        Следующий манёвр, на сей раз с нарушением правил. Водитель хорошо знал город.

        - Куда прислать экипировку, Крис?
        Ну да, меня не нужно хорошо знать, чтобы догадаться: полезу в самое пекло, никуда не денусь.

        - Перекрёсток Тихой и Коломенской,  - патрульные тоже слышали наш разговор.
        К тому же, мы уже выехали на Коломенскую. Визг шин, испуганный вскрик Кэрри. Наша машина неожиданно быстро выехала на эту улицу, преодолев две полосы с образовавшейся на ней пробкой, и вылетела на почти свободные встречные. От перегороженного двумя патрульными машинами в нашу сторону сворачивал высокий автобус с тонированными стёклами. Среди легковых автомобилей эта тарантайка выглядела сущей громадиной. Еле разъехались.

        - Ждите, посылка скоро будет,  - сказал напоследок Гриссом и отключился.
        Светофоры продолжали менять цвет по заданной программе, но теперь главными на перекрёстке были полицейские. Учитывая, что среди автолюбителей находились желающие проехаться по Коломенской, недовольство на перекрёстке увеличивалось. Кто-то решил поспорить с полицейскими, мол, ничего страшного не происходит, какого чёрта их не пускают. В основном негодовали автолюбители, спешащие побыстрее миновать перекрёсток с той стороны. В итоге ещё до нас влепившиеся друг в друга четыре машины создали дополнительный затор. Одним словом, начиналось веселье.
        Прибытие подкрепления, за которое граждане автолюбители посчитали нашу группу, немного охладило их пыл, но ненадолго. Стоило только выйти из машины. Конечно же, происходящее на перекрёстке нас не взволновало ни в малейшей степени. Всё внимание обращено на необычное явление. Небо впереди, чуть в стороне от Коломенской заполнял чёрный туман - зрелище, из-за необычности, не хуже вида на Олимпик с космодока. Сюрреалистика, по-другому не скажешь. Верится сразу - эта штуковина не местного производства.
        Сквозь шум работающих двигателей и редкую ругань водителей я различил звук пролетающего геликоптера. Глянул вверх, точно, ребята из телекомпании «К2» кружились над дорожными заторами. Глубже в Бристоль залетать боялись.
        Посылка Гриссома, на удивление, добралась до нас быстро вместе с Сандерсом. Вот уж не думал, что так скоро его увижу. Шериф остановил машину рядом с нашей, полностью преграждая дорогу в Бристоль.

        - Привет, Крис,  - первым делом сказал Сандерс и сразу заинтересовался чёрным туманом.  - Интересная штука у нас тут спокойствие возмущает, а?
        Между делом кивнул полицейским, отдельно поздоровался с Уориком, как со старым приятелем.

        - А ты никак собрался прогуляться с нами, Сандерс?  - усмехнулся я.

        - Лет десять назад с удовольствием, но не сейчас. Куда мне с молодыми и здоровыми,
        - он задорно подмигнул. Во взгляде, тем не менее, я не заметил никакого сожаления.
        - Помогу ребятам на перекрёстке. Видели бы вы, что творится на других. Вон, на соседнем чуть было перестрелка не началась.

        - Вот даже как?

        - А то. Ладно, Крис, к делу. Я случайно оказался поблизости от твоей фирмы, так что выполняю просьбу полковника: на заднем сидении обмундирование, оборудование и оружие, посерьёзнее вот этих пукалок,  - Сандерс хлопнул пару раз по кобуре на поясе.  - Так что вооружайтесь и вперёд, пока, пользуясь моментом, кто-нибудь не ограбил банк.
        Лейтенант Сайдл подхватил Кэрри, раз уж та увязалась с нами, и на которую никто не обращал внимания. Они скрылись в джипе, только ноги снаружи торчали.

        - Думаешь, эта штуковина - отвлекающий маневр?  - подмигнул я.

        - Ха,  - Сандерс браво подкрутил ус.  - Вот сходишь туда, и потом расскажешь. Только не как с «Летучим голландцем». Жена приняла заказ, сказала, к выходным будет пирог. Эй, ребятки!  - внимание шерифа переключилось на тех патрульных, с кем мы доехали до места.  - Вы не стойте, тоже разбирайте экипировку,  - кивнул на джип,  - пойдёте с капитаном,  - кивок в мою сторону.  - Приказ начальства. Эта штуковина беспокоит мэра и Черкесова, а значит и нас.
        Патрульные быстро справились с потоком машин из Бристоля. Понемногу улица опустела, репортёрский геликоптер давно улетел к следующей точке: режиссёру, наблюдающему за происходящим в прямом эфире и запускающему картинку в эфир, не понравилось спокойствие. На перекрёстке стало более-менее тихо.
        Полковник прислал пять комплектов обмундирования, словно знал и не был против участия в походе гражданского лица, к тому же репортёра. Наши умники тоже постарались - прислали кучу датчиков, их пришлось развешивать на всех участников похода. Как быстро они всё это собрали! Могут, когда припечёт. В завершение я включил коммуникатор в режим видеопередачи, чтобы в офис Комитета, кроме разных показаний, так нужных для последующего изучения на предмет «что это было», у нас имелась ещё и обычная картинка.
        Вот теперь мы готовы к походу в гости к чёрному туману. Прежде, чем отправиться вперёд, я присмотрелся к этому бесформенному нечто. На миг посетило ощущение, подобное тому, что получил на «Одине», когда шли по пилотскому отсеку. Страх, напряжение. Чувство, что отправляемся в логово страшного существа, готового любого сожрать на месте.
        Впрочем, наваждение быстро прошло.

        - Вперёд!  - дал команду я и отправился в авангарде, по разделительной полосе опустевшей дороги.
        Солнце светило в спину, по асфальту впереди катилась тень. По бокам, «на голову» ниже, ещё четыре тени - Уорик, патрульные полицейские. И спрятавшаяся в моей тень Кэрри МакГвайер. Её, кстати, оружием обделили, лейтенант проследил.
        Прошли два опустевших квартала, потом свернули в узкий переулок, чем-то похожий на тот, по которому вчера я преследовал Гайюса. Кстати о наркоторговце: наверное, его уже выпустили на свободу.
        Пустой переулок, влажные следы высохших лужиц, пожарные лестницы, мусорные баки. На удивление всё чинно и благородно, только ни души. Кто успел сбежать, тот сбежал. Остальные, наверняка, засели в квартирах. Взгляд метнулся к окнам: точно, кто-то выглядывает из окна, отодвинув занавеску. Только глаза и лоб торчат над ещё не зацветшем растением с большими листьями. Человек уловил взгляд, поспешно исчез. Тут же сзади предупреждающе вскрикнул полицейский - впереди, за сотню метров от нас, кто-то быстро пробежал, скрываясь за углом следующего дома.
        Если оглянуться, меж крыш домов можно увидеть лишь небольшой кусок голубого неба, всё остальное затянуто непонятной субстанцией. Еле пробивается тусклый свет, создавая полумрак. Исчезли тени.
        Мы свернули на очередную безлюдную улицу. Подул ветерок, странно даже. Он подхватил кусок газетного листа, проволок по разбитому асфальту нам навстречу.

        - Бр-р,  - услышал позади голос одного из полицейских.  - Не по себе что-то.
        Я оглянулся: люди напряжены, внимательно осматривают улицу и дома. Короткоствольные штурмовые автоматы смотрят вперёд. Пожалуй, единственным, кто готов к любому развитию ситуации, лейтенант Сайдл. Хотя он тоже временами покачивал головой, словно жалея, что ввязался в эту авантюру. Кэрри старается держаться независимо, но всё больше прижимается ко мне. В общем, это правильно.

        - Не жалеете, что отправились с нами?  - спросил я у неё.

        - Страшно,  - согласилась репортёрша,  - но мне нужно здесь быть.

        - Ещё есть возможность передумать,  - сказал Уорик.  - Мы недалеко ушли, всего два перекрёстка и вы увидите полицейский пост.

        - Чёрта два вернусь!  - заявила женщина.

        - Полковник?  - пока работала связь, я вызвал Гриссома: - Что думаешь?

        - Пройдите ещё вперед,  - с охотой откликнулся тот.  - Мы получаем данные, Веллер в восторге.

        - Что говорит?

        - Пока молчит,  - хмыкнул шеф.  - Если ничего не изменится, возвращайтесь. Со мной связался мэр, он готов на принятие кардинальных мер. Подожди, Крис, что-то начинает происходить.

        - Что именно?  - я предупреждающе вскинул руку с зажатым кулаком вверх, мол, ждём команды.

        - До сих пор туман расширялся, теперь начинает сужаться.
        Вся моя группа, как один, посмотрела вверх. Буквально минуту назад туман спокойно висел над крышами, теперь начал кружиться. Пока медленно, но уже заметно. Миллиарды, может триллионы частичек, или из чего он там состоит, образовывали завихрение, которое с каждой секундой увеличивало скорость вращения.

        - Веллер может вычислить эпицентр?

        - Сейчас сделает. Пока топайте вперед.
        Странные дела творятся. Я махнул рукой, и на ближайшем перекрёстке мы свернули на улицу чуть пошире предыдущей. Дома обзавелись балконами. В полусотне метров - очередной перекрёсток. «Нашу» улицу перегораживала двухэтажка, окна в которой казались тёмными провалами.

        - Крис,  - на этот раз из коммуникатора прозвучал голос Веллера,  - Ты спрашивал об эпицентре. Так вот, он точно над вами и смещается с той же скоростью.
        Как-то не по себе стало.
        Если присмотреться, злополучный эпицентр зарождающегося вихря можно увидеть и невооружённым взглядом. Для этого только и надо, что поднять голову. Небольшая, буквально с теннисный мяч размером, тёмная блямба, вокруг которой крутится против часовой стрелки всё остальное.

        - Ты нас ещё видишь, Веллер?  - голос неожиданно охрип.

        - Пока да, но, чем плотнее становится это нечто, тем хуже различаю сигнал. Это похоже на плотную дисперсную пыль.

        - Я тебя хорошо слышу, Веллер,  - возразил я.

        - Это временно. Эта штуковина впитывает лучи. Приборам нужно больше энергии, чтобы компенсировать звук и картинку, можешь убедиться по своему коммуникатору.

        - Всё понял. Ладно, поворачиваем обратно.

        - Везёт тебе на приключения в последнее время, Крис,  - напоследок вздохнул Веллер.
        Я бы хмыкнул, может даже, рассмеялся, будь ситуация хоть немного другой. Намёк Веллера по поводу экономии энергии уловил, так что, пока аккумулятор коммуникатора не сдох окончательно, отключил транслирование. Может, ещё пригодится для экстренных переговоров.
        До вечера ещё далеко, а улицы Бристоля погрузились в сумерки. Мы включили фонарики на автоматах. В следующий миг оборвалась связь: плотность тумана взяла своё.

        - Ну что, возвращаемся?  - уточнил лейтенант Сайдл.

        - Да. Думаю, Веллер получил, что хотел. Плюс записи с приборов,  - я похлопал по одной из работающих коробочек на поясе.
        Вот тут-то чёрный туман и преподнёс очередной сюрприз. Точно над нами пелена разорвалась и солнечный свет столбом отметил нашу группу. Точное попадание, я бы сказал.
        Кэрри вскрикнула, разговорчивый полицейский тихо выругался, его напарник что-то неразборчиво забурчал, наверное, тоже ругался. Между тем преобразования тумана продолжались и вскоре мы оказались, не к месту будет сказано, в некоем подобии дырки от бублика.
        Глава 12 Чёрный туман

        Чем бы эта штука ни являлась, по её поведению сразу понятно - без участия разума не обошлось. Я сравнил ощущения с теми, что получил, на корабле. Сходились один в один. Значит, на «Одине», непосредственно на мостике, чёрный туман тоже был. Только мы его, почему-то, не заметили.
        Как дело обстояло на самом деле, конечно, интересно, но не сейчас же этим голову забивать. Нужно как-то выбираться из этого оригинального окружения. Внутренний голос надрывается: «Беги! Беги без оглядки!» Только некуда - туман заполонил все четыре дороги. Войти в него, значит попрощаться с жизнью. Возможно.
        Туман целиком осел и сконцентрировался вокруг нашего отряда. По высоте едва достигал балконов второго этажа. Кто успел сбежать из жителей, давно это сделал. Остальные спрятались по квартирам, но туман, что интересно, на них не обращал внимания. В дома не проникал, так что можно сказать, жителям пока везло.

        - Что делать будем?  - услышал напряженный голос Уорика.
        Лейтенант, контролируя одно из направлений, выставил пэпээс, как будто стрелковое оружие могло тут помочь.
        Полицейские последовали его примеру.

        - Туман охотится за нами,  - прошептала Кэрри.

        - Не стоит волноваться,  - голос дал петуха,  - если б он захотел нас убить, давно бы это сделал.

        - А если не убить? Если подчинить себе? Это же хуже смерти!

        - Тоже возможностей была куча.
        Тирликнул коммуникатор. Автоматически нажал кнопку приёма вызова.

        - Капитан!  - услышал из коммуникатора голос Гриссома.  - Продержись ещё немного! Я послал запрос, скоро должно подойдти подкрепление. Мы что-нибудь попробуем сделать с этой штукой.

        - Принято. У Веллера есть что-нибудь дельное?

        - Только одно: есть косвенные подтверждения схожести некоторых параметров тумана и результатов исследования крови Марго.
        Ох ты ж! Не веря ушам, я снял с пояса коммуникатор и заглянул сквозь экран в глаза Гриссома. Блин, не шутит.

        - По возвращению в офис,  - как ни в чём не бывало, продолжил полковник,  - вы все пройдёте обследование! Давно надо было это сделать. Уже жалею, что отпустил тебя.

        - Как скажешь, полковник. Нам бы только выбраться отсюда. Мысли есть, как это сделать? Не хочется прорываться сквозь чёрную пелену, ещё нахватаемся разной гадости.

        - Если уже не нахватались. Покажи ещё раз, что там у вас происходит.
        Я показал все четыре улицы. К тому же в объектив камеры попали испуганные и напряжённые лица сборного, разношерстного отряда. Все ходы перекрыты.

        - Крис!  - воскликнула Кэрри так, что я оглох на одно ухо.  - Туман приближается!

        - Только этого не хватало,  - пробормотал Уорик.
        Туман клубился и приближался. Если смотреть прямо на него, можно и не понять, а вот если обратить внимание на стены домов, скрывающихся в черноте, очень даже заметно. Постепенно исчезали окна и балконы.

        - Стрельнуть, что ли?  - задумчиво пробормотал Уорик.

        - Не думаю, что это поможет,  - сказал «разговорчивый» полицейский.  - Это ж пыль! Её пулями не возьмёшь!

        - Я и не собираюсь воевать с пылью,  - отрезал Уорик.  - Тут только напалмом если. А вот то, что скрывается за ней…

        - Веллер говорит, там не должно быть никого,  - тут же из коммуникатора доложил полковник.  - И, кстати, напалм - хорошая идея. Только если мы его применим, рискуем потерять и вашу группу и гражданских. Так что отпадает.

        - Ну,  - тут же смущенно пожал плечами Уорик,  - я только предложил.
        Между тем, выхода у нас, как по мне, не оставалось ни одного. Спас положение Уорик. Неожиданно для меня прозвучала команда: «За мной!» и полицейские устремились к одному из домов. Там обнаружилась обшарпанная дверь в подъезд, ещё не поглощенная туманом.
        Я, не задумываясь, хлопнул по спине Кэрри:

        - Двигай, давай!
        И мы побежали. Успели заскочить в подъезд как раз вовремя, туман тут же заслонил выход на улицу, отрезав нас от мира. Единственный выход - на крышу. Не знаю, на что рассчитывает Уорик. Если на то, что можно прыжками с крыши на крышу уйти из опасной зоны - он просчитался. Я-то как-нибудь, опыт есть, по поводу полицейских - куча сомнений, а вот Кэрри точно не сможет. Журналистская работа не предполагает подобного экстрима.
        Не хуже двери, стены в подъезде обшарпаны и разрисованы различными надписями и картинками, порой откровенного содержания. Им в противоположность лестница оказалась чистой и даже недавно вымытой.
        Первый этаж промахнул быстро, второй тоже не заметил, как пробежал. Ближе к третьему журналистка немного сдала, отставая от полицейских. Она почти остановилась, но сзади подпирал я, так что Кэрри продолжила бешеное восхождение. Чую, за это она меня полюбит ещё больше.
        Неожиданно одна из двух дверей на третьем этаже открылась. Уорик уже взбирался по вертикальной лестнице к чердаку, закрытому на амбарный замок. Из квартиры выглянул темнокожий мужчина пожилого возраста:

        - Эй! Давайте сюда, парни!
        Полицейские растерянно завертели головами, то на Уорика, то на меня. Лейтенант оказался занят изучением замка.

        - Отец, сдурел?  - начал разговорчивый полицейский.  - Видел, что на улице творится?

        - Потише,  - я протолкнулся к гостеприимному хозяину.  - Ну-ка, открой дверь пошире.
        Хозяин квартиры понял так, что мы решили воспользоваться его предложением, выполнил просьбу и посторонился. Где-то в глубине, в ещё одном помещении, что взгляду не попалось, а может быть и на кухне, рыдала женщина. Коридор заканчивается дверью в комнату, и напротив входа расположилось окно, закрытое занавеской. Солнечный свет пробивается в комнату, и через занавески различается дом напротив. Значит, чёрный туман пока не добрался досюда. Понятия не имею, чем это могло помочь, но настроение немного поднялось, всё ж, не так страшно.
        Сверху спрыгнул Уорик. Замок, хоть и простенький, без ключа вскрыть сложно. Лейтенант решил избавиться от него кардинальным способом - вскинул пэпээс и разок пальнул. Приглушённый встроенным в дуло глушителем выстрел, тем не менее, хорошо прошёлся по ушам. Кэрри вскрикнула, разговорчивый полицейский коротко выругался, его напарник молча сплюнул под ноги. Хозяин квартиры понял, что помощь нам не нужна: скрылся за дверью, сильно хлопнув. От испуга, наверное.

        - Путь свободен,  - пробормотал лейтенант и первым полез на крышу.
        Я как-то говорил, что крыши домов Бристоля - отдельный мир. Тут проводят больше времени, чем внизу. Крыша «нашей» трёхэтажки - яркая тому иллюстрация. В доме два подъезда. Главный вход в другом подъезде, тут нам не повезло. Выбравшись под голубое небо, отряд попал в ресторан. Дешёвые пластиковые столы и стулья под тентами-зонтиками. Ближе к выходу во второй подъезд, одновременно являвшимся входом в ресторан, каким-то образом провезённая и поднятая сюда строительная времянка. Мастеровитые руки переделали её под бар. Позади расположилось ещё одно небольшое строение: крыша на нескольких столбах. Наверное, кухня. Сейчас в ресторане, само собой, ни души.
        Мы смогли увидеть Дакетт во всей красе. Справа - небоскрёбы, между двумя башнями поменьше видна часть зеркальной стены Гранд-Хотеля. Центральный офис КТК, занявший вторую самую высокую башню в Дакетте не виден - закрыт «близнецом». Слева - дальние части соседних домов, одну из них занимает «сушилка для белья», на другом устроили баскетбольную площадку. Дальше - бесконечное поле плоских крыш с различными дополнительными строениями.
        Мы сгрудились у ближайшего к только что вскрытому «чёрному ходу» столика.

        - Что дальше?  - поинтересовался я. У самого идей никаких.

        - Ждём подкрепления,  - решительно сказал Уорик и направился к краю крыши.
        В общем, логично. Гриссом уж постарется задействовать всё, что нужно. Бросил взгляд на коммуникатор: индикатор зарядки пустой. Прав был Веллер, «пробивание» сигнала через туман, да ещё чтоб с качеством, отняла последние ресурсы. Теперь до ближайшей розетки на хотя бы полчаса. Да где её найдешь?
        Я отправился вслед за Уориком, тот уже подошёл к краю.

        - Туман поднимается,  - сказал он.

        - Быстро, однако,  - согласился я.
        Часть улицы вокруг дома скрывается в бурлящей темноте. Он всё больше концентрировался у стен, освобождая соседние дома. И полз вверх. Это говорило о том, что чёрный туман не бесконечен в принципе. Жаль, Веллер этого не видит. Не вовремя сдох коммуникатор. Про то, что коммуникаторы могут быть у кого-то ещё, я сейчас как-то не подумал. Когда туман подполз почти вплотную к нам, достигнув края крыши, мы с Уориком поспешно отошли. Полицейские и журналистка близко к нам не подходили.
        Вскоре стало ясно - туман немного перестроился. Если раньше взял в кольцо перекрёсток, то сейчас в окружении оказался весь дом. Ещё раз убедились, что ему нужны мы. Или кто-то из нас.
        Он поднимался всё выше. Вскоре мы перестали видеть крыши ближайших домов. Ещё пара мгновений, и Дакетт скрылся с глаз. Снова в окружении, на этот раз стена оказалась не такой высокой, как там, на перекрестке, и плотнее. Видеть мы теперь могли только верхушки небоскрёбов и голубое небо.

        - Вот и всё,  - пробормотал разговорчивый полицейский.
        Внутри всё сжалось, холодок пробежал по позвоночнику. Аналог «душа ушла в пятки». Я оглянулся на спутников - у всех бледные лица. Народ не ждал от тумана ничего хорошего. Только одна мысль успокаивала, мелкая такая: ему нужны мы и больше никто. И надежда, что сразу «кушать» не будет.
        Метаморфозы, между тем, продолжались. Рост прекратился. Часть, обращенная к нам, больше не клубилась, превратившись в гладкую стену. Мы наблюдали молча. Кто что думал, не знаю, лично у меня мысли пропали сами собой, остался страх и любопытство. Бежать, чтобы скрыться внутри дома никто не решился. И мы дождались.
        Не прошло и минуты, как мелкие частицы снова начали движение, заметное человеческому глазу. Эпицентр находился на уровне лица, частички стремительно слетались в одну точку, уплотняя небольшую площадь. Образовалась выпуклость. Глазом не успел моргнуть, как она приобрела овал человеческого лица. Появились нос, рот, глаза. Мы молчали. А что говорить-то? Разве что пожалеть, что ни Гриссом, ни Веллер не видят этой метаморфозы.
        Туман продолжал бурлить, наращивал темп. Частички уплотнялись, образовывая силуэт мужчины в длиннополом плаще.
        Представляю, что сейчас чувствуют горожане. Такое событие с самого начала не уходило от внимания телекомпаний. Десятки объективов камер нацелены на нас. Несколько геликоптеров, всё также не решаясь подлетать ближе, маячили неподалёку. Все, кто мог, прильнули к окнам домов и наблюдали происходящее вживую. Остальные удовлетворялись картинкой телевизионных трансляций.
        Прорезались звуки. Где-то вдали взвыла полицейская сирена, сразу за ней - гудок грузовика. Общий фоновый шум врезался в уши, как будто до этого город замер в ожидании, а сейчас, ни с того, ни с сего, решил вздохнуть.
        Последние частички тумана заняли свое место в непроницаемо-чёрном объёмном силуэте мужчины. Последней сформировалась широкополая шляпа, закрывая лоб. Лицо приобрело окончательные черты. Пока оно походило на манекена, только чернее ночи.

        - Дядя Пикард?  - нерешительно прошептала Керри.  - Не может быть!
        Обеими ладонями она прикрыла рот, глаза чуть на лоб не вылезли - весь вид журналистки говорил о том, что она поражена до глубины души.

        - Ты его знаешь?
        Кэрри нерешительно и медленно шагнула вперед. Её трясло, по щекам потекли слёзы. Ещё шаг. Я её останавливать не стал, только пальцы покрепче сжали автомат, а указательный нервно постукивал рядом со спусковым крючком. Понятно, что даже в таком состоянии пули туману-Пикарду не страшны, но ведь как успокаивает!
        Начал появляться цвет, и вот перед нами пожилой мужчина, неотличимый от любого другого - встреть на улице, внимание обратишь только на старомодную одежду. На вид лет чуть за пятьдесят. Взгляд - мурашки по спине пробежали в очередной раз, когда он оглядел мою команду. Стальной стержень, а не взгляд. Появилось желание отступить на шаг, но я ему не поддался.
        Кэрри тем временем сделала очередной шаг, оказавшись почти вплотную к «Пикарду».

        - Дядя?
        Внимание «Пикарда» обратилось на неё. Во взгляде появилось недоумение, мол, что за цаца?

        - Ты не узнаешь меня, дядя Пикард?  - всё также тихо произнесла журналистка.  - Это же я, Кэрри. Кэрри МакГвайер. Помнишь?..
        Он не стал её слушать, взгляд снова обвёл нас изучающее и остановился на мне. На этот раз вниз рухнуло всё, что до сих пор только чудом держалось на месте. Палец перестал постукивать по автомату, самого чуть не парализовало. С трудом вдохнул. Пикард аккуратно отодвинул в сторону журналистку и, в тот же миг, оказался почти вплотную ко мне. Наклонил голову - взгляд поймал мой. Вот тут-то я дышать перестал и все посторонние звуки вновь пропали, словно оглох.

        - Дядя?  - откуда-то издали донёсся голос Кэрри.

        - Ты был на корабле,  - сказал «дядя».  - В тебе есть метка.

        - Т-т-там… н-не т-толь-ко я… был.
        Удалось сделать вдох.

        - Он,  - рука резко взметнулась, указывая на Уорика,  - меня не интересует.
        Как не прозвучал выстрел, представления не имею, настолько резким получилось движение. Я бы, с испугу выстрелил, тем более все были в диком напряжении.

        - Ты,  - палец другой руки упёрся в бронежилет так, что меня качнуло,  - контактировал с ней.

        - С-с… кем?

        - Мария.

        - Мария?  - брови взлетели вверх.  - Не знаю никакую Марию. Может, Марго?
        Исчезло заикание.

        - Мне нужна Мария, и ты знаешь, где она. Говори!

        - Понятия не имею. А вот вам придётся ответить за то, что натворили на «Одине».
        Говорят, когда мирного зверя загоняют в угол, тот становится безудержным и свирепым, даже если до этого был белым и пушистым. Со мной происходила та же история: бежать бессмысленно, альтернатива - поглощение Пикардом. Хуже некуда. Видимо, от такой безысходности и появляется смелость, если до этого трусость не берёт верх.

        - Зачем уничтожили несколько сотен ни в чём неповинных людей?  - напор был таким, сам не ожидал, что незнакомец отпрянул, и ему пришлось оправдываться:

        - Я здесь ни при чём,  - мгновением спустя снова стальной взгляд, пригвождающий к месту, и не сулящий ничего хорошего.  - Что мне дело до вас, людей? Мне нужна Мария. Мне нужно отвезти её домой. На тебе её метка, значит ты с ней контактировал. Я ставлю свою метку, и значит, буду знать всегда, где ты находишься.
        Его палец снова упёрся в бронежилет, но на этот раз никакого толчка. Вокруг пальца образовалась еле заметная дымка, и он беспрепятственно, словно я был духом или с духом разговаривал, прошёл внутрь. Ничего не почувствовал. В тот же миг палец вышел наружу, и Туман-Пикард потерял ко мне интерес. Развернулся к команде спиной. Снова, как будто кто-то включил звук в телевизоре: по ушам вдарил городской звук во всей красе. Сейчас он показался оглушающим, но быстро пришел в норму и стал привычным фоном.
        Сразу вслед за этим услышал шум лопастей геликоптера. Кто-то решился-таки подобраться поближе, что ли? Глянул вверх, тут же увидел небольшой вертолёт - прозрачная кабина, «палка» хвоста. Он шёл низко, в нескольких метрах над крышами Бристоля, и направлялся прямиком к нам. Это не телевизионщики, явно, и не ребята, посланные Гриссомом для нашего вызволения. Нехорошее предчувствие охватило вдруг - это ребята из той же команды, что постоянно, начиная с исследования «Одина», вставляли палки в колёса, даже с учётом того, что Комитет в этом деле сам пока чувствовал себя не хуже новорождённого, слепого котёнка.
        Глава 13 Битва с небесами

        Намерения тех, кто находился в подлетающей «стрекозе», вскоре стали ясны. Особенно, когда вертолёт, с заклееными опознавательными знаками, чуть повернулся, открывая взору боковую дверцу, откуда наружу высунулся человек. Лицо закрыто маской. Кроме того, парень ещё надел солнцезащитные очки. Свесил ноги вниз и опёрся ими на полозья. Впрочем, внимание привлёк не столько он, сколько труба, которую он тут же вытащил, положил на плечо и прицелился в нашу группу.

        - Блин!  - воскликнул Уорик и тут же вскинул автомат.
        Длинная очередь на пару секунд заглушила стрекотание вертолёта. Пули прошили борт, оставляя в нём небольшие вмятины. Пэпээс - штурмовое оружие, рассчитанное на ближний бой, но никак не для перестрелки с вертолётом, особенно на таком расстоянии. Выстрелы заставили стрелка с подозрительной трубой немного отпрянуть внутрь салона, только ноги вскинулись вверх, теряя опору. Впрочем, это, скорее, от неожиданности. Он быстро исправился и вновь свесил ноги в поисках опоры. И вот снова «труба» смотрит в нашу сторону.

        - Вниз!  - закричал Уорик, хлопая по плечу разговорчивого патрульного и разворачивая его к выходу с крыши.  - Все вниз!
        Полицейский повторной команды ждать не стал. Я одним прыжком оказался возле Кэрри:

        - Делай, что говорят!  - и подтолкнул её.

        - Капитан!  - почти над ухом, в который раз оглушая, закричал Уорик.  - Тебе специальное приглашение нужно?

        - Эти ребята не за нами пришли, лейтенант! Вот за ним!  - я кивнул на Пикарда.
        Тот стоял на краю крыши, заворожённо наблюдая за вертолётом, словно первый раз его видел.

        - Как будто от этого легче! Сейчас шарахнут из гранатомёта, и нам тоже мало не покажется!
        Лейтенант откинул в сторону субординацию, грубо схватил меня за плечо и развернул к себе. Глаза от страха расширились, на верхней губе выступил пот.

        - Ты погибнешь!
        Хватка усилилась, Уорик попытался увести меня силой, но я одним движением вырвался.

        - Спасайся, лейтенант! У тебя семья!

        - Совсем сдурел?  - воскликнул лейтенант и, сплюнув, послал в вертолёт ещё одну очередь, опустошая магазин пэпээса целиком.
        Я, почему-то, был уверен, что Пикард не даст случиться страшному. На миг подумалось, что это из-за того, что он «ввёл» в меня что-то, из чего состоит сам, своеобразно делая меня своим слугой. Конечно, это не так. Цели у него другие, к тому же, если бы Пикарду нужно было «мясо», он бы его нашёл в каких угодно количествах задолго до нас. Нет, уверенность была в том, что пришелец отлично понимает - ребята из вертолёта охотятся за ним и поэтому не даст себя в обиду, а значит, и нас.
        На этот раз боевик в маске не отреагировал на обстрел: очередь лейтенанта прошла мимо. Казалось, дуло гранатомёта смотрит прямо на тебя, завораживает так, что глаз не оторвать. Испуга не было, что удивительно.
        Стрелок что-то выжидает. Мог уже раз пять нажать на кнопку, запуская мощный снаряд.
        Лейтенант быстро перезарядил автомат, вскинул его, собираясь вновь обстрелять нежданных визитёров. На этот раз его остановил жест Пикарда. Пришелец вытянул в сторону руку, как будто перекрывая ход, лейтенант понял этот знак правильно: дуло пэпээса чуть опустилось, но Уорик готов был в любой момент продолжить стрельбу.
        Я оглянулся: патрульных и журналистки на крыше не обнаружилось. Значит, выполнили команду, не стали своевольничать. Даже Кэрри, от которой я весь поход ожидал разных каверз.
        Дальнейшее происходило быстро, но воспринимал я эти события так, будто время замедлилось в несколько раз.
        Несмотря на то, что всё внимание было обращено на вертолёт, краем глаза заметил чуть в стороне поднявшийся с улиц столб чёрного дыма. «Змея» толщиной с упитанного человека подглядывала за тем, что у нас происходит.
        Чёткие контуры Тумана-Пикарда размылись: его, как неким силовым полем, обволокло туманом - не трудно догадаться, что он начал развоплощаться из человеческой ипостаси. Возможно, станет таким же узким столбом дыма. Вот он посмотрел на второго пришельца. Лицо почернело, превратилось в маску, как у статуи или манекена. В ней, всё же, пока ещё угадывался родственник Кэрри. Губы раздвинулись в хищной улыбке. Значит, точно: в стороне некая Мария засветилась.
        Гранатомёт, наконец, выстрелил. Я хорошо рассмотрел вылетающий снаряд. Видно, ещё и зрение улучшилось до безобразия. Цилиндр, в который напихали электроники. Летел он медленнее обычного боевого. Зелёные и красные огоньки образовывали две стремительно огибающие по окружности полосы. Бабахнет импульсом, вырубающим в округе всё электронное. Видимо, ребята точно знали - чёрный туман состоит из электронных нано-частиц. Что ж, как версия, сойдёт. Точнее скажет Веллер, когда доберёмся до офиса.
        Современный человек слишком зависим от различных приборов и гаджетов. Всегда рядом есть что-нибудь, работающее на электричестве, будь то от проводов или от батареек и аккумуляторов. При импульсной вспышке последние хуже всего - они взрываются. Выход только один - снять и отбросить подальше от себя всё, что работает на электричестве.
        Мы не успевали.
        Лейтенант судорожно вскинул пэпээс и начал стрелять, на этот раз целился в летящий снаряд. Эффект замедления времени позволил рассмотреть каждую пульку, и все они, к великому сожалению, шли мимо. Отработанные гильзы вылетали из затворной рамы.
        Второй пришелец взметнулся над крышами и устремился на перехват снаряда. Его появление оказалось сюрпризом для парней в вертолёте. Стрелок уже держал в руках небольшой пульт, видимо, «взрыватель». Он был готов активировать бомбу, но замешкался и это дало возможность незнакомому нам пришельцу настигнуть снаряд до активации и устремиться в ближайший переулок, сгущаясь, превращаясь в нечто более плотное.
        Пикард зарычал, мгновенно превратился в «змею», состоящую из плотного «дыма», сорвался с крыши. Путь его закончился в вертолёте. В следующий миг туман заполонил кабину, отбросив внутрь стрелка. Да только поздно - тот успел активировать бомбу. Что-то глухо бабахнуло в переулке. В ту же секунду вертолёт потерял управление, двигатель чихнул, лопасти дёрнулись и резко остановились, хвостовой винт прекратил работу и «стрекоза» рухнула вниз, оставляя на своём месте только чёрное облако.
        Вертолёт упал на крышу соседнего дома, длинные лопасти погнулись, стекло кабины, не выдержав удара, разлетелось вдребезги, словно шрапнель, сеча вокруг всё, что попадалось на пути. Мы с Уориком непроизвольно пригнулись, подставив в сторону эпицентра спины. Перестраховались, конечно, ни один из осколков до нас не добрался, пробарабанив по стене, где-то разбивая стекла. По крайней мере, это вывело меня из режима «замедленного времени».

        - Ничего себе!  - пробормотал лейтенант.

        - И он после этого, будет утверждать, что не при делах на «Одине»?  - зло сказал я.
        Подскочил к краю крыши. На соседней дымились остатки вертолёта, напрочь разрушив всё, что там находилось. Взрываться он, похоже, не собирался. Пикард, не выходя из образа дымного столба, висел над обломками, словно разглядывая то, что натворил. Мы с Уориком выжидательно уставились на него. Потом я осмотрелся - второго пришельца нигде не видно. Создавалось ощущение, будто устройство, выпущенное неизвестными, сработало как надо и то существо погибло, закрыв его своим телом.

        - Надо найти второго,  - сказал я, хлопнул Уорика по плечу.  - Пошли.
        Лейтенант обернулся на Пикарда на предмет, не удумает ли ещё чего, и молча развернулся.
        Полицейские и Кэрри ждали нас внизу.

        - Вы что там так долго?  - тут же завопила журналистка.

        - Успокойся,  - я на неё не глянул, сразу обратился к полицейским: - Ноги в руки и к периметру. Мы с лейтенантом здесь осмотримся.

        - Разве есть, что осматривать?  - спросил разговорчивый патрульный.

        - Эй!  - воскликнула Кэрри.
        Получилось это у них одновременно.

        - Да, и помощь нам не потребуется,  - когда я это объявил, Уорик удивлённо посмотрел на меня, потом пожал плечами. Наверное, решил, что ориентируюсь в обстановке.

        - Расходимся,  - я дал команду, и мы побежали в ту сторону, где скрылся второй пришелец.
        Вслед раздались гневные выкрики Кэрри. М-да, она ещё не представляет, что её ждет, когда мы вернёмся в офис. Пожалеет, что решила отправиться с нами. Буквально, живой свидетель в руках.
        Миновали пару домов, свернули на нестандартно для Бристоля широкую улицу. Второй пришелец упал куда-то сюда.

        - Чисто,  - пробормотал Уорик.

        - Да уж. Но я не мог ошибиться.

        - Чем они стреляли, капитан? Успел рассмотреть?
        Мы шли медленно, осматривая каждый угол, всматриваясь в стены домов в надежде обнаружить хоть какие-нибудь останки.

        - Это был не обычный снаряд,  - продолжил лейтенант.  - Он летел медленно, так что я успел рассмотреть его.
        Мы дошли до переулка и миновали его. Ничего интересного в нём не оказалось.

        - Электромагнитная бомба,  - наконец, отозвался я.

        - Это если туман состоит из электронных нанитов. А если нет?

        - И бомба могла быть не электронной. Хватит болтать! Ищем!
        Улица, наверное, одна из центральных в Бристоле. Тут почти всё на виду, даже мусорных баков нет, в которых можно спрятаться. Но что-то должно остаться, даже если второго пришельца размазало в блин. Какие-то следы на асфальте, в лужах, на стенах.
        Всё же, немного ошибся улицей. Добравшись до следующего перекрёстка, мы увидели глухой фургончик без опознавательных знаков и без регистрационного номера, в который двое парней в форме и масках, точно таких же, что стрелок из вертолёта, грузили в фургон человека в знакомом мужском пиджаке. Рядом стоял Пикард в человеческом обличье, и мрачно наблюдал за происходящим. Он ничего не предпринимал, потому что ещё двое бойцов держали его на прицеле странных пушек с широким раструбом. Интересное, должно быть, оружие, раз даже Пикард не решался ни атаковать, ни превращаться обратно в туман, чтобы исчезнуть.
        Нас они не заметили, так что я дал знак Уорику скрыться. Мы видели четверых, но рядом могли быть другие бойцы.

        - Будем атаковать?  - спросил лейтенант, как только скрылись за углом.

        - Они грузят Марго,  - я прикрыл глаза. Как назло, стоящих идей, что делать дальше, не было.  - У нас же нет маячков?

        - Нам столько всего надавали,  - пожал плечами лейтенант и стал осматривать навешанные на нас приборы, в поисках чего-нибудь подходящего. Те ещё работали чудесным образом.  - М-да, тут если и можно что-то сообразить, то только большое, а его сразу заметят.
        Он осторожно выглянул за угол.

        - Погрузку закончили. Теперь хотят, чтоб туда залез Пикард.

        - Вот, по любому, даже с пушками, как они его намереваются удержать?
        Лейтенант снова выглянул за угол.

        - Внутри фургона есть какой-то высокий ящик,  - сказал он.  - Дверь открыта, внутри всё светится примерно так же, как в хранилище для «чёрного ящика».

        - Значит, от этого тумана есть какая-то защита.

        - Пикард подходит к фургону,  - Уорик оторвался от наблюдения.  - Так что, капитан, будем атаковать?

        - Думаешь, у нас что-нибудь получится?

        - Устроим шум. Пока на нас отвлекаться будут, Пикард смоется.

        - А ты к нему симпатией проникся?  - усмехнулся я.
        В ответ лейтенант проверил автомат: поменял магазин, передёрнул затвор. Я вздохнул и сделал то же самое.

        - Командуй, Уорик!

        - На счет раз!  - Лейтенант выставил пальцы для счёта и стал быстро их загибать. Я напрягся. Последний палец только начал загибаться, как лейтенант опустил руку на автомат и вырвался из укрытия. Я рванул вслед за ним, перебегая к другому углу.

        - Полиция! Ни с места! Оружие на землю!  - дурным голосом заорал Уорик, а я выпустил поверх фургона короткую очередь.
        Что удивительно, никакой паники в стане врага не произошло. Но то, что мы хотели добиться - добились. Ребята с незнакомыми пушками на миг отвлеклись от Пикарда. Тот, в свою очередь, быстро сообразил что делать. Правда, не стал нападать. Просто превратился в туман и утёк под фургон. В последний момент, один из обладателей пушек с раструбами переключился снова на него. Нам же с Уориком пришлось отстреливаться сразу от четырех бойцов, поэтому что и как там происходило дальше, сказать не смогу.
        Двое, что грузили в фургон Марго, ещё двое до этого прятались за фургоном и нам были не видны. Потом добавились и те, кто сторожил Пикарда. Как только застукали пули по стенам домов и асфальту, нырнул обратно за угол. Уорик, прежде чем спрятаться, успел выпустить короткую очередь. Один из грузчиков, приняв пару пуль в грудь, упал, но тут же попытался встать. То есть ребята подготовились к неожиданностям - ходили в бронежилетах.
        Когда я свалил второго, неизвестные поняли, что ничего хорошего им тут больше не светит. Бойцы с раструбовыми пушками повскакивали внутрь фургона. Оставшиеся дали по нам ураганный огонь, прикрывая тех, кто пытался помочь упавшим подняться и оттащить раненого в ногу (моя заслуга) под защиту фургона.
        Мы с Уориком отсиделись в укрытиях, наблюдая, как от углов домов временами брызжут фонтанчики штукатурки и кирпичной крошки, выбитой пулями. Как только массированный обстрел прекратился, тут же выглянули на улицу. Ребята уже закрывали створки, остальные грузились в кабину. Для очистки совести, мы (а я к тому же взбешённый тем, что увозили ни кого-нибудь, а Марго), обстреляли фургон. Тот оказался бронированным, только искры обозначали места попадания. Выпустив почти всю обойму, спохватился, чуть опустил дуло, целясь по колёсам. Они неожиданно приобрели защиту в виде опустившихся стальных щитков. Фургон беспрепятственно тронулся с места, набрал скорость и скрылся за углом дома.

        - Дьявол!  - выругался я. Если бы не ремень, скакать автомату по асфальту.  - Они увезли Марго!
        Уорик промолчал. Что тут скажешь? Окажись я на его месте, точно не нашел бы, что сказать. Блин, даже не знаю, жива ли Марго. Может, грузили мёртвое тело. Если Пикард прав и Марго, это Мария, взрыв странного снаряда мог убить её. Свойства тумана и начинки снаряда нам неизвестны, но видели, что Пикард стоял тихо и выполнял команды парней с незнакомым оружием. Хоть Пикарда изучил мало, был уверен, спуску бы он не дал, а значит оружие серьёзное.
        На плечо легла ладонь лейтенанта.

        - Пойдём, капитан. Ваши получили, что хотели, глядишь, сообразят, что к чему и мы выйдем на этих парней.

        - Порву!  - тихо, со злостью сказал я.  - Как только доберусь до этих сволочей - порву.

        - А я помогу. Пойдём уже.
        Я дал себя увести с перекрёстка, правда, пару раз оглянулся. Просто так, без надежды на чудо. Хоть бы Пикард появился, что ли?
        Где-то на полпути до заставы нас встретил отряд полицейских под командованием шерифа Сандерса. Несколько человек отправились разбираться с перестрелкой и исследовать остатки вертолёта.
        Глава 14 Дважды меченый

        Попав в офис Комитета, я понял, почему Марго отказалась идти со мной. Тогда я не понял, сейчас же прочувствовал в полной мере. Стать подопытным кроликом - то ещё удовольствие.
        Шучу, конечно, но в этом есть и доля правды. Гриссом успел убежать в мэрию. Наш отряд встретил Борс, наш штатный лаборант. Ему в поддержку прилагался недовольный Григорий, обиженный на то, что мы его не взяли на встречу с туманом. Борс сразу взял «быка за рога», то есть кровь на анализ.

        - Вы можете располагаться здесь,  - сказал он в заключение, запаковав капсулы в небольшой ящик.  - А вас,  - взгляд упёрся в меня,  - я попрошу пройти со мной для подробных исследований.

        - Э-э… док, может, ограничимся тем, что вы уже взяли, а?
        Я не часто контактировал с этим человеком. Старый сотрудник Комитета, пережил двух начальников. Гриссом третий на его счету. Выглядел, между тем, бодренько и моложе своих шестидесяти лет. Честно сказать, я его побаивался. Мы почти не общались, разве что когда я изредка заносил материал для исследования да забирал результаты. В коридоре, если встречались, ограничивались «здрасьте-здрасьте». В общем, побаивался я его, почему-то. Он никогда не улыбался. Может, в этом причина настороженности. Ну и, конечно, банальное уважение к возрасту.

        - Полковник приказал вас подробнейше исследовать,  - взгляд буравил мою переносицу.
        - Вы контактировали непосредственно с пришельцем.
        В общем, сопротивляться было бесполезно, так что пришлось отправляться на экзекуцию и молиться, чтобы она не затянулась надолго. Только и успел, что приветственно кивнуть Шмалику и остальным ребятам из отряда лейтенанта. Гриссому, всё же, пришлось отозвать ребят с отдыха. На самом деле, неудача со взломом сервера может не остановить неизвестных, желающих получить результаты, отправленные из госпиталя по электронной связи. И «чёрный ящик», кстати, тоже где-то здесь спрятан. Тоже компромат и, пожалуй, Цель. С большой буквы. Не стоит его сбрасывать со счетов.
        Жутко не хотелось пропустить момент, когда Кэрри начнут допрашивать. Если это произойдёт без меня, придётся потом слушать запись, как минимум, или, ещё хуже, читать.
        Анализ провели быстро. Оказалось, что все, кроме меня - чисты. В моей же крови обнаружились посторонние объекты. Получив интересные данные, в лабораторию явился Веллер для сравнения результатов, пока я выполнял требования дока, выделывая различные упражнения, облепленный датчиками.

        - Очень интересно,  - сказал системщик.  - Очень.

        - Не томи, Веллер. Что обнаружил? Меня сразу в изоляцию или ещё поживу?

        - Вот не могу ничего сказать по этому поводу. Появится Гриссом, он и решит. А пока… Док, вы уверены, что нужно продолжать терзать Криса? Вроде бы он прекрасно себя чувствует.

        - Скоро я его отпущу,  - кивнул Борс, так и не оторвав взгляда от монитора с кучей поступающих туда данных.

        - Честно сказать,  - продолжил Веллер, снова обращаясь ко мне,  - я бы тебя изолировал.

        - Как хорошо, что ты не на месте Гриссома,  - пропыхтел я, на сей раз, по требованию дока, отжимаясь от пола.

        - Ну, ещё не известно, что скажет полковник, когда увидит результаты. Может, сразу прикажет расстрелять.
        Я застыл на полпути. Ничего себе шуточки.

        - Капитан,  - прозвучал голос дока над головой,  - не отвлекайтесь от дела, пожалуйста. Нам осталось немного.

        - Не шути так больше, Веллер! Я пока не схожу с ума.

        - Это пока. Вспомни Марго! Вот, смотри,  - системщик положил распечатку на пол, чтоб я смог рассмотреть то, что там написано.
        Раз отжался, два отжался, три отжался. За это время успел по диагонали прочесть текст и вникнуть в картинку. Из текста ничего не понял, а картинка позабавила: небольшая треугольная пирамидка со скошенными углами.

        - То, что ты видишь, Крис Хаппельмайер,  - торжественно начал Веллер,  - обнаружилось в крови капитана Винсент.

        - Что это такое?

        - Достаточно, капитан,  - снова в разговор вклинился док,  - можете вставать.

        - Экзекуция закончена, док?

        - Пока да,  - кивнул Борс и начал снимать с меня датчики.  - Дальнейшее будет зависеть от результатов тестов. Пока всё нормально, с вашими биометрическими параметрами с последнего теста сходится на девяносто восемь с половиной процентов.

        - За полгода неплохо,  - хмыкнул я.

        - В сторону ухудшения, к сожалению.

        - Почаще бегать по крышам надо, Крис,  - захохотал Веллер.

        - Так может, бег по крышам всё и портит,  - я накинул рубашку.  - Ты не отлынивай от ответа. Что это?

        - Нанит,  - Веллер посерьёзнел.  - Увеличенный в пару сотен тысяч раз. Правда, не совсем обычный нанит.

        - Как будто это о чём-то мне говорит,  - я хмыкнул.
        На меня посмотрел даже док, оторвавшись от укладывания датчиков в коробочку. В какой-то момент я почувствовал себя глупым. Ну не задумывался над этой проблемой никогда. Без надобности было.

        - Ну ты тёмный, Крис,  - снова расплылся в улыбке Веллер.  - Скажи ещё, никогда про нано-технологии не слышал.

        - Почему? Слышал.

        - Так вот, необразованный ты наш. Наниты - это маленькие такие искусственные роботы. Размерами буквально десятые, а то и сотые доли микронов. Должны были использоваться в различных целях. Начиная с медицинских, заканчивая военными.

        - Что же помешало?

        - Дороговизна производства и неспособность нанитов к самовоспроизводству.

        - Они и такое умеют?  - брови взлетели на лоб.

        - Ну, как тебе сказать. Предполагалось, что да. Хорошо, что это дело не пошло.

        - Ясно. А что с теми, что у Марго обнаружились? Кто-то нашёл способ дешёвого производства нанитов?

        - Нет. И вот здесь-то самое интересное и странное. То, что ты видишь,  - Веллер постучал пальцем по рисунку с пирамидкой,  - не робот. Это - вполне живое существо.
        Брови опустились обратно. Я хмуро уставился на системщика. В ответ он пригласил меня взглянуть на монитор, встроенный в столешницу стола.

        - Что это?

        - Это клетки. Из них состоит всякое живое существо. Добавлю - биологическое существо. Ты, я, док…

        - Можешь не перечислять, много времени займет.

        - Да, ты прав. Вот только по-нормальному эта картинка должна выглядеть вот так,  - пальцы Веллера пронеслись по экрану. В результате тот разделился на два. На одной половине сохранилось прежнее изображение, на другой примерно то же самое, с небольшими отличиями. Чище, что ли. Ощущение примерно такое.

        - Вот нормальная картинка,  - сказал Веллер.  - Почувствуй разницу, Крис.
        Я её почувствовал.

        - Хочешь сказать, всё здесь в нанитах,  - кивнул я на «грязное» изображение.

        - Точно. Почти к каждой клетке прикрепился нанит.

        - Но не это интересно, молодые люди,  - в разговор вмешался док.  - Они не просто прикрепляются к клетке, они её, со временем, заменяют.

        - А это возможно?  - мой вид, внешний, имеется ввиду, умностью явно не отличался.

        - Как сказал товарищ Веллер, это не просто наниты. Не в том понимании, что мы в это слово возлагаем. Это живые наниты. Каждая такая пирамидка - отдельное живое существо.

        - Ух ты!  - только и смог выдохнуть я.

        - Вот, мы тут тоже сначала так же думали. Вирус, к примеру, по типу гриппа или чумы. Но всё оказалось намного сложнее.
        Док проделал быструю манипуляцию с монитором, в результате мы с Веллером увидели третью картинку. Отличалась она от предыдущих тем, что всё здесь было заполонено
«живыми» нанитами. Получалось, что первая картинка, показанная мне Веллером, являлась переходной между второй и вот этой.

        - Прошу учесть, что это изображение - предположительное,  - продолжил док.  - Если бы мы могли получить образцы, что неизвестные успели перехватить, можно было бы сказать точнее. Впрочем, у нас ещё есть шанс узнать, что к чему.

        - На меня намекаете, док?  - я ещё больше нахмурился. Мягкое место подсказывало, что влипаю в эту историю крепко, причем не с той стороны, с которой хотелось бы.

        - Вам, капитан Хаппельмайер, я бы посоветовал в ближайшее время находиться в лаборатории, под наблюдением. Потому что в вас находятся два вида нанитов.

        - Два?  - брови снова взлетели вверх.  - Как два?

        - Первый вид похож на тех, что вам показывал товарищ Веллер. Пирамидки со скошенными углами. Второй вид - такие же, но с небольшим отличием.
        На экране появилсь другие картинки. Два нанита, с первого взгляда - одинаковые.

        - Вот эти,  - док указал на правую картинку,  - наниты капитана Винсент. Вот эти,  - левая картинка,  - те, что в вас ввело то существо, с которым вы имели непосредственный контакт.

        - Не вижу разницы.
        На самом деле, так и было. Абсолютное сходство.

        - Различие есть. Еле заметное, даже при таком увеличении. Обратите внимание на скосы вершин.
        Мы с Веллером присмотрелись внимательнее. Оказалось, что док прав. В пирамидке от Марго выемки на вершинках идеальные, в пирамидке де от Пикарда внутри выемки обнаружился полукруглый выступ. Он был похож на опухоль и его можно было бы идентифицировать именно таким образом, если бы сферки не находились на каждой вершине.

        - Хорошо,  - протянул я,  - то существо ввело в меня часть своих нанитов. Он сказал, что это что-то вроде маяка.

        - Это так. То, что обнаружилось в ваших анализах, не репродуцируется.

        - Не понял.

        - Не размножается, Крис, расслабься,  - хлопнул меня по плечу Веллер.

        - Ничего себе, расслабься!  - Я чуть было не вышел из себя.  - Эта гадость во мне сидит, между прочим, а не в вас!

        - Но она не размножается, Крис! Это маяк, всего лишь. Та штука будет знать, где тебя искать, в случае чего.

        - Да, эти наниты не активны,  - подтвердил док.  - Так же, как и другие.

        - Которые от Марго?  - в моём голосе появилась обречённость.

        - Да. Их тоже мало и они неактивны.

        - Что, впрочем, меня не успокаивает. Это сейчас они неактивны. А через полчаса будут активны и начнут размножаться. И в кого я тогда превращусь? А если начнут драться?
        Я аж вспотел, представив, как это всё будет выглядеть и поплохело мне основательно. Да разорвёт же на части!
        На некоторое время в лаборатории установилась тишина. Стало настолько тихо… Когда-то в таком случае говорили, мол, коп родился. Не знаю, шутка то или нет. Как же я понимаю Марго. Сейчас бы самому исчезнуть куда-нибудь, желательно от Дакетта подальше. Залечь, переждать, глядишь, пронесёт.

        - Вы говорили,  - наконец, подал я голос, ибо в тишине находиться, не выяснив всё до конца, оказалось ещё хуже,  - что эти наниты - живые.

        - Да, кстати!  - встрепенулся Борс.  - Это же самое удивительное, а мы пропустили сей аспект из внимания. В отличие от классических нанитов, то есть искусственно сделанных роботов, ваши наниты были выращены. То есть каждый из них является отдельным живым существом.

        - Только этого не хватало,  - вздохнул я. Возмущаться уже не было сил. Да и смысла тоже.  - Я бы стерпел роботов, но живые существа…

        - В основе наших экземпляров, господа,  - доку только лекции читать, такой вид он принял, продолжая речь, не заметив моего бурчания,  - лежит органика. Несмотря на то, что размерами наниты не превосходят обычной органической клетки, как вы заметили, структура их намного сложнее. Я бы сказал, что это миниатюрный многоклеточный организм…

        - Док, извините, но клетка - самая мелкая часть любого организма,  - прервал я.

        - Не совсем. Это простейший организм, но состоит клетка из множества других элементов. Мне бы не хотелось читать элементарную лекцию, молодые люди.

        - Хорошо. Так что же с нашими нанитами?

        - Да. Так вот. Структура нанита, по предварительным исследованиям более сложна. Тут, конечно, не помешал бы мощный микроскоп, чтобы до конца разобраться во всём,
        - Борс совсем не по доковски посрёб щетину на шее.  - Но пока мы имеем то, что имеем. Всё остальное - на уровне гипотезы. Скорее всего, триллионы этих мелких организмов существуют в так называемых колониях и имеют общий разум. Как колония муравьёв с Земли, или пчёл, гастусов с Фронтира или печенегов с Каприки.

        - Мы поняли,  - защитно выставил руки Веллер, сдаваясь.  - Уверен, перечислять, на что это похоже, можно долго. Суть мы поняли.

        - На самом деле подобных колоний, имеющих коллективное сознание, в известной части галактики крайне мало.

        - То есть эти наниты прилетели к нам из неизвестной части галактики,  - я не удивился, прошу заметить. Простая логика, а паузу надо было чем-то заполнить и вывести дока из задумчивости, в которую тот внезапно ушёл.

        - Да. И, судя по тому, что эта колония при контакте с вами, приняла человеческую форму, я могу сделать вывод…
        Я встрепенулся, вспомнив, что в приёмной оставил журналистку. А ведь она тоже много чего интересного должна рассказать. Пикарда-то узнала.
        Мы ещё немного поговорили, по мелочам. Только потом смог выбраться из лаборатории и тут же столкнулся с Гриссомом. Вид у него был, что говорится, краше в гроб кладут. Мы уставились друг на друга. Я выжидательно, чуял, что допрос Кэрри прошёл без меня. Взгляд быстро пробежался по стенкам в поисках часов.

        - Успокойся, Крис, твою журналистку я уже допросил.

        - Жаль, хотел успеть. Что-нибудь интересное она рассказала?

        - Многого она не знает. Вот что, пойдём в кабинет, там переговорим.

        - Фух, значит, есть надежда, что я ещё в деле.

        - Сомневался, что ли?  - полковник усмехнулся.  - Я уже знаю, что за гадость внутри тебя сидит. Правда, без подробностей, но знаю, что она не активна. Поэтому ты ещё в деле.

        - И на том спасибо. Веллер, вон, собирался меня запереть где-нибудь в укромном месте.
        В ответ полковник лишь улыбнулся.
        Мы поговорили некоторое время. Если обобщить рассказ Гриссома и приплюсовать к нему то, что узнал в лаборатории, вырисовывалась интересная картинка.
        Как и предполагал, без КТК тут не обошлось. Лет двадцать назад они организовали научную экспедицию за пределы заселённого человечеством пространства. Дело обычное, а уж Космическая Торговая Компания, имея в руках огромные ресурсы, занималась подобными экспедициями частенько. В тот раз затею придумали у нас, на Олимпике. Набрали учёных и рванули в неизвестность.
        Среди отправившихся в неизвестность был и Ксавьер Пикард, талантливый программист, работавший на КТК. Кэрри говорила, что он был её любимым дядей, правда, иногда хорошенько выпивал. Девочке нравилось играть с ним, и это было взаимно. Очень расстроилась, когда Пикарду пришлось улетать, но была надежда на скорое возвращение. Он обещал отсутствовать лет пять.
        Года через два поступило сообщение, что связь с экспедицией прервалась. Они к тому времени достигли цели, последний доклад отличался безудержным оптимизмом и обещаниями о невероятных открытиях. Большего семье Кэрри от КТК добиться не удалось. Поэтому-то она и решила поступить на журналистский факультет. Думала, что так будет проще докопаться до правды. По мне так не совсем верный выбор. Журналистке ни в каком ракурсе не светило разузнать что-либо по этой теме. Разве что в обход и косвенно. Пошла б она в учёные, на которых в КТК падки, управленцы или ещё на кого, был бы шанс устроиться на работу непосредственно в Компанию. С другой стороны, с дядей Кэрри смогла встретиться, в конце концов, правда, тот как-то холодно отнёсся к племяннице. Не узнал, наверное.
        В свете этого обстоятельства, возник другой вопрос. Журналистка говорила, что прилетела в Дакетт благодаря электронному письму, присланного неизвестным. Значит, в КТК есть человек, который знает о Кэрри и её идее фикс. При этом этот некто проникся стремлением журналистки настолько, что решил ей помочь. И он был в курсе событий и с экспедицией, и с ситуацией на «Одине», то есть точно знал, когда тот появится. Он также знал о нападении на фургон из госпиталя. И это о многом говорило.
        Вывод из всего этого: КТК в происходящем причастно. Только вот это всё догадки, а с ними в офис регионального директора не явишься претензии предъявлять.
        Результаты по «чёрному ящику» тоже не обнадёживали. Кто-то, как-то, сумел проникнуть в него до того, как до самописца добралась моя рука, и стереть самое важное. Записи обрывались за час до того, как диспетчеры потеряли связь с лайнером и забили тревогу. Мой мозг, если честно, не мог представить этой ситуации.
        Тут произошло одно из двух. Либо его выключили, либо и впрямь кто-то залез и стёр несколько последних часов происходящего. И того, и другого просто не могло быть. В самописцы не то, что залезть, их вытащить невозможно без всей той процедуры, что пришлось пройти мне при его изъятии. Тем не менее, факт остаётся фактом. И что-то мне говорило: сия загадка останется таковой навсегда. Тут можно только грешить на загадочных пришельцев, свойства которых мы не знаем. Наниты вездесущи, могут проникать через любые преграды, хоть пока и не доказано. Если принять во внимание эту версию, тогда всё сходится. Правда, бастовала логика. Не могло быть такого, и всё тут.
        Одним словом, с «чёрным ящиком» ещё работать и работать. Ребята Веллера обещали покопаться, на случай, если запись была, всё же стёрта. Ну, пусть развлекаются.
        Мы расстались с Гриссомом через час, потому как надо было обсудить ещё пару дел.
        Вот тогда, выйдя в приёмную, я смог расслабиться. Уверенности, конечно, не было в том, что сегодня больше ничего экстраординарного не произойдёт. Мог где-нибудь появиться Пикард. Но это пусть уже без меня за ним охотятся, а ещё лучше, следят. Насколько понял, Мария, которую он искал, и Марго - одно и то же лицо, хотя с этим вопросом надо бы разобраться. Надеюсь, при следующей встрече он выяснится. Пока же даже дёргаться не буду, если вот прямо сейчас Пикард, в любом виде, появится где угодно.
        В приёмной-гостиной отдыхали ребята из отряда Гриссома. Все, кто летал со мной на
«Один». Сейчас я смог их рассмотреть более внимательнее, тем более, что предусмотрительная Катерина вручила мне кружку с пенящимся пивом.
        Выдув кружечку, я отправился домой. Уорик тут же выделил охрану в лице Шмалика и Ганса. Мол, я сейчас лицо важное, негоже одному по городу гулять. То бишь, есть подозрение, что неизвестные, предположительно бойцы из КТК, могут начать охоту и за мной. Даже при условии, что они получили, что хотели. Но ведь пока не известно, пострадала Марго на самом деле, или нет. Граната та могла просто временно
«вырубить» колонию нанитов, не уничтожая их совсем. С другой стороны - всё могло быть иначе: Марго уничтожена, как это ни прискорбно осознавать, Пикард сбежал и теперь в курсе хитростей охотящихся на него. Второй раз на мушку новым оружием поймать себя не даст.
        Оставался я. Во мне наниты. На месте ребят из КТК я бы не упустил такой возможности, тем более, что цель, в принципе, лёгкая на фоне всего остального.
        Остальные спецназовцы остались дежурить в офисе. Угрозу проникновения в офис никто пока не отменял.
        Добрались до дома на полицейской машине в сопровождении двух экипажей. Один из них остался дежурить на улице, спецназовцы расположились на лестничной площадке, хоть я их и приглашал на рюмку чая. Мол, на работе, расслабляться нельзя, да и частная жизнь остаётся частной, как ни крути. Предварительно они, всё же, прошлись по квартире с приборами на предмет жучков. Квартира долгое время оставалась без присмотра, в неё могли проникнуть, несмотря на предпринимаемые постоянно меры. Замок цел, окна, стены, за которыми находились другие квартиры - тоже. Заодно убедились, что в них нет ни подслушивающих, ни подглядывающих устройств. Для этого воспользовались специальными приборами.
        Что говорится, расслабляйся, Крис Хаппельмайер, и ни о чём не думай. Никто за тобой не подглядывает, никто тебя не подслушивает. Хоть голым ходи и во весь голос песни распевай или ругайся благим матом. Компроматом на тебя никто не обзаведётся.
        Чем и воспользовался. Вылез из под душа, натянул штанишки в цветочек, и уселся в любимое кресло перед телевизором. На этот раз включать его не стал, да и глаза понемногу закрываться начинали. Фото Марго расплылось, превратилось в темное пятно. Обои потеряли контрастность, тоже расплылись. Дальше затемнение. Я ушёл в дрёму. Даже не предполагал, что настолько устал.
        Глава 15 Убойное утро

        Ночь прошла спокойно и почти без сновидений. Какая-то чехарда из событий предыдущих двух суток.
        Как перебрался с кресла на диван - не помню. Фокус в том, что когда осознал, что проснулся, ощутил себя в лежачем положении. Словно кто-то перенёс. Сам перешёл, конечно, но не помню ни одного движения. Лунатизмом не страдаю, если что. Вот тогда проснулся окончательно, уставился на еле освещаемую с улицы стену пробивающимся сквозь штору прожектором с высотки неподалёку.
        Вскочил, огляделся. На столике у кресла бутылка с пивом. Освещения хватило, чтобы определить - на пару глотков ещё осталось. За окном ещё ночь. Несмотря на это, в окнах соседних домов светятся окошки, далеко внизу по улице мчатся машины. Сейчас на дорогах посвободнее, можно и сотенку километров выжать, никто не мешает. Особенно если подгадать, чтобы на перекрёстках зелёный свет дорогу давал.
        До рассвета оставалось часа полтора. Спать же не хотелось. Чем заняться в такую рань, тоже как-то в голову не приходило. Мелькнула мыслишка пойти поболтать с ребятами. Вон, у дома торчит полицейская машина. Но что-то настроение не то. Ещё пивка выдуть? Не-не-не, сразу после упоминания потянуло по маленькой.
        Когда вышел из уборной, шестое чувство просигнализировало - в квартире что-то изменилось. Я застыл у выхода, потом дошло - стою на свету, мишень идеальная. Дёрнулся в сторону, захлопнул дверь. Понимаю, что проникни в квартиру недоброжелатели, да ещё с целью как-то покалечить, а то и вовсе нейтрализовать, давно бы сделали это. Тогда кто тут?
        Осмотрел комнату - вроде пусто и ничего не изменилось. Что не так? На лбу проступил пот. Вспомнилось невзначай, что снилось перед пробуждением. На ужастики похоже не было - не страдаю таким. И пусть утверждают, что всё бывает в первый раз, но не сейчас же? К тому же проснулся-то я нормально, сам, из-за давления мочевого пузыря, а не из-за каких-то там страшилок. И посторонних в квартире не было. А сейчас ощущение такое, что есть. Пожалел, что оставил пистолет в офисе.

        - Ну, ладно,  - громко сказал я,  - хватит прятаться! Выходи!
        Похоже на сумасшествие.
        Само собой, никто не откликнулся. Поэтому пошёл к двери в коридор, выглянул в глазок. На лестничной площадке светло и никого нет. Правда, это я о людях, а вот если про нанитов, дело хуже. Эти мелкие штуки могут просочиться через стену, и не заметишь до тех пор, пока не будет поздно.

        - С каких пор ты стал таким стеснительным, Пикард? Давай, появляйся! Чую, у тебя появилась тема для разговора.
        Обвел комнату взглядом - никого. Ни малейшего шороха, туманом тоже пространство не заволакивало.
        Тишина вокруг. Что ж, ошибся, это тоже хорошо.
        С этими думами уселся в любимое кресло перед телевизором. Освещение в комнате так и не включил. Чувство, что в квартире я не один, исчезло. Тревожное чувство появилось ближе к рассвету. Словно пару часов назад кто-то произвёл разведку, а сейчас явились исполнители. Бурная фантазия подсказала, что «разведчиком» могло быть существо наподобии Пикарда. Кто знает, сколько их на Олимпике. Где два, там и двадцать два может оказаться.
        Первым делом снова подошёл к двери и выглянул в глазок. Вроде всё, как в прошлый раз: на лестничной площадке никого. В следующий момент мелькнула тень у лифта. Если бы не готовился к неприятностям, подумал бы, что это соседи рано встали. А так выходит, что начинает происходить что-то интересное. Сейчас нагрянут гости.
        Вернулся в комнату, сделал вызов Гриссому по коммуникатору, пристроил его около телевизора камерой на комнату и уселся обратно в кресло, притворившись, что отдыхаю. Может даже, вообще сплю.
        Сначала услышал, как кто-то скребётся в дверь. Если бы не ждал гостей, не услышал бы. Вот щёлкнул замок и кто-то проник в квартиру. Я дождался, когда неизвестный доберется до кресла. Он занёс руку и я рассмотрел электрошокер. Блин! В живых оставляет, но как же после него плохо. Я напрягся, неизвестный протянул руку, подводя оружие к шее. Небольшой разряд вырубит меня на какое-то время. С одной стороны, можно и позволить, всё ж в этом и состоял план. Но, чёрт побери, как же неохота испытывать на себе электрический удар. Однажды довелось попасть под такой, на всю жизнь запомнил. Жуть как не хочется проходить через это ещё раз. Был бы
«сонный» пистолет или, хотя бы, шприц с какой-нибудь вырубающей гадостью, стерпел бы и не дёрнулся. А так, в момент, когда неизвестный собрался выпустить в меня разряд в несколько тысяч вольт, я дёрнулся вперёд, одновременно пихая кресло от себя.
        Разряд электрошокера попал в спинку кресла. Нападающий выронил оружие, отскочил вбок и, не растерявшись, напал на меня с голыми руками. Рассимотреть его не удалось, парень скрыл лицо под маской.
        Мы обменялись несколькими ударами на ближнем расстоянии. В ход шли кулаки и локти. Он пытался достать меня, я пытался дотянуться до него. Деликатничать никто не собирался. В конце концов, мне удалось оттолкнуть его, а самому отпрыгнуть к журнальному столику. Тут то и заметил второго бойца, который в драку пока что не лез, чего-то ождая у выхода в коридор.
        Он наставил в мою сторону тизер и, не мешкая, выпустил два контакта. Они в мгновение ока преодолели половину комнаты. Еле удалось увернуться, отклоняясь назад и перекручивая туловище так, что, кажется, в позвоночнике что-то хрустнуло. Контакты пролетели мимо.
        Первый противник не ждал, пока я разбираюсь с тизерными контактами. Он прыгнул, опершись рукой о пол. Ноги, взлетели вверх, одна попала в голову. Я не смог оказать сопротивления. К тому же находился в неустойчивом положении. В результате меня приподняло над полом и я грохнулся на дешёвый пластиковый столик с прозрачной столешницей. Купил его только из-за дешевизны. Был бы стеклянный сейчас возился бы в разбитом стекле, а так, всего лишь прокатился по столешнице и грохнулся на ковёр под столиком.
        Тряхнул головой, удар оказался хорош, аж искры из глаз. Бросил взгляд в сторону ближайшего гостя: тот не мешкал, уже запрыгнул на столешницу, намереваясь сигануть оттуда на бедного меня. Даже не думал, всё произошло на уровне инстинктов: махнул рукой, поймал ближайшую ножку стула и рванул её на себя. Хорошо получилось: противника снесло вбок, он упал на спинку второго кресла и, на какое-то время, исчез из поля зрения. Так что я обратил всё внимание на второго.
        Неудача с тизером того не остановила. Вытащил из-за пояса дубинку, что таскал на поясе, словно средневековый рыцарь. По ней пробежали искры и тонкие голубоватые молнии, такие же, как у спецназовской защиты. Только там создавалось силовое поле к электричеству не имеющее никакого отношения. Достали!
        Наверное, из-за этого сил и прибавилось. Ещё столик журнальный, всё ж, был лёгким. Я не выпускал его из рук, держался за ножку, как будто в этом моё спасение было. Й-эх! Столик полетел в противника. Попал, не попал, не знаю, но с глаз второй боец исчез.
        Активизировался первый. Мы встали одновременно, но атаковать первым успел он. И мне досталось по полной программе. Он особо не мудрил, атаковал в стиле регби: врезался в живот плечом, с силой вдавил меня в стену. Я только и успел ударить его пару раз локтём по спине, но парень этого не почувствовал.
        В ответ пару раз получил в бок. Удары сильные, почувствовал во рту кровь. Стал искать шею: пора заканчивать с цирком - один удар в основание черепа, ему бы этого хватило. Да только и я не на того попал. Парень ещё раз приложил меня о стенку, чтоб жизнь мёдом не казалась, а потом откинул в сторону коридора. И ведь не просто так бросил, а прямиком под удар напарника. Про него уже и забыл, а тот, тем временем, поджидал подходящего момента и дождался его. Как бейсбольной битой, приложился в грудь палкой. Меня шибануло током. Хорошо так приложило. В сознании остался, подкосило колени, накатила слабость, помутилось в глазах и затошнило. Одним словом, все прелести удара током. Вот из-за чего его не люблю.
        Вслед за первым, последовал второй удар. Я вырубился.


        Это становится плохой привычкой, когда приходишь в себя и обнаруживаешь, что тебя куда-то волокут. На этот раз везли, впрочем, от этого не легче не. Полностью в себя пришёл, когда заволокли куда-то, скинули с каталки и что-то вкололи.
        Когда открыл глаза, обнаружил белую комнату. Стены и пол обиты мягким материалом, освещение проникает во все закоулки. Из-за мягких стен ощущение, что это место содержания буйных, либо ценных заключённых. Чтоб, значит, не повредили себе что-нибудь. Через пару мгновений обнаружил, что лежу на полу. В принципе, мягко, спать можно. Ведь с кровати, по идее, можно умудриться упасть так, что шею свернёшь. Не было и простыни, ей можно удушиться. Конечно, я не такой человек, чтобы сразу самоубиваться. Намного интереснее выяснить, куда и к кому попал. Разве что у похитителей свои взгляды на происходящее.
        Камера пуста: ни мебели, ни санузела. Дверь напротив обита тем же материалом, что и всё вокруг, только небольшой круглый иллюминатор, как на космическом или морском корабле обнаруживал дверь. Для наблюдения, что ли? Не похоже. Сходу заметил над дверью видеокамеру. Сделана та тоже из белого пластика, только чёрный зрачок нарушал весь баланс. Наблюдающий видит всё, чем занимается заключённый. Уверен, за мной наблюдают. Возможно, с интересом. А раз так, значит, скоро явятся похитители. Вот тогда и узнаем, кто такие и чего добиваются.
        Вид идеально белой комнаты портил так же и я сам. На мне всё те же штанишки в цветочек, в которых я встречал гостей. Больше ничего. Что ж, ладно, пора подниматься, и ждать гостей в более презентабельном положении. Скрестил ноги, опёрся спиной о мягкую стену и устремил взгляд на иллюминатор, словно собирался заняться гипнозом. Главное, не показывать панику. Не бузить, не ломиться в дверь, не кричать, вызывая главного на разборки. Всё это тлен, и вряд ли произведёт впечатление на врагов. Спокойствие, только спокойствие, как говорил древний персонаж детских сказок, живший на крышах. Заставь врага совершать ошибки. Каким образом - вопрос другой. Я решил, что полное спокойствие к происходящему должно сбить с толку кого угодно.
        В животе заурчало. Давно не ел плотно. Пить тоже захотелось. Ну, будем надеяться, что я похитителям нужен живой и здоровый.
        Без хоть какого-то движения вокруг кажется, что всё замерло. Внутренние часы тикают быстро, от этого нормальное время тянется до ужаса медленно. Можно просидеть сколько угодно, в мире пройдут сутки, а взаперти будет казаться, что и часа ещё не прошло. Дьявольская пытка, кстати сказать. Заснуть ещё раз, что ли? По собственной воле, а не вырубиться от электрического удара или от столкновения с бортом спасательной шлюпки.
        Что происходит за дверью, через иллюминатор не видно. Специальное стекло, оттуда сюда - почти полный обзор, как в дырку глядишь, обратно - как в зеркало.
        Прошло некоторое время, когда послышался первый звук. Еле слышный лязг, и вот в стене с иллюминатором приоткрылась щель у пола. Как в иных частных домах хозяева делают для своих любимых питомцев. Только здесь уже и длиннее, как раз, чтобы просунуть в камеру поднос с едой. Что тюремщики и сделали.
        Дверца закрылась, еле слышный лязг - Крис Хаппельмайер снова остался в одиночестве. Общаться никто не захотел. Что ж, раз так, ладно, у меня терпения хватит. Голодом мориться не собираюсь.
        Небольшой поднос из плотной бумаги. На нём две тарелки из того же материала. В одной обнаружился суп, в другой картошка с фрикадельками. В бумажном стакане чай. Гады - я люблю кофе! Вернулся на своё место у противоположной стены и стал поглощать обед, демонстративно не обращая внимания на камеру слежения. Освободившуюся посуду в качестве оружия не используешь, для самоубийства тоже. Можно слепить шар, больше ни на что она не годна. Специальная термообработка позволяет некоторое время держать влагу и тепло, впрочем, недолго. Если бы я чуть задержался с завтраком, весь мой рацион оказался бы смешанным на подносе, а потом на белоснежном полу.
        Прислонил голову к стене, прикрыл глаза. На полный желудок жить стало веселее, даже в заточении. Тут снова меня отвлекли. На этот раз открылась основная дверь, давая обзор в коридор. Проём тут же закрыл парень в форме службы охраны КТК. На полголовы меня выше, шире в плечах. Огнестрельного или сонного оружия при нём не было. На боку, там, где обычно висит кобура, расположилась дубинка. Точно такая же, как та, которой меня вырубили в квартире. Тюремщик подозрительно уставился на меня, как будто я могу наброситься на него, прорываясь на свободу. Ссобирался, чего греха таить, но не сейчас.
        Вслед за ним в камеру вошёл ещё один человек. Ростом по плечо первого. И ведь что интересно - выглядели они при этом одинаково. Как близнецы, что в некий момент физически стали развиваться по-разному. Или братья. Вот ведь подобрали.
        Как только они встали, словно часовые у выхода, зашёл третий. Лицо напоминает хорька, дорогой костюм, галстук. Ростом едва выше второго бойца. Диссонанс вызывала разве что лысина.
        Этого человека я не знал. Видно, что он из высшего руководства, но ни разу не светился в новостях ни сам, ни на фоне директоров КТК, что само по себе удивительно. Кто же ты такой?

        - Крис Хаппельмайер,  - не теряя ни минуты, начал загадочный посетитель,  - действующий полевой агент Комитета Галактической Безопасности. Последние двое суток вы слишком популярная персона, Крис Хаппельмайер.

        - Работа такая,  - даже не подумал подниматься.  - С кем имею честь беседовать?

        - Можете называть меня господином Кромвелем.

        - Очень хорошо, господин Кромвель. Надеюсь, вы понимаете, во что ввязались, похитив действующего агента Комитета. Я не угрожаю, и даже не предупреждаю. Просто хочу убедиться, что вы знаете, что делаете.

        - Не беспокойтесь, агент,  - усмехнулся собеседник.  - Нам от вас нужно мало. В вашем организме есть кое-что, что нам хотелось бы исследовать.

        - Весь ваш,  - я развёл руками.  - Деваться мне некуда, из камеры я вряд ли смогу убежать.

        - То есть, заранее согласны на сотрудничество?  - господин Кромвель мне не поверил.
        - Уж наверняка всё то время, что успели провести у меня в гостях, думали, как выбраться отсюда. Я прав?

        - Если честно, то пока нет. Отдыхал после обеда. У вас чудесные повара. Передайте им моё восхищение.
        Возникла небольшая пауза, в течении которой выражение взгляда хорька, становилось всё более подозрительным и задумчивым. Весь мой вид говорил - я что-то задумал. Только вот никак сообразить не мог, что именно.
        Наконец, он поднял правую руку к уху и активизировал еле заметный, телесного цвета, передатчик.

        - Доктора Башира в пятую камеру. Пусть возьмет всё необходимое для обнаружения маячков,  - и обратился ко мне: - Надеюсь, никаких возражений нет?

        - У меня есть выбор?

        - Знаете, агент, меня, в последнее время, можно назвать слишком подозрительным человеком. Ваше поведение сигнализирует, что с вами не всё так просто.
        В ответ я усмехнулся. Вот пусть гадает, что это значит. То ли да, то ли нет.
        Доктор Башир, молодой человек, с виду, вчерашний студент, появился в камере парой минут спустя. Готовился, что ли, прибыть по первому зову? Или авторитет Кромвеля тут настолько высок, что бросай всё и исполняй его приказ. На этот раз мой диссонанс взревел всеми фибрами. То, что он молод, куда ни шло, но то, что этот парень сторонник давнего движения хиппи, и не скрывает этого, вот тут сбой и произошёл.
        С его прибытием в камере стало тесновато. В принципе, уже можно начинать что-то предпринимать, есть шансы грубо пойти напролом. Стоит захватить странного доктора, отправить его в полёт к низкорослому охраннику - этот более опасен. За это время успею подобраться к человеку в галстуке, и дальше по обстоятельствам. Выход в коридор в шаге, а там больше места для манёвра.
        Видимо, нечто подобное промелькнуло и у охранников. Они быстро переглянулись, низкорослый коротко кивнул, и бугай направился ко мне. Я, предупреждая неприятности, поднялся, поднял руки.

        - Ребят, я мирный человек, обещаю не буянить.
        Бугай встал чуть сбоку, достал дубинку. Так он не давал мне шансов. Дёрнешься - получишь не только дубинкой по рёбрам, но и удар электричеством, а я их только недавно получил достаточно на всю оставшуюся жизнь.
        Башир открыл кейс, достал оттуда коробочку чуть больше коммуникатора с несколькими кнопками, экраном, занимающим половину площади прибора, и антенными сенсорами. Интересная штуковина. Я таких ещё не видел. Остановился в паре шагов от меня и поводил мигавшим определителем.

        - Жучков нет, господин Кромвель,  - доложился доктор, убирая прибор и отходя от меня подальше спиной вперед.  - Ни в организме, ни на одежде, ни в волосах.

        - Но что-то же должно быть?  - воскликнул господин Кромвель.  - Иначе бы он не вёл себя так смело!

        - Два комплекта нанитов в организме,  - тут же отозвался я.  - Это от контакта с пришельцами. Вас же они интересуют, не так ли? О моём местонахождении могут узнать разве что Марго да Пикард. Пикарду я интересен не так сильно, если что. Мои коллеги, может, и успели кое-что изучить, но вряд ли сообразят, как сделать прибор, регистрирующий эти мелкие живые частицы.

        - Вы слишком много знаете, агент,  - взгляд Кромвеля стал ещё более подозрительным.

        - Много, но недостаточно, к сожалению. Хотелось бы знать больше. Но, пока что меня интересует вопрос: где Марго? В соседней камере?

        - Возможно, скоро вы встретитесь с ней.
        Глава 16 Гиблый вариант

        Ради такого, даже если бы успел придумать способ побега, остался. Марго здесь, что ещё нужно? Ну, кроме как выбраться из камеры и найти её.
        Так что, когда я снова остался в одиночестве, начал думать над способом побега. Реальнее всего выходило при следующем посещении двинуть напролом, вырваться в коридор, а там уже понемногу, помаленьку. Больше возможности для манёвра.
        К следующему посещению тюремщиками у меня созрел детальный план, как вырваться из камеры. Каждый шаг, каждое движение было расписано, предусмотрена любая реакция противника. Дальше - полная импровизация, основанная на сведениях, которые непременно добьюсь от «языка». Хорошо бы этим «языком» был Кромвель - больше знает.
        Учитывая трёхразовую кормёжку, ибо стандарт, прошли сутки, прежде, чем меня снова посетили. Тут-то всё и пошло не по плану. Дверь открылась, в камеру первым вошёл низкорослый охранник, что присутствовал при первом свидании. Подозрительно осмотрел меня, сидящего в позе лотоса у стены и неожиданно достал пистолет, навёл на меня и выстрелил. Среагировать я не успел, потому что не ожидал такого отношения.

        - Это на всякий случай,  - прошептал низкорослый, подойдя ближе.  - В капсуле - препарат, замедляющий реакцию. Можешь не беспокоиться, жить будешь.
        Какая забота, а?
        Мышцы задеревенели, сердце забухало в два раза чаще, только бы не остановилось, а то станется.

        - Забирайте его!  - охранник обернулся к входу, и в камеру въехала каталка. Два санитара в белых халатах подняли меня, уложили на каталку, пристегнули захватами ноги и руки. После этого охранник вытащил на свет божий шприц.  - А вот этот препарат вернёт тебе подвижность.
        Укол, и в следующую минуту по коже прошлись мурашки. Одеревеневшие в мгновение ока мышцы возвращались к жизни, и от этого было временами не очень приятно. Я пошевелил руками и ногами, вырвался вздох облегчения.

        - Что это было?  - спросил шёпотом.

        - Первая капсула - яд с одной из колоний Фронтира,  - с охотой пояснил охранник.  - В течении нескольких минут превращает человека в истукана. Во второй - противоядие.

        - И стоило это таких усилий?  - нашел силы усмехнуться.  - Я не собирался сопротивляться. Это бессмысленно.

        - У меня другие инструкции.
        Говорил так, словно сочувствовал, или пытался сойти за своего. Я поймал его взгляд. Зря стараешься, парень.
        Он сделал знак санитарам, мол, можно везти. Не было бы счастья, да несчастье помогло. Вроде, так говорят. Теперь я смог осмотреть коридор.
        Короткий и узкий, освещается встроенными в потолок лампами. На полу - кафель. Такой вот обычный, офисный коридор, который можно найти где угодно, даже за городом. С десяток дверей, одна на другую похожие. Какая из них ведёт на свободу, угадать сложно. Впрочем, возможно, по иллюминаторам в них. Сейчас, с каталки, увидеть что там, за этими дверьми, невозможно. А вот если посмотреть в упор, может, что-то получится.
        Никаких других отличительных черт я не увидел. Электронные замки такие же одинаковые, как и двери. Ещё оставался шанс определиться в другой части коридора: там ещё четыре двери. Правда, надежды на лучшее как-то мало.
        Дверь в крайнюю комнату была гостеприимно распахнута. Что за ней, не подозревал до последней секунды, но вряд ли ещё одна, подобная моей, камера. Да и на свидание таким образом не приглашают. Разве что на допрос.
        Реальность оказалась хуже фантазий. Меня привезли в лабораторию. По размерам раза в три больше моей камеры, при этом из-за нагромождения различных приборов непонятного назначения, она казалась небольшой. В центре установка - ложе, держащееся на узкой и гибкой подставке. Чем-то похожа на твёрдые носилки, которыми пользуются спасатели, когда пациента приходится грузить в вертолёт. На этом сходство заканчивалось, потому как к «носилкам» прикреплены приборы неизвестного и, с виду не очень приятного, назначения.
        В лаборатории нас уже ждали. Двоих из присутствующих я знал - близнец того охранника, под конвоем которого меня сюда приволокли, и доктор Башир. Третий незнаком, но именно он начал отдавать распоряжения, приказав перенести меня на установку в центре помещения и зафиксировать на ней, чтоб не дёргался. Оставалось только догадываться, что за эксперименты они собрались проводить.
        Дальше всё происходило в сугубо деловой обстановке. Доктора облепили моё тело датчиками, воткнули тонкие иголки, от которых куда-то вниз уходили трубки. Потом, повернувшись ко мне спиной, начали изучать данные в мониторах. Оставалось надеяться, что это всего лишь некий медицинский осмотр, по типу того, который недавно проводил Борс. Только тот осмотр от этого отличался также, как лечение у аборигенов Крайнего Севера Земли от, хотя бы, Центрального госпиталя Дакетта.
        По трубкам в вены полилась бесцветная жидкость. Как потом узнал, в меня вливали не медицинские препараты, а какую-то доморощенную химию, которая могла обнаружить внедрённых в меня нанитов. Ничего серьёзного, тем не менее, учитывая моё похищение, всё это больше походило на незаконный эксперимент над человеком, чем на обследование. Усугублялась тема полным молчанием.
        Охранники стояли в сторонке, наблюдая за мной, как будто я мог вырваться и начать куролесить. На сей раз они вооружены теми пукалками, которые опасался даже Пикард. Я прикрыл глаза. Знал бы, что предстоит, ни за что б не согласился на эту авантюру.
        Операция прошла успешно и быстро. Я ждал боли и не получил её, чему удивился. Санитары увезли меня обратно в камеру, доктора остались изучать то, что накопали. Снова в одиночной камере, без перспектив. Набирайся, Крис, сил, пора отсюда уходить. Кавалерия вряд ли подоспеет, придётся действовать самостоятельно.
        Время вновь потекло медленно.
        В тот раз, на вопрос Кромвеля о планировании побега, я ответил честно. Тогда было не до того. К тому же интересно выяснить, что вообще здесь происходит. При этом я точно не мазохист, просто мы с Гриссомом не учли варианта, когда надо мной будут ставить опыты. Впрочем, пока пронесло. Может быть, дальше будет хуже. Должно быть. Но даже если и нет, выяснять не было ни малейшей охоты. Так что сейчас мозги скрипели и шуршали на предмет, как отсюда выбираться. Сведения, правда, скудные, почти ничего не узнал.
        По всему выходило, что вариант у меня один. Тот, который пришёл при разговоре с Кромвелем. Грубо, шумно, почти без перспектив. Либо надеяться на помощь извне, на то, что Гриссом кинет на мои поиски все силы, которые только способен набрать. Ещё
        - надеяться на помощь того неизвестного, который вызвал Кэрри МакГвайер в Дакетт.
        Гиблый вариант. Тем не менее, сработал именно он.
        Дверь в камеру открылась и на пороге застыл доктор Башир. За его спиной - никого. Одет в потёртые джинсы и свитер с орнаментной полоской. И не скажешь, что доктор.
        Я напрягся, чувствуя подвох. Взгляд метнулся на видеокамеру.

        - Она отключена,  - сказал доктор.  - Можете не волноваться.

        - И что это значит?  - я недоверчиво сузил глаза.

        - Это значит, что вам пора выбираться отсюда. Сейчас в лаборатории никого нет. Мне удалось запустить в систему слежения картинку, где вы спите, капитан.
        Я продолжал сидеть на месте. Не знаю почему. Другой на моём месте давно вскочил бы, спеша воспользоваться таким подарком. Правду говорит загадочный тюремщик или нет, тут, как бы, не важно.

        - Ну,  - поторопил посетитель,  - решили остаться здесь?

        - Нет, конечно. Один вопрос - что вы со мной сделали там, в…

        - В лаборатории? Ничего опасного - всего лишь вывели из обследовали ваш организма на предмет не присущих ему субстанций.

        - Так и думал. И ещё - где Марго?

        - Вы собираетесь выходить из камеры, или мне закрыть дверь? Учтите - другого шанса может не быть.
        Хорошо, уговорил. Всё равно собирался. Почти в мгновение ока я оказался в коридоре, чуть не сбив с ног Башира.

        - Показывай, куда идти?

        - Выход в конце коридора.

        - Где Марго?

        - Её здесь нет. За несколько часов до вашего появления, она уехала отсюда, и я не знаю куда.

        - Что ж, поверю,  - его оговорку я в тот момент принял именно как оговорку.  - Тогда веди, док, нужно убираться отсюда.

        - Вы уходите, мне нужно остаться.

        - Ну конечно,  - я усмехнулся и уставился на спасителя многообещающим взглядом.  - Судя по всему, док, ты обещаешь стать ценным информатором. У Комитета накопилось множество вопросов…

        - Я почти ничего не знаю…

        - Ты знал об «Одине». Знал про нападение на курьера из госпиталя. Этого достаточно, чтобы предположить, что знаешь ты много больше. Так что не стой на месте, док, следуй за мной. Или я поволоку тебя силой. Пожалеешь о помощи.
        Весь мой вид говорил о полной решимости сделать то, что задумал.

        - Хорошо, подчиняюсь силе. Но…

        - Тебя банально вычислят. Причём быстро. Так что не тормози, топай рядом, показывай дорогу. Потом ещё спасибо скажешь.
        Подтолкнул его легонечко, чтоб шёл впереди.
        Дошли до неприметной двери. Долго бы гадал, где выход, а он обнаружился рядом с лабораторией. Только сейчас обратил внимание и немного удивился, что всему этому выделено не так много места. Загадки, загадки. Ну, может, Башир пояснит как-нибудь.
        Через стандартный иллюминатор я выглянул наружу. Там онаружился ещё один освещённый узкий коридор. Метрах в трёх от входа в секретную секцию стоит будка с прозрачными стенами. Освещается обычным светом и дисгармонирует с окружающим. Доктор сообщил, что сюда стекаются трансляции со всех видеокамер. Меня же во всём этом заинтересовало только одно - охранников всего двое.

        - В этой секции ещё заключённые есть?

        - Вы были один,  - не задумываясь, сообщил Башир.

        - А ты чего тут остался?

        - Я часто остаюсь поработать в лаборатории.

        - Над чем работаешь?  - я оторвался от наблюдения.

        - Изучаю возможности инопланетных образований, найденных экспедицией, посланной компанией…

        - Ясно, потом расскажешь. То есть сейчас эти ребята видят тебя в лаборатории?

        - Да. Я закольцевал достаточный кусок записи, чтобы мы успели выбраться отсюда.

        - Молодец.

        - Только… камера в том коридоре,  - Башир кивнул на дверь,  - работает в обычном режиме. Мне не удалось до неё добраться.
        Я только хмыкнул. Это нормально.

        - Открывай дверь, что-нибудь придумаем.
        Два человека, это не так уж много. В любом случае, хоть какое-то оживление. Заодно приоденусь, вооружусь. Чуть вздрогнул, когда представил, что охранники могут быть вооружены дубинками с электрическим зарядом. Жутко это дело не уважаю.
        Доктор вставил карточку в электронный замок. На нём загорелся зелёный огонёк, дверь пшикнула гидравликой и убралась в сторону. То-то ребята в будке удивились, ведь на экранах всё, как обычно и никто не должен покидать небольшую засекреченную территорию. Ох, скоро башня закипит по тревоге, ибо приходится начинать работать напролом, грубой силой. Что ж, нам бы только на простор вырваться.
        Как только щель в дверном проёме стала достаточной, чтобы протиснуться в неё, я проскользнул наружу и, что есть мочи, помчался к стеклянной будке. Охранники среагировали как положено. Форс-мажор, нестандартная ситуация. Любой другой, за небольшим исключением, да, что греха таить, и я сам, некоторое время соображали бы, как всё это случилось. Эти же нет. Быстрый взгляд сквозь прозрачную стену, оценка ситуации, нажатие на кнопку тревоги. Один охранник выскочил в коридор, замахнулся дубинкой. Мне удалось перехватить его руку, увести её в залом. Резкое движение, щелчок ломающейся кости, вопль охранника. На какое-то время он выбыл из игры. Я же подобрал дубинку, включил режим генерации электричества и кинул, словно кинжал, во второго, мудрящего что-то на пульте управления. Он смог уклонился, дубинка попала в монитор. Там всё заискрило, кое-какая техника выключилась.
        Я напал на него первым. Две секунды и тот склонил голову на пульт переключения камер на главном экране, прижав какую-то кнопку. В результате на мониторах замелькали картинки. Особо не присматривался, но успел краем глаза увидеть и себя, скрючевшегося у стенки камеры, и Башира, с чем-то колдующего в лаборатории.

        - Они подняли тревогу,  - сообщил доктор, заглядывая в будку.  - Теперь нам будет хуже.
        Его взгляд, что интересно, прикован на мелькающие изображения на центральном мониторе.

        - Теперь понял, как бы тебя вычислили?  - я ему подмигнул.  - Ничего сложного. Только ты здесь работал.
        Парень вздрогнул. Похоже, этого он не просчитал. Впрочем, не просчитал он многого. Теперь вот мучайся с собственным освобождением, да ещё с пассажиром.

        - Надо двигаться, док, в этом залог успеха. Пошли!
        Коридор заканчивался закрытой дверью. Мы её преодолели быстро. На сей раз пришлось воспользоваться пультами в сторожевой. Меня чуть пот не пробил, ведь мог бы испортить нужный, и нам отсюда уже не выбраться никогда. Что говорится, повезло, так повезло.
        В результате мы попали в обычный офис. Десяток столов, разделенных невысокими стенками, чтобы клерки, работающие в них, не отвлекались от работы, общаясь друг с другом. Сзади закрылась дверь, превратившись в часть стены, неразличимую от остальной. Если не знать, не найдёшь. Окно во всю стену, отсюда открывался замечательный вид на Дакетт. Его немного портила башня Гранд-Хотеля. Но и так сойдёт. Вот она, свобода, казалось бы. Правда, расслабляться рановато. В самом офисе, кроме нас, ни одной живой души, но чую, за его пределами разворошился улей.

        - Не отставай, док,  - сказал я, и направился прямиком к выходу.  - Сейчас начнётся самое веселье.
        Док, похоже, сам не рад был, что ввязался в эту авантюру, но отступать было некуда.
        В ловушку мы попали сразу, как только выбрались из офиса. Широкий коридор был блокирован с обоих сторон десятком охранников в тёмно-синей, фирменной форме. Все вооружены дубинками, как же я их начинаю ненавидеть.

        - Очень хорошо,  - прозвучал голос и в коридор из соседнего офиса вышел Кромвель. Лицо довольное, как будто он только что провернул операцию, завершившуюся полным успехом.  - Давно подозревал, что среди нас завёлся крот, только вот никак не мог его вычислить. Доктор Башир, поздравляю, вы очень хорошо скрывали свою подрывную деятельность. На вас я бы подумал в последнюю очередь.
        Глава 17 Сюрприз для всех

        Док растерялся, явно не ожидая подобной развязки. Я же её ждал, поэтому среагировал почти мгновенно. Разве что досада появилась - слишком рано. Как будто ждали. Впрочем, не выяснять же это здесь и сейчас.
        Единственный свободный путь - обратно в офис, а там и в «мягкую» камеру. Впрочем, в офисе больше места, чтобы развернуться.

        - В кабинет, док,  - тихо отдал команду и почти силой втолкнул спасителя в дверь, после чего влетел туда сам.
        Захлопнул дверь без всякой надежды, что она хоть на сколько-то задержит неприятеля.

        - Спрячься в кабинке, док!

        - Всё бесполезно,  - чуть не всхлипнул тот и даже не почесался выполнить мою команду, так что пришлось вталкивать его в ближайшую кабинку силком.
        В кабинет, тем временем ворвались первые двое охранников. Я их встретил тут же, у дверей. На этот раз не сдерживался, как в квартире. Перехватил занесённую руку с дубинкой первого охранника, сделал залом. Парень, видимо не ожидал, что я его встречу у входа. На то и расчёт. Перехватил выпавшую из его ладони дубинку и ткнул ей во второго, подоспевшего на помощь. Электрический разряд сработал замечательно, буквально отбросив его обратно в коридор. Там создалась небольшая пробка. Следом сломал руку тому, которого до сих пор удерживал в захвате. Треск ломаемой кости и дикий крик. И под конец треснул его разрядом дубинки, чтобы не раздражал.
        Потом пришлось покинуть такую, на первый взгляд, удобную позицию и дать охранникам проникнуть в офис. Если бы я этого не сделал, получил бы пару электрических разрядов. Как минимум. Охранники проникали в офис и по стеночке отходили в сторону, освобождая место следующим бойцам и, одновременно, окружая меня. Они напряжённо смотрели, ожидая очередного сюрприза. Я начал нервничать.
        Ну, не супермен я, чего греха таить. Двоих вывел из строя, осталось ещё шесть. В принципе, шансы кое-какие есть, но призрачные.
        Сделал ещё шаг назад, пятка ткнулась в стенку ближайшей кабинки. Оглянулся - в паре шагов слева проход к следующему ряду, стал перемещаться туда. Как раз в этот момент в офис вошёл Кромвель и первым делом, включил освещение. Хорошо, что и без света всё было видно, глазам пришлось меньше адаптироваться.

        - Позвольте спросить, Крис Хаппельмайер, на что вы надеетесь? Уйти отсюда вам не удастся.
        Кромвель остановился напротив выхода и смотрел на меня, словно кот на пойманную мышь, у которой шансы сбежать - нулевые. Мне же ничего не оставалось, как в ответ показать беззаботность и деланную уверенность. Пока раздумывал с ответом, Кромвель решил уточнить положение.

        - У меня здесь полно бойцов. Чихнуть не успею, как на помощь придут ещё полсотни, а, если будет необходимо, то и сотня людей. Давайте не будем демонстрировать друг другу свои умения, о ваших я прекрасно осведомлён. Просто пройдите обратно в камеру и дайте нам завершить обследование. Гарантирую, после этого мы вас отпустим на все четыре стороны.

        - Серьёзно?  - не пришлось изображать удивление, оно получилось само собой.  - И что у нас планируется в скором времени? Вы ведь понимаете, что Комитет теперь не выпустит КТК из внимания. А теперь вопрос от меня - на что надеетесь вы?

        - Вам не занимать смелости, Крис Хаппельмайер,  - усмехнулся Кромвель.  - Отпустить вас после исследований я не побоюсь, потому что к тому времени в Дакетте завершится всё, чего я добиваюсь уже столько времени. Мы возвращаемся, Крис Хаппельмайер. Новые люди, постигшие следующую ступень эволюционного развития. И мы хотим принести свои находки и изобретения сюда, на Олимпик, откуда новое человечество будет распространяться по Вселенной.
        Ой, как пафосно-то. Я еле сдержался, чтобы не фыркнуть. Не дай бог. Этот парень начал говорить интересные вещи. Не спугнуть бы.

        - Новое человечество, говорите? Это Пикарда имеете ввиду? Или Марию, которую он ищет?

        - Даже не произносите при мне этого имени!  - лицо Кромвеля скривилось.

        - Почему же? Недавно вы за ним устроили славную охоту.

        - Он противится восхождению новой цивилизации к апогею. Он не видит перспектив. Хочет, чтобы мы продолжали прозябать на той противной планете.

        - Не просто так он здесь появился, так ведь?
        Пока есть возможность, доставай информацию. Док - информатор неплохой, но у меня уже не было уверенности, что я смогу уйти отсюда вместе с ним. Собственно, уверенности не было, что уйду и сам, но попробовать-то стоит. И вот тогда всех и накроем. Даже если придётся подключать основные силы Комитета из метрополии, а может и космические силы. Они тоже у нас есть.

        - Конечно. Мария была добровольцем. Она согласилась на эксперимент, поделилась своей сущностью с обычным человеком, чтобы мы могли проследить путь адаптации. По-моему, неплохо получилось. Скажите честно, капитан,  - вдруг Кромвель переменил интонацию на более дружелюбную,  - разве вы не хотите познать нечто новое? Наверное, просто привыкли к закостеневшему старому. Так ведь?

        - Ну, есть такое дело. Правда, последние деяния Марии мне показались направленными против вас. Вот теперь подумайте, так ли это хорошо? Готовы ли люди к этому А?

        - Не-ет, капитан,  - усмехнулся Кромвель,  - вы меня не обманете. Я давно перестал покупаться на такие откровенные провокации. Так как, вы сами зайдёте в камеру, или мои люди должны вам помочь?

        - Пожалуй, всё-таки, постараюсь разворошить вашу лавочку, от греха подальше. Человечество пока не готово к чему-то новому. Мы, знаете ли, привыкли к тому, что есть сейчас. И нам не нужны подталкиватели, особенно такие, вроде вас.

        - Что ж, не хотите по хорошему… Ребята, он весь ваш.
        Кромвель сделал приглашающий жест, будто я был неким лакомством.
        Охранники закрутили дубинками, стали распределяться по офису, стараясь окружить меня. Эх, чёрт побери, быть битым. Но как же не хочется обратно в светлую, мягкую одиночку.
        Я скользнул в сторону, ближе к проходу между кабинками, пока этот способ отхода не перекрыли. Двое парней, что были ближе, поняли мою задумку и атаковали, стараясь не дать мне этого сделать. Поздно - я успел, так что нападать им пришлось по одному. Перехватив руку с дубинкой первого, ударил ногой второго. Хорошо получилось, попал в пах, тот согнулся и упал на пол, согнувшись. На некоторое время не противник. Первого же, заломив руку, приложил головой в стенку кабинки. Та неожиданно проломилась, так что охранник застрял в образовавшейся дырке. Я же продолжил отход. В коридорчике нарисовались ещё трое. Остальные пошли в обход.
        Краем глаза заметил, как из кабинки, в которую я запихнул Башира, поверху метнулся человеческий силуэт. Док не решился встречаться с врагом один на один. Но лихо проделал трюк, не ожидал прямо.
        Я продолжил отход до окна, что занимало всю стену. Теперь возможность нападать у противника есть с трёх сторон: справа, слева и по фронту. Сзади не подойдут, чего я и добивался.
        Следующая атака произошла одновременно с двух сторон. Я ждать не стал, метнулся к тому, что справа, поднырнул под дубинку, искрящуюся от разрядов электричества. Если дотронуться до неё, хотя бы по касательной, током ударит, мало не покажется. Оказавшись за спиной противника, я его толкнул на второго. Получилось даже лучше, чем хотел. Тот успел отскочить с пути падения товарища, но не успел убрать дубинку. В результате ещё минус один. Я же, не теряя времени, ногой с разворота послал второго в окно. Стекло оказалось крепким. Стукнувшись лбом, охранник отскочил от него, словно мячик для тенниса и попал под контрольный удар.
        Расслабляться было нельзя - уже атаковали следующие. Я быстро подобрал дубинки, от греха подальше отключил батарейки: резиновые рукоятки хоть и защищают владельца от удара током, но у меня фобия уже развилась на эту тему.
        По трое охранников с двух сторон. Близнецы тоже тут. Они смотрят напряжённо, но атаковать не собираются, словно ожидая команду «фас». Теперь всем скопом пойдут.
        Док успел метнуться за мою спину. Видимо, решил, что там безопаснее, нежели отсиживаться в кабинке клерка. Что ж, пусть, главное, чтобы не мешал, когда начнётся основное веселье.
        Путь прямо загораживает Кромвель собственной персоной. Вид у него озабоченный.

        - На что вы надеетесь, Крис Хаппельмайер?  - неожиданно заговорил он.  - Уйти вам не удастся. Вы доказали, что умеете драться. Возможно, сможете справиться и с остальными моими людьми. Но,  - он поднял вверх руку, в которой я увидел небольшую коробочку связи,  - стоит мне дать команду, и через минуту тут будут ещё пятьдесят бойцов.
        Малорослый близнец неожиданно отбросил в сторону дубинку и достал незаметный до этого момента пистолет. Сонный, догадался я. Вот и всё, песенка спета.

        - Ну, хоть повеселился,  - ответил я, пожав плечами.  - Размялся, так сказать.
        Кромвель расплылся в улыбке:

        - Так сказали бы, что хотите позаниматься. У нас здесь есть специальные помещения для этого. Зачем же тренироваться в столь экстремальных условиях?
        Краем глаза следил за действиями охранника с сонным пистолетом. Чуть что - выстрел. С такого расстояния обычно не промахиваются.

        - Вы же найдёте выход?  - прозвучало шёпотом из-за спины.

        - Угу,  - я не стал разочаровывать Башира, правда, самому хоть прыгай. С сорок какого там этажа? Ещё и стекло разбить надо при этом.
        Медленно, надеясь на чудо, которое вот-вот произойдёт, я взял обе дубинки в одну руку, вытянул её и уже начал разжимать пальцы. Держа меня под прицелом, близнец приблизился на пару шагов, чтобы отобрать их. До сих пор не верил, опасался и ждал подвоха. Протянул руку к дубинкам, и тут я ему подвох соорудил. Как будто случайно большим пальцем нажал на еле заметную кнопку, включая генерацию электричества. И тут же кинул дубинки в близнеца:

        - Держи, не урони!
        Я бы тоже растерялся в первое мгновение. Нормальная реакция. В результате парень подхватил дубинки, причём не за безопасные рукоятки, а за «рабочую» часть. Тут же я метнулся к нему, в мгновение ока отобрал сонный пистолет и, ни секунды не медля, послал парочку пуль в ребят из его группы, а потом наставил пистолет на вторую группу. В первый момент они было дёрнулись атаковать, да только шаг успели сделать. По реакции понял, с теми двумя временно закончено, ребята уснули. Под ногами корчился в судорогах «близнец». В принципе, может отойти от электрического удара, так что я ударил его пяткой в голову, отправляя в полный нокаут.

        - Зря! Зря, Крис Хаппельмайер,  - с сожалением проговорил Кромвель.  - Если бы вы сотрудничали с нами, вам же было бы лучше.

        - Не стоит угрожать. Ты уже нажил себе проблем по самое не могу. И не только себе, но и компании.

        - Сейчас здесь появятся пятьдесят бойцов. Как думаете, Крис Хаппельмайер, удастся вам справиться с ними всеми?
        Я было открыл рот, чтобы ответить в духе: оперативники КГБ не сдаются и всё такое, когда, наконец, произошло чудо. Не совсем, правда, такое, что ожидал.
        За спиной с громким звуком лопнуло бронированное стекло. Мелкие осколки, каким-то чудом минуя меня и Башира, разлетелись в стороны, не хуже пуль втыкаясь в кабинки служащих, изрешетив их в лохмотья. Раздались крики охранников: стекло посекло и их. Мне же осталось наслаждаться прохладным ночным воздухом, дувшим в образовавшуюся прореху и слушать ворвавшиеся в кабинет звуки города.
        Рядом со мной появилось знакомое густое облако, в мгновение ока превращаясь в Пикарда. Всё такой же, в плаще, шляпе и с хмурым взглядом. Смотрел он на Кромвеля и, кажется, взгляд просто излучал ненависть.

        - Пикард,  - лицо Кромвеля скривилось, глаза сузились, сам он подобрался, словно собираясь ринуться врукопашную на своего врага. Да и произнёс он имя нежиданного визитёра с, кажется, вселенской злостью.

        - Кромвель,  - голос Пикарда, напротив, оказался спокойным, но таким же глухим и сухим, как тогда, на крышах Бристоля.  - Пора тебе расплачиваться за всё, что ты сделал.

        - Мария пошла на это добровольно, Пикард, и ты это знаешь! Так что всё было сделано по договорённости.

        - Знаю я твою договорённость,  - наконец, лицо Пикарда проявило эмоции: оно скривилось не хуже, чем у Кромвеля, сравнение с лимоном тут подошло бы идеально.  - Ты заставил её согласиться, не оставил выхода. Зачем? Чтобы досадить мне? Были другие добровольцы, те, кто с удовольствием поучаствовал бы в твоей затее. Так зачем ты остановился на Марии?
        Тут-то я и заметил, что Кромвель начал терять чёткие очертания. Можно было бы сказать, что с глазами не всё в порядке, но я-то уже нечто подобное видел. Вот ведь, Кромвель тоже туман. Только этого мне не хватало. Сколько ж вас тут, ребята? Хорошо хоть охранники обычные люди.
        Бросил быстрый взгляд на Пикарда, тот тоже «размывался». Наниты, что находились на поверхности, покидали свои места, обволакивая его дымкой.
        Тут в кабинет стали вбегать вызванные ранее охранники. Их было много. Они быстро рассредоточивались по кабинету, заполняя его, но на них две колонии нанитов не обращали ровно никакого внимания.

        - Я не хочу убеждать тебя ни в чём, Пикард,  - сказал Кромвель.  - Случилось так, как должно быть. Если хочешь мстить, пожалуйста, но помни: я изучал колонию, и я первый, кто создал симбиоз человека и кришту. Я знаю о наших способностях больше, чем ты. У тебя против меня нет никаких шансов.

        - Я не собираюсь с тобой биться, Кромвель. Может силёнок у меня пока маловато, хотя это и не факт. Я тоже не сидел без дела, пока ты организовывал свои дела на Олимпике, и тоже знаю кое-какие секреты. Но сейчас,  - Пикард повернулся в мою сторону.  - Нам надо убираться отсюда. У нас много дел, чтобы остановить его,  - он кивнул в сторону Кромвеля.
        Я даже не успел спросить, как он собирается нас спасать, как что-то сильно пихнуло меня в сторону разбитого окна.
        Глава 18 Неожиданный поворот

        Сказать, что мне поплохело, не сказать ничего. Толчок оказался такой силы, что ноги оторвались от пола и я полетел в разбитое окно. Док, стоявший позади, тоже попал по раздачу, так что вниз мы стали падать вдвоём. Жуткий крик над ухом чуть не сделал меня глухим. В какой-то момент я испугался, что док получит разрыв сердца, так и не долетев до земли. В общем-то, я сам был на грани: внутри всё похолодело, как будто душа вырвалась из тела и осталась в офисе.
        Сначала мы падали спиной, поэтому я увидел, как густой туман змейкой вырвался на волю, изогнулся и устремился вслед за нами, одновременно теряя видимую форму. Какой бы она ни была, распылилась в воздухе и слилась с фоном тёмного неба и зеркальной стены небоскрёба.
        В окне появился Кромвель. Он безбоязненно смотрел вниз и, похоже, не собирался превращаться в туман, кидаясь за нами в погоню. Просто стоял и наблюдал за нашим падением. Потом обернулся, сказал что-то, и скрылся с глаз.
        Док уцепился в меня так, словно от того, насколько крепко он держится, зависит его жизнь. Ногти впились в грудь, не хуже кошачьих когтей. Вот где пожалел, что не приоделся в процессе освобождения. Впрочем, было не до того.
        Взмахнув как следует руками, я перевернулся лицом вниз. Воздух, превратившийся в ветер, задувал в лицо, затрудняя дыхание, бил по глазам, высекая слезы. Стремительно приближались тротуар и проезжая часть. Многочисленные пешеходы и водители автомобилей не подозревали, что сейчас творится над головами.
        Док заткнулся - ветер вбил его крик обратно в глотку. Ну, хоть потише стало.
        Когда до приземления осталось всего ничего, я почувствовал некое напряжение, как будто столкнулся с невидимым, очень мягким батутом. Падение замедлилось, сначала незаметно, но с каждой долей секунды всё ощутимее. В грудь что-то упёрлось, тоже мягкое и невидимое. В результате, когда до тротуара оставалось падать с десяток метров, наше падение превратилось в некое вертикальное планирование. В конце концов, под изумлённые взгляды прохожих, мы зависли в полутора метрах над тротуаром, выложенным брусчаткой.

        - Мама! Мама!  - тишину вокруг разорвал звонкий мальчишеский голос.  - Смотри! Это же суперчеловек!
        Я посмотрел в ту сторону и увидел мальчишку лет пяти. Он смотрел на меня с восторгом в то время, как его мамаша с изумлением. Не она одна. Человек двадцать, под стать мамаше, смотрели на нас с доком так, словно мы с ним и не люди вовсе. Кто-то из прохожих поглядел наверх. Там не было ничего, кроме стены башни и звёздного неба. Пикарда пока никто не видел.

        - Привет, суперчеловек!  - крикнул мальчишка и помахал рукой.
        Его вовсе не смутило, что я не в форме его любимого героя, а вовсе даже в домашних штанишках. Что глаза у меня расширены от пережитого стресса, а волосы от ветерка растрепались, превратившись в неизвестно что, только не в причёску.
        Я в ответ помахал рукой, попробовал улыбнуться. Что вышло, не знаю, мамаша мальчишки вздрогнула. Пикард, всё еще находясь в «распылённом» состоянии, помог нам принять вертикальное положение и перестал поддерживать. Пятки стукнулись о брусчатку, сразу стало холодновато.

        - Крис!  - услышал я со стороны проезжей части.  - Давай сюда!
        За припаркованными у обочины машинами, вторым рядом, остановился новенький «опус». Из пассажирского окна выглядывала Кэрри. Она сидела за рулём и опиралась о пассажирское сидение рукой, другой держалась за баранку.

        - Давай же!
        Я оглянулся на башню. Вот ведь, а «упали» то мы почти напротив главного входа в небоскрёб. Из лифтов выскочили несколько бойцов службы безопасности. Под недоумённые взгляды дежурных, они промчались к выходу, в надежде перехватить беглецов, то есть нас.
        Док трясся рядом, вот уж у кого стресс. За меня он уже не держался и, по виду, ещё немного, и его вырвет, хотя не уверен: бледное лицо, безумный взгляд. Не церемонясь, я схватил его за шиворот и поволок за собой, прямиком к «опусу». От приглашения, такого своевременного, нельзя отказываться.
        Рядом с нами, сопровождая, заклубился туман, быстро превращаясь в Пикарда. Вот уж впечатлений для пятилетнего малыша будет. Наверное, психовал в своё время, когда мамаша потащила его на улицу. Ему б спать в это время. Впрочем, Дакетт у нас город такой, ночь мало чем отличается от светлого времени суток.
        В машину мы вломились одновременно. Мы с доком на заднее сидение, причём дока я туда буквально закинул.

        - Трогай!
        Указывать журналистке, что делать, было лишним. Я ещё не успел как следует закрыть дверь, а она уже вдарила по газам, срываясь с места, уходя на крайнюю к встречке полосу. Сзади засигналили, послышался визг тормозов. Я обернулся, но машина, которую подрезала Кэрри, меня не волновала. Парни из службы безопасности КТК успели выбежать на проезжую часть. Один из них чуть пробежал за машиной, но быстро поняв, что ему нас уже не догнать, остановился. Ему осталось лишь проводить нас взглядом.
        На первом же перекрёстке Кэрри ушла влево, подальше от башни торговцев. Тут нам повезло - светофоры вовремя дали зелёный свет, как будто кто-то специально вмешался в программу уличной регулировки движения. Нам не пришлось ждать и плестись за разгоняющимися автомобилями. Больше того, как только Кэрри выполнила поворот, рядом появился полицейский джип. Он устроился в хвосте, почти вплотную к
«опусу». Сирена не работала, мигалки тоже молчали. Никак шериф Сандерс? Вот ведь чертяка, откуда он тут взялся? Дальше больше: на следующем перекрёстке, где нам тоже повезло с зелёным светофором, к нашему кортежу присоединилась ещё одна полицейская машина, а с другой стороны, нарушив правила, чёрный комитетовский джип. Вот ведь обложили!
        С другой стороны, я радовался: Гриссом не сидел сложа руки. Чувствую, новостей он мне преподнесёт целый воз. Будет обширный обмен информацией. Взгляд непроизвольно остановился на Башире. Тот испуганно озирался по сторонам, видимо, осматривал сопровождающих.

        - Ну что, док?  - ткнул его в бок, возвращая к реальности.  - Как самочувствие?

        - Я-я… о-о-о… ё-ё…  - только и смог сказать Башир.

        - Понятно, скоро придёшь в норму. Не каждый день с небоскрёбов падаем,  - я успокаивающе похлопал его по плечу и откинулся на спинку сидения, расслабился.
        Кэрри вела машину спокойно, никуда не спешила. Нас страховали, погони можно не опасаться. Может, Кромвель и в курсе, куда мы едем, но рисковать перехватом не будет. Значит, жди другого сюрприза.

        - И когда же вы успели начать сотрудничать?  - на этот раз вопрос предназначался впереди сидящим.
        Кэрри посмотрела на меня через зеркало заднего обзора. Для этого ей пришлось немного его поправить. И я тоже теперь видел её взгляд.

        - Сразу, как меня отпустили из Комитета,  - ответила журналистка.  - Не успела вернуться в Гранд-Хотель, там меня уже ждал дядя Пикард.
        Вот ведь, эта дамочка продолжает считать эту колонию… Как её там назвал Кромвель? Кришту? Так вот, Кэрри продолжает считать это своим дядей, хотя от прежнего Пикарда в нём мало что осталось. Он молча посмотрел на племянницу.
        Кортеж подъехал к парадному входу в здание, где расположился Комитет. Дверцы во всех машинах распахнулись, даже Пикард, и тот вышел по-человечески. Всей компанией, в том числе и страхующие, собрались в кучку. Так получилось, что я оказался в центре, и меня, словно телохранители, окружили Гриссом, шериф Сандерс с парой полицейских, Сайдл, Шмалик и Ганс.
        Три метра от машин до входа мы преодолели бегом, словно ребята опасались, что Кромвель рискнёт отбивать меня тут же, не отходя от кассы.
        Так и добрались до офиса, в молчании и напряжении, которое передалось мне от рядом стоящих тел, ожидавших, похоже, нападения даже в лифте.
        Успокоиться и расслабиться удалось только, когда мы всей могучей кучкой вошли в холл-приёмную. Здесь народу собралось больше. Гриссом за то время, пока я прохлаждался в «мягкой» комнате и терпел над собой эксперименты, отозвал с текущих операций нескольких наших. Агент Ли, Рашид, Пётр Савойский. Легендарная личность, кстати. Пользуясь внешностью деревенского простачка, он порой вытворяет такие вещи, что остаётся только завидовать. Ребята Уорика в полном составе.
        Обстановка в холле заставила капитально насторожиться: окна задраены бронебойными щитами, хотя от проникновения колонии кришту это не спасёт. Судя по пессимизму Пикарда, он тоже защита ненадёжная, если в гости решит явиться Кромвель.
        Как только мы оказались в холле и дверь лифта закрылась, Гриссом открыл потайную панель, набрал код. Из стены тут же выдвинулась мощная титановая панель, задраивая выход.
        Ещё до меня дело было. Агенты Комитета занимались раскруткой дела по оружию. Некие дельцы решили соорудить на Олимпике перевалочную базу. Под патронажем космических сил Комитета, наши люди стали шерстить Олимпик и вышли на неё. Только контрабандисты решили напасть на нас прежде, чем мы на них. Отвлекающий, так сказать, манёвр, во время которого решили передислоцироваться. Контрабандисты уничтожили оборудование и накопленные к тому моменту базы данных. Впоследствии всё это пришлось восстанавливать почти с нуля. С тех пор устроили такую вот защиту, и, в качестве предупреждающего сигнала, поставили на входе своего швейцара.
        Завершала мрачную картинку Катерина. По жизни женщина весёлая, в неизменной белой рубашке с бабочкой, тёмно-сером жилете и брюках-клёш. Сейчас поверх всего бронежилет. На барной стойке расположилась каска, прибор ночного видения и пэпээс. Вот это уже серьёзно, я даже не знаю насколько.

        - Что я пропустил?  - я уставился на Гриссома.

        - Многое,  - ответил тот и кивнул, мол, присаживайся на диванчик, расслабься.
        Как же, расслабишься тут. Всё же сел рядом с Петром, мы поздоровались уже капитально. Ли не отстала, похлопала меня по плечу, одобряя мой фасон. Прям неудобно почувствовал, почти голым в окружении хмурых викингов.
        Прежде, чем начать разговор, полковник потребовал у Катерины чего-нибудь охлаждающего. Для меня в том числе. Запотевшая зелёная бутылка с пивом, попав в руки, приятно похолодила ладони.

        - Тебя не было почти двое суток,  - сказал Гриссом, я же только поводил бровями: неплохо, думал, меньше.  - Мы знали, что тебя отвезли в КТК, но не было возможности проникнуть туда, на выручку. Я пробовал связаться с высшим руководством компании, но там глухая стена. Как будто с улицы пришёл,  - полковник решил было сплюнуть, но передумал: куча народа, а на полу неплохой ковёр.  - А наша контора - мелкая лавочка.

        - В общем-то, как им реагировать было на твой запрос, если рыльце в пушку, Грис?  - я хмыкнул.  - Ой, ошиблись, извините, пожалуйста?

        - Возможно. Только задумали они кое-что посерьёзнее к тому моменту. И, на утро, на крыше небоскрёба стали происходить интересные вещи,  - он предупреждающе вскинул руку, останавливая следующий мой комментарий, так что я заткнулся, делая приятный и большой глоток пива. У-ух, как мне его не хватало.
        Полковник тоже хлебнул и отставил живительный напиток в сторону, после чего продолжил:

        - Они стали там что-то монтировать. Мы, само собой, заинтересовались. Так что я решил отозвать ребят с заданий. Они оказались ближе.

        - Перспективные, между прочим, задания.  - заметил Пётр.  - Я лично уже почти вышел на ячейку террористов.

        - Мы получили отпор, когда попытались узнать, что там творят ребята из КТК,  - продолжил Гриссом, не заметив сторонней реплики.  - Близко нас, конечно же, не подпустили, но мы заметили монтаж мощной антенны. Как только её запустили, мы стали глухими и слепыми. Соседние города, не говоря уже о космосе, нам недоступны. Веллер ничего не смог сделать. Всех шпионов, что он запускал, эти деятели засекали без проблем и уничтожали без всяких предисловий.

        - Он, кстати, где?  - поинтересовался я.

        - Где ж ему быть? Работает. Пикард,  - Гриссом кинул взгляд на пришельца,  - поделился с нами некоторыми сведениями, так что работы у нашего гения хватает. Меня же в последнее время затаскали к мэру. Только он, похоже, на стороне КТК.

        - По поводу связи. Сергеев наверняка уже насторожился?

        - Возможно. Мы не знаем, как у него дела обстоят на орбите. Космодром, к слову, тоже перешёл под контроль КТК.

        - Да сколько ж там народа?  - возмутился я. Хотя пятьдесят обещанных охранников по мою душу, Кромвель откуда-то взял.

        - Прибывали понемногу,  - откликнулась Ли.  - Кто на пассажирских лайнерах, кто на торговых судах. Просачивались под видом туристов, гостей. Я успела просмотреть некоторые данные. Ребята Веллера помогли скачать данные по прибывшим с серверов космодрома.
        Веллер - гений, я снова в этом убедился.

        - Да и своих у них тут достаточно оказалось,  - продолжил полковник.  - Чтобы захватить и контролировать космодром, много людей не надо: пара человек там, пара тут. Они делают своё дело тихо, так что пассажиры ни о чём не подозревают.
        Вот почему возле небоскрёба было так много ничем не обеспокоенных прохожих.

        - Страшную картинку ты рисуешь, Грис,  - я отставил пиво на журнальный столик. Что-то не лезло оно больше, ни под каким видом.  - Намечается что-то грандиозное. И я, похоже, знаю, что.

        - Вот. Поэтому мы и спланировали твой побег. На связь с Кэрри снова вышел её информатор,  - взгляд полковника переместился на дока Башира.  - Так как почтовый ящик госпожи МакГайвер был под нашим контролем, мы связались с ним и предложили начать действовать кардинально, чтобы вытащить тебя оттуда, да расспросить его самого.

        - Вот как, значит, всё это было задумано,  - я хмыкнул. Ничего не случается просто так. В этом и состоит принцип работы спецслужб, как государственных, так и частных, вроде той же Службы Безопасности КТК. И, конечно же, удача тоже играет роль. Ведь не будь информатора в стане врага, кто знает, как сейчас дело обстояло бы.

        - Именно так. Единственное слабое место в плане - никто не знал, как ты отреагируешь на предложение бежать. Но, я же тебя знаю,  - Гриссом усмехнулся.  - Ты
        - парень отчаянный и азартный.

        - Лихо закрутил, Грис.

        - Ты ещё скажи, что сомневался, когда у тебя появился шанс сделать это.

        - Нисколечко,  - меня передёрнуло.  - Эти живодёры проводили на мне какие-то операции.

        - Всего лишь предворительное обследование,  - робко подал голос доктор Башир.  - Ведь в вашем организме частички кришту. А для Кромвеля всё, что касается взаимодействия кришту и человека интересно.

        - Ему мало того, что произошло с ним самим, Пикардом, Марией и прочими членами той злополучной экспедиции?  - я удивлённо поднял бровь.

        - В этом деле много нюансов, и не все они известны даже Кромвелю, а он крупный специалист.

        - Господин Пикард?  - полковник обратился к пришельцу.  - Что скажете?

        - Кромвель,  - лицо Пикарда скривилось от отвращения при упоминании затейника,  - занимался колониями, что нашла наша экспедиция. Я в это не лез, моё дело было - чтоб электроника работала. Одно могу сказать: изменения затронули не только людей, но и кришту. Поэтому нет ничего странного, что появились нюансы. Если взять чистый человеческий организм и чистую колонию кришту, процесс симбиоза происходил бы предсказуемо. Кромвель же на этом не хотел останавливаться, но пока у него ничего не получается.

        - Наверное, поэтому симбиоз Марии и Марго не сложился?

        - Когда Мария активировалась - да. Когда кришту в неактивном состоянии, человек живёт обычной жизнью. Кромвель занимался вопросом полной замены человеческого организма частичкаими человека-кришту.

        - Вот так вот, народ,  - закончил разговор Гриссом.

        - Пикард?  - я повернулся к дяде Кэрри, который делал вид, что происходящее к нему не относится.  - А что с Марией? Вы её нашли?

        - Нашёл,  - голос Пикарда дрогнул. Всё ж это существо ещё способно на эмоции.  - Период, который она провела в вашем капитане, стал для неё роковым. Сама она уже не могла существовать в чистом варианте. К тому же, это была только её часть. Мария погибла.

        - А Марго? Вы нашли Марго?

        - Нет.
        Глава 19 Странное поведение

        О том, что творится в городе, мы могли следить не только с помощью теленовостей и многочисленных кибер-шпионов. Глобальная компьютерная сеть предоставила нашим услугам много больше информации, так что мы всем скопом наблюдали за КТК и её реакцией со всех ракурсов.
        Что интересно, Кромвель никак не отреагировал на побег. Мы тут, в офисе, приготовились к отражению штурма, я даже выразил опасение, мол, зря тут собрались, кучкой-то. Хоть и есть несколько запасных выходов, и копии баз, на всякий случай, сделали и отправили в надёжное место, но как-то не хочется воевать дома.
        Торговцы же нас удивили. В пределах пары кварталов от офиса не обнаружилось ни одного их человека. Автоматических шпионов, типа тех, какими Веллер нашпиговал подходы к башне, тоже не обнаружилось. Полное ощущение, что о нас забыли. Прям затишье перед бурей. И ещё некоторая обида, мелкая, почти незаметная: ни во что не ставят. Смог убежать, прихватил с собой информатора, Пикард на нашу сторону встал. То есть, козыри в рукаве, можно сказать. Ан нет, как слону дробина. Эти парни, наверное, уверены в своей безнаказанности и в том, что всё контролируют. Это тоже навевало мрачные мысли. Какой-то подвох, но никто его не видел и не мог просчитать.
        Тем временем слова Гриссома подтверждались. В новостях объявили, что космопорт временно приостанавливает рейсы орбитальных челноков. На самом деле важные узлы понемногу переходили под контроль бойцов КТК. То есть, можно понять, что они отрезали нам путь в космос. А потом, после Часа Икс будет уже без разницы.
        Или, банально, на всё не хватало людей, что ещё и нас атаковать?
        Через некоторое время, с помощью «шпионов» Веллера, мы получили информацию, что два челнока ушли в космос после того, как объявили о приостановке рейсов.

        - Наверное,  - предположил Веллер,  - основное действо переносится туда.

        - Значит, нам надо, кровь из носа, попасть на космодок,  - Гриссом пожал плечами.

        - Или взорвать антенну на башне,  - добавил я.

        - А лучше, и то, и другое,  - кивнул полковник.  - Поэтому, расклад такой: ты, Крис, делаешь что хочешь, но должен попасть на орбиту. Бери людей и дуй в космос. Надеюсь, падение на челноке, не отбило ещё охоту к космическим полётам?

        - Надо, значит, надо,  - я пожал плечами, словно падения не было вовсе. На самом же деле внутри всё содрогнулось от воспоминаний.  - А ты, значит, диверсию готовить будешь?

        - Другого выхода у нас нет. Кромвель хочет переселить на Олимпик всех своих людей и основать здесь новую расу. Не нравятся мне его эксперименты. Превратить людей в кришту… Сотрудничай он с нами, все было бы намного проще.

        - Я не понимаю, что есть в Олимпике такого, чего нет у них там?

        - Вот и я не понимаю. Но остановить мы их должны. Так что, Крис, бери лейтенанта Сайдла с командой и дуй в космодок.
        Сказать, что Уорик обрадовался очередному полёту в космос, значит, обмануться. Слишком свежи, несмотря на многочисленные события, оставались впечатления после первого посещения орбиты. В тот раз ничего не предвещало осложнений, в этот раз их мы собирались устроить сами, так что лейтенант напрягся.
        Пока я облачался в небольшой арсенальной для похода на космодром, Веллер запустил все свои средства слежения на обследование близлежащих к офису улиц и переулков. Не могло быть так, чтобы ребята из КТК оставили нас без внимания. И ничего не нашёл: ни людей, ни жучков.
        Я оделся, облачился, вооружился: хоть иди на штурм башни КТК. Успел пожалеть, что не поел. С последней кормёжки в тылу врага прошло достаточно времени, чтобы желудок чем дальше, тем чаще напомнал о себе. Не спеши, по дороге перекусим. Наверное.
        Когда вышел в коридор, тут же столкнулся с Кэрри. Она стояла, прислонившись к прозрачной стене. Больше в коридоре никого, весь народ занят делами, собирая и обрабатывая информацию по различным делам. Дверь в кабинет Веллера приоткрыта. Оттуда временами доносились невнятные азартные возгласы. Досадные перемежались с победными. Остальные участники предстоящих событий продолжали заседать в гостиной-приёмной.

        - А ты что здесь делаешь? Никак с нами собралась?  - на всякий случай проверил, зашёл ли патрон в патронник в пистолете, и вложил его в кобуру.

        - Ты против?  - улыбнулась журналистка.

        - Ну-у, отвечу стандартно: там опасно и будут стрелять.

        - Поэтому решила не мешать бравым ребятам, собирающимися спасти наш мир,  - Кэрри оторвалась от стенки, встала напротив меня.  - Я просто хотела пожелать тебе удачи.
        Она резко развернулась, быстро прошла по коридору и скрылась в приёмной-гостиной. Странно, могла бы сказать это и при всех.
        Может, журналистка и собиралась отправиться с нами, кто знает, но мой холодный тон остудил её пыл. Она поняла, что ей ничего не светит и отстала. Похоже, по крайней мере. Я пожал плечами и направился вслед за Кэрри. По пути заглянул краем глаза в кабинет Веллера. Он сам и его ребята увлечённо следили за чем-то на большом голографическом мониторе, иногда вручную подправляя кое-какие параметры. Если, к примеру, сейчас войти к ним, не заметят.
        В приёмной меня встретил шум и гам. Народ разделился на две группы. Ребята лейтенанта Сайдла развернули переносной голографический экран, положили его горизонтально на журнальный столик и склонились над картой космодрома, обсуждали план проникновения с учётом полного его захвата врагом.
        Остальные, в том числе и Пикард, обсуждали схему атаки на башню. Полковник, заметив меня, молча кивнул, мол, присоединяйся к банкету. Прежде, чем последовать совету, я нашёл Кэрри. Журналистка не участвовала в обсуждении предстоящих операций. Она одиного сидела на диванчике и задумчиво смотрела на закрытое бронёй окно. В руках пивная бутылка, едва початая. Словно почувствовала моё внимание, вскинула голову и наши взгляды встретились. Блин, а симпатичная она! В тот раз, в ресторане Гранд-Хотеля, я это тоже заметил, но, после Марго, мне было безразлично, красива ли женщина, симпатична или так себе. Я подспудно искал такую же, как Марго внешне, так и с похожим внутренним миром. С остальными общался в рамках стандартной вежливости. С Кэрри, как можно было заметить, поначалу, начал отношения так же. И, на счёт симпатии… Обнаружил только что: она тоже разной бывает. Есть просто, а есть… вот как сейчас. Словно давно знаешь. Я улыбнулся, подмигнул ей и получил то же самое в ответ.

        - Ну что, лейтенант?  - наконец, присоединился к Уорику с ребятами.  - Есть мысли, как действовать будем?

        - Разведка сообщает, что в космопорту засело около тридцати бойцов КТК,  - тут же ответил Уорик и быстро показал, где именно: в диспетчерской и ангарах с челноками.
        - Всё руководство сейчас также в диспетчерской. В принципе, мы можем нейтрализовать противника минут за десять, если не обращать внимания на гражданских, среди которых тоже может обнаружиться противник. Подобраться скрытно, скорее всего, не получится. Так что нам сразу придётся переходить в стадию открытого боевого столкновения.

        - Ясно. Нежелательно. Возьмём людей побольше?

        - Конечно. Нам ещё на космодок лететь,  - недовольно проворчал Уорик. А вот судя по виду остальных, предыдущее путешествие на орбиту им, в отличие от командира, понравилось. И мало кто отказался бы от второго шанса, тем более не за свой счёт, побывать в космосе.  - Шериф Сандерс обещал помочь людьми,  - тем временем продолжил лейтенант.  - Десять человек, наверное, уже ждут нас внизу. Действовать нам надо будет аккуратно. К тому же не думаю, что боевики, с которыми нам придётся драться, ничего не смыслят в этом деле.
        Будто невзначай, Уорик потер подбородок, вспоминая недавний рукопашный бой в лесу.

        - Предложения какие есть?  - настроение немного упало. Открытое боевое столкновение нам ни к чему.

        - По тем же разведданным, в космопорт, минуя таможню, въехали ещё несколько автобусов с гражданскими на борту, минуя таможню. Пару минут назад на орбиту ушёл третий челнок. Ребята готовятся к стару четвёртого.

        - Значит, надо поторопиться, чтобы успеть на пятый. Только нам нужны ещё пилоты.

        - А ты в этом деле?..

        - Пока буду разбираться, что к чему, башню КТК по кирпичикам разобрать можно.

        - Ясно. Тогда у нас вариант один - делимся на две группы. Одна идёт в ангары, вторая в диспетчерскую и, заодно, добывает пилотов. Челнок устанавливают минут десять, да пока подвезут. Плюс заправка. К тому моменту первые две группы должны закончить своё дело. На текущий рейс мы вряд ли успеем,  - усмехнулся Уорик.  - Так что будем ждать установки следующего челнока.

        - Не скажу, что это план,  - вздохнул я.  - Больше на авантюру похоже. Но, за неимением лучшего, попробуем этот вариант. Командуй, лейтенант.
        Бойцы тут же подтянулись. Уорик осмотрел всех. Я тоже прошёлся взглядом по решительным лицам спецназовцев. Да уж, думаю, практики освобождения целого космопорта у них ещё не было.

        - Выдвигаемся,  - отдал команду лейтенант.
        Гриссом помахал нам рукой, провожая. Но я не на него смотрел, а на Кэрри. Подмигнул. Будем надеяться, это придаст ей побольше хорошего настроения.
        Через несколько минут мы выехали из подземного гаража здания, погрузились в два микроавтобуса. Внутри обнаружили отряд полицейских, вооружённых и готовых к чему угодно.
        Мандраж тот ещё. От предстоящего захвата и от неизвестности, что можем встретить на орбите. Там нас, скорее всего, встретят как положено. По предварительным расчётам, на орбиту ушло чуть больше полутысячи человек. Среди них наверняка большой отряд бойцов службы безопасности компании. Информацию, что к доку направляются чужие, они получат раньше, чем мы взлетим со стартовой площадки. Вычислить, к какому из стыковочных узлов мы подлетаем, не составит никакого труда. И это только на орбите, а ведь ещё космопорт. Одним словом - авантюра. Хлеще, чем внезапное решение прорываться с боем из башни торговцев. Так вот и получается: чем дальше, тем больше у нас надежды на удачу, а не на холодный расчёт и разведку. Это уже не дело.
        С другой стороны, с орбиты мы можем связаться хоть с преисподней. Заглушить связь в космосе можно разве что уничтожив источник. Поэтому Гриссом выдал нам старенький передатчик, который пришлось оттирать от пыли. Он долго валялся в углу невостребованным, почти с тех самых пор, когда отделение Комитета на Олимпике получило его в распоряжение. Вот, пригодился, наконец-то. Через десятки лет. Керим, связист в отряде Уорика, пытался разобраться с рухлядью, часто покачивая головой.

        - Патефон, по-другому не скажешь,  - выразился он.
        Внешне так и выглядел - древний патефон, что можно увидеть разве что в исторических музеях, да в кино. Не хватало только раструба и ручки.

        - Работать-то будет?  - поинтересовался Уорик.
        Прежде, чем ответить, Керим открыл крышку, тут же одобрительно хмыкнул. Внутренности «патефона» его не разочаровали. Щёлкнул парой переключателей, прибор тут же откликнулся небольшим засветившимся дисплеем и парой десятков диодов.

        - Аккумуляторы в рабочем состоянии,  - удовлетворённо сказал связист.  - Работать будет. Но, как-то не верю, что эта штуковина может добить сигнал до других звёздных систем.

        - Добьёт,  - уверено покивал я, хотя сам, честно сказать, сомневался.  - Тут, главное, подсоединиться к мощной антенне.

        - То есть, внутрь космодока можно и не заходить?

        - Угу. Если в челноке обнаружатся скафандры.
        Мы и дальше понемногу переговаривались, уточняя детали предстоящей операции, когда просто так. Веллер, взявшийся «опекать» нас от слежки со стороны КТК, находился постоянно на связи, информируя, что вокруг всё хорошо, и никто за нами не следит. Впрочем, следить за нами могли с той же орбиты или вовсе издалека, пользуясь не жучками-шпионами, а банальными биноклями. Или вовсе с космодока - он сейчас как раз над нами. Навёл телескоп в нужную точку, сделал увеличение, и только успевай отслеживать нужный объект.
        Хмурые мысли, чем дальше, тем больше, овладевали мной. Всё из-за неестественного поведения людей Кромвеля. Весьма подозрительно. Я повторяюсь, знаю, но ведь и в самом деле странно. В итоге решил: если в космопорту моя паранойя возмёт верх, если решу, что всё это какая-то хитроумная ловушка, тут же разворачиваемся и уходим в качестве подкрепления к Гриссому. Вариант с уничтожением антенны на крыше башни КТК выглядит привлекательнее, чем наш.
        Кортеж в потоке частных машин из двух чёрных бронированных микроавтобусов, без особых проблем выехал на шоссе. Уже за городом получили очередное известие от Веллера: из ангаров космопорта вывели очередной челнок, а около стартовой площадки собралась примерно сотня человек. Вооружённых среди них мало, в основном гражданские. Так что предположение, что торговцы массово штурмуют космодок, понемногу умирало, не хуже последней надежды.
        Хотя, с другой стороны, почему нет? Обычные люди могут пригодиться торговцам для обслуживания систем станции. Ведь надо заменить несколько сотен специалистов, техников и механиков. Да вот только не верилось что-то. Начнём с того, что вообще не видно смысла захвата космодока.
        Пока мы ехали, наблюдая, как плотный автомобильный поток понемногу рассасывается в стороны, челнок установили и подготовили к старту. Всю эту процедуру провели специалисты космопорта под наблюдением бойцов КТК. Причём Веллер отметил, что работа проходит тихо-мирно, и охранники, вроде как, только наблюдают за процессом в качестве зрителей. Тоже можно списать на странность. Когда мы подъехали к парадному входу в пассажирский терминал, началась погрузка пассажиров.
        Мы решили не мудрить, особенно когда узнали, что нас продолжают упорно не ждать. Прошли напрямую через парадный вход пассажирского терминала. Единственное, что напрягало, полная обычность происходящего. Вышли из машин, и тут же погрузились в людской водоворот и шум. Люди садились в такси, загружали багаж, рядом кто-то, наоборот, вылез со скудной сумкой в руках и стремглав исчез внутри терминала, придерживая свободной рукой шляпу. Большая партия людей грузилась в рейсовый автобус. Наше прибытие осталось почти незамеченным, что удивительно.
        Когда мы вошли внутрь, от Веллера потупило очередное сообщение. На этот раз интереснее предыдущих. Несколько бойцов КТК в экстренном порядке покинули диспетчерскую, загрузились в пару космодоковских машин, и отправились к стартовой площадке. То же самое наблюдалось у ангаров.
        В пассажирском термирнале нам также пришлось бороздить людскую толпу, пробираясь ближе к таможенной зоне. Оттуда в диспетчерскую ближе, так бы пришлось обходить несколько залов, включая закрытые от посторонних зоны. Трудно поверить, что Олимпик не особо посещаемая туристами планета. Желающих отправиться на космодок, а оттуда в другие миры оказалось предостаточно. Но больше было желающих улететь в другие города Олимпика и прибывших оттуда.
        Наш отряд пробороздил в толпу почти как по маслу. Сначала люди не поняли, в чём дело, мы получили несколько проклятий, прежде чем толпа стала предварительно расступаться. Полицейский в светло-синей рубашке и с дубинкой на боку, заметно напрягся, увидев решительных нас, но не покинул поста у прозрачной стойки в центре зала. Только проговорил что-то по рации, предупреждая сослуживцев.
        На большом табло с расписанием вылетов и посадок, все объявления рейсов в космопорт, завершались надписью: «Задерживается!»
        Контактировать с таможенниками придётся Уорику. Моё удостоверение сотрудника КГБ осталось дома. Как-то не предусмотрели мы с Гриссомом этот вопрос. В тот момент мы вообще не так много знали, так что действовали почти наобум.
        Когда отряд подошёл к таможне, нас уже встречали пятеро вооружённых таможенников. Их форма мало отличалась от полицейской, только по бейджикам и можно отличить. Ещё несколько охранников подошли с разных сторон. Мы оказались в окружении. Лейтенант бросил на меня быстрый взгляд.

        - Переговоры на тебе,  - пробормотал я.
        Охранники молчали, так что первым заговорил Уорик.

        - Полиция Дакетта. Нам нужно в диспетчерскую?

        - Что-то случилось?  - заговорил старший из встречающих, с гусмыми усами и зарождающейся лысиной на макушке.
        Спецназовцы заняли круговую оборону, но дула оружия продолжали смотреть в пол. С кем-кем, а с коллегами по работе и таможенниками нам уж никак нельзя конфликтовать. Свои же ребята. Хотя, если до этого дойдёт…

        - Как видите,  - Уорик головой указал на отряд за спиной,  - да.

        - Мы вас проводим,  - кивнул усатый.
        Он развернулся, и пошёл, направляясь к узкому коридору в конце большого зала.
        Уорик чуть отстал от сопровождающего, поравнялся со мной и тихо проговорил:

        - Странный захват, не находишь, капитан?

        - Знаешь, на что это похоже, лейтенант?

        - На форменное безобразие,  - фыркнул тот.

        - М-да, и впрямь. Я хотел сравнить с крысами.

        - Крысы, обычно бегут с тонущего корабля, нет?

        - Вмешательство Комитета или появление Пикарда. Все планы на ветер. Это похоже на тонущий корабль, разве нет?

        - Может быть.
        Развивать тему мы не стали. Как раз вошли в небольшой коридор, одну стену которого занимало стекло. Взлётное поле предстало пред нами, словно на блюдечке. Как раз успели понаблюдать за взлётом челнока. Он только-только оторвался на антигравах от стартовой площадки, поднялся на несколько десятков метров. Тут же заработали основные двигатели, и челнок унёсся в небо. Вскоре работающие двигатели слились с точками звёзд, и догадаться, что это космический корабль можно было разве что по мерцанию.

        - Ещё старты будут?  - поинтересовался Уорик у таможенника, хотя мы и так знали, что нет. Информацию Веллер поставлял стабильно и, чем дальше, тем суше. Уморился, наверное.

        - Нет, это последний на сегодня.
        Дверца, отделявшая диспетчерскую от таможни и пассажирского терминала, ничем примечательным не выделялась. Стальная, стандартных размеров. Вот она открылась, и оттуда вышел пожилой, лысоватый мужчина в костюме. Наш сопровождающий сообщил, что начальник сужбы безопасности нас уже ждёт и, подождав, пока весь отряд пройдёт мимо, устремился обратно на свой пост.
        Встречающий хмуро осмотрел нашу банду, кивнул, мол, следуйте за мной. Уорик оставил всех полицейских, выданных нам Сандерсом и свой отряд у входа. Внутрь мы пошли впятером. Ещё сержант Шмалик и Керим, как специалист по связи.
        Почти всё высшее руководство космопорта находилось здесь. То ли случайно так получилось, то ли ребята из КТК их сюда согнали. Хорошо сработали, если так. Судя по внешнему виду присутствующих, думается, без вооружённого давления не обошлось. Выглядели люди не очень хорошо, один из замов и вовсе повернулся ко всем спиной и усиленно приводил себя в порядок. Директор смотрел в темноту за окном, щедро освещаемую десятками мощных прожекторов, так, что сообразить, что на улице ночь, можно с трудом. Когда мы подошли, он повернулся к нам с вопросительным и, одновременно, усталым, взглядом.

        - Специальный агент Крис Хаппельмайер,  - я вышел вперёд и тут же взял быка за рога.  - Связь с космодоком у вас есть?
        Глава 20 И снова в космос

        Связь с космодоком была, только с той стороны никто не отвечал. Поэтому вопрос о посещении орбиты отпал сам собой. Я надеялся, что не придётся туда лететь. Не с моим счастьем.
        В ангарах космопорта нашёлся ещё один челнок. КТК не реквизировало его только потому, что он до сих пор числился в ремонте. На самом деле, там ещё были кое-какие неполадки, но ремонтники уверили, что он стоит на плановой диагностике и в космос выйти вполне способен. Сотрудникам КТК немного приврали, на всякий случай. Так бы и этот реквизировали, лишив не только нас транспорта.
        Экипаж тоже нашёлся. Даже два, на выбор. Ребята отдыхали здесь же, в диспетчерской и согласились прокатить нас к космодоку. Без удовольствия, но выбора у них не было.
        Меньше, чем через пять минут створки ангаров вновь раскрылись и оттуда тягач стал вытягивать челнок. Группа специалистов незамедлительно выехала к стартовой площадке, чтобы подготовить челнок к взлёту. Мы отправились вслед за ними.
        По пути я связался с Гриссомом. Новости у того были пока ещё так себе, он вёл подготовку и разведку. Заодно допросили дока Башира и осторожно расспросили Пикарда. О намерениях Кромвеля ни тот, ни другой не имели понятия. Пикард, тот вообще утверждал, что покинул мир Кришту задолго до событий, которые аукаются теперь на Олимпике. Он вообще, с самого начала, был в экспедиции человеком сложным, сам себе на уме. Удивительно, что его уговорили, а то и убедили превратиться в кришту. Но это было давно, тогда понемногу почти все прошли процедуру единения человека и кришту. Были и те, кто отказался, они основали свою колонию в стороне, и жили своим умом и хозяйством. Поначалу связь держали, потом друг о друге забыли. Чуть позже люди ушли дальше. Возвратиться домой у них не получалось - доступ к космическому кораблю контролировали новоиспечённые кришту. К тому же, в уходе не последнюю роль сыграла задумка Кромвеля, руководителя экспедиции - тайно превратить «отступников» в «новых людей».
        Пару лет назад Пикард решил погулять по галактике. В новом состоянии это оказалось возможным, только недалеко. Так что он исследовал ближайшие к колонии планеты, и небольшую туманность неподалёку. А, когда возвратился из путешествия, обнаружил некоторые изменения в колонии. Не было Марии, а с ней когда-то у Пикарда завязались больше, чем дружеские отношения. Народ ничего не мог сказать определённого, кроме того, что люди-кришту оказались в более чем затруднительной ситуации, а Кромвель что-то задумал и отправился на Олимпик.
        Больше не слушая ничего, Пикард отправился на поиски Марии, полностью уверенный, что она пошла на эксперимент не совсем добровольно. Да и в отношениях Пикарда и Кромвеля до того, как наш союзник ушёл, или улетел на исследования, были некоторые трения.
        На сообщения о каких-то проблемах с основной, первоначальной колонией кришту, с которой почти вся экспедиция носилась как с писаной торбой, Пикард внимания не обратил. Он был зол на Кромвеля и, прежде всего, на себя, что позволил себе не вовремя заняться исследованиями близлежащего космоса.
        Большего от него добиться не удалось, кроме ярого заявления в сотрудничестве против Кромвеля и его «прихлебателей».
        Док Башир тоже ничего не добавил. Он даже не знал и не предполагал о дальнейших действиях Кромвеля. То есть своеобразная эвакуация оказалась для дока полной неожиданностью. Никто ему ничего не говорил. Вполне возможно, его решили оставить здесь, заниматься дальнейшими экспериментами с кришту второго поколения.
        По поводу «Одина» он знал немногим больше. Только однажды случайно подслушал разговор Кромвеля и кого-то, кто находился в другой звёздной системе. Мол, нужно встретить «Один» в определённой точке, снять пассажиров и экипаж, после чего гнать домой, готовиться к чему-то. Док так и не понял к чему. На вопрос, зачем он выдал сообщение Кэрри МакГвайер, Башир ответил, что через неё решил привлечь внимание Комитета к некоей проблеме, которая вот-вот вскочит на Олимпике, словно прыщ. Вычислил каким-то образом, что журналистка родственница Пикарда и ищет любую информацию о том, куда тот исчез. Таким вот загадочным и сложным путём док вышел на нас.
        Одним словом, ничего конкретного мы не узнали.
        Тем временем подготовка к старту почти закончилась. К площадке подъехал микроавтобус, из него вылезли пилоты, те же самые, кто поднимали нас на орбиту в прошлый раз. Я непроизвольно хмыкнул, чем обратил на себя внимание Уорика. На вопросительно поднятые брови, мотнул головой, мол, ничего такого.
        Старт прошёл по всем правилам. Мы пережили в точности те же ощущения, что и в прошлый раз. Когда створки иллюминаторов открылись, их тут же оккупировали полицейские, а ребята лейтенанта Сайдла только посмеивались, мол, мы это уже видали и всё такое.
        Я заметил хмурое лицо лейтенанта. На вопрос, что случилось, тот ответил:

        - Вспомнил Гравза. Первый полёт получился более чем запоминающимся.
        Сказать в ответ тут нечего. Хоть и выяснилось, что Гравз, в итоге, работал на КТК, конкретно, на Кромвеля, но, всё же, обидно.
        Да и на самого накатило невзначай. Ведь на том задании была ранена Марго и последствия для неё весьма интересные получились. Где она теперь, бог весть. Хочется надеяться, что вместе с теми, кто оккупировал космодок.

        - Капитан Хаппельмайер,  - вдруг раздалось в динамиках громкого оповещения,  - просьба зайти в кабину пилотов.

        - Упс, что-то случилось,  - я встрепенулся.  - Пойдёшь, Уорик?

        - Мы лучше подготовимся к штурму космодока, капитан. По сути, нас ждёт абордаж,  - на этот раз Уорик усмехнулся.  - Мой отряд ещё ни разу не брал на абордаж целый космодок.

        - Ну-ну.
        Если позволят приблизиться к нему. Прежде, чем отправиться к пилотам, я выглянул в иллюминатор и попробовал найти меж светлых точек звёзд станцию «Дрон-2». Не нашёл, он, наверное, где-то с другой стороны. Если ума у КТК хватит, они могут захватить и боевую станцию. Это не просто, особенно если напролом. Можно сказать, невозможно, но, если внедрить туда своих людей заранее, как, скажем, сделали это с тем же Гравзом, тогда беды не миновать.
        Пилоты меня уже ждали. Дверь в кабину на сей раз открыта настежь. Оба пилота на своих местах, задумчиво рассматривают приближающийся космодок. Пока на расстоянии, подробностей не видно, только огромная светящаяся в лучах звезды, точка.

        - Что тут у нас?  - я уместился между креслами пилотов.

        - Связь с Олимпиком пропала, как только мы вышли в открытый космос,  - сообщил бородач.  - Связи с космодоком тоже нет. Вызов идёт, но никто на него не отвечает.

        - Так и должно быть,  - кивнул я.  - С Олимпика сигнал глушат, а на космодоке - враги.

        - Тогда я не понимаю цели вашей затеи,  - встрепенулся командир экипажа и внимательно в меня всмотрелся.

        - Цель - разведка. Вот что, мы можем сейчас рассмотреть в подробностях, что творится вокруг станции?

        - Конечно.

        - Отлично, давайте на экран.
        Второй пилот проделал короткую манипуляцию на приборной доске и на лобовом стекле
        - обычных мониторов в челноке не было - высветилась куча параметров, обычному человеку ничего не говорящих.

        - Что можете сказать? А то я тут ничего не понимаю.

        - Космодок работает в штатном режиме,  - тут же ответил бородач.  - К нему пристыковано шесть кораблей, четыре из которых, грузовые. Один ждёт отправки. Два пассажирских судна - рейсовый и один… Странно, таких кораблей уже лет десять не выпускают.

        - Ну-ка, с ним поподробнее.

        - Попробую соединиться с базой космодока, вроде бы такая связь тоже не блокирована. Ага, получилось, сейчас выведу на экран.
        Через минуту непонятные непосвящённому надписи на лобовом стекле исчезли, и появилась схематичная картинка судна. Внешне его можно сравнить с драконом: голова
        - мостик, находилась чуть выше основного корпуса. Две мощных круглых турбины, можно сравнить с крыльями того же дракона. Чуть укороченными, правда.

        - «Файерфлай»,  - хмыкнул первый пилот.  - Давненько таких не видел.

        - Ага, знаком с таким типом,  - кивнул я. Изучали их в Академии, как и сотню других старых, выведенных из эксплуатации давным-давно, но продолжающих вовсю использоваться в приграничных зонах.
        Наверняка КТК, отправляя двадцать лет назад экспедицию неизвестно куда, воспользовалась «Файерфлаем». В своё время эти судна использовались в разных сферах: и пассажиров перевозили, и грузы. Их использовали в военной разведке, и в разведке неисследованного космоса. Рабочая многофункциональная лошадка. Потом их перестали выпускать. На смену пришли новые виды «рабочих лошадок», более мощные и более многофункциональные.
        Ясно одно - «Файерфлай» принадлежал КТК, точнее, той самой экспедиции, из-за которой у нас теперь куча проблем на Олимпике. Но вот вопрос: что ему здесь делать? Пришёл на помощь коллегам с планеты? Или же полная и непонятная эвакуация? Прилетел забрать людей, вывезенных на космодок четырьмя предыдущими челноками? Хотелось бы верить, что так, тогда нам просто стоит подождать немного, пока все не погрузятся на внеплановый для космодока транспорт и не отчалят неизвестно куда. Но вот проблема - мы тут именно из-за этого: узнать что к чему.

        - Так,  - я принял решение,  - двигайте к космодоку, ищите свободный стыковочный узел, можно подальше от гостей. Надеюсь, у вас получится состыковаться со станцией без помощи диспетчеров космодока?

        - Да, это предусмотрено,  - кивнул первый пилот.  - В общем-то, стыковка всегда происходит в автоматическом режиме. На станции лишь присматривают на случай, если что-то пойдёт не так.

        - Вот и действуйте. И да, держите связь с космодоком и Олимпиком постоянно включённой, на всякий случай. Как только кто-нибудь отзовётся, сообщите мне.

        - Хорошо.
        Я вернулся в салон. Бойцы лейтенанта и отряд полицейских в очередной раз, под присмотром Уорика, проверяли оружие. Лица сосредоточенные, но многие, временами, выглядывали в иллюминаторы и застывали на время, вглядываясь в космическую черноту, разбавленную светлыми точками звёзд.

        - Что высмотрел, Крис?  - спросил лейтенант, как только я появился в салоне.
        Взгляды присутствующих устремились в мою сторону, стало даже как-то неловко. Особенно, когда в голову пришло сравнение меня со стюардессой. Вот, что-то такое скажет.

        - Г-хм. Попробуем проникнуть в космодок.

        - Абордаж?

        - Что-то вроде того.
        Сержант Шмалик оскалился и, подняв дуло пэпээс к потолку, громко проревел:

        - Пятнадцать человек, на Сундук Мертвеца! Йо-хо-хо!
        И весь отряд лейтенанта тут же подхватил:

        - И бутылка рома!
        Хорошо, не начали стрелять, настолько задорное настроение появилось в салоне. Народ не мрачен, готов к подвигам, даже полицейские заулыбались, стали негромко бросаться шутками.

        - Эх, и покажем же им, ребята, что значит абордаж!  - продолжил Шмалик.

        - Успокойся, сержант,  - хохотнул Уорик и скомандовал всем: - Ещё раз проверить оружие и готовимся к выходу.

        - Это,  - вдруг в салоне появился второй пилот,  - вы что это тут орёте?  - и, увидев пару поднятых к потолку автоматов, испуганно предупредил: - Только не вздумайте стрелять, можно обшивку повредить. Тут у нас и так проблема возникла.

        - Что за проблема?  - тут же насторожился я.

        - Со стыковочным узлом. Этот челнок отправили на диагностику как раз из-за него. Провёли небольшой тест - не все системы отозвались.

        - То есть, выход в космодок у нас под вопросом?  - встревожился я.

        - Всё должно сработать.  - тут же уверил бородач.  - Неполадки обнаружились в дублирующих системах. Да и запасной выход есть. Ладно, пошёл проверять дальше. До стыковки осталось двадцать минут.

        - Эх, вот так всегда,  - вздохнул Шмалик, усаживаясь в ближайшее свободное кресло.
        - Не дают разгуляться свободному братству.
        Дальше работали только пилоты. Нам оставалось только наблюдать за происходящим через иллюминаторы. Вот космодок: светящаяся точка распалась сначала на десятки, потом на сотни огоньков. Вот стали различаемы пристыкованные к нему корабли.
«Файерфлая» вживую я не увидел. Пилоты, похоже, заранее ушли на другую сторону и стыковаться решили чуть ниже обычного, в узлах, которые держаться в качестве дополнительных. Но это у нас, на той же Каприке или Валхалле они используются вовсю.
        Челнок приблизился к космодоку почти вплотную. Кто-то на той стороне борта громко ойкнул, когда мимо челнока, вблизи, промелькнул ремонтный бот. Бортовые огни челнока осветили стальную обшивку и пару тёмных иллюминаторов. Отсеки за ними почти не использовались, то есть до «цивилизации» нам придётся некоторое время добираться самим. Вот где бы пригодилась помощь Марго: она здесь должна была всё знать. Провела бы нас до нужных отсеков в момент. Но вот за ней-то, по сути, мы и прилетели. То есть у меня расчёт такой: если её нет в башне КТК, значит, капитан где-то среди «беженцев». Само собой, в роли пленницы. Ведь специфический снаряд, тогда, в Бристоле, разъединил человеческую сущность Марго с сущностью Марии. Да и, если нет, то всё равно.
        Впрочем, ладно. Челнок подлетел к стыковочному узлу. Уорик отдал команду готовиться к штурму. Ребята из КТК наверняка вычислили, к какому стыковочному узлу мы подходим, и не факт, что не послали сюда команду для отражения атаки. Первую абордажную волну Уорик возглавил сам. В неё входил весь его отряд. Разделившись на две группы, спецназовцы встали вдоль борта, наставив оружие на люк. Как только тот раскроется, первым, что посмотрит во внутренности космодока, будет парочка пэпээс. Впереди стояли сам лейтенант и Шмалик. Сержант, раздухарившийся в пиратском духе, ни за что бы не отдал право никому ворваться в космодок первому.
        Я возглавил вторую волну абордажной команды.
        Через борт послышался металлический лязг - произошла стыковка и, в следующий момент, наш кораблик тряхнуло так, что на ногах остались стоять лишь те, кто успел схватиться за переборки, борта или спинки сидений.

        - Что за чёрт?  - возмутился Уорик.

        - Приносим извинения,  - тут же, словно в ответ, прозвучало из динамиков громкой связи.  - Неполадки с системой стыковки. Сейчас всё исправим.

        - Поменьше бы так шутили,  - буркнул сержант, снова вставая на исходную. Впрочем, задора эта маленькая неприятность не выбила.
        Вторая попытка состыковаться прошла благополучно. Снова металлический лягз и звук поцелуя, когда выдвинувшийся из космодока рукав обволок часть челнока, скрывая в себе люк. Звука я не услышал, конечно же, зато представил натурально.

        - Приготовились,  - Уорик и поудобнее перехватил пэпээс.

        - Будем думать, что нас встречают,  - кивнул Шмалик.

        - Да, готовимся к этому.
        Люк челнока пшикнул и ушёл вверх, открывая нашим взорам короткий коридор до следующего люка. Тот не замедлил также распасться на лепестки диафрагмы, которые быстро втянулись в обшивку дока. Дальше - темнота.

        - На абордаж, ребята!  - дал команду Уорик.
        Глава 21 Коридоры космодока

        На самом деле темно не было - большое помещение приемного блока освещал десяток аварийных ламп. Так что убедиться в отсутствии встречающих мы могли не покидая челнока.
        Первыми в космодок вбежали Уорик и Шмалик. Сразу вслед за ними остальные спецназовцы. Они быстро заняли стратегические позиции у выхода в коридор, кто-то обследовал смежные помещения. Везде чисто, никого.
        К тому времени и полицейские под моим командованием покинули челнок. Я тут же присоединился к Уорику.

        - Странно, не находишь, лейтенант? Нас никто не встречает.

        - Даже обидно,  - вместо лейтенанта откликнулся Шмалик.  - Я рассчитывал на хорошую драчку.

        - Вот и зря. При абордаже первые рискуют больше всего и потери среди них, можно считать, стопроцентные.

        - Мда? Всё равно, славная драка вышла бы.

        - Или на нас не обратили внимания,  - наконец, Уорику удалось вставить слово.

        - Спешат погрузиться в «Файерфлай»?

        - Возможно. Посмотрим, капитан?
        Дверь в коридор открывалась универсальным ключом, у меня такой был, реквизировал в офисе, под ответственность. Меньше, чем через минуту, мы вышли в коридор, аварийно освещаемый и безлюдный.

        - А может,  - продолжил Уорик,  - сюда просто не успели добежать.
        Да уж, пилоты постарались. Если предположить, что люди КТК сконцентрировались в командном отсеке и грузились в прибывший внепланово корабль, тогда всё сходилось. Так же, как на космодроме, старались успеть до того, как наша славная команда доберётся до них. И, если так, то у нас была возможность добраться до места, что говорится, под шапочный разбор, понаблюдать, как корабль корпорации отстыковывается от станции и уходит в черноту космоса.
        Нам же нужен был «язык». Неизвестно, как там сложится у Гриссома на Олимпике, а здесь был реальный шанс захватить кого-нибудь, кто в курсе происходящего.
        Ну и, конечно же, Марго. О ней я не забывал с самого момента, как было решено отправляться на космодром. Чем дальше, тем больше был уверен, что она где-то здесь. Наверняка, её уже погрузили на корабль.

        - Вперёд, не стоим,  - скомандовал я и побежал впереди команды.
        До ближайших лифтов добежали быстро и решили воспользоваться ими. Если теория верна, мы безболезненно можем добраться до отсека «Си», ближайшей к обитаемой зоне точке. Там хозяйничают роботы и автоматика, в основном. А оттуда уже пешком по коридорам до «Файерфлая».
        Эх, только бы управление лифтами не перехватили. Раз уж везение нам до сих пор не изменяло, так, может, и здесь тоже подфартит?
        Воспользовались сразу несколькими лифтами. Основной состав пошёл грузовыми, мы же с лейтенантом, Шмаликом и Гансом, успевшем в последний момент втиснуться, отправились к точке высадки на пассажирском. Странный маршрут сразу нескольких лифтов, наверняка, привлёк внимание командования космодока и торговцев, но нам было всё равно.
        Лифтовая система на космодоках весьма примечательна. Она опутывает станцию не хуже паутины. По-хорошему, на одном лифте можно добраться из самой нижней части, где распложены двигатели, до самой верхней части космодока, не покидая кабины. Нужно только задать точку конечного маршрута, и бортовой компьютер вычислит оптимальный вариант передвижения, чтобы пассажир или груз быстро добрался до места назначения и, не дай бог, не столкнулся с другими лифтовыми кабинами, коих на такой станции насчитывается пара сотен.
        Внутренности кабинки осветились ярким светом, как только на его пол ступил ботинок. Прозрачные стенки сделались матовыми, по ним побежали цветовые узоры. Это всё предназначено для успокоения пассажира, релаксации, так сказать. Осветилась управляющая панелька с выдвинутой вперёд клавиатурой. Экран предусмотрительно предоставил нам полюбоваться на схему космодока с отмеченными основными точками и узлами. Только выбирай и расслабляйся.

        - Ну,  - выдохнул я,  - с богом.
        И быстро выбрал конечную точку маршрута. Основной расчёт шёл на то, что противник, даже если ждёт нас, не сможет однозначно предположить, куда нас черти понесут и не успеют перебросить туда встречающих. Вариантов, хоть и немного, на все людей не хватит.
        Лифт помчался по намеченному маршруту и вскоре мы прибыли на место. Створки раскрылись, представляя нашему взору огромное помещение, заставленное большими контейнерами, стоящими один на другом штук по пять. Между ними широкие коридоры, в которых сновали роботы-погрузчики. Высоко, на потолке, ещё два робота-крана застыли в ожидании команд, когда надо будет подхватить огромные контейнеры и переставить их на транспортёр.
        Люди тоже обнаружились, двое, шагавших к лифту. Как только мы высыпали наружу, они остановились и уставились на нас, словно на привидений. Эти ребята, похоже, вели какой-то учёт. На головах - обязательные каски, как у строителей, в руках - планшетки. Ещё больший шок у них произошёл, когда вслед за нами из пары грузовых лифтов в помещение склада высыпал остальной отряд.
        Ничего подозрительного во встреченной парочке не было, так что мы, сверяясь с планом, наспех срисованным с дисплея лифта, помчались к выходу со склада. Тут где-то есть такой. Странно другое: мы в склад попали без проблем. Никакой защиты не предусмотрено, заходи, кто хочешь, шарь по контейнерам. Или, всё-таки, роботы присматривают за посетителями? Вон, как один из них зыркнул в нашу сторону, даже работу приостановил. Хорошо, если так, но всё равно решил при случае, попенять Сергееву на непорядок. Хоть бы коды доступа на подобные объекты установил.
        Выход обнаружился на другом краю склада: небольшая дверь, за ней ярко освещённый узкий коридор, если сравнивать с городскими улицами, то переулок. С одной стороны он выходил на широкую палубу, с другой - на променад.
        Спецназовцы и полицейские заняли позиции, на случай нежелательных гостей, мы с Уориком прошлись к променаду. Народу здесь было не то, что яблоку негде упасть, но достаточно, чтобы получить небольшой диссонанс. Создавалось ощущение, что на космодоке куча людей просто жила. Либо, от нечего делать, так как рейсы на Олимпик отменили, люди решили здесь погулять. Все одновременно.
        Посмотреть было на что. В высоту променад занимает с десяток ярусов. На втором и выше приходится перемещаться по круговым балкончикам или по специальным мостикам, если нужно попасть в центр, где расположились магазины и увеселительные заведения. Весь центр сооружения держится на трёх колоннах, светящихся так же, как стенки лифта. Внутри эти столбы представляют собой столбы диаметром метров в двадцать, из прочного сплава разных металлов. Тут тебе и сталь, и титан и много чего ещё. И внутри них тянутся силовые и информационные кабели.
        На первый взгляд, ничего необычного не происходило. Бойцов из службы безопасности торговцев я не увидел, но заметил людей из охраны космодока. Ребята дежурили на разных уровнях и внимательно следили за передвижением гостей. Тихо, мирно, как будто ничего не происходит.

        - Пойдём по тому коридору,  - сказал я.  - Нужно найти лестницу и подняться выше ещё на пару палуб. Там находится командный центр всей этой шарашки.

        - Ясно,  - кивнул Уорик.  - А как на счёт «Файерфлая»?

        - Я им займусь, это немного в другой стороне. Попробую найти.
        Уорик немного разочаровался. Но кого отправлять на поиски Сергеева? Он тут самый представительный после меня. Не Шмалика же посылать, хотя этот парень, похоже, может справиться и с таким заданием. Всё же, кандидатура Уорика предпочтительнее.

        - Когда узнаешь, что к чему, постарайся пробиться до Гриссома. С нашей главной конторой на Каприке подполковник наверняка уже связался, так что остаётся Олимпик. Надо знать обстановку. И прихвати с собой тот чемоданчик. Керим, похоже, в нём разобрался. В случае чего, ребята Сергеева помогут.

        - Мне хватит пятерых,  - мрачно отчеканил лейтенант.  - Остальных бери с собой. При подходе к кораблю, скорее всего, встретитесь с бойцами КТК, раз их тут нет ни одного.
        Обнаружилась проблема: мы не знали точно, куда нужно идти, чтобы добраться до
«Файерфлая». Даже в примерном направлении сомнения были. Выход - нам нужен проводник. И он нашёлся быстро. Вернее, нашлась. Попала нам прямо в руки, в буквальном смысле, вынырнув из-за угла.

        - Ой!  - только и воскликнула женщина в комбинезоне ремонтной бригады, покачнулась, чуть не упав в руки Шмалика.
        Полицейские быстро обогнули его, взяв под контроль ответвляющиеся от нашего коридоры.

        - Полиция Дакетта, сударыня,  - тут же среагировал Шмалик.  - Не стоит пугаться.
        На голову ниже сержанта, чуть уже в плечах, короткая стрижка, на лицо симпатичная, с виду чуть меньше тридцати. Не в моём вкусе.

        - Н-но…  - попробовала выговорить девица.

        - Знаем-знаем,  - кивнул Шмалик,  - всё когда-то бывает в первый раз.

        - Хватит любезничать, сержант,  - остановил я его и обратился к «языку».  - Вас как зовут, сударыня?

        - Мадлен…

        - Так вот, Мадлен, к доку причален «Файерфлай». Нам надо к нему.

        - В-вы тоже из этих?  - глаза потенциального информатора расширились.

        - Из каких, этих?

        - Н-ну, из тех, кто в экспедицию уходит?

        - В экспедицию?  - или дезинформация, или так и есть. Я, признаться, немного опешил.  - Интересно. Это они так вам сказали?
        Конечно, экспедиция. Привлекает меньше внимания. Вот почему охрана космодока особо не возбуждена наличием «Файерфлая» и кучи нерегламентированного народа на станции.

        - Эт-то известно всем,  - чем дальше, тем меньше оставалось испуга в глазах Мадлен.

        - Нет, мы не из этих,  - я усмехнулся,  - но нам надо туда попасть. Поможете?

        - Конечно. Раз надо,  - женщина улыбнулась сержанту, отекла его стороной, попутно извинившись и оказалась около стены.
        Раньше не обращали внимания, теперь же обратили. В стены, по всему коридору вмонтированы терминалы бортового информатора. Минус мне, забыл, что на космодоках обязательна и такая система. Вспомнил бы вовремя…

        - Вот, смотрите,  - тем временем женщина, быстро пробежавшись по сенсорному экрану, вызвала на него нужную информацию.  - Бортовой номер Икс-732. Тип корабля -
«Файерфлай», названия нет, пассажирская конфигурация. Причален к семнадцатому доку, отправляется через двадцать две минуты.
        Она обернулась ко мне с обворожительной улыбкой. Ну, это она так думала, на меня это не подействовало, а вот на сержанта, похоже, да. Он стоял молча и пожирал Мадлен глазами. Просто пожирал, и женщина это чётко видела. Отвечала она мне, так как я обозначил себя старшим в нашей банде, а вот ощущение такое было, словно общается с сержантом. Её взгляд то и дело стрелял в его сторону. Надо уточнить: Шмалик у нас что, до сих пор в холостяках бегает? Если так пойдёт дальше, Уорик его скоро потеряет.

        - Как до него добраться?

        - Вот, смотрите,  - Мадлен снова повернулась к дисплею, её пальцы пару раз ткнули по кнопкам и, вместо текстовой информации, нашему вниманию предстал схематичный рисунок части космодока.  - Мы сейчас вот здесь,  - ещё два нажатия и на схеме появилась синяя точка.  - Семнадцатый космодок - вот здесь,  - продолжила женщина и от «нашей» точки до нужного нам места пролегла синяя же, ломаная линия.
        Я бы, признаться, быстро заблудился в этой куче лестниц, коридоров, лифтов и помещений. При этом экран информатора показывал только малую часть космодока. Предстоящий путь пролегал по нескольким коридорам, нужно было также спуститься на пару палуб ниже, и уже там выходить на внешний круг, искать громадную цифру семнадцать.

        - Э-э, Мадлен,  - сказал вдруг, выходя из прострации,  - а не могли бы вы проводить нас? А то тут всё так запутанно.

        - Ой, это же просто!  - воскликнула женщина с некоторой радостью. Показалось, что ли?  - Вот, смотрите,  - ещё пара нажатий и на полу появилась светящаяся линия, уходившая дальше по коридору и ныряющая в сторону в его конце.  - По этой линии пойдёте, и не заблудитесь.

        - Спасибо большое, вы нам очень помогли.

        - Ох, знали бы вы, как мне тоже хочется отправиться в какую-нибудь далёкую экспедицию,  - заявила напоследок Мадлен и, помахав ручкой, адресуя это, конечно же, Шмалику, быстро шмыгнула между нами и побежала по своим делам.
        Вот так вот. Возможно, проворонила своё счастье. Шмалик разочарованно шмыгнул носом, а я скомандовал:

        - Вперёд, пока по линии. Там дальше что-нибудь придумаем, чтобы не выходить на противника напрямую. Возможно, они уже в курсе, что мы идем к ним.

        - Дык, они уже давно в курсе,  - пробурчал сержант,  - только ответных действий не предпринимают, почему-то.
        Двадцать минут, это много. Достаточно, чтобы мы добрались до места. К тому же, со светящейся линией на полу продвигались вперёд мы намного быстрее.
        По пути я связался с Уориком. Тот ответил сразу:

        - Мы на месте, капитан. Я ждал твоего вызова, не хотел мешать, вдруг что-то важное делаете.

        - Пока тихо. Как у тебя обстановка?

        - До места добрались, сопротивления не встретили. Подполковника Сергеева тоже не нашли. Вместо него на мостике командует лейтенант Панкеев.

        - В двух словах, Уорик, что он думает обо всём этом? И где подполковник?

        - Сергеев в семнадцатом доке, провожает экспедицию.

        - Наверняка люди из КТК взяли его заложником.

        - Всё было чинно-благородно, капитан,  - небольшя пауза.  - Так, по крайней мере, утверждают. А там, кто его знает. На космодроме тоже всё казалось тихим. Кстати, я сейчас наблюдаю за вашим продвижением.

        - Можешь сказать, насколько сильно нас ждут?  - поинтересовался я.
        Мы как раз добрались до узкой железной лестницы на нижнюю палубу. Светящийся
«проводник» переместился на стену. Шмалик первым рванул вниз, за ним спецназовцы. Полицейские решили пропустить меня вперёд.

        - Два небольших отряда службы безопасности торговцев. Обычные посты на подходах к причалу.

        - Совсем не уважают.

        - Остальные грузятся на корабль. Посадка завершается, старт меньше, чем через пятнадцать минут, капитан.

        - Ну, мы должны успеть, наверное. Что со связью?

        - С Олимпиком - глухо.

        - А с остальным миром?
        Уорик на время отключился. Снова вышел на связь, когда мы спустились на нужную палубу.

        - Тут небольшие неполадки обнаружились, капитан,  - сказал Уорик.  - Скоро всё выяснится.

        - Как вовремя,  - усмехнулся я.  - Ладно, лейтенант, держи меня в курсе.
        Узкие, почти безлюдные, коридоры скоро кончились, мы снова вышли в обитаемые отсеки. Правда, здесь видели только служащих космодока. Роботы орудовали в больших ангарах, дальше их не пускали, предоставив справляться с задачами людям. Встречающийся персонал провожал нас недоумёнными взглядами, впрочем, нас не пытались останавливать и выяснять, что нам тут понадобилось. Скорее всего, в службу безопасности космопорта пошли сообщения о группе полицейских, шастающих по коридорам космической станции, на том они и успокоились.
        Очередной короткий коридор, поворот, коридор, пересекаем зал с бригадой ремонтников, снова коридор. Электронный гид, запущенный Мадлен, приноровился к нашей скорости. Бежал впереди, временами чуть уходил дальше, а потом дожидался на нужном перекрёстке, пока неповоротливые людишки догонят его.
        Вскоре добрались до цели. Широкая арка, на полу нарисованы крупные цифры: один и семь. Давненько краску не обновляли, во многих местах она потёрлась, открывая взору металлический пол.
        Проём одновременно служил ещё одним коридором, выводящим в накопитель, а оттуда уже непосредственно к доку. Вот здесь-то нас и ждали бойцы из службы безопасности КТК. Устроили пост у выхода из коридора с той стороны. Всего пять человек.
        Они увидели нас и не удивились. По-хорошему, давно ждали: оружие на изготовку, но пока дула опущены в пол.

        - Капитан,  - тихо проговорил Шмалик,  - а может, ну его? Ребята куда-то уходят, и пусть с ним?

        - Я хочу выяснить, здесь ли Марго, сержант,  - я рассматривал жиденький пост и пытался вычислить, где тут подвох. Не может быть всё так просто.  - Негоже, чтобы кто-то похитил сотрудника Комитета и остался при этом безнаказанным. Как думаешь?
        Что творится дальше, в накопителе, не разглядеть. Дальняя стена, большое помещение с выходом к выдвигающемуся рукаву, которого отсюда не видно. Судя по всему, все желающие отправиться в так называемую экспедицию, давно на корабле. Потому и пусто так.

        - Тут вы, несомненно, правы,  - согласился Шмалик, напряжённо всматриваясь в торговцев.

        - Нам только увидеть Сергеева. Уорик,  - тут же связался с лейтенантом,  - сможете задержать вылет?

        - Сейчас выясню,  - тут же откликнулся лейтенант.
        Нас, в количественном плане, было больше. Но в узком коридоре это преимущество могло свестись к нулю. Задавить противника - задавим, но и сами понесем потери. Быстро просчитав ситуацию… хотя тут и просчитывать нечего, я решил для начала пойти мирным путём. Собрался идти один, оставив бойцов у входа в коридорчик. Получилось, что идём вдвоём. Шмалик решил составить мне компанию.

        - Закрытая зона, господа.
        Вперёд вышел один из охранников, видно, командир группы. Да и выглядел он старше. с усами даже. Остальные покрепче перехватили компактные автоматы «Грау-5». Родственник пэпээс, кстати. Командир охранников, будто невзначай, положил ладонь на кобуру с пистолетом. Большой палец отстегнул застёжку.

        - Комитет галактической безопасности, капитан Крис Хаппельмайер,  - документ предъявить я, конечно же не мог, но, думаю, внушительная сила за спиной заставит этих ребят поверить, что правду говорю.  - Нам нужно осмотреть ваш корабль.

        - Таможня уже дала добро, капитан.

        - И всё же, вам придётся пропустить нас. Таможня таможней, а мы, всё-таки, из другой структуры.

        - Ордер на осмотр?  - да он издевается! Наверное. Ничего у нас, конечно, не было.

        - Хотите попасть за решётку за незаконное ношение оружия?  - вступил в разговор Шмалик, кивнув на оружие в руках безопасников.

        - Разрешение у всех есть,  - командир охраны держался уверенно, будто был уверен, что прав во всём.  - Вот что я вам скажу, господа полицейские: наш корабль с минуты на минуту стартует. Если нет желания отправится с нами, советую покинуть коридор.
        Вежливо и корректно. Тем не менее, Шмалик не выдержал:

        - Он совсем нюх потерял, капитан! Парень, ты не понял? Мы можем пройти дальше, хочешь ты того или нет.
        Безопасники переглянулись, лишь старший озабоченно нахмурился, приложил ладонь к уху, наверное, принимал какое-то сообщение.
        Дальше всё произошло быстро и неожиданно. За нашими спинами внезапно грохнула переборка, закрывая путь назад и перекрывая возможность нашему отряду прийти к нам на помощь.

        - Что за чёрт?  - чуть не подпрыгнул сержант на месте.
        Да уж, за короткий промежуток времени ему пришлось испытать подобное уже второй раз.

        - Оружие на пол,  - дал команду старший на посту и быстро достал пистолет.  - Получен приказ - вы полетите с нами.

        - Вот уж вряд ли,  - прошипел Шмалик и наставил на безопасников пэпээс.
        Силы неравны, к тому же со стороны накопителя появился ещё отряд.

        - Успокойся, сержант,  - я повернулся к нему и подмигнул:- Делай, как говорят.
        Мы разоружились, причём полностью. Для того, что я задумал, это не помеха. Огнестрельным оружием в таком узком помещении не воспользуются даже они, слишком опасно, можно попасть в своего.

        - Капитан, что за шутки?  - гневный выкрик лейтенанта по связи. Я тут же сорвал наушник, отбросил его в сторону. Только добраться бы до панельки и открыть доступ нашим ребятам.
        Я заметил её чуть раньше. Небольшая, выступающая из стены коробочка, на которую обычно не обращаешь внимания. Аварийная кнопка, работает автономно. Это на случай, если в этом отсеке произойдёт что-нибудь экстраординарное. С помощью этой кнопки я хотел перекрыть возможность добраться до нас подкреплению и открыть переборку за нашими спинами. Это было возможно.

        - Вот так лучше, капитан,  - кивнул старший и тут я начал действовать. Двое на пятерых, неплохой расклад.

        - Работаем, сержант!
        Первый удар целился в горло старшему. Он ожидал подвоха, но иногда так получается, что, вроде и ждёшь, а всё равно неожиданно. Так и сейчас. Удар прошёл, достал до цели и, хоть оказался слабоват - противник отшатнулся назад. На секунду он выбыл из игры, а я его добил ударом в лицо, и тут же рванул к цели.
        Шмалик налетел на своих, словно ураган. Выбил у ближайшего «грау», следом два мощных удара, подхватил оружие и, не сомневаясь ни в чём, выстрелил во второго.
        Я еле уклонился от кулака ближайшего безопасника, удар прошёл, задев ухо. Обеими ладонями ударил противника в грудь, отталкивая того подальше, и тут же занялся следующим. Последнее препятствие. Безопасник бешено замолотил кулаками, пришлось уклоняться, блокировать и выжидать момент для контратаки. При этом, не стоило забывать о старшем в этой банде. Не отключился он.
        Махнул рукой, отбивая в сторону очередной удар. Удачно получилось. Появилась возможность для полноценной атаки. Зацепил противника комбинезон и потянул на себя. Не ожидавший подобного поворота дела безопасник повёлся на приём и я легко отбросил его в сторону.
        Тут же, не мешкая, упал на пол, перекатом постарался преодолеть расстояние до заветного ящичка. По пути подхватил пэпээс. Хватит миндальничать. В процессе короткой битвы с двумя своими противниками я услышал ещё один выстрел - сержант развлекался по полной программе. Подхватил автомат и тут же наставил ствол на ближайшего противника из подкрепления, но не успел сделать выстрел. Мах ногой, пэпээс вырвался из рук, со звоном влепился в стену коридора. Я крутанулся, сделал высокую подсечку: сработало, противник рухнул.

        - Меня взяли, ка…  - услышал крик Шмалика, которого вовремя то ли вырубили, то ли просто рот заткнули.
        Не повезло.
        Пропустил удар. Свежий противник целился не по рукам, а в бок. Сильный удар приподнял меня над полом и отбросил ближе к переборке.

        - Живым брать!  - раздалась команда. Женский голос. Знакомый голос.
        Навалились сразу двое. Как же неудобно отбиваться с лежачего положения. Одному досталось меж ног, парень свалил в сторону. Второй заехал ногой мне в голову. В глазах помутнело, но, всё же, сквозь туман, прежде, чем отключиться окончательно, увидел перед собой ещё одного человека. Женщину. Наверное, галлюцинации пошли - она была слишком похожа на Марго.
        Глава 22 Летающая тюрьма

        Когда я очнулся, первым делом навалилось чувство, что где-то это уже видел: светлый потолок. Дежа вю, как будто меня успели спустить на Олимпик и снова закрыть в камере в центре башни КТК. Правда, этот потолок от того немного отличался, так что, немного проморгавшись, решился посмотреть по сторонам. Я в другой камере. Размером меньше, чем прпошлая: топчан чуть не дотягивал до двери в коридор. На этот раз дверца оказалась без окошка, тем не менее, металлическая, с округленными углами.
        Мой лежак в комнате оказался не один. У противоположной стены обнаружился ещё, образуя между узкий проход. И на нём кто-то смачно посапывал, отвернувшись лицом к стенке.
        Я сел, откинул в сторону тонкое покрывало, коим был накрыт, пока спал. Тут же обнаружил на тумбочке аккуратно сложенный синий комбинезон. Видимо, теперь это будет моей одеждой. Арестантской. И надолго, потому что второй раз побег, чувствую, мне совершить не дадут. Что ж, схватил новую «униформу», быстро натянул на себя. По размеру подобрали, надо же. Дуцветный: плечи светло-оранжевые, остальное тёмно-синее. Ещё один комплект предназначался моему посапывающему коллеге по заточению.
        Продолжил обследование новой тюрьмы. Первым делом, конечно же, занялся дверью. Заперта, что не удивительно, изнутри не откроешь. Значит, нужно ждать тюремщиков и только тогда выяснять подробности. После этого прошёл к противоположной стене, где увидел, что она не сплошная. Присутствовало окно - горизонтально сплюснутый овал, похожий на глаз, и закрыт он был чем-то с той стороны. Поэтому и показалось вначале, что стена сплошная, а тут вон как. Ради интереса осмотрел близлежащее к окошку пространство, а вдруг найду что-то полезное.
        И нашёл, причем быстро. Небольшой пульт, который можно спрятать в кулаке, лежит на небольшом столике, а столик, при желании, можно спрятать в стену. Ткнул на кнопку, при этом направил пульт в сторону двери. Зачем, и сам не смог бы сказать. Видимо, сигнал отразился и ушёл в обратную сторону, потому что неожиданно в окне убралась заслонка, и стало видно, что там, за ним, находится.
        За окном обнаружился космос. Вот тут и дошло. Скорее всего, нас с сержантом, когда вырубили, заволокли на «Файерфлай» и теперь тащили с собой неизвестно куда. То есть, вывод первый: сбежать не выйдет, потому что наша тюрьма - весь корабль. На
«Файерфлаях» можно найти пару небольших катеров, но они атмосферные. В космосе используются разве что в качестве спасательной шлюпки.
        Далёкие точки звёзд, казалось, застыли на своих местах.
        За спиной прекратилось посапывание, Шмалик всхрапнул и тут же раздался вопрос:

        - Где я?

        - Мы летим, сержант, только куда, не имею представления.

        - О, капитан, и вы тут,  - Шмалик сел, бухнув пятками о пол, схватился руками за голову.  - Ох, и славно же меня приложили. До сих пор голова гудит.

        - Сейчас всё пройдёт.

        - Видели бы вы сейчас, капитан, себя,  - неожиданно хохотнул сержант.  - Славно вас приложили.

        - На себя посмотри,  - буркнул я. Фингал под глазом, свёрнутый на бок нос, залепленный полоской пластыря. Ещё одна полоска над правой бровью. Зеркала в каюте, конечно же, не было. Но вот по состоянию Шмалика можно догадаться и о собственном.
        Сержант ощупал лицо, вздохнул и спросил:

        - Долго мы здесь?

        - Понятия не имею. Сам недавно очнулся. И ещё никто не приходил.

        - Жаль, жаль. В животе уже бурлит, кушать просит.
        Осталось только усмехнуться. Вряд ли еду будут подносить по первому желанию. Установки для заказа тоже не обнаружилось. Можно даже не искать, это такая большая штука, которая выделялась бы в интерьере по спартански обставленной каюты, заняв четверть стены, как минимум.
        Сержант, в чём был, пробрался к иллюминатору и выглянул наружу.

        - Красиво за бортом,  - Шмалик вернулся на место, плюхнулся на койку.  - Ещё не думали, как будем выбираться отсюда?

        - Скоро нас должны навестить, что-нибудь и прояснится,  - я пожал плечами.

        - Ясно. Будем ждать.
        Мы улеглись на койках. Шмалик лицом к иллюминатору, я ногами к выходу, хоть и говорят, что так только покойников выносят, но не суеверен. И попытался уложить всё происходящее с нами, начиная с прибытия «Одина», в единую схему. Честно сказать, ничего вразумительного в голову не шло. Что говорится, не хватало данных. Это понятно, что некоторые члены той, двадцатилетней давности, экспедиции, решили вернуться на Олимпик. Но, до сих пор не ясно, зачем? Кромвель, по его словам и по показаниям Башира, подготавливал почву и местность. С Марго тоже не совсем понятно: она была «заражена» кришту, а потом, скорее всего, после боя с вертолётом, каким-то образом от них избавилась. Хотя, честно, до сих пор не был уверен, что она жива. В коридоре космодока я её видел и слышал её голос, но, чем дальше, тем больше сомневался, что это были не галлюцинации. Такое бывает. Уж мне тогда досталось по полной программе.
        Так вот, о чём я: всё можно было сделать тихо и мирно. Люди-кришту спокойно держат человеческую форму. Прибыли на Олимпик всей кучей и никто бы не знал. Вон, Пикард, тот вообще появился, словно из ниоткуда. Сначала подозревал, что он воспользовался
«Одином» и челноками, а сейчас не уверен. То есть, если он говорит правду, кришту могут запросто путешествовать без космических кораблей, им не обязателен кислород и без разницы космический холод. Да и в атмосферу тоже проникают без особых проблем.
        Вывод: всё дело в «Одине». Если б не эта яхта, у них бы всё получилось, и в КГБ знать бы ни о чём не знали. Ну, разве что кришту решили власть захватить на Олимпике. Зачем торговцам понадобилось превращать «Один» в «Летучий голландец»?
        Первых посетителей долго ждать не пришлось. Дверь в каюту бесшумно убралась в сторону, и на пороге застыли два бойца в форме службы безопасности КТК. Вооружены, готовы в любой момент вскинуть стволы и дать залп. Они внимательно осмотрели каюту, не заходя в неё, потом один из них жестом указал на меня, мол, ты, на выход. Я удивился, но подчиниться пришлось. Оглянулся на сержанта, тот выжидательно уставился на меня, типа, ты командир, ты и решаешь. А я хоть сейчас в бой.

        - Отдыхай, сержант, разведаю обстановку.
        Шмалик кивнул и снова уткнулся в иллюминатор. Я заметил, как один из пришедших за мной бойцов усмехнулся.
        Вообще, «Файерфлай» не предназначен для перевозки такого количества пассажиров, какое вёз сейчас. Вроде, я об этом уже говорил, но и повторить не грех. Кораблик может вместить сто пятьдесят, двести, от силы, человек. Это если пассажирская конфигурация. Наш же первоначально был исследовательским. Умельцы с колонии, а может, и в тайных доках КТК, нарастили в небольшом грузовом отсеке ещё три палубы. Сейчас на них разместились люди, решившие принять участие в экспедиции в мир кришту и, возможно, самим тоже ими стать. По приказу или добровольно - вопрос другой, хотя тоже интересный. По кораблю разносился гул, несмотря на то, что люди старались вести себя тихо.
        В нашем небольшом отсеке обнаружилось четыре каюты. Одну занимали мы с Шмаликом, остальные заняты бойцами из службы безопасности. Полная безнадёга, если коротко. Из коридора вышли в узкий переход, идущий вдоль стены почти под потолком грузового отсека. По пути огибали гражданских и безопасников, устроившихся в переходе. Кто-то следил за копошением людей, кто-то медитировал, уставившись в стенку, оставив всё остальное за спиной. На нашу процессию обращали внимания ровно столько, сколько обратили бы на любого другого. Не удивлял их и мой необычный наряд. Впрочем, на счёт последнего, загадка решилась быстро. Примерно четверть пассажиров щеголяла в точно таких же костюмчиках. Когда мы спустились по крутому трапу на палубу ниже, обогнули ещё треть окружности отсека, нам пришлось пропустить человек пять, облачённых в простые комбинзоны, похожий на мой. Женщины, мужчины. У женщин комбинезоны тёмно-розового цвета, у мужчин - светло-синие. Широкие пояса, несколько прицепленных к ним коробочек, видимо, замена карманам. В тот отсек, на переодевание, тут же вошла очередная группа пассажиров. Они вели себя
естественно, даже перешучивались. Одним словом, у людей прекрасное настроение. Не то, что у меня.
        Только под конец пути стало понятно, куда меня ведут. Наш путь заканчивался у атмосферного катера. В космосе он использовался в роли дополнительного отсека. У входа дежурят два бойца. Внутрь пустили без задержек. Один из охранников набрал на панельке код, и люк с шипением отделился от борта и убрался вверх.
        Я вопросительно посмотрел на конвоиров, один из них головой кивнул, мол, заходи. Что ж, зайдём, раз просят. Убивать и пытать вряд ли будут, остальное - стерпим.
        Неожиданно оказалось, что внутри катер убрали таким образом, что он превратился в кабинку ресторана. Посреди основного отсека, отделённого от кабины пилота стальной переборкой, стоит столик, на нём расположились ваза с фруктами, фужер с светлым вином, пара приборов, накрытых полукруглыми крышками. Вилки и ножи тоже в наличии. Не хватало только свечки в центре столика, а так интимная обстановка обеспечена тусклым освещением салона.

        - Присаживайтесь, агент Хаппельмайер. Ваше место, ближе к входу.

        - Вот как?  - я сделал пару шагов к столику, обернулся. Конвоир остался стоять у выхода.  - За что такая честь? И почему сержанта не прихватили? Он тоже голодный.

        - Сержанту еду принесут в каюту. С вами же хочет поговорить наш капитан.

        - Интересно как,  - я хмыкнул.  - Что ж, поговорим, раз хочет. А вы не боитесь, что я его, к примеру, в заложники возьму? Или ещё какую бучу отчебучу? Я ж парень отчаянный.

        - Ты не сделаешь этого, Крис,  - прозвучал знакомый голос со стороны кабины пилотов.
        Обернулся и с удивлением узнал в появившемся персонаже Марго.

        - Неужели ты собрался драться со мной?  - обворожительная улыбка.
        Раньше от неё я сходил с ума. Стоило Марго так улыбнуться, и Криса Хаппельмайера можно вязать голыми руками. Сейчас же эффект оказался немного другим. Марго Винсент, бывший оперативник Комитета, действующий заместитель начальника космопорта и вдруг в таком неожиданном амплуа. Те же кудряшки, только форма другая
        - парадный китель капитана корабля, только фуражки не хватает. Я уже говорил, что Марго такой стиль одежды идёт больше, чем если бы она одевалась в платье, тем более вечернее?

        - Да, ты права,  - протянул я.  - С тобой я драться точно не буду. Значит, вот как всё повернулось. Ты решила поработать на торговцев?

        - Оставь нас,  - обратилась Марго к конвоиру, и тот, абсолютно не сомневаясь, что капитану «Файерфлая» ничего не грозит, покинул катер.  - Давай пообедаем, Крис. На корабле много людей, но мы запаслись продуктами на всех, а кок у нас - мастер. Думаю, ты оценишь его старания.
        Она подошла к столику со стороны открытого иллюминатора, занимающего полстены. Что ж, изобразим из себя джентльмена.

        - Что ж, капитан Марго Винсент,  - протянул я, когда устроился напротив женщины, которую предстоит узнавать с новой стороны.  - Значит, звание капитана ты не потеряла, только статус сменила.

        - Пришлось, Крис,  - женщина сняла с блюда крышку, отставила в сторону и принюхалась к содержимому. Кусок прожаренного мяса, горошек, зелень, и всё это залито вкусно-пахнущим соусом.  - Да, Леонид, как всегда, расстарался. Присоединяйся, Крис, не стесняйся. В ближайшие несколько дней, боюсь, нам придется довольствоваться более скромной пищей.

        - Ты всё это время работала на КТК?  - взял вилку, нож, стал резать мясо на кусочки.

        - Больше того, Крис, больше. Я тебе всё расскажу. Может быть после этого рассказа, ты меня поймёшь. О прощении не прошу…

        - В чём мне тебя прощать?  - вопросительно поднял бровь.

        - Хотя бы за вот это,  - Марго повела рукой, намекая не на моё положение.  - Согласись, ты сам в некоторой степени виноват в этом. Не полез бы напролом, как ты это любишь делать, не находился бы здесь.

        - Стиль такой,  - я пожал плечами.  - Зато есть возможность узнать то, что ещё не знаю.

        - Тоже верно. И ты это узнаешь. Что ж, начну с самого главного, пожалуй. На КТК я работаю не просто давно. Я на них работала всегда.

        - Завербовали?  - я вопросительно поднял брови.  - Когда? В университете?

        - Нет, раньше,  - Марго улыбнулась.  - Не успела я родиться, а уже работала на КТК.

        - Это как?  - мясо застряло в горле, пришлось откашливаться.  - Что-то новенькое.

        - Винсент - фамилия моей матери, ты же знаешь. А вот отец - один из директоров КТК.  - Марго продолжила меня добивать.  - Когда подошёл срок мне явиться на свет, тогда и было задумано, что мы с мамой будем жить отдельно, изображать семью, никаким образом не связанную с КТК. Уже тогда моё будущее было предопределено. И я следовала этому пути. О чём ничуть не жалею.
        Вот это ничего себе откровение. Я даже забыл про обед, слушал Марго с открытым ртом. Бред? Похоже на бред, но всё это могло оказаться и правдой. В этом случае не слабая такая интрига плелась всё это время на Олимпике. Сейчас Марго двадцать семь. Либо её тогда стали готовить на всякий случай, либо…

        - О кришту было известно задолго до того,  - Марго глотнула вина из высокого бокала и продолжила. Мне за это время удалось немного совладать с собой и продолжить трапезу.  - Торговцы давно обнаружили ту планету и познакомились с кришту. Их там было несколько десятков колоний. Поначалу на них устроили охоту, изучали, но это была инициатива не Олимпика, исходила напрямую с Каприки. В результате осталось две колонии. Их решили сохранить, а потом и забыли, пока пятнадцать лет назад с Олимпика не отправили экспедицию. Инициатива исходила от Кромвеля, который ознакомился с прошлыми результатами, можно сказать, случайно. Он довёл работу до конца, и, в результате, почти вся экспедиция превратилась в людей-кришту. Это стоило жизни ещё одной колонии. А вот результаты более глубоких исследований использовали для симбиоза. В результате мы получили то, что хотели.

        - Хорошо, это всё интересно, серьёзно,  - я заволновался.  - Но причём тогда Олимпик? Вы хотите вернуться? И всех этих людей зачем тащите за собой? Чтобы превратить в кришту?

        - Примерно так,  - кивнула в недавнем прошлом моя зазноба.  - Нам нужны люди. Сейчас всё расскажу, Крис, поспокойнее, хорошо? Просто, когда всё по порядку, так надёжнее. Люди-кришту не вылезали бы с той колонии и жили долго и счастливо, если бы не случилось сразу две вещи. Примерно два с половиной стандартных года назад планету посетили чужаки.
        Вопросительно поднятая бровь с моей стороны.

        - Это были не люди, Крис,  - лицо Марго стало серьёзным, как никогда. Про ужин, похоже, она тоже забыла.  - Чужаки из глубин космоса, куда ещё не ступала нога человека. Собственно, туда мы и не смотрели. По собственной наивности, исследовали меньше пяти процентов галактики, и, не обнаружив никакого другого разума, решили, что единственные во вселенной. Теория, что разум на планете Земля появился случайно, подтверждалась с завидной регулярностью. И вот, неожиданно для нас, мы встретились с чужим разумом. Жестоким и беспощадным.

        - Кто же это был?
        Еда уже не лезла в горло ни под каким соусом.

        - Саранча, Крис. Это просто саранча. Роботы различной модификации. ОНи обнаружили нашу колонию и попытались уничтожить нас. А может, и захватить для исследований… Что ты на меня так смотришь, Крис?

        - Ты, как будто рассказываешь фантастический роман, Марго.

        - Хорошо бы, если б так,  - она отвернулась.  - Да только кришту было не до смеха. Лишь благодаря новым способностям, удалось уничтожить эмиссаров. Тогда-то и было принято решение: постараться как можно больше сделать людей-кришту. Особенно после того, как Пикард, отправившийся на разведку, не обнаружил целую цивилизацию этих роботов-пришельцев.

        - Пикард рассказывал, что не особенно работал на благо колонии.

        - Это поначалу,  - кивнула Марго.  - Он носился в другой стороне, а потом согласился на разведку в мирах роботов. И принёс неутешительные вести. Саранча уничтожает всё на своём пути. Их империя захватывает сотни звёзд, тысячи миров. Они роботы, Крис,
        - Марго отбросила в сторону вилку с ножом, вскочила и, повышая голос, продолжила:
        - Им без разницы, населённый мир, не населённый. Они высаживаются на любую планету и начинают выкачивать ресурсы, чтобы самим плодиться и размножаться, чтобы идти дальше. И всё по новой. Мы выяснили, что люди-кришту могут их остановить. И мы собираемся создать заслон прежде, чем на нашу планету, не говоря уже о населённых людьми мирах, саранча даже не дошла. Для этого нам нужны люди-кришту!
        Установилась небольшая пауза. Марго немного успокоилась, поправила причёску и села на место.

        - Вы хотите всех этих людей,  - я кивнул на выход с катера,  - превратить в кришту и бросить их в бой.

        - Да. В последнее время всё больше кораблей посещает планету. Готовится вторжение, Крис!

        - А ты?  - я внимательно посмотрел на Марго.  - Ты тоже хочешь стать кришту? И ринуться в бой?

        - Да!  - произнесено настолько решительно, что все остальные вопросы отпали сами собой.

        - Во всё это и впрямь с трудом верится,  - я протёр глаза, пытаясь осмыслить информацию, что была вылита на меня, словно ушат холодной воды.  - Ну, хорошо, допустим. Ты говорила, случилось сразу два события. Какое второе?

        - Колония кришту умирает,  - ужинать Марго, похоже, перехотела окончательно.  - Этот процесс длительный и необратимый. Наши учёные не знают, как с этим бороться. Вот тогда и было предложено, как один из вариантов, разработать методику передачи способностей от одного человека-кришту к просто человеку. Я стала той самой подопытной крысой.

        - Два года назад ты ушла на космодок,  - пониимательно уивнул я.  - С этим связано?

        - Да. На космодоке немного спокойнее, Крис. В меня внедрили половину человека-кришту. И сразу стало понятно, что это не вариант, потому что ничего не получилось.

        - Это была Мария, да? Та самая, которую искал Пикард.

        - Да. И он был очень зол, когда об этом узнал. Разорвал с колонией всякие отношения, прибыл на Олимпик и стал искать вторую половину Марии. Та часть, которая осталась в колонии, вскоре перестала существовать.

        - Вторая, похоже, тоже погибла,  - пробормотал я.

        - Жаль. Впрочем, у меня ещё остаётся шанс стать кришту,  - Марго отодвинула в сторону недоеденное блюдо, и добавила: - Нам стало известно, что старая колония произвела отпочкование. Теперь в нашем распоряжении есть молодая колония кришту. И мы хотим её спасти, вывезти с той планеты, подальше от саранчи. Люди, которых везём, почти все станут кришту. Таким образом, старая колония перестанет существовать совсем. Но у нас будут ресурсы, чтобы первое время противостоять саранче. А потом, благодаря новой колонии, которую мы вырастим на Олимпике, дадим решающий бой агрессору.
        Последние слова Марго произнесла таким тоном, что я перестал её узнавать. В глазах фанатизм и решительность, лицо приобрело новые, более жёсткие оттенки. Это был уже совсем другой человек, не моя Марго. Даже не та Марго, что после разрыва наших отношений.
        Проникся ли я историей, рассказанной бывшей подружкой и, как одно время считал, невестой? Пока её слова звучали для меня и впрямь, как фантастический рассказ. Что я буду делать, когда у меня появится шанс что-то сделать? Не знаю, честно.
        Глава 23 Большое переселение

        Полёт протекал нормально. Пилоты выбрали курс вдали от оживлённых мест, так что можно было не опапсаться встретить корабли Федерации Объединённых Планет. Разве что оставался риск столкнуться с каким-нибудь исследовательским судном или свободным торговцем. Впрочем, как оказалось, сеть, закинутая людьми-кришту, распространялась не только на Олимпик, но и дальше. Так что подобные встречиа исключались напрочь.
        Судя по курсу, который удалось добыть, из чего, впрочем, секрета не делали, мы шли в направлении Содружества Трёх Миров. Дальше располагались с десяток систем, правители которых объявили себя независимыми вообще ни от кого. Комитет Галактической Безопасности блюл интересы Федерации и в тех мирах, при этом наши политики вовсе не интересовались делами этих разрозненных, мелких государств. Нам от них не было ничего нужно, так что мелкие князьки развлекались в большую политику между собой. Оттуда даже новости до Олимпика не доиходили. Разве что редкие слухи.
        Ещё дальше - неисследованный космос. Вот туда-то временами и отправляются экспедиции, когда на это появляются деньги. Туда, в своё время, отправились корабли КТК и оттуда, если верить рассказам, вскоре должны прибыть полчища завоевателей.
        На самом деле, если такое когда-нибудь произойдет, мы узнаем по сообщениям всё тех же агентов из пограничных миров и, наверняка, местные правители громко взвоют, эвакуируются и появятся на Каприке, к примеру, с просьбами о помощи.
        Стоит сказать, что некоторые из этих миров содержат свои флотилии. Боевые корабли среди них тоже есть. Вот, относительно недавно, лет десять назад, между двумя мирами развязалась скоротечная война. Никто не победил, каждый остался при своём, но это было показательно.
        Мы со Шмаликом получили относительную свободу в первые же часы полёта. Могли передвигаться по кораблю, разговаривать с людьми. Первые сутки потратили на выяснение, куда нам можно, куда нельзя. Пассажиры «Файерфлая» воспринимали нас, как своих. Шмалик даже тесное знакомство завёл с кем-то. И охрана, кажется, про нас забыла. Как в тот раз я под конвоем прошёл на встречу с Марго и обратно, так и получили мы эту «свободу». Бежать не на чем, захватывать корабль - авантюра чистой воды, по сравнению с которой наше с сержантом попадание сюда - детские шалости. И потом, как у древних индейцев на Земле. Вроде свободен, ничем не ограничен, но за тобой следят сразу десятки пар глаз. Чуть что, и остаток пути пролетишь в запертой каюте.
        Шмалик, благодаря знакомствам, нашёл для себя занятие. Оказывается, он неплохо кашеварил, так что устроился помощником кока. Я же не знал, куда себя пристроить. Это бесило, особенно, когда стал осознавать, что влипли-то мы по-крупному: лететь не день и не два. Да с ума же сойду!
        Сюрприз произошёл на третьи корабельные сутки. «Файерфлай» начал торможение. Чуть позже меня наа мостик позвала Марго. Я уж было собрался сам помаячить у трапа, ведущего на мостик. Удачно вышло, одним словом.
        Мостик стандартный: кресло штурмана, рядом кресло капитана. На самом деле, этой штукой мог управлять один человек, и так было до сих пор. Сейчас же на мостике присутствовала Марго. Она снова облачилась в форму корабельного капитана.

        - Крис, хорошо, что ты появился здесь,  - не отрывая взгляда от голографического экрана, сказала Марго.

        - Мы тормозим,  - выдвинул догадку я.  - Неужели прилетели? Как-то быстро. Конструкторы компании придумали новый двигатель и оснастили им эту посудину?

        - Зря иронизируешь,  - на сей раз Марго обернулась,  - Между прочим, корабли торговцев оборудованы принципиально иными двигателями, чем корабли Федерации, и могут развивать скорость больше, чем ты можешь себе это представить. Но не в этом дело. Скоро мы встретимся с «Ковчегом».
        На голографическом экране круг, разбитый на сектора и похожий на нераскрашенную мишень. В центре точка, обозначающая наш кораблик, сверху ещё одна хорошо различимая точка. Видимо, тот самый «Ковчег». Бортовые радары «Файерфлая» бьют недалеко. Если, к примеру, корабль будет находиться на одном краю планетарной системы типа той, где крутится Олимпик, сигнал радара еле добьёт до противоположного края. Стандартное оборудование. Этим корабликам больше и не надо. На нашем же, оснащённом двигателями нового типа, и радар может стоять много мощнее. С торговцев станется.

        - Мы встретимся через два с половиной часа,  - сказала Марго и пробежалась пальцами по небольшой клавиатуре, встроенной в подлокотник капитанского кресла. Трансляция с радара сменилась схемой просто чудовищного корабля. Бочкообразная, каплевидная туша, с утолщением на носу. Двигательный отсек отделён от основного. Крепились эти две части толстыми трубами. Таких кораблей я ещё ни разу в жизни не видел. Думаю, о них и в Комитете не знают.

        - Его построили инженеры КТК,  - сказала Марго, откидываясь на спинку кресла.  -
«Ковчег» единственный, в своём роде, корабль. Специально предназначен для перевозки колонии кришту.
        Марго превратилась в маньячку. Впрочем, это всего лишь могло только казаться. Слишком много восторга, слишком много патриотизма, когда дело касалось кришту, колонии и миссии, которую колонисты взвалили на свои плечи по защите людей от надвигающейся катастрофы. Что говорится, все средства хороши, но процент приемлемых потерь, как по мне, зашкаливал все разумные пределы.
        Настоящий размер приближающегося корабля я смог оценить через пару часов. Всё это время молча простоял на мостике. Когда корабли оказались в пределах прямой видимости, «Ковчег» включил всю имеющуюся бортовую иллюминацию. Вот надо же было соорудить такого монстра. На глазок, он раза в два больше грузовых танкеров. Лично для меня этот монстр оказался сюрпризом. Бог весть, знали ли о его постройке в главной конторе Комитета. Наверное, нет, раз сейчас мы его встречаем здесь, почти на границе Федерации. Что ж, минус разведке Комитета.
        Одновременно с тем, как мы увидели «Ковчег» сквозь лобовой иллюминатор, приборы
«Файерфлая» зафиксировали вызов с этого гиганта. Ни секунды не медля, Марго приняла сигнал и вот перед ней, на небольшом экране, появился капитан встречного судна.

        - Капитан Винсент,  - на вид, лет сорок, гладко выбритый, лицо серьёзное и даже чем-то озабоченное.  - Рад приветствовать вас.

        - Взаимно,  - кивнула Марго.

        - Капитан, планы немного изменились. Вашему кораблю предписано немедленно состыковаться с «Ковчегом».

        - Я не буду спрашивать, зачем,  - нахмурилась Марго.  - На борту «Файерфлая» триста человек. Нас ждут в колонии, а стыковка задержит корабль.

        - Даже больше: не просто задержит. Вы, ваш экипаж и пассажиры отправляетесь вместе с нами на Олимпик. Боюсь, Марго,  - интонация капитана «Ковчега» сменилась на обеспокоенную,  - колония для нас потеряна. Подробности при личной встрече. Жду вас на своём мостике. Конец связи.
        Изображение капитана встречного судна исчезло, сменившись небольшим списком непонятных и не интересных параметров.

        - Дьявол,  - в сердцах выругалась Марго и, стукнув кулаком по подлокотнику, вскочила с кресла.  - Пилот, выполняй распоряжение!  - и обернулась ко мне.  - По всем признакам, они не должны были появиться в колонии так рано.
        Она заметалась по небольшому мостику, словно зверь в клетке. Я благоразумно спрятался за креслом, чтобы взбесившаяся дама невзначай не уронила меня при столкновении. Да только не вышло, я находился перед её глазами.
        Она остановилась, уставилась недобрым взглядом, словно раздумывала: а не свалить ли всё на мою бедную голову.

        - Будешь меня сопровождать, когда я пойду на встречу с капитаном Джонсоном,  - безапеляционно заявила она.  - И не вздумай делать глупости, Крис.
        При малой скорости манёвр разворота выполнился быстро и как раз вовремя. «Ковчег» невероятно огромной тушей завис над нами.
        Процесс вхождения «Файерфлая» в «Ковчег» я наблюдал уже через иллюминатор своей каюты. В принципе, ничего интересного. Он похож на то, как челнока входит лайнер. В борту гигантского корабля раскрылись створки, обнаруживающие за собой большое освещённое помещение, закрытое силовым полем, чтобы воздух не вырвался наружу.

«Файерфлай» сделал последний разворот, в иллюминаторе снова появились звёзды. Почти сразу звёздную бездну отодвинул в сторону громадный освещённый ангар.
«Файерфлай» медленно проплыл до указанной ему стоянки - мигающему лампочками кругу
        - и аккуратно встал на предварительно выпущенные шасси.

        - Смотрите, капитан, тут у них целая флотилия расположилась,  - ткнул в бок Шмалик.
        В доке обнаружились ещё два «Файерфлая».

        - Что думаешь, сержант?

        - А что тут думать? У нас есть шанс свалить отсюда.

        - Да, только среди нас нет пилотов.

        - Это не беда. Захватим.
        Азарт пробивал Шмалика до такой степени, что и я заразился. Да, в случае чего, есть на чём уходить с «Ковчега». Вот только решим пару вопросов.

        - Крис Хаппельмайер,  - дверь неожиданно открылась и в каюту вошёл охранник.  - На выход. Вас ждёт капитан.
        Глава 24 Малыш кришту

        На посадочной площадке нас встречали только два человека, они контролировали процесс снаружи. Потом, когда шли по коридорам «Ковчега», тоже не встретили ни одной живой души. Лишь однажды увидел двух техников, возившихся у раскрытой стеновой панели. В этом коридоре мигал свет и техники работали над устронением этой неполадки.
        На отделку «Ковчега» у конструкторов, похоже, не хватило времени. Всё строго и сердито. Стальные полы, по которым гулко раздавались не только наши шаги, но и тех, кого мы не видели. Не заделанные панелями стены и потолки, в результате чего можно было изучать проводку, системы управления, безопасности, подходы к компьютерным терминалам. Если уметь, то в корабельную систему можно войти из любого места. Её можно испортить, перерезав кабели, которые вот они, перед тобой, в прямом доступе.
        Поднялись на пять палуб и прошли жилой отсек вдоль и поперек, то есть по всей длине коридора. По примерным прикидкам получалось, что те люди, что вёз наш Файерфлай, расселиться должны здесь, и ещё место останется на два раза по столько же. И это только малая часть корабля.
        Следующий отсек, в который мы попали был уже отделан, как положено. То есть предположение, что корабль двинули с места, недоделав, оказалось верным.
        Первым делом наткнулись на пост охраны у входа в следующий отсек. Стальные и, наверняка, толстые двери, магнитно-электронные замки. За ними, скорее всего, находится нечто весьма важное для экспедиции. Я задержал взгляд на этих дверях и охранниках. Получил в ответ недобрый взгляд.

        - Даже не думай, Крис,  - отозвалась Марго, заметив мою заинтересованность.  - Если интересуешься, что за этими дверями, просто спроси.

        - И что, прямо так ответишь?  - не поверил я.  - Мне?

        - Почему нет? Там огромный, защищённый ангар, в котором мы перевозим малыша-кришту. Я его тебе потом покажу, если интересно. Раз уж «Ковчег» отправился в полёт, значит и наше сокровище здесь.

        - Только ради этого стоило попасть к тебе в плен.

        - Ты вот в каком смысле это сейчас сказал?  - Марго остановилась и резко повернулась ко мне, недобро сощурив глаза.  - Наши с тобой отношения - отдельная история, понятно? Тем более уже давно нет никаких отношений и, по твоему виду могу предполагать, что вряд ли будут.

        - Тут ты, несомненно, права, капитан.

        - О да. Я вижу, ты до сих пор не проникся историей, что я тебе рассказала,  - Марго усмехнулась.  - Оперативник КГБ до мозга костей, готовый на всё, лишь бы удержать тот мирок, в котором привык жить, в закостеневшем состоянии. Ты не видишь перспектив, Крис! Ты не видишь нависшей над человечеством опасности! В этом твоя проблема. И не только твоя. Но ничего, здесь у тебя будет время и возможность разобраться, что к чему. В бортовом компьютере «Ковчега» наверняка найдутся записи. Сразу после беседы с капитаном Джонсоном я тебе дам их просмотреть.

        - Как скажешь,  - я пожал плечами.
        Марго права, я оперативник КГБ до мозга костей, и сейчас в голове крутились разные варианты дальнейших действий. В них не было только одного - принятия условий кучки людей, летящих к Олимпику из неведомой колонии. А может, уже и не людей.

        - Прекрати, Крис,  - Марго развернулась и продолжила путь к мостику.  - Тебе нас не остановить! Не смотри, что сейчас мы идём без сопровождения. Шансов у тебя никаких.

        - Даже если захвачу тебя в заложники?
        Марго снова остановилась. До мостика осталось совсем немного, и людей в этом отсеке оказалось не в пример больше, чем мы успели встретить на всём предыдущем пути.
        Что ответить, у Марго не нашлось, так что она только фыркнула и буркнула, мол, не отставай.
        По прикидкам, мостик «Ковчега» расположился где-то в центре корабля. То есть иллюминаторов там нет и управление, навигация и прочее осуществляется с помощью приборов, локаторов, сканеров и так далее и тому подобное. Широкий вход с прозрачными дверями с фотоэлементами, открыл вход на мостик, размером, пожалуй, с хороший частный домик. В центре расположился большой стол со встроенным в столешницу экраном, вдоль стен расположились остальные необходимые приборы.
        Нигде больше не встречал подобных мостиков. Обычно они стандартного типа, отличаются, разве что, обилием, опять же, приборов и количеством человеко-мест, необходимых для работы. Подобные мостики с недавних пор стали делать на военных кораблях. Новое веяние, кто-то посчитал, что расположение командования непосредственно у борта, да ещё с «ненадёжным» лобовым иллюминатором, весьма опасен. Стоит ракете противника прорваться сквозь защиту и всё. «Ковчег» же, не сказать, чтобы военный корабль. Тем не менее, человек десять тут присутствовало, большинство на верхних ярусах. Двое за мощными пультами управления, наверное, пилоты, наблюдали по голографическому экрану космическое пространство и вели огромный корабль вперёд, разгоняя его после небольшого торможения при встрече
«Файерфлая».
        У стола стоит капитан «Ковчега» Джонсон, рассматривает что-то перед собой, опершись обеими руками о столешницу. Не на экране он оказался человеком внушительных размеров. На полголовы меня выше, широкие плечи, короткая военная стрижка. Фуражка лежит на краю стола, китель где-то, даже и не видно, ворот рубашки расстёгнут, открывая часть волосатой груди.
        Мы остановились в дух шагах. Джонсон только через минуту поднял голову. Я попытался рассмотреть, что он там изучает, но всё, что увидел, это какие-то графики и списки, которые мне ничего не говорили. Марго всё это время молчала, дожидаясь, видимо, какой-то реакции, либо понимая, что капитана «Ковчега» конкретно сейчас отвлекать нельзя.

        - Добро пожаловать на борт, капитан Винсент,  - сказал он, наконец, оторвавшись от изучения непонятных мне вещей.

        - Насколько всё плохо?  - спросила Марго, когда капитан уставил на неё замутнённый, ещё не вышедший из раздумий, взгляд.

        - Они высадили передовой отряд,  - последовал ответ после небольшой паузы.
        Лицо Марго омрачилось. Судя по всему, она догадалась, в чём дело, а я не сообразил, потому и выпалил:

        - Кто?
        Взгляд капитана переместился в мою сторону, а потом снова на Марго.

        - Кого ты с собой привела?

        - Бывший напарник, агент КГБ.

        - Только этого нам не хватало,  - капитан «Ковчега» осмотрелся по сторонам, видимо в поисках людей, обеспечивающих безопасность, но их тут не было.
        Я же попробовал изобразить дружескую улыбку. Понятно, что разыгрывать из себя человека, который только что боролся с этими людьми, и вдруг решил перейти на их сторону - бесполезно. Так что ничего удивительного, что капитан мне не поверил.

        - Почему он здесь?

        - Марго пытается меня перевербовать,  - прежде, чем ответила Марго, сказал я.  - Ваша история интересна и трагична, знаете ли. И намерения ваши, если ей верить, вполне понятны.

        - Запри его в какой-нибудь каюте,  - мрачно сказал капитан «Ковчега». Он пристально смотрел меня,  - и не выпускай до тех пор, пока мы не высадим кришту на Олимпик. Я бы приказал вас выкинуть за борт, молодой человек, но пока не буду, из уважения к Марго Винсент. Вроде бы вы, когда-то, были с ней дружны?

        - Я надеялся, что это так и есть до сих пор,  - я пожал плечами.  - Хотя уже понятно, что нет. И было ли так с твоей стороны, Марго? С самого начала?

        - Мы будем разбираться в наших отношениях прямо здесь?  - прищурившись, посмотрела на меня бывший капитан Комитета и, не дождавшись ответа, снова обратилась к Джонсону: - Я хотела показать Крису нашего кришту. Чтобы он до конца проникся ситуацией. Это возможно?

        - Я тебе доверяю, Марго,  - после небольшой паузы, в течении которой Джонсон то ли продолжал изучать меня, то ли прикидывал, с какого борта сподручнее меня выкидывать, сказал он.  - Так что можешь делать, что хочешь. Только учти - это наш единственный шанс. Наши люди постараются сдерживать «саранчу», сколько это возможно. Последующая экспансия врага первым делом коснётся крайних планет, освоенных человечеством, а там они поймут, куда попали и начнётся война на истребление. И человечество в этой войне проиграет.

        - Всё настолько плохо?  - это уже с моей стороны.

        - Я разбираюсь в людях, агент. Вижу, вы никаким образом не впечатляетесь тем, что слышите здесь и сейчас. Наверное, думаете, что мы тут в шутки играем? Или сумасшедшие?

        - Столько сразу сумасшедших не бывает. Но мне не нравится, что вы собираетесь для своих целей, какими бы они ни были, использовать Олимпик. Насколько я информирован, вы хотите превратить население Олимпика в кришту, в таких же, как вы сами. Так ведь? Чтобы набрать армию. Вы спросили у этих людей, хотят ли они превращаться в кришту, перестать быть людьми? Что вам стоило?.. Что стоило КТК обратиться к властям, напрямую? Хотя бы, в Комитет. Рассказать нам всё? Глядишь, давно начали сотрудничество, и сейчас ваша ситуация была бы не столь критичной. Мы бы выделили полигон, начали бы набор рекрутов, согласных на подобный эксперимент…

        - Вы не понимаете? Марго, ты ему рассказывала нашу историю?  - дождавшись кивка, капитан «Ковчега» продолжил: - Всё происходит слишком быстро. У нас нет времени на переговоры с федералами и Комитетом. Приходится работать топорно, на свой страх и риск.

        - Эксперимент с Марго длился два года,  - я покачал головой, мол, неубедительно.

        - Два года - это мизер. Начали его на всякий случай, и не ожидали, что роботы повернут в нашу сторону. Где-то мы успели отметиться. До этого момента они шли в другую сторону. Да и эксперимент провалился. Теперь наш единственный шанс - колония на этом корабле. Нам нужно немного времени, чтобы она успела созреть.
        Марго мрачно кивнула.

        - Чувствуете себя виноватыми и пытаетесь выправить ситуацию таким вот образом?  - понимательно кивнул я.

        - Можно и так сказать. Всё, разговор окончен. Как уже сказал, ты за него отвечаешь, Марго. Можешь делать, что хочешь, лишь бы нам он не мешал. Распределяй своих людей, и будем молиться, чтобы у Кромвеля получилась наша задумка.
        Я встал перед хорошей дилеммой. С одной стороны, человечеству опасность грозит извне. Наконец-то, появились настоящие пришельцы, которых человечество всегда хотело видеть, но эти пришельцы оказались недобрыми. Впрочем, этого следовало ожидать. Насколько понимаю панику людей-кришту, договориться с предстоящим противником, не получится.
        Так ведь какой ценой они хотят это сделать? Вот и решай: убить ребёнка, но спасти миллион человек, или погубить миллион человек, но спасти ребёнка. Хорошая задачка, правда?

        - Что предпочитаешь сначала, Крис? Посмотреть на колонию кришту, или изучить материалы по вопросу цивилизации роботов?

        - А?  - вопрос застал врасплох, слишком глубоко ушёл в размышления.  - Конечно, посмотреть на кришту!
        Марго заметила моё состояние, но ничего не сказала, только усмехнулась, кивнула, мол, пошли, и мы отправились в обратный путь.
        Охранники у дверей, за которыми находился ангар с большой ценностью колонистов, то ли успели получить соответствующий приказ от капитана «Ковчега», то ли у Марго и без того полномочия были высокие. Стоило ей кивнуть, как один из вооружённых парней достал из внутреннего кармана кителя магнитную карточку, и открылась дверь. Стальная, толщиной сантиметров в пятнадцать. Вскрыть такую без ключа - невозможно.
        Мы попали на обзорную палубу. Узкая, она шла по всей окружности ангара, отделялась от основного отсека толстой стеной и непробиваемым стеклом. Раньше думал, что для кришту никакая преграда не помеха. Судя по тому, что увидел, всё же его можно чем-то остановить. К примеру, полной герметичностью.
        Первым делом, ещё не заглядывая в ангар, заметил, что в некоторых местах стекло мутноватое. Буквально в трёх шагах от нас даже трещинка образовалась. Поначалу на этот факт я не обратил внимания. Его полностью заняло то, что обитало в ангаре.
        Описать нормально это невозможно. Огромный кусок теста, цвета его же. Вспучивается, ямки образуются, волны пробегают по всей поверхности.

        - Эта штука сейчас в твёрдом состоянии?  - голос мой слегка охрип. Выглядела штуковина на столько неприглядно, что вызывала отвращение, и нисколечко восторга.

        - Да. Его удалось приучить становиться более-менее твёрдым. Это не привычное для кришту состояние. На самом деле он выглядит как огромное облако, которое может накрыть Дакетт целиком.
        Марго, похоже, вживую видела настоящего кришту тоже впервые. Её взгляд как прилип к тестовой массе за стеклом, так от него больше не отрывался.

        - Бр-р,  - я передёрнулся.  - Если это малыш, то какова же мамаша?

        - Огромна, Крис,  - восторженным, благоговейным шёпотом, ответила Марго.  - Огромна.

        - И вы собрались этого монстра выпустить на Олимпик?  - теперь вопрос по поводу ребенка и миллиона других людей был решён окончательно.

        - Это мирное существо. По собственной воле никого не обижает.

        - Правда, что ли? А вот это,  - я кивнул на трещинку в стекле,  - мне думается, результат того, что ваш малыш иногда бунтует.

        - Всего лишь непривычное состояние. Это его временами нервирует.
        Даже не присматриваясь, можно заметить в ангаре кроме теста-кришту несколько человек в белых халатах, возившихся с грузом номер один. Кто-то изучал что-то на планшетках, кто-то чуть не с головой погружался внутрь всего этого безобразия, кто-то регулировал приборы на кронштейнах, создавая, наверное, подходящие условия для этого существа.

        - Как тебе наш малыш, Крис?  - через некоторое время спросила Марго.  - Разве это не прекрасно?
        Я знал Марго всего пять лет. Как раз с того момента, когда она стала моей напарницей. Все остальные знания о бывшем капитане КГБ зиждились на прочтении досье, а в нём всё было стандартно и ни одного упоминания о КТК, ни одного упоминания про то, что она покидала когда-либо Олимпик. Финансовое состояние её семьи было таким, что путешествие куда-либо было затруднительным. Словом, специалистам торговцев удалось провести Комитет в этом вопросе. Честно сказать, особо-то мы тогда и не вникали. Вполне могло быть наоборот, и Марго покидала Олимпик, посещала планету с кришту ещё до того, как начала работать у нас. Иначе как объяснить, что она так много знает? Что капитан «Ковчега» относится к ней, как к старой знакомой? Что у неё есть доступ в этот секретный ангар? И, самое интересное, восторг при упоминании кришту, восхищённость во взгляде, когда она смотрит на это безобразное «тесто».

        - Боюсь, я не могу разделить твоего восторга, Марго.

        - Согласна, сейчас он выглядит несколько неприглядно,  - женщина оторвалась от созерцания.  - Но всё равно это прекрасно. Ладно, посмотрел, убедился, что я не вру. Пойдём отсюда, пока малыш не заметил новых людей и не решил познакомиться с нами.

        - Он это может?  - я уставился на бывшую напарницу.
        Марго не ответила. А вот внизу, будто в подтверждение, на поверхности тестообразного месива образовался отросток и удлинился на пару метров. Это действие подопечного стало для всех неожиданностью. Отросток продолжал удлиняться, поднимался к потолку. Цвет с жёлтого превратился в серый. Потерялась плотность и теперь отросток выглядел примерно также, как Пикард, когда атаковал вертолёт там, над крышами Бристоля.

        - Он нас увидел,  - с придыханием сказала Марго и чуть не прижалась к стеклу.
        Мне стало не по себе. Пришлось убеждать, что пока никакой опасности нет, толстое стекло не даст этим мелким существам преодолеть его. Трещинка, конечно да, но всё ж, эта штуковина не смогла вырваться за пределы ангара раньше. Может, и сейчас пронесёт.
        Люди внизу замерли, наблюдая за поведением подопечного. Кто-то из них заметил за стеклом нас, а двое, вспомнив о своих обязанностях, продолжили снимать показания с приборов усиленным темпом. Видимо, в этом было что-то необычное. Всё это я заметил краем глаза. Основное внимание обращено к утолщённому концу отростка, уже приблизившемуся к нам с той стороны стекла. Причём он приближался, почему-то ко мне, игнорируя в паре шагов в стороне стоявшую Марго.
        Мельчайшие частицы, словно пыль, бурлили на утолщении, хаотично двигались, образовывали тонкие потоки, пересекающиеся между собой, сливались в потоки потолще, завихрялись, вырывались из общей массы не хуже солнечного протуберанца и снова ныряли в основной водоворот.
        Он коснулся стекла, расплющился блином чуть больше ладони, как будто приглашая меня сделать что-то. И я, внутренне замерев, решился сделать движение. Протянул руку, положил ладонь на стекло и растопырил пальцы. Не знаю, что нашло сделать именно так. Существо тут же ответило. Блин завихрился быстрее, и вот с той стороны замерла другая ладонь. Она в точности повторяла мою, только была серого цвета.
        Я недоумённо посмотрел на Марго. Её расширившиеся глаза говорили, что она не просто шокирована происходящим.

        - Часто оно так делает?  - почему-то захотелось говорить шёпотом.

        - Ни разу,  - так же прошептала моя бывшая подружка.  - Кришту признал тебя, Крис. Это удивительно!

        - Признал?  - я вздрогнул - Кем?

        - Не знаю. Попробуй поводить ладонью по стеклу.
        Я выполнил просьбу. Вправо, потом влево. Почти без опоздания, словно читала мысли или предугадывала намерения, серая «ладонь» двигалась вслед. Она повторила мои действия, когда я оставил прижатыми к стеклу только пальцы. И в точности скопировала все движения, когда я пробарабанил пальцами по стеклу.
        Оторвал ладонь от стекла.

        - Кто ты такой, Крис?  - с нехорошим прищуром покосилась на меня Марго.

        - Ты же меня знаешь, как облупленного,  - хмыкнул я.
        Я продолжал наблюдать за отростком. Как только контакт с стеклом с моей стороны прервался, тот снова превратился в клубящееся нечто и замер в ожидании.

        - Уже нет. Я тоже читала твоё досье, и там нет ничего необычного. Про себя я тебе рассказала. Теперь твоя очередь.

        - Мне нечего добавить к тому, что ты уже знаешь.

        - Идём отсюда, побеседуем в более спокойной обстановке,  - голос Марго приобрёл стальное звучание.
        Когда мы выходили из ангара, кришту, похоже, понял, что происходит. Отросток, внезапно уплотнился, превратился в плотный шар и ударил в стекло. Я аж вздрогнул, и мы обернулись. Отросток отлетел и сделал повторный удар, сильнее предыдущего. Потом ещё раз и ещё. Следом последовали частые удары, словно кришту бился в истерике, лишь бы мы не уходили и продолжили игру. В том месте, куда наносились удары, слишком быстро стекло из прозрачного превратилось в мутноватое.
        Марго была неумолима, да и мне, признаться, несмотря на всё, тут было не по себе. Толстая дверь закрылась за нами, закрывая ангар. Теперь я туда вряд ли попаду, впрочем, и не особо хочется. Игра, которую со мной затеял кришту, забавная, конечно, но… Не знаю, с кем или с чем меня спутало это существо.
        Сколько себя помню, до поступления в Академию, жил я на Пайконе. Ближайший сосед - Фронтир, за которым, кроме миров с небольшими колониями больше ничего нет, разве что межгалактическое пространство. Помню двор, в котором жила наша семья, школу, куда пешком бегали учиться, стадион, где развлекались и не только спортом. Родители у меня тоже обычные были. Никаких зацепок к тому, что только что происходило. С Пайкона я ушёл в Академию, а оттуда прямиком на Олимпик.
        Не могли же на произошедшее повлиять те частички нанитов, что в меня внедрили Пикард и Мария. Или могли?

        - На корабле есть люди-кришту?  - поинтересовался я, когда мы спускались на верхнюю палубу жилого отсека.

        - Что ты хочешь этим сказать?

        - Просто скажи, на «Ковчеге» есть люди-кришту? Той штуковиной кто занимается? Обычные люди?

        - Оба раза да. Всё, поняла, что ты хочешь сказать. Капитан Джонсон - кришту.

        - Узнай, заходил ли он в ангар, и кто из людей-кришту ещё заходил туда. Тогда всё станет ясно. Никакого секрета.

        - Но на меня он не среагировал, а я была носителем колонии кришту два года. Как ты это объяснишь?

        - Ты потеряла контроль над Марией, когда люди Кромвеля решили чем-то пульнуть в Пикарда. Помнишь, тогда на крыше? Что бы это ни было, но оно выбило колонию, что мы знаем, как Марию, и в тебе не осталось ничего. Ни одного мелкого существа. Поэкспериментируй с этим, Марго. Может быть, это всего лишь мои догадки.

        - Хороши догадки,  - хмыкнула она.
        Больше мы не произнесли ни слова. Марго задумчиво молчала даже когда запирала меня в каюте, напротив той, в которой решила поселиться сама.
        Глава 25 Любимая игрушка

        Каюта, в которой мне предстояло провести некоторое время, была не чета той, в
«Файерфлае». В два раза больше, здесь же удобства, настоящая кровать, встроенная в стены мебель. Нашлись и средства для развлечения - напротив кровати в стене встроен небольшой голографический экран. Рядом с ним обнаружился пульт. Сначала экран показал короткую заставку с незнакомой цветной эмблемой. Я не успел её рассмотреть, сразу появилось скупое меню. Оказалось, что через эту штуковину можно не только фильмы смотреть, но и поинтересоваться параметрами работы «Ковчега». Вмешаться в эту работу не вышло бы и у Веллера.
        Ладно, там Марго обмолвилась, что где-то в этой системе можно найти видео на счёт
«саранчи». Нашёл быстро. Файлы лежали буквально на виду и просились-таки к просмотру. Угадал содержимое без усилий, по названиям.
        Устроился на кровати, словно в кресле, подоткнул под спину жёсткую подушку, откинулся на стену. Немного не удобно, но сойдёт, в конце концов, это не каюта первого класса пассажирского лайнера. И запустил первый же файл.
        Неведомый оператор стоял на опушке леса и снимал небольшую группу отдыхающих. Три женщины, двое мужчин, на траве разложен плед, на нём кое-что из еды. Товарищи решили устроить пикничок. Погода стояла безоблачная, солнечная. Над горизонтом возвышались горные вершины, одна из них дымила. Похоже, вулкан, и отдыхающих он ничуть не беспокоил.
        Звук я отключил, не хватало ещё слушать всякую ересь, коей обменивались отдыхающие. Вдруг один из мужчин показал оператору, мол, обрати внимание вон в ту сторону. Кадр ушёл вдоль опушки. Недалеко от людей из леса выскочил зверь, похожий на тушканчика, ростом чуть ниже среднего человеческого. Он остановился, посмотрел на людей. Оператор тут же приблизил кадр. Да, таких животных я ещё не видел.
        Животный мир Федерации многообразен. Рай для зоологов и биологов. Те до сих пор изучают всё это, никак не могут классифицировать до конца. Таких вот
«тушканчиков», точно знаю, не водилось ни на одной из известных планет. Уши торчком с распушенными кончиками, нос хоботком, он же, похоже, заменял и рот. Огромные глаза смотрели на мир удивлённо. Короткие верхние лапы, мощные ноги, как у кенгуру. И чего мне приспичило назвать это животное тушканчиком? Фокус в другом, он безбоязненно изучал людей. Видимо, ещё не был знаком с охотничьей натурой человека. И нападать не спешил, может из-за того, что людей было больше, а может, просто был травоядным.
        Вот в кадре появилась светловолосая голова одной из женщин. Пару раз повернулась к камере, в глазах восторг и веселье. Она попыталась подманить тушканчика к себе. Естественно, ничего не вышло. Зверь шёл по своим делам. Прыжок, ещё один и поскакал в сторону гор.
        Оператор решил проследить камерой за ним, люди остались в стороне. Я хмыкнул. Что ж, пришельцы в наличии, название видео не обмануло. Правда, пришельцами тут были люди, но не суть. Собрался было переключиться на следующее видео, как в кадре появился встревоженный мужчина, начал что-то кричать и показывать в сторону горных вершин.
        А вот и настоящие пришельцы прибыли. Сначала это было несколько точек на небе. Поначалу их можно принять за местных птиц, если бы не странная траектория полёта и чётко видимый инверсионный след. Птицы таких не оставляют. Шесть штук насчитал. Шли они двумя тройками, держали дистанцию. Точно пришельцы.
        Пришельцы спустились к вершинам гор, проскочили сквозь дым, не заметив его и, выровнявшись, устремились прямиком на отдыхающих. Шесть на шесть, подумалось невзначай. Каждому по одному.
        Когда пришельцы приблизились на достаточное расстояние, чтобы можно было разглядеть некоторые общие детали, стало ясно - идут немного в стороне. А вот в рядах отдыхающих появилась паника. Вернее, не столько паника, сколько нервозность и досада за прерванный отдых.
        Последними кадрами я увидел, как люди стремительно превращаются в клубы чёрного дыма, точно такие же, в который превращался Пикард, и устремлялись ввысь, беря курс в ту же сторону, что и пришельцы. Последним опушку покинул оператор, аккуратно выключив видеокамеру. Этого я, конечно же, не увидел, додумал. Это логично.
        Так, теперь займёмся пришельцами. Чуть отмотал запись назад, подловил момент, когда те были видны более-менее отчётливо. Шесть кораблей, размером вполовину меньше, чем челнок, связующий космодок и космодром. Конструкция примерно такая же, в общих чертах. Крыльев нет, вместо них тонкие иглы-отростки, причём по всей окружности корпуса. Детально рассмотреть не удалось, но что-то подсказало - это оружие.
        Может, в других записях удастся рассмотреть подробнее. Не повезло, хотя как сказать. Следующая запись продемонстрировала короткий бой между небольшой группой колонистов и пришельцами.
        Это были роботы. Или некие существа, упакованные в железо так, что снаружи казались ими. Может, при детальном исследовании, если вскрыть одну из таких штук, так и окажется. Хотя, не думаю, что колонисты не делали этого. Короткая, трёхминутная запись показала, что у людей-кришту была такая возможность.
        Четверо пришельцев: двое передвигаются на «птичьих» конечностях, то есть «коленки» вывернуты назад. Метра два ростом, худые, вместо рук скорострельные пулемёты. Работу этого оружия колонисты тоже засняли. Короткая очередь, и дерево со стволом в два обхвата перебито напрочь. Двое других передвигаются на гусеницах. Вполовину ниже «собратьев», вооружение, с виду, более серьёзное, чем у высоких. Собственно, из одного вооружения они и состояли. Пушки, пулемёты… Эффективность их мне рассмотреть не удалось, потому что противостоящие этой четвёрке колонисты быстро с ними расправились. Всё так же: превратились в густые клубы дыма и напали на пришельцев, после чего те превратились в безжизненную груду металлолома.
        Было и неприятное - в этом коротком бою колонисты тоже понесли потери. Один из пришельцев на «птичьих» ногах, отставший от основной группы, успел выстрелить. Пушка похожа на то, под прицелом которого недавно Пикард собирался сдаваться людям из КТК. Эффект такого выстрела не замедлил проявиться. Ближайший «клуб дыма» мгновенно осыпался, всего лишь обдав ближайшего робота бесполезной пылью неведомого происхождения. Хотя, чего это я, уже ведомого, но от этого не легче.
        Первая потеря колонистов не остановила. В этом коротком бою с их стороны она оказалась единственной. Кришту действовали весьма эффективно. Выглядело это так: клуб дыма врезается в металл пришельца, проноситься, казалось, насквозь, и, лишённое энергии металлическое дело либо падает, либо безжизненно застывает в том положении, в котором его застало нападение противника.
        Внутри роботов должна быть электронная начинка. И реактор. Их-то кришту и выключали, заодно приводя в негодность всю электросхему или что там у них вместо этого. На всякий случай, наверное, ведь реактор можно перезапустить.
        Следующие видеозаписи, по сути, показывали многообразие роботизированных пришельцев и способ их уничтожения, каждый раз одинаковый. Против кришту в дымном варианте, похоже, ни у кого не было шансов. Людям-кришту, при этом, тоже доставалось - роботам способ борьбы с необычными колонистами даже вычислять не пришлось. Эффективное оружие было изначально. Значит, кришту для роботов не в новинку.
        Судя по дате, файлы записаны не больше года назад, и серьёзных столкновений между двумя инопланетными расами пока не было. Можно предположить, что роботы не особо интересовались планетой кришту. Или же так, между делом, когда идёшь мимо чего-нибудь, и из любопытства заглядываешь чуть в сторону, а что там?
        Да уж, права Марго - если эти металлические парни заглянут к нам на огонёк в полном составе, тогда человечеству придётся туговато. В принципе, нам есть что им противопоставить, да и видео показывало, что обычным оружием их можно отстреливать. Но это будет трудно, очень трудно.
        Марго говорила, что армада «саранчи» продвигается чуть в стороне. То есть разведгруппы от основной массы ушли достаточно далеко. Прикинув расклад, получалось, что пройти они должны в некотором отдалении от границ освоенных человечеством территорий. Там впереди много чего интересного должно быть. Но когда-нибудь роботизированная раса достигнет края галактики и большой вопрос, в какую сторону повернёт, чтобы идти дальше. В нашу, или в противоположную. Или вовсе покинет галактику.
        Это при условии, что «саранча» движется. А если нет? Если эти парни просто живут на нескольких десятках планет, ну, пусть сотнях, ведут своё хозяйство и соседи им, по большому счёту, до лампочки? Может, они вовсе мирные ребята, а попавшие на видео, всего лишь пограничники или вовсе авантюристы. У нас последних тоже полно. А в пограничных областях тьма народа с оружием. Про боевые корабли тоже не стоит забывать. Кто знает, как мы себя поведём, обнаружь вдруг инопланетную, разумную жизнь. История показывает, что не так уж и мирно. Но да бог с ним, это всё лирика. Я-то, вообще, о другом. О том, что этот вопрос надо изучать комплексно. Либо безоговорочно поверить кришту, мол, те ребята - плохие, завоёвывают пространство, и скоро будут у нас, а колония кришту - первый звоночек. Не зря же паникуют. Либо узнавать это путём набивания шишек на собственном лбу.
        Одним словом, сложно всё. Ещё сложнее то, что люди-кришту, будь их цель сколь угодно благородна, повели себя так, как повели. Молча, ни у кого не спрашивая, взялись преобразовать Олимпик в полигон для подготовки людей к войне с роботами. В тайне от тех же людей, которых собирались использовать в войне. Хотя все эти вопросы можно было решить быстрее и более мирно. После этого, какая должна быть наша реакция? Да и сейчас не лучше, после того, как узнал, что к чему. Ну не могу я просто так позволить им плюхнуться на Олимпик и начать превращать людей в невесть что!
        Почему Олимпик? Почему не один из пограничных миров? Уж там бы мало кто помешал людям-кришту в их авантюре.
        Когда через несколько часов в каюту зашла Марго, намерения мои мало изменились. Впрочем, по виду бывшего капитана было понятно, её не особо волнуют мои намерения. Что-то на «Ковчеге» происходит непонятное и не связанное с нашествием «саранчи».

        - Ты задумчив,  - заметила Марго.  - Успел изучить видеоматериалы?

        - Успел.

        - Что думаешь?  - тут она проявила бoльшую заинтересованность.  - Перестал считать нас сумасшедшими?
        Я промолчал, ведь не за этим пришла, видно не вооружённым взглядом. Так что перевёл разговор на другую тему:

        - Капитан Джонсон наведывался к вашему кришту?

        - Наведывался,  - вздохнула Марго.  - Безрезультатно. Малыш продолжает волноваться.

        - Вот как?  - я искренне удивился.  - И в чём причина?

        - Это мы сейчас и узнаем,  - решительно кивнула на выход быший капитан.  - Пошли.
        Снова коридоры, трапы, толстая дверь в ангар. Там нас встретил сам капитан Джонсон. Выглядел он мрачновато, впрочем, с прошлой встречи мало что изменилось. Чего нельзя сказать про ангар. Лампы освещали коридор, за стеклом же стояла темень, хоть глаз выколи. Там не выключали свет, просто малыш-кришту перестал изображать из себя твёрдое тело, превратившись в то, что он представлял собой первоначально - огромное облако пыли. Мельчайшие частички хаотично мечутся, образуя нечто невообразимое, внутри чего уж очень не хочется оказаться. Если вдруг это вырвется за пределы ангара и расползётся по «Ковчегу», будет беда.

        - Это началось, как только вы покинули ангар, агент Хаппельмайер,  - сказал капитан
«Ковчега».  - Марго проверила вашу теорию, но она оказалась не верной.

        - Людей успели эвакуировать?

        - Да.

        - Уже легче. Значит, вы решили, что у меня получится его успокоить?  - я недоверчиво покосился на клубящуюся массу. С каждой секундой, что я его рассматривал, мне становилось всё хуже.

        - Мы испробовали все варианты,  - Джонсон осмотрел меня с ног до головы. Похоже, пытался догадаться, что во мне такого особенного.  - На вас это существо отреагировало. Почему бы вам не попытаться его успокоить?

        - Вы слишком хорошего обо мне мнения,  - я усмехнулся.  - Чем я мог его заинтересовать, по-вашему? Марго подтвердит, во мне нет ничего необычного.

        - Это-то и странно.
        На самом деле странно. Потому что когда мы с Марго подошли к стеклу, вихрь начал понемногу успокаиваться. Пока перебрасывались словами с капитаном «Ковчега», в хаосе мельтешения крошечных, живых нанитов за стеклом, начал появляться некоторый порядок. Похоже, малыш успокаивался.
        Ни в жизнь не поверю, что он почувствовал моё появление. Начать с того, что как у него это получается? Ангар герметичен, иначе бы это существо уже вырвалось на свободу. Значит, и в обратную сторону никаких загадочных флюидов проникать не должно. Тем не менее, проникают.
        Потоки и водовороты становились шире, мощнее. Скорость движения частичек уменьшалась. Кришту понемногу становился твёрже, осязаемее. Вихрь постепенно оседал, в коридор прорвались лучики искусственного освещения ангара. Сначала тонкая щель, она быстро расширялась. Не прошло и пары минут, как мы увидели мощный
«водоворот». Почти ровное поле, которое в разные стороны пронзалось течениями, и не обязательно по окружности. Над всем этим хозяйством поднимались небольшие клубы тумана, не хуже солнечных протуберанцев, а потом устремлялись обратно - это тысячи, а может, и миллионы нанитов-кришту, вырывались из общей, старающейся
«затвердеть», массы.

        - Всё-таки ты на него как-то неординарно действуешь, Крис,  - в голосе Марго слышалось восхищение. Она безотрывно наблюдала за эволюцией малыша-кришту. Впрочем, как и все мы.
        Судя по всему, бывшая моя подружка права. Да только легче от этого не становилось. Куча вопросов, основной из которых: почему я? Что во мне такого особенного? Почему этот кришту на меня обратил внимание, когда вокруг столько народа?
        Серый «водоворот» продолжал снижаться, стал проявляться цвет теста. Вдруг вверх вырвался отросток, точно такой же, как в прошлый раз. Сейчас он без всякой робости удлинился, безошибочно приблизился к нашей троице и требовательно распластался пятернёй по стеклу.

        - А он наглеет,  - буркнул я, приложив свою ладонь напротив.
        Постоянно, как только началась эта история, чувствовал, что во что-то влипаю. Раз за разом. Но даже предположить не мог, что выльется всё это в такую банальную вещь, как игра с инопланетным, не имеющим конкретную форму, существом. Причём в качестве игрушки выступал, похоже, я.
        Как же я возненавидел это существо. Раньше-то не в восторге был, а сейчас и подавно. «Саранча» ушла далеко на задний план. Роботы стали настолько далёкими, словно их и не существовало. Будто посмотрел фантастическое кино и это было не позже, чем учился в Академии.
        Малыш-кришту, похоже, почувствовал, несмотря на преграду, моё состояние. Ладонь вдруг свернулась и отросток отпрянул от стекла. Внизу снова начал клубиться туман, малыш-кришту, похоже, собрался снова удариться в психоз.

        - Что ты сейчас сделал, Крис?  - удивлённо встрепенулась Марго.

        - Я не знаю,  - не рассказывать же о моём ко всему этому отношению. Звучало, как бред, даже для меня.  - Я играюсь с ним.
        Внезапно пришло решение проблемы и с людьми-кришту, и с далёкой пока что
«саранчой». Как будто кто-то прошёл мимо и подсказал элегантное решение. Я постарался успокоиться, чтобы существо за стеклом уловило, что я перестал враждебно к нему относиться. В ответ, немного поколебавшись, отросток снова прильнул к стеклу, и мы снова начали играть пальцами.
        Я его использую! По полной программе! Вернее, не его самого, а внезапную привязанность. Тут главное, суметь договориться с малышом-кришту, хотя бы на уровне эмоций. Лететь-то нам не одни сутки.
        Глава 26 Почти тихо

        Пришлось приложить недюжинные усилия, чтобы наладить контакт с этим существом. Потратил несколько часов, научившись-таки своим состоянием, эмоциями не только передавать настроение кришту, но и начать общаться более сложными категориями. Он оказался не глупее собаки, мог воспринимать команды. Когда я попытался передать, что мне нужно отлучиться по маленькой и не надолго, и я ещё вернусь, обязательно и скоро, малыш воспринял это спокойно.
        Капитан Джонсон и Марго к тому времени покинули ангар, предварительно уверив меня, что я влип по-крупному и не только на время полёта. То есть мне придётся заниматься этим сокровищем постоянно, учить его до тех пор, пока оно не «созреет» для симбиоза с людьми.
        В сопровождении пары охранников добрался до каюты, где меня поджидала Марго. Словно специально дежурила.

        - Как успехи, Крис?

        - Общаемся,  - я пожал плечами и вошёл в каюту.
        Бывший капитан, не спрашивая разрешения, последовала за мной.

        - То есть, наладил контакт? Что-то стало получаться?  - в интонации без труда угадывался неподдельный интерес.

        - Он меня отпустил, ненадолго,  - настроения разговаривать с кем-либо у меня не было, чего не скажешь о Марго. Ну, хоть в гальюн отпустила, и на том спасибо.

        - Не спеши,  - остановила Марго, когда я уже собирался выскочить и бежать обратно на «свидание».  - Сейчас принесут обед, тебе нужно подкрепиться. Или сам заинтересовался кришту настолько, что про всё забыл?
        Оставалось только хмыкнуть. Марго права: покушать надо, вон, и желудок тоже намекает - война войной, а обед по расписанию. К тому же не верилось, что бывшая моя подружка просто заботиться обо мне, как когда-то, когда мы были близки.
        Кстати, то время ещё несколько дней назад вспоминалось с ностальгией. Сейчас уже нет. Время, лечит, правду говорят. Фото над телевизором - всего лишь способ самоуспокоения, такой же, как сам телевизор. До меня только сейчас это стало доходить. Чувства, кое-какие, конечно, ещё остались, но теперь я знаю точно - бывшего капитана я уже давно воспринимаю, как друга, не больше. С тем же успехом, как если бы повесил над телевизором фотку того же Сандерса. Что смутило больше, так внезапное озарение, что романтический образ Марго понемногу сменился подобным образом Кэрри. Не знаю почему, может, повлияла та встреча тет-а-тет в коридоре офиса и её взгляд, когда я отправлялся в это безумное мероприятие.
        Поймите правильно, я не ловелас, но есть же поговорка - свято место пусто не бывает. Вот, наверное, так и произошло. Ладно, что это я, право слово, в романтику ударился.
        Обед принесли в каюту.

        - На некоторое время ты, Крис, стал незаменимым человеком,  - начала Марго, когда тарелки почти опустели.  - Поэтому за тобой теперь будут следить постоянно.

        - Я и до этого не был обделён вниманием,  - усмехнулся.  - Противник, как-никак.

        - Я приказала удвоить охрану,  - как ни в чём не бывало, продолжила Марго.  - Знаю, ты сможешь справиться и с четырьмя бойцами, но, всё ж, кто-то из них успеет поднять тревогу, а там и помощь подойдёт. Когда будем подлетать к Олимпику, я ещё раз усилю твою охрану.

        - Никогда прежде ты меня так не ценила, как сейчас.
        Марго фыркнула.

        - Произойди подобное, хотя бы год назад…
        Дальнейший наш разговор происходил в том же духе. Посторонний наблюдатель вряд ли поверил бы, что сейчас мы с ней не просто по разные стороны баррикад.
        Потом пришло время отправляться играться с кришту.
        При каждом удобном случае придумывал и отметал планы побега. Вопрос в том, что нужно подгадать время. Хотя бы за сутки до того, как «Ковчег» подлетит к Олимпику, необходимо прорваться в док, захватить «Файерфлай» и достать где-то пилота. Четверо охранников меня не беспокоили, даже если кто-то успеет поднять тревогу. Всё дело в скорости передвижения, ну и в напоре, в наглости. В последнее время эти вещи мне помогали, хотя с первого взгляда казалось, что каждая такая операция - безумство.
        Вот со временем, как раз, напряг. В каюте не было часов, коммуникатор отобрали ещё тогда, на космодоке, ориентироваться можно только на обеденные перерывы да время для сна. Кстати, первый продолжительный контакт с кришту посвятил именно этому - убеждал молодую колонию, что человек несовершенен, ему надо спать, а это несколько часов без игры. И за это время не надо никого беспокоить.
        Вроде, убедил. По крайней мере, когда спал, никто меня не будил и, вернувшись в ангар, заметил, что малыш-кришту ведёт себя спокойно.
        Следующая задача заключалась как раз таки в обратном. То есть, если я не появляюсь через несколько часов, что нужно для сна, плюс-минус ещё часа два, кришту должен начать волноваться и, чем дальше, тем сильнее, доходя до состояния истерики, которую он продемонстрировал при первом нашем знакомстве. Я заметил, что в бронированном стекле после этого появились новые отметины, трещинки. Значит, если кришту поднапряжётся, сможет разбить стекло, выдавить дверь, и тогда его не остановить.
        Во всех вариантах побега я исключал со счетов всех, и сержанта Шмалика в том числе. Упор на быстрые действия, ведь когда поднимется тревога, искать кого бы то ни было времени не будет. Да и где искать того же сержанта? Запертым в соседней каюте? На камбузе? Или спрятавшимся где-нибудь в безлюдных отсеках корабля?
        На удачу, он объявился сам. Неожиданно. Порушив почти все мои планы.
        Шли третьи сутки. Я уже привычно добрался до каюты, измочаленный морально. Как всегда, обнаружил в каюте на столике ужин. После того, первого, совместного обеда, Марго перестала ко мне заходить и интересоваться успехами, да и вообще, жизнью моей. Видеться мы стали редко. Джонсон нагрузил ее кучей обязанностей, сделав своим помощником. В этот раз, открыв дверь, я увидел в конце коридора Марго. Вид задумчивый, наверное, что-то случилось. Входить в каюту не спешил. Дождался, пока Марго подойдёт ближе.

        - Как дела?  - сделал вид, что четверо лбов охраны всего лишь мебель.
        Бывший капитан обернулась. Лоб прорезали озабоченные морщины. Они её старили капитально. Никогда её такой не видел, наверное, раньше поводов для подобной озабоченности не было.

        - Новости неутешительные,  - откликнулась она.

        - Давай вместе поужинаем? Поделишься бедами?
        Марго входила к себе, когда её настигло это неожиданное предложение. На пару секунд задумалась и согласилась. Вторую порцию блюд в каюту принесли быстро.

        - Так в чём дело?

        - У Кромвеля не получается завершить задуманное,  - Марго вяло водила вилкой по салату.

        - Когда мы улетали, он установил на башне какую-то антенну. Ты это имеешь ввиду?

        - Нет,  - Марго отмахнулась.  - Это всего лишь усилитель, чтобы он мог связываться с
«Ковчегом» и координировать наши действия. Побочный эффект - для других видов дальней связи антенна работает как глушитель.

        - Та-ак. Вот, значит, почему мы лишились связи с внешним миром,  - мне оставалось только усмехнуться.

        - Беда в другом,  - Марго, наконец, решительно отодвинула салат в сторону и взяла стакан с водой.  - Гриссом наставил вокруг полицейские посты, а сам начал рыть в другом направлении. Он нашёл полигон, где мы собирались поселить малыша-кришту на первое время. Как нашёл - не имею понятия.

        - Наверняка, без Пикарда не обошлось.

        - Радуешься, да?  - прищурилась бывший капитан.
        Лицо у меня было серьёзным, но внутренне я, на самом деле, ликовал. Молодец полковник. Если у меня что-то не получится, так с той стороны будет куча препятствий. А там с главной конторы пришлют подкрепление. Наверняка давно озаботились отсутствием связи с Олимпиком и послали на выяснение команду.

        - Марго, я тебе уже излагал версию вашего поведения, когда можно было избежать то, что мы сейчас наблюдаем. Небольшой доклад. Ты сама работала в Комитете, к тебе бы прислушались. Мы вместе могли бы решить эту проблему мирным путём.

        - Да-да-да,  - закивала бывший капитан. В этом жесте сквозил сарказм.  - Контора захватила бы контроль в колонии, генералы решили бы поискать ещё кришту и обязательно наткнулись бы на «саранчу». При таком сценарии уже сейчас велась бы ожесточённая война с роботами. В то время как мы хотели всё сделать тихо, показать им, что сюда соваться не следует. Глядишь, помогло бы.

        - А если нет?

        - Помогло бы.  - Марго со стуком поставила стакан на стол, так, что вода пролилась через край.  - Несколько тысяч людей-кришту - это серьёзная сила. Не думаю, что
«саранча» настолько тупая, чтобы лезть туда, где им не рады. Сейчас же они встретили всего несколько сотен человек, а это несерьёзно. Это так…  - она повертела ладонью, показывая, насколько.  - Когда доберутся до ближайших человеческих миров, их уже не остановить.
        Мы бы болтали и дальше, да только в это время дверь в каюту открылась, и внутрь шагнул человек. В первый момент я даже не понял, кто это.

        - Сержант?  - я удивился. Вот уж кого не ожидал.
        Марго отреагировала быстро - толкнула стол в мою сторону, вскочила, отбросила стул в другую сторону и потянулась за пистолетом, что всё время носила с собой.

        - Мадам, не надо,  - Шмалик наставил на неё дула двух «Грау-5», с самодельными глушителями.  - Хоть вы с Крисом и знакомы, но я не побоюсь вас ранить. Пушку откиньте в сторону.
        Узкие щелки глаз, ненавидящий взгляд, который Марго бросила в мою сторону. Он мог бы убить, если б был материальным.

        - На что ты надеешься?  - прошипела бывший капитан, выполняя приказ сержанта. Аргументы у того были убедительнее.
        Я встал, подобрал пистолет:

        - Драться не будем, Марго? Сама пойдёшь? А то я могу тебя и понести.

        - Мы её берём с собой, капитан?  - поинтересовался Шмалик.

        - «Язык», сержант. Ценный информатор.

        - Понятно,  - он убрал за спину один из автоматов и кинул в мою сторону наручники.
        - Так надёжнее будет.

        - Ненавижу,  - прошипела Марго. Тем не менее, позволила сковать себя.  - Вам не уйти с корабля.

        - Всё под контролем,  - заверил сержант.  - Пойдёмте, по пути расскажу. И побыстрее, боюсь, один из этих парней,  - он кивнул в сторону коридора,  - успел поднять тревогу.

        - Тогда вам точно ничего не светит. Первым делом служба безопасности перекроет вход в док. Вам туда не пройти!
        Мы, всё же, попытались.
        В коридоре «отдыхали» четверо моих охранников. Шмалик не церемонился, бил наповал. Вот уж где выучка и большой опыт борьбы с террористами. Никаких переговоров. У головы одного из охранников лежал миниатюрный передатчик, наверное, при падении выпал из уха.
        Мы быстро закинули всех в каюту. Если кто появится в коридоре в ближайшее время, подумает, что я снова играюсь с кришту.

        - На меня ещё на «Файерфлае» перестали обращать внимание,  - рассказывал сержант, ведя нас по коридорам «Ковчега».  - Как только устроился на камбузе, буквально на второй день лишился опеки парней из службы безопасности. А когда сменил комбез, так и вовсе перестали замечать. В результате удалось поселиться вместе с шеф-поваром в одной каюте. Когда был посвободнее, исследовал этот кораблик, так что путь к докам знаю вдоль и поперёк. За вами тоже наблюдал. Вы, капитан, похоже, тоже при деле были?

        - Долго объяснять.

        - Ага. Ну, улетим отсюда, времени будет предостаточно.

        - Даже не рассчитывай на это!  - воскликнула Марго.
        Коридор, в котором «проживали» мы с Марго, в принципе, был обитаем. Десять кают, тем не менее их обитатели сейчас либо где-то чем-то занимались в недрах корабля, либо отсыпались. Одним словом, было безлюдно, но рисковать Шмалик не хотел. Мы быстро пересекли коридор. Не доходя до трапа на следующую палубу, сержант свернул в технический коридор, а оттуда мы попали к вертикальной лестнице, насквозь пересекающей несколько палуб, что вниз, что вверх.
        Мы с сомнением посмотрели на Марго. Вот уж чего-чего, а освобождать её от наручников никто не собирался. Мало того, что она могла бучу отчебучить и в таком состоянии, так со свободными руками ещё и не то сделает. Вон как посматривает.

        - Гм, вообще-то я не рассчитывал, что нас будет трое,  - сказал сержант.

        - Сколько спускаться?  - поинтересовался я.

        - Три палубы.

        - Ясно. Лезь первым, я управлюсь.

        - Что ты задумал?  - возмутилась бывший капитан.
        Вопрос остался без ответа.

        - Ну, я пошёл,  - сказал Шмалик и исчез внизу.
        Быстрый, без замаха, удар в челюсть, и Марго выключилась. Ноги подкосились, стала падать как раз в дырку, где только что исчез сержант. Я успел её подхватить.
        Операция по переносу бесчувственного тела на три палубы вниз происходила следующим образом: Шмалик спускался на палубу ниже и принимал Марго, аккуратно спущенную мной сверху.
        В коридоре, куда мы окончательно спустились, света не было, что говорило о его временной ненужности. Здесь сержант немного расслабился, но шёл быстро, я еле поспевал за ним, ведь приходилось нести ещё и Марго. В себя она придёт скоро, а до того момента придётся работать носильщиком.

        - Мне удалось обнаружить багаж,  - продолжал рассказывать Шмалик,  - Порылся, нашёл свою экипировку. Вашу, кстати, тоже. Подготовил один из «Файерфлаев» к отлёту.

        - Техником притворился, что ли?  - усмехнулся я.

        - Не пришлось,  - хохотнул сержант.  - Там почти никто не дежурит. Здесь же все свои. Кстати, заметьте, тревоги до сих пор нет. Значит, не успели её поднять.

        - Надолго ли?  - скептически пропыхтел я.  - Кто-нибудь выглянет в коридор, обязательно заметит лужицы крови.

        - Да, вроде, аккуратно сработал, капитан,  - остановился Шмалик и обиженно повернулся в мою сторону.  - Ну, может, парочка капель и осталась. Так незаметно же!

        - Топай дальше, не тормози. Скоро узнаем, что к чему. Ты давай рассказывай, как с пилотом договорился.

        - А я с ним и не договаривался. Увидел знакомое лицо, вырубил химией и тоже спрятал.

        - Всё продумал, однако.
        Мы миновали несколько коридоров. По мере приближения к доку становилось светлее, начинали доноситься голоса. Шмалик уверенно вёл нас к цивилизации.
        Пошевелилась Марго, вслед за этим пробурчала что-то похожее на «сволочи». Сержант тут же скрылся в ближайшей комнате и утянул нас туда же.

        - Дальше придётся красться, капитан. Может, всё же, оставим её тут?  - он кивнул на пленницу.  - Какое-то время она нам не помешает, а потом поздно будет.

        - Нет, Шмалик, она с нами.

        - Что ж, ладно. Будет труднее, но выполнимо,  - он выудил шприц и, прежде, чем я сообразил, что к чему, воткнул иголку в шею Марго.  - Когда очнётся, мы будем уже далеко.
        И мы продолжили путь к свободе. Шмалик разведывал и указывал путь. Чисто случайно наткнулись на техника, по какому-то недоразумению, то ли делу, попавшемуся по пути. Пока глаза его округлялись, когда он увидел вооружённого человека и меня с Марго на плече, да соображал, что это такое, сержант успел подскочить к нему и вырубить. Пришлось затратить минуту, пряча бедолагу в ближайшем подсобном помещении. Кстати, он оттуда и вышел.
        Так и добрались до дока. Шмалик был прав - его никто не охранял. Более того, поблизости не оказалось ни одного человека. По крайней мере, так казалось с той позиции, где мы засели перед решающим рывком.
        Шанс, что что-то пойдёт не так на любом этапе спланированной операции, есть всегда. Даже больше, всегда что-то, в какой-то момент, идёт не так. Всё зависит от проработанности плана, в котором нужно учитывать и внешний фактор, то бишь, незапланированные неожиданности. То есть либо их запланировать, либо придумать, как действовать в этой ситуации. Опытный сержант, похоже, имел на этот случай только один вариант действий.
        Если бы мы шли вдвоём, появившийся в доке отряд из трёх сотрудников безопасности КТК, не обратил бы на нас внимания. Ну, или нам удалось бы отговориться, или ещё как-то нейтрализовать препятствие. У меня же на плече отдыхала Марго, а значит, это уже подозрительно.

        - Эй!  - стукнуло в спину.  - Стоять!

        - Как только начну, бегите к дальнему кораблю, капитан,  - прошептал сержант.
        Понятия не имел, что задумал Шмалик, пока тот не развернулся и не начал палить в противника из обоих пэпээс. Не сразу сообразил, что уже надо бежать. Думал, сначала будут разговоры, как у цивилизованных людей.
        И побежал. Тут же меня догнал сержант, на ходу торопя, мол, ходу, капитан, ходу. Шмалик сумел свалить только двоих. Третий успел скрыться. Тут же по кораблю разнеслась сирена тревоги. Вот теперь за нами устроят настоящую охоту. По крайней мере, попытаются. «Файерфлай»-то, вот он, с огромным открытым люком. Да вот только нам придётся ещё «разбудить» пилота, заставить его сотрудничать с нами и вылететь из «Ковчега». Наружные створки ангара закрыты, кто их открывать будет?
        Мы вбежали в корабль, сержант тут же ударил по кнопке и трап начал закрываться, превращаясь в глухой наружный борт.

        - И что дальше?  - расслабляться я не спешил.

        - Всё под контролем, капитан,  - уверил Шмалик.  - Топаем на мостик.

        - Ничего себе контроль. Нас отсюда не выпустят!

        - Выпустят, куда денутся,  - на лице сержанта появилась злодейская улыбочка.  - Вы, капитан, ещё не знаете, но в отряде лейтенанта Сайдла у меня специализация соответствующая.

        - Это что-то мне должно сказать?

        - Угу.
        Дальнейших объяснений не последовало. Впрочем, с некоторого момента они уже были и не нужны.
        Когда мы попали на мостик, обнаружили там пилота. Парень тихо посапывал, сидя в кресле у пульта управлением кораблём. Сержант выудил из своих карманов очередной шприц, вколол пилоту в шею, и тот тут же очнулся.

        - Что? Где я?  - заозирался молодой, русоволосый парень. Да, знакомый пилот. Он вел
«Файерфлай» под командованием Марго. И заткнулся, увидев перед собой отнюдь не доброжелательное лицо Шмалика.

        - Заводи колымагу,  - сказал сержант.  - Мы улетаем отсюда.

        - Но…

        - Стреляю сначала в стопу, потом в голень, потом простреливаю коленку. Не поймёшь, то же самое будет с второй ногой. Уловил?
        Парень закивал. Лоб его покрылся испариной, а руки замельтешили по пульту управления. Мостик ожил, заработали двигатели. Пилота, под страхом сделаться инвалидом, не заинтересовало, что «Файерфлай» окружили люди торговой компании, и даже не заинтересовало то, что створки ангара до сих пор закрыты.
        У меня пробудился интерес, как сержант собирается выходить из этого интересного положения.
        Глава 27 Полёт навигатора

        Особенность мостика «Файерфлая»  - при желании с него можно увидеть всё, что творится вокруг корабля. Мостик находится над основным корпусом корабля, из-за чего эти кораблики нередко сравнивали с драконами. При наличии воображения, да с нужного ракурса, так оно и есть. Необычное положение мостика позволило встроить иллюминаторы по всей окружности, включая задний борт. Впрочем, для наблюдения за происходящим в доке хватило и лобового иллюминатора.
        Заработали двигатели, большая часть которых вынесена за борт, стали продуваться турбины. Из них пыхнуло пламя. Бойцы КТК тут же отпрянули подальше. Включился антиграв и корабль взлетел на пару метров над палубой. Убрались шасси. В это время Шмалик выудил из кармана очередной приборчик.

        - Вот так мы отсюда и слиняем,  - похвалился он, демонстрируя мне пульт с единственным переключателем.

        - Заминировал, что ли, диспетчерскую?  - не поверил я. Такое даже в бредовом сне выдумать не смог бы.

        - Ага,  - довольно расплылся в улыбке сержант.  - Я в отряде специалист по ба-бахам.
        И щёлкнул переключателем.
        Диспетчерская находилась здесь же. Широкое, узкое окно отчётливо выделялось из общего пейзажа стены. Вдруг в доке что-то неуловимо изменилось, и через мгновение лопнуло и разлетелось мелкими осколками стекло, изнутри диспетчерской ярко полыхнуло. Шмалик не пожалел взрывчатки. где только найти сумел столько.

«Ковчег» заметно покачнуло. Я увидел, как охранники зашатались, стараясь устоять на ногах. Некоторым это не удалось, они попадали. Произошедшее явилось всем хорошим сюрпризом и, пока они приходили в себя, «Файерфлай» развернулся носом к внешним створкам дока. Взрыв сделал дело - створки стали раскрываться, открывая нам космос, звёзды и свободу. Удивительно, ведь по идее, должно произойти наоборот: они должны напрочь забокироваться.

        - Малый вперёд!  - отдал команду Шмалик и мгновенно вспотевший пилот выполнил приказ.

«Файерфлай» дёрнулся и поплыл на антигравитационных двигателях к расширяющейся щели. Корабль уже почти вылетел наружу, когда в доке появился капитан Джонсон. У меня тут же, как в тот раз, в Бристоле, заострилось зрение, мир стал восприниматься в замедленном режиме.

        - Ходу, Шмалик!  - закричал.  - Ходу!
        Сержант, похоже, тоже увидел резвого капитана. И не отреагировал, почему-то.

        - Это кришту!  - представляю, как выпучились мои глаза, я сейчас откровенно боялся. Именно этот фактор, судя по всему, впечатлил сержанта больше, чем всё остальное.

        - Вот, дьявол!  - выругался Шмалик и занялся пилотом.
        Как уж он там его подгонял, я не знаю, выключился из происходящего на мостике. Всё внимание на капитана Джонсона. Он пробежал на своих двоих половину дока, после чего оттолкнулся, подпрыгнул. Тело, до этого твёрдое, вдруг взорвалось на миллиарды мелких частичек, и вот уже в нашу сторону несётся чёрный клуб дыма.

        - Он нас догоняет!  - закричал я и повернулся к пилоту.
        У того пот градом катился, парень обеими ладонями схватился за рогатый джойстик ручного управления, как в самолётах, пальцы от напряжения побелели. Всё ж, угроза стать инвалидом его прельщала меньше, чем гнев кришту и шанс превратиться в ничто за помощь нам, хоть и подневольную.
        Всё внимание Шмалика обращено на Джонсона, вернее на то, во что он превратился. До этого момента сержант ни разу не наблюдал, как люди превращаются в клуб дыма, причём с такой лёгкостью.

«Файерфлай» набирал скорость, и вот вылетел в открытый космос. Пилот повернул штурвал и корабль, поменяв курс на девяносто градусов, пошёл вдоль борта
«Ковчега».
        Джонсон, вслед за нами, тоже вылетел в открытый космос. На миг замешкался, попытался продолжить преследование, но поздно, «Файерфлай» набрал достаточную скорость, чтобы как следует оторваться от него. К тому же пилот врубил основные двигатели. Колония кришту, бывшая только что капитаном Джонсоном, безбожно отстала. Больше того, ему пришлось срочно нырять обратно в док, потому что
«Ковчег» тоже не стоял на месте, и скорость его передвижения всяко была больше, чем мог развить кришту. Клуб дыма скрылся в доке.

        - Неужели оторвались?  - не поверил Шмалик.
        Его лоб покрывали капли пота, взгляд никак не мог оторваться от стремительно удаляющегося открытого зева дока. Пару минут спустя мы увидели «Ковчег» во всей красе. И всё никак не могли поверить в произошедшее.

        - Там ещё два корабля,  - прохрипел я.  - Вполне могут послать за нами погоню.

        - Пусть попробуют.
        Шмалик устало облокотился на спинку кресла. Сесть негде, кресла заняты.

        - С такой штукой вы встретились тогда, на крышах Бристоля, капитан?

        - Ага. Их было две.

        - Лейтенант рассказывал. Но, признаюсь, увидеть такое… Это… Не-ет, если эти парни решили поселиться на Олимпике, я против.
        Его взгляд подозрительно переместился на пилота. Шмалик, видимо, заподозрил его в том, что тот тоже кришту. Пилот превращаться в нечто неопределённое не спешил, только настороженно косился в нашу сторону. Сержант похлопал того по плечу, мол, молодец, парень.
        Погоню за нами не выслали, что радовало. До Олимпика добираться предстояло чуть больше суток. По расчётам захваченного пилота получалось, что «Ковчег» подойдёт туда через несколько часов после нас. Так что времени мало, а успеть нужно много. И это при условии, что мы не в курсе происходящего на Олимпике. Как и что там делает Гриссом? Что говорится, сюрприз будет, придётся импровизировать на ходу, подминая ситуацию в свою пользу.
        В общем, занялся я Марго, оставив на мостике за старшего сержанта. Пилоту доверять пока не приходилось. Кто знает, не повернёт ли он незаметно корабль обратно к
«Ковчегу». Оно, конечно, пойму, но, боюсь, поздно будет.
        Запер бывшую зазнобу в ближайшей к мостику каюте, а сам пошёл отсыпаться, чтобы впоследствии сменить Шмалика. Он не железный. Уже засыпая, подумал, что наш пилот поневоле тоже, вроде как, человек, и ему нужно будет отдохнуть. Особенно когда подлетим к Олимпику.
        Проснулся оттого, что меня трясли. Безбожно так, намереваясь, во что бы то ни стало, добиться успеха. Шмалик, кто ж ещё.

        - Что, проспал дежурство?  - я встрепенулся.

        - Нет, хотя и не помешало бы,  - сержант тревожно оглянулся на выход из каюты.  - Там ваша пленница бушует, капитан.

        - Марго, что ли?  - спросонья соображаю туговато, особенно когда не совсем готов к незапланированным событиям.

        - Она, других у нас нет.
        Только сейчас услышал какие-то интересные звуки из коридора. Глухой стук чего-то по металлу. Чего конкретно, не знаю, но догадываюсь, что это Марго.

        - Ясно, сейчас разберусь. Топай обратно на мостик, а то мало ли.

        - Угу. Знаете, капитан, по моему, пилот проникся и вряд ли будет шутить. Да и отдыхает он. Корабль идёт на автопилоте. Вам бы потом проверить, что к чему, а то я только оружием и могу угрожать, да делать вид, что тоже разбираюсь в этом деле. Парень мог меня раскусить, так что ваша проверка не помешает.

        - Странный ты, Шмалик,  - я усмехнулся.  - Сам себе противоречишь.

        - Ну, не могу ничего конкретного сказать, капитан,  - сержант развёл руками, мол, что с него взять.
        Под временами затихающий, но впоследствии вновь возобновляющийся стук ботинок по двери, наскоро умылся, осмотрел себя в зеркало. Последние события дали о себе знать. Небритый, помятый, уставший, даже сон не помог. Пошёл выяснять, чего там бывший капитан бушует.
        Звукоизоляция на «Файерфлае» ещё та. На современных кораблях в дверь хоть тараном бей, еле услышишь. А тут почти по всему кораблю. Сразу открывать дверь не стал, дождался, когда Марго возьмёт тайм-аут.

        - Чего бунтуем?

        - Скотина! Подонок!  - мгновенно налетела на меня Марго.  - Ты хоть представляешь, что ты наделал?
        От неожиданности я отступил на шаг назад и мы оба оказались в коридоре.

        - Успокойся!  - Я схватил бывшего капитана за плечи, крепко сжал.  - А ты что от меня ждала, а? Что я так просто начну с вами сотрудничать?
        Втолкнул её обратно в каюту и пихнул на койку. Марго не удержалась, упала на бок и тут же заплакала.
        Раньше, ещё несколько дней назад, я наверняка сел бы рядом, прижал её к себе и начал утешать. Ну, раньше она у меня и в наручниках никогда не сидела, собственно. Сейчас же я только оглянулся в поисках, куда прислониться самому, нашёл стул.

        - Знаю, что ты скажешь, так что можешь не трудиться,  - волей-неволей мой голос приобрёл оттенки нежности. Хотя, честно сказать, не собирался изображать из себя бескомпромиссного, железного служаку.  - Но и ты пойми, Марго, по-другому я поступить не мог.

        - Когда саранча нападёт на людей, вот тогда ты поймёшь, что мог поступить по-другому,  - буркнула Марго.  - Поймёшь, на чьей стороне ты должен был быть, но будет поздно. Ты хоть представляешь, что сейчас творится на «Ковчеге»?

        - Мне неприятно осознавать себя краеугольным камнем чего бы-то ни было. Тем более, случай с вашим малышом-кришту - дикая случайность. Так что всё, что может сейчас твориться на том корабле, мне только на руку.

        - Скотина ты, Крис,  - Марго взяла небольшую паузу.  - В конце концов, он вырвется из заточения, его трудно будет удержать. И только ты…  - она всхлпнула.  - Знаешь, о чём я сейчас жалею? О том, что взяла тебя с собой. И не было бы сейчас этих проблем.

        - Если бы, да кабы,  - я закивал не хуже китайского болванчика.  - А вообще, на счёт вашего кришту, нужно с Пикардом поговорить. Ведь во мне его наниты. Подумай над этим Марго.

        - Шутишь?  - Марго встрепенулась.
        То, о чём я смутно догадывался всё это время, до бывшего капитана дошло мгновенно. В общем-то, не трудно после такой подсказки.

        - Это невозможно!  - решительно отвергла гипотезу бывший капитан.  - Потому что дико.

        - Марго, ты же сама говорила, что в колонии ни разу не была. Так откуда тебе знать, что возможно, а что нет? Согласен, звучит дико. Хотя, как по мне, больше похоже на курьёз. Впрочем, не важно. Когда «Ковчег» появится около Олимпика, он будет готов к захвату. Это всё, что нам надо. Мы должны к этому подготовиться. Так что, отдыхай, отсыпайся. Лично для тебя скоро настанет сложный период в жизни. Боюсь даже, остаток жизни.
        Я поднялся.

        - Крис?  - уже у выхода из каюты меня догнал тихий голос Марго.  - Наручники снимешь?
        Обернулся, улыбнулся и покачал головой, мол, нет. Марго поняла.

        - Я сейчас на камбуз, что-нибудь попробую соорудить, если ребята с «Ковчега» не успели опустошить холодильники.
        Закрыл дверь.
        Повар из меня, прямо скажем, никакой. В основном я питаюсь замороженными продуктами. С ними просто - кинул в микроволновку и, через определённое время, достал оттуда готовый продукт. Чуть реже заказываю еду из ресторана. Так проще и быстрее. Что говорится, еду должны готовить те, кто в этом соображает. Марго, кстати, тоже не повар. Готовит даже хуже меня.
        Так что на камбузе единственное, что мне предстояло сложного - найти что-нибудь, что можно употребить в пищу. Повезло, ребята с «Ковчега» не всё убрали из холодильников, оставили даже больше. И это правильно. Никогда не знаешь, когда придётся воспользоваться мелким корабликом. Неприкосновенный запас, он всегда неприкосновенный запас.
        Потом отправил Шмалика отдыхать и набираться сил. Сам засел на мостике, разговорился с проснувшимся пилотом. Кое-что узнал интересное.
        Уже давно в КТК среди сотрудников велась специальная пропаганда. Много патриотизма, как ни удивительно, направленного больше на верность прежде всего Федерации, а потом уже торговой компании непосредственно. Делалось это давно, исподволь: плакаты в кабинетах, специальные пятиминутные голосовые ролики по общей связи. Пропаганда сделала своё дело, после чего наступила вторая стадия. Начальники отделов стали присматриваться к людям, отмечали подходящие черты характера сотрудников, выбирали из них тех, кто умел держать язык за зубами и, конечно же, проникался тем, что всовывали в головы людей с помощью пропаганды. Начиная с этой, второй стадии, становилось понятно, что выбранных людей готовят к чему-то особенному. Появились ячейки. Между собой люди, прошедшие во «второй тур», стали называться «избранными», пока ещё не понимая, к чему, собственно, их готовят. Кто-то решил, что торговцы набирают людей в специальный полк, чтобы оправить его в армию служить. Хотя эта теория не прижилась, потому что «избранные» были разными. Женщины и мужчины, молодые и пожилые, худые и полные. Объединяло их одно: умение
хранить секрет.
        Дальше было замечено, что среди «избранных» если и были семейные, то, как правило, бездетные, либо у кого дети уже выросли, то есть, в случае чего, проблем с ними не должно возникнуть. Вот тогда и наступила третья стадия, когда людям стали показывать фильмы про «саранчу», а потом и про кришту. Так вот несколько сотен человек влипли в историю с отправкой в колонию, чтобы самим превратиться в миллиарды мельчайших живых организмов и стать «пограничниками» на первом рубеже ожидаемого вторжения, в котором никто не сомневался.
        Хорошая промывка мозгов. Под такой эгидой можно было собрать небольшую армию и самим начать завоевание. Если и был подвох во всём этом - я его не видел. Так что можно продолжать ставить палки в колёса ребятам из КТК и, в частности, колонистам. Перетягивать одеяло на себя, чтоб точно разобраться в проблеме. Самим посмотреть, что к чему.
        Через несколько часов на мониторах появился Олимпик. Пилот попытался связаться с космодоком. Оттуда ответили сразу, сообщили, что связи с Олимпиком пока нет, лейтенант с командой отправились на планету, а подполковник Сергеев вот только что был где-то здесь и пока недоступен. Вестей с планеты нет - никто не прилетал, челночное движение до сих пор заблокировано.
        Ситуация получалась интересной.
        Когда влетели в систему, пилот направил «Файерфлай» прямиком к доку. Я заметил, что недалеко от него болтается «Дрон-6». Как тот раз подлетел, чтобы уничтожить
«Один», так и висит неподалёку.
        Огюст, так звали пилота, вырубил маршевые двигатели и включил маневровые. Убрал в сторону пульт и взялся за штурвал: стыковку он не доверял автоматике, предпочитая ручное управление. Впрочем, это не запрещалось, даже наоборот.
        Мы почти долетели до выделенного стыковочного узла, когда червь сомнений, наконец, догрыз меня.

        - Вот что, Огюст, давай-ка не будем останавливаться на космодоке. Давай сразу в Дакетт.
        Вопросительный взгляд, моё решительное лицо. Ну, почему-то не захотелось терять времени на поиски Сергеева, объясняться сначала с ним, а потом то же самое повторять Гриссому. Уж лучше сразу, тем более «Файерфлай» спокойно мог летать и маневрировать в атмосфере. Одним словом, наш кораблик, словно испугавшийся огня мотылёк, рванул от космодока. И тут же с нами связались с «Дрона»:

        - «Файерфлай», немедленно состыковаться с космодоком. Иначе открываем огонь!
        Глава 28 Возвращение домой


        - Связь с «Дроном»! Срочно!
        Пилот отреагировал мгновенно.

        - Говорит Крис Хаппельмайер, капитан Комитета Галактической безопасности! Кто на связи? Пилот, попробуй видеосвязь.
        На боевой станции приняли запрос видеосигнала, и на главном экране «Файерфлая» появился подполковник Сергеев собственной персоной. Вот уж кого не ожидал увидеть.

        - Подполковник?  - я искренне удивился.
        Я уже не говорю о том, что в то время, когда все уверены. что Сергеев находится где-то на космодоке, он засел на боевой станции. Само его нахождение на «Дроне-6» невероятно. Боевая станция причислена к армейскому департаменту и не подчиняется Комитету. Разве что в условиях, когда это касается всеобщей безпасности. К примеру, как в случае с «Одином».

        - Капитан,  - хмуро отозвался Сергеев,  - советую состыковаться с космодоком. Если есть желание, можете подлететь и к «Дрону». Так даже лучше будет.

        - А что вы делаете на «Дроне»?  - я пропустил мимо ушей его предложение.

        - Это не имеет значения, капитан. Срочно разворачивайте корабль и стыкуйтесь!
        Тон, которым дал приказ подполковник, мне не понравился. Тут явный подвох. Пилот и Шмалик ожидали от меня какого-то определённого решения. Причём если пилоту было всё равно, то сержант, судя по виду, был готов перехватить командование судном.
        Я еле заметно кивнул сержанту, и он меня понял буквально с полуслова.

        - По кораблю будут стрелять, парень,  - прошептал Шмалик на ухо пилоту, но так, что и я слышал.  - А нам надо на Олимпик. Что скажешь? Сможем прорваться? Учти, от этого зависит и твоя жизнь.
        Бедному пилоту, в последнее время, ох как не везёт. Сначала мы, угрожая оружием, заставляем покинуть «Ковчег», теперь угроза с «Дрона» вовсе уничтожить нас.
        Считается, что против орбитальной боевой станции шансов нет ни у кого.

        - Если полетим напрямую,  - сглотнув, хрипло ответил пилот,  - они нас достанут.

        - Выход?  - поинтересовался Шмалик.

        - Скорее всего… гхм… в нас запустят «Галил», управляемые ракеты. Так что всё будет зависеть от мастерства операторов.

        - Справишься?

        - Я тоже жить хочу,  - насупился Огюст и покрепче стиснул рукоятку штурвала.

        - Действуй!  - тут же отозвался я. У меня были те же мысли. Раз совпало, значит правильно.  - Извините подполковник, у нас большое дело на Олимпике.

        - Пойдёте под трибунал, капитан,  - помрачнело не только лицо Сергеева, но и голос.
        - Если, конечно, останетесь живы.

        - Согласен. Жду вас на Олимпике.
        Манёвр удался. Всё-таки зря отказались от производства «Файерфлаев». Жив останусь, надо будет намекнуть Гриссому, чтоб протекцию отправил в главк на закупку этих мелких грузовых корабликов.

«Дрон» выпустил сразу две ракеты. Как и подозревал Огюст, это были «Галилы». Через иллюминаторы было хорошо видно, как от яркой точки, обозначавшей боевую станцию. отделились два маленьких огонька, покачались туда-сюда, пока их не подхватили операторы. Тогда только врубились основные движки и ракеты понеслись к нам.

        - Советую пристегнуться или держаться за что-нибудь,  - предупредил пилот.  - Сейчас нас будет кидать в стороны.
        Вовремя вспомнил о Марго. Ведь как начнёт наш кораблик раскачиваться, она не сможет защититься. Рванул к каюте, благо, что недалеко было. Почти успел: первый манёвр против ракет пилот сделал, когда я схватился за ручку двери.
        Антигравы, установленные внутри корабля, своё дело, конечно, сделали. Да только никто не рассчитывал, что «Файерфлаям» придётся когда-нибудь убегать от боевых ракет. Грузовые и исследовательские кораблики, что с них возьмёшь. Так что мне пришлось туговато, когда открывал дверь. Ноги оторвались от пола, руки сорвались с дверной ручки, меня уронило на пол и потащило в сторону. Дьявол! А если б не было антигравов, так и вовсе кинуло куда-нибудь в грузовой отсек, да там и распластало.
        Поднялся на коленки и, что говорится, на полусогнутых, помчался обратно. Второй противоракетный манёвр застал, когда я снова схватился за ручку. На этот раз удалось удержаться на месте.
        Быстро открыл дверь, ввалился внутрь и тут же встретился с испуганными глазами Марго. Она сидела на полу, зацепившись ногами за ножку столика и упершись спиной в стену каюты.

        - Что происходит, Крис?

        - Нас атакует «Дрон»,  - только и успел сказать, как следующим манёвром меня втолкнуло внутрь каюты и отправило прямиком к бывшему капитану. На этот раз не сопротивлялся.  - Здорово ты тут устроилась.
        В ответ Марго фыркнула. Конечно, в этом моей заслуги ну никакой.
        Дальше пришлось молчать и держаться изо всех сил за ножки столика. Потому что
«Файерфлай», похоже, вошёл в штопор. Мы тут, в каюте, не могли наблюдать за происходящим, хотя иллюминатор присутствовал, да только до него добраться ещё надо.
        Дежавю. Как тогда, в спасательной шлюпке. Только она вертелась быстрее, потому что маленькая. «Файерфлай» же побольше, так что амплитуда меньше. Правда, от этого легче не становилось. Приходилось беречь голову, чтоб особо сильно не стукаться головой о нижнюю часть столешницы. Я прижал к себе Марго, другой рукой упирался в эту самую столешницу, амортизируя удары.
        Когда только приспособился, корабль сильно тряхнуло. От удара макушкой что-то треснуло, видимо, не выдержал пластик. В глазах помутилось, чуть сознание не потерял.

        - Крис?  - испуганно крикнула Марго.  - Что происходит?
        Её голос не дал упасть в забытье. Макушке досталось по полной программе. Я ошарашено огляделся вокруг, всё как в тумане и даже бывший капитан расфокусировалась.

        - Больно-то как.

        - Крис?
        Марго навалилась на меня, пытаясь потрясти, приводя в порядок.

        - Крис, не молчи! Говори что-нибудь!

        - Наверное, мы нарвались-таки на ракету,  - с удивлением отметил, что качка прекратилась, как будто взрыв остановил метания «Файерфлая».
        С другой стороны, оно так и могло оказаться, если ракета снесла один из боковых стабилизаторов, или разорвалась рядом с ними.

        - Жив я, Марго, жив,  - в глазах стало проясняться, мозги постепенно приходили в порядок. Нет, тогда, в шлюпке, меня ударило сильнее. И ещё, теперь я буду ненавидеть летать в космос до конца своих дней. Два полёта, и чем заканчиваются? Это уже тенденция, причём плохая.
        Или же специально шлем начну надевать. И не снимать его ни при каких обстоятельствах, даже если выглядеть буду по-идиотски.
        Некоторое время ничего не происходило. Корабль летел, нас, судя по всему, никто не обстреливал. В качестве правдивости моей догадки, дверь в каюту открылась, и на пороге появился Шмалик.

        - Ух ты!  - первым делом выразился он.  - Вот это вас тут знатно потрепало. Все целы?

        - Шмалик, не шути так!  - я еле-еле вылез из-под стола.  - Докладывай!

        - Нам удалось вырваться, капитан,  - с готовностью заговорил сержант.  - Огюст - мастер! Одна ракета подорвалась на каком-то обломке, наверное, от «Летучего голландца», а вот вторая ударила рядом. Но ничего страшного, корабль цел, а мы успели влететь в атмосферу прежде, чем с «Дрона» стрельнули ещё раз.

        - Надо будет пожаловаться генералу О'Нилу, что его ребята немного расслабились,  - я, наконец, смог выбраться и выпрямиться.

        - Хех,  - Шмалик оценил шутку.  - В общем, мы ждём, что делать дальше, капитан.

        - Как что? Свяжись с Гриссомом! Доложи обстановку, расскажи всё, что знаешь сам. А я сейчас подойду, только башку успокою. До сих пор трещит.
        Надежда, что Шмалик угостит меня убойными таблетками, какими в прошлый раз угостил Уорик, умерла сразу, как только сержант помчался выполнять приказ.
        Когда я появился на мостике, голова продолжала болеть, всё ж удар сильным оказался. Шмалик налаживал связь с Комитетом, но пока ничего у него не получалось.

«Файерфлай» вошёл в атмосферу где-то в районе Большого моря, огромного водоёма пресной воды. Это чуть больше тысячи километров от Дакетта. Получается, наш пилот пытаясь уйти от ракет, маневрировал в космосе, а не прямиком к Дакетту двигался. Впрочем, это не беда. В атмосфере «Файерфлай» ничем не уступет самолётам. Полёт в космосе и в атмосфере - разные вещи, лишь для мелких истребителей, размером со спасательную шлюпку, скорость не имела значения. Но истребители - отдельный разговор.
        Когда Дакетт показался в пределах видимости, связь, наконец, наладилась. Вместо Гриссома на связь вышел Веллер.

        - Полковник сейчас инспектирует полигон, Крис,  - на сей раз наш технический гений был серьёзен, как никогда.  - Дела у нас неважные: связи по-прежнему нет, небоскрёб торговцев превратился в крепость, которую взять можно только с большими потерями - там засела пара сотен бойцов. Даже если мы направим туда всех полицейских и армию, жертв будет немеряно.

        - С воздуха пытались убрать антенну?  - поинтересовался я.

        - Пытались, только Кромвель тоже не за просто так свой хлеб ест: сбивает все, что подлетает к башне ближе, чем на пару километров. Сбитые вертолёты падали на жилые районы так что мы больше не решились это повторять. Так же он уничтожил ракеты, запущенные военными.

        - Но полигон, всё же, не удержал,  - усмехнулся я.
        В ответ Веллер только пожал плечами.
        Была у меня мыслишка подсобить нашим ребятам с помощью «Файерфлая». Да только вряд ли получится. В смысле, может получиться только хуже. Впрочем, шут с ней, антенной. Сейчас у меня другая задача. Наверняка Кромвель уже знает, что на корабле бушует малыш-кришту, а тот, кто может его успокоить, сбежал.
        Полигон находился недалеко от Дакетта и был замаскирован под брошенный химический завод. Впрочем, не совсем так: завод стоял на том месте и не использовался уже давно. Когда я впервые появился на Олимпике, он уже бездействовал. Снести и построить развлекательный парк оказалось в своё время накладно, потом про проект забыли. А вот КТК однажды выкупила завод у городских властей, можно сказать, задарма и перестроило под свои нужды. Куда смотрел Комитет и полиция - хороший вопрос, да только никакого криминала там не отмечалось. Торговцы чего только не скупали. Так что на подобные сделки мало кто обращал внимание. С другой стороны - это уже не важно. Дело сделано: полигон в наших руках.

«Файерфлай» величаво проплыл над Дакеттом. Чтобы особо не нарываться на неприятности, обогнули башню КТК стороной. Представляю, что сейчас чувствуют люди на улицах города. Космические корабли нечасто пролетают над городом. Так же нечасто, как около Олимпика появляются «Летучие голландцы». То есть эти дни стали днями невероятных вещей.
        Завод расположился километрах в десяти от южной черты города, спрятался в небольшой, заросшей лесом, долине. С высоты мы его обнаружили быстро. К тому же смогли связаться с Гриссомом. Теперь он встречал нас на специально подготовленной для посадки площадке. «Ковчег» сюда, конечно, не сядет, да и вообще подобным кораблям опасно влетать в атмосферу планет. Но, как-то колонисты погрузили малыша там, на его родине, значит и выгрузку как сделать, тоже знают. Так что и по этому поводу можно не волноваться.

«Файерфлай» сел на площадку между административным и производственным корпусами. Его тут же окружили бойцы спецназа, взяли трап на прицел, мало ли чего.
        Первым вышел Шмалик с пилотом. Последнего тут же подхватили под белы рученьки два бойца и увели в административный корпус. Похоже, Гриссом решил на некоторое время обосноваться здесь, справедливо полагая, что полигон в скором времени станет центральным местом действия.
        Затем вышли мы с Марго. Подполковник нас встречал у конца трапа и удивился, увидев мрачную женщину в форме капитана военного судна с наручниками на запястьях. Вопросов не задавал, только бровь поднял, мол, что за шутки.
        Бывшего капитана КГБ увели в корпус ещё двое спецназовцев.

        - Крис, вижу, твоё путешествие не прошло бездарно,  - в интонации не было вопроса, но он подразумевался.

        - Нам с вами, полковник, в скором времени предстоит написать увесистый томик отчёта для центрального командования,  - ответил я.
        Я видел, как Шмалик воссоединился со своим отрядом. Лейтенант Сайдл и все его бойцы обнаружились тут же в оцеплении. Впрочем, последнее теперь только так называлось. Ребята расслабились, правда, кому-то не повезло - два десятка спецназовцев, по команде Гриссома, отправились осматривать корабль.

        - Но дело ещё не сделано,  - продолжил я.  - К Олимпику движется «Ковчег», и на нём колонисты везут сюда штуковину похлеще той, в которую может превращаться Пикард.

        - Олимпик молчит уже давно,  - сказал Гриссом.  - Наверняка главная контора посла ла разведывательный корабль. Как думаешь, если на этой штуке,  - полковник кивнул на корабль,  - уйти на орбиту, сможем послать доклад?

        - Сможем. Только вот что: «Ковчег» не боевой корабль, с ним спокойно справится и разведчик. Но проблема не только в нём. В общем, у меня есть план, Гриссом. Если ты его одобришь, мы, глядишь, спасём Федерацию.

        - Всё настолько интересно?  - вперивлся в меня «Рыжий Дьявол».

        - Намного, полковник, намного,  - я заозирался.  - Кстати, где Пикард? Отпустил в свободное плавание?

        - Он здесь. Обернись,  - улыбка подполковника стала какой-то подозрительно хитрой.
        Пикарда увидел во вторую очередь. Он стоял и наблюдал за происходящим чуть в стороне, недалеко от линии оцепления, поэтому я сразу его и не увидел. В первую же очередь я увидел Кэрри. Вот уж кого не ожидал увидеть именно здесь. Впрочем, по трезвому размышлению, где Пикард, там и Кэрри. Такое у меня сложилось впечатление перед тем, как мы отправились на космодок.
        Журналистка светилась от счастья, но не решалась сделать шага, ибо перед этим было сказано: не мешать военным. В черной спецназовской форме, разве что без оружия. Рыжие волосы трепещутся на лёгком ветерке, что моряки называют бризом. И мне как-то похорошело. Почему-то показалось, что теперь всё будет замечательно.
        Кэрри робко помахала ладошкой, я в ответ тоже помахал.

        - Ладно, Крис,  - голос Гриссома спустил меня с небес на землю.  - Сам говоришь, времени у нас не так много, поэтому тебе необходимо всё рассказать и выложить план действий, который ты успел придумать.

        - Да, конечно,  - я встрепенулся.  - Думаю, стоит делать это где-нибудь в более подходящем месте, желательно под что-нибудь вкусненькое. А то мы тут с ребятами сутки питались на моей стряпне.

        - Это жестоко! Как только вы сумели выжить, а?  - рассмеялся полковник и дружески хлопнул меня по плечу.  - Но придётся потерпеть, тут пока некому готовить.

        - Полковник!  - вдруг завопил один из спецназовцев.  - Смотрите!
        Все мы обернулись в сторону города, куда показывал наблюдательный полицейский. Дакетта, из-за того, что мы находились в низине, и вокруг расстилался лес, мы не видели, даже верхушек небоскрёбов. Впрочем, голод нас не интересовал. Над лесом, на фоне голубого неба, застыло черное, полупрозрачное облако, покрыв площадь не меньшую, чем в своё время покрыл Пикард в Бристоле, то есть, на пару-тройку кварталов.

        - А вот и Кромвель,  - догадался Гриссом.

        - Я им займусь!!  - взревел Пикард, отталкивая от себя Кэрри.
        Он быстро зашагал к дальнему ограждению, на ходу размываясь, теряя человеческую форму и превращаясь в чёрного, летающего червяка. И устремился навстречу Кромвелю, который также стал сужаться. Минуты не прошло, как две колонии кришту столкнулись друг с другом. Всё завертелось, закружилось так, что голова кругом пошла.
        Две колонии кришту врезались друг в друга, мельчайшие частички перемешались, став единым целым. Кто где - непонятно.

        - Григорий,  - я встрепенулся, когда заговорил по коммуникатору Гриссом.  - Передай О'Нилу, чтобы запускал авиацию. Пора уничтожить антенну торговцев. Нет, сейчас им не помешают, главная угроза у нас тут, на полигоне. Не надо, думаю, справимся, если я прав. Если не прав? Что ж, как-нибудь выкрутимся. Что? Уже запустил? Это хорошо. До связи.

        - Что это было?

        - Попытка не пытка, Крис, а без связи с внешним миром мне, ты не поверишь, не очень хорошо.
        В небе, тем временем, сражение разгоралось не на шутку. Невозможно угадать, кто кого побеждал. мы лишь видели, как одно из облаков. подобрав подходящий момент, обволокло противника, превратившись в огромный шар. Внутри замелькали многочисленные молнии, бьющие в противника со всех сторон, а тот в ответ не мог противопоставить ничего.
        Шар стал уплотняться, и вскоре сделался непрозрачным. Вместе с этим он сжимался, пока не превратился в еле заметную, с нашей позиции, точку. Впрочем, и так было ясно, с секунду на секунду будет всё закончено и, вместо двух колоний-кришту останется только одна.
        Вот только которая? Друг или враг?
        Глава 29 Третья попытка


        - Приготовить импульсное оружие!  - отдал команду полковник и несколько бойцов, спрятав боевые автоматы за спину, приготовили другое. Я такие видел в переулках Бристоля, когда мы с Уориком отбивали Пикарда от охранников КТК.

        - Импульсное?  - я с интересом посмотрел на Гриссома.  - Борс и Веллер утверждали, что эти наниты живые! Как на них может подействовать импульсное оружие?

        - Ты плохо учился в Академии, Крис,  - усмехнулся Гриссом.  - Импульсным оружием можно даже тебя убить.

        - Серьёзно?

        - Ну, твое тело, вполне возможно, останется жить, а вот мозг умрёт. Наш мыслительный процесс, это ни что иное, как электрические разряды между нейронами. У них,  - Гриссом кивнул в сторону спускающееся на плац облака,  - тоже существует подобное. Разрыв связей между нанитами - однозначная смерть.
        Судя по тем видеозаписям, роботы знают об этой особенности и у них есть для этого оружие. Подумалось, что импульсное оружие, попавшее в наши руки, было разработано на основе изобретений «саранчи». Вполне такое возможно. Поэтому не факт, что человечеству против них может помочь и армия людей-кришту.
        Тем временем облако живых нанитов полностью превратилось в Пикарда. Агрессии в его поведении не было. Да и на бойцов с импульсным оружием он не обращал внимания.

        - Не прячьте пушки,  - остановил расслабившихся было бойцов оружием полковник.

        - Пока меня не было, ты превратился в параноика, Гриссом?

        - Станешь тут параноиком,  - сплюнул полковник, напряжённо всматриваясь в приближающегося пришельца.  - Эти штуки, настолько не стабильны, что могут принять любой вид.

        - Пробовали?

        - Это всего лишь подозрение.

        - Я видел только три их состояния. Сейчас четвёртое было.

        - Это ни о чём не говорит.
        Ну, вряд ли Кромвель подмигнул бы Кэрри, когда подошёл ближе. И вряд ли бы он спокойно отнёсся к убойному для кришту оружию. Так что мы успокоились.
        И тут же пришёл вызов от О'Нила.
        Он сообщил, что атака на башню КТК прошла успешно. Точечным ударом ракета взорвала антенну, установленную на крыше небоскрёба, заодно снесла ещё много разного. Сопротивления никакого не было, жертв, кажется, тоже.
        Следом за генералом последовал вызов от Веллера.

        - Появилась связь с внешним миром, полковник,  - объявил тот.  - Принимаю кучу сообщений. Похоже, наше центральное командование направило к Олимпику крейсер. Коммандер «Яузы» очень настойчиво хочет с вами поговорить, шеф.

        - Так перенаправь сигнал на мой коммуникатор,  - Гриссом продолжал наблюдать за Пикардом и, похоже, начинал верить, что он - это он.
        Пришелец, тем временем, подошёл к Кэрри, они начали о чём-то болтать. Похоже, журналистка делилась тревогой по поводу необычного поединка, где Пикард имел все шансы проиграть.

        - Всё давно готово,  - обиделся Веллер.  - Я хотел только предупредить.

        - Сформируй пакет из того, что нам известно,  - продолжил полковник.  - Пусть поизучают, а то, боюсь, не поверят в нашу историю.

        - Переключаю на коммандера Павлова.
        Всё самое интересное к этому моменту на полигоне закончилось. Полицейские и спецназовцы разошлись, кто в административные здания, кто к заводским корпусам. Отряд, исследовавший «Файерфлай» на предмет, нет ли там ещё кого, не успев выйти на свежий воздух, тут же получил новое задание и отправился к башне КТК. Оттуда поступило сообщение, что торговцы «вывесили белый флаг». Конечно же, не в прямом смысле. Так что полицейский департамент собирается идти на штурм и, чтобы исключить подвох, собирает все наличные силы. На полигоне оставили лишь отряд лейтенанта Сайдла.
        Похоже, башня держалась только благодаря Кромвелю. Не стало его, и всё пошло наперекосяк. Благодаря нам и Пикарду, большое дело превратилось в натуральный пшик.
        Для колонистов с планеты кришту последние часы становились полной катастрофой. И, если отбросить в сторону пару аспектов дела, если поверить, что они озабочены безопасностью человеческой расы, то есть все в белом, мы, Комитет галактической безопасности, получаемся злодеями, работающими на «саранчу». Либо настолько слепыми, что не видим ничего вокруг. И не хотим оглядываться.
        Никто не мешает нам произвести глубокую разведку космоса в направлении, откуда предположительно могут нанести визит роботы. Остаётся только этим и успокаиваться. Когда я рассказывал Гриссому всё, что узнал и всё что надумал, он смотрел на меня так, что становилось понятно: если информация о пришельцах не подтвердится, я буду сидеть в соседней с Марго камере. В лучшем случае.
        Разговор с коммандером Павловым не занял много времени. Полковник вкратце рассказал обо всём, добавив, что подробности зашифрованным файлом должны быть уже высланы. Вид коммандера был кислым. На его голову вылилась такая уйма невероятной информации, что всех нас можно объявлять сумасшедшими, а в качестве доказательства предъявить данные, поступившие в память бортового компьютера.
        Я наблюдал за Павловым со стороны, так, что коммандер не мог меня видеть. Его взгляд метался то на экран с полковником, то на ложащиеся перед ним листки отчётов. Наверняка, из нашей посылки. Он некоторое время молчал, переваривая услышанное и, когда мы уже отчаялись услышать от него хоть что-то вразумительное, Павлов, сиплым голосом, осторожно произнёс:

        - То, что вы узнали, и в чём приняли участие, на первый взгляд, выглядит невероятно. Сейчас же важно другое - к Олимпику движется корабль пришельцев и мы должны его перехватить. Когда он будет здесь?

        - Точно не знаем,  - ответил Гриссом.  - Несколько часов. Наш человек смог вырваться с «Ковчега» и прилетел на Олимпик недавно.

        - Хорошо, мы подождём его неподалёку. Думаю, нашего арсенала хватит, чтобы разнести его в пыль.

        - Ни в коем случае!  - я чуть было не закричал.  - Его нельзя уничтожать!

        - Это кто там такой недовольный, полковник?  - удивлённо поднял брови коммандер.

        - Капитан Крис Хаппельмайер,  - вздохнул Гриссом.  - Непосредственный участник событий.
        Похоже, он пожалел, что не отправил меня куда подальше на время разговора.

        - Что он там хочет сказать?  - заинтересовался Павлов.  - Что-то о том, что «Ковчег» нельзя уничтожать? Он сможет объяснить, почему?
        Гриссом передал мне коммуникатор с видом, не обещающим ничего хорошего. Потому что я не обо всём успел доложить своему непосредственному начальству. И потому, что только что нагло перепрыгнул через его голову. Образно, конечно. Но сейчас не до этого. Сейчас главное сохранить корабль, колонию нанитов и экипаж, который умеет с ним работать и знает о новом существе больше нас. Возможно, это наша единственная надежда.

        - Добрый день, коммандер,  - с экрана коммуникатора Павлов выглядел мощным, несмотря на то, что ему можно дать лет пятьдесят с хвостиком.  - На корабле уникальнейшее существо, которое может пригодится нам в дальнейшем.

        - А также,  - прервал меня коммандер,  - исходя из ваших показаний, на том корабле есть люди, прошедшие через симбиоз с этим, как вы говорите, уникальнейшим существом. Судя по всему, они весьма опасны, и их трудно уничтожить. Вы уверены, капитан, что Олимпику стоит принимать у себя это существо?

        - Его можно контролировать, коммандер.

        - Даже так?  - Павлов задумался и попросил передать коммуникатор Гриссому.  - Полковник, я хочу видеть у себя на борту вашего капитана. Нам нужен специалист, разбирающийся в этом запутанном деле. Через два часа мы будем на орбите. Конец связи.

        - Что ж, капитан,  - усмехнулся полковник, пряча коммуникатор во внутренний карман пиджака.  - Счастливого пути обратно на орбиту.

        - Гриссом, не поверишь,  - устало проговорил я.  - Начинаю ненавидеть космос. Каждый полёт оканчивается чем-то экстраординарным. Меня там, почему-то, постоянно пытаются взорвать. Начинает развиваться космофобия, полковник!

        - Вот это и будет тебе наказанием, Крис,  - засмеялся Гриссом.  - Чтоб не бежал впереди паровоза. Могу тебя успокоить - на этот раз тебе ничего не грозит.
«Яуза»  - серьёзный корабль.

        - До него ещё добраться надо. «Дрон»  - то никуда не делся, а на нём засел Сергеев.

        - Кстати, о Сергееве. Попробую с этим разобраться. И вообще, полетел-ка я в офис, а ты давай, готовься к полёту.
        Хлопнул напоследок по плечу, мол, не раскисай, и отправился к административным зданиям.
        Я же уселся на краешек трапа «Файерфлая». Дьяволы вселенной! Нормально поесть не удалось, а я так об этом мечтал. Собственная стряпня даже меня бесила: в желудке урчало и, боюсь, не от голода. Как бы не отравился невзначай.
        Тут ещё воспоминания о предыдущих полётах, так вообще плохо становилось.
        Пока размышлял о жизни своей непутёвой и жалел о поступлении в Академию, первый раз за всё время, кстати, у меня появилась компания.

        - Шмалик? Ты что тут делаешь?

        - Ваш полковник попросил лейтенанта помочь вам,  - сержант выглядел черезчур довольным.  - Я вызвался добровольцем.
        Поднялся на трап и быстро скрылся внутри корабля Огюст, наш невольный пилот-спаситель. Шмалик ободряюще похлопал его по спине и добавил:

        - Знаете, капитан, мне понравился космос.
        Вот, счастливый человек, в отличие от меня.
        Глава 30 На борту «Яузы»

        Шмалик оказался не единственным членом группы поддежки. Вообще, это не похоже на Гриссома. «Яуза» не только корабль Комитета, он военный корабль. Как там посмотрят на нашу разношерстную компанию?
        С нами собрался лететь также Пикард. Это понятно: если моя догадка верна, он будет успокаивать малыша-кришту. Я бы мог, но у него лучше получится, ибо… В общем, в этом плане я на подстраховке. А вот что здесь делает Кэрри?

        - Я так понимаю, ты решилась на полёт самостоятельно?  - спросил я у неё, когда все члены команды забрались в «Файерфлай» и мы остались одни на трапе.  - Гриссом об этом не знает, так?

        - Ему и не обязательно,  - с вызовом ответила Кэрри. Взгляд предупреждал: меня не остановишь!

        - Гражданская,  - задумчиво проговорил я, словно решал, а не позвать кого и оставить Кэрри на Олимпике. Силой.  - При этом журналистка. Не думаю, что командор будет в восторге.

        - Так представь меня как сотрудницу Комитета. Вряд ли они там знают вас всех поголовно.
        Это да. Лично меня Павлов узнает по рекомендации Гриссома. Остальных придётся представлять уже мне.
        Я огляделся. Полигон опустел, в пределах видимости маячили двое полицейских. Они охраняли периметр, но до них ещё докричаться надо.
        Журналистка решительно обогнула меня и направилась внутрь «Файерфлая». Я успел схватить её за руку и развернул к себе.

        - Зачем тебе это надо, Кэрри? Сидела бы дома, следила за новостями. Или у нас в офисе, оттуда тебя точно не выгонят. Или боишься снова потерять дядю?  - при этой мысли я невольно усмехнулся.

        - Зачем он тебе понадобился?  - взгляд журналистки стал подозрительным.

        - Не увиливай от ответа.

        - Я и не увиливаю. Почему ты решил, что я хочу лететь из-за дяди?  - на лице Кэрри на секунду отразилось лукавство.  - Может, я лечу из-за тебя, капитан Крис Хаппельмайер?
        Выдернула локоть из ослабевшего захвата и быстро скрылась внутри корабля, оставив меня глупо хлопать глазами.

        - Сидишь ниже травы, тише воды, ясно?  - только и смог крикнуть вслед.
        Ха, из-за меня. Надо же…

        - Капитан, ну так мы летим, или как?  - крикнул Шмалик из корабля.  - У нас уже всё готово!
        Прежде, чем последовать вслед за журналисткой, огляделся на предмет, нет ли ещё желающих присоединиться к нашей компании. Таких не оказалось. И то хорошо.
        На мостик пассажиров не пустили. Тут и так места было не много, а нашему пилоту предстоит одному за весь экипаж работать. Прежде, чем стартовать, он выдал на главный экран картинку, и мы смогли узнать состояние дел на орбите. Оно почти не изменилось: большая точка космодока, к ней прицеплены всё те же корабли, что мы видели при первом путешествии в космос. Могу ошибаться, но количество их осталось то же. Недалеко ещё одна точка. Это боевая станция «Дрон». Почти на краю видимого радарами корабля пространства маячит ещё одна крупная точка, наверняка крейсер
«Яуза». Он только-только пересёк орбиту Гелиона, седьмой планеты нашей системы.

        - Если расклад не поменяется,  - заметил Шмалик,  - нам придётся устраивать танцы с
«Дроном».

        - Может, подождём, когда крейсер поближе подойдёт. Огюст, что скажешь?

        - «Яузе» нужно, как минимум, минут тридцать, чтобы подойти к Олимпику и лечь на орбиту,  - парень старался говорить твёрдо, правда, это у него не особо получалось. Всё ж «Дрон». Или до сих пор тушуется, что среди неприятеля находится, работает против воли и всё такое? Надо его потом как-нибудь отмазать от ответственности за заслуги перед отечеством.

        - Что посоветуешь?

        - Если мы взлетим сейчас, мы будем в полной власти «Дрона» и никакая поддержка с крейсера нам не поможет. Ракеты-перехватчики не успеют отловить снаряды, запущенные в нас.

        - Ты же ас, Огюст!  - воскликнул Шмалик.  - Вон как лихо нас на Олимпик закинул.

        - Простое везение. И планета близко была,  - пальцы пилота пробежались по клавишам и кнопкам пульта управления. Первым делом он задраил люк, следом включил прогрев двигателей. Огюст старался уйти в работу и не думать о предстоящем противостоянии маленького мирного корабля против боевой станции. Впрочем, как и я.

        - Не скромничай,  - ободряюще хлопнул пилота по плечу Шмалик.  - Ты обязательно что-нибудь придумаешь.

        - Мы можем уйти по атмосфере на другую сторону Олимпика и большим крюком подлететь к крейсеру.

        - С тем же успехом можем ещё полчасика подождать,  - усмехнулся я. В конце концов, кто нас торопит?
        Оказалось, торопят.

        - Входящий вызов,  - сказал пилот и тут же включил сигнал на центральный монитор.
        На нас троих смотрело хмурое лицо Гриссома с вопросительный взглядом.

        - Капитан, с «Яузы» спрашивают, где наш корабль. Вы что, ещё не стартовали?

        - Ждём, когда крейсер подойдёт ближе к орбите, полковник,  - бодро отрапортовал я.

        - Командор прислал сообщение, что засёк сигнал. Он думает, что это «Ковчег». Так что давайте, дуйте на орбиту, крейсер с вами свяжется.

        - Но «Дрон-6», Гриссом?  - возмутился я.  - Он прямо по курсу. Разнесёт нас, мама не балуй. Сергеев в прошлый раз был серьёзно на это настроен.

        - Чёрт. Дался тебе этот «Дрон». Попробую что-нибудь сделать. А вы взлетайте. Не теряйте времени.
        Связь прервалась. Пилот, выполняя приказ Гриссома, дал на внешние антигравы энергии. «Файерфлай» завибрировал, оторвался от бетонной площадки. Процесс старта был похож на взлёт челнока с единственным отличием: челноку требовалась стартовая площадка. В паре десятков метров над землёй антигравы отключились, заработали основные двигатели. «Файерфлай» рванул в космос.
        Пилоты челноков такое видят, наверное, не один раз на день, ведь им приходится совершать несколько рейсов в день. Голубое небо сменяется чернотой космоса, появляются тысячи звёзд и вот уже притяжение планеты не властно над нами.

        - Беру курс на космодок,  - объявил пилот.  - Там нас будет труднее достать.
        Ну, он профессионал, надо надеяться, и знает, что делает.

        - Поступило сразу два запроса,  - через секунду сказал Огюст.  - С какого начнём?

        - Что за запросы?  - спросил Шмалик.

        - Один с «Дрона», второй с крейсера.

        - Вот ведь диллема,  - я почесал затылок.

        - «Дрон» предупреждает, чтобы мы глушили двигатели.

        - Давай связь с «Яузой», дружище.

        - Боевая станция собирается по нам стрелять, между прочим,  - содрогнулся Огюст. На его лице появились капли пота. Не от напряжения, хотя и этого было достаточно.
«Дрон-6» штука серьёзная.  - Соединение по защищённой линии.
        Пилот вывел изображение на один из вспомогательных экранов, оставив на центральном полную раскладку состояния орбитального пространства.

        - «Файерфлай»,  - связаться с нами пытался командор собственной персоной.  - Вызывает «Яуза». Ответьте!

        - «Файерфлай» на связи,  - на мостике главный пока я, так что и отвечать мне.  - Извините, командор, мы подойдём к крейсеру сразу, как только сможем.

        - Я в курсе и уже выслал два звена истребителей. Продержитесь немного, помощь в пути.

        - Истребители? Да для «Дрона» они на один укус, коммандор!

        - Ничего страшного, капитан. Они юркие. Вам всего лишь нужно продержатся несколько минут. Удачи. Конец связи.

        - Переключай на «Дрон», Огюст,  - как только связь с крейсером оборвалась, приказал я.  - Попробуем немного отвлечь Сергеева.

        - Уверен?  - бросил вопросительный взгляд сержант.

        - А куда деваться?
        Мрачное лицо подполковника, появившегося на экране, говорило о многом. Скажем, о том, что он уже знает расстановку сил.

        - Капитан Хаппельмайер,  - глухо произнёс он.  - Снова вы. Я подозревал это.

        - Подполковник,  - я развёл руками.  - Извиняюсь, что в прошлый раз не послушался вашего приказа, но обстоятельства, сами понимаете.

        - Вы всё разрушили, капитан,  - чуть не зарычал мой собеседник. Лицо его покраснело, оно надвинулся на камеру так, что занимало весь экран.  - Поставили под удар не только Федерацию, но и всё человечество.

        - Всё-таки вас завербовали люди с колонии кришту,  - теперь я точно знал, что к чему.  - Могу заверить, ещё ничего не потеряно. Так что зачехлите пушки, они вам не помогут.

        - Это вам не поможет помощь крейсера! Я успею запустить пару ракет и, на этот раз, не промахнусь.

        - А смысл? Всё уже закончилось, подполковник. Кромвель погиб, «Ковчег» вот-вот перехватит крейсер. У него против «Яузы» нет шансов.

        - Хотя бы отомщу,  - рыкнул Сергеев.  - У вас две минуты!
        Связь прервалась.

«Файерфлай» только-только пересекал невидимую линию между «Дроном» и космодоком. Кораблю, после выхода на орбиту из атмосферы требовалось некоторое время, чтобы набрать крейсерскую скорость. И, пока мы будем её набирать, Сергеев успеет сделать залп. И в этот раз наш кораблик от ракет уже не уйдёт. Нам хватит одной. Вооружения на борту нет, кроме стандартных противометеоритных пушек. Против ракет класса «Галил» они ничто.

        - Вот фанатик,  - Шмалик передёрнул затвор пэпээс, как будто это могло помочь.  - Что будем делать, капитан?
        Идей не было. Время уходило с ужасающей скоростью.

        - Огюст!  - внезапное озарение.  - Связь с «Дроном»! Срочно!

        - Что собрался делать, капитан?  - уставился на меня Шмалик.  - Вряд ли подполковника можно уговорить не стрелять.
        Всё зависит от того, ответит ли Сергеев. Если не ответит, нам конец. И если не клюнет на предложение, нам тоже конец.

        - У вас осталось полминуты,  - Сергеев соизволил ответить.

        - Мы сдаёмся, подполковник,  - быстро выпалил я.  - Пилот, бери курс на «Дрон».

        - Ты в своём уме?  - прошептал Шмалик, выпучив глаза. Хорошо, что он не попадал в видеокамеру и Сергеев не мог его видеть. И хорошо, что сержант догадался остаться на месте.

        - Не понял?  - подполковник озадачился.  - Хочешь потянуть время, капитан? Так учти, помощь, высланная крейсером, тебе всё равно не поможет.

        - Я это знаю, поэтому принял решение сдаться. Пилот разворачивает корабль к
«Дрону». С истребителями можете делать, что хотите. Я сдаюсь.

        - Это хитрость какая-то?  - недоверчиво прищурился Сергеев.

        - Да какая хитрость?  - я почти искренне вздохнул.  - Нас тут трое, я, сержант и пилот. Сопротивление можем оказать только я и сержант. Но вы же вышлете навстречу нескольких своих ребят, я прав? Шансов у нас всё равно нет. Ну так как, подполковник?
        Сергеев задумался. А мы с нетерпением ждали его ответа. Хотя стоит уточнить, ждал я один, потому что Шмалик продолжал глазеть на меня, как на сумасшедшего, а Огюсту было, вроде бы, всё равно, лишь бы выбраться из этой передряги живым. он с готовностью развернул корабль на новый курс. Он вообще, кажется, был готов делать что угодно, лишь бы в космосе не распылили.

        - Хорошо, капитан, я принимаю вашу капитуляцию,  - наконец, соизволил ответить Сергеев.  - Освобождаю второй стыковочный узел, там вас будут ждать мои бойцы. Советую выходить из корабля безоружными и по одному. Конец связи.

        - Фух,  - всё-таки перенапряжение, это плохо. Меня немного затрясло - смерть откладывалась.
        Этот полёт - последний. Дальше, пусть хоть расстреливают на месте, только чтобы это происходило на поверхности Олимпика.

        - Так что задумал, капитан?  - подал голос Шмалик, выводя меня из транса.

        - Сидите здесь,  - только сказал я и быстро смылся с мостика.
        Есть у нас козырь. Пикард. Осталось его уговорить. Сомневаюсь, чтобы на Дроне было оружие против кришту, а обычное оружие ему нипочём. Должно быть, по крайней мере.
        Пикард разместился в одной из кают вместе с Кэрри. Когда я ворвался туда, они тихо разговаривали. Пикард рассказывал ей небылицы про жизнь в колонии. Не уверен, потому что разговор мигом прервался, как только я переступил порог.

        - Мне нужна твоя помощь,  - без вступления начал я.  - Пойдём, по дороге объясню.

        - Что произошло, Крис?  - в то время, как Пикард, ничего не спрашивая, устремился за мной, Кэрри увязалась вслед и любопытства ей было не занимать. И тревоги, оно без труда читалось на её лице.
        Я и объяснил создавшееся положение вещей и свою задумку. Пикарду она понравилась.

        - Только не убивай никого, дядя,  - попросила Кэрри, проникшись моментом.

        - Кстати, да, Сергеев нам нужен живым.

        - Не беспокойтесь, капитан.
        Дальше всё пошло, как по писанному. Подошли к шлюзу и услышали приглушённый лязг стыковочного узла, когда тот сцепился с «Файерфлаем». Подумалось вдруг, что некоторое время мы летели в мёртвой зоне, где нас не смогли бы достать пушки и бортовые пулемёты. Только что делать с такой возможностью, понятия не имею.

        - В сторону,  - как только створки шлюза начали открываться, попросил Пикард, превращаясь в густое облако колонии кришту.
        Полностью он предпочёл не превращаться, дав возможность пятерым содатам, выглядывающим изнутри станции убедиться, что навстречу им движется человеческая фигура. Видимо, они были пока не в курсе, каково оно, увидеть человека-кришту, так что сразу не догадались, что здесь что-то не так. Вот по освещённому переходному отсеку движется нормальная человеческая фигура. То, что по контуру она размыта, можно принять за неполадки со зрением. Иногда бывает. Наверное, они так и подумали. А в следующий момент он попросту взрывается.
        Третий раз за короткое время наблюдал, как человеческая фигура стремительно превращается в густое чёрное облако из триллионов живых нанитов. Густой дым сорвался с места и устремился к бойцам так быстро, что никто из них моргнуть не успел. Секунда, и тела валятся на пол, а дым исчезает в лабиринте коридоров боевой станции.
        Вслед за Пикардом на боевую станцию пробрался и я. Кэрри предпочла остаться на территории «Файерфлая». Первым делом убедился, что бойцы, посланные нам навстречу, живы. Пикард выключил их, надеюсь, ненадолго, но достаточно, чтобы нам не помешали.

        - Дальше пойдём?  - почему-то шёпотом спросила Кэрри.

        - Нет. Думаю, твой дядя и сам справится. Других кришту тут не должно быть.
        Дядя Кэрри вскоре появился в коридоре с бесчувственным телом подполковника Сергеева на плече. Шёл спокойно, словно точно знал - на станции больше никого не осталось. Насколько помню, тут людей должно быть не меньше двух десятков. Это минимальная дежурная смена. И все они распределены по станции. Сейчас, благодаря подполковнику, наверняка был объявлен боевой распорядок. В любом случае получается забавная штука - Пикард либо быстро перемещался, либо распылился сразу по всем коридорам и отсекам.
        Если человек-кришту способен на такое, оставалось радоваться, что он на нашей стороне. И не завидую тем людям, что сейчас движутся к Олимпику на «Ковчеге». Малыш-кришту наверняка бушует по полной программе. Хочется на это надеяться. С другой стороны, бушует он или нет, крейсер всё расставит на свои места. Я же не рассчитывал на помощь такой убойной силы, как «Яуза». Всё планировалось сделать своими силами.
        Через несколько минут «Файерфлай» отстыковался от «Дрона», истребители были отозваны обратно к крейсеру, а к боевой станции отправлен челнок с командой десантников, чтобы принять временное дежурство, пока О'Нил не соберёт следующую смену. Разборки с генералом впоследствии, чую, предстоят серьёзные.
        Издали крейсер похож на большую и слегка модифицированную версию «Файерфлая». Дракон, которого хорошенько приплюснули. Квадрат, из него выглядывает «голова», по бокам «крылья»  - посадочные площадки. Вооружён капитально, только, чтобы обнаружить оружие, нужно хорошо присмотреться. Почти всё оно спрятано под массивными плитами обшивки. Когда чуть приблизишься к крейсеру, заметны крошечные выпуклости по обоим бортам - это истребители. Срываются с места, сразу оказываясь в открытом космосе. Вот посадка - другое дело, тут они уже пользуются посадочным доком.

«Файерфлай» приняли быстро и умело. Для начала сработала система, подобная той, что мы видели на «Одине». Как только шасси коснулись круглой площадки со светившимся красным кругом, сразу сработали захваточные механизмы, и массивный диск перевернулся на сто восемьдесят градусов. Мы оказались в огромном помещении, раза в два больше, чем на яхте. Чувства дежа-вю не последовало. Ангар полон людей. Почти все в спецовках, пара групп занимается ремонтом истребителей, ещё пара ремонтных расчётов начинают осмотр тех юрких боевых машин, что стремились к нам на поддержку. Хоть полёт и вышел коротким и холостым, но техника есть техника.
        Нас уже ждали. Командор Павлов собственной персоной, три офицера и группа десантников в полной боевой выкладке с оружием в руках. Они, не успели мы ещё толком покинуть «Файерфлай», подхватили Сергеева и унесли. Наверное, в изолятор. Заниматься предателем пока не досуг, да и отдыхать в бессознательном состоянии ему предстояло ещё, как минимум, два-три часа.

        - Капитан,  - кивнул командор, не замечая моих спутников,  - прошу следовать за мной. Ситуация обостряется. Пока вы совершали захват боевой станции, мы получили сигнал SOS примерно с того вектора, откуда должен появиться «Ковчег». Других кораблей там не должно быть.

        - Значит, моя задумка удалась,  - кивнул я. Внутренне порадовался.
        Мы пошли в окружении свиты командора. Когда вышли из ремонтного дока в коридоры, Павлов поинтересовался:

        - Выведь были на «Ковчеге», капитан?
        Я кивнул:

        - Был. Там, скорее всего, колония кришту вырвалась на свободу. Поэтому вы и поймали сигнал бедствия.

        - И вы думаете, что вам удастся успокоить эту странную, загадочную штуку?  - командор заинтересованно обернулся.

        - Мне удалось наладить с ней контакт, коммандор,  - я пожал плечами.

        - Считаете, она разумна?  - снова стремительно идем вперёд.

        - Хорошо бы это изучить получше.

        - И надеетесь оставить её в целости?

        - Надеюсь. Когда вы изучите материалы из корабельных систем «Ковчега», поймёте, что я прав.
        Нас привели в «гостевой» отсек. Здесь такой предусмотрен, правда, используется редко. Находится парой палуб ниже мостика и подальше от важных систем, как боевых, так и сопутствующих. Разместили, словно дорогих гостей. Для Кэрри даже выделили отдельную.
        До «Ковчега» лететь несколько часов. Два, три, может, пять. Неважно. Можно немножко расслабиться. Шмалик так и сделал. Он тут же развалился на ближайшей койке, прикрыл глаза.

        - Пикард, как думаешь, почему ты с нами летишь?  - задал вопрос сразу, как только в каюте не осталось посторонних.

        - Думаю, могу вам пригодиться,  - ответил дядя Кэрри.  - Малыша-кришту нужно ведь успокаивать.

        - Точно! И в этом ты сыграешь главную роль.

        - Это из-за того, что он кришту?  - удивился Шмалик.  - Так ведь капитан Джонсон тоже кришту. Тем не менее, у него ничего не получилось, если уж запустили сигнал SOS.

        - А у Пикарда получится,  - усмехнулся я.  - Я тебе рассказывал, что у меня получилось с этим самым малышом, да? А ведь во мне всего… Сколько? Пара сотен нанитов? Причём неактивных. Так что же случилось в колонии?  - я заинтересованно уставился на нашего необычного союзника.
        На минуту Пикард задумался. В этот момент он из грозного вида мужчины, способного в любой момент превратиться в нечто неопределённое, стал усталым пожилым человеком. Присел даже. Его взгляд устремился куда-то вдаль, за стену, за пределы корабля. Не удивлюсь, если в прошлое.

        - Глупо получилось. Это произошло до того, как я поссорился с Кромвелем и решил в одиночку исследовать систему,  - Пикард невесело усмехнулся.  - Незадолго до этого я начал встречаться с Марией, сестрой Кромвеля. Нам было неважно, в каком мы состоянии. Впрочем, история с Марией вам будет неинтересна. Однажды мы с ней сговорились встретиться у подножия Коргульских гор. Была идея забраться на вершину одного пика, там есть замечательная площадка, и устроить пикник. Впрочем, людям-кришту еда, как таковая, не нужна. С вершины того пика хорошо видно скопление звёзд. Огромное красное пятно. Я прогуливался по карнизу, где мы должны были встретиться. В это время колония-кришту, матка, паслась у подножия. Так получилось, как раз подо мной. Ну и…
        Пикард замолчал, бросив взгляд на дверь. Там, затаившись, стояла Кэрри и не решалась войти. Видимо, хотела составить нам компанию, а тут такое.

        - Колония кришту,  - продолжал Пикард,  - это зрелище не хуже звёздного скопления. Впрочем, вы, капитан, имели возможность лицезреть что-то подобное. Уверяю, когда малыш окажется в более свободном пространстве, от него глаз не оторвёшь. Поначалу, потом привыкаешь.
        Я промолчал. Пикард прав, их малыш производил впечатление. Только не скажу, чтобы приятное.

        - Я засмотрелся на неё, при этом не переставал вышагивать по карнизу, когда появилась Мария и окликнула меня. Я, к этому времени настолько в себя ушёл, что её окрик заставил меня вздрогнуть. И тут же споткнулся о камень. Да немного неудачно…
        - дядя Кэрри поморщился, словно от зубной боли.  - В общем, полетел вниз. Для нас-то это не страшно, как понимаете. Упал в клубящийся внизу густой чёрный туман и, от неожиданности, сам перешёл в такое же состояние. Я растворился в кришту. В какой-то момент подумал, что так там и останусь. Никогда ещё никто, превратившись в кришту, не проникал в эту колонию. А мне вот… повезло. Потом сообразил собраться в человеческую форму. Это оказалось легко, и выбрался на свободу. Мы тогда с Марией посчитали это всего лишь забавным случаем. Посмеялись и полетели на вершину горы. Даже не думали, что из всего этого получится. А через несколько лет наша колония дала малыша.
        Глава 31 Клубящийся тоннель

        История шокировала моих спутников. Я же догадывался, что к чему, сейчас только получил подтверждение, всего лишь. Тем не менее, забавно вышло. И неожиданно.
        Я посмотрел на Кэрри. Интересна была реакция на историю. Столько искала дядю, наконец, нашла, услышала его историю. Может, он рассказывал ей что-то до этого, но про случай с кришту наверняка умолчал. Оказалось, что Кэрри не особенно интересовал рассказ Пикарда. Она быстро отвела взгляд, сделала заинтересованное лицо, словно и впрямь всё внимание на дядю. Всё это время она разглядывала меня. Интересно.
        Не просто так она с нами полетела. И не ради Пикарда, которого искала всю сознательную жизнь. В оставшееся время, что отдали нам на откуп, пока «Яуза» шла навстречу «Ковчегу» я в этом полностью убедился. Мы больше узнали друг о друге. В какой-то момент поняли, что нам никто не мешает. Одним словом, время пролетело быстро и даже как-то обидно стало, когда прозвучал вызов с мостика.

        - Капитану Хаппельмайеру с командой прибыть на взлётно-посадочную палубу!
        Вызвать нас могли по одной причине: «Ковчег» появился в зоне прямой видимости и нам предстояло отправиться на него усмирять колонию кришту.
        Экипировку нам уже принесли, чуть раньше вызова. Пикард отказался, ему это было ни к чему, Кэрри согласилась подождать на крейсере. Так что ещё Огюста упаковали в броню, разве что оружия не выдали. Его задача нас отвезти и ждать на «Файерфлае».
        На взлётно-посадочной палубе нас уже ждал командор Павлов. На миг ощутил очередное дежа-вю. Вот, примерно так же мы отправлялись на «Один». Что из этого вышло, надолго впишется в историю Олимпика. Теперь нас ждал «Ковчег».
        Бойцов собралось намного больше. Почти весь личный состав десантников, полностью экипированных и вооружённых.

        - Они все не поместятся,  - тихо заметил Огюст, как только мы вошли на палубу.  - Мой корабль не приспособлен везти столько людей сразу.

        - У капитана Винсент получилось, разве нет?  - подмигнул я.

        - Корабль был модернизированный.

        - Так нам и лететь всего ничего,  - хмыкнул Шмалик.

        - Разве что так,  - Огюст не стал больше возражать, да и мы подошли к группе во главе с командором.
        Он ждал нас у входа в «Файерфлай», в паре шагов расположилось отделение десантников и трое пилотов - наше сопровождение. Я же говорю, ещё то дежа-вю.

        - Капитан,  - приветствовал Павлов и кивнул в сторону парней у трапа,  - принимайте командование. Группа лейтенанта Жака Андерссона будет страховать вас. Ваша задача
        - проводить пилотов до мостика и, заодно, сделать то, что вы собирались. С этим самым… кришту, кажется?

        - Э-э, рад. Спасибо. А почему только одно отделение?  - я удивился. Ожидал увидеть больше, а тут всего пятнадцать человек.  - На «Ковчеге» полно вооружённых людей.

        - Капитан Джонсон сдаётся и передаёт корабль в наши руки. Через несколько минут начнут прибывать люди с «Ковчега». Как только прибудут челноки, на борт отправитесь вы.

        - Хм, насколько там всё плохо?

        - Я бы распылил этот корабль в пыль, капитан,  - честно ответил Павлов.  - Я изучил материалы и считаю этих существ опасными,  - взгляд командора метнулся к Пикарду и снова уставился на меня.
        То, что Пикард кришту, командор уже знал. Мы этого и не скрывали. Но он - наше самое действенное оружие в смирении малыша. Я всего лишь на подстраховке. Вообще, по хорошему, если люди с «Ковчега» удерут, мы с Пикардом там и вдвоём справимся. Ну, если быть честным, то и без меня должно пройти без сучка и задоринки. А вот если нет, то тут ни отделение, ни рота не помогут.
        В общем, думал не долго. В компании веселее, в любом случае.
        Минут через десять с Павловым с мостика связался помощник командора.

        - Экипаж и пассажиры с «Ковчега» готовы к перелёту.

        - Очень хорошо, пусть стартуют.
        Шмалик хлопнул меня по плечу и кивком показал, куда нужно смотреть. В ремонтном ангаре обнаружился большой голографический экран. Видимо, тут народ тоже любит наблюдать за космическим пространством.

«Яуза» и «Ковчег» сблизились друг с другом, остановились. Корабль колонистов по размерам превосходил крейсер раза в два. Бортовые камеры не смогли охватить его весь, хоть и большую часть. «Ковчег» сиял огнями. На миг подумалось, что внутри него всё в порядке. Минуты не прошло, как через открытые створки ангара выплыли два «Файерфлая». Больше кораблей, насколько помню, там не было. Придав необходимый курс, пилоты перешли в дрейф. Пятнадцать минут, и вот оба небольших кораблика вплывают на взлётно-посадочную палубу «Яузы». Заработали на минимуме двигатели и корабли сели на отдведённых им почадочных «блинах», которые тут же развернулись на сто восемьдесят градусов, и беглецы-колонисты оказались в доке «Яузы». Их тут же окружили бойцы, взяв под прицел раскрывающиеся люки.
        Из ближайшего нам «Файерфлая» первым вышел капитан Джонсон собственной персоной. Я напрягся, ведь он кришту и может учудить что угодно. Если превратится в туман или дымовой столб, нас ждёт хорошая мясорубка. Я посмотрел на Пикарда - он напряжённо наблюдал за Джонсоном. Подобрался, готовый в любой момент ринуться в бой. Запоздало подумал, что надо было взять с собой то ружьё, что придумано специально против этих колоний.
        Вслед за капитаном из кораблей цепочкой стали выходить люди в одинаковой форме. Они заводили руки на затылок, становились в шеренгу.
        Джонсон быстро определил, кто тут главный. Не спеша подошёл к нам, после кивка командора.

        - Командор,  - Джонсон остановился шагах в пяти от нас.  - Вместе со мной прибыл весь личный состав «Ковчега». Я надеюсь на то, что ваши люди будут обходиться с ними должным образом.

        - Несомненно,  - кивнул Павлов.

        - Командор,  - не удержался я.  - Он - кришту. Может в любой момент превратиться в туман.

        - Капитан Хаппельмайер,  - взгляд Джонсона остановился на моей персоне,  - я могу сделать то, что вы сказали. Но принесёт ли это нам пользу? Кромвель, как я понимаю, провалил задание, так что сейчас я могу только передать себя, свои навыки и способности в руки Комитета. Готов быть консультантом в вопросах обихода колонии кришту. «Саранча» на подходе к обитаемым людьми пространствам, вы это видели сами, капитан Хаппельмайер. Так что теперь вам карты в руки.

        - Вот так бы сразу,  - недовольно буркнул я.  - А то, понимаешь, развели шпионские игры.

        - Я изначально был против плана Кромвеля, капитан. Он хотел, чтобы человечество ни о чём не знало.

        - Как вас можно изолировать, Пикард?  - я обернулся к союзнику-кришту.  - Ну, чтобы до поры до времени проблем с его стороны не было?

        - Я гарантирую, что не причиню никому на этом корабле вреда,  - голос Джонсона оставался спокойным, показалось на миг, даже каким-то фаталлистистиеским. Вроде как ему всё равно, как поверётся его дальнейшая судьба.

        - А ваши люди?  - поинтересовался командор.

        - Кроме меня на борту «Колонии» людей-кришту не было.
        Пикард подтвердил. Как говорится, рыбак рыбака.

        - Очень хорошо,  - кивнул командор.  - В таком случае, капитан Хаппельмайер, дело за вами.
        Моя команда загрузилась на «Файерфлай» и вскоре мы вылетели с «Яузы». Через пару минут влетели на взлётно-посадочную палубу «Ковчега».
        Освещение работало на полную мощность. Вокруг тихо и безлюдно. Ещё один «Летучий голландец», только на этот раз и мы к этому руку приложили. И существо, из-за которого все беды, тоже тут, и мы об этом знаем.
        Первыми борт «Файерфлая» покинула команда лейтенанта Андерссона. Бойцы рассредоточились вокруг трапа. Последним вышел Пикард. Он сразу напрягся, видимо, что-то почувствовал.

        - Толик, прикрываешь тыл,  - стал раздавать команды лейтенант.  - Сержант Шмалик, вы тоже. Пилоты в центре. Остальные в авангарде. Капитан, надеюсь, вы помните путь до мостика?
        Вспомнить не трудно. Впрочем, стоило нам добраться до первого работающего терминала, как за работу принялись пилоты, разбирающиеся в корабельных схемах.
«Ковчег» ничем в этом плане не отличался. Вывели на терминал карту корабля, нашли мостик, и через минуту уже шагали к нему, осматривая ответвления от основного маршрута.
        Мы прошли по нескольким коридорам, поднялись на пару палуб выше. До мостика оставалось ещё далеко, когда начались проблемы. Идущие впереди разведчики одновременно остановились, словно в невидимую стену ткнулись. Один из них предупредительно поднял руку, мол, прекращаем движение.

        - Что?  - коротко спросил лейтенант.
        Я не упустил возможности подойти ближе.

        - Увидел мелькнувшую тень, лейтенант,  - ответил боец.  - Буквально на миг.

        - Не могло показаться?  - тут уже я заинтересовался.

        - Нет. Кто-то тут есть,  - уверенно сказал десантник.
        Я подозвал Пикарда.

        - Ты продолжаешь чувствовать колонию?

        - Да,  - кивнул тот.  - Малыш волнуется всё сильнее, но он на верхних палубах.

        - Значит, Джонсон нам соврал,  - сделал я вывод.  - Он увёз не всех.

        - Могу проверить, если хотите,  - предложил Пикард.

        - Оставайтесь на месте,  - приказал лейтенант.  - Продолжаем движение, сержант.

        - Есть.
        Если это не глюк, тогда на корабле, кроме нас, находится кто-то ещё. Вот только непонятно - зачем? Между тем, никакого беспокойства я не ощущал. Впрочем, его могло перебивать волнение от предстоящей встречи с малышом-кришту. Тем не менее, автоматы взведены в боевую готовность, приклады прижаты к плечу, а ствол, словно продолжение взгляда, осматривает закоулки, углы и прочие места, где может затаиться враг. Шмалик, вместе с двумя десантниками в арьергарде контролирует тыл. И, кстати, в случае чего, им первым вступать в бой. Не думаю, что те, кто остался, решатся нападать на хорошо вооружённый отряд в лоб. Я бы атаковал именно с тыла, если бы мне это было нужно.
        Подозрительное место прошли без проблем. Только на пару секунд остановились, разведчики что-то высматривали. Потом, перекинувшись друг с другом знаками, продолжили движение.
        Ничего не произошло и, казалось, можно было это списать на случайность или излишнюю подозрительность, если бы ребята, шедшие впереди, снова не остановились. В следующий миг один из разведчиков молча метнулся в сторону.

        - К бою!  - отдал команду лейтенант, и мы с ним помчались вслед за разведчиком.
        С первого взгляда можно было подумать, что тот спятил, не хуже, чем Гравз тогда, на «Одине». Объяснение, однако же, было дано буквально через минуту.

        - Сержант, ты что вытворяешь?  - накинулся на парня Андерссон.
        Мы стояли у технической вертикальной трубы, ведущей и вверх, и вниз, с вмурованными в стену перекладинами, чтобы удобнее было подниматься или спускаться. Точно такая же, какой при побеге воспользовались мы с Шмаликом. Может, та же самая.

        - Времени на размышление не было,  - ответил сержант.  - Увидел человека, попытался перехватить, но он скользнул вниз и исчез.

        - Джонсон, Джонсон,  - я покачал головой,  - наврал ты нам. Лейтенант, нужна связь с командором.
        Ага, да только не до того уже было. Сверху, по каналу к нам спускался чёрный туман.

        - Пикард!  - уж я-то понял, что это за гадось.  - Назад, лейтенант, к отряду!

        - Но…

        - Это кришту!

        - Вот, ёлки…
        Первая удача - туман на нас не напал. Вместо этого небольшой его кусочек, превратившись в некое подобие хоботка, скользнул в мою сторону, будто узнавая. Ткнулся в грудь, отпрянул, завилял не хуже собачьего хвоста, стал набухать. Всё больше и больше нанитов спускалось с верхних палуб. Вдруг замер неподвижно, когда из-за угла появился Пикард.
        К этому времени лейтенант с сержантом убрались в основной коридор.

        - Пикард,  - не отворачиваясь от успевшего набухнуть в толщину руки «хоботка»,  - узнаёшь?

        - Главное, чтоб он меня узнал,  - мрачно ответил дядя Кэрри.
        Он подошёл ближе, бесцеремонно отодвинул меня за спину. Силищи у Пикарда немереяно, это я ощутил ещё тогда, в башне КТК.
        Вдруг «хоботок» рванул с места, влепляясь в Пикарда, который к этому моменту расплылся, превращаясь в нечто бесформенное, смутный силуэт, в котором еле-еле угадывалась человеческая фигура.

        - Предоставьте его мне,  - сказал Пикард прежде, чем сам превратился в туман.  - Идите к мостику, делайте своё дело. Он вас не побеспокоит.
        Когда вернулся к десантникам, те стояли неподвижно, наблюдая, как из-за угла, где расположился трап на следующий уровень, медленно и величаво выплывает туман. Малыш-кришту, конечно же. Чёрные клубы, что можно спутать с клубами дыма от пожара.

        - Вот попали…  - проговорил Шмалик, подошедший к нам с лейтенантом.

        - Что делать предполагаете, капитан?  - спросил лейтенант.
        Оружие обращено в сторону стены тумана. Лбы покрылись потом. Это у ребят, которые не сомневаясь и в огонь, и в воду, и на штурм любого корабля. Что уж говорить о пилотах. Те и так весь путь не произнесли ни слова, даже между собой, а сейчас сбились в кучку, спиной друг к другу, готовые при малейшем движении пальца командиров бежать без оглядки. Такого ужаса никто и никогда до сих пор не видел и, хоть я коротко успел рассказать, что нас может ждать, увидеть своими глазами - совсем другое дело.

        - Тикать надо,  - сказал кто-то за спиной.  - Может, ещё успеем добраться до
«Файерфлая». А там с крейсера всю эту гадость разнесём в пыль.

        - Отставить!
        Туман, не спеша, приближался. Миллиарды мелких нанитов перекрыли дорогу, клубились, переливаясь разными оттенками черноты, заслонили свет ламп. Даже больше, лампы, при соприкосновении с туманом искрили и гасли.
        Перехватило дыхание. Быстро оглянулся, никто из десантников и пилотов не сбежал, к счастью. Пока. Это удивительно. У самого меня внутри затряслось всё. С удовольствием бы развернулся и рванул к «Файерфлаю».
        Стена тумана остановилась буквально в двух шагах от нас. Малыш меня узнал. Из клуба чёрного, непроницаемого тумана выделился толстый отросток, метнулся ко мне, превращаясь в ладонь. Я сглотнул. Внутри всё сжалось. С трудом, с превеликим трудом поднял руку, прислонил её к ладони кришту. Теперь между ними не было стекла. И мы привычно заиграли пальцами. Он помнил, что мы изучали, он передал мне эмоции, мол, рад видеть.

        - Он вас узнал, капитан,  - неожиданно прозвучал над ухом голос Пикарда.
        Мы все, как есть, вздрогнули. Что не заставило нас начать стрелять, до сих пор не понимаю. Отряд был на взводе. Казалось, ещё чуть и опустошим магазины. Обошлось. И без нервных срывов тоже.

        - Нам… гхм… нам нужно добраться до мостика.

        - Да, я помню,  - кивнул Пикард.
        И тут же туман распался, образовав тёмный коридор, словно тоннель, без освещения.
        Делать нечего, пришлось идти по тёмному тоннелю. Малыш-кришту образовал ход точно до яруса, где находился мостик. Сам туда не проник, то ли ещё, то ли просто не захотел, расплывшись по двум жилым ярусам.

        - Это ж надо!  - проговорил Шмалик, когда мы выбрались на нужный ярус, покинули тоннель с клубящимися даже в темноте стенами и потолком, и снова оказались в мире света и работающей аппаратуры.

        - Хороший мальчик,  - проговорил десантник, который замыкал нашу группу.
        Как только он выбрался на ярус полностью, тоннель закрылся, перекрывая ход.

        - Кхм, да,  - лейтенант сорвал шлем и вытер пот.  - Много приходилось видеть, но такого…
        Пока мы обменивались впечатлениями и отчитывались перед коммандером за те несколько минут, что шли в тонеле без связи, пилоты скрылись на мостике и приступили к работе. Они быстро разобрались во всём и приступили к работе. Первым делом на экран вывели окружающее «Ковчег» пространство, и сразу же стали свидетелями небольшой трагедии.
        Судя по всему, всё наше приключение с малышом-кришту продлилось недолго. За это время неизвестные успели добраться до взлётно-посадочной палубы, захватили наш
«Файерфлай» и покинули борт. Они сразу шмыгнули на другую сторону «Ковчега», прячась от «Яузы» и пытались улетали прочь в том направлении, где предположительно находилась колония кришту.
        Судя по всему, с борта крейсера с ними пытались связаться, но ничего из этого не вышло. Так что коммандер отдал приказ уничтожить «Файерфлай». Крейсер подкорректировал курс, вышел в зону прямой видимости и пальнул ракетой. Короткая, огненная вспышка и от «Файерфлая» в разные стороны разлетелись мелкие обломки.

        - Жаль Огюста,  - пробормотал Шмалик.  - Неплохой был парень.
        Глава 32 Последнее свидание

        Если хотите испортить экологию планеты, посадите на неё большой корабль. Конечно, всю сразу не испортишь, да и не надолго это, но на пару сотен лет превратить в пустыню отдельный регион вполне реально. Так что операция по сбросу на полигон малыша-кришту заняла у нас много времени.
        Я лично в этом участия не принимал. Как только «Ковчег» лёг на орбиту Олимпика и Пикард «уговорил» колонию с далёкой планеты спрятаться обратно в ангар, корабль заполонили специалисты «Ковчега», которые знали, как и что делать. Они готовились к этому, только теперь делали всё под присмотром Комитета.
        Оставив Пикарда на «Ковчеге», вся остальная моя команда возвратилась сначала на крейсер, а там на челноке спустились на Олимпик, где сразу попали к Гриссому в руки и узнали последние новости.
        Башня КТК сдалась почти без боя. Из главной конторы на Каприке сообщили, что начали шерстить торговцев, а те, в свою очередь, возмутились подобным поведением. Отнекиваться не стали, мол, не были в курсе, что не знали про дела на Олимпике. Вместо этого встали в позу по поводу несправедливого, с их точки зрения, наезда. Некоторых директоров на Каприке схватить не получилось, те успели покинуть планету в неопределённом направлении. Одним словом, чуть что - небольшая война между правительством Федерации Объединённых планет и торговцами вполне может произойти.
        От «Ковчега» тем временем отстегнули секцию, в которой расположился ангар с малышом-кришту, и, с помощью, опять же, «Файерфлаев», спустили в атмосферу.
        На огромных канатах, стараясь не раскачиваться, вся эта конструкция подлетела к полигону, пристроила груз на специальный подъёмник, который опустился глубоко под землю. Там обнаружилось огромное помещение, где малыш-кришту мог свободно перейти в естественное состояние. Для прогулок, которые тоже необходимы, было приготовлено обширное поле рядом с полигоном. То есть торговцы к этому времени планировали установить на Олимпике свои порядки.
        Впрочем, в провале операции виновато было не только олимпийское отделение КГБ. Куча различных факторов сыграло роль, таких, на которые Кромвель не рассчитывал. Каждое по отдельности не заслуживало внимания, да только навалились они все скопом.
        С Каприки сообщили, что отправляют к нам целую комиссию, чтобы разбираться и с малышом-кришту, и с «саранчой», что ещё где-то там, далеко. Нашу же команду освободили от дела, и мы остались, вроде как ни при чём. Единственное, что удалось на первых порах, пока не прибыло наше большое командование, разок спуститься под землю и издали посмотреть на малыша-кришту.
        Зрелище впечатляющее, когда в «весь рост». Густой, непроницаемый туман, на фоне которого «распыленный» человек-кришту кажется небольшим, примерно, как частный особняк рядом с зданием, где разместился главный офис олимпийского отдела КГБ.
        Что ж, теперь его приучать придётся нам, вернее, нашей службе и брать на себя все те обязательства, что пытались втихую делать люди-кришту.
        На громадное облако тумана мы с Гриссомом смотрели недолго. Пора возвращаться в офис и приниматься за другие дела, что были брошены при появлении «Летучего голландца».
        Узкий коридор с несколькими дверками в залы и кабинеты, похож на коридоры КТК. Дизайнеры и строители особо не мудрствовали. Заканчивался коридор лифтом, около которого дежурил спецназовец.

        - Кстати, Крис,  - сказал полковник, когда створки лифта закрылись и небольшая кабина понеслась вверх.  - Есть желание побеседовать с бывшей подружкой?

        - Э-э… не понял?

        - Марго. Она пока ещё здесь, на полигоне.

        - Даже не могу ничего сказать, Грис,  - я расстерялся.  - Отношения мы с ней успели выяснить.

        - Хм… Учти, другого шанса у тебя не будет. Когда мы выйдем за территорию полигона, возврата ни у тебя, ни у меня, сюда уже не будет.

        - Как, совсем? Но мы же, считай, всё и раскрутили!

        - Есть только одна возможность,  - усмехнулся Гриссом.  - Если решишься сам стать кришту.
        Он знал, что я на это никогда не пойду, разве только силком и против воли.

        - Решил посмеяться, да? Лучше скажи, что с ней будет?

        - Она преступница,  - полковник пожал плечами.

        - И тебе её не жаль?

        - Жаль. Но что я могу сделать?

        - Тоже верно.
        Я опустил голову. Вот ведь как всё обернулось.

        - А у тебя, смотрю, новая подружка появилась?  - вдруг ткнул меня в бок Гриссом.

        - Э-э…  - что-то туплю в последнее время.  - Ты про Кэрри, что ли?

        - Про кого ж ещё? Знаешь, как она волновалась, когда мы узнали о твоём захвате. Такую истерику закатила.

        - Ты меня пугаешь.

        - Только не говори, что она не в твоём вкусе. Я заметил не только как она на тебя смотрит, но и то, как поглядываешь на неё ты.

        - Грис, давай об этом не будем, а? Говоришь, есть возможность поговорить с Марго? А что, если я соглашусь?
        Полковник тут же потянулся к кнопкам лифта и нажал на среднюю. Меньше, чем через минуту лифт остановился, створки раскрылись, предлагая нам выйти в коридор, почти ничем не отличающийся от того, откуда мы только что уехали. У лифта, как положено, дежурил десантник, близнец, как показалось, того, которого внизу оставили. Гриссом приложил ладонь к сканеру, десантник сверил результат, высветившийся на невидимом нам экране с оригиналом и кивнул, мол, проходите. Меньше, чем через минуту мы вошли в кабинет, где нас встретил сержант-тюремщик. Тоже с «Яузы». Почти весь персонал полигона состоял из экипажа крейсера.
        По видимому, моё свидание с Марго было заранее обговорено, так что я быстро оказался в небольшой, освещённой одной лампочкой, комнате. Через минуту там же появилась и бывший дважды капитан Винсент. В синей тюремной робе, где только достали, лицо осунувшееся, заостренные скулы. Кудряшки на голове, кажется, немного выпрямились и смотрелись не так привлекательно, как раньше. Не удивительно, тюрьма, какая бы она ни была, меняет человека. Больше психологически, что и произошло с Марго.
        Она вошла одна и остановилась в шаге от тут же закрывшейся двери.

        - Так и думала, что это ты решился меня повидать,  - хмыкнула она.

        - Не хочешь присесть?

        - Нам дали десять минут, капитан Хаппельмаейр.

        - Почему так официально?

        - Потому что я не пойму, чего ты от меня хочешь?  - в голосе Винсент прорезалось раздражение.
        Я встал, подошёл к двери. Она оказалась не заперта, так что смог увидеть конвоира и попросить его освободить Марго от наручников. Хватит того, что она в робе, так хоть, может, частично раскрепостится. Охранник выполнил просьбу.

        - Тебе сообщают новости, Марго?  - понинтересовался я, когда сел за небольшой, лёгкий столик.
        Марго осталась стоять у двери.

        - Капитан Джонсон сдался,  - продолжил я после минутной паузы.  - Кришту на месте. Ваш план начинает работать, но только под нашим контролем.

        - Спасибо за новости,  - буркнула Марго.  - Ты пришёл сообщить мне только это?
        Марго, наконец, уселась, сложила руки на груди и устремила взгляд куда-то в сторону.

        - Не за что,  - взял небольшую паузу. Честно сказать, не знал, о чём говорить. Марго сама дистанировалась от меня, как будто никогда между нами ничего не было.  - Не только для этого. Мы же когда-то дружили, Марго. Были не только напарниками. Теперь я тебя вряд ли когда увижу.

        - Я в курсе,  - кивнула она.  - Меня увезут на Каприку. Будет трибунал. Потом перевезут в Бастилию.

        - Ты ведь не к этому готовилась, правда? Стать кришту, быть в первых рядах и уничтожать электронику роботов, которых вы окрестили «саранчой», так ведь? Превратиться в бойца, возможно, погибнуть и быть тем самым неизвестным героем, о чьём подвиге никто не будет подозревать.

        - Меня так воспитали,  - окрысилась Марго.  - И не тебе меня попрекать.

        - Я и не попрекаю. Мне до сих пор интересно, зачем втихую-то это делали? И что вышло? Зачем грызться друг с другом вместо того, чтобы делать одно общее дело? Вот, чего вы добились, Марго.

        - Возможно, но меня это уже не касается. План был хорош, но он не сработал. И давай закончим на этом. Ещё что-нибудь хочешь сказать? Если нет, я пошла.
        Сказать мне было нечего. Минуту спустя Марго сама позвала конвоира. Тот снова заковал арестантку в наручники и увёл. Выходя из кабинета, Марго даже не обернулась. И у меня внутри ничего не дрогнуло. Разве что подумал о фотографии над камином. Я её сохраню.

        - Вот и поговорили,  - в кабинет вошёл Гриссом.  - А ведь был момент, давно, ещё до перевода Марго на космодок, когда я был готов разделить вашу парочку и дать вам других напарников. Думал, у вас что-нибудь получится в личной жизни.

        - Полковник,  - я пропустил его речь мимо ушей,  - твоё слово ведь имеет какой-то вес?

        - Э-э, ты хочешь сказать, прислушиваются ли ко мне там, наверху?

        - Ну да.
        Гриссом опёрся о столешницу обеими руками.

        - Я понимаю,  - продолжил я,  - что правосудие должно восторжествовать. Но… может, удастся убедить наших генералов оставить Марго здесь. Дать ей возможность сделать то, к чему она стремилась?

        - И к чему же она стремилась?

        - Стать кришту и воевать против «саранчи». Вот на ней и будем проведить эксперименты. А потом… отправим туда. Как она этого хочет.

        - Забавное предложение,  - полковник почесал затылок.  - Я тебя понимаю, Крис. Она и для меня не чужой человек, в общем-то.

        - Тогда…

        - Ничего не хочу обещать, Крис,  - Гриссом решительно поднялся.  - Вот что, пойдём отсюда. Я получил сообщение с поверхности. Некая дама уже полчаса как кое-кого ждёт у КПП. Глядишь, подвезёт нас до города, а?

        - Кэ-эрри,  - я довольно закатил глаза.  - Это в её духе.
        Эпилог

        Кэрри МакГвайер посмотрела в зеркало заднего вида, оценивая, насколько она хороша. Сегодня Крис пригласил её на вечеринку у шерифа Сандерса. Назвал это семейными посиделками. Тем не менее, журналистка оделась так, словно собиралась в дорогой ресторан, театр или приём к губернатору. Завитая причёска, ярко-алые губы. Платье надевать не стала, выяснив предварительно, какого рода одежда нравится Крису. Делового покроя костюм розового цвета - налёт несерьёзности.
        Бросила взгляд на часы. Давно пора Крису появиться. Обещал спуститься почти мгновенно. Только подумала начать беспокоиться, как дверь с пассажирской стороны хлопнула и на сидение уселся бравый капитан, бросив под стекло коммуникатор.

        - Всё, я готов,  - широко улыбнулся он.

        - Что так долго? Сандерс нас, наверное, уже заждался, и твой хвалёный пирог остыл,
        - Кэрри завела мотор.

        - Вряд ли успел, так что мы оценим кулинарное искусство Линси по полной программе. Он тебе понравится. Яблочные пироги у неё всегда получались здорово.
        Путь к дому Сандерса пролегал через Бристоль. Это если быстро. Кэрри решила ехать по этому пути и Крис ничуть не возражал. Впрочем, ему было не до возражений. Краем глаза женщина заметила, что он почти всю дорогу не отводит от неё глаз. Это было приятно, чёрт возьми.

        - Кэрри, остановись!  - вдруг потребовал Крис.

        - Что?

        - Остановись! Это не займёт и пяти минут, обещаю.
        Ничего не подозревая, Кэрри припарковала автомобиль, закрыв выезд сразу двум машинам, скучающим у тротуара.
        Крис Хаппельмайер выскочил из кабины и пошёл прямиком в сторону чернокожего парня. Тот стоял на углу дома и пока не замечал надвигающуюся угрозу. Стоял спиной и о чем-то беседовал с бомжатного вида мужчиной.
        Как будто почувствовав нехорошее, чернокожий парень обернулся и увидел Криса. Тут же оттолкнул в сторону собеседника и побежал. Вслед за ним рванул и Крис.
        Кэрри, выругалась, тронула автомобиль, распугав при этом переходящих дорогу прохожих.
        Свернув на перекрёстке, она успела заметить, как оба, и беглец, и преследователь, воспользовавшись пожарной лестницей, взлетели на крышу двухэтажного дома. Бристоль, он такой.

        - Дьявол! Что происходит?
        Следить за бегущими по крышам людям было неудобно. Кэрри, впрочем, и не пыталась. На следующем узком перекрёстке она увидела, как с крыши одного дома на другой прыгает сначала тот, кого преследовал Крис, потом и сам бравый капитан.

        - Во дают!
        Она проехала ещё пару перекрёстков, прежде, чем поняла, что потеряла бегущих по крышам. Пришлось остановиться, чтобы хоть как-то сориентироваться на местности. По обочинам проезжей части стояли недорогие автомобили. Своим Кэрри заблокировала проезд другим машинам, если вдруг появится какая с той, или другой стороны.
        От размышлений и тревоги журналистку отвлёк звонок коммуникатора Криса.

        - Да!  - Кэрри схватила коммуникатор.

        - Кэрри?  - с экрана устройства глядел полковник Гриссом.  - А где Крис? Мы вас заждались. Пирог стынет.

        - О, полковник, произошло невероятное. Мы ехали через Бристоль и вдруг он потребовал остановиться и сразу за кем-то погнался. Причём перепрыгивая улицы с крыши на крышу.

        - Что вы забыли в Бристоле?

        - Я виновата, выбрала этот путь.

        - Беглец как выглядит?  - лицо полковника приобрело тревожный вид.

        - Высокий, стройный, спортивный такой. Темнокожий…

        - Всё понятно. Крис в своём духе. Ждите, сейчас пришлём подкрепление. Где вы находитесь?

        - Где я, могу сказать, а вот где Крис, не знаю. Ой, нет, вот он,  - и, в качестве доказательства развернула коммуникатор видеокамерой на происходящее.
        На проезжую часть выбежал чернокожий беглец, и помчался прямиком к машине Кэрри. Сразу вслед за ним появился Крис. Куда-то делся пиджак и галстук. Лицо и рубашка в пыли, промокшие потом. Одним словом, в таком виде в гости уже не пойдёшь.
        Гайюс мчался прямиком к автомобилю журналистки, словно собирался протаранить его. В последний момент наркоторговец прыгнул, намереваясь перескочить машину сверху.
        В этот момент Кэрри сообразила, как помочь Крису. Ведь если не остановить беглеца, погоня может продолжаться сколько угодно. Быстро переключилась на задний ход и нажала на газ. Автомобиль дёрнулся, в результате чего беглец, не рассчитывавший на такое строптивое поведение «спортивного снаряда» упал под задний бампер. Тут-то его и догнал Крис. Он не стал повторять трюк чернокожего парня, обогнул машину стороной.

        - Ну не получится у тебя от меня сбежать, Гайюс!  - воскликнул бравый капитан.
        Выйти из машины Кэрри не могла даже ценой порчи своего и чужого имущества. Припаркованный к обочине потёртый автомобиль стоял слишком близко.

        - Кэрри, открой багажник!

        - Что ты задумал, Крис?

        - Не беспокойся, сдадим этого кадра ближайшему патрулю и сразу к Сандерсу.

        - А тебе обязательно было делать это именно сейчас? Как насчёт завтра, хотя бы? Посмотри, на кого ты стал похож!
        Через минуту чернокожий наркоторговец отдыхал в багажнике, скрючившись между десятков разных предметов, обитавших там с незапамятных времён. Довольный же Крис, уселся рядом с водителем.

«Придётся чистить сидение»,  - подумала Кэрри.  - «И багажник тоже». Правда, никакого недовольства в этих мыслях не было. Ни на грамм.


 
Книги из этой электронной библиотеки, лучше всего читать через программы-читалки: ICE Book Reader, Book Reader BookZ Reader. Для андроида Alreader, CoolReader Библиотека построена на некоммерческой основе (без рекламы), благодаря энтузиазму библиотекаря. В случае технических проблем обращаться к