Важное объявление: В связи с блокировкой в России зеркала ruslit.live, открыто новое зеркало RusLit.space. Добавте пожалуйста его в закладки.



Сохранить .
Павел МОЛИТВИН
        Фобия
        "Фобия - навязчивое состояние в виде непреодолимой боязни некоторых предметов, движений, поступков, ситуаций. Фобией может быть любое явление обыденной жизни".
        "Энциклопедический словарь медицинских терминов"
        Евгений Афанасьевич Поликарпов навалился на отбойный молоток, и стены подвала затряслись от грохота. Усиленный похмельным состоянием Евгения Афанасьевича, грохот этот громом отозвался в его мозгу, разом раздавив все мысли, которые, подобно червям в гнилом мясе, копошились в глубине его черепа. Поликарпов блаженно оскалился, глядя, как бетонные крошки разлетаются из-под жала отбойника.
        Очнулся Евгений Афанасьевич оттого, что Савельев положил ему руку на плечо:
        - Афанасьич! Слышь, Афанасьич! Шабашим, обед!
        Поликарпов с сожалением отложил отбойник, посмотрел на проделанную в бетонном полу канаву, обнажившую верхнюю часть старинного фундамента, и повернулся к приятелю:
        - Звали, что ль, уже?
        - Звали. Ты бы хоть перекуры устраивал, пашешь, как зверь, - смотреть страшно.
        - Страшно, так не смотри, - буркнул Евгений Афанасьевич. Негнущимися пальцами вытянул из пачки папиросу и, продув и смяв патрон, сунул в угол рта. Прикурил и двинулся за Савельевым на второй этаж ремонтируемого дома, где временно находилась подсобка их бригады.
        В голове все еще грохотало, но мысли-подлянки уже начали оживать, зашевелились, оправившись от шока. Мысли о том, что дальше так жить нельзя, надо как-то спасаться, что-то предпринимать. То ли в отпуск проситься, то ли ко врачу идти. Но в отпуск его сейчас никто не пустит, и так в бригаде семь человек осталось, а врач... Осмотрит его врач, выслушает да и отправит куда Макар телят не гонял... Перед глазами Евгения Афанасьевича встало серьезное серое здание с решетками на окнах: длинные полутемные коридоры, хлопающие за спиной двери, лязгающие замки... Евгений Афанасьевич вытер со лба капли холодного пота.
        - А, дети подземелья! - приветствовал их Санька - самый младший член бригады - и указал на старинный круглый стол, оставленный здесь прежними хозяевами из-за непомерных размеров. На столе были постелены газеты, на них стояли бутылки с молоком, лежали свежие румяные халы.
        - Молодец, кормилец, расстарался! - похвалил Саньку Савельев и, опустившись на ящик, потянулся к булкам. - Иван, что там с нарядами слышно?
        - С перевыполнением закроем... - начал бригадир, и тут Евгений Афанасьевич увидел синюю бабочку. Она сидела на крышке молочной бутылки, поводя усиками из стороны в сторону, словно прислушивалась к разговору сидящих вокруг стола мужчин. Поликарпов вздрогнул от страха и отвращения, сжал челюсти и на мгновение прикрыл глаза.
        - Ты чего, Афанасьич, нездоровится?
        - Здоровится, здоровится, - пересиливая себя, пробормотал Поликарпов, опускаясь на свободный ящик.
        Бабочка перепорхнула и села на лежащий около бригадира спичечный коробок.
        - Всем бы так нездоровилось. - Савельев разломал халу, сделал большой глоток из молочной бутылки. - Такой семейный окоп пробуравил - закачаешься!
        Не спуская глаз с бабочки, Евгений Афанасьевич принял из Санькиных рук бутылку. Откусил халу и начал старательно жевать, не чувствуя вкуса ароматного белого хлеба.
        - Кто в полуфинал-то вышел?..
        - А я вот давеча по "Вестям" слышал...
        Вторая бабочка опустилась Саньке на голову, а третья устроилась около маленькой лужицы молока, опустив в нее хоботок...
        К врачу Поликарпов идти не хотел. Знал, чем все это кончится, несколько лет уже навещал брата в хмуром здании, стоящем на берегу печально известной реки Пряжки. Насмотрелся там. Да и книг успел медицинских подчитать. Грамотный стал, усвоил, что агорафобия - боязнь открытых пространств, педиофобия - боязнь кукол, нозофобия, зоофобия, андрофобия - навязчивые страхи перед болезнями, животными и половым актом. Последняя фобия бывает, правда, только у лучшей части человечества. Просветился он и по поводу реактивного психоза, вялотекущей шизофрении и психических расстройств при эндокринных заболеваниях. Вот только про синих бабочек, преследующих его денно и нощно, в умных медицинских книгах ничего не было сказано, и, следовательно, дела Евгения Афанасьевича были совсем плохи.
        Преодолевая отвращение, Поликарпов смахнул мерзкую тварь с халы - совсем обнаглели - и, допив молоко, вытащил пачку "беломора". Прочитал надпись на верхней грани:
        "Минздрав СССР предупреждает: бабочки опасны для вашего здоровья".
        Правильно предупреждает: бабочки - это гадость, особенно синие.
        - Угости, Афанасьич, папироской.
        Поликарпов протянул бригадиру пачку, и бабочка на руке Ивана шевельнула крыльями.
        - Странная у тебя татуировка.
        - Первый раз увидел, что ли? Ничего странного, у нас на флоте все якоря накалывали - морская романтика, и к тому же символ надежды.
        - Да-да, конечно. - Евгений Афанасьевич с ненавистью посмотрел на порхающих над засыпанным хлебными крошками столом синих тварей и поднялся. - Пойду трудиться.
        "Не поможет мне никакой отпуск, - думал он, спускаясь по лестнице и стараясь не глядеть на вьющихся перед его лицом мерзавок. - Только отбойный молоток от них и спасает, хоть из рук его не выпускай. А где я в отпуске отбойник достану?.."
        Подвал наполнился грохотом, и часа два Поликарпов блаженствовал. Блаженствовал, пока не заметил, что на плече его сидит здоровенная бабочка и часто-часто машет крылышками, будто в такт работе отбойного молотка норовит попасть...
        Постояв минуту-две перед трансформаторной будкой, на железных, крашенных серой краской дверцах которой над надписью:
        "Берегись, убьет!"
        - была отбита по трафарету синяя бабочка, Евгений Афанасьвич двинулся к калитке. Сторож Василий Николаевич, сидя на перевернутом ведре, некоторое время с любопытством наблюдал за ним, потом разлепил сизые губы и лениво сказал:
        - Покажь-ка, Афанасьич, пропуск. - Сравнил фотографию, замаранную в левом нижнем углу печатью в виде бабочки, с лицом Поликарпова и спросил: - Что же ты с ребятами пиво пить не пошел?
        - Живот у меня пиво после молока не приемлет, - ответил Евгений Афанасьевич и добавил: - Да и бабочек у ларя чересчур много - не продохнуть.
        - Бабочек? - переспросил с недоумением Василий Николаевич и, подумав, кивнул: - Распустились бабы. Даже пива нынче без них не попить. А ведь было время, за версту ларьки-то обходили.
        - Не стало житья от бабочек, - подтвердил Поликарпов, хмурясь каким-то своим мыслям, и направился к остановке автобуса.
        На длинном современном здании, вторгшемся в старый город, Евгений Афанасьевич прочитал надпись:
        "Народ и бабочки - едины!"
        - и сплюнул. Отвернул голову в другую сторону, и в глаза ему бросился плакат:
        "Слава советским бабочкам!".
        Евгений Афанасьевич чертыхнулся и уставился в землю.
        Автобус подъехал минут через десять. Поликарпов, кряхтя, втиснулся на заднюю площадку, протянул талон и, получив его назад, почти не удивился, обнаружив, что дырки от компостера расположены в форме крыльев надоедливого насекомого. Он выглянул в окно. Витрины магазинов пестрели надписями:
        "Рыба","Мясо",
        "Бабочки",
        кафе "Капустница", кинотеатр "Махаон".
        Евгений Афанасьевич покосился на пассажиров: ну так и есть - ничего не видят, ничего не слышат. Водитель объявляет: "Улица Тутового Шелкопряда", а им хоть бы что!
        Поликарпов зажмурился, постарался не слушать обрывки чужих разговоров, но они так и лезли в уши:
        - ...и вот нам подают салат из желтобрюхих ленточниц - это, я тебе скажу, что-то невероятное! Ради этого стоило два часа у дверей ресторана проторчать...
        - ...команды, вышедшие в финал, получат серебряные коконы. А команда-победительница - "Золотую куколку"...
        - ...фильм о трагической любви бабочки-однодневки...
        Евгений Афанасьевич едва дождался своей остановки и пулей вылетел из автобуса. Похлопал себя по карманам и, вспомнив, что у него кончилось курево, двинулся к гастроному.
        Купив "беломор", Поликарпов с отвращением отметил появление нового сорта импортных сигарет в красивой пачке "Blue butterfly" и совсем уже собрался уходить, но решил посмотреть, что дают в других отделах, - может, удастся что-нибудь вкусненькое ухватить, жену порадовать.
        Колбас, разумеется, не было, сыров тоже, сморщенные тушки хека производили тягостное впечатление, а в мясной секции вместо кур лежали под стеклами витрин-холодильников крупные синие бабочки.
        Евгений Афанасьевич почувствовал, что к горлу подступает тошнота, и, придерживаясь за отделанные бежевым кафелем стены, стал выбираться на улицу. На весело зеленевшем газоне сидели вперемежку желтые и голубые бабочки...
        Скинув туфли, Поликарпов прошел на балкон, вынул из-под старой клеенки десятилитровую канистру спирта, втайне от жены принесенную зятем с завода, и открыл крышку. Спирт был уже изрядно разбавлен, и Евгений Афанасьевич жадно припал губами к обтянутому резиной отверстию. Жидкость обожгла рот, потом жжение опустилось ниже, лампочкой вспыхнуло и животе... На мгновение все вокруг заволокло голубоватым туманом...
        - Хорош-шо! - выдохнул Евгений Афанасьевич, ставя канистру на место и закуривая. Мир снова был ясен и чист, и не было в нем места мерзостным синим тварям. Отбойника они бояться перестали, но против "шила" им не устоять, кишка тонка.
        - Боитесь, дряни! - громко сказал Евгений Афанасьевич, победно озирая окрестности с высоты седьмого этажа.
        - Евгений, опять! - донесся из комнаты возмущенный голос жены.
        Поликарпов захлебнулся горьким дымом.
        - Опять пьешь?! Думаешь, я не знаю?! - грозно спросила жена, распахнув балконную дверь.
        - Бабочки, - отозвался он, виновато разводя руки.
        - Ох ты господи! - Жена сложила руки на округлом животе. - Да когда ж это кончится?..
        Жена Поликарпова знала о синих бабочках. Через своих приятельниц она даже нашла какую-то старушку-знахарку, способную якобы отвести от человека любую хворь. Хватаясь за соломинку, Евгений Афанасьевич посетил пресловутую старушку, и та дала ему какие-то травки, после приема которых бабочки из синих становились фиолетовыми.
        - Суп-то будешь есть? - жалобно спросила жена, чувствуя вину из-за того, что сама синих бабочек, преследующих мужа, не видит и помочь ему ничем не может.
        - Буду! - весело сказал Евгений Афанасьевич и тут только заметил, что передник жены изукрашен синими бабочками. - Буду, - повторил он неожиданно севшим голосом. - Ты иди наливай, я сейчас подойду.
        Подождав, когда жена уйдет, он снова припал к канистре.
        - Может, домашнее задание у Вали проверишь? - предложила жена, собирая со стола посуду.
        - Проверю. Тася, а нельзя ли будет врачей упросить, чтобы они меня сразу на тот свет отправили, а? Дали бы какой-нибудь дряни или укол сделали? - спросил он, глядя на порхающую над остывающим чайником бабочку.
        Жена всплеснула руками:
        - Да ты что?! И думать об этом не смей! Надо же - бабочки ему мерещатся! Не слоны, чай! Ишь, чего выдумал! Погоди, вот в отпуск пойдем, отдохнешь, и все станет как надо. - Она вытерла руки, подошла к Евгению Афанасьевичу и прижалась щекой к его лбу. - Бедный ты мой, бедный...
        Несколько минут он молча сидел, вспоминая все хорошее, что было у него в жизни до появления синих тварей. Хорошего было много... "А ведь она все понимает и ни на что уже не надеется. Видала Вовку, а это у нас, видимо, наследственное. Тяжело ей", - подумал он и ощутил жгучую жалость к жене, которой совсем скоро придется остаться одной. И Вальку еще поднимать надо... Ну да ничего, Катька с зятем помогут, как-нибудь перебьются...
        - Ладно, пойду. - Евгений Афанасьевич поднялся и пошел в комнату младшей дочери.
        "Кроме своеобразного рисунка на спине, бабочка "мертвая голова" интересна тем, что во время сильного возбуждения может издавать жалобный писк".
        Евгений Афанасьевич закрыл тетрадь по русскому языку и сжал голову руками. "Боже, за что же мне эта мука?"
        - Пап, ты чего? Ошибок много? - Дочь смотрела на него тревожными голубыми глазами, и в волосах ее, словно синяя бабочка, трепетал голубой бант.
        - Нет, ошибок, кажется, нету. Но пусть мать еще раз упражнение проверит, ладно? А то мне что-то нездоровится...
        Дочь взяла тетрадь и пошла в соседнюю комнату, а Евгений Афанасьевич несколько минут сидел неподвижно, потом пересилил тупое безразличие, придвинул к себе толстую книгу в плотном коричневом переплете. "Школьный атлас - определитель бабочек".
        Евгений Афанасьевич скрипнул зубами и открыл книгу. Прочитал аннотацию:
        "Атлас включает свыше 500 видов бабочек. Даны наиболее часто встречающиеся виды, а также сельскохозяйственные вредители. Основная задача атласа - знакомство с отрядом бабочек и чешуйчатокрылых и определение их видов. Атлас рассчитан на учащихся старших классов. Рисунки бабочек выполнены автором".
        Евгений Афанасьевич отложил книгу и уставил взгляд в стену. Потом с проклятьями вскочил, отбросив стул, - обои пестрели стилизованными изображениями бабочек...
        Ведущий исчез, и на экране появилась большая разноцветная бабочка.
        ""Бражник олеандровый" - очень красивая бабочка, - проникновенно сообщил голос за кадром. - Водится по всей Африке и Индии, по берегам Средиземного и Черного морей. В теплые годы залетает значительно севернее, вплоть до Карельской АССР. Эта редкая бабочка занесена в "Красную книгу"..."
        Поликарпов переключил программу.
        "По многочисленным просьбам телезрителей повторяем оперу Джакомо Пуччини "Чио-чио-сан", "Мадам Баттерфляй"".
        - Опять бабочки! - прошептал в отчаянии Евгений Афанасьевич и выключил телевизор, - Тась! Тася, пойдем спать!
        - Ложись, я сейчас.
        Синие бабочки сидели на телевизоре, на электронном будильнике, на люстре, торшере и серванте. Одной даже удалось каким-то чудом забраться в хрустальный графин, и, судя по всему, чувствовала она себя в нем неплохо.
        Стараясь не смотреть на заполнивших комнату чешуйчатокрылых, время от времени издающих тихий взволнованный писк, Евгений Афанасьевич забрался под одеяло, накрылся им с головой.
        - Спишь уже? - спросила жена, зажигая торшер, и начала раздеваться.
        При виде ее мощного белого тела Евгений Афанасьевич почувствовал волнение. Все его существо потянулось к ней, он приподнялся на локте и... заметил между пышными грудями синюю бабочку.
        - Евгений, ты чего, ты куда?
        - Сейчас, сейчас! - ответил Евгений Афанасьевич, торопливо нашаривая тапки. Выскочил на балкон, согнал с канистры бабочку и неловко, обдирая кожу на пальцах, открыл ее.
        Обжигающая влага лилась ему в глотку, а над балконом кружила стая бесшумных призрачных тварей. В сумерках цвет их крыльев Евгений Афанасьевич различить не мог, но готов был поклясться, что они синие.
        - Даже спирт их не берет! - вздохнул с отчаянием Поликарпов и понял, что спасения нет. Или он завтра идет к врачу, или... Высокие коридоры с лязгающими замками дверей, решетки на окнах, люди с безумными глазами... Нет-нет, только не это!
        Внезапно Евгений Афанасьевич сообразил, что надо делать, и даже счастливо хмыкнул: до чего все просто! Выход только один - он сам должен превратиться в бабочку... Ведь они не просто так кружат, они зовут его!
        - Женя, ну где ты там, сколько тебя ждать можно? - нетерпеливо и встревоженно позвала жена.
        - Прости, Тася, прости, Валя... - прошептал Евгений Афанасьевич и перекинул ногу через ограждение балкона. В мозгу всплыла то ли читанная, то ли слышанная где-то фраза: лучший способ преодолеть соблазн - поддаться ему.
        Он перелез через ограждение, посмотрел в темноту, пронизанную редкими огоньками окон и далеких фонарей, разжал руки и сделал шаг в пустоту...
        Громадная синяя бабочка летела над засыпающим городом. Восходящие потоки теплого воздуха поднимали ее выше и выше, уносили дальше и дальше от того места, где лежало на асфальте изломанное, изувеченное тело Евгения Афанасьевича Поликарпова...
        Оглавление
        - Павел МОЛИТВИН . Фобия

 
Книги из этой электронной библиотеки, лучше всего читать через программы-читалки: ICE Book Reader, Book Reader BookZ Reader. Для андроида Alreader, CoolReader Библиотека построена на некоммерческой основе (без рекламы), благодаря энтузиазму библиотекаря. В случае технических проблем обращаться к