Важное объявление: В связи с блокировкой в России зеркала ruslit.live, открыто новое зеркало RusLit.space. Добавте пожалуйста его в закладки.


Библиотека / Фантастика / Русские Авторы / ЛМНОПР / Лазарчук Андрей: " Голем Хочет Жить " - читать онлайн

Сохранить .
Голем хочет жить Андрей Лазарчук
        Петр Лелик
        Лазарчук Андрей , Лелик Петр Голем хочет жить


        Андрей ЛАЗАРЧУК
        Петр ЛЕЛИК
        ГОЛЕМ ХОЧЕТ ЖИТЬ
        В действительности все обстоит совсем не так, как на самом деле.
        (Станислав Ежи Лец)
        Бюрократия неизбежна.
        В условиях управляемого общества на центральные органы власти поступает объем информации, заведомо превосходящий тот, который человеческий мозг в состо янии переработать. Следовательно, необходим аппарат, осуществляющий аналитичес кие, селективные и накопительные функции, а также аппарат, способный доводить принятые решения до общества и контролировать их исполнение, а при необходимости - и настаивать на их исполнении,- то есть то, что мы, в зависимости от настро ения, именуем управленческим аппаратом или бюрократией. Очевидно, что существуют два принципиально различных пути формирования управленческого аппарата: путь естественный, когда аппарат формируется постепенно, по мере развития общества, соответствуя развитию социальных и производственных отношений; и путь искусст венного формирования аппарата для решения неких конкретных задач. Во всем мире общество имеет дело с бюрократией, возникшей естественным путем. Разумеется, никакая бюрократия не сахар, и по ее адресу сказано немало теплых слов. Но лишь в нашей стране обществу противостоит аппарат, созданный искусственно, аппарат- гомункулус.
        Назовем его Големом.
        1. РОЖДЕНИЕ ГОЛЕМА
        Точную дату его появления на свет установить невозможно. Процесс рождения Голема был продолжительным и постепенным и примерно совпадал по срокам и темпам с процессом реставрации автократии. Очевидно, что ни в недрах царской бюрокра тии, могучей и разветвленной, но существенно ограниченной внешними факторами в сферах хозяйственной, идеологической, информационной, ни в недрах молодой совет ской бюрократии начала двадцатых годов, когда еще только шло полустихийное, полу эмпирическое формирование структуры аппарата, когда многие звенья его дублирова лись, а функции пересекались,- Голем зародиться не мог. Ему нужна была предельная централизация, стабильность структуры и полное отсутствие всяческих ограничите лей. Такую "питательную среду" он получил в начале тридцатых годов.
        В понятиях сегодняшнего дня схема управления обществом, внедряемая тогда, выглядела так: Пользователь, он же Генератор Идей - высшее партийное и хозяйст венное руководство (желательно в одном лице); управленческий аппарат; информаци онное поле, оно же - среда реализации идей. В идеале такая схема обеспечивала Пользователю сбор информации с любого участка информационного поля и максимально эффективное доведение любых принятых решений до среды реализации, контроль за их исполнением, доведение до Пользователя информации о результатах, вновь подача команд на среду реализации - и так цикл за циклом. Это обеспечивало обществу всестороннее процветание.
        Поскольку саморегуляция в общественных отношениях была практически ликвиди рована, аппарату придавались функции регулятора: он должен был статистически обрабатывать все общественные явления, устанавливать корреляции между ними и пытаться их оптимизировать то есть выполнять интеллектуальную работу. Совершенно очевидно, что реальное выполнение этой работы было ему не по силам.
        Негибкость переупрощенной структуры управления обществом очевидна, и есть все основания полагать, что кризисные явления были и остаются ее неотъемлемым качеством. Поэтому особый интерес представляют сейчас факторы, благодаря которым эта "машина кризисов" сформировалась и продолжает функционировать уже более пятидесяти лет.
        Фундамент этого, на наш взгляд, в том, что Пользователь присвоил себе моно польное право на владение абсолютной истиной, то есть превратил доставшийся ему в наследство "пакет идей" в нечто метафизическое, неизменное. Первоначальное сов падение некоторых параметров этого пакета с реальными процессами привело как к определенной эйфории, так и к требованию признания всех без исключения идей, входящих в пакет, заведомо истинными, а фактов реальной жизни, противоречащих этим идеям несуществующими. Сомнения - не в идеях даже, а в правомочности мета физации - объявлялись вражескими нападками. Другим, не менее важным фактором, обеспечившим и формирование, и стабильность структуры, было состояние общества, в массе своей неспособного к восприятию информации сколько-нибудь высокого уровня сложности. Поэтому информация, подаваемая на среду реализации, адаптиро валась, упрощалась - часто до полного искажения. Если же подаваемая информация противоречила реальности и отторгалась средой реализации, то вступали в действие механизмы насильственного ее внедрения. Деформировалась подаваемая информация,
деформировалась среда реализации, но принцип управления оставался соблюден.
        Восстановление в тридцатых годах централизованной многоступенчатой иерархи ческой системы управленческого аппарата породило серьезное противоречие между необходимостью копировать схему старого аппарата и сравнительно низким качеством "информационных ячеек" - недостаточным образовательным и культурным уровнем "нового чиновничества". Это привело к формированию системы "управленческого кон вейера" - строжайшей специализации отдельных исполнителей на отдельных, крайне ограниченных операциях без какого-то либо понимания этого процесса. Естественно, что при этом степень централизации возросла, а гибкость аппарата снизилась, и на изменение внешних условий у него осталась одна реакция: экстенсивный рост. При этом пути прохождения информации удлиняются, а аберрированность ее нарастает.
        Установление же монопольного права аппарата на владение информацией привело к тому, что сколько-нибудь полноценный контроль за деятельностью аппарата вскоре стал невозможен не только со стороны общества, но и со стороны Пользователя.
        Таким образом, аппарат, создаваемый Пользователем для обслуживания своей автократии, приобрел все возможности для неограниченного саморазвития.
        Были ли у него стимулы для такого саморазвития? Были.
        При постоянном возрастании потока информации - примерно удвоение за десять лет - и при все более увеличивающемся расхождении между реальностью и тем мета физическим пакетом идей, который общество под руководством Пользователя призвано было осуществить, внутри самого аппарата лавинообразно нарастало количество той информации, которая противоречила установкам, заданным Пользователем, а потому подлежала преобразованию. Очевидно, что одно это было мощнейшим стимулом для саморазвития системы. Очевидно также, что с течением времени относительный объем аберрированной информации стал значительным, а затем и подавляющим.
        Итак, мы видим, что с ростом потока информации и увеличением числа операций, производимых над нею, растет необходимость в новых и новых информационных ячей ках; при этом время, потребное для производства одной элементарной операции, растет пропорционально количеству связей между ячейками. Аппарат заметно теряет оперативность, способность к анализу снижается, складывается впечатление, что он работает вхолостую.
        Совершенно ложное впечатление.
        Дело в том, что ни один чиновник любого ранга - от постового милиционера до министра, от нормировщика на фабрике игрушек до члена Политбюро,- и не подозре вает даже, что, приступая к своим обязанностям, включается в исполнение мысли тельного процесса гигантского нечеловеческого интеллекта, имя которому - Голем. Интеллекта, зародившегося в кабинетах и коридорах контор, комитетов и министер ств, интеллекта мрачного, аморального, всепроникающего и почти всемогущего - и настолько чуждого человеку, что даже самые отчетливые его проявления мы обычно склонны трактовать как глупость или злую волю руководства, искать для них некие трансцендентные или приземленные объяснения. Признать же их именно как прояв ления деятельности иного разума, преследующего свои сугубо эгоистические цели, трудно чисто психологически: приходится отрешаться от представления о любом разуме как о кальке с разума человеческого. И тем не менее придется попробовать - уж слишком тяжелым было для нашего народа полувековое господство Голема.
        2. ЕГО ДЕТСКИЕ ШАЛОСТИ
        Функции Голема, определившиеся сразу после его появления на свет, делятся на две неравноценные группы: на функции внешние, или номинативные, и функции внут ренние, биологические. К первым относится все то, ради чего Голем и был, собст венно, рожден и выпестован: управление государством, учет и планирование, финан совые операции, внешние сношения, правопорядок, борьба с внешними и внутренними врагами, выплавка чугуна и стали, производство ползунков и сосок, торговля, снабжение, выращивание хлопка и капусты, кораблевождение и вообще все остальное. Ко вторым: питание (себя), защита (себя), воспроизводство (себя). Несомненно, что значительная часть интеллекта Голема задействована на отправление биологи ческих функций - особенно в период роста. А растет Голем не тогда, когда это положено по возрасту, а тогда, когда не мешают.
        Особо питательную среду для роста нашего Голема дали идеи великого экспери ментатора и реконструктора, Отца народов.
        Известно, что вектор развития социума всегда направлен в сторону максимально возможного упрощения структуры при усложнении функций. Бюрократический аппарат, как мы видим, стремится к прямо противоположному. Поэтому насыщение информацион ного поля, появление в обществе новых сущностей угрожает стабильности, а в перс пективе самому существованию аппарата в том виде, в каком он был создан.
        Именно в этой ситуации, ситуации "ножниц", аппарату были переданы (или зах вачены им - что одинаково верно) функции, контроль над которыми всегда был преро гативой Пользователя, а именно карательные. Пользователь видел в аппарате идеаль ного исполнителя, а Голем в это время, играя на маленьких слабостях Пользователя властолюбии, патологической трусости, неодолимом упрямстве,- получал неограни ченные возможности для саморазвития. Имея уже монополию на информацию, следова тельно, и возможность бесконтрольно манипулировать ею, Голем начал игру с Пользо вателем, поставляя ему тенденциозно подобранную и обработанную информацию с целью вызвать у Пользователя появление новых идей, идущих на благо Голему. Так, напри мер, кадровый террор 1937-38 годов, не имеющий - с человеческой точки зрения - никаких объяснений, был Голему жизненно необходим, так как таким образом инфор мационные ячейки Голема освобождались от образованных, мыслящих людей, от людей, способных вести себя, вызывая тем самым сбои в мыслительном процессе Голема; освободившиеся ячейки заполнялись простыми исполнителями, к тому же запуганными
до полной потери личности. Так, Голем, сыграв на страхе и маниакальной подозри тельности Пользователя, поднялся на следующую, очень важную ступень своего разви тия.
        Что касается исполнения Големом своих номинативных функций, то очень показа тельным было его участие в осуществлении "большого скачка" 1930-33 годов. Трудно сказать, насколько Голем повлиял на принятие самого решения о форсировании первой пятилетки - слишком уж противоречивая и лакунированная информация о том периоде,- но дальнейшие его действия прослеживаются вполне отчетливо. Голем был тогда еще очень молод и неопытен, это было первое крупное дело, порученное ему, и старался он изо всех сил, пользуясь, разумеется, единственным доступным ему методом - методом проб и ошибок.
        Итак, Голем получил задачу: создать новую индустриальную инфраструктуру без привлечения иностранных капиталов, с минимальными финансовыми затратами, в крат чайшие, почти нереальные сроки. Неизвестно, подразумевал ли Пользователь, ставя задачу, какие-либо ограничения морального плана; мы подозреваем, что нет. Однако, если даже и подразумевал, то введены они не были - Пользователь не умел обращаться с кибернетическим устройством. Мы знаем, что Голем решил эту задачу - пусть, главным образом, по формальным показателям (склонности Голема к формали зации мы еще коснемся). Мы знаем, как именно это было сделано: создание сверхде шевой трудовой армии по образцу систем государственного рабства сатрапий Древнего Востока, резкое снижение жизненного уровня, полное и окончательное установление в экономике внеэкономических методов регулирования. Мы знаем, чего это стоило обществу: уничтожение крестьянства как свободного класса и возврат к феодально- крепостническим отношениям в деревне, голод 1933 года, унесший миллионы жизней, резчайшее понижение "порога криминальности" ("Если стране нужны преступники она их
получит!") и чудовищное падение в цене человеческой жизни... Мы знаем, нако нец, какие приобретения для себя сделал Голем, решая эту задачу.
        Главным из приобретений - повторимся - было приобретение монополии на всю информацию. Получив возможность свободно и бесконтрольно манипулировать информа цией и вступив в игру с Пользователем, Голем, с другой стороны, приложил большие усилия, чтобы обезопасить себя от постороннего вмешательства в эту игру. При сущее интеллекту Голема стремление упростить все общественные процессы до элемен тарных операций (наследие принципа "управленческого конвейера") - то есть бук вально разложить интеграл на натуральные числа,- и физическая возможность сделать это привели очень скоро к угнетению и искоренению всего, что могло сию минуту или в перспективе усложнить поступающую к Голему информацию - то есть к деинтел лектуализации общества.
        Обратная сторона этого процесса - усиливающийся нажим на Пользователя, кото рый, чувствуя постоянную незавершенность решенных задач, но не понимая действи тельной причины этого, все более переключается на чисто тактические, частные воп росы. Считая аппарат всего лишь рычагом, механизмом, послушным его воле и руке, он передает ему значительную часть своих функций. Аппарат же, органически не способный к выработке идей, начинает производить мифы. Первоначальный пакет идей многократно аберрирован, истолкован - каждый раз в соответствии с текущим мифом; информация, обрабатываемая аппаратом, также превращается в миф, и строительство новых общественных структур явственно приобретает черты мифологические. Сущест вует уже как бы два общества, два самостоятельных и независимых друг от друга информационных поля: реальное, но почти лишенное информации о себе самом, и иде альное, существующее лишь в виде информационных блоков в памяти Голема. Как часть информационного поля Голем рассматривает и Пользователя.
        Круг замыкается. Заказывающий музыку сам танцует под нее. Голем полностью превращается в самодовлеющую сущность. Паритет между ним и Пользователем сохра няется лишь номинативно, Пользователь функционирует в рамках, заданных Големом (хотя в этих рамках Голем поддерживает показное всемогущество Пользователя). Переломным моментом, на наш взгляд, было "мингрельское дело" 1951-52 годов, еудавшийся, подавленный бунт Пользователя против всесилия аппарата.
        Голем вступил в пору зрелости, в пору гомеостаза.
        3. ГОМЕОСТАЗ
        Сколько в стране чиновников? Численность работников административно- хозяйственного аппарата названа: восемнадцать миллионов человек. Если мы приплю суем к этому освобожденных и не освобожденных партийных, комсомольских, профсо юзных работников, органы внутренних дел и госбезопасности, управленцев низших рангов непосредственно на предприятиях, армию, работников информационной сети,- то можем смело называть цифру пятьдесят миллионов, не боясь ошибиться в сторону преувеличения. Чем же они занимаются, помимо исполнения своих обязанностей, с которыми, судя по положению дел в стране, не справляются? Перекладыванием бума жек? Отработкой строевого шага? Сложением и вычитанием натуральных чисел? Созда нием шедевров абсурда, которым позавидовали бы Ионеско и Беккет? Да, и этим тоже. Но главным делом, делом, жизненно важным для аппарата, является только
        сохра нение состояния гомеостаза. Структура, создавшаяся в начале пятидесятых годов, должна быть сохранена любой ценой. Это не проявление чьей-то злой воли, это инстинктивное стремление, это врожденное, имманентное свойство гигантского, всезнающего, но примитивного, негибкого интеллекта Голема; свойство обретшего свободу поступков исполинского арифмометра.
        В чем специфика положения Голема на этапе гомеостаза? В том, во-первых, что он полностью подчинил себе Пользователя, превратив его, по сути, в собственную подструктуру, которая по определению неспособна выдавать идеи, хоть как-то под рывающие гомеостаз. Во-вторых, аппарат приобрел такую степень автономности, что может игнорировать реальное информационное поле, имея в своем полном распоря жении миф. Голем из образования подчиненного и зависимого стал доминирующей сис темой, полностью пренебрегающей не только общественными интересами, но и общес твом как таковым.
        Движение вперед, к которому постоянно призывает общество Пользователь (сам факт того, что к движению вперед приходится призывать, симптоматичен), с точки зрения Голема отнюдь не означает улучшения исполнения им своих номинативных фун кций, а только и исключительно: питание, безопасность, рост. Лучшее питание, более полная безопасность, ускоренный рост. Поэтому Голем стремится максимально упростить и формализовать свои номинативные функции, чтобы максимум внимания и сил сосредоточить на отправлении функций биологических. Таким образом, в период гомеостаза номинативные функции полностью подчинены биологическим и становятся производными от них - функциями второго порядка. Поэтому информация, обеспечива ющая их исполнение, как правило, есть производная от мифа, поскольку информация истинная, полученная с реального информационного поля, для обработки своей пот ребовала бы отвлечения от основной, гомеостатической деятельности Голема дополни тельных информационных ячеек. Здесь имеются в виду не только "бюрократические игры" в обычном понимании, но и вещи более серьезные и масштабные, начиная от
бесчисленных "козлотуриад" и кончая многолетней деятельностью органов госбезо пасности по пресечению анекдотчиков и составлению пухлых досье на хиппи, панков, рокеров, любителей фантастики и прочих столь же опасных для государства эле ментов - в то самое время, когда в мусульманских республиках полным ходом шла суфитская пропагандистская кампания, когда сложилась и стала неуязвимой система организованной преступности, когда в целых регионах была фактически ликвидиро вана Советская власть.
        В этих условиях единственной объективной реальностью, с которой Голему при ходилось считаться, был рост потока информации (вспомним удвоение за десять лет) - процесс, от Голема не зависимый, но угрожающий сохранению гомеостаза. Реагиро вать на это Голем мог трояко: простым увеличением количества информационных ячеек, перераспределением удельного веса информации, относящейся к отправлению номинативных и биологических функций, и активным вмешательством в информационное поле с целью снижения его напряженности. На первых двух способах сохранения гомеостаза мы уже останавливались, о третьем поговорим подробнее.
        Голем, несмотря на свою громадность и громоздкость, представляет собой интеллект весьма примитивный. В процессе самообучения, применяя единственно дос тупный ему метод проб и ошибок, он приобрел способность к синтезу, но отнюдь не к анализу; анализ он может производить в рамках своих номинативных функций напо добие того, как человеческий мозг, способный мгновенно производить сложнейшие расчеты по баллистике и отдавать соответствующие команды руке, бросающей камень в цель, должен отрешиться от всего и страшно громоздким способом делить сто пятьдесят пять на девятнадцать. В рамках же естественного процесса своего мыш ления Голем предпочитает прецеденты сущности (до сущности еще надо докапываться, а это лишние усилия), а поскольку память его хранит "отрицательных" прецедентов наверняка больше, чем "положительных" - естественное следствие применения метода проб и ошибок,- то практически все новое, что возникает в информационном поле, классифицируется по формальным признакам и отождествляется с тем, что уже было - и, как правило, отождествляется с "отрицательными" прецедентами. У Голема выра батывается
своеобразный условный рефлекс на новое, формируется отрицательная обратная связь. Вспомним судьбу фирмы "Факел" - а ведь это было робкое и еди ничное покушение на частные, мелкие, периферийные интересы Голема. Вспомним невы носимую, удушливую атмосферу в культуре, литературе, искусстве. Вспомним жесто чайший информационный голод, воспитавший "самый читающий между строк народ". Все это и были действия Голема по сдерживанию информационного потока. Перекрывались каналы получения информации как между отдельными участками информационного поля, так и извне, из-за рубежа. Блокировались исследования, проекты и прочие потенци ально возможные источники новой информации во всех областях, кроме тех, отста вание в которых грозило отправлению биологических функций Голема (например, в военной науке и технике). Наконец, целенаправленно снижалась тропность информа ционного поля к поступающей информации путем как деинтеллектуализации общества, так и привития ему интересов, лежащих вне сферы информации: примитивные развле чения, алкоголь, доставание вещей и т. п. Так, например, перманентный дефицит в сфере потребления
является неотъемлемой чертой нашей экономики не только потому, что выгоден производителю, но и потому, что позволяет утилизовать свободное время членов общества в максимальных объемах без приложения каких-либо дополни тельных усилий.
        4. ОСОБЕННОСТИ ЕГО ИНТЕЛЛЕКТА
        Формирование Голема как интеллекта происходило по принципу формирования кибернетического "черного ящика"; никто не знал, как именно он работает - ни Пользователь, ни входящие в структуру Голема чиновники. Такое положение сохраня ется до сих пор и даже усугубляется, поскольку Голем разросся, усложнился и научился хранить свои тайны. С уверенностью можно говорить только о некоторых параметрах его интеллекта. Так, например, Голем располагает всей когда-либо поступавшей в него информацией. Он не имеет какого-либо алгоритма действия; ско рее, можно говорить о наличии у него алгоритма не-действия, алгоритма торможения, выработавшегося в процессе самообучения. Действия же Голема носят вероятностный характер и потому труднопредсказуемы. Поэтому же он сам не может предвидеть пос ледствий своих действий и вынужден постоянно корректировать их, ориентируясь, разумеется, на свои фискальные интересы; на пользу или во вред обществу идут эти действия, Голема не интересует. Пользу или вред обществу Голем понимает абсо лютно по-своему, поскольку рассматривает общество исключительно как среду обита ния.
        Именно поэтому невозможно предъявлять Голему претензии морального плана. Само понятие морали чуждо Голему, поскольку мораль формируется в обществе, в процессе взаимодействия равнозначимых интеллектов, а Голем - существо принципи ально одинокое. Поэтому предъявлять Голему счет за десятки миллионов жизней, погубленных в процессе его самообучения, за беззакония и произвол, за нарушения прав и свобод человека, за техническую и социальную отсталость страны бессмыс ленно, поскольку эти категории лежат вне сферы его мыслительной деятельности - мыслительной деятельности существа, для которого человек является лишь информа ционной ячейкой, полужидким переключателем в информационных цепях, где в резуль тате циркулирования разнообразнейшей информации зародился, развился и процветает его нечеловеческий разум. Не исключено, что Голем вообще не имеет представления о том, что человек существует.
        Вместе с тем нельзя рассматривать интеллект Голема как интеллект злонамерен ный, сатанинский. Голем всего лишь стремится сохранить себя в непрерывно изменя ющемся мире, поэтому и вмешивается в дела общества в меру своих сил и способнос тей. Творя зло, он попросту не ведает, что творит. Заботясь о собственном пропи тании, он не имеет в виду каждого конкретного чиновника - он просто организует общественные процессы таким образом, чтобы существующие и вновь создаваемые информационные ячейки не пустовали. Наконец, заботясь о равновесии в обществе, Голем ныне стремится не к уничтожению возмущающих элементов, что неэкономно, а к их транквилизации, и в итоге - к постепенному истощению у общества стимулов и возможностей для саморазвития. Голем просто хочет жить.
        5. ГОЛЕМ ХОЧЕТ ЖИТЬ
        Если целью партии, как представителя интересов трудящихся, является преобра зование общества и построение новой общественно-экономической формации, то целью партийного аппарата, как одной из важнейших подструктур Голема, является сохра нение статус-кво. На этом противоречии и основаны многие события 1956-64 годов,- времен административно-экономических реформ и контрреволюционного бюрократичес кого переворота. Начатые достаточно решительно (хотя по сути своей и сводились к полумерам), реформы натолкнулись вскоре на мощное сопротивление; преодоление этого сопротивления путем роспуска отраслевых министерств и создания совнархозов на некоторое время выбило Голема из седла и заставило перейти к партизанским действиям: мелкому тотальному саботажу и манипулированию информацией. В резуль тате реформы уходили в песок, Пользователь вынужден был отвлекаться на решение тактических вопросов, идеи его доводились до общества в искаженном виде - чего стоил один только посев кукурузы за Полярным кругом! Таким образом, выиграв без особого труда информационную дуэль у Пользователя, Голем добился провала реформ,
недовольства в обществе и, решительно прореагировав на отчаянную попытку Пользо вателя подорвать единство аппарата - путем разделения парткомов на промышленные и сельскохозяйственные,- сменил Пользователя.
        Результат нам слишком хорошо известен.
        Ситуация, в которой оказался Голем после Апреля 1985 года, живо напомнила ему ситуацию второй половины пятидесятых. И, имея уже опыт не только игры с Пользователем, но и борьбы с ним, Голем начал оказывать сопротивление преобразо ваниям, используя старый алгоритм. То, что сейчас прокручивается "хрущевский сце нарий", сомнения не вызывает. Точно так же задачи, поставленные Пользователем, либо игнорируются, либо доводятся до абсурда - вспомним, например, антиалко гольную кампанию, не обеспеченную экономически, что привело к огромным прорехам в местных бюджетах, с одной стороны, а с другой - к росту недовольства населения и буквально взрыву преступности, дозволяемой общественной моралью (самогонова рение), то есть возникновению ножниц между общественной моралью и правом, что подрывает авторитет Пользователя; анекдот же с созданием Общества трезвости можно привести как пример того, что Голем даже в пылу борьбы не упускает из виду свои интересы. Примеров вмешательства Голема в общественные процессы с единст венной целью самосохранения можно привести множество. Все это вкупе получило наз вание "механизм
торможения". Думаем, что такое название звучит чересчур успока ивающе. Голем действует - и намерен действовать впредь, изматывая и Пользователя, и общество изощреннейшими "бюрократическими играми", чтобы потом нанести реша ющий контрудар.
        На каком направлении его следует ожидать? Учитывая характер мышления Голема, можно с большой долей уверенности предсказать, что он попытается довести до конца начатый уже сценарий - то есть сменить Пользователя, посадив на место бес покойного Горбачева послушную себе марионетку. Голем прилагает и будет прилагать все усилия, чтобы реформы, главным образом экономические, а из экономических - те, которые приводят в перспективе к реальной независимости предприятий,- не привели к результату - и тогда Пользователь, исчерпав кредит доверия, потеряет возможность оставаться Пользователем. Можно представить и другие действия Голема в этом направлении.
        Есть признаки и того, что Голем пытается привести себя в состояние ультрас табильности - то есть приобрести возможность оперативно реагировать на изменение условий существования изменением собственной структуры (разумеется, не "худея" при этом). Если ему предоставить возможность научиться этому, то он станет прак тически неуязвим. Предпринимаемые же сейчас фронтальные атаки на него служат, к сожалению, лишь обучению Голема (предпринимаемые под давлением Пользователя сок ращения кадров, слияния министерств и т. п.). Поскольку эти мероприятия прово дятся под постоянным контролем со стороны Пользователя, а также являются меропри ятиями чисто аппаратными, то есть проводимыми аппаратом против самого же себя, то, следовательно, они могут привести лишь к временному эффекту; позже внимание Пользователя будет отвлечено на более острые проблемы (вероятно, созданные самим Големом), и численность информационных ячеек будет восстановлена. Если не рес таврацией старых, то созданием новых - скажем, учреждением разветвленной и могу щественной организации, контролирующей процесс сокращения штатов.
        Бороться с Големом руками Голема так же бессмысленно, как вытаскивать себя из болота за волосы. И так же бессмысленно, как агитировать информационные ячейки выступить против диктатуры Голема; на наш взгляд, призывы "начать перест ройку с себя" и "перестраиваться каждому на своем рабочем месте" являются не более чем современным шаманством и заклинанием духов; бунты же отдельных ячеек против системы и их попытки работать на пользу общества (сбои, с точки зрения Голема), происходили и происходят регулярно и блокируются вполне эффективно.
        Главным оружием Голема в борьбе за выживание и в то же время единственным его уязвимым местом является монополия на информацию и вытекающий отсюда принцип
        криптократии, осуществляемый Големом на практике. Принцип этот заключается в том, что общество не должно знать, что именно стоит за тем или иным решением, принимаемым и проводимым в жизнь Големом; более того, этого не должен знать ни один отдельно взятый чиновник, который тоже является членом общества; все может знать только Голем. Это позволяет ему внедрять в общество, как в среду реализа ции, практически любые свои решения, предъявляя обществу лишь их "упаковку" и тем самым избегая сопротивления общества - стихийного или организованного. Примером провала принципа криптократии служит судьба проекта поворота северных рек; однако миллионы "поворотов" меньшего масштаба осуществлены и продолжают осущест вляться - единственно из-за отсутствия у общества полной информации о тех или иных проектах, решениях, постановлениях. "Перекрыть кислород" Голему можно, только отняв у него монопольное право распоряжаться информацией. Сейчас опять- таки под непрерывным давлением Пользователя - он ослабил хватку, но готов в любой момент сжать щупальца. Цензура сохранена, и печати, независимой от госу дарства
экономически, нет. Невозможно пока представить себе требование какой-либо общественной организации предоставить ей для ознакомления, скажем, всю докумен тацию горисполкома за последний квартал. Наконец, штемпели "Для служебного поль зования", "Секретно", "Совершенно секретно" ставятся на что попало просто на всякий случай. Обществу жизненно необходим действенный и чрезвычайно либеральный Закон об информации - главный внешний ограничитель действий Голема, то, чего у него сейчас нет совсем, - позволяющий обществу держать Голема под контролем и позволяющий Пользователю общаться с обществом напрямую, минуя Голема. Требуется гарантия защиты каждого отдельного человека от произвола аппарата - то есть независимый суд. Требуется, наконец, уничтожить диктатуру Голема в экономике - и здесь прямой контакт Пользователя с обществом необходим жизненно. Наконец, соз дание подлинно демократической системы выборов позволит обществу внедрять в сис тему Голема "бунтарей", способных на расшатывание ее изнутри. Вот тогда можно будет, не опасаясь контрудара, приступить к реальному свертыванию аппарата, к тому самому
страшному, что убьет Голема. К сожалению, все шаги, предпринимаемые сегодня в этом направлении, компромиссны - а следовательно, у Голема остается возможность контригры.
        Понимание того, что обществу у нас в стране противостоит не группа заговор щиков, не свора дураков и даже не паразитический класс, а нечеловеческий, всезна ющий, абсолютно аморальный и в то же время тупой, лишенный аналитических и прог ностических способностей интеллект, определяет направление дальнейших размышлений и действий. Не стоит очертя голову бросаться на очередные ветряные мельницы (услужливо подсовываемые тем же Големом) и искать врагов под кроватью. У общества общий враг. Лишенный дара предвидения, он не в силах понять, что продолжение его господства приведет к краху страны, в конечном итоге - к его собственному краху. Его нельзя приручить, его нельзя уговорить - его можно только уничтожить. Очень трудно, но можно. Пока еще не поздно.
        ПОСТСКРИПТУМ ПЕРВЫЙ
        Прошло три года с момента написания статьи "Голем хочет жить". За это время она успела побывать в редакциях по крайней мере пятнадцати различных журналов и газет, среди которых "Знание-сила", "Новый мир", "Радуга" (Киев), "Молодой ком мунист", "Поиск", "Век ХХ и мир"... Были интересные казусы: в материалах, опубли кованных позже и подписанных теми, кто читал статью, большими (и яркими) вкрапле ниями появлялись почти неизмененные абзацы и периоды "Голема". И вот, наконец, прошло три года, и можно дать оценку нашей работе в той ее части, которая каса ется прогнозов на будущее.
        Ни один факт из нашей бурной жизни этих последних двух лет не заставил нас усомниться в том, что Голем жив и действует. Более того: мы все больше убежда емся, что он действует по предсказанному нами сценарию. Судьбы двух следующих наших статей: "Полет над Святой Русью" и "Светлого будущего может и не быть..." - путешествие по редакциям и запрет на публикацию на уровне Главлита,- показы вают, что в главном мы были правы. Самое страшное, чего боится Голем - это широ кого распространения информации о нем самом. В чем мы, конечно, ошибались - это в действенности демократических мероприятий. Голем оказался способен создать свою собственную марионеточную демократию; более того - он сумел привить большинству населения страх перед демократией истинной. Впрочем, насчет того, что борьба будет тяжелой, мы не сомневались ни на минуту.
        По всем признакам, близится кульминация поединка между Големом и обществом. Голем бьется за свою жизнь. Он готов на все, и он идет на все. Ему терять нечего. Но и у нас нет иного выхода, как победить в этой борьбе, потому что представить себе последствия нашего поражения просто немыслимо.
        12.06.1990
        ПОСТСКРИПТУМ ВТОРОЙ
        Голем умирает, и мы мучаемся вместе с ним. Бригады реаниматоров, одни с серпом и молотом, другие с крестом и кадилом, дежурят у подъезда. Заказаны венки, а вот об осиновом коле распорядители похорон, похоже, вспоминать полагают неприличным. Надписи, белым по черному: "Дорогому Голему - от осиротевших нас ледников" и "Спи спокойно, твои дела бессмертны". По лестнице вниз, на улицу, в снег и мороз, с дома напротив сбрасывают "Слава Родине Октября!" и натягивают другое: "Нам еще понадобится все наше мужество. У.Черчилль".
        Зима, голод, свобода.
        Либерти-шок.
        Единственный шок, от которого не умирают.
        1.01.1992

 
Книги из этой электронной библиотеки, лучше всего читать через программы-читалки: ICE Book Reader, Book Reader BookZ Reader. Для андроида Alreader, CoolReader Библиотека построена на некоммерческой основе (без рекламы), благодаря энтузиазму библиотекаря. В случае технических проблем обращаться к