Важное объявление: В связи с блокировкой в России зеркала ruslit.live, открыто новое зеркало RusLit.space. Добавте пожалуйста его в закладки.


Библиотека / Фантастика / Русские Авторы / ЛМНОПР / Луговой Дмитрий: " Менеджер Континуума " - читать онлайн

Сохранить .
Менеджер континуума Дмитрий Юрьевич Луговой
        Ох уж эти попаданцы! То в какой-то тоннель провалятся, то машина собьёт, то током стукнет… Хватит! Если уж идти туда, не зная куда, то по собственной инициативе и с приличным багажом за плечами
        Дмитрий Луговой
        Менеджер континуума
        Часть 1
        Пролог 1
        Маленькая кошка по кличке Варежка, радикального мышиного цвета, лениво, как это свойственно всем домашним кошкам и котам, наблюдала с безопасного подоконника за огромным дворовым псом. Барбос, числящийся по своему собачьему паспорту как Добрыня Никитич, а в шутку прозванный Бегемотом Чемодановичем, увлечённо зарывался на глубину своего совсем не маленького роста. Его без малого центнерная тушка уже почти полностью скрылась за валом выбрасываемого песка, а пёс продолжал самозабвенно углубляться в недра двора.
        Кошке уже совсем было наскучило наблюдать изыскательские работы, и она всерьёз, было, задумалась о том, что же лучше - пойти поспать на другом подоконнике, куда как раз переползло тёплое солнышко, или же сходить и отведать первого послеобеденного полдника. Как вдруг собак неожиданно вылетел вперёд хвостом из своей "делянки", и, перекувыркнувшись в воздухе, с размаху плюхнулся на пузо через три метра и триста децибел испуганного визга.
        Кошка заинтересовалась.
        Однако Добрыня, не смотря на необычный для его комплекции прыжок, а может и принудительное катапультирование, казалось, тут же пришёл в себя. Помотав головой из стороны в сторону, он поднялся на лапы и, как ни в чём не бывало, протрусил обратно к яме. Впрочем, на последних шагах осторожность взяла своё, и он аккуратно, наклонив по-собачьи голову и оттопырив левое ухо к зениту, заглянул в яму.
        Несколько секунд ничего не происходило. Варежка заскучала.
        Вибрация началась неожиданно. Казалось, что под домом замурчал неизвестный науке зверь - этакий слонокот. То есть размером со слона, конечно, но со встроенным кошачьим мурчальником. А из злополучной ямы в то же мгновенье начало выбираться подозрительное марево, постепенно обволакивая так и застывшего на краю пса. На несколько секунд странная субстанция замерла, потом помутнела и двинулась дальше в сторону огороженного сеткой-рабицей загончика для домашней птицы. Собак же с размаху сел на хвост и изобразил настолько типичный фейспалм, что наблюдай за ним не кошка, а человек, ни за что бы ни поверил своим глазам.
        Дымка же, без труда проникнув сквозь преграду, таким же манером обволокла пернатое население двора. Но, ни куры, ни утки замирать отчего-то не захотели и продолжили увлечённо разгребать землю в поисках чего-нибудь съедобного. Непонятная субстанция отпрянула от птичника, собралась в клубящееся облачко и исторгла из себя несколько щупальцеподобных отростков. Одно из них явно нацелилось на облюбованный кошкой подоконник.
        Кошка насторожилась. Правда, до сих пор, двойной стеклопакет представлялся ей незыблемой границей, защищающей её как от непогоды, так и от посягательств излишне любопытных уличных обитателей. Но явное внимание непонятной штуковины ей не нравилось. Как оказалось не зря. "Тучка" втянула в себя все щупальца и одним рывком оказалась рядом с Варежкой, просочившись через стекло.
        Через несколько мгновений странная субстанция таким же образом покинула дом. Ещё раз прикинувшись туманным осьминогом, повисела посреди двора, но, не найдя больше живых существ, съёжилась, посветлела, став практически прозрачной, и забилась куда-то под ступеньки крыльца. Поддомный слонокот взмуркнул в последний раз как-то по особенному, с надрывом, и резко затих.
        Добрыня и Варежка встретились взглядом и замерли, разделённые теперь друг от друга только стеклом…
        Пролог 3
        - А я тебе говорю, надо сразу ему всё рассказать.
        - Ну да - и в дурку!
        - Ладно тебе, он вполне адекватный!
        - Тогда нас в дурку!
        - Что ты заладила: "в дурку, в дурку!". Слово-то какое дурацкое!
        - Тавтология!
        - Чего?!
        - Чего слышал!
        - Да что мы с тобой сцепились, как кошка с собакой!
        - Кхм…
        - Н-да уж…
        - Нельзя вот так ему всё вывалить.
        - А как тогда?
        - Не знаю. Думать надо… Что-то он совсем не хочет в себя приходить. Нас-то с тобой сразу отпустило. Ладно, разберёмся по ситуации…
        Пролог 2
        Хороший сегодня был день. Апрельское солнце наконец-то справилось с остатками зимы, разогнало нависавшую и порядком уже поднадоевшую хмарь и вовсю шпарило горячими лучами, даже не растапливая, а сразу испаряя остатки грязного снега. Доблестное "Авторадио", в лице не менее доблестных Мурзилок, с утра поглумилось над синоптиками, обещавшими на десять дней вперёд похолодание и мокрый снег. Я ехал домой, открыв все окна в машине, и наслаждался Настоящей Весной и долгожданной Пятницей. Причём слово "пятница" с заглавной буквы не потому, что это известный кореш Робинзона Крузо, а потому, что как заявляют вышеупомянутые Мурзилки - это самое дорогое, что есть у каждого из нас - Пятница - конец рабочей недели. Двадцать километров от города до дома пролетели в один миг. Вот почему так? Когда хорошей погоды нет, и не предвидится - дорога тянется как резиновая, а если душа поёт, хочется ехать и ехать, а тут раз - и дома. Несправедливо!
        Наша деревня как будто вымерла. Видимо к концу дня даже пенсионерки, наверняка не преминувшие вылезти на улицу под первое по настоящему тёплое солнышко, обменяться "свежачком", обойти свои владения, уже устали и забились обратно к намозолившему глаза и уши, но такому родному телевизору.
        Последним аккордом радостно-дорожного настроения я лихо припарковался в огромную лужу перед домом. Тут же руки зачесались схватить на огороде лопату и прокопать канавку для талой воды. Как в детстве. Может ещё и щепочек наперегонки запустить.
        Мой пёс, труднопроизносимой на трезвую голову породы Бернский Зенненхунд, против обыкновения не выскочил меня встречать. Странно. Хотя, почему, странно? Вон какую ямищу выкопал. Чует, наверное, что достанется на орехи, вот и прячется где-нибудь. А вот кошка Варежка, она же Варька, Варёк, Тварь, Авария, Варенец - в зависимости от настроения - как раз блюдёт с подоконника. Подожди, Варёк, сейчас накормлю. Дай только с лужей разобраться.
        Пару раз окликнув Добрыню, но, естественно, не получив ни привета, ни ответа, я отыскал лопату, намертво вросшую в слежавшийся снег напополам со льдом. Расшатать и выдернуть инструмент с наскока не получилось. Потом ещё раз… и ещё - не получилось. Эх! Видно судьба луже и дальше красоваться перед домом.
        С досады я со всей силы пнул по черенку ногой, и, в тот же момент, не удержавшись, поскользнулся на опорной ноге и поехал лбом вперёд на возвращающийся после удара черенок. Встреча "в верхах" прошла успешно. В смысле встреча моего лба и верхушки лопаты - встретились. Проклятая лужа! С неё всё началось. Аж в глазах какая-то пелена образовалась, и ноги задрожали, как будто землетрясение случилось. А вокруг всё темнеет и темнеет. Вот приложило-то!
        Последнее что запомнилось - как я успел ухватиться за злополучный черенок, который, не выдержав всех испытаний, выпавших на его долю, с сухим треском обломился где-то на границе льда.
        Глава 1. Блюдечко… с каёмочкой
        - Фу, Добрыня! Фу!!! Да отвали же. Хватит меня уже вылизывать!
        Пёс, из лучших побуждений мало того, что обслюнявил мне всё лицо, так ещё и обмусолил, попутно воротник куртки. Хотя куртку всё равно теперь в чистку отдавать - я умудрился плюхнуться в самую грязь, до полной кондиции замешанную собачьими лапами. У, треклятая лопата! Чтоб ты сгорела, провалилась и покрылась плесенью. Фиолетовой… в крапинку.
        Не глядя, через плечо, я ткнул в сторону лопаты весьма неприличный интернациональный жест. Тот самый - из кулака и среднего пальца. А заодно уж, не разжимая комбинации, и в сторону первопричины - лужи. Что б тебе вскипеть и камышами порасти!
        О-хо-хонюшки! Хватит разлёживаться. Кряхтя, как столетний дед, я с трудом поднялся с земли, заодно пытаясь нащупать на лбу последствия встречи с лопатой. Последствий не было, по крайней мере, физически ощутимых. Ни шишки, ни ссадины не нащупывалось. Зато одно последствие прямо вопило о себе и заставляло усомниться в том, что я уже пришёл в норму - кошка, которая так и сидела на подоконнике, но при этом вытаращила глаза "по семь копеек" и недвусмысленно вертела лапой у виска.
        Я застыл. Куснуть себя за ладонь, что ли? Ай, зараза! Больно же! Ну и кто тут не в своём уме?
        Я снова поднял глаза к окну, только Варежка уже покинула наблюдательный пункт и скрылась из виду. Ладно, спишем на воображение.
        Однако машину-то я не закрыл. А сколько провалялся - вообще не понятно, хотя, судя по всему, не очень долго. Всё желание окунуться в детские забавы куда-то пропало. Возможно отправилось вдогонку за хорошим настроением. Неспешно обходя вокруг дома, я нашарил в кармане брелок с ключами от машины и в очередной раз замер.
        Машины не было… не было видно.
        На абсолютно сухой площадке перед домом, из потрескавшейся как после недельной засухи земли, сплошной стеной стояли заросли двухметрового рогоза, правда с поникшими, будто подмороженными или ошпаренными кипятком листьями. Ошпаренными?!! Я бросился назад. И, кажется, уже представляя, что увижу, совсем не удивился, увидев на том месте, где стояла лопата обугленно-закопченную дыру в земле, из которой торчало нечто весьма отвратительное на вид фиолетового цвета с редкими жёлтыми вкраплениями.
        Приплыли.
        Заниматься повторно членовредительством не хотелось. Поэтому, ни кусать, ни щипать я себя не стал. Не говоря уж о более радикальных мерах - например, молотком по пальцу. И так всё вокруг было абсолютно реальным. Ни в одном сне или обмороке такой чёткости и ясности не бывает. Вон самолёт летит - инверсионный след чуть сносит ветром, синица тинькает - что-то припозднилась, Добрыня сидит в двух шагах от меня - пасть раззявил в собачьей улыбке, глаза хитрущщие: "Давай, хозяин, в мячик поиграем, а?!".
        - Эх, Добрыня, Добрыня! Ты-то что молчишь? Не видишь - с хозяином чёрт-те что творится?
        - А что, сразу, Добрыня? Я, может, сам ох… офигел?
        Это стало последней каплей. Всё - я сдаюсь. Уже согласен, что у меня была волшебная лопата, сломав которую я могу осуществить любое своё желание. Вот сейчас как проверю! Так-так… Хочу миллион долларов! Нет, миллион мало - хочу десять миллионов долларов!!!
        Тишина.
        Может, я как-то неправильно желаю? Или желание уже исполнилось? Вдруг в каком-нибудь суперинвесткредитакционерном банке на моё имя сам собой открылся счёт (надеюсь не кредитный под сто процентов годовых), на котором и лежат сейчас мои миллионы? А если вот так - хочу десять миллионов долларов сейчас же, вон там под яблоней. В зелёном чемодане. Чемодан на колёсиках… с выдвижной ручкой. Доллары в нём аккуратными пачками. А лучше евро. Такие новые сотенные бумажки по тысяче штук в каждой пачке… Ну! Давай, появляйся уже!
        Есть такая хижина у индейцев… Причём сразу без крыши. От рождения. Почему-то вспомнился Александр Иванович Корейко, который в ранней молодости хотел найти кошелёк в сточной канаве. И далее по тексту - миллион на блюдечке с золотой каёмочкой.
        Я оглянулся. Дыра от лопаты никуда не делась. Более того - фиолетовая плесень потихоньку начала выползать через край, но, столкнувшись с яркими солнечными лучами, нерешительно замерла на месте. Что ж. Сложим два плюс два. Получается три - три желания, или чуда - как будет угодно. Лопата - раз, лужа - два, собака - три. Кстати, собака!
        - Добрыня, иди ко мне! Ау! Чемоданчик!..
        Не тут-то было. Опять куда-то улепетнул. Да если бы и на самом деле смог разговаривать - вряд ли бы сам побежал прятаться.
        В общем, поймал старик золотую рыбку, зажарил её и съел. Да ещё потом неделю плевался - уж больно костлявая оказалась. Так и я свои три желания профукал. Не знаю уж, какими там законами физики-химии-биологии руководствовалась моя лопата, но, видимо, как говорят фантасты-фэнтезийщики, "маны" у неё хватило только на три выстрела.

* * *
        Проблема с камышом, то бишь с рогозом решилась просто. Видимо лужа настолько сильно кипела, что несчастные растения сварились на корню. К тому моменту, как я опять показался из-за дома, он весь уже опал, и устилал дно бывшей лужи, которое, впрочем, уже опять было наполовину заполнено водой. Хорошо ещё никто из соседей не видел. Тут явно даже ГМО отдыхает, не говоря уже об Иване Владимировиче. Который Мичурин. А так - лежит себе и лежит что-то в луже - может это я сам прошлогодних былок на ближайшем пруду нарезал, чтобы лужу загатить.
        Противнее всего было то, что я уже ничему не удивлялся, а принял как нечто само собою разумеющееся. Совсем не обидно было бы, если всё произошедшее было бы бредом, сном, потерей сознания от удара по голове. А так - вот выпал мне почему-то такой уникальный шанс, а я его прошляпил. Интересно - если бы я знал про три желания - то что бы загадал? Банальные десять миллионов? Мир во всём мире? Нескончаемую бутылку/банку/крынку с живой водой и молодильными яблоками? Что уж теперь гадать… Я слонялся по двору, словно в ожидании нового чуда, всё ещё не решаясь зайти в дом. Блин! А у меня там кошка не кормлена… Ну может ещё разочек, а? Где вы там космическо-параллельно-потусторонние силы, ау!
        С досады я наподдал носком ботинка песчаный холмик. Песок, на мгновенье взлетев, тут же присыпал место упокоения лопаты. В ответ на сие действо загадочная плесень фукнула сиреневым дымком и осыпалась обратно в яму. Естественно, не оставив после себя никаких следов. Вот я тупой! Может хоть новый вид плесени удалось бы открыть… Хотя - какой из меня биолог? Ну, сказали бы учёные спасибо в каком-нибудь НИИ, и что? А может и не в НИИ, и не спасибо, а суровые дядьки в штатском серьёзно бы интересовались - с какого возраста я начал интересоваться особо опасными биологическими отравляющими веществами.
        Всё, хватит на сегодня. Пора кормить зверинец, включая себя любимого, отдать положенные пару-тройку часов дани зомбиящику, и - спатеньки.

* * *
        Засыпалось плохо. Где-то на границе между сном и явью надоедливо болталась мысль: "А вот если бы… А может вот так попробовать…". Всё произошедшее в конце дня совсем перестало казаться нереальным, и в то же время, гулко топая пульсом в висках, припёрлась огромная жаба с целью немного подушить и поиздеваться над упущенными возможностями. В те же редкие минуты, когда сон, наконец, брал верх, мне мерещились зелёные чемоданы, плешивыми пятнами покрытые жёсткой, похожей на шерсть фиолетовой плесенью. Чемоданы активно отращивали паучьи лапки и огромные жвала, и устремлялись, слава Богу, мимо меня, в атаку на заросли рогоза, заполонившего всю нашу улицу, насколько хватало глаз. Причём, вместо листьев у рогоза росли неимоверно вытянувшиеся, но при этом - я знал это - самые настоящие буржуйские денежные знаки, имеющие хождение по обе стороны атлантического океана. Я попытался остановить это безобразие, схватив лопату с целью разогнать чемоданы, но мои ноги тут же провалились в яму, до краёв наполненную почему-то не плесенью, а (вот ужас-то!) гречневой кашей со шкварками. Учитывая, что я гречневую кашу
терпеть не могу… уфф! Я попытался вылезти из ямы, используя вместо опоры многострадальный черенок. Выбраться-то мне удалось, только лопата, издав на этот раз не треск, а какой-то жалобный стон, разлетелась щепками по всему двору, причём как металлическая, так и деревянная её части.
        Один - самый маленький чемоданчик, отстал от стаи и жалобно тёрся о мои ноги. Лапы у него были совсем не паучьи, а скорее кошачьи, а маленькие, совсем не страшные жвала терялись на фоне огромных зелёных и очень жалостных глаз. Я подхватил его на руки, прижал к себе… и проснулся.
        Четыре здоровущих круга со светящимися зелёными ободками пялились на меня откуда-то с высоты шкафа. Не успел я облиться холодным потом, как сообразил, что спросонья принял за неведомое четырёхсветящеглазое чудовище электронные часы, как раз стоящие на шкафу и показывающие ровно полночь. Обычно я их отключаю с вечера пятницы до вечера воскресенья, но сегодня, со всеми этими чудесами совершенно об этом забыл.
        Чемоданчик из сна тоже вполне ожидаемо трансформировался в Варежку, которая пригрелась у меня на груди. Видимо кошка почувствовала состояние хозяина, и пришла по-своему - по-кошачьи помочь и успокоить, полежав на груди и промурчав колыбельную песенку. Я благодарно погладил серую по спинке, вызвав некоторое повышение муркогромкости, и снова начал проваливаться в сон. На этот раз без чемоданов и прочей чепухи.

* * *
        Следующее пробуждение было гораздо более спокойным. Если что-то и снилось, я совершенно об этом не помнил. Часы показывали начало четвёртого. Все вчерашние события уже казались какой-то неудачной шуткой, а то и вообще приснившимся кошмаром. Варька куда-то свалила, и мне стало зябко. Повернувшись на бок и закутавшись в одеяло, я совсем почти уже заснул, как где-то на грани слышимости прорезались голоса. Хоть я и был в доме один, не считая четырёхлапых обитателей, в ночной тишине можно было услышать беседу прохожих с улицы, поскольку дом отделял от тротуара очень узкий - не больше двух метров палисадник. Немного необычным было то, что если один голос был явно мужской, то второй однозначно принадлежал маленькому ребёнку. А точнее - девочке лет пяти-шести. Вот, блин, взрослые - в такую рань, или, ещё хуже - поздноту, ребёнка по улице таскают. Хотя, какое мне дело - может они с поезда ночного слезли. Между тем голоса не удалялись. Ну, вот ещё не хватало - у меня под окнами болтать. Шли бы уже домой - ребёнку спать пора. Вставать и смотреть, кто это там под моими окнами обосновался, совсем не хотелось.
Но и сон окончательно улетучился. Я прислушался, но голоса всё равно сливались в один общий гул, и слова разобрать было сложно. Причём если звонкий девчачий голосок произносил что-то почти на грани распознавания, то басок разобрать было практически не возможно. До полного счастья мужской голос показался мне до боли знакомым, хотя я, убей, не мог вспомнить, кому он принадлежал.
        Я напрягся ещё сильнее, прислушался, казалось бы, до боли и звона в ушах. И тут в них самых, ушах, то есть, что-то звякнуло, в мозгах (многострадальная моя голова) что-то щёлкнуло, и я понял, где я слышал мужской голос. Добрыня!
        В тот же благословенный миг мой слух обострился, наверное, в десять раз…
        - Во-вторых, в это время у людей самый крепкий сон, - детский голосок - стопудово Варежка.
        - А в третьих? - это Добрыня.
        - Есть в третьих. Я его почти три часа усыпляла.
        - А в-четвёртых, конспираторы, - пришла и моя очередь подать голос, - я уже не сплю! Слышишь, Варенец, ну-ка чеши сюда. Говорить будем…
        Через несколько секунд тишины, я уж испугаться успел - а вдруг опять ошмыг выйдет - раздался характерный звук мягкого прыжка (скорее всего с подоконника) и топоток кошачьих лапок по полу. Серая задрыга вспрыгнула на кровать, встала передними лапами ко мне на грудь, и вопросительно уставилась мне в глаза.
        Я же, подготовленный вчерашними событиями вообще к чему угодно, машинально гладил кошку и млел от счастья - ЧУДО, оно всё же существует!
        Глава 2. Менеджер континуума
        - Ну, рассказывай, - я, наконец, собрался с мыслями и приготовился выслушивать весьма интересную информацию.
        - А чего рассказывать-то?
        - Эй, эй! Меня тоже возьмите! - Судя по мелькавшей тени за окном, собак умудрялся в нетерпении подпрыгивать выше подоконника.
        Пришлось вставать и топать по холодному полу к входной двери. Кошка решила, что на кровати ей будет лучше и осталась. Я вышел на веранду и с наслаждением вдохнул запах настоящей весны. Открыл входную дверь. Добрыня, до этого приплясывавший на ступеньках, ткнулся холодным мокрым носом мне в руку и сунулся в дом.
        - Стой! Куда ты ломишься? - Варежка всё же соизволила присоединиться к нам. - У тебя лапы грязные.
        Добрыня замер и виновато завилял хвостом. Я же изумлённо уставился на кошку - вот уж не подумал бы, что её это будет волновать в первую очередь.
        - Ладно, чего уж там - всё равно завтра убираться. Пойдём на кухню. - мне так приспичило побыстрее разобраться в происходящем, что обращать внимание на такую мелочь как грязный пол совсем не хотелось.
        Мы переместились на кухню. Варька в два прыжка забралась на своё любимое место - на самый верх кошачьего комплекса, который я в порыве рукодельности соорудил ей как то длинными новогодними праздниками. Добрыня сунул, было, нос в кошачью миску, но получил сверху недовольное "пф-ф-ф" и разлёгся на тёплом полу поближе к холодильнику. Я присел на диван.
        - А вы, правда, разговариваете? - глупый, в общем-то, вопрос, но, как то сам собой сорвался с языка.
        - Нет, - Варька завозилась, поудобнее устраиваясь на своём насесте. - Мы транслируем. Если хочешь, можешь назвать это телепатией, только это не совсем верно. Мыслей читать мы не можем. Это как разговор "про себя". Просто надо чётко понимать, к кому ты обращаешься, и громко промыслить то, что хочешь сказать. Ты, кстати, тоже так можешь.
        - Вот, ёктель! А я точно не съехал с катушек? - кошка с собакой молча переглянулись. - То есть лопата всё же была волшебная?
        - Причём тут лопата?
        - Ну как - я стукнулся, она сломалась, потом плесень, камыш, вы вот…
        - Всё немножко не так. Вернее совсем не так. Ладно… наводящие вопросы у тебя не получаются, поэтому я попытаюсь рассказать, как сама понимаю произошедшее.
        Кошка рассказывала больше часа, а мы с Добрыней слушали её не перебивая и даже, по-моему, не шелохнувшись. У меня-то точно затекла спина, да и со стороны холодильника не доносилось ни одного шороха.
        Если коротко, то ситуация складывалась примерно так: Добрыня, роясь на огороде, откопал неизвестную штуковину. Как она выглядит и каким образом попала к нам - непонятно. Может миллион лет пролежала, или зелёные человечки из космоса вчера подбросили, или ещё что… Самое главное, что когда пёс, тогда ещё просто пёс, попытался ухватить её зубами и вытащить на поверхность, она как-то активировалась и начала своё чёрное дело.
        Видимо в программу этого артефакта было заложено нечто, позволяющее обнаружить в определённом радиусе живых существ, способных, или почти способных к восприятию и усвоению необходимой информации. В общем, эта субстанция нашла сначала Добрыню, потом птиц (которые, впрочем, не соответствовали необходимым характеристикам), следом добралась и до кошки. Поскольку информационная база была рассчитана на троих потенциальных реципиентов, а в округе больше никого не наблюдалось, эта штуковина затаилась и стала ждать. Дождалась. Меня естественно.
        Как оказалось, артефакт не просто передавал какие-то знания и умения, но ещё и улучшал естественные возможности каждого организма. Насколько я понял, моим зверикам не просто добавилось извилин, но и передались такие способности, которым могли бы позавидовать многие светила современной научной мысли. Варёк, например, получила какие-то немыслимые энциклопедические знания, причём некоторые из них она даже не знала куда можно применить и способности прецизионного прогнозирования (это не я сказал - это она сама так выразилась). Добрыня же получил какой-то загадочный Поиск, что, как заявила серая, просто соответствовало его собачьей сущности и было значительно расширено. Что касается меня, то…
        Когда Варежка выразилась, или, вернее, обозвала мои новые способности, я даже в недоумении помотал головой - Менеджер Континуума.
        - Менеджер… это как?
        - А что, здорово мы название придумали? - Добрыня радостно завилял хвостом.
        - Ах, так это вы придумали! - за свою сознательную жизнь я сменил несколько видов деятельности, вот только от гордого звания "менеджер" бежал, как от огня. Хотя в этом слове и ничего постыдного нет - переводится-то оно с буржуйского, как "управленец", или "управляющий", но в нашей стране его опошлили донельзя. Как вам такое - менеджер клининга… или - менеджмент муниципальной ассенизации. Хуже него только название профессии из полузабытых советских времён - обсериватель спичек. Между прочим, в государственном перечне рабочих профессий вычитал. И вообще - по-моему, в кошке проснулась тяга к чересчур заумным выражовываниям.
        - Ну, знаешь ли, - в голосе Варежки явно слышалась обида, - называться магом в этой реальности, по-моему, смешно. И даже глупо.
        - А что, есть и другие реальности?
        - Не знаю, - кошка почесала лапой за ухом. Учитывая её нынешний уровень интеллекта, выглядело это, по меньшей мере, странновато. - Я так понимаю, что наши способности ещё пока до конца не раскрылись… или не усвоились. И вообще - это вопрос не ко мне, а к Добрыне. Он у нас поисковик, вот пусть и ищет.
        - Так, стоп! - до меня наконец-то дошёл смысл происходящего, - то есть я теперь волшебник? Всамделишный?
        - Ну, если тебе так хочется… - Добрыня опустил морду на лапы и с присвистом вздохнул, - а мне очень нравится менеджер-р-р.
        - Слышишь, ты, бернский искатель, - дурацкое название уже начало меня злить, - а давай я тебе тоже кличку придумаю новую. Какой-нибудь Гугль Яндексович, а?
        - А мне всё равно. Лишь бы пожрать давали. Кстати, мясо на ужин с душком было…
        - Ладно, клуб юных филолухов, проехали. Вот скажите лучше - если я такой крутой, то почему вечером у меня ничего не получилось?
        - А что ты вечером хотел-то?
        - Ну-у… - я как-то сразу застеснялся, - денег хотел.
        - Много?
        - Много, - я почувствовал, что уши стали малиновыми и вот-вот задымятся, - десять миллионов. Евро.
        - Мр-р-р-р… Так захоти, что ли, ещё разок.
        - Хочу!
        - И? - теперь в голосе кошки явно слышался сарказм. Добрыня тоже заулыбался.
        Да что вы, издеваетесь, что ли братья меньшие? Вот здесь. И сейчас же! Без всяких чемоданов! Куча денег. Любых. Ну же!!!
        Мой зверинец, уже не сдерживая себя, ржал на два голоса.
        - И чего такого смешного-то?
        - Просто пока тебе, как начинающему волшебнику нужно мануальное подтверждение желания. А то пожелаешь чего-нибудь такого, что потом и сам не рад будешь. Например, пошлёшь куда-нибудь кого-нибудь. Дошло?
        Моё воображение очень живо нарисовало мне соответствующую картинку. Аж передёрнуло всего.
        - Дошло… И какое же именно мне подтверждение изобразить?
        - А то самое, которое ты первым и зафиксировал, когда очнулся.
        И тут до меня дошло окончательно. Ещё раз попытавшись представить себе кучу денег, что получилось весьма абстрактно, я сложил нужную комбинацию.
        Сразу же что-то чпокнуло под потолком, и на меня, и вокруг, как на незабвенном воландовском сеансе полетели-запорхали разноцветные бумажные прямоугольники, забиваясь во все щели. Но большая часть всё же собиралась у меня под ногами, и, когда я уже стоял буквально внутри "финансовой пирамиды", засыпавшей меня до пояса, деньги перестали сыпаться. А я всё стоял и тупо смотрел на свалившееся на голову богатство и держал не разжимая самый неприличный из интернациональных и самый интернациональный из неприличных жестов.

* * *
        Спать совершенно не хотелось. И как тут заснёшь при таком-то богачестве? Да - тьфу на него - богачество. Это ж какие возможности открываются! И тут одна неприятная мысль проклюнулась через хаос остальных.
        - А скажи-ка мне, Варь, сколько ещё таких как мы землю топчет?
        - Нахождение на планете второго подобного артефакта можно оценить как 0,000017 %. А если таковой и существует, то вероятность его обнаружения вообще теряется в бесконечности.
        - А откуда такая уверенность, да ещё и с такой точностью? Ты же сама не знаешь, с чем мы столкнулись.
        - Ха, хочешь, скажу, сколько сегодня с 9-00 до 10 -00 по Москве на землю попадёт солнечной энергии? С точностью до милливатта.
        - Ты и это знаешь?
        - Прогнозирую.
        - Ну, хорошо, согласен. А просто так, других менеджеров, безартефактных нет?
        - Просто так только кошки родятся, - выразился Добрыня и показал Варьке длинный розовый язык. Варежка изобразила спинкогнутость и когтевыпускаемость. Хотя, как мне показалось, отношения между ними сложились скорее шутливо-дружеские, чем классические кошко-собаковые.
        - Так вот, насколько мне известно, в настоящий момент никого, кто обладает такими способностями среди живущих нет.
        - Как же так! - я озадаченно почесал макушку, - а как же законы жанра? То есть - где злодеи, с которыми нам предстоит сразиться, чтобы спасти мир? Чёрные колдуны там, оборотни, или пришельцы с кольцами всевластья? С какой-то целью мы-то получились такими, какие мы есть?
        - А вот этого я не знаю, - сейчас и Варежка казалась озадаченной. - Будем надеяться, что это знание не всплывёт в самый неподходящий момент.
        А Добрыня только согласно присвистнул.

* * *
        На улице рассвело. Я посмотрел на гору денег, показал ей "жест", и она просто исчезла.
        Кстати, какое бы этому жесту название придумать? А то называть его исторически сложившимся словом язык не поворачивается… не литературно как-то. Ладно, пусть пока будет просто - жест. А там, глядишь, и совсем надобность отпадёт - что-то такое Варёк об этом говорила.
        Чем бы таким заняться? Просто руки чешутся опробовать все мои возможности. Хотя, чует моя голова, серая хитроумность не зря такое название подобрала. Короче, холодная голова, горячее сердце и чистые… чисто исполненный жест. Ха!
        С немалым трудом заставив себя отказаться от немедленных экспериментов, я за несколько минут накидал себе план действий на ближайшее будущее. Выглядел он примерно так:
        - Выяснить, насколько хватает моих способностей. Есть ли какие-то ограничения по силе или длительности воздействия, нужно ли мне восстанавливаться после каждого успешного чародейства и т. д. и т. п.
        - Пункт первый реализовать, желательно, без заметных и далеко идущих последствий.
        - Придумать, как жить дальше.
        Таким образом, "кто виноват?", мы худо-бедно прояснили. Осталось только выяснить "что делать?". К реализации первого пункта можно было приступать в любой момент. Но я очень серьёзно задумался над вторым. Первая эйфория уже прошла, и очень хотелось не наломать дров по неосторожности.
        Ага, вот к примеру… Я сотворил себе кружку кофе с молоком и два горячих бутерброда - с копчёной колбасой и сыром, сверху присыпанных мелко порубленной зеленью. Бутерброды издавали такой аппетитный запах, что от холодильника, где лежал притихший Добрыня, донеслось жалостливое "У-ваф-ф!". Я покосился на пса и сотворил тазик с мелко порубленной говядиной.
        Кошка изображала спящий режим.
        Добрыня встал, понюхал предложенное угощение и неожиданно заявил:
        - Ты бы, хозяин, это… кофе бы не пил, что ли.
        Я покосился на кружку. Что-то мне кажется, или оттенок у напитка какой-то неправильный? Да и бутерброды уже не показались такими аппетитными. Вдруг я действительно сотворил что-то ядовитое?
        - А что - что-то не так? - уж лучше в холодильнике порыться, чем сразу нарваться на второй пункт собственного плана.
        Кошка приоткрыла левый глаз.
        - Да нет, - Добрыня смачно зачавкал говядиной, - просто, говорят, он на здоровье плохо влияет.
        Зверьё покатилось со смеху. Причём Варька чуть не свалилась со своего места, а Добрыня подавился и начал потешно откашливаться.
        - Блин, шутники, перепугали! Вот так вам и надо! Будете знать, как надо мной потешаться.
        - Ну, прости, хозяин, - Варежка потянулась, спрыгнула на пол и присоединилась к собачьему завтраку.
        - Кстати, что вы заладили с этим хозяином - как-то неприлично. Теперь, по крайней мере… Зовите по имени, что ли. Меня, между прочим Василием зовут, если кто не знает.
        - Я знаю, - собак на миг оторвался от еды. - Во дворе слышал.
        - Точно. Я буду звать тебя Васькой - типично котовое имя, - чувствовалось, что кошке всё ещё хочется похохмить.
        - Ладно, зовите, как хотите, - я доел рукотворный, в прямом смысле этого слова, завтрак, и меня наоборот охватило сонливое блаженство. Может истощился какой-нибудь маномагический резерв, а может сказывался банальный недосып. - Пойду-ка я посплю пару часиков. Никуда от меня теперь ваш континуум не убежит.
        - Не убежит, - философски согласился Добрыня, - а я, пожалуй, во двор пойду - жарко у вас тут.
        - Подожди, я с тобой, - кошка закончила умываться и потянулась.
        Я выпустил своих животинок, закрыл дверь, и, добредя до кровати, провалился в глубокий здоровый сон.

* * *
        Бабка Зинка была грозой всей нашей деревни и ещё двух соседних, давно сросшихся вытянувшимися вдоль дороги улицами.
        Во-первых, она знала всё и про всех, помнила по именам не только местных жителей, но и их родственников, проживающих на всей территории России и за рубежом. Ей были известны клички всех собак, кошек и прочей значимой живности посёлка. Ко всему, она была профессиональной сплетницей, работающей из чисто спортивного интереса, и получающей от этого огромное удовольствие.
        Во-вторых, каким-то мистическим образом, она умудрялась промелькнуть в одно и то же время на совершенно противоположных концах селения. Правда и её звучный голос было слышно издалека, что позволяло, при необходимости, загодя укрыться от её пристального внимания.
        В-третьих, постоянно у кого-то занимала, а у кого-то и просто так стреляла мелкие суммы. Вроде как рублей десять-двадцать и не жалко, но просила Зинка регулярно, отдавать не торопилась, и со временем набегала приличная сумма. Впрочем, у неё не стояло целью скопить ни на особняк, ни даже на подержанный жигулёнок. На все добытые деньги бабка добросовестно покупала семечки, которые в неимоверных количествах уничтожала с помощью оставшихся у неё четырёх зубов.
        Ну, и, в-четвёртых, что прощало ей предыдущие три пункта, Зинка была первой, кто мог усмирить не в меру "употребившего" мужичка, любого из местных буянов, и даже агрессивных подростков, замышляющих какое-нибудь непотребство. По своей сущности она была скорее не злой, просто излишне крикливой.
        Сегодняшним утром Зинке крупно повезло. Ей не пришлось далеко ходить за свежими новостями. Как раз за её забором соседи, подозрительно озираясь, затеяли что-то явно преступное. Бабке было невдомёк, что люди, уже наученные горьким соседством с ней, озираются скорее машинально, даже просто проходя по своему огороду. Ну, а уж если вы собрались вскопать пару грядок под раннюю редиску - о, ужас! - раньше кого бы то ни было в деревне, то всё - туши свет, сливай воду!
        Зинке было плохо видно сквозь щели забора - набухшие от весенней влаги доски почти полностью сошлись между собой, перекрывая обзор. Бабка совсем уже было расстроилась, но тут углядела вполне аккуратное отверстие, которое образовалось на месте выпавшего из доски сучка. Сплетница сместилась к вожделённой дыре, которая находилась аккурат рядом с дворовым нужником, и, согнувшись и отклячив худой зад, приступила к сбору компромата.
        Внезапно со стороны туалета послышался тихий треск, очень похожий на звук электрического разряда, какой бывает при коротком замыкании. Следом за ним Зинка услышала низкий, вибрирующий свист, который постепенно нарастал по громкости и по тональности. Пенсионерка в нерешительности замерла. Между тем подозрительный звук всё нарастал, и, через какое-то время застыл на особо неприятной громкой и визгливой ноте. Бабка войну, конечно, не застала, но прекрасно понимала значение такого свиста.
        Сплетница вышла из ступора и дернулась, было к дому - подальше от неведомой опасности, как неожиданно наступила тишина. "Ну, всё - Гитлер-капут!", - непонятно с чего всплыло в голове. И в ту же секунду раздался взрыв такой силы, что должен был, по идее, разнести не только нужник, но и половину деревни в придачу.
        Однако ничего подобного не произошло. Зинка, не успев даже испугаться, с удивлением отметила, что после звукового удара она даже не оглушёна, и продолжает прекрасно слышать даже самые тихие звуки из обычного сельского шума.
        Между тем, чудеса не окончились. Во взрывоопасной кабинке кто-то завозился.
        - Дети! - промелькнуло в голове. - Залезли, что-то взорвали, паршивцы! Господи, их же там поубивало нафиг!
        На то, что аккуратно задвинутый внешний шпингалет так и остался закрытым, она не обратила внимания, а, бросившись к двери, рывком распахнула её, сорвав немудрёный запор…
        За дверью стоял чёрт.
        - Допилась! - первая мысль, как правило, бывает самая верная. Хотя на этот раз верной оказалась мысль вторая:
        - Так я же не пью!!! Уже неделю как…
        Пенсионерка застыла, хватая весенний воздух ртом. Нереальность происходящего была дополнена тем фактом, что чёрт был одет в слепяще-белый костюм-тройку и белые туфли. Единственным цветным пятном в его наряде был розовый галстук, который, тем не менее, очень удачно гармонировал с розовым пятачком. Под мышкой правой руки нечистый держал белую же кожаную папку.
        Пауза затягивалась. Чёрт же невозмутимо поправил очки в светлой, скорее всего платиновой оправе, интеллигентно откашлялся, и очень вежливым, хорошо поставленным голосом выдал вопрос, которого меньше всего можно было ожидать:
        - Извините. Вы не подскажете, как пройти в библиотеку?
        Зинка совсем уж ошарашено посмотрела на чёрта, и, после того как её лёгкие снова подружились с атмосферой, сумела выдавить совершенно неуместный ответ:
        - А почему белое?
        На что тот, мило улыбнувшись, сказал:
        - Девушка, а вам не кажется, что в такую замечательную солнечную погоду это наиболее естественный цвет одежды? Я, конечно, понимаю, ваше удивление, но, тем не менее, позволю себе вновь побеспокоить вопросом о местонахождении библиотеки. Видите ли, я очень спешу.
        - Там! - пенсионерка неопределённо махнула рукой куда-то вглубь соседских огородов.
        - Благодарю покорнейше, - перехватив папку левой рукой, чёрт правой схватился за Зинкину руку и приложился крепким поцелуем, - счастливо оставаться.
        После чего, он пошёл точно по направлению, указанному бабкой, каким-то непостижимым образом просачиваясь сквозь заборы, но при этом огибая деревья и кустарники. Несчастная старушка смотрела ему вслед до тех пор, пока силуэт неожиданного визитёра не затерялся вдалеке.
        Неожиданно заныло сердце, чего не было уже много лет. И тут же, дуплетом, стрельнуло в правую ногу. Как раз в том месте, где три года назад был неудачный, долго сраставшийся перелом. Кое-как проковыляв два шага, Зинка прислонилась к своему злополучному строению. Мысли в голове крутились всё больше не радостные. О белой горячке, галлюцинациях, о том, что, вроде бы, при "белочке" человек не должен осознавать, что что-то не так… или это при сумасшествии?
        В кабинке снова засвистело. Правда на этот раз басовито и не так громко. Пенсионерка, отчаявшись окончательно, крепко зажмурилась, но ожидаемого взрыва не произошло. Гул закончился каким-то мелодичным перезвоном, какой бывает на вокзалах перед тем, как будет произнесено какое-нибудь объявление. Осторожно приоткрыв один глаз, она тихонько заглянула в щель приоткрытой двери.
        В кабинке стоял ангел. В его ангельской принадлежности сомнений не возникало - он-то, как раз в отличие от чёрта имел прикид, полностью соответствующий представлению об одежде небожителей. Да и крылья, сложенные за спиной не оставляли места сомнениям. Сомнение вызывало только душевное равновесие Зинки, уже благополучно приземлившейся на пятую точку. Ангел же, с трудом протиснувшись в дверной проём - всё же крылья, даже в сложенном виде не очень-то проходили в косяк - обошёл вокруг двери и остановился перед сидящей бабкой.
        - Вы тоже в библиотеку?
        - Да. Спасибо - дорогу вижу. Коллеги, я смотрю, уже начали прибывать.
        Ангел направился, было по стопам чёрта, но, внезапно остановившись, повернулся к хозяйке туалета-телепорта и покачал головой.
        - Похвально-похвально, - сказал он, разглядывая Зинку, - то, что пить бросили - похвально. А вот за здоровьем следить надо. В вашем возрасте особенно. Вот, например, сердце…, сахар повышенный… - произнося это, ангел проделывал в воздухе какие-то манипуляции кистью руки, - а вот это совсем уже никуда не годится. У вас, матушка нехорошая опухоль на месте перелома. Очень нехорошая… была. Вот так-то.
        Зинка с удивлением отметила, что все неприятные ощущения куда-то испарились, словно их и не было вовсе. Более того - она почувствовала такой прилив сил, какого не ощущала уже много лет. Да что там лет - десятилетий.
        - Спасибо, Господи! - крикнул он вслед уходящему ангелу. Тот остановился, повернулся.
        - Не надо. Я - не Он. А вот их можешь благодарить, - ангел махнул рукой куда-то в угол огорода, заросший малинником, и направился следом за первоприбывшим.
        - Кого ещё "их", - пробормотала бабка, ковыляя к зарослям.
        Открывшаяся в малине картина в любой другой день повергла бы в шок и человека с более крепкими нервами, но Зинка, только что прошедшая огонь и воду, медным трубам совсем не удивилась. За высокими колючими кустами обнаружились кошка и пёс Васьки, соседа, живущего через несколько домов. При этом зверюги не просто скрывались в малине, а покатывались со смеху, уморительно прижимая передние лапы к животам.
        - А ну, брысь, окаянные!
        Пёс с кошкой подхватились, при этом кошка вспрыгнула Добрыне на холку, вцепившись лапами в ошейник. Собак рванул к открытой калитке, притормозил возле неё, и, помахав на прощание хвостом - вверх-вниз, скрылся за забором.
        Зинка поплелась в хату. На сегодня впечатлений было достаточно. Жаль только, рассказывать о них никому нельзя!
        Глава 3. Шмокодявка, и не только…
        Меня разбудил дверной звонок. За окном были уже вполне сформировавшиеся сумерки. Хорошо так поспал. Целый выходной из двух. Потом я вспомнил обо всех событиях и чертыхнулся. Какой выходной, какая, нафиг, работа! Да я теперь!..
        Что "я теперь" додумать не удалось. Повторный звонок заставил меня вспомнить, что за дверью дожидается какой-то неожиданный визитёр.
        Визитёр был не просто неожиданный, но и весьма странный. Не очень высокого роста, может подросток, худощавый настолько, что просторный плащ с капюшоном весьма, кстати, необычного, явно не по последней моде покроя, не скрывал, а скорее подчёркивал его скелетообразность. Лица толком разглядеть не удалось - капюшон, сумерки и какая-то неестественно пышная (на языке вертелось слово "дикая") шевелюра.
        В принципе, такого индивида можно было бы встретить на улице, но во всём его облике сквозило что-то настолько "ненашенское", что прямо-таки - ух!
        "Началось", - подумал я скорее с облегчением. Что именно началось, и почему мне от этого потеплело на душе, я додумать не успел.
        - Василий? - голос у незнакомца был самый, что ни на есть обычный. Никакого скрипа, акцента и прочих потусторонностей не наблюдалось.
        - Да.
        - Меня зовут… кгм… Кормоед. Я к вам по делу. Разрешите?
        - Да-да, конечно, проходите. - Я гостеприимно распахнул дверь и посторонился.
        Незнакомец важно настолько, насколько позволяла его комплекция, прошествовал мимо меня на кухню. Следом шмыгнули мои звери, причём вид у обоих был такой шкодный, словно они поймали в лесу бегемота, спрятали его под лестницей, и ждут, когда он выскочит кому-нибудь под ноги.
        Проследовав за визитёром, я обнаружил его сидящим на стуле и рассматривающим коробку с кошачьим кормом.
        - Ой, простите, вы не голодны? - Спохватился я.
        - А? Нет-нет, спасибо, - незнакомец как-то смущённо почесал себя где-то в районе уха. - Как причудливы порой лингвистические совпадения. Вы знаете, что означает моё имя на моём родном языке?
        - Каком именно?
        - Не суть важно. Оно означает "ведущий путника" и отражает суть моей профессиональной деятельности. Имя же данное мне родителями я давно уже не употребляю, и оно, замечу, ещё менее благозвучно для ваших ушей.
        - Ну, хорошо, уважаемый Кормоед. Так чем обязан вашему визиту?
        Незнакомец (хотя, почти уже знакомец) призадумался, разглядывая меня из-под капюшона и густой гривы.
        - А скажите, Василий, вы ведь недавно обрели способность манипулирования?
        - Ну-у-у… как вам сказать, - если он имеет в виду то, что случилось вчера… - да, недавно. - Осторожно ответил я.
        - А простите за нескромный вопрос - сколько у вас уже было походов?
        - Походов? - мне, почему-то представилась палатка, костерок, и песни под гитару.
        - Ну, да, рабочих походов, - уточнил Кормоед.
        - Да я как-то не особо туризм люблю. Комары там и всякое такое…
        - Ай, оставьте, причём здесь туризм, - собеседник внезапно запнулся, - позвольте уточнить, когда именно вы начали манипулировать?
        - Если я правильно понимаю, о чём вы говорите, то вчера.
        - О, гаррамаррабабуха! Как же мне не везёт! Один свободный манипулятор на целый сектор, и тот вчера инициировался!
        - Простите, уважаемый, я вполне сочувствую вашему горю, но, честно говоря, сам ещё слабо понимая происходящее.
        - Ну, ещё бы! - мой собеседник совсем сник, казалось, что он сейчас расплачется. - Особенно учитывая, что вы живёте в одном из изолированных миров, в этом нет ничего удивительного.
        - Ну, так, разизолируйте хотя бы меня.
        Кормоед опять взял короткий тайм-аут, повесил голову и пару минут просидел так, что-то бормоча себе под нос. Потом решился.
        - Хорошо. Скажите, Василий, сколько рас населяет ваш мир?
        - Рас? Сейчас посчитаю… Европеоиды, азиаты…
        - Нет-нет, не рас людей, а рас Рас?
        - Тогда одна - люди. Ну, может дельфины ещё…
        Кошка, примостившаяся на диване, презрительно фыркнула.
        - Так вот, я, на самом деле совсем не человек. Я - гоблин. Один из представителей миллиардов рас заселяющих континуум.
        Слово "континуум" мне совсем не понравилось. Кошка опять фыркнула, на этот раз - ехидненько так.
        Гоблин наконец-то откинул капюшон и двумя пятернями разгрёб свои патлы, заправив их за нормального размера, но, при этом островерхие зелёные уши. На меня уставились ярко-фиолетовые глаза с вертикальными зрачками, как-то не очень сочетающиеся с зеленоватым цветом кожи. Больше ничего особо необычного в его облике не наблюдалось, хотя, может у него на голове даже рожки растут - кто их разглядит под такой мочалкой.
        - И как вам? - я пожал плечами.
        - Гоблин как гоблин. Что я гоблинов не видел.
        - Где? - напрягся он.
        - Да мало ли. В кино, в книгах…
        - А-а. Спонтанно проникающий фольклор. Бывает. Я так понимаю, что и ваши спутники получили свои способности вместе с вами.
        - Чуть-чуть раньше. На пару часов, - влез Добрыня.
        - И при этом, уже успели ими воспользоваться, да? - Кормоед погрозил пальцем. - То-то некая человеческая особь по имени Бабазина в церкви поклоны весь день бьёт…
        Звери явно смутились.
        - А вы откуда знаете? - кошка решила поотпираться.
        - Профессия такая. Ну, и какая-никакая способность имеется. Ну ладно - это вы сами между собой разбирайтесь… Так вот, дорогой мой Василий…
        Гоблин начал ликбез, а я жадно впитывал информацию, вполне обоснованно подозревая, что она мне весьма и весьма пригодится.
        Как оказалось, мы все существуем в некоем континууме, который раскинулся как в пространстве, так и во множестве измерений. Ну, уж этому я не удивился совсем. Если уж научный мир склоняется к такому выводу, то многочисленные писатели вовсю его "понаоткрыли" и поназаселили.
        Множество разумных рас и существ заселяет миры и планеты континуума, для удобства разделённого на сектора - некий объём пространства, включающий все исследованные измерения материальных миров. Живут себе, размножаются, взаимодействуют между собой и друг другом. Есть и изолированные миры - как наш, например. Либо далеко находятся, либо местные жители ни в дальний космос не вышли, ни особыми способностями различных перемещений не обладают. А если ещё и для других обитателей континуума эти миры интереса не представляют, то изолированными они могут оставаться бесконечно долго. Так - редкие исследователи, да случайные туристы. Сознательно на глаза изолятам они не лезут, а если уж контакт и произошёл, то остаются в сказках, мифах, преданиях - в фольклоре, в общем.
        Кормоед оказался представителем довольно распространённой расы гоблинов, у которых была способность видеть "короткий путь" и чувствовать эмоции разумных существ. Это делало их незаменимыми проводниками между измерениями. И дорогу найдёт, и под настроение клиента подстроится. А если клиент всё же где-то потеряется, то благодаря второй способности сможет без проблем его найти. Наш же визитёр обладал ещё и довольно редкой способностью чтения инфосферы. Что это такое я не знаю, но, подозреваю нечто аналогичное Варькиным умениям.
        Рассказал мне гоблин и про таких как я. Оказывается, я своего рода уникум. Точнее вся наша десятиногая тройка - ваш покорный слуга, Варька и Добрыня. Таких групп существует, хорошо, если одна на триллион разумных. Как образуются такие команды, не знает никто - просто не было, а вдруг стало. Умные головы подозревают, что сам континуум способствует их возникновению, дабы облегчить жизнь остальных своих обитателей. Такие как мы могли заниматься всем - от помощи в высокотехнологичных производствах, до выполнения различных щекотливых заданий по поручению правительств. Хотя, о случаях возникновения подобных команд на изолированных мирах никто ещё не слышал. Если таковые и были, то, скорее всего, заделывались на своей родине мелкими, а может и крупными божками и никуда оттуда своего носа не совали.
        Нас же Кормоед обнаружил совершенно случайно. Ему как раз попался заказ по сопровождению какого-то ВИПа, которому позарез, а главное срочно нужно было попасть соседний сектор. Проводники ходили между секторами, но даже самый короткий и при этом доступный им путь всё равно был как бы обходным и занимал, как правило, очень много времени. А клиенту приспичило срочно. Можно бы рискнуть напрямик, через, как выразился гоблин, "серую область", но она, область эта была очень капризной и, чаще всего путь оборачивался такими приключениями, что никак не оправдывало риска.
        Гоблин решил потратить толику драгоценного времени и попытаться нанять манипулятора с командой.
        Слово "нанять" мне понравилось.
        Но в инфосфере не оказалось данных о свободных командах наподобие нашей, и гоблин на свой страх и риск решился самостоятельно штурмовать серую область. И тут - о, чудо - на первом же граничном мире Кормоед почувствовал, что если сделать всего два шага в сторону от Пути, то он буквально столкнётся со мной любимым. Причём оба этих шага были по какому-то "синему" коридору.
        Ну, и в заключение: "Не будет ли столь любезен многоуважаемый джинн…"
        Хм-м. Джин-то может и любезен.
        Гость почувствовал мои колебания.
        - Вы можете совсем-совсем не беспокоиться. Самое страшное, что может случиться - это задержка в пути, но это уже мои трудности.
        - А ничего, что мы ещё никогда и никуда? Да и вообще, можно сказать вчера родились?
        - Нет, что вы. Основная задача останется за мной. Вы же, так скажем, тяжёлая артиллерия на случай внезапной осады.
        Я вопрошающе посмотрел на зверей. Варька изобразила полное безразличие, типа, решай сам, а вот Добрыня еле заметно помотал головой в отрицательном жесте.
        - Ну, допустим, - осторожно начал я…
        - Благодетель! - Тут же расцвёл гоблин. - Спасибо! Буду очень признателен.
        - "Спасибо" мясом не пахнет, - буркнул пёс от холодильника.
        - О, как можно! Моя благодарность вам не будет иметь границ!
        - Нет, уж, - Варенец повернулась на спинку и поиграла мячиком, привязанным на нитке к её комплексу. - С границами надо сразу определяться. У нас, знаете ли, теперь всё есть.
        - А как насчёт вот такой штукенции? - глазки гоблина хитро сощурились. Он порылся в недрах своего плаща и выудил аккуратный матерчатый мешочек, стянутый у горловины кожаным ремешком. Аккуратно развязав узел, он высыпал на ладонь горсть радужно переливающихся полупрозрачных шариков, размером с лесной орех. Я, даже ещё не зная, что это такое, попытался намагичить их копии на столе. Ан, фигушки.
        Кормоед скорчил сочувственную мину.
        - К сожалению, пу`тинки просто так создать не возможно. Когда вы начнёте путешествовать по континууму, сами убедитесь в том, что достать их весьма и весьма затруднительно.
        - И в чём же ценность этих ваших путинок?
        Гоблин прочёл ещё одну лекцию, правда, короткую. Дело в том, что во время шагов - переходов между мирами, измерениями, планетами - да-да, с планеты на планету тоже можно шагнуть, если знаешь как - путешественник в качестве платы за переход теряет одну из своих уникальных способностей. Ненадолго - всего одни местные сутки. И не всегда. Существует три типа коридоров - синий, зелёный и оранжевый. Если путешествовать синим коридором - плата не взимается. Если зелёным - теряется одна способность. В третьем случае можно потерять от двух, до всех способностей, если они у вас, конечно есть. Правда тройки манипуляторов и здесь урвали свой кусок халявы. Континуум считал их за одно целое и лишал способности кого-то одного из команды.
        Так вот путинки при использовании необратимо разрушались, но понижали цену перехода на один пункт.
        - Подумаешь, - Добрыня продолжал разыгрывать из себя скептика, - ну посидим сутки в каком-то мире.
        - А если планета с ядовитой атмосферой? - не сдавался гоблин.
        - Наколдуем купол.
        - Силой тяжести в сто земных?
        - Васька какие-нибудь штуки всё равно намагичет.
        - И сутки на ней длятся сто ваших лет…
        - Ладно, Добрыня, хватит, - я решился. - Сколько?
        - Десять путинок, и, поверьте, это очень хорошая…
        - Двадцать. - Варёк включилась в торги. - И во время совместного похода они же за ваш счёт.
        - По рукам! - судя по довольному фейсу гоблина, это он ещё легко отделался.
        - Да, кстати, а где клиент-то?
        - В гостинице в пограничье, - Кормоед легкомысленно махнул рукой. - Что ему там сделается.
        Вот так мы и собрались в поход. Хоть у меня и было какое-то неприятное предчувствие, но я списал его на общую необычность обстановки. Зверики же, когда решение было принято, совсем перестали забивать себе голову всякой ерундой.

* * *
        - Собачку потренировать не желаете?
        Мы стояли за домом, чтобы наше отбытие было не заметно с улицы. Лёгкий ветерок вновь спутал гоблинскую гриву, и даже голос проводника казалось, пробивался сквозь войлочный заслон. Меня же откровенно знобило. Надеюсь, что только от холода.
        Пёс обиделся. Недвусмысленно приподнял заднюю ногу над краем плаща Кормоеда.
        - Добрыня, как тебе не стыдно!
        - А чего он тут пальцы гнёт?
        - То есть, ты хочешь сказать, что вот так, с первого раза…
        Добрыня повернул морду к гоблину:
        - Куда?
        - Первый шаг - Айхор свободный выход, второй - Шмокодявка-34. В координаты, - гоблин достал из кармана листок, сверился, - 2335.015.0097.
        Собак плюхнулся на хвост, зачем-то потёр нос передней лапой, посмотрел направо, на курятник, потом налево, встал, отряхнулся и припустил назад - в сторону дома. Мы рванули следом.
        Бег наш получился каким-то странным. Вроде бы и двигались резво, но продвигались на каждый шаг не больше, чем на пять-десять сантиметров. Так что столкновение со стеной нашей компании явно не грозило.
        Поступательное движение по отношению к обычному пространству вскоре и совсем прекратилось. Мир вокруг нас замер, как будто отделённый прозрачной, но непроницаемой стеной. А откуда-то спереди показался синий огонёк, который всё приближался, и, наконец, ворвался в окружающее нас пространство, затопив всё пронзительным ультрамарином. Исчезло всё, кроме нашей живописной группы. Синь сверху, снизу, со всех сторон…
        Добрыня попытался притормозить, но, поскользнувшись на неведомой поверхности, не удержался, и, раскинув все четыре лапы в своеобразный собачий шпагат, медленно вращаясь, проехал на пузе ещё с пяток метров.
        Мы приблизились к псу.
        - И что? - я ухватил его за холку и помог подняться - поверхность явно была с низким коэффициентом трения.
        - Ждём.
        Гоблин и Варёк хранили невозмутимое молчание.
        Буквально через пару секунд перед нами белым контуром прорезался прямоугольник, величиной с обычную дверь. Добрыня подошёл к одной из сторон прямоугольника и поскрёб когтями прямо по образующей его линии.
        - Кто там? - раздалось из-за двери.
        - Это я, почтальон Печкин, - ответ пса изумил, в первую очередь, меня.
        - Пароль? - не унимался неведомый привратник.
        - Гав-гав и три зелёных свистка, - отрапортовал собак.
        - Ваша собака очень оригинальна, - прошептал мне Кормоед.
        - В чём дело?
        - Видите ли, в настоящий момент, нас просто переносит в другую точку континуума. А уж как это будет обставлено визуально, зависит только от ведущего.
        - А синяя заставка вокруг…
        - Означает, что мы идём именно синим коридором.
        Добрыня, наконец-то, договорился с невидимым оппонентом, и белый прямоугольник трансформировался в обычную дверь. Пёс с хитринкой покосился на гоблина и приглашающе мотнул головой - мол, давайте, проходите. Тот взялся за ручку, распахнул дверь, и мы шагнули в новый мир…

* * *
        - Этого не может быть! - В голосе Кормоеда преобладал благоговейный ужас.
        - И куда ты нас привёл? - Напустился я на пса.
        - Куда-куда. Куда просили, туда и привёл - Добрыня излучал такое довольство, что захотелось скормить ему килограмм лимонов. Или центнер. Я уставился на гоблина.
        - Да-да. Мы пришли правильно…
        - Так что ж тогда…
        - Но мы прошли за один переход. Один. Вместо двух. Так не бывает!
        - Теперь бывает. - Добрыня деланно-равнодушно пожал плечами. В собачьем исполнении жест получился презабавным.
        - Позвольте поинтересоваться, - гоблин впервые обратился к собаке на "вы", - какой именно у вас дар?
        - Поиск, - вмешавшаяся в разговор Варежка сказала это так гордо, как будто это она лично распределяла наши способности.
        - Не поиск пути, не поиск ископаемых, не поиск разумных, не…
        - Вот именно - Поиск. Просто поиск.
        - Невероятно! - наш наниматель уже просто пританцовывал от переполнявших его эмоций, - потрясающе! Пойдёмте скорее - теперь я уверен, что заказ будет выполнен.
        Мы направились к одинокому трёхэтажному строению, притулившемуся к кромке леса и находящемуся, на глазок, метрах в семистах от нас.
        Ну что сказать про Шмокодявку-34? Может для обитателей континуума и в порядке вещей скакать между мирами, но я, в первый раз покинувший свой мир, ощущал себя первоклассником, впервые попавшим на ёлку в Кремле. Открыв рот, я с восторгом глазел по сторонам.
        Попали мы сюда, явно раним утром. Солнце на глазах выбиралось из-за горизонта, окрашивая небо красивейшем заревом, в котором преобладали жёлтые и зелёные тона. Грунт под ногами напоминал кварцевый песок, но, с каким-то синеватым отливом. Вкупе с небесной феерией рождались самые необычные зрительные ощущения. Растительности до самого леса не было видно - ни травы, ни единого кустика. Птицы, самолёты и прочие летуны тоже не оживляли картину. А вот лес, насколько было видно в отступающих сумерках, был совсем обычным. По крайней мере, ели и берёзы я точно ни с чем не спутаю.
        Заглядевшись на местные красоты, я не сразу обратил внимание на то, что Добрыня отбился от группы, и увлечённо раскапывает что-то чуть в стороне от нашего пути.
        - Добрыня, не отставай! - надо же - в свою просто-собачью бытность не накопался, рытик несчастный!
        - Р-р-р! Собак изобразил стойку мышкующей лисы и яростно вгрызся во что-то подземное.
        Несколько секунд жестокой борьбы, и пёс, упираясь всеми четырьмя лапами, потащил из земли нечто извивающееся и отчаянно сопротивляющееся.
        - Добрыня, фу! - я понадеялся, что выработанные навыки возьмут верх, но не тут-то было.
        Змееподобное существо, уже на полтора метра показавшееся из земли, внезапно сложилось петлёй и наотмашь захлестало как плеть. Пёс, не разжимая зубов, выдержал два коротких перелёта, потом, всё же разомкнув пасть, отправился в недолгое параболическое путешествие.
        Варежка выгнула спину, распушилась и зашипела. Синий песок, как будто бесшумным взрывом взметнуло над долиной, и из-под земли выметнулась туша. Нет - ТУША! То, что изначально ухватил Добрыня, оказалось самым кончиком сорокаметрового хвоста, оканчивающегося зубастой головой размером с карьерный самосвал. Мега-головастик взревел и начал подниматься над нами, выискивая обидчиков. Добрыня вскочил и с яростным лаем вновь атаковал хвост монстра.
        Я, опомнившись, обнаружил, что машинально сложил "жест", вот только ничего более не предпринял. Чудище наконец-то сориентировалось в ситуации и с воем, со скоростью локомотива бросило свою пасть на обидчиков.
        Мысли в моей голове словно взорвались, не позволяя вычленить одно единственное нужное слово.
        - Сгинь! - прорвался сквозь сумбур отчаянный крик Варьки.
        - Сгинь, - машинально повторил я, когда нас с чудовищем разделяли считанные сантиметры.
        Монстр пропал моментально. Безо всяких свето-шумовых эффектов.
        У меня задрожали ноги. Я, смутно сознавая, что мы всё же победили, повернулся к гоблину. Тот почему-то заорал и бросился ничком на землю, прикрыв голову руками. Я непонимающе посмотрел на него, потом понял, что ещё не разжал свою грозную пальцевую комбинацию.
        - Безопасная прогулка, значит?
        Гоблин выглянул из-под локтя. Увидев, что опасность миновала, он встал на ноги и принялся отряхиваться.
        - Безопасная, да! Кто же вас просил на пустынника охотиться. Он, между прочим, вполне безобидный. Нападает только на тех, у кого в тканях присутствует в значительном количестве железо.
        Наша троица переглянулась.
        - Кровь, - констатировала Варька, - там его такая концентрация…
        Мы уставились на гоблина.
        - Подождите… вы хотите сказать… - на Кормоеда было жалко смотреть, - но ведь большинство крупных монстров… А давайте я отменю заказ, а? Я вам даже компенсацию дам - десять путинок… нет - пятнадцать.
        Поздно. Я, опьянённый победой уже почувствовал себя супергероем, да и адреналин всё ещё бушевал в такой привлекательной для иномирянских гадов крови.
        - Нет! - моей высокопарности позавидовал бы сам Цезарь. - Менеджеры континуума просто так не отступают! Веди, давай, Сусанин.

* * *
        Заведение, до которого мы добрались с такими приключениями, снаружи напоминало классическую таверну, как её описывают в исторических и фентезийных произведениях. Добротный бревенчатый сруб на три этажа с маленькими окошками и массивной входной дверью. Над дверью красовалась деревянная вывеска: "У Самана. Еда, ночлег и др.". Меня позабавило это "др.", но более интересным был тот факт, что я легко понял смысл надписи, выполненной странной угловатой вязью. Не забыть бы прояснить этот вопрос у гоблина. Справа от входа располагалась коновязь, у которой отдыхала тройка самых обычных на вид лошадей. По двору бродила домашняя птица, так же ни чём не отличающаяся от земной.
        Всю средневековую пасторальную картину портил припаркованный у здания джипообразный автомобиль на гусеничном ходу. Гоблин распахнул дверь, и наша разношерстная компания вошла гостиницу.
        Внутренности помещения радовали глаз своей необычностью. И необычность эта заключалась, прежде всего, в смешении эпох и стилей. Ну, во-первых, мебель. Явно вытесанные при помощи топора столы и лавки. Массивные настолько, что случись здесь трактирная драка, использовать их в качестве ударного оружия было бы весьма затруднительно. Во-вторых, пол - обычный земляной. Всё тот же хорошо утрамбованный синеватый песок, посыпанный возле барной стойки свежими опилками. Даже если предположить, что хозяин гостиницы пытается стилизовать своё заведение под старину, то наличие подобного пола - это уже чересчур. Как, впрочем, и затянутые какой-то мутной плёнкой окна.
        Неяркие многочисленные светильники заливали пространство зала зеленоватым светом. На какой основе они работают - технологической или магической я определить не смог. Да и не особо интересно мне это. В то же время, прямо над барной стойкой вполне себе уживался привычного вида экран, с которого транслировалось нечто непонятно стрелятельно-догонятельное. За одним из столов сидело трое потешных типов, которые своим обликом гораздо больше напоминали гоблинов, чем наш. Огромные уши, сморщенные мордочки, узловатые пальцы. За стойкой стоял, я бы сказал, обычный человек, только с одной дополнительной деталью - крыльями, сложенными за спиной. Ну, и, пожалуй, роста в нём было хорошо так за два метра.
        Гоблин уселся за ближайший стол. Мы последовали его примеру. Вернее я последовал. Варежка удобно устроилась у меня на коленях, а Добрыня, попробовал, было, запрыгнуть на лавку, понял, что это не его путь, и устроился у меня в ногах, всем своим весом припечатав их к полу.
        - И где же наш клиент? Что-то мы не торопимся, хотя недавно ты говорил…
        - Спит ещё. Сейчас перекусим, и пойду его будить. Он как раз должен проснуться. Я чувствую.
        - Э, нет, подожди с перекусом. На сколько я понял, у нас разная биохимия организма. Коньки-то мы после этого не отбросим?
        - Ни в коей мере, - гоблин поманил бармена. Тот выбрался из-за стойки и вручил нам по устройству, больше всего напоминающему планшет. - Вот смотрите…
        Кормоед положил планшет на ладонь и через несколько секунд его экран засветился ровным синим светом.
        - А теперь вы…
        Мой же экран окрасился красным.
        - Вот, собственно и всё - устройство определило, к какому типу разумных вы относитесь, и теперь будет предлагать вам меню, которое не навредит. Поверьте - среди разумных рас и обычной живности встречается такое разнообразие обмена веществ, что эта проблема давным-давно решена. Вам, просто не повезло - ваша красная кровь является весьма лакомой приманкой для многих хищников. Для своей жизнедеятельности они используют железо, которое добывают из окружающей среды любым доступным способом. Пустынники, к примеру, могут перемалывать железосодержащие руды и минералы. Хотя, если бы нашему монстру всё же удалось схарчить кого-либо из вас, этот завтрак был бы для него последним. Он просто отравился бы.
        - Вот, спасибо, утешил. А проясни-ка мне ещё один вопрос. Насчёт языкового барьера.
        - Тоже ничего сложного, - гоблин достал из-под плаща амулет - на первый взгляд обычный камень в медной проволочной сетке, подвешенный на суровую нитку. - Вот, артефакт-переводчик магической природы. Переводит вашу речь на мой язык.
        - И всё?
        - Да.
        - Но у меня-то такого нету, как же я тогда тебя понимаю?
        - А манипуляторам он и не нужен. Они универсальные полиглоты. Причём как в устной, так и в письменной речи. Хотя некоторые местные названия и имена собственные, манипуляторы воспринимают как есть - без перевода.
        - Здорово! - учитывая, что у меня с детства были проблемы с иностранными языками, ну не давались они мне, от открывшихся перспектив дух захватывало. Хотя, при моих нынешних возможностях, что там какие-то языки. Блин! До сих пор поверить не могу!
        Я просмотрел на Кормоеда, который увлечённо шуровал пальцем по сенсорному экрану меню и присоединился к этому занятию. В принципе, еды я намагичить мог и сам, но так хотелось попробовать иномирянскую кухню. Вот, к примеру, ш-шпухи кручёные с мясом кокобы и сыром.
        - А скажите, милейший, - обратился я к крылатому бармену, который невозмутимо застыл рядом с нами в ожидании заказа, - кокоба, перед тем, как попасть на стол, она квакала или мяукала?
        Тот покосился на Варьку.
        - Кокоба, она потому кокоба, что кококает, - для такого здорового детины, голосок его был несколько высоковат. - Вон, они по двору ходят.
        Я понадеялся, что кококают на Шмокодявке всё же куры, а не кони, а другой живности рядом с гостиницей я что-то не припоминал.
        - Ладно, давай свои ш-шпухи. А вы, - обратился я к зверью, - что-нибудь будете?
        - Эх, всего-то ничего на чужбине, а так на родину тянет. - Варёк потянулась. - Вискаса бы, с рыбкой.
        Пёс оказался верен любимой говядине. Гоблин же заказал что-то труднопроизносимое. Я быстренько колданул миску вискаса и тазик говядины, и четвероногая братия дружно принялась работать челюстями.
        Ш-шпухи оказались обычными блинами. Даже обидно стало. Правда вкуснейшая начинка из мелкопорубленной и обжаренной курятины с сыром мигом приглушила обманутые ожидания. Даже Варёк соизволила откушать пару кусочков, хотя после вискаса её животик раздулся как шарик.
        После еды, запитой сладким травяным чаем, наступило сытое блаженство. Тройка ушастиков, покончив с завтраком, вышла на улицу, и, судя по топоту копыт, куда-то отбыла. Наш наниматель не спеша поедал какие-то длинные фиолетовые макароны. Заглянув в его тарелку, я увидел, что макаронины шевелятся. Всё моё любопытство куда-то разом испарилось. И я, поднявшись, вышел на улицу.
        Солнце уже вовсю шпарило с неба, постепенно слизывая тени. Становилось жарко. Внезапно из-за горизонта прямо на глазах вынырнуло ещё одно светило - ослепительный белый карлик - и начало карабкаться вслед за собратом. Фантастическое зрелище.
        Вдали, из-за кромки леса выплыла какая-то птица и, чуть поводя крыльями, стала парить в мою сторону. Большая птица. Просто огромная! И вообще не птица. Это… это же дракон! Я стоял и заворожено смотрел, как огромная рептилия, размахом радужных крыльев не менее десяти метров, заходит на посадку.
        Я не понимал - стоит ли мне паниковать, или драконы на Шмокодявке безобидные мирные существа, как яростный рёв всё расставил по своим местам. Театрально скрутив требуемую комбинацию, я воспользовался проверенной формулой:
        - Сгинь!
        Не тут-то было. Дракон продолжал падать прямо на меня.
        - Сгинь! Пропади! Исчезни! У, зараза…
        Ноль эмоций. Понимая, что бежать уже поздно, я зажмурился и сжался в ожидании удара. Вот так бесславно и закончится карьера менеджера континуума.
        Никаких последствий не было. Постояв ещё несколько секунд, я приоткрыл один глаз. Прямо передо мной, на расстоянии не более метра зависла, слегка покачиваясь, огромная клыкастая харя на длинной шее. Вся же туша удерживалась в воздухе быстро-быстро трепещущими перепончатыми крыльями. Прям - бабочка-переросток.
        - Чего застыл-то? Опуститься дай!
        Я недоумённо посмотрел по сторонам. Места хватало. Так какой же кокобы… Дракон правильно истолковал мой взгляд.
        - Здесь площадка утоптана. А дальше я по брюхо завязну.
        Пришлось посторониться, освобождая взлётно-посадочную полосу. Ящер сложил крылья, и, вытянув лапы, грациозно пришмокодявился перед дверью.
        - Ты чего такой нервный? Драконов, что ли не видал никогда? - он почесал передней лапой чешуйчатое пузо. - Вот расколдовался, до их пор щекочется.
        - Не-а, не видал. Если на картинке только, или в кино. Это такие картинки движущиеся.
        - А я, по твоему, дикарь не образованный, не знаю, что такое кино? - рептилия ехидно фыркнула.
        - Ну, извини, я из изолированного мира. В первый раз выбрался в континуум. На самом деле - впервые раз такого красавца вижу.
        Дракон гордо приосанился.
        - Так выходит правда, что на драконов магия не действует?
        - Естественно. Насколько ж вы изолированы, что таких вещей не знаете?
        - Ну… мы предполагали.
        - Вот теперь знайте! Федя!
        - Я вообще-то Вася. Василий, то есть.
        - Рад за тебя, Вася-Василий. А я, как раз, Федя.
        - Приятно познакомиться, Фёдор.
        - Я не Фёдор, я Федя, что значит огненный.
        - Извини ещё раз - никак не привыкну. Первый раз, сам понимаешь…
        - Ничего, бывает. Я вот помнится тоже в первый раз, когда из гнезда вылетел…
        - Подожди, подожди, Федя, а чего ты ревел-то? Вот я и начал в тебя заклятьями швыряться.
        - Да, видишь ли, - Федя несколько смутился, - я так вампиру знак подаю, что я близко. И жрать хочу. Чтобы готовить начал.
        - Вампиру?
        - Ага. Хозяину этой забегаловки.
        - Вампиру, значит…
        - Да ты не беспокойся он мирный. Специально песчаных копух разводит, их и пьёт.
        - Мирный, так мирный. А как ты вовнутрь попадёшь? Или он тебе сюда еду вынесет?
        - Эх, Вася! Что ж вы там такие тёмные все в своём мире. Сейчас увидишь…
        Дракон весь подобрался и начал трансформироваться. Больше всего процесс превращения напоминал пластилиновый мультик, когда один объект сначала пальцами уминают в шарик, потом тот теряет в объёме, как будто сдуваясь, и следом начинается вылепливание новой формы. Через несколько мгновений передо мной стоял вполне заурядный мужичок. Встреть такого на улице и даже взглядом не задержишься.
        - Ну что, пойдём, откушаем от щедрот вампирских?
        Мы зашли в зал.
        Кормоеда видно не было. Видимо, пошёл радовать клиента. Добрыня уже посапывал, так и не сдвинувшись с места. Варежка же гоняла по полу где-то раздобытый кусочек скомканной бумажки.
        - Саман, старый кровопийца, где ты там застрял? Давай, мечи харчи из печи. Народ голодный, как рой пустынников.
        - Да ну тебя, Федя, ещё накличешь, - донеслось из глубины кухни, - вчера, говорят, видели ночную лёжку пустынника в половине дневного перехода отсюда в сторону океана. Слетал бы, что ли, поохотился.
        - Нету больше вашего пустынника, - Варёк на миг прервала своё увлекательное занятие. - Кончился весь.
        - Ух ты! Говорящая кошка! - дракон обрадовался, как ребёнок. - Кис-кис-кис!
        - Ага, сейчас! - Варька демонстративно повернулась к Феде хвостом.
        - Ну вот, - расстроился тот, - в первый раз за почти шестьсот лет встретишь говорящую кошку, а она с тобой общаться не хочет.
        - У нас ещё собака говорящая есть, можно с ней пообщаться, - Варежка вернулась к прерванной игре.
        - Да! - досадливо отмахнулся ящер. - Эка невидаль - собака. Они, можно сказать, через одну болтают.
        Добрыня засопел громче и повернулся на бок. В этот момент из кухни появился вампир, прижимающий к животу огромную миску, на которой аппетитно благоухал печёный окорок, килограммов на пять весом, обложенный обжареной до золотистой корочки картошечкой, или каким-то местным её аналогом. Федя буквально выхватил миску у него из рук, и, пристроившись прямо за стойкой, вгрызся зубами в мясо.
        - Значит, нету больше пустынника? Это хорошо, - вампир вытер руки о край фартука. - А то он мне бед наделал бы. Такое дело можно отметить.
        Саман достал три стакана, потянулся за четвёртым, потом с сомнением посмотрел на Варежку и решил ей не наливать. Из шкафчика достал пузатую бутыль и разлил на два пальца едко пахнущей жижи.
        - Чесноковка? - принюхался дракон.
        - Она самая. Жаль, совсем мало осталось. Попросить, что ли, Кормоеда чесноку принести? Да когда-то он соберётся - через два сектора тащиться. Если по пути когда-нибудь.
        - Хм. Через два сектора, говорите? - я с опаской взял свой стакан. - Знаю источник гораздо ближе.
        - Благодетель! - на лице вампира расцвела радостная улыбка. Страшноватенькая, вообще-то, из-за длинных острых клыков. - Готов меняться на золото по весу чеснока.
        Я пожал плечами и сотворил слиток на пару килограмм. Улыбка Самана потускнела. Зато дракон вытаращил глаза.
        - Так ты ещё и создавать умеешь?
        Потом его взгляд задержался на Варежке, переместился на Добрыню.
        - А вы случайно не команда манипуляторов?
        Добрыня утвердительно вафкнул из-под стола. Лоб Феди покрылся испариной, и он залпом опрокинул чесноковку в рот.
        - Больше никогда не буду рычать на незнакомцев.
        - Почему? - заинтересовался я.
        - По кочану, - отрезал ящер. - Если бы ты три раза подряд повторил одно и то же заклинание, оно бы пробило к быням свинячьим мой хвалёный иммунитет.
        Теперь напрягся я. Стало стыдно. Чтобы загладить затянувшуюся паузу, я махом глотнул хвалёную настойку. Горло обожгло так, как будто на Шмокодявке не действовали законы природы и спирт, входящий в состав чесноковки, был, как минимум, градусов сто двадцать. Или двести сорок. С половиной. Федя, уже малость пришедший в себя, протянул мне картофелину.
        - На, закуси. Да ешь, не бойся, у меня тоже железный метаболизм.
        - Спасибо. - Картошка действительно оказалось картошкой. Я, кстати, заметил, что миска уже почти опустела. Куда только поместилось всё? В человеческой ипостаси дракона уже должно было распереть, как мешок с картошкой, извиняюсь за каламбур. - Ты уж извини, я не знал.
        - Чего уж там! Оба хороши…
        Мы посмотрели друг на друга. Чесноковка так действовала, или просто стресс надо было снять, но через мгновенье мы смеялись как сумасшедшие. Или, вернее сказать, ржали, как кони.
        - Ну, вот и хорошо, вот и ладненько, - вампир опустошил свой стакан, так как насчёт чесночка?
        Мне захотелось облагодетельствовать весь мир. Я, не сходя с места, сотворил добротную связку головок на двести. Связка не удержалась на стойке и змеёй сползла на пол. Саман проводил её несколько разочарованным взглядом.
        - Спасибо, конечно, но сотворённый чеснок не даёт того эффекта.
        - Да? Не знал… Ладно, вот схожу с Кормоедом, принесу тебе настоящего, с грядочки.
        - Буду весьма и весьма признателен. Я даже знаю, как смогу расплатиться. Насколько я понимаю, - бармен показал на Добрыню, - ваш ведущий может искать Путь только в пространстве и не умеет искать его во времени?
        Добрыня отрицательно помотал головой.
        - Так вот… я смог бы передать ему такую способность.
        - Подождите, - влез в наш разговор Федя, - так что, этот бродяга тоже здесь?
        Вампир утвердительно кивнул.
        - Корми! - мощный глас дракона потряс стены. - Где ты, зелень моя ненаглядная? Выходи, здоровкаться будем!
        - Что же ты блажишь, как ненормальный? - поморщился Саман. Сейчас они спустятся с клиентом.
        - Ха-ха! Значит, гоблин кого-то ведёт. Куда, если не секрет?
        - Вроде, нет. Куда-то в соседний сектор.
        - Класс! А возьмите меня с собой! Засиделся я что-то на Шмокодявке. Нет, ну правда - а вдруг я вам в дороге пригожусь.
        - Не стреляй меня, Иван-Царевич, я тебе пригожусь! - ехидно процитировала Варежка.
        - А ты вообще со мной не разговариваешь! - парировал Федя.
        Я же просто пожал плечами, как бы говоря, что мне-то всё равно, только решение-то не от меня зависит.
        В этот момент на лестнице показался гоблин.
        Рядом с ним, плывя по воздуху, передвигалось нечто. Оно было похоже на уменьшенную в размерах грозовую тучку, в глубине которой время от времени что-то посверкивало, как будто скрытые туманом разряды молний.
        - Ух ты, туманный полиморф! - дракон аж подпрыгнул. - Замечательная компания - гоблин, команда манипуляторов и полиморф! И дракон, надеюсь. Нет, я теперь с Корми точно не слезу, пока он не согласится взять меня с собой!
        Глава 4. Про старческий маразм и недокументированные возможности
        Снег накрыл неожиданно. Вот только мгновение назад светило не жаркое, но вполне тёплое солнце, и тут, прямо, казалось, с ясного неба повалило такими хлопьями, что пропала видимость уже на расстоянии одного-двух метров. Мы плотнее придвинулись к костру. Варежка забралась по куртке и попросилась за пазуху. Гоблин подбросил в огонь охапку толстых стеблей с сочными маслянистыми листьями. Видимо местные растения содержали в значительном количестве горючих смол, так что огонь с благодарностью воспринял подношение.
        Добрыня отдыхал. На Шмокодявке он обрадовал Кормоеда, сумев проложить путь всего за двенадцать переходов до конечной точки. Промежуточные остановки носили непривычные режущие слух названия, поэтому я даже не старался их запоминать. Как сказал гоблин, пёс, по самым скромным подсчётам сэкономил путь в два раза, так что все были довольны - и проводник, и заказчик, и Добрыня.
        Собак, явно гордясь возложенной на него миссией, проскочил первые две пересадки, обе опять-таки синими коридорами, больше не балуясь дополнительными визуальными эффектами. Но, после третьего прыжка он вывалил язык на плечо, и нам пришлось сделать привал. Гоблин же вообще стал относиться к псу чуть не с благоговением. Как он мне объяснил, любому проводнику после перехода требуется отдых. В среднем два-три часа. А тут такая шустрость.
        Мы решили отдохнуть в небольших зарослях эндемиков на третьем мире, редкие рощицы которых были разбросаны по заросшей невысокой травой холмистой равнине. Дракон, который всё же увязался за нами, трансформировался в крылатую ипостась и полетел размять крылья. Полиморф - без имени, поскольку не соизволил нужным представиться, общался только с Кормоедом, время от времени что-то втолковывая ему противным скрипучим голосом. Я не понимал, из-за чего Федя проявил такой интерес к заказчику. Варежка, правда, попыталась мне рассказать, что раса полиморфов очень редко встречающаяся и очень загадочная, но я легкомысленно отмахнулся. До сегодняшнего дня я и драконов-то не встречал. Как, впрочем, и гоблинов. И вампиров.
        У меня же наступило такое переполнение новыми впечатлениями, что не удивляло уже ничего - ни изумительный по красоте морской пейзаж на первой остановке, ни ночное звёздное небо усыпанное светилами настолько, что казалось, мы находимся где-то в центре галактики, на второй. Почувствовав, что засыпаю, пригревшись у костра, я сотворил мягкое кресло, кожаное, чтоб не промокало, зонтик-навес над ним и погрузился в блаженную полудрёму. Варька мирно, по-домашнему, мурлыкала за пазухой.
        Сколько удалось поспать, я не знаю, но пробуждение было явно не из приятных. Снег, огромной шапкой собравшийся на зонтике, продавил-таки его и микро-лавиной хлынул вниз, погребая нас с кошкой в мягком и пушистом, но таком холодном и сыром сугробе. Варёк выцарапалась из куртки, и, высоко поднимая лапы, перебазировалась под бочок к Добрыне.
        Снегопад всё не прекращался. Дракона не было. Добрыня тоже не высказывал желания немедленно продолжить путь. Я сотворил себе одежду, взамен промокшей, и, ёжась от неприятных пожаливаний белых мух, переоделся. Вся сонливость пропала. Заняться было решительно нечем. Не знаю зачем - в такую погоду и не видно-то ничего дальше собственного носа, я всё же решил побродить по окрестностям. Наугад выбрав направление, я побрел, следуя ему, с трудом пробираясь по колено в снегу.
        Пройдя не более ста метров, я в недоумении остановился. Снега не было. Обернувшись назад, я обнаружил всё ту же зыбкую пелену, сотканную и непрерывно падающих снежинок. А буквально через шаг, по-прежнему вовсю светило солнце, и температура была вполне приемлемой - градусов пятнадцать-семнадцать. Поудивлявшись такой аномалии, я отошёл подальше и обнаружил интересную особенность. На небе не было ни единого облачка. Снежный ливень рождался как будто из ниоткуда и просыпался на идеально круглый пятачок диаметром примерно в двести метров. Как раз в центре которого и отдыхала наша команда.
        Откуда-то сверху и сзади послышался мелодичный свист. Повернув голову, я обнаружил заходящего на посадку Федю.
        - Ты чего свистишь? - спросил я приземлившегося дракона.
        - Тебя предупреждаю о посадке.
        - А почему не рёвом?
        - Спасибо, нарычался один раз.
        - Ясно. Ну, как тебе такое явление? - кивнул я.
        Тот озадачился.
        - Не знаю. Это не настоящий снегопад. Магией пахнет.
        - Кому тут понадобилось магичить-то? Ты сверху никого не заметил?
        - Близко - нет. Хотя, там, - дракон указал лапой направление на постепенно склоняющееся к горизонту солнце, - полчаса лёту, примерно, какие-то развалины мелькали.
        - Что-то мне это не внушает оптимизма. Давай-ка двигаться к нашим, и, если Добрыня уже готов, надо драпать отсюда.
        Федя наклонил голову и тараном вломился в снежный завал. Я отправился следом.
        На привале ничего не изменилось. Кроме того, что пёс с кошкой, окончательно засыпанные снегом, превратились в небольшой сугроб.
        - Добрыня, - позвал я. - Не спи - замёрзнешь.
        Сугроб взорвало изнутри. Звери выскочили из него, яростно отряхиваясь. Собак начал нарезать круги между нами и деревьями, а кошка, не заморачиваясь, опять забилась ко мне под куртку.
        - Ты как, готов? - осведомился я у пса, который, то выскакивал из белесой мглы, то снова пропадал в ней.
        - Ага. Сейчас, согреюсь только.
        - Пойдём-пойдём. Потом согреешься. Надо быстренько убраться из этой аномалии.
        - Какой аномалии? - заинтересовался гоблин. Дракон ему объяснил.
        - Ого! Чудны дела твои, континуум, - Кормоед не на шутку встревожился. - Кто-то недоволен вторжением. Хорошо, что только недоволен, а не разозлён. Иначе бы нам уже не поздоровилось.
        - Подожди, у нас же есть я, - несколько привыкнув к свалившемуся на меня дару, я был неприятно удивлён возможными проблемами.
        - Есть, конечно, только от внезапной магической атаки ты не защищён.
        - А если щит поставить?
        - Какой?
        - Ну-у… от холода, например…
        - Поставь. А тебя каким-нибудь файерболом припечатают.
        - Понятно. Универсальные щиты бывают?
        - Не знаю. Ты ж у нас манипулятор.
        Поговорили. Одно я вынес из разговора с гоблином - расслабляться не стоит.
        Наша компания быстро собралась, хотя чего там собирать-то было - вещи все при себе, а костёр и сам давно погас. Вновь использовав ящера в качестве живого бульдозера, мы двинулись за пределы холодной аномалии.
        Снаружи ничего не изменилось. Только местное светило уже нависло над самым горизонтом, угрожая вот-вот нырнуть вниз, и затопить равнину прохладными сумерками.
        Добрыня уже привычно выцепил направление и потрусил к точке перехода. Пространство начало замедлять своё обратно-поступательное движение. Всё медленнее и медленнее. Наконец совсем остановилось. Однако, никакого светового эффекта, сигнализирующего, что мы достигли центра коридора, не появилось. Мы ещё несколько мгновений продолжали изображать бег на месте, но всё оставалось по-прежнему. Наконец пёс, а следом за ним и мы постепенно остановились.
        - И что теперь? - обратился я к гоблину.
        - Не знаю. Такое может сотворить только очень опытный маг, или ещё одна команда манипуляторов. Только - зачем? Судя по всему, нам мягко намекнули, что нашей компании здесь не рады. Да мы и сами уже уходили…
        - Добрыня, а ты что скажешь? - всё происходящее меня тоже мало радовало.
        - Не знаю. Здесь-то точно тупик. Может попробовать стартануть из другого места? Отойдем подальше… В принципе, можно пройти отсюда зелёным коридором. Рискнём?
        И тут, откуда-то с высоты, раздался не очень громкий, но явно ехидный смешок.
        Мы задрали носы вверх, но на темнеющем небе, по-прежнему не наблюдалось ничего постороннего.
        Мы всё же попробовали пройти зелёным коридором. Потом опять синим. С тем же результатом.
        Единственное, чего мы дождались - это кромешной тьмы, которая наползла с востока, полностью скрыв от нас окружающий мир.

* * *
        После недолгого совещания, решено было двигаться в сторону замеченных драконом днём развалин. По утверждению Феди, он облетел достаточно, чтобы сделать однозначный вывод - больше присутствия жизнедеятельности кого-либо на равнине нет. Добрыня с гоблином в один голос заявили, что если где-то поблизости и есть разумные - в небесах, на земле, или под оной, то они успешно маскируются.
        Передвижение в темноте нас не напугало. Сопоставив среднюю скорость дракона в полёте, я пришёл к выводу, что добираться до руин мы будем часов пять-шесть. Многовато, учитывая, что последние сутки отдыхать пришлось мало и урывками.
        А потом я ещё раз убедился, что маг из меня может и сильный, но, до безобразия неопытный. Получилось как - я задумал осветить дорогу. Сначала, не мудрствуя лукаво, я сотворил всем по мощному фонарику. Как оказалось - перестарался. Добрыне и Варьке они вообще не нужны, да и нести их нечем - не на спину же привязывать. Дракон тоже заявил, что в любой ипостаси прекрасно видит в темноте. У полиморфа конечностей вообще не наблюдалось (какой же он полиморф после этого?). Оставались мы с гоблином.
        Почти сразу выяснился недостаток фонарей - ровно на ходу светить не получалось, руки уставали, да и мечущийся свет сильно мешал тем нашим спутникам, кто обходился ночным зрением. Пришлось придумывать что-то другое.
        Я неоднократно встречал в разных фантастических произведениях описание процесса создания всевозможных "светляков". Что только маги не делали - и пальцами щёлкали, и словеса различные мудрёные произносили, и палочками-посохами манипулировали. Попытавшись представить впереди нашей группы и чуть в вышине некий сияющий пульсар, я сложил свой неприличный жест, и скомандовал: "Свет!"
        Полыхнуло ярко, но тут же вновь наступила тьма. Ещё более кромешная, чем раньше. Когда все, остановившись, проморгались и высказали своё "Пфе!", я пошёл более технологичным путём. Для начала сотворил лампочку. Лампочка не желала не только гореть, но и висеть в воздухе. Пришлось добавить аккумулятор и надутый гелием шар. Большой аккумулятор и большой шар. Когда лампочка всё же загорелась, стало понятно, что двигаться сама она не собирается. Хорошо - добавим моторчик с пропеллером. Увеличим аккумулятор и шар, соответственно.
        Чудо-конструкция резво рванула от нас. Нет, так не пойдёт. Нужна привязка - напрмер на шёлковую нить. В итоге у меня получилось! Я, довольный как бегемот в болоте, резво направился вслед за вихляющей, но всё же исправно действующей системой, как вдруг понял, что иду-то я, по сути, один. Оглянувшись назад, на самой границе освещённого круга, я заметил моих спутников, которые буквально покатывались со смеху. Причём все - даже полиморф издавал какие-то хриплые карканья. Посмотрел ещё раз на своё произведение. Н-да… Разжал кулак, и верёвочная петля соскользнула с пальцев. Рукотворный электро-гелиевый монстр стал быстро удаляться. Ну и пусть себе летит - на страх монстрам настоящим, буде оне такие здесь водятся. Я вернулся к веселящейся компании.
        - Что смешного-то, - обиженно буркнул я. - Если такие все такие умные, подсказали бы чего дельного.
        Варежка, всё ещё похихикивая, вскочила мне на плечо и утешающе потёрлась мордочкой о щёку.
        - Извини, просто ты такое забавное чудо-юдо сотворил. И при этом был такой весь из себя гордый…
        - Ладно, чего уж там! Я сам уже понял, что опростоволосился. Так что ж делать-то?
        - Ну, можно пойти двумя путями… во-первых - чуть-чуть подкорректировать зрение.
        Я в сомнениях почесал затылок. Экспериментировать на себе любимом не хотелось. По крайней мере, не прочитав соответствующий мануал, или без помощи опытного наставника. Кошка поняла мои колебания.
        - Хочешь, потренируйся сначала на гоблине.
        - Нет-нет, не надо! Мне и так хорошо! - тот в испуге прикрыл глаза ладонями. - Лучше фонарик!
        - А во-вторых? - я решил не рисковать.
        - Во вторых, - Варёк пару раз лизнула лапу. - Что такое плазма, представляешь?
        - Естественно - если упрощённо, то сильно перегретый газ.
        - Так, хорошо… Попробуй сосредоточиться на небольшом участке пространства. Представь его, например, заключённом в стеклянный шар. Получилось?
        - Вроде - да.
        - Хорошо. Теперь заставь этот шар постепенно нагреваться.
        - Как?
        - Ты что, физику в школе не изучал? - Варёк уставилась на меня опалесцирующими зелёными глазищами. Я почувствовал, что краснею.
        - Изучал…
        - Так действуй!
        Мне сразу вспомнилось броуновское движение частиц. Мысленно увеличив молекулы внутри воображаемого шара, я принялся сосредоточенно расталкивать их, придавая дополнительное ускорение. Частицы всё равно не хотели представляться молекулами, а почему-то воображались в виде упругих шариков. В какой-то момент я понял, что шарики эти обзавелись схематичными глазками-точками и линиями ртов. Короче превратились в самые настоящие объёмные смайлики, которые весело толкаясь, мельтешили перед глазами. Если какому-то смайлику доставалось от соседей особенно сильно, уголки рта его тут же ползли вниз, а под глазом-бусинкой возникала слеза-запятая. Таких смайликов было особенно жалко.
        Бр-р-р-р! Я встряхнулся, выкинув из головы бредовое видение.
        Ну, хорошо, попробуем по другому… Чем ещё можно нагреть воздух? Правильно - трение.
        В очередной раз представив себе стеклянный шар, я принялся раскручивать его вокруг воображаемой оси. Шар поддавался с неохотой, но, всё же начал понемногу вращаться. Сильнее, ещё сильнее. На лбу выступили капельки пота. Создавалось ощущение, что я вручную пытаюсь раскрутить не пустой воображаемый стеклянный шар, а как минимум настоящий гранитный, не менее метра в диаметре.
        Так, стоп, не отвлекаться.
        Ха! А всё-таки она вертится!
        Быстрее и быстрее. Я, поняв суть процесса, всё увеличивал и увеличивал скорость вращения шара. Не знаю, сколько тысяч, или миллионов оборотов в секунду уже было достигнуто, но в определённой точке, на которой было сосредоточено моё внимание, наконец-то начали проявляться признаки теплового свечения.
        Добрыня лёг на землю и прикрыл лапами уши. Тут и до меня начал постепенно доноситься вначале еле слышный, он очень быстро нарастающий свист… который перерос в визг, потом в яростный рёв.
        Прилегающий к эпицентру моего колдовства воздух, повинуясь всё тем же законам физики, начал вначале нехотя, а потом всё интенсивнее закручиваться в вихрь, и, через несколько мгновений, перед нами колыхался на тонкой ножке огромный столб смерча, теряющийся своей воронкой где-то в чёрной вышине небес. Вот это колданул, так колданул!
        Сообразив, что с разгулявшейся стихией шутки плохи, я решил остановить это безобразие. Вытянув в сторону руко-, а скорее, маготворного торнадо грозно указующий средний перст, я приказал: "Остановись!".
        Эх! Физика - один из моих любимейших предметов в школе. Как можно было так опростоволоситься? Меня, намертво заякорённого заклинанием с беснующимся воздухом, моментально оторвало от земли и силой инерции закрутило вокруг смерча. Два или три оборота я пронёсся с огромной скоростью, потом всё же разжал ладонь, разрушая магический жест, и отправился теперь уже в свободный полёт.
        Через несколько мгновений моя многострадальная голова опять оказалась тем единственным местом, которому суждено принимать удар на себя. Сознание, радостно махая прозрачными стрекозиными крылышками, поспешило покинуть столь негостеприимную оболочку.

* * *
        Дежа вю.
        - Добрыня, прекрати немедленно!
        Мокрый щекочущий язык перестал ощущаться на лице. Я открыл глаза. Как и в первый раз, с начала приключений, голова не болела. Прочих неприятных ощущений тоже не наблюдалось. Мне что, ещё и ускоренной регенерацией подфартило?
        Оглядев обеспокоенно склонённых надо мной спутников, я поднялся с земли. Настроение было препаршивейшим. Хуже всего, что я совершенно не понимал, как всё-таки добиться успеха в таких простых, казалось бы, на первый взгляд, заклинаниях. Подозреваю, что где-то существуют специально написанные многотомные инкунабулы с инструкциями для таких чайников как я. А может, и специальные учебные заведения, где почтенные старцы в расшитых звёздами халатах и колпаках, помавая кадуцеями, умклайдетами и прочими волшебными палочками, вбивают в головы недотёпистых недорослей азы магического искусства. Срочно надо где-нибудь подучиться.
        - Да, Варёк, непутёвый ученичок тебе достался… - продолжать экперименты совершенно расхотелось.
        - Хорошо. Попробуем третий способ, - кошка явно не теряла оптимизма.
        - Живы-то хоть после этого останемся?
        - Не боись, прорвёмся. Ложись обратно на землю.
        - А может, не надо, - в голосе дракона явно слышалась паника. Кошка внимательно посмотрела на него:
        - Надо, Федя… Надо!
        Я покосился на место моего гостеприимного приземления, сотворил туристическую пенку, потом подумал, и, ухмыльнувшись, добавил поверх неё пук соломки. Улёгся. Варежка пристроилась рядом и прижалась к моей голове своей серой макушкой.
        - Смотри, и постарайся понять, что я сейчас сделаю. Я уставился в небеса. Неожиданно в паре метров над землёй возник яркий жёлто-оранжевый шарик размером со среднее яблоко. Шарик мирно потрескивал и излучал мягкий свет метров на пять вокруг.
        - Понял?
        - Нет. Как он возник?
        - Да всё же элементарно! Сосредоточься и смотри ещё раз. Внимательнее!
        Я напрягся. И опять перед глазами возникли толкающиеся шарики, только уже без дурацких улыбочек и глазиков. Вот они задрожали всё быстрее и сильнее, начали сталкиваться друг с другом, Мельтешение переросло в совершенно хаотичную расплывающуюся картинку, и, внезапно всё пространство зажглось ослепительным факелом. Я расслабил взгляд. Рядом с первым шариком висел второй - его точная копия.
        - Уф! - выдохнули мы одновременно с кошкой.
        - Дошло, наконец?
        - Кажется, да.
        - Повтори сам.
        Наконец-то у меня получилось! К двум висящим пульсарам добавился их брат-близнец.
        - Ну, скоро вы там? Может, пойдём уже? - пёс ткнулся носом мне под коленку.
        - Так получилось же! - не смог скрыть я ликования я.
        - Где? - Добрыня начал озадаченно озираться.
        - Не мешай! - неожиданно рявкнула на него Варежка. - Уже скоро.
        - Я не понял, они что, ничего не видят?
        - Не отвлекайся, - это уже мне, - естественно, не видят. Я же не маг, как некоторые. По крайней мере, не такой сильный. И создала всего лишь иллюзию, видимую только нам двоим. Ты же повторил её за мной.
        - А как же?..
        - А теперь воплоти её.
        - Каким образом?
        - Тебе слово подсказать?
        - Хм… Воплотись! - слово вышло какое-то по-детски неуклюжее, но, тем не менее, сработало оно превосходно.
        - Вот это да. Получилось! - собак радостно запрыгал вокруг меня, виляя хвостом.
        Я некоторое время ещё любовался тремя шариками, пока Варька не погасила две первых, созданных ею, иллюзии.
        - Может, мы всё же двинемся дальше? - в первый раз за всё время нашего знакомства полиморф обратился не к гоблину, а ко мне.
        - Конечно-конечно, извините.
        Настроение вернулось. Мы бодро двинулись прерванным, было, маршрутом. Я же, в качестве тренировки, не более того, - ну-ка, ёлочка, зажгись! - украсил периметр нашей группы разноцветными светящимися шарами. Как оказалось - зря. Буквально через четверть часа, из-за горизонта выкарабкалась огромная лунища абрикосового цвета и залила равнину призрачным жёлтым светом, практически сравняв ночь с ранними сумерками.
        Наши приключения с восходом нового светила продолжились. Со всех сторон раздалось неяркое шуршание, и, прямо из-под земли, насколько доставал взгляд, полезли тонкие белесые нити, извиваясь и вытягиваясь вышину.
        Я в панике начал топтать неведомые создания ногами. Но, как выяснилось, непосредственной опасности они для нас не представляли. Утолщаясь прямо на глазах, они начали ветвиться, затем выпустили широкие остроконечные листья, и, наконец, молниеносный рост закончился. Как, впрочем, и дорога. Всё вокруг заполонили непроходимые джунгли из ночных растений.
        - Магия? - спросил я, непосредственно ни к кому не обращаясь.
        - Нет, не похоже, - принюхался дракон.
        - Жечь будем?
        - Не стоит. Давайте уж, наконец, привал сделаем. Утром, я думаю, они сами исчезнут.
        На том и порешили.

* * *
        Разбудило меня осторожное прикосновение к руке. В полумраке я разглядел дракона, который недвусмысленным жестом просил сохранять тишину. Потом так же беззвучно поманил меня за собой. Я поднялся и вышел на открытый воздух. Добрыня не проснулся. Кошка же приоткрыла глаза, проводила меня и Федю сонным взглядом и тоже осталась на диване.
        Снаружи наколдованной мною огромной армейской палатки по-прежнему царила ночь. Если период обращения планеты и её спутника примерно равнялся земному, то поспать мне и в этот раз удалось немного - часа три от силы. Огромный глаз местной луны продвинулся едва ли на четверть небосклона.
        Дракон, достигнув края вытоптанной и выжженной нами поляны, так же неслышно ввинтился между древовидными стволами ночных растений достигших уже моего обхвата в толщину. Я постарался не отстать. Проплутав совсем немного - не более десяти минут, Ящер вывел меня на открытую полянку диаметром метров в пятьдесят, по какой-то причине проигнорированную ночными растениями. Ещё раз приложив палец к губам, он начал трансформацию.
        Через несколько мгновений на меня уставились огромные глаза.
        - Садись верхом, - услышал я мысленную просьбу.
        Ёлки зелёные! Как же залезть на эту тушу? По хвосту, что ли, забираться?
        Видимо, поняв мои сомнения, Федя выставил вперёд переднюю лапу.
        - Наступай смелее и держись за гребень.
        Садись на меня, Айболит…
        Я с трудом взгромоздился на ящера и уселся в удобную ложбинку у основания шеи.
        - Ничего не бойся, и не вздумай колдовать, пока я высоту не наберу.
        Дракон резко оттолкнулся от земли и взмыл в вышину. Меня инерцией немного отклонило назад, хотя и не так сильно, как можно было ожидать.
        О, если я упаду, если в пути пропаду…
        Первые секунды я судорожно цеплялся за драконью шею. Обхватить её целиком у основания не получалось, и мне казалось, что я вот-вот соскользну. Я сидел, зажмурившись, пока ящер, добродушно хехекнув, не поинтересовался:
        - Ты не заснул там, часом?
        И одно только слово твердит: "Лимпопо, Лимпопо, Лимпопо…"
        - Не… просто страшно. Я на лошади-то пару раз в жизни катался.
        - Нашел, кого с кем сравнивать! У меня, между прочим, гравитационная поддержка седока есть. А у лошади?
        - А, ну тогда ясно. Я и сам что-то подобное почувствовал.
        Открыв глаза, я наконец-то посмотрел вниз. Под нами проплывали однообразные пейзажи. Всё те же матово-белые травянистые деревья. Лёгкий ветерок рябью пробегал по их верхушкам, залитым желтоватым светом луны.
        Немного в стороне от нашего курса я заметил семейство крупных животных, неспешно проедающих просеку в ночных джунглях. Судя по соотношению их размеров и вышине деревьев, они были побольше нашего крылатого ящера. Длинные шеи вздымались над кронами, выискивая наиболее лакомые ветки и листья. Этакие иномирянские диплодоки. Хорошо, что от них до нашего лагеря порядочное расстояние. Не хотелось бы столкнуться с ними поутру.
        Отвлёкшись на неведомых зверей, я не сразу разглядел цель нашего путешествия.
        - Посмотри вперёд, - дракон опустил голову пониже, и мне открылось сказочное зрелище.
        Далеко впереди, на небольшой возвышенности стоял сказочный замок. С такого расстояния он выглядел настолько идеально-игрушечным, как будто только что сошёл с заставки Диснеевских мультяшек. Переливаясь всеми цветами радуги, он, по мере нашего приближения вырастал в размерах, и, вот уже в нём не осталось ничего игрушечного. Стало понятно, что замок этот совершенно материален, и своей высотой не уступает зданию МГУ в Москве, как минимум.
        С трудом оторвавшись от завораживающего зрелища, я посмотрел вниз. По мере приближения к замку, заросли понижались, истончались, постепенно сходя на нет. Вскоре под нами вновь потянулась травянистая равнина, кое-где оживлённая небольшими тёмными рощицами, наподобие той, в которой нас застал неожиданный снегопад.
        Когда до замка осталось не более километра, дракон пошёл на снижение. Посадка вышла удивительно мягкой - ещё более незаметной, чем взлёт. Федя вновь выставил лапу, помогая мне слезть.
        - Всё, дальше дороги нет.
        - Как нет?
        - Там, впереди, через десяток шагов купол. Вроде бы агрессивной магией не пахнет, но трогать я не стал - вдруг там сигнализация какая сработает.
        Никакого купола я не замечал. Внезапно мне в голову приблудилась одна интересная мысль. Постаравшись сосредоточится так же, как я делал, пытаясь вызвать световой пульсар, я ещё раз глянул вперёд. Да. Купол был. Правда, с высоты моего роста он казался не полусферой, а скорее почти ровной стеной, уходящей далеко в обе стороны, и постепенно загибающейся, теряясь из виду.
        - Ты же днём говорил, что ничего кроме развалин не нашёл.
        - Так это они и есть - развалины. Днём они руинами и были. А вот купола как раз тут и не замечалось.
        Я прикинул мощь заклинания, способного вот так запросто возродить такую махину. Впечатлился.
        - Может иллюзия?
        - Нет. Я первым делом проверил.
        - Как?
        - Технология проверки объекта на материальность, - лекторским тоном начал дракон, - заключается в последовательном исключении низко-, средне- и высокоуровневых квантовых…
        - Хватит-хватит уже. Всё понял, товарищ профессор - убедили. И что теперь?
        - Не знаю. Но мне кажется, что если нам кто-то и мешает продолжить путь, то этот кто-то находится здесь. Больше негде.
        - Тогда может пусть гоблин с полиморфом решают?
        Дракон уселся на хвост и уставился куда-то на луну. Пауза затягивалась.
        - Чего молчишь-то?
        - Ты знаешь, Василий, - как то неуверенно начал он, - какой-то странный это полиморф. Очень странный.
        - И в чём его странность?
        - Вот каббарра! Всё время забываю, что ты изолят. Видишь ли, за всё время нашего, пусть и недолгого, путешествия, он ни разу не поменял облик.
        - А должен был?
        - Не принципиально. Он может, конечно, неограниченно долго находиться в одном и том же облике, но тот, в котором он сейчас - так называемый образ покоя, релаксации. В общем, спят они так. Или длительно отдыхают.
        - Но какой же тогда их другой облик?
        - Да какой угодно. Может изобразить тебя, например, или любого из твоих зверей. Если постарается, то может и мной прикинуться. Но это уже матёрые, как правило, старые туманники.
        - Ну, подумаешь! Может он полностью доверяет проводникам, и просто получает удовольствие от путешествия…
        - Ага, особенно когда ты чуть не разметал нас своим ураганом. Или когда стало понятно, что все коридоры отсюда закрыты. Море удовольствия!
        - Тогда - не знаю. У тебя-то какие предположения?
        - Видишь ли, когда полиморф принимает какой-либо облик, человека, к примеру, он принимает его целиком - тело, волосы, одежда, украшения… Конечно, если он возьмёт что-то в руки, то этот предмет - ложка, палка там, или бластер, с туманником не сольётся. А вот раздеться ему будет проблематично. Если, конечно, он перед этим не трансформировался в обнажённого человека и не одел потом обычную одежду. Понимаешь?
        - Не совсем. Он что - в нынешнем виде может что-то поглотить?
        - Скорее спрятать. Причём это что-то вполне может быть очень большого размера. Раз в десять больше самого полиморфа. И если он решит принять любой фиксированный облик, то спрятанная вещь непременно проявит себя. Просто вывалится из тумана.
        - Понятно. "Всем выйти из сумрака".
        - Что-что?
        - Нет, ничего, просто так - цитирую. А что гоблин?
        - Что - гоблин? Мы с ним встречались несколько раз. Я даже разок его на гонки приглашал - наездником. Ух, мы с ним тогда отметили… - глаза дракона заволокло мечтательной дымкой. Из ноздрей выбились тоненькие струйки пара, - впрочем, неважно. Понимаешь, Кормоед - он профессиональный проводник. Скажут принца Чучкестии проводить на приём в соседний сектор - проводит. Скажут породистую свинью на соседний мир доставить - доставит. Лишь бы платили. Лишние вопросы в их клане, а клан самый многочисленный в гильдии проводников, задавать не принято. Пришёл заказчик, оформил официальную заявку - и вперёд. Правда, случаются "левые" ходоки, но глава клана, как наш гоблин, такими вещами заниматься не станет. Или станет, но слишком уж дорого такая услуга заказчику обойдётся.
        Дракон замолчал. Мне тоже сказать было нечего - я думал. Вспоминал всё произошедшее со времени нашего знакомства с Кормоедом, но не находил, к чему можно было бы придраться. Так что я решил пока выкинуть все эти заумности из головы, но на всякий случай продолжить постигать науку волшбы. Пусть медленно и осторожно, методом проб и, надеюсь, не фатальных ошибок, но всё же двигаться вперёд. А то - мало ли…
        - То есть ты меня сюда привёз совсем не для того, чтобы замок показать?
        - И для этого тоже. Но, ты правильно меня понял - хотелось поговорить без свидетелей, предупредить. Мне-то что - меня обычному магу не достать. В крайнем случае, если останусь без проводника, поживу на каком-нибудь мире пару-тройку тысячелетий. Потом всё равно как-нибудь выберусь. А ты ещё очень неопытный. И в этом все убедились. Так что будь осторожнее.
        - Постараюсь. Нашим-то сообщать о замке будем?
        - Можно и рассказать. Всё равно завтра сюда доберёмся. Ну, что - полетели обратно?
        - Полетели…
        Я вновь оседлал дракона, и мы, в последний раз полюбовавшись на феерическое зрелище в ночи, полетели обратно.
        Прибыв в исходную точку, Федя проводил меня до палатки и вновь растворился в ночи, заявив, что в ближайшем будущем ему сон не потребуется. Я же, тихонько, чтобы никого не разбудить, прокрался в палатку и заснул под привычное мурканье Варежки. Больше до утра нас никто не тревожил.

* * *
        Утро красит нежным светом
        Стены древнего кремля.
        Просыпается с рассветом
        Вся советская земля…
        Несмотря на ночное приключение, проснулся я самый первый. Решив не будить спутников, я выбрался из палатки и принялся готовить завтрак. Раннее солнышко, скорее всего уже показалось где-то над горизонтом, только ночная растительность не спешила ни втягиваться обратно под землю, ни исчезать каким-либо другим способом.
        Решив немного усложнить себе жизнь, но при этом заняться творчеством, я не стал напрямую наколдовывать готовую еду. Вместо этого, воссоздал свою кухню - прямо на земле, но зато со столешницей, газовой плитой (правда не с магистральным газом, а с балонным), шкафчиками с посудой и приправами, и, конечно, с несомненным императором любой кухни - его величеством Холодильником.
        Оценив это великолепие, я понял, что жарить банальную яичницу, пусть даже с ветчиной - овчинка выделки не стоит. Поэтому принялся творить.
        Вскипятив воду в двух кастрюльках, я бросил в одну из них горсть крупных креветок, а в другую кусок куриной грудки. Оставив эти ингредиенты вариться самостоятельно, я достал из холодильника кочан салата и принялся мелко рвать нежные сочные листья на большую стеклянную тарелку. Самое главное не увлечься, и не переварить креветки. Но я не волновался - у меня был отличный индикатор их готовности.
        Порывшись по шкафчикам, я понял, что у меня дома, а значит и здесь тоже, закончились пшеничные сухарики. Я задумался - сотворить уже готовые, или приготовить самому - из свежего ароматного хлеба, пожарив их до золотистого состояния на хорошем сливочном масле. Решил - не заморачиваться, и наколдовал готовые.
        А тут как раз сработал креветочный индикатор - из палатки, сладко потягиваясь, подтянулась Варежка и стала, как бы ни на что не претендуя, умываться в сторонке. В то же время, украдкой поглядывая на кастрюлю - не пора ли снимать?
        Ага, значит, креветки готовы. Слив воду, я выловил из горячей шуршащей массы пяток членистоногих, обжигая пальцы, почистил их, и оставил на столе остывать. Кошка подтянулась поближе. Нет, Варёк, подожди - горячими я их тебе не дам.
        Посыпав сухариками измельчённые листья салата, я принялся за изготовление соуса. Вообще-то, для "цезаря" существует специальный соус, но мне больше нравился самый простой - майонез, обильно приправленный чесноком. Почистив и раздавив аж четыре крупных зубчика, я смешал полученную кашицу с небольшим количеством майонеза.
        Варька, напоминая о себе потёрлась спинкой о ноги. Помню-помню. Подхватив кошку под мягкий животик, я посадил её прямо на столешницу. А что - всё равно бросать - не жалко. Варежка приступила к трапезе.
        А тут и курятина подоспела. Выловив и остудив её, я принялся отщипывать мелкие кусочки, укладывая их горкой посередине блюда. Варёк покосилась на курятину, но, видимо решила, что креветок будет достаточно.
        Завершив разделку курицы, я залил её соусом.
        Теперь - пармезан. Потереть обязательно на мелкой тёрке, чтобы нижний слой вплавился в майонез. Просто прелесть! Так, где-то у меня тут кедровые орешки? Вот они. Очищенные, естественно. Небрежным жестом сеятеля посыпать получившуюся горку - и пусть скатываются по краям - так даже красившее будет.
        Дочистив оставшиеся креветки, я живописно разложил их на склонах курино-сырно-ореховой горы.
        Последний штрих - порезанные на две часть махонькие помидорки-черри разложить по краю тарелки. Всё - "цезарь" готов. Пусть и не совсем классический, но такой, как мне нравится.
        И, конечно же - чай. Большую кружку. Зелёный с жасмином. И две… нет - три ложки сахара. Вот теперь можно и позавтракать.

* * *
        Когда я заканчивал трапезничать, из палатки подтянулись сони. Добрыня, не останавливаясь, рванул в заросли, а гоблин и полиморф сразу направились ко мне. Кормоед оценил кухонное великолепие и взгромоздился на стул. Туманник болтался рядом с ним. Учитывая разницу в биохимии, ни один из них не поинтересовался содержимым моей посуды. Гоблин начал выуживать из кармана какие-то серые шарики и кидать их в рот, поедая со смачным хрустом. Как питаются полиморфы, и питаются ли вообще - я не видел.
        Добрыня вынырнул внезапно и уселся, довольно подметая землю хвостом.
        - Что вы хотите на завтрак, сэр? Говядину, курочку… а, может, овсянки?
        Пёс, вопреки ожиданиям, от еды отказался. Видимо успел схарчить какого-то местного зверька.
        Последним к нашей компании присоединился дракон, опять-таки выйдя в человеческом облике из-за деревьев. Мы устроили экспресс-планёрку. Для начала, Добрыня попробовал ещё раз найти коридор - безрезультатно. Потом, как-то вспомнили, что у нас есть ещё один ведущий. Оказалось, что сам-то гоблин прекрасно об этом помнил, но понятия не имел о маршруте, проложенным Добрыней, поэтому и не возникал. Пёс попытался ему объяснить координаты возможных точек выхода, но Кормоед заявил, что для точного ориентирования в континууме, ему необходимо было "держать" маршрут с самого начала. А в нынешнем случае - он не более, чем балласт.
        - Стоп! Неожиданно озарило меня. Вперёд ты двигаться не можешь - понятно. Ну, а назад-то?
        - Назад? - все недоумённо переглянулись. Такая простая мысль никому до сих пор не приходила в голову. - Да - назад. Вернуться в предыдущий мир и пройти в обход.
        Здравая идея взбодрила всех. Подхватив вещи, у кого они были, мы прямо с этого места попытались стартовать.
        Мысль оказалась не совсем здравой. Вернее - совсем «не». Дороги по-прежнему не было.
        Мы приуныли. Самое обидное, что даже продолжать путь на своих двоих (четырёх) не имело смысла. Густой ночной, а теперь, как оказалось, и утренний лес не думал исчезать.
        - Ёлки! Остаётся, видимо, один путь…, - я с надеждой посмотрел на дракона. Тот ответил мне понимающим взглядом. Видимо такая идея ему тоже приходила в голову.
        - Только всех за один раз я не унесу. Придётся сделать два рейса.
        - А как же я? - вмешался Добрыня. - Мне верхом не удержаться.
        - Ничего страшного, - успокоил его Федя. - Подхвачу тебя передними лапами.
        - Ага, ничего страшного! - передразнил собак. - Ты когти-то свои видел?
        Начавшийся спор прервал полиморф:
        - Я не полечу.
        Сказано это было так категорично, что все сразу поняли - уговоры бесполезны. Однако я решил попробовать. Закосив под дурачка начал:
        - Но в этом нет ничего страшного. Достаточно просто принять другую форму…
        - Я не буду трансформироваться. Всё - разговор окончен.
        Дракон многозначительно посмотрел на меня.
        За всеми нашими разглагольствованиями прошло уже достаточно времени, и солнце успело подняться довольно высоко. Начало припекать. Неожиданно, с восточной стороны послышался шорох - сначала тихий, потом всё нарастающий и приближающийся к нам. Не успели мы напрячься, как нас накрыло с головой шуршащими, лопающими, чвякающими звуками. Все деревья вокруг нас стали за считанные мгновенья выбрасывать мелкие бутоны, которые тут же раскрывались и распускались мелкими невзрачными цветками. Цветки, впрочем, сразу набирали яркость, и вскоре мы стояли в центре бушующего цветника всех оттенков - от бледно-розового, до глубокой сочной охры. Воздух заблагоухал приторным ароматом.
        Шорох, затихая, укатился на запад, а вслед ему с востока начало наползать низкое басовитое гудение. Вслед за цветочной волной пришла волна насекомых. Похожие на обычных пчёл, только раза в два побольше, они облепили каждое растение сплошным шевелящимся покрывалом. На нас, к счастью, насекомые внимания не обращали. Вскоре и гигантский рой отправился вслед за кормёжкой, оставив после себя совершенно увядшее былое великолепие. На месте каждого цветка осталась быстро высыхающая семенная коробочка величиной с грецкий орех.
        Услышав третью звуковую волну, все поспешили юркнуть под защиту толстого брезента палатки.
        - Саид, ты как здесь оказался?
        - Стреляли…
        По стенкам замолотило с такой силой, что я всерьёз задумался об их укреплении. Например, кирпичной кладкой. Или железобетонной. Только прежде чем я принял какое-то решение, обстрел семенами прекратился. На всякий случай, выждав пару минут, мы высунули носы наружу.
        Леса уже практически не было. Рассыпающиеся в труху прямо на глазах стволы покрывались густой маслянистой жижей, в которую превращались сочные листья. Вся эта каша укрыла отстрелянные семена и начала проворно впитываться в землю.
        Пять минут - и сквозь обнажённую буроватую почву начали пробиваться ростки обычной травы, по которой мы пришли сюда вчера.
        Вспомнился Виктор Цой:
        "Через час она - просто земля,
        Через два - на ней цветы и трава,
        Через три она снова жива…"
        Н-да. Здесь, пожалуй, и часа не прошло. Вот это метаболизм!
        Порадовавшись счастливому избавлению от непроходимой преграды, мы наконец-то тронулись в путь.
        Поначалу идти было достаточно сложно - под ноги временами попадались трухлявые пеньки, коварно скрытые вытянувшейся дневной травой. Да и скопившиеся в низинках скользкие лужицы не успевшей впитаться слизистой массы, заставляли осторожничать. Но мы, подстёгиваемые досадной задержкой, пёрли напролом. А зря. Через пару часов даже дракон, из соображений конспирации топающий в человеческом обличье, начал уставать. Хорошо было только кошке, которая, не утруждая себя пешим ходом, комфортно путешествовала - то у меня на плече, то на собачьей холке. Добрыня, впрочем, благодаря своей собачьей выносливости, пока держался молодцом, умудряясь даже совершать короткие забеги в стороны, привлечённый интересными запахами.
        Тем не менее, наше продвижение постепенно замедлилось. Я уже совсем предложил было сделать привал, однако с тревогой заметил, что солнце уже перевалило середину небосклона и начало плавно скатываться к горизонту. Видимо сутки в этом мире всё же были намного короче земных. Пришлось поднажать, несмотря на усталость. Забыв про отдых мы - кто чем - перекусили на ходу и прибавили скорости. Провести ещё одну ночь в зарослях не хотелось никому. Федя, правда, заверил нас, что мы обязательно успеем до темноты, но рисковать не стоило. Когда до границы осталось совсем чуть-чуть, солнце уже наполовину скрылось за горизонтом. Пришлось перейти на бег.
        Проскочив невидимую черту, мы по инерции промчались ещё шагов пятьдесят и остановились, тяжело дыша. Правда, остановку сделали только мы с драконом. Наши спутники рванули, было, дальше, но, поняв, что группа резко поубавилась, тоже остановились, с недоумением глядя на нас.
        Сбившись с дыхания, я не стал ничего объяснять, неопределённо махнув рукой в сторону уже вполне различимых развалин, которые сейчас выглядели действительно, как нагромождение кучи камней, с редкими фрагментами сохранившейся кладки. Надо сказать, что мы с ящером не стали рассказывать спутникам про ночную вылазку, решив, что замок они и так увидят, а вот напрашиваться на вопросы о том, куда нас носило в тайне от других, совсем не стоит.
        Не успели наши спутники налюбоваться целью нашего сегодняшнего похода, как звонкое "Бам-м-м!" заставило всех обернуться. Купол возник на том же месте, что и вчера. Правда изнутри он был более чем заметен и напоминал огромную половинку мыльного пузыря с толстыми, не менее десяти сантиметров стенками. Проверять пузырь на прочность всё же не хотелось.
        Второе "Бам-м-м!", на октаву ниже первого, раздалось со стороны руин. Теперь наше внимание было приковано вперёд. Из-под разрушившихся стен то тут, то там, начали выстреливать в быстро темнеющее небо яркие разноцветные снопы света. Нарушая все законы физики, они преломлялись на разной высоте и под разными углами. Всё больше и больше неведомых прожекторов зажигалось впереди, а из световых линий начали явственно складываться контуры виденного уже нами с драконом замка. Мы с Федей ещё смутно могли предположить нечто подобное, а наши спутники стояли, заворожено наблюдая за действом, не в силах произнести ни слова.
        Третий удар невидимого колокола был уже на грани инфразвука, и заставил содрогнуться не только нас, но и почву под ногами. Иллюзорный замок мигнул и обрёл материальность, представ перед нами в том же виде, что и вчера ночью. Мы, до глубины души, поражённые грандиозностью увиденного, осторожно двинулись вперёд.

* * *
        Ужин удался на славу. Много раз я читал в книгах, да и видел в фильмах богатые, по-царски уставленные яствами пиршественные столы, но вот посидеть за таким довелось впервые. Икра чёрная, красная и заморская баклажанная соседствовали со всевозможными мясными, рыбными блюдами и гарнирами. Лёгкое, чуть игристое вино подстёгивало аппетит и неторопливую беседу.
        Не портило убранство стола наличие сомнительного вида блюд, которые предназначались явно для гоблина. Даже полиморф, впервые на моей памяти, отрастил туманное щупальце и погрузил его в объёмистый пузатый кувшин.
        Нашими гостеприимными хозяевами оказались очень милые, вполне себе человеческой расы, старичок со старушкой, которые назвались Моранусом и Мораной. Они рассказали, что являются магами-практиками, но, с возрастом удалились от дел и решили пожить в своё удовольствие на одном из затерянных миров между секторами - отдохнуть, так сказать, от мирской суеты. Но гостям, даже редким всегда рады, потому что новостей хочется, а путешествовать только ради свежих сплетен лень.
        Кроме старичков в замке никто не жил. В качестве слуг - а бытовые мелочи на каждом шагу колдовать не станешь - они использовали неких фантомных гомункулусов. Парочка таких созданий прислуживала нам за столом, поднося новые блюда и убирая грязную посуду. Этакие гуманоидные куклы - руки, ноги, туловище, голова-шарик без глаз, носа, рта и ушей. Не смотря на это, со своими обязанностями справлялись они отлично. Немного напрягала только их манера появляться прямо из стены и уходить в оную.
        Один такой встретил нас, когда мы насторожённые и подавленные махиной замка подошли к массивным воротам. Не говоря ни единого слова, он подобострастно распахнул калитку в воротах, явно приглашая войти. Да и вообще, весь его вид и жесты настолько напоминали услужливого дворецкого, что половина страхов тут же испарилась. А уж когда в огромном холле нам навстречу выбежал умильный старичок с энштейновской причёской и улыбкой от уха до уха, мы и подавно успокоились. Где-то на задворках сознания, правда, крутилась мысль о том, что просто так переходы между мирами не блокируют, но, подумав, я отогнал её - может просто таким образом маги-пенсионеры привыкли заполучать к себе гостей и, соответственно, свежие новости, собеседников и сотрапезников.
        - Какая замечательная у вас кошечка, - прервав трёп "ни о чём", - обратилась ко мне Морана. - Не хотите ли её продать? Мы можем рассчитаться золотом или редкими артефактами. Магические услуги, извините, не предлагаю - только если в пределах этой планеты.
        - Нет, очень жаль вас огорчать, но кошка не продаётся. Это, можно сказать, член моей семьи.
        Я хотел, было, в шутку поинтересоваться у Варежки - как ей идея быть проданной на неизвестном мире, но, встретившись с ней глазами, передумал - Варёк недвусмысленно водила зрачками из стороны в сторону, даже не шевеля при этом головой. Тут я осознал, что за весь вечер ни она, ни Добрыня, не произнесли ни слова. Странно - решили в бессловесных тварей поиграть? Чтобы замять неловкость вызванную отказом, я поинтересовался:
        - А расскажите, зачем вы каждый раз утром замок разрушаете? Ну, или прячете?
        Старички переглянулись. После этого Моранус завёл длинный рассказ о том, как в одном мире он получил патент на магическую маскировку зданий на случай военных действий, дабы неприятель, видя развалины, не обращал на них никакого внимания. На самом деле, иллюзией были только руины, а замок просто становился невидимым. Однако, через некоторое время, другой маг подал на него в суд, заявив, что Моранус украл у него идею, которую давно с успехом применяют в нескольких отдалённых мирах. Покуда колдунский суд вникал в суть дела, наш хозяин успел переругаться более чем с половиной ковена, и, послав всех далеко и ещё дальше, удалился с сестрой на этот мир. А в отместку (кому, спрашивается?) установил своё изобретение на суточный цикл в этом замке.
        К концу его повествования клевали носом все - даже сам рассказчик начал путаться и повторять одни и те же эпизоды.
        Ещё через какое-то время, Морана мягко попеняла брату на нескончаемый рассказ, и мы разошлись спать в отведённые нам покои.
        Уже засыпая на огромной мягкой кровати, я вдруг понял, что не попросил старичков снять блокировку с межмировых переходов, но решил сделать это завтра прямо с утра. С тем и заснул.

* * *
        Пробуждение было прямой противоположностью отходу ко сну. Низкий сырой потолок, покрытый отвратительной слизью, нависал над головой. Поросшие фосфоресцирующим лишайником стены маленькой камеры два на два метра явно напрашивались на название - склеп. Дверей в стенах не было. Каменный же пол покрывала в одном углу солома. Правда, не гнилая - и на том - спасибо.
        Вот это попандец какой-то!
        Хотя… кто это посмел заточить меня? Тут вам не там - тварь я дрожащая, или менеджер континуума? Обойдя по периметру место своего заключения, я простучал все стены. Никаких потайных или замаскированных выходов не обнаружилось. Каменный мешок прямоугольного профиля.
        Собрав солому более-менее ровной кучкой, я сел на неё и крепко задумался. Пока я совершал обход временных, надеюсь, владений своих, весь запал немедленно всё сломать и сокрушить несколько поутих. Требовалось всё хорошенько просчитать. Итак - что мы имеем?
        Во-первых - магия. То, что я теперь заделался крутым волшебником - это несомненный плюс. Но "Есть у меня диплом, только вот дело в том, что всемогущий маг лишь на бумаге я"! А у меня и диплома-то, в отличие от незадачливого героя песенки Аллы Борисовны, не наблюдалось. И в том самый главный минус. Допустим, что мне глубоко безразлично - откуда берутся все те вещи, которые мне удаётся наколдовывать, но потом-то они начинают жить по обычным физическим законам. В этом я убедился недавно, когда экспериментировал со стихиями. Если бы не вмешательство серой четвероногой энциклопедии, даже световой шарик не смог бы освоить. Так что, просто так отсюда не проломишься. И как построить банальный телепорт, и вообще, возможно ли это в принципе - не имею ни малейшего понятия.
        Во-вторых - точное местоположение. Допустим, я найду способ пробиться сквозь толщу стен или потолка. Обзаведусь перфоратором или пневмомолотом, генератором, буду регулярно обновлять воздух, убирая угар. А дальше? При условии, что этот милый каземат находится на глубине хотя бы нескольких метров, то меня просто завалит обломками. А если этих метров не несколько, а десяток? Или сотня?
        В-третьих - мои спутники. Где они и что с ними? Припомнив все возможные способы общения, я попытался мысленно докричаться до Варьки, потом Добрыни, потом до Феди. Наконец, хоть таким образом с ними не общался, на всякий случай до гоблина и полиморфа. Ноль эмоций. Единственно чего я добился - так это лёгкой мигрени, которая, впрочем, прошла сама через минуту. То ли для такого общения необходим зрительный контакт, то ли слишком далеко нас разнесло, а может и толща почвы надо мной экранирует. Ладно, оставим вопрос со спутниками на потом.
        И, в-четвёртых - кто всё же виноват? Наши гостеприимные хозяева? Учитывая, что некоторые странности в их словах и поступках вчера проскальзывали, можно было списать всё на них. Но возникал резонный вопрос - зачем? Предположим, что до убежища пенсионеров добрался тот недруг Морануса, о котором он вчера так незанимательно рассказывал, а мы просто попали под горячую руку. Но в столь неудачное совпадение поверить было ещё сложнее. Скорее уж мы стали жертвой каких-то третьих сил.
        За всеми размышлениями я не заметил, как совершенно заледенела спина - камни, показавшиеся поначалу совсем не холодными, всё же исправно вытягивали тепло. Ни лёгкая футболка, оставшаяся после сна, ни слой светящегося лишайника от холода не спасали. Ну, это дело поправимое. Нужна нам, скажем, тёплая кожанка с меховой подкладкой. Была у меня дома такая - старая, но добротная - с собакой в лес ходить. И какие-нибудь джинсы. Подойдут и те, что были на мне вчера. Ещё кроссовки с носками. Алле…
        …Оп! От безумной, разрывающей сознание вспышки головной боли, глаза заволокло слезами. Хорошо, что сидел. Руки и ноги стали ватными, во рту появился привкус крови, и гулким колоколом в висках застучал пульс.
        Проморгавшись от слёз, я всё же увидел заказанный мною гардероб, кучкой материализовавшийся около босых пяток. М-да, уж. Вот это эффект! Особенность моей камеры? Наведённая лично на меня порча? Гадать бессмысленно. Более-менее оправившись от такого отката, я оделся. Что ж - ладно. Больно, но не смертельно же. Надо выбираться. Только вот как?
        И тут, застонав от собственной глупости, я мысленно хлопнул себя по лбу! Ведь материальные предметы отзываются на мои приказы о трансформации. Вспомнить хотя бы злополучную лужу перед домом, которую я вскипятил в порыве праведного гнева.
        Примерившись к противоположному от себя углу на потолке, я приготовился к новому истязательству моей головушки, и, показав коронный "факью", со злостью воскликнул:
        - Что б ты, каменюка поганая, в воздух превратилась!
        Скрутило так, что мама не горюй! На этот раз раскололась не только голова - я понял, что могли бы почувствовать мультяшные герои, которых закручивает винтом оборотов эдак на десять, а потом резко раскручивает в обратную сторону. Многострадальный мозг, казалось, взорвал изнутри черепную коробку и разметался по всей камере. Наконец благословенная спасительная тьма в который раз за последние дни пришла ко мне на помощь.

* * *
        Я люблю старые советские песни. Причём не только попсу, которая раньше и не называлась этим обидным словом, в наши дни вполне обоснованно применимым к большинству современной эстрады. Нравится мне и старый шансон, и весёлые утёсовские композиции, и СССР-овская классика того же Свиридова заставляет с сожалением пронестись в голове избитой фразе: "Такую страну профукали!". А уж всем известные раньше, а теперь незаслуженно забытые патриотические марши-гимны, как в старые добрые времена будоражат кровь и навевают желание собраться и поехать покорять целину, строить БАМ, или совсем уж лететь к далёким планетам и оставлять свои следы на их пыльных тропинках.
        Одну из таких песен я установил на свой мобильник в качестве звонка. Когда в разношёрстной толпе какого-нибудь супермаркета из моего кармана жизнеутверждающе звучит "И Ленин такой молодой, и юный Октябрь впереди", отрадно видеть, как на миг замирает, а потом ностальгически-радостно начинает улыбаться среднее поколение. Как распрямляются спины и зажигаются блеском глаза бабушек и дедушек - ветеранов героического трудового фронта битв за урожай и пятилеток в четыре года. Даже успешные бизнесмены и топ-менеджеры компаний, окажись по близости, с удовольствием вслушиваются в знакомые с детства слова и ностальгически кивают в такт своим воспоминаниям о светлом будущем, оставшемся в далёком прошлом.
        Я открыл глаза. Магическим ли откатом, или физической ударной волной, но меня отбросило в самый угол моего невольного пристанища, свернув в позу эмбриона. Голова кружилась. Во рту кололся изжеванный клок соломы. Из-под ногтей на правой руке сочилась кровь, а на стене обнаружились длинные тёмные полосы, оставшиеся на месте содранного лишайника.
        Зато из кармана джинсов жизнеутверждающе лились слова:
        "…И вновь продолжается бой!
        И сердцу тревожно в груди…"
        С трудом выцарапав из тесного кармана мобильник, я в недоумении уставился на светящийся экран. Вызов. Входящий. Ладно бы просто под землёй, так ещё и в мире, где не только никаких вышек нет, так ещё и ни об одном сотовом операторе не слыхивали. Это какой же мне роуминг насчитают?
        Сфокусировав взгляд на входящем номере, я вообще перестал что-либо понимать. Звонил начальник. Любимый. В кавычках любимый. В больших таких колючих кавычках. Я нажал на кнопку ответа.
        - Алло?
        - Василий Михайлович! Что вы себе позволяете? Сегодня же последний день сдачи проекта. Я понимаю, можно заболеть, можно даже загулять с водкой и бабами, но ваша безответственность…
        Я отодвинул трубку подальше от уха. Если начальник начал распинаться, то диалог ему не нужен. Минуты две он будет сыпать проклятьями и угрозами в монопольном режиме. То, что он сам целый месяц затягивал начало работы над проектом, его не волновало. Сейчас, скорее всего, он искал стрелочника, на которого можно перевести праведный гнев заказчиков и руководителей холдинга. Кстати вспомнилось, что сейчас на Земле понедельник, скорее всего ближе к обеду. Я вновь прижал телефон к уху.
        - Алло… Ты кто - директор? - в трубке недоумённо затихло. Скорее всего, мой босс не смотрел популярный в своё время флеш-сериал про похождения Масяни. Или подзабыл несколько фраз из него, ставших крылатыми.
        - Директор, - осторожно донеслось из мобильника.
        - Да пошёл ты в ж…., директор. Не до тебя сейчас…
        Я нажал отбой, и, не смотря на трагизм положения, с блаженной улыбкой откинулся на солому.
        Поблуждав взглядом по небогатому жизненному пространству, доставшемуся в моё распоряжение, я натолкнулся на углубление в потолке. Как раз в том месте, где приложились мои магические усилия. Результат впечатлял. В плохом смысле слова. Мне удалось пробиться не более чем на десять сантиметров в глубину. Да и диаметр наметившегося отверстия оставлял серьёзные сомнения в том, что мне удастся в него протиснуться, окажись попытка более удачной. Такими темпами я лет триста буду выбираться. Монте-Кристо нервно курит в сторонке. А учитывая вспышки боли, сопровождаемые каждое магическое действо… грустно.
        Телефон вновь запел голосом Кобзона про неба утреннего стяг. Видимо начальничег успел отойти от шока, и решил добить меня по полной. Я уж совсем, было, собрался отключить девайс, как вспышкой мелькнуло озарение. Ай, спасибо, дорогой ты мой руководитель. Жив останусь - с меня "Хеннеси VSOP", как минимум. Хоть ты и не узнаешь, благодаря чему я так расщедрюсь.
        Ключевое слово - проект. Уж не знаю, проектировал ли кто-нибудь когда-нибудь данное помещение, но, даже если и нет, то проект всегда можно нарисовать и задним числом.
        Уставившись в пол перед собой, я возжелал:
        - Проект помещения, где я нахожусь.
        Мгновенный болезненный укол в висках, и на полу материализовался листок бумаги, размером с альбомный лист. Мимоходом отметив, что с уменьшением объёма создаваемых предметов, уменьшаются и болевые ощущения, я вцепился в рисунок. На нём был изображён ровный прямоугольник со штриховкой в одном углу. Издевательские надписи поясняли содержимое схемы - "стены", "пол", "солома". Приглядевшись, на штриховке, обозначающей солому, я разглядел миниатюрный скелетик с весёленькой надписью махонькими буковками: "пленник".
        Так, значит, да? Хорошо же. Мы тоже не пальцем деланные. Я уточнил заказ:
        - Проект всего здания, в котором я нахожусь, со всей инфраструктурой и пояснениями.
        Боль была посильнее, но вполне терпимой. На колени бухнулся фолиант страниц на четыреста в красном бархатном переплёте с золотым тиснением - "ПРОЭКТ. Том I. Дневной". Следом за ним материализовался второй том, уже темно-синего бархата с указанием на ночное содержимое. Ну вот - уже легче.
        Устроившись поудобнее на соломе - творить даже табуретку не хотелось, ибо больно, я принялся за изучение талмудов. Ха! Громко сказано - за изучение. Всё, конечно, было расписано от и до. С рисунками, пояснениями на русском языке, с описанием тайников, ловушек и способами их открытия-обезвреживания. Только вот найти нужную мне страницу оказалось не так-то просто. Через полтора часа безуспешных листаний, я в очередной раз чертыхнулся. Ну прям как маленький! Ты же в недалёком прошлом компьютерщик, системщик! А то, что сейчас малость переквалифицировался, так это ещё лучше - руководить проектом - это вам ни хухры-мухры. А какие качества нужны и в первом, и во втором случае? Правильно - уметь грамотно ставить задачу. Только в первом - машине, а во втором - людям. Вот то-то же. Итак - что у нас выступает в качестве объекта озадачивания? Правильно - мои новые способности. Задачу нужно ставить конкретно, а не как я - карьерным экскаватором принялся грядки вскапывать, дубинушка.
        Положив талмуды перед собой, я пожелал совершенную банальность - чтобы они раскрылись именно на том месте, которое указывает на моё теперешнее местоположение. Ночной вариант так и остался лежать, не шелохнувшись. А вот дневной, пошуршав страницами, открылся примерно посередине. Ура!.. И что же мы имеем?
        А имеем мы вот что - моя камера с пяти сторон окружена толщей породы. Базальт, судя по пояснениям. Непонятно только зачем с трёх сторон стены нужно было выкладывать каменными блоками? Насколько далеко простирается камень вверх или вниз, из схемы понять было сложно. Но это и не важно. Если я правильно сориентировался по схеме, то через каких-то полметра стены по правую руку от меня, проходит длинный коридор, который с одной стороны оканчивается лестницей, ведущей наверх, а с другой - вниз. Больше на этом этаже никаких помещений не было. Этаж, кстати, исходя из пояснения вверху страницы, минус двадцать четвёртый. Это ж сколько топать-то наверх… Хотя, прежде чем топать, хорошо бы выбраться отсюда. Но, по крайней мере, теперь понятно, куда следует двигаться.
        Никакой двери на странице изображено не было. Однако, на стене, со стороны коридора ярким красным пятном выделялся некий объект, незатейливо помеченный надписью "Вкл. - Выкл.". Так что у меня два пути: первый - попытаться воздействовать на этот загадочный выключатель, надеясь при этом, что он не запускает какой-нибудь механизм уничтожения пленника. Второй - пробить стену в направлении коридора. Немного поразмыслив, я склонился к первому варианту. Никаких дополнительных устройств на плане изображено не было, поэтому можно было не ожидать, что стены начнут сдвигаться, грозя раздавить меня в лепёшку, или, что из пола вылезут заточенные колья и прочего подобного безобразия. А вот пробивать стену - это минимум пять ударов, за каждым из которых последует очень неприятная расплата сильнейшей болью и потерей сознания. А я, как человек избалованный и изнеженный современной цивилизацией, совсем не готов был платить такую цену. Мне и предыдущих впечатлений хватило с избытком. Что ж, второй вариант оставим про запас.
        Осталось придумать, как добраться до выключателя и как на него воздействовать. Сверившись со схемой, я отмерил необходимое расстояние на стене. Вот высоту определить сложнее. На двухмерном листе не было возможности отобразить расстояние от пола до выключателя. Ладно - не станем творить трёхмерную схему, а просто понадеемся, что пусковое устройство находится примерно на уровне глаз человека среднего роста. Я в задумчивости уставился в каменную кладку. Как же тебя обмануть? Ладно - мудрить не будем. Пусть будет перфоратор и… генератор. Как я и планировал в начале. Да - и защитные очки. Не изменяя традиции, боль накрыла меня сильно. Хотя до потери сознания не дошло. Или я притерпелся?
        Запустив генератор, и мимолётно отметив - не забыть через пять минут ликвидировать угарный газ, я подключил инструмент и принялся пробивать себе путь наружу на стыке между камнями.
        Первые три сантиметра… Впечатления - просто радужные!
        Ещё два. Когда вернусь домой, надо будет запатентовать этот метод, как средство наказания любителей ремонта в неурочное время.
        Ещё немного… А что? Треск генератора и частые удары зубила, каменная крошка и пыль, угар и заметное повышение температуры. Всё это в замкнутом пространстве. Красота!
        Пот залил глаза, очки изнутри запотели, дышать тяжело. Надо сделать паузу и заменить угар свежим воздухом.
        Отдыхать некогда. Перфоратор в зубы, точнее, в руки, и вперёд!
        Сразу сантиметров семь - видимо раствор не качественный попался… После такого счастья мигом отобьёт желание долбить стены часов в десять вечера на радость соседям.
        А вот дальше - туго. Может в неровность камня уткнулся?.. Нет, зубило опять вгрызается в стену. Отлично!
        Уже больше половины… ещё раз очистить воздух.
        Ещё немного, ещё чуть-чуть… Хорошо, что сразу догадался сделать зубило подлиннее. Только бы не сломалось.
        Последний бой - он трудный самый… Крак! Всё-таки сломалось. На последних миллиметрах. Но уже пробив оставшийся тонкий слой раствора, и высунув кончик наружу. Уфф!
        Что мы имеем? Руки-ноги дрожат, угара всё же надышался, в ушах звон, из царапины на щеке, оставленной отлетевшим каменным осколком, сочится кровь. Но выход есть! Вот он - пусть пока в виде небольшого отверстия диаметром в три-четыре сантиметра, но - лиха беда - начало! А вот теперь можно и отдохнуть, только недолго - минут пять.
        Так, теперь проведём разведку. Был в моей жизни эпизод - попался я как-то в руки к эскулапам на предмет язвы желудка. И пришлось мне пару раз пройти через крайне неприятную процедуру гастроскопии. Говорят, что некоторые пациенты переносят её довольно спокойно, но я никому не пожелаю даже один раз пройти через этот кошмар. Когда тебе в пищевод запихивают толстую пластиковую трубку со всякими световодами, воздуховодами и прочей начинкой, а ты лежишь и… не, даже вспоминать тошно. Но вот сам прибор мне сейчас очень пригодится.
        Легкомысленно пожелал материализации данного устройства. Блин! Я и забыл, что помимо самой трубки-гастроскопа, к ней прилагается ещё куча дополнений в виде экрана, насосов и прочей лабуды. Ладно - надеюсь, что когда я выберусь отсюда, кому-то придётся серьёзно ответить мне на ряд неприятных вопросов. Опять запустив генератор, я включил следующий прибор и прильнул к окуляру.
        В коридоре царила темнота. Всё же удачно я вспомнил про гастроскоп - пусть его свет и рассеивался, но необходимый минимум обзора он всё же обеспечивал. Покрутив какие-то колёсики у основания трубки, я добился того, что кончик гастроскопа, вылезший из стены сантиметров на десять, изогнулся под прямым углом. Ага - а вот и искомый выключатель. Ничего особенного - на вид небольшой рубильник с короткой ручкой, смотрящий под углом вниз. Будем надеяться, что усилия, создаваемого поворотным механизмом моего устройства, хватит на то, чтобы перевести его в положение "Вкл.". Очень не хочется творить ещё какое-либо приспособление. Странный я маг получаюсь - прямо техномаг какой-то. Творю сложные технические устройства для решения задач, с которыми любой другой волшебник наверняка справился бы щелчком пальцев. Вот тебе и могущество. Обидно.
        Слабого усилия всё же хватило. Правда, не с первого раза - скользкий пластик то и дело соскальзывал с ручки рубильника. С третьего - рычажок поддался и самостоятельно плавно пошёл вверх. Я выпустил из вспотевших ладоней отработавший своё гастроскоп и навзничь, с облегчением откинулся на солому. Вот сейчас отверзнутся двери…
        Не отверзлись. Скорее отверзлись хляби небесные. С потолка закапало ощутимо сильнее. Не поток, конечно, но через очень короткий промежуток времени на полу начал скапливаться слой холодной воды. Да что за!.. Я схватил до сих пор открытый на нужной странице фолиант. Рисунок плана менялся на глазах. Прямо над головой проявился резервуар заполненный водой с объёмом раза в два превышающим объём моей камеры, от которой его отделяла тонкая горизонтальная перегородка. Хорошо, что мой первый эксперимент по пробиванию потолка оказался не столь успешным, а то я сейчас в панике творил бы себе акваланг.
        Схватив гастроскоп, я вновь высунул его в коридор. Несмотря на то, что руки ощутимо дрожали, вернуть рычаг рубильника в исходное положение удалось с первой попытки. Видимо паника добавила мне ловкости.
        Вода никуда не исчезла. Зато на плане появилось ещё одно устройство со зловещей надписью "Пресс". Стены дрогнули и сошлись на пару сантиметров. Так вот вы какие - недокументированные возможности магических сооружений! Я замер. Потом по-настоящему запаниковал. Допустим, с водой ещё можно бороться, а вот с прессом? Если я ударю сейчас магией по стене, отделяющей меня от коридора, то насколько отключусь?
        Стены совершили ещё один короткий рывок. А я-то ещё переживал, что мои манипуляции привлекут ненужное внимание хозяев тюрьмы, или гипотетических охранников. А оно само себя охраняет.
        Может, я очнусь, когда уже начнут трещать кости, сдавливаемые гранитными глыбами? А может, и не очнусь вовсе. Что же делать… что делать-то?
        Взгляд опять зацепился за коварный "ПРОЭКТ". Правильно! Какой самый ценный товар в моём мире? Конечно - информация. Эх, Варежку бы сюда с её способностью подключаться к инфосети континуума! Но я же как-то сумел материализовать в книжном виде информацию о структуре проклятого замка? Вот теперь продолжим!
        Не обращая внимания на медленно, но неуклонно сдвигающиеся стены, и забыв про неминуемую вспышку боли, я с ненавистью показал "факью" углу камеры.
        - Информация. В кратком печатном виде. Как мне отсюда выбраться!
        Быстро подхватив появившуюся и начавшую промокать брошюрку размером с ученическую тетрадь, я открыл её. На первой странице очень приятно удивило наличие оглавления. С досадой пропустив издевательские пункты, повествующие о смерти от старости и просачивание сквозь стены - ещё чего не хватало - опять с моим невезучим опытом сделать что-то не так и застрять посреди каменной кладки, я с надеждой уставился на короткий и простой до безобразия пункт, стоящий под номером семь - телепортация. Уж он-то таких опасений не вызывал. Несколько раз я уже прошёл через нечто подобное - когда переносился, ведомый Добрыней, из мира в мир. Хотя, скорее всего там действовали какие-то другие принципы, ведь если последняя брошюра этот пункт включает, то, можно надеяться, что блокировка в данном случае не работает. Посмотрим… телепортация - стр.4.
        Твою ж дивизию! Перелистнув книжицу на искомую страницу, я прочитал одну единственную фразу: "Телепортироваться созданным искусственно порталом". Ну сколько можно издеваться!
        Стены уже сдвинулись настолько, что позабытый генератор начал с противным поскрябыванием смещаться по полу, отмечая каждый новый рывок пресса. Ну, ничего - отступать всё равно некуда.
        - Краткая и доступная мне инструкция по созданию порталов…, - сделал я очередной запрос в континуум. - И без всяких там хитростей, - почему-то добавил я тихо.
        Новая книженция была совсем тоненькой - на две странички. И содержала всего три пункта:
        - Создать артефакт-активатор портала, или назначить функцию активации существующему предмету.
        - Представить, по возможности максимально чётко, точку переноса.
        - Активировать созданный артефакт, заранее назначенным словом или действием.
        И всё?! Ну, допустим. Очень обнадёживал тот факт, что активатор портала может быть не только сотворён, но и назначен существующей вещи. Вполне вероятно, что достаточно будет просто моего желания без представления разных там магических тонкостей.
        Представив себе спичечный коробок с одной-единственной спичкой - и откуда такая склонность к дешёвым эффектам? - я назначил действием-активатором непосредственно зажжение спички. После чего и материализовал его. Коробок как коробок. Балабановской фабрики. Я потряс его, с облегчением услышав внутри характерное постукивание. Ладно, ждать нечего - а ну как не сработает - придётся ещё чего-нибудь выдумывать…
        Ноги уже по щиколотку были в холодной воде. Эх, влажность-то какая. Зажглась бы спичка. И унесла меня бы отсюда туда, где тепло… где солнышко.
        Достав из коробка свою предполагаемую спасительницу, я, замерев на миг в нерешительности чиркнул спичку о бок коробка, покрытый слоем красного фосфора. Мир вокруг меня мгновенно разделился на крупные пиксели и осыпался, обнажая свою мутную бесформенную изнанку.

* * *
        - Кис-кис-кис! Ну поешь, моя хорошая. Вот рыбка, вот мяско, сливочки. А может, хочешь молочка?
        Варежка демонстративно повернулась к Моране спиной и принялась вылизываться. Есть на самом деле хотелось, но не так, чтобы очень сильно. Пусть она и привыкла к регулярному приёму пищи, но потерпеть денёк, а то и другой можно. В крайнем случае - какой же замок без мышей?
        - Ну не упрямься, будь хорошей девочкой. Я же знаю, что ты меня прекрасно понимаешь.
        Кошка развернулась и в упор уставилась на колдунью. Та поспешно присела на корточки и вытянула руку, собираясь погладить Варьку. Варежка зашипела.
        - Хорошо-хорошо, не хочешь разговаривать, просто послушай.
        Морана с некоторым трудом поднялась, прошествовала к стоящему у камина креслу, уселась и начала говорить…
        Около трёхсот лет назад в ближнем секторе появилась команда манипуляторов. Появилась как обычно - наткнувшись на артефакт-зародыш и получив уйму полезных свойств. Правда вся группа состояла исключительно из людей - Мораны, её брата Морануса и их старшего брата Мораниса. Поскольку до инициации все трое проживали в обычном, не изолированном мире, то произошедшее их не поставило в тупик, а очень и очень обрадовало. Учитывая, что все они и раньше обладали небольшими магическими способностями, группа вышла сильная и перспективная.
        Окрылённые открывшимися горизонтами, братья с сестрой начали активно работать. Они хватались за всё - водили клиентов по мирам, искали потерянные артефакты, даже совершили парочку заказных дворцовых переворотов. Но вскоре такой образ жизни начал приедаться. Для полубогов, с мало чем ограниченным всемогуществом, самым главным врагом является скука. Ну - путешествуешь из мира в мир, так, в конце концов, радужный калейдоскоп новых впечатлений смазывается, превращаясь в раздражающее мелькание разноцветных пятен. Материальные блага, по вполне понятным причинам, тоже перестают быть стимулом. Ощущения тоже разнообразием не отличаются - экзотическая еда, адреналиновые приключения, сексуальные партнёры - всё это со временем перестаёт блистать новизной.
        Остаётся одно - жажда информации. Ведь с её помощью можно придумать, как разогнать скуку и сделать свою жизнь разнообразнее. И вот, лет сорок назад, команда перестала брать новые заказы и отправилась путешествовать. Они посетили уйму миров, добрались даже до соседней галактики, причём не переходами, а перелётами, но скуку свою смогли развеять только отчасти. И вот тогда старшему брату пришла в голову дерзкая мысль - а что если попробовать сотворить свой континуум и обрести в нём полное всемогущество.
        Морана и Моранус отнеслись к идее скептически. Для сотворения континуума необходимо было обрести всемогущество здесь, а не там. Только Моранис успел настолько загореться идеей, что не слушал никаких аргументов. Он полностью погрузился в расчёты и эксперименты, и, в конце концов, заявил, что готов попробовать. Правда, по его расчётам выходило, что творцы нового континуума, скорее всего, полностью растворятся в своём детище, перестав существовать как отдельные личности, но преобразовавшись при этом в некий вселенский разум.
        Здоровый скепсис младшего брата и сестры сменился ужасом, когда они узнали про такую перспективу. Рисковать не хотелось. С удвоенной силой они принялись отговаривать брата от такой затеи. Только огонёк безумия уже светился в глазах Мораниса. Он заявил, что справится и без их помощи. Окончательно разругавшись с ними, он отправился в пограничную зону меж секторами и, после этого, о нём не было ни слуху, ни духу. Он либо сотворил свой континуум, либо погиб в безумной попытке. В любом случае, в известной вселенной его больше не существовало. Морана и Моранис это почувствовали в какой-то момент, поняв, что перестали быть единой командой манипуляторов и превратившись в обычных магов чуть выше среднего уровня. И с чувством глубочайшей болезненной утраты былых способностей.
        Морана закончила рассказ и посмотрела на Варежку.
        - Всё это, может и интересно, но что вы хотите от нас-то? - кошка решила больше не играть в молчанку.
        - Видишь ли, дорогая, - Морана как будто и не сомневалась в том, что ей удастся разговорить Варьку, - Наш братик оставил все свои записи. Может, думал, что мы к нему присоединимся рано или поздно. Естественно, на такой шаг мы не решились, но кое-что интересное там обнаружилось. Как побочный эффект. Изучив дневник Мораниса, мы пришли к выводу, что если провести определённый ритуал, то мы сможем присоединить к себе в команду члена другой тройки, вновь став полноценными манипуляторами.
        - И чего вы хотите от нас? Нашли бы себе кого-нибудь ещё - зачем разбивать сложившуюся тройку, если наверняка где-то есть неполные.
        Колдунья отрицательно покачала головой:
        - В последние годы мы только тем и занимались, что искали. Все тройки в полном составе. Манипуляторы, знаешь ли, очень редко гибнут. Лишь один раз нам удалось найти пару бывших. Из расы орков. Их третий товарищ уж совсем нелепо погиб, не сумев справиться с собственным заклятьем. Мы преодолели отвращение к этой весьма грубой и нечистоплотной расе и предложили одному из них присоединиться к нам. Орки, поначалу, согласились, но, когда поняли, что мы берём только одного, а второй почти полностью потеряет даже ещё сохранившуюся часть способностей, весьма красноречиво отказались. Послали они нас, короче.
        - А почему вы решили, что мы вас не пошлём по тому же адресу?
        - Ваш пёс так и сделал. Он даже не захотел выслушать Морануса.
        - А Василий?
        - Василий… Василий нам не подходит. У него слишком высокий потенциал, хоть он ещё не полностью раскрылся, как и у вас с Добрыней. Мы просто не сможем провести ритуал - его сила подавит наши даже объединённые усилия. Нам едва хватает возможностей удерживать его от активных действий. К слову, если бы дар поиска получил он, а не пёс, вы миновали бы наш мир, просто не заметив блокады.
        - То есть вы его где-то заперли?
        - Ну…
        - И после этого пришли уговаривать нас предать друг друга?
        - Да пойми же ты, вы тройка молодая, только инициированная. Что вы теряете? Тем более часть способностей у оставшейся пары всё равно сохранится.
        - Что с остальными нашими спутниками?
        - Спят. Что им сделается. Немного магии за ужином, и пару дней проспят как миленькие. Только дракон остался снаружи. Но он не сможет проникнуть сюда, пока замок в дневной ипостаси. А в ночную мы его переводить пока не будем.
        - Ясно. Так вот, - глаза кошки злобно сверкнули, - шли бы вы со своими ритуалами чуть подальше, чем вас орки послали. Я тоже не согласна. Вот Васька выберется, он вам устроит кузькину мать.
        - Ну, это вряд ли. В пределах того места, где он сейчас находится, не поколдуешь. А ты, дорогуша, - старуха ехидно похихикала, - подумай. Хорошо подумай. Вот будет твой дорогой Василий загибаться без еды и воды, сама прибежишь. Да, только, мы может и передумаем. Вдруг ваш кобель раньше согласится.
        Морана злобно, явно театрально, рассчитывая на психологический эффект, расхохоталась и медленно растаяла в воздухе.
        - Вот, ты ж, шавка облезлая, - Варежка заметалась по комнате, - соглашусь я, как же! Скорее у меня хвост отвалится. Видать не только ваш братец свихнулся, а и вы с ним заодно. Но надо что-то делать… Что ж делать то?
        Кошка обследовала комнату в поисках недокументированного выхода, но тщетно - дверь заперта, а других выходов не было. Отсутствовали даже окна. Так же - безуспешно попыталась связаться с Добрыней и Василием. Оставался один возможный путь. Варька подобралась и, совершив немыслимый прыжок, уцепилась когтями за кладку внутри каминной трубы. Сажа тут же перемазала тщательно ухоженную шёрстку, забилась в глаза, нос, вызвав приступ безудержного чихания. Не смотря ни на что, кошка начала, обдирая когти об обугленные кирпичи, тяжёлый путь наверх.
        Глава 5. Жара и ещё жарче
        Дракон был в ярости. Мало того, что остался один над руинами, в которые превратился замок с восходом солнца, так ещё и купол никуда не исчез, отрезав ящера от окружающего мира. Проломиться с наскока сквозь барьер не удалось. Самый жаркий огонь тоже не принёс никаких результатов. Попробовав подкопаться под купол, Федя с сожалением констатировал, что тот, скорее всего, уходит под землю на достаточную глубину, если не полностью смыкается в сферу.
        Прометавшись до полудня, дракон немного успокоился. Допустим, купол не стали снимать, но к ночи-то замок всё равно проявится. Вот тогда и поговорим с хозяевами. Федя немного побаивался мощи магов-отшельников, но манипуляторами они явно не были, так что справиться с драконом им будет весьма непросто.
        Гораздо большее опасение вызывала судьба спутников, но ящер здраво рассудил, что Василию со зверями опасаться особо нечего, а там они, глядишь, и про гоблина с полиморфом не забудут и в обиду не дадут.
        Пристроившись на нагретых камнях, дракон принялся ждать, на всякий случай, притворившись спящим. Кто знает - может недруги за ним наблюдают, и, подумав что он спит, появятся в пределах видимости. Вот тут-то Федя и не оплошает.
        Прошёл ещё час. Припекающее солнце навевало дремоту. Дракон уже совсем решил было вздремнуть - сон у него чуткий, так что появления неприятеля он не проспит. Внезапно до острого слуха донеслось тихое поскрёбывание, явно доносящееся из-под земли. То ли лез кто-то маленький, то ли этот кто-то был ещё далеко от поверхности. Ящер насторожился. Приготовился дыхнуть погорячее и стал ожидать визитёров.
        Подземный «копатель» явно приближался. Вот зашевелились камни рядом с передней лапой дракона. Он осторожно, чтобы не вспугнуть, отвёл лапу в сторону, прицелился, и… чуть не захлебнулся собственным пламенем, сдерживая его в глотке. Из-под земли выбиралась грязная, взъерошенная Варежка с горящими праведным гневом глазами.

* * *
        - Кукуруза горячая, сексуальная, патенцыальная!.. Кукуруза горячая, сексуальная, патенцыальная!..
        Да-да. Именно так - через "а" и "ы" - пАтенцЫальная. Как будто специально выделяет. Даже, кажется, два ударения в одном этом слове делает. Чёрт, вот это глюки. Как будто я на каком-нибудь побережье в разгар сезона да ещё в центре пляжа. Стоп! В центре пляжа? Я рывком сел, открывая глаза.
        Огненное солнце, не смотря на то, что уже явно клонилось к закату, палило нещадно, плавя песок, море и беспорядочно распластанные по пляжу тела отдыхающих, благодушно возлежащие на деревянных лежаках. На меня никто не указывал пальцем, не кричал и не звонил в соответствующие органы по одной причине - я материализовался в небольшой низинке по краям заросшей какой-то колючей выгоревшей травой. Однако… Даже если меня и вышвырнуло обратно на Землю, то я точно помнил, что стартовали мы оттуда в середине весны. А в это время года, ни на каком из наших побережий не может быть такой жары и такого наплыва отдыхающих. Если же побережье не Российское, то откуда тут взялся мужик, продающий варёную кукурузу? Осознав, что до сих пор одет в тёплую куртку и джинсы, я стараясь не высовываться на всеобщее обозрение, быстренько разоблачился и развеял ненужные детали одежды в мелкий песок. Оставил только трусы, которые своим кроем вполне могли сойти за плавки. Поколебавшись, не стал развеивать и телефон. В прошлый раз он удачно самостоятельно материализовался вместе с джинсами. Кто знает - получится ли вновь
повторить такой трюк?
        Уловив краем глаза какое-то движение за моей спиной, я оглянулся. Метрах в ста от меня величественно возвышались корпуса отеля. Явно не российской постройки. А прямо передо мной стояла девчушка лет двенадцати, засунув в рот палец. Я прикинул, что в этом возрасте дети уже отвыкают от этой совсем не гигиеничной привычки. Следовательно, данный атавизм проявился в минуту сильного потрясения. А таковым могло выступить только одно - моё появление или манипуляции с одеждой.
        - Испугалась? - я постарался придать своему голосу максимум доброжелательности.
        - Не-а, - девчонка вынула палец изо рта, недоумённо на него посмотрела, а потом как то виновато вытерла об купальник. - А я вас знаю. Вы - Антон Городецкий.
        Спасибо, что не Гарри Поттер. Только вот и на Хабенского я явно не похож. О чём и заявил любительнице фантастических фильмов.
        - Конечно не похожи. В кино же актёр играет, а вы этот, как его… прототип, во!
        Ха! А мне, если подумать хорошенько, опять очень повезло. Если пришлось бы объясняться со взрослыми, то не известно, как бы я выкручивался.
        - Ну, ладно, - не стал отнекиваться я. - Ты меня раскусила. Побежишь рассказывать?
        - Зачем? Вы же мне память всё равно стереть можете?
        Знала бы ты мелочь, что я много чего могу, да вот мало чего умею.
        - Нет, не буду я тебе память стирать, - лицо девчушки просветлело. - Только мне нужна небольшая помощь. Видишь ли, я немного ошибся с заклинанием портала и не понимаю, куда меня телепортировало. Расскажешь?
        - А чего там рассказывать? Это Хургада. Египет.
        - Хургада? - я недоумённо вперился взглядом в спину неспешно удаляющегося продавца кукурузы. Девочка верно оценила мой взгляд:
        - Не обращайте внимания - он местный, араб. Кроме этих слов больше по-русски ничего не знает.
        - Он что, на самом деле её продаёт?
        - Нет, раздаёт даром. Это такая развлекуха от отеля. Правда, все ему всё равно деньги суют. Кто доллар, а кто и два.
        - Понятно. Можно ещё одну маленькую просьбу? Покажи, пожалуйста, свой браслет.
        - Вот, смотрите, - девочка доверчиво протянула мне руку, и, опять просчитав меня, добавила: - Только у меня детский, розовый, а у взрослых синий или зелёный.
        Слабо понимая, зачем мне нужен браслет-пропуск на территорию отеля - задерживаться я здесь не собирался - я, стыдливо прикрыв свой магический жест левой рукой, всё же скопировал себе такой же, правда, зелёного "взрослого" цвета. Мелкая с восторгом наблюдала за очередным чудом. Что ж пришла пора рассчитаться за помощь.
        - Ну, говори, малышка, как тебя отблагодарить?
        - Правда - можно? - девчонка явно застеснялась.
        - Конечно, я же сам предложил.
        - Тогда… тогда я хочу айфон самой-самой последней модели.
        Что ж - современные дети - современные просьбы. Странно было бы, если б она куклу попросила.
        - Держи, спасительница! - вновь максимально замаскировав руку, я протянул ей вожделённый гаджет. Но девочка почему-то потупилась, и брать подарок не спешила. - Что же ты, бери, заслужила.
        - А что я маме скажу?
        Вот он - ещё один признак современного ребёнка. Или это просто мне такая умница встретилась? Действительно, как она объяснит родителям появление у неё посреди египетского пляжа такого дорогого подарка? Дядя-волшебник дал? А подать сюда этого "волшебника"! Сейчас мы ему такое волшебство устроим, что навсегда заречётся к маленьким девочкам подходить. Да, задачка…
        - А давай мы с тобой поступим так… Обманывать, конечно, очень плохо, тем более маму, но мы просто постараемся сохранить её спокойствие и чуть-чуть схитрим. Совсем немножко. Тем более что свой подарок ты на самом деле заслужила. Скажи - ты чем-нибудь увлекаешься? Музыкой, или танцами.
        - Я рисовать люблю.
        - Рисовать? Это даже ещё проще, - я импровизировал на ходу, а в детских глазах зажёгся огонёк понимания. Всё же очень умный ребёнок, - мы сейчас твой айфон превратим вот в такое колечко…
        Девочка уставилась во все глаза, а я почувствовал, что краснею - спрятать магический жест не представлялось возможным, а показывать его ребёнку было очень стыдно - что это за добрый волшебник с такими неприличными жестами. Внезапно увесистое устройство, до этого спокойно лежавшее у меня в руке, резко потеряло в весе и начало сжиматься, меняя форму и цвет. Через несколько мгновений на моей ладони лежало маленькое пластмассовое колечко, какие по три рубля за горсть продают, чуть ли не в киосках с прессой.
        Ура! Получилось! Теперь проклятый "фак" не заставит меня краснеть при каждом заклинании. Ещё одно спасибо тебе, малышка. Я протянул девочке безделушку.
        - Такой подарок, надеюсь, маму не сильно испугает?
        - Нет. У меня таких с собой несколько штук даже есть.
        - Вот и отлично. А когда приедешь домой, - я на миг задумался, вспоминая приличествующий случаю сказочный сюжет, - кинь колечко через левое плечо. Оно в телефон и превратится. Только кидай осторожно и на что-нибудь мягкое. А то разобьёшь. А маму, всё же придётся немножко обмануть, - проснувшийся во мне воспитатель не давал успокоиться. - Будем надеяться, что это будет единственный раз. Скажешь ей, что в конкурсе рисунков выиграла. Наверняка такие у вас проводятся.
        Девочка послушно закивала:
        - Проводятся. Я даже один раз Барби выиграла.
        - Вот и отлично. А теперь беги, спасительница, а то мама волноваться будет.
        Мелкая послушно отступила на два шага, потом развернулась, и, крикнув на прощание: "Спасибо, дядя Антон!", припустила куда-то вдоль пляжа.
        Я всё же нацепил браслет, чтобы не выделяться среди отдыхающих и не привлекать излишнего внимания, и, разглядев невдалеке пляжный бар, направился к нему. Отель, в который меня принесло заклинанием телепорта, оказался из категории "всё включено", поэтому, отстояв небольшую очередь, я взял стакан бесплатного египетского пива и уселся в тенёчке под тростниковым навесом. До заката, когда я решил повторить эксперимент с телепортом, оставалось, по всей видимости, совсем немного. Я потихоньку потягивал пиво, оказавшееся неожиданно не таким уж и плохим, не «Будвайзер», конечно, но и не те помои, которые описывают путешественники по заграничным курортам.
        Итак, что мы имеем. В момент активации заклинания, мне настолько опостылел холодный полумрак каземата, что подсознание, возжелавшее солнца и тепла, на какой-то миг вырвалось на главенствующие позиции и скорректировало конечную точку перемещения. Тем более что я слабо представлял, в каком именно месте на поверхности я хочу очутиться. Правда в Хургаде я до этого тоже не бывал ни разу, но, видимо, Египет оказался роднее, что ли, негостеприимного мира, в котором я умудрился попасть в темницу. Тем более что и климат здесь соответствовал моим подсознательным желаниям.
        Стоп! Это что ж, получается, я в любой момент смогу перенестись на Землю из любой точки континуума? И, наоборот, по крайней мере, в те места, где уже был? Надо этот вопрос серьёзно провентилировать со знающими товарищами. Хотя, учитывая такую потерю сил, лишний раз не попрыгаешь. Да и неизвестно, смогут ли моим порталом воспользоваться мои спутники, или он сугубо индивидуальный.
        Между тем, пляж потихоньку пустел. Наступали мягкие южные сумерки, и отдыхающие, собрав пляжные причиндалы, двинулись в сторону отеля. Блин, кажется, я где-то слышал, что в Египте после восьми вечера на пляже находиться нельзя. Или после девяти? Или это купаться нельзя, а гулять по пляжу можно? Жаль не догадался спросить у безымянной девчонки. А теперь уже поздно - начну расспрашивать, примут за идиота. Хотя, может я только сегодня прилетел и благополучно проотмечал заселение, вместо того, чтобы поинтересоваться правилами проживания и отдыха.
        В баре остались только явные завсегдатаи. Человек пятнадцать, причём с подавляющим перевесом мужская часть курортников. Ну конечно, весь свой отдых такие туристы могут потом припомнить, ориентируясь на три фотографии - "познакомился с Колей в баре", "подрался с Колей у бассейна", "помирился с Колей в ресторане". Выбрав среди мелких компаний одинокого выпивоху, я отправился за информацией.
        Мужичок, лет пятидесяти, одетый в яркие молодёжные плавки, явно успел поднабраться и, нахохлившись, сидел в полудрёме, прислонясь спиной к опорному столбу навеса. На плечи он накинул огромное пляжное полотенце, то ли спасаясь в тени от египетского солнца, то ли продрогнув от чрезмерного употребления алкоголя. Я подсел рядом.
        - Послушайте, любезный…
        Мужик поднял на меня осоловелые глаза.
        - Вам помощь не требуется? - не очень удачное начало. Мой собеседник начал раскачиваться из стороны в сторону и опираясь руками на лавку в попытке подняться. Его седалище оторвалось от нагретого места, и он забалансировал на полусогнутых ногах.
        - Му… муне не требся. Я сам кому хочешь… кого хочешь! - широким жестом, призванным охватить всё вокруг от горизонта до горизонта, он махнул рукой с выставленным указательным пальцем, но жест придал "уставшему" телу нежелательный импульс, и дядька плюхнулся обратно на скамейку.
        Поразмышляв некоторое время над своей тяжёлой долей, он вновь обратился ко мне:
        - А ты знаешь, хто я? - он погрозил пальцем, выписывая им кривоватые восьмёрки перед моим носом, - я, между прчим - Маг! - слово маг явно было произнесено с заглавной буквы, - я такой Маг… что - ух!
        Опа! Вот это я зашёл на огонёк! Или я попал всё же не на свою Землю, а в какое-то из её отражений, где наряду с прочими обитателями существуют волшебники, колдуньи и прочие вампиры-оборотни?
        - Я знаю, когда нбудь они придут за мной, - пьяненький маг начал шмыгать носом.
        - Кто придёт? - может тут для полноты ощущений и какая-нибудь инквизиция до сих пор существует, отправляя незадачливых колдунов на костёр? Или фээсбешники местные лютуют, что, в принципе, не слаще.
        - Они… настоящие… Они скажут - да, скажут - мы настоящие. А ты кто такой? Шарлатан? А! В гзету объявление дал, свечи зжёг, и, думаешь - колдун? Нет. А что мне делать? Я прапорщиком был, вот, - мужик распахнул полотенце. На груди виднелась татуировка явно военного содержания, - а потом… Эх, жить-то надо. Вот я и начал колдовать. А знаешь? - он доверительно наклонился ко мне. Пахнуло многодневным перегаром, - некоторым помогает. Вот я и думаю, где-то они должны быть - настоящие, а не такие как я. И они приду-у-ут.
        Ясно. Повезло мне нарваться на одного из тех "потомственных" колдунов всея великыя черныя, белыя и серыя магии, объявлениями которых пестрят все бульварные газетёнки. А неплохо бывший прапорщик устроился - вон, даже по заграницам мотается, отдыхает от дел магических. Мне даже стало интересно - а есть ли в моём мире настоящие волшебники, или я один такой уникум? Надо попробовать выяснить осторожно этот вопрос. Вот - ещё одно дело, которое надо, а когда?
        Поборол в себе желание устроить магу-самозванцу показательное волшебство - а оно мне надо - даже если и вспомнит завтра, только страху нагоню. Пусть уж мужик дальше "отдыхает" как ему нравится. Оставшиеся в баре компании и не думали расходиться, наоборот, на пляже вновь появились отдыхающие. Явно уговорив плотный халявный ужин, они чинно прохаживались по дорожкам, не помышляя, правда, о купании. И одеты все были уже для вечернего променада - не в плавки и купальники, а в футболки и шорты. Вот и ладно. Значит, с пляжа меня никто не прогонит. Надо только отойти подальше.
        Я поднялся и побрёл прогулочным шагом к выходу за территорию отеля. Далеко уйти не удалось. Дорогу мне преградил местный охранник.
        - Нельзя. Дальше нельзя - нету фонарика!
        Интересно - у меня на лбу написано, что я русский? Или в этом отеле предпочитают отдыхать исключительно мои соотечественники? Хорошо, а если вот так? Вновь, не складывая никаких жестов, я, сотворив, протянул блюстителю отельного порядка десятидолларовую купюру.
        - Люблю гулять в темноте. Я пойду?
        Видимо, предыдущая фраза исчерпала все его познания в русском языке, но зелёненькая бумажка сама по себе обладала магическим действием. Охранник принял подношение и посторонился. Я прошёл в темноту побережья Красного моря. На всякий случай араб предупреждающе повторил мне в спину: "Нету фонарика!". Слова "нельзя" в этот раз не прозвучало. И ладно - мне надо поскорее возвращаться, а то, как там мои спутники, особенно четвероногие. Я за них уже начал сильно волноваться.
        Отойдя на приличное расстояние от освещённых дорожек, я вновь сотворил себе тёплую одежду. Здесь-то, не смотря на наступившую ночь, ещё царила африканская жара. А вот куда меня вынесет в следующий раз? Надеюсь, не на северный полюс…

* * *
        - Зря мы это затеяли. - Моранус, протянув руку, помешал пальцами уголь в камине. В дымоход взвился сноп ярких искр. - Надо было сразу подстраивать "несчастный случай", тогда кошке с собакой деваться некуда бы было.
        - Нет. - Морана, развалившись в кресле, потягивала какой-то напиток, неотрывно глядя в огонь. - Не забывай - они очень молодая команда, ещё не успели надоесть друг другу. И потом - ты же знаешь, какая у собак привязанность к хозяину?
        - А он точно его хозяин? Может просто в момент инициации мимо проходил?
        - Точно. С тобой он даже разговаривать не стал. Был бы чужой - хотя бы поинтересовался - что с его спутниками.
        - Может его тоже - того? Несчастный случай…
        - Пока подождём. Ещё перебесится и раньше кошки согласится.
        - Хорошо. Подождём. Только бы дракон дел наверху не натворил.
        - Ничего он не сделает. Иммунитет-то у него хороший, но собственная магия слабенькая. А потом, если будет возникать, развоплотим…
        - Ладно. Смотри сама…
        - Хотя… Ты прав. - Морана приняла решение и встала с кресла. - Неизвестно, сколько ждать придётся. Лучше сейчас потратить больше сил, но точно быть уверенными, что ящерица не доставит хлопот. Дракона надо уничтожить.
        Колдунья едва заметным движением кисти открыла проём в каменной стене и вышла в длинный коридор, который сразу сложился ровными складками, трансформируясь в лестницу, ведущую на поверхность. Моранус поспешил следом.

* * *
        Варежка с драконом уже успели обсудить сложившуюся ситуацию. Обрадовавшийся появлению кошки и успокоившийся, было, Федя, опять пришёл в бешенство.
        Нет, он никогда не слышал о тройке Моранис-Морана-Моранус. И о возможности создания собственного континуума тоже. Но, выслушав Варькин рассказ, дракон понял, что кроме ярости, его охватывает страх. В битве с такими опытными магами вполне возможно потерпеть поражение. А умирать не хотелось. Дракон был относительно молод, и так бездарно закончить своё существование, когда впереди десятки тысяч лет… Может попытаться пробиться через барьер? С кошкиной помощью, конечно.
        Варёк, казалось, читала его мысли. Отрицательно покачала головой.
        - Не получится. Я не знаю природы барьера. Единственно, что мне доступно - это то, что ставила его колдунья.
        - И что это нам даёт?
        - Ничего, кроме предположения, что она более сильный маг, чем её брат. А может, и нет. Они вполне могли разделить обязанности - он занимается замком, а она - общей защитой. Про замок я сейчас вообще ничего сказать не могу. В дневном виде он полностью блокирует любое сканирование.
        - Сильны… - дракон явно приуныл. Его уверенность в собственных силах поколебалась ещё больше.
        Солнце споро, как и в предыдущий вечер нырнуло за горизонт. Вот только ожидаемого восстановления замка из руин не последовало. Магический заслон тоже никуда не исчез, налившись в густых сумерках зловещим багровым светом.
        Внезапно по самому большому фрагменту сохранившейся стены развалин пробежала огненная нить, формируя контур двери. Камни внутри него бесшумно взорвались, засыпав осколками и без того ноголомательный ландшафт. В образовавшемся проёме показались головы хозяев замка. Дракон напрягся. Варежка серой тенью мелькнула, спрятавшись за Фединым хвостом.
        Первой из проёма выбралась колдунья и остановилась, близоруко щурясь перед собой. За её спиной топтался Моранус. Ящер нерешительно отступил на шаг, чуть не раздавив при этом Варежку. Кошка, однако, вывернулась и пулей взлетела ему на спину, спрятавшись под сложенные крылья. Наконец Морана нарушила затянувшееся молчание.
        - Боишься? И это правильно. Бойся нас, дракон. Меньше будешь сопротивляться - тебе же легче будет.
        - Чего вам от меня надо? Шёл себе мимо.
        - От тебя-то, как раз - ничего. Вот только ты - свидетель. Нежеланный. А такие нам ни к чему. Так что мимо надо было идти ещё раньше. А сейчас извини - попался.
        Дракон как-то сжался, а потом нерешительно дохнул пламенем в сторону зловредных магов. Брат с сестрой мгновенно вспыхнули весёлыми потрескивающими факелами. Федя заметно приободрился и добавил жару. Хорошо добавил. Камни под ногами сгорающих заживо колдунов моментально побелели и начали плавиться, стекая тягучими ручейками в неровности и трещины.
        - Сейчас вам, злыдни! Съели? Дракон им не нужен! - Федя от восторга заскакал по земле, став вдруг похожим на кенгуру-переростка, случайно обзавёдшегося крыльями. - Зато я себе нужен, а вы мне - нет!
        Между тем, пламя, лишённое подпитки начало опадать, оставив после себя обугленные силуэты на ярком фоне раскалённого камня.
        - Как я их, а? Теперь и все заклинания разрушатся.
        - Никак. - Варька совсем не разделяла оптимизма дракона.
        И действительно, два чёрных, в антрацитовый уголь, тела встряхнулись по-собачьи, взметнув в ночной воздух облако сажи, и вновь предстали живыми и невредимыми. Даже одежда и волосы экс-манипуляторов не пострадали в драконьем пламени.
        - Наигрался? - в голосе Мораны сквозило ехидное злорадство. - Теперь наша очередь.
        Колдунья вскинула руки над головой, явно готовясь припечатать Федю чем-то убийственным. Следом за ней жест синхронно повторил и Моранус. Колдуны однозначно знали о том, что драконов можно уничтожить только подряд продублированными несколько раз заклинаниями и готовились выдать фатальную серию. Варька опередила их на долю секунды, спрыгнув на землю перед зажмурившимся от страха драконом.
        Морана, разглядев того, кто так смело встал на защиту ящера, поперхнулась готовым сорваться с губ заклинанием. Колдун, не заметивший кошачьего выступления, в недоумении застыл с поднятыми руками. Жар раскалённой лавы обжигал мордочку и заставлял слезиться глаза, но Варежка терпеливо застыла, загородив собой огромного ящера, который казался больше её в тысячи раз.
        - Да-да… есть ещё и я. Не боитесь меня задеть?
        - Кош-ш-ш-ка! - Моранус плюнул злобой. - Ещё миг и заклинание было бы не остановить.
        - Ну так успела же, - не смотря на показное спокойствие, Варёк была напряжена до предела и напугана.
        - Уйди оттуда. Всё равно ты ему не поможешь.
        - Почему не помогу? Очень даже помогу.
        - И как же?
        - Всё просто. Я, пожалуй, соглашусь на ваше предложение. Но с условием…
        - Каким? - Морана вмешалась в беседу, на миг забыв про дракона.
        - Вы отпустите всех остальных.
        - Ни за что…
        - Хорошо! - голоса колдунов прозвучали одновременно.
        - По другому - никак. - Кошка уселась на пятую точку, всем своим видом выражая непреклонность и готовность стоять до конца. Колдуны переглянулись.
        - Допустим, - осторожно начала торг Морана. - Но не раньше, чем, скажем, через пятьдесят лет по времени этого мира.
        Варежка задумчиво оглянулась на дракона. Тот, обрадовавшись открывшейся надежде, радостно закивал.
        - Так, - кошка, как бы в раздумьях поднялась на лапы и начала задумчиво бродить, не приближаясь всё же к заметно остывшему, но до сих пор горячему пятну, оставшемуся после огненной атаки. - Тогда, ещё одно условие. Вы меня подтяните в каком-нибудь из разделов магии.
        - Каком? - заметившая нерешительность Варька Морана, махнула рукой, и грунт под ногами мгновенно остыл. Варежка довольно муркнула и приблизилась к магам.
        - Не важно. Например… в трансформации. Кстати, да! Хочу изучить оборотневую трансформацию.
        - Это сложно, - успокоившийся Моранус почесал затылок. - Ты же не полиморф. Тебе потребуется очень много силы.
        - То есть вы отказываетесь? - голос Варьки грозно обвинял. Дракон умоляюще заскулил.
        - Нет, но…
        - Или сами не умеете?
        - Смотри, кошка!
        Моранус вдруг резко закрутился вокруг своей оси, мгновенно превратившись в бешеный вихрь. Через некоторое время перед Варежкой стояла точная копия дракона.
        - Двенадцать секунд… - констатировала серая. - Большинство времени тратится, как я понимаю, на набор массы?
        - Естественно. - пророкотал голос лже-Феди.
        - Ну, это-то понятно. Массу можно набрать из окружающих предметов. При этом в увеличившемся объёме тела легко сохранить место для мозга. А если ситуация обратная? С потерей массы. Вот, превратись-ка ты, например, в кошку. Хотя нет - кошки и так умнее многих из здесь присутствующих. Превращайся во что-то более мелкое - в мышь, скажем.
        - Га-га-га! - трубный смех колдуна в облике дракона разнёсся над плато. - Ты мне до сих пор не веришь, мелочь пузатая? Смотри же!
        На этот раз превращение происходило гораздо дольше. Прошло целых полминуты, прежде чем перед Варежкой очутилась маленькая серая мышка, с глазками-бусинками и мелко подрагивающими усиками на мордочке.
        - Теперь веришь? - пропищал тоненький голосок.
        - Верю! - согласилась Варежка, после чего молниеносно повторила подвиг главного героя сказки Шарля Перро.
        Мгновенно задушенный колдун серым трупиком остался лежать на камне.
        - Так просто… - прошептал ошарашенный дракон.
        - Польза от литературы, пусть и сказочной, иногда неоценима. - Варька, не питая иллюзий в лёгкости победы, перевела взгляд на колдунью, поражённую случившимся.
        - Ты… ты… мерзкая тварь! - Морана выплёвывала ругательства, не отрывая глаз от поверженного брата. - Я тебя не просто уничтожу! Твоя серая душонка ещё натрясётся от страха, мразь!
        - Что будем делать? - вклинился ящер в поток проклятий.
        - Ты ей пока не нужен. Взлетай и постарайся не попасть под раздачу, - скороговоркой протараторила Варежка и пулей метнулась к россыпи камней, мгновенно затерявшись, пропав из освещенной выходом площадки.
        - Нет, я не буду с тобой играть, кошка. - Морана оторвала взгляд от задушенного мыша. - Ты сейчас придёшь ко мне сама…
        Колдунья прижала сжатые кулаки к груди, потом резко выбросила руки вперёд, как бы хватая скрюченными пальцами невидимую добычу, и медленно потянула их обратно к себе. Притаившаяся Варька, было, напряглась, но потом почувствовала, что никаких воздействий на себя не ощущает.
        Над долиной пронёсся низкий протяжный скрип. Как будто какой-то великан потёр мокрой ладонью гигантский воздушный шарик. Варька выглянула из своего укрытия. Дракона не было видно - скорее всего, послушался совета и отлетел подальше. Морана застыла неподвижно, что-то подвывая и вновь прижав руки к груди. Кошка немого расслабилась. Невидимый великан вновь потёр свой шарик. На этот раз громче и ближе. Вслед за скрипом раздалось громкое шипение, как будто в шаре образовалась дыра и он начал медленно, но неуклонно сдуваться. Колдунья явно творила что-то мерзопакостное. Кошка огляделась и заметила очень неприятную вещь - Морана не преувеличивала, когда сказала, что Варьке придётся прийти самой - защитный барьер, охватывающий развалины и порядочную территорию вокруг него, постепенно приближался, сжимаясь к центру.
        Наверху раздалось громкое хлопанье крыльев. Дракон, угодивший в ту же ловушку, бился о непроницаемый купол как мотылёк в стеклянной банке.
        Варежка поняла, что проиграла. Хотя, нет - оставался небольшой шанс проскочить мимо взбешённой колдуньи и попытаться укрыться в глубине подземелья. Кошка начала неслышно подкрадываться к освещённому прямоугольнику входа. Морана, поглощенная заклинанием, казалось, не замечает ничего вокруг.
        Вот осталось всего пять метров… четыре… три… Дальше прятаться было негде. Варька на секунду притаилась, нащупывая опору задними лапами, потом резко рванула к спасительной лестнице. Но на последнем прыжке её полёт прервался. Застывшая колдунья внезапно отмерла и молниеносным движением схватила Варежку за шкирку.
        - Попалась! - со злобным удовлетворением констатировала она, поднося кошку к глазам, но не настолько близко, чтобы та дотянулась острыми когтями.
        Не смотря на крепкую и очень болезненную хватку, кошка всё же исхитрилась извернуться, пару раз полоснув когтями задних лап по руке Мораны. Та, не смотря на это, руки не разжала. Вместо этого несколько раз резко встряхнула Варьку. У кошки поплыло в глазах.
        - Варежка! Я иду-у-у! - понявший тщетность своего трепыхания дракон, решил вступить в схватку. Он сложил крылья и камнем вошёл в пике, с огромной скоростью устремляясь к земле.
        Колдунья обратила внимание на нового противника. Хоть она и понимала, что лишившись манипуляторских способностей, а теперь и поддержки братьев, не успеет за такой короткий срок пробить защиту ящера, тем не менее, не особенно переживала. Вытянув свободную руку перед собой, она описала ею полукруг над головой. Между ней и драконом возникла полусфера защиты, наподобие той, которая хоть и замедлила ход, но всё равно потихоньку сжималась.
        Новый купол был всё же не таким капитальным. Не успевший затормозить ящер, с разгону врезался в него, продавил на глубину в пару своих корпусов, после чего был отброшен назад распрямившейся полусферой. Удовлетворённо проводив его взглядом, Морана вновь вернулась к своей пленнице.
        Только больше ничего она сделать не успела. Под ногами вначале мелко, а потом с всё нарастающей амплитудой задрожало. Раздался звук лопнувшей струны, потом ещё одной, потом, как будто целый струнный оркестр решил избавиться от своих инструментов самым варварским способом. Какофония резких, до боли в ушах громких звуков сопровождалась всё более и более ощутимыми толчками грунта.
        Морана, не понимая происходящего, заозиралась в поисках неведомого противника. Но тот и не думал появляться. Всё было гораздо проще и, вместе с тем, фатальнее. Постепенно разрушающиеся со смертью Морануса заклинания уже не могли сдерживать заколдованный замок под землёй, и он неудержимо рвался наружу. Самый последний и сильный толчок, казалось, заставил содрогнуться всю планету под ногами, и, взламывая острыми шпилями поверхность, пленённый замок мощным взрывом рванул вверх, пробив и уничтожив по пути малую защитную сферу и, с лёгкостью пушинки отшвырнув колдунью и Варежку, кубарем покатившихся по земле.
        Дракон, в очередной раз отброшенный назад, на этот раз воздушной волной, тем не менее, сразу сориентировался, и, выцепив острым зрением серый меховой комочек, на бреющем полёте аккуратно подхватил кошку передней лапой. Отлетев подальше, он приземлился и опустил Варежку на землю.
        - Мы опять победили? - с робкой надеждой спросил он. Варька к чему-то прислушалась.
        - Нет. Она даже почти не оглушена. Сейчас придёт в себя.
        - А может я…
        - Не успеешь, - отрезала кошка.
        И в самом деле, злобная колдунья зашевелилась и стала подниматься с земли, разыскивая взглядом врагов. Ситуация, казалось, вернулась на несколько минут назад.

* * *
        Хоть я и понимал, что следует поторопиться - всё же та ситуация, в которой мы оказались в замке Мораны и Морануса, предполагает какие-то активные действия - я как будто чувствовал, что некоторое количество времени у меня есть. И оно было мне необходимо. Не смотря на то, что процесс создания порталов освоился с небывалой лёгкостью, необходимо было всерьёз поработать над фиксацией конечных координат.
        А если бы мне, простите за физиологическую подробность, в момент переноса в туалет хотелось? Или какая-нибудь романтическая мысля меня на Луну отправила?
        Выбрав место поукромнее, я принялся размышлять. Не зря же третьим пунктом в инструкции особо подчёркивалась необходимость точного представления места телепортации. Что мы имеем? Имеем мы замок, который меняется в зависимости от времени суток. Правда, его хозяин утверждал, что дневная ипостась - всего лишь иллюзия. Но как воспримет заклинание телепорта эту иллюзорность, я не знаю. Да и наличие двух схем здания - дневной и ночной заставляла сомневаться в словах Морануса. Это же, кстати, выводит магов на первое место в списке подозреваемых в покушении на нашу свободу. День сейчас в том мире и конкретном месте, или ночь? Ответа нет, следовательно, этот ориентир пока отпадает.
        Что ещё… Ага - защитный купол. Он, конечно, тоже зависит от смены дня/ночи, но, по крайней мере, мы достаточно долго проторчали перед ним вместе с Федей, так что я, пожалуй, смогу вспомнить, как выглядит окружающий пейзаж. Только вот одна беда - когда мы с драконом во время ночной вылазки разглядывали замок, то стояли перед куполом. А это значит, что попади я туда ночью, опять окажусь отрезанным от своих спутников. Значит - снова тупик.
        Обеденный зал. Ещё больший риск - как он выглядит с восходом солнца? Как, впрочем, и комната, выделенная мне для ночлега. Если я всё же решусь на эксперимент, не зависну ли где-нибудь в подпространстве, дожидаясь совпадения координат с их реальным воплощением. А то ещё и выбросит куда подальше, туда, где есть похожий объект, но находящийся в десятке световых лет от искомого. Или в десятке прыжков между измерениями. Бр-р! Вот всегда так - сначала кидаюсь экспериментировать сломя голову, а потом, задним числом, приходит запоздалый страх верхом на здравых мыслях. Хотя - в тот раз у меня были весьма серьёзные доводы поступить именно так. В виде сходящихся стен, резервуара с водой и неизвестно ещё каких неприятных сюрпризов.
        А больше я никаких чётких ориентиров вспомнить не мог.
        Я сидел на лавочке и всё никак не мог решиться на создание телепорта. В то же время, чувствовал, как отведённого мне на раздумья времени становится всё меньше и меньше. Как оно сухим египетским песком утекает сквозь пальцы.
        Бесшумное движение на границе воды и берега привлекло моё внимание. Яркое звёздное небо хоть и не давало достаточной освещённости, но всё же позволяло разглядеть неожиданного визитёра. А, точнее, хозяина этой земли. Поскольку визитёрами были все остальные. В том числе и коренные египтяне. Насколько я знаю, на этом побережье ещё каких-то сто лет назад царила голая пустыня. И вот хозяин этой пустыни - маленькая песчаная лисичка высунула любопытную мордочку из-за песчаного холмика и с любопытством уставилась на пришельца, оттопырив непропорционально огромные мохнатые уши. Какой забавный зверёк!
        Зверёк… ага! Как будто само провидение подкидывает мне в последнее время подсказки. Мне же остаётся только совсем чуть-чуть додумать, как выпутаться из очередной передряги…
        Почему я решил, что нужно в момент телепортации привязываться к конкретному месту? Разве не могут в качестве ориентира выступить мои звери, например? Хм… может быть, что и не могут. Если они сейчас тоже заперты в каких-нибудь камерах, то не факт, что таких же "просторных", что и моя. Перспектива оказаться в помещении размером чуть больше чемодана как-то не радовала.
        Гоблин и полиморф… тёмные лошадки. И тоже могут быть в темнице.
        Кто ещё? Конечно же - дракон. Вряд ли он в момент опасности примет человеческое обличье, следовательно, если неведомому врагу и удалось его где-то запереть, то, скорее всего, места рядом с ним будет предостаточно для одного человека. То есть меня.
        Я благодарно-приветливо помахал лисичке рукой. Фенёк, напуганный резким движением фыркнул и мгновенно исчез из поля зрения, скрывшись за невысокими барханами.
        Следуя старому принципу компьютерщиков и электриков "Работает - не тронь!", я не стал мудрить и вновь сотворил коробок с единственной спичкой. Сосредоточившись на образе Феди, я зажмурился и постарался представить его на нейтральном сером фоне без привязки к конкретному месту или времени суток. Когда он надёжно зафиксировался перед моим внутренним взором, я на ощупь, не открывая глаз, достал спичку и чиркнул ею о коробку. И тут же подумал, что глупо вываливаться из портала в потенциально враждебное окружение с закрытыми глазами.
        Открыл глаза и уставился в мощный драконий бицепс, оказавшийся как раз на уровне моего носа. Громкий испуганный "мяв!" под ногами заставил посмотреть вниз. Там обнаружилась Варежка, которая смотрела не на меня, а куда-то мне за спину. Я резко обернулся.
        Вот тебе и раз - не успел порадоваться благополучному перемещению, как наткнулся взглядом на разъярённую мегеру в лице Мораны, гнев которой был явно направлен на моих друзей. Я на несколько мгновений растерялся. Но Варежка, сориентировавшись раньше меня, среагировала на моё прибытие однозначным требованием:
        - Щит! - взорвался в голове её отчаянный приказ.
        - Щит! - не менее экспрессивно повторил я вслух, даже не задумываясь о том, получится ли у меня его поставить.
        В ту же секунду нам прилетело. Что-то очень нехорошее. Судя по тому, как заскулил с посвистыванием дракон, наподобие побитого щенка, он уже когда-то сталкивался с чем-то подобным.
        Буквально в паре метров от нас прямо по воздуху - скорее всего по получившемуся у меня магическому щиту - размазалась жирная маслянистая клякса и начала медленно стекать на землю. Я добавил света, почти машинально вызвав и развесив в воздухе несколько пульсаров. Следом за первой кляксой прилетела вторая, гораздо большая по размерам. Третье заклинание было крупнее первых двух вместе взятых. Оно настолько мощно плюхнулось о мою защиту, что я почувствовал небольшое содрогание во всём теле. Видимо щит был каким-то образом связан со мной и на материальном уровне.
        Тем не менее, значительных усилий для удержания атак колдуньи я не прилагал. Поэтому не понимал паники дракона и напряжённой готовности Варежки. Хм… может, пора подумать и об ответной атаке?
        Рано расслабился. Все три кляксы, достигнув земли, начали трансформироваться, на глазах обрастая паучьими лапами, короткой жёсткой щетиной, огромными, металлически блестящими жвалами и скорпионьими хвостами. Вот интересно, не к месту подумалось мне, это моё подсознание сформировало таких монстров, или во всех мирах пауки и скорпионы внушают обитателям ужас и отвращение. Радовало только одно - колдунья заметно устала и на какое-то время перестала активничать.
        Чудовища споро принялись атаковать мою защиту. Я пока не испытывал никаких трудностей в её удержании, да, честно признаюсь, вообще не понимал, как она работает. В крайнем случае, просто обновлю щит. Пожав плечами, я оторвал взгляд от вгрызающихся в прозрачный барьер кошмариков и посмотрел на колдунью.
        Морана, судя по всему, не отчаивалась. Более того, весь её облик всё более наполнялся злобным торжеством. Дракон за спиной уже не просто скулил - он выл на одной высокой тоскливой ноте.
        - Да что такое? - попытался осадить я не в меру паникующего дракона.
        - Вампиры, - обречённо ответил он, на миг перестав выть.
        - Вампиры? - с сомнением покосился я на скорпионо-пауков.
        - Магические сущности. Питаются любой магией, до которой могут дотянуться. От них невозможно избавиться. Пока не вытянут всё до последней капли, не остановятся. А когда магия закончится, примутся за ауру организма. Мы пропали…
        - А если не магичить?
        - Всё равно не поможет. Сразу к ауре присосутся.
        - Зачем же тогда старуха их сотворила? Они же потом на них самих перекинутся?
        - На неё, - уточнила Варежка, - от Морануса мало что осталось.
        Я с уважением посмотрел на кошку с драконом. Что ни говори, а магические способности стариков впечатляли. Или это нормальное явление среди колдунов, один я такой крутой ламер? Федя, между тем продолжил:
        - Не перекинутся. Она их не сотворила, а призвала из инферно-измерения. И расплатилась за это нами. Вампиры не станут уничтожать того, кто их вызвал, подарив халявное угощение. - Дракон опустил голову на землю, прикрыв её лапой.
        Между тем, вампиры не останавливались. Один из мощных ударов достиг цели. Пробив мой невидимый барьер, копьеобразная лапа на миг застыла. Я подумал, что чудище сейчас вытащит её и вновь примется за атаку, но не тут-то было - тело вампира потекло, в очередной раз проходя метаморфозу. И длинной узкой змеёй просочилось на нашу сторону. Опасаясь, что монстр рванёт к нам, я возобновил защиту. Но чудовище никуда не торопилось. Развернувшись к только что преодоленному препятствию, оно начало методично уничтожать его с обратной стороны. На этот раз дело пошло быстрее - совместными усилиями вампиры, наконец, разрушили щит, который в последний миг своего существования стал видимым и радужными каплями рухнул на землю. Монстры выпустили из-под жвал длинные тонкие хоботки и принялись с хлюпаньем всасывать материализовавшуюся энергию. Такая неторопливая методичность пугала больше всего.
        - На сколько меня ещё хватит? - Спросил я кошку с драконом.
        - Какая разница? - ответил ящер. - На час, на день… хотя бы и на год. От них даже коридорами не уйти.
        Вот теперь и я осознал всю глубину накрывшей нас сами знаете чего.
        Внезапно из ворот замка выметнулся чёрно-белый силуэт и, в несколько прыжков преодолев разделяющее нас расстояние, яростно рыкнув, врезался в тройку закусывающих монстров. Добрыня!
        Жуткий визг, злобное рычание и клочья то ли шерсти, то ли ошмётков плоти.
        Оправившись от внезапного нападения, вампиры отпрянули, но при этом заключили пса в ощетинившийся треугольник. Нападать сами они не спешили. Вместо этого начали раскачиваться из стороны в сторону, противно попискивая, как крысы-переростки.
        Собак как-то разом утратил боевой пыл, и, казалось, что сильно устав, сейчас уляжется прямо на месте и заснёт.
        - Всё, - огорчённо прокомментировал дракон. - Сейчас выпьют.
        Ах, выпьют? Ну хорошо - как говорится против лома нет приёма… если нет другого лома. Перейдя на ультразрение, которому научился, кажется, ещё в прошлой жизни - так много всего случилось за короткое время, я посмотрел на пауков. Добрыню я разглядел сразу - казалось, что силуэт пса соткан из сверкающих золотистых нитей, среди которых временами вспыхивали синие искры. И в то же время нити тускнели, угасали, золотистое сияние сгустками пламени отрывалось от собаки и поглощалось тремя чёрными сущностями, почти сливающимися с окружающим пространством.
        Фигура пса неуклонно бледнела. Вот у него подкосились лапы, и он медленно опустился на землю. Почти не осознавая, что я делаю, на грани предчувствия, я мысленно потянулся к собаке и погладил его по голове между обвисшими ушами. Мне показалось, или на самом деле его аура засияла чуть поярче? Нет - не показалось, но вампиры с удвоенной силой вгрызлись в энергетическую оболочку Добрыни.
        Да, подавитесь вы, гады! Представив себе, как от меня отделяется мощный импульс силы, я направил его в энергетические чёрные дыры, какими выглядели вампиры в магическом зрении. На короткий миг меня охватила страшная слабость, зато у монстров явно наступило «переполнение входного буфера». Не в силах мгновенно переварить свалившееся на них угощение, чёрные пятна вспыхнули и засияли ровным светом.
        Пошатнувшись, я попытался ухватить ускользающий от меня поток энергии и вдруг понял, что сумел это сделать! Я покрепче заарканил связавшую меня с вампирами нить и потянул на себя. В первые секунды порождения инферно даже отдавали от неожиданности излишнюю энергию, а потом началось отчаянное сопротивление. Я тянул изо всех сил, раз за разом пресекая попытки монстров вновь присосаться к собаке, попросту отсекая чёрные щупальца протягивающиеся к Добрыне. Но иногда им всё же удавалось прорваться - у меня просто не хватало сил и опыта воевать на несколько фронтов одновременно. Пёс слабел с каждой секундой.
        Я уже не обращал внимания на рёв дракона, на острые коготки Варежки, невесть как оказавшейся на плече, на вопли Мораны, понявшей, что что-то идёт не по её плану. Я сам превратился в энергетического вампира с первобытной яростью сражающегося за свою добычу.
        Рывок… ещё рывок… так просто не сдамся. Не надейтесь, твари - это моё. МОЁ!!!
        Внезапно всё закончилось. Вампиры почувствовали, что такая добыча им не по зубам, а может просто никогда ранее не встречали такого сопротивления. Разом перерубив связывающий нас канал они бросились наутёк. Я перешёл на обычное зрение.
        Вампиры далеко не убежали. В несколько гигантских прыжков достигнув старой колдуньи, они облепили виновницу их мучений, которая даже не сделала попытки к сопротивлению. В минуту всё было кончено. Вновь насытившиеся монстры отвалились от иссохшей безжизненной мумии и, расплывшись жирными кляксами, с чвякающим хлопком убрались, надеюсь, в своё измерение.

* * *
        - Красиво…
        Мы сидим на ступеньках замка, оставшегося без хозяев. Стремительно светает. Всё же жителю изолированного мира, почти три десятка лет прожившего в двадцатичетырёхчасовом ритме сложно привыкнуть к таким суткам. Сколько они здесь длятся? Не более десяти часов, мне кажется. Заря не просто настаёт, неспешной поступью вскарабкиваясь на крутой небосклон. Нет - здесь она сродни взрыву. И ни капельки не напоминает ускоренную съёмку, какой любят создавать эффект быстротечного времени телевизионщики. Этот мир самостоятелен и самодостаточен. Он ничуть не похож на наш. Как ни красивы земные рассветы, здешний даст сто очков вперёд любому и в любой точке земного шара - хоть в горах, хоть на морском побережье, хоть в центре душного и пыльного мегаполиса.
        Тут нет постепенно отступающей черноты, усыпанной тающими звёздами, не появляется на востоке ярко алая или оранжевая полоска - предвестник восходящего светила. Нет - здесь на всё небо полыхает огромная радуга - не семь светящихся полосок, а огромный разноцветный купол. Но эта красота длится всего несколько минут. Разноцветные небесные реки сжимаются, вдавливаются друг в друга, отступая к западу, и, наконец, окончательно победив радужную феерию, из-за сплошного леса ночных зарослей выпрыгивает яркий слепящий диск.
        Какое спокойствие и умиротворение. Как будто не было недавнего заключения, прыжков порталами и жестокой битвы со спятившими колдунами. А может, это просто реакция организма на такой необычный, но такой сильный стресс? Или я до сих пор до конца не верю в происходящее?
        Добрыня спит. Не знаю - вытащил я его с самой грани истощения, или же он мог ещё долго сопротивляться тварям. По крайней мере, после нашей победы сил у него хватило только на то, чтобы грузно доковылять до ступенек замка и, виновато повиляв хвостом, плюхнуться на землю, прижавшись тёплым боком к моим ногам. Варежка устроилась у него на плече. Ей явно неудобно, но она не слезает и не спит. Громко, но так умиротворяющее мурлычет псу песенку. Говорят, что с помощью мурчания кошки борются с болью, и вообще лечатся. Не знаю. Надо будет поинтересоваться у неё самой, если не забуду.
        Федя, приняв человеческое обличье, ушёл в замок. Искать Кормоеда и полиморфа. А мне не хотелось туда возвращаться. Возможные сокровища не прельщают. Чужие артефакты, оставшиеся после хозяев, вызовут скорее опасение. Я лучше полюбуюсь необычной природой, пока этот процесс не приелся и каждый новый мир воспринимается как новая глава в замечательной интересной книжке.
        Варежка, прервав на время фелинотерапию, приоткрыла изумрудные глаза.
        - Не жалеешь?
        - О чём?
        - Обо всём. О своём даре, о нас, о размеренной жизни?
        - Не знаю. Нет, наверное. Здесь опасно, но при удачном стечении обстоятельств можно прожить очень долгую и интересную жизнь. Кстати, сколько живут такие как мы?
        - Не знаю. - глаза Варька на миг остекленели. Я уже догадался, что в этот момент она сканирует инфосеть или инфосферу - не знаю, как правильно? - в поисках нужной информации.
        - Что - такой большой секрет?
        - Нет, что ты. Просто нет ни одного упоминания о манипуляторах, умерших своей смертью. Несчастные случаи. Крайне редкие. Ещё - просто обрыв связи с внешним миром. Но, это, скорее всего, удалившиеся на отдых, или отправившиеся в путешествия.
        - Ясно. Слушай, - внезапно заинтересовался я, - а как ты это делаешь? В смысле - подключаешься к базе данных.
        Кошка ничего не ответила, но мягко, чтобы не потревожить Добрыню, перебралась ко мне на колени. Подняла мордочку… и я просто утонул в её круглых глазищах.
        Краткий миг я смотрел на мир её глазами, даже успел разглядеть свою небритую и слегка осунувшуюся физиономию. Потом окружающее просто взорвалось какими-то хаотичными мельтешащими брызгами. Обрывки мелодий - до боли знакомых и режущих слух неприятными диссонансами. Километры текстов на разных языках. Мелькающие - совсем, как в "Матрице" - столбцы цифр. Картинки и живые зарисовки. Непонятные серые пятна - может содержащие информацию в недоступной моим органам чувств форме, а может и что-то иное. Такое впечатление, что я каким-то непостижимым образом, без помощи модемов и провайдеров сунул голову в сеть Интернет и забарахтался как утопающий в штормящем море в терабайтных волнах.
        Как же она, бедолага во всём этом ориентируется? Может мысленный приказ? Ну-ка, ну-ка…
        - Прогноз погоды на сегодня, - заказал я, и вовремя спохватившись, добавил, - на Земле.
        Нет, никаких виртуальных окон не открылось. И телевизора с диктором, зачитывающим предсказания синоптиков на фоне карты России тоже не появилось. Я просто знал, что сегодня в Москве +12 по Цельсию, солнечно… давление… ветер. А в моей деревне, находящейся почти на двести километров юго-западнее на 1,7 градуса теплее. Я знал погоду в каждом квартале Парижа, на каждом квадратном километре Аляски - на всей планете одновременно. При всей своей масштабности, знание это не подавляло и не пугало. Оно просто было. Здорово, просто класс!
        - Бой с Мораной…
        Даже не пришлось конкретизировать - чей бой. Подсознание, видимо, дополнило чётко сформулированный приказ. На этот раз визуализация была. Как в 3D кино, только гораздо чётче. Посмотрев несколько секунд виртуального ролика, я понял, что мне это не интересно и противно. Как надеть старые, нестиранные носки, обнаружив, что полка с чистыми опустела, а стирать времени нет.
        - Рождение Иисуса Христа…
        С замиранием я ждал чуда, за которое многие бы в моём мире отдали бы половину жизни, а то и всю жизнь. "Информация недоступна" - белые буквы на чёрном фоне. Вот так. Недоступна потому, что её нет и не было, или у нас элементарно не хватает прав доступа? Чуда не произошло. Жаль… чего бы ещё узнать… вот, кстати:
        - Кто такой наш полиморф?
        "Информация заблокирована". И тут облом. Как заблокирована, кем заблокирована? Одни вопросы. И я даже не хочу пытаться заказывать какой-нибудь самоучитель магии. Скорее всего, он будет о миллионе томов и по миллиарду страниц в каждом. Тут надо постигать систему под чутким руководством наставников, а не прыгать по верхушкам знаний. Эх, всё же, наверное, зря я так опрометчиво согласился на предложение гоблина. Но тогда это казалось просто увлекательной игрой, неким забавным аттракционом с магией, измерениями и прочими чудесами. Мысленно вздохнув, я попросил Варежку:
        - Всё ясно… давай выбираться отсюда.
        В следующий миг я смотрел на кошку своими глазами.
        - Понравилось? - кошка начала перебираться обратно на пса. Я пожал плечами.
        - Если бы мне такое умение неделю назад… а сейчас - впечатлён, да. Но не поражён, не ошарашен… Вообще-то - долго я там пробыл?
        - Две и тридцать пять сотых секунды.
        - Знаешь, вот это меня впечатлило больше. Это как сон, получается - кажется, половину ночи его смотришь, а на деле - всего несколько секунд прошло.
        Варька промолчала. Потом приподняла голову и повернула в сторону входа.
        - Наши идут.
        - Все?
        - Да. Трое.
        - Ну и замечательно. Значит, нашёл их дракон. Добрыню будить будем?
        - А я и не сплю уже, - добродушно проворчал собак, не открывая глаз. - Есть только очень хочется.
        - Так чего ж молчишь-то?
        - Потому что уже хочется, но ещё не знаю - чего именно. Может кролика… тушёного?
        - Да хоть два, герой ты наш.
        - Можно и два, - не стал отнекиваться Добрыня. - Только, если можно, соли совсем чуть-чуть. И без приправы.
        Я сотворил завтрак, к которому не замедлила присоединиться и кошка. Пёс не возражал.
        Из дверей замка показались наши спутники. Дракон радостно рассказывал что-то Кормоеду. Тот щурился на яркое солнце, успевшее уже довольно высоко подняться над горизонтом. Полиморф пребывал в обычном для него аморфном состоянии.
        Как выяснилось, эти двое даже не подозревали о тех приключениях, что выпали на нашу долю. Они элементарно проспали всё это время. Варёк, правда, уточнила, что сон был не совсем обычный, но я считаю, что они легко отделались, по сравнению с остальными.
        В ожидании, пока кошка с собакой закончат утренний перекус, гоблин развязал ленточку, стягивающую на затылке буйные патлы, и, порывшись в своём бездонном плаще, достал предмет, который меньше всего ожидалось увидеть в его инвентаре - расчёску. Занявшись бесполезным, на мой взгляд, делом, он приблизился ко мне. Я отметил, что со времени первой беседы ни разу не видел вблизи его глаз. Что-то скрывает? Да ну - тьфу, так и до паранойи недолго.
        - Уважаемый Василий, - начал Кормоед. - Я очень рад, что с вашей помощью нам удалось избежать ужасной ловушки, но, объясните мне, ради континуума, каким образом вы сумели выбраться из своей темницы.
        Я покосился на дракона. Уже растрепал, болтун несчастный. Впрочем, дракону я тоже не выкладывал все подробности.
        - А что - это так сложно?
        - До сегодняшнего дня я бы сказал, что невозможно. Силовой нейтрализатор магии, который по рассказу Феди должен был быть встроен в вашу камеру, мало того, что практически полностью блокирует способности арестанта, но и существенно его наказывает за любую попытку колдовства. Вплоть до летального исхода. Хотя… ваша команда не перестаёт меня удивлять с момента нашего знакомства. А уж учитывая, что вы сумели справиться с вампирами… я готов поверить даже в то, что вы телепортировались из темницы.
        - А что - разве это тоже не возможно?
        Гоблин громко, но как-то вежливо засмеялся, отмахиваясь ручками. Весело заскрипел полиморф. И только дракон выглядел ошарашено, предупреждающе мотая головой из-за спины Кормоеда. Видимо - не сомневался в моих способностях. Я же недоумевал - как так - в мире развитой магии, и не менее, я уверен, развитой технологии до сих пор не существует возможности мгновенно перенестись с места на место? Ни за что не поверю.
        - Видите ли, Василий, мгновенные перемещения - это исключительно прерогатива континуума. На протяжении всей истории лучшие умы бьются над этой проблемой. Вернее, бились. Сейчас эта тема настолько не популярна, что любого исследователя просто засмеют. Представьте, что в вашем мире какой-нибудь известный учёный написал монографию, где на тысяче страниц доказывал бы, что вода - мокрая. Или, что днём - светло. Так же и с телепортацией. Она, конечно же, существует, но, только между мирами. Хотя, в момент перехода, проводник и может выбрать координаты выхода, но не более того. А уж уйти из изолированной камеры не смог бы даже ваш уникальный пёс. Тем более что наши не совсем гостеприимные хозяева постарались блокировать все коридоры.
        - Постойте, - совершенно простая мысль осенила меня. - А разве нельзя перенестись в другую точку одного и того же мира, использовав дополнительный прыжок в соседний мир?
        - Нет, что вы. Не забывайте, что не все обладают таким хорошим поиском, как Добрыня - это раз. Во-вторых - при обратном переходе, если не прошло достаточно большого промежутка времени, плата возрастает до максимума. И, в-третьих, опять же, если временной интервал слишком мал, вас просто выкинет в исходную точку, какие бы координаты вы не задавали. Так что быстрее и дешевле в пределах одного мира пользоваться местным транспортом, даже если он означает передвижение на своих двоих, четырёх и так далее конечностях.
        - А вдруг я действительно телепортировался? - с заговорщицкой улыбкой выдал я. Правду лучше всего прятать на поверхности - не придётся выдумывать и путаться в показаниях.
        - Не хотите говорить, а жаль… - гоблин, естественно, не поверил тому, чему верить не хотел. - Я понимаю, что такая информация очень дорого стоит. Но если вы захотите когда-нибудь ею поделиться - за соответствующую плату, разумеется - помните, что лучшего посредника вам не найти.
        - Не сомневаюсь. Что ж - хорошо. Я подумаю.
        Гоблин заговорщицки подмигнул, и, наконец, оставил меня в покое.

* * *
        Решив, что больше в этом мире нас ничего не держит, мы прямо от ворот замка отправились в путь. Коридор открылся, как ни в чём не бывало. Правда, на этот раз он был не синим, а зелёным. И я в первый раз увидел, как работает пресловутая путинка. Как только стало понятно, что приближающийся огонёк имеет зелёный окрас, гоблин высыпал из мешочка на ладонь пять шариков, потом, с неодобрением покосившись на дракона, добавил шестой. Чувствую, Феде придётся задолжать Кормоеду за халявное путешествие. Гоблин с усилием сжал ладонь в кулак, раздавив путинки. И всё - никаких дополнительных эффектов, не считая того, что заметно позеленевший пейзаж вокруг нас вдруг посинел, сигнализируя о том, что дополнительной платы за переход взиматься не будет.

* * *
        Как только переход закончился, то я даже не сразу сообразил, где нахожусь. Казалось, что я стою, уткнувшись носом в огромный аквариум с кристально-прозрачной, но от немыслимого объёма тёмно-голубой водой. Водоросли-исполины тянули лианообразные, перистые, резные стебли к поверхности. Среди донной растительности сновали разноцветные рыбёшки. Это даже не аквариум - океанариум какой-то!
        Стекло отделяющее меня от толщи воды было настолько прозрачным, что даже не верилось в его существование. Протянув руку, я попытался дотронуться до преграды. Зря. Её попросту не существовало. Видимо, в момент выхода из коридора в этот водный мир, мы захватили с собой по кусочку атмосферы, которая тут же окружила нас воздушными коконами-пузырями. Моё необдуманное движение потревожило хрупкий баланс, и пузырь, рассыпавшись на мелкие жемчужные шарики, устремился вверх.
        В последний момент мне удалось инстинктивно вдохнуть максимальное количество воздуха и задержать дыхание. Задрав нос к поверхности, я с ужасом убедился, что до неё - как до Китая в интересной позе. Мимолётно подумалось о том, что меня сейчас расплющит давлением. Однако дискомфорта, по крайней мере, с этой стороны, не было. Я оттолкнулся ногами от дна, одновременно делая первый мощный гребок руками, в надежде поскорее вырваться на поверхность. Не тут-то было. Такое впечатление, что вода была очень сильно разрежена - если такое определение и можно применить к этой субстанции.
        Так, наверное, двигаются астронавты на Луне. Прыжок вверх на несколько метров, а потом медленное опускание на поверхность. Отчаянные гребки руками практически не давали никакого эффекта. И тут пришла она - паника. Я забился, отчаянно молотя всеми конечностями. Все мысли о спасительной магии выветрились из головы, да и сомневаюсь я, что смог бы в такой ситуации сымпровизировать что-то подходящее случаю. Грудь нещадно ломило - ещё несколько секунд и придётся выдохнуть - в последний раз. И в этот момент я каким-то краем сознания, не поддавшимся панике, оценил окружающую меня действительность. Мои спутники с ироничным интересом наблюдали за моим барахтаньем, не делая попыток подобно мне поскорее достичь поверхности. Причём воздушных пузырей вокруг них тоже не наблюдалось.
        Я замер. Заметив, что акробатические трюки закончились, Варежка сказала, явно едва сдерживаясь от смеха:
        - Выдыхай, а то лопнешь. И начинай дышать нормально - не бойся.
        Я облегчённо вытолкнул из себя, наверное, стопроцентный CO^2^, но ещё пару секунд не решался вдохнуть непонятную субстанцию. Что это - действительно очень разреженная вода? Или не очень сжиженный воздух? В конце концов, мой собственный организм оказался мудрее меня. Устав посылать сигналы СОС паникующему мозгу, грудная клетка помимо моей воли расширилась, втягивая в лёгкие порцию этой жидкости.
        Ничего страшного не произошло - дышалось как обычно. Судорожно вздохнув несколько раз ртом, я начал дышать носом. И тут же понял, что даже различаю запахи. Пахло йодом, солью и немного рыбой - совсем как на берегу обычного моря. Только не над водой, а под ней.
        Я убедился, что утонуть в этот раз мне не светит. Но, тем не менее, те пару килограмм адреналина, что успели выработаться за время панического приступа, требовали выхода. И я знал, кому сейчас достанется.
        - Что же ты, чемодан ушастый, не предупредил? - набросился я на Добрыню, выбрав его козлом отпущения. - Или твой хвалёный Поиск на такие мелочи не способен?
        Разговаривать тоже оказалось ничуть не сложнее, чем в обычной атмосфере. Добрыня изобразил раскаяние, однако, именно, что изобразил. Чувствовалось, что он тоже еле сдерживается. Шутник, блин!
        - Я бы предупредил, если бы на выходе действительно было бы что-то неприятное, - примирительно пробасил он.
        - А если бы мне пришлось штаны после такого перепуга отстирывать - очень приятно было бы? - я обвёл глазами спутников. Раскаянья не было ни у кого. - Ладно-ладно - я вам ещё припомню. Вы ведь все знали, что здесь можно дышать… Кстати - откуда? - я переключился на Кормоеда. - Ты же говорил, что никогда в этих мирах не был.
        - Ну-ну, Василий, не надо возмущаться, - гоблин тоже старался успокоить злого меня. - Я действительно в первый раз в этом мире, но, поверьте, такие миры на самом деле встречаются, хоть и редко. Здесь немного отличаются законы мирозданья, но для живых организмов они не смертельны. Мы вполне можем дышать местной водой, а здешние животные вполне комфортно бы себя чувствовали в привычном нам море. Правда, плавали бы там медленно и неуклюже. Согласитесь, что вынырнуть из коридора в мир холодной плазмы, было бы куда более страшно. Хотя так же безопасно.
        - Ладно, ихтиандры, - смирился я, окончательно остывая. - Ведите, давайте, даль…
        Длинная серая тень, формой и размерами очень смахивающая на акулу, выскользнула из зарослей донной растительности и резко устремилась к нам, прервав меня на полуслове. Я даже не успел испугаться, как дракон, до этого парящий на крыльях чуть в стороне, молниеносным броском головы перехватил хищника и одним движением челюстей отбросил агонизирующее, почти перекусанное тело в сторону.
        Расслабиться после неожиданной атаки не удалось. Бросок акулы как будто послужил сигналом для остальных обитателей странного моря. Казалось, вся живность от мала до велика решила, что сегодня мы - главное блюдо на их столе. Совсем мелкие рыбёшки с налёта впивались острыми зубами, прокалывая одежду и кожу, более крупные аборигены тоже сновали рядом, но пока были сдерживаемы драконом. Всё вокруг мельтешило разноцветными юркими телами, стремящимися добраться до добычи.
        Реабилитируясь за свой недавний конфуз, я, почти сразу же после начала атаки, выставил щит, тут же растянул его, охватив большой сферой всею нашу компанию. С оставшейся внутри живностью мы быстро разделались, в основном, с помощью того же Феди. Только те местные обитатели, что остались снаружи, не собирались отказываться от закуски в нашем лице, и продолжали раз за разом пробовать защиту на прочность.
        Несмотря на массовость нападения, мы отделались достаточно легко, если не считать мелких укусов, которые достались в основном мне. Кровь из них медленно сочилась, не растворяясь в местной воде, а тягучими струйками опускаясь на дно. Надеюсь, что среди добравшейся до моей тушки мелочёвки не было ядовитых. По крайней мере, ранки не щипало, и они не немели, а это явно хороший признак.
        - Безопасно, значит, - вновь стал закипать я. - А это был торжественный комитет по встрече.
        - Кровь… железо… - гоблин покачал головой. - Я же предупреждал. Мною даже никто не интересовался.
        - Ну, так чего мы ждём? Или тебе нужен отдых? - обратился я к псу. - Давайте уже сваливать отсюда.
        Настала очередь Добрыни мотать головой.
        - Отдых не нужен. Но я очень плохо чувствую Путь. Твой щит мешает.
        - А если я его сниму?
        - Тогда вся эта живность опять бросится на нас.
        - Зашибись. Может, поднимемся на поверхность - вдруг поблизости есть какой-нибудь островок?
        - На подобных мирах суши не бывает, - вставила свои пять копеек кошка. - Вода равномерно обтекает всё дно - впадина это, или гора. Её глубина - суть величина постоянная.
        - А если, - чую, слишком много "если", но продолжаю: - сотворить на поверхности какой-нибудь длинный мост, или понтон…
        - Да нет там ничего, - продолжила обламывать Варежка. - Сразу вакуум.
        - Задачка. Что делать будем?
        - Необходимо снять щит, иначе - никак. - Кормоед решил поставить точку в непродуктивном споре.
        Я смирился с неизбежным.
        - Хорошо. Только я его открою в виде тоннеля с выходом с одной стороны. Может, хоть немного оторвёмся. На счёт "три". Добрыня впереди, Федя прикрывает, остальные посередине. Раз, два, три!
        Вытянув сферу метров на двадцать, я разорвал её на конце получившейся трубы. Все рванули в указанном мной направлении. Только наш план не учитывал одной существенной детали. Местные обитатели находились в родной среде, а на нас, хоть и не так сильно, как в обычном море, действовало сопротивление воды. В итоге, всё, чего мы добились, покинув защитные стены, это то, что твари не накинулись со всех сторон, а оказались строго в тылу.
        Федя, правда, поднатужился и выдал мощную струю пламени, которое при соприкосновении с водой вызвало громкий булькающий взрыв, превратив передний вал преследователей в наваристую уху, и ошпарив, при этом дракону нос. Оставшихся преследователей это не остановило.
        Добрыня на ходу сориентировался и помчался в начало коридора. Мы старались не отставать. Дракон, наученный горьким опытом, время от времени подкидывал кипяточку рыбам, правда, теперь уже не с такой мощностью.
        Наконец, окружающее пространство привычно замедлилось, сигнализируя о близком переходе. Те твари, которые решили атаковать нас с флангов, больше не могли преодолеть невидимые стены коридора, действовавшие не хуже моей защиты. С теми же, кто остался сзади, более-менее успешно разбирался дракон.
        Внезапно Добрыня затормозил, хоть до конца и не остановился.
        - Ты чего, - заорал я, налетая на гоблина, - нас же сейчас слопают!
        - Там… впереди очень плохой путь.
        - Плохой - это как?
        - Очень плохой.
        - Опасность на выходе?
        - Нет. Я же говорю - сам путь плохой.
        - Сзади ещё хуже. Некогда думать - веди давай!
        Пёс прибавил скорости, но то, что надвигалось на нас спереди, заставило остановиться всех. Коридор, по которому мы шли, оказался не синим, не зелёным, и даже не оранжевым. Уже без нашего поступательного движения, на нас наплывала ярко алая, с малиновым отливом пелена.
        - Скоро вы там? - контролировавший отступление дракон видимо не замечал новой беды. - Мелочь кончается, сейчас крупняк полезет!
        - Что это? - я схватил гоблина за плечо и рывком встряхнул.
        - Не… не знаю. Я о таком никогда не слышал! - Кормоеда била крупная дрожь.
        - Ну, так доставай свои путинки, чего ждёшь-то?
        Гоблин трясущимися руками полез в карман. Заветный мешочек никак не хотел появляться на свет.
        - Ой, мамочки! - вопль дракона заставил позабыть обо всём и оглянуться.
        Распихивая мелочёвку, на нас пёрла такая гигантская, ощеренная зубами харя, по сравнению с которой даже морда ящера казалась головой болонки, тявкающей на динозавра.
        - Добрыня, вперёд! - заорал я, надеясь, что команды, воспитанные с детства преобладают над обретённым рассудком.
        Сработало. Пёс рванул со всех лап. Гоблин, наконец, справился с карманом, вытащив торбочку с шариками. Вот только развязать его на бегу да ещё дрожащими пальцами не получалось. Я выхватил у него мешок.
        - Что такое? - Кормоед не успел опомниться.
        - Некогда развязывать. Надо давить все!
        - Но там их очень много…
        - Вычтешь из моего гонорара! - отрезал я, швыряя мешок под ноги.
        Но гоблин, видимо не хотел так просто расставаться со своим профессиональным инструментом и одновременно сокровищем в одном флаконе. Извернувшись, он упал, пытаясь дотянуться до путинок. Я же, споткнувшись о распластанное тело, промазал подошвой, так и не сумев раздавить ни одного шарика. И в этот же момент нас накрыло алым, сигнализируя о начале переноса в следующий мир.
        Глава 6. Cherchez la femme
        Тепло. Светло. Мухи не кусают.
        И вообще - мирок нам попался вполне себе уютный. Явно земного типа. Никаких хищников тоже не наблюдалось. Если здесь и жили разумные аборигены и как-то называли свой мир, то в континууме этого названия не знали. Граница, одним словом.
        Странность была только одна - алый переход. Я-то, понятное дело о таком никогда не слышал. Но и для моих новых знакомых это было в диковинку. За всю историю существования сообщения между мирами, были только три цвета: синий, зелёный, оранжевый. Точка. Правда гоблин, немного подумав, заявил, что раз существуют путинки, то есть вероятность существования чего-то обратного. Оставался только открытым вопрос - кому и зачем понадобилось бы повышать цену за переход, да ещё и в затерянном между секторами мире?
        А свои уникальные способности мы утратили целиком. Я, Добрыня, Варежка и Кормоед. На счёт полиморфа и дракона - не знаю. Были ли они у них вообще? Хорошо ещё, что сохранилась возможность общения со зверями - видимо это не считалось за особую одарённость. Я-то ещё не привык к магии, да и никак не ощущал внутренне её наличие. То же можно было бы сказать и про кошку с псом. А вот гоблин явно переживал - он стал каким-то дёрганым, постоянно к чему-то прислушивался и непроизвольно время от времени потирал лоб, словно пытаясь механическим путём вернуть пропажу.
        - Сколько нам тут теперь куковать? - Мой вопрос был скорее риторическим.
        - Двое с половиной наших суток, а точнее - сто двенадцать часов с минутами, - тем не менее, ответила Варька.
        - Откуда знаешь? Или…
        - Никаких "или". Это просто инстинктивно. Не веришь - спроси у Добрыни.
        - Почему же не верю? Верю. Просто такая точность.
        - Ну, не до секунды же…
        - Хотел бы я такие инстинкты, - я посмотрел на гоблина. - Опять задержка. Успеваем?
        Гоблин, в свою очередь, уставился на туманника. Тот проскрипел что-то утвердительное.
        - Ну и ладно, - я улёгся в траву, закинув руки за голову и уставившись на пушистые облака, плывущие по высокому бирюзовому небу, время от времени закрывая собой солнце.
        С местом выхода нам тоже повезло. Опушка леса, благоухающий цветущим разнотравьем луг и журчанье ручейка в низинке рядом. Значит, жажда нам не грозит. С едой, конечно, напряг - животы за такое время подтянет будь здоров. Хотя - я с надеждой покосился на дракона - может ящер добудет что-нибудь съедобное?
        Федя, как будто мои мысли прочитал. Вытянув шею, он принюхался, прислушался, после чего заявил, что, пожалуй, отправится на охоту. В последний момент, правда, предложил и мне присоединиться к нему. Делать всё равно было нечего, а охота верхом на драконе - это, наверняка, то ещё приключение. Так что я согласился.
        - Будете присоединяться? - спросил я у зверей.
        - Я за вами не угонюсь. - Добрыня решил отказаться. Варька из солидарности тоже отклонила предложение, хотя ей-то как раз нашлось бы место на драконе, или на моём плече.
        Уже почти привычно взобравшись на ящера, я ощутил мягкий рывок старта и вновь отдался восторгу верхового полёта. Вот только далеко мы не улетели. Буквально через несколько минут, когда наши спутники скрылись из виду, Федя заложил широкий полукруг и мягко опустился на все четыре лапы. И сразу же трансформировался в человека - видимо тоже врождённая способность, не попавшая под действия перехода.
        - А как же охота? Или что-то случилось, и ты хочешь об этом пообщаться?
        - Страшного ничего не случилось, просто… просто Корми тебе тогда не поверил - уж больно невероятна сама мысль о возможности телепорта. Странно, учитывая его эмпатическую способность. Но мне кажется, что ты ничего не придумывал, и не скрывал. Ты действительно телепортировался из камеры… это так?
        - Ну… так, - немного подумав, признал я. - Я действительно создал телепорт. И до сих пор не вижу ничего сложного в этом. Могу создать ещё раз. По крайней мере, когда магия вернётся.
        - Не стоит. И даже не признавайся никому, что владеешь этим заклинанием.
        - Но - почему? Если это повысит в будущем мою привлекательность с точки зрения найма… Да и саму методу можно продать…
        - Стоп, подожди, - осадил меня дракон. - Дай попробую сам догадаться. Магии ты никогда не учился, так?
        - Так.
        - Следовательно, никаких сложных заклинаний придумать не мог - теоретической базы у тебя никакой.
        - Ну, да - я просто…
        - Не спеши. - Федя увлечённо принялся играть в Шерлока Холмса. - И в то же время, твои магические способности были очень ограничены… хм-м. Ты случайно наткнулся на таинственный артефакт?
        - Не-а, - разочаровал я его. - Ещё версии будут?
        - Ещё? Может - какая-нибудь редчайшая способность, которую ты приобрёл при инициации? - с надеждой предположил дракон.
        - Минус два. Третья версия?
        - Сдаюсь! Кто я такой, чтобы состязаться с маститыми умами? Если не было внешних факторов, в виде артефакта или приобретённого дара, то могло быть всё что угодно. Ладно - колись! - Федя выжидательно уставился на меня.
        - Элементарно, Ватсон!
        - Ватсон?
        - Не обращай внимания… Это присказка такая. Короче, Склифосовский, - блеснул я знанием ещё одной крылатой фразы. - Я просто напросто создал… инструкцию.
        - Инструкцию?
        - Её самую. Инструкцию по созданию телепорта.
        - Во как! Тогда тем более не говори никому.
        - Почему же это?
        - А ты думаешь, что за тысячелетия исследований никому такой простой способ в голову не приходил?
        - Не знаю. Приходил, наверное.
        - А раз до сих пор технологии телепорта как бы не существует, то этот способ плодов не принёс.
        - Ну и что?
        - А то - представь себе, что ты заявляешь о том, что можешь построить телепорт из любой точки в любое место. И даже реально демонстрируешь это на примере. Да за тобой сразу охота начнётся. Поймают и упекут в какую-нибудь лабораторию.
        - Так я же оттуда телепортируюсь.
        - Не факт. Та блокировка магии, что была у колдунов, это ещё цветочки. Вот если за это возьмётся ковен какого-нибудь НИИЧаВо… - этой аббревиатурой Федя сполна отплатил мне за Ватсона и Склифосовского - теперь настала очередь моей челюсти отвиснуть. - Да и потом - могут запросто взять твоих зверей в заложники. Они-то, полагаю, удрать не смогут…
        Да уж. В моём мире всякие разные спецслужбы, доведись им добраться до меня, а вернее совладать со мною, поступили бы точно так же. В словах дракона явно был резон.
        - Спасибо за предупреждение, - искренне поблагодарил я Федю. - Только тебе-то какой прок в том, чтобы учить меня уму-разуму?
        - Корыстный, если честно. Просто, наблюдая за вами, я пришёл к выводу, что ваш потенциал, как манипуляторов нереально огромный. Только опыта пока - ноль. И если вы в ближайшее время не попадётесь в какую-нибудь неприятную историю, из которой не сумеете выпутаться, то вас ждёт весьма славное будущее. А что может быть лучше для молодого дракона, чем знакомство с такой силой. А может, даже - дружба?
        - Может быть, - я тепло улыбнулся ящеру - всё же он располагал к себе. - Там посмотрим…
        - Эгей! - радостно воскликнул он, подпрыгивая на месте и становясь похожим на мальчишку, неожиданно получившего абонемент на все футбольные матчи мира. - Тогда - на охоту! Ух, мы сейчас поохотимся!
        Он вновь превратился в крылатую рептилию, и мы полетели на охоту.
        Сам процесс охоты для меня остался практически незаметным. Вот мы широкими зигзагами облетаем местность в поисках добычи, и вот, в какой-то миг, Федя камнем устремляется к земле. На миг перед глазами мелькает стадо животных, в панике разбегающееся от атакующего ящера. Я даже не успеваю разглядеть, кого дракон приговорил нам на обед, только размер добычи - примерно с козу. Ещё через мгновенье мы вновь взмываем вверх, словно и не почувствовав дополнительной тяжести.
        - Поймал? - интересуюсь я. Из-за широкой спины мне было не видно - есть у него что-то в лапах, или нет.
        - А то ж! - гордо ответил дракон. - Целых две штуки.
        - Есть-то можно? - осторожничаю я.
        - Естественно. Нам на четверых хватит. А у гоблина и туманника свои запасы есть.
        Федя закончил набор высоты и напрямую полетел к месту нашей стоянки. Внезапно до меня добрался мысленный голосок Варежки, явно ослабленный расстоянием.
        - Вы далеко?
        - Нет, уже возвращаемся.
        - Это хорошо. Просто у нас гости.
        - Опасность?
        - Вряд ли. Скорее всего… - Варька замолчала, потом продолжила, обращаясь явно к кому-то другому: - хорошо-хорошо, Добрыня, не буду. - Потом, всё же закончила в мой адрес: - поторопитесь, ладно?
        - Спешим, - ответил я ей, после чего связь оборвалась.
        - Ну что там? - дракон явно не слышал мысленного разговора, хотя почуял, что я с кем-то общаюсь.
        - Варька говорит, что к нам кто-то приблудился.
        - Мирный хоть на этот раз?
        - Не знаю. Вроде бы - да. Мы недолго проговорили.
        - Всё равно, стоит поднажать, - произнёс Федя, заметно наращивая скорость. Я, естественно, не возражал.
        На этот раз место посадки я заметил. Может быть, этому способствовало и то, что дракон, как заправский самолёт заложил предпосадочный круг, заодно позволяющий оценить существующую диспозицию. К ожидающим нас спутникам добавились четыре человекоподобных фигуры. Точнее с высоты разглядеть не удавалось. А вот то, что эти фигуры были одеты в явно военную форму, было прекрасно видно. И этот факт не радовал, учитывая, что у нас была всего одна более или менее боеспособная единица в виде дракона.
        Федя аккуратно приземлился чуть в стороне от ожидающей нас группы. Я, даже не поинтересовавшись внешним видом добычи, которую ящер благополучно донёс в когтях, уставился на аборигенов. Точнее - на аборигенок.
        Четыре юных воительницы, одетые в приталенные комбинезоны, лёгкие берцы и шапочки - всё, даже обувь серо-зелёного цвета. Короткоствольные подобия автоматов, правда дула заканчиваются не отверстиями, а переливающимися патиной металлическими шариками. Короткие кортики в полупрозрачных ножнах завершали вооружение. На земле у ног каждой лежали небольшие рюкзачки того же расцвета, что и остальная форма.
        Но больше всего поражала не вяжущаяся с внешним военизированным обликом девушек их юность и стройная хрупкость. Да и мордашки были на редкость симпатичными. У меня даже мелькнула нелепая мысль, что в здешнюю армию отбирают победительниц конкурса красоты. Хотя цепкие настороженные взгляды, которыми встретили нас девушки, заставлял невольно помнить о том, что мы не в клубе знакомств, да и вообще несколько незвано сюда припёрлись. Тем не менее, надо выходить на контакт. Оставив дракона за спиной, я направился к неожиданным визитёрам.
        Одна из девушек, взглядом посоветовавшись о чём-то с остальными, и, получив в ответ одобрительные кивки, вышла ко мне навстречу. Остановившись в нескольких шагах от меня, и знаком показав, чтобы я не преодолевал оставшееся расстояние, она певучим голосом произнесла нечто вопросительное.
        Не понял. Причём в прямом и переносном смыслах. Пожав плечами и виновато разведя руками, мол, моя-твоя-не-понимать, я посмотрел на Варежку.
        - А что, способность к языкам тоже утрачена?
        - К сожалению, это факт.
        - А как же дракон, гоблин… мы же с ними общаемся? И с полиморфом иногда…
        - Их языки мы уже знаем. А этот в первый раз услышали.
        - Как же вы с ними общались до нашего прилёта?
        - А никак. Они вышли к нам из леса и остановились в сторонке, как будто знали про вас и ждали, когда вы вернётесь.
        Я перевёл взгляд на Кормоеда, но тот только отрицательно покачал головой. Девушка, между тем, начала проявлять нетерпение. Она ещё что-то сказала, но на этот раз, выговор стал более резким, лающим. Как будто с французского она перешла вдруг на немецкий. Этот язык тоже оказался вне наших лингвистических познаний. Я опять развёл руками и с сожалением покачал головой.
        Видимо поняв, что словесное общение не складывается, первая амазонка вернулась к своим. Одна их девушек достала из рюкзака сложенный кусок материи, который с помощью остальных шустро расстелила на траве, развернув в приличный серебристый прямоугольник примерно два на четыре метра. Сделав что-то непонятное с одним из углов ткани, как будто узелок завязала, девушка вместе с подругами отошла на пару шагов. Ткань принялась преображаться. Вначале выпрямились все складки, потом она налилась тяжестью, придавив траву под собой, а потом внезапно, с хлопком обрела объём, выросши по третьему измерению сантиметров на десять. В итоге, перед нами поблёскивала отливающая металлом платформа, на которую вскочили воительницы, недвусмысленно поманив нас за собой. Я же терялся в догадках - магия, или технология?
        Не знаю - можно ли было отказаться от любезного приглашения или нет, но приглашающий жест был выполнен отнюдь не рукой, а стволом оружия. Мы предпочли не спорить.
        Едва все, исключая дракона, оказались на платформе, как та взмыла в воздух и, плавно набирая скорость, устремилась прочь от нашей стоянки. Я успел заметить, как ящер, с сожалением расставшись с добычей, пустился за нами вдогонку.
        Никакого дискомфорта от полёта на открытой платформе не ощущалось. Ни порывов встречного ветра, ни инерции при наборе скорости. Видимо действовало что-то подобное магии дракона, позволяющее сгладить неприятности полёта на этаком ковре-самолёте. Сообразив, что свалиться вниз по неосторожности мне почти не грозит, я осторожно приблизился к краю и лёг на живот с целью ознакомления с местными пейзажами. Пленившие или пригласившие нас воительницы не возражали. Я заглянул за край.
        Платформа проносилась над типично земными пейзажами средней полосы России. Вдаль убегали перелески, луга, бушующие июньским разнотравьем, мелкие речушки, заросшие у берегов - где осокой, где раскидистыми деревьями и кустарниками. Иногда мелькали стада некрупных животных, наподобие тех, что попались нам на охоте. Не было только одного - заметных следов человеческой деятельности. Прикинув на глазок скорость нашего перемещения, я оценил её примерно в сто двадцать километров в час. При такой скорости движения на Земле в средних широтах за истекшие двадцать минут полёта, нам наверняка бы встретилась пусть даже не деревенька, но обработанные поля, дороги, лесные делянки или линии электропередач.
        Кстати, про скорость - как там наш дракон? Я ещё ни разу не замечал за ним такой прыти - не потеряет ли он нас? Оглянувшись назад, я увидел, что в этом мире законы физики, по крайней мере, работают нормально - дракон, пристроившись почти вплотную за нами, поймал кильватерную струю воздуха и практически парил, изредка помогая себе крыльями. Убедившись, что он не отстанет, я снова вернулся к созерцанию ландшафта.
        Ещё минут пять пейзаж оставался неизменным. Потом мы как будто пересекли какую-то границу, и под нами замелькали все признаки цивилизации - невысокие строения, разбросанные то тут, то там, сбившиеся небольшими группами - явно деревни или хутора. Протянулись ленточки дорог, по которым двигались редкие машины, очень похожие на наши легковушки и грузовики. В общем, если бы не необычный способ передвижения и не менее необычное окружение, можно было бы подумать, что я вернулся на родную планету.
        Чем дальше мы удалялись от границы нетронутых цивилизацией земель, там более урбанистичным становился пейзаж под нами. Деревеньки разрослись до крупных сёл и небольших городков, движение по дорогам оживилось, пару раз на пределе видимости промелькнули такие же летающие платформы, как и наша, а высоко-высоко в небе проплыл, оставляя пушистый инверсионный след, серебристый самолёт.
        Далеко впереди показалась мерцающая дымка, которая, по мере приближения, ощетинивалась шпилями, прямоугольниками высоток, иглами вышек, и, наконец, мы влетели на территорию огромного мегаполиса, сразу нависшего над нами тяжёлой душной массой камня, стекла, металла и пластика. Я заставил себя оторваться от созерцания иномирных чудес и вернулся к своим спутникам.
        - И что теперь? - обратился я к гоблину, как к самому опытному путешественнику в нашей компании. - Нам уже начинать бояться, или пока подождём?
        - Я думаю, ничего страшного не случится, - ответил тот. - Как правило, если ты попадаешь в неописанный в путеводителях мир и при этом не натыкаешься на немедленную агрессию местных обитателей, то всегда можно договориться. В конце концов - мы мирные путешественники, попавшие сюда транзитом, и не собираемся нарушать местных законов и правил.
        - То-то тётеньки нас с оружием встречают, - всё же засомневался я. Гоблин в ответ пожал плечами:
        - Может пограничная охрана. Или лесной патруль. Да что угодно - стрелять-то они, слава континууму, не стали. Не переживай - такие встречи - норма на многих мирах. Скорее всего, после некоторых формальностей, нас отпустят на все четыре стороны.
        Между тем, заметно снизившая скорость платформа, ловко лавируя по улицам, неожиданно вынырнула из скопления домов, приземлившись на пустынной площадке перед каким-то парком, обнесённым, высоким решетчатым забором. Рядом с воротами парка находилось довольно внушительное строение из серого кирпича и с забранными решётками окнами. Несмотря на общую серость и мрачность, впечатления тюрьмы здание не производило - решётки были скорее декоративными, а каждый кирпичик как будто украшен затейливым рельефным рисунком, в общей массе, складывающимся в неприхотливый орнамент. Надпись на вывеске над широкой двухстворчатой дверью была выполнена незнакомыми символами и ничего нам не объяснила.
        Над головой раздались громкие хлопки крыльев, и рядом с нами приземлился Федя, умудрившийся всё же немного отстать от нас в лабиринте улиц. Он сразу же трансформировался, приняв человеческую ипостась. Наши сопровождающие наблюдали за этим процессом с заметным интересом, но ничего не предприняли. Дождавшись общего сбора, они опять жестами позвали нас за собой и направились к входу в здание. При этом две девушки пошли впереди, а две замыкали шествие; очень похоже на конвоирование нежелательных элементов, то есть нас любимых.
        Здание изнутри тоже мало напоминало тюрьму - скорее какое-то официальное учреждение. Пожилая вахтёрша гордо восседала за застеклённой стойкой, с любопытством взирая на ввалившуюся компанию. Просторный холл, украшенный колоннами и лепниной, массивная, явно электрическая люстра, маленький декоративный фонтанчик в центре и широкая помпезная лестница, уводящая на верхние этажи, навевающая мысли о роскошных приёмах и толпах разодетых гостей, поднимающихся по ней в предвкушении праздника и светских удовольствий. И везде блистающая невероятной стерильностью чистота.
        Торжественность обстановки несколько портили незатейливые занавесочки на окнах, более приличествующие маленькой кухоньке, чем такому залу, и цветы в керамических горшочках стоящие на подоконниках. Как-то всё было сделано чисто по-женски, что ли.
        У меня зародились смутные подозрения. Эх, жаль я не смотрел вниз во время пролёта по городу. Попадались ли вообще среди пешеходов на улице особи мужского пола, или нас занесло в какой-то мир воинствующего партеногенеза, какой был изображён в старинном польском фильме про новых амазонок?
        Наши девушки обменялись с хранительницей входа-выхода и повелительницей турникетов несколькими словами, и повели нас вверх по лестнице. На втором этаже нас встретил пустынный коридор с длинными рядами дверей. У них тут что - проблемы с демографией, или все настолько увлечены трудовым процессом?
        Одна из воительниц, вежливо постучавшись, скрылась за ближайшей дверью. Три оставшихся прислонились к стене, расслабившись, но при этом, не спуская с нас глаз. От нечего делать, я принялся любоваться стройными девичьими фигурками. Встретившись взглядом с одной из девушек, я улыбнулся и подмигнул ей. Она улыбнулась в ответ - открыто и дружелюбно, после чего медленно и демонстративно провела ребром ладони себе по горлу. Я приуныл.
        Наконец ожидание закончилось, и, выглянувшая из-за двери амазонка, пригласила нас в кабинет. Там было людно и деловито. Скорее всего, мы попали в какую-то лабораторию - не меньше десяти женщин в белых халатах, переговариваясь на певучем языке, суетливо, но вместе с тем целенаправленно занимались непонятными мне манипуляциями с каким-то прибором, напоминающим рамку металлодетектора, которые устанавливаются на вокзалах и аэропортах. К нему тянулись непонятные коммуникации, в углу поблёскивал экраном пульт управления.
        Вот одна из женщин, явно прислушиваясь к внутренним ощущениям, прошла сквозь рамку прибора. На верхней перекладине загорелась зелёная лампочка. Женщина удовлетворённо кивнула, после чего жестом пригласила нас последовать её примеру. В другой раз я бы не рискнул слепо довериться незнакомой технике, по крайней мере, не зная её назначения. Но то, что передо мной, вполне возможно, что и для демонстрации безопасности процедуры, прошёл кто-то из имеющих о происходящем представление, успокаивало. Я отбросил опасения и первым шагнул сквозь рамку.
        На первый взгляд, ничего не изменилось. Током не ударило, руки-ноги, и прочие значимые части тела не отвалились. Только зелёное мигание над головой сигнализировало о том, что некое действо прошло успешно. Следом за мной рванули мои звери.
        - Стойте! Животным нельзя, назад! - раздавшийся голос явно был незнаком, но я понимал каждое слово.
        - Поздно, - другая женщина констатировала успевший свершиться факт - Добрыня и Варежка прошмыгнули под рамкой.
        До меня наконец-то дошло, что таким образом нам элементарно вложили в головы знание местного языка. А вот то, что женщины не хотели пускать кошку и пса через рамку, наводило на догадку о том, что они не подозревают о возможностях моей команды. Я, мысленно дотянувшись до зверей, посоветовал им пока не вступать в общение с аборигенами. Мало ли - лишний козырь в рукаве никогда не помешает.
        Видя, что с нами не приключилось ничего ужасного, через рамку прошли и остальные спутники.
        - Ну что, горе-пришельцы, поехали дальше, - как только закончилась процедура "оязычивания", обратилась к нам одна из прилетевших с нами девушек.
        - Поехали, - согласился я от имени всей нашей компании. - А почему сразу "горе"?
        - А кто же вы ещё? Припёрлись вне сезона, угодили в заповедник, вместо стационарной станции, да ещё и варварски охотились на исчезающий вид.
        - Вы откуда, хоть, - вступила в разговор ещё одна амазонка, пока мы двигались на выход. - С Браза или с Омфибрея?
        - Нет, дальше. Я с Земли. Меня, кстати, Василием зовут. Для вас - можно просто - Вася. Это - Добрыня и Варежка. А так же Федя, Кормоед и… полиморф. Просто полиморф, - представил я нашу компанию, отметив, что даже не знаю имени нашего нанимателя. - А вас как зовут?
        - Земля? Что такое - Земля? - проигнорировав вопрос об именах, поинтересовалась до этого молчавшая девчонка.
        - Планета. Мир такой. Вот ваш - как называется?
        - Мегена.
        - А мой - Земля.
        - Чушь, - перебила другая. - Миров всего четыре: Мегена, Оздия, Браз и Омфибрей. Это всем известно. Нечего тут сказки рассказывать. Не хотите говорить правду - придумайте что-нибудь более на неё похожее. Может, вам и поверят в комитете.
        - Каком комитете?
        - Комитете по встрече! Хватит уже придуриваться! Поберегите ваши сказки для следователей.
        - Постойте, постойте, девчонки! Но ведь вы сами видели, что мы не знаем вашего языка. Неужели мы, если действительно хотели пробраться в ваш мир незаконно, не выучили хотя бы несколько фраз?
        - Фу, нашёл, чем удивить! Вы, мужики такие ленивые, станете разве утруждать себя лишний раз? Вам бы поскорее спариться и убраться в свой мир… С тех пор, как ментальный лингвестор построили, ещё ни один не пришёл к нам, самостоятельно выучив язык.
        - А то, что двое наших спутников не совсем люди - вас не смущает?
        - Подумаешь. Всё равно - мужики, - девушка как-то презрительно посмотрела на Федю, потом на туманника. И как она определила, что полиморф тоже мужского рода? - Мало ли что вы там наизобретали, чтобы головы нам запудрить? Нет бы - нормальную науку развивать, а не изощряться в способах обмана. Как что новенькое придумают, так и прутся к нам. Извращенцы!
        - Так что, - внезапно осенило меня. - У вас миры по половому признаку разделены - два мужских и два женских?
        Только воительницы проигнорировали этот очевидный для них вопрос, сочтя меня либо тупицей, либо, продолжающим играть роль дурачка, незадачливым нарушителем. Я больше не стал мучить охранниц вопросами - всё равно значимой информации мне не добиться. Надеюсь, в их так называемом комитете окажутся более компетентные особи. Вот с ними и будем общаться.
        Между тем мы погрузились обратно на платформу, даже дракон, решивший на этот раз прибегнуть к услугам транспорта и вновь полетели по городу, двигаясь, скорее всего к загадочному комитету. В этот раз я не стал упускать момент и принялся с высоты нашего полёта разглядывать жителей Мегены. Вернее - жительниц. Наша скорость была относительно небольшой, так что я, подтверждая собственную гипотезу, сумел разглядеть только женскую половину человечества. Пару раз, правда, мне казалось, что внизу мелькают и мужчины, но, при внимательном рассмотрении оказывалось, что это те же женщины, просто с более короткой стрижкой и более кряжистыми фигурами.
        Проанализировав те крохи информации, что достались от наших пленительниц, я пришёл к выводу, что мои заключения близки к истине. Видимо, действительно жители местного домена ничего не знают о существовании континуума, проживая в маленьком закутке пространства, состоящим из четырёх миров. Хотя, между своими мирами путешествуют более-менее регулярно. Когда-то, скорее всего очень давно, какой-то вывих в политике, религии или просто каприз природы разделил жителей по половому признаку, поселив женщин в одних мирах, а мужчин - в других. Существуют ещё какие-то загадочные "сезоны". Видимо строго определённые промежутки времени, когда жители мужских миров могут беспрепятственно прибывать в миры женские. Скорее всего - для продолжения рода. Я представил себе, какие оргии творятся в это время и остро пожалел, что мы прибыли сюда в "несезон".
        Скорее всего эти периоды либо очень редки, либо, слишком ограниченны во времени, если нарушители не вызывают особого удивления. А что поделать - против естества не попрёшь… А мужики - они такие - да! Ну, ладно - осталось только прибыть в комитет по встрече и прояснить ситуацию. Не думаю, что нас ждёт какое-нибудь очень строгое наказание, даже если мы не сможем убедить следовательниц в своей невиновности. Не кастрируют же? Нам, самое главное - переждать местные сутки. А там - ищи-свищи. Хотя… надо бы как-нибудь невзначай поинтересоваться - а когда там у них очередной "сезон"?
        За размышлениями время пролетело быстро, и я, вдруг очнувшись, понял, что наше транспортное средство осторожно опускается на парковочную площадку перед ещё одной архитектурной достопримечательностью. Огромное здание, очень сильно напоминающее Зимний дворец в Петербурге, только раза в полтора повыше и в два с половиной - три длиннее. На этот раз надпись на официальной табличке не выглядела абракадаброй: "Комитет по встрече. Следственный отдел" Ничего себе "отдел" - это сколько ж несанкционированных визитёров должно прибывать на женские миры, что ради них отгрохали такое строеньище? А вот интересно - только среди местных мужиков попадаются такие нетерпеливые, или среди женщин тоже оппозиция бывает. И если бывает - то сама к мужикам просачивается, или здесь дожидается?

* * *
        Оппозиция была. Правда, не очень многочисленная. По крайней мере, около нас организовался небольшой - женщин на семьдесят, но постоянно действующий пикет, который всячески старался скрыть нас от глаз зевак, и в то же время размахивал плакатами протестного содержания. Получалось у них плохо - в смысле закрывать наши обнажённые тушки от любопытных - скорее наоборот - митингующие женщины более привлекали внимание к месту публичной экзекуции. Вскоре на площади образовалась толпа, которая, не смотря на героические попытки наших защитниц, всё же глазела, смеялась, обсуждала, плевала в нашу сторону.
        Солнце клонилось к горизонту. По моим прикидкам прошло не меньше десяти часов с момента нашего прибытия на Мегену. Очень, кстати, хотелось в свете последних событий заменить в названии мира букву "н" на "р". И было из-за чего. В проклятом, наверное, миллионами мужиков комитете нам даже слова не дали. Если и было подобие суда, то это оказалось простой формальностью - ни адвокатов, ни слова подсудимым. Нам просто зачитали приговор - поставили перед фактом. Может оно и правильно с точки зрения глубоко регламентированного технологического мира. Украл буханку - верни две, Разбил витрину - вставь новое стекло и заплати штраф. Принёс пользу обществу - получи плюшку. В нашем случае - хотел развлечься - послужи развлечением для других. Одна беда - мы-то сюда не развлекаться пришли. Но, повторюсь - это никого не интересовало. А наш рассказ про множество миров и коридоры между ними воспринимался мегерами как детский лепет. Пожилая следователь, проводившая мой допрос, в конце концов, отмахнулась и заявила, что за годы службы наслушалась и куда более фантастических историй. Постулат прост - "Нет миров, кроме
четырёх миров", и следственный комитет - пророк его. Точка.
        В итоге мы получили одинаковое наказание. Заключение в обнажённом виде (мечта эксгибициониста, чтоб их черти побрали) в клетки на главной площади мегаполиса на срок до начала следующего "сезона". А это как выяснилось, пятьдесят три местных дня. При этом, как особенно подчеркнули в приговоре, после освобождения мы не сможем принять участие в сексуальной вакханалии, а будем изгнаны в мужские миры без права возвращения на ближайшие три сезона. А за то, что нас будут кормить и убирать за нами отходы, ещё и выпишут штраф по таким тарифам, что дешевле было бы прожить это время в пентхаузе элитного отеля. Вот так вот - жёстко. Вещи, правда, при освобождении обещали вернуть.
        В итоге, на этот раз усилив охрану до десяти амазонок, нас под дулами автоматов сгрузили на площади, и запихнули в отдельно привезённые клетки два на два метра и два с половиной высотой.
        - Всё, самцы, сидите и не рыпайтесь. - прокомментировала одна из конвоиров.
        - А что, побольше квартирки не нашлось? - дракон явно не рассчитывал на столь маленькое место заключения и собирался принять в нём свой настоящий облик.
        - Ага - щяз! Чтобы ваш проводник удрал, да ещё и прихватил вас с собой! Нет уж - видали мы таких хитрецов. Сидите уже. Если захотите по нужде, обращайтесь к охране.
        - Что - выведут?
        - Много хочешь - выдадут парашу.
        - Эй - так не честно!
        - Раньше надо было думать, когда к нам собирались, - отрезала гадина. - Одно счастье, - обратилась она уже к своим напарницам, - что в этот раз смирные попались. Редко такое случается в последнее время.
        А вот это уже было совсем унизительно.
        Закончив манипуляции с клетками, конвоирши удалились, оставив для охраны всего двоих. Впрочем, охрана не мозолила глаза и почти сразу удалилась в служебный фургончик, припаркованный рядом с нами.
        Я провёл инвентаризацию помещения. Решётки, выполненные из толстых прутьев материала, очень сильно напоминающего стекловолокно. Не перегрызёшь, и не распилишь. Замков и дверей тоже нет - закрыв за нами вход, тётки при помощи какого-то приборчика срастили прутья так, что даже швов не осталось. Ячейки решётки - примерно десять сантиметров - и не вылезешь, и обзор не закрывает.
        Насчёт обзора - я поначалу прикрывал всё хозяйство руками, а потом понял, что долго так не продержусь - поза не удобная, да и глупо это выглядит. В конце концов, я плюнул и убрал руки - смотрите, завидуйте! У вас-то такого точно нет! Эх - нам бы день достоять, да ночь продержаться! Понятно, что на таком ограниченном пространстве ни один проводник не сможет начать переход из Мегены, но я-то на что? Раз вы отказались верить в магию - будет вам сюрприз. Осталось только придумать - какой? Может оставить вместо себя на главной площади гигантский, метров пятьдесят высотой, макет фаллоса из материала покрепче? В назидание, так сказать… Церетели бы сюда. С дедушкой Фрейдом, в качестве научного консультанта, на пару к Зурабу Константиновичу. Вот бы порадовались! Ладно - ещё есть время - придумаю.
        Я посмотрел на товарищей по несчастью. Моя клетка была крайней в ряду. Следом за мной, метрах в пяти, стояло обиталище дракона. Потом - гоблин и полиморф. Добрыня и Варежка избежали позорной участи. Следуя моему совету, они не высовывались и сошли за обычных домашних питомцев. Их даже попытались увести от нас, приговаривая о хороших руках, вкусном питании и тэ дэ и тэ пэ. Однако зверики, используя все доступные собачье-кошачьему племени средства вербального общения ясно дали понять, что оставлять хозяина - меня, то есть, не собираются. В итоге их оставили в покое.
        Я постучал по прутьям, привлекая внимание дракона.
        - Ты-то чего не улетел, - спросил я его.
        - Ага! Ты знаешь принцип работы их пулялок? И я не знаю, - всё же трусоват наш ящер, даром, что молодой.
        - А сейчас можешь перекинуться?
        Федя с сомнением поскрёб ногтем прут решётки, задумался.
        - Могу, наверное. Только что это даст?
        - Не знаю. Ничего, скорее всего.
        - Вот и я о том же…
        Я растянулся на полу клетки, положив руки за голову, и принялся наблюдать за плывущими облаками сквозь решетчатую крышу. Да уж - небо в клеточку… Где-то через полчаса появились пикетчицы. Но об этом я уже рассказывал.

* * *
        Солнце хоть и склонилось над горизонтом, но всё же не спешило покидать небосвод. Да - день длиной побольше земных суток - это долго. А если у Мегены есть наклон оси, и, учитывая, что сейчас лето, несколько часов до полной темноты нам гарантировано. Надеюсь, ночью воинствующие феминистки нам дадут поспать, а не притащат какие-нибудь прожектора, дабы и в темноте демонстрировать всем желающим глубину нашего падения.
        Я терпел до последнего. Очень хотелось в туалет, хорошо, хоть "по маленькому". Наконец, когда осталось всего два варианта - наплевать на приличия (хотя, куда уж больше-то) и помочиться прямо на площадь в знак протеста или позвать охрану, я всё же решился на второе. Во-первых, мне самому тут ещё долго сидеть, а во-вторых - кто их знает - какие ещё санкции к нам можно применять. Получить дубинкой по рёбрам не хотелось.
        - Эй, вы, там, сатрапы! Давайте уже вашу парашу! - крикнул я в сторону фургона. Без видимых результатов. - Дамочки! Заснули вы там, что ли?
        Дело принимало скверный оборот. Но, спасибо пикетчицам, оконфузиться мне не дали. Одна из активисток отделилась от своих и бросилась к машине, замолотив кулаком в дверь. Охранницы - вот кикиморы! - явно не спешили. Вальяжно выбравшись из машины, одна из них не спеша подошла к моей тюрьме и, опять же с помощью приборчика "вырезав" из стены клетки небольшой кусок, протянула мне обычное ведро, накрытое крышкой.
        Вот, зараза! Все же глазеют!
        Ан нет - и тут всё было давно отработано. Несколько пикетчиц - те, что с плакатами, быстро приблизились к моей клетке и соорудили из своих транспарантов непрозрачную ширму, закрывшую меня от любопытных глаз. Сами они тоже деликатно отвернулись. Ну, вот и славненько… жить стало веселее!
        Не знаю - делится ли на Мегене световой день на несколько рабочих периодов с промежутками на отдых, или тётки пашут по двадцать-с-гаком часов, после чего отдыхают. Мне это, в принципе было всё равно. Но, с наступлением вечера народу на площади всё прибавлялось и прибавлялось. Кто-то уходил, но, прибывало явно больше. Учитывая замеченный мной трудоголизм, можно было предположить, что всё же закончился рабочий день, а не просто все сбежались посмотреть на халявный стриптиз.
        Страсти постепенно накалялись. Вялая перебранка между митингующими защитницами и зеваками постепенно перерастала в ругань. И было из-за чего - пикетчиц тоже прибавилось, так что сейчас они имели полную возможность загородить нас собой, выстроив сплошную живую стену. Что, конечно же, не устраивало их противниц. Последних было гораздо больше, и они угрожали смять жидкий кордон на пути к развлечению. Я заметил, что к охране тоже прибыло подкрепление. Воительницы споро организовали цепь между нашими защитницами и зеваками, заставив толпу отступить на пару шагов.
        Одна из прибывших амазонок постарше, видимо старшая и по званию уверенным шагом направилась к дородной тётке из активисток, тоже, наверно лидеру. Явно не впервой тут встречаются. Их разговор хоть и начался слегка на повышенных тонах, но сводился к одному - вояка (или полицайка?) требовала если не убрать оцепление, то сделать его гораздо более разреженным, дабы не мешать процедуре заслуженного наказания. Защитница, естественно, возражала.
        Постепенно и их диалог всё накалялся, пока соперницы не перешли на крик. Видимо, применять силу охрана не спешила, или не имела права. Две противницы уже орали друг на друга, брызжа слюной как базарные бабы, не поделившие место в очереди.
        - Вас здесь не стояло, - сорвалось у меня с языка. В полголоса, но, они услышали.
        Тётки уставились на меня такими взглядами, что я подумал: "Ну всё - теперь точно - хана! Объединятся и растерзают".
        Не объединились. Просто перестали друг на друга орать. Но атмосфера между ними, казалось, сейчас же взорвётся ветвистыми молниями. Мне даже послышался тихий треск - предвестник первого смертоносного разряда. Молнии всё же не последовало. Охранница сквозь зубы прошипела:
        - Значит, не уйдёте?
        - Нет!
        - И не расступитесь?
        - Ни за что!
        - Что ж, тогда ставлю вас в известность, что согласно последнему распоряжению комитета по встрече, срок наказания этих самцов может быть продлён на несколько дней. Хороший сюрприз, да? - Охранница с видом победителя посмотрела на соперницу.
        - Ха! Да мы про ваш сюрприз знали ещё до его подписания, - казалось, что активистку ничуть не смутили неприятные новости. Правда, неприятными они должны были стать в первую очередь для нас.
        - Знали и знали, - не сдавалась амазонка. - Поделать-то вы ничего не сможете!
        - Не сможем?! Как бы ни так! - пикетчица опять начала повышать голос, явно распаляя себя. - Девочки! План "Эс"! А "Эс", - пояснила она охраннице, - значит солидарность!
        И тут началось самое интересное! Пикетчицы, услышав кодовый сигнал, побросали свои плакаты, у кого они были, и начали спешно разоблачаться, срывая с себя одежду и бросая её на мостовую. Толпа изумлённо затихла. Такой протест против местных норм они явно видели впервые.
        Одна из наших защитниц - самая молоденькая девчонка, лет восемнадцати на вид по земным, естественно, меркам, хрупкая и невероятно симпатичная на мордашку - не спешила раздеваться. Вместо этого она обернулась и посмотрела умоляющим взглядом на меня. Я увидел, что её щёчки наливаются ярким румянцем. Э, девочка, куда тебе в пикетчицы-то? Её соседка - девушка лет двадцати пяти с полноватой, от того не очень привлекательной для меня фигурой, успевшая почти полностью обнажиться, заметила нерешительность товарки и отвесила ей пусть и лёгкий, дружески-ободряющий, но всё же подзатыльник. Та вздрогнула и, ещё чуть помедлив, нерешительно протянула руку к ремешку на лёгких брючках. Дрожащими пальцами она никак не могла справиться с застёжкой ремня, но потом, решившись, резко дёрнула за пряжку и ремешок расстегнулся.
        Я почувствовал, что мои уши тоже заалели - не хуже того трижды проклятого коридора, что вывел нас в мир сумасшедших феминисток. Но так и не смог оторвать взгляд от девчонки, вгоняя её в ещё большее смущение. А она, хоть медленно и нерешительно, а от того ещё более эротично продолжала раздеваться, так же не отводя от меня широко раскрытых беззащитно-испуганных глаз.
        И тут я понял, что начинаю заводиться! Чёрт! Чёрт, чёрт, чёрт!!! Против естества не попрёшь! Я же не столетний дед и не импотент несчастный - мгновенно взбушевавшиеся гормоны молодого здорового организма угрожали поставить меня в ещё более неловкое положение. Я изо всех сил зажмурил глаза. "Я на совещании у начальства… нырнул в ледяную воду… простужен, у меня грипп, болит голова и температура под сорок…". Самовнушение не помогало. Наоборот - на фоне темноты при сомкнутых веках воображение нарисовало такую картинку с нашим обоюдным участием, что я понял - пропал окончательно.
        Помощь пришла неожиданно. Кошка, почувствовавшая состояние хозяина, скользнула между прутьями клетки и изо всех сил несколько раз полоснула по голой ноге когтями. Боль была не то, чтобы очень сильной, но неожиданность сделала своё дело. Я мгновенно переключился на новый раздражитель и открыл глаза.
        Оказалось, что за те несколько мгновений, что я провёл в темноте, ситуация несколько поменялась. Активистки закончили раздеваться, и, взявшись за руки, образовали какой-то дикий, неестественный хоровод, двигаясь по кругу и выкрикивая нелицеприятные лозунги в адрес правительства. После всего пережитого, я уже не испытывал недавнего возбуждения, тем более, что так раздраконившая меня девушка, сместилась из поля зрения, а другие участницы политического стриптиза меня так не возбуждали. Взгляд выхватил из цепочки бунтарей пожилую женщину, да что там - просто столетнюю бабку, которая потрясая своими прелестями, грозно выкрикивала оскорбления в толпу. Вот тут-то меня полностью отпустило. Подхватив Варьку на руки, я разразился громким, очистительным для напряжённых нервов хохотом - до слёз, до перехватывания дыхания. Смех смыл напряжение, растопил стресс и прояснил туман в мозгах.
        Что ж - этот раунд мы выиграли!
        Безумство закончилось быстро. Оценив ситуацию, старшая по охране выудила из кармана прибор, внешним видом напоминающий обычный сотовый телефон. По назначению - то же. Натыкав на клавиатуре номер, она вступила в переговоры - скорее всего с вышестоящим начальством. Через несколько минут, закончив разговор и убрав трубку, охранница резвой рысью бросилась к машине и заскочила в неё, рывком распахнув дверцу.
        Ещё через некоторое время, в крыше фургона откинулся лючок, и из него показались - нет, не стволы водомётов, или другого, более серьёзного оружия, как я боялся, а всего лишь раструбы громкоговорителей, направленные в четыре стороны. Из динамиков донёсся голос начальницы:
        - Внимание всем на площади! Руководство города, принимая во внимание сложившуюся ситуацию, просит вас разойтись по домам. Участникам пикета разрешено остаться, при условии приведения себя в надлежащий вид. Представители оппозиции приглашаются для переговоров в комитет по встрече.
        Этого оказалось достаточно. Я подумал, что здорово было бы, если б и наши политические конфликты решались так: попросили - разошлись. Активистки моментально прекратили паясничать и бросились одеваться. Толпа зевак начала рассасываться прямо на глазах.
        Я боялся опять поймать взглядом понравившуюся мне девчонку, но просто физически не смог себя заставить отвернуться или закрыть глаза. Я смотрел на кучку одежды, брошенную ей на брусчатку площади, и ждал.
        В этот раз, увидев её, я не ощутил ничего кроме жалости. Девочка однозначно затесалась не в свою компанию. Ей было очень неуютно. Крупная дрожь сотрясала её, мешая натянуть сброшенные вещи. Наконец, она всё же справилась с собой и быстро оделась. После чего робко посмотрела на меня. Я улыбнулся ей - немного грустно, и вместе с тем, сочувственно и развёл руками, как бы говоря, что совсем не хотел такого для неё позора. В широко распахнутых глазах читалось удивление - явно не такой реакции от меня она ожидала. Растеряно посмотрела на других пленников. Те вообще сохраняли полную индифферентность - дракона, гоблина и полиморфа человеческие самки явно не интересовали. Их куда больше заботило отсутствие одежды.
        Я нашёл в себе силы отвернуться. Встретиться бы с тобой, девочка, в другое время и в другом месте. А самое главное - при других обстоятельствах. Варька подтянулась и сочувственно лизнула меня в щёку. Когда я повернулся обратно, её уже не было.
        Ещё через некоторое время на площади никого лишнего не осталось. Вначале разошлись зеваки, потом, убедившись, что нам относительно ничего не грозит, свернулись пикетчицы, уехал фургон, увозя главную воительницу, парламентёршу и часть охраны. Машина, правда, довольно скоро вернулась и привезла нам ужин, что было весьма кстати - голод и жажда весьма ощутимо давали о себе знать.
        А ужин был вполне себе ничего. Как в хорошем ресторане - овощи, мясо, даже десерт. Особенно ценными были фляги со слегка газированной и очень вкусной водой. Не забыли даже Варьку и Добрыню. Правда те поковырялись в своих пайках скорее из вежливости, или, ещё вернее - из опасения, что демонстративно отказавшись от пищи, больше вообще ничего не получат. Но им-то было проще - сердобольные активистки их уже покормили, в отличие от нас. Гоблин и туманник, по понятным причинам к угощению не притронулись, а вот от воды не отказались. Мы же с драконом накинулись на еду, как оголодавшие хищники.
        Хорошо… Даже в такой нелепой ситуации можно найти свои плюсы. Сытое блаженство разливалось по телу, навевая сонливость. Любопытствующие гражданки Мегены нас тоже больше не беспокоили - то ли новость про разгон митинга уже успела облететь город, то ли ещё по какой причине. Редкие прохожие мельком скользили по клеткам взглядом, как по чему-то привычному, и, не останавливаясь, следовали дальше.
        Я растянулся на полу. Он был хоть и жёсткий, но выбирать не приходилось - похоже матрасами нас обеспечивать не собирались. С одной стороны ко мне прижалась Варежка, а с другой, я почувствовал через прутья, ко мне подвалился тёплый мохнатый Добрынин бок. Я задремал…

* * *
        В первый раз я проснулся из за шума рядом с клеткой. Привезли ещё двоих страдальцев. Солнце уже опустилось за горизонт, и город накрыли мягкие сумерки. Но всё же до полной темноты было далеко. Я злорадно подумал, что их карательная система вынуждена работать круглосуточно, отлавливая, осуждая и заточая искателей приключений. Мужиков, как и нас, разоблачили сразу после суда, так что "встретить по одёжке" представителей мужской части домена не получилось. Бродяги ли это, солидные дядьки, или прожженные ловеласы, имеющие за плечами несколько ходок - непонятно. Я поднялся, разминая затёкшие мышцы. Опа! А мужички-то в наручниках! Значит - буйные, как выразилась охранница. Да - их поведение явно отличалось от нашего. Они постоянно что-то говорили женщинам на незнакомом нам языке, всячески пытались привлечь внимание, как бы невзначай протягивали руки, пытаясь дотронуться до объекта вожделения, но в последний момент одёргивали сами себя - видимо тактильный контакт мог весьма плачевно закончиться. И вообще - держались "на полусогнутых". Какое-то жалкое зрелище. Если у них все самцы такие, то я даже в
какой-то степени готов оправдать такое разделение.
        Организм требовал продолжения сна, поэтому я, ещё пару минут понаблюдал за коллегами по несчастью, и ничего нового не увидев, опять устроился на полу.
        Второй раз я проснулся от того, что от лежания на жёсткой поверхности окончательно занемела правая половина тела. Злые мурашки не просто бегали по коже, но и копошились под ней, с наслаждением вгрызались в мышцы. Ощущения просто адские. Я со стоном сел, едва не придавив спящую кошку, и принялся яростно растирать бок, восстанавливая кровообращение. Немного полегчало. Не знаю - долго ли я спал, но вокруг окончательно стемнело. По крайней мере, выспался - ложиться обратно больше не хотелось. Я обвёл глазами площадь. Прохожих не было вообще. Охрана тоже не отсвечивала, забравшись в машину. Да и весь город как будто вымер - тишина стояла полная, не нарушаемая ни гулом двигателей, ни шагами, ни ночными птицами или насекомыми. Мои спутники, как и два подселенца тоже спали, видимо давая отдых организму, измученному бешеной гонкой последних дней.
        Тут до моего слуха донёсся негромкий звук - как будто за домами ехал, постепенно приближаясь к нам маленький мотороллер. Ага, действительно, что-то похожее на обычный скутер, только чуть покрупнее и с двумя задними колёсами выехало на площади и направилось в нашу сторону.
        Скутер подъехал ближе и остановился, а с него слезла… слезло… Назвать это создание "гром-бабой" язык всё же не поворачивался. В моём представлении гром-баба должна быть всё же повыше, а приехавшая была невысокого роста - чуть повыше моего плеча, с учётом зеркального шлема на голове. Зато фигура у неё была - будьте-нате. В свете фонарей, разбросанных по периметру площади, я довольно хорошо разглядел новую визитёршу. Раскачанные мышцы выпирали через камуфляжный комбинезон, грозя буквально порвать его в клочья при малейшем резком движении. Тяжёлые ботинки - сорок пятого размера минимум. Лапищи, скрытые перчатками, в каждую из которых легко поместилось бы средних размеров яблоко. Вот это туша!
        Туша, между тем, удивительно легко прошествовала к машине охраны и постучалась в дверь. А охрана-то не дремлет! Из машины в полной боевой готовности за какую-то секунду выскочили пять охранниц, держа гостью на прицеле автоматов. Однако, разглядев, кто к ним пожаловал, несколько расслабились. Вновь прибывшая вступила с ними в какие-то переговоры. Я напряг слух, но не смог различить ни слова. Между тем, бабища что-то вполголоса доказывала амазонкам. Те, судя по всему, не спешили соглашаться с её доводами, и снова напряглись. Новенькая даже потрясла перед носом у остальных каким-то удостоверением. Вид "корочек" немного разрядил обстановку. Кажется, тётки пришли к какому-то компромиссу. Бабища удовлетворённо кивнула. И тут заметила, что одна из охранниц вытащила телефон с явным намерением позвонить руководству.
        А потом началось такое, чего я даже не видел в старых фильмах Джеки Чана с его боевыми подругами, раскидывающими мужиков-каратистов как кегли.
        Молниеносным ударом двух рук гостья обезвредила прямыми в челюсть сразу двоих соперниц.
        Тут же второй бросок лапищ и схвачены два автомата ещё двоих охранниц.
        Рывок, и ремни оружия, перекинутые через плечо, увлекают своих хозяек на мостовую, заставив по инерции проехать по жёсткому покрытию ещё по паре метров.
        Одновременно с рывком руками, удар ногой вперёд - в пятую амазонку, впечатавшуюся от удара в металлический бок машины.
        Стремительный бросок назад и добивание лежащих на мостовой.
        Всё - бой окончен, победа за нами. Только вот рад ли я этому? Намерения победительницы пока остаются загадкой.
        Нет… не окончен бой. Видимо в фургоне осталась как минимум одна охранница. Машина внезапно взревела двигателем и рванула с места. И тут я увидел такое, что напрочь отбило желание поближе познакомиться с ночной гостьей. В два прыжка догнав стартанувшую технику, она ухватила её за какую-то выпирающую часть и приподняла над землёй. Задние - ведущие колёса бешено закрутились, потеряв сцепление с поверхностью, а бабища, в этот раз слегка поднатужившись, резко крутанула руки, перевернув как минимум трёхтонный автомобиль вверх колёсами. Потом она рванула к двери, дёрнула её, вырвав с мясом из машины, но, скорее всего не обнаружив внутри боеспособных врагов, вернулась и начала обыскивать поверженных на мостовую амазонок. Вся битва заняла не более десяти секунд.
        Вытащив у одной из них приборчик, отпирающий клетки, она уверенным шагом направилась ко мне, не смотря на то, что моя клетка находилась от неё дальше всех.
        Блин! Ну почему именно я? Вон - смотри какой богатый выбор - все уже проснулись от шума короткого боя, и пялятся сквозь решётки клеток. Забирай местных - они только рады будут. Или дракон - чем плох? Как раз твой размерчик.
        Добрыня, самоотверженно вставший на пути победительницы, был непреклонно, хотя и аккуратно отодвинут в сторону.
        - Добрыня, фу! - осадил я его. Не хватало ещё, чтобы пёс пострадал.
        Бабища вырезала проём в стене клетки, а я забился в дальний угол.
        - Поехали. - скомандовала она, протягивая мне ручищу - сама она в проём не проходила по габаритам. Голос оказался на удивление приятным.
        - Я один не поеду! - понимая, что сопротивление, если я на него решусь, бесполезно, я всё же попытался отсрочить неизбежное.
        Как ни странно, но она остановилась, на миг задумавшись, потом решительно кивнула и направилась к остальным клеткам.
        - Эти двое не со мной! - остановил я мегенку, направившуюся, было, сначала к двоим, прибывшим последними.
        Через несколько секунд мои спутники оказались отпертыми, правда свободой пользоваться не спешили, дожидаясь, пока освободительница не отойдёт подальше. А та, больше не обращая ни на кого внимания, словно не сомневаясь в наших действиях, вернулась к машине и рывком поставила её в исходное положение.
        - Давайте скорее, чего вы там копаетесь, - поторопила она нас, и, вышвырнув с водительского места беспамятное тело, начала утрамбовывать себя в освободившееся кресло.
        Мы, переглянувшись, бросились к машине. По крайней мере, освободившая нас дама не проявляла по отношению к нам никакой агрессии. А вот объясняться по поводу произошедшего с местными властями, привыкшими судить, не слушая объяснений, не хотелось никому. Двое самцов, оставшиеся в клетках, поняв, что их бросают тут одних, жалобно взвыли.
        Едва последний из нас вскочил в фургон, воительница, не дожидаясь пока мы закроем оставшуюся дверь, дала по газам, и машина, пронзительно взвизгнув колёсами, рванула по ночному городу.
        От резкого ускорения нас едва не прокатило по полу. Вцепившись в спинки сидений, мы кое-как восстановили равновесие. Только Добрыня, чертыхнувшись, проскрежетал когтями и налетел всей тушей на заднюю стенку.
        Фургон мчал, почти не сбавляя скорости на поворотах, и чудом не задевая углы домов. Если принцип управления местной техникой схож с земными аналогами, а на первый взгляд, это было именно так, то нашу спасительницу можно смело выставлять на любые авторалли - вплоть до Формулы-1. Уж в стрит-рейсинге ей точно равных не будет.
        Минут через десять бешеной гонки мы затормозили у небольшого здания на узкой улочке. Никаких вывесок на нём не наблюдалось.
        - Ждите здесь, - бросила нам тётка, выбираясь из машины. - Я быстро.
        После того, как она скрылась за дверью, я перелез на переднее сиденье и оглядел улицу через лобовое стекло. Длинный ряд однотипных двухэтажных домиков тянулся по обеим сторонам. Ни палисадников, ни ограждений перед домами не было, но, тем не менее, создавалось впечатление, что мы находимся в жилом квартале, и эти дома - индивидуальные коттеджи. Или, в крайнем случае, разделённые на несколько квартир. Ни света в окнах, ни припаркованных по обочинам машин. Только яркие пятна фонарей… И что мы с этого имеем?
        Да, практически - ничего. Если нами заинтересовались какие-то службы, находящиеся в конфронтации с комитетом по встрече, то нас вряд ли привезли бы в спальный район. Да и операцию по нашему освобождению можно было бы спланировать более грамотно. А если это всё же активистки-защитницы самцов, то почему в самом начале наши горе-охранницы так мирно общались с террористкой? Ладно, гадать всё равно смысла нет - скоро и так будет всё понятно. Если уж не пристрелила на месте, то можно надеяться на улучшение нашей судьбы.
        Между тем похитительница пулей выскочила из дома, с лёгкостью неся в руке объёмный металлический ящик. Открыв дверь фургона, она поставила ношу на пол и одним движением пальцев сломала странного вида замок, запирающий крышку.
        - Одевайтесь, - опять-таки немногословно скомандовала она и вновь полезла на место водителя.
        Я тем же путём вернулся к товарищам, и мы открыли крышку. В ящике, упакованные в отдельные прозрачные свёртки, обнаружились наши вещи. Ура! Мы, невзирая на рывки тронувшегося фургона, бросавшие нас из стороны в сторону, принялись одеваться, совершая порой немыслимые трюки для удержания равновесия. Облачившись в одежду, я почувствовал себя в сто… нет - в тысячу раз увереннее. А жизнь-то налаживается!
        Уже без особой опаски, только покрепче держась за выступающие внутренности машины, я вновь перелез на переднее сиденье. Мегенка покосилась на меня, но ничего не сказала, продолжая петлять по переулкам. Я же никак не решался начать разговор. Обернувшись назад, я увидел, что мои спутники, несмотря на то, что им приходилось постоянно сражаться с инерцией, с интересом ждут начала переговоров. Что ж, назвался, как говорится, груздем…
        - Э-э-э… простите, уважаемая, а как вас зовут? - надо же налаживать как-то контакт.
        Ноль эмоций. Рискнуть что ли ещё раз? Всё же воспоминания о силе и боеспособности тётки заставляли относиться к ней с уважением, по крайней мере.
        - Ну, хоть, скажите - куда мы едем.
        Машина, вильнув в последний раз, вырулила на широченный проспект и прибавила скорость. Странно - если во время петляния по переулкам я мог как-то объяснить их полную пустынность - ни машин, ни прохожих, то и сейчас - на длиннющем дорожном полотне - прямом, как стрела, тоже не было никаких признаков движения. Может у них тут комендантский час? Одно успокаивало - никакой погони за нами не было. Хотя, судя по поспешности нашего передвижения, её можно было ожидать с минуты на минуту.
        Видимо спасительница была очень сосредоточена на резких поворотах, поэтому, проигнорировала мой первый вопрос. Сейчас она немного расслабилась и снизошла до ответа:
        - Надо уехать из столицы.
        - Ну, это-то понятно. А потом?
        - Потом я вас спрячу. Дождётесь окончания суток и уйдёте к себе, - мне почудилось, или в её голосе прозвучало сожаление? Нет уж - вот такой поклонницы мне точно не надо.
        - Скажите, пожалуйста, - влез в разговор гоблин. - А почему в ваш мир ведёт алый коридор? - видимо этот сугубо профессиональный вопрос волновал его больше собственной безопасности.
        - А каким же ему сейчас быть - не сезон же?
        - То есть в сезон цвет меняется?
        - Естественно. Как же вы собирались на Мегену, не зная таких элементарных вещей? У вас что - проводник совсем не опытный?
        - Ну… - я оглянулся на Добрыню, - можно сказать и так. На стажировке.
        - Не понимаю, - не унимался Кормоед. - За счёт чего же такое происходит? Это просто нонсенс какой-то!
        - Почему - нонсенс? Я, конечно, тоже не знаю тонкостей процесса, но технология, по-моему, достаточно проста.
        - Технология? - в голосе гоблина слышалось праведное возмущение интеллигентного существа, чьё мировоззрение враз было разрушено единственной фразой заштатного шамана дикого племени. - Я понимаю, можно создать какую-нибудь анти-путинку - на один переход, но закрыть целый мир? Непостижимо…
        - Не знаю, что такое ваши путинки, но факт - есть факт. Только в сезон на переходы снимается всякое ограничение. Иначе знаете, сколько таких как вы к нам шастало бы? А невозможность смыться в любой момент и неотвратимость наказания - всё же достаточно сильный сдерживающий фактор.
        - Тогда зачем же вы нам помогаете? - не удержался я от вопроса.
        И вновь тишина в ответ. Не хочет отвечать, или не может? Н-да - и с ножом, как говорится, к горлу не пристанешь. Сам же без ножа останешься. А возможно, даже, и без горла.
        Машина, которая вот уже несколько минут как миновавшая город, закончившийся резко, без признаков пригородной зоны, свернула на обочину и затормозила.
        - Выходим.
        Мои спутники потянулись из фургона. Я на минуту замешкался, и увидел, как тётка опять же пальцами, отколупнула пластиковую панельку рядом с приборным щитком и запустила пятерню в открывшееся переплетение проводков. Заметив, что я с интересом наблюдаю за процессом, пояснила:
        - Стираю память маршрута.
        После чего произошло нечто, заставившее меня вновь напрячься и вызвавшее тошноту. Указательный палец на её правой руке утончился, вытянулся щупальцем и погрузился глубже в электронное нутро машины. Раздался треск электрического разряда, и запахло палёной обмоткой. Это что ж получается - наша спасительница - киборг? Только этого нам не хватало. Хотя становятся понятными её нечеловеческая мощь и скорость реакции.
        - А теперь быстро - выскакиваем, - бросила она мне, подавая пример расторопности.
        Я последовал её примеру, опасаясь, что в машине для полной гарантии запущен механизм самоликвидации. Не угадал. Фургон плавно стронулся с места, развернулся и, постепенно наращивая скорость, самостоятельно двинулся в обратном направлении. Проводив его взглядом, террористка пояснила:
        - Защитный механизм. Если машина получила повреждения, и нет активных действий со стороны персонала, то она начинает движение на базу, вывозя из опасной зоны возможно раненых пассажиров. Кристалл памяти маршрута восстановится сам, но не раньше, чем через десять минут. Отследить маршрут будет практически невозможно.
        Проводив взглядом машину, спасительница достала из здорового нагрудного кармана знакомую уже нам модель ковра-самолёта, и путём несложных манипуляций, превратила его в летающую платформу. Мы без дальнейших понуканий вспрыгнули на неё и стартовали в темноту ночного неба.
        Наша похитительница села на край платформы, свесив ноги в чёрную бездну. Интересно - а как управляется это летательное чудо? Или нас ведёт заранее запрограммированный автопилот? Я, напуганный увиденным в машине, не спешил продолжать разговор. Мои спутники, явно возложившие на меня обязанности парламентёра, тоже молчали. На ясном небе мерцали незнакомые созвездия, давая самый минимум освещения - только-только разглядеть контуры. Под нами же царила тьма, изредка прорезываемая освещёнными нитями дорог, в городках и селениях разбегавшихся неправильными многолучевыми звёздочками. Других источников света не наблюдалось. Скорость, судя по всему, была впечатляющая. Как минимум, раза в три быстрее нашего дневного полёта. Хорошо мы удираем. Качественно.
        Варька, воспользовавшись передышкой, вскарабкалась мне на плечо.
        - Боишься? - тихонько муркнула она мне в ухо.
        - Скорее опасаюсь, - мысленно ответил я.
        - Не стоит, - если бы не недостаток освещения, я бы поклялся, что кошка улыбается.
        - Ты что-то разнюхала, серая, или способности восстанавливаются? - предположил я, но в ответ услышал только тихое "Мр-р-р-р-р-р". Вот ведь - кошка!
        Наконец наш ковёр-самолёт замедлил ход и начал снижаться. Мы приземлились на небольшой полянке, посреди девственного леса, монолитной стеной их мрачных колонн выраставшего со всех сторон. Едва платформа коснулась земли, как её верхняя поверхность засияла приглушённым синим светом, позволявшим разглядеть спутников, но сразу отодвинувшим лес, сделав его ещё мрачнее и загадочнее. Мегенка что-то сделала у края платформы и та начала меняться. Нет - не сдулась, превратившись обратно в отрез серебристой ткани. Наоборот - её верхняя грань изломилась и полезла вверх, превращая летательное средство в просторную полу-палатку - полу-хижину. Эх, мне бы чертежи с описанием таких устройств - я бы Сколково-то посрамил. Вместе с Силиконовой долиной! Шучу, конечно. Чертежи-то я через какое-то время и сам наколдую. А вот высовываться мне в моём мире со своими способностями наверняка не стоит. По крайней мере - сейчас и тем более в официальных учреждениях. Добраться бы ещё до своего мира…
        Тётка, распахнув наметившуюся на фронтоне дверь, жестом пригласила нас вовнутрь. Мы зашли, она проследовала за нами. Едва мы оказались внутри, как потолок засветился тем же синим сиянием. Я осмотрелся. Обстановка спартанская, но на какое-то время хватит. Столик в центре в окружении шести стульев - явно выросших из пола, без возможности перепланировки - намертво сросшиеся с корпусом чудо-трасформера. Шесть возвышений вдоль наклонных стен, которые я, поколебавшись, определил как спальные места. Мы в нерешительности остановились, обступив полукругом мегенку, в ожидании дальнейших её действий. Она обвела нас взглядом, поворачивая голову, и вдруг запрыгала на месте, как школьница-первоклашка, получившая первую в жизни пятёрку, хлопая при этом в гигантские ладоши.
        - Получилось! Получилось! - радостно восклицала она. - Я знала - у меня не могло не получиться!
        Раскрыв объятия, она кинулась к нам, словно намереваясь от радости придушить спасённых от позорного наказания своими раскачанными ручищами. Мы, в понятном ужасе отшатнулись, вжавшись спинами в стену. Та на миг запнулась, сообразив, что такое проявление эмоций нас несколько шокировало, после чего случилась очередное превращение.
        В огромном накаченном теле образовалась вертикальная щель, после чего оно распалось на две половинки вместе со шлемом, и, из раскрывшегося экзо-комбинезона выскочила взъерошенная девчонка - та самая, с площади - и с радостным визгом повисла у меня на шее! Я только успел разглядеть довольные мордастины моих зверей. Знали же, заразы, и молчали!
        - Ты… ты это как… зачем? - нелепые слова срывались с языка, ибо в голове не осталось не одной мысли, все они были вытеснены звенящей радостью от неожиданной развязки. Хрупкое девичье тело прижималось ко мне, а голова доверчиво, лежащая на моём плече, наполняла невероятной нежностью к этому созданию. Если не бывает любви с первого взгляда - тогда что же это такое? Я понял бессмысленность попыток сформулировать что-то осмысленное и замолчал, просто наслаждаясь моментом.
        Наконец девочка чуть отстранилась от меня и подняла сияющие глаза, встретившись со мной взглядом.
        - Ты так похож на моего братика! - звенящим от волнения голосом произнесла она, а на меня как будто ушат холодной воды опрокинули. Братика, блин! Не хочу быть братиком!
        Глава 7. Сина
        Мои спутники, включая зверей опять спали. Мне же от нахлынувших эмоций и беспорядочных мыслей, крутящихся в голове, сон как ветром выдуло. Мы с девчонкой, дождавшись, пока все выберут себе лежаки и начнут устраиваться на продолжение длинного ночлега, выскользнули на улицу, держась за руки. Только я с сожалением отметил, что в этом жесте не присутствует ни капли эротики. Видимо она настолько ассоциировала меня со своим братом, что просто по привычке схватила за руку, повторив давно сложившееся действие.
        Кстати, у неё всё же было имя. На мой повторный - уже в другой обстановке вопрос - она, почему-то засмущавшись, назвалась Синой. Сина… неправильное какое-то имя - синтетическое что ли…
        Мы сидели прямо на тёплой земле, согревая друг друга боками, и я вытягивал из неё информацию о её мире. Хотя, громко сказано - вытягивал. Сина просто говорила без остановки, перескакивая с темы на тему вслед за моими вопросами. Я же, ругая себя последними словами за то, что не могу сделать маленький шажок, боясь вспугнуть установившееся доверие, как утопающий за соломинку ухватился даже за возможность просто сидеть рядом, тая от близости и разговаривая, пусть и на интересные, но всё же не те темы.
        Что же я узнал?
        Во-первых, причину, почему у Сины такое трепетное отношение к брату. Дело в том, что женщины в домене, в не зависимости от сексуальных партнёров, рожали детей только одного пола. То есть - если первый ребёнок был мальчиком, то остальные дети, буде таковые окажутся, тоже будут сыновьями. И наоборот. И всё же редко-редко - в одном случае на несколько миллионов - встречались исключения из правил. Таким исключением и оказалась семья Сины. Несмотря на то, что они воспитывались в разных мирах, редкие встречи были тёплыми, и доставляли обоим много положительных эмоций. А может, именно благодаря тому, что были редкими. Мне захотелось познакомиться с её братом. Эх - явно теряю голову - уже и с родственниками тянет знакомиться!
        Во-вторых, я узнал, как Сина оказалась на площади в первый и во второй раз. Оказалось, что она вот уже почти год работает в общемировой службе безопасности. И это было её первое самостоятельное задание - внедриться в группу оппозиции и вести простое наблюдение, не вмешиваясь, но по возможности завоёвывая авторитет среди активисток. Поскольку год на Мегене, как опять же выяснилось из беседы, состоял из ста сорока двух суток, был чуть короче земного, приблизительно на десять земных дней, я, произведя в уме несложные вычисления, осторожно поинтересовался её возрастом. Оказалось, что ей совсем недавно исполнилось восемнадцать лет. То есть даже меньше восемнадцати по моему времени. И во сколько же лет начинают трудовой стаж жительницы Мегены? А по-разному. Сину отобрали на эту работу ещё в четырнадцатилетнем возрасте. Поскольку она не возражала, то последующие годы у неё просто изменилась специфика обучения. Отсюда и боевые искусства, и управление сложной, в том числе и боевой техникой, и многое другое, необходимое в дальнейшей профессиональной деятельности. В общем, к девочке, просто так не        В-третьих, за свой налёт на охраняемые объекты, она совсем не переживала. Боевые костюмы не имели индивидуальных опознавательных знаков, а выдавались всем сотрудницам силовых структур. Удостоверение личности, которым она потрясала перед носами охранниц, не раскрывалось, так что инкогнито было обеспечено. Маршрут побега, в чём я, правда, сомневался, отследить невозможно, а официальное нахождение на самостоятельном задании давало возможность для значительных манёвров, позволяя оставаться вне зоны досягаемости достаточное количество времени. Вот отправит нас домой, и как ни в чём не бывало, вернётся на службу.
        Было ещё много интересных, но, по сути, не очень важных для меня фактов - про распорядок жизни в условиях таких длинных суток, про причины безлюдности ночных городов и деревень, про то, как она оказалась не готова к плану "Эс", и безумно стеснялась, представив на моём месте любимого братика.
        Постепенно речь Сины становилась всё тише. Вымотанная последними событиями девушка, постепенно отходила от эмоционального и физического стресса. Наконец, поняв, что пауза в её словах слишком уж затянулась, я посмотрел на неё. Сина спала, тихонько посапывая и склонив голову на грудь. Выждав пару минут, я осторожно протянул руку и, приобняв девушку за плечи, мягко пристроил её макушку себе на плечо. Девчонка вздохнула, а у меня бешено заколотилось сердце - вот сейчас проснётся и испуганно отпрянет, разорвав тоненькую ниточку взаимопонимания. Не проснулась. Чуть повернулась ко мне, устраиваясь поудобней, и вытянув руку, доверчиво положила её мне на грудь. Я замер, задохнувшись от очередного приступа нежности. Да пусть теперь у меня всё тело затечёт, и мурашки насквозь прогрызут! Ни за что не пошевелюсь - лишь бы не потревожить её сон.

* * *
        Разбудила меня наступившая прохлада. На улице стало заметно светлее. Нет, конечно, до рассвета было ещё совсем не близко. Скорее всего, на небо взбирался спутник Мегены. Ночной лес оживал. Тенькали невидимые пичуги, громко, совсем по земному стрекотали насекомые, в траве, почти у самых ног шуршала животная мелочь. Я совсем не беспокоился по поводу опасной для жизни живности - если бы что-то подобное и было, Сина не стала бы спать снаружи укрытия так спокойно.
        Сина… За время сна девушка сползла а землю, устроив голову на моих коленях. Пушистая прядь упала на её лицо, вздрагивая при каждом выдохе. Я подумал, что для сотрудницы службы безопасности, она ведёт себя на редкость беспечно. Будь на моём месте какой-нибудь мужик из соседнего мира, наверняка бы воспользовался таким выгодным положением. Хотя… судя по всему, связываться с ней, даже без экипировки и вооружения - себе дороже выйдет.
        Я осторожно убрал прядь с её лица. Однако, непослушная мохнатка вернулась на облюбованное место, пощекотав девушку над верхней губой. Сина умильно сморщила носик и чихнула, просыпаясь. Открыла глаза - в них ни капли сна, как будто прямо сейчас готова к труду и обороне. Хотя, чему я удивляюсь?
        - С добрым утром, Сина, - улыбнулся я. - Как спалось?
        - Утро? - девчонка не поняла шутки. - До утра ещё долго. Около двух часов.
        Я припомнил забавное совпадение, что сутки на Мегене тоже делятся на двадцать четыре часа. Пришла моя очередь удивляться:
        - Сколько-сколько?! Ничего себе мы поспали. Здесь же ночь безумно длинная!
        - Нормально поспали, - внезапно Сина оттолкнулась руками от земли и села, смотря мне в глаза. - Так ты что - в первый раз на Мегене?
        - В первый, - не стал отрицать я очевидное. - А ты-то как догадалась?
        - Хм, значит, ты и на Оздии не был, - в её глазах зажглись лукавые огоньки. - Я знаю - ты с Браза. Потому что на Омфибрее сутки почти такие же, как и у нас.
        - Нет-нет, объясни, вначале - откуда такие выводы? Допустим, я не с Браза, но почему ты уверена, что я в первый раз на Мегене? Даже, если я это уже сам признал…
        - Ну, ты же удивился тому, что проспал всю ночь?
        - И что?
        - А то, что твои биоритмы автоматически подстраиваются под тот мир, куда ты попадаешь. Если поживешь на Мегене несколько дней, то вполне сможешь спать всё тёмное время суток. Зато потом и днём не будет никакой сонливости.
        Вот оно как! Я вспомнил, с какой скоростью менялись день с ночью в безымянном мире сумасшедших волшебников. Вот где ритм жизни! Теперь понятен и бешеный метаболизм тамошних эндемиков. Нет - не хочу крайностей. Мой ритм меня вполне устраивает.
        От размышлений меня отвлекла Сина. Она ухватилась за мою ладонь, и, поднявшись на ноги, несильно подёргала меня за руку.
        - Вставай, пойдём.
        - Куда?
        - Увидишь. Об этом нельзя рассказывать, иначе всё впечатление испортится…
        Не выпуская моей ладони, девушка направилась к краю поляны, ведя меня с собой как на прицепе. Едва мы вступили под своды леса, как стало ещё прохладнее. Сумерки сгустились, Хотя полной темноты не было. Всё же то, что я принял за ночное светило, скорее всего, было признаком наступающего рассвета - лунное сияние никогда так сильно не проникнет сквозь кроны деревьев. И только настоящий - не отражённый свет солнца, пусть ещё и не выбравшегося из-за горизонта, способен потеснить ночь даже в самом глухом лесу.
        Мы шли довольно долго. В отличие от вчерашнего вечера, девушка была задумчива. Казалось, она время от времени хочет что-то спросить или сказать, но никак не решается. Наконец она остановилась и повернулась ко мне. В густом сумраке я не смог разглядеть выражения её лица. Но, видно было, что она, наконец, решилась.
        - Скажи мне, только честно, откуда вы? - она покрепче сжала мою ладонь. - Мне кажется, что ты не будешь меня обманывать.
        - Не буду, если ты готова поверить, - скрывать правду смысла не было. Вот только сможет ли Сина преодолеть глубоко укоренившееся заблуждение. Я, например, ещё дней десять назад ни за что бы ни поверил в пришельца из другого мира, по крайней мере, без неопровержимых доказательств. А какие доказательства я сейчас могу предоставить? - Я на самом деле не пришёл не с Браза или Омфибрея. Мой мир называется Земля. И он достаточно далеко отсюда. И не только мой. Кошка и Пёс тоже мои. А вот остальные наши спутники совсем из других миров. Федя - из мира с забавным названием Шмокодявка-34. А остальные - даже понятия не имею. Не интересовался.
        - Не знаю… - Сина вздохнула. - Так хочется поверить, но это настолько невероятно!
        - Эх, девочка, - я, как бы невзначай, провёл кончиками пальцев по её щеке. - Тебе-то поверить намного проще, чем мне. Я ещё несколько дней назад вообще не знал, что существует возможность путешествовать между мирами. Наша Земля - так называемый изолят.
        - А сейчас? У вас изобрели и построили переходную станцию?
        - Почему - изобрели? Жители многих миров, объединённых в так называемый континуум, просто пользуются своими способностями, чтобы отыскивать коридоры из мира в мир. Их называют проводниками. И всё - никаких ограничений. Не можешь сам - найми проводника.
        - Да это-то понятно! - отмахнулась она. - Проводники и у нас есть. Но, только, пока на планете не работает хотя бы одна станция, переместится туда невозможно.
        - У вас пошли по техническому пути. На моей Земле, кстати тоже. А в континууме чаще всего используют магию. Ты же знаешь, что это такое? Ведь в вашем языке есть такое слово.
        - Магия, сказки. Конечно, такие слова есть. Но разве всё, что можно назвать словами существует на самом деле?
        - Ты мне не веришь?
        - Очень хочу поверить. Это так, наверное, здорово - иди куда хочешь, общайся… - она, вдруг, запнулась. - А как же отношения между женскими и мужскими мирами? Между ними тоже можно свободно пройти?
        - Сина, милая, может это тоже прозвучит для тебя невероятно, но, хоть у меня и небольшой опыт странствий, поверь - такое разделение, как у вас, я встречаю впервые.
        - То есть…
        - То есть у нас все живут в одном мире - и мужчины, и женщины.
        Такое открытие, казалось, потрясло девушку гораздо больше, чем известие о множестве миров. Она ничего не ответила, просто в задумчивости опустила голову, отвернулась и пошла дальше, не выпуская, впрочем, моей руки.
        Минут через пять лес начал редеть. А когда мы, наконец, выбрались на открытое пространство, я замер в восхищении. Такую картинку невозможно передать на фотографии или в видеозаписи. Только, если после долгой и упорной компьютерной обработки. Или, скорее даже в мультике. Или на картине художника, рисующего сказочные пейзажи.
        Посреди большой, почти правильной формы круглой поляны находилось маленькое озеро. Вода в нём, скорее всего, была очень тёплой, так как густой туман стелился над поверхностью, не поднимаясь, правда больше, чем на полметра - метр. Я бы не смог даже разглядеть саму воду, если бы не неяркое голубоватое свечение, исходившее от неё и пока побеждавшее робкие предутренние сумерки. На дальнем от нас берегу рос невысокий кустарник, сплошь усыпанный мелкими бордовыми цветками. Цвет лепестков вряд ли был бы виден, если бы они тоже не подсвечивались изнутри каким-то неведомым образом. Песчаный пляж начинался прямо от края леса и полого спускался к берегу озерца. Песок тоже тускло поблёскивал каким-то внутренним свечением, как будто на светящуюся, переливающуюся от красного к синему поверхность насыпали полупрозрачных кварцевых крупинок и они, пропустив через себя краску, засветились волшебным таинственным светом.
        - Что это? - еле слышно выдохнул я.
        - Нравится? - Сина была довольна произведённым эффектом, как будто сама создала это чудо.
        - Просто нет слов! Как такое вообще в природе возможно?
        - А это и не совсем природа, - девушка улыбнулась. - Это моё увлечение, хобби. - Я нахожу интересный кусочек природы и чуть-чуть подправляю его. В этом месте я просто немного заставила воду флюоресцировать. А цветы и песок впитали её. Я даже сама, честно, не ожидала, что так получится.
        - Здорово! Сина… - я взял девушку за плечи и легонько привлёк её к себе. Она не сопротивлялась. - Ты такая замечательная, я…
        Дальше слова закончились. Пауза затягивалась, а мне на ум не приходило ничего достойного этой девчонки.
        - А давай искупаемся, - пришла мне на выручку она, задорно блеснув глазками.
        - Давай, с облегчением согласился я, даже не представляя, какое испытание меня ждёт.
        Девушка выскользнула из моих рук и, в мгновенье сбросив всю одежду, побежала к озеру. С разбега заскочив в воду, она подняла веер светящихся брызг. В несколько гребков доплыв до середины водоёма, она встала на мелководье и повернулась ко мне. Как хорошо, что над озером висит туман! Я скорее угадывал, чем видел стройную фигурку, засветившуюся после контакта с волшебной водой.
        - Ну что же ты? Давай, ныряй скорее, - донёсся до меня звонкий голос.
        - Не… не могу… - выдавил я из себя.
        - Почему? - на этот раз в вопросе слышалось искреннее недоумение.
        - Не поверишь - стесняюсь.
        - Чего? Я же уже видела тебя всего. И ты, кстати, меня тоже.
        - Там всё было по-другому! - я замолчал, не зная как объяснить ей разницу между клеткой на центральной площади и ночным купанием наедине с обнажённой девушкой, которая, к тому же мне безумно нравится.
        - Ты меня боишься! - в последней её фразе вопросительных ноток не прозвучало. Я, наконец, решился.
        - Хорошо, иду. Только… отвернись, пожалуйста.
        - Зачем? - казалась, она искренне недоумевает. Эх, девочка, как бы я не был похож на твоего брата, я - не он. И чувства к тебе у меня отнюдь не братские.
        Я отвернулся сам и неловко стащил с себя одежду. Дальше тянуть смысла не было, и я, стараясь не смотреть на соблазнительную картинку, влетел в озеро.
        Вода была очень тёплой. Градусов тридцать пять - не меньше. Как будто окунулся в ванну, наполненную кипятком, а не в почти естественный водоём. Я лёг на воду, смывая с себя пот и напряжение последних дней. Приближаться к Сине было страшновато, хоть и очень хотелось. Внезапно она сама вынырнула около меня, обдав тёплыми брызгами.
        Осознав вдруг, что находится так близко от обнажённого мужского тела, она тоже смутилась и на пару шагов отодвинулась от меня. Я сел на дно, погрузившись по плечи. Мы неловко помолчали.
        - А у вас там, на Земле, тоже сезоны бывают? Ну… когда разрешено это… спаривание.
        - Нет - у нас всё совсем не так. И даже слово "спаривание" в нашем языке обозначает процесс скорее между животными, чем людьми.
        - А как у вас это называется?
        Я поискал в памяти подходящие слова на языке Мегены и не нашёл. Пришлось сказать по земному:
        - Любовь, секс…
        - Любовь… секс, - повторила Сина, как будто прислушиваясь к незнакомым словам, - мне нравится…
        - А я? Я тебе нравлюсь? - спросил и затаил дыхание.
        Сина подняла взгляд. Жалко, что сейчас не день - так много можно понять по взгляду. Она ничего не сказала, только едва заметно кивнула. И закрыла лицо ладошками.
        Меня охватил неземной восторг. Как будто мне снова шестнадцать лет и я получил ответ на записку от своей одноклассницы - объекта тайных воздыханий. Неужели всё сложится? Но мне совершенно не улыбалось воспользоваться ситуацией, не смотря на романтичность обстановки. Так хотелось продлить момент нежности, поухаживать за Синой, устроить ей настоящий конфетно-букетный период - наверняка в их извращенном мире такого не существует.
        Я встал на ноги и потихоньку приблизился к девушке. Отвёл ладони от её лица, намереваясь посмотреть ей в глаза. Но они были закрыты. Тогда я наклонился и осторожно поцеловал её в губы. Ноль реакции. Я отстранился, испугавшись, что всё испортил, но девушка не спешила отталкивать меня. Не открывая глаз, она спросила:
        - Что это было?
        - Поцелуй. У вас ничего подобного разве нет?
        - Нет, - она отрицательно помотала головой. - А давай ещё раз…
        Мне кажется, я в жизни не слышал слов, лучше этих! Немного смелее приобняв девчонку, я нежно прикоснулся к ней губами. Через несколько мгновений она робко и неумело, но всё же попыталась ответить мне! Я просто улетел от счастья и нежности куда-то высоко-высоко в светлеющее небо. Сина вздрогнула и прижалась к моей груди, запустив маленькие ладошки мне за спину.
        И в этот момент непонятное "Кхгр-р-м" раздалось, казалось, над самым ухом. Мы отпрянули друг от друга, вспугнутые непрошенным звуком, раздавшимся явно не из человеческого горла. Я резко обернулся.
        Добрыня, виновато опустив голову и часто-часто подметая песок кончиком хвоста, стоял на берегу, и, кажется, готов был раствориться на месте. Поняв, что мы его обнаружили, он смущённо пробасил:
        - Ну, мы это… волноваться начали…
        Пёс ты, пёс! Как же ты не вовремя!!!
        Момент был окончательно испорчен. Я отвернулся от Добрыни и наткнулся на изумлённый взгляд Сины.
        - Он что, сейчас что-то сказал?
        - Да… ты только не бойся, это действительно говорящий пёс. Как, впрочем, и кошка. Но это - единичный случай. Просто мои звери такие уникумы. Добрыня, - обратился я к нему. - Скажи, пожалуйста, что-нибудь Сине. Только на её родном языке.
        Пёс плюхнулся на хвост, и, вывалив язык в широкой собачьей ухмылке, ляпнул:
        - А ты - ничего, красивая…
        Наверно именно в этот момент Девчонка окончательно поверила в мой рассказ. Изумление на её лице сменилось таким восхищением, что я не удержался и поцеловал её в носик, и прошептал:
        - Подожди, ещё и не такое увидишь! - потом повернулся к собаке:
        - Но-но, - в шутку погрозил я ему пальцем, - нечего девушку смущать!
        Сина вспомнила, что мы, вообще-то, несколько в неглиже, пискнула и метнулась из воды к одежде. Я побрёл следом. Одевшись, я взял девушку за руку и скомандовал Добрыне:
        - Веди, давай, проводник-искатель. Не мог, что ли полчасика по лесу поплутать?
        Сина, услышав такое пожелание, мило зарделась и уткнула нос в землю. Мы не спеша двинулись в сторону лагеря. Уже входя в лес, я с сожалением оглянулся - навряд ли мне ещё раз предстоит увидеть этот уголок волшебства на Мегене. В медленно, но неотвратимо наползающем рассвете, призрачные краски поблекли и поляна чуть-чуть потеряла своё ночное очарование. И всё равно - это место останется в моей памяти надолго!
        Если дорога от палатки-самолёта до озера заняла у нас примерно половину земного часа, то обратно мы двигались гораздо дольше. Мы с Синой, время от времени останавливались и целовались, краем глаза поглядывая на трусившего впереди Добрыню. Тот не оборачивался, но прекрасно понимал, что надо приостановиться и деликатно делал вид, что его что-то ну очень заинтересовало под ближайшей корягой, или - вон в тех кустиках подальше. Когда впереди показался просвет, мы с девчонкой едва сумели оторваться друг от друга, и просто пошли рядом, даже не держась за руки, лишь изредка обмениваясь короткими взглядами. Ну, прямо, как дети, ей Богу. Вот потешно, наверное, наблюдать за нами со стороны. А вообще-то - плевать - пусть смотрит кто хочет. Смотрит и завидует!
        В лагере, как оказалось, все уже проснулись. Варька, довольно урча, вылизывала мордочку - видимо уже позавтракала местным грызуном. Добрыня тоже не жаловался на длительную голодовку. Гоблин, получивший вместе с одеждой запасы своего сухпайка, то и дело бросал в рот какие-то кусочки, что-то попутно втолковывая полиморфу, которому вообще было наплевать на еду. Оставались только я, Федя и Сина. Биоритмы биоритмами, а пустой желудок требовал его срочно чем-то наполнить. С момента последней еды прошло уже слишком много времени.
        Сина углубилась на несколько метров в лес и принялась собирать какие-то продолговатые бурые комочки, во множестве росшие прямо под ногами. Я начал помогать ей. Мы складывали добычу на мою куртку, расстеленную на земле. Кода горка из непонятных штуковин выросла до такой степени, что уже не помещалась на куртке, мы подхватили её и в четыре руки понесли добычу на поляну.
        То, что мы набрали, оказалось грибами. Сина заверила, что их вполне можно есть сырыми, и тут же показала пример, умяв несколько штук с явным удовольствием. Я осторожно попробовал, откусив за один раз маленький кусочек. Не сказать, что верх гастрономического изыска, но есть можно. Вкус даже местами приятный - как будто слегка поджаренный шампиньон с отдалённым привкусом дыни. Мякоть гриба была достаточно сочной, утоляя, заодно, и жажду. Чего только не попробуешь, прыгая из мира в мир.
        Дракон с ещё большим недоверием взял один гриб на пробу. Пожевал, не оценил, но всё равно начал, давясь, поглощать их один за други. Ему бы сейчас мяса шматок, да только где его взять? Сина категорически запретила после рассвета удаляться с поляны, да и ящер, явно не горел желанием менять облик, опасаясь нарушить конспирацию.
        Немного утолив голод, я разлёгся на траве и принялся наблюдать за смешным процессом поедания грибов драконом. Внезапно мне в голову пришла интересная мысль и я обратился к Сине за разъяснениями.
        - Слушай, а как ваши службы определили, что мы все мужики. Нет, я-то, понятно… а вот Кормоед, хоть и мужского пола, но не принадлежит к расе людей. А Федя вообще встретился с вашими в облике дракона?
        - Так он ещё и дракон? Настоящий?
        - Ага. Только сейчас ему превращаться не стоит. Я прав?
        - Прав, - девушка всё же с заметным интересом осмотрела завтракающего ящера. Видимо лимит удивления, после которого новые чудеса перестают ошарашивать, у неё не исчерпался.
        - И всё же… - напомнил я о своём вопросе.
        - Всё просто - некоторые из наших обладают возможностью "взгляда сути". Такой взгляд можно много где использовать - например, диагностировать болезни, различать скрытый брак в изделиях - да мало ли где. В каждую группу пограничной службы включается хотя бы одна, обладающая этой способностью. А уж в следственном отделе все поголовно ею владеют.
        - И всё равно, - не сдавался я. - Федя-то - дракон.
        - Но, в то же время и мужчина. Все в комитете в первую очередь тренируют взгляд именно на распознавание скрытых мужских особей. А уж как они скрыты - этим они интересуются в последнюю очередь. Скорее всего, они решили, что на нём какое-то хитрое устройство маскировки.
        - Допустим, убедила, - согласился я. - А как же тогда полиморф? Он тоже по сути мужик получается?
        Девушка пожала плечами. А я заметил, что гоблин с интересом прислушивается к нашему разговору. Сина, между тем продолжила:
        - Если пограничницы решили, что он мужчина, значит так и есть. А уж следователи ошибиться не могли - это точно.
        - Всё равно - странно. Это, на мой взгляд, настолько чуждое существо, что…
        - Ну, хочешь, я проверю? - перебила она меня.
        - А ты тоже можешь - вот так, как они?
        - Немножко, - призналась девчонка и уставилась каким-то отстранённым взглядом на туманника.
        Буквально через секунду она закрыла глаза, потом проморгалась несколько раз, будто не веря увиденному и тихо произнесла:
        - Не может быть! Их там двое!
        Дальше события понеслись вскачь.
        - Не-е-ет! - протестующий крик гоблина разорвал лесную тишину. Он вскочил на ноги и бросился к полиморфу.
        Полиморф вскипел, в буквальном смысле этого слова и взмыл метра на три над лужайкой. При этом одна его часть, так и оставшаяся неизменной осталась внизу. Продолжая набор высоты, он трансформировался. Причём, в отличие от Феди, его трансформация была мгновенной. Не громкий хлопок, и вот уже у нас над головами парит точная копия нашего дракона, яростно хлопая крыльями. Плевок пламенем и все, оставшиеся на земле бросились под укрытие деревьев. Все, кроме Сины. Девушка рванула к палатке, видимо не сомневаясь в её защитных свойствах.
        Настоящий Федя начал трансформацию ещё на бегу, и под кроны деревьев ввалился бесформенный комок плоти, на глазах набирающий массу и объём. Ещё через пару секунд он с возмущенным рёвом взмыл в воздух, атакуя агрессивного самозванца. В воздухе завязалась нешуточная битва, но, когда я осмелился выглянуть из-за деревьев, драконы - фальшивый и настоящий - уже сместились над лесом, пропав из поля зрения. Только хлопки крыльев, громовой визг и рёв оповещали о том, что до победы ещё далеко.
        Кормоед - единственный, кто остался на поляне, проводил взглядом скрывшихся из виду ящеров, с досадой и злостью ткнул кулаком в стену палатки. Удар был силён, только гоблин, казалось, его не почувствовал. Перевёл взгляд на нас, потом - на оставшуюся половину полиморфа, опять вслед улетевшим драконам. Наконец, приняв решение, он высоко подпрыгнул на месте, с точно таким же хлопком превратившись в третьего дракона, полетел на помощь. Вот только кому - Феде, или полиморфу? Боюсь, что второму.
        Из домика выскочила Сина, уже облачённая в свой боевой костюм. Одна рука костюма на глазах трансформировалась в устрашающую пушку с широким раструбом. Второй рукой девушка ткнула куда-то справа от двери, и домик сложился, вновь представ в виде летающей платформы.
        - Подожди меня! - крикнул я, слабо представляя, какая может быть от меня польза, но, не намереваясь отпустить её одну в самое пекло схватки.
        Сина не расслышала, или тоже не хотела брать меня без защиты и оружия в бой и вскочила на платформу. Бросив Добрыне и Варежке, чтобы не смели высовываться, я в несколько прыжков достиг платформы и в последний момент вскочил на неё, больно ударившись пятками о взлетающую поверхность.
        Платформа скакнула вверх, очутившись над верхушками лесных великанов. И я увидел битву ящеров. Драконы плевались огнём, не приближаясь друг к другу на расстояние удара лапы или хвоста. Два из них, естественно, атаковали третьего. Но вот - кто из них - кто?
        Подожди, не стреляй! - крикнул я Сине, пытаясь сообразить, как различить Федю. Если гоблин всё же полетел на помощь именно ему, у нас был шанс подбить кого-то из друзей.
        Между тем, обороняющийся ящер явно сдавал позиции. Левое крыло - не пораненное, а скорее обожженное, явно слушалось хозяина с большим трудом. Дракон всё ниже и ниже опускался к вершинам деревьев. Ещё чуть-чуть, и он просто запутается в кронах. Крикнуть что ли, в надежде, что Федя обернётся первым, услышав своё имя? Нет - далеко - не услышат.
        И тут из за моей спины раздался короткий, быстро набравший силу и резко оборвавшийся свист. Не успев оглянуться, я увидел в действии оружие мегенок. Один из нападавших драконов в мгновение ока был, как будто иссечён на части. Словно гигантские лезвия прошли его насквозь, порвав ящера на ленточки.
        - Как Тузик грелку… - поражёно выдохнул я.
        Куски, бывшие ещё недавно агрессивно настроенным драконом, начали падать вниз, но, не успев коснуться деревьев, превратились в облачка серого тумана. Части полиморфа дёрнулись, было друг к другу, пытаясь воссоединиться в единое целое, но, видимо повреждения были слишком сильны, и они развеялись безвредной дымкой.
        Я обернулся на девушку. А что если она ошиблась?
        Правильно прочитав выражение моего лица, она напомнила:
        - Взгляд сути. Я не могла ошибиться.
        Между тем второй атакующий дракон замешкался, поражённый скорой гибелью напарника, чем не замедлил воспользоваться Федя. Рванувшись вверх на пределе сил, он настиг врага и сомкнул гигантские челюсти на основании его шеи. Располовиненная на две неравные части туша камнем устремилась вниз, но, тоже не достигнув леса, попала под контрольный выстрел Сины и, превратившись в дымку, исчезла под порывом утреннего ветра.

* * *
        Чистая победа!
        Блин! Какая, к лешему, победа?! У нас же на поляне ещё один полиморф остался!
        - Сина! Быстрее на поляну, - крикнул я. - Возможно у нас проблемы.
        Девушка кивнула и развернула платформу, заходя на посадку. Дракон (откуда только силы взялись?) набрал ускорение, так что приземлились мы вместе.
        Как выяснилось, мои опасения были напрасными. Оставшаяся на поляне вторая часть полиморфа, а вернее - ещё один полиморф и не думал ни на кого нападать. Более того - он превратился в человека. Когда мы сошли с платформы, то увидели лежащего прямо на траве мужчину лет пятидесяти на вид. Кошка лежала у него на груди, проводя сеанс мурчательной терапии, пёс пристроился на земле рядом, время от времени проводя языком по руке незнакомца. Сразу стала понятна причина, по которой мои звери проявили такую трогательную заботу. Лежащий на земле был предельно истощён. Я не знаю, по какой причине он выбрал человеческий облик - может потому, что хотел произвести наиболее благоприятное впечатление, показать, что он не опасен, а может для того, чтобы побыстрее наладить с нами контакт, но ничего, кроме жалости в настоящий момент он не вызывал.
        - Белиасор-тва-а-три-тириест, - в непонятной фразе дракона, принявшего человеческий облик и подошедшего к нам, прозвучало столько почтения и восхищения, что я дёрнул его за рукав и вопросительно изогнул бровь, прося пояснений.
        - Учитель, - благоговейно выдохнул дракон. Слово "учитель" прозвучало не просто с заглавной буквы - оно как будто всё из них состояло.
        - Твой учитель? - не понял я. Федя отрицательно помотал головой.
        - Не мой, хотя я бы с удовольствием у него поучился. Хоть чему-нибудь. Он - ректор самой большой и уважаемой академии в известной части континуума.
        - Во как! - впечатлился я. - А в самом начале ты что сказал? Ну, вот это - беле… бели…
        - Белиасор-тва-а-три-тириест, - повторил дракон. Это его имя. Хотя, чаще его называют Учитель Белиас.
        - Что-то молод он для такого поста, или он внешность как перчатки меняет? - засомневался я, глядя, как Сина, выскочив из костюма, принялась оказывать Белиасору первую помощь - растирать ладони, виски, слушать сердце и вообще - совершать те манипуляции, которые положено делать в подобном случае.
        - Нет, что ты! Сколько ему лет даже я не знаю. Но - очень много.
        - Но, он точно полиморф?
        - Да. Хотя чаще всего его видят именно в этом облике.
        - Может другой прикинулся, чтобы таким образом обмануть нас? - моя подозрительность явно хромала на обе ноги, но неприятные сюрпризы уже, честно говоря, достали.
        - Вряд ли… - Федя, казалось, не сомневался в личности лежащего перед нами существа. - Никто не осмелится прикидываться Учителем, если не боится далеко идущих неприятных последствий.
        Я хотел, было, возразить, что злодеи не побоялись даже продержать его в плену, причём не в самых благоприятных условиях, но тут Белиас открыл глаза.
        Ух, ты! Несмотря на сильное истощение, его взгляд был наполнен такой мудростью и добротой, что любой советский художник середины двадцатого века пригласил бы его попозировать для картины "Мудрый рабочий/колхозник наставляет советскую молодёжь на путь строительства коммунизма", а то и самого дедушки Ленина. Что-то я чересчур ёрничаю. Нехорошо это.
        Сина метнулась к своему костюму и вернулась, держа в одной руке флягу с водой, а в другой устройство, напоминающее инъекционный пистолет. Белиас взял воду, а вот от укола отказался, слабо покачав головой и жестом отводя от себя руку девушки.
        - Сина, не надо, подтвердил я молчаливую просьбу полиморфа.
        - Почему, - удивилась она. - Это же безвредный общеукрепляющий раствор. Как раз для таких случаев.
        - У него другой метаболизм. Кроме воды он ничего общего с нами не употребляет. Ты его можешь запросто убить. Вот если бы осталось что-то от Кормоеда, можно было хотя бы накормить учителя. Раз он тоже оказался полиморфом.
        - Это не… - Белиасор откашлялся. Видно было, что слова даются ему с трудом, - не Кормоед.
        - Да мы уже поняли, - сказал я. Полиморф согласно кивнул. После чего продолжил:
        - А инъекцию можно сделать. Только чуть позже. Вы наверно не знаете, молодой человек, - как бы ни был обессилен Белиасор, лекторский тон у него включился автоматом. Вот что значит - мастерство не пропьёшь! - но особенность моей расы состоит в том, что когда мы принимаем чей-то облик, то принимаем его полностью - со всеми физиологическими особенностями. Включая химическое строение и, соответственно метаболизм. Просто мой организм настолько обезвожен, что лекарство сейчас будет бесполезно, если даже не вредно.
        Произнеся такую длинную для ослабленного существа речь, Белиас обессилено закрыл глаза. А до меня дошло - грибы! Раз уж ему подходит человеческая пища, то грибы уж точно не навредят. А силы-то восстанавливать надо!
        Бросив взгляд на куртку, я с огорчением убедился, что проглот Федя успел до боя подчистить все наши запасы. Но в этом не было ничего страшного - достаточно отойти на несколько шагов. Я отправился за пополнением добычи. Девушка, оставив на время пациента, присоединилась ко мне. Вдвоём мы быстро набрали две охапки грибов - даже излишне много, на мой взгляд - вряд ли он сможет в таком состоянии съесть столько. Полиморф благодарно кивнул и начал поглощать предложенное угощение. Несмотря на слабость и отсутствие приборов, он умудрялся делать это настолько аккуратно и интеллигентно, что создавалось впечатление, будто он находится на светском приёме во главе торжественного банкета. Да - такие мелочи говорят о многом и, порой, убеждают лучше всяких слов.
        Ну вот - кажется, всё обошлось. Взглянув на Сину, я понял, что поспешил с выводами. Подавленно-грустное выражение на её лице ясно говорило о том, что что-то не в порядке.
        - Сина, девочка, тебя что-то беспокоит?
        - Да, - казалось, что она мрачнеет с каждой секундой. - Я думаю, что нас засекли пограничники. Во время боя драконы слишком далеко улетели от укрытия, и вышли из зоны действия активной защиты.
        Плохая новость. А самое главное, что ничего не поделаешь - Сутки ещё не прошли. Кстати!
        - Варёк! - обратился я к кошке. - Таймер ты наш, четвероногий, сколько там до конца суток осталось? - Варежка ненадолго задумалась.
        - Чуть меньше часа…
        - Местного, или земного? - тут же уточнил я.
        - Местного. - с сожалением констатировала кошка.
        - Плохо. - я обратился к Сине. - Как быстро реагируют ваши СОБРовцы?
        Она, естественно не поняла незнакомой аббревиатуры, но сориентировалась по контексту:
        - Не более двух часов.
        - Значит, у нас есть шанс.
        - Очень маленький. Обычно два часа - это прибыть в самый удалённый район. А мы очень близко от столицы.
        - Но, не факт, что нас засекли. По крайней мере, не на сто процентов.
        Сина с сомнением покачала головой. Похоже, она смирилась. Я привлёк девушку к себе и стал нежно гладить её по голове, успокаивающе перебирая прядки пушистых волос. Она ответила на нехитрую ласку, доверчиво прижавшись ко мне, как бы ища утешения и защиты.
        - Не волнуйся, маленькая, - тихонько прошептал я. - прорвёмся. И не из таких передряг выходили.
        Сина молчала, но явно почувствовала себя увереннее. А вот я, наоборот, начал волноваться. Что успеет быстрее - стрелки часов, отмеряющие суточную блокировку способностей, или мегенки, разъяренные вчерашними событиями? Оставался ещё маленький шанс, что нас примут за обычных нарушителей межмировой границы и пришлют не группу захвата, а обычный пограничный развод. Что даст возможность ещё потянуть время.
        Я обратил внимание на Белиасора. Ему явно стало лучше. Он исподтишка с лёгкой полуулыбкой с интересом переводил взгляд с меня на Добрыню, Варежку и обратно, как будто изучал, оценивал. Сообразив, что он не будет против беседы, я подошёл к нему и устроился рядом на траве, потянув Сину за собой.
        - А скажите, учитель, - выбрал я наиболее уважительную форму обращения. - Вы сами-то можете объяснить, что произошло. Или находясь в плену у вас не было возможности отслеживать события?
        - Ну, почему же? - полиморф явно оживился. Похоже, что он ждал того, что я попрошу объяснений. - А что вас, молодой человек, конкретно интересует?
        - Всё. Если вы могли наблюдать за событиями, то прекрасно знаете, кто я такой и зачем пошёл с этой компанией. И то, что информации мне частенько катастрофически не хватает.
        - Согласен. Но сразу хочу предупредить, что не всегда имел возможность следить за происходящим. Дело в том, что никто из моей расы, пожалуй, кроме меня, не может долго находиться в состоянии покоя. По крайней мере, так долго, как вы наблюдали за время путешествия. Поэтому мои пленители время от времени менялись ролями, когда их никто не видел. А чтобы исключить малейшую возможность моего побега, на время смены обликов они меня усыпляли. С гарантированным запасом. И то, что я сейчас нахожусь немного не в форме, объясняется не пленом, не тяготами пути, а тем, что так долго находился в аморфном виде. Поэтому они так спешили - им обязательно надо было донести меня живым до пункта назначения. Впрочем, мы отвлеклись. Давайте я всё расскажу с самого начала. Итак…
        Белиасор рассказывал действительно со всеми подробностями, поэтому рассказ получился долгим и весьма занимательным, позволив нам хотя бы на время отвлечься от нависшей угрозы нападения. Если пересказывать вкратце, то дело было в следующем…
        Раса полиморфов была одной из самых древних разумных рас континуума, если не самой древней (Федя недоверчиво хмыкнул, но вмешиваться в повествование не стал). Когда начали появляться молодые расы, полиморфы, на правах "старших братьев" попытались взять под контроль развитие событий - по сути, захватить главенствующую роль в континууме. Однако молодые выскочки и не подумали подчиниться. Они попросту плевали на все притязания туманников. Конечно, можно было бы объявить войну и силой попытаться установить свои порядки, но всё дело в том, что полиморфы, обладая значительной продолжительностью жизни, были весьма немногочисленны, по сравнению с остальными.
        То, что они опережали других в развитии - культурном, техническом и магическом могло позволить им устроить показательный геноцид для отдельно взятой расы. Но не было никакой гарантии, что остальные, устрашённые жестоким примером не объединяться и не нанесут туманникам значительный урон. А жертвовать собой ради доминирования в континууме не хотелось никому. Тем более, что высокий уровень жизни вкупе с долгожительством делал каждого туманника весьма ценным субъектом. В первую очередь для него же самого.
        Полиморфы затаились, при этом, не оставляя своих наполеоновских планов. Они пробовали пойти политическим путём, пробираясь на крупные и даже правящие должности в различных мирах под личиной аборигенов. Но стоило только такому руководителю заявить о доминантной роли чужой расы, его тут же переставали понимать. В лучшем случае - поднимали на смех.
        В конце концов, среди полиморфов начали появляться те, кто решил, что противостояние молодым расам ни к чему хорошему не приведёт. Представители этой группы инакомыслящих видели, что раса, посвятившая себя одной единственной, притом совсем не благой цели, постепенно вырождается. Как в духовном плане, так и в научной, магической и прочих сферах.
        Оппозиция вновь вышла в континуум, но уже как настоящие старшие товарищи - в качестве наставников, коллег, друзей. За долгую историю сотрудничества, многие туманники добивались того, чего другие не смогли достичь силой или хитростью. И Белиас был ярким тому примером. Он очень гордился тем, что заслужил своё почётное звание и уважение представителей многих рас.
        Но представители старых методов, а таких, к сожалению, оказалось большинство, не успокаивались. Они устраивали различные провокации, плели интриги… в общем, мешали остальным жить и портили добрую репутацию своих соплеменников.
        И вот, несколько лет назад, к Белиасору обратились двое представителей его расы. Именно из числа тех, кто придерживался старых убеждений. Они попросили пройти курс обучения в его академии, мотивируя это тем, что готовы изменить свои взгляды, но хотят поближе и инкогнито понаблюдать за другими представителями разумных. Учитель согласился, но для себя решил постоянно присматривать за ними. Во избежание, так сказать.
        Годы шли, но двое его новых студентов вели себя просто замечательно, если не сказать - образцово. Один из них обучался в облике человека, а второй - гнома. Они вполне мирно общались с преподавателями и другими студентами. И когда подошло время их выпуска, Белиасор вздохнул с облегчением - всё сложилось именно так, как и говорили полиморфы вначале.
        Как оказалось, расслабился он зря. Обучение в акадении нужно было этим двоим только с одной целью - приглядеться к Учителю, изучить его характер, привычки, поведение - всё, что могло быть однозначно идентифицировано с Белиасором. Дождавшись выпуска, и тем обеспечив себе дополнительное алиби - мало ли куда направляются дипломированные выпускники академии, они хитростью захватили ректора в плен, намереваясь избавится от него в каком-нибудь затерянном мире. В то время, как один из них удерживал пленника, второй, прикинувшись ректором объявил, что отправляется в соседний сектор, для проведения изыскательской экспедиции. Только, из экспедиции они должны были вернуться уже без настоящего ректора. Но с его двойником, настроенным при этом враждебно к другим расам. А поскольку Белиас обладал на своём уровне значительной властью и авторитетом, то с помощью его образа можно было бы добиться многого. Ну, или, в крайнем случае, просто дискредитировать идею сотрудничества полиморфов с другими разумными. Для путешествия был нанят гоблин - проводник. Тем более, что сами аферисты способностью проводников не
обладали.
        - Всё это понятно, - резюмировал я. - Не ясно, только - почему нельзя было избавиться от вас прямо на месте, не покидая стен академии?
        - О, бесшумно это провернуть весьма непросто. Я хоть и находился в заточении, но случись прямая угроза моей жизни, мой организм, помимо моей воли сам бы начал активно сопротивляться. И это - поверьте - весьма не тихий процесс.
        - Тогда зачем им сдались мы с Добрыней и Варежкой?
        - А это уже просчёт самих заговорщиков. Они настолько торопили настоящего Кормоеда, стремясь побыстрее достичь неизученных, а от того пустынных в большинстве своём миров, что гоблин, желая угодить клиентам, бросился на поиски хоть какой-то возможности ускорить путешествие. Так он и наткнулся на вас. А вот когда Кормоед решил взять с собой и дракона, похитители заволновались. Они попытались было отговорить проводника от участия в походе Феди, но тот стоял на своём - видимо уже наобещал дракону совместное путешествие.
        Вот тогда они и подменили настоящего гоблина, похитив его вещи и выдав за него второго полиморфа. Всё это происходило ещё в гостинице вампира, поэтому прошло мимо вашего внимания. К сожалению, судьба настоящего гоблина, скорее всего, печальна. В дальнейший путь вы отправились уже с лже-Кормоедом, но это уже не беспокоило туманников - в команде появился новый проводник.
        Тут же они скорректировали планы, с учётом новых членов группы. Было решено инсценировать смерть Кормоеда, попутно избавившись и от меня. Тогда вместо трёх полиморфов осталось бы только два, и назад можно было бы возвращаться, по очереди прячась один в другом, восстанавливая силы, когда никто не видит - просто на время удаляясь от группы, прикрываясь какими-нибудь незначительными причинами. Вы же были дополнительной гарантией их алиби - такие авторитетные свидетели - команда манипуляторов и дракон.
        Им оставалось только дождаться удобного мира, чтобы закончить свой план, но Добрыня вёл таким маршрутом, что для его осуществления всё не представлялось никакой возможности. И только благодаря счастливой случайности в лице этой замечательной девушки замысел заговорщиков раскрылся, и им пришлось вступить с вами в битву.
        - То есть вам просто повезло? - нарушил я установившееся молчание. Спросил просто так - всё было ясно и без дополнительных комментариев. Просто во время разговора немного забывалось о нависающей опасности. Очень не хотелось тупо сидеть и ждать. Хотя…
        - Да, - ответил Белиасор. - Хотя после вашего присоединения к группе вы так регулярно нарушали их планы, не вписываясь в стандартную логику поведения…
        - Подождите! - перебил я полиморфа. Хоть это было и невежливо, но поднять шансы на спасение было гораздо приоритетнее. - Варёк, сколько ещё осталось?
        - Минут двадцать пять примерно…
        - Сина, - переключился я на девушку. - Так какого мы сидим на одном месте? Давай стартуем и полетим ещё дальше от столицы. Даже если нас засекут, это будет дополнительный шанс. Ведь ещё догнать надо.
        - Но с воздуха невозможно уйти в другой мир, - попробовала возразить она.
        - Не волнуйся - это уже не твоя проблема. Поверь, я знаю что делать.
        В глазах девчонки зажёгся робкий проблеск надежды. Она моментально приняла решение.
        - На платформу все. Живо!
        Мы подхватились, и чуть не столкнувшись лбами вскочили на летательный аппарат, который немедленно взмыл в воздух. Сина задала маршрут и повернулась ко мне.
        - Молодец, подбодрил я её. Теперь мы точно прорвёмся!
        - Да… я так рада, что вы уйдёте. Меня, правда скорее всего теперь вычислят… но я что-нибудь придумаю.
        Я так и застыл с открытым ртом.
        - Подожди, подожди. Как это - вычислят? Ты что - собираешься остаться?
        - Ну… да. А как же иначе? Из женских миров не положено переходить в…
        - Да забудь ты ваши бредовые порядки! - я почти сорвался на крик. - Ты пойдёшь со мной - в мой мир, слышишь? Не в дурацкие мужские миры внутри вашего ненормального домена, а в обычный мир. Вместе со мной! Я тебя здесь не оставлю!
        Не смотря на то, что я орал, как потерпевший, Сина с каждым словом оттаивала всё больше.
        - Ты… ты хочешь меня… выбрать?
        - Да я тебя уже выбрал. Там - на площади… Самое главное - ты сама-то хочешь сбежать отсюда?
        - Хочу. Теперь хочу.
        Уф-ф! Вот и договорились. Осталось совсем чуть продержаться. Если повезёт - уйдём коридором. А нет - ради такого случая я не собираюсь скрывать то, что мне известна тайна телепорта. И пусть потом хоть все умные головы в континууме устроят на меня охоту. Нужен им телепорт, так пускай получат. Если сумеют разобраться - как я это делаю.
        Не успели. Совсем немного. Когда по подсчётам Варьки оставалось около семи минут, нас накрыли. Причём в прямом смысле этого слова. Когда эта штуковина вынырнула из-за горизонта, я, поначалу, принял её за обычный самолёт. Но с какой-то нереальной скоростью это настигло нас, превратившись из серебристой полоски в какое-то жуткое подобие космических линкоров, как их любят изображать в буржуйских киноэпопеях, наподобие "Звёздных войн". Нет - эта махина всё же не была размером в несколько километров, но и двухсотметровая в длину громадина, бесшумно зависшая у нас над головами, производила неизгладимое впечатление. В первую очередь она подавляла. Ну что, скажите, можно противопоставить металлической штуковине, по сравнению с которой ощущаешь себя даже не мышью рядом со слоном, а муравьём, рядом с динозавром. И всё это счастье зависло прямо над головой.
        Сина с убитым видом, даже не дожидаясь никаких действий со стороны противника, повела нашу платформу на посадку. Как только мы коснулись земли, от металлического монстра отделились три небольших воздушных катера, и начали стремительно снижаться, Захватывая нас в центр получившегося треугольника.
        - Стрелять будут? - спросил я у девушки. - Или сначала поговорят?
        Она отрицательно покачала головой, и не понятно было - на какую именно часть моего вопроса. Желая подбодрить Сину, я попытался обнять её за плечи, но сделать это в то время, когда она была облачена в боевой костюм - получилось не очень.
        - Давай сыграем в заложницу? Скажем, что это мы тебя захватили…
        - Они уже всё знают. Мне только что по внутренней связи пришёл приказ не сопротивляться.
        - Варька?
        - Две минуты. - кошка даже не сомневалась в сути моего вопроса.
        - Должны продержаться. Добрыня, если что - сможешь вывести куда-нибудь, где хоть на этот раз будет действительно безопасно?
        - Наш следующий мир по маршруту - вообще пустыня. А других вариантов я пока не чувствую. Две минуты…
        Десантные боты коснулись земли и из них посыпались амазонки, все как одна в боевых костюмах, наподобие костюма Сины. Явно в боевом режиме. Повторять участь туманников не хотелось. Из мега-железяки, до сих пор висящей наверху, раздался усиленный голос:
        - Внимание группе подозреваемых в терроризме. Не пытайтесь оказать сопротивление, иначе будете уничтожены. Не пытайтесь начать переход - все станции Мегены блокированы. Сложите оружие и дожидайтесь группы захвата.
        Эх! Брюса Уиллиса бы сюда - он бы заценил.
        А дальше случилось то, что никак не должно было случиться.
        - Время! - выкрикнула Варька.
        Но я даже ничего не успел предпринять, как Сина, крикнув что-то неразборчиво-ругательное в адрес висящей над головой туши, выстрелила по ней из своего встроенного излучателя.
        Выстрел не причинил ни малейшего вреда монстру, но в ответ ударил ослепительный луч кислотно-зелёного цвета и на миг окутал фигуру девушки.
        - Щит! - рявкнул я. - Щит! И ещё раз - щит!
        Три невидимых волны, заключив нашу группу в непроницаемую сферу, разошлись от нас, разметав нападающих амазонок вместе с десантными ботами. Девушка, похоже, не пострадала. Видимо я вложил на эмоциях такой запас силы, что даже недо-линкор подбросило в воздухе, заставив перекувырнуться, как бабочку под порывом ветра.
        - Всё, уходим! Добрыня - веди!
        Вот только пёс не стал срываться с места, грустно смотря куда-то мне за спину.
        - Сина… - тихо сказал он.
        Я резко обернулся, ожидая увидеть самое страшное, но то, что открылось мне, было скорее непонятным. И не менее опасным.
        Сина таяла на глазах. Просто становясь всё более и более прозрачной. Не похоже было, что она испытывает какие-то страдания, но непонятное оружие амазонок всё же достало её, и теперь происходило что-то, с чем я не знал, как бороться.
        Бросившись к девушке, я попытался схватить её за руку, но не почувствовал ни малейшего сопротивления - моя рука просто прошла насквозь.
        - Варька, что делать? - в панике обратился я к единственной в нашей компании, кто мог хоть как-то помочь с информацией. Кошка на миг замерла.
        - Уходим!
        - Ты что - совсем озверела? - заорал я. - Я её здесь не оставлю.
        - Поверь, с ней ничего не будет. Ей сейчас никто не навредит. Чем скорее мы уйдём, тем быстрее вернёмся.
        - Да что это, в конце концов, такое?
        - Временной стазис. Всё - потом объясню. Они сейчас возьмутся за нашу защиту.
        И действительно, в первый слой защиты прилетело что-то очень сильное, заставив завибрировать даже почву под ногами. Сфера пока держалась.
        - Что?! Да я их сам сейчас…
        Приготовившись устроить маленький армагеддец местного масштаба, я сотворил какой-то нереальный по мощности пульсар, еле удерживая его между раскрытыми ладонями. Бросил взгляд на девушку, чтобы набраться решимости - ведь до сегодняшнего дня мне не приходилось вот так просто уничтожать разумных. Почти полностью прозрачный силуэт как-то жалобно покачал головой и я скорее почувствовал, чем услышал, как она прошептала: "Не надо…"
        На моё плечо легла сильная рука.
        - Кошка права, - окрепший голос Белиасора вывел меня из мгновенного ступора, - сейчас уже ничего не сделать. Уходим. Я тоже помогу, но - потом.
        Я развеял пульсар, ощущая полную опустошённость, посмотрел на Добрыню. Пёс отрицательно мотнул мордой:
        - Я не вижу Пути. Нас действительно блокировали.
        - Хорошо, - подавленно сказал я, - держитесь все за меня - я ещё точно не знаю, как это сработает.
        Наша команда, не задавая лишних вопросов, ухватилась за мою одежду. Даже пёс схватился зубами в край куртки. Варька запрыгнула на плечо и вцепилась когтями. Я сотворил коробок со спичкой, и, максимально чётко представив окрестности гостиницы вампира, активировал телепорт. Только бы все прошли! Бросив взгляд на то место, где несколько секунд назад растаял силуэт Сины, я сделал шаг вперёд. Обязательно вернусь за тобой, девочка!
        Яркая вспышка за спиной, внезапно накатившая слабость. Мои ноги подкосились, под немыслимой тяжестью и…
        …следующий шаг был сделан уже по синему песку Шмокодявки-34. Слабость отступила, как будто её и не было.
        Убедившись, что мои товарищи благополучно миновали портал, я побрёл к заведению Самана. На душе было гадостно, а в голове было - пусто. Только одна злорадная мысль о том, что Мегенкам всё же придётся менять своё мировоззрение. Да и не только им. То-то, наверное, у них сейчас все на ушах стоят.
        Мои спутники, понимая, что меня сейчас лучше не трогать, деликатно молчали. Но я сам первым нарушил тягостную тишину:
        - Варька, - обратился я к кошке. - Рассказывай, наконец, что это за стазис такой?
        - Я не очень-то хорошо разобралась - времени было совсем чуть - но Сину просто "заморозили" во времени. - Варежка сочувственно лизнула меня в ухо. - Сейчас ей ничего не грозит - она осталась в той же секунде, когда перестала восприниматься и нами. Для неё это как сон без сновидений - просто закрыла глаза, а потом открыла. И всё.
        - Но… если мегеры до неё доберутся…
        - Не доберутся. У них просто нет таких технологий. Для них она уже мертва.
        - А для нас?
        - А у вас есть кое-что получше, молодой человек, - бодрым голосом вмешался Белиасор. - У вас есть магия. И не просто магия, а магия манипуляторов.
        - Ага! Которой я практически не умею пользоваться.
        - Ну, знаете, Василий - вы же позволите мне называть вас по имени? Так вот - та скорость, с которой вы осваивали свои новые способности говорит о том, что вы легко пройдёте первоначальный курс обучения. За ту услугу, что вы мне оказали, я лично прочитаю вам вводный курс. Я понимаю, что сейчас вы готовы всё бросить и вернуться за своей девушкой, поэтому обещаю, что обучение будет недолгим. Но, надеюсь, что потом вы вместе с ней вернётесь в мою академию и продолжите своё образование. Тем более, что… Хотя, нет… По-поводу телепорта - никому пока, по возможности, не демонстрируйте своё умение. Если не возражаете - мы потом обсудим эту замечательную способность. Я-то вполне умерю своё любопытство, а вот некоторые мои коллеги… простите - я не о том, что-то. Так вы принимаете моё предложение?
        Уверенная речь учителя (уж простите, уважаемый Белиас, но я пока не готов произносить это слово с особым пиететом) немного взбодрила меня. В непроглядной тьме будущего забрезжил тоненький лучик надежды.
        - С ней точно ничего не случится? - как заклинание повторял я про себя, видимо в очередной раз, произнеся фразу вслух. Белиасор успокоил меня:
        - Доверяйте своей кошке. Насколько я мог за вами наблюдать - ваша команда уникальна. Мне будет очень интересно с вами сотрудничать. Естественно, когда вы сочтёте нужным вернуться в академию.
        Понимая, что меня всё-таки убедили, я поднялся на крыльцо и взялся за ручку двери. И ещё не видя вампира в полутьме холла, я услышал его громкий облегчённый возглас:
        - Вы вернулись! Наконец-то!
        Выскочивший из-за стойки вампир бобриком подкатился к нам, стараясь одновременно пожать всем руки, погладить кошку и почесать пса за ухом.
        - С чего бы такая радость, клыкастый - или сидишь без клиентов? - дракон добавил в вопрос сарказма, но с удовольствием похлопал Самана по спине. - Колись - что случилось?
        - Случилось? - удивился вампир. - Скорее это у вас что-то случилось. Вы же вернулись без гоблина…
        - Что с ним? - перебил я хозяина гостиницы. - Тебе что-то известно?
        - Да… - Саман печально покачал головой. - Его нашли через день после вашего ухода. Без сознания. Возле норы пустынника. Я вначале подумал, что это ваших рук дело, потом вспомнил, что вы же сами пустынника того - ликвидировали. Честно говоря, я думал, что вы за ним вернётесь раньше.
        - А сейчас-то что? Пришёл он в себя? - я не стал вдаваться в подробности о том, что у нас был ещё один Кормоед - судьба настоящего гоблина требовала более срочного участия.
        - Нет, к сожалению. Он очень ослаб, но пока держится. Приходится кормить его практически искусственно.
        - Так чего же мы ждём? Веди скорее! Правда, я ещё не знаю, как ему помочь… - я вопросительно посмотрел на серую энциклопедию.
        - Пойду я, - решил Белиасор, с хлопком трансформируясь в аморфную форму. - Мне, кажется, известно, в чём там дело.
        Вампир буквально взлетел по лестнице, показывая дорогу туманнику. Через минуту он, осторожно ступая, вернулся к нам.
        - Ну что? - Дракон не меньше моего был озабочен состоянием проводника.
        - Кажется всё в порядке. Скажите - а это с вами не…
        - Он самый. - подтвердил Федя.
        - Тогда можно не беспокоиться. Гоблину повезло.
        - Слушайте, а какой смысл был оставлять Кормоеда около норы червя? Если я правильно понимаю - он гоблинов не ест. - Добрыня задал тот вопрос, который и у меня вертелся на языке.
        - Не ест, - согласился вампир. - Только и посторонних у своего логова не потерпит. Он его просто бы раздавил, или утащил под поверхность.
        В этот момент на лестнице показался полиморф, вновь принявший человеческое обличье.
        - Как он? - спросили, кажется, все мы одновременно.
        - Спит, - коротко ответил туманник.
        - Но у него всё в порядке? - не сдавался дракон.
        - Успокойся. Просто к нему применили то же, что и ко мне, когда держали в плену. А поскольку у него всё же другая сущность, без моей помощи, или помощи другого полиморфа, сам бы он не справился. Спасибо, - обратился он к вампиру, - что поддерживали его, не позволяя полностью истощиться.
        Наконец мы вздохнули с облегчением. Не смотря на собственные злоключения, гоблина было жалко. Честно говоря, я и не надеялся, что злыдни оставят его в живых. Да они, собственно, и не планировали этого делать. Значит - судьба у него дальше мотаться по континууму.
        Мы расположились за столом, решив сделать небольшую передышку, заодно дождавшись пробуждения гоблина, а вампир на радостях таскал с кухни всё новые и новые яства, и, словно вознаграждая и себя за длительные переживания болтал о какой-то ерунде без умолку. А на меня опять накатила меланхолия. Я опять осознал, что хоть нам и удалось невредимыми вернуться из этой крайне неприятной афёры, но Сина, хоть ей по убеждению кошки и Белиаса ничего не угрожает, всё равно осталась там. А не здесь - со мной вместе. Ну, погодите же, мегенки, устрою я вам сексуальную революцию!
        КОНЕЦ 1 ЧАСТИ.
        Часть 2
        Пролог
        Доблестный страж свистка и полосатой палочки Иван Гайбидода скучал на посту. Пост был большой, стационарный и прокуренный. Двое напарников уехали ставить радар, да только вот уже час, как куда-то запропастились. Наверняка припарковались где-нибудь на солнышке и рассматривают поспешивших разоблачиться к теплу гражданок. Поначалу Ваня обрадовался - отсутствие лишних глаз давало возможность немного подзаработать. Дело в том, что после аттестации, ликвидировавшей понятие милиции и принёсшей неоднозначное «полиция», да ещё и после смены областного начальства, колымить стало не в пример труднее. Однако время, проведённое на посту в одиночестве, не только не пополнило бюджет Ивана, но и окончательно испортило день.
        Из первой же остановленной легковушки вылезла такая колоритная, и к тому же шкафоподобная рожа, каких постовой не видал со времён лихих девяностых. И хоть придраться было к чему, правда, по мелочи, но он не рискнул, ограничившись проверкой документов.
        Вторая остановленная иномарка предвещала хороший куш. Компания молодёжи была хоть и в трезвом виде, но алкоголем из салона потягивало. Да и стёкла были тонированы по самое «небалуйся». Не успели в глазах гаишника зажечься алчные огоньки, как заднее стекло опустилось, и с сиденья ему приветливо подмигнул сын заместителя губернатора области. Гайбидода совсем расстроился и удалился на пост. Теперь, сидя в опостылевшей кирпичной коробке, он с тоской смотрел на потенциальных доноров и даже начал задумываться о смене профессии.
        Конечно, по большому счёту, менять деятельность он не собирался. В отличие от многих коллег, идея пойти работать в дорожную инспекцию пришла к нему не на ровном месте. В первую очередь - это была месть. Всем и всему. В детстве он очень страдал. Из-за своей фамилии. Как только не измывались сверстники, извращая, в общем-то, безобидную фамилию с южными, возможно даже с греческими, корнями. «Гай» моментально трансформировалось в «гей», «дода» превращалось в «додика» и «дундука», даже простое «би» вызывало кривые усмешки и подшучивания. Тогда маленький Ваня решил, что обязательно выберет такую профессию, что все обидчики будут ползать на коленях у его ног и, плача крокодильими слезами, горько раскаиваться в том, что в детстве посмели так плохо к нему относиться.
        Сначала он решил стать пограничником, завести огромную злую собаку и с её помощью отлавливать нарушителей, которые в детских мечтах все, как один, состояли из бывших сверстников. Правда, немного поразмыслив, он пришёл к правильному, хотя и неутешительному выводу, что вряд ли хоть один из них попадётся ему на границе. Тогда Ваня выбрал другую профессию - сыщик. Он же может работать в своём городе, а значит, высока вероятность встретить обидчиков. Оставалось одно «но» - для этого хотя бы некоторые из них должны вступить на путь преступности. И даже если бы такое произошло, то остальные всё равно остались бы безнаказанными.
        И только перед самым окончанием школы, Ивана осенила здравая мысль - надо всеми правдами и неправдами устраиваться в ГАИ. Отучившись год в ПТУ, он удачно проскользнул перед призывом в армию, успев зацепиться за должность стажёра в автоинспекции. Оттрубив положенное время старшим помощником восемнадцатого подползающего, Иван наконец-то вышел на большую дорогу. Причём в прямом и переносном смыслах.
        Поначалу всё складывалось как нельзя более удачно. И денежка по-чуть капала, да и бывшие «друзья» начали обзаводиться правами и автомобилями. Очень отрадно было останавливать таких товарищей. Они-то, поначалу, чуть не с объятиями лезли: «А ты помнишь?..». Иван помнил. Очень хорошо помнил. Поэтому, уезжали бывшие знакомцы уже не в таком радужном настроении. Если вообще уезжали - некоторым пришлось даже распрощаться с водительскими удостоверениями на какое-то время. Постепенно все знакомые Гайбидоды приучились объезжать пост, на котором он нёс свою службу. Тогда Иван начал проситься на выездные дежурства. Начальство удивилось - сидеть на стационарном посту считалось более престижным занятием, но просьбу удовлетворило. А злой инспектор продолжил своё чёрное дело, теперь уже по всему областному центру.
        Вершиной своей мести Иван считал случай, когда один из его детских обидчиков, по неосторожности решивший работать таксистом, плюнул на всё и уехал жить в другой город.
        Годы шли. Гаишник матерел и постепенно поднимался по служебной лестнице. Благодаря своей въедливости и умением вовремя поделиться, он был на хорошем счету у начальства. Это-то и сыграло с ним злую шутку. На одном из больших совещаний, высокое начальство, объявляя благодарность особо отличившимся инспекторам, оговорилось, и произнесло фамилию Ивана через «е» - Гейбидода. Взрослые люди тем и отличаются от детей, что открыто ржать не будут. Но шутку запомнили. Начавшиеся смешки и шушуканья за спиной вернули Ивана в детский кошмар. Только теперь бежать было не куда. Да и мстить коллегам оказалось гораздо труднее.
        Положение, как не странно, спасло правительство и счастливый случай.
        Во-первых, высочайшие начальники переименовали набившее оскомину ГАИ в государственную инспекцию безопасности дорожного движения. Во-вторых, они поменяли областное начальство инспекции. И вот, новый генерал, просматривая списки сотрудников, наткнулся на его фамилию. И сразу же отметил созвучность фамилии Ивана и новой аббревиатуры службы. Гайбидода - ГИБДД. С той поры дела Ивана резко пошли в гору. Он стал чуть ли не символом областной инспекции. Естественно, все шутки коллег были сразу забыты. Ещё бы - глумиться над хорошим знакомым и даже собутыльником генерала было чревато.
        А потом опять пришла беда - в очередной раз сменилось областное ГИБДДшное начальство. Новому генералу было «до лампочки» на всякие созвучия, и Иван снова попал на патрульную службу…
        Гайбидода прервал эти грустные размышления. Сидя на пятой точке, много не заработаешь. А поскольку напарников до сих пор не было, он решил ещё разок выйти к проезжей части и попытать удачу. Должно же ему сегодня хоть раз повезти.
        Глава 1. Посланник
        Что делают путешественники, вернувшись домой из опасного, полного приключений похода? Отдыхают, проспав сутки к ряду? Или зовут друзей и взахлёб рассказывают им о тяготах и лишениях? Не знаю. Я элементарно нажрался. До поросячьего визга.
        Вчера, выпроводив Кормоеда с Белиасором, решивших проводить меня до дома, а заодно захвативших две вещи - пакет с чесноком для Самана и моё обещание в ближайшем будущем появиться в академии полиморфа, я, поначалу решил завалиться спать. Несмотря на то, что всё моё существо требовало незамедлительно приступить к обучению у туманника, чтобы отправиться обратно на Мегену, дома оставались дела, которые требовали живейшего урегулирования, дабы избежать проблем в дальнейшем. Сон не шёл. Всё время перед глазами стоял манящий образ Сины, которая была бы сейчас со мной, если бы в последний момент сдержала себя и не начала палить по проклятой леталке. А уж здесь, в безопасности, мы уж точно б нашли, чем заняться. Без толку проворочавшись целый час и растравив душу, я встал и кровати, и, шлёпая босыми ногами, прошёл на кухню. Ссаженная с груди Варежка даже не проснулась. Ещё бы - теперь будет дрыхнуть сутки, не меньше.
        Включив свет, я начал перерывать закрома в поисках «успокоительного». Ничего подходящего не нашлось, если не считать почти пустой бутылки пива, стоящей в холодильнике с незапамятных времён. Решив, что таким количеством не стоит даже мараться, я вылил остатки в раковину и, одевшись, вышел на улицу. Там было мокро и зябко, накрапывал мелкий противный дождик - в общем мерзко. Добрыня тоже не спешил радовать меня своим присутствием - видимо следовал примеру Варьки. Решив, что такая погода полностью соответствует моему текущему состоянию, я даже не стал заводить машину, а отправился в магазин пешком, с чувством глубокого мазохистского удовлетворения.
        Через пятнадцать минут, промокнув до нитки, я стоял, выбивая зубами дробь перед витриной с горячительными напитками в круглосуточном магазине. Остановив свой выбор на пол-литровой бутылке виски, я окликнул продавщицу.
        - Чё надо? - даже не подумала трогаться с места она.
        - Да вот… - я ткнул пальцем в выбранный мною продукт.
        - За «вот» завтра приходи. После десяти ноль ноль… Ходют тут алкаши всякие. А нас потом штрафуют…
        Продавщица продолжила давно заученный монолог, а я в растерянности посмотрел на часы. Они показывали половину двенадцатого ночи. Ёлки! Как же я мог забыть? Запретили же продажу алкоголя в ночное время. Колдовать принципиально не хотелось. По утверждению вампира, такой алкоголь очень уступает полученному естественным путём. А где у нас сейчас можно раздобыть порцию-другую? Точно - Саман! Пусть не «у нас», но сейчас - точно.
        Прервав наполовину заслуженную нотацию, я заказал продавщице пять килограмм чеснока - ну и что, что гоблин уже понёс - пока он ещё Белиаса проводит и вернётся. Да и лишний запас не помешает.
        Я вышел на улицу. Огляделся, в поисках запоздавших прохожих. Позднее время и непогода сделали своё дело - в округе никого не наблюдалось. Всё же, отойдя в тень от освещённых окон магазина, я, больше не раздумывая, телепортировался к заведению вампира.
        - Что-то случилось? - встревоженный Саман выскочил из-за стойки. Ещё бы - совсем недавно тёплая компания, распрощавшись, покинула гостиницу, и тут возвращаюсь я - один, промокший и злой на весь белый свет.
        - Да нет - ничего особенного. Вот - принёс обещанный подарочек. Вторая порция прибудет с Кормоедом.
        - Ой, да не стоило так спешить! - несмотря на вежливость, высокий голос Самана дрожал от предвкушения, как только он понял, что у меня в пакете. - У меня ещё некоторый запас чесноковки остался…
        - Остался, говоришь? Это хорошо, - зловеще сказал я, протягивая вожделённый чеснок вампиру. - Вот запасом-то мы сейчас и займёмся!
        Началось всё хорошо. Саман закрыл входную дверь, благо посетителей уже не было, а потом быстренько утащил подарок в кладовку, вынеся взамен почти полную пятилитровую бутыль «запаса». Собираясь отлить немного в меньшую ёмкость, он выставил на стойку три графинчика - примерно на пол-литра, литр, и, немного поколебавшись, полуторалитровый. После чего вопросительно уставился на меня. Я небрежным жестом отмёл вышеуказанные ёмкости.
        - Оставляй всё - гулять, так гулять.
        Саман ещё больше засомневался, но перечить не стал, а, поставив бутыль на стол, метнулся на кухню и притащил мне целый поднос снеди. Потом ещё один - для себя.
        Мы сели за стол, и я, поднатужившись, приподнял бутыль и плеснул себе полный стакан - грамм на сто восемьдесят - чесноковки. Вампир посмотрел уважительно, но попросил его дозу уменьшить раза в два, а то и в три. Мы чокнулись. Вот интересно - во всех мирах существует такая традиция, или же хозяин, по наитию воспроизвёл незнакомый жест следом за мной?
        В отличие от первой дегустации, чесноковка уже не так сильно обожгла пищевод. Но в желудке тут же разгорелся мягкий пожар. Я впился зубами в хорошо прожаренную тушку кокобы, поймав уважительный взгляд вампира, оценившего объём пойла, поглощённый мною в один присест.
        - Рассказывай. - Саман явно догадался, что ночная пьянка затеяна мною ох как неспроста.
        - Сейчас. Только ещё по одной налью…
        - Мне пока не надо. У меня ещё есть.
        - Как скажешь, - не стал навязывать я, налив себе, тем не менее, ещё пол стакана.
        К середине моего рассказа Саман уже не отставал от меня ни по частоте, ни по количеству принимаемого на грудь горлодёра. А уже ближе к концу, к нашей компании присоединился и Федя, который, оказывается, не стал улетать на ночь глядя, а остался в гостинице.
        Покосившись на бутыль, я с ужасом заметил, что в ней осталось не более литра. Спасибо моему обновлённому организму - в прошлой жизни, даже не смотря на широту русской души, я бы уже точно лежал под капельницей. Да и сейчас всё уже было как в тумане. Я, тем не менее, потянулся за очередной порцией, но дракон, опередив меня, выхватил ёмкость и одним махом осушил её прямо из горла, присоединяясь к сомнительному удовольствию.
        А вот что было дальше - помнилось смутно. Кажется, дракон учил меня плеваться огнём, и у меня это, как ни странно, получалось. Потом Саман, впечатлённый вспыхнувшим, благодаря нашим с ящером совместным усилиям, столом, потребовал немедленно привести к нему Добрыню, чтобы, не сходя с этого места, передать ему способность перемещаться во времени, а потом, всем вместе идти на Мегену и устроить там всем козью морду. Я возразил, что пёс сейчас отдыхает и мне жалко тащить его на Шмокодявку. Поэтому, мы сейчас быстренько собираемся и идём ко мне. Дракон с вампиром согласились, причём последний, сбегав куда-то, притащил ещё одну бутыль с чесноковкой, как он выразился, из самых неприкосновенных запасов.
        Проснулся я дома, на своей кровати. На часах значилось начало второго дня. Голова трещала нещадно, а когда я попытался встать, то понял, что как минимум половина из потреблённого вчера алкоголя ещё не успела выветриться из организма, несмотря ни на какие супер-способности.
        Подняв взгляд к потолку, я обнаружил огромную летучую мышь, спящую в классической позе - вниз головой, вцепившись лапами в люстру. Дракон обнаружился тут же - свернувшимся прямо на полу, на холодном ламинате. Наполовину опустошённая вторая бутыль, стоявшая посреди комнаты, довершала живописную картину последствий вчерашней пьянки.
        Преодолев, хоть и с трудом, кроватное притяжение, я вышел на кухню, по пути окликая Варежку. Та уже сидела на своём законом месте, ехидным взглядом изучая мою помятую физиономию.
        - Варёчек, как же мне нехорошо, - проскрипел я, открывая холодильник в надежде наткнуться на неучтённую бутылку минералки. Таковой там естественно не оказалось.
        - Ну, ещё бы, - промурлыкала серая, спрыгивая на пол. - Я, собственно, ещё вчера знала, что тебя потянет на подвиги. Только понимала, что тебе необходимо оторваться по полной программе. Иначе бы никакого толку от тебя в ближайшее время не было бы. А так - спустил пар, и уже легче - верно?
        - Верно, - согласился я, прислушавшись к себе. Потом сотворил бутылку холодного нарзана для себя и мисочку с мясом для кошки.
        - А раз верно, то нечего тебе воду хлебать. Создай лучше какой-нибудь антипохмелин.
        - Как? Я же состав не знаю…
        Кошка, недовольная моей несообразительностью, фыркнула, на миг оторвавшись от завтрака - мол не маленький - догадайся сам. И вправду - чего это я? Пойдём по уже привычному пути. Что нам надо? Антипохмельное средство. Вот его-то мы и закажем. А уж из чего оно состоит - пусть уже континуум сам разбирается…
        Через полчаса, бодрый и здоровый, с совершенно трезвой головой, приняв прохладный душ и оставив спящих гостей на попечение четверолапой братии, я выруливал машину на дорогу, ведущую в город. От вчерашнего дождя не осталось и следа, и солнце шпарило вовсю - уже практически совсем по-летнему.
        Уже подъезжая к посту ДПС на въезде в город, я понял одну неприятную вещь - сотворённое мною средство хоть и полностью очистило организм от алкоголя, всё же одно последствие злоупотребления не ликвидировало - в замкнутом пространстве машины явственно ощущался запах перегара. Быстро нажав на кнопку открывания окна, я потянулся в бардачок за жевательной резинкой, уже видя, как мне навстречу выходит гаишник и призывно взмахивает полосатым жезлом.
        - Бу-бу бу-бу-бу-бу, - представилось низкорослое худое лопоухое недоразумение по какой-то ошибке влезшее в форму ДПС-ника. - Ваши документа, пожалуйста.
        - Чего-чего? Простите, начало не расслышал… - сколько раз езжу мимо этого поста, а такое чудо вижу впервые. Хорошо ещё, что хватило сил не рассмеяться.
        - Майор Гайбидода, - повторил он разборчивее. - Проверка документов.
        Ого! Майор на посту - явление не очень частое, хотя и встречающееся. Я порылся в бардачке и протянул майору документы. Тот начал их задумчиво листать, явно принюхиваясь к запахам в салоне автомобиля. Эх - надо было не окно открывать, а вылезти самому.
        - Что же это вы, Василий Михайлович, а? - начал он через некоторое время.
        - А что я?
        - Употребляли?
        - Что употреблял? - я решил прикинуться дурачком - авось прокатит. В любом случае при моих-то возможностях, отмазаться труда не составит. Только лишний раз светиться ни к чему.
        - Как это - что? Алкоголь…
        - А! - я изобразил радость студента, до которого наконец-то дошёл смысл вопроса на экзамене. - Употреблял, конечно.
        На лице инспектора пронеслась целая гамма эмоций: радость - ага, признался; недоверие - а чего это сразу признался; растерянность - а может это какая-то очень важная шишка, и зря я его останавливал. Но я ещё не всё сказал, к тому же придумал, как выйти сухим из этой ситуации, поэтому продолжил:
        - На Новый год употреблял, потом на 23 февраля, на 8 марта тоже корпоратив был…
        До майора начало доходить, что над ним некоторым образом издеваются, но, тем не менее, он уточнил:
        - А вчера? Или может быть даже сегодня?
        - Что вы, инспектор, сегодня - ни-ни.
        - А вчера?
        - Эх, товарищ майор! Что есть вчера? Для кого-то и год пролетает как один миг, а кому-то и пять минут - вечность. Вы знаете? - я перешёл на доверительно-таинственный шёпот. - Некоторые считают, что ещё даже не закончился седьмой день творения!
        - Пройдёмте со мной, Василий Михайлович! - прервал мой философский экскурс ДПС-ник.
        Пришлось вылезать из машины и плестись за ним вовнутрь поста. Уже на ходу я намагичил в кармане несколько капсул с антипохмелином, на этот раз не забыв добавить к нему эффект удаления перегара. На посту никого не было, что значительно облегчало исполнение придуманного мной сценария. Майор порылся в шкафчике и вытащил алкотестер и несколько запечатанных одноразовых трубочек к нему. Поколдовав над прибором, он требовательным жестом протянул его мне - дыши, мол! Едва тестер попал ко мне в руки, я сотворил прямо в трубке небольшое количество чистого спирта, ибо на все сто был уверен, что в организме алкоголя не осталось. Набрав полные лёгкие воздуха, я прилежно подул в трубочку. Прибор запищал, чуть ли ни с первой секунды. На лице майора расползлась довольная ухмылка. С видом пай-мальчика я протянул алкотестер инспектору - ну давай - от твоей реакции сейчас многое зависит!
        Гайбидода взглянул на показания и его глаза полезли на лоб, практически скрывшись под козырьком фуражки. Блин! Зря я сам не посмотрел - чего там надышал…
        - Да вы просто пьяны! И как в таком состоянии только за руль сели?
        Я пожал плечами.
        - Будем оформлять… - майор стал рыться в бумагах.
        - Это утверждение, или вопрос? - уточнил я. Майор замер. Я закинул наживку: - А может предложение?
        Наживка была проглочена по самый поплавок. Он демонстративно убрал пачку с чистыми протоколами в ящик стола, уселся в кресло и уставился на меня. Я сел на стул напротив.
        - Предложение? - майор сделал вид, что глубоко задумался. - И что вы хотите предложить?
        Ну, всё. Была у меня надежда, что нарвался на честного и неподкупного инспектора, что, к счастью в последнее время случается не в пример чаще. Тогда бы мы разошлись относительно мирно. Сейчас же ты, дорогой мой Гайбидода, сам забил последний гвоздь в крышку своего… унитаза. Итак - поехали!
        - Хочу. Хочу вам предложить найти где-нибудь понятых, а то как-то нехорошо получается. Не по правилам… дорожного движения в том числе.
        - Управление транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения. Статья 12.8.1 КоАП РФ, - вкрадчиво начал майор. - Ответственность за нарушение - лишение прав на срок полтора - два года и штраф тридцать тысяч рублей. Может быть мы с вами…
        - Повторное нарушение, - решил блеснуть познаниями я. - Штраф пятьдесят тысяч и лишение на три года… вы не отвлекайтесь - ищите понятых.
        Глаза инспектора налились бешенством. Он вскочил, чуть не опрокинув кресло, и понёсся к выходу. Но на полпути остановился и повернулся ко мне.
        - Пройдёмте, гражданин! Одному оставаться на посту не положено!
        Во как! Уже «гражданин». Дружелюбно улыбнувшись майору, я вскочил по стойке смирно и строевым шагом направился к выходу. Тот зло плюнул и побежал тормозить первую попавшуюся машину.
        Остановился УАЗик-буханка, из которого вылез пожилой дядька в рабочей одежде, изрядно промасленной и потёртой. Сразу видно - трудяга. Пока майор объяснял водителю суть проблемы, я незаметно разжевал и проглотил капсулу волшебного средства. Ёлки зелёные - горечь-то какая! О вкусе-то я не подумал.
        Между тем, к водителю присоединился и его пассажир - такой же работяга, только помоложе. Бросили на меня сочувственный взгляд. Я безразлично пожал плечами и вновь улыбнулся - мол, не понимаю - из за чего весь сыр-бор. Мы направились вслед за Гайбидодой на пост.
        На посту повторилась процедура продува, только я предусмотрительно попросил инспектора сменить трубку - «а то мало ли что…». Прибор показал ноль целых, ноль десятых, и ещё сколько-то там нолей после запятой. Майор не верил своим глазам. Достал из загашников ещё один алкотестер и заставил меня повторить процедуру. С тем же эффектом. Потом опять - на первом приборе… Извинившись перед понятыми, пожелал им счастливого пути, вручив им по ошибке мои документы. Пришлось исправлять его оплошность. На всякий случай я убрал документы в карман куртки. ДПС-ник никак на это не отреагировал.
        Когда мы остались на посту одни, он ещё полминуты смотрел в никуда отсутствующим взглядом. Ну что - хватит с него, или ещё поиграемся? Пожалуй, стоит продолжить.
        Инспектор, наконец, «отвис».
        - Счастливого пути, - выдавил он, указав на дверь.
        - То есть вы меня просто так отпускаете? А как же понятые?
        - Что - понятые?
        - Ну… понятые, - начал я объяснять ему, как маленькому ребёнку. - Это те люди, которые засвидетельствуют факт моего нетрезвого вождения…
        - Так вот же… - майор махнул рукой в сторону дороги. Ага-ага! УАЗик-то уже, естественно, уехал по своим делам.
        - Вот же - что?
        - Понятые. Только что же были.
        - Майор, - сказал я сочувственно. - Кажется, вы перегрелись на солнце. Никого тут не было. Только я и вы.
        Гайбидода с тоской посмотрел в окно. Как раз в этот момент начал накрапывать дождик из внезапно наползшей тучки.
        - Вот смотрите - вы меня остановили. Так?
        - Так.
        - Провели на пост, дали алкотестер… - иллюстрируя свои слова, я, как бы невзначай взял лежащий на столе прибор и, вновь проспиртовав трубку, подул в неё. Прибор жизнерадостно запищал. - Потом пошли останавливать понятых, зачем-то остановились и сказали, что я могу ехать. Это действительно так - мне можно уезжать?
        Майор выхватил у меня тестер и уставился на экранчик, как баран на свежепоставленное сооружение для входа-выхода. Помотал головой - совсем как отряхивающийся Добрыня.
        - Нет! Стоять! То есть пройдёмте - одному на посту оставаться не положено.
        И вновь завис. Дежавю - понятное дело. Я легонько подтолкнул его к выходу и строевым шагом проследовал за ним.
        На сей раз нам попался тёмный Спортейдж, из которого выбрался солидный гражданин в приличной одежде и в очках в дорогой оправе. Такому бы, по моему представлению подошла бы должность директора школы. Или даже колледжа. Но его манера поведения немного не соответствовала образу.
        - С добрым утром, товарищ майор! - громогласно заявил он, сразу заполняя собой всё окрестное пространство и без напоминания протягивая тому документы. - Неужели я что-то нарушил? Игорь Василич - это я, если кто не знает, всегда ездит по правилам. Так что, может, я поеду, а?
        Инспектор, уже даже не обратив внимания на такую мелочь, как пожелание доброго утра во второй половине дня, прервал бесконечный поток красноречия господина и объяснил причину остановки. Поскольку для освидетельствования нужны были двое понятых, из машины была извлечена тётка тоже весьма внушительных размеров. «Бухгалтерша», почему-то подумал я.
        Процедура повторилась. Причём, что естественно, с тем же результатом. Гайбидода, словно боясь остаться со мной наедине, вышел проводить понятых, ни словом не обмолвившись о том, что мне не следует оставаться на посту в одиночестве. Игорь Васильевич, явно в утешение майора начал рассказывать что-то занятное, предварив очередной спич фразой: «А вот был у меня в жизни эпизод…». Я остался на посту.
        Ожидание затягивалось. Прошло уже около пяти минут, но майор не показывался. Я взял со стола алкотестер, подошёл к двери и окликнул:
        - Товарищ майор! Что мне делать-то прикажете? А то как-то неудобно получается - пока вы понятых найдёте - я совсем протрезвею.
        В ответ раздался полусдавленный то ли всхлип, то ли всхрюк, и из-за косяка выглянул краешек фуражки. Сам её хозяин, впрочем, не спешил показываться на глаза. Я вышел на улицу, и, остановившись перед инспектором, демонстративно подул в трубку. Прибор запищал. Майор попытался прошмыгнуть мимо меня на пост, но моя тушка полностью блокировала вход, тогда он в ужасе зажмурил глаза и весь как-то сжался, словно маленький мальчик в ожидании наказания. Мне стало его жалко. Всё же он - ничто иное, как дитя системы, поэтому наказывать его дальше желание пропало. Будем надеяться, что полученного сегодня урока ему достаточно. Если теперь не уйдёт из ДПС, то впредь задумается, прежде чем брать взятки. Тем более, что отчасти я был виноват сам - не мог что ли сразу позаботиться об отсутствии запаха?
        Я подошёл к машине, и, сделав вид, что копаюсь на заднем сиденье, «вытащил» бутылку армянского коньяка в неприметном пакете-майке. Подошёл к инспектору, который стоял, даже не шелохнувшись.
        - Послушайте, инспектор, как, кстати, вас зовут?
        - Иван… Иван Валерич, - приоткрыв один глаз, выдавил он.
        - Так вот, Иван Валерьевич, давайте считать нашу встречу простым недоразумением. Чтобы ваша совесть была чиста, я честно признаюсь, что выпил вчера. Но сегодня, можете поверить, я абсолютно трезвый. А то, что ваши приборы посходили с ума… вы про Вольфа Мессинга слышали?
        Гайбидода сменил мимику с «утро в китайской деревне» на «я снимаюсь в аниме» и часто-часто закивал головой.
        - Так вот - считайте, что вы встретили его коллегу. А чтобы вам не было обидно за бесцельно прожитые 30 минут жизни, примите от меня вот этот презент. Поверьте - от чистого сердца.
        Я протянул майору пакет, который он взял, даже не заглянув вовнутрь.
        - Мне можно ехать? - майор опять изобразил китайского болванчика. - Тогда - счастливо оставаться.
        Я сел в машину и посмотрел на часы. Да… ехать дальше в город, чтобы успеть к окончанию рабочего дня в своей фирме смысла не было. Даже если я и успею, то всё равно любимого начальника, скорее всего, не застану. В последнее время у него появилась привычка сваливать на часок-полтора пораньше. А с остальными коллегами встречаться вообще смысла не вижу. Да и развлечений на сегодня уже достаточно. Тем более что приключение на посту ДПС натолкнуло меня на одну забавную мысль. Но это - потом. Сейчас же надо возвращаться домой, а то, как бы Федя (как же я раньше не сообразил?!) не решил спросонья размять крылья и полетать над деревней. Развернувшись на светофоре, я поехал домой.
        Дома дым стоял коромыслом. Вампир и дракон уже проснулись, но, к счастью, помня, что находятся в гостях в изолированном мире не стали выходить на улицу. Оказалось, что Саман прихватил вчера с собой целый мешок провизии. Воцарившись на кухне, он, под руководством Варежки, освоил газовую плиту и холодильник и начал готовить что-то невообразимое. Как для себя, так и для нашей «железной» компании. Между делом, они с Федей потихоньку приканчивали остатки чесноковки, поправляя здоровье. Предложили и мне, но я отказался, хоть и имел возможность в любой момент очистить организм от зелёного змия.
        Через полчаса мы сели за о-о-очень поздний завтрак, попутно собираясь держать военный совет. Оказалось, что от вчерашней воинственности вампира и дракона не осталось и следа. Её сменила некая здоровая осторожность, сродни той, которую высказал Белиасор. Нет - вампир не отказывался от своего обещания научить Добрыню перемещаться во времени. Более того - он заявил, что готов хоть сейчас провести процедуру, которая, по его словам займёт несколько секунд, и пару часов на полное усвоение нового умения. Проблема была в другом.
        Так уж получалось, что чтобы спасти Сину, надо было вмешаться в события, участниками которых мы сами и являлись. А это сделать практически невозможно. По всем законам континуума - физическим и магическим - изменить собственное прошлое нельзя. Дракон при этих словах взвился и заявил, что Василий, то есть я, только на его памяти нарушил столько законов континуума, что одним больше, одним меньше - уже не имеет значения. Вампир спорить не стал. Вместо этого подозвал пса.
        - Готов к процедуре?
        - Готов, - ответил Добрыня.
        - Замечательно. Сиди и ничего не бойся, - скомандовал Саман и обнажил свои клыки.
        - Э! Нет - мы так не договаривались! - поспешно вмешался я. - Не хватало ещё мою собаку в вампира обратить.
        - В вампира? - в голосе Самана послышалось искреннее недоумение. - Зачем? Если ты, конечно, хочешь, то я могу и в вампира. Хотя, честно говоря, не собирался…
        - Как? Разве после укуса он не инициируется? - я почувствовал, что несу чепуху. В конце концов - откуда мне знать, как инициируются вампиры. Считать земную литературу достоверным источником было, по меньшей мере, глупо.
        - Извини, Саман. Я как-то не подумал.
        Только вампир уже принял решение. Посмотрев на Добрыню, он протянул ему руку:
        - Кусай!
        - Чего? - пёс был явно озадачен таким поворотом событий.
        - Кусай, говорю. Ну же - смелее…
        Добрыня, нерешительно примерившись, несильно тяпнул его за кисть.
        - Сильнее! Чтобы до крови! - Саман выставил указательный палец. - Вот - чтобы удобнее было.
        Пёс, оглядев всех присутствующих, как бы ища поддержки, со всей дури хапнул нежить за палец. Вампир взвыл, потрясая кистью руки, оставшейся без указательного пальца, а Добрыня, поджав хвост, попытался скрыться под стулом, что ему не очень-то удалось в силу разницы в габаритах.
        Впрочем, визг вампира вскоре затих. Кухня, вопреки ожиданиям, оказалась совсем не заляпанной кровью. Да и палец, когда Саман перестал трясти рукой, оказался на законном месте. Вампир зачем-то запоздало подул на него, потом сравнил с указательным пальцем на левой руке, и, оставшись довольным результатом, налил себе порцию любимого пойла. Хвалёная вампирская регенерация оказалась действительно на высоте.
        - Вылезай уже, чего там. - обратился он к собачьему хвосту, упорно не помещавшемуся под стулом, как, собственно, и большая часть собачьей тушки.
        - Не могу, - сдавленно прохрипел Добрыня из своего убежища. - Я застрял.
        Наш дружный хохот несколько разрядил обстановку. Мне пришлось вставать со стула, чтобы несчастная жертва обучения смогла выбраться из капкана.
        - Ну что? - поинтересовался Саман, когда пёс отряхнулся и заел горе куском сочной вырезки. - Как ощущения?
        Добрыня прислушался к себе. Через некоторое время он удовлетворённо кивнул.
        - Всё понятно.
        - Так вот, - вампир перевёл взгляд на меня. - Лучше вы сами попробуете, чем я сто раз доказывать буду. Сходите куда-нибудь с псом - туда, где недавно были. Только не очень далеко. А то он устанет, и нам придётся вас долго дожидаться.
        - Подумаешь, - отмахнулся я. - Обратно можно и телепортом.
        - Даже во времени? - вставил свои пять копеек дракон.
        Вот тут он меня уел. Про время как-то не задумывался. Я посмотрел на кошку.
        - Пойдёшь с нами? - та отрицательно помотала головой. - А чего так? Что там твоё прогнозирование говорит?
        - Идите уже. - Варежка, похоже, тоже не сомневалась в неудаче нашей попытки. Но я заупрямился и решил отработать этот вариант до конца.
        Мы с собаком вышли из дома.
        - Куда пойдём? - спросил он, явно, тоже в нетерпении опробовать новые возможности.
        - Давай… - я немного поразмыслил. - Давай на Шмокодявку. В тот момент, когда мы там впервые появились. Сможешь?
        - Спрашиваешь! - гордо ответил он, сходу беря низкий старт.
        Через пару минут мы уже стояли на песке мира Самана и дракона, почти там же, где вышли и в первый раз. Я огляделся и тут же заметил нашу группу, которая только-только двинулась по направлению к гостинице. Нас они не заметили.
        Ё-моё! Сейчас же Добрыня побежит откапывать червяка-переростка! Надо их предупредить. Ага - щяз! Все мои попытки привлечь внимание окончились полным провалом. Нас сегодняшних для нас «тех» попросту не существовало. Как будто мы с Добрыней чудесным образом попали в какой-нибудь 99D-фильм от тех событиях. С полностью включенными ощущениями, но без малейшей возможности хоть как-то повлиять на игру актёров.
        Я с ужасом наблюдал со стороны, как многоцентнерная голова пустынника начала стремительно падать на нашу группу. Не удержавшись, я в последний момент подстраховал сам себя, сложив уже ненужный жест и выкрикнув пожелание монстру поскорее сгинуть с поверхности Шмокодявки. Мне показалось, или, перед тем как пропасть, пустынник был немного отброшен в сторону, по направлению моего сегодняшнего удара. Вспоминать, что же точно произошло в тот раз, не имело смысла. Тогда я вообще никаких деталей не запомнил. Всё же проверить предположение следовало. Дождавшись, когда мы-прошлые скркрылись за дверями гостиницы, я высмотрел приметное дерево на краю леса и повторил эксперимент.
        Дерево послушно исчезло. И что нам это даёт? Как там звучит один из классических парадоксов - раздается ли какой-нибудь звук при падениидерева в глухом лесу, если поблизости нет ушей, чтобы его слышать. Стояло ли здесь дерево в прошлый раз или нет - этого уж я точно не мог припомнить. Короче - эксперимент можно считать частично завершённым. К его плюсам можно отнести только тот факт, что Добрыня действительно научился прыгать во времени. Всё остальное по-прежнему было под большим вопросом. Ладно, пёс, пора возвращаться.
        Вернулись мы, учитывая особенности хождения коридорами, через какой-то незнакомый мир. В принципе, можно было бы попробовать телепортироваться прямо домой, но экспериментировать с телепортом во времени было страшновато. Поэтому, мы сначала прошли в промежуточный мир, скакнув обратно в наше время, а потом уже вернулись на Землю. Причём не в свой двор, а аж за деревню - метров на триста в ближайший лесок. Добрыня объяснил это тем, что всё же сложно вернуться в одну и ту же точку через короткий промежуток времени. Короче - что-то мне уже поднадоели эти пространственно-временные заморочки.
        Когда через несколько минут мы подходили к дому, я увидел около водоразборной колонки, находящейся аккурат напротив моих окон смутно знакомую машину. Надо сказать, что наша деревня славится на всю округу своей кристально чистой и необыкновенно вкусной водой. Не зря же монахи основали здесь скит, а потом и монастырь ещё в середине пятнадцатого века. И уж потом, в советские времена химики подтвердили - да, вода действительно богата серебром. Не до промышленных масштабов, но всё же. В наши дни совсем не редкостью было увидеть незнакомцев, заполняющих различные ёмкости как из многочисленных родников в округе, так и напрямую из колонок. Только вот на этот раз назвать субъекта, появившегося из-за машины, незнакомцем было сложно. Неся в руках две полные пятилитровые бутыли, из-за тёмного «Спортейджа» вышел тот самый Игорь Васильевич, который выступал в качестве понятого на посту ДПС.
        - О! Какая встреча! С добрым утречком! - видимо содержание его приветствия абсолютно не менялось в течение суток. - А я смотрю издали - вы, или не вы? Ну как на посту - удачно обошлось? Хотя, судя по тому, что вы приехали на своей машине, всё же удачно.
        - Здрасьте. - немного недовольно ответил я. Вступать в какое-либо общение сейчас не входило в мои планы. Но требовалось, всё же сохраняя остатки вежливости, как-то избавиться от неожиданного знакомства. - Немного неожиданно встретиться второй раз за день, не так ли?
        - Знаете, - ответил он, пристально наблюдая за Добрыней, который терпеливо дожидался у входа домой. - Я сейчас понимаю, что для меня более неожиданной была наша первая встреча.
        - Ничего не понимаю. Почему?
        - Вы же здесь живёте, судя по поведению собаки? - уточнил он.
        - Ну… да.
        - Василий? Василий Михайлович?
        - Он самый.
        - А я подъехал, позвонил - никто не открывает… дай, думаю, водички пока наберу. Вода у вас тут просто…
        - Подождите-подождите, - прервал я начинающийся поток. - Так зачем вы, в итоге, ко мне приехали?
        - Видите ли, - Игорь Васильевич как-то странно посмотрел на меня. - Вчера вечером я обнаружил в своём почтовом ящике интересный конверт. Пухлый такой. В нём, помимо всего прочего, находился конверт поменьше - вот он, и записка, с просьбой отвести меньший конверт по вашему адресу и передать его лично в руки некоему Василию Михайловичу. В качестве оплаты за услугу, там же, прилагалась ровно одна тысяча Евро. Я, конечно, человек не бедный, но такая сумма меня заинтересовала. Тем более что ничего подозрительного в этой просьбе я не углядел. Мне стало, скажем так - любопытно.
        Он протянул мне маленький белый конверт, без каких-либо надписей. Но когда я попытался его взять, он всё же отвёл руку.
        - Я, конечно, извиняюсь, но всё же - покажите хоть какой-нибудь документ.
        Похлопав себя по карманам, я убедился в том, что ничего удостоверяющего личность с собой не было. Вести постороннего в дом, когда там ждали иномиряне, тоже было чревато. Вновь изобразив имитацию бурного поиска, я создал во внутреннем кармане абсолютную копию своего водительского удостоверения, и, ещё немного покопавшись для вида, выудил его на обозрение.
        Игорь Васильевич, немного поизучав документ, всё же сподобился выдать мне конверт на руки. Чувствовалось, что ему самому не терпится узнать - ради чего он поработал таким высокооплачиваемым почтальоном.
        Я осторожно помял послание. Бумага как бумага. На просвет внутри проглядывался ещё один маленький листок с надписью, рассмотреть которую внутри конверта абсолютно не получалось. Я аккуратно надорвал краешек. На ладонь мне выпал обрывок бумаги, на котором буквами, более всего напоминающими древнюю земную клинопись, но, всё равно, на сразу ставшем мне понятном языке, была написана всего одна короткая фраза:
        Не ходи никуда.
        Не успев ни удивиться, ни испугаться такому необычному посланию, я был буквально припечатан к месту словами Игоря Васильевича, который, наплевав на приличия, заглянул через мою руку в листок:
        - «Не ходи никуда» - и всё? - озадаченно произнёс он. - И это стоило тысячу Евро?!
        Принимать решение надо было быстро. Оглядевшись по сторонам, как будто мой собеседник был не землянином, а, как минимум гномом, я решительно схватил его за руку.
        - Идёмте.
        - Куда? - вполне оправданно заосторожничал он.
        - Не бойтесь, - я, чтобы окончательно сломить его сопротивление, а может наоборот - вогнать в ещё больший ступор, скомандовал: - Добрыня, приглашай гостя в дом.
        До этого момента спокойно сидящий у калитки на пятой точке пёс, вскочил на четыре лапы, и, дружелюбно замотав хвостом, заявил:
        - Проходите, Игорь Васильевич! Не стесняйтесь, Игорь Васильевич! Будьте как дома.
        После чего высунул язык в чисто собачьем жесте, но что-то в нём, в этом жесте, было неуловимо энштейновское - как на той знаменитой фотографии.
        Я настойчиво потянул гостя за собой в дом. Вот ведь, зараза! Собирался же не палиться! Что ж - видимо шила в мешке не утаишь. Да и не правильно это было - обычный человек, даже будь он трижды известный ученый, ни разу бы с ходу не прочитал надпись на мёртвом языке. К тому же и я был далеко не уверен, что это обычная земная клинопись.
        Открыв дверь, я пропустил вперёд Добрыню, который с предупреждающей фразой: «У нас гость», прошмыгнул на кухню. Вышеупомянутый покорно следовал за мной, а я, раздумывая, как покороче объяснить нашей компании его появление, даже не разуваясь, топал за псом. Но неожиданности на сегодня и не думали кончаться.
        Саман, едва бросил взгляд на Игоря Васильевича, в тот же миг отрастил зловеще блеснувшие когти, длиной не менее сорока сантиметров, в один прыжок подскочил к нему и полоснул несчастного наискосок через горло и грудную клетку.
        Полыхнуло. Я едва успел зажмуриться, но всё равно почувствовал, как опалились брови, ресницы и волосы на голове.
        - Что ты наделал! Ты же его у… - начал я, открывая глаза, однако, вместо окровавленного тела, моему взору открылось только обугленное пятно на ламинате. - Убил, - на автомате закончил я.
        - Да, - просто ответил вампир. - А с ним только так и надо было поступить, пока дел не натворил.
        - Но это же был человек? Или нет? - Я до сих пор не мог сообразить - кого же сейчас прикончил Саман.
        - Нет, - хладнокровно ответил тот. - Это был посланник. Высшая форма энергетического гомункулуса. Создаётся исключительно магами. Не беспокойся - его реальный прототип жив и здоров. Просто посланник отслеживал тебя сегодня и, чтобы побыстрее втереться в доверие, выбрал наиболее подходящий образ из тех людей, которые, не будучи твоими хорошими знакомыми, всё же чем-то тебе запомнились.
        - Так зачем же его было уничтожать? Послание-то он успел передать.
        - А затем, что через несколько мгновений, он сам бы себя уничтожил. В качестве дополнительного предупреждения. Только с гораздо более тяжёлыми последствиями. Нам всем бы он вряд ли навредил, а вот дом твой мог бы изрядно пострадать.
        - Как же ты с одного взгляда понял, что это не обычный человек? Я бы тоже хотел такому научиться - а то мало ли что…
        - А это и не я, - Саман кивнул на Варежку, мирно возлежащую на диванной подушке. - Это вот она предупредила, прорицательница хвостатая.
        Варька согласно муркнула, когда вампир почесал её за ушами.
        - Ну ладно, - подал голос молчавший до сих пор дракон. - А что в послании-то?
        Я молча протянул ему листок из конверта. Федя повертел его в руках, понюхал, даже попробовал на вкус, и, пожав плечами, передал дальше - вампиру. Тот бросил на надпись всего один взгляд и его глаза превратились в две узкие злые щёлочки.
        - Что? - спросил я, немного обеспокоенный такой реакцией.
        - Это древний язык. Ты, кстати, понял, что тут написано?
        Я кивнул.
        - Дело в том, - продолжил Саман, - что это язык моей расы, письменность которой знают всего лишь единицы других разумных. Так что это послание отчасти и для меня. Что ж - это становится всё интересней и интересней. Федя, ты как - не против прогуляться с нашими манипуляторами до Базы?
        - Базы? - не понял я.
        - Мир академии Белиасора. Вообще - у него другое название, которое даже эльфам сложно произнести. Поэтому его чаще называют просто «Базой», - уточнил дракон, после чего ответил и Саману: - не против - можно и сходить. А то что-то мне понравилось в последнее время путешествовать. К чему бы только это? Может не к добру, а?
        Глава 2. Всё страньше и страньше
        Ива скучала, сидя на крыше студенческого общежития Академии Базы. Несмотря на имя, которое для любого русскоязычного землянина означало бы что-то стройное и гибкое, Ива была совершенной ему, имени, то есть, противоположностью.
        Во-первых, она была представителем расы суариков и была гуманоидом лишь отчасти. Четыре руки при двух ногах, мощный торс, густая, но очень мягкая короткая русая шерсть, массивные челюсти с устрашающими четырёхсантиметровыми клыками. Не смотря на такую кошмарную по человеческим меркам внешность, суарики были очень добродушными и весёлыми созданиями. Это вообще была раса противоположностей - наплевательское отношение к опасности сочеталось у них с трепетным отношением к чужой жизни. Дружелюбие и компанейский характер путешествующих суариков позволял заводить тесные приятельские отношения практически со всеми расами континуума, хотя на свои миры они гостей приглашали весьма неохотно, пусть и не отгораживались от других форм разумной жизни железным занавесом. Любили устраивать окружающим мелкие пакости, но при этом, никогда не переступали грань, когда каверза наносила серьёзную обиду, а воспринималась скорее как шутка. В общем - занимательные создания. А во-вторых, Ива - это не полное имя. Полное звучало примерно как Ивас-ка-Сах и, естественно, сокращалось при общении до первых трёх букв.
        Итак, Ива скучала, и было из-за чего. Все её друзья-студенты с головой погрузились в учёбу в преддверии надвигающейся сессии, поэтому неуёмная энергия суариков, требующая выхода в какой-нибудь проказе, этого выхода не находила. Можно было бы попробовать подшутить над кем-нибудь из самих друзей, но Ива прекрасно понимала, что им сейчас не до шуток, и любой с полным правом может на неё серьёзно обидеться.
        Сама же она уже умудрилась сдать все зачёты и экзамены досрочно, но уезжать из академии на каникулы не планировала. Плюс ко всему, погода совсем не радовала. Несколько дней назад разверзлись хляби небесные, и природа как будто решила перекачать все запасы мирового океана посредством дождя на головы бедных студентов Академии и жителей окрестных городов и деревень. В принципе, дождь мало беспокоил Иву, она даже любила такую погоду, иначе бы не пришла сюда в этот час. Но на всех остальных обитателей кампуса он нагонял тоску зелёную, что ещё больше расстраивало любительницу веселья и розыгрышей.
        Ива уже успела пожалеть о своём решении остаться на Базе на каникулы, как её внимание привлекла живописная группа из четырёх, как ей показалось вначале, живых существ, которые о чём-то спорили с охраной ворот, не желающей пропускать незнакомцев на территорию кампуса.
        Три гуманоида и собака. Явно издалека - из другого мира, так как не озаботились никакой защитой от дождя. Судя по настойчивости, с которой незнакомцы стремились попасть внутрь, они или добьются своего, или настолько доведут охрану, что их в грубой форме выпроводят подальше. Хм, надо бы подобраться поближе.
        Ива быстренько покинула свой наблюдательный пункт и направилась к воротам.

* * *
        База встретила нас дождём. Холодным таким. Моросящим и промозглым. Я бы с уверенностью сказал, что здесь глубокая осень, если бы смог увидеть хоть одно живое растение. Сложно было описать ощущения от этого места. Такое впечатление, что мы попали в мегаполис, захвативший каждый свободный клочок поверхности планеты, но… мегаполис средневековый.
        Не знаю, конечно, как в других частях мира, но самый большой дом, который я здесь увидел, не превышал пять этажей. При этом он был деревянным! Да-да - замысловатый сруб, толстенные брёвна у основания, резные, как в затерянной деревушке где-нибудь в Российской глубинке наличники на окнах. И целых пять этажей эдакой красоты. При этом, судя по всему, местные нормы градостроительства не запрещали и каменное строительство. Сплошь и рядом попадались дома из известнякового бута. Один раз даже встретился вполне себе приличный двухэтажный коттеджик, построенный из обычного для Земли красного кирпича.
        Транспорт в основном гужевой. Лошади, верблюды, быки. Многочисленные повозки, телеги, движущиеся по улицам, совершенно не придерживаясь каких-либо правил. Скорее всего - по принципу более крутого, или более наглого. Впрочем, особых конфликтов на этой почве я не наблюдал. Внешний вид местных жителей тоже наводил мысли о средних веках - серые хламиды с капюшонами, высокие, явно неудобные сапоги. Бородатые, по большей части, лица мужского населения и, по возможности прикрытые платками - женские. Правда, может быть всему виной дождливая погода. Единственное отличие, которое тут же бросилось в глаза - полное отсутствие на улицах нечистот, которые так любят описывать авторы исторических и фантастических хроник. Видимо здесь санитария была на высоте.
        Добрыня вывел нас недалеко от входа на территорию академии. Причём, из восьми переходов с Земли на Базу, мы шли в основном синими коридорами. Только один оказался зелёным. В нём Варька потеряла способность к предсказаниям, я, судя по всему, не потерял ничего, сам пёс был ограничен во вновь приобретённом поиске во времени. Что очень хорошо - иначе пришлось бы куковать целые сутки. Чего лишились остальные спутники, не знаю - не спрашивал.
        Территория академии была окружена высоким забором, который выполнял скорее декоративную функцию. Кованая решётка, украшенная замысловатым орнаментом, наводила на мысли о гномьей работе, если, конечно, гномы континуума соответствовали земным легендам и были искусными мастерами. Тем не менее, при некоторой сноровке, можно было перемахнуть через забор, а в некоторых местах даже протиснуться в проёмы между элементами отделки. Хотя, скорее всего периметр охранялся не только забором, но и магией, или какой-то неизвестной мне технологией, так как наличествовал КПП с двумя серьёзными дядьками.
        Охрана выглядела внушительно. Широкоплечие амбалы под два метра ростом. Одеты во вполне цивильные костюмы, резко контрастирующие с одеяниями жителей города. Таким вполне под стать телохранить какого-нибудь олигарха, а не стоять на вахте учебного заведения. А ещё они наотрез отказались нас впускать на территорию кампуса. Как оказалось, ректора не было на месте, и каких-либо распоряжений относительно моей персоны, а уж тем более сопровождающих он не отдавал. Странно.
        Можно было бы проникнуть в академию и минуя пост охраны. Например, телепортироваться на лужайку около одного из корпусов вне зоны видимости стражи. Или, чтобы уж совсем эпично, перемахнуть через преграду верхом на драконе. Только смысла в этом не было, в связи с отсутствием Белиаса. Что самое обидное, охранники не пожелали поделиться информацией - ни куда ректор направился, ни когда прибудет обратно. Оставалось только гадать - может через пару часов, а может и через неделю.
        Саман, не сходя с места, предложил вернуться на Землю ко мне, или к нему на Шмокодявку, чтобы продолжить банкет и приятное общение. Благо можно не идти коридорами, а телепортироваться из укромного места. Дракон тоже был не против. Но тут воспротивился уже я. Моя тяга к приключениям и новым местам ещё далеко не ослабла, и я, пользуясь удобным случаем, хотел посмотреть на новый мир. Тем более такой знаменитый в континууме. Так что мы развернулись и отправились осматривать достопримечательности. Честно говоря, я очень скоро пожалел о таком решении. Смотреть было действительно не на что. Одна часть города ничем не отличалась от другой. Но я из-за непонятного упрямства продолжал импровизированную экскурсию. Сырость очень быстро довела меня до состояния лёгкого озноба, который в свою очередь грозил перерасти в откровенное клацанье зубами. Варежка так вообще не высовывала носа из-за пазухи. Саман и Федя откровенно скучали, но из вежливости делали вид, что совсем не против такой прогулки. Только Добрыне было всё до лампочки. Ещё бы - столько новых интересных запахов! Однако он и спас положение, не
позволив мне ударить в грязь лицом. В какой-то момент он вернулся из очередного закоулка и спросил:
        - Может уже перекусим чего-нибудь? - причём спросил так, чтобы услышали все спутники, а не только я с кошкой.
        - Замечательная идея, - тут же подхватил дракон. - Я бы ещё и принял чего-нибудь для согрева, а то, не ровен час, из огненного в водяного превращусь.
        Найти подходящий общепит оказалось совсем не сложно. Получив единогласное одобрение нашей дружной компании, пёс рванул по улице. Мы припустили следом. Дважды Добрыня останавливался у входов в едальные заведения, но, принюхавшись, отрицательно мотал головой и устремлялся дальше. Наконец, его требовательный нюх был полностью удовлетворён, и мы вошли в тепло, сухость и ароматы готовящейся пищи. Охранник у двери покосился на Добрыню, но ничего не сказал, тем более, что тот тщательно отряхнулся перед входом. Что ж - плюс в копилку местных жителей. Хотя, мне кажется, что к такой толерантности их приучила близость к академии, где можно было встретить представителей различных рас и обычаев.
        Расположившись за пустующим столиком поближе к настоящему очагу, мы прошли стандартную процедуру определения метаболизма и углубились в изучение меню. И тут мне в голову пришла одна не очень приятная мысль. Я повернулся к вампиру.
        - Послушай, Саман, - отвлёк я его от увлекательного выбора блюд. - У меня тут проблема небольшая нарисовалась…
        - Проблема?
        - Да. Видишь ли… у меня денег-то и нету. По крайней мере, тех, что ходят в ваших мирах.
        Саман хмыкнул, как бы говоря: «Подумаешь, проблема!», после чего порылся в складках одежды и высыпал на стол передо мной горсть золотых монет.
        - Ну-у-у, как-то неудобно брать у тебя деньги, - протянул я.
        - А ты и не бери. - Саман наконец-то соизволил оторваться от меню и посмотрел на меня. - Скопируй себе таких же, а эти я обратно заберу. Это же золото. Оно везде в ходу.
        - Так просто? А как же законы экономики? Ведь если каждый маг сможет наколдовать себе гору золота, то оно совсем обесценится.
        - Для начала, - назидательным тоном произнёс вампир. - Далеко не каждый маг. Тем более, в такой близости к территории академии. И потом - ты же не собираешься создавать себе гору золота?
        - Да нет, не думал как-то.
        - Вот то-то и оно! Поверь, манипуляторы приносят столько пользы мирам, что вздумай кто-то из них действительно наколдовать золотые горы, то и это бы не окупило даже малой части их услуг. Считай, что континуум таким образом расплачивается с тобой за твои дела.
        Что ж, моя совесть была успокоена, и я, пополнив свой баланс наличности, смело принялся выбирать, что бы съесть на обед.
        Примерно через час, плотно откушав, мы принялись лениво беседовать. Основной темой опять стало возвращение домой, хотя можно было остаться и на Базе, сняв номера прямо в этом заведении. В этот раз я уже был склонен согласиться со спутниками, так как погода явно нам не благоприятствовала. Вдруг наше внимание привлекла перебранка, которая неожиданно разгорелась у входа. Обернувшись на шум, я с ужасом уставился на косматое клыкастое четырёхрукое чудовище, которое пыталось проникнуть в зал. Только доблестного стража не смутил страшный вид агрессора и он грудью встал у него на пути, загораживая проход. Перебранка накалялась, наконец охранник, не выдержав, буквально проорал:
        - Нет, Ива. Нет, и ещё раз - нет! Ты же знаешь, хозяин запретил тебя пускать в ближайшие два месяца. Иди-ка ты лучше к себе, пока я подмогу не вызвал.
        После такой отповеди плечи упорного визитёра поникли, и он развернулся лицом к выходу.
        - Задержи её, - это внезапно подала голос Варька. - Она нам нужна.
        - Она?! - устрашающий образ косматой страхолюдины никак не увязывался в голове с женским полом.
        - Она, - подтвердила кошка. - Вполне симпатичная для своей расы молодая особа.
        - И зачем она нам сдалась?
        - Пока не вижу.
        Не доверять хвостатой прорицательнице причин не было. Пришлось вставать, напяливать на себя уже согревшуюся, но ещё тяжёлую от влаги куртку и топать вслед за «прекрасной» незнакомкой, которая к тому времени уже скрылась за дверью. В последний момент Варька увязалась со мной, вспрыгнув на плечо. Дождь на улице только усилился. В довершение ко всему уже наступили глубокие сумерки, и объекта нашей погони уже не было видно. Понять в какую сторону она ушла было нереально.
        - Направо, - подала голос кошка, даже не делая попытки перебраться под куртку, хотя её серая шёрстка тут же промокла насквозь.
        Делать нечего, я развернулся и пошёл, всё ускоряя шаг, в указанном направлении. Догнать Иву у меня получилось только через три квартала.
        - Э-э-э! Девушка, подождите! - совершенно не то начало разговора. Но она моментально остановилась и повернулась ко мне.
        - Я тут… - начал я, и вдруг совершенно отчётливо осознал, что не могу придумать повода, чтобы пригласить её присоединиться к нашей компании. Была б она человеком - куда бы не шло. Всегда можно прикинуться скучающим балбесом, желающим пообщаться с красивой незнакомкой. - Знаете, мне показалось несправедливым, что вас не пустили в таверну. Вот я и…
        Глупое начало знакомства, Но это чудо-юдо неожиданно расплылось в улыбке. Страшноватой улыбке, должен сказать.
        - Ивас-ка-Сах! - представилась она. - Можно просто - Ива.
        - А этого оболтуса зовут Василием, - тут же встряла Варежка, не давая мне и слова молвить. - Можно просто - Васька.
        - Васька? - огромные глаза Ивы казалось ещё больше расширились от удивления.
        - Васька, Васька, - подтвердила кошка.
        Через миг Ива изобразила какое-то замысловатое движение правой верхней рукой, и склонилось в почтительном поклоне.
        - Ты что творишь? - транслировал я Варьке на нашей волне.
        - Молчи, - так же ответила мне она. - Я чувствую, что так будет правильно.
        - Слушаю вас, Вас-ка, - прервала наш междусобойчик мохнатая красавица.
        - Позвольте я всё же приглашу вас вернуться со мной в таверну, - галантно ответил я, беря её под руку, в темноте не разобравшись под какую именно, но точно - под левую.
        - Как скажите, - покорно ответила она и пошла следом.
        В этот раз охранник был явно недоволен моими спутниками. Шагнув навстречу, он попытался, было завести монолог на тему «Пущать не положено…», но я заблаговременно нащупал в кармане три монеты - золотых, естественно - чем и прервал не успевшую начаться тираду. Судя по его лицу, я только что вручил ему жалование минимум за полгода.
        Естественно, никаких препятствий к нашему проходу не возникло. Однако я на всякий случай уточнил: «Девушка со мной». Когда мы подошли к столу, наши спутники выжидательно уставились на нас. Я отодвинул стул, позволяя девушке присесть, и спросил:
        - Могу я позволить себе угостить вас ужином?
        - Нет, спасибо, я недавно поела, - ответила она. Но тут в животе у неё предательски заурчало, что окончательно ввергло Иву в смущение. Мне кажется, что если бы у неё не было шерсти, то она покраснела бы как помидор. Ну, или позеленела бы… как там её сородичи смущаются?
        Я безапелляционно вручил ей меню, одновременно жестом подзывая официанта. Девушка уткнула нос в список блюд.
        - Ты следила за нами, - сказала кошка неожиданно резко. Ива вздрогнула.
        - Да… я… от академии, было скучно, а охрана вас не пустила… - в сумбурном ответе чувствовалось полцентнера раскаяния.
        - Почему? - Варька была непреклонна.
        - Не знаю, - мохнатая впервые оторвала взгляд от планшета. В её глазах читалось явное недоумение. - Просто в какой-то момент мне показалось, что с вами надо обязательно познакомиться… Я чуть-чуть не успела. Слышала только, как вы ругались с привратниками. А потом поняла, что надо идти за вами.
        - Хм… поняла? - подключился к допросу вампир.
        - Да. Мне показалось, что так будет правильно. Не знаю, почему. Может потому, что вы интересовались учителем? Просто я очень за него переживаю.
        - За Белиасора? - уточнил Саман.
        - Да, - ответила Ива. И с гордостью добавила, - я же его персональная ученица!
        - Ну-ну, успокойся, - вставил я свои пять копеек, - всё же уже обошлось. Он вернулся.
        - Что обошлось? Как вернулся? - Ива взволновалась так, что шерсть на её загривке встала дыбом. - Его нет уже почти две недели. Раньше перед длительными отъездами он всегда выдавал мне план самостоятельных занятий. Ведь у меня скоро защита диплома.
        Вот теперь пришла очередь нашей компании недоумённо переглядываться.
        - Подожди-ка, - на всякий случай уточнил я. - Разве он не вернулся совсем недавно из научной поездки? Ну вот буквально вчера-сегодня?
        Ива отрицательно помотала головой и уткнулась в тарелку. Всё же голодное студенческое житиё давало себя знать.
        Мы переглянулись. Учитывая ту охоту, которая была открыта на ректора в последнее время, новость Ивы оказалась тревожной. Полиморф с гоблином ушли со Шмокодявки получается три… или два дня назад. Ха!
        - Спокойно! - мне показалось, что я нашёл причину отсутствия Белиасора. - Вспомните, гоблин же остался без своих путинок. Вначале их отобрали у него полиморфы, а потом их и потеряли в подводном мире. Так?
        - Верно! - дракон облегчённо выдохнул. - Путь от Шмокодявки до Базы занимает почти столько же времени, сколько и от Земли. Так что, если Кормоед в тех коридорах потерял основную способность, то они могут задержаться максимум на два дня.
        - На один. - Саман с сомнением покачал головой. - Перед уходом гоблин одолжил у меня один кристалл. Я дал бы и больше, но не было.
        - Всё равно, - не сдавался я. - Вы же помните, в каком состоянии были оба? Может они не спешат, отдыхают в каждом мире… силы, там, восстанавливают.
        - Вероятность этого практически нулевая. - Варёк на корню разрушила все благоприятные гипотезы.
        - Но не исключена же? - я до конца не желал смириться с тем, что предстоит очередной квест. А в том, что он состоится, при условии кошкиной правоты, сомневаться не приходилось - кто же ещё, как ни мы бросится на выручку. Особенно, если учесть мой шкурный интерес?
        В ответ кошка пожала плечами, как бы говоря: «Ну, если тебе очень хочется, то можешь думать и так». Совсем человеческий жест, но в её исполнении получилось очень забавно. Во время этого короткого разговора студентка Белиасора, так и не притронувшись к еде, переводила взгляд с одного из нас на другого. Чувствовалось, что её действительно очень волнует судьба учителя. Наконец она не выдержала:
        - Вы что-то о нём знаете? Что-то нехорошее?
        - Не переживай, девочка. - Саман успокаивающе положил руку ей на плечо. - Белиас действительно некоторое время назад попал в неприятную историю. Но, к счастью всё закончилось благополучно.
        В этот момент Варежка посмотрела мне в глаза и сказала так, чтобы услышал только я:
        - Расскажи ей.
        - Всё?
        - Всё. Мне кажется, что у нас без неё ничего не получится.
        - В смысле?
        - В том смысле, что нам опять придётся спасать Белиасора. Ты разве ещё не понял?
        - Понял, вообще-то. Только не хочется верить… опять влезать не пойми куда, толком ничего не умея…
        - Да ладно тебе. Вот первый раз действительно был авантюрой…
        - Кстати, что это за раса такая?
        - Раса называется суарики. Подробнее потом. А сейчас рассказывай.
        Пришлось поведать мохнатой слушательнице краткую историю злоключений её любимого ректора. Саман вначале неодобрительно косился на меня, мол, зачем ей это знать, но я между делом указал пальцем на кошку, и он тут же успокоился. И даже начал вставлять в мой рассказ свои реплики и комментарии. Потом подключился и Федя. Вскоре мой рассказ плавно превратился в заседание штаба по спасению Белиасора. Ива немедленно заявила, что отправится с нами. Федя, было, хотел возмутиться, но, сражённый в неравном бою с предсказательским даром Варежки, вынужден был капитулировать. Сама же суарик (или суарика? Как бы не обидеть ненароком), как только узнала, что ректору на выручку собираются идти вампир, дракон и команда манипуляторов, явно повеселела, успокоилась и принялась быстренько уничтожать содержимое своих тарелок.
        В результате совета «в Филях» мы всё же выработали план действий. Сейчас мы возвращаемся к Саману, и Добрыня попытается взять след гоблина и полиморфа. Если с ними всё же ничего не случилось, то мы просто нагоним их в пути. При условии, что след потеряется, нам придётся подождать, пока не восстановится способность пса искать во времени и повторить путь заново. Я предложил, правда, вампиру выступить проводником, но он обоснованно отказался, объяснив, что поиск во времени без поиска пути нам сейчас бесполезен. А последним он, к сожалению не обладает. Что ж - план утверждён, надо действовать.
        Расплатившись за ужин, мы вышли на улицу, и Добрыня тут же рванул через коридор в соседний мир. Мы решили сделать один переход коридором, так как следующий шаг выводил в безжизненную пустыню, и быстрее было сделать так, чем выходить из города или искать укромное место по ночным подворотням. А уж оттуда я быстренько доставил всех прямо в заведение Самана.
        Неизвестно, что больше всего подкосило Иву - обильная еда или стресс, в том числе от того, что она воочию убедилась в существовании телепорта или просто море новых впечатлений, только было видно, что она от усталости просто с ног валится. Саман живо распорядился, чтобы ей подготовили отдельную комнату, и мы отправили её спать, предварительно заверив, что без неё никуда не стронемся. На самом деле, я всё же планировал совершить вылазку с Добрыней, хоть Варька и убеждала в бесполезности этой затеи. Саман заявил, что ему надо подготовиться к походу, о чём-то переговорил с Федей, провёл экспресс-планёрку со своим персоналом, потом оседлал дракона и куда-то полетел. Сказал, что через пару-тройку часов вернётся. Кошка не изъявила желания никуда идти, поэтому устроилась в кресле напротив телевизора и принялась смотреть какой-то местный аналог передачи «В мире животных». Мне хватило одного взгляда на экран, чтобы понять, что такое я смотреть не хочу - всё же не так давно ужинал, хоть на Шмокодявке сейчас было время для завтрака.
        В итоге мы с Добрыней отправились вдвоём. Пёс легко взял след, несмотря на то, что прошло уже достаточно много времени. Как он сам заявил - это благодаря способности Поиска. Будь он обычной собакой, то давно потерял бы направление.
        Первый шаг - синий коридор. В этом мире, по словам Добрыни, Кормоед и Белиасор не задержались. Не стали останавливаться и мы.
        Второй мир - синий коридор. Мы вышли на окраину крупного села. Рядом с дорогой находилась небольшая придорожная гостиница, и пёс уверенно затрусил к входу. Вовнутрь заходить не стал. Покрутился у порога и взял новый след. Мне прокомментировал, что здесь они останавливались на отдых, но задержались ненадолго. Как только Кормоед восстановил силы, пошли в следующий мир. Добрыня сказал, что гоблин повёл другим маршрутом, нежели шли к Базе мы.
        Пёс хотел было отправиться дальше, но я остановил его. Не без оснований полагая, что очень скоро все миры, что я посещу, сольются у меня в памяти в единое разноцветное пятно, я быстренько сотворил себе небольшой планшет, сфотографировал окрестности и вставил пометку о времени и цели посещения данной местности. А то мало ли - вдруг придётся когда-нибудь сюда телепортироваться. И так, возьму себе за правило, надо поступать в каждом новом месте. А вот теперь можно двигаться и дальше.
        Следующий переход мы одолели не сразу. Как только пространство вокруг начало привычно замедляться, сигнализируя о начале перехода, Добрыня остановился, сел на хвост и посмотрел на меня.
        - Что там? - поинтересовался я.
        - Следующий коридор - зелёный. Идём?
        Я задумался. В принципе, если Добрыня потеряет Поиск, то основной наш поход отложится ещё на сутки. А если я потеряю свои способности? Ещё хуже. И к тому же неизвестно - если идёт не полная команда манипуляторов, а только её две трети - распространяются ли в данном случае «бонусы» континуума. Может быть, придётся заплатить не кому-то одному, а нам обоим. С другой стороны были и определённые плюсы. Вполне возможно, что нам сейчас придётся пожертвовать чем-то обоим и потерять сутки. Зато в основной наш поход мы можем напрямую телепортироваться в этот мир, сохранив таким образом способности всех членов команды. Кстати, а есть ли какие-нибудь плюшки у Ивы? Надо будет не забыть поинтересоваться. Не зря же кошка так упорно настаивает на её обязательном присутствии. Да уж. Тут поневоле начнёшь понимать ценность путинок. В общем, ладно, была - не была! Я махнул Добрыне рукой - поехали.
        Третий мир. К нашему облегчению даже в неполной тройке платить пришлось опять кому-то одному. И снова - Добрыне. На этот раз он потерял способность Поиска. От обычного пса его теперь отличала только возможность разговаривать со мной. Да и умственные способности никуда, естественно, ни делись. Но в одном нам повезло, хотя это ещё с какой стороны посмотреть - дело в том, что Добрыня, пользуясь уже обычным чутьём, нашёл место, где след обрывался. Собственно это место смог бы найти и я. Мир был холодным. Мы сразу провалились в снег под корку наста. Благо толщина белого покрывала не превышала десяти-пятнадцати сантиметров. Зато и следы гоблина и полиморфа отчётливо читались в свете тусклого местного солнца.
        Я нафоткал для архива местных пейзажей и мы двинулись дальше. Но, буквально через сорок-пятьдесят метров следы обрывались. Причём обрывались очень странно - не было ни следов борьбы, ни признаков того, что здесь устроили привал. Просто два двуногих существа шли себе и шли… шаг, ещё шаг… а вот следующего не было. Такое впечатление, что они просто моментально растаяли в воздухе, не успев даже остановиться.
        Я предположил, что наши знакомые просто вошли в следующий межмировой переход, но Добрыня тут же опроверг эту гипотезу. Оказывается, когда проводник собирается открыть коридор, он обязательно меняет ритм движения, а в данном случае этого не наблюдалось. Не знаю, смог бы я определить по следам - менялся ли здесь ритм, но псу, естественно, виднее. На то он и собака.
        - Ну что, - спросил я у Добрыни. - Обследуем окрестности, или домой?
        - Домой. - ответил он. - Тут даже запахов никаких нет, кроме запаха гоблина и полиморфа.
        Да уж, чувствую я, что мы столкнулись с той ещё задачкой. Ещё раз запечатлев то место, куда нам придётся скоро вернуться, я сотворил телепорт и мы вернулись к Саману в заведение.
        На Шмокодявке за время нашего отсутствия ничего не поменялось. Вампира с драконом ещё не было. Ива спала наверху, Варёк тоже дремала в кресле перед телевизором. Кто-то из прислуги заботливо укрыл кошку пледом, так что из уютного гнёздышка торчали только серые уши. Добрыня сразу же направился к камину и улёгся, блаженно вздохнув. Вытянул передние лапы и положил на них свою огромную морду. Всё ясно - и этот собрался на боковую. Мне же спать особо и не хотелось. Я попытался прикинуть, сколько прошло времени как я бодрствую, но с этими бесконечными прыжками-переходами даже приблизительно не смог подсчитать. Хотя, скорее всего очень много. Просто обновлённый организм видимо пока не требовал отдыха. Всё же, поразмыслив немного, я решил последовать примеру своих зверюшек. Когда ещё удастся отдохнуть. Сопровождаемый одним из работников Самана, я поднялся на второй этаж в чистую просторную комнату и завалился спать.
        Один раз я проснулся от осторожного поскрёбывания в дверь. Встал и впустил кошку, которая заявила, что внизу расположилась какая-то шумная компания, а Феди с Саманом до сих пор нет. После чего устроилась на второй подушке и завела мурлыкательную песенку. Убаюканный таким соседством я опять уснул. В этот раз мне снились какие-то кошмары. Я постоянно убегал от незнакомых личностей в чёрных плащах с глубокими капюшонами, полностью скрывающими лица. Но я почему-то знал, что там, в темноте провала прячутся злые глаза и острые беспощадные зубы. И как это всегда бывает в кошмарах - я как будто попал в густую массу, похожую на кисель, которая не позволяла разогнаться и оторваться от преследователей. Но и враги всё никак не приближались. В какой-то момент я вдруг вспомнил, что теперь могу дать отпор практически любому агрессору, перестал убегать, развернулся к врагам, эффектно поднял правую руку над головой, чтобы припечатать преследователей смертельным заклинанием и… проснулся.
        За окном уже почти стемнело. Да уж, правильно говорят, что нельзя спать на закате солнца. Варька тоже уже проснулась. С соседней подушки на меня поблескивали в сумерках два кошачьих глаза.
        - Рассказывай! - потребовала она.
        - Что рассказывать? - не сразу понял я спросонья.
        - Сон свой.
        - Сон? Да ничего особенного. Кошмар, конечно, но такой может в любой момент присниться. Ещё и на новом месте. Да, в конце концов, может здесь состав атмосферы отличается.
        - Не отличается… но это не важно. У тебя фаза быстрого сна длилась почти полтора часа.
        - Да-а? А что это за фаза такая?
        - Ну, если без подробностей - это то время, когда наиболее яркие сны снятся.
        - И что?
        - А то, что она очень редко когда превышает двадцать минут. И почти никогда - сорок.
        Я, в принципе, не видел в этом никакого криминала, но всё равно постарался изложить кошке всё, что удалось запомнить из своих сновидений. Собственно, рассказывать было особо и нечего. Варька выслушала всё, что я мог вспомнить и задумалась. Потом перебралась поближе ко мне.
        - Ложись! - скомандовала она.
        Я уже привык к тому, что Варька очень лаконична в тех случаях, когда собирается сделать что-то необычное, поэтому покорно опустил голову на подушку. Кошка прижалась своей головой к моей. В глазах потемнело, и я почувствовал, что вновь проваливаюсь в то состояние, которое было у меня, когда Варёк водила меня «на экскурсию» в инфосферу континуума. Присутствие кошки ощущалось где-то слева. Я «посмотрел» в ту сторону и на миг остолбенел. Передо мной явилась картинка а-ля Чеширский кот. Огромные, горящие зелёным флуоресцентом глаза, серый нос и улыбка до ушей.
        - Прикалываешься? - спросил я, обретя дар речи.
        - Ага! - через мгновение Варежка проявилась вся. - Ты давай, не отвлекайся. Ищи свой сон.
        - Как? Хотя… хм-м.
        Я представил себе прошедшее сновидение как некую аморфную серую массу. В тот же миг прямо передо мной материализовалось некая тёмная дымка, которая сгустилась и превратилась в аккуратное облачко. В него я и нырнул.
        Получилось! Я смотрел на собственный сон, но как бы со стороны. Причём, в отличие от прошлого раза картинка была очень чёткой, а от того ещё более устрашающей. Меня действительно догоняли пренеприятнейшие личности числом в пять особей. Я хоть и знал, что не догонят, всё равно, с трудом подавил желание вмешаться. Ладно - этот эпизод я и так помню. Как бы посмотреть на то, что было раньше. Я попытался запустить действие сна задом-наперёд, как это бывает при обратной перемотке фильма. Не сразу, но у меня это получилось. Очень скоро этот эпизод закончился. Я как бы появлялся из ниоткуда, следом за мной появлялись преследователи и погоня начиналась. Ну ладно. А что там было раньше?
        Буквально через секундный промежуток полной темноты обратная перемотка показала мне тот же сюжет. Я вначале подумал, что вернулся опять к концу сна, потом понял, что преследователей в этом отрывке не пять, а четыре. Ну, допустим… Я ускорил обратную перемотку.
        Таких фрагментов с погоней набралось не меньше десятка. Единственное отличие, которое разнообразило каждый сюжет, было в количестве преследователей. Я уже, было, подумал, что все полтора часа сновидений состоят из повторяющихся отрывков, как тут, в очередном фрагменте мелькнуло что-то новое. Остановив перемотку, я запустил запись в обычном порядке.
        Мгновенная темнота, и вот я вижу самого себя, карабкающегося на высокую гору. Рядом никого нет. Серый гранит под ногами был весь прошит бордовыми, словно сгустки крови, блестящими прожилками. Чёрная паутина из нитей толщиной в мой мизинец оплетала скелеты низкорослых кряжистых деревьев, которые цеплялись корнями-крючьями за выступы в скалах. Тяжёлые свинцовые тучи повисли прямо над головой. Казалось, протяни руку, и она, проткнув невидимую плёнку, вызовет лавину холодной воды. Непрерывные молнии сверкали в тучах, но при этом сохранялась полная тишина. Высоко впереди, ещё до границы грозового фронта виднелся чёрный зев огромной пещеры. А на краю уступа стояли гоблин с полиморфом и жестами показывали мне, чтобы я быстрее убирался отсюда.
        И вот я - тот, который из сна - пересёк какую-то невидимую границу, а может задел спрятанную сигнализацию. В тот же миг, между мной и пещерой откуда-то материализовались уже известные личности, и пошли мне навстречу. Сама же пещера вместе с горой и грозовым небом куда-то пропала. Я-тот развернулся и пустился наутёк. Весь этот фрагмент занял не более пяти секунд, а дальше пошло по уже многократно виденному мною сценарию.
        Что ж. Это уже хоть что-то. Хоть я и не понимал - из за чего Варька развела весь этот сыр-бор со сном. Вполне естественно, что переживания за Белиасора и Кормоеда трансформировались в такое сновидение. Хотя, может быть стоит «перемотать» поближе к началу и посмотреть более ранние фрагменты? Но, как только я принял такое решение, меня рывком выдернуло из погружения в инфосферу. Причина такого резкого выхода была более чем очевидна - обессилевшая кошка безжизненной тряпочкой распласталась по подушке. Видимо лишний пассажир в моём лице вымотал Варежку похуже марафонского забега.
        - Что с тобой, Варёк, тебе плохо?
        - Нет… просто устала очень. И пить хочу.
        Я тут же сотворил миску с холодной водой и подставил её кошке под мордочку. Та с трудом приподняла голову, но так и не сумела дотянуться до воды. Я взял Варьку под животик, отметив что и без того небольшая кошка сейчас вообще весила не больше маленького котёнка, поднёс её мордочку к миске. Варька фыркнула, как будто вода попала ей в нос, после чего принялась жадно лакать. Через полминуты серая оторвалась от воды. Её глаза буквально закрывались от усталости. Я положил кошку на подушку и прикрыл одеялом. Она благодарно муркнула и свернулась клубочком, и тут же заснула.
        Оставив кошку спать в комнате, я спустился вниз, так и не сформировав никакого мнения относительно информации, выуженной из инфосферы. Шумная компания, на которую жаловалась Варька, оказалась группой из двенадцати мажористого вида подростков. Их расу определить я затруднился. Хоть они и выглядели как люди, ну, может с чуть синеватой кожей, пища, которую они употребляли, ни на вид, ни на запах не вызывала у меня желания попробовать её. Явно подгулявший молодняк сейчас занимался тем, что пытался вывести из себя Добрыню, который продолжал валяться у огня и исправно претворялся обычной собакой. Я устроился за отдельным столиком и спросил у пса, не надо ли мне придти на выручку. На что получил отрицательный ответ. Собак явно забавлялся. Ну что ж, вмешаться всегда успею, если что. Я открыл меню и принялся развлекаться, пытаясь угадать, что скрывается за названиями тех или иных блюд.
        Между тем подростки, которым явно надоело по очереди и всем сразу изображать перед Добрыней толпу орущих кошек, перешли к более радикальным действиям. Заказав на кухне аппетитную жареную курицу, они привязали её к длинному шнуру и подбросили к самому носу собаки, явно собираясь потянуть за верёвочку в тот момент, когда пёс потянется за угощением. Тот сначала повёл себя, не обманывая их ожиданий. Радостно завилял хвостом, вскочил на все четыре лапы… чтобы через мгновенье повернуться к подачке тылом и изобразить задними лапами процесс закапывания бяки. После чего, как ни в чём не бывало улёгся обратно. Молодёжь разочаровано загомонила. Неожиданно один из них, явно заводила, изрёк мысль, которая ему, наверное, показалась гениальной:
        - Хо-о-рошая собака. Гордая, - его язык явно заплетался. - Я заберу её себе.
        - Что ты, Ло, - вмешался один из приятелей. - Не видишь, она уже взрослая. Она же тебя не признает.
        Здравая, в общем-то, мысль. Будь я на месте этого Ло, обязательно бы прислушался. Но тому явно было море по колено.
        - Ничего… признает. А не признает - будет огребать регулярно. У меня не забалуешься.
        Как он собирался не испортить собачью гордость регулярными избиениями, я не знаю. Между тем его приятель продолжил:
        - Так тебе Саман и отдаст собаку.
        - Кто? Этот вампир? Да он мне ноги должен облизывать. После того, как мой папашка разрешил этому изгнаннику поселиться в нашей провинции.
        Опа! А Саман-то откуда-то изгнан. Мне, в принципе всё равно, но информация никогда лишней не бывает. Мало ли, когда может пригодиться. И ещё этот фактор «Х» в лице неизвестного грозного родителя. Кто он - местный феодал? А может губернатор провинции? Существующий на Шмокодявке общественный строй был для меня загадкой. В любом случае, этот икс был явно значимой шишкой, раз его сынок так себя уверенно чувствует. Как бы поосторожней переключить внимание молодняка с Добрыни. Не хочется, чтобы у Вампира потом начались неприятности.
        - Так то - папашка, - вновь попытался воззвать к разуму разошедшегося мажора более осторожный пацан.
        - Плевать! Сейчас пойду и заберу собаку. - малолетний хам пошатываясь направился к очагу.
        Добрыня оскалился, явно показывая нежелание более тесного контакта, а я решил, что пора бы и мне вмешаться. Но не успел. Непонятно как - магия, что ли - в руках у малолетки очутился длинный хлыст, который свистнув, задел пса самым кончиком по чувствительному собачьему носу. Добрыня взвизгнул от боли.
        - Стоять! - проорал я, чувствуя, как бешенство застилает глаза и с трудом удерживаясь, чтобы не расщепить наглеца на молекулы. В назидание.
        Хам остановился и повернулся ко мне. Впрочем, как и все его приятели. До этого они просто не обращали на меня внимания. Сейчас же все разногласия между ними были забыты, и на меня уставилось двенадцать пар глаз. Стая из двенадцати избалованных зверёнышей нашла себе новую игрушку.
        Раньше, очутившись в подобной ситуации, я бы уже продумывал пути к отступлению. Да что там говорить - я бы постарался вообще избежать подобного. Но сейчас…
        Очень хорошо, что внимание молодняка отвлеклось от Добрыни. Мысленно успокоив пса, я попросил его не вмешиваться. И вообще, под шумок слинять куда-нибудь на улицу и спрятаться. Тот ответил мне, что особо-то и не пострадал. Просто атака случилась слишком уж неожиданно.
        Сколь ни короткой было наше мысленное общение, но за эти секунды ситуация успела измениться. Причём не в мою пользу. Не знаю, все ли из моих противников были магами, половина, или же кто-то один, но я вдруг понял, что не могу пошевелиться. Даже не заметил, что кто-то произнёс заклинание. Вот это уже неприятно. Впрочем, сколь ни мал был мой опыт в магических поединках, в этот раз я не запаниковал. Посмотрев на себя внутренним зрением, как учила меня кошка, я увидел, что окружён плотно прилегающим ко мне слоем твёрдой прозрачной субстанции похожей на стекло. Дышать заклинание мне не мешало. И на том спасибо. Так, природа воздействия мне неизвестна, следовательно, разрушать оковы будем нетрадиционно. Как обычно, что уж там… Я представил, что от моего тела отделяется бесчисленное множество мельчайших невидимых капелек, которые начинают разрушать изнутри пленившее меня нечто. Убедившись, что выбранный мною способ весьма действенный, и от свободы меня отделяют считанные, мгновенья, я переключился на обычное зрение.
        Оказалось, что папенькин сыночек успел вплотную приблизиться ко мне, и теперь разглядывает меня в упор, произнося при этом видимо очень поучительную с его точки зрения речь. Начало я, естественно пропустил.
        - … что не можешь двигаться? Как жаль. Ну ничего - у меня в саду как раз не хватает одной скульптуры. Видишь ли, прошлый протух окончательно, пришлось выбрасывать. Тот у меня назывался «труп печальный». А ты будешь… во - «труп наглый».
        Компания дружно заржала. Моего ответа никто не ждал по вполне понятным причинам. Ну что ж, хлопцы, сами напросились. Я вновь посмотрел магическим зрением и убедился, что полностью свободен. Не откладывая, я сотворил вокруг себя защитный кокон, наподобие того, каким был пленён, только полностью мною контролируемый. Учитывая слова хама, мне представился случай развлечься. Причём жёстко. Ну, или жестоко - посмотрим по ситуации. То, что меня уже приговорили к мучительной смерти, не оставляло сомнений. Если я правильно понял слова подростка. И, видимо, здесь подобные развлечения практикуются регулярно.
        Удовлетворённо отметив, что Добрыня послушался моего совета и улепетнул из зала, я принялся ждать продолжения. К тому, что говорили малолетки, я не прислушивался. Впрочем, они всего лишь обсуждали способ моей транспортировки. О чём-то договорившись между собой, они подхватили меня и потащили к выходу, пару раз, как будто случайно, уронив на пол, что вызвало новые приступы смеха и оскорблений. Моя защита полностью блокировала неприятные ощущения от встречи с полом, но хорошего отношения к юнцам это не добавило. Естественно, я продолжал изображать статую самого себя. Всё складывалось удачно - мне не придётся потом разыскивать обидчиков. Разберусь с ними прямо у них дома.
        Мысленно отыскав Добрыню, я ещё раз попросил его не вмешиваться, а заодно и не беспокоить Варежку - пусть отоспится после такого стресса. Между тем, меня вытащили на улицу и погрузили в одно из двух транспортных средств чем-то напоминающих микроавтобусы, только более обтекаемой формы. Следом за мной, по машинам разместилась и остальная компания. После короткого разгона по поверхности, мы взмыли в воздух, продолжая разгоняться. Как только полёт выровнялся, я оценил скорость примерно в триста-четыреста километров в час. Вот как так можно: при таких совершенных по земным меркам технологиях, какие-то средневековые нравы?
        Полёт продолжался примерно полчаса, может и больше - на меня никто не обращал внимания, и я даже задремал.
        Наконец мы приземлились. В этот раз компания не озаботилась вытаскивать меня из машины. Бросив меня на сидении, они куда-то ушли. В полном одиночестве я провёл ещё четверть часа. Вскоре мне это надоело, и я начал подумывать о том, чтобы прекратить этот цирк и самому выйти на разборки с обидчиками. Но тут за мной пришли.
        Это были слуги, или, я пригляделся внимательно к ошейникам, поблёскивавшим на шеях, рабы? Пришедшие за мной были женщинами, а точнее, двумя миловидными девушками лет двадцати - двадцати двух по земным меркам. Я сначала засомневался, смогут ли они справился с моей тушкой, но та лёгкость, с которой они выдернули меня из салона, говорил о недюжинной силе дам.
        «Что-то везёт мне в последнее время на иномирянских амазонок», - с горечью подумал я. И тут, с ключевым словом «амазонки», на меня нахлынула такая тоска и безысходность, что защипало в глазах и сдавило где-то за грудиной. Сина! Я ни на минуту не забывал о своей девочке, да что там - все мои метания в последние дни были только с одной целью - поскорее отыскать способ добраться до неё и вызволить как из временной заморозки, так и из сумасшедшего мира Мегенок. Наверно нахлынувшая на меня волна эмоций помешала мне сразу осознать невероятный факт. Транспортирующие меня рабыни разговаривали между собой на знакомом языке, но не на том, на котором общались известные мне жители Шмокодявки-34. И это… сердце гулко бухнуло в груди и учащённо забилось… это был язык мегенок!
        Теперь я просто был счастлив, что ввязался в авантюру с золотой молодёжью. Но, не будем спешить - всё по порядку. Сначала отделим зёрна от плевел. Пока меня перетаскивали с места на место, я, хорошенько подумав, всё же максимально усилил свою защиту, насколько вообще в моём понимании это было возможно. Конечно, существовал риск нарваться на кого-то, не уступающего по силам чокнутым волшебникам из заколдованного замка, но, скорее всего, тот случай был исключением из правил.
        Вскоре меня доставили на поляну и водрузили на какой-то невысокий постамент кубической формы. Вся компания моих пленителей уже была здесь и занималась тем, что продолжала прерванный в таверне Самана банкет. На меня по-прежнему не обращали внимания - подумаешь, очередная жертва, отработанный материал. Я всё же решил подождать - вдруг в разговоре промелькнёт что-то про пленниц с Мегены, но, похоже рабыни вообще были делом привычным, а от того тем более незаметным. А может, их вообще привезли откуда-то и здешние хозяева не имеют никакого понятия о том, кто это и откуда.
        Решив, что пора переходить к активным действиям, я разрешил своей защите быть пластичной. Но чуть-чуть пошевелившись, едва не вскрикнул от боли. Оказалось, что за время, проведённое в неподвижности, пусть и в поддерживающем корсете из защитного поля, тело затекло так, что при малейшем движении темнело в глазах и прожорливые «мурашки» вгрызались в мышцы, проедая их до самых костей. Пришлось, преодолевая неприятные ощущения поочерёдно напрягать и расслаблять разные группы мышц, постепенно восстанавливая контроль над телом. Пока я был занят собой, ситуация на поляне опять поменялась. К группе развлекающейся молодёжи вышел представительный мужчина. Судя по реакции остальных, к нам пожаловал тот самый папашка моего главного обидчика. Кивком поприветствовав присутствующих, он сразу направился ко мне. Сынок увязался следом. Старший обошёл меня вокруг, заинтересованно оглядывая, потом обратился к сыну:
        - Где взял?
        - Да, в таверне у вампира поймали. Хотел на нас наехать, придурок.
        - Так ты что - свободного жителя заморозил?
        - Я же говорю…
        - Сколько раз повторять, - старший отвесил младшему подзатыльник, впрочем, несильный, - доиграешься когда-нибудь. Вдруг это иномирянин?
        - И что? - Ло и не думал сдаваться.
        - Кто-нибудь видел?
        - Нет. Вампира не было.
        - А прислуга?..
        - Да какая там прислуга. Они от нас попрятались.
        Внезапно отец прервал занимательный разговор и внимательно посмотрел на меня.
        - Посмотри, - обратился он к сынку. - Внимательно посмотри.
        - Да что я там не видел? - ответил тот, потирая затылок.
        - У него страха в глазах нет!
        - Подумаешь! Не успел испугаться…
        - Дурак! - следующий подзатыльник был гораздо весомее первого. - Сейчас он всё слышит и понимает. И при этом не боится!
        Я улыбнулся, стараясь, чтобы улыбка вышла как можно более зловещей - эдакий доктор Зло.
        - Уничтожь его немедленно! - взвизгнул старший.
        Ну, уж, дудки! Поняв, что меня раскусили, я решил перестать претворяться и начать играть по своим правилам. Правда, чуть-чуть не успел. В меня прилетело что-то испепеляющее, что должно было спалить заживо, а может, заодно и развеять останки по ветру. Что ж - защита сработала на все сто. Сгусток плазмы растёкся по ней, не причинив мне никакого вреда. Я даже тепла не почувствовал. Зато окончательно сжёг хоть какую-то жалость к противникам. Не дав им оценить результаты неудавшейся атаки, я выбросил вперёд обе руки, схватив обоих за отвороты дорогущих одежд. А поскольку пламя от неудачного заклинания ещё не совсем опало, то для двоих моральных уродцев запахло жареным не только в переносном смысле, но и в самом прямом. Их рожи покраснели, получив обратно порцию своего же жара, волосы и брови моментально оплавились.
        Естественно, мои жертвы попытались вырваться, но я, справедливо решив, что тягаться с двумя здоровыми мужиками не стоит, тут же вернул им подарочек, обездвижив от шеи до пяток. Подобная же участь постигла и дружков Ло, которые бросились врассыпную. Я, нарочито не спеша, сотворил себе мягкое кресло, столик с бокалом шампанского и с наслаждением уселся. А что - они пижонят, а мне нельзя, что ли?
        Папашка открыл, было, рот, но, мгновенно вспыхнувший перед его лицом файербол, быстро заставил его заткнуться. Молодец, почувствовал - на чьей стороне сила. Не зря же в местные шишки выбился. А вот сынок не угомонился. Прямо на лице написано, что пытается магичить. Посмотрев на него внутренним зрением, я увидел, его тело как рентгеновский снимок. А вернее, как распечатку компьютерной томографии - такую же многоцветную, только объёмную и динамичную, живую. От его мозга к кончикам пальцев правой руки постоянно проскакивали синие всполохи - явно магические импульсы. Вот только для активации заклинания ему видимо требовался какой-то специальный жест, как мне когда-то. Такие же синие сгустки кружились в голове у его отца. Больше магией, судя по всему, не обладал никто из тёплой компании.
        Демонстративно с удовольствием потягивая прохладное шампанское, я представил, как из этих двух магов вытекает-исчезает вся синева. Повинуясь моему приказу, синие всполохи сначала потускнели, потом окончательно растворились среди других оттенков. Я вернул себе обычное зрение, чтобы встретиться с ошеломлёнными глазами папашки. Сынок, кажется, ещё не оценил утраты. Вот теперь, когда вы стали полностью овощами в магическом плане, поговорим… Я даже соизволил отпустить магический захват со старшего.
        Тем не менее, я не торопился начинать разговор, предоставив эту сомнительную честь моим оппонентам. Ведь от того как они начнут, будет строиться наше дальнейшее общение. Первым начал всё же младший. До него наконец-то дошло, что все его магические козыри наткнулись на универсального джокера в моём лице. Вот только сдаваться, видимо, было не в его правилах. Слишком долгая безнаказанность, ну ничего - это поправимо. Уставившись на меня ненавидящим взглядом, он выплюнул:
        - Урод! Я тебя уничтожу!
        - Заткнись, придурок! - окоротил его папашка, верно оценив расстановку сил. Затем обратился ко мне: - позвольте представиться - я губернатор этой провинции - Ло-Арант старший и принести вам искренние извинения. Я вижу, физически вы не пострадали, а моральный ущерб я готов возместить в любых доступных мне пределах.
        Я продолжал хранить молчание. Губернатор занервничал. Сделав вид, что наблюдаю за игрой пузырьков в бокале, я магически оглядел окрестности. Ага! Судя по всему, охрана не дремлет. Я ещё сразу удивился - почему не предпринимается никаких попыток вмешаться в моё самоуправство. Видимо, вышколены отлично - ждут сигнала. Мельком глянул на Ло-Ло, в смысле, младшего и старшего. Магические резервы у них постепенно восстанавливались - в ауре опять стали мелькать синие вспышки. Я вернулся обратно, предварительно обездвижив и охранников в засаде. А то мало ли…
        Губернатор почтительно ждал. Возвращение магии явно придало ему уверенности. Молодёжь вела себя тише воды, не исключая Ло-младшего. Тот, правда, зло поблёскивал глазёнками. Решив, что клиенты достаточно готовы, я встал и молча направился в ту сторону, откуда меня принесли мегенки. Ло-Арант, явно не ожидавший такого поворота событий, подобострастно засеменил следом.
        - Простите мою назойливость, - начал он. - Но вы позволите мне освободить этих юнцов? И я ещё раз позволю напомнить о возмещении вам морального…
        Я резко остановился. Губернатор, не рассчитав, врезался мне в спину и тут же рассыпался в новых извинениях.
        - Не получится. Их. Освободить. У тебя. - вдалбливая каждое слово уничтожающим тоном, впервые подал голос я.
        - Ну… позвольте не согласиться. Я очень сильный маг… конечно, вы сильнее, - тут же поправился он. - Но я как-нибудь потихоньку. В академии я как раз обучался на этой специализации - снятие чужих заклятий. Могу справиться с любым, кроме наложенного манипуляторами. Вы же ведь не манипулятор? - Уточнил он, тонко захихикав, как бы приглашая меня присоединиться к его шутке.
        В ответ я многозначительно улыбнулся. Пусть думает что хочет.
        - Нет-нет! Не может быть! К нам действительно приходила команда манипуляторов дней десять назад. Такого возмущения континуума при переходе коридором сложно было не заметить. Очень сильная команда… но они ушли. Да-да - ушли. Я сам проследил.
        Я опять решил поиграть в молчанку. Не докладывать же местному самодуру, что все прочие разы я попадал на Шмокодявку телепортами. Видя, что ничего пояснять я не собираюсь, несколько побледневший губернатор спросил:
        - Вы позволите… посмотреть? Убедиться…
        Толком не понимая, что он от меня хочет, я, всё же утвердительно кивнул. Глаза Ло-Аранта на миг затуманились, видимо он перешёл на магическое зрение. Ещё через секунду он валялся на земле, бормоча что-то жалостливо-нечленораздельное и пытаясь обхватить руками мои ботики. О как! Щяз тебе - я ещё не забыл, как вы пытались меня уничтожить. Да и за Добрынин нос тоже ответите. Оторвав взгляд от жалкого зрелища, и пинком отшвырнув его руки, я отправился обратно и сел в своё кресло. Ло-старший не поднимаясь с земли, полз следом.
        Появление такой живописной группы вызвало явную панику среди всей молодёжи, включая виновника последних событий. Ничего, полезно. Да и достанется тебе на орехи от отца за его такое публичное унижение. Кстати шампанское в прошлый раз получилось весьма недурственное. Сотворим-ка ещё один бокальчик. Губернатор застыл в метре от меня, боясь пошевелиться. Я не спеша отхлебнул, смакуя изысканный вкус и давая присутствующим время осознать всю прелесть момента.
        - Значит, первое… - при моих словах в глазах Ло-Аранта появился проблеск надежды. Ещё бы - если дошли до условий, значит не всё так плохо. - Путинки есть? - тот закивал часто-часто, как китайский болванчик. - Тащи все.
        Он, конечно, никуда не побежал сам, но достал устройство, подозрительно смахивающее на мобильник, и отдал какое-то распоряжение. После чего опять застыл в подобострастном ожидании - раз было «первое», то, как минимум, «второе» тоже должно быть. В этот раз я не заставил себя долго ждать.
        - Второе. Саман - мой друг. Всё понятно, или разъяснить по пунктам?
        - Всё, всё! Его никто больше не потревожит.
        - Даже случайно? - уточнил я.
        - Сразу же распоряжусь, чтобы его заведение было обеспечено охраной… негласно. - На эти слова я утвердительно кивнул, а губернатор перевёл дух.
        - Вот-вот, - подтвердил я. - А то мы с командой тут недалеко живём (Ло-Арант вздрогнул), будем часто к нему наведываться.
        Вселенская грусть поселилась в глазах губернатора. В этот момент на тропинке показалась мегенка-рабыня, которая несла довольно объёмистый, искусно отделанный сундучок. Я подумал, что если она несёт путинки, и если сундучок заполнен хотя бы наполовину, то мне хватит надолго. Оставлять этой семейке явно ничего не стоило - не заслужили. Я ошибся. Когда губернатор открыл крышку, я увидел, что бесценные шарики заполняют его до краёв. Штук триста, не меньше. Как только всё содержимое сундучка перекочевало в наспех сотворенный рюкзак, я продолжил, жестом приказав рабыне остаться.
        - Сколько у тебя таких рабынь?
        - Каких? - не понял губернатор.
        - Этой расы.
        - Четыре. Это очень ценные рабыни. Их привозят к нам очень редко за сумасшедшие деньги. Я прошу великого манипулятора оставить их мне. Готов даже занять у соседей ещё путинок, чтобы возместить…
        - Это правда? - прервал я Аранта, обратившись к девушке на её родном языке. Её глаза, до того опущенные к земле, удивлённо распахнулись.
        - Что «правда»? - шёпотом переспросила она.
        - То, что вас здесь четверо… - девушка в ответ кивнула.
        - Я забираю их всех, - при этих словах губернатор сник. Спорить со мной он не решился. Я же перешёл к заключительной части представления.
        - Твой сын и его компания останутся в таком виде на год. Ты сумеешь магически поддерживать их силы?
        Губернатор опять закивал, малолетки испуганно застонали.
        - А почему нас нельзя просто кормить? - подал голос кто-то из них. Хорошо. Судя по тому страху, который мне удалось нагнать, никто не возражал, против годового заключения.
        - Потому, что моя заморозка - она такая, - злорадно ответил я. - От шеи до пяток к вам ничего не проникнет. Но и обратно ничего не выпадет. Вы же будете не только есть и пить? А ещё существует немного противоположный процесс.
        Тут до них дошло. В глазах юнцов застыл ужас.
        - Через год вернусь, - сказал я, поднимаясь из кресла. - А может и раньше - иногда бываю добрым. Но, если ещё хоть раз узнаю про ваши жестокие развлечения, так просто не отделаетесь.
        - Зови сюда своих рабынь, - приказал я Ло-Аранту.
        Тому ничего не оставалось делать, как выполнить мой приказ. При помощи того же устройства или амулета. В ожидании девушек я снял заклятие с охраны губернатора - передо мной, по крайней мере, они ни в чём не провинились, но предупредил последнего, чтобы он даже не вздумал подавать им никаких сигналов. Хотя он и так, скорее всего, не собирался - не самоубийца же!
        Как только четыре мегенки собрались на поляне, я объявил им, что отныне они переходят в моё распоряжение. После чего демонстративно, для пущего эффекта, телепортировался вместе с ними к входу в гостиницу.
        Как раз вовремя для того, чтобы увидеть заходящего на посадку дракона с вампиром на спине. А ещё навстречу тут же выбежал Добрыня, радуясь и играясь как щенок. Для почти стокилограммовой тушки - в самый раз. Я успокоил пса, буквально в двух словах поведав всё, что произошло в резиденции губернатора. Заодно попросил пока больше никому не рассказывать о случившемся. Лучше это сделаю сам. Освобождённые рабыни, впрочем, пока не подозревающие о своём освобождении, покорно стояли в сторонке. Ладно, чуть подождут. Сначала Федя и Саман, которые как раз приземлились.
        Вампир выглядел уставшим, но довольным до чёртиков. Поблагодарив Федю, принявшего человеческий облик и направившегося в обеденный зал за перекусом, Саман подошёл ко мне.
        - Ага, манипулятор! - воскликнул он. - С тебя связка чеснока. Большая-пребольшая!
        - Да-да… шесть ящиков спичек и гравицапу в придачу. - поддержал я приятеля.
        Саман, никоим образом не знакомый с земным кинематографом, недоумённо нахмурился. Хотя через секунду недоумевать пришлось уже мне, так как он неожиданно заявил:
        - А зачем тебе гравицапа? У тебя что, пепелац есть?
        Нет, я, конечно, подозревал, что режиссёр Данелия не от мира сего… но чтоб настолько! Чтобы окончательно не запутаться, я переключил разговор:
        - Стоп-стоп! Это была шутка. Рассказывай - что там у тебя.
        - А! - вампир снова обрёл хорошее расположение духа. - Всех облетели, собрали всё, что только смогли. Потом, конечно отдавать чем-то придётся… Вот, короче, держи!
        Он протянул мне небольшой мешочек. Я уже догадывался, что именно увижу внутри, но послушно развязал и заглянул в горловину. Ну, естественно, путинки. Штук пятнадцать. Весьма ценное приобретение для предстоящего похода, если не учитывать моих последних похождений.
        - Спасибо, Саман, конечно, но… - желание поактёрствовать ещё не иссякло во мне, поэтому я театрально широким жестом снял рюкзак и небрежно дёрнул за собачку молнии. На землю посыпался драгоценный град.
        Глаза Вампира, когда он понял, что всё содержимое рюкзака состоит только из путинок, превратились в два блюдца.
        - Ты что, губернатора ограбил? - явно в шутку спросил он.
        - Зачем же сразу - ограбил? Он сам отдал. Ещё и уговаривал меня взять.
        - Нет, я серьёзно!
        - Я тоже. Серьёзней не бывает. Ло-Арант лично преподнёс мне все эти артефакты.
        Упоминание имени губернатора окончательно убедило вампира в том, что я не шучу. Плечи его поникли.
        - Да ладно тебе, Саман, не расстраивайся, - Решил поддержать я приятеля. - Ты же не знал, что путинки не пригодятся. Зато не надо ломать голову - чем отдавать потом…
        - Разве в этом дело, - убито сказал вампир. И тут до меня дошла истинная причина его уныния. Я успокаивающе взял его под локоть.
        - Саман, послушай, - доверительным тоном сказал я. - Поверь, ваш губернатор уже отработанный материал. Больше он тебя не будет беспокоить. Как и его мажористый сынуля со своей компанией. Забудь про него.
        Саман явно повеселел. Чтобы успокоить его окончательно, я подробно поведал ему о своих приключениях. За время моего рассказа злорадная ухмылка не сходила с лица вампира. Чувствуется, ещё как достала его эта семейка.
        - И вот ещё что - видишь этих четырёх девушек? Это бывшие рабыни губернатора. Забрал у него в качестве компенсации. Но не это главное. Самое интересное то, что они с Мегена.
        - С Мегена? - удивлённо переспросил вампир. Будучи в курсе наших похождений, он сразу понял необычность такого происхождения рабынь. - Хм… не такой уж и закрытый получается этот домен.
        - То-то и оно. Я пока ещё не разговаривал с ними, но это очень странно, не находишь?
        - Что именно?
        - Вот смотри, Саман - в континууме бесчисленное множество известных миров. Плюс никому не известное количество миров - изолятов. Заметь, что квадро-домен, в который входит родина девушек тоже изолирован. А теперь представь - с какой вероятностью я, попавший совершенно случайно в первый поход на Мегену, буквально через несколько дней встречу её обитательниц буквально в одном-двух переходах от Земли?
        - Действительно, странно. Но я бы на твоём месте особо не придавал этому значения.
        - Это почему ещё?
        - Ты же манипулятор. К тебе такие странности будут теперь время от времени липнуть. Просто континуум, таким образом будет тебя подталкивать к определённым шагам.
        - То есть, ты хочешь сказать, что континуум обладает собственным сознанием?
        - Ну-у-у, этого не знает никто… может быть и обладает. Порой события, которые происходят без вмешательства разумных рас, говорят в пользу некоего над-разума. А может просто в мире выравнивается баланс сил, и происходят те или иные события, которые направлены на поддержание равновесия. А манипуляторы, и это общепризнано, помимо прочего являются своего рода чистильщиками, рабочим инструментом в руках континуума.
        - Ясно… что ничего не ясно. - перспектива иногда участвовать в событиях вселенского масштаба не то чтобы напрягала, но и не внушала особой радости. Хотя, подумал я, было бы справедливо, если придётся расплачиваться время от времени за те способности, которыми одарил континуум меня и моих зверей.
        - Что ты планируешь делать с мегенками? - прервал мои размышления Саман.
        - Освобожу, что же ещё.
        - В этом-то я и не сомневался. А дальше?
        - Дальше? - я пожал плечами. - Не знаю. Верну их домой, наверное.
        - А что они сами говорят?
        - Да я, собственно и не разговаривал с ними ещё.
        - Зря…
        - А что? Вот просто возьму и телепортирую на Мегену.
        - Если я прав, и континуум подкидывает тебе очередное задание, то просто так ты от них не отделаешься. Или отделаешься, но очень скоро опять столкнёшься с этой проблемой.
        - Ну, хорошо, уговорил.
        Мы подошли к девушкам. За то время, что мы провели здесь, они так и стояли, даже, по-моему, не шелохнувшись. Толи муштра на родине, толи привыкли не отсвечивать в бытность свою в услужении у Ло-Аранта.
        - Ну что, красавицы, с этого момента объявляю вас свободными гражданками континуума, - сказал я, на языке Шмокодявки, чтобы потом не переводить вампиру суть нашего разговора, поочерёдно уничтожая рабские ошейники. Правда, предварительно убедился, что они не содержат никакой магии. А то, мало ли, какие сюрпризы в них могли таиться. - Вот так. А теперь давайте знакомиться. Меня зовут Василий. Можно просто Вася. А вас?
        - Первая.
        - Вторая.
        - Третья.
        - Четвёртая, - поочерёдно представились они.
        - Во как! - поразился я. - Это что за имена такие?
        - Эти имена дал нам хозяин, - ответила Первая.
        - Так, стоп - забыли про хозяина. Нет у вас больше никаких хозяев. Дома, на Мегене как вас звали?
        - Мы не помним, простите… - опять Первая. Наверно в силу своего имени она была главной в этой четвёрке.
        - Та-ак! А что вы помните?
        - Работу помним у господина губернатора.
        - Ну ладно, - не сдавался я. - А до этого что вы делали, где жили?
        Девушки переглянулись.
        - Ни… нигде… - неуверенно ответила Первая.
        - Но вы же разговариваете на своём языке, знаете, что ваш родной мир Мегена! - бестолковый разговор начал раздражать.
        - Да, господин, но… я не могу сказать. Мы не помним. Простите.
        Я беспомощно оглянулся на Самана. Тот пожал плечами.
        - Не уверен, но это очень похоже на блокирование памяти. Очень сильный маг мог такое с ними проделать. Если их увезли с Мегены в достаточно зрелом возрасте, то это идеальный вариант получить послушных рабов.
        - А почему же тогда не блокировался родной язык, и вообще память о Мегене?
        - Не знаю. Могу только предположить, что на знание родного языка может быть завязаны основные навыки, инстинкты, что-то ещё очень важное, без чего после обработки могли получиться безмозглые куклы. То же может касаться и мира-прародителя.
        - И что же теперь делать? Я, например не умею блоки снимать. А экспериментировать и копаться в чужих мозгах не хочу - очень рискованно. Может Ло-Аранта заставить?
        - Что ты! - замахал руками вампир. - Он и подавно не сможет!
        - Так это не он ставил?
        - Конечно нет - не его уровень. Скорее всего, их обработали перед продажей. А может даже прямо в момент похищения. Так транспортировать легче. Но ты не беспокойся - в Академии эти блоки запросто снимут.
        - То есть всё опять упирается в поиски Белиасора? - подытожил я.
        - Выходит - так, - согласился Саман.
        - И что теперь прикажешь с ними делать? Не тащить же их с собой на поиски ректора?
        - Предлагаю оставить их пока у меня. Губернатор трус конченный. Сюда он теперь действительно не сунется. А моим работникам помощь как раз не помешает, пока я с тобой по мирам прыгать буду.
        - Ну, если ты сам не против…
        - А то ж! Был бы против - не предложил.
        В данной ситуации выход предложенный Саманом был действительно оптимальным. Объяснив девушкам их судьбу на ближайшие несколько дней, я отправил их с вампиром знакомиться с новыми обязанностями. Похоже, всё произошедшее никак не затронуло их эмоций. Вот уж действительно - мастерски их обработали - прислуга получилась более чем идеальная. Ну, ничего, думаю, что дело поправимо. Дайте только с другой задачей справиться.
        Кстати, как там остальные члены нашей команды? Не пора ли нам двигаться дальше? Я зашёл внутрь гостиницы. Вся наша компания была уже в сборе. Даже Варька, хоть прошло не так много времени, пока я отсутствовал, сумела восстановить достаточно сил, чтобы присоединиться к нам. Вот, что значит девять кошачьих жизней. Да ещё и с поддержкой новых способностей. Через минуту к нам вышел и хозяин заведения, видимо пристроив девушек.
        Прежде чем сломя голову нестись на выручку полиморфу и гоблину, я предложил устроить небольшой военный совет. Все согласились. Только, как выяснилось, обсуждать было практически нечего. Мы с Добрыней просто довели до остальных результаты нашей разведки. Ни у кого из присутствующих не возникло никаких мыслей - никто раньше не встречался с подобным явлением - исчезновением разумных буквально между двумя шагами. Поэтому было решено просто отправиться на место и попытаться найти там хоть какие-то следы. Тем более что у Добрыни уже восстановились все способности, потерянные им при прохождении последнего зелёного коридора.
        Неожиданно, правда, вмешалась Ива. Она вначале потерзала меня по поводу телепортирования - как, что, да почему? Наконец, когда до конца осознала, что телепорт в принципе возможен, высказала вполне на первый взгляд дельную идею - а почему бы мне не попробовать телепортироваться напрямую к её учителю. Не успел я порадоваться такому простому решению нашей проблемы, а заодно и понедоумевать, почему такая простая мысль нам самим в головы раньше не пришла, как вмешалась кошка. Варька была категорически против такого шага. И мотивировала очень аргументировано: неизвестно же, в каких условиях держат пленников - может в озере концентрированной кислоты. Или при температуре, близкой к абсолютному нулю… и подобный список можно продолжать до бесконечности. Их расам подобные условия могут доставлять, к примеру, определённые неудобства, а для наших тушек окажутся настолько агрессивными, что никакая магия не спасёт.
        Я тут же согласился с кошкой, припомнив мои первые эксперименты с телепортом. Тем более что проконсультироваться по этому вопросу было абсолютно не с кем. Единственный в известном мире специалист по вопросам телепорта, то есть я сам, ничего не мог сказать по этому поводу. В итоге, мы решили, что тише едешь - дальше будешь и, после коротких сборов покинули Шмокодявку-34, перенесясь в тот мир, где в прямом смысле терялись следы Кормоеда и Белиасора.
        Как только пронёсся краткий миг телепорта, меня неожиданно скрутило невыносимой болью, которая разрывала всё тело, скручивая жгутами мышцы и раздрабливая кости на мелкие осколки. От неожиданности и шока я упал лицом в снег, буквально в полуметре от обрывающихся следов объектов нашего поиска. Сухие снежные крупицы острыми иглами впились в кожу, порождая новые мучения, и, в то же время, немного притупляя боль в мышцах. Внезапно перед глазами моргнуло, и в тот же момент боль ушла. Полностью.
        Я лежал на сухой раскалённой потрескавшейся земле. Во все стороны простиралась выжженная солнцем пустыня. Само местное светило пронзительно белого, с синевой света нещадно палило, хоть едва-едва показалось над горизонтом. Я вскочил на ноги, огляделся и понял, что остался один. Мои спутники пропали.
        Шальная мысль пришла мне в голову: я где-то ошибся с заклинанием телепорта, и меня перенесло в какой-то другой мир. Однако тут же понял, что конечная точка всё же та, что мне нужна. Хоть пейзаж вокруг и отличался унылым однообразием, но впереди маячили три невысоких холма, которые были похожи друг на друга как братья-погодки - маленький, четь повыше и самый высокий. Подобная картинка запомнилась мне с первого посещения этого мира. Как раз эти холмы я и сфотографировал в прошлый раз в качестве ориентира. Что же всё-таки произошло? Ладно, разбираться будем позже. Сейчас необходимо найти моих спутников. Начнём с исходной точки.
        Вернувшись обратно на Шмокодявку, я с облегчением увидел, что вся наша компания цела и относительно невредима. Кто-то растирал ушибленное колено, кто-то ощупывал шишку на голове. Но серьёзных повреждений не наблюдалось ни у кого. Кстати, увидев меня, все радостно выдохнули - видимо не только я за них волновался.
        - Что произошло? - спросил я у Варьки, беря её с земли и сажая на плечо, где она, собственно и находилась в момент неудачного прыжка.
        - Не знаю, ответила серая. Просто ты исчез как обычно, а нас расшвыряло по земле, как будто в стену ударились. Хотя, в момент телепортации никто никуда не двигался - это же не переход через коридор… А ты как - попал куда надо?
        - Хм… - я почесал тыковку, - попасть-то попал, да вот туда ли?
        Коротко пересказав всем свои приключения, я вопросительно уставился на Самана. Как показала практика, вампир часто делал правильные предположения на основе неполных исходных данных. Однако первой отреагировала Варежка.
        - Время, - безапелляционно заявила она. - Ты просто провалился во времени, в прошлое. Нас вообще не пустило следом, а тебя вернуло на то же место, но в текущее время. Ну-ка, скажи - на что ты ориентировался, когда создавал портал?
        - Как обычно, на картинку из памяти. К тому же я совсем недавно там побывал…
        - Правильно. И в твоей памяти сохранилась заснеженная равнина. Вот ты туда и рванул. А надо было в раскалённую пустыню.
        - Да ладно тебе, - усомнился я в выводах кошки. - Прошло-то всего несколько часов.
        - Терминатор, - не очень понятно вставил вампир. У меня перед глазами встал Арнольд Шварцнеггер из одноимённого боевика прошлого века. А Варька согласно кивнула.
        - Причём здесь терминатор? - переспросил я.
        - Мир терминаторного типа, - пояснила кошка. Скорость вращения планеты вокруг своей оси практически совпадает с её перемещением по орбите, или равна ей. Как наша Луна. Только там скорости вообще равны, поэтому мы всегда видим одну её сторону. А в нужном нам мире всё же есть некоторый дисбаланс. Поэтому там и происходят такие скачки.
        - Подождите, но я точно помню, что когда мы там были в первый раз, на небе проглядывало какое-то светило! - не сдавался я. Добрыня подтверждающе гавкнул.
        - Ну и что - двойная звезда, - прокомментировала Варька. - Может как раз благодаря ей планета длинной ночью не вымерзает полностью.
        Крыть было нечем. По крайней мере, эта версия всё объясняла. А то мне уж начали мерещиться таинственные враги за каждым углом. Ну что - вторая попытка? На всякий случай я сходил сначала один. В этот раз обошлось без эксцессов, поэтому я перетащил всех остальных. Когда наша команда огляделась на местности, выяснилось, что никаких дополнительных улик никто не обнаружил. К тому же вместе со снегом пропали и отпечатки следов.
        - Ну что, эксперты, какие будут предложения? - спросил я компанию, так как собственных полезных мыслей у меня не наблюдалось.
        - А что тут предлагать? Сейчас сходим в то время и посмотрим что случилось! - ха! Как же я сразу-то не догадался? Добрыня-то обладает поиском во времени.
        - Подождите, - встрял Федя. - Если вы пойдёте коридором, то не потеряете свои способности? Насколько я понял, коридор - зелёный?
        - Не потеряем. - Ответил я, гордо продемонстрировав содержание рюкзака. Может и не стоило тащить с собой все путинки, но запас, как говорится, карман не тянет. - Может, пока мы с Добрыней сходим на разведку, вернуть вас обратно? Что на солнце жариться - вон как припекает…
        На такое моё предложение все ответили дружным отказом. Ива предложила остающимся пройтись по округе. Вдруг заметят что-то, что мы не заметили в первый раз с псом, хотя я и сомневался в их успешности, так как полностью доверял собачьему нюху. А Саман вообще заявил, что пойдёт с нами, поскольку он тоже обладает поиском во времени. Оставив Варьку, Иву и Федю, на всякий случай обернувшегося ящером, на поиски улик, наша тройка отправилась в ближайшее прошлое.
        Добрыня, о чём-то коротко перемолвившийся с вампиром как-то очень быстро рванул во временной коридор. Мне пришлось очень постараться, чтобы не отставать. Саман поступил проще - обернулся огромной летучей мышью и активно захлопал крыльями. Непосредственно перед переходом Добрыня затормозил и уселся, поджидая меня.
        - Что-то не так? - спросил я его.
        - Да нет. Просто мы выйдем минут за пять до появления Кормоеда и Белиасора в этом мире. Ты уже знаешь, что делать?
        Я почесал макушку. Что-то в последнее время этот жест стал часто повторяться мной. Как бы дырку в голове не прошкрябать…
        - Честно говоря, не думал об этом. Будем действовать по обстоятельствам.
        - Ну, хорошо, как знаешь, - ответил он, и через несколько мгновений мы вышли…
        … Вышли в непроглядную серую хмарь, в которой не только потеряли друг друга из вида, но даже собственную руку удавалось разглядеть, только вплотную поднеся её к носу. Единственное, что указывало на то, что мы попали в нужное нам время, был колючий морозец, ибо даже снега под ногами не ощущалось. Мы как будто повисли в пустоте.
        - И куда ты завёл нас, Сусанин-герой? - крикнул я в никуда, так как мои спутники тоже потерялись из виду. И тут же вздрогнул, так как через пару секунд ко мне на плечо неожиданно опустилась тушка Самана. Килограмм пять, не меньше. И сразу же в ладонь ткнулся холодный нос Добрыни.
        - Не знаю, мы вышли правильно, - в голосе пса слышалось недоумение. - Может это какие-то местные особенности?
        - Блок! - тоненьким и одновременно скрипучим голосом прокомментировала мышь, почему-то упорно не желавшая покидать своего «насеста» и превращаться обратно.
        - Блок? - переспросил я.
        - Он самый. Кто-то подозревал, что мы бросимся на поиски, и заблокировал кусок пространства от временных перемещений.
        - Допустим, - я усилием воли опустил руку, опять, было, потянувшуюся к макушке. - А откуда этот кто-то знал, что мы можем путешествовать в прошлое?
        - Значит, они знают меня. И знают, что я это умею. Посланника помнишь?
        Естественно, посланника, едва не разнёсшего мой дом, я помнил прекрасно. И что же теперь делать? Может попробовать как-то его снять? Никаких толковых мыслей по-прежнему не было, поэтому я переадресовал свои вопросы спутникам.
        - Не получится, - тон Самана был категоричным. - Ты не знаешь природы блока, а я не смогу тебе её доступно объяснить. Тут всё на уровне ощущений.
        - А сам не сможешь?
        - Нет. Я и поставить-то такой не смогу, а уж снять и подавно.
        - Добрыня, - переключился я на пса. - Эта штуковина не помешает нашему возвращению?
        - Ни в коем случае, - ответил вместо него Саман. - Тем более что блок исчезнет сам, как только пройдёт событие, которое он скрывает.
        На всякий случай, мы проторчали в этом времени минут двадцать. Вокруг ничего не менялось. Потом вдруг пелена, закрывающая окрестности резко спала, и мы увидели ту же самую картинку, которую застали здесь с Добрыней в первый раз. Снег, следы, и тусклое светило, освещающее безжизненную белую равнину.
        - Может сгонять за Варькой? - сделал последнюю попытку я. - Вдруг она сможет прочитать недавние события в своей инфосфере?
        - Вряд ли, - усомнился вампир. - В таких случаях блокируется всё и заранее. Похитители знали, что Кормоед будет вести ректора именно здесь и поставили блок до их появления. Кошка увидит то же серое пятно.
        Что ж, пришлось возвращаться не солоно хлебавши. Оставшаяся троица тоже не смогла нас порадовать никакими успехами. Они ничего не нашли. В итоге стало понятно, что поиски зашли в тупик, и мы вернулись к исходному состоянию - полному отсутствию информации.
        - Добрыня, - обратился я к нашему главному поисковику. - А ты-то не можешь найти пропавших?
        Пёс послушно прислушался к каким-то своим внутренним ощущениям. Все затаив дыхание ждали результатов. Наконец он отрицательно помотал головой:
        - Нет… или их хорошо скрывают, или они так далеко, что меня просто «не хватает».
        - А может они уже… - в голосе Ивы проскочила паника, и она так и не смогла озвучить самое страшное предположение.
        Добрыня, поняв недосказанную суть вопроса, опять ответил отрицательно. Его поддержал Саман, логично предположив, что если бы у злоумышленников была цель ликвидировать Белиасора, то их с гоблином уничтожили бы на месте, не заморачиваясь похищением. М-да… и что, прикажете делать в такой ситуации?
        Спасла положение кошка. Транслировала на нашей «закрытой» волне:
        - Расскажи им свой сон.
        - Да ладно тебе, бред какой-то пересказывать.
        - Может и бред, но это единственная зацепка, которая у нас осталась.
        - Ну, хорошо, сейчас расскажу.
        - Подожди, я тебе помогу. - Варька вспрыгнула мне на плечо и прижалась темечком к моему виску. У меня тут же в сознании всплыли картинки моего сновидения. Я начал описывать то, что мелькало перед глазами.
        Глава 3. О мире вампиров и пользе литературы
        Через несколько минут, открыв глаза, первое, что я отметил, было осунувшееся лицо вампира. Все остальные не проявляли особенных эмоций.
        - Саман? - спросил я его, подталкивая к объяснениям.
        - Шезиарри. Один из столичных миров моей расы, и по легендам мир-прародина вампиров, - тихо прошептал он. - Гора поклонения.
        - Ты уверен?
        - Серый камень - символ незаметности. Будь же незаметен, вампир! - каким-то торжественным тоном начал он. - Красный рубин - символ твоей силы - твоей пищи - чужой крови. Не оставляй же своих усилий, вампир. Высокая гора - символ твоего превосходства. Не забывай о твоей исключительности, вампир! Паутина арахнидов - символ зла, которого желают тебе остальные расы. Не теряй же бдительности, вампир… Я не могу ошибаться. Никто, кроме моих соплеменников не может искать во времени, кроме тех, кому мы передаём это умение. А тем более, блокировать это. Я с самого начала подозревал, что это их рук дело. Теперь у меня сомнений нет - это они.
        - Ну что ж, Шезиарри, так Шезиарри, - сказал я. - И будем надеяться, что мы не ошиблись. Потому что время идёт, а результатов пока кот наплакал. Далеко дотуда?
        - От Шмокодявки тридцать девять переходов. Добрыня, скорее всего, найдёт путь короче, но не намного… - весь внешний вид Самана по-прежнему выражал вселенскую скорбь.
        - Что ещё, Саман? - спросил я его. И тут вспомнил, как Ло-младший называл его изгнанником. Видимо вампира не очень-то тянет в родные пенаты. Поэтому я предложил: - если хочешь, просто дай Добрыне координаты, а мы постараемся сами справиться.
        Тот продолжал изображать из себя соляной столб. Потом, видимо приняв какое-то решение, встряхнулся и покачал головой.
        - Нет. Я пойду с вами. Около двухсот лет назад мне пришлось покинуть мой мир, но это не значит, что я не могу в него вернуться. Да и дела тех дней уже наверняка канули в прошлое. Без меня же вам будет там очень сложно.
        - Съедят? - попытался повернуть разговор в шутливое русло дракон. Саман печально усмехнулся.
        - Нет. Мы не питаемся плотью разумных. Да и кровь давно предпочитаем пить у специально выращенных животных, разве что дикие племена… но речь не о том. Моя раса одна из самых древних в континууме, поэтому успела обрасти таким количеством традиций, условностей и ритуалов. Вы по незнанию рискуете попасть в такую неприятную историю, что даже вся мощь манипуляторов не поможет вам выкрутиться. То есть, спастись-то не проблема, но это может сильно затруднить поиски пропавших, если вообще не сделает их невозможными. И не забывайте - они там находятся не по своей воле, а есть кто-то, кто сумел не только захватить не самых слабых разумных, но и до сих пор удерживает их в плену.
        Что ж, Саман свой выбор сделал. Но тридцать девять переходов - это же с ума сойти. А учитывая, что иногда попадаются «весёленькие» миры, идти нам и идти. Тут меня посетила одна интересная идея.
        - Кстати, а у тебя, случаем нет никаких изображений твоего мира? Фотографий, или что там у вас в ходу, - обратился я к вампиру, но тот вновь ответил отрицательно. Ничего подобного он не хранил. Тогда я предложил пойти на рискованное предприятие: - Может, я попробую прыгнуть на Шезиарри, ориентируясь на картинку из своего сна?
        Тут уж вся моя команда возмутилась. У всех было ещё свежо в памяти моё неудачное телепортирование, окончившееся провалом во времени. А уж ориентироваться на сон - это полнейшее безрассудство. Так что мою идею быстренько приговорили, приговор привели в исполнение, то, что осталось - освежевали, разделали и повесили сушиться на солнышке. Чтоб другим неповадно было. Пришлось сдаться и поднять лапки. Но, если им не понравилось моё предложение, может пойти другим путём?
        - Добрыня, ты-то хоть порадуй. Так не хочется пилить почти четыре десятка коридоров. - тот согласно тряхнул ушами.
        - Ну-у… если хоть кто-нибудь удосужится дать мне координаты, - протянул он. Вампир немедленно озвучил длинную комбинацию цифр. - Надо подумать… Варька, ты поможешь?
        Кошка согласно взмуркнула, после чего вскочила псу на холку, обняла передними лапами огромную собачью мордастину и прижалась головой к макушке Добрыни. Надо сказать, умильная получилась картинка. Я втихаря сделал несколько снимков - выложу потом на «Котоматрицу», пусть побудут звёздами рунета. Уж не знаю, что и как там рассчитывали мои зверики, но буквально через минуту кошка отпустила пса и тяжело спрыгнула на землю.
        - Докладайте! - велел я им, чуть нервничая от нетерпения. Добрыня всё равно чуть помедлил, как бы в последний раз прокручивая в голове предстоящий маршрут. Потом сказал:
        - Если стартовать с Базы, до которой можно прыгнуть телепортом, то можно дойти за пять переходов.
        - Ай, молодцы, гении мои мохнатые! - я не скрывал радости. Все остальные были явно потрясены, особенно вампир, который наверняка очень хорошо знал дорогу в свой мир.
        - Не спешите радоваться, - немного остудила нас Варежка. - Есть одно «но». Второй переход будет опасным.
        - Что значит - опасным? - не понял я. - Оранжевым что ли? Так у нас путинок навалом…
        - Нет, - перебила Варька. - Цвет коридора невозможно определить отсюда. Сам мир будет опасным для нас.
        - И в чём его опасность?
        - Пока неизвестно. Точнее смогу определить в соседнем мире.
        - Всё ясно, - я оглядел наш разношёрстный коллектив. - Как думаете - рискнём?
        - Я - за, - тут же отозвался дракон, явно прекрасно помнящий наши предыдущие похождения. - С кем другим, я бы ещё подумал. Но с тройкой манипуляторов однозначно прорвёмся.
        Все остальные высказались в том же ключе. Мол, если манипуляторы пройдут, так и остальных не бросят. Что ж - сами напросились. В конце концов, если за шаг до опасного мира Варька заявит, что он непроходим в принципе, придётся просто вернуться и пойти длинным путём.
        Ну что сказать - мы в итоге прошли коротким маршрутом. В мире, предшествующем опасному, кошка погрузилась в инфосферу, уточняя причину по которой следующий шаг был, мягко говоря, не рекомендован для наших рас. Я же поинтересовался у Добрыни:
        - Слушай, а разве нельзя, к примеру, не переться напролом, а сделать шаг в сторону, и затем вернуться на прежний маршрут?
        - Не получится, - вместо Добрыни ответил Саман, который до этого молчал всю дорогу и только сейчас впервые подал голос.
        - Почему? Религия не позволяет?
        - Законы континуума, - всё же ответил пёс. - Как бы тебе это попроще объяснить… Представь себе воздушный шарик. По одной его стороне ползёт муравей. А теперь берём и прокалываем шарик иголкой. Что станет с муравьём?
        - Скорее всего, улетит куда-нибудь…
        - Нет, не то. Допустим, муравей держится крепче, чем сила, возникающая при взрыве шарика. Так где окажется муравей, когда шар лопнет?
        - И где же?
        - Максимально близко к противоположной стенке шарика. При этом, к какому именно месту этой противоположности, зависит от многих факторов - насколько сильно шарик был надут, в каком месте и как был совершён прокол, а то ведь можно так кольнуть, что его вообще разорвёт на мелкие клочки. Теоретически, можно из одного мира континуума попасть в любой другой за один переход. Но при этом ведущему пришлось бы учитывать такое количество факторов, что время на их исчисление и сопоставление приблизилось бы к бесконечности. Понятно?
        - В общих чертах - да. То есть, чем лучше ведущий, тем большее количество переменных он способен обработать, и тем короче путь получается?
        - Именно так, - включилась в разговор кошка, «вернувшаяся» к нам. - А в качестве иллюстрации приведу один пример. Если бы нам приспичило попутешествовать с Земли на Луну, то путь в исполнении Добрыни занял бы восемь переходов.
        - Пожалуй, в шесть-семь уложился бы! - немного обижено уточнил собак.
        - Не важно… Слушайте, что мне удалось узнать: в том мире смещены некоторые законы мирозданья.
        - В смысле? - не понял я. - Вода сухая, а огонь мокрый?
        - Хуже. Коэффициент трения материалов составляет 0,00012 от обычного. При самом благоприятном раскладе, имеем шанс задохнуться, при неблагоприятном - всё что угодно. Вплоть до рассыпания на молекулы.
        - Да ладно! Рассыпаться на молекулы при низком трении? - усомнился я. - В худшем случае въедем в следующий коридор на пятых точках.
        - Такое слабое трение обусловлено в том мире низкими показателями межатомных взаимодействий. - Варька была непреклонна.
        - Ладно, уговорили, сдаюсь. И какой же выход? Я не смогу как-то воздействовать хотя бы на часть окружающего пространства?
        Кошка с таким сарказмом посмотрела на меня, что я почувствовал, как краска заливает мне уши.
        - Так что - возвращаемся обратно?
        - Выход есть. Проводник имеет иммунитет ко всем недружественным проявлениям мира, в который он переносится. Иммунитет временный, пропадёт примерно через пять минут. Тебе хватит, Добрыня?
        - Вполне.
        - А как же мы? - поинтересовалась Ива.
        - Не переживай, - успокоил я её, когда до меня наконец дошёл замысел Варежки. Потом обратился к Добрыне:
        - Постарайся найти ровный участок поверхности без деревьев, крупных камней и прочих шишкогенераторов, ладно? - проинструктировал я его, доставая пару путинок из рюкзака - на всякий пожарный.
        - Слухаюся, босс! - ответил пёс, после чего залихватски приложил правую лапу к уху, за неимением фуражки, подхватил зубами путинки и растворился в коридоре перехода.
        Я решил подождать минут пятнадцать, давая Добрыне найти подходящее место. Очень не хотелось, привязывая телепорт к псу, расшибиться о неучтённое препятствие. Только он не дал мне дождаться часа «Х». Прошло не больше семи-восьми минут, как он вынырнул обратно и положил к моим ногам неиспользованные кристаллы.
        - Что-то не так? - обеспокоенно поинтересовался дракон?
        - Нет, наоборот, сплошная равнина. Можете прыгать без разведки через три-четыре минуты. Я буду сидеть. - Ответил проводник и вновь скрылся в коридоре.
        - Четыре перехода за каких-то десять минут. Уникальная Собака! - восхитился вампир. И вообще, я заметил, что он начал потихоньку оттаивать. На всякий случай, выждав на пару минут побольше, я попросил всех взяться за меня, закрыл глаза и представил сидящего Добрыню, со своей неизменной собачьей улыбкой до ушей… телепорт!
        Так мы и проскочили опасное место. А уж остальные шаги до Шезиарри вообще не вызвали никаких затруднений.

* * *
        Мир вампиров. Каким я его себе представлял? Конечно же, мрачным, жутким местом, где никогда не светит солнце, жители подозрительно пялятся на тебя красными светящимися глазами из подворотен, таинственно вопят, ухают и воют неведомые монстры, скрытые за каждым углом. Да ещё и воспоминания о том почти пророческом сне - что-что, а он никоим образом не противоречил такой картинке. Ха, наивный! Всё оказалось гораздо хуже, правда, только в первые несколько минут. Выйдя в родном мире Самана, я просто застыл с открытым ртом. Повсюду, насколько хватало глаз, простиралась пёстрая цветущая равнина. Над благоуханным великолепием, вытканным из всевозможных соцветий - от едва различимых глазу белых звёздочек, до глубоко бордовых гигантов, размером превышающих самый крупный виденный мною подсолнух, как воздушное их отражение порхали мириады бабочек всех оттенков и размеров. На меня просто обрушился когнитивный диссонанс, вгоняя в ступор и разрывая все шаблоны и стереотипы. Какой там мрачный мир вампиров! Представший перед глазами пейзаж годился скорее для того, чтобы снимать трогательные мультяшки для девочек
младшего дошкольного возраста. Осталось только пару единорогов добавить и фей с разноцветными стрекозиными крылышками.
        - Вау! - потрясённый возглас Ивы за спиной вывел меня из ступора. Учитывая, что прошло не меньше двух минут с момента нашего появления здесь, она уже успела оценить всю прелесть цветника-гиганта и сейчас увидела ещё что-то необычное. Я обернулся.
        Действительно - «вау!». Открывшаяся панорама своей красотой ничем не уступала той, что ввела меня в состояние культурного шока. Только на этот раз красота была не смазливо-сентименальной, а поражала своей величественностью и монументальностью. Гора. Нет, она была не какой-то сверхгигантской - пожалуй, даже до Эльбруса своими размерами не дотягивала, хотя я могу и ошибаться - трудно оценить на глаз. Но она была идеальной. Ровные склоны поднимались под углом примерно пятьдесят-пятьдесят пять градусов, образуя идеальный конус. Конечно же, где-то там, на склонах наверняка был свои особенности рельефа - просто невозможно поверить, что контуры такой махины идеально симметричны. Но отсюда всё выглядело так, словно склоны были отшлифованы буквально по линейке. Языки ледников на вершине были похожи на бумажную звёздочку, вырезанную ножницами и аккуратно нахлобученную на ровное остриё. Мы появились с восточной стороны горы, а сейчас как раз наступал вечер, и склонившееся неяркое солнце было до половины разрезано пиком. Фееричное зрелище.
        Пояса растительности ровными полосами опоясывали конус, постепенно меняя цвета: серый-тёмнозелёный-бирюзовый. Последний постепенно впитывал в себя разноцветье поля, или, лучше всего сказать, цветочного сада, на который мы вышли. Словно подтверждая мои мысли, Саман произнёс:
        - Сад поклонения и гора поклонения. Добро пожаловать на Шезиарри! - впрочем, не смотря на пафосные названия, сказано было обычным, будничным тоном.
        - Что-то у вас тут кругом одни поклонения, - не удержался я от шпильки. - Случайно поблизости не протекает река поклонения, или хотя бы ручей?
        - Озеро поклонения, - судя по добродушной улыбке, вампир ничуть не обиделся. - Я же говорил, что на Шезиарри всё пропитано традициями. Этим названиям сотни тысяч лет и они не вызывают уже особого трепета даже у местных жителей. Сказать сейчас «гора поклонения» - это просто обозначить место, географическое название. Как, например, переулок кожевенников.
        - И что, нам туда? - спросила Ива, махнув правыми руками в сторону горы.
        - Наверное… - ответил Саман, вопросительно посмотрев на Добрыню. Тот как-то странно дёрнул головой, потом поднялся на лапы и затрусил по направлению к махине, распугивая бабочек.
        Как оказалось с того места, где мы вышли из коридора, нам открывалась не вся панорама. Самое подножие горы скрывал от нас очень пологий холм, подъём на который даже не был заметен ни взгляду, ни ногам. Но как только мы перевалили через его вершину, нашим глазам предстало весьма значительное дополнение к первоначальной картинке. Прямо перед началом склона вольготно разлеглась гладь ровного овального озера. По его берегам вольготно расположился пряничный городок. По крайней мере, у меня он вызвал именно такие ассоциации. Опять пришло сравнение с девчачьими мультиками. Обнимая водную гладь со всех сторон, он немного забирался по склону горы, и разбегался, на сколько хватало глаз, вправо и влево по её подножию.
        Красивые аккуратные домики в один-два этажа, много зелени и цветов. Мы опять остановились, впитывая новые впечатления. Саман с довольной улыбкой наблюдал за нашей реакцией.
        - Город поклонения? - опять не без иронии спросил я. Вампир отрицательно покачал головой.
        - Озеро - да. А город называется Хасса. Модный курорт и одна из летних резиденций Мастера Мастеров.
        - Мастер Мастеров?
        - Да. Верховный правитель вампиров. Ладно, - неожиданно свернул тему Саман. - Давайте поторопимся. Ночевать под открытым небом, когда под боком все удобства, довольно глупо. Не находите?
        Находим. Поэтому мы стронулись с места и даже прибавили скорость. На ходу Саман достал откуда-то тряпичную маску для лица и надел на себя, полностью скрыв физиономию. Даже глаза были прикрыты пусть редкой, не затрудняющей обзор, но сеткой. Примерно напротив середины лба поблёскивал какой-то небольшой драгоценный камушек.
        - Маскируешься? - спросил я.
        - Нет. Это атрибут класса. В Хассе ты увидишь многих с подобными украшениями. И ещё, - обратился он ко всем сразу. - Очень прошу вас не афишировать, что среди нас есть манипуляторы. Такая сенсация привлечёт ненужное внимание и затруднит поиски.
        - Хорошо, - ответил я. Остальные согласно кивнули. - Что-то ещё?
        - В принципе, ничего. Постарайтесь не начинать сами разговор и повторяйте за мной определённые действия во время общения с местными жителями. Это не обязательно, так как все увидят, что вы иномиряне, но создаст благоприятные условия для общения. Иначе можно нарваться на игнорирование. Конечно, около пяти тысяч лет назад, вас бы просто немедленно попросили покинуть мир. Тысяч семьдесят лет назад - просто уничтожили. Но времена меняются. Даже такие закостенелые ретрограды как мы, со временем становятся спокойнее и терпимее.
        Вампир замолчал, видимо, высказав всё, что хотел, а я, пользуясь случаем, задал Варьке давно интересующий меня вопрос на приватной волне. Раньше просто не получалось - то я в отлучке, то она в отключке… или наоборот.
        - Скажи-ка мне, Варёк, что такого в моём имени, а вернее в той его форме, которая «Васька», что Ива так резко поменяла своё отношение?
        - Да ничего особенного. Просто вспомни её полное имя. Если отбросить от него одну букву вначале и три в конце, то как раз Васька, а точнее вас-ка получится - корень её имени. А заодно, и название её рода, клана, если хочешь.
        - И?
        - Чем меньше дополнительных звуков к имени, тем выше статус. Их старейшины носят по две лишние буквы. Глава рода - одну. Кстати, четыре буквы, как у нашей знакомой, это тоже очень не плохо. Скорее всего, она дочь или племянница одного из больших шишек. А теперь представь - ты вообще носишь имя рода, без каких-нибудь дополнений.
        - Так я же не этот… как его - мохнатый четверорукий.
        - Не важно. Главное результат. Она пошла с нами.
        - Не хочешь сказать, зачем она нам?
        - Сказала бы, да не могу пока - сама не вижу. Но, чем дальше, тем больше уверена, что без неё - никак.
        - Ладно, пусть будет по-твоему. Просто не хочется, чтобы с девчонкой что-то случилось. Да и Белиасор явно по головке не погладит, если что.
        Примерно через час, когда местное солнце полностью скрылось за вершиной горы, мы подошли к окраине Хассы. Не знаю, какой общественный строй главенствовал на Шезиарре, но здешние предместья совсем не подходили под определение средневековья. Чистые широкие улицы с добротными коттеджами, никакой грязи и трущоб. Может это только в этом городе так, а может и везде. С вопросами к Саману я не лез, тем более что он целеустремлённо двигался в одному ему известном направлении, временами сворачивая то на одну улицу, то на другую. Тем не менее, двигались мы явно в сторону центра. Жилые дома спальных кварталов вскоре стали разбавляться магазинчиками, ресторанчиками и другими зданиями, при взгляде на которые на язык просилось слово «официальное». Может офисы, или местное самоуправление. Хотя, кто их, вампиров разберёт. Вполне могло оказаться, что в этих официальных зданиях размещаются частные ассенизаторские конторы.
        Вскоре Саман вывел нас на небольшую площадь. Половину её окружности ограничивало добротное двухэтажное сооружение, выстроенное, впрочем, без излишней помпезности. Вывеска у центрального входа гласила, что перед нами гостиница с вполне логичным наименованием - «Под Горой». Что самое забавное, под названием гордо красовались четыре пятиконечных звезды.
        - Фу, Саман! - что-то моя ирония в отношении приятеля в последнее время разгулялась. - У вас здесь что - пятизвёздочных отелей нет?
        - Почему же, есть, - отозвался он. - Только мне там не желательно показываться.
        Мы вошли внутрь. Огромный ресепшн, лаунч-бар, мягкие диванчики, разбросанные по всей площади создавали впечатление, что мы попали в курортный отель где-нибудь на берегу Адриатики.
        Миловидная девушка поднялась со стула, как только мы приблизились к стойке регистрации. Ни за что бы не сказал, что она принадлежит к расе кровопийц, до тех пор, пока не увидел её улыбку. Пусть и не большие, но явно выраженные острые клычки придавали улыбке вид звериного оскала.
        - Приветствую вас в нашей гостинице, путники. Чем могу быть полезна Серому Мастеру и его свите? - начала с поклоном она. Саман ответил лёгким кивком, мы последовали его примеру.
        - Серый Мастер? - мысленно обратился я к кошке. - Что это за штуковина такая?
        - Одна из ступеней в местной иерархии, - так же тихо ответила та, пока Саман улаживал какие-то формальности.
        - Высокая? Ступень, в смысле…
        - Нет, не очень. Ниже только Чёрный Мастер и те, кто не дошли до звания мастера - адепты, послушники, ученики.
        - А выше кто?
        - Выше? Выше - больше ступеней. За Серым Мастером идут: Белый, Алый, потом Высший, Мастер-Советник, Мастер-Предстоятель и Мастер Мастеров.
        - Ого! А наш-то почти в серединку затесался. Или тут Чёрного мастера всем выдают после окончания школы?
        - Нет, не всем. Это иерархия власти у вампиров. Большинство их не имеет даже звания ученика.
        - Тогда ладно - сойдёт, - успокоился я тем, что Саман далеко не последний кадр в своём мире. А с другой стороны - как посмотреть. Если ты изгнанник, то чем больше у тебя был статус, тем выше должна быть причина изгнания. Понятно теперь, почему наш кровосос не хочет себя афишировать в более дорогих отелях. Надеется сохранить инкогнито. Хотя, может я просто развоображался? Надо будет как-нибудь попытать его под чесноковку.
        Наконец Саман обо всём договорился и нас развели по номерам. Предварительно мы назначили встречу в нашем номере после того, как все приведут себя в порядок, ибо он оказался самым большим - для меня, кошки и пса. Остальным, как я понял, достались одноместные номера. Не знаю как у других, но наш был вполне себе и на пять звёзд. Двухкомнатный, с мини-баром, душем, джакузи, аналогом телевизора, огромной кроватью и двумя низенькими диванчиками для животных. Последние втащили буквально перед нашим приходом. Добрыня сразу направился на просторный балкон, проигнорировав своё мягкое ложе. Варька нашла ленивчик, и попросила меня включить телевизор. Переключение каналов при помощи пульта она могла осуществлять вполне самостоятельно. Я же направился в ванную. Отмокнуть в джакузи после утомительного перехода было большим соблазном, но я прекрасно понимал, что после такой процедуры расслабленное тело потянет в сон, а нам предстоял ещё военный совет. Поэтому душ - это наше всё. Поплескавшись минут двадцать, я сменил одежду и вольготно развалился на кровати.
        Варька, вопреки ожиданиям смотрела не местный вариант «В мире животных». Судя по некоторым признакам, она прилипла к какой-то мыльной опере без начала и конца. Вот уж никогда на неё не подумал бы. Причём смотрела её с таким увлечением, что даже не отреагировала на моё появление.
        - Эй, аллё! - окликнул я серую, - рабыня Изаура уже переехала в Санта-Барбару на улицу разбитых фонарей, или доктор Самара справку не даёт?
        Кошка даже ухом не повела. Странно - на кой ей сдался этот сериал без начала и конца? Хотя, она же могла считать содержание предыдущих серий прямо из инфосферы. И вообще, что я привязался к Варьку - смотрит себе, и пусть. Но что она там нашла? Я задержал взгляд на экране…
        … Милый, этот Зов - самое прекрасное, что я слышала в жизни…
        … Клан Серебряных Клыков объявляет нам войну…
        … Мой отец поддержит меня на Совете…
        … Я буду ждать тебя, любимый, хоть тысячу лет!..
        … Оборотни предали нас! Они атакуют!..
        … Ну хватит уже! Я жрать хочу, как медведь бороться!..
        Жрать?! Резкий диссонанс фразы с возвышенным слогом фильма заставил меня сфокусировать взгляд на тёмном пятне, которое мелькало перед глазами. Оскаленная морда огромного оборотня застыла прямо перед глазами. Я вскинул руку в намерении развеять врага по ветру, но тот поджал хвост и, заскулив, мгновенно пропал из виду, мелькнув куда-то в сторону.
        - Вась, ты чего? - жалобный голос Добрыни окончательно привёл меня в чувство.
        Блин! Я же только что своего зверя не уничтожил! Даже не затрудняясь поиском ленивчика, я всадил прямо в центр экрана огненный шарик. Полыхнуло, но совсем несильно. Хотелось громкого бабаха и осколков во все стороны. Вместо этого запахло горелым пластиком. Пожар, правда, не начался, а зря - обуревающая меня злость требовала выхода. Внезапно взгляд наткнулся на Варежку. Она продолжала пялиться стеклянными зелёными глазами в ту точку, где недавно был экран.
        - Варька, Варежка, очнись! - позвал я её. Добрыня поняв, что опасность миновала, подскочил к кошке и начал вылизывать, от чего её голова просто моталась из стороны в сторону.
        - Подожди! - я отстранил пса, подхватил кошку и в два прыжка очутился в душе. Включив ледяную воду, я засунул Варежку под тугие струи.
        Эффект оказался мгновенным. Немыслимо извернувшись и продрав мне задними лапами руку чуть ли не до кости, Варёк высвободилась и быстрее молнии сквозанула из душа в комнату.
        Я вышел следом. Варька уже сидела на своём диванчике и интенсивно вылизывалась. Добрыня сидел напротив, нерешительно повиливая хвостом.
        - И что это было?
        - Зов. Зов вампиров, который, почему-то транслировался по телевидению, - пояснила кошка, ни на секунду не прерывая своего занятия.
        - У них что тут - в порядке вещей друг друга зомбировать, или на других вампиров зов не действует? Тогда зачем они его через эфир передают?
        - Не знаю. - Варежка ещё явно не отошла от шока купания, поэтому даже не подумала получить нужную информацию. - Спроси у Самана.
        Точно! Вот кто мне сейчас всё объяснит! И очень доходчиво, а то я за себя не ручаюсь!
        Толкнув дверь, я выскочил в коридор. Наш номер был последним, поэтому я прекрасно помнил, кого в какой поселили. Ближе всего к нам находился как раз номер Самана. Я всё же постучал для приличия, и, не дождавшись ответа, распахнул дверь. Эти апартаменты ничем не отличались от наших, за исключением того, что отсутствовали дополнительные диванчики, и на одну комнату в них было меньше. А ещё они пустовали. Не заподозрив ничего неладного - мало ли куда Саман мог направиться, я переместился в следующий номер, который занимала Ива. Мохнатка точно такой же статуей замерла перед телевизором, который, в отличие от нашего, транслировал какую-то спортивную программу. Не церемонясь, я повторил процедуру экзекутирования зомбиящика, причём в нашем случае это название оправдывало себя на все 164 %. Вот только тащить девушку под душ не рискнул - когти у неё явно помощнее, и силы побольше, чем у Варьки. Да и неизвестно, как реагируют женщины-суарики на такую ситуацию - ещё скажет: «Видел меня в душе - женись». А оно мне надо?
        В общем, я сотворил ведро с холодной водой и с безопасного расстояния плеснул на Иву. Подействовало. Слава континууму, она не проявила моментальной агрессии. А то я уж на всякий случай щит между нами выставил. В двух словах описав недоумевающей Иве ситуацию, я мысленно дотянулся до Варежки с Добрыней и попросил, если конечно кошка уже закончила водные процедуры, переместиться в этот номер и рассказать его хозяйке поподробнее всё, что мы знаем сами. Услышав подтверждение, я вышел обратно в коридор и в нерешительности замер перед дверью дракона. По идее, на Федю даже в человеческом обличии не должны были действовать всякие вампирские заморочки. Или я чего-то не так понимаю в драконах. Так что врываться в номер я не стал. Вместо этого негромко постучал в дверь. Тишина. Постучал громче - с тем же результатом.
        Я прислонил ухо к двери и прислушался. За дверью раздавались знакомые голоса из зомбировавшего нас с Варькой сериала. Всё ясно! Рывком распахнув дверь, я с размаху залепил файерболом в злобный прибор. Огненный шар получился гораздо более мощным, чем предыдущие. Прошив насквозь телевизор, несмотря на то, что тот стоял с этого ракурса торцом, он пролетел до балконной двери, где и взорвался, усыпав всё вокруг битым стеклом и осколками пластика и древесины.
        Тихий, но низкочастотный, почти на грани инфразвука рык сотряс стены и заставил бешено колотиться моё сердце, после чего в образовавшийся на месте взрыва проём с балкона попыталась просунуться огромная голова ящера. Увидев меня у входа, Федя недоумённо замер.
        - Ты чего огнём швыряешься? Если хочешь разбудить, просто позвал бы. У меня сон чуткий.
        Сообразив, что в драконьей ипостаси он вряд ли протиснется в узкий проход, Федя принял человеческий облик и вошёл в номер, разглядывая учинённый мною бардак. Я извинился и опять рассказал ту же историю, которая приключилась с нами недавно. Выслушав меня, дракон хмыкнул.
        - Да уж. Я-то думаю - чего это меня спать потянуло? Телевизор-то я включил, будучи в этом облике. Потом почувствовал, что что-то не так. А что именно - не разобрался. Поэтому вышел на балкон обернулся драконом. Тут-то меня и сморило.
        - Значит, на тебя тоже Зов действует?
        Действует, - согласился дракон. - Но очень слабо. Если бы меня позвал не телевизор, а вампир, то я просто сразу сообразил бы, что дело нечисто и обернулся драконом. В том виде мне всё до чешуи. А так… телевизор! Кто бы мог подумать?
        За разговором мы вернулись в номер Ивы, где уже были мои звери.
        - Итак, - начал я подводить итоги. - Интересная сложилась ситуация. Самана нет, и где он - неизвестно. Может погулять вышел, а может - попал в лапы к злоумышленникам, которые уже похитили Кормоеда и Белиасора. Все остальные подверглись ментальному воздействию под названием Зов вампиров с разной степенью успешности. Опять же - может такие передачи тут в норме вещей, а может - были приготовлены специально для нас. В таком раскладе мы имеем несколько вариантов. Озвучу две крайности:
        Первая - ничего страшного не происходило, а мы, по незнанию наломали дров, повели себя как слоны в посудной лавке. И теперь нас ждёт определённая расплата. Странно, кстати, что сюда до сих пор не сбежалась обслуга и охрана.
        Вторая - всё плохо, и нам надо срочно занимать оборону и думать, что делать дальше. Я, конечно, в любой момент смогу вытащить вас отсюда, но, бросать Самана не хочу. Да и внезапный побег сильно осложнит наше дальнейшее общение с вампирами. Вот как-то так. Какие будут мысли?
        Я посмотрел на Добрыню.
        - Не знаю, - начал он. - Я Самана не чувствую. Или он где-то далеко отсюда, в чём я сомневаюсь - для этого надо отдалиться не на один десяток миров. Или мне мешает что-то очень сильное.
        - Ясно. Варька?
        - То же самое. Могу добавить к плохому варианту: вполне возможно, что Зов применили специально, чтобы на время вывести нас из игры.
        - Федя?
        - Я присоединяюсь. Если бы просмотр передач был бы опасен, нас бы предупредили. Работники гостиницы, или тот же Саман.
        - То же верно. Ива?
        - Как бы там не было, я считаю, что лучше готовиться к худшему…
        Все высказались. И никто не стал придерживаться благоприятного развития событий. Что ж - логично. Жизнь в последнее время дала нам несколько неприятных уроков. Будем готовиться к войне…
        Ладно, война войной, а обед по расписанию. В смысле - что дальше делать-то будем? Учитывая, что переполох, который мы устроили до сих пор не вызвал каких-либо видимых последствий, я предложил изобразить возмущённых постояльцев и потребовать объяснений у персонала гостиницы. Других предложений никто не выдвинул. Правда дракон напомнил о предупреждении Самана - мол, как бы не нарушить какие-нибудь местные правила. На что я резонно возразил, что Самана всё равно с нами нет, и в любом случае придётся выпутываться самим. Приняв решение, мы уже хотели было приводить его в исполнение, но нас опередили.
        Раздался осторожный стук в дверь. Что ж, если стучат, а не вламываются - уже хорошо. А вот то, что за дверью оказались местные полицаи, уже плохо. Причём о том, что перед нами представители силовых структур мне подсказала Варька, так как никакой формы на них не было.
        - Вы арестованы… - вот так, без предисловий, представления и прочих атрибутов.
        - Позвольте поинтересоваться - за что? - не мог не трепыхнуться я.
        - Нет. Вы не являетесь подданными Шезиарри, поэтому отвечать мы не обязаны, - что ж, логично.
        - Мы сдаёмся и готовы следовать за вами, - заявил я, подчеркнув слово «мы» для моих спутников. Чтобы не начали сопротивляться. Пусть лучше думают, что у меня появился план.
        На самом деле никакого плана у меня не было. Было только смутное предчувствие, что сдавшись властям, мы сможем прояснить ситуацию с Саманом. Во-первых, он появился на родине инкогнито. Добавим к тому, что губернаторыш назвал его изгнанником. Это позволяет предположить, что наш вампир здесь если и не персона нон-грато, то его присутствие не одобряется. Во-вторых, его изоляция. Допустим, Саман всё же засветил себя кому не следовало… его поймали, и препроводили в какое-то местное подобие тюрьмы, до кучи изолированной и от магического поиска. А так как нас тоже, скорее всего, доставят в места не столь отдалённые, то есть шанс разузнать что-нибудь о нашем вампире. В крайнем случае, у меня есть возможность выбраться самому и вытащить остальных. Поскольку телепортации как бы не существует, то и защиты от неё никто не ставит.
        Задержавшие нас силовики не пользовались никаким видом транспорта, из чего я сделал вывод, что идти придётся недолго. Ан, нет. Через полчаса пешей прогулки до меня дошло, что, скорее всего, они прибыли за нами в крылатом виде. А так как мы сами превращаться в летучих мышей не умели, то обратно всем приходится топать пешком. Ну да ничего - для здоровья полезно.
        За время пути в голове у меня созрел новый план действий. Собственно, терять было уже особо нечего, поэтому я поделился им сначала со своими зверями, а потом мы потихоньку озвучили его остальным. Основной ударной силой должен был выступить я, в качестве поддержки - Варька, ибо ей были доступны через инфосферу первоисточники, на которые я собирался опираться. Она должна была прояснить остальным суть происходящего, чтобы они не испортили мне игру неожиданной репликой. Добрыня, Федя и Ива должны были отыгрывать статистов - главное, чтобы не мешали. Осталось дождаться прибытия, и оценить обстановку на месте - мне необходим был хотя бы один персонаж из местных.
        В этот раз чутьё меня не подвело - всё сложилось так, как надо. Нас доставили в местный обезьянник и посадили в клетку. КПЗ на Шезиарри представляло собой идеально круглый зал диаметром метров в сорок с каменными стенами, полом и потолком. Девять десятых этого зала занимали непосредственно камеры. Причём устроены они были так: на расстоянии примерно семи метров от стены была вмонтирована решётка, создавая внутренний круг. Вся эта конструкция так же была разделена на сегменты решёткой. Пока нас передавали с рук на руки местной охране, я насчитал девять секций. Нас, не мудрствуя лукаво, поместили всех в одну камеру - как раз напротив единственного не ограждённого сегмента. В этом свободном сегменте размещался вход в помещение и место для дежурных охранников, коих оказалось ровно две штуки.
        Не знаю почему - толи из-за того, что в этом городишке был низкий уровень преступности, толи от того, что мы были слишком опасными подозреваемыми, чтобы держать нас с другими, а может ещё по какой причине, но кроме нашей клетки, все остальные были пусты. Как только доставившие нас вампиры удалились, я подмигнул кошке: «Пора!».
        Перейдя на магическое зрение, я обследовал решётку. По прутьям струились ленивые потоки синих всполохов, что говорило о двух вещах - решётка защищена магически, но защищена не очень сильно. Скорее всего, магия здесь присутствовавшая, была использована в качестве сигнализации, чтобы вовремя подать сигнал, а там уже в дело вступит серьёзная артиллерия. Наши охранники, едва конвоиры ушли, расположились за столом и уставились в экран какого-то устройства. У них что тут - все помешаны на зомбиящиках?
        Я незаметно сотворил небольшой молоток и не спеша пошёл по периметру решётки, время от времени постукивая по прутьям. Охранники напряглись. Целых две минуты они молча наблюдали за моими действиями, после чего один из них соизволил отреагировать:
        - Эй, ты чего это там? Не положено!
        Я, проигнорировав законное, в общем-то, требование, как ни в чём не бывало, продолжил заниматься своим делом.
        - Слышишь, как тебя там! Я сказал - не положено! - не унимался охранник.
        Я «вытащил» из кармана огромные кусачки, наподобие тех, какими на Земле пользуются спасатели для перегрызания толстых металлических деталей, и попытался перекусить решётку. Доблестные наши сторожа от такой наглости потеряли дар речи. Вскочив из-за стола, они мигом оказались возле нас, на ходу вытащив какие-то непонятные приспособления, вероятнее всего оружие, и направив его на меня.
        - Остановиться немедленно! - проорал один из клыкастиков. - Иначе я применю силу!
        Я сделал вид, что только заметил переполошённых вампиров:
        - А… это вы? - аристократически лениво начал я. - Ну что ж, господа. Спешу сообщить вам пренеприятнейшее известие - к вам приехал ревизор!
        И, конечно же - немая сцена. Почти по Гоголю. Толи туповатость была общей чертой всех охранников, не зависящая ни от расы, ни от мира, толи такое заявление просто повергло их в ступор, но первая реакция на мои слова последовала далеко не сразу. Почти целая минута понадобилась стражам, чтобы начать подавать признаки жизни.
        - Ты это… чего это… не шути так! - неуверенно начал один. Ага! Неуверенность противника в своей правоте - первый шаг к победе. Причём, не слабый такой шажочек. Не давая им опомниться, я продолжил закрепление успеха:
        - Та-ак… физическая защита на неплохом уровне. Магическая… тоже есть. Только слабовата, слабовата… Вы это, - устанавливая на всякий случай щит, обратился я к страже, как будто только сейчас обратил внимание на смотрящие мне в лицо штуковины. - Оружие бы своё убрали от греха. А то не ровен час раните кого-нибудь, вам же потом отвечать придётся.
        Стражи переглянулись. Видя, что я прекратил попытки взлома решётки, неспешно убрали свои стволы в чехлы на поясе.
        - И ничего у нас не слабая магическая защита, - немного обиженно сказал второй, направляясь с напарником к своему рабочему месту. Ну, точно, как дети малые!
        - Да?! - делано удивился я. - А как вам это?
        Создав небольшой файербол, я запустил его сквозь прутья решётки точнёхонько в стол. Тот красиво разлетелся в мелкие щепки.
        - А теперь представьте себе, что на месте стола были вы, - крикнул я в спины стражникам, которые завязли в двери, пытаясь одновременно в неё протиснуться. - Эй! Куда же вы? Так не честно!
        Бесполезно. Доблестные воители уже исчезли за поворотом коридора. Первый раунд окончен. Бам-м-м-м!
        Да! Огромный пласт земной литературы, вдолбленный в школе и поглощённый в последующей жизни, стал неплохим подспорьем. И огромным плюсом в этой ситуации было то, что кроме меня и Варьки, никто не имел возможности прикоснуться к первоисточникам.
        Успокоив покатывающихся со смеху спутников, ибо негоже свите такого грозного меня проявлять излишнюю эмоциональность, я телепортировался за пределы решётки. На всякий случай усилил защиту - свою, и тех, кто остался в клетке. Вот теперь точно можно ничего не бояться - с таким щитом сможет потягаться разве что другой манипулятор. И то! - помнится, безумной Моране потребовалось вызвать демонических сущностей, чтобы хоть как-то воздействовать на меня. Надеюсь, что здесь до подобного не дойдёт.
        Я принялся ждать второго действия марлезонского балета. Сообразив, что выгляжу несколько нелепо, стоя посреди большого пустого помещения, я быстренько сотворил себе внушительное кресло, более походящее на трон не очень крупного правителя. Взгромоздившись на него, моментально понял, что более неудобного сидения у меня никогда ещё не было. Я уже собрался, было, развеять это чудо мебельного искусства по ветру, сотворив нечто более удобное, но понял, что опоздал - антракт закончился. В конце коридора показались клыкастики. Пришлось остаться на месте. Сотворив книгу с эпическим названием «Орфографический словарь русского языка», я погрузился в чтение, краем глаза наблюдая за приближающейся троицей.
        Как я и предполагал, наши стражи кинулись за подкреплением. Соответственно, возвращались они более уверенно, спрятавшись за спиной серьёзного такого вампира, который, судя по ауре, был неплохим магом. Ну, как неплохим - на двадцаточку по стобалльной шкале, при условии, что полная сотка - это я.
        Войдя в обезьянник, маг на секунду остановился, оценивая обстановку. Хмыкнул, заметив кресло и меня на нём. Впрочем, отметив, что я, хоть и выбрался из клетки, не проявляю никакой агрессии или попыток сбежать, он приблизился на несколько шагов. Приведшие его стражи, хоть и вошли вовнутрь, продолжали нерешительно топтаться у входа. Остановившись напротив меня, клыкастый маг кашлянул, привлекая моё внимание.
        Я оторвался от занимательного чтива и посмотрел на прибывшего. Задумчиво кивнул, якобы своим мыслям, и перевёл взгляд на парочку стражников.
        - Что ж, вы оказывается, не бросили меня посреди занимательнейшего разговора, а привели более компетентного товарища. Похвально, похвально. Такое служебное рвение заслуживает поощрения. Я непременно отмечу вас в своём отчёте.
        Челюсти стражей отвисли, обнажая порядком поистёршиеся клыки. Они что - от скуки решётку грызут? Маг не повёлся на провокацию. Но, всё же, видимо не определившись, как себя вести, решил не нагнетать обстановку:
        - Серый Мастер Мишиар, - представился он с коротким кивком, показывающим, что речь идёт именно о нём. - С кем имею честь?
        Я перевёл оценивающий взгляд на него, как бы решая - стоит ли начинать общение с такой мелкой шишкой, или потребовать привести кого покомпетентнее. Потянул паузу, уставившись Мишиару прямо в зрачки и заставляя немного занервничать. Наконец, изобразив вид, что принял решение, я снизошёл до ответа:
        - Граф Хлестаков к вашим услугам. Впрочем, к чему эти пустые формальности - зовите меня просто - граф! - ответил я с самой благожелательной улыбкой, которую только сумел изобразить. При этом отрывать пятую точку от неудобного седалища не торопился - какое ни есть, а психологическое преимущество - он-то стоит передо мной.
        При упоминании фамилии гоголевского персонажа Варежка фыркнула, явно еле сдерживая смех. Я мысленно показал ей кулак и пообещал лишить вискасового довольствия.
        - Э-э-э… чем обязаны, граф? Эти доблестные, как вы изволили выразиться, ребята доложили мне, что вы некоторым образом являетесь ревизором?
        - Не «некоторым образом», любезнейший мастер, а именно ревизором.
        - И что же, позвольте полюбопытствовать, является целью вашей ревизии? - вампир, хоть и принял мою манеру общения в «высоком штиле», но в его интонации явно проскальзывала ирония. Ну, ничего, это поправимо.
        - А вот это, милейший, не в вашей компетенции. О цели моего визита я буду разговаривать исключительно с вашим начальством. Причём не непосредственным - не пристало мне объясняться с каждым чиновником, а с самым высшим.
        - Начальник тюрьмы вас устроит? - спросил Мишиар, продолжая развлекаться.
        - Естественно, - добавив в голос надменности, ответил я. - Я же, в конце концов, прибыл инспектировать именно тюрьму, а не общественные бани.
        - Ну что ж, логично, - согласился он. - Но позвольте полюбопытствовать, граф, вашими полномочиями. Ведь не может же проверяющий вашего уровня прибыть без каких-либо верительных документов?
        Это верно. Был бы на моём месте действительно Хлестаков, на этом его ревизорская карьера была бы и окончена. Но я-то - не он, поэтому, ожидая, что такой вопрос возникнет, подготовился заранее. Вытащив из-за пазухи документ, свёрнутый в трубочку и перевязанный красной ленточкой, припечатанной к бумаге сургучной блямбой с оттиском Добрыниной лапы, я протянул его Серому Мастеру. Тот взялся за печать и вопросительно посмотрел не меня. Я благосклонно кивнул, разрешая вскрыть документ.
        Мишиар разломал сургуч, развернул бумагу и уставился на очередной шедевр моего магического искусства. По краям листа я поместил рамку, которую образовывали черепа и кости в обрамлении весёленьких разноцветных цветочков. Посередине же листа красовалась одна единственная короткая надпись, выполненная клинописью древневампирского языка, изученного мною благодаря посланнику:
        «Предъявитель сего имеет право на всё».
        Вот и Дюма пригодился - не всё же Гоголю отдуваться. Несмотря на краткость содержания, Мишиар изучал документ примерно минуту, шевеля губами и явно читая его по слогам. А вот не надо было в школе древневампирский прогуливать! Дочитав до конца, он поднял на меня глаза. Иронии в его взгляде поубавилось, появилась некоторая задумчивость.
        - Документ, конечно, серьёзный, - наконец выдавил он. - Но хотелось бы знать, кем он выдан.
        - А вот это, дорогой мой Мастер, я тоже озвучу не вам. И вообще, - я подпустил в голос толику аристократического негодования: - не кажется ли вам, что пора перенести нашу беседу в более благоприятные условия?
        Высказав всё, что думаю, я вновь погрузился в изучение орфографического словаря. Ну, давай же, клыкастый, ход за тобой!
        Серый Мастер погрузился в размышления. И я его понимал. С одной стороны моя история шита белыми нитками и можно было если не придраться, то поставить под сомнение любой её пункт. Но, с другой стороны, я ведь каким-то образом сумел выбраться из клетки, защищённой магией. А я был уверен, что магия там была не только сдерживающей, но и выполняющей функцию сигнализации. Специально от обладающих даром. И при этом не сделал попытки покинуть помещения, явно дожидаясь беседы с компетентным чиновником. Словно подтверждая мои мысли, Мишиар дошёл до решётки и задумчиво постучал костяшками пальцев по толстому металлу, явно одновременно исследуя её на предмет повреждения магической составляющей. Наконец он решился:
        - Уважаемый граф Хлестаков, прошу следовать за мной. Я провожу вас к Мастеру Шириду.
        Я величественным жестом отложил словарь, но не двинулся с места, вперив свой взгляд в двух безымянных охранников.
        - Что-то не так, граф? - поинтересовался Мишиар.
        - А как вы думаете? - ответил я вопросом на вопрос, после чего опять переключил внимание на сладкую парочку. Те, поняв, что я чем-то недоволен, вытянулись по стойке смирно - ещё бы! Если начальство признало меня, то им и подавно следовало. Я продолжил спектакль. - Да… видимо поспешил я, давая столь положительный отзыв о вашей сообразительности.
        - Ва-ваше… графство, - начав заикаться от волнения начал первый. - Простите нас, но не могли бы вы пояснить…
        - Свита! - рявкнул я в порыве благородного гнева. - Вы хотите, чтобы лицо с моим статусом осталось без сопровождающих его членов свиты?!
        На этот раз впечатлился даже Мишиар. Повелительным жестом он приказал подчинённым отпереть клетку, что и было выполнено с молниеносной быстротой. Мои спутники гордо прошествовали мимо стражников. Варька даже презрительно фыркнула, проходя мимо, а Добрыня изобразил задними лапами закапывание бяки.
        - Не переигрывайте, - пожурил я зверей. - Нам ещё не один раунд предстоит.
        Таким составом мы и покинули это негостеприимное помещение. Впереди шествовал Серый Мастер, показывая дорогу, за ним шёл я, потом моя «свита». Замыкали шествие нерадивые стражники, всем своим видом показывая, что они никоим образом не конвоируют, а выступают в роли почётного эскорта. На улице уже наступила ночь. Я с некоторой тревогой подумал, что начальника не окажется на месте, но Мишиар уверенно топал к небольшому двухэтажному домику, расположенному через двор у тюремной стены. Добравшись до него, мы зашли внутрь и поднялись по широкой лестнице на второй этаж. Оставив нас дожидаться в некоем подобии приёмной, маг скользнул за массивную дверь на доклад начальству, прихватив с собой мою «верительную грамоту».
        Не было его довольно долго - с четверть часа, не меньше. Я уже начал было подумывать - а не инициировать ли мне самому следующий акт, изобразив негодующего дворянина, как дверь распахнулась и Мишиар пафосно объявил:
        - Граф Хлестаков со свитой к Алому Мастеру Шириду.
        Мы надменно проследовали мимо, не удостоив мага даже взглядом. Всё - он уже отработанный материал. Пришла пора заняться рыбкой покрупнее.
        Мастер Ширид был высок, по-военному подтянут и стар. Не знаю, сколько живут вампиры на самом деле, но если бы я оценивал на его месте землянина, то на взгляд ему можно было бы дать лет восемьдесят. При этом он явно держался бодрячком. Исследовав его ауру внутренним зрением, я с удивлением отметил, что Ширид не был магом. Значит, местная градация Мастеров не была привязана к этому дару. Если только он сознательно не скрывает свои возможности. Что ж, надо запомнить на будущее, вдруг пригодится. Несколько секунд мы молча изучали друг друга. Мне пришло в голову, что Ширид, скорее всего, является местным пенсионером, которому подобрали непыльную работёнку - ведь Алый Мастер, судя по местной градации - та ещё шишка и занимать пост начальника городской тюрьмы, по идее, не должен.
        В этот раз общение решил начать я сам. Кивнул головой как равному, добавив толику почтительности из уважения к возрасту собеседника.
        - Мастер…
        - Граф… - ответный кивок не заставил себя ждать. - Мне доложили, что вы прибыли к нам с инспекцией…
        Я не торопился отвечать. Чуть повернул голову назад, выразительно скосив глаза на Мишиара. Ширид правильно истолковал мой взгляд и жестом приказал Серому удалиться. На счёт моих спутников аналогичной просьбы не поступило. Плюс один в копилку Алого. Едва за магом закрылась дверь, я не стал оттягивать объяснения:
        - Вы правы, уважаемый Мастер. Мне действительно пришлось проделать длительный путь до Шезиарри, так как НАМ стало известно, что в вашем мире пойманы два особо опаснейших типа, которых давно следовало изолировать от рас континуума. И мне необходимо проверить - достаточно ли у вас организована надёжность содержания под стражей этих разумных. - я сознательно выделил многозначительной интонацией слово «нам», надеясь, что Ширид не станет любопытствовать о пославшей меня организации, так как понятия не имел о том, существует ли на самом деле нечто такое, что обладает достаточными полномочиями. И ещё - собиравшись разузнать про Самана, я вдруг, неожиданно для себя самого, решил взять быка за рога. Мой расчёт оказался верным. Начальник тюрьмы ухватился за «пойманных преступников».
        - Опасные типы? - уточнил он, явно напрашиваясь на их персонификацию.
        - Да, - подтвердил я. - Это печально известный полиморф Белиасор и его сообщник гоблин Кормоед.
        Это надо было видеть! Уж не знаю - поразила ли его новость, что ректор известнейшей академии оказался не белым и пушистым вместе с гоблином, или же тот факт, что мне было известно вообще об их нахождении на Шезиарри, но и без того не розовощёкое лицо вампира приобрело совсем уж землистый оттенок. И ручки-то, ручки затряслись! Но факт оставался фактом - я попал в точку! Так, теперь не давать ему расслабляться. Продолжаем наезд:
        - К сожалению, вынужден признать, что с охранными системами дело у вас обстоит не очень. Вполне возможно, что НАМ придётся изъять у вас этих заключённых. - Ну а что - чем чёрт не шутит? Вдруг, да и выгорит?
        Скорее всего, моя информированность, вкупе с наездом на вверенный ему участок деятельности сделали своё дело. Видно было, что Ширид сдался, так как в дальнейшем его тон приобрёл оправдывающиеся нотки.
        - Но позвольте, граф, почему же вы тогда не прибыли напрямую к представителям власти? Вместо этого устроили разгром в гостинице… Нанесли огромный моральный ущерб Мишиару, усомнившись в его компетенции… - постепенно тон начальника тюрьмы крепчал, он явно старался взять себя в руки.
        - Не позволю! - довольно резко перебил я его. - В этих недоразумениях виноваты опять-таки вы! Может не вы лично, но ваши власти - однозначно. Скажите мне, пожалуйста, за какой надобностью вам понадобилось изымать из моей свиты консультанта, который был специально привлечён, чтобы избежать подобных ситуаций?
        - Консультанта? - переспросил Ширид.
        - Его самого. И я требую вернуть его немедленно обратно. Чтобы в дальнейшем избежать неприятных ситуаций, потрудитесь, пожалуйста, освободить Самана, для того, чтобы он продолжил меня консультировать по вопросам взаимодействия с вашими соплеменниками.
        Не знаю почему, но моё последнее заявление буквально добило Алого Мастера. Как бы у дедули инфаркт не приключился, или что там, у вампиров случается при сильных потрясениях?
        - Мастер Саман? Он был вашим консультантом?
        - Вот именно, - многозначительно подтвердил я, теряясь в догадках, что конкретно вызвало такую реакцию, и повторился: - Вот именно!
        - Но… к сожалению, это выше моей компетенции, - из Ширида, казалось, вынули какой-то внутренний стержень. Из бодрого старичка-отставничка он за считанные секунды превратился в древнюю развалину. - Мне надо проконсультироваться…
        - Ну, так давайте, консультируйтесь! - широким жестом я пригласил Алого Мастера к активным действиям.
        - Хорошо. Я доложу. Вас же попрошу пройти в гостевое помещение. Я распоряжусь, чтобы вам предоставили необходимые удобства. Сейчас же прошу меня извинить! - по-военному сжато отчеканил Ширид.
        В ту же минуту дверь распахнулась, и в кабинете вновь появился Мишиар. Не знаю - каким образом он понял, что надо зайти - ни на какие кнопки Алый не нажимал, в колокольчики не звонил. По крайней мере, я этого не заметил. Может быть телепатия? Серый Мастер жестом предложил нам следовать за ним, после чего мы покинули кабинет начальника и вновь вышли на улицу.
        Несмотря на то, что стояла глухая ночь, тюремный двор был отлично освещён. Мишиар, указывая дорогу, сразу свернул куда-то направо. Мы послушно следовали за ним. Внезапно в вышине послышались громкие хлопки крыльями. Я поднял голову и успел увидеть, как от второго этажа административного здания отделилась огромная летучая мышь и, практически мгновенно миновав освещённый участок, скрылась из виду, поглощённая ночным мраком. Но тех пары секунд, пока она оставалась в поле зрения, мне хватило, чтобы успеть разглядеть явный серебристый оттенок меха, как будто тронутый сединой. Во как! Получается, сам полетел докладывать? Или он тут не один такой возрастной? Я вопросительно посмотрел на Варьку. Та, угадав ход моих мыслей, кивнула.
        - Точно. Это Ширид.
        - Что же это? Телевидение или что-то очень похожее у них существует, а элементарной связи нет? - мысленно спросил я кошку.
        - Почему же - есть.
        - И что - он позвонить не мог?
        - Значит, не мог.
        - К кому он полетел-то, не можешь сказать?
        - Не могу, - ответила Варька после небольшой паузы. - Вообще на Шезиарри, всё как-то не так. Не то, чтобы я не могу применить свои способности, но такое ощущение, что кто-то или что-то постоянно создаёт некий фон, посторонние помехи, которые не дают со стопроцентной гарантией быть уверенной в получаемой информации. Точно могу сказать, что он полетел к какому-то очень большому начальнику.
        - Верховному Мастеру, что ли? Или Генеральному - не помню, как правильно.
        - Мастер Мастеров, и постарайся больше не забывать. Обижать такую персону уж точно - чревато неприятностями. Хотя… - Варежка на секунду задумалась, - мне кажется, что место главного вампира сейчас свободно.
        - Как думаете - не слишком я сильно стартовал с наездом на клыкастых? - перевёл я разговор в другую плоскость, подключая к обсуждению и Добрыню. Федя и Ива автоматом из общения исключались, будучи заранее предупреждены, так как от прослушивания мы были не застрахованы.
        - Мне кажется - сильно, - ответил пёс, кошка согласно кивнула. - Но сам посуди - пока всё идёт отлично. Самое главное не проколоться, так как каждый последующий вампир будет гораздо более серьёзным противником. Хотя, я, честно говоря, не верю, что удастся так просто вернуть гоблина с полиморфом. Нам бы Самана вытащить.
        - Кстати, - взяла слово Варька. - Заметили, какая реакция была у начальника тюрьмы на упоминание о наших пропавших? Хвост даю - они точно у кровососов где-то находятся. Хотя я не понимаю - вроде раса адекватная, по крайней мере, такое впечатление складывается. Кровь употребляют только от неразумных особей, что не более жестоко, чем даже наше земное животноводство. В континууме, опять же, не относятся к изолятам. Какого им рожна от Белиасора понадобилось?
        - А может - от гоблина? - спросил я.
        - Может и от гоблина, - не стала спорить серая. - Только вряд ли. Кормоед, скорее всего, пошёл прицепом. Его-то проще выловить одного - сколько он по мирам мотается, в силу своей профессии. А вот Белиасора, похоже, специально выслеживали.
        - Может опять полиморфы? - предположил Добрыня. - Снюхались с вампирами и снова похитили ректора.
        - Ну-у, это всего лишь предположения. Эх, Самана нам не хватает. Хоть бы спросили - в каких отношениях нынче вампиры с туманниками находятся. Так, стоп, потом продолжим, - прервал я нашу беседу, так как мы пришли.
        Мишиар, так и не проронив ни слова за время пути, привёл нас к небольшому одноэтажному домику, расположенному с противоположной стороны от администрации. Нам пришлось обогнуть основное здание, и, по-моему, даже выйти за пределы огораживающего тюрьму забора. Вот тоже, кстати, вопрос - на кой городить забор, если любой местный заключённый может превратиться в летающее создание и спокойно упорхнуть за его периметр? Или полёты тут не всем доступны? Вопросы, одни вопросы. Между тем тюремный маг отпер двери и пригласил нас войти.
        Помещение явно было гостевым домиком. Небольшой зал, сразу за коридором-прихожей, две крохотные комнатки-спальни, санузел и кухня. И, конечно же, в каждом помещении по телевизору. Даже, пардон, в туалете. Но мы-то уже учёные. Хотя, на всякий случай, я настоятельно рекомендовал своим спутникам не пользоваться сомнительной техникой. Всё остальное - стандартный набор мебели. Тоже интересно - для чего на территории тюрьмы такой дом? Может свидания заключённых с родственниками проводить? Но, в таком случае охранять подопечных во время свиданий будет весьма сложно. По крайней мере, одним-двумя стражами явно не обойдёшься.
        Оставив нас одних, Мишиар растворился в сумерках. Дверь за собой он запирать не стал - уже добрый знак. Я вопрошающе посмотрел на Добрыню - есть охрана, или нет? Тот заверил меня, что вблизи домика не ошивается ни один разумный. Так же пёс, проведя собственноносое обследование помещения, высказался за то, что следящего оборудования или магии в оном не присутствует. Только абсолютной гарантии он дать не мог, поэтому, расслабляться и выходить из образа мы не стали. Честно говоря, очень хотелось есть, и явно не мне одному. Но, накормив животных, сам ужинать я не стал - из солидарности с Ивой. На каких веществах основан её метаболизм я не знал, а экспериментировать, создавая пригодное ей питание, побоялся - не хватало ещё угробить девчонку. Соответственно, и дракону, ничего не предложил, несмотря на то, что ему и подошла бы моя пища. Хоть он и посмотрел голодным взглядом, как кошка и пёс поглощают свои порции, я остался непреклонен. Нечего - голодать, так уж всем, по крайней мере - двуногим.
        Впрочем, голодом нас морить вампиры не собирались - через полчаса открылась дверь и два охранника - не наших, а других, вкатили в домик тележку, заставленную различными кастрюльками. И даже извинились за задержку - им, видите ли, пришлось вначале добывать ингредиенты, пригодные для наших рас, а потом искать специалиста, способного приготовить из них хоть что-то съедобное. Столовые приборы прилагались тут же.
        Уж не знаю, что именно использовалось для приготовления еды, но выглядело это аппетитно, пахло приемлемо, и на вкус было весьма недурно. Короче - поужинали все. На этом вся активность местных и закончилась. Может, Ширид ещё не добрался до тех товарищей, которые в состоянии принимать решения, а может они до сих пор совещаются, но прошло уже часа полтора, после нашего вселения в домик, а новостей как не было, так и нет.
        Наконец мне надоело бесполезное ожидание, и я предложил всем отправляться на боковую. Сам, естественно, занял одну из спален - ведь я же граф, как-никак! Вторую приговорил Иве - ибо дама. Феде был предложен диванчик в зале, от которого он отказался, заявив, что выспался в гостинице, и теперь лучше пободрствует - на всякий случай. Добрыне вообще было всё равно где спать, поэтому он устроился в прихожей на коврике, заодно взяв на себя первую линию обороны. Кошка же по обыкновению вспрыгнула на мою кровать и улеглась в ногах. Блин! Как бы ей потактичней объяснить, что при таком раскладе мне спать неудобно - всё время боишься пошевелиться лишний раз. Ну, кошатники меня наверняка поймут! Короче, все устроились, а поскольку новостей так и не прибавилось, то я, покрутившись какое-то время, привыкая к новому месту, уснул.
        Утро началось так же, как закончился вечер - без новостей. Всё те же охранники обеспечили нас завтраком. На мои вопросы о возвращении Ширида, они отвечали отрицательно - мол, не знаем, даже, что он куда-то отлучался. Оставалось только ждать. Позавтракав, я позвал Варьку и Добрыню и отправился на разведку.
        Как оказалось, ночью мы всё же не вышли за пределы охраняемой территории. Точнее - покинули периметр, огороженный забором. Хоть гостевой домик и стоял с внешней его стороны, но с трёх сторон был окружён четырёхметровой проволочной сеткой. Выхода на волю из этого участка не было. Чтобы выбраться, всё равно пришлось бы миновать широкий проём в заборе, рядом с которым находился пост охраны, а дальше пройти через главный двор тюрьмы. Три чахлых деревца росли между домиком и внешней оградой. Вот и всё. Пройти на основной тюремный двор нам не удалось. Охрана вежливо, но настойчиво преградила нам путь, мотивируя тем, что заботится о нашей безопасности - видите ли, скоро наступит время прогулки заключённых, и его высокородию, то есть мне, не стоит осквернять свой благородный взор неприятными картинками. Пришлось согласиться и вернуться в домик.
        Долгих семь часов ничего не происходило. Даже обед гады клыкастые не соизволили нам принести. Я просто изнывал от безделья и неопределённости. Играть показушно в графа и его свиту наскучило ещё быстрее, так что я развлекался, сотворив рогатку и мишень и пуляя по ней мелкими камешками. Может, и не пристало графу развлекаться таким плебейским занятием, но магичить огнестрельное оружие я поостерёгся, так как не был уверен, что стража отреагирует адекватно на такое развлечение. И вообще - может на моём мире рогатка - это изысканное дворянское хобби. Ива и Федя не покидали домика, а вот мои зверики присоединились ко мне на улице. Я бы с удовольствием поиграл с Добрыней во что-нибудь более подвижное, да боюсь-таки опять неправильно поймут - это уж точно не графское дело собаку мячиком развлекать.
        Наконец, когда я уже готов был воспылать праведным гневом и потребовать к себе хоть кого-нибудь, или разнести к чертям собачьим ограду и отправиться на подвиги, мы дождались. В проёме каменного забора показался Мишиар, в сопровождении незнакомого вампира, лицо которого было прикрыто чёрной маской. Хотя, кто кого сопровождал - тот ещё вопрос. Тюремный маг держался подчёркнуто вежливо, но в то же время было видно, что он не привык так вести себя с той персоной, которая шла рядом. Так, это надо запомнить.
        Я, измученный бездельем и неопределённостью, чуть было не бросился навстречу прибывшим, но, в последний момент сдержался, и натянул на себя порядком поднадоевшую маску Хлестакова. Когда парочка клыкастиков приблизилась, Мишиар с коротким поклоном произнёс:
        - Уважаемый граф, позвольте представить вам Чёрного Мастера Са… Салиара. Он будет выполнять роль вашего консультанта, взамен отсутствующего мастера Самана.
        - Что значит - «взамен»?! - сделав вид, что не заметил оговорку мага, взвился я, изобразив благородное негодование. Хотя изображать-то особо ничего не пришлось. Злости за этот бестолковый день накопилось преизрядно.
        - Временно, граф, временно, - примирительно ответил Салиар, или как там его по-настоящему.
        - Не надо мне никаких «временно»! Почему нельзя вернуть нам Самана, не создавая излишних трудностей?
        - Видите ли, граф, - ответил Чёрный, жестом отпуская Мишиара восвояси. Кстати - это нормально, что Чёрный Мастер командует Серым? - Дело в том, что Мастера Самана по недоразумению переправили очень далеко отсюда. Сейчас делается всё возможное, чтобы доставить его обратно. Поверьте, в скором времени вы сможете его увидеть. Пока же я просто побуду с вами, и если понадобится, отвечу на ваши вопросы. Разумеется, в пределах своей компетенции. Прошу вас, граф, пройдёмте в дом.
        Подавая мне пример, вампир направился к входу в наши апартаменты. Я же, пользуясь минутным перерывом в разговоре, беззвучно спросил у Варьки:
        - Что думаешь про всё это?
        - Не понятно. Мутят что-то кровопийцы. Одно знаю точно - этот тип не тот за кого себя выдаёт.
        - Тоже заметила?
        - Да, и ко всему прочему, предчувствие просто зашкаливает. Жаль, помехи так и не ослабли - как будто кто-то или что-то специально наводит.
        - Ладно, пойдём. Будем импровизировать на ходу.
        Когда наша четвёрка показалась в дверях, Ива и Федя заметно насторожились. Ещё бы - какое-то изменение. Если мне со зверями ещё было чем заняться, то им вообще пришлось изнывать от скуки. Вылезать на первый план им не рекомендовалось, чтобы не испортить всю игру мне. После короткого знакомства, Салиар вытащил из кармана толи амулет, толи телефон - ага! Всё-таки дистанционная связь у них есть - и начал отдавать распоряжения о немедленной доставке еды на всю нашу честную компанию. Я, воспользовавшись тем, что он увлечён беседой, просканировал его ауру. Во как! А маг-то он посильнее будет, чем Мишиар. Значит опять встаёт вопрос о принципах иерархии среди вампиров. Мимоходом пожалел, что не догадался в своё время просканировать таким образом Самана. Ладно, будем считать нашего нового знакомого высокопрофессиональным шпионом. Мысленно проинструктировав Варьку и Добрыню, я приготовился к наряжённому противостоянию.
        Между тем, Салиар развил какую-то сумасшедшую деятельность, мигом заполнив собой всё и без того невеликое пространство гостевого домика. Оценив принесённые блюда, он послал кого-то за новыми столовыми приборами, подобающими, как он выразился статусу высоких гостей. Тут же схватил своё средство связи и распорядился прислать специалиста о сервировке стола, и тэ дэ, и тэ пэ. В общем, суета поднялась невообразимая. Правда, следует отдать должное местным клыкастым, все его указания были выполнены чётко и быстро. Через каких-то десять минут для нас был накрыт изумительный банкетный стол. Салиар выпроводил всех лишних, и пригласил нас отведать раннего ужина. Мы возражать не стали, ибо есть уже хотелось просто зверски. Я на всякий случай попросил зверей оценить качество еды, но те в один голос заверили, что всё чисто. Хотя - и правда - чего это я? Хотели бы что-нибудь подмешать, сделали бы это в прошлый раз.
        Наконец мы расселись и начали активно исследовать содержимое блюд. Что меня поразило прежде всего, так это то, что Салиар начал накладывать себе из всех судков и кастрюлек, совершенно игнорируя тот факт, что они предназначались как нам, так и Иве. Заметив мой удивлённый взгляд, клыкастый отреагировал:
        - Вы удивлены тем, что я собираюсь употреблять продукты для существ разного метаболизма? А зря. Да будет вам известно, граф, что моей расе абсолютно всё равно, что пережёвывать. Если это не является откровенным ядом для нашего организма, мы можем употреблять всё что угодно - вреда это никакого не принесёт. Как, впрочем, и пользы. Мы же получаем энергию несколько из другого источника. Неужели вы этого не знали, граф? Странно… я понимаю, что Мастер Саман мог не заострять на этом внимание. Но не кажется ли странным, что инспектор вашего уровня не знает такого факта о расе, которую он отправляется инспектировать?
        Вот это да! Один ноль в его пользу. Это он ловко меня сделал! Хорошо, что рот мой в этот момент был занят - не престало же моему благородию отвечать, не прожевав порцию салата. Однако я понял, что придумать достойный ответ не успеваю - не изображать же из себя корову, которая может часами жвачку мусолить. Помощь неожиданно пришла от Ивы - кто бы мог подумать?
        - Простите, Мастер, - немедленно заявила она. - Но граф оказался единственной достойной кандидатурой для этой экспедиции на тот момент, когда к нам поступила важная информация. А поскольку медлить, подбирая другого полномочного представителя было нельзя, то решили обратиться к Мастеру Саману, и привлечь его в качестве консультанта.
        Да… не знаю на кого она училась - на дипломата, что ли? Сама речь ничего особого не представляла, но КАК она была произнесена! Такие оттенки интонации в столь коротком выступлении даже меня заставили приосаниться. Тут и укор про Самана, и поддержание моего благородства и ещё куча всего, что в сумме дало удивительный эффект. Салиар сглотнул, встал, коротко поклонился сначала мне, потом Иве. Потом мотнул головой, как бы отгоняя наваждение, сел на место и с уважением посмотрел на Иву.
        - Что ж, - произнёс он, выдержав небольшую паузу. - Вполне согласен с вами, леди. Хотя не стоило применять на мне своих способностей. Ваши доводы и без того были убедительны.
        Это ещё что за способности такие? Надо бы прижать мохнатую в угол и потолковать, а то тут у нас кладези талантов под рукой, а мы толком о них ничего не знаем. Салиар, между тем, взял в руки изящный графинчик и налил себе и Иве какой-то прозрачной жидкости, после чего поднял свой бокал и предложил студентке выпить в знак примирения. Ива подозрительно понюхала содержимое.
        - Это что - водка? - поморщившись спросила она.
        - Помилуйте, милая, разве я позволил бы себе налить даме водки? Это чистый спирт! - эмоционально воскликнул клыкастый и ехидно посмотрел на меня.
        Шах и мат!
        Мысли испуганной стаей заметались в голове, и я с трудом подавил желание немедленно унести отсюда ноги. Удержало только одно - при всём желании не получилось бы сразу всех друзей захватить с собой. Стоп! Никто не просит от меня немедленного ответа. Но ход получился красивый. Только что мне недвусмысленно дали понять, что не только я здесь знаком с земной литературой. Вот только вопрос - ОТКУДА? Откуда клыкастые могли взять почти дословную цитату из Булгакова, заменив только одно слово, сообразно текущему моменту? Опять-таки - откуда они могли узнать, что «Мастер и Маргарита» одно из любимейших моих произведений, которое я могу цитировать практически наизусть? Оставался ещё, конечно, мизерный шанс, что вампир совершенно случайно произнёс фразу, повторившую высказывание булгаковского героя, но такая вероятность, по моему мнению, на третьей космической скорости стремилась к нулю. Н-да. Приплыли.
        Кошка заметила моё состояние.
        - Что-то не так?
        - Булгаков. Мастер и Маргарита, - дал я ей вводные данные. - Блин! У тебя же помехи какие-то…
        - Помехи только на ту информацию, которая касается Шезиарри, - возразила Варька, на миг погружаясь в базу инфосферы. - Вот это да! Что делать будешь?
        - А ничего. Может, я и не читал Булгакова вовсе, - ответил я, проглатывая очередной кусок и собираясь с мыслями.
        Салиар продолжал изучать меня, поэтому надо было как-то отреагировать.
        - Вы что-то хотели спросить, Мастер? - как ни в чём не бывало, обратился я к нему. Видимо мне удалось при внутренней буре сохранить невозмутимый внешний интерфейс.
        Вампир несколько опешил. Судя по всему, это был его главный козырь. Прозрачно намекнуть, что он знаком с нашей литературой, а поэтому вправе сомневаться в нашей легенде. Получилось как нельзя лучше - мне удалось перехватить инициативу, хоть я и находился на грани провала.
        - Нет-нет. Ничего. - Салиар активно занялся содержимым своей тарелки. Правда, через полминуты вскочил и, извинившись, направился к выходу.
        - Какие-то проблемы, уважаемый? - спросил я вдогонку.
        - Что вы, граф! Мне просто надо отдать распоряжения… на счёт десерта, - ответил он, исчезая за дверью.
        - Добрыня! - обратился я к псу. Попробуй послушать.
        Собак тут же вскочил и, подойдя к двери, приложил к ней ухо. Какое-то время прислушивался, потом отрицательно покачал головой и вернулся на место.
        - Что, никак?
        - Далеко слишком. Не могу разобрать. Вообще-то, кажется, ругается на кого-то.
        Салиара не было уже довольно долго. Мы успели наесться, прикончив практически всё, что было на столе. Я понимал, что ситуация сложилась, прямо скажем, патовая. У клыкастых есть вполне обоснованные подозрения на мой счёт. Теперь понятна стала пауза, которая была в нашем с ними общении. Они каким-то образом проверяли информацию про графа Хлестакова. Скорее всего, привлекли кого-то со способностями, аналогичными Варькиным, так как попасть за неполные сутки на Землю было нереально ни для кого, кроме меня. Не знаю - может перестать играть в игрушки с вампирами, и потребовать немедленно освободить всех пленников? Сразу мы не стали этого делать, так как не были уверены, что Шезиарри именно тот мир, что нам нужен. Оно, конечно, и сейчас стопроцентной гарантии не было, но многое указывало на то, что мы не ошиблись в изначальных предположениях.
        Чёрный Мастер так и не появился. Вместо него нарисовался Мишиар, и пригласил нас проследовать за ним. Пройдя вновь через тюремный двор, мы поднялись на второй этаж здания администрации. Видимо, после провала Салиара, клыкастые придумали другой план. Интересно - если бы не моя демонстрация магических возможностей, они бы с нами так церемонились? Мишиар провёл нас в кабинет начальника тюрьмы и остался с нами. Сам же владелец кабинета в этот раз выступил при полном параде. По крайней мере, мундир на нём смотрелся очень эффектно. Впечатление только слегка портил серый плащ, накинутый на плечи. При виде нас он поднялся из-за стола, держа в руках какую-то бумагу.
        - Господа, - начал он. - Вы сами понимаете, что возникла весьма щекотливая ситуация. Вы не желаете сообщать подробную информацию про себя, а мы не можем просто так поверить в то, что вы посланы с ревизией на предмет, который был вами указан. - В общем, вся его речь сводилась к констатации тех выводов, которые я сделал для себя немного раньше. Закончив говорить, он вручил мне документ, который оказался моей же филькиной грамотой, которую я отдал вчера Мишиару.
        - Хорошо, Мастер, - ответил я. - Положение, согласен, ни нашим, ни вашим. Но, судя по тому, что вы нас пригласили, у вас есть какие-то предложения?
        - Да, - мне показалось, или на его лице промелькнуло облегчение? - Мы предлагаем вам пройти лабиринт хаоса.
        - Лабиринт хаоса? - тут же переспросил я. Это ещё что за чудо-юдо нам пытаются навязать? Название, по крайней мере, не внушало оптимизма.
        - Именно, - подтвердил Ширид. - Понимаю, что в отсутствии вашего консультанта, вам неоткуда получить информацию, поэтому возьму на себя честь пояснить относительно данного явления. Вы не против?
        Конечно же, мы были не против. Из рассказа начальника тюрьмы стало понятно, что на некоторых мирах континуума, хоть и очень редко встречались подобные анклавы, которые по каким-то причинам сохраняли первородное нечто, из которого во времена Творения и произошёл непосредственно континуум. Это нечто в обиходе называлось ёмким словом «хаос». В данном секторе наличием лабиринта хаоса мог похвастать один единственный мир - Шезиарри. Местные владыки не распространялись о своём сокровище, поэтому информация о нём хоть и не была закрытой, но относилась к разряду малоизвестной.
        В состоянии покоя этот хаос не причинял никаких неудобств, да и вообще - не видно его и не слышно. Но стоило в анклав поместить материю - не важно, камень ли это будет, или разумное существо, как сущность хаоса «оживала». Каждый раз при активации это нечто принимало новые формы, в зависимости от того, что, или кто в него попадал. Поэтому аномалия и получила название лабиринта. Считалось, что разумный, пройдя через лабиринт, обнажит свою натуру, показав её истинную сущность. Как следствие, лабиринт использовали в различных целях. Например, если кого-то подозревали в совершении преступления, а доказательств не было, то подозреваемого помещали в лабиринт хаоса. Если он на самом деле был виновен, то на выходе сам хаос препровождал такого типа в ближайшую тюремную камеру. Или же обратная ситуация - надо назначить ответственного руководителя - например мэра города, или даже верховного правителя - Мастера Мастеров. Пожалуйте, господин претендент в лабиринт. Окажешься достойным - хаос выпустит тебя прямо в тронном зале, а нет - выйдешь там же, где и вошёл. Разумные, занимавшиеся искусством, пройдя через
лабиринт, могли создать шедевр. Но при условии, если их талант действительно того заслуживал. Хотя творческих личностей туда старались не пускать - считалось, если ты талантлив, то не должен пользоваться костылями - твори сам. А вот учёных, бьющихся над действительно важными задачами, пускали в лабиринт гораздо охотнее. Но тут уж хаос далеко не всегда шёл на встречу и подсказывал готовые решения, как будто не хотел делиться тайнами мироздания.
        Ко всему прочему, прохождение лабиринта отнюдь не походило на лёгкую прогулку. Единственно, что радовало, что летальных исходов в анклаве было немного. При этих словах меня всё же пробрал озноб. Что значит немного? Один на тысячу, или один на пять (не тысяч, естественно, а просто на пять)? Но уточнить как-то побоялся.
        Вот такая это штука - лабиринт хаоса.
        Я крепко задумался. С одной стороны, я практически не врал, озвучивая свою версию появления на Шезиарри, просто немного её интерпретировал в зависимости от ситуации. Мне действительно надо было убедиться, что Белиасор и Кормоед находятся в этом мире, а так же узнать, насколько серьёзно они охраняются. Только результатом этой проверки должно было стать не усиление охраны, а изъятие пленников. Если всё пойдёт удачно, то теоретически хаос выведет нас к ректору и проводнику. А там, даже если они спрятаны далеко и глубоко, телепортация - наше всё.
        С другой стороны - очень напрягали случаи со смертью проходящих лабиринт. Я не был уверен, что даже мои способности смогут противостоять изначальной силе. Но, в то же время, если континуум являлся порождением хаоса, а я - детищем континуума, то… уж как-нибудь со своим «дедом» я смогу поладить.
        Всё! Решение принято, и я его озвучил.
        - Я согласен. Мы пройдём этот ваш лабиринт. Но у меня есть одно условие - перед испытанием вы обязуетесь вернуть нам нашего консультанта - мастера Самана.
        При этих словах на лице Ширида отразилось такое явное облегчение, что я запоздало задумался - а в чём, собственно подвох? О чём не преминул открыто поинтересоваться.
        - Что вы, граф, никакого подвоха нет. Я клянусь, что рассказал вам всю доступную мне информацию про лабиринт хаоса. Что же касается вашего консультанта, то его вернут вам в кратчайшие сроки, но только после того, как вы поклянётесь, что готовы вступить в лабиринт вместе со своей свитой.
        Со свитой? Я по очереди осмотрел на спутников, даже не пытаясь мысленно связаться с Варькой и Добрыней. В ответ получил четыре утвердительных кивка. Что ж, отступать было поздно, и я произнёс: «Клянусь, что для восстановления справедливости я и сопровождающие меня разумные войдём в лабиринт хаоса и пройдём его, не смотря ни на что».
        Немного пафосно, конечно, получилось. Но поразмышлять об этом мне было не суждено. Внезапно перед глазами возникла какая-то серая пелена, сродни туману. Посмотрев на спутников, я увидел, что все они на мгновение окутались такой же туманной дымкой. Впрочем, через секунду всё непривычное пропало.
        - Хаос принял клятву! - раздался торжественный голос Мишиара, до этого тихой мышкой стоящего у двери.
        - Привести Мастера Самана! - В тон ему прозвучал приказ, отданный начальником тюрьмы.
        Глава 4. Лабиринт хаоса и его последствия
        Самана привели буквально через несколько мгновений, как будто ждали за дверью, не сомневаясь ни в исходе разговора, ни в моём решении. Как только открылась дверь, я вперился взглядом в нашего вампира, ожидая увидеть следы насилия. Но тот выглядел бодрячком, если не считать ошарашенного вида, как будто он только что получил ожидаемую, но очень неприятную весть.
        - Всё в порядке? - спросил я его, как только он приблизился к нам.
        - Лабиринт. Кто-то из вас сейчас согласился пройти лабиринт хаоса, причём со всеми сопровождающими.
        - Я и согласился. А в чём, собственно дело?
        Саман в ответ только вздохнул и покачал головой - мол, не представляешь, во что ты только что вляпался. Или - мы вляпались.
        - Может, объяснишь, как консультант, что такого страшного в этом лабиринте? - спросил я, выделив слово «консультант», в надежде, что он поймёт и не станет задавать лишних вопросов.
        - Потом, - коротко ответил вампир и перевёл взгляд на Ширида. Я тоже посмотрел на начальника тюрьмы. Мне показалось, или в глазах старика мелькнуло торжество?
        - Чего вы добиваетесь, генерал? - в голосе Самана появилась горечь. - Я всё равно не пройду лабиринт так, как вам надо.
        - Что вы, Мастер, - ответил Ширид. - Идёте же не вы. Вы только сопровождаете.
        - Хорошо, - коротко сказал Саман. - Тогда не будем терять время.
        С этими словами, он развернулся и быстрым шагом направился к выходу. Мы пошли следом. Ни Мишиар, ни приведшие его охранники даже не пытались его задержать. Замыкал шествие Ширид. Саман, по всей видимости, чётко представлял, куда надо идти. Миновав двор, он подошёл к неприметной дверце в стене основного здания. Я же, пока мы шли, задался вопросом - кто же он на самом деле? Чувствовалось, что он известен в широких кругах своего мира. Но что, какой проступок заставил его покинуть Шезиарри, и на двести лет поселиться на другом краю сектора? И не повлияет ли прохождение им лабиринта на его дальнейшую судьбу? Может, пока не поздно, отговорить вампира от этого шага?
        Я догнал Самана и повелительным жестом попросил остальных притормозить, чтобы не мешать нашей беседе. Послушались все, даже местные.
        - Послушай, дружище, - начал я, собираясь с мыслями. - Тебе, честно говоря, совсем не обязательно лезть в этот анклав. Может ты расскажешь мне всё, что знаешь про этот феномен, а потом просто подождёшь результатов нашей вылазки?
        - Не выйдет, - ответил он после короткого раздумья. - Ты произнёс клятву, включив в неё всех своих спутников. А хаос принял её. Теперь, даже если ты решишь отправиться один, мы все автоматически последуем за тобой. Хаос просто заберёт нас в лабиринт, где бы мы ни находились.
        - Каким это образом? Телепортирует? Так её же «не существует». Телепортации, в смысле.
        - Нет, телепортация тут не причём. Просто хаос… он повсюду. Вся материя, энергия, как одна из её форм, время - всё порождено им. Если ему нужно, он просто в любой точке пространства мгновенно увеличит энтропию до значения, близкого к бесконечности. И в этом месте образуется новая точка хаоса. Она, конечно, будет нестабильной и скоро поглотиться окружающим пространством, но на миг всё, вокруг чего образовался такой микро-анклав, будет принадлежать хаосу. А поскольку он не имеет никаких метрик - не пространственных, ни временных, то неважно, где ты в него вошёл. Ты просто находишься в нём. Понятно?
        - Ну-у… - протянул я. - С некоторыми допущениями, да.
        - Как бы тебе объяснить попроще?.. Ты первую производную основного уравнения континуума знаешь?
        - Ничего себе «попроще»! Я и само-то уравнение не знаю. Более того - даже не знаю того, кто знает. Вот ты, если только.
        - Само уравнение не знает никто - его вообще не существует.
        - Как так? Уравнения нет, а производная есть?
        - Естественно. Общее уравнение континуума - суть сам континуум. Чтобы его описать, нужна бесконечность, равная континууму. В науке это уравнение просто можно описать словами «ЕСТЬ», «СУЩЕСТВУЕТ» и подобными. А вот первая производная - она выглядит гораздо проще.
        С этими словами Саман подобрал камушек и нацарапал на стене первый знак из современного вампирского алфавита.
        - Вот, смотри - мы обозначаем существование континуума символом - не важно каким, например этим. А раз мы начали описывать неописываемое всеобъемлющее явление, то тем самым стали ограничивать его. А теперь дальше… раз мы обозначили континуум символом, то появляется описывающий, к примеру, мы в текущий момент. Обозначим его так…
        Рядом появился второй по порядку знак алфавита, как «Б» с «А» из кириллицы.
        - Этот объект описывает первый. То есть, воздействует на него, - от вампирской «Б» к «А» протянулась стрелочка. - А первый объект, подвергшийся воздействию, изменяется, тем самым, создавая обратную связь… А теперь представь, что мы начнём описывать принципы этих взаимодействий, принципы принципов, способы принципов и принципы способов. Количество переменных будет возрастать с такой скоростью, что не хватит никаких алфавитов вместе взятых. И как только описание сравняется с самим понятием континуума, мы вернёмся к виду уравнения - «ЕСТЬ», то есть «что-то-нечто-всеобъемлющее».
        - Получается, что хаос - это… то самое «ЕСТЬ»? Которое везде и всегда и повсюду?
        - Всё верно. - Саман щелчком пальцев уничтожил надписи на стене, придав ей первоначальный вид. Ага! Всё-таки он маг. - Ладно, пойдём уже.
        - Пойдём, - согласился я. - Кстати, не хочешь рассказать, из-за чего ты так избегаешь прохождения лабиринта?
        Вампир остановился и внимательно посмотрел на меня.
        - Потом… после прохождения. Или в самом лабиринте, если что-то пойдёт не так. Сейчас же просто поверь - ни к тебе, ни к Белиасору с Кормоедом, та история никакого отношения не имеет.
        С этими словами Саман развернулся и нырнул в дверь. Мы последовали за ним. Не все - только я и наши спутники. Сопровождавшие нас вампиры остались снаружи.
        Сразу за дверью начиналась лестница, которая единым пролётом поднималась вверх. Насколько высоко - сказать было сложно, ибо буквально через десяток ступеней начиналось что-то похожее на марево, которое бывает в жаркий летний день над перегревшимся асфальтом. Оно искажало перспективу и с уверенностью сказать - что там дальше было затруднительно. Мы начали подъём. Я сразу, как-то машинально, начал считать ступеньки, глядя под ноги. Когда счёт перевалил за полторы сотни, а ноги начали наливаться тяжестью, я поднял глаза. Марево синхронно двигалось перед нами, позволяя увидеть всё тот же десяток ступеней впереди. Я сбился со счёта и машинально погладил кошку, которая уже после двадцатки ступенек решила, что с неё хватит, и уверенно заняла законное место на моём плече. Варька замурлыкала нечто музыкальное. Я прислушался… вот зараза серая! В кошачьем мурчании явно прослушивалась мелодия шансона незабвенного Леонида Утёсова «Песня извозчика»:
        «Но, подруга верная,
        Тпру, старушка древняя…»
        - Долго нам ещё топать? - поинтересовался я у Самана, который уверенным шагом преодолевал ступеньку за ступенькой. - Мы уже раз десять это здание насквозь прошли - от подвала до крыши.
        - Уже пришли, - отозвался тот.
        И в самом деле - ещё каких-то полтора десятка ступенек и зыбкое марево, убегавшее от нас всю дорогу, вдруг остановилось и начало стремительно мутнеть, становясь похожим на тот туман, который засвидетельствовал мою клятву. Вампир, не раздумывая, нырнул в серую пелену. Я положил правую руку Варьке на спинку, левой уцепился за Добрынину холку, и последовал за Саманом. Краткий миг слепоты и мы очутились рядом с ним в непонятном пространстве - каком то коконе, ограниченном колышущейся серой зыбью. Мгновением позже к нам присоединились Ива и Федя.
        - Что дальше? - спросил я.
        И тут перед глазами, буквально на расстоянии вытянутой руки прямо в воздухе появилась надпись на чистом русском языке:
        ОПРЕДЕЛЁН ТИП СУЩЕСТВ, ВОШЕДШИХ В ХАОС. НАЧИНАЕТСЯ ГЕНЕРАЦИЯ ЛАБИРИНТА…
        Здрасьте, приплыли! Это ещё что за MMORPG?! «Генерация лабиринта» у них, видите ли… Ау, ЛитРПГ-шники, где вы? Вот как сейчас смотаюсь быстренько на Землю, да притащу сюда Руса или Маханенко - пусть посмотрят, как это выглядит на самом де…
        Тьма…

* * *
        Это сон… сон! Сон!!!
        В панике я подскочил на кровати. Сердце бешено колотилось - приснится же такое! Как будто я вытянул билет на экзамене, смотрю на вопросы и понимаю, что ничегошеньки не знаю. Комиссия, видя моё состояние, разрешает мне взять ещё один билет. Я беру и… вообще не могу прочитать ни строчки - буквы то расплываются, то вдруг складываются в непонятные символы. И тут вдруг я с ужасом понимаю, что какой бы билет я не вытянул, всё равно толку будет мало - все знания как будто метлой вымело у меня из головы! А наша физичка, считавшая меня своим лучшим учеником и доверявшая даже проводить вместо себя уроки по некоторым темам в своём и параллельном классах, под присмотром, конечно, укоризненно качает головой, как бы говоря: «Ну что же ты, Вася! Ведь я так на тебя надеялась!».
        Уф-ф! Я перевернул подушку, которая с одной стороны насквозь пропиталась холодным потом, и улёгся обратно. Сквозь окно еле-еле начал просачиваться первый робкий предвестник рассвета. Кромешная темнота в комнате сменилась густой серостью. На улице набирал силу птичий концерт. Всё - теперь не уснуть. Хотя, поспать ещё хоть пару часиков просто необходимо - впереди экзамен. Да-да, тот самый, по физике, который приснился мне только что. Последний экзамен, после которого будет получение аттестата, выпускной и поступление в ВУЗ. В общем - прощай школа! Видимо эмоции последних дней наложились и дали такой эффект в виде ночного кошмара. На самом деле, физика, это тот предмет, за который я ни капельки не боялся. Даже не стал вчера ничего толком учить - так, пролистал учебники, скорее настраиваясь морально, чем освежая знания. И если сегодня всё сложится удачно, в чём я не сомневался, то я уверенно претендую пусть не на золотую, но честную серебряную медаль. И этот факт значительно облегчит мне процесс поступления в институт…
        - Вася, вставай! Экзамен проспишь! - это мама.
        С кухни доносится звон посуды и запах жарящихся блинчиков. Со сгущёнкой - м-м-м, обожаю! Значит, я всё же умудрился заснуть. На часах 7:53. Так, надо быстренько вскакивать, собираться и бежать. Хоть опыт у меня и небольшой, но я понял одну вещь - заходить на экзамен надо самым первым. Со стороны одноклассников обычно возражений не было - все наоборот старались оттянуть этот момент.
        Через полчаса я уже топал в школу. Ровно пять минут от квартиры до ступенек школы - маршрут, который годами доведён до полного автоматизма. Яркое солнечное утро начала лета поднимало настроение и прибавляло оптимизма. Ещё бы - последний экзамен! Сейчас быстренько решу задачу, разложу по полочкам закон… закон… Чёрт! Я даже остановился. Какой закон-то? Я вдруг осознал, что не помню не только самих законов, но и их названий!
        Стоп! Не паниковать - в физике большинство законов названы по фамилиям первооткрывателей. Кто у нас там? Лобачевский… нет, это математика; Менделеев… химия. Да что же это такое-то? Так не бывает! Я что - ещё сплю? Пришлось присесть на лавочку в ближайшем дворе. Старушки, сидящие напротив, покосились на меня, но ничего не сказали. Оно и понятно, придраться не к чему - молодой парень в приличном костюме… так, не отвлекаться! Не может такого быть - проверим на других предметах.
        Дискриминанта: b в квадрате минус четыре ac.
        Реакция серебряного зеркала: берём формальдегид, аммиак, нитрат серебра… так - это тоже помню.
        Мой дядя самых честных правил, когда совсем он занемог…
        Всё, что не касалось физики, с лёгкостью всплывало в голове, как будто я смотрел в учебник по соответствующему предмету. Что же делать-то?
        - Сынок, с тобой всё хорошо? А то глянь - бледный-то какой! - одна из сердобольных старушек решила проявить участие.
        - Нет-нет, всё нормально, спасибо! - я посмотрел на часы. Блин - 8:56! Опаздываю!!!
        В школу я влетел без одной минуты девять. Промчавшись по этажам, я остановился, едва не врезавшись в толпу одноклассников, ожидающих начала экзамена. Сердце колотилось, дыхание с хрипом вырывалось из груди, как будто я бежал не сто метров, а пятикилометровый кросс.
        - А, Васька, привет! Проспал что ли? - это мой приятель - Сашка.
        Я отмахнулся, не в силах говорить, ибо дыхание ещё не восстановилось. И тут дверь в кабинет открылась и из него выглянула наша физичка.
        - Ну что, молодёжь, кто в первой пятёрке? Ну, Василий - это понятно. А остальные? Ага - определились, - сказала она, глядя на меня и четвёрку добровольцев. - Тогда заходите.
        Дальше началась стандартная процедура. Каждый тянул билет, получал задачу, в соответствии с темой третьего вопроса и уходил готовиться. Я, против обыкновения подошёл последним, до последней секунды надеясь, что знания вернутся. Но в голове по-прежнему было пусто. Взяв билет, я уставился на его содержимое, как баран на новые ворота:
        БИЛЕТ № 8.
        1. ПЕРВОЕ НАЧАЛО ТЕРМОДИНАМИКИ.
        2. ФОТОЭЛЕКТРИЧЕСКИЕ СВОЙСТВА ПОЛУПРОВОДНИКОВ И ИХ ПРИМЕНЕНИЕ В СОВРЕМЕННОЙ ТЕХНИКЕ.
        3. ЗАДАЧА ИЗ РАЗДЕЛА «АТОМНАЯ И ЯДЕРНАЯ ФИЗИКА».
        Подняв глаза на комиссию, в составе физички, математички, по совместительству нашей классной и завуча, я встретился с благожелательными взглядами всех троих. Ещё бы! - все они были в курсе моего увлечения физикой. И все присутствовали на открытом уроке, который мы вместе с физичкой дали для директоров школ города. Тогда я впервые услышал такие термины, как «цели», «задачи», «методы», «вводный инструктаж» и «проблемное обучение второго уровня».
        - Ну что, Вася, может без подготовки? - спросила классная. Я отрицательно помотал головой.
        - Задача… надо её хотя бы оформить правильно… - ответил я и прошёл за свободную парту… Ещё раз взглянув на содержимое билета, я не смог прочитать ни одной строчки - и в этот раз виноваты были не выверты сонного сознания. Всё проще - слёзы застилали мне глаза, поэтому знакомые буквы и цифры расплывались в одну сплошную кляксу.
        Прошло уже точно больше двух часов. Все мои одноклассники, что зашли со мной в первом потоке уже ответили на свои билеты, и их места заняли следующие претенденты на итоговые отметки. Сменилась и следующая партия. Всё - отличники и хорошисты закончились. Теперь в классе сидели уверенные троечники, которые пока не теряли надежды побороться за лишнюю четвёрку в аттестате. Я же продолжал сидеть на своём месте и безучастно смотреть на белый лист для ответа, чистоту которого портил только угловой штамп школы в верхнем левом углу. Члены комиссии, занятые выслушиванием ответов моих одноклассников, забыли про меня и не обращали внимания.
        В конце концов, я сдался. Поднявшись со своего места, я положил пустой лист на стол экзаменаторов и направился к выходу.
        - Вася! - окрик Марии Васильевны, нашего завуча, догнал меня у самой двери. Я остановился. - Что случилось?
        - Я… я не знаю.
        - Не знаешь? Тебе плохо? Может медсестру позвать?
        - Нет, не надо, - слёзы уже сплошными ручьями бежали из глаз. Но мне было всё равно.
        - Вась, - завуч положила мне руку на плечо и повернула к себе лицом. В её голосе слышалось искреннее беспокойство. - В чём дело?
        - Я… я не знаю, - повторил я, - не знаю ни одного ответа!
        В классе повисла тишина. Даже мои одноклассники забросили шуршать шпаргалками и уставились на меня непонимающими взглядами.
        - Все вон! - в голосе обычно доброго завуча просквозили такие стальные нотки, что все экзаменующиеся, подхватив свои черновики, моментально испарились за дверью. Ещё бы! Такая возможность списать без помех.
        - Садись! - я осознал, что Мария Васильевна подвела меня к стулу, на который садились ученики для ответа на экзаменационный билет. Повинуясь, сел. - Рассказывай!
        С трудом прогнав подступающие к горлу истерические рыдания, я принялся излагать всё, начиная с того момента, когда проснулся ночью после приснившегося кошмара. Никто из учителей не перебивал, и в их глазах не читалось ничего, кроме сочувствия. Когда я закончил, Валентина Васильева - наша классная - протянула руку:
        - Дай билет!
        Хоть билет с вопросами уже лежал вместе с пустым листом на столе, я послушно взял листок в руки и протянул учительнице.
        - Так, - изучив содержимое билета, начала она. - Фотоэффект. Это же тема, на которую вы с Надеждой Михайловной проводили открытый урок!
        - Я не помню… - продолжал забивать я гвозди в крышку собственного гроба.
        В классе опять установилась тишина. Учителя молча смотрели друг на друга.
        - Ну, что ж, - после длительного молчания начала завуч, - я помню подобный случай. У нас в институте, когда я там училась, была защита кандидатской диссертации. Нас тогда - весь поток загнали на галёрку - защищался заместитель декана, и тема была как раз из курса, который мы проходили в том семестре. И после того, как он зачитал свою речь, и комиссия перешла к прениям, наш несчастный соискатель просто впал в ступор и не то, что не смог ответить ни на один вопрос, но и вообще больше не произнёс ни слова. К счастью, вся комиссия была знакома с действительно выдающейся работой, и приняла решение присвоить звание кандидата соискателю. Предлагаю поступить подобным образом. Хоть «автоматы» на школьных экзаменах выставлять не положено, но, качество знаний этого выпускника, я думаю, ни у кого не вызывает сомнений?
        - Вот и отлично! - дождавшись одобрения остальных, продолжила она. - Что ж, Вася, поздравляю тебя с успешным окончанием выпускных экзаменов. Отметку «отлично» мы ставим тебе с чистой совестью.
        - Спасибо… извините, - выдавил я из себя, после чего встал и направился к выходу.
        Уже взявшись за ручку двери я, остановился. Всё моё естество протестовало против такого выхода из сложившейся ситуации. Я вдруг понял, что если сейчас просто так уйду, то потеряю что-то очень важное, без чего вся дальнейшая жизнь потеряет свой смысл. Я повернулся к учителям.
        - Можно… можно я всё же попробую сам… - произнёс я и увидел в их глазах откровенное уважение.
        - Хорошо. Попробуй! - произнесла классная, после чего я развернулся и уверенным шагом направился на своё место.
        Мысли заметались. В голове по прежнему был абсолютный вакуум, но где-то, на краю сознания зажёгся слабый огонёк понимания. Не может быть такого, чтобы все знания, вся моя любовь к точным наукам вдруг одномоментно улетучились. Ведь это же есть во мне… есть! ЕСТЬ!!!
        И тут вдруг в мою голову ворвался такой шквал информации, что заломило виски и помутнело в глазах. Мой бедный мозг просто разрывало на части в попытке систематизировать непрекращающуюся лавину знаний. Правой рукой я машинально схватил ручку и бессознательно начал выводить что-то на пустом экзаменационном листе.
        Когда зрение прояснилось, я понял, что сижу и смотрю на результат своего творчества. Хоть написанной информации и был минимум, но мне большего и не требовалось. Подхватив лист с «ответом», я направился к столу комиссии. Положив его перед собой, я уверенно уселся на стул для отвечающих и посмотрел на учителей. Краем глаза, я всё же отметил, что остальных моих одноклассников в кабинет так и не пригласили. А вот по выражениям на лицах комиссии, я понял, что если сейчас не скажу чего-нибудь вразумительного, то мне точно вызовут неотложку. Уж очень с большим подозрением они уставились на огромную букву «А», вольготно занявшую всё пространство листа А-4 формата. Поэтому не стал затягивать с началом ответа:
        - Билет номер восемь. Вопрос первый. Первое начало термодинамики… Первое начало термодинамики - один из трёх основных законов термодинамики, представляет собой закон сохранения энергии для термодинамических систем. Существует несколько равнозначных формулировок этого закона. Первая - в любой изолированной системе запас энергии остаётся постоянным. Вторая - количество теплоты, полученное системой, идёт на изменение её внутренней энергии и совершение работы против внешних сил. Третья… А можно я не буду рассказывать, а просто покажу? - я впервые после начала ответа внимательно посмотрел в глаза моих учителей. Не встретив в них ничего, кроме облегчения и умиротворённой радости за своего ученика, я принял их молчание за согласие.
        Сложив ладони лодочкой и разведя их сантиметров на двадцать одна от другой, я сосредоточился. Ну! Давай же! Я теперь не только ЗНАЮ, но и УМЕЮ! И буквально через несколько секунд, прямо в воздухе, ровно посередине между моими ладонями начал образовываться, формироваться раскаленный участок, который через несколько секунд вспыхнул нестерпимо яркой обжигающей сетчатку глаз звёздочкой. Подняв торжествующий взгляд на экзаменационную комиссию, я успел заметить их поражённые лица, как вдруг моё тело скрутила неизвестная сила, и меня швырнуло через пространство и время в какое-то бесформенное серое марево.

* * *
        Как только я появился на исходной точке, ко мне вернулась память о прожитых после школы годах. Естественно, что подобного эпизода в моей реальной жизни не было. Экзамен по физике я сдал без эксцессов, и с первого раза. То, что произошло сейчас, ничем иным, как вмешательством хаоса я считать не мог. Непонятно только было, что именно являлось непосредственно испытанием лабиринта? И было ли оно - это испытание?
        Я осмотрелся. Все мои спутники застыли на месте, вперив невидящие взгляды куда-то в пространство. Видимо для них процесс ещё не закончился. Скорее всего, несколько секунд назад я тоже представлял собой такую же статую самого себя. А, нет! Дракон, принявший облик ящера свернулся клубочком и мирно посапывал во все свои уховые завёртки. Может быть на него лабиринт не подействовал?
        Увидев краем глаза движение справа, я повернулся. Саман, как будто только что проснувшись, крепко зажмуривал и открывал глаза.
        - И что это было? - спросил я, дождавшись, когда он окончательно проморгается.
        - Лабиринт хаоса, - как-то неопределённо пожав плечами, ответил вампир, - а ты чего ждал?
        - Да не знаю я! Всего чего угодно. Но самое главное - каков результат-то испытания, если это оно и было?
        - Хех… результат будет известен только тогда, когда мы выйдем отсюда. Могу только точно сказать, что у меня он будет отрицательным.
        - Слушай, дружище, - пользуясь случаем, я решил взять быка за рога, а точнее - вампира за клыки. - Может перестанешь играть в молчанку и расскажешь страшную военную тайну - отчего у тебя такие напряжённые отношения с родным миром вообще, и с лабиринтом хаоса в частности? Или после такого откровения тебе придётся пустить меня в расход, так как я слишком много буду знать?
        Несмотря на откровенную иронию в моём голосе, Саман не повёлся на шутливый тон. На несколько секунд он погрузился в задумчивое молчание. Наконец, решившись, он заговорил.
        - Тебе известно - кто и зачем попадает в лабиринт? - дождавшись моего утвердительного кивка, он продолжил. - Так вот, в первый раз я попал сюда чуть более двухсот лет назад. И шёл я в хаос в качестве претендента на должность. На высокую должность.
        - Мастера Мастеров, что ли? - решил я немного сбить патетику, которая явно сквозила в его голосе. Однако Саман неожиданно кивнул.
        - Именно. На должность верховного правителя Шезиарри. Хоть верховный Мастер - понятие не наследственное, но пожизненное. Так что, если бы сложилось удачно, я бы сейчас был не здесь, а в тронном Зале Мастеров. Что сказать? В первый раз я испытание провалил. Совет Предстоятелей постановил предоставить мне вторую попытку, в надежде, что лабиринт изменит условия задания. Не вышло - во второй раз испытание было то же самое. После этого я видимо очень не хотел возвращаться к ожидавшим меня на выходе из лабиринта, поэтому хаос выпустил меня на очень удалённом от моего родного мире. На Шмокодявке-34, где мы с тобой и познакомились. И, судя по всему, за два века у вампиров так и не появилось Мастера Мастеров.
        И что, нельзя было как-то подготовиться? - спросил я, несколько ошарашенный таким откровением. Ещё бы не каждый день удаётся побеседовать с правителем целого мира. Пусть только потенциальным, но всё же… Краем глаза я отметил, что все наши спутники уже благополучно вышли из состояния транса, и теперь прислушиваются к нашей беседе. - Ведь кто-то до тебя уже претендовал на эту должность.
        - Нельзя. Для каждого хаос формирует свой путь. Я свой не прошёл дважды. Нет - уже трижды, если считать сегодняшнюю попытку.
        - Что - опять то же самое? Через двести лет? - Саман кивнул. - И что же, если не секрет?
        - Не секрет… В конце каждого из трёх испытаний лабиринт предлагал мне выпить кровь разумного существа. Я не смог.
        - Как так? Ты - вампир и не смог?
        - Нет. Мы не пьём кровь разумных существ. Я, по крайней мере, не смог преодолеть себя. Тем более что по условиям лабиринта, пить надо было досуха. А это означает одно - неминуемую смерть жертвы. Учитывая, что Шезиарри до сих пор остаётся без Мастера Мастеров, никто дальше меня в этом не продвинулся. Ты же уже сам испытал - в лабиринте перестаёшь осознавать истинную реальность, а живёшь именно теми условиями, что тебе предложены. Или у тебя было не так?
        - Всё так, - вынужден был согласиться я, припомнив тот сюжет, который сгенерировал мне хаос. И тут внезапно мне в голову пришла интересная идея. - Скажи, а ещё не поздно пройти испытание? Мы же вроде бы как ещё не покинули анклав.
        - Ну-у, не знаю, - протянул Саман. - В любом случае, убивать я никого не собираюсь, тем более, никого из вас.
        - А никого убивать и не придётся! - идея, окончательно сформировавшись, уже захватила моё воображение. - Я предлагаю в качестве жертвы себя самого, и думаю, что убить меня будет не просто. Всё же я, как-никак, манипулятор. К тому же я просто наколдую себе постоянное обновление крови и…
        - Ты настолько хорошо знаешь свой организм? - теперь уже в голосе перебившего меня на полуслове вампира чувствовалась ирония. - А если кровь будет постоянно обновляться, то как же я выпью тебя досуха? А хаос, в этом случае может не принять результат. Да и, извини, я столько не выпью.
        - А может всё же попробуем? - не сдавался я. В крайнем случае…
        - Нет, - опять перебил меня Саман. Я на такой риск не пойду. Видимо не судьба Шезиарри сегодня обзавестись Правителем.
        - Подождите! - наша милая беседа внезапно была прервана репликой Ивы. - Я не очень хорошо знаю язык расы вампиров, но, насколько поняла, Саману сейчас необходимо провести какой-то ритуал с выпиванием крови разумного существа? Если так, то я могу отдать свою кровь.
        - Ты?! - одновременно воскликнули мы с Саманом, который тут же вновь завёл свою песню о невозможности такого шага.
        - Нет-нет! Вы не поняли, - остановила его Ива. - Мне на самом деле ничего не грозит. Моя раса пользуется этим методом для омоложения организма. Я, правда, ещё ни разу не проходила подобной процедуры, поскольку ещё достаточно молода, но и в этом случае, со мной ничего плохого не случится.
        - Постойте, - уточнил я. - А как же ты сможешь выжить при такой кровопотере? И как вы в подобных случаях избавляетесь от крови - вампиров приглашаете?
        - У меня очень развита лимфатическая система. Она на время заменит кровеносную. Подробностей не спрашивайте - всё равно не знаю. Просто несколько часов потом мне надо будет очень много пить. И поесть желательно. Что касается второго вопроса - то не совсем вампиров. У нас есть животные, которых раньше использовали для этой цели. Они питаются кровью, но неразумны. Сейчас же подобные операции чаще всего проходят в медицинских центрах, но кто-то предпочитает омолаживаться по старинке.
        - Варёк, а ты что думаешь по поводу этого безумия? - посмотрел я на кошку и обомлел - снизу вверх, но не от щиколотки, как раньше, а почти от моего пояса на меня смотрела моя серая киска, неожиданно вымахавшая до размеров пантеры. - Варежка… это ты вообще?
        - Нравится? - в голосе кошки явно слышалось кокетство.
        - Ещё бы! Только как тебя теперь дома на улицу выпускать?
        - А, ерунда! - отмахнулась серая, принимая свой нормальный размер. - А что касается Самана и Ивы… помнишь, я тебе ещё на Базе говорила, что она нам будет нужна. Если и не сейчас, то более подходящего случая я не вижу.
        - Но это хоть безопасно?
        - Да успокойся уже. Сейчас дообсуждаетесь, как выкинет из хаоса не солоно хлебавши!
        Всё - ждать больше действительно нечего. Всё же наш вампир как-то неуверенно направился к неожиданному донору, а я отвернулся. Думаю, что зрелище будет не для слабонервных.
        Закрыв глаза, я постарался отрешиться от происходящего. А ведь добились своего клыкастые, подумалось мне, сейчас они получат своего правителя. Вот только что же делать с полиморфом и гоблином? Ну, да ничего. Как только Саман займёт трон, или что там у них, по регламенту полагается, думаю и этот вопрос порешаем. А потом надо будет срочно прыгать на Базу и приступать к обучению. Я итак затянул этот процесс непозволительно надолго. Дальше… забрать мегенок со Шмокодявки, вернуть им память и отсыпать кое-кому на орехи за рабский бизнес. Потом… да мало ли дел? В конце концов, я даже с работы ещё не уволился. Мне, в принципе всё равно, но привлекать излишнего внимания к своей персоне не следует. Может вообще переселиться куда-нибудь, где климат получше? Но самая главная задача - это вытащить Сину из временной заморозки и из лап повёрнутых на разделении полов мегенок… эх! Аж кулаки чешутся начистить кому-нибудь чего-нибудь. Так, планировать буду потом - надо ещё здесь с делами разобраться. Я открыл глаза и посмотрел на серое марево, до сих пор заключающее нас в просторный кокон. Посмотреть, что ли, что за
спиной происходит?
        Внезапно всё изменилось. Бесформенно клубящийся туман начал вращаться вокруг нас, всё набирая и набирая скорость. В тишине зародился и начал набирать мощность пронзительный свист, который перешёл вначале в яростный рёв, а потом сменился низкочастотным ударом такой мощности, что нас раскидало в разные стороны.
        После мгновенной потери ориентации, я пришёл в себя и осознал, что сижу на пятой точке на чём-то твёрдом, похожим на пол, выложенный разноцветной мозаичной плиткой. Звери и Саман остались на своих двоих-четырёх, а вот явно ослабевшей Иве помогал подняться принявший человеческий облик Федя. Я поднялся на ноги. Серость вокруг нас вдруг подёрнулась рябью, взволновалась, и буквально в следующий миг её сдуло с глаз, как утренний туман порывом ветра. Прямо перед глазами нарисовалась живописная картина, состоящая из огромного зала с высоким потолком и величественной колоннадой. Недалеко от нас на постаменте из трёх ступенек возвышалось монументальное кресло, которому подходило одно единственное название - трон.
        Присутствовала и группа встречающих. Во главе её стоял наш знакомый. Хоть лицо и скрывала полупрозрачная маска - всё же алая, а не чёрная, как при первом знакомстве, я не сомневался, что перед нами тюремный шпион - Салиар. Рядом с ним… сказал бы: «Не может такого быть!», если бы не начал подозревать нечто подобное, стоял серьёзный Белиасор и улыбающийся от уха до уха, что придавало зеленоватому лицу некоторую лягушастость, Кормоед.
        Всех опередила Ива.
        - Учитель! - бросилась она к Белиасу, но не рассчитала сил, и, если бы не гоблин, успевший подхватить студентку, она точно бы свалилась от истощения. Кормоед, как будто был посвящён в детали того, что произошло в лабиринте, протянул Иве кубок с какой-то жидкостью. Скорее всего, с водой.
        Салиар сделал нерешительный шаг навстречу, пытливо вглядываясь в Самана. Тот развернул, впервые на моей памяти, крылья, которые почему-то были не чёрными, как обычно, а какими-то золотистыми, и резко преодолев разделяющее их расстояние, вдруг обнял шпиона.
        - Здравствуй, братишка! - о как! Прямо Зита и Гита! И где мой кружевной платочек, а то сейчас как расплачусь от умиления! Салиар, после коротких объятий почтительно отступил назад и коротко поклонился:
        - Мастер…
        - Сумел-таки! - в первый раз подал голос Белиасор и кивнул как равному. - Очень вовремя, Мастер! Не хочу заранее расстраивать, но тебя ждёт нелёгкое правление. Шезиарри грозит опасность. Впрочем, не буду - тебе всё объяснят твои Предстоятели.
        С этими словами ректор перевёл взгляд на меня.
        - Василий… я прошу не обижаться на нашу хитрость с исчезновением. Просто у вампиров сложилась очень серьёзная ситуация, и, чтобы выманить этого затворника мы придумали такой план. И спасибо, что захватили мою бывшую ученицу с академии. - Заметив недоумённый взгляд своей студентки, Белиас уточнил. - Именно бывшую. Как только она прошла свой путь в лабиринте, то с полным правом может считаться выпускницей. Будем считать это её дипломной работой. С особенностью её расы, пройти для Самана испытание стало гораздо легче. Но это ещё не всё. Я очень надеялся, что ты согласишься пройти через лабиринт, и с высокой долей вероятности предполагал, что хаос даст тебе то, что ты ждёшь от меня, но в гораздо более короткие сроки.
        - Что ж, я рад за всех вас, особенно за Самана, - не без сарказма ответил я. - Но только в одном вы ошиблись, ректор. Ваш хаос не дал мне ничего такого, чего бы у меня не было раньше. Я по-прежнему остался, как у нас говорят, полным профаном в магии. Могу почти всё, но не умею практически ничего.
        - Да? Всё может быть… может быть, - во взгляде Белиасора появилась хитринка. - А скажите мне, Василий, когда вы последний раз пользовались своими способностями?
        - Да недавно, - ответил я. - Буквально перед лабиринтом и пользовался.
        - То есть ДО прохождения?
        - Ну, да.
        - А попробуйте-ка сейчас.
        Все присутствующие уставились на меня. На мордастинках зверей я прочитал пожелание успеха, остальные просто с любопытством ожидали развязки. И что - он хочет сказать, что у меня сейчас получится всё что угодно? В пределах моих возможностей, конечно. И при этом я не разнесу по кирпичикам весь город, не затоплю пресловутую Гору Поклонения водой до самой вершины, и вообще - у меня получиться сделать то, что я захочу? Ну-ну… что же сделать-то? Как-то так получилось, что ни одной толковой мысли на счёт сеюсекундного применения магии у меня не было. Хотя… помнится, что я несколько раз отказывался от одного интересного эксперимента, связанного с… Ну-ка, попробуем!
        Как только желание окончательно сформировалось в моей голове, я вдруг понял, что надо сделать, чтобы это получилось. Но не это главное - я ПОНЯЛ, что отныне недоступный мне ранее багаж знаний прочно обосновался в моей черепушке и мне в любой момент не составит труда им воспользоваться. Совсем-совсем как в тот момент - в хаосе, когда я наконец-то обрёл назад все свои знания по физике! Так вот, что означало моё испытание - хаос просто поделился со мной необходимой информацией. Действительно два в одном - эффектно и эффективно!
        Так - а что это я застыл? Все присутствующие так и замерли в ожидании чуда в моём исполнении. Что ж - не будем обманывать ожиданий - ТРАНСФОРМАЦИЯ!
        Как только пол резко ушёл вниз, я вывернул гибкую шею и осмотрел свою огромную тушу, оканчивающуюся длинным шипастым хвостом, после чего развернул перепончатые крылья - благо размер помещения позволял. Из моей глотки вырвался победный рык вперемешку с языками пламени. С панорамного зеркала на стене на меня смотрело моё отражение - иссиня-чёрный дракон, гораздо больше Феди, с алым гребнем и горящими расплавленным золотом глазами. А ничего себе красавец получился, - не без гордости и некоторого самолюбования подумал я. - Держись, теперь, враги мои, и враги друзей моих - я я скоро приду!
        Тхе енд.

 
Книги из этой электронной библиотеки, лучше всего читать через программы-читалки: ICE Book Reader, Book Reader BookZ Reader. Для андроида Alreader, CoolReader Библиотека построена на некоммерческой основе (без рекламы), благодаря энтузиазму библиотекаря. В случае технических проблем обращаться к