Внимание! Добавлено второе зеркало: www.ruslit.online, для тех у кого возникли проблемы с доступом.
Слишком большие разделы: Любовные Романы, Детективы, Зарубежныая Фантастика и их подразделы, разбиты на более мелкие папки, по алфавиту.
Библиотека / Фантастика / Русские Авторы / ЛМНОПР / Ра Дмитрий / Константин Киба: " №02 Превосходство Неодаренного " - читать онлайн

Сохранить .
Превосходство Неодаренного. Том 2 Дмитрий Ра
        Константин Киба #2
        Я должен был проснуться в своей кровати из красного дерева. А день должен был начаться как всегда. С криков, стонов, мольбы о пощаде и металлического аромата крови…
        Но не с запаха испражнений.
        Чувствую одышку, руки еле двигаются, сердце рвется из тощей груди.
        Я сижу со спущенным штанами на унитазе и… рыдаю?
        Бам!
        Дверь туалетной кабинки чуть не слетает с петель.
        - Ау-у-у-у… Ты там? Мы пришли за тобо-о-ой…
        Дмитрий Ра
        Превосходство Неодаренного

        Том 2.
        Глава 1. Сумма смерти
        Ноги сводит судорогой. Еле стою на ногах. Последствия пробуждения? Слышу, как ломится наружу сердце Сэма.
        - Не паникуй, - хриплю говорю ему в спину. - Все в порядке. Паника твой самый страшный враг!
        Не отвечает.
        Я с трудом подхожу к бледному Сэму. В кустах вижу дохлого силача, что крался за нами, слегка прихрамывая. Ну как крался. Этот слоновий топот инвалида я услышал за километр. Я не знаю, как зовут этого силача, но прекрасно помню, как воткнул ему вилку в ляжку. Это он тогда оттащил меня от трупа Клоуша. И, видимо, решил все-таки отомстить, дождавшись удобного момента. Плелся за нами с самой школы. Не, дружок. Сегодня ты меня не убил. А вот я тебя - да. И получилось это неплохо. Даже добивать не придется. Пуля попала прямо в висок. А ведь мы метили в район сердца.
        Сэм еле выговаривает:
        - Ты… меня подставил.
        Прислушиваюсь. Очень тяжело с такой болью не акцентироваться на грохоте в районе школы. Но не слышу никаких выходцев. Но надо бы поспешить.
        Сэм, похоже, в шоке.
        - Да ну брось, - пытаюсь выдавить дружелюбную улыбку. - Он бы нас догнал, и мы бы не смогли спасти Акане. Слушай, надо торопиться…
        Сажусь на корточки, переворачиваю силача. Стискиваю зубы от боли. Пуля прошла навылет. Из виска в висок. Ничего себе, Сэм снайпер. Встаю, пытаюсь понять, куда улетела пуля. Вижу дымящееся дерево. Стараюсь побыстрее волочить ноги, подхожу к нему. Пуля застряла неглубоко, достаточно подцепить пальцем. Что я и делаю. Кладу себе в карман важную улику. Сэму, конечно, ничего не будет. Но прямое убийство сыном консула Новусов члена клана Новая Сила… У-у-у, интернет взорвется новостями…
        Сэм бледный, как статуя. Трясется, смотрит на труп. Он даже не замечает, что я делаю. Совсем мальчишка.
        - Никогда… не убивал, да? - похлопываю я его по плечу.
        - А? Что? - дёргается он. - Нет… Нет… Никогда. Видел много раз. Но сам… Думал, это легко… Я же не хотел. Это все ты. Подставил меня.
        Перестаю улыбаться:
        - Сэм, ты бы не смог его убить. А силач бы нас остановил. Может даже убил бы обоих, ты понимаешь? Я защитил нас. Никто не узнает, что это ты. Вот пуля - я нашел ее. Избавься от нее и все. И никто ничего не докажет в этом хаосе. Повзрослей уже.
        Особый помощник Джунсиначи рассказывал мне про остаточную сумму, которая остается, если убить кого-то с помощью нее. Она теряет свою структуру через несколько минут и становится нейтральной. Из нее мало что можно понять. Так, общие моменты. Например, то, что убийца - рыжий или что он не постриг ногти.
        Сэм дрожащими руками берет… совершенно не ту пулю, из которой был убит силач. А ту, которую я незаметно стащил из мешочка, когда он мне их показывал.
        Еле сдерживаюсь, чтобы зловеще не улыбнуться.
        Оставлю себе неоспоримое доказательство вины Сэма. Просто на всякий случай. А то вон он какой дерганный. Дуэли чести устраивает. Эта пуля в крови жертвы и заряжена лично Сэмом. Тогда, в проулке, из убитого Дэна Джуны вытащили все заряженные вилки и заменили их на простые, чтобы запутать следователей.
        Азарт…
        Как в старые добрые времена. Друзья - это хорошо. Но если есть компромат на друзей - еще лучше. Главное, чтобы они об этом не знали.
        И вообще, что такое друзья?
        Пытаюсь вспомнить, были ли у меня вообще когда-то друзья…

* * *
        Опираюсь о Сэма. Мы ковыляем по тропе. Подальше от места неприятных событий. Прислушиваюсь, как могу. Вроде никто не преследует.
        Что ж, признаю - это больно. Такая боль мне язык бы точно не развязала, но вот рассудок я бы потерял через пару часов точно. Ни один пыточных дел мастер не будет использовать такую боль. Должно быть больше страшно, чем больно. Или можно ничего не добиться.
        - Что был за взрыв? - спрашивая я.
        - Что-то в школе бахнуло. Осколки вон даже здесь. Чуть голову мне не расшибло. Быстрее, Киба! Отсюда надо валить.
        - Меньше надо было на труп пялиться.
        - Ты меня подставил!
        - Не начинай. Мы уже это обсудили. Ты хочешь спасти свою Акане или нет?
        Ставлю на Сэма метку «не бросает в беде». Очень хорошие качества для временного союзника и подчиненного. А ведь вполне мог.
        - Надо уйти с дороги, - предлагаю я.
        - Выходцам плевать на дороги… - тяжело говорит Сэм. Я навис на него почти всем весом.
        Напряжение растет. Воздух тяжелеет.
        - Надо найти Акане, - продолжает Сэм. - Какая-то дичь происходит. Походу школу в клочья разнесло. Что за хрень…
        - Позвони отцу…
        - Смысла нет. Он уже в курсе и едет. На моем телефоне слежка. Он знает, где я. Только время потеряем.
        Слышу…
        Тук! Тук! Тук!
        - Сэм… - выдавливаю я с трудом слова. - У нас проблемы…
        - Что еще? - белый, как кость мраморника, косится на меня парень.
        - Кто-то несется в нашу сторону… Метров пятьсот… Нет, четыреста пятьдесят… Четыреста тридцать… Очень быстро. Очень.
        - Сука! - в панике прибавляет ходу Сэм, не отпуская меня.
        Болезненно усмехаюсь. Смотри-ка, а ведь и правда меня не бросает. Я бы его оставил. Смысл умирать обоим, если один может послужить приманкой? Сэм прекрасно понимает, что для этого выходца я сейчас самое вкусное блюдо. Ну или зачем им там одаренные нужны. И все же… Даже догадываясь, что я причина его разлуки с Акане, он продолжает меня волочить на шее.
        Грустно усмехаюсь. Вспоминаю себя в его возрасте. Да… наивное дитя…
        - Сэм, слушай меня внимательно. Осталось триста метров. Мы сдохнем оба.
        - Ой, заткнись. Скажи еще «брось меня» и пусти скупую мужскую слезу, - надрывно хмыкает Сэм.
        - Да не, - усмехаюсь в ответ. - Даже в мыслях не было. Вообще-то я хотел предложить тебе его задержать, пока я убегаю. Смысл умирать обоим.
        - Да мы уже трупы, не парься, - дрожат губы Сэма. - Вертись как хочешь. Хоть ужом, хоть ежом, но этот мазафакер вынесет нас.
        - Это он школу взорвал?
        - Не, вряд ли.
        - Че он тут вообще делает?
        - Да я без понятия какого хера они сюда лезут, - стонет Сэм. - Вроде у них в радиоактивной области чуть ли не свой клан. Или шайка, не знаю. Но то, что они не разговаривать вылазят, это точно.
        - Сворачиваем с тропы.
        - Да нахера…
        - Сворачивай, я сказал, - отцепляюсь от Сэма.
        Тело понемногу приходит в себя, я прибавляю ходу, иду к гущу леса.
        - Какого лысого, дружище?! Бежим к Элеоноре! У нее есть шанс…
        - Она далеко! Мы не успеваем ни к ним, ни к школе. Хватит, Сэм, - останавливаюсь, смотрю ему в глаза. - Сдохни здесь один или слушай, что я сказал. Ты меня понял?
        - Ты х…
        - Ты меня понял?
        Сэм тяжело вздыхает, разводит руками:
        - Окей, босс. Покажи класс.
        Мы бежим, что есть мочи. Ноги уже просто отваливаются. Сэм тренированнее меня, быстрее, сильнее. Часто обгоняет, останавливается, чтобы подождать. Выходец как минимум быстрее в два раза. И он уже совсем близко. Несется прямо на нас.
        - Сэм, ищи сосну!
        - Что искать?! Кому со…
        - Не кому, а дерево! Сосну! Где есть тонкие сухие ветки, чтоб можно было дотянуться до них. Живее. Чем больше вопросов, тем меньше шансов выжить!
        Сэм озирается, мы одновременно замечаем нужное дерево. Толстый ствол с сухими ветками, зеленые кроны высоко.
        Бежим к нему.
        - Забирайся!
        - Какого бегемота?! Думаешь он лазить не может?!
        - Если нет идеи лучше, делай, что я сказал!
        Сэм подсаживает меня. Тощими уставшими руками я цепляюсь за ветку. Еле-еле подтягиваюсь, помогая ногами. Лезу вверх, посматриваю вниз. Сэм подпрыгивает, с легкостью забирается, но вот ветка под его ногами хрустит. Твою гниль…
        Вроде удержалась…
        Воздух пропитывается странным напряжением. Волосы на теле встают дыбом. Мурашки по коже непроизвольно озираются, не понимая, что происходит.
        - Сэм! Ломай ветки! Драные ветки! Не дай ему забраться!
        Надо отдать парню должное, он понимает, о чем я. Цепляется за ветку выше, прыгает.
        Хруст!
        Ветка под его ногами переламывается ровно в тот момент, когда из кустов выбегает…
        Человек в рваных и грязных лохмотьях, с кривоватыми руками и ногами. Передвигается дерганно. А кожа из-под рваной одежды то ли серая, то ли в копоти. Вся в шрамах и покрыта волдырями. Это точно человек. Обычный, но изуродованный. Видел и похуже, но этому выходцу… досталось неслабо.
        - Сэм, быстрее!!!
        Выходец бежит и… пробегает мимо нас. Но вдруг останавливается, смотрит вверх. Замечает нас. Из-под капюшона на меня смотрит изуродованное ожогами лицо. Но вполне человеческое.
        Слышу…
        Я слышу метрах в пятиста топот десятков ног. Некоторые из них очень быстрые. Будут здесь через полминуты, не больше. Они все преследуют Выходца? Или бегут к нам на помощь?
        - Ах ты ж, мазафакер страшный, - верещит Сэм, перебирая руками. - Дружище, выше!
        - Не, постой, - останавливаю я его. - Это обычный человек.
        Кричу, так как понимаю, что нас уже заметили:
        - Эй! Мы тебе не враги! Мимо проходили!
        - Ты спятил, Киба?! Мама, роди меня обратно!
        - Успокойся.
        - Как тут успокоиться, - шипит он. - Я и так стараюсь не устроить бомбометание.
        Выходец издает звук. То ли хрюкают, то ли смеется. Оборачивается в сторону своих преследователей. Посмотрел снова на нас, на дерево и…
        Вспышка!
        Я даже не успел рассмотреть, что произошло. В глазах искры. В ушах гул, но они слышат хруст. Дерево накренилось. Быстро смотрю вниз заслезившимися глазами. Выходец пропал. Но нами он решил выиграть себе время сбежать от преследователей.
        Во имя Шиилы, это плохо! Мы очень высоко!
        - Слушай меня внимательно, Сэм! Вокруг одни сосны! Когда будем сваливать, постарайся уцепиться за другие ветки!
        - Ты псих, это самоубийство!
        - Слушаю твое предложение!
        - Давай спрыгнем!
        - Да ты гений!
        Гниль подземная. Толку от этой суммы, если я без понятия, как ей пользоваться!
        Краем глаза замечаю в лесу какую-то постройку. Она прикрыта сухими ветками и находится на отдалении от троп. Это что еще такое?..
        Дерево кренится, жалобно хрустит по всему стволу.
        - Сэм, готовься!!!
        - Чизес Крайс!!!
        Мы спрыгиваем одновременно. Сердце привычно замирает в полете.
        Я лечу… В полете думаю, что знаю, что «чиз» по-английски означает сыр, но вряд ли перед смертью он имел в виду это…
        В лицо бьются ветки, руки разрывает от боли. Они не могут уцепиться за колючие ветки. Больно ударяюсь, что-то хрустит, и это точно не дерево, а мои кости. Лечу дальше…
        Уберечь голову не получается. Со всей дури падаю на ветку, размазывая лоб о жесткую кору. Во имя Шиилы! Опять!
        Последнее, что замечаю перед тем, как вырубиться…
        Это Сэма внизу, не земле. Он не слышит, лежит на земле. Лицо в крови, в плече торчит ветка, а нога неестественно вывернута.
        Выходца нигде не видно.
        Сознание улетает…
        Тьма…

* * *
        В голове плывут картинки из прошлого. Почему я не проснулся перед тем заданием? Первый раз за все время служения Шииле я так отчетливо услышал ее голос. Она сказала, что великий магистр храма предал ее. Я должен был узнать почему. Шиила хотела узнать, почему единственный человек, кто был старше меня званием предал нашу богиню. Ту, которая оберегала Варгон из теней. Ту, которая не страшилась самых ужасных методов ради благих целей.
        Богиню меньшего зла.
        Но я не успел. Что-то пошло не так…
        На следующую же ночь я не проснулся.
        Меня отравили? Невозможно. Я знаю все яды Варгона и то, что не учует нос человека, учует нос Альва. Меня убили во сне? Даже великий магистр не смог бы подкрасться ко мне так близко…
        Так почему же… я не проснулся…
        Почему я здесь?
        Шиила, ты слышишь меня? Ответь…
        Лишь тишина.
        Никто не отвечает.

* * *
        Свет…
        Я открываю глаза. Гниль подземная, неужели опять?
        Мозг тяжело приходит в себя.
        Пи… Пи… Пи…
        Ну точно. Опять. И это очень хороший знак. Значит, меня все же вытащили. Похоже, подмога подоспела вовремя. А может… отец Сэма? Стражи школы не знали где мы, поэтому я рассчитывал только на него. Надо было потянуть время. Консул Новусов узнал бы, что происходит в школе и проверил бы координаты Сэма. Выслал бы помощь.
        Пи… Пи… Пи…
        Мерзкие звуки. Отдаются головной болью. Вроде бы больничная палата? Тело не шевелится. Оно перемотано бинтами. Скашиваю глаза. Надеюсь, я не в картонной коробке?
        Слышу голоса. Японская речь…
        - Уже лучше.
        Заходит низкорослый человек в медицинской форме. Азиат. Еле выговариваю:
        - Г… де я?..
        Японец уходит. Ну замечательно. Через минуту слышу шаги. И я знаю, чьи это шаги.
        - Очнулся, сын Кибы Рио.
        Хидан Мацуо собственной персоной.
        Игнорирую вброс в мой мозг лишней информации о родственности.
        - Почему… я тут?
        - Крыло с лазарета уничтожено. Моя дочь попросила меня перевести тебя к нам из клиники. Да и есть у меня к тебе разговор.
        - Л… ласто… чка?
        - После пробуждения нельзя несколько дней. Или умрешь.
        - Что… случилось?
        - На территорию школы забрался выходец. Прогремел взрыв.
        Хидан до омерзения лаконичен. А у меня челюсть отваливается уточнять.
        - Что за… взрыв?
        - Мои чувства говорят мне, что выходец был лишь отвлечением. Но с этим уже разбираются.
        - Сэм Б… лэк?
        - Мне плевать на мальчишку. Не интересовался.
        Больше не задаю вопросов. Хочу я или нет, тело говорит за меня. А ему сейчас нужно молчать. И желательно опять свалиться в обморок. Но я перебарываю это чувство.
        Хидан говорит:
        - С тобой, сын Кибы Рио, у нас еще есть дела. У меня к тебе вопросы. Много вопросов. В том числе, ты мне расскажешь, что произошло в доме главы Новой Силы. Но об этом потом. Я слышал от дочери, что ты хотел провести у меня тестирование? И я исполнил твою просьбу, - не вижу, но чувствую ухмылку Хидана. - У пробужденных оно намного дешевле, но не думай, что я не запрошу компенсации.
        Вот оно что. Лучше бы я оказался в клинике. Вот мать сейчас бы могла и повоевать за меня. Если она в курсе, конечно. Не удивлюсь, если инцидент скрывают до последнего.
        Сколько вообще прошло временя? Сколько я был в отрубе?
        - Готов услышать свои направленности, сын Кибы Рио?
        Вот ведь заладил. Принципиально не буду спрашивать пока про отца. Он прямо так и хочет, чтобы я задался этим вопросом.
        - Д…да…
        Хидан кивает.
        - Ты везунчик. Или нет, ибо с твоим сосудом все не так просто. У тебя три направленности. Одна основная и две второстепенные. От отца ты унаследовал предметную сумму твёрдого. Это направление Джунсиначи. В этой направленности ты будешь эффективнее всего. Вторая направленность на удивление сумма тела выносливость. Ты доволен, сын Кибы Рио?
        Не могу даже пошевелиться. Да и радость что-то не прет, хотя направленности очень неплохие.
        - Пока не… знаю…
        Кивок. Голос Хидана отдается металлом по вискам:
        - А теперь послушай меня внимательно, дерзкий мальчишка. О третьей своей направленности ты будешь молчать, если хочешь жить. Это мой тебе совет как хозяина дома, в котором ты нашел себе кров и исцеление. Твоя третья направленность это…
        Специально что ли тянет?
        Я сглатываю, корчась от боли в горле.
        Глава 2. Проигрышный дар
        24 октября 2022 г.
        Понедельник.
        Время: 16:45
        Комок встает в горле. Я даже дышать перестаю. Пафосный японец умеет держать в напряжении.
        Пи… Пи… Пи…
        Уверен, что сейчас случится одно из двух: либо его отвлекут и он не успеет рассказать о моей уникальной направленности, либо он скажет «ты избранный, Нео».
        Я быстро моргаю три раза. Откуда в моей голове столько мусора?
        - Твоя третья направленность… хм…
        Морщусь. Японский менталитет мне перестает нравиться.
        - Хм, - Хидан многозначительно смотрит в стену, словно видит там лик самого Будды.
        - Гн… ль… не тя… ни…
        - Твоя направленность: сумма разума: мудрость. Ответвление… хм, - Хидан опять многозначительно кривляется, - Я не уверен, как это назвать. О мудрости и так известно немного. Про ответвления тем более…
        Пуффффф!
        Воздух напряжения выходит из моих легких.
        Хидан смотрит на меня непонятным выражением. По этим узким глазами вообще очень тяжело читать эмоции. В Варгоне не было таких. Поэтому для меня это в новинку. Японцы радуются и сердятся с одними и теми же глазами. Ну, разве что, иногда не понятно подглядывают они или и правда закрыли глаза.
        - И ты никому об этом не расскажешь, сын Кибы Рио. Потому что это самая редчайшая направленность из всех. Я скажу по-другому. На сегодняшний день известны лишь два человека с этой направленностью. Это один из трех глав клана Филзели и… один психопат из клана Фрагор.
        Какой еще Фрагор? Первый раз слышу о таком клане. Да, я знаю, что ответвлений много. И есть кланы которые не учатся в нашей школе, воспитывая своих одаренных самостоятельно.
        Но судя по виду Хидана, рассказывать о них он не планирует.
        - Как… работает?
        Да что же у меня с челюстью-то? Заходит низкорослый медбрат, вкалывает мне что-то. Почти сразу становится чуть легче, а падать в обморок уже хочется не так сильно.
        - Не перебивай меня, - спокойно говорит Хидан. - Тебе известно, что чаще всего направленность наследуется по крови. Наша раса определяют нашу судьбу. Но бывают и исключения. Тебе уже должны были рассказать, что у случайного одаренного азиата может быть и предрасположенность африканца. Джунсиначи считают, что это идет не только от крови, но и отсюда, - Хидан несколько раз бьет себя в грудь кулаком. - От сердца. Скажи мне, сын Кибы Рио, что в твоем сердце? Единственная понятная особенность твоего ответвления мудрости - твой сосуд по-другому воспринимает сумму.
        Слишком много слов. Голова хоть и не так сильно, но снова начинает болеть. Хидан продолжает философствовать:
        - Мудрость - это истина, но для каждого своя. И только ты сможешь разобраться в себе и понять, как твоя истина связана с твоим новым проклятьем или силой, - Хидан мрачнеет. - Теперь моя семья заинтересована в тебе еще больше.
        Через силу хмыкаю:
        - Теперь я… избранный и… всесильный?
        Хидан странно пялится на меня, вздыхает, кивает куда-то в сторону:
        - Объясни ему, Ичиро-сан.
        Подходит целитель, которого я увидел, когда очнулся. Кивает мне:
        - Представьте сосуд. Не эфемерный, а настоящий. Большинство одаренных имеют сосуд на десять литров прямоугольной формы с отверстием для пополнения. Ваш сосуд другой. Он искорежен, изогнут под неправильной формой, имеет несколько отверстий, которые служат не только для пополнения, но и расхода и протечки. Если сравнивать сосуд с диагнозом, то это легкая форма аутизма. И аутисты могут быть в чем-то гениальными. А могут просидеть в углу и умереть от старости, так и не сказав ни слова. И ни одно тестирование не определит, что в их головах. Так же невозможно понять, во что превратились вы. И с разрешения Мацуо-сама и вашего желания, я бы с радостью провел несколько… экспериментов. А потом, когда мы точно определим, на что вы способны, то можно будет придумать вашему ответвлению название. Что думаете?
        Азиатский доктор с остервенением фанатика переводит глаза то на меня, то на Хидана.
        - Я дозволяю, - надменно кивает Хидан. - И повторяю еще раз. Новые ответвления появляются очень редко. Особенно в не менее редких направленностях разума. Клан Джунсиначи не пачкает свои руки таким бесчестьем, но, если не хочешь стать чьей-нибудь подопытной крысой, держи свой язык за зубами.
        Перед тем как погрузиться во тьму бессознательного я успеваю подумать лишь одну мудрость на современный лад: хрень какая-то…

* * *
        Сутки я отлеживался. Сутки я прислушивался к себе, не понимая сплю я, или это очередные глюки. Но удалось прощупать так называемый сосуд суммы. Если представить, что в тебе есть что-то инородное, то получается легче. Закрываешь глаза, представляешь. И он будто отзывается где-то в области сердца. Его можно ощутить мыслями. И почувствовать, будто щупаешь что-то настоящее.
        Скажу честно. Пока я разочарован. Изогнутая во все стороны штуковина в целом имеет средний размер. То есть вмещает в себя ману, объемом не более пятидесяти единиц. Но, как и сказала тестировщик - он дырявый.
        Кап…
        Кап…
        Сумма медленно, но верно расходуется, хотя такого быть не должно. Сейчас у меня протечка такая, что полный сосуд к вечеру протечет примерно на половину. Если одаренные стараются экономить, чтобы осталось что-то на ночь, когда умения требуют в десять раз больше суммы, чем в полдень, то у меня такое не сработает. Даже если я не высвобожу сумму ни разу, то к полночи останусь только с половиной запаса.
        Бедааа…
        Смысл от какой-то уникальности, если у тебя нет сил ее раскрыть. Скажу по-другому, я даже не знаю как тренировать новое ответвление мудрости. И мало кто вообще знает. Значит придется акцентироваться на предметной сумме. И выбрать себе холодное оружие ближнего боя, если ответвление предметки у меня постоянное. Или огнестрельное оружие, если выпадет остаточное.
        Если подумать, то огнестрел я вряд ли выберу. С ним мне нужно учиться обращаться с нуля. В Варгоне такого не было. Максимум из дальнобойного - арбалет. Им я владею лучше всего. Луком тоже неплохо. По меркам людей даже идеально. Но похуже, чем с арбалетами. Можно, кстати, подумать. Такого оружия я не видел в торговых автоматах. Кто будет стрелять стрелами, если можно пулями. Да и объем стрелы больше. И из однородного материала ее не сделаешь. Оперение. Древо. Наконечник. Кто будет с этим возиться если с таким же успехом можно усилить разрывной патрон для крупнокалиберной винтовки.
        26 октября 2022 г.
        Среда.
        Время: 10:11
        Почти двое суток я пролежал в бинтах, гипсе и под обезболивающим, пока целитель наконец-то не разрешил дать мне «Ласточку-2», которую записали на мой счет. Серьезно, Хидан, несмотря на всю честь, приказал своему казначею записывать стоимость каждого метра бинта и укола с обезболивающим.
        А вот хер я ему заплачу. Меня против воли вытащили из бесплатной клиники и принудительно еще долги записывает. Я согласен возместить за тестирование, потому что сам это предлагал. И еще может «Ласточку» оплачу. Но не более. Совсем уже оборзели жадные азиаты.
        Говорят, меня посещали мать с сестрой и даже Акане. Но я этого совсем не помню. Потому что только спал, спал и спал. Даже того, как мать кормила меня мисо-супом. Но это и к лучшему. Не пришлось ничего объяснять. Надеюсь, Хидан придумал, что навешать ей на уши. Наверное, такими темпами у нее скоро случится инфаркт. За десять дней ее сына несколько раз избили, один раз похитили. И вот теперь он чуть не убился…
        Время: 18:50
        Только сейчас я могу нормально двигаться, а мисо-суп не стремится вырваться наружу из-за побочек ласточки. Осматриваюсь.
        Целебная палата Джунсиначи большая. Десятка два кроватей, много навороченного оборудования. Совершенно иной уровень.
        Одеваюсь. Мне выдали одежду. Не кимоно. Просто белую рубаху, брюки и носки. Чистые выглаженные, но потертые. Видимо, мать принесла. Ищу свой телефон - нету. Ищу зубочистки - тоже нету. От последнего я расстраиваюсь чуть сильнее.
        Через полчаса у меня начнется какое-то тестирование. Несмотря на нежелание раскрывать свои умения Джунам, я все-таки пошел на этот риск. Пусть лучше это сделают они, чем школа. А других идей, как я могу раскрыть свой новый потенциал, у меня нет.
        У входа меня встречает азиат в коричнево-белом кимоно. С двумя мечами на поясе - коротким и длинным. Строгой черной прической. Вроде таких тут называют самураями. Или называли раньше.
        Он сопровождает меня по знакомому маршруту:
        - Куда мы идем?
        Самурай не отвечает. Может, языка не понимает?
        Выходим во дворы. Осень встречает желтой листвой на крыше додзё. Что, опять с кем-то драться? Нет уж, увольте. Откажусь от таких экспериментов. Только восстановился и хоть как-то поспал.
        На мое удивление, мы проходим в додзе и проходим мимо тренирующихся людей дальше. Открываем боковую дверь. Вижу монолитную стену и еще одну дверь - уже не бумажную, а из металла. Над ней сразу три камеры. По бокам… хм, не знаю, что это такое. Но похоже на автомат на шарнирах. Ствол двигается в такт нашим движениям. Вроде это называется турель, но сейчас я не уверен в памяти Константина Кибы. Слишком уж досталось этой голове в последние дни.
        Дверь с металлическим лязгом открывается. И опять ступени. Спускаемся вниз. Любят же здесь люди все прятать под землей. Наверное, после Новой Смуты это стало некоторым комплексом. Кто знает, когда на голову полетят очередные атомные бомбы. Вот такие вот бункеры - единственный шанс спастись.
        Самурай останавливается, кивает вниз. Мол, иди вперед.
        Что ж, ладно. Не люблю, конечно, когда за спиной стоят всякие личности с мечами, но это же вкусовщина. Хотели бы меня убить - уже убили бы. А хотели бы сделать лабораторной крысой, то сделали бы это, пока я мирно спал.
        Самурай молча разворачивается, уходит, поднимаясь по лестнице. Ага, понятно. Значит дальше иду один.
        Внизу меня ожидает, как я и думал, лаборатория. Неведомое количество технологических агрегатов режет глаза. Все пищит, мигает. Такое я вижу впервые и даже не представляю, для чего что нужно. А память прошлого носителя только пускает слюну, перегрузившись таким количеством технологических приблуд.
        Помещение формально разделено надвое. Слева оборудование, справа стеклянная толстая перегородка. Почти пустая. Только за ней какие-то датчики, трубки и даже… торчащие из стен иглы. У наружной стороне стекол стоят столы с мониторами и кресла. Наверное, для мониторинга того, что происходит за стеклом.
        - Это испытательная лаборатория семьи Мацуо, - слышу я голос низкорослого целителя. - Я уговорил Мацуо-сама сначала провести поверхностные исследования, перед тем как вы займетесь… своими делами.
        На этот раз целитель не в медицинской форме. Теперь, когда я не лежу, человек кажется еще меньше. Ростом мне по грудь. Ничем не примечательный азиат, разве что не такой тощий, как многие тут. Ну и черные волосы распущены, а не в пучке, как у самураев или у Хидана.
        - Ясно, - сую руки в карманы, слегка кланяюсь. - Подскажите, а у вас зубочисток не будет?
        Целитель без замешательства отвечает:
        - Откуда же. Мы не в Исталской столовой. Но есть зубная нить. Желаете?
        - Зубная нить? Пока не знаю. Давайте.
        Целитель шарится по карманам, дает мне маленькую пластиковую коробочку с торчащим из нее концом белой нити.
        - Забирайте себе, - предлагает щедрый целитель. - У меня много.
        Нагло сую в карман. Без понятия, как «нить» и «зубы» взаимосвязаны. Зубочистку точно не заменить.
        - Я могу звать вас Киба-сан?
        - Конечно.
        - Тогда меня зовите Ичиро-сан, - кланяется. - Итак, Киба-сан, прошу.
        Ичиро пригласительно указывает на стеклянную дверь. Смотрю на него:
        - Без сюрпризов?
        - Разумеется, Киба-сан. Вы почетный гость семьи Мацуо-сама. И мы не опозорим себя вашей кровью.
        - Надо будет напрягаться? Я сейчас, мягко выражаясь, не в форме.
        - Не переживайте, Киба-сан. Разве что совсем чуть-чуть придется подвигаться под сенсорами.
        Захожу в стеклянный капкан, чувствую себя некомфортно, но что поделать. Десятки знаков говорят, что мне не навредят.
        Дверь за мной сама закрывается. Слышу заглушенный голос Ичиро. Точнее, слышу способностями Альва. Человеческий слух бы это не разобрал. Вижу, как он улыбается за стеклом. Но слова все равно оказываеются страшнее:
        «Вот ты и попался» - говорит он.
        Паники у меня нет. И я даже не сильно переживаю. Потому что знаю, что он блефует. Вижу по мимике. А до этого его сердцебиение было ровным. Когда подобные люди врут или переживают, то их ритм сердца меняется.
        Он смотрит на меня. Смотрит изучающе. Что-то ждет?
        Инстинкты просыпаются. Опасность!
        Нет, не опасность, что меня схватили, поймали. Я в это не верю.
        Меня проверяют?
        Этот человек в курсе, что у меня слух лучше, чем у собаки? И сейчас хочет убедиться в этом по моей реакции?
        Но это невозможно… Я никому не говорил об этом. Или говорил?..
        Единственный человек, которому я говорил, что услышал что-то, что не слышали остальные - это Аннета. Когда началась стрельба в коридоре и весь наш класс попадал лицом в пол.
        Выковыриваю обрывки воспоминаний:
        «Я слышал, что там произошло. Это не за мной.» - сказал я тогда.
        «В смысле „слышал?“» - спросила Аннета, и на этом моменте зашел Сергей и сказал, что просто кто-то подрался в коридорах.
        И это все. Тогда я просто не придал значения своим словам. Даже сейчас я не могу поверить, что Аннета что-то додумала. Мало ли что я слышал. Но теперь нельзя не учитывать этот момент. Возможно, маленькая девочка имеет ум взрослой женщины и поняла, что человеческий слух не смог бы тогда определить, что происходило в коридоре. Что ж. Это моя оплошность. Столетние старики часто недооценивают молодежь.
        Или это всего лишь моя очередная паранойя, выискивающая интриги там, где их нет. Издержки профессии, так сказать.
        Никак не реагирую на слова Ичиро. Просто отворачиваюсь, делая вид, что рассматриваю всякие выпирающие сенсоры.
        Ичиро за стеклом улыбается, подходит к столу, на что-то нажимает. Слышу его голос в динамиках:
        - Хорошо меня слышно, Киба-сан?
        - Да.
        - Отлично. Тогда давайте приступим.
        Он садится, берет в руки папку:
        - Смотрите, сейчас я освежу вам память, как работает направленность. Так нам будет легче добраться до сути.
        Ичиро кашляет, с довольным лицом продолжает:
        - Допустим, вы пробудились с двумя направленностями. Какая-то от тела, а какая-то от разума. Но это не значит, что вы будете хороши в обоих. Это лишь означает, что вы будете в одной направленности более эффективны, чем в другой. Смотрите. Возьмем шкалу от одного до десяти. Вы можете пробудиться так, что одна направленность будет изучаться с ускорением в семерку, а другая в тройку. Одни и те же ваши усилия будут развивать ваши направленности с разной эффективностью. Все ясно?
        Киваю:
        - Как талант. Сильному, но глупому от природы, легче научиться фехтовать, чем математике. Хотя он может попробовать, затратив намного больше сил, чем если бы махал мечом.
        - Все верно. И такой человек точно никогда не сможет летать или говорить на собачьем языке. И если попробует научиться, то это, примерно, то же самое, что тренировать направленности суммы, к которым он не предрасположен.
        - Я понял. Расскажите мне обо мне. Хватит терминологий.
        - Подождите-подождите. Еще один важный факт. Просто напоминаю. Если человек пробуждается с одной направленностью, то его коэффициент эффективности всегда десять. Таких еще называют «нулевиками». А если с тремя, то эти десять формальных баллов распределяются между всеми направленностями. Смотрите. Человек с одной направленностью всегда эффективнее, чем пробудившийся с двумя. Или тремя, как у вас. Но… Если вы гений и сможете развить все свои умения старанием и усердием, то вам не страшен ни один нулевик. Потому что они сильны лишь в одном и у них много слабых мест. А вы более… пластичны. Можете прикрывать свои недостатки одной направленности преимуществами другой. Но… если будете халтурить или у вас не имеется достаточных способностей для развития, то ваша учесть незавидна. Вы всю жизнь будете слабаком с большим потенциалом.
        Киваю. Мол, хорошо-хорошо, можно ли побыстрее?
        - Смотрите, - довольно говорит Ичиро. - Ваша первая направленность. Предметная сумма: твердое. Ответвление, как ни странно, остаточное. У азиатов такое бывает, но нечасто. Чаще всего постоянное. То есть, если брать боевое направление, то лучше всего вам подойдет огнестрельное оружие. И тут ваш формальный балл: шесть из десяти.
        Ну вот что за непруха? Вот об этом я и говорил. Тут мой опыт ничего не стоит. Придется с нуля изучать огнестрел. Либо… надо подумать про арбалет…
        - Вторая ваша направленность. Сумма тела: выносливость. Направление: укрепление структуры тканей. Это значит, что вы можете сделать свой организм крепче.
        - Что? Лечиться не смогу?
        - Нет. Вы сможете укрепить, например, свой кожный покров. И вас не смогут ранить клинком. Разумеется, все зависит от умений нападающего. Но обычный лишенный с вами уже ничего не сделает. Но… сумма не работает постоянно. Как и регенерация тканей, так и крепость активируются вами и не являются пассивными. Так что вы вполне уязвимы, если не поддерживаете свою непробиваемость, тратя на эту сумму. Н-да… и ваш формальный балл в этой направленности: три из десяти.
        Ну замечательно. Получается, я дистанционный воин в тяжелых доспехах.
        Воспоминаю занятия. Остаточная сумма твердого отличается от постоянной тем, что постоянную можно поддерживать в реальном времени. А остаточной нужно заряжать заранее. И только тот, кто зарядит, например, пулю, может пользоваться предметами с остаточной суммой. Исключением являются только Исталы, которые как-то научились передавать остаточную сумму в своих зельях. Именно поэтому они одни из пятерки великих кланов.
        Ичиро, видимо, замечает мое замешательство.
        - Что поделать, Киба-сан. Я согласен, что это не самая лучшая комбинация. Но не переживайте. Бывает и намного хуже. А теперь поговорим по поводу вашей неизвестной ветви от суммы разума: мудрость. Давайте начнем определять, на что она способна.
        Ичиро что-то нажимает. Сзади меня что-то жужжит. Оборачиваюсь. Из стены появляется выдвижная панель. На ней лежат колюще-режущие: скальпели, ножницы, ножи.
        Ичиро говорит еще более повеселевшим голосом:
        - Пожалуйста, Киба-кун. Возьмите скальпель и порежьте себе вены на левой руке. Желательно вдоль, а не поперек.
        Глава 3. Сумма испытаний
        Подхожу, беру скальпель, задираю рукава белоснежной рубахи, разворачиваюсь, улыбаюсь и…
        … кладу скальпель себе в карман. Пригодится.
        - Я, пожалуй, откажусь, - перестаю улыбаться. - Это какая-то глупая проверка?
        Ичиро за стеклом кивает, отмечает что-то в папке:
        - Принимается. Ох, Киба-сан, вы слишком молоды и даже не представляете, какие люди разные. Некоторые вскрывали здесь вены, даже не спросив, зачем. Были и такие, которых я не успевал остановить. Они считали, что не должны сомневаться и, чем быстрее себя убьют, тем они храбрее. Знаете, почему Мамору-сан не отправил вас одного? Ну этот тот, кто вас сюда привел. Он и ему подобные недолюбливают то, чем я занимаюсь. Вроде как я пошел по пути бесчестья, видите ли. Что поделать. Недальновидные. Хотя понимают, что без таких как я великие кланы не становятся великими.
        Ичиро вздыхает в динамике:
        - Киба-сан, встаньте, пожалуйста, под анализатор. Вон под ту круглую штуку.
        Делаю, что Ичиро сказал, спрашиваю:
        - И зачем надо было просить меня порезать вены?
        - Я точно должен понимать, какой вы человек, Киба-сан. Ваша направленность - мудрость. Этим все сказано. Я первый раз ее тестирую. Два дня изучал архивы… - опять вздыхает. - Вообще-то я думал, что это направление разума. Но в вашем случае это направление более чем материально и влияет напрямую на сумму. Я теряюсь в догадках… и проверяю все. В том числе провожу ваш поведенческий анализ. Это нужно для поправочных коэффициентов аппаратуры. Так, отлично, стойте так…
        Над головой что-то жужжит, пищит. Волосы встают дыбом…
        - Как интересно. Киба-сан, я задам вам ряд вопросов, пожалуйста, будьте откровенным. Это важно. Клянусь честью Джунсиначи, что не расскажу об этом даже главе клана.
        Да хоть чем клянись, мне совершенно плевать. Клятвы ничего не стоят. Особенно клятвы фанатиков.
        - Конечно. Буду предельно откровенен.
        - Замечательно. Киба-сан, вы предпочитаете женщин или мужчин?
        И смотрит мне в глаза. Я что, должен был подпрыгнуть от неожиданности или порозоветь? Отвечаю честно:
        - Женщин.
        - Как относитесь к однополым связям?
        - Безразлично, пока их не видно.
        - А если видно?
        - Отвожу взгляд.
        Я слишком стар. В Варгоне тоже есть такие… особенности в менталитете. Когда-то я был их ярым ненавистником, относился с отвращением. Потом понял, что такие особые люди не заслуживают моих эмоций.
        - Неужели? Но почему же? Уверен, что ваш взгляд относится больше к мужскому гомосексуализму, верно? Но ведь ком червей-гермафродитов тоже противен. Вы относитесь к нему также, как к мужскому гомосексуализму?
        - Следующий вопрос, Ичиро-сан. Не тратьте мое время, пожалуйста.
        Ичиро делает какие-то пометки:
        - Хорошо. Киба-сан, что вы чувствуете, когда убиваете людей?
        Безразличие. Я убил стольких, что давно покрылся толстой коркой безразличия. Но скажу по-другому:
        - Досаду, что так произошло.
        Записывает.
        - Вы убили главу клана Новая Сила?
        Замечаю, как Ичиро переводит взгляд на монитор. Что ж, не ожидал, признаю. Думал этот вопрос мне задаст Хидан. Слышал, что в этом мире есть особые технологии распознавания лжи и работают они за счет каких-то импульсов и сердцебиения. Интересно…
        - Возможно.
        - Что вы собираетесь делать дальше?
        - Убить тех, кто задает слишком много вопросов? - улыбаюсь.
        Ичиро смотрит мне в глаза, что-то записывает.
        - Пока хватит, - улыбается в ответ Ичиро. - Встаньте вон под тот датчик. Да, треугольный. Верно. Постойте пару минут… Попрыгайте… Приседайте… Ага, спасибо. Все ясно.
        - Правда?
        - Нет. Киба-сан, последний вопрос, с вашего позволения. Вам нравится дочь Мацуо-сама?
        Впадаю в легкое замешательство и Ичиро широко улыбается, что-то зафиксировав на мониторе. Вот гад. Я всего лишь удивился глупости очередного вопроса.
        Пожимаю плечами:
        - Это странный вопрос, Ичиро-сан. Она привлекательная девушка, не более. Никаких притязаний у меня нет на влиятельную особу из клана Джунсиначи.
        - Понятно.
        - А вам нравится Акане?
        Ичиро хлопает глазами. Японцы не любят такие откровенности. Но тут, видимо, связано с работой, поэтому он не напрягается. В общем, получил засранец. Будет знать. Так значит он заглядывается на дочку своего начальника? Ему же лет пятьдесят. А ей… двадцать один. Ладно, не такой уж и извращенец.
        Ичиро откашливается, говорит:
        - Ну и вопросы у вас, Киба-сан.
        - Как и у вас, Ичиро-сан.
        Смотрим друг другу в глаза, я улыбаюсь, шевелю беззвучно губами слова «часто смотришь на ее виляющую попку?».
        Еле сдерживаюсь, чтобы не рассмеяться. Ичиро точно умеет читать по губам. Но в отличие от меня скрыть это у него не получается. Краснеет то ли от стеснения, то ли от злости. Снова откашливается:
        - Встаньте вон под тот датчик. Да, под ультрафиолетовую лампу. Ого! А вот тут интересно…
        - Что там?
        Ичиро бьет по клаве с большой скоростью. Глаза горят.
        - Вот как… ух ты… замечательно. КИБА-САН! - орут динамики, и я еле сдерживаюсь, чтобы не подпрыгнуть. Что-что, а к технологическим новшествам я непривычен.
        - Говорите.
        - Киба-сан, это… невероятно. Судя по данным, вы воспринимаете сумму совершенно иначе. В теории, отраженный свет солнца воспринимается вашим сосудом… Неужели… О, да! Киба-сан! Поздравляю, вы первый из известных одаренных, который ночью будет сильнее остальных, чем днем. И наоборот. Днем вы слабее многих. Вы уже поняли, что ваш сосуд дефектен и рассеивает сумму со временем?
        - Да…
        - Просто невероятно. Чтобы такая направленность, да в «разуме». Первый раз такое вижу… Но вот при чем тут мудрость? Хотя… Смотрите, что я вспомнил, Киба-сан. Есть одна общеизвестная цитата из древнего трактата Желтого императора «Нэй цзин». Она прямо напрашивается мне на язык. Вот она: Чистая субстанция ян претворяется в небе; мутная субстанция инь претворяется в земле… Солнце - это субстанция ян, а Луна - это субстанция инь… Субстанция инь - это покой, а субстанция ян - это подвижность. Субстанция ян рождает, а субстанция инь взращивает…
        Что за ерунда? Очередная псевдофилософия? Нет, такое меня не устраивает. Я предпочитаю простой слог и простые объяснения. Не отвечаю. Я думаю. Думаю, о том, что все это очень странно. Взаимосвязано ли мое новое направление как-то с моим прошлым? С тем, кем я был в Варгоне. Может ли быть, что сама Шиила пустила в это дело свои нити, перелетая судьбы двух миров?
        Говорю:
        - Я знаю, как назову это ответвление.
        Ичиро с профессорским интересом смотрит на меня из-за стекла:
        - Правда? И как же? Надеюсь, терминология научная?
        - Совсем нет, - усмехаюсь.

* * *
        Время: 19:20
        Сижу за обеденным столом Джунсиначи. Именно здесь мы с Сэмом и Акане хорошо проводили время, играя в бутылочку.
        Итак, я дальнобойный одаренный с уникальной особенностью: мой сосуд хуже всех днем и лучше всех ночью. Я не знаю, как качать это направление. Думаю, придется дождаться ночи и на практике проверить, что происходит с сосудом. А сумму тела и предметную изучать в школе.
        Ковыряю упаковку зубной нити, вытягиваю метр. Пробую на вкус. Мятно. Уже хорошо. Пытаюсь усилить ее остаточной суммой. Разумеется, ничего не получается. Сумма как была в сосуде, так и остается. Выходить не собирается.
        Заходит Хидан Мацуо, и я неохотно встаю:
        - Итак, сын Кибы Рио, теперь твою тайну знают еще как минимум два человека.
        - Звучит, как угроза, Мацуо-сама, - слегка кланяюсь.
        Японец еще какое-то время стоит. Думает. Его лицо не выражает совершенно ничего. На этот раз он не собирается отрубать мне голову, так как уже пробовал этот метод, и он оказался неэффективный.
        - Ответь прямо и не смей лгать. Ты убил глав клана Новая Сила?
        - Я не могу говорить такое вслух в чужом доме. Но могу сказать, что в этом мире возможно все. И это должно послужить ответом.
        Хидан долго смотрит на меня. И наконец спрашивает:
        - Как ты это сделал? Даже мои люди вряд ли смогли бы так, никого не убив.
        Я морщусь. Не нравится мне этот расспрос:
        - А вы расскажете мне, как ваши люди сливаются с тенью? Или ходят так бесшумно, что даже животное не слышит их?
        Мацуо поднимает руку:
        - Я услышал тебя. И не могу сказать, что твои слова мне по нраву. Ты не даешь ничего, за что я мог бы уцепиться. Мне будет тяжело тебя держать под своим крылом, сын Кибы Рио.
        Да-да, продолжай меня так называть. Но пока я не поговорю с Акане, даже не заикнусь об этом.
        - Мне ваше крыло не нужно. Мне нужны ваши средства, Мацуо-сама. Желательно денежные. А взамен я дам вам знания, которых у вас нет. Готов поделиться кое-чем бесплатно, чтобы вы убедились, что информации об этом так просто на найти…
        - Ты же сказал, что изучал все в интернете, - усмехается Хидан.
        - Ага, у меня премиум аккаунт в даркнете, - тоже с усмешкой отвечаю я.
        Мацуо пренебрежительно фыркает.
        - Буду считать, что глава силачей устранен тобой, сын Кибы Рио. И это многое меняет. За два дня в их рядах случился раскол. Влиятельные люди сцепились друг с другом за власть. Но им не хватает той хватки, что была у Аркадия. Еще неделя и от Новой Силы ничего не останется. Больше трети бойцов уже покинули его.
        - Предсказуемо. О, раз уж вы об этом. Я предпринял кое-какие меры и хочу о них рассказать, чтобы не было недопонимания. Часть Новой Силой станет моей. Как вы и сказали, это где-то треть бойцов. Также я получил доступ к некоторым средствам главы клана «Новая Сила».
        - Как получил? - серьезно спрашивает Хидан.
        - Если вкратце, то вся бухгалтерия Новой Силы находилась в доме главы клана. Главный бухгалтер - пухлая и неприятная женщина. И очень хотела жить. Поэтому даже не пришлось стараться. Такие сборища бандитов всегда держат солидную сумму денег в черном нале. Да, я не смог вытащить деньги из дома, но неплохо их там запрятал. Глубоко в вентиляции.
        Рассказываю об этом не просто так. Если они пропадут, то я знаю с кого в первую очередь спросить. И я лучше пока побуду нищим, чем доверюсь лицемерным предателям. Хидан многозначительно усмехается. Я продолжаю:
        - Когда разборки утихнут, а особняк главы клана перестанут охранять так усиленно, я вернусь за ними. Поэтому не думайте, что я не смогу расплатиться с вами, Мацуо-сама. И теперь вы догадываетесь, что мои знания могут стоить дороже любых денег, которые у меня теперь есть.
        - Сколько там денег? В какой валюте? Ты уверен, что они не меченые?
        Какой любопытный. Что ж, думаю это можно сказать.
        - В основном в евро. Но есть рубли и юани. Не считал сколько, но весило прилично. И да, я не знаю, меченые они или нет.
        - Хм… А как ты подомнешь под себя бойцов?
        - В школе пущу слух, что найму их за хорошие деньги. Это глупые люди и сильные. Их взяли в Новую Силу только поэтому. Более разумные кланы не поставили бы на такое пушечное мясо. Они ненадёжны. Не видят дальше денег и грубой силы. И еще они теперь безработные и боятся меня. Поэтому только порадуются такому предложению.
        Тишина. Хидан долго думает.
        - Хочу тебя разочаровать.
        Киваю:
        - Я надеялся, что вы укажете мне на недостатки моей затеи, Мацуо-сама.
        - Клан Новая Сила не такой уж и независимый. Мои источники нашептали, что Новая Сила финансировался извне.
        - Кем?
        - Мы предполагаем, что Новусами. Или Фрагорами.
        А вот тут я удивлен.
        - Новусы? Но разве Новая Сила не занималась рэкетом их бизнеса?
        - Занималась. Но у них нет чести. Только внутренний разлад за власть. Возможно, кто-то хотел ослабить позиции Новусов и устроить внутренний переворот.
        Что ж, это вполне вероятно. Иногда и короли устраивают анархию в своем государстве ради того, чтобы стать позже спасителями. А потом они самопровозглашаются «Патриками Мудрыми» или «Августами Гениальными».
        Спрашиваю:
        - Кто такие Фрагоры?
        Хидан долго смотрит мне в глаза, будто раздумывая, достоин ли я чести знать больше.
        - Выходцы.

* * *
        Часовая беседа с Хиданом утомительна. Он хитер и хочет больше знать, чем рассказывать. В результате сошлись на том, что с завтрашнего дня я могу приступить к «консультации его людей о нестандартных методах допроса». И в зависимости от полезности моих знаний, они примут дальнейшее решение. И если я окажусь полезным, то послезавтра же со мной заключат договор. Не совсем трудовой, больше сотруднический. Очень интересно, какие деньги Хидан посчитает достойными моих знаний. Я их оцениваю очень недешево.
        Если все выгорит, то получится, что Клан Новая Сила и беляки объединятся под одним лидером. И все это спонсируется фанатиками чести и достоинства - Джунсиначи.
        Зловещий смех Шиилы звучит в моем разуме, и я замираю на месте в своей комнате. Прислушиваюсь… Показалось? Да, уверен, что показалось.
        В дверь стучатся.
        - Войдите.
        Заходит Акане. Одетая в красное шелковое кимоно. Губы такие же алые. Глаза и обводка черные, как тени Шиилы, но большие по меркам азиатов. Длинные черные волосы спадают водопадом до пояса. Что ж, должен признать, что в Варгоне таких женщин нет даже среди аристократок. Они там крупнее, шире и выше от природы. А тут почти куколка. Миниатюрные формы идеальных песочных часов.
        - Акане, - разглядываю «родственницу». - Давно не виделись. Да и не слышались. Ты трубку не брала.
        - Извини, Киба-сан, - опускает голову Акане. - Мне нужно было время подумать. Я… немного переосмысливала все.
        - Сама же предлагала поговорить. А потом переосмысливала.
        Акане закрывает за собой дверь на замок.
        Не поднимая головы, она разворачивается. Ее бледные щеки горят. А на губах я замечаю скользнувшую полуулыбку. Мне не показалось. Она пальчиками подцепляет шёлковый поясок, и он сползает вниз.
        Я вздергиваю бровь:
        - Акане, что ты задумала?
        Есть много моментов, почему происходящее недопустимо. Она первая наследница семьи Мацуо из фанатичного клана верности крови. Меня убьют только за то, что я увижу ее кожу ниже ключицы. Я потеряю очень многое за мимолётное удовольствие. Цена один к тысяче. Нет. Один к миллиону. Второе. Она сама сказала, что моя родственница. Разве в этом мире это не противоречит нравственной морали? Да, кровосмешение в Варгоне - нормальная вещь. Многие рода из поколения в поколение соблюдают чистоту крови, как Джуны. И от этого часто рождаются не самые здоровые наследники. Да что уж говорить, среди крестьян это тоже нормально. Маленькие деревни часто состоят из десяти семей, и самым чужекровным там может оказаться двоюродная племянница. Видимо, на Земле это уже пережили. Или не было такого вообще. Не знаю.
        Так. А вот это плохо. Почти забытые десятилетиями ощущения возбуждения появляются не только из-за небывалой красоты Акане, но еще и из-за…
        … запретности. Категорического неприятия ситуации. Угрозы смертью. Вспоминаю ядовитую рыбу фугу, которую ела Акане. Один неверный надрез поваром, и мгновенная смерть. Одно из любимых блюд японцев.
        Акане - родственница. Это противоречит устоям этого мира. Акане - плод, укусив который можно умереть.
        Каков азарт…
        Словно перед боем…
        Акане быстро стреляет глазками в меня, будто исподтишка, и снова опускает голову. Я не могу толком рассмотреть ее лица, но сердечная дробь выдает в ней бурю разных эмоций.
        Ее кимоно расходится в стороны. Остается свисать с плечей. Но теперь я вижу красное кружевное нижнее белье, едва скрывающее самое интимное. Набухшие соски видны через лифчик. А очень аккуратные и симметричные формы через полупрозрачные трусики. Талия такая тонкая, что ее можно обхватить двумя ладонями. Но бедра достойны модели-европейки. Не каждая азиатка может похвастаться таким…
        Организм немного реагирует. Слишком уж она красивая. Голову, я, конечно не потеряю. Но старые-добрые ощущения потихоньку просыпаются.
        Акане делает шаг в мою сторону и кимоно спадает на пол. Вижу идеальные ключицы, плечи, всю прелесть округлостей и форм сквозь ткани нижнего белья. Бледную, почти белую кожу, покрывающуюся мурашками.
        - Акане, - напрягаюсь я. - Осторожнее. Это очень тонкий лед.
        Она надвигается. Причина моей скорой возможной смерти медленно надвигается, а я первый раз теряюсь, не зная, как вывернуться. Десятки лет я был тенью, и ни одна женщина так меня не подставляла.
        Глава 4. Фанатики
        Время 22:34
        Не все беды из-за женщин. Но часто из-за них гибнут целые армии. А иногда они под подолом мужа управляют государствами.
        Акане совсем близко. Я стою на месте, не двигаюсь. Если в комнате есть скрытые камеры, то любое мое действие можно будет обернуть против меня самого.
        Движения ее плавные, грациозные и опасные, как у дикой кошки. Она поднимает голову, я вижу ее огненные щеки на фарфоровом личике. Молчит. Только губы в алой помаде приподнимаются в уголках, а глаза блестят.
        Разглядываю Акане. Поразительно идеальное тело для манипуляций слабыми мужчинами. Сомневаюсь, что многие удержат себя, повиляй Акане перед ними бедрами в этих полупрозрачных кружевных трусиках.
        Я вижу азарт в ее движениях. А сквозь борьбу с собой и неловкость, замечаю далекие отблески возбуждения.
        Но за этой красотой кроется лишь моя боль и смерть.
        Улыбаюсь.
        Акане замирает, что-то разглядев в моих глазах.
        Что вообще происходит? Хидан отдал свою единственную дочь грязнокровному беляку? Не верю. Как бы он не юлил, он Джунсиначи. Такие игры с родной кровью для них перебор. Получается что-то удумала сама Акане? Больше вероятно. Вот только что?
        - Ладно, ничего не поделаешь, - сажусь на кровать, безысходно развожу руками. - Тебе как больше нравится? Должен признать, что у меня очень богатый опыт в… хм…
        Акане в замешательстве моргает. Я пользуюсь случаем и бросаю в нее подушку.
        Она реагирует быстро, отбивает ручкой, но мне этого достаточно. Я уже стою позади нее, стоически терпя боль в сведенной от резкого движения мышце. Краем глаза вижу, как красные трусики уходят в углубление, не сильно-то скрывая округлые формы. Да уж, белье здесь получше Варгоновских. Удивительно. Это же целая наука по охмурению мужчин.
        - Ну так что, чья это затея? Не верю, что отец тебя отправил.
        Акане, виляя бедрами, подходит к кровати, срывает с нее плед, накрывается. Разворачивается, садится на кровать. Теперь ее губы трясутся, а щеки горят огнем. Но она говорит без запинки:
        - Это моя затея, Киба-кун.
        Становлюсь серьезнее, подбираю кимоно, подхожу к ней ближе, прислушиваясь, нет ли кого за дверью. Если сейчас сюда ворвутся Джуны, мне конец.
        - Оденься, Акане, - передаю одежду. - И расскажи, что происходит.
        Время: 00:23
        Я стою. Акане одетая сидит на кровати и уже без всякого стеснения смотрит на меня. Мы перешептываемся.
        - Понятно, - тихо вздыхаю.
        Ладно, должен признать, что я не учел детскую глупость. Бывают арифметические задачи, которые ребенок решает за доли секунды, но королевский казначей будет думать неделю. Вот и сейчас я с этим сталкиваюсь лбом.
        История банальна до безобразия. И встречался я с этим чаще, чем хотелось бы.
        Пять лет назад Хидан сосватал Акане Мацуо семье Ито. По традиции Джунсиначи, влиятельные семьи перед браком обмениваются на время своими наследниками. В случае с Ито, они отдали семье Мацуо своего наследника Саске Ито три года назад. Того самого, что чуть не переломал мне все кости в додзё.
        И вот настала очередь Акане. Она скоро заканчивает обучение в Новой Эре и отправляется далеко на восток. Там и обитают большинство азиатских семей, не имеющих права покинуть российский кластер из-за обучения в Исталских школах.
        И так уж получается, что Саске Ито не нравится Акане. Точнее не так. Он вызывает у нее такое отвращение, что от одной мысли, что ей придется раздвигать перед ним ноги, она думает о харакири. Но Акане придумала план лучше: много лет откладывала деньги и сейчас решила организовать свое изгнание из клана.
        - И чем бы тебе грозило, если бы ты переспала со мной?
        Акане неотрывно смотрит мне в глаза. Но розовыми щечками меня не обманешь.
        - Меня бы изгнали из семьи и клана. И тогда семья Ито точно отказалась бы от меня. Но… отец долго бы расплачивался за этот позор.
        - Я не про это. Что сделали бы со мной?
        Вот теперь Акане опускает голову.
        - Ничего, если бы не узнали. Мне нужно просто… лишиться… ну… дев…
        - Девственности.
        «Великолепный план, Уолтер. Просто охеренный, если я правильно понял. Надёжный, как швейцарские часы».
        Усилием воли выбрасываю мусорные цитаты из головы. Акане отворачивается, смотрит в сторону:
        - Я не хотела с кем попало… Я долго решалась. Я хотела с тем, кто мне нравится. Сегодня узнала о твоей уникальной направленности и подумала, что может отец пощадит тебя, если об этом вдруг узнают. Но я бы ни за что не сказала. Прости… Киба-кун…
        Что ж, лет семьдесят назад я бы может и наплевал на осторожность, наказав за глупость эту девку. Накрутил бы водопад черных волос на кулак, грубо сорвал бы с нее все брендовое белье, оставляя красные полосы на белой коже. Потом прижал к стене, выгнул бы ее гибкую спинку до предела…
        Но не сейчас.
        - И ничего умнее ты не придумала? Знаешь, что такое огурец? Ну или морковка? Тебе двадцать один год.
        Акане надувает щеки, смотрит на меня с вызовом, шипит:
        - Да за кого ты меня держишь?! Как я потом буду с этим жить?
        Держите меня семеро. Саркастически закатываю глаза.
        Смотрю на время на настенных часах. Уже первый час. Если Акане уйдет сейчас, то тени точно заметят, что она где-то шлялась ночами.
        - Останешься у меня до утра. Рисковать и лишать тебя девственности я не собираюсь.
        Тысячу лет живи и столько же удивляйся человеческой глупости. Огурец, гниль подземная ее побрал. Руками значит себя натирать можно, а засунуть пальцы поглубже нет? Ненормальные фанатики.
        Акане розовеет, ерзает на месте. Качаю головой.
        - Почему твой отец все время называет меня сыном Кибы Рио? Это как-то связанно с той родственностью, о которой ты говорила?
        Акане не сразу отвечает, мелькает бархатным частями своего идеально тела.
        - Эмм… Киба Рио - двоюродный брат моего отца. Семья Киба - не такая как Мацуо, но тоже весьма влиятельна на востоке. Вот только твой отец смешал свою кровь с гайдзином - иностранкой. Поэтому был изгнан с позором из семьи и клана.
        Вот это поворот. Но, судя по всему, замка мне все равно не достанется. Даже будь я хоть десять раз последним наследником - я грязнокровный. А значит просто мусор для семьи Джунсиначи. Семья Киба скорее массово вспорют себе пузо, чем признают меня. Да и чего уж говорить. У меня еще есть брат и сестра. Так что, как говорится, «встаем в очередь».
        - Получается мы с тобой…
        Акане становится совсем пунцовой.
        - Угу, Киба-кун, я твоя троюродная сестра.
        Пожимаю плечами. Вполне себе чужой человек по меркам отдаленной деревни Варгона.
        - Вам можно спать со своими родственниками?
        - Н… нет… Но… бывает… Не в этом… дело…
        И мнется. Вот даже не знаю, умиляться это девичьей простоте или разочароваться глупостью? А ведь как дело доходит до всяких умных разговоров и интриг, то Акане становится совершенно другой. Как и я говорил, молодые аристократы часто в делах своих мастера, а в постели дети. А тут еще и клан фанатиков за чистоту крови. Комбо, как говорит мой брат.
        - И почему ты говорила, что нам конец, если об этом узнают? Твой отец явно знает.
        - Ну-у… Потому что ты…
        Тук… Тук… Тук…
        Я подпрыгиваю к Акане. Не церемонясь наваливаюсь на нее всем телом, прижимая спиной к кровати, зажимаю ей рот рукой, замираю, шепчу на ухо:
        - Даже не дыши…
        Чувствую приятную мягкость и теплоту. Ее формы, теплое, учащенное дыхание, и цветочный аромат. Она очень хорошо привела себя в порядок, прежде чем явиться.
        Слышу чье-то равномерное сердцебиение. Медленно поворачиваю голову. Тень за порогом в мою комнату сгущается.
        Кто-то останавливается у двери. Кто-то… очень тихий. Настолько, что я слышу только его сердце.
        Теперь удары сердца отдаляются. Словно бы паук по двери ползёт вверх, к потолку…
        Кровать под нами слегка скрипнула… Акане не выдерживает давления, громко выдыхает носом.
        Гниль подземная! Вот не могли мне выделить японский матрас на полу!
        Сильнее прижимаюсь к троюродной сестре. Обращаю внимание, что нахожусь между ее раздвинутых ног. Кимоно задрано ей на талию. Не будь я в джинсах, то почувствовал бы много больше.
        Дрянь. Если сейчас нас спалят в такой позе…
        Сердцебиение снова меняет направление. Тень спускается. Ручка двери дергается…
        Плохо. Все чертовски плохо…
        Тихо шепчу:
        - Я разберусь. Ни звука. Или нам обоим конец.
        Встаю, уже не пытаюсь вести себя тихо, хватаю пакет со своими скромными пожитками. Кидаю туда разбитый телефон, иду к двери. Нащупываю в кармане джинсов пулю Сэма. Хорошо, что Джуны такие брезгливые и просто сложили мои рваные шмотки в мешок. После происшествия в лесу, я уж думал, что все - потерян мой компромат. Но нет. Шиила мне благоволит, удалось вернуть пропажу.
        Только теперь без понятия нужен ли мне этот компромат, потому что неизвестно выжил ли Сэм после нашего маленького приключения в лесу.
        Напоследок оборачиваюсь, смотрю на Акане. Она так и лежит на кровати, смотрит в потолок, расставив ножки в стороны.
        Заставляю себя не заглядывать куда не надо, проворачиваю замок. Жду…
        Удары сердца удаляются…
        Выхожу в коридор. Закрываю за собой дверь. Полумрак. Никого нет. Осматриваюсь.
        Так…
        Ладно.
        Спокойно…
        Мне надо вести себя, как ни в чем не бывало. Я знаю, что тень здесь. Чувствую ее каждой клеткой. Слышу сердце. Очень неприятное ощущение. Словно рядом с тобой дух умершего, шепчущий на ухо, что скоро твой черед…
        - Добрый вечер, уважаемый гость, - звучит сухой голос за моей спиной. Если бы я не слышал сердцебиение, то точно был бы застигнут врасплох.
        Но я все равно устраиваю настоящее представление. Подпрыгиваю от страха, кричу, округляю глаза, разворачиваюсь, машу руками.
        - Успокойтесь, ува… успокойтесь, пожалуйста.
        Японец в черном с двумя мечами за спиной. Только снял с себя маску. Наверное в знак уважения к уважаемому гостю.
        Напоследок я наваливаюсь на него, чуть ли не обнимая. Он с выраженным нежеланием поддерживает меня, как целитель поддерживает душевнобольного.
        - Вы успокоились, уважаемый гость? Это всего лишь страж семьи Мацуо. Прошу прощения, что так вас напугал. Впредь я буду более… чутко относиться к вашей натуре.
        Учащенно дышу, показательно вытираю лоб, отстраняюсь от человека. Он смотрит на свои черные перчатки, будто пытаясь разглядеть на них грязь.
        - Вы… вы… Испугали меня.
        Мужчина с приплюснутым носом лет под сорок смотрит на меня с недоверием. Видимо в курсе моих проделок. Что ж, совсем скоро я больше не смогу прикидываться слабым, немощным и испуганным. Рано или поздно, это должно было произойти.
        - Как я и сказал, простите за это. Так куда вы собрались в столь поздний час?
        Ниндзя. Точно. Наконец-то я вспомнил это слова. Так их называют.
        Голос этого человека настолько сух и безэмоционален, что я невольно морщусь. Не нравятся мне такие голоса.
        - Просто решил прогуляться. Голова болит. И я люблю ночь.
        Небольшая пауза.
        - Могу я как-то отговорить вас, уважаемый гость? Мацуо-сама желает видеть вас в своей комнате до утра. У нас не принято ходить ночами.
        - Передайте, Мацуо-сама, что для меня большая честь находиться в его доме, но я все таки свободный человек.
        Воздух тяжелеет. И этот сухой голос делает атмосферу еще напряжённее.
        Разворачиваюсь, делаю шаг вперед, но на мое плечо ложится рука в черной перчатке:
        - К сожалению, уважаемый гость, время и правда позднее. Стражи не позволят вам гулять на территории особняка Мацуо. К вам подойдет каждый из них и ваша прогулка будет не такой успокаивающей, как вы рассчитываете. Пожалуйста, останьтесь. Утро вечера во все времена мудренее. И завтра вы прогуляетесь где хотите.
        Ниндзя резко оборачивается и смотрит на дверь. У него либо какое-то шестое чувство, либо ни у одного меня хороший слух в этом мире. Поэтому Акане осталась лежать на кровати? Она не двигалась, потому что знала, что ее могут заметить? Ночная жизнь в особняке Мацуо совершенно другая. Будто своя игра, которую я еще не до конца понимаю…
        - У вас гости в столь поздний час? - сухо спрашивает он, не отрывая взгляда от двери.
        Пытаюсь различить по его сердцебиению хоть что-то. Но удары равномерные, дыхание глубокое. Он ведете себя так, будто спокойно читает книгу или спит. Его сердце на уровне спящего. Такого можно добиться только непростыми тренировками.
        Страж подходит к двери, кладет руку на дверную ручку.
        - Никого там нет, - морщусь я. - Я вроде бы все еще ваш уважаемый гость и мне не нравится, что вы так нагло вторгаетесь в покои, которые мне выделил Мацуо-сама.
        Наверное, японец считает, что я не услышал его легкий пренебрежительный смешок.
        Он разворачивает голову, кланяется:
        - К сожалению, это мой долг. Я смиренно прошу прощения, если это задело вашу… честь.
        Да уж. Это мягко выражаясь.
        - То есть вы открыто признаете, что плюете на мою честь?
        - Что вы, как можно, - улыбается ниндзя и… тянет ручку двери на себя.
        ВЖИИИИИКХХХ!!!
        Звук натягивающейся струны звучит громче, чем я ожидал. Я скрещиваю руки перед своим лицом, мои сжатые кулаки трясутся. От самодельных колец на средних пальцах обоих рук тянется невесомая, прозрачная нить. Лишь свет луны и запах мяты говорит, что это когда-то была зубная нить.
        Было непросто незаметно набросить невесомую петлю на шею дворецкого, когда я устраивал концерт с испугом. Но я уже успел адаптировать несколько своих прошлых хитростей под это хлипкое тельце.
        Дворецкий дергается так стремительно, что я всем телом чувствую сопротивление. Но он сразу же замирает на месте. Вокруг его шеи, по окружности проявляется подтекающая кровью полоса.
        Улыбаюсь своей самой зловещей улыбкой, тихо произношу:
        - Сегодня очень красивая луна, не правда ли?
        Перестаю улыбаться, говорю еще тише:
        - И под этой луной ты умрешь сразу же, как только обесчестишь меня. И я объясню Мацуо-сама, почему мне пришлось так поступить.
        Глава 5. Сумма достижений
        НЕСКОЛЬКИМИ ЧАСАМИ РАНЕЕ.
        Стою у окна в своей комнате, смотрю на небо. Луны почти не видно. Да и выть на нее, слава Шииле, не хочется. В Варгоне были фанатики, которые считали спутники планеты своими богинями. В полнолуние наряжались в волчьи шкуры и выплясывали ритуальные пляски, завывая.
        Ичиро говорил мне вернуться в это время в лабораторию, чтобы провести испытания, так как моя сумма работает в ночное время. Но я не пошел. И хорошо, что никто не стал меня туда конвоировать силком. Прежде чем лишний раз подставляться под чужую аппаратуру, я лучше попробую прочувствовать все сам.
        Итак, по каким-то немыслимым законам мироздания, отраженная от луны энергия солнца воспринимается моим сосудом лучше. И судя по всему, зависит это от размера самой луны. В новолуние все плохо, в полнолуние - наоборот. И сейчас от спутника Земли светит лишь маленький полумесяц, поэтому что-то прочувствовать получается с трудом.
        Юная растущая луна? Так вроде это называется. А пару дней назад было новолуние и спутника Земли вообще в небе не было видно.
        Кап…
        Кап…
        Факт первый: мой сосуд суммы протекает даже ночью. За двенадцать часов из сосуда уходит половина суммы, независимо от ее количества.
        Интересно еще то, что когда неодаренный пробуждается, то его сосуд полностью заполняется маной. Как вакуумная комната, в которой прорвалась дыра. Поэтому Сэм в лесу паниковал, что нас найдет Выходец, умеющий чувствовать сумму. У меня там раскрылся сосуд и заполнился маной в пятьдесят единиц. Для сравнения, у покойного Дэна и Вальта Дарена - семерки. Но пробудились они тоже с полными.
        Именно поэтому у пробужденных намного дешевле проводить тестирование пока они чуть ли не светятся суммой. Насколько я понял, в школе пробужденных тестируют, а потом опустошают им сосуд. А то «трехлетке» опасно давать заряженный пистолет.
        И вот после того, как пробужденный опустошит свой сосуд, его начинают обучать. Количество вмещаемой в сосуд маны медленно и лениво растет в зависимости от стараний пробужденного. Например, сегодня у него максимум единица. Через год тренировок уже две. И так далее… Да, это очень муторный и тяжелый процесс. Большинство одаренных не дотягивают и до десятки, даже если сосуд вмещает полтинник.
        Меня же никто не опустошал. Я сам прекрасно справился - за два дня протечки во мне осталось ну может единиц десять, судя по ощущениям.
        Поэтому я игрался с ней, как мог…
        Сначала получилось просто выдавить из сосуда сумму. Это оказалось не так уж и сложно. Есть даже некоторые сходства с управлением эфира. Но лишь поверхностные. Правда толку от этого никакого. Да и особо видимых результатов не дало. Никакой сияющей ауры или огненных рук. Сумма - невидима. Хотя нет, не так. Человеческий глаз не воспринимает сумму, как нечто, на что можно посмотреть.
        Факт второй: Мой сосуд не протекает, когда я сплю. И это значит, что я смогу пополнять сумму во сне, как все.
        Тереблю зубную нить в руках. К пальцам липнет, пахнет мятой. С некоторым огорчением смотрю на маленький кусок луны, понимая, что завтра от моей суммы ничего не останется и придется заниматься интенсивными тренировками, чтобы вернуть лишь малую часть того, что у меня сейчас есть.
        Я уже потратил несколько единиц суммы, выдавливая ее в бумагу. Не то чтобы удалось сделать что-то особенное, но цвет листка точно поменял. Кажется, он стал чуть краснее.
        Уже прогресс. Еще чуть-чуть и я захвачу мир.
        Думаю, на чем бы еще однородном потренироваться. Читаю состав зубной нити. Натуральный шелк. Надо же. В Варгоне тоже есть шелк, и производят его из нитей черного паука-шелкопряда. Очень прочная нить, удобная. Никто там не додумался ковыряться ею между зубами. Но она часто использовалась для… особых целей.
        Натягиваю… прочная. Накручиваю на кулаки, не могу порвать. Чуток надгрызаю и… она рвется. Нет, варгоновские шелковые нити намного прочнее. Теми можно легко задушить человека. Даже не задушить, а… хм… ну ладно, это слишком кровавые моменты моей жизни.
        Шиила любит нити. Их переплетения и отблески. Во всех смыслах.
        Пробую усилить суммой зубную нить. Точнее, просто комкаю ее, кладу на стол, накрываю ладонью. Концентрируюсь, стараюсь сформировать в подсознании, что все реально лишь под взглядом смотрящего. Первая мантра неофита плетений эфира. Вряд ли это сработает, но бумага же как-то поменяла цвет, верно?
        Убираю ладонь, рассматриваю.
        Интересно. Нить стала почти прозрачной и потеряла мятный запах. Эффект получился лучше, чем с бумагой. Либо мне везет, либо есть что-то общее у суммы с эфиром. Если представить сумму водой в кувшине, то эфир - это облака в небе. Вот только вода испаряется и превращается в эти облака…
        Верчу нить и так, и сяк, натягиваю. Под напряжением нить сразу же возвращает свои свойства. Белая, пахнет мятой. Пытаюсь порвать. Не получается. Пытаюсь надгрызть… не получается. Через пять минут я все же смог ее порвать. Прочность оказалась временной.
        Совершенно хаотичный результат, но все же результат. По ощущением я потратил на этот эксперимент целых три единицы из десяти оставшихся. А ведь уже завтра мой максимальный запас суммы тоже будет равняться тройке, если не меньше. И повторив этот трюк с нитью я превращусь в яблочный кисель.
        Но в перспективе можно этим воспользоваться.
        Наматываю нить на кулак.
        Такая удавка называется гаррота. Обычно используют не нити, а цепи или веревку потолще. А вот всякие струны нужны, чтобы убить показательно и кроваво. Зато наверняка. Достаточно накинуть петлю на голову, как любой противник убьет себя сам, если начнет дергаться.
        Рассматриваю скромный интерьер комнаты, подхожу к окну, становлюсь на подоконник, отрываю от вычурного карниза кусок проволоки, служащий каким-то странным украшением. Наматываю на пальцы, привязывая концы нити к этим самоделкам. Перекидываю саму нить через спину, вдоль рук.
        Что ж, попробуем еще раз.
        Минут десять я делаю то, что кажется «запитыванием предмета». Недостаток остаточной суммы над постоянной - я не смогу поддерживать крепость нити в бою. Мне нужно будет заряжать ее заранее.
        Нить опять становится прозрачной…
        Еще минут десять тренируюсь манипулировать самодельной гарротой на кольцах.
        Слышу сердцебиение, в дверь стучатся…
        Эту походку я знаю. Акане, собственной персоной. Во имя Шиилы, что ей надо так поздно?

* * *
        27 октября 2022 г.
        Четверг
        Время: 06:13
        Едем в лимузине Джунов по МКАДу. Нажевываю зубочистку, смотрю на Акане, сидящую передо мной. Ее бледные щеки не покидает розовизна. Она смотрит в окно, глаза расфокусированы, погрузилась в себя. Она будто считает октябрьские капли, стекающие со стекла, а не любуется серыми московскими окраинами.
        Откидываюсь, вспоминая события этой ночи. Когда я набросил петлю на голову ниндзя, то через пару секунд их перерубил его напарник, швырнув наэлектризованные сюрикены. И ведь с такого расстояния, что я даже сердца не слышал.
        Если бы я хотел его убить, то конечно же, убил бы. И они это поняли, когда скручивали меня и вели к Хидану. Акане, кстати, под шумок выпрыгнула из окна и смогла проскользнуть по дворам в свою комнату.
        Хидан долго допытывал меня вопросами «какого хера», и, судя по всему, не до конца поверил моим отмазам, но вид все же сделал. Ниндзя извинился передо мной, низко кланяясь, я пообещал, что если буду пребывать в особняке Хидана в будущем, то не буду шататься по нему ночами. Учитывая, что это уже второй раз, то третий со мной будут менее культурными. Хидан намекнул мне, что Джунсиначи днем и ночью - разные. И ночи они оберегают фанатично.
        - Ну? - говорю Акане, и та дышит учащеннее. - Так и будешь молчать? Рассказывай про опасности нашей родственности.
        - Киба-кун… слушай… прости меня. Ты правда мне поможешь?..
        - Зависит от твоего поведения.
        Еще немного детских пререканий и нытья, и Акане наконец рассказывает страшную тайну семьи Киба. Бывшая малоизвестная семья Джунсиначи, где главой был Киба Рио - мой отец, обитала в восточной части российского кластера. На границе с Китаем. Там сейчас хоть и территория Исталов, но половина обитателей - азиаты.
        Хидан однажды рассказывал Акане про это родственное ему семейство. О том, что они предатели, где глава влюбился в гайдзин и сделал от нее троих детей. Джуны узнали об этом и просто изничтожили семью Киба, расформировав их бойцов, половина из которых, как говорят, сделали харакири, не выдержав позора своего дайме - главы семьи. Сам Киба отказался от очищения позора и сбежал на запад - в Москву, где со временем затерялся.
        И вот Акане слышит эту фамилию, приводит меня домой, не сообщив отцу. Как я понимаю, она девушка с характером и часто протестует против решения сосватать ее за Саске. Хидан сразу понял, кто я, поэтому и устроил тогда показательное воспитание дочке и мое избиение в додзе. Специально выставил против меня жениха Акане… Но обернулось все не так, как он хотел. Меня не избили в сопли и с позором не вышвырнули. Наоборот. Я произвел впечатление на остальных.
        А опасность быть Киба вполне понятна - я позор Джунов и неизвестно, когда кто-нибудь из них узнает меня и решит реализоваться за мой счет. Акане может достаться если кто-то сообразит, что я из позорной семьи. Хорошо хоть не сильно известной. И мать это знала. Вот почему она тогда так нервничала. Но почему только не рассказала мне? Почему держала в тайне, что отец у нас обычный предатель Джуновых традиций? Наверное, потому что дети болтуны и разболтали бы кому-нибудь «по секрету».
        Время: 07:53
        Подъезжаем.
        - Думаешь, Сэм в порядке? - взволнованно смотрит на меня Акане. - Я не могла ему дозвониться…
        Пожимаю плечами:
        - Может мертв.
        - Это… ужасно. Вы хотели спасти меня… Надеюсь, ты ошибаешься, Киба-кун.
        Останавливаемся, выходим на остановке.
        Шум, шум…
        Опять шум. К гомону добавились еще звуки перфораторов. Школа кипит жизнью и застройкой. Я сразу же заметил строительные леса где-то у восточного крыла. Вижу несколько куч строительного мусора. Разорвало тут неплохо. Но недостаточно, чтобы считать, что школе сильно досталось, и можно отменять занятия на несколько недель. На следующий же день всех учеников вернули.
        Спрашиваю Акане, знает ли она что вообще произошло в понедельник. Почему школу разорвало в момент, когда появились выходцы. Она лишь качает головой.
        Идем с Акане через толпу. Нас замечают, становится чуть тише. Слышу перешептывания:
        - Это он?..
        - Да…
        - Серьезно? Этот тощик убил главу…
        - Тс-с-с, дура, если он тебя услышит…
        - Говорят, это он убил в лесу того силача…
        - Вполне может…
        Если в первые дни я был лишь тенью, и мало кто обращал на меня внимания, то сейчас ученики, не особо церемонясь за свой авторитет, расступались перед нами. Больше всех старались беляки. Но не все это делали со страхом. У многих горели глаза… То ли уважением, то ли любопытством. Сейчас многие из них думали… Он же такой же, как я. Так почему я такой, какой есть. Смог он, смогу и я.
        Чувствую на себя взгляды беляков. Кто-то, не стесняясь, идет за нами. То ли из любопытства, то ли для того, чтобы что-то сказать. Многие из них пострадали из-за Новой Силы. Их близкие и родственники.
        Замечаю в толпе группу новусов. Подхожу. Акане качает головой, идет дальше. Ей нельзя подходить к этим людям.
        Они стараются делать вид, что не замечают меня, но потом один из них, полноватый в очках, оборачивается:
        - А, Константин. Привет. Чем обязаны?
        - Как Сэм? - спрашиваю я.
        - Ты про Блэка? Да нормально. Завтра, говорят, оклемается. Поломался сильно, но ласточка справится. Надеюсь, это его не подкосило. Больно уж интересно будет посмотреть на ваш поединок.
        Киваю, выискиваю силачей неподалеку. Вижу четверых очень нервных и дерганных. Они постоянно оглядываются, будто боясь, что их пырнут в спину.
        Улыбаюсь, иду к ним. Ну и рожи… Они чуть ли не суммой прокачивают свои ноги, чтобы те непроизвольно не дали деру. Хотя вон тот толсторукий смотрит на меня с вызовом. Мол, если я смогу сейчас убить этого дрища, то может стану новым главой новой силы. Или что-то подобное, судя по тупой свинячьей роже.
        Сую руки в карман, подхожу. Силачи молчат, переглядываются, смотрят на меня, переминаясь с ноги на ногу. Замечаю среди них довольного ухмыляющегося Вадима Тернова. Он одет уже, как беляк и слегка кивает мне.
        - Ну что, парни? - добродушно улыбаюсь. - Говорят, все плохо в ваших рядах.
        Толсторукий в тельняшке с недобрыми глазами отвечает:
        - Еще говорят, что не без твоей помощи, Киба. Давай без выежона, это ты убил его? Или это все брехня?
        Обращаю внимание, что несколько силачей с опаской смотрят мне за спину - в толпу беляков.
        Киваю:
        - Главное - не что говорят обо мне, а что о вас. Слышал, что у вас проблемы теперь с трудоустройством.
        - В смысле? Тебе-то что?
        Выплёвываю в ноги толсторукому зубочистку, улыбаюсь. Силач играет скулами, но не нападает. Его дружки переглядываются.
        - Хочу вас нанять. Будете теперь подо мной. И так уж и быть, не придется вам дохнуть до конца обучения. Или уже забыли, что я обещал? Никто из вас не доживет до его конца…
        - Сдурел? - делает шаг навстречу мне силач, но на него сразу же налегают свои с криком «эй-эй! Нет! Придурок, что делаешь?!»
        - Да отпустите вы! Ссыкуны траханные! Вы правда верите, что он это провернул?!
        Силачи поумнее остервенело кивают. Еще бы они не верили. Один раз - бывает. Два раза - случайность. Три вилки в глазницах - уже статистика. Рад, что среди силачей есть те, кто понимает это.
        Вадим подходит ближе:
        - Сколько платишь?
        - Те же деньги, что вы получали в клане. Сначала испытательный срок - месяц. Будете делать то, что я говорю. Бесплатно. Если справитесь, оплачу эти дни. Нет - проваливайте. И чтобы я больше не видел на вас спортивной формы. Передайте всем. Константин Киба из группы «Тринадцать-Б» наймет всех ушедших из клана силачей. Остальные пусть не забывают, что я обещал Дэну…
        - И че мы будем делать? - спрашивает Денис.
        - Как всегда, - улыбаюсь шире я. - Избивать, убивать, грабить, запугивать, шантажировать, крышевать и насиловать. Только тех, кого скажу я. А вечерами будете замаливать грехи перед Буддой. Зависит от моих хотелок.
        - Да ты аху!..
        Бам!
        Один из силачей вдарил по челюсти буйного с такой удалью, что тот сразу же закатил глаза и свалился на землю. Он уставился на меня и тупо улыбнулся, пожимая плечами. Мол, рука сорвалась. Остальные силачи окружили лежачего, заслоняя его от камер. Чтобы стражи не набежали.
        - Мы подумаем, хорошо? - нервно улыбается бойкий силач. - Ты тока не дергайся сам, лан? Мы поняли, что ты дерзкий. И нам этот клан нах не нужен - за него головой на столы ложиться. Твое слово передадим всем, кому надо.
        Киваю, разворачиваюсь, иду в толпу беляков, половина из которых не стесняясь пялится на то, что происходит.
        - Жду всех завтра, за школой! - повышаю голос. - В шесть тридцать. Кто придет - с теми сработаемся. Остальных я предупреждал.
        - Принято, - коротко отвечает мне в спину силач.
        Акане все это время ждет меня, с азартом говорит:
        - Ну даешь, Киба-кун. Думаешь получится?
        - Недовольные будут. Они всегда есть.
        - Ох, в опасное ты дело влезаешь, Киба-кун. Силачей много кто не любит. И вроде, как только от них избавились и вот снова, уже под новым хозяином.
        - Поэтому мне и нужны беляки. Они очень неплохо разбавят этих уголовников, и на меня не будут смотреть, как на очередного бандита. Да и сами беляки будут восторге, что те, кто их донимал, теперь их защищают. Я даже прикажу нескольким хулиганам стараться усерднее. Но кто вступит в мой белячий клуб - тех трогать не будем. Мало того, их оставят в покое и даже извинятся. Но вот если они решат покинуть клуб или будут изгнаны, наши хулиганы снова включат школьных террористов.
        - Это… может сработать, Киба-кун. Хоть метод и… жестокий.
        - Такова жизнь, - пожимаю плечами. - Нельзя удержать людей на одном кнуте или пряниках. Нужно маневрировать.
        - Откуда ты это знаешь? Тоже из интернета?
        - Конечно. Знала бы ты, что есть в даркнете, - многозначительно улыбаюсь, и Акане краснеет.
        Да, с порно в официальном интернете пять кланов борются нещадно. Владельцев серверов с порнухой частенько приговаривают к смертной казни.
        Заходим в школу, останавливаемся перед сумма-детектором. Страж переводит глаза на меня:
        - Проходим, не задерживаем очередь.
        Что ж, тут ничего не поделаешь. Детектор суммы хранит в себе данные всех учеников. И сейчас он меня спалит.
        Прохожу и сумма-детектор пищит, показывая цифру… четыре.
        - Стоять! - останавливает страж очередь, подносит рацию к губам: - У нас тут пробудившийся. Константин Киба «тринадцать-б». Направляйте группу.
        - Так-так-так, - слышу за спиной знакомый голос. Оборачиваюсь.
        Элеонора улыбается очень многообещающей улыбкой. Акане щурится:
        - Киба-кун, я пошла. Занятия скоро, - она косится на грудь Элеоноры, морщится, проходит через сумма-детектор, который показывает цифру восемь.
        Учительница подходит ко мне ближе:
        - О-о-о-очень интересно, Константин. Даже не представляешь, насколько, - подмигивает обтянутая латексом красотка и сразу становится серьезной.
        Глава 6. Подготовка
        Сижу на табурете. Предо мной стол. Два серьезных и незнакомых мне мужика смотрят на меня. Между ними Элеонора.
        Тишина…
        - Так и будете на меня пялиться? - первым не выдерживаю я.
        - Вы посмотрите на него. Каков наглец. Ничего не боится, - кривится свиноподобный мужчина с глазами повидавшего хаос. Если бы не элегантный смокинг, то я бы наверное подумал, что восстание демонов началось.
        Элеонора слащаво улыбается:
        - Еще бы. Вся школа о нем только и говорит. Новая звезда.
        Другой мужчина - определенно коллега демона или, в лучшем случае, его младший брат. Только похож на козлоподобного демона. Острые черта лица, узкие глаза и, разве что не текущая ядовито-зеленая слюна.
        Ну вот, три члена какой-то комиссии не выражают ко мне никакой любви по причине того, что я «звезда». Вроде взрослые люди. Я бы, конечно, мог и покультурнее, но за две недели в этой школе понял, что тут можно выговариваться даже с учителями. Все равно тебя не отчислят. Так что я решил сегодня разгрузить разум и душу и говорить, что думаю, а не наоборот.
        Иногда можно и понаглеть. Не всё же сюсюкаться с этими детьми, считающими, что ребенок тут именно я.
        - Ты бы зубочистку выкинул свою. Что за неуважение к комиссии? - блеет «козел».
        - Навесил всем лапши на уши, и думает, что все можно, - хрюкает «боров». - Молодёжь. Не умеют быть скромными. Каждое поколение все хуже и хуже.
        Не отвечаю, перемещаю зубочистку на другую сторону. Они перестанут болтать уже?
        - Ладно, коллеги, - хмурится Элеонора. - Давайте не будем сотрясать воздух. Константин, ты нарушил пункт три договора между тобой и школой. О пробуждении за территорией школы необходимо сообщить в течение пяти часов.
        Пожимаю плечами:
        - Как-то не получилось. Пара сломанных костей и перебитых органов помешали.
        - Где справка от лечащего доктора? - чешет мерзкую бородку «козел».
        - У Джунов забыл. Они обещали выслать к вам ниндзя, - зеваю, - чуть позже.
        - Да что с ним говорить? - краснеет «свин». - Вычтем оставшиеся очки влияния и пусть идет на отработку…
        Зеваю.
        Козлоногий бьет ладонью по столу:
        - Хватит! Отправить его на отработку! Элеонора, завтра же с утра вы лично это проконтролируете! Тоже мне, пуп земли! Наглец!
        - Я могу идти?
        - Конечно, - томно улыбается Элеонора, - нет. В соответствии с подпунктом два пункта три договора между тобой и школой, ты был обязан сообщить школе о своем пробуждении, и немедленно явиться на тестирование. Ты не сообщил, а значит будешь обязан возместить школе стоимость твоего платного тестирования.
        - О, чуть не забыл, - вяло радуюсь я, доставая папку из сумки. - У меня же есть документы, заверенные нотариусом и подтверждающие, что я проходил тестирования в аккредитованной лаборатории семьи Мацуо из клана Джунсиначи.
        Демоны переглядываются, свинина хрюкает:
        - А что ты тогда тут с нами в игры играешь?! Сразу сказать не мог?!
        Не отвечаю, встаю, кладу папку на стол комиссии. Элеонора открывает, морщится. Видно, что ей не нравится, что происходит. На самом деле, не обязательно тестировать в школе. Можно сделать это где-угодно и в соответствии с этим идти на спецкурсы школы. Ну и разумеется, таким образом мухлюют богатеи, которые хотят скрыть свои направленности от исталской школы.
        Учительница перелистывает папку:
        - Две направленности значит. И вроде весьма неплохие. Предметная и тела.
        Элеонора переводит на меня подозрительный взгляд. Я улыбаюсь. Мол, обломитесь. Не поставить вам меня на свой учет.
        Хотя… я и так стою на учете, только у Джунов.
        Спустя полчаса расспросов и воспитания, мне все же назначили отработку за то, что я не сообщил вовремя о своем пробуждении и не предоставил справку с уважительной причиной для этого. Давно хотел посмотреть, что это за отработки такие. Вот завтра и проверим. Обычно на них отводят старшеклассники, но я же звезда - Элеонора лично вызвалась завтра на рассвете сопроводить меня вместе с еще одним провинившимся. А еще свиноподобный напомнил, что мой поход к психологу все еще обязателен. Заместитель директора лично проконтролирует это в конце недели.
        Последняя новость меня не удивила. Каждый пробудившийся на первом этаже имеет право подняться на второй автоматически.
        - Отказываюсь, - сухо говорю я.
        - В смысле? - выпирает жирок, похожий на подбородок, свинья.
        - Насколько я помню, правила школы говорят, что окончательное решение о своем досрочном повышении принимает сам ученик? Так вот, я пока отказываюсь идти на второй этаж. Хочу пройти весь начальный курс.
        - Э, и причина?
        Развожу руками:
        - Как всегда. Темные и мутные делишки.
        Козел фыркает.
        Смотрю на Элеонору:
        - Может, хоть вы скажете, что произошло в школе? Что за взрыв?
        - Несчастный случай, Константин. Это дела школы.
        Ясно. Опять тайны.
        А если по-честному, то я из-за личных хотелок отказываюсь от повышения. Беляки увидят, что я, их защитник и лидер, держу свои слова. Мало того, ради них добровольно остался на первом этаже, хотя пробудился. Если я этого не сделаю, то они посчитают меня пустотрепом. Пока был, как они, неодаренным - обещал горы золота. А как только попал в высшую касту - кинул их. Знаю многих глупцов, которые по жизни были никем, общались с себе подобными, пользовались ими. А потом получают власть и уходят вверх, по головам тех, с кем делили совсем недавно хлеб. Это большая ошибка. Нужно хотя бы месяцок показать белякам, что я с ними, несмотря ни на что. И полученные возможности не повод лидеру их бросать. А потом потихоньку, помаленьку. Они даже не заметят. Но отношение будет совершенно другое.
        А еще нужно тогда будет найти кого-нибудь, кто поделится конспектами и обучит контролю за суммой, пока я на первом этаже. Не хочу терять время на бессмысленных занятиях по старой истории и математике. Интересно, тут есть индивидуальные занятия? Я бы не отказался от таких с некоторыми учителями.
        Улыбаюсь Элеоноре, и она отворачивается, не выдерживая моего взгляда.
        Время 10:11
        Выхожу из конференц-зала на пятом этаже.
        Мой плотный график становится еще плотнее. И потнее. Смотря с какой стороны посмотреть. Отработка, потом поединок с Сэмом, если он не передумал, что вряд ли. А потом еще и встреча за школой с народом.
        И вот сейчас проигрыш Сэму становится еще более нежелательным. Если пару дней назад я и не парился, то сейчас к себе привлек внимание достаточного количества идиотов, которые посчитают мое поражение признаком слабости.
        И тут ничего не поделать. Мир полон идиотов. И часто перед ними приходится кривляться так, как нравится им. Они не видят смысла между строк, не могут различить хитрых намеков и не замечают элегантных моментов в дворянских интригах. Им плевать, что король сверг десять наследников вражеских государств, предотвратив мировую войну. И никакие слова не убедят их в гениальности планов государя, пока на их столе нет хлеба.
        Хлеба и зрелищ. Изучая историю этого мира, я узнал про Римскую империю. Великая эпоха. Гениальная по тем временам нация, где один из инструментов власти - хлеб и зрелище для народа. Гладиаторские бои, Колизей. Кровь и смерть сдерживали целый пласт населения, живущих ради этого.
        Так и сейчас. Бессмысленно перед силачами философствовать. Им нужно показать силу. И деньги. Первое я показал, но не напрямую, а лишь по слухам. Я могу сильно пошатнуть эту позицию, если проиграю Сэму. И ведь даже отказаться не могу. Теперь очень многие ждут этого поединка. Говорят, что уже пошли неофициальные ставки. И что самое неприятное - они два к одному в пользу Сэма с третьего этажа. Он позвонил мне ближе к обеду и сказал, что с ним все хорошо. Кости срослись, голова почти такая же умная, и пожаловался, что Акане даже не позвонила ему - не переживала.
        Хм, это он еще не знает, что все это время я лечился у нее в доме… А уж сколько визга будет, если он узнает о том, что я в курсе какое идеальное у нее тело…
        Занятия после обеда проходят довольно уныло. Программа аномалия развития суммы, теория защиты, медитация и тренировки в спаррингах. Несмотря на умные названия, наш толстяк Герман Афанасьевич умудряется прекрасные интересные темы испортить своим гундежом. Ученики откровенно спят, периодически косясь на меня.
        После занятий многие беляки подходили ко мне, говорили, что подумали, что, возможно, со мной они и правда достигнут большего. Неуверенно, посматривая по сторонам, они протягивали мне руки, убеждая, что теперь они самые лучшие мои подчиненные:
        - Как очки влияния заработать то? - пятый раз спрашивал полукарлик лет двадцати. Сплюснутое лицо. Уши веером. - Если надо побить кого, то я не согласен. Я же невысокий.
        - Не влияния, а достоинства! - поправляет его Лика.
        - А когда наш клуб организуешь? Как он будет называться? А будет взнос?
        - А что нужно делать?
        - А нас точно не перебьют? Как-то стремно…
        Подходили совершенно разные люди. Многих я видел в первый раз. Даже беляки-старшеклассники. Не все выражали готовность прямо вот сложить ради меня голову. Большей частью шли просто любопытные, которые хотели узнать напрямую, что же задумал тот самый Константин Киба, который, по слухам, одними вилками уничтожил целый перспективный клан Новая Сила.
        Любопытных было так много, что я при всех показал пальцем на Кевина - вот мол, мой зам. Все вопросы к нему. Кевин прифигел, конечно, ибо сам не знал о моих планах. Но отдаю ему должное - проявил очень грамотную инициативу. Пересказывал всем желающим мои слова о том, что мы объединимся, создадим свой клуб беляков и отучимся без унижений со стороны всяких буржуев, которых в школе, помимо Новой Силы, хватает. Силачи терроризировали всех подряд на всех этажах. Важные шишки повыше не лезли вниз, считая это подобием соскребания коровьих лепех в хлеву. Все знают, что чем выше, тем сложнее. У каждого этажа свои авторитеты и крыша, с которой надо считаться. Говорят, что начиная с третьего этажа с беляков берут мзду - налог на то, что благородные позволяют им находиться и учиться рядом с ними. И вроде как там заправляет какой-то аристократ…
        Все больше и больше людей стягивались ко мне. Если поначалу были только смелые, то под конец дня из углов выходили даже трусы.
        Ах, да, про трусов. Тогда, в особняке главы Новой Силы я добрался до подвала, в котором пытали Севу. Оказалось это довольно просто. В комнате главы клана находилась целая комната по управлению всей системой безопасности особняка. Я очень долго соображал, как можно получить доступ ко всему этому добру и уже почти расстроился, пока не вспомнил какой-то боевик и слово «биометрия». Глазное яблоко на вилке отключило систему безопасности и свет в особняке. Охрана, конечно, разнервничалась, но мне это было только на руку.
        В общем, пыточником-дилетантом я занялся. Не очень хочется вспоминать как, но метод я выбрал не самый приятный, так как у меня особая неприязнь к людям, которые к искусству пытки относятся подобным образом. Во-первых, пытки заслуживают не все, а только те, чьи имена нашепчет Шиила. Это не обязательно подонки и мерзавцы. Бывают и те, чьи знания могу изменить ход истории или спасти тысячи жизней. Во-вторых, ну кто использует такой варварский метод? Огонь, щипцы, надрезы. Бедный Сева тогда выпал в полубред после пары надрезов. Больше страху натерпелся, чем боли. В-третьих. Серьезно? Пытка без мотива? Без причин? Только ради того, чтобы потешить своих внутренних демонов? Просто чтобы насолить мне? Схватить слабого и немощного слабака? В подвале я нашел включенную видеокамеру на треноге. Несложно догадаться, для кого предназначалась запись.
        Пыточника я не убил, нет. Я парализовал его и оставил медленно умирать от болевого шока. Все спицы и иглы, которые я забрал у матери, были эффективно использованы на пыточнике слабых детей. Он остался лежать там, в темноте, утыканным во все болевые точки. Он будет страдать до тех пор, пока его разум не станет сходить с ума. Но через час боль ненамного затихнет. Это нужно для того, чтобы он протянул подольше.
        Эх, помню тот момент, как сейчас. Сева был прикован стальными цепями, как в средневековье. Голый, плачущий. На его груди был небольшой ожог и пара неглубоких царапин. Он очнулся и увидел меня, снова заплакал. Он думал, что я спасу его, вытащу. Но я лишь отцепил его руку и одну ногу, оставив связанным, как собаку, дал в руки нож, сказал, что ключ от его цепей находится в желудке его палача. И если он захочет выбраться, то ему придется его достать…
        И ушел, так и не сказав, что ключ на самом деле лежал ПОД пыточным дилетантом, а не в нем. Это было трусу хорошим уроком и моим подношением Шииле. Она принимает в дар такое…
        Уж не знаю, что с Севой случилось тогда, но в школе я сегодня его не видел.
        Время: 18:03
        Весь день беляки наблюдали. И видели они то, что тех, кто решился пойти за мной никто открыто не терроризирует. Сильные не торопились ставить зазнавшихся беляков на место. Наоборот, они сами приглядывались. Новусы не скрывали любопытства, Джуны косились, но судя по лицам, многие из них чем-то были недовольны.
        Меньше всех, мне нравятся Амарэ. Эти дамы морщили носик в вестибюле глядя на меня. Не подходили, но издали я чуть ли не чувствовал их пренебрежение. Надо будет подойти к одной, спросить в чем проблема. Но не сейчас.
        Я выжидаю, когда мои одногруппники покинут класс, на выходе притормаживаю Аннета.
        - Привет, - улыбаюсь. - Ну что, вступишь к нам?
        - Ну ты и наглец, - исподлобья косится на меня малютка-красотка. - Просишь Зерусу о таком…
        - Ты подумала над моим предложением? Я обещал помочь тебе попасть на этаж выше раньше времени.
        - Подумала. И еще думаю. Аристократ должен взвешивать свои решения. Я еще не понимаю, кто ты такой и что ты делаешь.
        - Не хочешь прогуляться?
        Глаза Аннеты становятся еще больше:
        - Что? Да ты совсем офигел, Киба…
        - Я хочу тебе кое-что показать…

* * *
        Через полчаса мы уже идем по лесу. Аннета откровенно боится. Уже вечереет, и ей пришлось попридержать свой частный автомобиль, ждущий ее на парковке школы.
        - Киба, мне это не нравится…
        - Не бойся, мы уже почти пришли.
        Забавно, но девушка согласилась пойти со мной в лес. Это очень хороший показатель. Через десять минут мы сворачиваем с тропы, идем в кусты. Вроде бы здесь я видел…
        - Я возвращаюсь, Киба. Это не смешно.
        - А мы уже пришли.
        Кусты расходятся, и мы оказываемся на заросшей лужайке. Посреди этого высится замаскированная ветками выпуклость. То ли крыша дома, наполовину в земле. То ли… заброшенный бункер. Я подхожу к заросшим мхом створкам.
        - Ч… что это? - удивляется Аннета.
        - Я думал, ты мне это скажешь. Смотри.
        Аннета подходит ближе.
        Показываю ей на надпись. Тогда с дерева, я рассмотрел только одно предложение. Теперь же, содрав мох, могу прочитать все три.
        «Вход только для членов главенствующего клана! Опасно! Автономная система безопасности!»
        Смотрю на девушку, пытаюсь что-то понять по ее выражению лица. И вижу только то, что она сама не понимает, что это такое. Срываю мох по бокам, нахожу механическую кодовую панель. Мелкими буквами написано: введите свой идентификационный номер.
        - Вот мне интересно, - достаю зубочистку. - Эту штуку обходят стороной или и правда за столько времени не нашли?
        Аннета с опаской подходит к панели, переводит взгляд на меня:
        - Обходят, Киба. Пошли. Нам здесь не место.
        - Объясни, что это?
        - Это…
        - Что это?
        - Склеп.
        Глава 7. Убежище и читеры
        Склеп? Меньше всего я ожидал услышать это слово. Убежище, бункер, старый склад, заброшенная лаборатория. Но не это.
        - То есть склеп?
        Аннета ерзает от холода, смотрит по сторонам:
        - Киба, ты чего, а? Об этом же в договоре написано - закрытая территория, мемориальный склеп.
        - Расскажи подробнее.
        - Да обычный склеп - там находятся тела первых одаренных. По всему миру есть такие. Коша-прикоша, я и не знала, что один из них здесь. Хорошо запрятан.
        «Коша-прикоша»? Ладно, у каждого свои бзики.
        - Очень интересно, - улыбаюсь. - Хорошо, что теперь у меня есть в друзьях аристократы, которые расскажут подробнее.
        - Ты меня уже в друзья записал, наглец? Ладно, пойдем обратно, темнеет уже и…
        - Расскажи вкратце, - настаиваю я. - И пойдем…
        - Да чтоб тебя, Киба. Школы неодаренных строят на территориях таких склепов.
        - Почему?
        - Вроде как тела там необычные. Помогают пробуждаться. Ну и как память. Вы же Ленина держите в мавзолее? Вспомни: мумии в Египте. Мудрецы в Индии. Святые мощи в Ватикане. Сейчас стало просто популярнее. Мир-то изменился. Первых одаренных нужно сохранить…
        Хм, если вспомнить слова зама, то он говорил, что раньше одаренные были без сосуда суммы и их сила ограничивалась только их телами.
        - Почему в склеп есть доступ главенствующему клану?
        - Не просто главенствующему, - надменно усмехается Аннета. - А аристократам из главенствующего.
        - Почему он заброшен и не охраняется?
        - Кто сказал, что не охраняется? Вон же написано - автономная система защиты.
        Я поднимаю руки:
        - Стоп-стоп. На территории школы находится склеп. Заброшен, запрятан. К нему имеют доступ только аристократы. Аннета, говори, что это за фигня.
        - Нет. Мне нельзя.
        - Почему нельзя?
        - Киба, пойдем уже… Я…
        Срываюсь с места, Аннета ойкает, но больше ничего не успевает. Я прижимаю ее к дереву, задрав руки над головой:
        - Вот ты и попалась, - спокойно улыбаюсь.
        - Да… да… как ты смеешь!
        Брыкается, лягается. Приходится прижать ее всем телом.
        - Ты что делаешь! Ты хоть знаешь, кто я такая?! Помог!..
        Я налегаю на девушку, одной рукой держу за запястья, другой зажимаю рот.
        - Знаю. Ты аристократка в немилости. Ты не повышаешься на этажах, а машина, которая за тобой приезжает не сильно соответствует статусу аристократки. Я видел тут одну Зеруссу старшекурсницу. Так за ней приезжает целый взвод. Да и выводок охранников за ней постоянно ходит. А ты? Пошла в лес с каким-то беляком… И тебе даже слово никто не сказал.
        «Умм-мммумм-мааа!» - возмущается аристократка сквозь мою ладонь.
        - А если я тебя сейчас изнасилую? Убью? Как могла такая как ты повестись?
        Прижимаюсь к ней еще плотнее.
        Глаза Аннеты блестят сильнее.
        - Что это за склепы? Говори. И тогда отпущу. А будешь кричать…
        Резко подаюсь головой вперед. Зубочистка, зажатая во рту оказывается в миллиметре от глаза Аннеты.
        - Кивни, если поняла.
        Кивает. Медленно убираю ладонь со рта.
        - Зачем ты так?.. Я тебе доверилась.
        - А я еще ничего плохого не сделал. Всего лишь обнимаю тебя, - по-дружески хватаю девушку за талию, прижимаю к себе. - Извини, если грубо. Просто очень хочу узнать, что это такое. И не удержался…
        Из злодея я резко превращаюсь в мыльного героя-любовника.
        - Отпусти… дурак… - моргает Аннета, не сильно-то уж и сопротивляясь.
        Это служит мне сигналом.
        Выплевываю зубочистку, ухмыляюсь и… целую девушку. Она мычит, отбивается, но я не напорист - не наглый. Я лишь прижался к ней губами, жду, когда она сама расслабит свои. Я запускаю ладонь в ее пышные волосы, прижимаю к себе. И наконец… ее губы расслабляются. Чувствую ее язычок и… отстраняюсь.
        Нельзя перебарщивать. Иначе она посчитает, что я ею попользовался. А так просто первый поцелую. Отстраняюсь, но держу за руки. Любуюсь, как наивная девушка тяжело дышит. Как горят ее щеки и слезятся глаза.
        - Киба, ты… что ты наделал?..
        - Ты правда думала, что я хотел показать тебе только это? Я хотел оказаться с тобой наедине.
        Ни одна опытная дама не повелась бы на такое. Но… Аннета неопытная. Немного опасности, страсти, контраста из грубости и нежности - вот и готово.
        - И я не отпущу, пока ты мне все не расскажешь, - угрожающе-ласково предупреждаю я.
        Теперь у Аннеты есть лишь один путь. Отказать она мне побоится. Потому что уже знает, на что я способен. Но и признавать, что она повелась на мои угрозы не будет. Поэтому… мы будем играть.
        - Киба… дурак… отпусти, - неуверенно улыбается она. - Нельзя было без этого? Я и так бы рассказала, просто холодно…
        Снимаю с себя ветровку, накидываю на плечи Аннеты:
        - Могу тебя согреть, хочешь? - подмигиваю.
        - Дурак…

* * *
        Итак, значит наши аристократы, как говорит мой брат, читеры. И знают об этом многие влиятельные люди. Но далеко не все. Склепы - это мавзолеи одаренных прошлого. Там захоронены те, кто пробудился во времена новой смуты. По какой-то причине они не гниют, и вот уже десятки лет их трупы излучают сумму, чем и пользуются самые знатные люди планеты.
        Удивительно, но Аннета не знает, почему эти трупы не разлагаются, и она, похоже, не в курсе, что одаренные во время новой смуты не имели сосуда вообще. Они могли впитать столько суммы, сколько выдержало бы их тело. Думаю, именно поэтому после смерти они сохраняют свою… хм… свежесть. Сумма каким-то образом поддерживает их. Что и неудивительно. Ведь она даже от радиации уберегает и помогает исцелить самые страшные раны.
        В отличие от остальных учеников образовательных учреждений, аристократы могут пополнять свою сумму не только во сне, но и краткосрочной медитацией в склепе. И все это ради одного - быть лучше и сильнее остальных. В мире считается, что аристократы - сильнейшие одаренные. И по сути, так оно и есть. Вот только мало кто знает, что они сильнейшие, потому что читеры. У них есть места силы, где можно пополнить свой потраченный запас суммы и пойти тренироваться опять.
        Склеп, который нашел я - заброшен. И Аннета пока не предоставили доступ к активному склепу. И по ее словам, могут и не предоставить. Потому что доступ к ним школа предоставляет за огромные деньги, которых у нее нет. Как я и сказал, Аннета аристократка в немилости своей семьи. Причины не рассказала.
        Смотрю на нее, улыбаюсь, глажу по головке:
        - Я же обещал помочь. И помогу. Но мне нужно что-то взамен. Доверие. Честность. Ты сможешь открыть дверь?
        Кивает.
        - Возможно. Моя старшая сестра училась в этой школе. А склеп старый и брошенный…
        Подходит к панели, набирает код на проржавевших кнопках. Смотрит на меня:
        - Не подглядывай. Если кто-то узнает его, мне конец.
        - Как скажешь, - отворачиваюсь.
        Что еще за идентификационный код аристократа? Какой-то пароль? Шифр? Надо разузнать. Если он подойдет, то мне понадобится этот код… Как я понимаю, коды доступа хранятся в самом замке, но при этом вряд ли склеп электрифицирован и с доступом к сети. Нет, вряд ли ее код подойдет. Или я не понимаю, как это работает и…
        Щёлкает.
        - Подошло, - почему-то радостно восклицает Аннета.
        Странно. Оборачиваюсь.
        Металлические створки склепа разошлись, но полностью не открылись.
        - Системы защиты давно отключены, - поясняет она. - Оу… ну и вонь. Киба, ты же не собираешься…
        - Собираюсь. Пойдешь со мной? Я прижму тебя к сердцу, и никто тебя не обидит.
        Аннета хлопает глазами, слегка улыбается:
        - Ты где таких слащавых слов понабрался?
        В склепе оказывается затхло, но тепло. Запах действительно неприятный, но ничего особенного. Обычный аромат перегнившей травы и корешков. Аннета идет за мной, я впереди. Подсвечиваем путь телефонами. Что ж, склеп и правда похож на склеп. Только не древний. Вполне себе современный. Плитка на стене, мраморные ступеньки. Да, все грязно, в плесени и мхе. Но нет ощущения, что я спускаюсь в древнее подземелье.
        Доходим до низа. Тут чувствуется сквозняк…
        Оглядываюсь. Квадратная комната. Справа и слева такие же. Всего три комнаты, идентичные друг другу. У стен в каждой комнате по четыре каменные стойки. Наверное, тут и стояли какие-нибудь саркофаги или что-то подобное. Сейчас же никаких неразлагающихся трупов тут нет. Смотрю на потолок. Круглые отверстия. Наверное, тут были выдвижные турели, как в лаборатории Мацуо. Сейчас же из дыр просто торчат корешки и капает вода.
        Аннета хватает меня за одежду, прижимается. Нет ничего лучше, чем такие моменты. Очень сближает. Что и входило в мои планы.
        - Отлично, - говорю я, и Аннета подпрыгивает.
        - Не пугай так!.. Чего отлично-то?
        Оборачиваюсь, обнимаю ее. Она что-то пищит, выдыхает, но, недолго трепыхаясь, расслабляется и отвечает на объятия.
        - Как что? Это замечательное убежище. Вся школа напичкана камерами и прослушкой. Вот тут мы и организуем свою штаб-квартиру по захвату… хм… для начала школы. Кстати, Аннета, ты любишь пазлы? Знаешь что-нибудь о них?
        Судя по реакции - она ничего об этом не знает. Хм, но у нее есть старшая сестра…

* * *
        Спустя полчаса я уже во всю успокаиваю мать в лимузине Джунсиначи под любопытный взгляд Акане и… Аннеты.
        Заметив меня, возвращающегося с повеселевшей и порозовевшей Аннетой, Акане предложила и ей погостить в ее особняке, раз уж мы так близки. Сказала, что для семьи Мацуо большая честь принять гостью Зеруссу, учитывая, что отношения Джунов и Вальтов всегда было хорошими. У них есть некоторые общие взгляды на… дискриминацию людей. Одни делят людей на чистокровных, другие на богатых.
        Честно говоря, я не ожидал, что Аннета согласится, но видимо я не так хорошо понимаю маленьких дам.
        - Мам, - морщусь я в трубку. - Я знаю, что ты не могла меня навестить. Работай… Да, это я оставил тебе триста долларов. Нет, не украл. Заработал. Да, у Мацуо. Они предложили мне работу. И да, рассказали о семье Киба… Да неужели? Так резко срочные дела? - ухмыляюсь. - Ну хорошо, пока.
        - Что за семья Киба? - бесцеремонно спрашивает Аннету, сверля глазами шикарный бюст Акане.
        Акане натужно улыбается:
        - Гвидиче-сан, вы спрашиваете меня или Кибу-куна?
        - Кого угодно. А можно меня звать Аннета? А я тебя Акане?
        Акане мигает. Улыбается:
        - Да, конечно, Аннета-сан.
        - Без «сан».
        - Это слегка некультурно по отношению к ари…
        - Да все равно. Просто Аннета, хорошо? А ты, Киба, не забывай, что мы важные дамы, а ты беляк. А можно вопрос, Акане?
        - Конечно, Аннета-сан.
        - А вы пара?
        При этом Аннета смотрит на меня весьма многообещающе. Поразительно, как легко в себя влюбить таких. Улыбаюсь:
        - Мы родственники. Акане - моя сестра.
        - Вот оно как! - удивлённо переводит взгляд Аннета с меня на Акане. - А с виду непохожи.
        Сестра моя при этом выглядит не сильно довольной такими обстоятельствами:
        - Я его троюродная сестра, Аннета-сан.
        Телефон аристократки звонит. Она морщит личико, отвечает:
        - Да. Нет, не приеду… Потому. Мне плевать, - сбрасывает звонок, вздыхает.
        А мне же не нравится, что я услышал. Может Аннета не просто так не поддерживает семья? Может она просто маленький избалованный дьяволенок, а не жертва страшных интриг и несправедливости.

* * *
        Четверг
        27 октября 2022 г.
        Время: 20:21
        Еще немного и я начну считать особняк Мацуо своим. Сегодня у нас ужин вчетвером. Лично глава семьи Мацуо Хидан-сама присоединился. Как дань уважения аристократке.
        Я поедаю вагю, не сильно вслушиваюсь в политику, которой закидывает Хидан Аннету.
        Отрезаю кусок. На мясо не похоже. Будто жир. С него аж стекает. Жую… Надо же. Не знал, что мясо может таять во рту. Но стоит признать, мне это нравится. Вагю, значит. Надо попросить мать закупиться… Хм, точно, совсем забыл о материальной составляющей такого блюда.
        Надо бы уже возвращаться в особняк главы клана Новая Сила за своими деньгами. Но по последним сведениями там сейчас самый хаос. Поэтому лучше не рисковать. Наверное, в воскресенье… Да. В воскресенье я заберу деньги. А в понедельник уже начну реализовывать все, что задумал. Дел будет много. Нужно определить иерархию моей организации. Обязанности. Оплату. Внедрить, помимо денег, мотивацию зарабатывать очки достоинства. Для начала я очищу весь первый этаж от всякой мрази. Там нет особых авторитетов и уж тем более аристократов, поэтому опасаться нечего. И после первого этажа, я начну со второго. Потом дойду до третьего. Вот там уже все непросто…
        - Киба, о чем ты думаешь? - неожиданно прерывает мои мысли Хидан. Несмотря на обилие роскошной еды на столе, он, не стесняясь аристократки, ест обычный онигири - рисовую лепешку с начинкой.
        - Если честно, то о захвате власти на первом этаже школы Новая Эра.
        Тишина.
        Акане смотрит на отца. Аннета на меня. Хидан кладет онигири на стол, тянется к… животу. И смеется:
        - Кто бы сомневался. Расскажешь нам, как ты это сделаешь?
        - Давайте, лучше покажу, Мацуо-сама, - слегка кланяюсь. - Не хочу, как говорится, сглазить.
        - Как знаешь. Я не хочу тебя торопить, но в прихожей тебя ждет мой человек. Он подготовил то, о чем мы с тобой разговаривали. Акане, проводи Кибу. А мы с Зеруссой пока поговорим. Если вы не против, Аннета-сан.
        - Эм, как можно. Конечно, нет.
        Мы с Акане встаем, кланяемся, выходим из-за стола. Замечаю, как Аннета провожает нас недовольным взглядом. Еще бы, молодёжь пошла развлекаться, а ей надо трещать со старым политиканом.
        Акане провожает меня до гостиной. Тут сидит деловой японец. Он резко вскакивает, кланяется:
        - А, я вас жду, Акане-сама, Киба-сан. Я подготовил договор взаимного сотрудничества, Киба-сан. Вы доверяете семье Мацуо-сама или желаете прочитать договор перед подписанием?
        Смотрю на Акане:
        - Вы так со всеми договора заключаете? Либо доверяй, либо читай?
        - Я думаю, наш юрист не так выразился, - улыбается Акане, не отрывая взгляда от побледневшего юриста. - Ты прочитай, конечно. Если будут вопросы, я лично тебе все объясню.
        Садимся. Читаю.
        Бла-бла-бла… Обязан соблюдать традиции, устав, правила в соответствии с приложением к договору. Должен каждый день быть в особняке между восемью и десятью вечера. Испытательный срок…
        - Без всяких испытательных, - вычеркиваю пункт. - Я вам не простой наемник.
        Читаю дальше.
        Разглашение информации карается в соответствии с традициями клана Джунсиначи.
        - Вычеркнуть. Какие традиции? Где они описаны? Чем карается? Деньгами, поркой? Слишком мутный пункт.
        А вот и заработная плата.
        - Двести тысяч в месяц? - поднимаю бровь. - Серьезно? Ничего подписывать не буду. Переделывайте договор. Сегодня у меня пробный день? Отведите меня. Я его проведу. А потом уже составляйте всякие договора в соответствии с тем, что от меня узнаете.
        Вскоре мою просьбу исполняют. Отводят в одну из комнат на нижних этажах, так сказать, на собеседование. Там уже ждут три ниндзя в черном и старый мужчина с бородой. Про таких говорят «мастер кунг-фу». Или типа того.
        Он учтиво меня встречает, кланяется:
        - Приветствую тебя, юный учитель. Мне велено впитать твою мудрость.
        Удивительно, но я не слышу от старика иронии. Он искренне считает, что я знаю то, что не знает он. Так же учтиво кланяюсь:
        - И вы ее получите.
        - Это замечательно. У меня первый вопрос. Как можно развязать язык филзели?
        Я усмехаюсь:
        - Вот прямо так сразу? Без прелюдий?
        - Я буду искренен с тобой, юный учитель. В мой арсенал входят не только традиционная методы воздействия на плоть. Я использую душу. Травы, смеси, настои и галлюциногены и не чураюсь даже современной фармакологии. Совмещая боль с этим можно выудить из души любые знания. Филзели мне попадались несколько раз за мою долгую жизнь. Но ни один из них мне не сказал ничего… Самое удивительно, что тебе он сказал правду. Мой господин Мацуо-сама это подтвердил, когда услышал слова филзели на записи, которую ты предоставил.
        Сажусь. Начинаю рассказывать. Сначала издалека, пытаясь совместить общеизвестные знания из интернета с толикой додуманного, потом рассказываю о целебной акупунктуре, которая на Земле развита не так хорошо. Кое-чего говорю о маслах и травах без определения состава, так как не уверен, что на Земле все это можно найти. О том, как нервы, соединяющие плоть с мозгом - самые лучше друзья пыточника. Медитация, транс, техника дыхания - все это входит в понимание моего ремесла. Я рассказываю поверхностно, не вдаваясь в подробности. Для меня главное расписать программу обучения, нежели начать это обучение.
        Старик слушает очень внимательно, кивает, улыбается:
        - Ваши знания обширны, и я не могу представить, откуда вы в столь юном возрасте об этом знаете. Но мне не положено задавать такие вопросы волею моего господина.
        - Могу показать еще и на практике, если предоставите филзели, - встаю, кланяюсь. - Но только это уже после официального соглашения. И если следующий договор будет таким же непрозрачным, то… вряд ли мы сработаемся.
        Выхожу, Акане ждёт меня. Вопросов не задает. Смотрю на нее:
        - Ты же в курсе, что завтра я выхожу с Сэмом в яму?
        - Угу…
        - И догадываешься, почему.
        Не отвечает, опускает голову.
        - Просто скажи ему, что он тебе не нравится. Хватит вертеть хвостом.
        Акане с возмущением надувает щечки:
        - Киба-кун, это неприлично.
        - Иногда из-за ваших приличий происходит всякая фигня. Завязывай с этим. И есть еще кое-что… Акане, мне нужно знать все о силе Сэма. Так уж получилось, что завтра мне надо выиграть.
        Акане смотрит на меня с сочувствием:
        - Я, конечно, скажу, что знаю. Но ты же что-нибудь придумаешь, верно, Киба-кун? Как всегда?
        - Честно? - достаю зубочистку. - Я сейчас без понятия, как победить.
        Чувствую, сегодня я не высплюсь. Нужно о многом подумать.
        Глава 8. То, что сокрыто…
        ИНТЕРЛЮДИЯ.
        30 МЕТРОВ НАД УРОВНЕМ РАДИОАКТИВНОЙ ОБЛАСТИ
        СОВЕТ ТРЕХ ФРАГОРОВ.
        Трое. Вечно трое. Вечно уставшие. Вечно неулыбающиеся. Невидящие света уже много-много лет. Они похожи друг на друга потому что радиация… делает людей похожими друг на друга. Все становятся уродами. Как внешне, так и внутренне.
        - Что с Цзинь Хао? - сухо спрашивает первый.
        - Поставки продолжаются, - отчитывается высохший человек в капюшоне. - Из Китая на этой неделе четырнадцать одаренных, из которых двенадцать уже выжаты.
        - Мало, - сухо скрежещет второй. - Почему из России до сих пор нет поставок?
        Существо, похожее на человека, шевелится, дышит учащенней:
        - У Новой Силы проблема.
        Третий поднимает голову с редкими проплешинами. Носа у него нет, поэтому голос шипящий, как у змеи:
        - Объясни. Я пару дней назад общался с их главой. Аркадий клялся, что все идет по плану. Проклятые Новусы потихоньку теснятся, бойцы набираются. Поставок обещали не меньше двадцати голов.
        Существо явно боится:
        - У Новой Силы… проблемы.
        Стены трясутся вместе с голосом первого:
        - Еще раз промямлишь, отсюда уйдешь с одной ногой.
        - Да, Мой Первый! Новая Сила расформирована. Глава клана Аркадий убит! В рядах клана неразбериха. Дележка власти продолжается до сих пор! Покойный глава ни с кем из верхушки не делился связями, и никто не знает, что мы их спонсоры. Он готовил своего сына, но… тот тоже убит! Простите, Мои Трое!
        Первый и второй переглядываются. Второй встает. Его руки и ноги мерзко похрустывают. Вокруг тьма, но Фрагорам не нужен свет.
        - Как это произошло? Кто-то понял, что Новая Сила наша? Кто за этим стоит? Новусы? Отвечай, семнадцатый.
        Семнадцатый отступает. Хоть он и знает, что его не тронут, но страх перед тремя почти материализуется в тяжелом и затхлом воздухе. Его голос дрожит:
        - Какой-то подросток…
        Второй замирает на месте, оборачивается, смотрит на первого и третьего, снова на семнадцатого:
        - Еще раз? Какой-то подросток, ты сказал? - повышает голос: - Какой еще подросток?! Что подросток?!
        - Убил главу клана Новая Сила и его сына. Говорят, что он пробрался к ним в дом. И потом не… не нашли два с половиной миллиона долларов разной валютой. Это наши… деньги.
        Тишина. Первый говорит:
        - Правильно ли я понял… Какой-то подросток пробрался в один из самый охраняемых домов Рублевки, убил Аркадия, его сына и украл наши деньги?
        - Д… да. Почти так. Сын был убит в другом месте, но… тем же человеком.
        Снова тишина, которую нарушает скрипучий голос второго:
        - Что за подросток? Филзели?
        - Насколько я знаю, нет, Мой Второй. Он не скрывается, учится в школе Новая Эра в Москве. Его зовут Константин Киба. Известно, что он как-то связан с Исталами, поэтому Новая Сила не успела… предпринять меры.
        Тройка лидеров переглядывается и безмолвно понимает, что никто из них не знает никаких Константинов Киб. Второй спрашивает:
        - Исталы открыто объявили нам войну?
        - Неизвестно, мой Третий.
        Первый поднимает руку, и все переводят глаза на него:
        - Исталы никогда нам не мешали. Да и Новая Сила была им в какой-то степени полезна, ущемляя бизнес Новусов. Я не вижу в их вмешательстве никакого смысла… Вот мое слово, семнадцатый. Передай десятке, что мне нужен этот мальчишка. Схватить его живым, притащить к сектору три у белорусской границы. Допросить. Узнать, кто за ним стоит.
        - Будет исполнено, Мой Первый. Привлечь к этому делу филзели?
        Недолгая пауза.
        - Нет, я им не доверяю. У нас осталась ячейка в Новой Эре?
        - Да, Мой Первый. Она все еще готова исполнить волю троих.
        - Хорошо. Пусть вскрывается. Как я понимаю, она уже наследила, подорвав школу. Умнее ничего не придумала?
        Семнадцатый быстро качает головой:
        - Нет, это была единственная возможность отвлечь стражей от тридцать седьмого.
        Третий фыркает, плюет на стол:
        - А толку-то? Его все равно убили, он даже не успел добраться до склепа. Только раскрыл себя.
        - Прошу прощения, Мой Третий.
        - Мне не нужны извинения. Мне нужен результат. А последние дни не то, что нет результата, более того - мы несем огромные убытки. Это твой последний шанс, семнадцатый. Иди и сделай на этот раз все хорошо.
        Улыбка Первого пугает семнадцатого…
        Очень пугает…

* * *
        Пятница.
        28 октября 2022 г.
        Время: 04:53
        Подъезжаю к школе. Темень. До рассвета еще как минимум час, а я в пять должен находиться у заднего выхода. Не знаю, что за отработки, но согласился я на это не просто так. Более того, я всеми силами пытался ее спровоцировать, чтобы без любопытных глаз вернуться в лес.
        Выхожу из маршрутки, кутаюсь в свой пуховик. Лучше жарко, чем холодно. Обхожу школу, несколько раз натыкаясь на патрулирующих стражей. Они до меня докапываются, но сразу же отпускают. Они знают, кто в этот день должен отрабатывать. Ну или просто уже узнают меня в лицо.
        Элеонора стоит под ярким школьным освещением и надувает пузыри из жвачки. Как можно в такую погоду ходить в латексе? Ну хоть сапожки меховые и полушубку одела.
        - А, Константин, звезда наша. Ты рано. Еще… пять минут.
        Несмотря на видимое безразличие, слышу, как сердце Элеоноры выбивает ритм взволнованности. То ли она так рада меня видеть, то ли помнит отрубленную голову на своем столе. Ну и ладно. Пока тоже сделаю вид, что мы просто учитель и ученик.
        Стоим, молчим:
        - Что за отработка? - первым спрашиваю я.
        - Увидишь, Константин, увидишь, - улыбается блондинка, пуская пар алыми губами.
        Холодно. В Варгоне такой холод только далеко на юге, на самой окраине плоского мира.
        Ровно к пяти подходит второй провинившийся. Чернокожий, гладковыбритый и большеносый. Говорит с явным акцентом.
        - Доброе утро, мисс Элеонора. Я прибыл.
        - Да я уж вижу, что прибыл. Так, всё, пойдемте…
        - Интересный вы Хагрид, мисс Элеонора, - улыбается парень.
        - О, наш маленький негритенок шутник. Значит будешь первым.
        Парень морщится, но не отвечает. Решаю вставить свои пять копеек:
        - Целый учитель на двоих учеников. С чего такая честь?
        - Особенные ученики, особенные привилегии, - усмехается Элеонора. - Вы же оба считаете себя такими и думаете, что можете нарушать правила, как угодно, раз вас не исключают. Сегодня вы поймете, что не вы первые додумались до такого бунтарства. И уже в понедельник будете тише воды, ниже травы…
        Мы с африканцем почему-то одновременно переглядываемся. И, судя по всему, оба видим в глазах друг друга недоверие к словам Элеоноры.
        - Я - Гакэру, - протягивает черную руку парень.
        - Константин, - пожимаю.

* * *
        Мы идем примерно в том же направлении, что и когда-то с Сэмом. Это хорошо, не придется далеко бегать в случае чего. Акане рассказала мне, что отработки - это тяжелый труд. Чуть ли не каторжный. Провинившихся доводят до такого состояния, что они неделю ходить не могут. Или разговаривать. У каждого учителя свои методы, но говорят, что у Элеоноры - самые противные. С ней на отработки отправляют только самых отпетых. Говорят, что раньше эти отработки иногда доводили учеников до смерти, но потом учителя стали брать с собой исталские зелья, если вдруг ученик захочет сдохнуть больше, чем работать.
        Меня тяжелый труд не пугает. Наоборот, если скажут копать себе могилу, то я с радостью разомну дряблые мышцы. Последнее время вообще не получается собой заняться. А ведь так хочется.
        - Стоп, - резко останавливается Элеонора, и Гакэру чуть не врезается в нее. - Пришли.
        - Правда? - осматривается по сторонам парень. - И что мы тут будем делать?
        - Соскрёбывать жуков, - разворачивается Элеонора и язвительно улыбается.
        - Э-э-э-э?
        - Жуков. Соскрёбывать. Гакэру.
        - В смысле?
        - Отработки должны быть полезными школе. И сегодня я добрая. Поэтому видите вот эти деревья? Это березы. У вас в Африке таких нет, Гакэру. Старшекурсники на предметных спецкурсах часто практикуются на березах. Есть у них там одно практическое занятие, но почему-то после этого деревья заболевают. Осенью в них заводятся короеды. И довольно необычные. Так вот. Видите эту березовую рощу. Выкалупливайте. Старайтесь не убить. Потом расскажу, что делать дальше.
        Все это Элеонора говорит с таким довольным и слащавым видом, что у меня невольно дергается скула. Вот ведь стерва. И правда трус Сева говорил, что покоя она мне не даст.
        Мы с Гакэру переглядываемся, он говорит:
        - Ну вроде не так всё страшно. Мисс Элеонора, а чем ковырять-то?
        - Чем хотите. Можете пальцами, - пожимает она плечами и ухмыляется.
        - Куда палец? Как палец? Мороз же. Да и глубоко жук.
        Гакэру подходит к дереву. Минуту колупается, отрывает кору, дует на пальцы. Выколупывает одного жука.
        - Куда складывать? - в трясущейся ладони показывает он короеда.
        - Ешь.
        Тут даже я выпадаю в осадок. Может быть, я ослышался? Но Гакэру тоже смотрит на нее, как на умалишенную.
        Элеонора чуть ли не светится от восторга:
        - Эти короеды выросли на пропитанной суммой древесине. Сначала личинки, потом сами жуки. Оторвав их от дерева, вы лишаете их своего… ареала обитания. Они сдохнут через минуту. Лопай, Гакэру. И почувствую в себе… хи-хи-хи… силу. Я серьезно. Это один из видов воспитательных работ. Вы спасаете деревья и становитесь… чуть сильнее. Вроде как. Я не уверена, но слышала, что это отличная гомеопатия из суммы. Беляки ими часто увлекаются, так как денег на зелья нет.
        Гакэру сверлит взглядом Элеонору, потом смотрит на меня, вздыхает:
        - Отрезанные головы ничему женщин не учат.
        Воу, парень-то без комплексов совсем. Понаглее меня будет. Я, не сдержавшись, ухмыляюсь. Пожимаю плечами:
        - Видимо, нет.
        Краем глаза вижу, как улыбка Элеоноры немного угасает. А сердце выбивает другой ритм. И мне этот ритм знаком. Он похож на жажду крови перед боем.
        - Хорошо, - сжимая зубы, выговаривает она. - Значит вы отказываетесь?
        Смотрю на негра:
        - Ты такое сказал?
        Качает головой. Элеонора продолжает:
        - Есть еще одна отработка для старшекурсников. И для тех, кто отказывается выполнять указания. Вы у меня особенные, так что я поиграю с вами по-особенному. Чтобы уяснили раз и навсегда, кто в этом мире шавка, а кто элита.
        В глазах Элеоноры вижу неприятный блеск. Правильно ли я понимаю, что она специально дала нам задание, которое выполнять мы бы отказались? И сделала это поводом изменить его на что-то… более принудительное?
        Плохо дело.
        И что она собирается делать? Длинный язык Гакэру ее не сколько разозлил, сколько все подвел к ее затее.
        - Вы собираетесь навредить ученикам? - вздергиваю бровь.
        Элеонора сует одну жвачку в рот, вторую, третью. Интенсивно жует, говорит с набитым ртом, но четко:
        - Какая глупость, Константин. Вы - наши ученики, и мы обязаны вас оберегать от опасностей. Никто из учителей не причинит вам большого вреда, если вы вовремя убежите. Поэтому. Стойте. На. Месте.
        Снова посмотрев друг на друга, мы с Гакэру киваем друг другу, и больше не дожидаясь активных действий Элеоноры, даем деру в разные стороны. Точнее, я только делаю вид, что солидарен с африканцем, но на самом деле мне нужен повод отлучиться кое-куда и проведать один интересный склеп неподалеку.
        - Мальчики, куда же вы! - слышится за спиной.
        Бегу я где-то несколько минут. С размаху ложусь пузом в кусты, прислушиваюсь. Если у Элеоноры нет суммы скорости, то она вряд ли меня догонит. Или я слишком хорошего мнения о своих талантах бегать на этих дрищавых ногах.
        Тихо, жду минуту, две. Что ж, не на такую отработку я рассчитывал. Сомнительно, что это школьная программа. Что она вообще собирается делать? Жвачку жевать и распугивать нас чавканьем?
        Рассветает. Вверх поднимается легкий туман. Хорошо, что я сообразил одеться потеплее. Спасибо Акане, предупредила.
        Слышу…
        Вижу…
        Силуэт Элеоноры показывается между деревьями.
        - Мальчики, где же вы?! Ах, как нехорошо. Ладно, по правилам я должна объяснять, что делаю.
        Элеонора достает телефон, направляет на себя:
        - Я - Элеонора Штейн, с суммой в сорок единиц. Провожу индивидуальное занятия по боевой сумме и выживанию с Константином Кибой и Гакэру Скоутом. Время пять утра пятнадцать минут, пятница, двадцать восьмое октября. Начинаю запись…
        Хм, не нравится мне это. Похоже Гакэру, не подумав, спровоцировал ее. Вот додумался же такое ляпнуть. Специально что ли меня с ней стравить хотел?
        - Запоминайте, мальчики! Это важный урок! Предметная сумма, направления твердое и газообразное.
        Надувает пузырь. Он срывается с ее губ. Еще пузырь. Третий. Пятый. Два десятка пузырей летают в воздухе.
        Пузыри разлетаются в разные стороны…
        БАМ!!!
        Гакэру то ли спрыгивает с дерева, то ли падает с него. Встает на ноги, держится за обвисшее плечо, но Элеонора этого словно и не замечает, улыбается:
        - А вот и первый! Учись, Гакэру! Каждый пузырь стоит мне единицу суммы. Это не просто жвачка. Я укрепляю эту особую, односоставную смесь. Второе мое направление - газообразное. Знаете, было очень трудно, но я все-таки обучилась этой направленности. Именно поэтому меня взяли в Вельтешафт!
        Слышу, как колотится ее сердце. Она продолжает:
        - Я могу изменять свойства газообразного вещества. Пока лишь углекислого газа. А самый лучший источник углекислого газа - мои легкие, мальчики! Небольшой объем измененного суммой газа вдуваю в укрепленный пузырь. О, да! Это мое изобретение! Личное!
        Твою ж…
        Пора валить! Что-то мне подсказывает, она хочет эти пузыри испытать лично на мне. Без моего на то разрешения.
        Элеонора каким-то образом слышит мое отступление, кричит вслед:
        - А вот, ты где! Забыла сказать, что они как шаровые молнии! Чем больше двигаешься, тем они быстрее, Констани-и-ин! Не переживай, я не сильно их зарядила! Умереть не должен!
        Замираю на месте, нащупываю в кармане зубную нить на кольцах. Вчера надыбал у Джунов серебряные. Вопросов не задавали, что радует. Перед сном укрепил нить. Сейчас она растеряла половину своей силы, но что поделать.
        Оборачиваюсь на ходу.
        Пузырь мчится на меня с большой скоростью. Не убежать. Краем глаза вижу, как Гакэру что-то кидает в Элеонору, но…
        Земля трясется. Воздух вибрирует. Прямо перед Элеонорой образуется двухметровая земляная стена. В нее со свистом что-то вонзается, застревает в глине с шипением и чавкающем звуком. Идет дымок. Гакэру бросил в нее что-то огненное. Может шарик, как показывал Дарен на практическом занятии в яме?
        Вот такого я не ожидал. Пожалуй, это вполне можно называть магией, близкой к эфирному плетению в Варгоне.
        Это совершенно иной уровень!
        Обращаю внимание, что несколько пузырей лопнули, когда перед Элеонорой выросла земляная стена. Будто она не может сотворить «заклятия» одновременно. Самый близкий ко мне пузырь начинает дрожать. Я медленно возвращаю нить в карман. Может удастся сохранить ее до боя с Сэмом.
        Подбираю корягу и кидаю ее в пузырь…
        Пуум!
        Он легко лопается и… взрывается так, что меня накрывает взрывной волной и я падаю на землю.
        Гниль подземная! Она точно меня убить хочет! Если эта хрень взорвется чуть ближе, то я как минимум переломаюсь в нескольких местах. Эта ненормальная хочет мне отомстить? Показать, что она не испугалась?
        Слышу, как Элеонора хмыкает:
        - Вы еще совсем дети. Не знаете, что означает понятие изменить материю, состоящую из атомов. Ваш мозг ограничивает восприятие реальности, но сумма - иная. Для нее не существует объема, размера, химии или физики. Мне достаточно сжать материю, и земля сама выплеснется гейзером передо мной. Останется лишь зафиксировать ее и укрепить опорами в нескольких плоскостях! Сейчас вы еле-еле можете выжать из пальцев сумму, но с опытом сможете сделать это ушами или… стопами ног, как это делаю я!
        Пока старшекурсник Гакэру вовсю старается впечатлить земляную стену Элеоноры, я пользуюсь моментом и несусь в сторону склепа…
        Добегаю до поваленного дерева, перепрыгиваю через небольшой овражек, прорываюсь через бурелом. Ага, вот и склеп. Он-то мне и нужен.
        Ну же, мой черномазый друг, займи Элеонору чуть подольше. Никто не должен догадаться, что я здесь буду делать…
        Набираю код аристократки. Прости, Аннета, но я умею подглядывать по-всякому. Створки, которые я в прошлый раз с большим трудом закрыл вручную на специальные скобы, снова открываются.
        Протискиваюсь, тяжело дышу. Твою муть, за две недели пребывания особо ничего не изменилось. Бок колет почти также, как и в первый день. Или чуть меньше. Ладно, должен признать, что некоторые атрофировавшие мышцы у меня потихоньку оживают и я их теперь, как минимум, чувствую. Все, в ближайшее же время займусь усиленными силовыми тренировками. Особенно если учесть, что у меня направленность суммы тела: выносливость.
        Прислушиваюсь. Судя по звукам, Элеонора плотно занялась африканцем, оставив меня на закуску, как более слабого.
        Ладно, нельзя терять времени. Подсвечиваю телефоном дверь, закрываю ее. Надеюсь, что у Элеоноры нет никаких аристократских кодов несмотря на то, что она учитель и из правящего клана.
        Пытаюсь сдержать колотящееся сердце, спускаюсь вниз…
        Так, где-то точно здесь…
        Еще когда был здесь с Аннет, то заметил одну странную вещь. Но не стал ничего делать перед ней.
        Иду в левую комнату, подсвечиваю пол, стучу ногами. Ага, вот оно. В отличие от остальных плиток, эти четыре еле заметно ходят ходуном. Ладно бы одна, но тут сразу четыре. Будто они просто что-то перекрывают.
        А еще я прекрасно помню, куда спешил выходец, когда мы с Сэмом сидели на дереве. Он не бежал за мной. А преследователей он услышал позже. Значит он целенаправленно торопился в эту сторону. В сторону склепа.
        Пусть это и лишь предположение, но… может ли быть, что выходец спешил именно сюда? Но так и не смог добраться.
        Поднимаю плитку, одну, другую…
        Улыбаюсь.
        Как тут любят говорить…
        Бинго!
        Глава 9. Находка, союзник, враг
        Передо мной еще одна лестница. Более ветхая и на вид подревнее. Очень узкая и идет куда-то во тьму. Ступени из простой глины. Мелькает мысль, что может я ошибся. Может это просто какой-нибудь погреб. Просто кто-то хранит соленья под склепом. И сейчас я спущусь и сразу же поднимусь обратно, очередной раз убедившись, что моя паранойя частенько выдает осечки.
        Ладно, спускаюсь…
        Шаг, второй, третий,
        Воздух становится еще более мерзким и затхлым. Какое-то время я стою у поверхности, не решаясь спускаться дальше. В таких ямах может быть что угодно, в том числе разные ядовитые газы, или вообще отсутствовать кислород. Сколько крестьян погибло из-за того, что в их погребе просто перегнила картошка…
        Пыль витает в воздухе в лучах света от телефона. Спускаюсь довольно долго. Кости промерзают, губы леденеют. Поразительно невыносливое тело. Оно, наверное, даже полдня на морозе не проживет. Помню как-то однажды меня в Варгоне отправили далеко на юг, и я первый раз столкнулся с таким явлением, как снег. Очень неприятный был опыт, но я не умер через пару часов, а успел найти себе убежище, где несколько дней пережидал снежную бурю. Представить себе не могу, что попаду в такую ситуацию теперешним телом. Это все - смерть через час.
        Пуститься в мысли о прошлом не дает дно, до которого я добрался пока что буквально. Осматриваюсь, подсвечивая телефоном. Комната на подпорках. Вырытая в спешке. Скорее всего суммой, а не лопатой. Больно уж неестественное происхождение.
        Что ж, видимо здесь раньше что-то было. И теперь этого нету. Если выходец не знал, что склеп заброшен, то его бы ждал сюрприз. Вот только почему он заброшен? Как я понял, где-то тут есть другой - активный склеп. По какой-то причине он переехал отсюда. Судя по ветхости окружения, как минимум лет пять назад. Максимум - десять.
        Решаю уже возвращаться, но замечаю в углу какую-то неровность. Хотя комната идеально ровная, и непонятно, как такой осталась за столь длительное время. Поэтому каждая выпуклость здесь привлекает внимание.
        Подхожу, присаживаюсь. Голова начинает кружиться. Как я и думал, кислорода тут мало. Так можно упасть в обморок и стать первым, спустя долгое время, экспонатом этого склепа.
        Какая-то коряга… Обычная прогнившая щепка…
        Подбираю. И понимаю, что это точно не то, чем кажется. Да, выглядит как прогнившая щепка, но вот только пальцы на ней теплеют, а сосуд внутри суммы реагирует как спящая собака, которой к носу приложили свиную вырезку.
        Подношу ближе к глазам, разглядываю внимательнее. На вид обычная закостеневшая коряга и, возможно, я бы в это и поверил, не будь у меня определенного опыта работы с разной степенью протухшести и мумификаций.
        - Палец, значит? - тихо говорю я сам себе.
        Морщусь, обращаю внимание, что то, что похоже на ноготь, у основания свежее и гладкое. Это может означать только одно - ноготь продолжает расти.
        Если это то, что я думаю, то… возьму себе. Какой я Первый Хранитель если не коллекционирую человеческие пальцы.
        Кладу находку во внутренний карман пуховика, поднимаюсь наверх, сажусь прямо на каменный пол, глубоко дышу.
        Итак.
        Палец мумии. В склепе, где раньше хранились консервированные первые одаренные, служащие аристократам местом силы для пополнения суммы. Предполагаю, что палец остался после переноса тела. Скорее всего в спешке. Отвалился? Это же каким надо быть идиотом, чтобы потерять палец? Интересно, в мавзолее у них такое же отношение к усопшим? Хотя, чему уж удивляться. Вполне могли и при транспортировке повредить. Учитывая, насколько неудобный здесь подъем и какое узкое отверстие.
        Хорошо, а зачем тогда вообще нужен скрытый отсек в склепе? Уверен, что лет пять назад я бы не нашел его. Это просто со временем плитки расшатались. Ладно, тут может быть множество теорий.
        Итак, чей-то засохший палец я заберу с собой. Если он поможет восстанавливать сумму, то грех этим не воспользоваться. Пока буду считать, что его «забыли» тут случайно. Халатность и гениям знакома.
        Буквально за несколько шагов до выхода я останавливаюсь.
        Слышу…
        Ну замечательно.
        - Учитель Элеонора, вы сделаете «бу», когда я выйду?!
        Сначала тишина, а потом:
        - Какой ты чуткий, Константин. Как узнал?
        - Вы забыли, что я пронес ночью в закрытую школу отрезанную голову? Думаете, меня так легко застать врасплох?
        Слышу сердцебиение негра. Равномерное. Он либо спит, либо без сознания. И я очень сомневаюсь, что он решил вдруг вздремнуть.
        - Выходи, Константин. Обещаю, не трону, - говорит спокойно, без усмешки.
        Будто у меня есть выбор. Протискиваюсь через металлические створки, смотрю вверх. Элеонора стоит прямо на куполовидной крыше склепа. Рядом с ней разлегся негр.
        - Откуда знаешь про это место? - рассматривая ноготки, спрашивает учительница.
        - Случайно набрел.
        - Правда? - переводит взгляд на меня. - Ну хорошо, это вполне возможно. Правда слишком уж у Константина Кибы много случайного последнее время. А дверь была открытой?
        Киваю, разыгрываю недоумение:
        - А она была закрыта?
        Элеонора пристально смотрит на меня сверху вниз:
        - Давай-ка поговорим на чистоту.
        Она спрыгивает и… парит в воздухе. Медленно, будто шарик. Опускается на землю:
        - Если переживаешь за этого, - кивает вверх, на дрыхнущего на крыше склепа Гакэру, - то он нас не слышит. Так что ты хотел сказать мне той выходкой с головой, м? Чтобы я была с тобой осторожнее, верно?
        Пожимаю плечами, перехожу на ты:
        - Точно. Ты стравила меня с силачами в яме, да еще и Севу им отдала. В следующий раз на столе будет твоя голова. Свой последний шанс ты истратила.
        Губа Элеоноры дергается. Играть с ней я больше не буду и не хочу. Есть у меня один принцип - не играть с такими женщинами. Лучше быть с ними открытыми. Поэтому либо Элеонора будет мне другом, либо врагом. Никак иначе.
        Она делает навстречу мне шаг, второй. Не двигаюсь, только улыбаюсь.
        - Константин, я не могу понять. Ты сейчас проявляешь силу, отвагу или тупость?
        - Возможно все одновременно. И смотрю, что сработает.
        Останавливается. Тишина. По ее лицу трудно что-то понять, но кажется, что она взвешивает свои дальнейшие слова.
        - Хорошо, - в октябрьский мороз вырывается пар из ее алых губ. - Предлагаю перемирие. Больше никаких игр.
        Молча протягиваю ей руку. Она без единого сомнения ее пожимает:
        - Но не смей так себя вести при всех, понял? Не смей больше подрывать мой авторитет.
        - Конечно, учитель Элеонора. Теперь вы расскажете, почему мы здесь и что вы хотели? Уверен, я не просто так попал на подработку с вами. Тут мы можем поговорить без лишних ушей, верно?
        - Точно, Константин. Какой же ты умный мальчик, - иронично смотрит на меня.
        Вздергиваю бровь:
        - Давай без этого. Если не хочешь, чтобы в классе я называл тебя девочкой, - усмехаюсь.
        Таких женщин нужно держать в сарканских рукавицах. Или они обнаглеют вкрай. Мне начинают нравиться языковые особенности с «ты» и «вы». Этим можно выгодно манипулировать в разговорах со всякими зазнавшимися и высокомерными.
        - Боюсь-трясусь, Константин, - продолжает лучезарно улыбаться она. - Так, хватит этого. Я знаю, что заместитель директора как-то по-особенному к тебе относится.
        Надо же, какая резкая переменчивость в нашем диалоге. Но меня это тоже напрягает. Есть ощущение, что внимания от директора ко мне больше, чем я того заслуживаю.
        - И что?
        - Я уже многое испробовала и, честно говоря, немного… утомилась. Поэтому скажу прямо. Мне нужно узнать от него, что с директором. Где он вообще.
        Скрещиваю руки:
        - Тебе нужен директор, о котором никто ничего не знает? И раз я пару раз общался с замом, то ты решила, что я помогу?
        - Какой ты сообразительный, Константин. Я не знаю, кто ты и в какую игру играешь, но знаю, что зам тобой не сильно доволен. Поэтому давай не будем лезть в дела друг друга. Но я предлагаю взаимообмен. Мне нужна информация о директоре. Где он. Кто он. И все остальное. И чем информации больше, тем лучше. А я… - показывает белоснежные зубки. - Могу быть благодарной. Думаю, ты догадываешься об этом, верно?
        Пожимаю плечами:
        - Я ничего не знаю про директора. Как и все. И меня он пока не интересует. А вам он зачем?
        Элеонора показательно поправляет шубку:
        - Константин, некультурно задавать такие вопросы. Про себя ты же ничего не говоришь. Хочешь обменяться информацией? Ты расскажешь мне, что задумал. А я рассказываю тебе. М-м?
        Я искренне усмехаюсь:
        - Все просто. Хочу в своей жизни собрать, - щурюсь, - пазл власти.
        Слышу…
        Ее сердце меняет ритм, хоть лицо ничего не выражает. Подхожу ближе:
        - О, вот оно что, Элеонора. Ты знаешь про пазл, да?
        - Что? - быстро моргает она. - Какой еще пазл, Константин? Ты опять со мной играешь.
        - Нет. Так что ты знаешь про них?
        Спустя минут десять ужимок и переглядываний, она наконец-то сдается, вздыхает:
        - Значит и ты туда же…
        - Типа того.
        - Раз ты знаешь об этом, то смысла скрывать нет. Тогда ты точно понимаешь, зачем мне нужен директор. Он не просто так пропал. Я, как и многие, тоже считаю, что он охраняет один из пазлов, - Элеонора тяжело вздыхает. - Ладно, значит от тебя я ничего не узнаю. Тогда пойду по другому пути.
        Понятно. Значит и Элеонора в этом замешана. Мне порой кажется, что как минимум половина всех школьных интриг каким-то образов вертятся вокруг этих пазлов. При этом почти никто не знает, что это такое и как работает, просто выполняя свое задание в огромной веренице общей цели. Один Валет, например, выслеживает человека, не зная для чего и просто передает о нем сведения. Другой изучает аэродинамику, третий пытается подружиться с каким-нибудь беляком. И никто не знает для чего это делает, ведь таков приказ сверху. И только самый главный понимает, как все взаимосвязано. Вполне типичная интрижка, когда исполнители не должны понимать, чем занимаются.
        - Тебя Вальты подослали? - от балды спрашиваю я.
        Вдруг еще что расскажет. У Элеоноры крайне паршивое настроение. И, судя по всему, любовь к своему клану она потихоньку теряет. Она же учитель по обмену, и в этой школе уже пятый год. И, судя по всему, пока не добьется какого-то результата, тут и останется. Неудивительно, что она так не любит учеников и всячески им пытается подгадить. А если кто-то выдерживает ее провокации, она выделяет их, как особенных, пытаясь переманить на свою сторону, заманивая благосклонностью вместо террора. Вот только я на это не повелся. Мало того, за пять лет я первый, кто так мощно ответил ей на провокацию.
        - Конечно! А ты как думал, а? - искренне злится Элеонора. - И не только меня. Такими вопросами ты выдаешь свою неосведомленность, Константин. Для чего по твоему главенствующему клану отправлять своих в эту дыру? В Германии школы неодаренных во много раз лучше.
        - Как-то ты больно откровенна…
        - О, Иисусе, Константин, мы в лесу, и я говорю то, что остальные и так знают, но делают это страшной тайной, - закипает Элеонора. - Тебе я тоже советую иногда выговариваться. Знаешь, как-то легчает. Как же у вас холодно… Дрянная погода…
        Хм, может попробовать ее переманить на свою сторону?
        - Предлагаю объединиться.
        Фыркает:
        - Одной отрезанной головы мало будет, чтобы меня убедить в твоей крутизне, Константин. Сведешь меня с директором, тогда подумаю.
        - Нам обоим нужен пазл, верно? Единственная зацепка - директор.
        И еще филзели, которого я пытал. Но говорить об этом, конечно же, не буду. Продолжаю:
        - Предлагаю найти его вместе, а потом разойтись. Я помогу тебе, ты мне. Ты же за пять лет ничего не добилась, верно? Я за две недели уничтожил Новую Силу и объединил полшколы…
        - Никого ты еще не объединил, Константин.
        Сверху, на склепе, тяжело стонет негр. Он там себе ничего не отморозил?
        - Объединю. Мне нужна защита среди учителей. Покровительство, скажем так. Чтобы не сильно нам мешали.
        - А мне что?
        - Денег?
        - Не интересно, - смотрит на меня Элеонора совсем другими глазами. - Я хочу уйти отсюда. Мне надоела эта школа. Я хочу нормальной жизни, ты понимаешь? Первый год мне еще казалось это… интересным. Но сейчас… Нет, я не хочу больше. Но меня не отпустят, пока я не сделаю то, что от меня хотят.

* * *
        Обратно до школы мы идем молча. Только негр стонет, потирая распухшую щеку.
        Честно говоря, я удивлен. Элеонора устала? Или она просто меня разводит? Она казалась очень боевой женщиной. Умеющей играть и выходить из игр победителем. Но все это время я видел ее маску. Маску сильной, но на самом деле просто уставшей. Пять лет в этом месте вымотает любого. Я бы, например, не смог. Мне нужно движение, риск, азарт. А тут полгода нужно подлизываться к замдиру только, чтобы он наконец-то с тобой поздоровался в вестибюле.
        С Элеонорой я договорился с натяжкой. Она не хочет подставляться ради меня, потому что не понимает, что я дам взамен. Ей нужна свобода. И я ее прекрасно понимаю. Единожды вступив в чертог Шиилы становишься ее дитем, либо кормом ее детей. Нельзя просто так вырваться из ее паутины. И в конце либо ты умрешь в ее объятьях, либо с ее именем на устах. Никак иначе.
        Хочу спросить Элеонору о склепах, но решаю не рисковать. Ее настроение стремительно улетучивается.
        Все еще идем молча.
        Надо будет поэкспериментировать с пальцем. По моему мнению, он что-то вроде накопителя суммы, который способен заряжаться со временем и передавать сумму, достаточно лишь коснуться его. Примерно это я и почувствовал, когда взял его в руки, хотя сосуд у меня и так был полон на целых четыре единицы. Очень хороший показатель, кстати. Не больше пяти процентов учеников получают изначально такие размеры.
        Наконец Элеонора заговорила. Она с неохотой выполняет свои обязанности и проводит нам урок под запись телефона. Насколько я понял, некоторые опасные программы отработки требуют видеоконтроля, чтобы в случае чего ученик не пожаловался, что его связали и отрезали ногу, хотя на самом деле он ее лишился из-за несоблюдения техники безопасности.
        Я слушаю вполуха о том, что остаточные предметники - идеальные ловушники. Опытные «маги» могут подложить в карман врагу камень, который через какое-то время изменит свой вес. Постоянные предметники так на предметы взаимодействовать не могут. Они должны иметь с ними непосредственный контакт. Достаточно лишь выронить оружие, как оно из огненного экскалибура превращается в обычную железку-арматуру.
        Мы подходим к школе изрядно потрепанными и немного уставшими. По крайней мере мы с негром, который очень недовольно косится на Элеонору. Уж не знаю, что она сделала, но сразу видно, что Гакэру больше не хочет таких отработок.
        - Гакэру, хватит так пялиться или я посчитаю, что один глаз тебе не нужен. Всё, оба свободны, - ежась от холода, отмахивается Элеонора и уходит.
        Галдеж… Суета… Народ…
        Слишком много людей вокруг. И уж тем более слишком многие на нас смотрят. Это искренне нервирует. Становиться «звездой» - не для меня.

* * *
        Время 08:10
        Шум, крик, гомон!
        Я в Яме.
        Сэм в Яме.
        Сто сорок три ученика в Яме, каждый из которых заплатил по 50 ОВ. Общий призовой фонд составляет 7150 ОВов или миллион рублей. Это не считая, что 2000 ОВов мне заплатит Сэм при любом исходе. Кстати, судя по его виду, он сам в шоке от того, что пришло столько народу.
        А я чувствую… настоящую взволнованность. Хоть я и бывал на всяких аренах, но со мной первый раз такое. Сотни глаз изучают меня. Они ждут, что я проиграю. Или хотят увидеть чудо и понять, как слабак убил главу клана Новая Сила. И он ли вообще убил его? Или это просто очередной обман, где я лишь прикрытие для чьей-то игры? Им интересно смогу ли я справиться с пробудившимся два года назад Сэмом.
        Слышу…
        - О чем он думал?..
        - Это Киба, он убил…
        - Да ну брехня, кто-то его подставил.
        - Хочешь сказать, что он один расправился со всеми силачами? Да это же пиз…
        - Я думаю, он вынесет Новуса в хлам…
        - Ты дурак, Лех. Это специальный бой, чтобы всем показать, что он не такой уж и крутой. Школа организовала бой.
        - Думаешь?
        - Конечно. Все это знают. Слухи о нем слишком жёсткие. Кто-то захотел их опровергнуть. Показать, что это не очередной выскочка-революционер…
        - Э, кто пернул?
        Морщусь. Слишком много информации отовсюду. Нужно взять себя в руки и сконцентрироваться только на бою.
        Может мне просто проиграть?
        Сердце бьется чаще. Краем глаза вижу знакомые лица. Аннет хихикает с напряженной Ликой. Дарен сочувственно смотрит, Кевин изучающе и серьезно. Он тоже понимает, что на кону не только деньги. На кону стоит достоинство нового лидера. Достоинство короля.
        Акане совсем рядом, в первых рядах. Давно я не видел в ее глазах такой бури эмоций. А ведь с виду спокойная. Вокруг нее толпятся Джуны.
        Смотрю направо. Силачи… Точнее те, с кем я должен вести диалог вечером. Семеро. Все из них, кто учится в Новой Эре пришли посмотреть на бой.
        Что? Даже Амарэ? Им то, что тут надо? Зам говорил, что они не любители таких вещей.
        Все пошло не по плану. Я должен был поднять денег, а не ставить на кон свою репутацию в обычной детской драке.
        Отказаться?
        Нет, сейчас это будет выглядеть хуже, чем проигрыш.
        Смотрю наверх. Вместо звёзд глаза слепят множество ярких ламп. Щурюсь, перевожу взгляд на Сэма. Мы встречаемся глазами. Он напряжен, но держится довольно спокойно. Он уверен в себе, но по глазам и ритму сердца я понимаю, что он опасается. Он считает, что все шансы его, но… он помнит, что я сделал, и знает, что обо мне говорят. Его это настораживает, и он будет осторожен. Да, я уверен, что несмотря на явный перевес сил, он не рванется сломя голову, а будет подступать с умом…
        - Внимание, оппоненты! - звучит женский голос из громкоговорителей ямы.
        Надо же, в прошлый раз диктора не было.
        - Внимание! В связи с особой заинтересованностью поединком и того, что один из участников на момент регистрации боя был непробужденным, принято решение провести турнир по индивидуальным правилам и увеличить призовой фонд на пять тысяч очков влияния!
        Тишина. А потом перешептывания, смех. Судя по реакции толпы, для них это не ново, но все же редкость. Шиила побери эти правила. Что опять они выдумали? Не люблю подобные непредсказуемости. Ведь я уже изучил стандартные правила проведения боев.
        - Внимание! Оба соперника единогласно должны выбрать, у кого из них будет ОСОБОЕ преимущество в этом бою.
        Что… за… хрень?
        Кто-то из толпы кричит:
        - Что за преимущество?! Эй!
        Диктор не отвечает. Значит, сначала мы должны выбрать, как тут говорится, кота в мешке. По логике мне должны были дать поблажку, но… извернулись так, чтобы мы сами с Сэмом выбрали. Это что, какой-то психологический тест?
        Мысли рекой льются в голову.
        Велика вероятность, что Сэм предложит мне эту ОСОБУЮ неизвестную поблажку. Это будет благородно с его стороны. Но! Тогда моя победа не будет такой яркой, и я не смогу сильно увеличить свой статус в школе. Все будут считать, что у меня была поблажка и поэтому я выиграл. И тогда эта победа не будет ничего стоить…
        Хм… Возможно, что кто-то предполагает, что я могу выиграть этот поединок. Но он не хочет чтобы эта победа повысила мой авторитет в школе? А напрямую мне поблажки не навязывает, делая так, чтобы я сам на нее напросился.
        Хитро.
        Мне нравится этот мир.
        Ах, это забытое чувство.
        Чувствую себя неофитом в бою с саранским ящером. Как в том посвящении, где выживает лишь один из десяти.
        И вот он я… Первый Хранитель Шэйлы, тень Шиилы, снова должен проходить его, но уже в новом мире.
        Улыбаюсь, поднимаю руку, что сказать о своем решении. Все смотрят на меня. Становится тихо.
        Что ж…
        Поиграем…
        Глава 10. Преодолевая пределы
        Разум ускоренно соображает.
        «Особое преимущество», о котором не говорят? Серьезно? Очевидная провокация, где мне завязывают руки при любом исходе.
        Допустим я не играю в героя и соглашаюсь, что мне нужнее особое преимущество (которое попахивает подставой). То, что получится в итоге? Если я проиграю, меня будут считать тем, кто даже с преимуществами не смог выиграть. Тут я потеряю больше, чем если «плюшка» будет у Сэма. А если выиграю, то не особо-то все впечатлятся. С читами, мол, любой может.
        А вот если «особое преимущество» будет у Сэма, то проиграть будет не так позорно. Ведь теперь читер он. А если я выиграю, то повышу свои статус в школе до небывалых высот, хоть и шанс победить, судя по всему, становится еще меньше.
        Будем реалистами… Мне не выгодно получить эти «читы» с щедрых лап организаторов турнира. Думаю, это понимают многие. А вот остальным я донесу по-другому:
        - Я отказываюсь от этого преимущества! - кричу во все горло.
        Те, кто потупее, определенно назовут меня героем.
        - А-а-а-а-а! - взрывается трибуна.
        Им весело. Они как дикари, варвары. Хотят зрелища. А тот, кто заправляет этим цирком преследует свои цели. Уверен, что яма напичкана всякими датчиками, как в лаборатории Хидана. Каждое наше движение записывается, каждый выплеск суммы фиксируется.
        Сэм, видимо, тоже это понимает. Для него принимать поблажку от беляка, который очевидно слабее - так себе инструмент для поднятия авторитета в школе.
        Поразительно, но обычно на всяких аренах борются за преимущества и возможности победить. Но в школе Новая Эра это какая-то подстава.
        - Отказываюсь! - кричит издали Сэм. - Тебе оно нужнее, дружище!
        Пафосная битва героев. Если бы только многие не понимали, что это далеко не так. Мы оба хотим победить. Но вот пример, когда победа может обернуться ничем. Сэм богат и деньги ему за такую победу не нужны. Я же вообще не мерю авторитет деньгами. Его заслужить часто тяжелее, чем заработать.
        Гниль подземная! Проигрывать точно нельзя. У меня сегодня вечером встреча с силачами, и они точно напомнят об этом поединке. Ну вот почему нельзя было провести бой позже? Шиила тебя побери, Сэм!
        Спокойно… Дышу ровно…
        Смотрю на Сэма. На его лице хаос из эмоций. Для него такой публичный поединок с беляком не очень выгоден. А уж в силу последних событий, вообще противопоказан. Многим знатным людям со мной сейчас связываться опасно, не понимая, какой масти я фигура. Сэм всего лишь хотел немного оторваться на мне за детские обиды и понтануться перед Акане, а вышло все масштабнее. Уверен, что он десять раз уже пожалел, что организовал этот поединок.
        Вот только уже поздно что-то менять.
        Качаю головой, кричу:
        - Я свое мнение не изменю! Мне это преимущество не нужно! Вдруг это обман?!
        - Я два года как пробужденный! А ты неделю! Тебя никто не осудит!
        - Мне все равно, Сэм! Ты все это организовал, вот ты и отвечай! Я не изменю своего мнения. И мне плевать, что нас как-то накажут. Мне терять нечего. А тебе?
        Сэм мнется, кричит в сторону:
        - Эй, там! Громкоговорящие! Какое наказание, если мы не придем к согласию?!
        Тишина. Диктор не сразу отвечает. Уверен, что с кем-то консультируется. И вот говорит:
        - За невыполнения дополнительного условия каждый будет отрабатывать месяц по особо строгой программе!
        Я усмехаюсь. Меня это вполне устраивает. А вот сыну очень авторитетной семьи Новусов месяц вычищать червей из березы так себе. Он теряет намного больше, чем я. Да что уж говорить, Сэм, как тут говорится, в жопе. Как не посмотри на ситуацию. Вот что значит поспешные решения на эмоциях.
        Кто-то из трибуны кричит:
        - Пусть Акане Мацуо поцелует победителя!
        Джуны рядом с покрасневшей Акане реагируют. Двое их них быстро направляются к шутнику. Беляк видимо осознает, что нехило так затупил с такими выкриками о наследнице Мацуо и теперь пятится к выходу и кричит что-то по типу «простите, я дебил», но Джуны грубо выводят его из ямы. Стражи никак на это не реагируют, хотя собралось их тут немало.
        Сэм сам становится как помидор, из всех сил стараясь сдержать свой праведный гнев. Все знают, что он к ней неровно дышит.
        Зрители оживают. Им понравилась шутка с Акане. Мало кто так же открыто решается повторить слова шутника, но выкрики типа «Давай Сэм, ты же мужик!» и «Плевать на это преимущество! По-любому гонево какое-то! Соглашайся!»
        Диктор кричит:
        - Осталось десять секунд! Девять! Восемь! Семь!
        И Сэм ведется.
        - Хорошо! Я согласен! Извини, дружище, но я не собираюсь тратиться из-за гордости и отказываться от выигрышных денег! Не говори потом, что я не предлагал тебе передумать!
        - Никому не скажу, - тихо говорю я.
        Только вот смотри как бы это «особое преимущество» не оказалось подставой. Не просто так о нем не сказали. Если бы я знал, что это, то может подумал бы несколько раз.
        Быстро осматриваюсь. Стараюсь не упустить ни одной детали. Мы в десяти метрах друг от друга. Пол каменный. Упасть на такой и расшибиться легче лёгкого. Это не мягкая арена. Площадка для поединка десять на двадцать на тридцать, плюс-минус. Ничем не огорожено. Все тренировочные манекены и маты оттащили в сторону на время поединка.
        Плохо.
        Просто ровная площадка. Нигде не спрятаться, никуда не убежать. И как вообще в таких условиях можно биться с тем, у кого огнестрел?
        - Внимание! Озвучивание правил!
        - Первое: для победы нужно вытолкнуть соперника за пределы боевой зоны, заставить его сдаться или довести до состояния, где он не может подняться на ноги в течение десяти секунд. Но окончательное решение принимает судья.
        - Второе: бой несмертельный. Если вы убьете соперника, то проиграете бой, и к вам будут применены серьезные санкции.
        - Третье: каждый участник может выбрать себе три типа предмета из вспомогательного, оборонного или боевого снаряжения. Если не имеется своего, можно выбрать из предлагаемых школой. Перед боем все выбранные предметы проверяются на соответствие судьёй.
        - Четвертое, дополнительное, касаемое только Сэма Блэка из клана Новус: ваше преимущество заключается в одной дополнительной возможности выиграть. Если вы дееспособны продолжать бой, то можете начать его сначала. Если вас вытолкнули с боевой зоны, то вы также можете начать его сначала.
        Я цыкаю. Кот в мешке оказался жирной свиньей для меня. Десять раз бы подумал, если бы был уверен, что это не подстава, а настоящее читерное преимущество.
        Странное подозрение колет в мозг. Такое ощущение, что со мной кто-то играет. Да так, будто знает о моих слабостях и паранойях. Будто знают меня… настоящего.
        Этого же не может быть, верно?
        Ладно, долой пустые мысли.
        Получается, что у Сэма сейчас две жизни. И если он попадется на мою уловку в первый раз, то во второй я уже потеряю эффект неожиданности. Но в его «особом преимуществе» я заметил изъян… и попробую им воспользоваться…
        Сердце колотится по ребрам…
        Как же давно я не испытывал таких эмоций.
        - Внимание, участники! Начинаем первый этап. Выберите свое оружие и предъявите его судье.
        Итак, три предмета. Под сотни изучающих взгляды подхожу к стойке с оружием. Сэм уже показывает судье свои предметы. Один из них пистолет. Два других он имеет права не показывать, чем, разумеется, и пользуется. Поэтому мне стоит ждать неприятных сюрпризов.
        На выбор не так уж и много тренировочных пистолетов и резиновых зарядов к ним. Есть круглые, есть пороховые с резиновой пулей. Имитация боевого. Беру беретту, верчу в руках. Без усиления суммой такой пулей Сэма разве что прижжет, но не более. Ну или глаз ему прострелить в упор, что намного тяжелее, чем продавливать всем весом вилку в мозги.
        Боевым оружием пользоваться нельзя. А если бы Сэм вышел в реальный бой против вооруженных лишенных, то он запитал бы свою одежду суммой, надел бы маску. Это намного эффективнее любого «немагического» бронежилета. И мелкашки отлетали бы от него, как игрушечные. Ну разные что далеко не каждый предметник сможет спастись от крупнокалиберной разрывной или бронебойной пули.
        Прислушиваюсь, что говорит судья о предметах Сэма. Слышу «принято, принято-разрешаю». И какой-то булькающий звук? Сэм выбрал зелье? Но какое?
        Кладу беретту на место. Мы с Сэмом оба предметники твердого одной направленности, поэтому подготавливаемся в соответствии с этим. Но будь я опытным, то один из предметов Сэма точно была бы какая-то защита. Например, бронежилет, который мне выдавал страж Сергей. Тот выдержит и разрывную гранату, если лечь на нее животом. Ну если не брать в учет, что хоть на бронежилете и не будет ни царапинки, но тебя все равно разорвёт ударной волной.
        Закрываю стойку, иду к холодному оружию. Ножи, кастеты, стилеты, нунчаки, сюрикены, метательные ножи. Это моя стихия. Многим из этого я могу пользоваться, знаю множество техник и приемов. Вот только лишь десятая часть из моих умений хоть как-то реализуемы в этом теле. Прошло всего две недели, и хоть я и нахожусь под постоянными нагрузками, результатом не доволен. Люди слабее Альвов, у которых плотность мышц выше, а суставы могут гнуться чуть ли не во все стороны. И я чувствую, как долго мне придется добиваться результатов. Но, с другой стороны, это звучит, как вызов. Что будет, если я воспользуюсь некоторыми тренировками духа и тела Альвов? Это запрещено в храме, потому что люди могут сами себя покалечить и даже убить. Но… я же другой. Я был Альвом и знаю все техники. А теперь я могу сопоставить свои знания и опыт в этих тренировках со своим немощным телом, которое прекрасно чувствую. Хм, возможно стоит перестать жалеть это тельце и показать ему баланс тела и мысли.
        Слышу перешептывания и гвалт на трибунах. Они обсуждают любое мое действие. Не обращаю внимания. Проверяю каждый из метательных оружий. Топорики тяжелые, томагавки неудобные, сюрикены, кунаи и чакры непривычны. Вот эти ножи слишком увесисты, хоть и неплохи. Хм, а вот эти вроде ничего. Сбалансированные, легкие. Возможно, я даже справлюсь с ними лучше всего, но…
        Улыбаюсь, беру поувесистее. Набор из пяти ножей. Массивные, с удобной тяжелой рукоятью и отличной балансировкой.
        Несколько минут разминаю то, что можно размять. Резко выгибаю суставы, шею, связки. Я знаю, как это делать эффективно и быстро. Будет очень неудобно, если сведет мышцу, как в первые мои дни пребывания тут.
        Подхожу к судье. Судя по всему, это незнакомый мне учитель с высших этажей. Высокий, тощий. Вроде полуазиат, как и я. Показываю ему ножи, он кивает:
        - Принимается.
        Втихую показываю длинный моток зубных нитей, запитанных суммой. Судья лишь слегка удивляется, но кивает:
        - Принимается. Что третье?
        Улыбаюсь, показываю пальцем на габаритный металлический манекен.
        - Он.

* * *
        Через пять минут мы с Сэмом стоим друг против друга. До этого перед боем его обыскали, поэтому мне пришлось положить сушеный палец в сумку, что меня очень напрягло. Такие вещи нельзя оставлять без присмотра.
        Брови Сэма нервозно дергаются при взгляде на моего металлического друга. Да, моим третьим оружием стал манекен в человеческий рост на толстом столбике и массивном основании. Хорошо, хоть помогли его сюда запихнуть.
        - Внимание! Три… Два… Один… Начали!
        Сэм стремительно достает пистолет, целится.
        Спокойно захожу за спину манекена, кричу:
        - Далековато, не правда ли? Придется подойти поближе, согласен, Сэм?
        Разговоры во время боя бывают очень полезными. Особенно, если у противников куча сильных и слабых сторон. Одна ошибка и смерть. Главное, не терять бдительность.
        Слышу… Сэм медленно подходит. Если он выстрелит, то ему придется перезаряжать однозарядный пистолет, а это долго.
        - Я сильнее тебя, Константин, - тоже решает поболтать Сэм. - Как в ближнем бою, так и дальнем. Просто сдавайся.
        Ближе, ближе…
        Если он подойдет на достаточное расстояние, то сможет выстрелить мне в ноги, которые плохо прикрываются манекеном. Но я стою боком, шагаю вперед и назад, стараясь сбить прицел.
        Беру один из пяти ножей. Открываться перед огнестрелом и сильно стараться мне не стоит. Вскидываю руку не глядя, и нож пролетает в метре от Сэма. Ему даже не пришлось уворачиваться. Кто-то из зрителей смеется. Кто-то ахает. Все верно, я ничего не смогу сделать с такого расстояния против, скорее всего, усиленной одежды. Даже если покажу все свои навыки. Поэтому пока пусть он думает, что я полный профан.
        Сэм прав. В ближнем бою я могу ему проиграть. В лесу я понял, что он намного выносливее и тренированнее меня. Второй нож я специально кидаю криво, и он попадает ему в грудь рукоятью. Со странным металлическим лязгом отыскивает. Понятно. Как я и думал. Свою одежду Сэм действительно зарядил. То-то он выглядит так, будто в пижаме. Никаких деловых пиджаков ядовито-желтого цвета. Вероятно, это хлопок. Простой, лёгкий и однородный материал. Я тоже вышел на арену в выданной школьной спортивной форме. Вот только усилить не смог.
        С каждым шагом Сэма, мое сердце бьется сильнее и сильнее. Сейчас многое зависит от одного единственного выстрела из пистолета.
        Сэм убеждается, что ничем, кроме неумелых бросков ножичками я его не удивлю, и срывается с места, пытаясь поймать меня на прицел. Я к этому готов: резко огибаю манекен с другой стороны, одновременно вскидывая руку и кидая третий нож навстречу Сэму. Он небрежно отмахивается, рукой отбивая его.
        Не выстрелил…
        Осторожный, как я и думал. Даже видя мои «навыки» метания ножей, он не несется в бой сломя голову, как тупой силач. В ближний бой с отрезателем голов и втыкателем вилок вступит только в крайней случае.
        Несмотря на улюлюканье дуэльных критиков, Сэм не ведется на провокацию. Его лицо сосредоточено.
        Одна моя ошибка, и прогремит выстрел. Не знаю, какие свойства у пули, но уверен, мне хватит сполна.
        Сердце колотится. Как его, так и мое. Теперь мы довольно близко, но он за спиной манекена, а я впереди него.
        Чем больше я смотрю на Сэма, тем меньше мне хочется проигрывать. Я улыбаюсь, пытаясь сдержать дрожь азарта. Я не хочу показывать всем, как мне приходится тяжело, и что каждая моя клетка напряжена до предела.
        Сэм напружинивается, чтобы покончить со мной, но…
        Я вспоминаю.
        Вспоминаю, как совсем недавно я возвращался на то место, где Сэм пристрелил силача. Я замерил точное расстояние от точки «А» до точки «Б», радиус в который еле-еле он целился, нехило сместив попадание вверх. И изучил информацию о его копии пистолета с кремневым замком и латунным стволом производства Кетланда. Почему нельзя сделать какой-нибудь индивидуальный пистолет под современный манер, я пока не вникал, но это точно связано со сложностью использования, которое я заметил на бирках в торговых автоматах с оружием.
        А сейчас у Сэма вообще тренировочный пистолет. Не его привычный пистоль, а лишь что-то схожее по характеристикам на основе его навыков. Почему тренировочный, а не его? Потому что на момент, когда бой был организован я еще был непробуждённым. Поэтому поединок работает по старым правилам. Хотя, если память мне не изменят, даже у пробужденных есть какое-то время на раскрытие своих талантов. И нельзя просто взять и опытному пробуждённому бросить вызов новичку на равных условиях.
        И Сэм все это понимает. Если он хочет попасть наверняка, то ему придется подойти ко мне чуть ли не впритык.
        Срываюсь с места, бегу в противоположную сторону, туда, где совсем недавно стоял Сэм. Как я и думал, он не бежит за мной сломя голову, целится и недовольно цыкает, так как я стараюсь бегать зигзагами.
        - Хватит бегать! - кричит он. - Давай закончим это быстро! Ничего личного, дружище! Не заставляй меня калечить тебя кулаками!
        Добегаю почти до конца арены, разворачиваюсь, на моем лице только сосредоточенность:
        - Много болтаешь.
        Глаз Сэма дергается. Он двигается на меня, целясь. Он знает, что я загнан в угол. Он подойдет ближе и просто выстрелит.
        Он уже достаточно близко, и я поднимаю руки.
        Сэм прибавляет ходу, он не верит, что я сдаюсь, уже вижу, как его палец вжимает курок и…
        Поднимаю руки еще выше, медленно, чуть отступаю левее.
        Слышу! Вижу! Мышцы Сэма напрягаются, кости движутся! Пытаюсь увернуться, но…
        Сжимаю зубы, готовясь к очередной порции боли.
        БАМ!!!
        И вот она пронзает всё мое тело.
        ВЖЖЖЖЖЖЖХХХХ!!!
        Одновременно с этим невидимая нить приобретает свои естественные свойства, белеет, укрепляется. Пахнет мятой! Теперь ее видно. Она тянется от основания манекена до моего кулака, чуть ли не касаясь уха Сэма. Секунду назад я направил в нить сумму, меняя ее самые простые свойства - степень натяжения и упругость. Привязанный к этой нити нож со всей скоростью устремляется вдоль нее, как на резинке, и вышибает дух из затылка Сэма. Если бы я хотел его убить, то в затылок прилетела бы не увесистая рукоять, а лезвие.
        Мы падаем одновременно. Я со жгучей болью по всему телу, и Сэм.
        В глазах туман, искры. Такое ощущение, что мышцы парализованы!
        Ясно… Сэм зарядил патрон электричеством, сделав подобие электрошокера. Эффективно и не смертельно.
        Тишина!
        Если Сэм встанет, то я проиграю. Его вторая жизнь будет работать с условием, что он будет дееспособным. И именно на это я рассчитываю. Что второй шанс ему просто не понадобится.
        Крик, гомон, визги! Толпа беснуется!
        Слышу женский голос из динамиков!
        - Внимание! Оба соперника не могут продолжать бой! Судья проведёт отчет.
        Слышу другой голос, мужской:
        - Десять… Девять…
        Так, вроде бы боль проходит… Наверное, Сэм зарядил пулю не сильно. Лишь чтобы успеть выволочь меня за пределы арены.
        - Шесть!
        - Пять!
        - Четыре!
        Зачем же так орать-то… Пошатываюсь, на ватных встаю, с пренебрежением игнорируя усталость и боль.
        Сэм лежит. Его сердце бьется рвано-размеренно.
        Сжав зубы, стою. Зал погружается в гробовую тишину.
        Сэм стонет, шевелится…
        …встает.
        Да чтоб тебя!
        Глава 11. Сумма возвышения
        Пятница.
        28 октября 2022 г.
        09:41
        Сэм встает…
        И снова падает на подкошенных ногах.
        - Два!.. Один!.. - досчитывает судья. - Побеждает Константин Киба!
        Трибуны пока молчат. Я тоже не тороплюсь праздновать, подхожу ближе к Сэму.
        Громкоговоритель выдает:
        - В соответствии с особым правилом, Сэм Блэк получает еще одну возможность провести бой!
        Сэм смотрит будто сквозь меня и ничего не слышит. Глаза заплывшие, косые. Его хорошо огрело. Я подхожу ближе, незаметно ощупываю все его кармашки, якобы с благими намерениями поддержать в беде. Ага, нащупываю склянку с зельем. Значит мне не послышались булькающие звуки. Ну что ж, это упрощает дело…
        - Эт… что было, мазафака? - трет затылок, смотрит вниз, замечает нить и утяжеленный кинжал. - Поня-я-ятно. Эх, и нафига мне все это сдалось?.. Ну, зато к Хэллоуину готовиться не придется. Рыжая тыква уже готова…
        Стараюсь не показывать слабость, натягиваю на лицо улыбку:
        - Может сдашься? - спрашиваю тихо.
        Сэм смотрит на пальцы, которым растирал затылок. Видит кровь.
        - Э, нет уж. Воевать так до конца.
        - Уверен? Предупреждаю по-дружески, тебе не понравится второй раунд.
        - Нет уж, дружище, давай-ка… иди на свою сторону.
        Пожимаю плечами, отхожу в дальний конец арены, смотрю на Сэма. Он достает зелье, залпом выпивает. Морщится. Причмокивает. Смотрит на пустой флакон, на меня, снова на флакон, снова на меня.
        Улыбаюсь ему, мол приятного аппетита. Выпускаю каплю суммы через пальцы, изменяя свойства шелка и укорачивая зубную нить. Ножи сами прилетают ко мне в руки. В Варгоне я неплохо владел Айн-Зером, или оружием трусов, как говорят глупцы. Ближайший аналог на Земле - кусаригама. Серпы на цепочках. Только Айн-Зер - это цепь с привязанной на конце остроконечной звездой. Не нужно особых сил, чтобы размахивать ею, но мастерство владения нарабатывается годами. В противном случае, можно случайно убить самого себя. И после пробуждения я легко восстановил в голове эти навыки, что и помогло манипулировать нитью - удлинять ее, сжимать, натягивать, делать прозрачной. Ощущение, будто я всю жизнь был пауком, плетущим паутину.
        Сэм бледнеет. Замирает на месте, переставая заниматься перезарядкой пистолета.
        - Что-то не так? - улыбаюсь я, нащупывая в кармане маленькую склянку «Симфонии-2», которую подменил в кармане Сэма.
        Перед боем я обратил внимание на то, что организаторы турнира предоставили ограниченный набор зелий. Это, кстати, нехилая такая привилегия и показывает школьную заинтересованность в поединке. Далеко не в каждом турнире доступен такой дорогой ассортимент. Участникам боя нельзя выбрать зелья из личных запасов. Иначе у богатых было бы преимущество.
        Так вот. Сэм не особо скрывал, что он выбрал зелье. Ходил, булькал флаконом. Мои уши уловили звуки сразу же, как только судья одобрил его выбор трех предметов. И после того, как я заметил, что все флаконы с зельями идентичные и подписаны лишь на самой полке для того, чтобы противник не понял, что пьет его оппонент, то мне пришел в голову вспомогательный план. И он заключался в том, что вдруг появится возможность подменить зелья Сэма. Например, на «Ласточку-2», тошнота от которой просто не позволит продолжить бой. Поэтому я попробовал запрятать ее во время обыска. Найдут - извинюсь. Не найдут - будет запасной план.
        И это сработало. Судья не сильно парился. Ведь не важно, что я возьму в бой - главное, что использую во время него. И если бы я заглотил перед всеми Ласточку, то меня бы сразу же дисквалифицировали.
        В общем, всегда должен быть запасной план и парочка вспомогательных. Потому что все предсказать невозможно.
        Сэма колбасит. Как только он все выхлебал, то понял, что это не то зелье. Вкус Симфонии и Ласточки разный. Один горячительный и ядреный, другой со вкусом дождевых червей. Но запаха нет ни у того, ни у другого. Зелья настолько мерзкие, что их всегда пьют залпом, чтобы не выблевать все обратно.
        Сэм закрывает глаза, садится на задницу, тяжело дышит, справляясь с нахлынувшей побочкой от целебного зелья. О, да. Это не «банка с хитпоинтами» или «сладкий рулет», которые можно выжрать посреди бою. На такое способны только самые крутые одаренные.
        Трибуны затихают, они не понимают, что происходит. Подходит судья, спрашивает у Сэма:
        - В чем дело?
        - Все замечательно, - с трудом выговаривает он. - Кроме того, что… мне подменили зелье, и я сейчас покажу всем свои внутренности… мазафака.
        - Вы можете продолжать бой?
        - Только… с тазиком…
        - Вы сдаетесь?
        - Да, мазафака. Только хватит меня доставать.
        Сэм смотрит на меня с… да никак не смотрит. Бедолага еле сдерживается, чтобы не изгваздать арену.
        Судья поднимает руку:
        - Сэм Блэк не в состоянии продолжить бой! Победитель! КОНСТАНТИН КИБА!!!
        Трибуны взрываются, скандируя имя победителя, и я морщусь - громкий ритм бьет по моим чувствительным перепонкам! Ученики всех мастей и расцветок бурно что-то обсуждают, смеются, кричат поздравления - больше друг другу, чем мне, так как некоторые редкие ставки оказались весьма выигрышными. Краем глаза замечаю Акане. Она смотрит только на меня.
        Без лишнего пафоса покидаю зону боя, поднимаю свою сумку, иду к выходу. Меня окликает судья. Украсть ножи не получилось - собственность школы. Отвязываю их от нитей, кидаю на пол. Диктор что-то говорит, поздравляет. Но мне плевать. Сегодня я точно куплю эти чертовы прогулы и займусь делами поважнее, чем выслушивание доновосмутной истории.

* * *
        Пятница.
        28 октября 2022 г.
        17:31
        Поспать удалось четыре часа. В лесу, прямо за школой. В куче опавшей листвы, как в старые добрые времена. И сейчас я не буду переживать из-за замерзших ног и побаливающего горла. Чемпионы арен не парятся по таким пустякам. Главное, что я набрался сил и пополнил сумму.
        Наверное, многие меня ищут, но я добросовестно заплатил учителю целых пятьдесят очков влияния за прогул сегодняшних занятий. Меня предупредили, чтобы я с этим не частил. Потому что без знаний очень тяжело перейти на этажи выше. А чем выше, чем дороже прогулы, да и вообще все услуги, которые можно приобрести за очки влияния.
        Смотрю на дисплей телефона. Мой баланс очков влияния пополнился и теперь счет составляет 10 953. Если перевести эту сумму в рубли, то получается примерно полтора миллиона. Очень и очень достойный улов. Еще у меня в загашнике три зелья «Созерцания-1», каждое из которых стоит по 120 тысяч. Подарок Хидана, увеличивающий шанс пробуждения. Теперь они мне не нужны, но можно продать, либо оставить для слуг. Или тут они называются «работники»? Тогда почему происходит от слова «раб»?
        Ладно, не важно…
        Главное, что все эти средства легальные. А не те, которые ждут меня в особняке покойного главы Новой Силы. Если, конечно, еще ждут. Я не смог их тогда вытащить, но запрятал как позволяло время. На выходных планирую за ними вернуться. Вроде как силачи уже достаточно ослабли и особняк тот потихоньку пустеет.
        Встаю. Хватит отдыхать. С сегодняшнего дня я не дам своему организму покоя. Даже узнал, как можно быстрее раскачать мускулатуру. Ласточкой номер пять. Как известно, процесс наращивания мышц заключается в их уничтожении. Они рвутся, заживают, рвутся, заживают. Внутренне ты себя травмируешь, и именно из-за этого после тренировок все болит. И Ласточка самого худшего качества справляется с регенерацией мышечных тканей на раз-два-три. Но с условием, что жрешь ты как слон или станет только хуже и организм ссохнется.
        Для начала проверю, насколько мое старое мастерство справится в новом теле.
        Достаю два купленных за двести очков влияния массивных куная - обоюдоострых японских ножа, с кольцом на рукояти, за которое привязываю нить. Другой конец нити тянется к кольцам на пальцах. Приподнимаю руки. Получаются типа маятники. Напитываю нити, тратя последние запасы суммы на сегодня. Больше не смогу.
        Если бы у меня была постоянная предметная сумма, то я смог бы усиливать нить в режиме реального времени, а не заранее. Сейчас каждая манипуляция с нитью, по типу удалить, разжать или деформировать - тратит ее ограниченный заряд. А подзарядить прямо в бою не получится - нужен покой и концентрация.
        Заканчивается этот заряд довольно быстро, делая из прочного оружия обычное средство для чистки зубов. Но зато я могу сделать из заряженного предмета, например, ловушку. «Постоянники» же должны контактировать со своими оружием. И они не могут пользоваться метательным оружием и огнестрелом.
        Плавно раскачиваю ножи на нитях. Через секунду по обе стороны от моих рук две свистящие мельницы. Воздух нагоняется так сильно, что у меня поднимаются волосы. Если сжимать и разжимать нити в определенные моменты, то вертеть ее становится еще легче. При этом почти не двигая руками.
        Мельница смерти повинуется моим мимолетным движениям. Над головой, позади. Два кинжала разрывают воздух с огромной скоростью, образую вокруг меня еле заметные окружности.
        Вскидываю руку вперед… По инерции кинжал тоже летит вперед, за сотую долю секунды преодолевая расстояние в несколько десятков метров. Сжимаю нить, и кинжал возвращается в руку, сильно отбивая ладонь тяжёлой рукоятью.
        Спустя пять минут безудержных вращений по дуге, удается выкосить все кусты вокруг, увеличить радиус мельницы до нескольких метров над головой, свободно удлинять и укорачивать нить, а еще обмотать ее вокруг ветки на дереве, полностью лишившись своего оружия. Сил сломать ее у меня не оказалось.
        А вот если бы я умел придавать предметам дополнительные свойства, а не просто менять структуру… Например усилить лезвия кунаев, как это делают Джуны, то я смог бы разрезать даже камень.
        Нити рвутся через четыре минуты интенсивного использования. Заряд на них кончается. Перебарываю жгучее желание поэкспериментировать с сушёным пальцем. По-любому через него можно немного считерить, как это делают аристократы…
        Но время пришло…
        Уже слышу гомон. За школой собралось больше людей, чем я ожидал.
        Выхожу из леса на пустое футбольное поле. Пересекаю его, дохожу до невысокого забора, отрываю вычурную калитку, захожу. Школьная территория кишит людьми. Тут как минимум сотни две-три. И все хотят узнать, что я скажу. Из-за боя с Сэмом количество людей явно прибавилось.
        Морщусь. Обожаю публичные речи.
        Меня замечают. Слышу крики, вижу десятки пальцев, указывающих на меня, глаза с выражениями разной степени любопытства и заинтересованности. Мельком пытаюсь осмотреть всех присутствующих. Какие-то лица мне знакомы. Пришла почти вся моя группа. Даже Лика. Аннет не вижу, Акане тоже. Как и представителей большинства кланов. Ни Новусов, Ни Джунов, Ни Амарэ. Вижу семь силачей. Среди них Вадим Тернов. Двое из них прямо старшекурсники. И выглядят лет на сорок. Основная масса - отчаявшиеся беляки, цепляющиеся за какого-то Константина Кибу, заявившего, что сможет изменить их жизнь. Точнее, они услышали именно так. Я чётко говорил, что лишь укажу путь и помогу по первости. А не сделаю все за них.
        Мельком замечаю одну очень интересную личность… Ого, неужели это Сева? Выбрался-таки. Да еще и в школу вернулся. Хотя выглядит немного странно. Бледный. Смотрит в прострации. Неужели сошел с ума от такого маленького приключения? Интересно. Посмотрим, что он предпримет дальше.
        Многие уступают мне дорогу, создавая живой коридор. Кто-то мне что-то говорит, кто-то нагло спрашивает, что я предлагаю за их верность. Есть даже те, кто с ходу просят денег или каких-то дополнительных доказательств. В толпе замечаю Яру. Фея стреляет на меня глазками, как хищница.
        Всех игнорирую. Сую руки в карманы. Кто-то хватает меня за одежду, но вот появляется Кевин, аккуратно, но уверенно отрывает от меня руку наглеца:
        - Не надо хвататься, хорошо? - звучит его холодный голос.
        - Да я просто спросить…
        - Тебе все сейчас расскажут.
        Иду дальше, поднимаюсь на декоративную возвышенность из камней. Летом это красивый цветочник, а сейчас же просто груда.
        Оказавшись на метр выше самого высокого участника столпотворения, оглядываю людей в последний раз. Слишком шумно.
        - Громко, - морщусь я.
        Какой-то силач пытается заглушить глотки:
        - Тихо!
        Помогло, но не очень. Тернов Вадим - тот, чей инвалид-отец помог мне попасть в особняк главы силачей, орет что есть мочи:
        - Молчать, сучары!
        Вот теперь становится тихо. Ухмыляюсь. Наглядный пример для чего нужны такие, как силачи.
        - Первый момент, - спокойно говорю я так, что многие даже дышать перестают, прислушиваясь к моему голосу. - Те, кто сейчас спрашивал, сколько я заплачу - свободны. Нисколько.
        Все стоят, переглядываются, но не уходят. И не потому, что прониклись, а потому что веселуха продолжается. Тут много тех, кто пришел «по приколу». И они мне нужны меньше всего.
        - Второй момент. Я создаю в школе Новая Эра клуб Превосходства Неодаренных. Нанимаю всех бывших членов Новая Сила для охраны этого клуба.
        Силачи уже давно все решили, раз пришли сюда, поэтому я даже не спрашиваю их мнения. Либо они в безопасности со мной, либо окажутся с вилкой в глазу. Я уже не раз доказал, что это не просто слова.
        Смотрю на силачей. Они бычатся, выпирают вперед грудь, крякают, выражая одобрение. Вадим Тернов искреннее ржет и говорит что-то про то, как будет весело.
        Продолжаю:
        - За безопасность членов клуба силачи будут отвечать лично передо мной. Остальные вступившие получат защиту клуба, доступ к особому ассортименту за внутриклубные очки достоинства и повышенную вероятность попасть на этажи выше. Если вы хотите остаться в клубе, то должны выполнить норму, заработав себе не менее пятидесяти внутриклубных очков достоинства. Как вы это сможете сделать я расскажу позже.
        Крики, гомон, куча вопросов. Кевину и Вадиму снова приходится затыкать народ. Кто-то тянет руку, узнаю веснушчатого парня из своей группы, усмехаюсь, киваю ему.
        - Ты же говорил, что эти очки достоинства необязательны для вступления! Что-то не сходится! Так значит, мы должны просто работать на тебя?!
        - Если вы считаете, что можете ничего не делать, пользуясь услугами клуба, то глубоко ошибаетесь. Но и зарабатывать внутриклубные очки достоинства я не заставляю. Можете просто хорошо учиться и расплачиваться школьными очками влияния. Поначалу дорого не возьмем, но стоимость защиты будет повышаться с каждым месяцем. Клуб не потерпит тех, кто не приносит пользу.
        Кто-то из толпы кричит:
        - Фигня это все! Теперь нас в клубе будут докапывать, да?
        Пожимаю плечами:
        - Первое: Внутренняя иерархия клуба будет строиться из талантов, а не титула или статуса в школе. Назначать на должности буду лично я. За проявлениями любой дискриминации в клубе будет следить особая комиссия, выбранная всеми членами клуба посредством голосования. Переголосовывать будем раз в месяц. Второе: я кого-то из вас заставляю вступать в клуб? Говорю же, свободны. Члены клуба не будут вас трогать, но и заступаться за вас не будем.
        Снова гомон, снова суматоха. На этот раз я сам поднимаю руку и становится тихо. Продолжаю рассказывать о перспективах, плюсах и минусах вступления в клуб. Заманиваю, обещаю, мотивирую. Стараюсь сильно не утрировать, а говорить лишь то, что будет исполнено в ближайшее время. Ложь для толпы эффективна лишь краткосрочно. Позже она может обернуться против меня. К кульминации своей заготовленной речи я так и не успеваю добраться…
        Бам!
        Взрыв? Нет, хлопок! Хлопок такой силы, что треть громко охает, некоторые, особо впечатлительные падают на землю.
        Со стороны школы к нам идут пятеро. Высокие, длинноволосые, красивые, как на подбор. Одеты в дорогущие смокинги и пиджаки. В руках у одного вижу беретту, у другого длинный двуручный меч.
        Хлоп! Хлоп! Хлоп!
        Из пятерки выходит блондин, хлопающий в ладоши. Лицо белое, будто в тональнике. Ворот кружевной. Примерно таких я видел на картинках в инете. В артах про вампиров. И в мемах с шутками про гомосексуализм.
        Беляки отступают, пятятся, большинство заходят за насыпь, на которой я стою. Прячутся за моей спиной.
        Кевин явно трухает, шепчет:
        - Хреново дело. Чертов Патрик. Не думал, что он явится сюда лично…
        - Бунт на корабле, капитан, - слащавым, но величественным голосом говорит тот, кого Кевин назвал Патриком. - Извините, мы немного нашумели. О, а это что такое?
        Патрик поднимает с земли чей-то выроненный телефон, осматривает с любопытством:
        - Кто-то потерял? Кто потерял? - оглядывает он десятки голов.
        Беляки пятятся подальше от незваных гостей.
        - Ну чего вы молчите? Заберете свой телефон? - Патрик вертится вокруг своей оси, протягивая телефон. - Это твой? Нет? Девушка, может твой? Вот ведь. Оставлю его тут, скажете своим друзьям, что Патрик его нашел и оставил тут, слышите? Пусть скажут мне спасибо.
        Патрик аккуратно кладет телефон на землю, зачем-то обходит его. Подходит ближе и, не обращая внимания на силачей, смотрит на меня:
        - Спорим, этот телефон так и будет завтра здесь валяться?
        Понятно. Стоило ожидать, что эти люди появятся. Те, кто никогда не давал клубам беляков сформироваться. Те, кто ненавидит их. Те, кто захочет выступить против новой организации. Наверху школы совсем другие законы и правила. Выскочек не любят. Вот только я уже показал, что не являюсь простым выскочкой.
        Говорю серьезным голосом:
        - Думаешь, побоятся?
        - Господин Патрик! - орет широкоплечий, русый парень, явно поправляя меня. Мол, ты чего смерд, такого важного человека не называешь господином.
        Патрик поднимает руку, улыбается:
        - Все в порядке, Станислав. Мы с Костиком договоримся.
        Морщусь, но замечание не делаю. Сейчас не до поддержания авторитета. Ситуация сильно накаляется.
        - Может сразу к делу? - говорю я.
        - Конечно-конечно. Мы просто проходили мимо и услышали, что вы хотите создать клуб беляков? Это правда?
        - Абсолютно.
        - Здорово, конечно, - причмокивает Патрик. - Никогда столько беляков не собирались в одной группе. Вот только… понимаешь, Костик, я против.
        Молча показываю пальцем на школу. Там, за стеклом стоит пятеро охранников, среди которых Сергей. Я лично попросил его поприсутствовать, догадываясь, что такая ситуация может произойти. Патрик превращает губы в тонкую линию. Понятно, значит я оказался прав. После пафосной речи он хотел применить силу. Ну теперь и я могу говорить открыто. И показывать слабость нельзя. Это увидят. Но и нарываться опасно. По-хорошему нужно договориться. Я готов выплачивать этим ублюдкам за крышу, пока тени не посетят Патрика одной из ночей. Надо подвести к этой теме:
        - Что ты хочешь? Я готов сотрудничать, если не тронешь членов моего клуба.
        Кто-то из беляков трясется. Вижу, как один из силачей недовольно краснее. Наивные дети.
        - Отличная мысль! Тогда давай закрепим нашу сделку! - наигранно радуется Патрик и резко перестает улыбаться, меняется в лице: - На колени. Сейчас.
        Ни единый мускул не дергается на моем лице. Тишина становится слишком гробовой. Ученики молчат, смотрят на меня. Что ж, тут выбора у меня нет.
        - Конечно… Патрик, - достаю зубочистку, сую в рот.
        Блондин раздувает ноздри. Продолжаю:
        - Но я встану на колени только для того, чтобы вдавить вилку в твоё глазное яблоко.
        Спокойно улыбаюсь.
        Глава 12. Сумма готовности
        Пятница
        28 октября 2022 г.
        Время: 19:20
        Идем с Кевином, Ликой и Вадимом Терновым по лесу. Именно этих троих я выбрал. Первый - авторитетный беляк. Вторая - староста моей группы. Умная, скромная, но уверенная. Третий - борзый, бесстрашный и весьма сильный пробужденный. Говорят, что он был на втором месте после покойного Дэна, поэтому мало кто ему перечил, когда он покинул клан.
        Я бы не рискнул сюда соваться один, даже после того, как видел, что роскошный золотой лимузин забрал Патрика и его банду.
        - Ты рисковал, - первым начинает разговор Кевин.
        Лика быстро кивает. Тернов фыркает.
        Объясняю:
        - Риск будет всегда. Стражи не допустили бы прямой конфронтации.
        - А если бы Патрик сорвался, Кость? Успел бы убить тебя? - возмущается Лика.
        Ей я разрешил себя назвать Костей. Пока что.
        - Он мне не показался тупым силачом, который ведется на каждое оскорбление.
        - Теперь они не отстанут, - довольно скалится Тернов. - Чувствую, будет мясо. Хорошо прожаренное.
        Не отвечаю. Конечно, не отстанут. Более того, я был уверен, что случится что-то подобное. Разве что не думал, что сами короли школы соизволят спуститься к смердам. Патрик Эдвайс - единственный аристократ в школе Новая Эра выше зеруса - медиокрис. Неофициально ему принадлежит почти все. Любой клуб должен открываться только с его благословения. Плату он берет в основном верностью и пресмыканием, а не деньгами, как силачи. Кстати, сами силачи не вмешивались в дела Патрика, но нередко исполняли его «особые просьбы». Патрик развязал им руки на первом и втором этажах, так как Новая Сила вдесятером неплохо фильтровали несколько сотен беляков, не давая им задирать носы и заставляя сидеть по углам. И не удивительно, что он лично вмешался. Власть Патрика на нижних этажах пошатнулась. Силачи больше ему не подчиняются, а беляки распетушились, осмелели.
        Патрик Эдвайс - сложный противник. Чрезмерно надменный и властолюбивый, но рассудительный. Он не стал орать, безумничать и угрожать, когда я пригрозил ему. А просто молча развернулся и ушел. И сделал это так, что все вокруг восприняли этот жест опаснее любой угрозы. И самое неприятное в этой истории, это то, что многие беляки поумерили свой пыл присоединиться к нам. И не удивительно. Патрик не только влиятельный, но и сильный. Говорят, он один из немногих, кто имеет уровень суммы больше, чем максимум на сумме-детекторе - десяти. Парень очень умелый одаренный в сумме скорости и вроде бы даже в предметной газообразной, но никто не видел, чтобы он этим когда-то пользовался. Всегда хватало и скорости.
        Оборачиваюсь, смотрю на Кевина, кидаю ему зелье повышения шанса пробуждения «Созерцание-1».
        - Уверен? - ловко ловит. - Я же еще не заработал эти твои тысячу очков достоинства. Столько же надо заработать, чтобы год получать Созерцание?
        Лика завистливо смотрит как Кевин подкидывает в руке склянку, но ничего не говорит.
        - И еще нескоро заработаешь, - оправдываю я свою щедрость. - Ты же второй раз поступил, верно? Кевин, ты стар.
        - Вот спасибо.
        Тернов ржет громче, чем следует.
        Продолжаю:
        - С каждым днем твои шансы пробудиться все меньше и меньше. Так что считай, это я даю тебе беспроцентный долг, который обязательно спрошу позже, - смотрю в глаза парню. - Но можешь отказаться, если не уверен, что выплатишь его.
        Кевин очень пристально глядит на склянку. Взбалтывает ее, открывает, выпивает залпом, смотрит на меня:
        - Не люблю быть кому-то должным и признавать чужую правоту. Умело же ты совместил одно с другим.
        Киваю:
        - Давайте пробежимся.
        - А? - только и успевает отреагировать Лика.
        Минут пять я выжимаю из себя дыхалку, дышу как угорелый, но бегу, не сбавляя ритм. Понемногу нужно давать понять организму, что лафа закончилась. Быстрее всех Тернов - он вообще не напрягается. За ним еле поспевает Кевин. Потом я и запыхавшаяся Лика.
        Останавливаюсь, тяжело дышу:
        - Лика, ты хоть и женщина, но поблажек не жди. У тебя немного лишний вес.
        - Костя!
        Кевин улыбается, Тернов опять хрюкает. Не обращаю внимания на женские комплексы, говорю:
        - У меня есть к вам дело.
        - Какое, а? Мощное дело? - ухмыляется Тернов.
        - Лика, в понедельник организуй все, что нужно для формирования клуба. Разберись с документами, оформи все как надо. Взносы какие-нибудь нужны?
        Лика качает головой:
        - Вроде нет, Кость. А ммм… у Патрика разрешения спрашивать не будем?
        - Хочешь попробовать?
        - Наверное, воздержусь. Он страшный.
        - Тогда не спрашивай.
        - Хорошо, Кость, попробую…
        - Не «попробую», а сделай, - говорю строго, но улыбаюсь.
        Лика раздувает щечки, но не обижается, отвечает более уверенно:
        - Займусь сразу же. Там вроде вопрос только в помещении. К концу понедельника должна успеть. Расскажу, как все прошло, покажу варианты.
        То-то же. Она должна научиться не задавать лишних вопросов из разряда, а какого цвета, где и почему. Не давать тупых советов, а просто делать, что говорят.
        На всякий случай уточняю:
        - Помещение должно быть приличным и на видном месте. Мы будем не прятаться, а показываться.
        - Это понятно, но не уверена, что такие будут в наличии. Кость, а по поводу Патрика. Он…
        - С этим разберемся позже, - качаю головой. - Чем дольше тянем, тем больше сомневающихся. Нельзя этого допустить.
        - Поняла, - кивает Лика.
        - Кевин, ты же многих тут знаешь? Все-таки какой год в беляках. В понедельник жду от тебя список интересных людей. Чтобы было понятно, я введу организационную структуру клуба. У меня будут замы и помощники. Заниматься всеми делами лично я не собираюсь. Если получится, найди всех заинтересованных пробужденных с суммой разума. Прямо любых. Сделаем из них мозговой штаб. Хочу чтобы у нас были те, кто умеет программировать и анализировать информацию. Когда такие появятся, закупимся компьютерами и всем необходимым оборудованием. Других пробужденых тоже ищи. Любых. Даже с единичкой суммы. Сортируй их по направленностям. Составь таблицу. А, и еще рекомендую обратиться к толстяку из нашей группы, веснушчатому и…
        - Ты не запомнил, как их зовут? - посмеивается Кевин.
        - Нет. А зачем? Вадим!
        - Чо?
        - Ты не самый умный.
        - Чегооо?! - сразу начинает беситься он.
        - Вот об этом я и говорю. Сразу срываешься. Но у тебя есть другие преимущества, которых нет у умников. Иногда грубая сила необходима. Она исполняет функцию устрашения. Объедини своих. Скажи им, что я хорошо плачу и своих не бросаю. И это правда. Скажи, силачи смогут сдержать Патрика?
        Тернов напрягает извилины, чуть краснеет, потирает подбородок:
        - Сложные вопросы задаешь, бро. Все вместе силачи - машина смерти, и в открытую тёрку с ними даже Патрик не полезет. Но каждый из его дружочков стоит троих. Плюс он аристократик сраный из Вальтов. У него есть бабки, связи в мусарне и в школе, власть и этот, как его, иммунитет. И он больше всех башляет школе.
        - В смысле? - не сразу доходит до меня.
        Кевин уточняет:
        - Он самый крупный спонсор. Поэтому на многие его дела закрывают глаза.
        Хм, это плохо. Убить главу бандитов не то же самое, что убить медиокрисса из Велтешафта. Последствий может быть столько, что не оберешься. Вопрос с ним нужно решать грамотно. Сначала опустить по статусной лестнице, а потом устранить.
        Спрашиваю:
        - Я не понимаю, что он делает в Исталской школе неодаренных? Разве в Европе нет элитных учреждений?
        - Кто бы знал, - пожимает плечами Кевин. - Мне не говорил. Может предпочитает быть первым среди шакалов, чем последним среди львов.
        - Интересно сказано, - скромно улыбается Лика. - Надо запомнить.
        Задумываюсь. Это нужно узнать в первую очередь. По какой причине настолько знатная шишка учится в этой школе? И потом уже продумывать шаги от этого.
        - Так, узнаете что-то интересное о нем или его свите - сразу докладывайте. И еще. Если в клуб захочет присоединиться кто-то странный, подозрительный или не входящий в состав беляков или силачей - я хочу это знать. Запомнили?
        Кевин кивает, Лика дакает, Тернов чего-то хрюкает.
        - Лика, не тяни с оформлением Клуба. Но не подставляйся, никому не говори, чем занимаешься. По коридорам ходи только, когда людно. Ты же непробужденная, да еще и девушка, поэтому не думаю, что Патрик нападет на тебя или зашлет своих дружков. Поэтому я прошу заняться этим именно тебя. Вадим!
        - Ну?
        - Мне нужно знать, как обменять очки влияния на реальные деньги. И наоборот. Еще доступ к редким зельям Исталов. Вы же выходцы из этого клана, верно? Элеонора говорила, что вы качаетесь на их зельях. Откуда они у вас?
        - Дэн выдавал всем. Без понятия, где брал. Но в школьных автоматах точно не покупал. Тут обосраться как все дорого.
        - Узнать сможешь?
        - Поспрашиваю у своих.
        Киваю:
        - Как связаться с филзели? Есть связи, наводки?
        Кевин присвистывает, а Вадим откровенно ржет:
        - Бро, ты мои силы переоцениваешь.
        Понимающе улыбаюсь:
        - Всегда нагружайте людей по полному. Только так узнаете, на что они в действительности способны. Вы, кстати, не в курсе, как создаются кланы? Искал в инете, но ничего не нашел.
        - Без понятия, - пожимает плечами Тернов.
        Лика качает головой. Кевин задумчиво дергает себя за кольцо в носу:
        - Даже неофициальным кланом стать непросто, чтобы не приписали к каким-нибудь сектантам или террористам. Не знаю. Предлагаю сначала с клуба начать.
        - Принимается. Ладно, побежали…
        До склепа я еле доношу ноги. Но бок уже ломит не так сильно, как в первые дни попадания сюда. И пробежал намного больше. Кевин удивленно осматривается:
        - Это еще что за херовина? - стучит кулаком по металлическому куполу Тернов.
        - Это склеп.
        - Не понял? - недоумевает Кевин. - В смысле склеп? Со скелетами там и…
        Подоспевшая последней Лика сглатывает.
        - Потом объясню. Главное, что он заброшен. И тут будет настоящее убежище для нашего элитного клуба. Без лишних ушей. Тут есть загашник интересный. Все общее будем хранить там под строгим учетом. Сейчас это лишь помойка, но перспективы у этого места огромные.
        Стучу пальцами по металлической двери:
        - Как думаете, школа разрешит его использовать?
        Кевин продолжает офигевать:
        - Я даже не знаю, что это такое, блин. По-хорошему, школа много чего позволяет за овы. Может сдаст в аренду, не знаю. Но я, блин, пипец как сомневаюсь. Это же бункер какой-то на случай войны.
        Одобрительно киваю. Кевин в состоянии анализировать самые элементарные вещи. И я согласен, что получить от школы бывший склеп будет очень тяжело. Но он мне нужен. Я хочу себе гнездо, в котором уверен. В котором я буду чувствовать себя относительно в безопасности и плести свои мутные делишки, не опасаясь, что какой-нибудь ниндзя меня услышит или камера запишет.
        Говорю:
        - Возвращаемся. Пока никому об этом месте не рассказывайте.
        Лика тыкает в меня пальчиком, привлекая к себе внимание:
        - Слушай, Кость, ты не сердись, мне просто интересно. А что с очками достоинства? Что это такое-то и с чем их кушают? Можешь чуток подробнее рассказать?
        - Тоже интересно, - поддерживает Лику Кевин. - Люди уже из-за них теории заговора строят.
        Разворачиваюсь, иду к школе, объясняя на ходу:
        - Раз строят, значит есть интерес. Хорошо. Каждому, кто захочет вступить в клуб расскажите, что в перечне заданий лично от меня будет множество поручение по шкале сложности от одного до десяти. За выполнение задания первого уровня сложности дается десять очков, второго - умноженные на два, то есть двадцать. Третьего - сорок. И так далее. То есть за самое сложное задание десятого уровня плата примерно пять тысяч очков достоинства. И как вы помните, чтобы получать от меня в течение года «Созерцание» - нужно заработать всего тысячу.
        Затылком чувствую, как шевелятся шестеренки Вадима Тернова:
        - И че это за задания? Приведи пример.
        Ненадолго задумываюсь, коварно улыбаюсь:
        - Хорошо. Например, вы можете по моему указанию или указанию тех, кого я уполномочу давать такие указания, надавать по морде силачу - это второй уровень сложности. Подставить его, чтобы его избили свои же - третий. Убить его, чтобы никто тебя не заподозрил - четвёртый. А вот пробраться в особняк покойного главы клана Новая Сила и забрать оттуда миллион долларов - седьмой уровень за шестьсот сорок очков достоинства, что равняется скрытому убийству восьми силачей.
        Слышу, как кто-то за спиной останавливается. Оборачиваюсь. Разочарованно морщусь:
        - Лика, ну и чего ты побледнела, как придворная дама, увидевшая коровью лепеху?
        - Я… я… не ожидала… что я…
        Тернов скалится, Кевин погрузился в себя. Продолжаю ломать их мировоззрение:
        - Так, ясно. Жду вас всех в воскресенье вот по этому адресу в девять вечера, - передаю бумажку Тернову. - На первый раз пойдете со мной. Ночь перед рабочим днем - лучшее время для нашего дела. Вадим, захвати с собой парочку доверенных силачей посильнее.
        Вадим Тернов смотрит на адрес, передает в трясущиеся руки Лики. Кевин подглядывает на бумажку из-за ее спины.
        - Рублевка, знач? - поджимает губы Вадим. - Хорошая буча намечается, да?
        - Типа того.
        Лика запинается:
        - Но как же… А что мы…
        - Никаких «но» и «как же», Лика. Если ты думаешь, что я создаю что-то вроде клуба любителей компьютерных игр, то очень сильно ошибаешься. Я знаю пути, до которых ты в жизни не додумаешься. Я знаю, как попрошайке стать бароном. Как шайке бандитов устроить переворот в стране. Я знаю, как за месяц сделать большие деньги, продавая камни в пустыне.
        Лика ошарашенно моргает. Кевин погружается в себя еще глубже. Тернов, судя по виду, еще переваривает мои слова.
        - Ладно, не переживай, - улыбаюсь, успокаивая Лику. - Ты там не нужна.

* * *
        По домам мы разъезжаемся на последних школьных маршрутках. После девяти вечера нас бы оставили в опечатанной школе. В так называемой комнате отсталых. Всякое бывает. Может беляка заперли в туалете или связали и стражи нашли его только под ночь. Маршрутки не круглосуточные, а так просто с территории школы не уйти. Придется ночевать здесь. И это, вроде как, не в почете. Мол, только неудачники не имеют своего авто, да еще и опоздал на бюджетный транспорт.
        Привычно таращусь в окно маршрутки. Серая и унылая октябрьская Москва скоро станет почти родной. А казалось бы, времени прошло всего ничего. Хм, хорошо бы найти здесь человека, которому я смог бы довериться, рассказать о том, кто я и почему. Несмотря на весь свой богатый опыт, я тоже живое существо из плоти и крови, которому требуется редкая мозговая разгрузка. Чувствовать себя волком среди баранов забавно и весело лишь первое время. Потом надоедает, становится скучно. Но, к сожалению, такого человека я еще не нашел. Нет ни одного, кто понял бы меня правильно.
        Усмехаюсь. Быстро же Альв Первый Хранитель храма Шэйлы соскучился по мелким радостям.
        Подъезжаем к дому, выхожу. Убивать меня никто не планирует. Патрик - не бандюга-силач. Он не будет избивать и терроризировать. Ему нужно унизить меня в школе, опустить, подорвать авторитет, сорвать планы. Так действуют те, кто выше обычных бандитов. Нет, они конечно же не брезгуют измарать руки в крови, но делают это только при очевидной выгоде. Если Патрик будет убивать каждого, кто ему мешает, то он быстро потеряет свой авторитет среди адекватных, влиятельных людей. Никто не захочет вести с ним дела, вместе сопровождать бизнес или просто выдать свою красавицу дочь за маньяка. Аристократы кровожадны лишь в самых крайних случаях.
        На шестой этаж поднимаюсь по лестнице. Даже не так. Я поднимаюсь на пятый, спускаюсь, снова поднимаюсь. До тех пор, пока легкие не начинают хрипеть, а печень рваться наружу. Сажусь на ступеньку, отдыхаю, стараясь дышать правильно, а не как подравшийся пьянчуга.
        Итак, пока все идет по плану. Последним штрихом надо будет заманить в наш клуб Аннет. Патрик десять раз подумает, прежде чем задираться на хоть и менее титулованную, чем он, но все же аристократку. Правда история Аннет мне не нравится. Уж больно она похожа на какого-то изгоя. Не обернулось бы это чем-нибудь плохим.
        Беру телефон. Может позвонить Акане или Сэму? Первой надо сообщить, что сегодня на «работу» к Джунам я не явлюсь. Одно из моих условий - деньги я получаю за конкретные знания, что включает в себя свободу передвижения и никакого строгого графика.
        ВШИИИИИИИХ!!!
        Вскидываю руки. Кунаи устремляются за мою спину, в разные стороны, прямо в воздухе незначительно изменяя траекторию направления из-за изменений свойств нити, к которым они привязаны. Отбиваются от стены, встречаются, перематываются.
        Сжимаю напряженные кулаки, держу руки скрещенными перед лицом. Не оборачиваюсь. Я и так знаю, что человека позади меня оплели нити. Если сейчас я и не смогу его порезать на пласты из-за нехватки физических сил, то травмировать и опрокинуть запросто.
        - Поразительное умение подкрадываться, - тихо говорю. - Признаю, услышал в последний момент. Кто ты?
        - Обернись и узнаешь.
        Так и делаю, не поднимаясь со ступеньки. Мужчина среднего роста, азиат. Черноволосый. В обычном свитере и джинсах. Ничего примечательного, кроме того, что на нити он почти не обращает внимание. Они порезали одежду, но не кожу. Сумма крепости? Как у меня? Тогда я ничего не смогу сделать… Избавиться от нитей, если они не причиняют боль, проще простого.
        Поэтому чтобы не показывать свой очевидный недостаток, возвращаю кунаи обратно, засовываю их в рукава рукоятью вперед. Встаю:
        - Еще раз спрашиваю. Кто ты?
        Мужчина неожиданно скромно улыбается, чешет затылок:
        - Эх, ну конечно же ты не помнишь. Сколько лет прошло, а, сын?
        Еле сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза.
        Явился, не запылился. Только тебя мне не хватает сейчас.
        Глава 13. Родная кровь
        - Эх, ну конечно ты не помнишь. Сколько лет прошло, а, сын?
        Еле сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза. Вот только его мне не хватает для полного счастья. Явился, как говорят, не запылился. Кстати, а сколько лет прошло? Единственное, что я знаю, он бросил нас, когда мне было три. Похоже, бывший носитель этого тела не встречался с отцом. Не удивительно. Мать про него вообще говорить не хочет. Как раз сегодня хотел узнать подробности про семью Киба. А то матушка неплохо так слилась в последний наш телефонный разговор.
        - Много, - коротко отвечаю я, жду, когда он заведет со мной разговор.
        Похоже, отец ждал, когда я вернусь из школы, но не хотел заходить домой. Услышал, как я харкался собственными легкими на лестничной площадке.
        И я уже сделал два вывода об этом человеке. Первое. Он крадется так же тихо, как и тени в особняке Мацуо. Второе. У него сумма тела: крепость. Как и у меня. Нити ему не страшны. Как и кунаи. А вот если бы они были заряжены суммой…
        Отец продолжает ломаться. Либо он весь из себя скромняшка, либо придуривается. Учитывая умения, скорее второе:
        - Слушай… я просто тебя хотел увидеть…
        Удивительное совпадение. Как только обо мне в школе стали сплетничать даже тараканы на кухне для беляков, так сразу папочка объявился. И что ему надо? Денег?
        - Вот он я, - развожу руками.
        Стараюсь не показывать негатива, но и радоваться нельзя. С новыми людьми, которые меня хоть как-то знают, нужно показать себя нейтрально. Чтобы они сами рассказали мне, каким они привыкли меня видеть, и как я должен выглядеть по их мнению.
        - Вот он ты… Слушай, не хочешь перекусить? Тут кафешка рядом.
        Отвечаю, не задумываясь:
        - Хорошо.
        Смотрю на телефон, быстро набираю маме «Опоздаю. Все хорошо». Мы вместе спускаемся, отец задает разные и банальные вопросы из разряда «Как дела? Как брат, сестра? Как учеба?». Отвечаю все также коротко и просто.
        Отец приводит меня в пиццерию «Дома-Пицца». Садимся за столик, разукрашенный в стиле пиццы.
        - Заказывай, не стесняйся, - скромно улыбается отец и берет меню. Следую его примеру.
        Заказываю самую дорогую пиццу - с красной рыбой и ананасами. Серьезно? Это вообще сочетаемые ингредиенты? Отец никак не реагирует на мой выбор. Не морщится, что дорого. Сам берет четыре сыра и колу без сахара.
        Официант принимает заказ, отходит.
        - Сынок, слушай, я бы хотел… попробовать все заново.
        Вздергиваю бровь. Отец поднимает руки:
        - Прошу, давай без поспешных выводов. Я понимаю, как это выглядит. У меня были проблемы. Очень большие. Я просто не мог вас подставлять. Сейчас я их решил и могу попробовать все исправить. Понимаю, что поздно, но…
        - Поговори с мамой, - перебиваю. - Почему не начал с нее?
        - Чтобы… она не настроила вас против меня. Я хотел, чтобы сначала выслушали вы… Но сначала скажи, сынок. Мамин рак больше не прогрессировал после ремиссии?
        А у нее был рак? Надо же.
        - Нет, все хорошо, - качаю головой.
        - Ясно-о-о. Хорошо, просто замечательно… А то переживал, но узнать не мог. Она что-нибудь говорила обо мне?
        Сердце отца бьется медленно, ритмично, как у спортсмена. А выглядит как обычный беляк среднего достатка.
        - Не особо.
        - Вот как. Жаль…
        Приносят пиццу. Какое-то время едим молча. Пицца с ананасами - дрянь.
        - Слышал, ты пробудился. Да и вообще слышал всякого о тебе, - как бы невзначай говорит он.
        - Ты поэтому пришел…
        Отец вздыхает:
        - Отчасти, да. Или… если уж честно, то совсем да. Не буду тебе врать. До меня дошли слухи, что мой тихоня-сын вытворяет. Но, клянусь честью, это лишь поторопило меня. Я давно хотел с вами встретиться.
        Он ест пиццу вилкой и ножом, которые достал из кармана. Продолжает:
        - Это правда? Ну то, что все говорят?
        - А что говорят?
        - С чего бы начать, - грустно улыбается отец. - Ты убил главу клана силачей?
        - Возможно.
        Он медленно пережёвывает пиццу, долго смотрит куда-то на мою переносицу, наконец вздыхает:
        - Тяжело тебе пришлось, да? Не хотел я, чтобы вы во все это влезали. Ушел только поэтому. Но яблоко от яблони далеко не падает. У тебя какие направленности?
        Сказать, нет? Не вижу особой тайны, пока я не могу свои направленности развить. Само собой, о мудрости не расскажу.
        - Тело: крепость и остаточная предметка.
        - Вот оно что. Моя наследственность налицо.
        Да, я слышал, что дети одаренных часто становятся одаренными с направленностями родителей. У лишенных такие рождаются крайне редко. Получается, мать у меня лишенная, а отец одаренный. Поэтому из всех детей с даром родился только я.
        Вытираю рот салфеткой, тянусь за зубочисткой на столе, осторожно говорю:
        - Мама не хочет с тобой связываться. Скрывает о том, что семья Кибы была когда-то в клане Джунов.
        Отец ковыряет остывший сыр вилкой:
        - Вот оно что. Откуда тогда ты узнал?
        - От Мацуо Хидана. Его дочь моя… подруга.
        - Как же тесен это мир.
        Унылая морда «отца» меня слегка напрягает. Не люблю страдальцев просто потому, что я пережил намного больше их, но при этом не выработал привычку жалеть себя или все время ныть с таким вот унылым фейсом. Да, я иногда хочу отдохнуть, а иногда заняться сексом с красивой женщиной и расслабиться. Но только потому, что знаю, как устроен организм. Ему нужна разрядка. Иначе лишние механизмы тела начнут вмешиваться в работы мышления. Депрессия, тоска, грусть. Все это следствие неправильного питания, усталости и нежелания бороться со своим унынием. Вон, например, уже даже я недавно хотел найти себе кого-нибудь, с кем могу поделиться своей тайной, хотя если подумать, то это большая глупость.
        Звонит мама. Ставлю на беззвучный, не отвечаю. Последнее время я тренирую ее адекватному восприятию взрослых детей. Предупреждаю, что все хорошо и все. Не надо мне названивать каждые полчаса и уточнять, не стало ли вдруг все резко плохо.
        - Волнуется? - поднимает глаза отец.
        - Всегда.
        Пауза.
        - Слушай, сын. Я бы хотел тебе помочь.
        Ну вот, начинается. Мне говорят «я хочу тебе помочь», а я слышу «не верь мне, я подозрительный».
        - Как?
        - Мог бы обучить тебя парочке фокусов с суммой. В твоей школе такое объясняют только на пятом этаже.
        Грызу зубочистку интенсивнее, не отвечаю. Видимо, отец видит сомнения на моем лице. Вздыхает, продолжает:
        - Пойми же, сын, я ушел чтобы вас не вмешивали в мои разборки с Джунсиначи. Ты знал, что семью Киба изгнали из-за того, что я полюбил твою мать? Все зашло слишком далеко, и у меня просто не осталось выбора. Убили бы нас всех. Я думал, что вы будете жить долго и спокойно, но… ты родился неодаренным и рано или поздно попал бы в какие-нибудь проблемы. И ты попал… да так, что я не поверил своим ушам, когда мне рассказали. Как ты это сделал, Константин? Как ты смог все это провернуть? Я точно знаю, что ты не особо талантливый пробужденный.
        Пожимаю плечами. Объясняю все ровно то же, что и Хидану в свое время. Интернет, хорошая память. Решил взять себя в руки. Все равно ничего умнее не придумать в моей ситуации. Отец изучающе на меня смотрит, но особо не спорит.
        - Тяжело в такое поверить. Но ладно, можешь не говорить. Главное, что я исполню свой долг и помогу сыну, раз уж влез во все это. Помогу стать сильнее. Школьная программа эффективна, но длительна. Есть другие пути.
        Не отвечаю. Просто смотрю в его глаза, пытаюсь уловить хоть что-то подозрительное. Или хоть что-то не подозрительное. Смотря с какой стороны посмотреть.
        Отец продолжает:
        - Ты согласен? Но не стоит говорить Кире и брату с сестрой. Будет страшный скандал.
        Кира. Это имя моей матери.
        - Я приму с благодарностью твою помощь, - доброжелательно улыбаюсь. - Но тренироваться хотел бы где-нибудь недалеко от общественных мест. Не пойми меня неправильно, я тебе доверяю, - нагло вру, - но мы не видели тебя очень давно и… мало ли. Мать не просто так не хочет с тобой общаться, верно?
        - Сын, - чуть добавляет металл в голосе «отец». - Твоя мама на меня очень обижена. Она считает меня предателем. Она хотела решить мои проблемы вместе, но я же не решился ее в это ввязывать. И просто ушел. Долгие годы она копила на меня злость и обиду, а несколько моих попыток сблизиться отвергала со злым упрямством.
        Что ж. Звучит вроде правдоподобно. Мужчина похож на меня, у него такие же предрасположенности. Мать не хотела о нем говорить, а он сейчас приводит доводы, которые это объясняют. Если этот человек и правда сможет мне помочь, то будет замечательно. Нужно просто обезопасить себя со всех сторон и посмотреть, что будет дальше. Есть у меня ощущение, что он пришел именно сейчас не просто для беседы и с порывом сделать сына сильнее, потому что тот вдруг попал в беду.
        Киваю:
        - Я понял тебя. Если поможешь, то буду очень признателен. Сейчас я слаб, а проблемы только прибавляются и прибавляются.
        Отец улыбается немного веселее:
        - Я рад, что ты согласился, сын. Обо всем расскажешь завтра, хорошо? И о проблемах тоже. Из того, что я знаю, у тебя их и правда немало. Но сейчас важнее стать сильнее, если хочешь выжить. Сейчас уже поздно, мама будет за тебя волноваться, но ты же свободен завтра, правда? Терять время нельзя. Пока ты только пробудился, твой сосуд пластичен и можно немного обработать его грани.

* * *
        Суббота 29 октября
        Время: 08:32
        Торгово-развлекательный центр «Меридиан».
        Стою на ярко-оранжевом мате. Осматриваюсь. Все разноцветно. Солнышки, цветочки, всякие игровые детские строения. Лабиринты, лазалки, бассейны с шариками всех цветов. А вокруг… ничего. Витрины главного входа закрыты занавесом. За стенами, да и вообще со всех сторон слышу гомон людей.
        Отец стоит напротив меня и печально улыбается:
        - Ты же просил, где людно. Пожалуйста. Арендовал на весь месяц. С Кирой не было проблем?
        - Нет. Она начинает привыкать к… моему взрослению.
        - Взрослению, значит? - темнеют глаза отца. - Взрослеть тяжело. Особенно так быстро. Ну что, начнем? Нельзя терять времени. О жизни поговорим в процессе и я отвечу на все твои вопросы.
        - Хорошо. А нас не услышат?
        - Услышат, но ничего страшного. Это торговый центр. Тут везде шумно. Можешь свободно ломать здесь все, что хочешь. С хозяином обговорено и хорошо уплачено. Какой у тебя объем суммы?
        - Четверка.
        - Маловато. Основная направленность, как у меня? Предметная?
        - Да.
        - Потом крепость от суммы тела?
        - Верно.
        - Третья направленность есть?
        Тук…
        - Нет, откуда.
        - Понял. Ты очень худой, сын, - иронично улыбается отце. - Тебе нужно заняться собой, если и дальше собираешься играть со взрослыми.
        - Поэтому я здесь.
        - Рад слышать. Нет, правда рад. Я думал, ты откажешь. Так часто бывает. Приходит какой-то далекий папа и что-то просит. Спасибо, сын, что дал мне шанс.
        Ну вот что это за нытье?
        Тепло улыбаюсь:
        - Пожалуйста.
        - Ты неплохо управляешь материей нити. Неплохо смог меня обмотать при нашей встрече. Долго учился?
        - Прилично. Пару лет, - вру я.
        - Неплохие результаты за такой срок. Предметная сумма дается легко на материи, близкой по духу. Из чего сделаны твои нити? Я чувствовал запах мяты. Зубная нить?
        - Верно.
        Какой сообразительный отец.
        - Шелковая?
        Киваю. Нет, определенно он умен. С ходу разобрался во всем.
        - Кунаи хороший выбор, сын. Но я бы посоветовал легкий шипованные шары на заказ. Как на цепях моргенштерна. И обрати внимание на материал металла. Есть черные, есть цветные - сплавы. Сплавы намного лучше, но их тяжелее запитывать. Не всем металлам можно придать особые свойства. Для огня и электричества, например, нужна хорошая тепло- и электропроводимости, как в меди или серебре. Все металлы реагируют на сумму по-разному. Благородные, редкие, тяжелые, легкие и…
        Чем больше слушаю, тем больше понимаю, насколько Земля развитее Варгона. В моем мире о таком никогда не задумывались. Кузнецы бы руку и две ноги отдали за некоторую информацию, которую мне рассказывает отец.
        Наконец он перестает грузить мне уже уставший мозг наплывом тяжелой, но очень полезной информации.
        - Сын, покажи на что ты способен.
        Да без проблем. Резко вскидываю руки. Кунаи со скоростью арбалетного болта выстреливают из рукавов, несутся на отца и…
        … отскакивают от него, как от камня.
        - Ты уже начал? - с издевкой приподнимает края губ отец.
        Создаю две мельницы, вздымая себе волосы. Ветер свистит! На этот раз кунаи еще быстрее. Отец прикрывает глаза рукой, и они отскакивают. Нити рвутся.
        Отец одобрительно смотрит на отлетевшие ножи.
        - Неплохо. Действительно, глазные яблоки укрепляются не так сильно, как кожный покров и мышечные ткани. И если бы я не знал об этом, то, возможно, попался бы. Ты меня хотел убить?
        - Нет, что ты, - улыбаюсь. - Верил в тебя.
        - Надеюсь. Все опытные одаренные знают о своих слабостях и заманивают ими своих противников. Я мог бы поймать твои кунаи и лишить тебя единственного оружия. И запомни. В крепости есть три недостатка: первое - я становлюсь медленнее. Чем крепче покров, тем медленнее я и больше трачу суммы. Второе. У меня есть ахиллесова пята: это слизистые, глаза, рот и пах для физических атак. И электричество. Сопротивление моего тела уменьшается, а значит повышается электропроводимость. Меня можно убить простым наэлектризованным кунаем. Во всех остальных случаях я либо выиграю, либо от меня сбегут. А, ну и против газообразного одаренного я мало что смогу сделать, если он изменит свойства газов в моих легких. Так что это насколько полезная, настолько и опасная способность. Умереть можно даже от лишенного с простеньким шокером.
        Слушаю внимательно, стараясь не упустить ни одной детали. Отец продолжает:
        - По-хорошему, я могу убить тебя не торопясь. Просто подойду и сверну шею. Но для этого нужна физическая сила и мастерство. Если ты будешь слаб, но крепок, то какой от тебя толк? Тебя скрутят и будут держать, пока ты не растратишь на укрепление всю сумму. Обязательно обучись боевым искусствам. Рекомендую хапкидо, если хочешь убивать или айкидо, если обороняться. Лучше и то и другое.
        Отец подходит к бассейну с пластмассовыми шариками, достает один.
        - Самое простое манипулирование в предметной сумме: изменение плотности - то есть размера. И веса. Сделать и то и другое разом очень тяжело. Но вот по отдельности - довольно просто. Если у тебя есть талант, то через месяц ты уже свободно будешь владеть этим мастерством. С нитью ты уже так и сделал. Смотри.
        Отец кидает шарик в стену. Он с легким шлеп отскакивает.
        - Так реагирует обычный полый пластмассовый шарик.
        Берет другой, смотрит на него. Вижу, как шар увеличивается до размеров мяча. Отец кидает, и тот не долетает до стены.
        - Я затратил ту же силу, но шар стал бесконтрольным. Он даже не долетел. По аналогии работает все и с весом предмета. Грамотно играя этими физическими явлениями, из обычного шарика можно сделать оружие.
        Отец подбирает третий шар. Он увеличивается в размерах и чернеет. Кидает. От стены откалывается кусок.
        - А теперь представь, что ты можешь изменить размер шара, его вес и форму. Ты можешь создать любой предмет, который пожелаешь. Смотри, сын.
        Примерно минуту отец держит в руке шар. Он деформируется, меняет цвета. И вот становится… кунаем. Таким же, как у меня. Отец смотрит на меня:
        - Предметная сумма может изменить реальность, сын. Это страшное оружие, если им овладеть.
        Признаю. Я впечатлен. Сделать один предмет из другого… Это не просто магия. Это чуть ли не изменение реальности. Спрашиваю:
        - Сколько суммы ты затратил?
        - Примерно десять единиц.
        Немало. Очень немало. Но теперь я знаю к чему стремиться. Сумма могущественнее, чем я думал. Осторожно задаю еще вопрос:
        - Какой размер твоего сосуда?
        - Чуть меньше среднего, сын. Он может вместить восемьдесят семь единиц суммы.
        - И насколько ты можешь его заполнить?
        Отец улыбается:
        - Пятьдесят семь. По силе я примерно равен заместителю директора твоей школы. И смогу тебя заверить, это очень немало.
        Хм. Хорошо, сделаю вид, что я не принимаю во внимание, но мой отец появляется из ниоткуда, имеет такие же направленности, как и я (хоть это и закономерно) и при этом довольно сильный и знает заместителя моей школы и уровень его суммы. Иначе паранойя схватит инфаркт.
        До конца дня отец проводит ликвидацию моей безграмотности и еще несколько раз показывает, что при наличии определенного количества суммы шары могут превратиться практически во все, на что способно воображение при понимании свойств материи. Самих тренировок немного. По словам отца, я должен сначала понять, прежде чем приступать к практике. И после всех азов мы перейдем к веселью.
        Под конец дня мозг уже устает впитывать информацию чужого мира о технологиях и умениях. Многое мне в новинку и приходится додумывать, не задавая уточняющих вопросов, потому что отец говорит так, будто многие вещи я должен понимать без объяснений.
        Покидаю торговый центр с ощущением непотерянного дня. Отец сообщает, что ждет меня завтра в это же время и на этот раз сделает мне какой-то сюрприз. Последнее мне понравилось и не понравилось одновременно.
        Что ж. Пока я жив. На подставу не похоже. Наоборот, одни плюсы. Посмотрим…
        Зевая, выхожу из торгового центра, отправляюсь на автобусную остановку.
        ИНТЕРЛЮДИЯ.
        Мужчина дожидается, когда парень покинет территорию торгового центра. Он проверяет это. Смотрит в окно и видит, что тот сел в автобус и уехал.
        Мужчина возвращается в детский центр, вздыхает, залезает в бассейн с шариками, сидит какое-то время. Берет мячик, кидает. Второй, третий. Потом ему надоедает, и он достает телефон и набирает номер.
        - Почему вчера не позвонил? - слышится заглушенный женский голос.
        - Дела.
        - Говори.
        - Это не Константин Киба, - докладывает мужчина. - Он искренне признал меня своим отцом, хотя должен знать, как тот выглядит. Он даже не удивился откровенной лжи про его мать. Просто импровизировал на ходу.
        - Филзели?
        - Нет, я бы заметил.
        - Кто тогда?
        - Не знаю.
        - У тебя точно сумма хитрости?
        - Кто знает…
        Женщина неестественно посмеивается:
        - Продолжай. Узнай, кто он такой.
        - За твои деньги любые прихоти. Ты в курсе, что я не дешевый. И мне нужны еще зелья. Если бы не они, мальчишка убил бы меня еще на подходе. Он думает, что я «крепкий».
        - Будет. Пришлю к тебе человека. Ты же знаешь, что я не жадная.
        - Точно…
        Мужчина сбрасывает вызов, кладет телефон в карман. Вздыхает, берет шарик. Кидает…
        … шарик отскакивает от стены.
        Глава 14. Сумма личностей
        Суббота
        29 октября 2022
        Время: 20:07
        Семейный ужин. Разве это не мило? Смех, радость, любовь. Детки кидаются яблоками, родители кокетничают, чокаясь бокалами с дорогим красным вином.
        Когда-то я представлял себе семейный ужин именно так.
        А не вот так.
        Стол. Борщ. Брат. Сестра. Мать. Я. И тишина. Только звяканье ложек о тарелки.
        Я не знаю, что сегодня за праздник, но мы почему-то собрались все вместе. Брат торопится к кому-то, сестра тыкается в телефон, мать разглядывает в жирных кружочках на поверхности борща смысл своего существования.
        Какая милая семейная идиллия. Глаза матери, ни с того ни с сего, начинают слезиться.
        - Константин, у тебя… проблемы? Ты влез в неприятности? Ты оставлял деньги. Откуда они?
        Таким вопросам я немного удивляюсь. Но лишь немного.
        - Совсем нет. Честно заработанные деньги. Консультирую людей в школе, как избавиться от компьютерной зависимости.
        Брат почему-то смотрит на меня со злостью.
        Говорю:
        - А еще я переезжаю, мам. Тут вчетвером тесновато.
        Теперь брат довольно скалится. Его мечта так близка.
        - А ты переезжаешь со мной, - смотрю на него.
        Парень будет моим прикрытием. Оставлять всю родню в одном месте не хочу. Кто надо обязательно узнает, что я живу с братом и, возможно, захотят воспользоваться им, а не матерью и сестрой, чтобы надавить на меня. А я и не сильно против. Да и слабость у меня есть: если я что-то обещаю, я делаю. А я обещал матери, что возьмусь его воспитанием.
        - ЧОООО?! Совсем чокнулся? С какой стати?
        Улыбаюсь:
        - Комп с собой заберу.
        Брат впадает в ступор. Что-то орет, ругается. Мать плачет. Да чтоб тебя. По сценарию мне надо ее пожалеть? Зачем слезы? Сын стал самостоятельным, дает денег. Одной обузой меньше.
        - Маму-у-уль, ну не надо, - тянется к матери сестренка. - Братик не хотел ничего такого…
        Киваю:
        - Вообще ничего такого.
        Мать смотрит на меня:
        - Константин, что… что происходит? Я не дура, я вижу… сначала тебя избивают, потом похищают, потом калечат. В школе теракты, ты подружился с Мацуо. Что… вообще происходит?
        Протираю губы полотенцем, поднимаюсь, беру тарелку и ложку, подхожу к раковине, мою. Не торопясь. Чувствую на себе взгляды трех пар глаз. Вычищаю тарелку так, чтобы не осталось ни единого пятнышка или жирного развода, вытираю, ставлю на стойку для посуды.
        Возвращаюсь к столу:
        - Мам, хочешь правду? Я расскажу.
        - Хочу, сынок, очень хочу. Что происходит?
        Сажусь, достаю из кармана зубочистку, сую в рот:
        - Но сначала погорим о семейном, никто не против? Скажу начистоту. Я сто раз облазил весь дом, поковырялся в компах и телефонах, но не нашел ни единой фотографии нашего отца. Даже никаких документов нет. В наших свидетельствах о рождении он не вписан. К тебе, мама, я подходил с этим вопросом раз пять, но у тебя постоянно то дела, то еще что-нибудь. Больше я за тобой бегать не буду. Рассказывай все начистоту. И больше не убегай.
        - Братик! Ты расстраиваешь маму! Нельзя о папе говорить!
        - Да и плевать на него… - шепотом говорит брат.
        Мать бледнеет. Скрещиваю руки на груди:
        - Почему нельзя?
        - Сынок, просто… я хочу, чтобы наша семья забыла его. Он… он ушел. А я его любила. И больше не вернется. Никогда. Зачем ворошить прошлое?
        - Как эгоистично, мать, - пожимаю плечами. Сестренка морщит носик на мою грубость. - А не думала, что детишки подрастут и захотят узнать, кто он и почему?
        Мать трет глаза пальцами, выдыхает:
        - Он преступник, Константин.
        Вот тут даже брат переводит глаза на мать.
        Ну вот и свершилось. Наконец-то матушка решила посвятить своих детишек в семейное прошлое, и я смог сопоставить две истории от пап и мам. Восемнадцать лет назад отец влип в историю, связанную с семьей Киба и Джунсиначи. Сразу после бракосочетания с матерью. История там тяжелая, мать не в курсе с чем связано, но последней каплей стало то, что Джуны решили сделать семью Кибы показательно виновной. Мол, нельзя смешивать кровь, а то за это следует серьезное наказание.
        Из-за этого отцу пришлось бросить нас, чтобы не подставлять и разобраться со всем лично. Но все равно у матери из-за этого была куча проблем, ей приходилось самостоятельно несколько раз переезжать с двумя детьми.
        Потом все затихло, мы с братом росли, и через семь лет, отец снова появился, когда мы с братом были у бабушки. Мама его простила, успела даже с ним заделать нам сестренку. Мы от бабушки приехали, и мать нас обрадовала, что папа вернулся. Вот только он не вернулся, так и не явившись в день нашего возращения с работы, прислал курьера с запиской «Прости, так надо». После этого мать возненавидела его окончательно.
        Хм, странно…
        Очень странно…
        Внимательно осматриваю все семейство.
        Что-то не сходится.
        - Жаль, что так… - наигранно вздыхаю я. - А какого цвета были глаза у отца?
        - Я не помню, Константинчик. А что?
        - Да так…
        После встречи с отцом, я решил заняться семейной историей плотнее. Очередной раз порылся в доме в поисках хоть какого-то упоминания о нем и снова ничего не обнаружил. Подумав немного не мозгами Альва, а мозгами Альва в новом мире технологий, я полез в интернет и наткнулся на статью о генетике наследия по внешним качествам, обратив внимание, что проще всего определить родство по цвету глаз.
        И тут меня немного переклинило.
        Мать голубоглазая. Я зеленоглазый. Брат и сестра кареглазые. Судя по таблице наследственности, такие разноглазые дети не могу родиться от родителей, если у одного из них голубые глаза.
        Мой отец должен быть с зелеными глазами или голубыми, что для азиата большая редкость. А для брата и сестры должен быть только кареглазый отец. И практические все азиаты именно кареглазые. Голубой - мутация и большая редкость. Зеленые глаза вообще на грани уникальности.
        Так вот. С родственностью в этой семье какая-то чехарда. Брат и сестра мне не единокровные родственники. Мать сделала сначала меня, а потом замутила с другим и сделала брата и через семь лет сестру.
        И есть у меня ощущение, что мои брат и сестра не в курсе всего этого. Интересоваться цветом глаз будут далеко не все дети их возраста.
        Так что мне совершенно не нравится, что происходит… Мать что-то скрывает. И до последнего придерживается истории, что мы все одна большая семьи с одним папочкой-гулякой.
        Может, спросить у нее напрямую? Нет, не стоит. Нужно сначала подумать. Иногда сделать вид, что ты поверил вранью, намного эффективнее, чем возмущаться, что ты обо всем догадался.
        Больше вопросов не задаю, выхожу из-за стола, смотрю на брата:
        - Я не шучу. Комп заберу с собой.
        Брат что-то орет, но я слышу только мать:
        - Константин… зачем… мы же семья.
        - Через пару дней я перееду, мам. Все хорошо. Мне девятнадцать лет. Это нормально.
        Благодарю за пищу, иду в свою комнату, ложусь на кровать, пялюсь в потолок.
        Глаза того, кто вчера назвался моим отцом зеленые, как у меня. Я прекрасно помню это. Обратил внимание, когда кинул в них кунаи. Получается, что он и правда мой отец, но не отец брата и сестры. Хотя, он и не утверждал прямо, что они его дети, да и выжидал только меня.
        Странно…
        Очень странно…
        Что за чертовщина происходит? Моя паранойя орет уже третий день, что вокруг происходит что-то непонятное. Что я упускаю какую-то важную деталь. Маленький волос в пустыне, потянув за который, вытащишь огромного монстра.
        Может быть в инете какая-то статья неправильная? Мало ли что там в глазах и генетике. Какой-нибудь далекий прадед не китаец, а монгол и все - по цвету глаз ничего не определить.
        Я бы и не парился со всем этим, если бы меня в это не втягивали. То Акане сообщит о родственности, то Хидан называет меня Кибой Рио, то мать мне врет, а дома нет ни одной зацепки. Последней каплей стало появление отца, решившего обучить своего непутевого сына спустя столько лет и моих приключений в школе.
        Ладно, надо спать, завтра тяжелый день. Перед тем, как расслабить тело для сна, набираю в поисковике на телефоне еще кое-что…
        И меня это сильно напрягает.
        Заснуть теперь будет непросто.
        Хотя…
        Может вообще не спать?
        Встаю, достаю из-под кровати целую коробку зубных нитей разных мастей. Вот ведь удивлялись кассирши в гипермаркетах. А я улыбался белоснежной улыбкой. Мол, она не просто так такая белоснежная.
        Заходит брат. Не стесняясь его, достаю еще и сушеный палец.
        - Эт че? - спрашивает он.
        - Талисман индийский. Сушеные обезьяньи гениталии. Хочешь? - протягиваю, улыбаюсь. - Приносит удачу.
        Выражение лица братана надолго останется в моем сердце, как один из самых приятных моментов недели.

* * *
        Торговый комплекс Меридиан
        Детский развлекательный комплекс «Теремок»
        На этот раз я пришел раньше. Стою у закрытой двери детского зала, жду его. Отец приходит позже, ровно к 10:00. Бросаюсь ему на шею и чуть ли в щеку целую. О, да! Как же я рад видеть своего папочку. Отец немного в шоке, неуверенно хлопает меня по спине:
        - Я тоже… рад тебя видеть, сын. Надеюсь, это значит, что ты простил меня.
        Я отстраняюсь от него:
        - Конечно, пап, о чем речь. Я всю ночь об этом думал. Кстати, что за сюрприз ты подготовил?
        Отец кашляет, открывает дверь. Заходим.
        - Вот, это тебе.
        Он вытаскивает из кармана телефон в упаковке. Написано IPhone 26 GLX MEGASUPER PRO III.
        - Видел, что у тебя телефон очень плохой. Понимаю, это всего лишь телефон…
        - Отличный подарок! Спасибо!
        Беру, сую в сумку, даже не открывая.
        - Я… рад. Ну что, продолжим?
        Отхожу в сторону, к бассейну с шариками. Снимаю куртку, кладу сумку:
        - О, кстати, пап. Я тоже тебе кое-что подготовил. Смотри… так, где же оно…
        Отец подходит ближе. Ровно туда, куда мне надо.
        - Не двигайся, отец, - неожиданная перемена в голосе заставляет отца остановиться.
        Я выпрямляюсь. На каждом пальце рук у меня по пять колец. К каждому привязана нить и тянутся они во все стороны. Я готовился всю ночь с субботы на воскресенье. Организовать это было непросто. Намного сложнее, чем пробраться в торговый центр и стащить у пьяного охранника запасные ключи. В какой-то момент я уже отчаялся плести эти паутины под самыми неимоверными углами. Не говоря уже о том, что сейчас придется каждую нить контролировать отдельно. Какую-то сжимать, какую-то расслаблять. При подготовке на рассвете я уже хотел на все плюнуть, но… после того, как я пробубнил песнь хвалы Шииле все как-то получилось. Паутина была сплетена.
        Отец морщится, медленно осматривается. Несмотря на то, что нити невидимы, он все равно их как-то замечает. И они повсюду. Всю ночь я запутывал их через сушеный палец, в котором суммы где-то на тридцать единиц. Если бы не это, то я бы в жизни не смог организовать подобное. Моих четырех единиц просто бы не хватило. В этом трюке я соединил три фактора: читерные резервы суммы пальца, единственное чему я научился - работать с нитью, а также умения и опыт Альва рассчитывать, планировать и буквально плести паутины. Если бы не было хоть одного из этого, то и дело было бы проиграно.
        Отступаю к выходу. Отец делает шаг в мою сторону.
        - Сын, что ты делаешь?
        Мои мизинец слегка дергается.
        ВЖИИИИИИХ!!!
        Сразу три десятка нитей соединяются в одну толстую веревку, оплетают ноги отца. Он падает на колени.
        Рука отца стремительно тянется к карману.
        ВЖИИИИИИХ!!!
        Двигаю одновременно тремя пальцами.
        Еще одна белая мятная верёвка оплетает отца, вжимая ему левую руку в корпус. Гниль подземная, хотел ведь обе руки ему поймать. Я еще смогу оплести его так два раз. Одна петля нацелена на район шеи, другая груди.
        - Дернешься еще раз, следующая будет вокруг шеи, - тихо говорю я. - Это тебя не убьет, но я подожду, когда твоя крепость высосет из себя всю сумму, а потом сожму нити еще сильнее.
        Отец какое-то время недоуменно смотрит на меня. Да так, что я начинаю искренне сомневаться, что не ошибся.
        - Объясни свой поступок, сын.
        - Просто проверка.
        - Какая проверка? - спрашивает спокойно.
        Прислушиваюсь. По коридорам уже расхаживают люди. Отец и правда выбрал проходное место.
        - Сейчас я отпущу тебе руку. И ты снимешь свои линзы.
        Именно информацию о линзах я нашел вчера перед сном. Сначала я набрал «можно ли изменить цвет своих глаз», а потом «заметны ли линзы в глазах».
        Я не думал, что это возможно. Но этот мир очередной раз удивил меня. Очень быстро тут я научился задавать самые немыслимые вопросы у интернета. Если бы в Варгоне я бы посмеялся над возможностью изменить цвет глаз, то здесь, оказывается, это можно сделать без использования суммы.
        Отец поразительно невозмутим:
        - Ты заметил линзы?
        - Нет, я просто так с тобой обниматься полез, - иронизирую я. - Соскучился.
        - Ясно. И поэтому ты напал на отца? Потому что он плохо видит?
        - Точно. Вот такой у меня фетиш. Так снимаешь или нет?
        Если они окажутся прозрачными, то я просто извинюсь. Если же они изменили цвет глаз, то… я посчитаю, что передо мной человек, который с легкостью смог обвести меня вокруг пальца.
        Я долго думал, как поступить, если отец окажется самозванцем. Первая мысль - пытать и допросить. Но это рискованно. Он слишком способный одаренный, осторожный, да еще и с крепостью. Застать его врасплох всякими зубочистками или иглами может и не получится.
        Второй мыслью было продолжать играть свою роль глупого сынка. Возможно, удалось бы выудить из него информацию хитростью. Но инстинкты кричат, что передо мной человек совершенного иного уровня, знающий про настоящего Константина Киба очень многое. Например, он должен был быть уверен, что я не видел настоящего отца или его фото в осознанном возрасте, чтобы смочь опознать самозванца.
        «Отец» не спешит. Молчит. И это служит мне ответом.
        ВШИИИИХ!!!
        Петля обматывается вокруг его шеи. Но из-за суммы крепости нити не в силах сдавить трахею и сонную артерию.
        Отступаю еще не шаг. Что же ты предпримешь? Неужели ты не подстраховался, зная о моих нитях? Я тебя переоценил?
        Лжеотец неожиданно неприятно улыбается:
        - А теперь немного здравого смысла. Я намного опытнее тебя и знаю, что ты пользуешься шелковыми нитями. Как думаешь, придумал ли я что-то в ответ?
        Похоже, не переоценил. Но пока что это только слова.
        - О, не переживай. Это неважно. Важно лишь снимешь ты линзы или нет и будешь ли со мной разговаривать. Может сразу сбежишь? Ах, да, и забыл сказать. Я записываю наш разговор. В кармане у меня телефон и запись идет прямо в облако. Если со мной что-то случится, то надеюсь это тебе хоть как-то подгадит…
        - Ну, это, конечно, неприятно, - морщится человек, называющий себя моим отцом. - Но не сильно. Так что.
        Огненная вспышка!
        Мои нити распадаются на части, словно их и не было. Пахнет паленым. Что ж, это самый очевидный способ противодействия шелковым нитям и паутинам. Я бы точно таким же способом боролся с ними. Но что он сделал? Вспышка была такой яркой, но я не понял, что произошло.
        Дверь уже полуоткрыта, и люди за ней ходят туда-сюда. Достаточно одного шага, чтобы удрать. Я узнал, что хотел. Очередной умник решил со мной поиграть, и этот раунд я оставлю за ним. Возможно, это заместитель директора. Наша договоренность прошла еще в пятницу, но он не пошел сам со мной на контакт, да и, насколько я знаю, его в тот день вообще не было в школе. Значит случилось что-то важное… Важнее, чем информация о третьем пазле.
        - Стой, - улыбается человек, отряхиваясь от нитей. - Давай поговорим.
        Оборачиваюсь.
        - Так линзы все-таки цветные, - утверждаю я. - Ты не мой отец. Ты раскрыт. Зачем тебе со мной разговаривать? Не думаю, что тебе приказали меня убить, так зачем тогда? Тянешь время?
        - Верно, цветные. Но я ведь могу объяснить, почему они такие, верно? Например, я твой родной отец, а мать нет.
        Морщусь:
        - Еще раз запудришь мне мозги, и я уйду. А потом найду тех, кто тебя нанял и задам вопросы им.
        - У тебя ведь третье направление - это сумма хитрости, я прав? - интересуется мужчина.
        - Точно, - язвлю я, понимая, что в таких вещах врагу не признаются. - Направление: правда. Еще вопросы?
        Лжеотец приподнимает уголки губ.
        - Больше нет. Просто хочу, чтобы ты знал, что я знаю, кто ты такой.
        В голову закладывается догадка. Смертоносная, опасная. Так значит все это была игра, чтобы узнать, кто я такой? Но кто подозревал, что я не Константин Киба? Заместитель директора? Может Хидан Мацуо? Элеонора? Кто?
        Гниль подземная. Если бы я ранее предположил, что отец не просто шпион-самозванец, а шпион, который должен убедиться в том, что я настоящий Константин Киба, то проверил бы намного больше информации. Например, попробовал бы разузнать о болезни матери…
        - Твоя мать не болела раком, - кивает человек. - А еще Константин часто встречался со своим настоящим отцом втайне от своей матери. Он точно знал, как тот выглядит.
        Они знают, что я не Константин Киба!
        Ни один мускул не дергается на моем лице.
        Давно меня не переигрывали. Чем старше я становился, тем реже такое случалось. Расслабился. Да и стоит признать, что раз я оказался тут, то в Варгоне кто-то меня переиграл, раз я умер в кровати. Вот и сейчас. Я недооценил кого-то в этом.
        Меня раскусили из-за незнания своего прошлого. Из-за того, что я считал своим самым слабым местом. Я пытался узнать о себе как можно больше, но информации было очень мало. И спасибо матери, которая всеми силами скрывала наше прошлое.
        Человек изучает меня взглядом так же, как я изучал бы своих подопытных в большой игре. Он примерно моего уровня и, даже провалив задание, пытается его продолжать. Но, в отличие от меня, всю жизнь прожил здесь, а не в Варгоне.
        Молчу.
        - Ты не Константин Киба. Как я понимаю, смысла нет спрашивать, кто ты такой? - вздыхает он. - Честно говоря, я и не надеялся, что смог бы узнать намного больше. Рад, что правильно тебя оценил, и мы закончим этот цирк пораньше.
        Первое правило лжеца - ври до последнего.
        - Что ты несешь? - вздергиваю бровь. - В каком смысле, я не Константин Киба? Отвечу твоим же вопросом. Смысла нет спрашивать, кто тебя нанял? Мне просто интересно, кто этот идиот. После пробуждения и сотрясения у меня проблемы с памятью, но, чтобы считать меня кем-то другим?
        Лжеотец спокойно улыбается:
        - Конечно-конечно, как скажешь. А по поводу кто меня нанял. Так Элеонора. Твоя учительница.
        Настала очередь моргать мне. Азиат смеется. И в этом смехе удивительно сочетается грусть и веселье:
        - Да-да. Может, я тебя подставляю. А может ее. Может, просто издеваюсь. Может, это не она. А может она. Но мы оба понимаем, что, скорее всего, не она, верно?
        Закрываю свой разум от злости. Злость - лишнее. Выковыриваю из своей памяти весь свой опыт. Все случаи, когда я проигрывал и выигрывал. Перебираю в уме все, что я переживал в дворцовых интригах, как я был бароном, королем и попрошайкой. Неужели из-за маленького недостатка, что я в теле ребенка нахожусь в другом мире, я позволю этому человеку играться со мной?
        Улыбаюсь самой своей зловещей улыбкой, отпускаю рукоять двери, и она захлопывается. Не торопясь, достаю зубочистку из кармана, вздыхаю, смотрю на человека:
        - Хочешь поиграть со мной, да? Что ж, я снизойду…
        Глава 15. Сумма наркомании
        - Снизойдешь? - надменно улыбается азиат, подбирая с пола синий пластмассовый шарик.
        - Точно.
        - Мне будет больно? - продолжает ехидничать лжеотец, подбрасывая в руке шарик.
        - Разве что морально, - шагаю к лжеотцу. - Вижу по лицу, что ты доволен. Узнал от меня все, что хотел, верно? А теперь отпускаешь?
        Еще шаг. Ближе. Он улыбается, продолжает подбрасывать шарик.
        - Кто знает… - говорит он. - Ближе не подходи.
        Останавливаюсь, примиряюще поднимаю руки:
        - Как скажешь. Не думаешь же ты, что я на тебя нападу? Просто хотел быть чуть ближе к отцу. Итак, я мог просто уйти, но ты решил со мной поговорить. Думаешь, что я сболтну лишнего?
        Лжеотец молча улыбается. Он знает, что болтун - находка для шпиона. Я тоже это знаю. Продолжаю:
        - Я расскажу, почему напал на тебя. Не потому, что верил, что смогу с тобой справиться. По двум причинам. Потому что знал, что мне ничего не будет - ты не убивать меня явился, это очевидно. И я хотел посмотреть, как ты выкрутишься. Ты воспользовался огнем - каким-то заранее заготовленным предметом, запитанной суммой. Мало того, он не очень опасен. Просто краткосрочная вспышка по площади. Еще вчера я почувствовал легкий химический запах от твоей одежды и заподозрил что-то неладное. Она пропитана чем-то огнеупорным? Я вижу, как слегка обгорели твои брови, но при этом на одежде нет ни следа. Ты очень хорошо подготовился к сюрпризам от собственного сына. Не доверяешь ему? - усмехаюсь.
        - Очень неплохой анализ, - кивает лжеотец. - Но пока бессмысленный.
        - Да неужели? А теперь я скажу тебе, почему ты блефуешь, что тебя наняла Элеонора. В пятницу вечером, когда мы первый раз встретились с тобой на лестничной площадке, то я не чувствовал этого легкого запаха от твоей одежды. И как же такой осторожный человек не подготовился заранее?
        Левый глаз лжеотца моргает слегка с запозданием. Продолжаю:
        - Это означает, что ты не знал о моих нитях в тот день. Хотя утром у меня был поединок с Сэмом Блэком, где я показывал их. Если бы тебя наняла Элеонора, то она бы точно рассказала тебе об этом.
        Наигранно зажимаю рот рукой:
        - Итак, теперь я понижаю вероятность, что тебя нанял кто-то из школы. Мало того, похоже твой наниматель вообще далек от нее. Ведь поединок был в пятницу утром, и спустя столько времени ты так и не знал, про нити. Зато знаешь многое о других личных вещах из моего прошлого.
        Смотрю на лжеотца. Мимику держать он умеет. Ничего не понятно.
        - Теперь посмотрим на ситуацию обширнее, - развожу я руками в стороны. - Ты решил обвинить Элеонору. Понятно, что этот вброс можно интерпретировать, как угодно. Но я считаю, что ты бы не стал взаимосвязывать своего настоящего нанимателя со школой, если бы он и правда был с ней как-то связан. Тебе нет смысла показывать мне в каком стогу находится иголка.
        Вытаскиваю зубочистку из кармана, верчу между пальцами, сую в рот, грызу. Проходит довольно много времени, азиат не отвечает, и я кидаю к его ногам деревянный огрызок. Он не обращает на мой жест никакого внимания.
        Улыбаюсь:
        - И знаешь, что… папа? Не так уж и много идиотов, которые подозревают, что за моей обычной амнезией может скрываться филзели или какая-то другая личность. А ты своими проверками про рак мамы и тому подобными вещами, доказал, что твой наниматель считает меня не тем, кем я являюсь.
        Лжеотец кивает, пожирая мое лицо искренне любопытным взглядом:
        - Продолжай. Очень интересно.
        - Благодарю, - киваю в ответ. - Так вот, ты посчитал меня не тем, кем я являюсь, но при этом все равно решил обучать хитростям с суммой. Захотел втереться в доверие. Это очень долгосрочные планы. И судя по твоей квалификации - недешевые.
        - А ты не думал, что я не наемный? А просто заинтересованный со своими мотивами?
        Качаю головой:
        - Тебя наняли.
        - Пустое утверждение.
        Пожимаю плечами. За столько лет я научился различать наемнический блеск в глазах и личную заинтересованность. Этого не объяснить. Это как мастер по древу всегда определит по мозолям человека, что он всю жизнь был плотником, а не камнетесом или шахтером.
        Продолжаю:
        - Более того, я очень сомневаюсь, что ты имеешь те направленности суммы, которые, якобы, показывал.
        Лжеотец удивленно поджимает губы, но продолжает молчать. И что немного приятно - он уже не улыбается.
        - Объясняю. Раз ты не мой отец, то наше идеальное совпадение по направленностям ну, как бы маловероятно. Это учитывая, что сумма тела крепости для азиата вообще большая редкость. Но твой мотив обманывать меня этим понятен. Во-первых, отведет подозрения в родственности, во-вторых, это хорошая причина предложить свои услуги учителя, чтобы втереться ко мне в доверие. И!
        - И? - уже не так расслабленно вздыхает лжеотец.
        - И тут мы подходим к кульминации.
        Поднимаю я руки и голову вверх, будто любуясь не в потолок, а на звезды. Через секунду резко плюхаюсь на маты, закрываю глаза, сажусь, как тут говорится, в позу лотоса.
        - И что теперь ты делаешь? - слышу голос в отдалении.
        - Как что? - говорю тише, не открывая глаз. - Погружаюсь в себя.
        - И что это значит?
        - Сначала я хотел просто уйти. От тебя я узнал все, что мне надо. Больше ты все равно не сказал бы. Не тот человек. Но потом я передумал. Ты меня, скажем так, разозлил. Ты решил поиграть со мной, верно? Надавить на мои слабости, ведь в глубине разума я тщеславен, эгоистичен и возможно даже самовлюблен.
        Вздыхаю:
        - Но поверь, когда всю жизнь живешь вокруг идиотов, то хочешь не хочешь, но начнешь выделять себя из толпы. Но, наверное, я просто зазнался и поэтому… проиграл тогда. Так и не проснувшись в свой последний день.
        Вот на этих своих словах я почти физически почувствовал заинтересованность лжеотца. Он продолжает молчать, справедливо считая, что я сболтну еще что-нибудь интересное.
        Какое-то время висит тишина.
        А потом…
        Я с легким свистом вдыхаю воздух в легкие, выкидывая все лишнее из головы. Я уже пытался медитировать в доме Хидана Мацуо по методикам Альва и получилось у меня не очень. Тело вышибало из транса. Возможно, сейчас это станет преимуществом, ведь я нахожусь больше в чужой голове, чем своей. В точной иллюзорной копии детского развлекательного центра. И именно так смогу выбраться. Погрузиться в третье подсознательное, конечно, не получится без риска сдохнуть, но, может хватит и первого…
        Вздрагиваю. Открываю глаза. Сейчас мои зрачки должны быть расширены. И видят они не только реальное…
        Вытягиваю руку. В руке прямо из воздуха появляется синий шарик.
        - Как… - расширяются глаза лжеотца.
        Именно шарик стал ключевым моментом. Лжеотец мог пнуть его ногой, акцентируя мое внимание. Либо подбросить в руке. И все… мой разум плыл, хотя я этого до сегодняшнего дня не замечал.
        - Как ты догадался? Что за?.. - вертит во все стороны головой лжеотец. Его безразличие дает осечку. Он чувствует, что тень, которую он держит в рукавицах разума стала сопротивляться.
        Отбрасываю шарик, кладу руки на колени, продолжаю сидеть в позе лотоса.
        - Невероятно, - пятится он, уставившись на откатывающийся шарик. - Просто невероятно. Теперь я точно уверен, что ты…
        - Молчать!!!
        Мой голос гремит так, что все шарики разлетаются в стороны. За спиной разбиваются витрины. Окружающий мир начинает разрушаться. Потому что он плод воображения, а не настоящая комната торгового центра из бетона и стекла.
        - Ты думал я не заметил, как запах от твоей одежды то пропадал, то появлялся? - звучит мой голос отовсюду, хотя я не открываю рта. - Ты, таракан, посчитал, что сможешь обдурить меня дважды?!
        На этот раз лицо лжеотца меняется. Он понимает, что теряет контроль над моим разумом. И я чувствую его страх. Отлично! Именно это мне и нужно. Самое сильное чувство - страх. Именно от страха идут ответвления всех остальных негативных эмоций.
        Цепляюсь своим подсознанием за отросток чужого страха.
        В этом мире люди имеют огромный потенциал в почти настоящей магии разума, но живут слишком недолго, чтобы это понять и развить. Они называют эту технику гипнозом и совмещают ее с суммой разума. Убийственное комбо, но все равно лишь дешевое подобие того, на что я был способен в Варгоне, манипулируя щупальцами ментального эфира в слабых умах.
        Как я понял, ближе всех к мастерству сознания приблизились Велтешафт и Амарэ, практикуя какие-то особые направления суммы разума, о которых в школе не рассказывают.
        Когда заместитель директора поведал мне, на что способны Амарэ, я понял, что эти женщины умеют использовать сумму, влияя на неокрепший разум детей. Но это лишь начало. Дальше они будут сильнее и сильнее. И когда-нибудь станут теми, кто будет диктовать условия пятерке кланов.
        Я же за свою жизнь достаточно времени уделил таким тренировкам. Разум - это оружие. А его эффективность зависит от мастерства и опыта. Ну и что, что у этого человека огромный сосуд и небольшой опыт самоконтроля? Для меня он всего лишь обезьяна в танке и, слава Шииле, хотя бы мой разум перешел сюда полностью из Варгона.
        И обезьяна решила пару дней назад, что сможет заложить мне в голову идеи, неосознанно манипулируя реальностью. Легкая улыбка, вздохи, шлепки в ладони, поедание пиццы вилкой из кармана. Каждая деталь была важна. Похоже, акцентируя мое внимание на своих странностях, этот человек открывал суммой пути в мой разум, медленно подчиняя себе, пока я наконец не уснул, поверив, что окружающий сон - продолжение реальности.
        Не было никаких тренировок. Не было превращения куная. Изменения шариков. Лжеотец вообще не предрасположен к этим направлениям суммы. Он «нулевик» суммы разума.
        Когда-то со мной уже пытались провернуть такой трюк. Когда я лежал в поддельной палате. Тогда женщина рассказывала доктору, что у меня разум старика. И ведь она даже не догадывалась, настолько была права.
        И вот на тебе. Спустя совсем недолго, мне подбрасывают очередного профессионала манипулированием разумом. Но зато теперь я точно знаю, что сумма разума - не просто дешевая математика, а именно управление разумом и, возможно, чтение мыслей. Скорее всего, немногие в этом мире понимают, как правильно развивать направление суммы разума. Ведь магия совсем недавно тут появилась и ее только недавно стали познавать.
        И это сыграло мне на руку. Появись я здесь позже, лет на сто, то мог бы уже не справиться так легко.
        Разум - это не то, что можно прочитать как книгу или отнять. Влезать в чужой разум очень опасно. Это совершенно другая вселенная. Со своими законами и правилами. В Варгоне я десятки лет провел в медитации, погружаясь в себя, только ради того, чтобы снизить риски погружения в других.
        - Нет! - в ужасе бегает лжеотец за шариками, не в силах их поймать на трясущихся матах.
        Шарик - это его ключ на свободу. Ведь именно гипнозом через шарики он погружал меня в сон. Но теперь мы знаем это оба.
        Шепчу. Но даже сквозь грохот меня слышно:
        - А ведь я мог просто уйти, но ты решил разозлить меня. Снова залез мне в голову…
        Видимый мир вокруг разрушается. Стены торгового центра покрывают трещинами, обваливаются. За ними тьма с мерцающими звездами.
        Лжеотец видит, что творится. Пытается цепляться за низменные инстинкты - держит равновесие, перепрыгивает трещины, уворачивается от осколков. Он не может взять обезумевшее подсознание под контроль, хоть мы оба понимает, что все вокруг нереально.
        Чувствую…
        Ага, вот оно что…
        Страх. Наконец-то лжеотец стал бояться, и я за это ухватился. Теперь я перехватываю управление над нашими сознаниями. Проще всего управлять разумом, воздействуя на страхи. Например, самый большой страх у лжеотца оказывается весьма специфичным, даже для Варгона. Хранители называют эту фобию «Дыры Кожи», но в этом мире это называется Трипофобия - боязнь отверстий.
        Крик! Лжеотец орет от страха!
        Дождевые черви лезут из его тела. Он с безумным воплем рвет их из рук и ног. Это очень неприятное зрелище. И даже меня бы это покоробило, если бы я сейчас не находился в подсознательном. Там страхи неважны.
        Лжеотец бежит к обрыву, образовавшемуся из-за обвала стены. Но нет, я не позволю ему вырваться из сна «чувством падения». Теперь здесь всем заправляю я. Обрыв пропадает, появляется стена, в которую лжеотец врезается, до крови расшибая лоб.
        Изрытый отверстиями от червей мужчина падает, трясущимися руками тянется в карман, достает нож, который создал остатками своей угасающей воли. Самоубийство - неплохой способ вернуться в реальность. Он пытается вспороть себе глотку и проснуться, но…
        - Нельзя, - звучит мой шепот.
        Нож превращается в огромного склизкого червя.
        Мой шёпот такой громкий, что из ушей лжеотца течет кровь.
        - Зацикленность… Один и тот же кошмар… Снова и снова… Время… Снова и снова… Наслаждайся… адом…
        Чужое сознание наконец-то рушится окончательно, и я чувствую «свет в конце туннеля». Сюда меня засунул лжеотец, поэтому безопаснее всего выйти из совместного сна именно через него. Именно поэтому мне нужно были все эти визуализации страхов - черви, разрушения.
        Тянусь рукой к двери подсознательного «всеотца».
        Дверную ручку из шарика. Кручу ее…
        Открываю…

* * *
        Открываю глаза. Лежу прямо в бассейне с шариками.
        - Пф-р-р-р, - тяжело я фыркаю и шепчу, на этот раз по-настоящему: - Терпеть это не могу. А ведь почти поверил, что хоть здесь этого не будет.
        Встаю.
        Точнее пытаюсь.
        До меня не сразу доходит, что я не только опустошил свой сосуд до предела, но и полностью высосал сумму из сушеного пальца, который сегодня решил взять с собой. Я не чувствую его в своем кармане…
        Из носа идет кровь…
        Какого черта?..
        Что произошло?..
        Такого не должно было случиться из-за техники сознания воли и концентрации. Почему я опустошен? С огромным трудом тянусь к карману. Сушенный палец на месте, но… в нем больше нет суммы. И я теперь без понятия, как ее пополнить. Если это вообще возможно.
        Поворачиваю голову. Лжеотец лежит неподалеку. Он стонет, пускает слюну, пытается проснуться. Но у него это еще не скоро получится. Жаль, но такими простыми методами я бы точно не смог узнать, кто он такой. Вырвался из иллюзии - уже хорошо.
        Простыми… методами…
        Судя по всему, пока я спал, мой кривой сосуд как-то неправильно отреагировал на игры с разумом. Может это как-то связано с направленностью мудрости?
        Гниль подземная. Чтобы просто пошевелиться мне нужно час сна или десяток релакса. Не менее. За это время сосуд суммы хоть что-то восстановит.
        Дыши…
        Спокойно…
        Лжеотец не сможет проснуться так рано. Надеюсь…
        Надо становиться иногда оптимистом. Если бы не мой прошлый опыт и история с поддельной больничной палатой и рассказом заместителя директора об Амарэ, то я бы не был к такому готов. И, возможно, не смог бы распознать обман.
        Пытаюсь пошевелить ногами… Бессмысленно.
        Так вот как выглядит полное опустошение. Жестко…
        Кстати, зубочистка и вкус крови - с самого начала были моими талисманами для отличия реальности от нереальности. Еще тогда, в первые свои часы в этом мире, я проверил, что мир вокруг не иллюзия, вкусом крови из своей рассечённой брови.
        Зубочистку я тоже сделал талисманом. Маленькая мелочь в виде ощущения разгрызенной древесной мякоти на языке поможет определить, что реально, а что наркомания. Думаю, что в будущем я больше не поведусь на такие штуки с разумом.
        Тяжело усмехаюсь. Ну хоть чему-то я научился. Это очень хороший опыт.
        Звонит телефон…
        Не мой…
        Глава 16. Оценка соответствия
        Даже шею тяжело повернуть. Ну и кто ему там звонит? Жена соскучилась? Начальство? Хочет узнать, как дела и, если лжепапочка не ответит, то вышлет подмогу?
        Паранойя, угомонись.
        Как тут говорится, расслабь булки хоть на мгновение.
        Ладно…
        Надо всего лишь часок поспать. Тогда сосуд немного восстановится, и я смогу шевелиться. Да и обстановка располагает. Я в бассейне с шариками, рядом истекающий слюной мужик, любитель выворачивать мозги наизнанку.
        В общем, я засыпаю.
        Хвала Шииле, спать практически в любых условия - умение, выработанное века назад. Вот проснуться тяжелее. Организм другой, да еще какой-то сосуд, жрущий тебя изнутри. Поэтому сплю я не планируемый час, а точно больше двух.
        Воскресенье.
        30 октября 2022 г.
        Время: 14:02
        Усталость проходит довольно быстро, так как опустошение - это не физическое превозмогание.
        Встаю довольно уверено, осматриваю себя. Свеж, как огурец. Вот что чудотворный сон делает. Если бы я слег от физической тренировки с такой усталостью, то отходняк был бы несколько дней.
        Достаю из кармана зубочистку, сую в рот, проверяя, что наркомания закончилась наверняка. Никогда не любил ментальную магию, иллюзии и всякие галлюциногенные настои. Это мой самый неприятный опыт становления хранителем. Но без этого никак. Можно стать мощным колдуном, но если не сможешь закрыть свой разум от вшивого ментального мага, то просто станешь его марионеткой.
        Подхожу к любимому папочке, обыскиваю его. Кроме заблокированного телефона у него ничего нет. Верчу его, открываю крышку, достаю аккумулятор, кладу себе в карман. А то вдруг подслушивают или отслеживают местоположение. Читал в инете, что это возможно, и надо делать так. О, кстати! Беру из сумки свой новенький айфон, с некоторой жалостью выкидываю его в бассейн - стоит почти полляма. Об этом телефоне часто болтаю на занятиях, и я стал невольным свидетелем жалоб одного из учеников. Он говорил, что зарядное устройство надо покупать отдельно. И сим-карты нет - можно пользоваться только оператором связи от Apple за баснословные деньги. В общем, золотое говно. Хотя нет. Позолоченное.
        Возвращаюсь к папочке. Что ж, он точно успел доложить своему заказчику о том, что я не прошел его проверки и, скорее всего, не Константин Киба. Наверняка, узнать об этом было его основной задачей.
        Знал, что надо больше доверять своей паранойе. Прости, подруга, я предал тебя.
        Сажусь на край бассейна с шариками, закидываю ногу на ногу, смотрю время на телефоне. Через пять часов я встречаюсь с моей бандой на Рублевке, рядом с особняком покойного главы «Новая Сила». Будем спасать мои деньги из вентиляционной шахты. Надеюсь, что их не нашли. Хотя я постарался и запрятал их как следует - поглубже.
        Смотрю на папочку:
        - Ну что? Ты же понимаешь, что живым тебя отпускать нежелательно?
        Лжеотец стонет. Слышит, что ли? Неплохо. Похоже, он сможет выбраться из зацикленного сновидения, раз уже реагирует на мой голос. Даже жалко убивать настолько талантливого менталиста…
        Минуту думаю, выстраивая причины, следствия и последствия.
        Киваю сам себе. Достаю из сумки листок, пишу свой номер телефона с веселым смайлом и припиской «новый щедрый заказчик». Вкладываю ему клочок бумаги в одну руку и вилку в другую.
        Встаю, ухожу.
        Он всего лишь наемник и уже неплохо справился со своей задачей. Вряд ли станет намного хуже, если я его оставлю живым. Разве что он пожалуется, что я смог справится с его магией разума. Но что-то я сомневаюсь, что он захочет дискредитировать свои профессиональные качества.
        Ладно, сделаю небольшое исключение из правил. И, возможно, я смогу получить больше, чем кажется.
        Риски… Риски…
        Вся моя жизнь - это риски. Но нужно уметь их взвешивать

* * *
        В пятистах метрах от элитного поселка «Рублевка».
        Время 20:39.
        Лежу на спине под деревцами в парке, отдыхаю, любуюсь звездами. Набегаться я успел. Из-за лжеотца я сильно опоздал и подготовился к приходу банды в самый последний момент.
        Успел еще немного поспать и восстановил почти весь свой сосуд. Достаю сушенный палец. Выдавливаю в него две единицы своей суммы. Замечательно. Такими темпами я буду месяц его заряжать. Мне нужен человек с большим сосудом, который пополнит его для меня. В общем, палец работает, как накопитель. По-геймерски - артефакт, повышающий максимальный объем маны.
        Слышу шумные шаги позади. Поразительно, какие люди в этом мире беспечные. Гремят, шумят, кричат. Совершенно не любят тишину и боятся теней. Сколько лет мне понадобится, чтобы понять такой подход к жизни?
        - Явились, - тихо произношу я, не поднимаясь с земли. - Раньше, чем надо. Ждал к девяти.
        - Не хотели опаздывать, - говорит Кевин. - Встретились тут неподалёку еще, поболтать даже успели.
        Тернов бухается прямо на мерзлую землю, смотрит мне в глаза.
        - Че за буча, шеф? Говори, не томи. Кого-нибудь бить будем? На Рублевке прям? - усмехается. - Че позвал?
        Тернов заранее предупреждал меня по телефону, кого приведет. Он сказал, что взял лучших, и он им доверяет больше всех. Двое. Их я видел в школе, но лично не сталкивался. Один старшеклассник с дредами - единственный не короткостриженый. Чувствую в нем силу. Второй помельче и лысый. Зато уши поломаны так, что на уши вовсе не походят.
        - Приветствую, Киба, - слегка присвистывает парень с дредами и протягивает руку. - Мы с тобой. За справедливость. За любовь.
        Недоуменно смотрю на Тернова.
        - Он типа хиппи, - ржет. - Не спрашивай, как он к нам попал. Я хэзэ. Но парень крутой.
        - Не парень, а Кирилл, Вадим. Одна любовь, братья! - разводит руками Кирилл, осматривая всех. - Но я понимаю, что иногда нужно пролить кровь. И я с вами.
        Поднимаюсь на ноги. Пожимаю руку хиппи-Кириллу из бывших силачей. Перевожу взгляд на второго, лысого, с отбитыми и поломанными ушами:
        - А ты?
        - Гоша я, - протягивает руку. - Буду рад подсобить.
        Пожимаю, киваю вдаль, на высокий забор поселка.
        - Точно. Знаете, что там.
        - Важные люди там живут. Ну Большой Босс там… жил, - тянет себя за ухо Тернов. - Бляха, че правда туда полезем? Я надеялся, что ты стебешься.
        Улыбаюсь с небольшой язвительностью:
        - В сам поселок попасть не так сложно. Надеюсь разберетесь. А в самом особняке почти нет охраны, все разбежались. Его жена выставила дом на продажу. Вот вам первое обязательное задание: идете туда и достаете мне четыре сумки с деньгами. Принесете их все мне.
        Объясняю, что сумки спрятаны в разных местах. Я это сделал, чтобы не лишиться всего разом, если вдруг одну или две из них найдут. Но все они на третьем этаже, просто в разных комнатах. Мне задают вопросы, выражают всякие подозрения и недоумение, но я парирую, аргументируя сие мероприятие еще тем, что я еще хочу проверить их мастерство и сообразительность.
        - Занимайтесь сексом, а не войной, - шепчет Кирилл.
        Думаю, лучше сделать вид, что я этого не слышу.
        - Э-э-э, - моргает Тернов, чешет себе репу. - И как мы это сделаем? Это же Рублевка. Тут свой ЧОП. В случае кипиша через пять минут пригонят три десятка мужиков.
        - Это ваше задание седьмого уровня сложности. На одного-двух человек. Но сегодня я сделаю исключение. Каждый из вас получит по шестьсот сорок очков достоинства, если принесет одну сумку. Пойдете по одному. Не кучкуйтесь. Если кого-то поймают, то не всех разом.
        - Я чувствую в этом твою любовь, - серьезно аргументирует свою позицию Кирилл. - Я уже решил, что пойду за тобой, Костич. Моё сердце с тобой, и я сделаю, что ты просишь. Ради великого блага.
        Я осуждающе смотрю на Тернова. Мол, кого ты мне привел. Тот только ржет:
        - Он любит пороть хрень, но вообще адекватный.
        Вижу борьбу на лице Гоши. Но не думаю, что он откажется, раз уж пришел. Да и после распада Новой Силы никто особо не хочет с силачами связываться. И финансовые проблемы у них наступят довольно скоро. На родителей тоже надежды нет. Обычно в клан вступают семьями и, если проблема у одного - проблема у всего семейства. Очень удобный инструмент лояльности клану.
        Решаю чуть помочь их выбору:
        - Там сейчас с охранной все намного проще. Я проверил, - достаю из сумки веревку с крюком, передаю Тернову. - Сил вам точно хватит через забор перелезть. Лезьте по одному - это важно. С промежутком в пять-десять минут. Если запалят, то не всех разом. И это мое условие. Каждый должен работать самостоятельно. Сумки спрятаны в четырех местах на третьем этаже особняка. В спальне, в туалете, в комнате для обуви, в комнате отдыха. Берете сумки, возвращаетесь. Мне плевать как. Можете скрытно, можете всех перебить. Второе не рекомендую. Если попадетесь - провал. Не достанете сумку - провал. Не вернётесь через два часа - провал. Если вдруг понадобится запасной путь отступления: на заднем дворе у беседки я видел высокую стремянку. Там должно быть тихо. Вопросы?
        - Ничего себе проверочка, - задумчиво опускает глаза Кевин.
        Тернов ржет:
        - А мне нра. Так и знал, что будет какая-нибудь дичь.
        - Жизнь - игра, - философски кивает Кирилл.
        Гоша отвечает не сразу:
        - Я надеюсь, оно того стоит…
        Запускаю на телефоне таймер, показываю: 1 час, 59 минут, 59 секунд… 58… 57…
        - Игра начинается, - улыбаюсь. - Достаньте деньги и возвращайтесь.
        Какое-то время никто не реагирует.
        Первым матом ругается Гоша, но идет в сторону забора рублевки. Кирилл что-то говорит о безумии, звездах и судьбе, следует за ним. Тернов ржет, а Кевин хмурится, останавливает Гошу, показывая на камеру на заборе.
        Все отправляются исполнять свое первое задание клуба Превосходства Неодаренных. Если все получится, они станут лидерами. И немного поймут, что я хочу от остальных.
        Хотя по поводу двух приведенных Терновым я сомневаюсь. Особенно наркомана. Так себе лидеры. Но да ладно. По обертке не судят.
        Довольно выдыхаю, дожидаюсь, когда они уйдут и снова падаю на землю, начинаю отжиматься, скрипя зубами от боли во всем теле:
        - Преодолеть… свой… предел…
        Улыбаюсь. Рубаха начинает мокнуть от пота. Как же мне это нравится… Это тело такое дохлое. И так прекрасно болит…
        ИНТЕРЛЮДИЯ.
        Гоша самый старший из силачей, хотя ростом не задался. Да и лысина в столь раннем возрасте. Учится на четвертом этаже. Он отдвигает панель под джакузи. Тянется рукой, достает сумку, открывает, подсвечивает телефоном.
        Присвистывает.
        Зеленые стодолларовые пачки. Тут денег столько, что можно безбедно прожить пару десятков лет. Гоша понимает, что Киба просто не хочет рисковать своей шкурой, поэтому послал их, прикрываясь какими-то проверками. Ясное дело, что в прошлый раз он через кого-то убил босса. Если вообще он с этим не шибко связан. Тема, в общем, мутная.
        А вообще пробраться сюда оказалось, проще, чем Гоша думал. Ясное дело, что охраны поубавилось, но все равно. Херак-херак и готово. Дом вообще будто заброшен.
        Бляху за муху, а денег все-таки дохера…
        - Ну что, нашел? - раздается голос за спиной.
        Гоша судорожно ахает, заталкивает сумку обратно под джакузи, оборачивается:
        - Не пугай, блин, - шепчет он на Тернова. - Пока нет.
        - Понял. Слух, я тоже. Лан, пойду, а то вдруг магия пустого дома перестанет работать.
        Тернов хмыкает и уходит. Гоша через пару минут закидывает сумку на плечо, выходит в темный коридор. Осматривается. Никого. Спускается вниз, идет к почему-то открытой форточке, через которую сюда пролез, и… разворачивается.
        Он был пару раз в этом доме с отцом. Знает, что тут неподалеку есть открытый балкон. Можно свободно вылезти там. Судя по всему, особняк теперь и правда полузаброшен. И особо тут бояться некого.
        Гоша прыгает со второго этажа, в ногах что-то хрустит, но регенерация быстро восстанавливает повреждённые ткани. Где беседка, о которой говорил Киба, Гоша знает. Доходит до нее, находит лестницу. Надо же, и правда тут. Киба что заранее все подготовил? Знать бы как…
        Гоша приставляет лестницу к высокому забору. Перелазит через него, также легко спрыгнув с обратной стороны. И дает деру.
        Бежать и только бежать!
        Богат! Гоша богат как шейх! Бабки, шлюхи, шампанское! Море! Все, о чем он мечтал! Надо валить быстрее и подальше. Что не говори, а Киба этот опасен, и за подставу может навалять. Поэтому прямо сейчас нужно поймать попутку и свалить на юга.
        Гоша добегает до лесного массива и…
        - Что за х…
        Он не может двигаться. Что-то блеснуло от лунного блика. Что это? Гоша щурится. Какие-то веревки переплетаются между деревьями. Или не веревки. Нитки? Нити? Паутина? Между деревьями паутина? И не просто паутина. А усиленная суммой!
        Гоша ругается про себя. Дерьмище! Его направленность в регенерации тут не сильно поможет. Он один из лучших и может залечивать серьезные раны, но он «нулевик» и в такой ситуации практически бессилен…
        Паутина… Нити?…
        Это не те же самые, которые тот мудазвон использовал в поединке с Сэмом Блэком.
        - Киба! - орет Гоша. - Это ты?! Выходи!
        Тишина. Гоша пытается дёрнуться, но острые нити только глубже вонзаются в кожу, причиняя нехилую боль.
        Гошу начинает трясти от страха.
        Что-то блестит…
        Из-за дерева выходит худая фигура. Плохо видно.
        - Киба, это ты? Я принес деньги. Как ты просил. Что за ерунда происходит-то, а?
        Темная фигура отвечает не сразу:
        - Ты знаешь, что происходит…
        - Ты все не так понял! Киба, мляха! Отпусти, поговорим по-мужски! Когда ты успел тут все замотать?! Ты нас подставить хотел?!
        Гоша не знает, что сказать, поэтому говорит все подряд, лишь бы перебить страх перед Кибой.
        Шепот:
        - Знаешь, в одном неизвестном тебе месте предательство считается самым страшным проступком. И наказание за предательство едино во все времена…
        Нити бликуют. Медленно натягиваются. Давление на тело Гоши усиливается.
        - Стой! Стой! Стой! Ты все не так понял!!! КИБА!!!
        ВЖЖЖЖЖЖИИИИИИИИИИИХХХХХ!!!

* * *
        Я возвращаюсь к точке сбора, снова сажусь у дерева. На этот раз точно отдохнуть. Первым возвращается Кевин. Он тяжело дышит, кидает к моим ногам сумку:
        - Держи, Киба. Заставил ты меня понервничать.
        Подтягиваю к себе сумку, открываю. Проверяю метки. Кевин не открывал сумку. Молодец.
        Вторым возвращается Тернов:
        - Ипаа, скока там бабок, - ржет он. - Киба, может тебя прибить и стащить их?
        Ну этот хотя бы искренен.
        Последним возвращается Кирилл. Взгляд у него расплывчатый, и запах от него травянистый. Он отдает мне сумку в руки молча, садится на землю, улыбается. Проверяю сумку. Тоже открывал. Считаю бумажки. Вроде все на месте. Или может он заметил мелкую приписку «билет банка приколов» на большинстве купюр, которые я положил на дно, прикрывая их настоящими деньгами? И поэтому ничего не спер. Рисковать реальными деньгами я не хотел.
        - Где Гоша? - вертит головой Тернов.
        - Он не прошел.
        - В смысле.
        - Он решил украсть деньги.
        И попался. Я заранее подготовил в том месте ловушку из оставшихся заряженных нитей. На случай если появятся такие вот крысы. И крыса попалась. И довольно удачная для меня. Если бы их было несколько или хотя бы один с суммой тела на силу, то пришлось бы их отпустить. Нити бы не удержали. Но это не особо важно. Главное, что я понял бы кому можно доверять, а кому нет.
        Жаль только, что нитей у меня больше не осталось и придется их заряжать заново. Без сушеного пальца это будет проблематично и долго.
        Тернов искренне возмущается:
        - Да ты гонишь, Киба! Он нормальный пацан!
        Пожимаю плечами, не отвечаю.
        Кевин щурится:
        - Ты убил его?
        Не отвечаю. Встаю, подхожу к кустам, достаю оттуда две тяжелые сумки с настоящими деньгами и небольшой конфискованной сумкой у Гоши.
        - Вот настоящие деньги. Я их сам вытащил еще пару часов назад.
        Тернов хлопает ртом, с недоумением уставившись на сумку, которую мне притащил. Кевин похоже не сильно удивлен. Я сразу почувствовал, что он понял больше, чем сказал. Краем глаза смотрю на Кирилла. Тот где-то в себе. Ему пофиг на реальность.
        Я так и не отвечаю. А зачем? Пусть додумывают.
        На самом деле я вполне мог бы Гошу и отпустить при определенных условиях. Но пришлось убить. Я отлично разбираюсь в людях и видел злобу в его глазах. Обиду. Нежелание сотрудничать. Но при этом врал в глаза, что я не так понял. Таких и правда нельзя оставлять за спиной иначе они воткнут нож в спину в самый неподходящий момент. Теперь надо позаботиться, чтобы об этой ситуации знало как можно меньше людей. Семейной мести мне только не хватало.

* * *
        Уже через час нас подвозит к Раменскому району вызванное заранее такси. Меня высаживают с двумя сумками у жилого дома. Парни едут дальше - по своим домам. Я от их дальнейшей помощи отказался. Зато теперь приходится несколько улиц горбатить тяжелые сумки самостоятельно. Я не хочу, чтобы кто-то знал, где находится арендованная мною квартира.
        Мимо проходят личности разных национальностей, смотрят на меня и мои сумки. Я серьезно напрягаюсь, но вроде все обходится.
        Отлично. Тут райончик поэлитнее будет. Как и стоимость аренды жилья. Я пришел чуть раньше, поэтому жду хозяина квартиры на охраняемой территории. Пустили без проблем - обо мне предупредили.
        Сижу на вычурной лавке. Звонок. Отвечаю.
        - Здравствуйте! - звучит голос риелтора. - Извините, что беспокою, но через час время аренды заканчивается. Скажите, хорошо ли вы провели время? Все устраивает?
        - Да, все отлично. Мы уже покинули особняк. Ключи я положил в клумбу у ворот…
        - Хмм, вообще-то так не делает, нам надо принять и…
        Кладу трубку. Вот ведь нудные люди.
        Несколько дней назад я искал пути подхода к особняку, в котором жил глава клана Новая Сила. Узнал, что он сдается. Желающих купить его за огромные деньги не нашлось. Его содержание обходится жене очень дорого, поэтому она решила сдавать его посуточно для богатых тусовок, чем я и воспользовался. Надеюсь, мать не успеет заметить, что с ее кредитной карты пропали почти все деньги, которые банк предлагал ей. Аренда квартиры на месяц и особняка на день обошлась почти в полмиллиона рублей. Это почти весь ее кредитный лимит. Через месяц ей вбухают такие проценты, что Шиила поперхнется. Но я, конечно, этого не допущу.
        До приходу своей банды, я сам забрал деньги и все обставил. Без всяких скрытых штучек. Я ведь арендатор. Поэтому попасть на территорию особняка им было проще простого. Забавно, но они похоже даже не заметила, что там кроме одного охранника и садовника, которым я заказал много алкоголя, красивых проституток и дорогой еды, никого нет. Они весь день развлекались в гостевом домике и чуть меньше интересовались происходящим на территории особняка. Так, выходили пару раз, проверить, что дом не горит и никто ничего не ворует.
        Итак. Подведем итог.
        Из хорошего. Я переехал от матери. Вроде как сотрудничаю с Джунами. У меня есть деньги и немало. Надо будет посчитать. У меня появились последователи из беляков и силачей. Завтра Лика организует нам клуб. Это неплохой старт.
        Из плохого. У меня появились недоброжелатели - самые авторитетные люди в школе. И самые сильные, как я понял. Всякие Патрики аристократы. Это из очевидных недругов. Есть еще те, кто заслал лжеотца и догадывается, что я это не я. Очень меня это смущает.
        Из дел, которые остались нерешенными. Заместитель директора. Сейчас он очень сильно занят, и я надеюсь, не мной на этот раз, но вопрос с пазлом никуда не делся. И моя неделя прошла. Завтра нужно будет это все решить. А еще Аннет в свой клуб завлечь… С Сэмом поговорить. А то вдруг обиду затаил. Узнать, где Директор, ибо он и Хидан Мацуо единственные зацепки на пазл. Ах, и еще с пальцем разобраться и склепом. Хочу себе свое место силы и…
        Мои размышления прерывает телефонный звонок. Смотрю на дисплей. «Номер скрыт». Хм, и кто же это может быть?
        Глава 17. Первый намёк
        «Номер скрыт»
        Здесь и так можно? До этого все номера определялись. Опять мошенники? Последнее время они меня достали так, будто прослушивают круглые сутки. Заметил, что если я говорю о деньгах, кредитах и снимаю дорогостоящее жилье, то реклама везде меняется на соответствующую тематику. Недавно на пробу говорил о разведении котиков, и на тебе: на следующий день позвонили из кошачьего питомника. Стоит ли говорить, что теперь я с большой осторожностью отношусь к технике этого мира.
        Отвечаю на звонок, спрашиваю, позевывая:
        - Служба безопасности Сбербанка?
        - Нет, - слышу на конце линии сухой мужской голос.
        Чувствую, что разговор не заладится. Лучше бы трубку не брал.
        - Константин, ты не убил меня.
        А, лжепапочка очнулся.
        - Верно. Быстро же ты проснулся. Зачем звонишь?
        Легкий смешок.
        - Так ты же сам оставил свой номер. Неразумно с твоей стороны. Я бы тебя обязательно убил.
        Недолгая пауза. Говорю с усмешкой:
        - Решил, рассказать, кто тебя нанял?
        - Глупости. Я выполнил свою работу, но не так качественно, как хотелось бы. Для меня это провал, поэтому я вернул нанимателю все деньги.
        - Ты звонишь поболтать или предложить мне свои услуги?
        - Ни то, ни другое. Я услуги не предлагаю. Я сам выбираю дела, которые мне интересны и которые я считаю, что смогу выполнить. Они могут быть любой сложности. Твое дело с такими условиями соглашаться или нет.
        Понятно. Гордец, зазнавшийся своими талантами. Не отвечаю. Слушаю дальше.
        - У меня есть три правила. Первое. Я не работаю против нанимателей - ни настоящих, ни прошлых. Второе. Я не отвечаю на вопросы, не относящиеся к делу. Третье. Деньги беру наперед, но возвращаю, если не справляюсь. Но такое случалось только раз, - он издает грустный вздох. - Ты неплохо подпортил мне репутацию.
        - Сочувствую, - почти искренне отвечаю я.
        Потеря репутации в таком нелегком деле - тяжелый удар. Достаточно одного провального дела, чтобы с тобой больше не имели дел. Вот у тебя несколько заказов на убийство королей, а завтра всего один на избиение попрошайки, мешающего торговле на рынке.
        - Меня называют Ли. И ты разорвал мои узы гипноза. Такое невозможно провернуть без суммы разума и длительных умственных упражнений.
        - Что ты рассказал обо мне своему заказчику?
        - Правило номер два. Я не отвечаю на вопросы, если они не по делу, - снова вздох. - Но думаю ты и сам все знаешь.
        - Как с тобой связаться?
        - Позвонить по номеру «один-один-два» и сказать любому оператору, что «Ли съел испорченного осьминога и теперь у него кариес». Четко и не торопясь. Положить трубку. Я свяжусь с тобой по номеру, с которого ты звонил.
        «112»? Это же номер экстренных служб? Что ж, спрашивать, как это работает, я не буду. Зачем лишний раз показывать свою некомпетентность. Поверю на слово, но проверю как-нибудь осторожно. Если, конечно, мне понадобится такой зазнавшийся наемник. Он где-то на середине своего становления. Тащится от своей крутизны. Самый опасный переходный момент.
        Достаю зубочистку, смотрю на нее, передумываю, возвращаю в карман:
        - И почем берешь?
        - Зависит от дела.
        - Сколько дали за меня.
        - Правило номер два…
        - Мне плевать. Можешь не отвечать.
        Смешок:
        - Сто тысяч евро в криптовалюте плюс расходники.
        - Принято. До связи, - сбрасываю вызов.
        Моя квартира оказывается почти такой, как на фотках. За исключением того, что это другая квартира. Чуть похуже и чуть подороже. Похоже к местным схемам развода мне еще долго придется привыкать. Но да ладно. Тут тоже ничего. Пятый этаж. Пять комнат. Огромная лоджия, выход на крышу. Обставлено дорогой мебелью, есть огромный плазменный телик, даже свой бар, выдвигаемый из книжного шкафчика. Только алкоголя там нет. Тут же и сейф, куда я с трудом запихиваю обе сумки.
        Ложусь на роскошную двуспальную кровать. Непорядок. Такую хоть иногда, но должна греть женщина. Открываю школьное приложение. Отправляю заявление на изменение адреса. Маршрутка завтра должна прийти к дому на соседней улице. Пусть думают, что я переехал куда-то туда.

* * *
        Понедельник
        31 октября 2022 г.
        Время 07:32
        Кабинет заместителя директора школы Новая Эра.
        - Что-то вы плохо выглядите, Георгий Александрович.
        Худощавый мужчина осунувшийся, с мешками под глазами. Он будто не спал неделю. Опирается на руки, смотрит на меня тяжелым взглядом.
        - Константин, давай без прелюдий. Хоть тебе защита больше и не нужна, это не значит, что наш уговор недействителен. Рассказывай про третий пазл. Где он? Как это связано с филзели, которого ты пытал?
        - Филзели искал его в поместье главы Новой Силы.
        Заместитель директора моргает.
        - Поясни.
        - Я давно подступался к Новой Силе, вы же знаете. Не думали же вы, что это так просто? Как оказалось, не я один. Филзели тоже разведывал местность. И уже давно, насколько я понял. Мы пересеклись, и я устроил допрос с пристрастием. Смог выпытать из него только три слова: «найти третий пазл». Это было его целью. Может, пазл был в особняке, может, была информация о нем.
        Совмещу правду с брехней. Самый эффективный способ отвести глаза. Пусть фантазирует себе. Теперь начнут взаимосвязывать мои терки с силачами еще и с пазлом. Что я лишь прикрывался ими, но на самом деле все было ради пазла. В общем, надумать можно столько, что я уже сочувствую бедному заместителю директора. Еще пару бессонных ночей я ему обеспечил.
        Он сканирует меня глазами, вздыхает, натирает глаза пальцами, будто убеждая самого себя во все это поверить:
        - Ты нашел что-то в особняке?
        Вот. Я ведь говорил, что он посчитает, что я не за главой шел, а за пазлом. Ничего, пусть булки не расслабляет. Пусть считает меня тайным агентом какой-нибудь крутой организации и копает на меня везде, где можно. Теперь-то и признаться стыдно, что силачей я поимел только ради денег и статуса. Они моя выгодная стартовая площадка. И никаких скрытых мотивов.
        - Нет.
        - А что сказал Аркадий по этому поводу?
        Так, а Аркадий это у нас покойный глава силачей. Зам предполагает, что я его пытал, чтобы узнать о пазле. И это вполне логично. И будет странно, что я разговорил Фила, но не смог это сделать с ним.
        - Что пазл забрало его начальство, - с усмешкой вру я. - Смысл примерно такой.
        Помню, как Хидан сказал мне, что силачей спонсирует либо Новус, либо Фрагоры. Скорее всего об этом знает и зам из Исталов. В любом случае, я хочу отвести глаза зама от Джунов и особняка Хидана. Сначала я должен сам разобраться в этом, потом уже раздавать подсказки направо и налево.
        Заместитель директора облокачивается на кресло, трет виски. Еще час задает всякие проверочные вопросы из разряда во сколько, зачем, почему и как взаимосвязано. Я вижу практически все его уловки, подготовившись к ним заранее. На некоторые вопросы ответить не получается, приходится отказываться, и этим я все равно навлекаю на себя некоторые подозрения. Но заместитель директора, видимо, приходит к выводу, что я говорю правду, скрывая лишь какие-то части истории.
        - Хорошо, Константин. Сделаем вид, что мы поверили друг другу. Давай я скажу прямо. Я не понимаю с тобой многое, правда. Предполагаю, что ты из Велтешафт и они решили как-то… поменять свои методы. А может и нет. Но пока я в этом не разобрался, давай жить дружно. Не лезь в мои дела, я не буду в твои. Ты ищешь пазл, я его ищу. Могу сказать, что за информацию о них в следующий раз щедро тебе заплачу. Намного щедрее, чем твои наниматели.
        - А могли бы просто исключить меня, - развожу руками.
        - Глупости, - тяжело улыбается зам. - Из школы невозможно исключить. И я не настолько невежественен, чтобы держать таких, как ты, подальше от себя. Держи друзей близко, а…
        - Врагов еще ближе, - дополняю я директора.
        Он кивает в ответ, тяжело улыбается:
        - Тебе тут Валера привет передает.
        - Валера? Тот доктор, что меня в лесу держал? Вы его не убили?
        - Нет, конечно. Жестокий ты, Константин. Да и непрактично это. Он очень хороший зельевар.
        - И зачем вы мне это говорите?
        - Хочу, чтобы ты знал, что в Исталах ценят своих людей. Мы не фанатики Джуны, режущие себе животы за любые провинности, не надменные Новусы и уж тем более не самовлюбленные Вальты, которые давно не видят дальше своего позолоченного носа. Исталы всегда держат свои слова, всегда защищают своих. У нас есть такие зелья, по сравнению с которыми зелья из школьных автоматах покажутся водой.
        Ого, а вот и самореклама.
        - Вы меня вербуете?
        - Ни в коем случае, Константин, - отмахивается зам. - Зачем мне нужен настолько непредсказуемый человек с совершенно непонятной историей. Просто, если вдруг ты захочешь все рассказать, поделиться или может… выразить свою преданность Исталам, то… ты всегда можешь на меня рассчитывать. Я человек надежный и благодарный. Но не за просто так. Дай мне соломинку, за которую я смогу потянуть, чтобы понять… что ты за фактор риска. Можешь начать с Элеоноры и рассказать что-нибудь о ней. Последнее время она тобой очень заинтересована и зачем-то привлекает к этому мое внимание. Трюк с жвачкой на камере мне показался слишком провокационным.
        Заместитель директора встает, подходит к стойке, наливает себе коньяк, делает маленький глоток. Я же встаю:
        - Разрешите идти, заместитель директора? Я подумаю по поводу ваших слов.
        Делает глоток:
        - Ясно. Хорошо, ты свободен, Константин.

* * *
        Спускаюсь на первый этаж. Коридоры пустынны. Все на занятиях. Я прихожу ближе к одиннадцати. Понедельник у нас Элеонора. Снова рассказывает о теории суммы. Стучусь, открываю дверь:
        - Извиняюсь за опоздание. Заместитель директора меня, - замираю с полуоткрытой дверью, - задержал…
        Элеонора в своем белом латексе стоит над лежащим навзничь Кевином. Его голова прямо между ее ног. Тело его облеплено материалом, похожим на жвачку. Он еле-еле двигается, шипит что-то нечленораздельное.
        Элеонора с безразличным лицом надувает пузырь. Он соскальзывает с ее губ, медленно стремится к лицу Кевина. Так он и сдохнуть может.
        Многие ученики сидят, делая вид, что ничего не видят. Кто-то скромно возмущается беспределом. Веснушчатый кричит про то, что так делать нельзя, ведь Кевин умрет. Замечаю нескольких, записывающих происходящее на телефон.
        ВЖИИИИИИИИХХХХ!
        Кунай из рукава устремляется в пузырь. Слава Шииле, что он не сильно усилен и легко лопается. Нить сжимается и кунай возвращаетсяя обратно в рукав.
        Становится тихо, на меня уставились. Запоминаю тех, кто записывает видео. Спрашиваю:
        - Учитель Элеонора, прошу прощения, но у вас тут беспредел. Моего хорошего друга пытаются убить прямо на уроке.
        Элеонора ядовито улыбается, с места не сдвигается:
        - А-а-а, это же наша звезда. Константин Киба собственной персоной вламывается с ноги на занятия, не разобравшись, что происходит, верно?
        Кевин бессмысленно вырывается, рычит мне, прищурив один глаз:
        - Практическое занятие. Только почему-то…
        Элеонора наступает Кевину шпилькой на грудь, тот пучит глаза, скрежещет зубами.
        - Тихо, Кевин. Твоя задача сконцентрироваться на выработке адреналина и попробовать освободиться. Ты же хочешь пробудиться? Я делаю тебе одолжение. В твоем возрасте это единственная возможность.
        Обращаю внимание, что Лики нет. Она сейчас должна заниматься арендой помещения для Клуба. Подхожу ближе, склоняюсь над Кевином:
        - Тебе нормально?
        - О-о-о… бл… я…
        Выпрямляюсь, пожимаю плечами:
        - Похоже, ему не очень.
        - О, Константин, это во имя его же блага. Сядь на место.
        Ну и школа. Нет, я, конечно, уже понял, из-за чего происходит пробуждение, но в данном случае чувствую запах дерьма. Больно грязно и прямолинейно.
        Патрик. Медиокрис из клана Вальтешафт. И того же, что и Элеонора. Но только она не аристократка, в отличие от него. Предполагаю, что он потребовал у Элеоноры тиранить всех, кто связан с клубом.
        Похоже, ей нравится то, что она делает. Наслаждается чужой болью и страданием. Не двигаюсь. Элеонора угрожающе улыбается:
        - Ты услышал, что я сказала, Киба?
        Не отвечаю. Тишина. Просто гробовая тишина. Даже самые смелые беляки стараются двигаться не сильно громко. У кого-то вибрирует телефон и треть класса подпрыгивает.
        Элеонора раздраженно цыкает, смотрит на «телефонщика», убирает ногу с Кевина.
        - Сейчас что-то будет, - слышу шепот пухлой девушки.
        Неожиданно для всех и даже для меня, Элеонора ступает к себе за стол, садится.
        - Тишина. Кевин и ты, - показывает пальцем на побелевшего парня с телефоном. - Сегодня после занятий зайдите ко мне. Поговорим о ваших отработках.
        Кевин самостоятельно освобождается от пут, встает:
        - Это… за что еще?…
        Элеонора берет указку со стола, тыкает в него:
        - За то, что ты бесполезен. Второй раз идешь на обучение и ни на что не способен. Я тебя уже пятый год обучаю по второму кругу и что? Тебе на все плевать. Ты флегматик что ли? Кевин, зря ты поступил второй раз. Пошёл бы в грузчики. Или таксисты. Тратишь свои деньги и мое время.
        Щека Кевина дергается, но это максимум, что он позволяет выразить на своем лице. Я слышу, как быстро бьется его сердце, но внешне это никак не выражается. Кивает мне, мол, садимся на места. Что я и делаю. Аннета, как всегда, позади меня. Ее явно радует ситуация. А Элеонора будто на иголках. И не очень понятно, что ее так нервирует.
        Встает, подходит к доске, берет маркер:
        - Сегодня поговорим о…
        Что ж, видимо сейчас будет не очень уместно покупать прогул. Жаль, ведь занятие оказывается не очень интересным. Элеонора рассказывает про клановые особенности Вельтешафт, их предрасположенность, любовь к магии разума и как сильно их умения повлияли на мировую политику.
        Хмыкаю про себя. Если Вальты умеют тоже, что и тот Ли, или хотя бы близко, то неудивительно, что они главенствующий клан. Вальты, кстати, тоже недолюбливают Амарэ. Вроде как считают их потенциальными конкурентами. Что очень удивительно. Весовые категории-то разные.
        Вторую половину занятий я проплачиваю прогул себе и Кевину. Недавно написала Лика и сказала, что ждет меня у завхоза на первом этаже. Мол, они выбирают уже помещение для Клуба. По пути спрашиваю Кевина:
        - Зачем ты пошел обучаться второй раз? Чем тебе помогут знания о гастрономических вкусах Вальтов?
        - На втором этаже специальные программы. Надо до них дотянуть.
        - Скоро дотянем. Как я понимаю, ты не сделал, что я тебя просил?
        Кевин смотрит на меня с осуждением:
        - Ты сам видел, что произошло. Элеонора меня не отпустила с занятий. Сразу набросилась. Но кое-какие списки на выходных подготовил.
        - Патрик на нее давит?
        Кевин понимает, о чем я:
        - Скорее всего. Он очень важный, весь из себя, и она ему не ровня. Хоть в школе и свои правила, но все всё понимают.
        Пока идем, думаю. Вальты мне нужны. С ними ссориться совсем нельзя. Главенствующий клан менталистов с аристократами. Такой враг мне сейчас не по зубам. Вопрос с Патриком решить будет непросто. Надо срочно сблизиться с Аннет и подобраться к нему в его среде. Да, из всех кланов я хочу присоединиться именно к Вельтам.
        Почему-то опять вспоминаю свой сегодняшний сон.
        Ко мне являлась Шиила. Первый раз в этом мире я так отчетливо ее увидел. Ее бледный идеальный лик, легкую накидку из паутины на груди и плечах, тончайшую талию, уходящую в паучье тело, покрытое черным хитинном. Моя Шиила предупреждала меня, что ей грозит опасность, и я должен поторопиться.
        После этого я проснулся в холодном поту и с чувством уверенности, что должен помочь своей богине. Первый раз мне стало не по себе от забытого ощущения непонимания, что мне делать. Как помочь? Я попал в этот мир. Умер в том.
        Я должен поторопиться…
        Я должен узнать, как я здесь очутился. Если раньше я думал, что мое перерождение лишь глупая случайность или чей-то заговор против меня, то сейчас придаю этому намного большее значение. Может ли быть, что мое появление тут - это замысел Шиилы? Связано ли это с предательством Великого Магистра?
        Я должен стать сильнее. Должен узнать больше. Должен понять, как помочь богине теней. Она сказала, что я должен поторопиться…
        Мое умение владеть шелковыми нитями… Я словно родился с ними. Это не просто так. Шелк - то же самое, что и паутина. Не хочу романтизировать это, но видимо придется признать, что не просто так именно шелк дается мне проще остальных материй. И это не все. Сумма разума новой направленности, которая усиливает мои умения ночами. Я уже пробовал манипулировать нитью в полночь. Совершенно иное ощущение суммы. Нить реагирует мгновенно, она крепче, а кунай летает во все стороны так, что его тяжело заметить невооруженным глазом. Ночами я намного мощнее. Также было и в Варгоне… В тенях…
        Это не совпадение.
        Мне нужно стать сильнее, раскрыть свою магию разума. Чувствую, что такое усиление лишь малая часть этой направленности. Там все глубже.
        И у меня нет столько лет, чтобы качать по единичке свой кувшин.
        Мне нужны пазлы.
        Я должен избавиться от кувшина. Должен понять, что происходит, почему я сюда попал и, самое главное, помочь своей богине. Не понимая как. Не понимая чем…
        Шиила - богиня страха и любви. Ее человеческая часть безупречна в своем женском воплощении и олицетворяет любовь с созиданием и зовется она Шэйла. И я ее Первый Хранитель. Ее нижняя часть олицетворят месть, страх и решительность, и зовется она паучиха Шиила - мать теней. И я ее тень.
        Ради того, чтобы сохранить в мире любовь, Двуликая Богиня жестока и непоколебима. Будет истреблять все, что этому препятствует. Богиня меньшего зла. Реальная, логичная, единственно верная в своих решениях. Без нее умрет и идея. Смысл всего.
        - Ты что-то совсем загрузился, - пристально смотрит на меня Кевин.
        - Думаю, что за помещение нам нашла Лика. Куда она нас позвала? Тут первый этаж, да еще и так далеко от проходной? Меня это не устраивает.
        Кевин пожимает плечами:
        - А ты что ожидал? Директорский кабинет на пятом этаже?
        Хм.
        Хм.
        Кевин хмурится:
        - Мне не нравится твоя улыбка, Константин.
        А что, если пробраться в кабинет директора и немного там поковыряться? В конце концов, даже у Джунов получилось пробраться в класс к Элеоноре с отрубленной головой. Неужели я хуже них?
        Мой азарт немного утихает, когда я вспоминаю, как мастерски ниндзя Джунов сливаются с тенями и чуть ли не испаряются на глазах.
        - Да я тут подумал…
        Я не успеваю озвучить, что я думаю. Потому что до дрожи неприятный визг Лики бьет нам с Кевином по ушам.
        Глава 18. Палки и колёса
        Бежим с Кевином по коридору. Поворачиваем за угол. Видим в конце коридора кровь. Много крови. Лика вся в крови…
        Кевин замирает на месте, останавливается. Меня же такие картины давно в ступор не вводят. Лика еще жива. Двое утырков в формах беляков прижимают ее к стене и душат. Все трое в крови. Волосы Лики алые, липкие, запутанные. Капилляры в глазах лопнули. Где, Шиила побери, стражи, когда они нужны? Почему такое происходит посреди белого дня?
        - Кевин! - кричу я за спину.
        Слышу, как мой заместитель выходит из ступора и бежит за мной. Беляки оборачиваются. На их лицах белые овальные маски с прорезями для глаз и со странным рисунком. Не могу разглядеть…
        Лику отпускают. Она сдавленно кашляет, оседает на пол. Беляки переглядываются и… убегают.
        ВЖИИИИИИХХХ!!!
        Кунай мгновенно вылетает из рукава, летит им в спины. Но… слишком далеко. Удлинить нить настолько не получается, и она рвется, истончившись. Метательные ножи со звоном падают на пол.
        Останавливаюсь у Лики. Вдыхаю химический запах. Краска. Не кровь. Ублюдки измазали ее в красной краске. Кевин пробегает мимо, спешит за обидчиками девушки.
        - Стоять! - приказываю я.
        Останавливается.
        - Мы можем их догнать!
        - Сомневаюсь. А вот попасть в ловушку - запросто.
        - Что с ней, - нагибается над шокированной Ликой Кевин. - Это что?.. Краска?
        - Да.
        Кевин аккуратно убирает слипшиеся волосы с лица Лики:
        - Все хорошо, Лик. Они ушли. Где больно?
        Наконец она находит в себе силы посмотреть на него, потом на меня. В глазах проступают слезы. Замечаю красные подтеки на ее шее. И это не краска. Они что, правда ее убить хотели?
        Выискиваю взглядом камеры. Вижу, как минимум, две. Но я не слышу, чтобы сюда спешили стражи.
        Сую зубочистку в рот, сажусь на краску в позу лотоса, прямо рядом с Ликой. Кевин несколько раз моргает, недоуменно смотрит на меня. Лика поворачивает голову, но я уже не обращаю на них внимания и даже не слышу, что они говорят.
        Техника дыхания неофита храма. Если попробовать перевести ее название на язык этого мира, то получится что-то вроде «штиль в ночи». Подходит только для Альва Варгона. Но я уже убедился, что при должной осторожности можно реализовать некоторые умения в телах людей с Земли.
        Тишина…
        Покой…
        Дыхание…
        Сердце бьется медленнее.
        «Штиль в ночи» запечатлевает отрывок последних пяти минут жизни в сознании так, будто это видео, которое можно перематывать раз за разом. Важное условие - техникой нужно воспользоваться сразу. Иначе сотни произошедших мелочей забудутся.
        Одна за другой картинка плывет в моем воображении. Вижу, слышу…
        Первое. Здесь слепое пятно. Камеры есть, но смотрят немного в разные стороны. Нападающие поджидали ее и знали, что она придет сюда. Кто-то им рассказал.
        Второе. Рисунок на маске. То, что я не успел разглядеть сразу, теперь вижу отчетливо. Можно было спросить Лику, но не факт, что она в состоянии шока что-то поняла. Потому что рисунок довольно абстрактный. Пять запутанных в хвостах грызунов разбегаются в разные стороны, не в силах освободиться. По-другому мне это уродство не описать. Но не это важно. Что значит эта символика? Почему беляки в этих масках? И были ли это настоящие беляки?
        Третье. Я запоминаю детали. Цвет обуви, брюки на размер больше, сутулость одного беляка, их движения и топот при беге. Я знаю их рост и примерный вес. Этого одновременно много и мало. Но точно поможет сузить круг подозреваемых.
        Четвертое. Камеры в коридорах я давно погуглил. Они точно записывают звук. И очень вряд ли, что Лику не слышали. Значит, есть вероятность, что стражи заодно с нападающими.
        Открываю глаза. Кто-то теребит меня за плечо.
        - Живой! Эй, что за шуточки! - слышу взволнованный голос Кевина. - Ты сдурел, Киба?
        - Спокойно. Я думал. Когда я так делаю, мне не надо мешать.
        Лика хлюпает носом, смотрит на меня. Поднимаюсь, отлипая задницей от красной краски. Джинсы теперь только на выброс. Но это место мне показалось удачнее всего. Магистр всегда говорил, что не бывает неудачного места для медитации, если к нему тянет. Бред, но вроде работает.
        - Что они говорили? - спрашиваю девушку.
        - Ни… ни… чего. Просто, сразу… напали. Мне так страшно, Константин. Зря мы все это затеяли. Зря. Это слишком для меня… Слишком для нас всех, - бубнит словно умалишенная. - Лучше пойти к Патрику и извиниться… сказать, что мы все поняли… А вдруг они так сделают с мамой… папой…
        Мы с Кевином переглядываемся. Кевин помогает подняться Лике, говорит:
        - Они этого и добиваются, пойми. Убивать бы тебя не стали. Просто напугали.
        Лика аккуратно щупает себе шею:
        - Что… что-то… не похоже было.
        Я кладу руку на плечо Лики, киваю Кевину на камеры на удалении:
        - Приведите себя в порядок.
        Не хочу, чтобы была запись Лики в такой виде. Кто знает, куда она может попасть.
        Кевин понимающе кивает, снимает с себя рубаху, показывая рифленые мышцы, накидывает на Лику. Та выжимает краску из волос, завязывает в пучок. Через пять минут выглядит намного лучше. По крайней мере, в этом ее убеждает Кевин. Я же предпочитаю промолчать.
        По дороге в женскую душевую Лика рассказывает, что собиралась встретиться с завхозом школы для согласования клубного помещения. И как раз шла к нему в кабинет, позвав нас за компанию, что ее и спасло. Она не дошла, натолкнувшись на этих двоих.
        Я задаю девушке важные вопросы:
        - Кто знал об этой встрече еще?
        Качает головой:
        - Никто.
        - Ты кому-то рассказала, что занимаешься организацией клуба?
        - Не. Только документы все оформила и вот несла для завхоза. Потом еще заместитель директора после него должен согласовать. И все…
        Идем молча. Я думаю. Кевин тоже погружен в себя, приобнимая Лику за плечи. Хорошо хоть сейчас идут занятия, и свидетелей нашего фиаско не оказалось.
        Итак. Первое. Кто-то слишком информирован о наших действиях. Я специально отправил Лику, чтобы не привлекать лишнего внимания. Второе. Патрика не смутило ни то, что она девушка, ни то, что неодаренная. Опять стереотипы из Варгона меня подвели. Никто на Земле не стесняется реализовываться на слабаках. Даже аристократы кичатся, задрав подбородки от гордости, что могут натравить на хрупкую девку наемных убийц.
        Больше таких ошибок я не совершу. Кевин говорит вполголоса:
        - Крысы на их масках. Константин, ты видел?
        Киваю.
        - Там пять крыс, связанных в хвостах. Такой феномен в природе называют Крысиным Королем. Никто не знает, как они запутываются.
        - И что это значит? Почему беляки в масках с рисунком крыс? Какая-то банда? Группировка?
        - Нет. Это свободная, так сказать, символика, - пожимает плечами Кевин. - Сам знаешь, сейчас это модно. Под масками обычные беляки. Такие же, как я. Те, кто уже не сможет пробудиться или у кого почти нет шансов. Отчаивавшись влиться в элиту, некоторые идут к аристократам подлизывать им под хвостами. Ну и становятся их служками за крошки с барского стола. Аристо им выдают вот такие маски с намеком на их ничтожество и отправляют на всякие грязные дела.
        - И они на такое соглашаются?
        - Ты не услышал, Константин. Они сами идут за этим.
        - Хм. И зачем так все усложнять с этим масками?
        - Ну смотри. Не видно, кто крыса, но зато все знают, кто их послал. Так беляк себя не выдаст. Если их поймают, то сильно накажут, а про хозяев даже слова не спросят, - Кевин фыркает. - Короче, крысы- добровольное пушечное мясо в делишках аристо. Особенно, когда надо разобраться с неодаренной девчонкой мелкого калибра.
        Недолгая пауза.
        - Ясно.
        Было бы глупо рассчитывать, что все беляки резко побегут ко мне. Само собой, есть и те, кто лоялен к аристократам. За деньги. За защиту. За зелья повышения шанса пробуждения. Кто знает. Во все времена разумные существа не меняются.
        Мы доходим до западного крыла. Тут бассейн и спортзал для учащихся на первом и втором этажах. У тех, кто повыше свои - буржуйские.
        Отправляем Лику в душевую. Я тихо шепчу Кевину:
        - Помнишь, я вас отводил к бункеру? Не просто так. Если вдруг что, беги туда. Код от двери «двести семнадцать-двести три». Никому не говори, понял? Вопрос жизни и смерти.
        - А как же осталь…
        - Цыц, - улыбаюсь я. - Ты важнее остальных, понял? Этот код знаю только я и ты. Там хранятся очень важные вещи для нашего дела. Без них мы пропадем. Поэтому я не могу больше никому довериться.
        Кевин хмурится:
        - Откуда ты знаешь этот код? Я думал ты просто случайно бункер в лесу нашел. Уже договорился с замом об аренде? Что за вещи?
        Я не успеваю ответить. Выходит Лика с влажными отмытыми волосами, переодетая в спортивную форму. Подмечаю, как Кевин косится на пышные формы девушки.
        Вытаскиваю зубочистку, метким щелчком отправляя ее в мусорку неподалеку, улыбаюсь зловеще:
        - Лика, отдай документы Кевину, теперь он займется этим делом, - перевожу взгляд на своего «зама». - Кевин, надеюсь, ты не попадёшься в такие неприятности?
        Ухмыляется:
        - Если только нападут мозгастые одаренные. А это уже серьезнее.
        - Вот и договорились. Ступай.
        Кевин уходит, немного с подозрением пялясь на меня и удивленную Лику. Нагнувшись, говорю девушке на ухо:
        - Мне жаль, что так произошло. Прости меня. Помнишь бункер, который я вам показывал? Если в будущем произойдет что-то подобное и у тебя будет возможность убежать, то беги туда. Код от двери «триста три-триста пять».
        Строю очень расстроенное лицо, специально косясь на пухлые формы девушки так, чтобы она это заметила. Поверить в то, что парень моего возраста думает членом, проще простого. Продолжаю:
        - Ты мне очень дорога. Об этом коде знаем только мы. В бункере лежат очень важные для нашего дела вещи. Без них ничего не получится.

* * *
        Отмытую Лику я отправляю домой. Откупившись от занятия, так делать можно. Рекомендую ей не рассказывать своим, чтобы не волновались. Мол, просто случайность. Споткнулась о ведро с краской.
        Через полчаса встречаюсь с Кевином и завхозом школы - старым, лет под семьдесят, дедком, у входа в наше будущее помещение Клуба Превосходства Неодаренных.
        Кевин открывает дверь. Заходим. В помещение плохо проникает свет сквозь старые шторы. Все забито всяким хламом. Древними партами, поломанной мебелью, ветошью и швабрами. Даже доска тут «аналоговая», с мелками вместо маркеров.
        Включаю свет. Не работает.
        Разворачиваюсь, выпихиваю обратно в коридор тоже недовольного Кевина, говорю обоим:
        - Не годится. Я сказал - видное и просторное помещение. А это что?
        Завхоз недовольно пялится на меня своим мутными от старости глазами:
        - Эк ты какой, молодой человек. Просторное ему… Видное… Какое есть, такое и даю.
        Понятно. Вот об этом я и говорил. По началу все нужно решать самостоятельно. Кевин влип в неприятности с Элеонорой, Лика с крысами, которых послал Патрик. Осталось дождаться с чем накосячит Тернов. Это потом уже можно скинуть с себя груз ответственности на опытных управленцев.
        Кстати, Тернову я тоже позвонил и сообщил код от бункера: «четыреста пять-четыреста семь». И предупредил, что разглашать его нельзя, ведь там хранятся наши «сокровища». В результате те, кто знал о наших планах, получили разные коды от бункера.
        Изучающе смотрю на старика. Вижу знакомый блеск в глазах. Понятно.
        Насколько я помню, расплачиваться очками влияния можно за что угодно и с кем угодно, кроме стражей.
        - Сколько? - спрашиваю у завхоза.
        - Не понял, молодой человек?
        - Все вы поняли. Показывайте другие помещения, - понижаю голос. - И сразу говорите цену.
        После часа обхода почти всего первого этажа обнаруживается, что свободных помещений тут довольно много. И не только таких, откуда завхозу давно пора выбросить мусор, но лень, поэтому он решил возложить это на новый клуб. Мол, пусть сами расчищают.
        Жаль, что клуб не может находиться выше этажом, чем его глава - то есть я.
        Я довольно осматриваю помещение из трех смежных комнат. Гостиная, библиотека и кабинет. Так мой мозг квалифицировал просторные и чистые помещения с капитальным ремонтом. Окна выходят на восточную парковку для богатеев.
        На стене у входа висит картина каких-то старперов. Теперь то я знаю, что в первый свой день разбил окно одной из таких картин с главой клана Исталов. Одного из пяти Высших Советников в Мировом Совете Кланов. И вроде как мне повезло, что у Исталов не личностный культ, и меня тогда не арестовали за осквернение лика великого или типа того.
        Завхоз пытается разогнуть горб:
        - Это лучшее, что я могу предложить, молодой человек. Вход рядом с торговыми автоматами и почти на виду. С центральной проходной, конечно, не видно, но место очень проходное, значится. На уроки идут, видят всё. Кто закупиться захочет, тоже не пройдет мимо.
        - Сколько?
        - Ну тут недешево. Лучшее, говорю же тебе.
        Морщусь, не отвечаю.
        - Пять тысяч очков влияния, - не моргнув глазом, заявляет наглый старикан.
        Кевин откашливается:
        - Сколько?! - возмущается он. - Семьсот пятьдесят тысяч рублей! Просто за разрешение тут заселиться?!
        Завхоз обижено супится:
        - Не хотите, не надо. Без моего согласия вы вообще нигде не заселитесь, и Георгий Александрович даже на заявление ваше без моей подписи не посмотрит. И вообще, эти деньги пойдут в школьный бюджет. Мне так-то всё равно!
        - Что-то я не видел никаких ценников в клубном договоре! - возмущается Кевин. - Ты на руку берешь!
        Завхоз начинает краснеть:
        - Мало ли что где написано! Я тут с основания школы работаю! И не надо меня учить что как!
        Кевин и завхоз еще долго перекрикиваются. Мой зам его чуть не доводит до инфаркта. Торг становится ожесточённее. Кажется, вот еще немного и они перестанут плеваться и набросятся друг на друга с кулаками. Но результат того стоит. Цена снижается до трех тысяч очков влияния, которые завхоз моментально получает на свой счет и, бурча о наглой молодежи, отдает Кевину подписанный им документ о праве пользования помещения номер «13» на год с правом продления.
        Со вздохом отмахиваюсь от покрасневших Кевина и завхоза, подхожу к автоматам с зельями и под их недоуменные взгляды выкупаю все двадцать три зелья «Ласточка-5» по 50 ОВов каждая. Итого минус еще 1150 Ов и теперь мой счет составляет 6413 Ов. Таят на глазах.
        Зато теперь мои физические упражнения станут намного эффективнее.

* * *
        Оставшийся понедельник я решил… побездельничать. По крайней мере так я сообщил своим удивлённым подчиненным. Каждый знал, что Киба после аренды своего помещения и успешного согласования с замдиректора всех формальностей, просто свалил домой. И я делал всё, чтобы именно так все и думали. Собрал вещи, отправился на маршрутную остановку для «плебеев». Посидел, подумал. Внепланово вызвал маршрутку за 10 очков влияния.
        Вроде бы получилось скрыться от любопытных глаз. Не уверен, что мой стелс в таких условиях работает на все сто, но шанс высокий. Я в лесу, и сразу же направляюсь к бункеру, стараясь не шуметь и идти буреломами. Жду немного в кустиках, прислушиваясь. Как же хорошо иметь такой слух. Без всякой суммы ясно, что преследователей нет.
        Дохожу до бункера, проверяю. Маленькая веточка на стыке двери и порога так и лежит в одном положении. Значит никто в мое убежище скрытно или по другим кодам аристократов не проходил. Да и не смог бы так просто. Пришлось бы применить силу. Я неплохо укрепил затворный механизм своими прочными нитями. И даже если бы другой код подошел, дверь все равно бы так просто не открылась и пришлось бы долго соображать, что происходит.
        Сую пальцы в проржавевший проем, нащупываю нити, снижаю их прочность. Вытягиваю их. Сегодня они не понадобятся. Набираю код, открываю. Вонь масла и бензина ударяют в нос. Морщусь. Запах с прошлого раза так и не выветрился. Ладно, что поделать, эту работу делал не я, а одна очень интересная личность, которой я решил доверить это дело. Да и не то чтобы был выбор. Я просто не успевал сделать все самостоятельно.
        Осматриваю ступени вниз. Главное, чтобы выложенный вдоль стен склепа торф смог разгореться. Благо, этого добра здесь в лесу немало. Вон неподалёку болотца с торфяными залежами. Тлеющий торф быстро заполнит помещения дымом и вытянет весь кислород. Сначала обморок, потом смерть. А сами помещения не пострадают, а на пожар не слетятся со всей округи.
        Достаточно лишь искры…
        Закрываю дверь. Может сегодня мне всё это и не понадобится…
        Забавно. Я так часто в своей жизни делал из дешевки ценное, проверяя вшивость подопечных, что пальцев рук и ног точно не хватит. Этот бункер обычная развалина. И там нет ничего ценного, кроме смерти для тех, кто в него залезет.
        Но это пока что. Вскоре он станет нашим убежищем. Обязательно станет. И я не просто так показал его своим подопечным. А после случившегося с Ликой, стал подозревать, что кто-то из этой троицы сливает информацию о наших планах. Пришлось пойти на крайние меры, чтобы узнать, кто именно.
        Я залезаю на дерево на таком расстоянии от бункера, чтобы не очень далеко, но незаметно. Колючие хвойные ели для этого подходят. Затаившись на ветке, тренирую самые легкие техники дыхания Альвов. В основном на концентрацию и игнорирование неудобств. Таких как затекшие ноги-руки. Колючие ветки и зеленые иголки, холодок по спине, жажда. Да даже по-маленькому захотелось почти сразу, как я обустроился. Назло, так сказать.
        Время 22:10
        Не знаю, как далеко я продвинулся в техниках, но мой максимум без движений - еще пару часов. Потом придется признаться, что я ошибся. И утечка информации произошла как-то по-другому. Возможно, прослушивался чей-то телефон. Или за нами следили ниндзя. Эти варианты намного сложнее, и я бы не хотел проверять их все.
        Но вот…
        Слышу…
        Тихие шаги.
        Хм, лучше бы ошибся. Нет, правда. В этом я правда хотел ошибиться. Мало ли что говорят знаки.
        Лунный свет светит тускло, но я долго тренировал глаза, чтобы различить что-то в таком полумраке. Да и место выбрал подходящее. Луна неплохо подсвечивает вход в бункер под этим углом.
        Через несколько минут шаги становятся громче. Нет, это не профессионал. Не ниндзя из Джунов. Кто-то обычный.
        Не шевелюсь.
        Через минуту показывается человек в пуховике и теплых штанах. Я завистью заставляю себя не заклацать зубами от холода. Широкий парень в бандане с только-только прорвавшимися усиками. Выражение лица и походка выдают в нем буржуйские задатки. Кажется, что все ему тут не нравится. Он подходит к двери, поднимает палец, чтобы набрать код.
        Но чей?
        Тот, который я дал Кевину? Лике? Вадиму Тернову? Или другого аристократа? Но тогда его должны были проверить раньше…
        Или…
        Прищуриваюсь, стараясь не упустить ни одно движение пальцем вторженца. Он нажимает на первую цифру.
        Мои брови одновременно взлетают вверх.
        Глава 19. Второй намёк
        Парень набирает код, который я подглядел у Аннет. Дверной механизм щелкает. Я ожидал, что он наберет выдуманный код Тернова или какой-то неизвестный код другого аристократа. Да хотя бы самого Патрика. Но никак не «Аннетовский».
        Сдерживаю дыхание, чтобы не возмутиться накатывающей злости. Не нравится мне то, что происходит. Получается, Аннет кому-то «запалила» свой код аристократа? И Патрик не имеет никакого отношения к происходящему?
        Кто знает о склепе? Пять человек, кроме меня. Аннет я его сам показал, Элеонора нашла меня тут, когда я был на отработке с ней в лесу. Еще Лика, Тернов и Кевин. Но только последним троим я сказал сегодня, что тут хранится что-то ценное для меня.
        Незнакомца нужно допросить…
        Смотрю на него внимательнее. Он морщит нос. Видимо, учуял резкий запах бензина. Вижу, что заходить в склеп ему резко после этого расхотелось. Он недовольно бурчит ругательства, обходит бункер, прислушивается. Возвращается к двери, открывает ее полностью, подпирая массивной веткой, чтобы случайно не закрылась.
        Достает из-за пазухи два кинжала. Те леденеют, покрываются морозной коркой. Парень весьма умелый предметник. Точно старшекурсник. С таким я вряд ли справлюсь, если не застану врасплох.
        Парень снова ругается, сует один из кинжалов обратно в ножны, достает телефон, подсвечивая путь внутрь. Заходит в склеп.
        Прислушиваюсь. Шаги удаляются вглубь.
        Аккуратно спускаюсь с дерева. Тихо подкрадываюсь к двери, отодвигаю корягу. Достаю из кармана куртки спички. Нравятся они мне больше, чем зажигалки. Как-то роднее, что ли. Ну вот парень и попался. Если его ледяные клинки не способны резать металл, то он вскоре потеряет сознание в этом бункере. Либо от дыма, либо от отсутствия кислорода. Уж я позабочусь и заткну все вентиляционные отверстия. Торф будет гореть, пока есть воздух. Я успею вытащить парня и допросить с пристрастием. Ну или просто не выпущу, если вдруг он сможет потушить огонь суммой.
        Тревога!!!
        Потустороннее чутье и инстинкты, выработанные сотнями лет, всегда впиваются в сознание в последнюю секунду. Так уж это работает…
        Даже в своем теле я не всегда успевал среагировать. Что уж говорить про это.
        Незнакомец не просто выскакивает из склепа. Его будто выдувает реактивной тягой. Вот только что я слышал его в самом низу и через миг он уже врезается в меня плечом, вышибая дух. Я отлетаю на несколько метров назад, падаю на спину. Кашляю, пытаюсь выровнять дыхание и перетерпеть боль. Встаю, наощупь разблокируя телефон в кармане и выискивая на память нужный контакт.
        Вызов…
        Надеюсь, не промазал по кнопкам. Не зря же тренировался.
        Через пару секунд кунаи чуть ли не сами вырываются из рукавов, пальцы шевелятся, настраивая материю нити. Две мельницы свистят вокруг меня, создавая хоть какое-то подобие щита, пока я прихожу в себя.
        - Какие люди, - слышу отдаленно знакомый голос.
        Знакомый голос…
        - Гэкару… - выдыхаю через боль.
        Негр, с кем я пережил свою отработку с Элеонорой. Но ведь он был без сознания, когда я вышел тогда из склепа, где меня уже караулила на крыше стерва-учительница. Мы потом вдвоем оттащили его в сторону, где он благополучно и очнулся. Нет, стоп. Я предполагал, что он мог заметить склеп, но и что? Он вообще ведь никаким боком к моим делам не относится. Обычный провинившийся беляк. Да и Элеонора его тогда так отбуцкала, что я в нем ничего особенного не выделил.
        - Ка… к? - на ватных ногах поднимаюсь я.
        Разглядываю лицо Гэкару. Банданой, усиками и обычным гримом он скрыл свои основные черты, поэтому я не сразу его узнал. Да даже походку и бубнеж он поменял. Будто представление устроил какое-то. Любят же здесь маскироваться. То маски, то гримы, то целую чужую шкуру на себя натягивают. Хотя тяжело их судить. Здесь хочется спрятаться везде и всегда.
        Гэкару поднимает черный палец:
        - Поговорим, если не будешь сопротивляться и пойдешь со мной.
        - Куда? Зачем?
        Мельницы с кунаями совмещаются, превращаются в восьмерку, идеально пересекаясь, но не задевая друг друга и не путаясь. Гэкару это видит и одобряюще поджимает губу:
        - Идеальный контроль… А по поводу «куда»… Есть кое-кто, кто хочет с тобой поговорить. Мне приказали тебя привести.
        - Откуда знаешь код от двери?
        - Так ты сам мне его показал, забыл? В пятницу, с Эленорой. Я за тобой проследил и…
        - Невозможно, - качаю головой. - Я бы заметил.
        - Думай, что хочешь. Сегодня я тоже подслушал твои перешептывания с друзьями и узнал про какие-то важные для тебя вещи в этом склепе. Пришлось перепроверять. Вдруг ты за выходные что-то успел сюда натаскать. Судя по запаху бензина, ты устроил тут ловушку. И никаких ценных вещей тут нет.
        Не отвечаю. К сожалению, верно. Вот только наживка оказалась мелковатой для такой рыбины. Не на нее я рыбачил. Бред. Не верю, что кто-то смог за мной проследить так просто и обмануть слух. Здесь что-то другое. Какая-то сила, мне неизвестная. Гэкару одарен чем-то, о чем я не знаю.
        - О, и раз уж так все сошлось, тут была одна важная вещица. Но теперь она пропала. Не мог бы ты нам ее вернуть, а?
        Моргаю. Так. Стоп.
        - Ты фрагоровец? - догадываюсь я. - Это ты подорвал школу, давая своему дружку возможность прорваться к склепу?
        Гэкару округляет глаза:
        - Ого, какие суровые догадки. Удивительный ты человек, Константин. Но ты не ответил. Вещь у тебя? Кроме тебя никто не мог ее забрать.
        Если речь о пальце, то я его спрятал. Все равно он не заряжен. Но вот его важность я похоже недооценил.
        - Какая еще…
        - Не надо, - раздраженно отмахивается Гэкару. - Пожалуйста, давай не будет врать. В этот склеп не так просто попасть, как кажется. Но только в школе появилась аристократка, у которой мог быть подходящий код от двери… - голос становится злее. - Как появляешься ты лезешь в склеп вперед меня. Это подозрительно.
        - Совпадение, - улыбаюсь, накручивая мельницу чуть сильнее. Пальцы начинают уставать, но расслабляться нельзя.
        На самом деле не совпадение. Выходец нас тогда сам гнал с Сэмом к склепу. Мы поначалу думали, что он бежит на меня, из-за того, что я пробудился, но нет. Тогда на дереве я увидел склеп и сразу понял, что фрагоровец несся именно туда. Он был намного сильнее Гэкару и мог бы вскрыть склеп силой. Но видимо что-то пошло не так и стражи его нагнали первыми.
        Неужели фрагоровцам и правда так нужен этот палец? Да что в нем такого-то? Не называл бы его таким мощным артефактом.
        - Слушай, - потирает загримированный лоб Гэкару. - Я не хочу с тобой драться. Вдруг я проиграю. Но мне все равно придется и, скорее всего, я не проиграю. Так что давай все сделаем добровольно и мирно, а? Ты просто побеседуешь с нужными людьми, объяснишь свое поведение и тебя отпустят.
        - А если откажусь? Я ведь могу и посопротивляться. Тут вон и склеп поблизости, как раз для тебя.
        Гэкару медленно поднимает руку с кинжалом, он начинает парить. Лезвие обрастает льдом, вытягивается. И вот это уже не кинжал, а настоящий ледяной клинок. И это еще он не вытащил второе свое оружие.
        - Мне сказали привести тебя живым, но не целым. А это ни тебе, ни мне жизнь не облегчит.
        Итак. Делаем выводы. Некий клан Фрагор - выходцы из радиоактивных областей, очень хотят получить кусок чьей-то засохшей плоти из склепа, доступ к которому имеют лишь некоторые аристократы из школы Новая Эра. Патрик для Гэкару слишком крут. А вот Аннет вполне себе. Фрагоровцы так хотят попасть в склеп, что пошли сразу несколькими путями. Силовым и скрытным. Силовым не получилось - стражи тогда поймали выходца. Или убили. Об этом история умалчивает. Скрытным - Гэкару должен был выудить код у Аннет, но я его опередил.
        Кстати, история Аннет теперь еще более интересная. Она очень недовольна своим положением в школе. У нее нет нормальной охраны, а отношения с родителями явно не лучшие. Что-то мне кажется, что Аннет не просто так попала в Новую Эру такой уязвимой именно сейчас. Словно кто-то все это подстроил…
        Мозг понемногу закипает от сотен развилок и путей развития событий. Мои выводы обрастают вероятностями, возможностями и белыми пятнами. Один вопрос перекрывается другим вопросом. Один ответ противоречит другому, на что рождаются еще вопросы…
        Дыши…
        Нельзя давать волю паранойе…
        А может палец это и есть тот самый пазл? Бред. Ничто не взаимосвязывает палец с пазлом. Это уже просто мои пустые догадки на ровном месте, чтобы хоть как-то объяснить происходящий вокруг хаос и переплетение интересов сотен заинтересованных в них людей.
        Дыши… Глубже… Нельзя давать мыслям затуманить здравый смысл… Всему есть объяснение. Даже «необъяснимое» лишь явление скудного ума.
        Мельница крутится еще сильнее. Волосы на голове развиваются от порыва воздуха.
        - Значит по-плохому? - делает шаг в мою сторону Гэкару.
        Точно. По-плохому. Хочу вспомнить тень того, какого это - смотреть смерти в глаза. Мне давно пора охладить себя настоящим поединком. Лицом к лицу с настоящим врагом, желающим отрезать мне ноги и доставить неведомым хозяевам.
        Осматриваю Гэкару. Все одаренные ближнего боя, если они с мозгами, обязательно имеют вторую предрасположенность суммы тела. Регенерацию, крепость или скорость. Иначе их умения бессмысленны против обыкновенного огнестрела в руках лишенного. Махать своим всеразрубабающим клинком глупо, когда в тебя летят пули из автоматического оружия. И судя по тому, с какой скоростью выскочил Гэкару из склепа, он имеет скорость. И это умения Джунов, а не негров.
        Ухмыляюсь. Предрасположенность к направлениям суммы - интересная вещь. Если пойдет армия азиатов на армию европейцев, то тактика войны строится именно на предрасположенности большинства - ведь девять из десяти имеют дар согласно расовой статистике.
        Но если бой один на один, то в любом азиате найдется более удобное исключение, имеющее любое направление суммы. Ведь кровь в людях всего мира давно перемешалась за тысячи лет. И будь ты хоть десять раз узкоглазым, это не значит, что твой прапрадед не был африканцем, дар которого ты и унаследовал с вероятностью один процент.
        И вот обычно всякие шпионы или уникальные люди именно исключения. И сталкиваюсь я постоянно только с такими. Что и неудивительно. Ведь я один из них.
        Гэкару быстр. Он приближается, двигается зигзагами так, что глаза еле различают его силуэт. Это не просто скорость. Мозг должен уметь ориентироваться в таких условиях. А мышцы иметь достаточную упругость и силу.
        Все эти направленности суммы - лишь формальность. Джуны отбивают пули мечом, будто не замечая огромную силу, с которой пуля врезается в клинок…
        Поднимаю руки над головой, иду навстречу Гэкару. Одна мельница под углом вертится спереди, другая сзади. Чиркают по земле с обеих сторон. Теперь неприкрыты лишь мои бока. А если Гэкару попытается перерубить нити, то рискует напороться на кунай. А не имея крепости, можно за это поплатиться. Поэтому он будет…
        Гэкару пропадает из поля зрения.
        НАПАДАТЬ СБОКУ!!!
        ВШИИИИИХХХХ!!!
        Тощие мизинцы и безымянные пальцы изгибаются под немыслимыми углами. Из рукавов вылетают еще два куная. Мельницы теперь четыре. Две спереди, две по бокам. Все моя концентрация уходит лишь на движения пальцев и контроль сразу четырех направлений. Идеальная сосредоточенность на самых элементарных движениях. Но когда приходится контролировать каждый палец по отдельности и рассчитывать вращение сразу четырех мельниц так, чтобы они не запутались, то мозг не в состоянии уже концентрироваться на слухе и зрении.
        Техники Альвов по контролю за телом и правда работают в теле людей, если их правильно, как тут говорят, откалибровать. В Варгоне это невозможно, потому что ни один опытный Альв никогда не был по-настоящему человеком и не воспринимал людей ровней. А ведь оказывается… в нас очень много общего. Мизинцем левой руки чувствую сопротивление.
        - Попался! - торжественно реву я в экстазе неофита, победившего сарканского ящера.
        Все четыре куная устремляются налево, но чуть в разные стороны, отрезая отступление Гэкару, каким бы быстрым он не был. Зная ограниченную область, в которой двигается враг, можно точно убить его, если одновременно атаковать с четырех позиций. Лучше с шести, но это пока вне моих умений.
        Сверкает льдом! Напряжение на левой руке спадает.
        Проклятье Шиилы!
        Я теряю концентрацию. Кунаи путаются в нитях, дзинькают, выбивая искры и падают на землю. Гэкару с большой скоростью спотыкается, кувыркается и по инерции отлетает назад, ударившись спиной о ствол дерева. Шипит от боли…
        Теперь я могу его разглядеть. На щеке глубокий порез. Да такой, что, наверное, достало до зубов. Одна из укрепленных нитей перерезана ледяным клинком, и привязанный к ней кунай улетел далеко в сторону. Остальные три перепутаны так, что сама Шиила не разберется в этом хаосе из зубных нитей.
        Пошатываясь, Гэкару поднимается на ноги, ухватившись окровавленной рукой за щеку.
        Укорачиваю нити. Три куная несутся ко мне, но нити запутываются еще сильнее. Теперь передо мной просто мешанина. Ослабляю нити, рву их, хватаюсь за рукояти кунаев и, медленно отступаю в сторону школы, довольно улыбаясь безбашенному ритму, которое выдает мое сердце. Адреналин! Бой! Слабое тело! Прекрасно!
        Гэкару скрежещет зубами, шипит, поднимает на меня озверевшие глаза, изо рта течет кровь, поэтому говорит булькано:
        - Плохо… очень плохо, Киба, - в его руке оказывается второй ледяной клинок. - Я ведь предлагал по-хорошему… И чего ты добился? - сплевывает. - Я отрублю тебе за это кисть и заткну ей рот, чтобы не орал. И да, я соврал. Мы не отпустим тебя так просто.
        - Да-да, конечно, - киваю я на дерево неподалеку. - Не забудь только разобраться с ними.
        На мгновение вижу в глазах Гэкару испуг. Он косится в сторону и наконец замечает тень за деревом. Один из стражей школы.
        Бесшумные гады. Если обычного человека я услышу за полкилометра, то этих еле-еле расслышал с пятидесяти и то засомневался, не белка ли это.
        Шуршит со всех сторон. Из теней выходит один, второй, третий страж. Гэкару переводит глаза на меня, я довольно достаю из кармана телефон, показываю дисплей. На нем активирован вызов «Экстренная служба школы Новая Эра». Продолжительность: 5 мин, 21 сек… 22 сек… 23 сек…
        Как хорошо, что они работают круглосуточно. А уж вызов от Константина Кибы они наверняка не проигнорируют, так я думал. Да и стоимость этого вызова обошлась мне в 300 очков влияния, что как бы намекает о не самой большой популярности этой услуги.
        Жаль только, что Гэкару не настолько туп, чтобы напрямую признаваться, что это он подорвал школу, да и вообще является шпионом Фрагоровцев. Это лишь мои догадки, которые я специально озвучивал, в надежде, что он проболтается. Но ничего из этого, он прямо не подтвердил.
        Только вот…
        Всем плевать.
        Достаточно лишь попасть под подозрение, чтобы тебя проверили… чуть получше.
        Гэкару сразу же входит в роль:
        - Стражи?! - наигранно удивляется он. - Зачем ты их вызвал, Киба? Я думал, мы устроили честный поединок. Я разочарован.
        - Не люблю проигрывать, - пожимаю плечами, язвительно уставившись в глаза Гэкару, и кричу: - Стража! У меня есть сведения, предполагающие, что Гэкару может являться членом террористической организации Фрагор и что он причастен к недавнему теракту в школе! Прошу провести тщательное расследование и проверить этого человека! - тычу пальцем в охреневшего негра.
        - Это какая-то чушня собачья, Киба! - брызжет слюной с кровью Гэкару и весьма правдоподобно возмущается. - То, что ты меня спрашивал об этом, пытаясь подставить, ничего не доказывает! Ты точно ненормальный, как говорят! Зачем тебе все это?! Стражи, я прошу проверить Кибу на причастность к теракту! Уверен, что он хочет отвести расследования от себя! Он и так причастен ко многим делам! Вы сами знаете!
        О, неплохой ход.
        Но мой лучше.
        Всегда лучше.
        Потому что я - Эйн Соф. Первый Хранитель Храма Шэйлы. Тень Шиилы.
        Что ж. Вряд ли сегодня меня отпустят домой.
        Но настроение все равно хорошее…
        Глава 20. Истина где-то рядом
        Вторник
        1 декабря 2022 г.
        Время 06:13
        Жестковаты тут кроватки. Я что, в казарме? Или общинном доме? Да уж. Комната «отсталых» оказывается не очень комфортабельное место для ночевки. Два десятка двухярусных кроватей, тусклая лампа, раковина и небольшой туалет. Все. Выходить из комнаты запрещено. А ведь на каждом этаже свои помещения. Говорят, на пятом чуть ли не свои люксовые номера для задержавшихся в школе, но все равно ночевка в них считается «зашкваром».
        Жаль, что вызывать маршрутку после девяти невозможно. Школа каждый день консервируется. Сам не видел, но говорят, что даже заборы по периметру подключают к электрическому току. А после недавнего теракта стало еще строже.
        Почти до трех ночи нас с негром Гэкару допрашивали. По крайней мере меня точно. Куда пропал он, я не знаю. Но в комнате отсталых он так и не появился.
        Прощай, мой скользкий черный бро. Уж не знаю и, наверное, знать не хочу. Тут вопрос в другом. Ему приказали привести меня к Фрагорам?
        Встаю, начинаю приседать под определенным усилием и углом. Пару сотен раз, пока ноги не начинают отваливаться от боли. Самый приятный момент моего плана по укреплению мускулатуры. В Варгоне я уже забывал, что такое боль от того, что ты становишься сильнее.
        До двухсот приседаний я не дотягиваю. Ноги подкашиваются, и я валюсь на пол. Плохо. Слишком рано. Со скрежетом в зубах и улыбкой на лице встаю, опять приседаю. В идеале бы изнурить не только ноги, но пока проверим мой метод только на них. Еще через сотню приседания я решаю остановиться. Не хватало только порвать что-нибудь от усердия и ненормальной любви к боли от тренировки.
        Сажусь на кровать, достаю из кармана «Ласточку-5», выпиваю. Концентрация зелья маленькая, почти не тошнит. Зато мышечные микроразрывы ног должны зажить намного быстрее. И не придется несколько дней еле передвигаться на ватных ногах.
        Вот значит каким образом все силачи в таком возрасте поголовно бугаи, будто родились со вздутыми трицепсами и бицепсами. Правда и живут они меньше, что и мне грозит, если буду каждый день хлестать по ласточке.
        Ровно в семь мой покой тревожат чьи-то шаги за закрытыми дверям. Уверенные, быстрые, ритмичные. Знаю только одного человека с такой походкой.
        Дверь открывается. Худощавый и длинноволосый заместитель директора, кажется, похудел еще сильнее. Вот только обманываться этой худобой смертельно опасно.
        - Георгий Александрович, - сидя на полу, развожу я руки. - Очень рад вас видеть. Выглядите все также уставше.
        - Мне рассказали, что произошло, - замирает на месте заместитель директора, смотрит на меня. - Мы допросили Гэкару. Он все рассказал. Я удивлен. Каждого ученика мы проверяем строжайшим образом вплоть до прабабушек и самых отдалённых друзей. И он казался кристально чистым. Ничего не связывало его с мутантами Фрагорами из областей.
        Киваю. Не отвечаю. Понятно, что Гэкару рассказал все. И про меня в том числе.
        Заместитель директора стоит ровно, даже не двигается. Только глазами меня сверлит. Наконец вздыхает, потирает виски, опустив голову:
        - Я не буду тебя спрашивать, что тебе нужно от нашего заброшенного склепа и почему у тебя код семьи Гвидиче. Только твоя однокурсница Аннет могла его знать. Меня интересует другое и прошу, поправь меня, если я где-то в чем-то не так понял Гэкару, Константин, - он подходит ближе, садится на кровать, смотрит на меня чуть добродушнее: - Ты забрал из заброшенного склепа что-то, что хотели заполучить Фрагоры, верно? Что это?
        Удивляюсь.
        - Думал вы мне скажете. Склеп на территории школы.
        - Полагаю, ты знаешь, для чего нужны склепы. Если Аннет Гвидиче дала тебе код, то уж точно рассказала об их предназначении.
        Приподнимаю уголок губы:
        - Читерное место силы для знатных особ.
        - Как-то так, верно. Прошу об этом не распространяться. Последствия будут для тебя плачевны. И даже мое безграничное терпение лопнет.
        Вот уж точно. Лояльность заместителя директора давно вызывает у меня огромное подозрение. Я столько раз вляпывался в передряги, но он на все смотрел сквозь пальцы. Спрашивать его, откуда такая забота, я не хотел, пока меня это устраивало. Но моя паранойя уже крутит пальцем у виска каждый раз, когда дело касается меня и заместителя директора. Мол, «э, Первый Хранитель», а тебе нормуль, да? Ничего не смущает? Хех, меня вообще много чего смущает. Например, тело дрища!
        Не отвечаю. Георгий Александрович переспрашивает:
        - Что ты нашел в склепе?
        Хм. Его тон и взгляд говорят мне, что если я совру или дам хоть намек на то, что юлю, то замдировская лояльность может резко обернуться ко мне задом. Ладно, все равно без понятия, что с этой сухой мумией делать. А уж если Фрагорам этот обрубок так нужен, а мне не очень, то держать его у себя по принципу «а вдруг это великий артефакт» я не собираюсь. Проще отдать его им, чтобы чуток поумерить пыл на меня.
        - Чей-то мумифицированный палец.
        - Ты серьёзно? - дергается щека заместителя директора.
        - Определенно.
        - Указательный?
        Киваю. Похоже, он понимает, о чем речь.
        Тишина. Настолько погруженного в себя зама я еще не видел. Наконец он спрашивает:
        - Ты его уже кому-то отдал? Или он еще у тебя?
        - У меня. Но не со мной.
        Директор подозрительно щурится:
        - Странно, что он еще у тебя. Но тогда ты должен отдать его мне, Константин.
        Еле сдерживаюсь, чтобы не фыркнуть:
        - Это вряд ли.
        - Это не шутки, Константин, - повышает голос зам.
        Серьезно спрашиваю:
        - А я разве смеюсь?
        - Ты же знаешь, что это та… - запинается, смотрит на меня, щурится еще больше. - Или не знаешь?
        Не отвечаю. Я знаю только то, что это сушеный разрядившийся палец, способный пополнять «ману». Но вряд ли имеется в виду именно это.
        - Хм. Поразительно. Теперь я совсем в недоумении. Если бы ты искал пазлы для кого-то влиятельного, вроде Новусов или Велтешафт, то тебе бы точно о таком рассказали. И ты передал бы им палец сразу, как только его нашел. А не хранил бы столько времени…
        Пожимаю плечами.
        Георгий Александрович будто постарел еще на двадцать лет. Спрашиваю, не особо рассчитывая на честный ответ:
        - Это вы отправили узкоглазого папашу?
        Директор лишь слегка ведет глазами в мою сторону:
        - Кто-то куда-то отправлял какого-то хм… узкоглазого папашу?
        - Понятно.
        Точнее не понятно. Либо зам врет про лжепапу Ли, либо у него все отлично с актерским мастерством.
        - А мне вот непонятно, - вздыхает он. - Значит ты ничего не знаешь и…
        - Именно. Ничего не знаю, - резко перебиваю я. - И самое время все мне рассказать, заместитель директора. Все, что происходит вокруг. Думаете, я настолько туп и не понимаю, что ваши методы со мной весьма гуманны и лояльны? На вашем месте я бы придумал десяток способов выдрать из меня информацию, обмануть, перехитрить. Но все ваши подходы мягкие, а моё брыкание вы чуть ли не игнорируете. Я давно прощупываю рамки дозволенного в школе и понял, что прощается мне многое. Когда я рассказал вам что знаю о пазле, вы ведь засомневались в моих словах, верно? Но не стали сильно докапываться, а просто… отпустили меня. И к этой теме больше не возвращались. А история с похищением? Вы задействовали гипноз, Филзели, а потом решили просто спрятать меня в лесу с нянькой-доктором.
        Когда я заканчиваю, в помещении становится слишком тихо.
        - Ты так и не посетил психолога, как я велел.
        Понятно. Откровенничать со мной он не будет. Что ж, это предсказуемо.
        - Не посетил. Так что это за палец, вы мне расскажете? Или мне выставить его на аукцион на черном рынке и проверить, кто сколько предложит? Хотя нет. Если его хотят Фрагоры, то, пожалуй, отдам им. Может тогда они передумают грызть мне глотку.
        Заместителя эта мысль явно коробит.
        - Это было бы глупо с твоей стороны.
        - Ну тогда если поделитесь со мной информацией, то, возможно, я отдам этот кусок мумии вам. Ну или в худшем случае оставлю себе, а не передам вашим врагам.
        Замечаю опасный блеск в глазах зама. Решаю уточнить:
        - Ах да, и если я вы меня убьете, то палец рано или поздно найдут. И это будете точно не вы.
        Заместитель директора трет виски, вздыхает:
        - Скорее всего это палец правнука одного из Пяти.
        Один из Пяти. Так называют пятерых старцев, что вывели мир из Новой Смуты. Явились, создали одаренным сосуды, ограничивая им силу. Если бы не это, то смута бы продолжилась. И скорее всего от мира ничего бы не осталось. Магия против технологического атомного оружия. В такой войне нет победителя. Ее цена и так велика - сегодня треть мира непригодна для жизни. А ведь говорят, что успели использовать лишь процент от атомного арсенала мира.
        - Продолжение будет? - многозначительно поднимаю брови. - Я понимаю, что вы по моему лицу хотите увидеть какие-то эмоции, но не будем юлить. Да, я и правда без понятия, о чем речь.
        - Если бы ты и правда работал на кого-то влиятельного, то знал бы, что ключ к местоположению пазлов кроется в биологическом материале Первых из Пяти, Константин. Ты что, и правда одиночка? Ни на кого не работаешь?
        Пожимаю плечами:
        - Я же вам говорил. Вы не верили.
        - Я и сейчас верю в это с трудом. Ладно, слушай. К сожалению, об этом и так знают больше, чем мне хотелось бы. Когда мы узнали, чей труп хранится в нашем склепе, то тут же извлекли все тринадцать тел оттуда, а сам склеп на всякий случай опечатали. И для меня остается огромной тайной, как целый кусок плоти отвалился от трупа и остался в склепе. А ведь в описании тела написано, что указательный палец отсутствовал изначально и…
        Перебиваю:
        - Похоже в ваших рядах предатель, работающий на Фрагор. Он подделал документы, а при транспортировке тел оторвал палец и оставил его в склепе, чтобы забрать позже.
        Заместитель кивает:
        - Я тоже так думаю. И это сужает круг подозреваемых. Уверен, я скоро узнаю, кто это сделал.
        Тишина. Может мне и кажется, но я точно слышу, как мозг зама работает с удвоенной силой. Наконец он перестает пялиться в пол, встает с кровати, ходит туда-сюда:
        - Так вот значит, что забыл выходец на территории школы. А я ломал голову… Теперь все встало на свои места. Гэкару подстроил взрыв. Очень умно, кстати, подстроил. Не каждый может обмануть систему безопасности школы.
        Ага, я заметил. За мной тоже не каждый может проследить:
        - Как он это сделал?
        - Пока неизвестно. Но у Фрагоровцев есть свои методы, не сомневайся. Они отличаются от обычных одаренных, Константин.
        Недолгая пауза. Пользуюсь моментом, встаю. Прошло не так много времени, а ноги будто неделю отдыхали. Отлично. Спрашиваю:
        - Получается, что по этим биоматериалам можно найти пазлы, верно? Достаточно лишь найти потомков стариков, верно? И изучить их кровь или что-то еще?
        - Типа того. Каждый клан что-то знает о таких людях, но оберегает эту информацию, как самое ценное сокровище. Возможно, мы бы и смогли собрать пазл, если бы объединили знания, но глянь на историю. Человечество не умеет объединяться. Каждый тянет одеяло на себя.
        Думаю…
        - И много таких людей? Этих потомков?
        - Достаточно. В нашей школе, по крайней мере, - заместитель директора улыбается чуть язвительнее, чем положено в такой ситуации: - Например, дети из семьи Киба возможные потомки Одного из Пяти.
        Челюсть хочет упасть, но я в ту же секунду опоминаюсь:
        - Эм…
        Георгий Александрович задорно смеется:
        - Ну ты же интересовался, почему я с тобой вожусь. Вот тебе и ответ. И правда, есть множество, как ты выразился, средств и методов, которые я не использовал. И да, не переживай. Твоей крови у нас давно в достатке. Как и многих других потенциальных потомков, кроме тебя. О, и еще. Патрик Эдвайс с которым тебе не повезло столкнуться лбами тоже потенциальный потомок Одного из Пяти. И в узких кругах он этого не скрывает, считая, что это его защитит. Ведь он ключ к оружию и аристократ из главенствующего клана. В открытую с таким связывать тяжело.
        Заместитель директора неодобрительно морщит лоб. Я слушаю, из всех сил стараясь не выражать никаких эмоций на лице.
        - Про семью Киба знаем только мы - Исталы. По нашим сведениям, даже Джунсиначи не в курсе. Предполагаю, что глава семьи Киба скрыл это от своего клана. Так что ты должен был тихо и спокойно отучиться, ни в чем себя не выдавая, а мы бы использовали тебя, если бы это понадобилось. Ты думаешь над тобой просто так издевались? Кровь непробужденного мало что дает. Поэтому мы делали все, чтобы ты пробудился через негативный стресс. Унижение, побои, ненависть. В твою еду и напитки подмешивали лучшее «Созерцание», но все без толку. Ты не хотел пробуждаться.
        Георгий Александрович накаляется, как и атмосфера. Инстинкты просыпаются, но я молчу.
        - Надо было запереть тебя и держать в клетке, но в таких условиях пробудиться почти невозможно. А потом ты буквально сошел с ума. Стал другим человеком, ввязывался в неприятности. Я знаю этот феномен. Очень редкое явление, встречающееся у тех, кто скоро может пробудиться. Мышление у таких непробуждённых меняется незадолго до пробуждения. Пришлось тебе помочь, импровизировать, засовывать в экстремальные ситуации, но при этом случайно не убить. Потом ты стал убивать учеников, как-то узнал про пазл, стал заметным и связался с… нежелательными элементами. Поэтому нужно было тебя спрятать без подозрения для тебя самого, но ты и тут сбежал и…
        Георгий Александрович скрежещет зубами, закрывает глаза. Несколько раз выдыхает и вдыхает, открывает уставшие глаза:
        - Я прошу прощения, Константин. Последнее время много дел. Третий день не сплю. Предвижу твой вопрос. Да, мы забрали твою кровь сразу после твоего пробуждения в лесу. Когда ты был без сознания. Но потом нам пришлось отдать тебя Хидану Мацуо. Он зачем-то предъявил на тебя права, ведь ты из семьи Джунсиначи, пусть и бывшей. Я не мог им отказать, это навело бы на подозрения. Ведь ты никто…
        Тишина.
        - Зачем нужно это мне рассказывать?
        Зам поживает плечами:
        - Ты мне нравишься. Похож на меня в молодости.
        Саркастически вздергиваю бровь, зам ухмыляется:
        - А еще мы уже получили от тебя все, что надо. Наш интерес лишь в том, чтобы ты не попал к другим. Можно, конечно, тебя убить, но…
        Не двигаюсь. Кунаи у меня отняли. Да и вряд ли они помогли бы против зама.
        - … вдруг ты еще пригодишься? А запирать тебя как-то не хочется. Черт знает, что опять вытворишь. Поэтому я хочу, чтобы ты знал, что Исталы дают тебе свободу и защиту. Твое предпробужденное изменение личности очень интригует. Не зря я отправлял тебя к психологу. Плохо, что ты к нему не пошел.
        Все еще не отвечаю. Не люблю что-то говорить, когда так много говорят другие.
        Зам перестает ходить туда-сюда:
        - Пойми, мы искренни с тобой. Но если информация о том, что ты потомок Одного из Пяти выйдет из наших рядов, то все захотят воспользоваться тобой. Убить, похитить, выдоить всю кровь. А если ты сам разболтаешь кому-то об этом, то обречешь себя на кошмар до конца дней. Твоя кровь нужна будет всем. Понимаешь, Константин Киба? Ты либо с Исталами, либо одиночка. Вступить в другой клан я тебе не позволю.
        - В каком смысле?
        - В каком тебе удобнее меня понять.
        - Убьете?
        Пожимает плечами.
        Думаю, под пристальным взглядом заместителя.
        Подвожу итоги.
        Итак, я не наследник с собственным замком. Хреново. Я ключ. Даже не так. Я кое-что получше. Я рисунок ключа, капитан Джек-Воробей!
        Э-э-э, опять эти странные образы…
        В общем, я многим нужен. Но знает об этом только клан Итсалы. И нужен я всем примерно, как корова в голодную эпоху. Подоить меня и сделать сыр, да творог. Ну в принципе на этом моя уникальность кончается. Быть медным ключиком от золотого сундука с алмазами так себе привилегия. Сундук откроют, а ключ уже не нужен. И вот Исталы уже мною его открыли, но выбрасывать на всякий случай не спешат.
        Мда, не такого я ожидал. Не быть мне великим наследником.
        Ладно, тут понятно. Какие у меня там еще проблемы? А, ну точно… Я же непроизвольно насолил Фрагорцам. И похоже уже трижды. Сдал Гэкару стражам. Стащил палец из-под их носа, засрав все их предварительные подготовки по его похищению. Уничтожил клан Новая Сила, который ими, скорее всего, спонсировался. Хидан Мацуо предупреждал, что силачи были под Фрагорами или Новусами.
        Логично, что эти Фрагоры убивать меня не хотят. Я бы тоже не стал. Меня нужно допросить, узнать, кто я такой и что задумал. Почему какой-то выскочка так мешается. Так может это они наняли моего лжеотца «Ли»? Очень на то похоже.
        Что ж. Как тут любят говорить.
        Я в жопе.
        Немного вульгарное изречение, как по мне. Но смысл доносит в полной мере.
        Я смеюсь. Очень радостно и неудержимо.
        Заместитель директора на мгновение теряется, но сразу же берет себя в руки.
        О да, мне нравится этот мир! Как же тут весело!
        «Поспеш-ш-ш-ши…»
        Шипящий, нежный, и одновременно холодный шепот моей госпожи заставляет меня замолкнуть.
        Глава 21. Узы
        Вторник
        1 декабря 2022 г.
        Время 7:30
        Скоро занятия. Сижу на кровати в позе лотоса, медитирую. Ни о чем не думаю…
        Севшая на нос назойливая муха выбивает из транса. Резкое движение рукой, и полусонная тварь жужжит в кулаке. Медленно сжимаю, пока копошение не затихает. Выбрасываю трупик на пол.
        Открываю глаза, осматриваю себя, морщусь. Ну кто же знал, что я останусь в школе ночевать. Красная краска на джинсах выглядит как настоящая высохшая кровь. Будто я недавно вышел из скотобойни. Ну или вырвал пульсирующее сердце своего врага голыми руками и растерся им.
        Ухмыляюсь. В принципе, так даже лучше. Пусть боятся. Пусть трясутся.
        Константин Кровавый идет.
        Прислушиваюсь.
        Голос Шиилы затих. Как бы я не старался вслушаться в глубины своего разума, я не смог достучаться до госпожи. Что и неудивительно. Если уж богиня с таким трудом выговаривает редкие слова между мирами, то что могу я? Ничего…
        Пока что.
        Именно пока что. Потому что с сегодняшнего дня моих физических тренировок недостаточно. Нужны еще и умственные. Человеческий разум слаб и хрупок. Он еле-еле справляется с тем, что я требую от него. Совсем недавно я опять перегнул с техникой дыхания и чуть не упал в обморок. Хорошо, что вовремя опомнился.
        Не знаю почему, но кажется мне, что для того, чтобы исполнить волю Шиилы, я сначала должен эту волю узнать. И все мои инстинкты кричат, что я должен вырасти. Вдолбить в это тело умение общаться с Шиилой.
        Проблема в том, что это почти невозможно. Даже в теле Альва хранители тренируются десятилетиями лишь для того, чтобы почувствовать в разуме холодное дыхание Госпожи. Не говоря уж о полноценных логических фразах. Да. Бога услышать тяжело. Понять еще тяжелее. Для них слова давно что-то вроде палки для профессора наук. Кто-то даже говорил, что понимая богов сам становишься богом. И в своем становлении в Варгоне я был близок, чтобы переговариваться с Шиилой. Но… погиб.
        Скрежет зубов нарушает тишину. Сразу же беру себя в руки.
        Встаю, разминаю мышцы шеи. Через десять минут двери комнаты «отсталых» автоматически откроются, и я пойду на занятия. Сегодня по графику «Ежемесячное практическое занятие по стрессоустойчивости». С новым учителем.
        Звонит телефон. Сэм Блэк? Ему что нужно? Отвечаю.
        - Ну ты говнюк, дружище, - слышится недовольное.
        Сбрасываю вызов. Проходит десяток секунд. Снова звонок. Беру.
        - Не бросай трубку! - негодует Сэм.
        - Сэм, слушаю тебя. Хочешь присоединиться к моему клубу?
        - Да ни в жизни. Мы с тобой еще не друзья.
        - Еще? - слегка усмехаюсь. - А я думал, мы с тобой женщин делим.
        - Да ну брось. Меня просто понесло не туда. Я даже на твою подставу на дуэли не в обиде.
        Тишина. Не отвечаю.
        - Подозрительный я, да? - хрюкает Сэм.
        - Не то слово.
        - Эхх, ладно, признаюсь, - вздыхает он. - После той истории, когда меня выгнали из особняка Мацуо, много чего прояснилось. Короче, нам надо с тобой подружиться, понял, дружище?
        - Не очень.
        - Батя попросил узнать, что тебя связывает с Джунами. Ну сам понимаешь, после того дня отношения Новусов с Джунами очень испортились. И, судя по всему, из-за тебя. Короче, делишки-замутишки, мазафака. Если не хочешь, чтобы я к тебе приставал, может сразу скажешь, а? Сэкономим столько времени.
        Улыбка сама растягивается на лице. Сэм в своем репертуаре. Кстати, есть плюс, что он сам позвонил. Я надеялся на это. Как говорится, кто первый идет на контакт, тот первым и показывает свою заинтересованность в диалоге. Сэм по этой причине после дуэли со мной не контачил. Но видимо терпение лопнуло. О, а еще у меня есть на него компромат в виде пули, которой он застрелил тогда в лесу одного из силачей.
        - Не годится. Придется нам постараться, чтобы повысить уровень взаимодоверия, не считаешь?
        - Фак, это так долго. А может я тебе денег заплачу, ну?
        - Нет.
        - Массаж ног?
        Впадаю в ступор.
        - Э-э…
        - Не я буду делать. Есть одна знакомая…
        - Откажусь.
        - Жалко. Ну так что, может встретимся? Ты к школе подъезжаешь, дружище?
        - Нет. Я в комнате «отсталых».
        - Ого, а чего ты там забыл?
        - Не скажу. Ладно. До скорого.
        - Сто…
        Сбрасываю вызов.
        Всем от меня что-то нужно. Ну этот хоть честно признался. Откровенность - хороший инструмент. Иногда достаточно сказать «страшную правду», чтобы резко повысить уровень доверия к себе. Главное, эту страшную правду правильно подготовить.
        Дверь из комнаты отсталых издает пищащий звук. Лампочка над ней загорается зеленым светом. Отлично. Можно идти.
        Выхожу. На отдалении слышу людской гул. Первые маршрутки уже привезли учеников. Набираю Лику.
        - Алло, Костя?
        - Ты как?
        - Привет… Все хорошо…
        - Ты в деле? Или тебя списывать?
        Спрашиваю нарочито жестко. Женщины после таких ситуаций очень хотят жалости и всякого такого дерьма, на которое у меня нет ни времени, ни желания. Мне нужны сильные, волевые лидеры. Знающие, что такое ответственность. А не трусы.
        - Конечно, в деле, Кость. Эти сволочи еще ответят. Но сегодня в школу не приду… Дела.
        - Какие?
        - Да так…
        - Лика, - прибавляю металла в голос. - Какие?
        Слышу возмущенное пыхтение:
        - Костя, ты мне не папа, понял? У меня личных дел не может быть? У меня мама больна, понял?
        Морщусь. Семейные узы - самая страшная слабость. Все неофиты Храма отобраны по таким параметрам, как отсутствие семьи, жен, детей, девушек и тому подобного. Это очень важно. А за все любовные связи можно было жестко поплатиться чуть ли не головой. Секс - пожалуйста. Но не привязанность.
        - Понял, - слегка смягчаюсь. - Маме здоровья. Завтра будешь?
        - Постараюсь.
        - Будешь или постараюсь?
        - Буду.
        - До завтра, - сбрасываю вызов.
        Иду по коридору. Встречаю редких учеников. Как и думал, внимания я привлекаю много. Меня уже и так все знают. А тут еще окровавленный. Подмигиваю стайке девочек. Они ойкают, отбегают. Чувствую затылком, как пялятся на меня. Шушукаются, думают, что я не слышу.
        - Чего он такой криповый, ты…
        - Он убил кого-то?..
        - Мужчина таким должен быть…
        - Я бы ему дала…
        Смешки.
        - Дура, Катька…
        Иду дальше. Детские страсти меня не интересуют. Не доходя до вестибюля, сворачиваю, стучусь в массивную железную дверь с надписью «Стражи порядка». Открывает двухметровый амбал, молчит, смотрит на меня:
        - Я за кунаями. Верните.
        - Фамилия? Группа?
        - Киба. Тринадцать-Б.
        Дверь закрывается. Через минуту снова открывается, амбал передает опечатанный пакет с моими вещами. Забираю добро, перекладываю в полупустую сумку. Заряженных нитей больше нет. Нужно подготавливаться. А это полчаса минимум. Заряди, обвяжи кунаи, правильно расположи нити, сунь кунаи в специальные кармашки под рукавом рубахи так, чтобы они не перерезали мне случайно вены при резком движении. Я довольно много времени потратил на эту конструкцию.
        Иду не торопясь, думаю. То, что рассказал мне заместитель, многое объясняет. Неадекватные приставания к бывшему носителю этого тела. Хотя бы вспомнить мое появление в этом мире. На унитазе, скулящего и забитого, прячущегося от четверки бугаев. Или тот факт, что бывший носитель был шестеркой Клоуша и Дэна - силачей, которых я благополучно убил вилками. Обоих. Я думал, почему это настолько все нереалистично противно. Оказывается, все просто спланировано. Гопарей науськивали.
        Да, теперь мои мозги чуть меньше вытекают из ушей от возмущения и паранойи. Кстати, есть еще парочка непонятных моментов, которые я собираюсь проверить. И все они связаны с моим мутным семейством и наследием Киба. Хм… как там зам сказал? Глава клана Киба скрыл от клана Джунов, в котором состоял, что в нашей крови сокрыт ключ к поиску пазлов? Но зачем? Не хотел подставлять семью? Или хотел сам найти пазлы? Если верить заму, то Джуны не знают до сих пор, что Кибы - ключи. Значит, изгнали нас из клана не за то, что это утаили.
        Телефон звонит. Мать. Отвечаю.
        - Да, мам. Я тебя предупреждал, что в школе останусь. Что «твой брат»? Перестань плакать. Собрал утром вещи и ушел? Э-э-э, ну да… мы с ним всё обговорили. Я попросил его, чтобы он тебя не беспокоил. Да, он поживет у меня. Да хватит ты уже… Он не маленький ребенок. Всё, мам. Пока… Пиши, если что.
        Сбрасываю вызов до того, как мать пристанет. Что ж, значит мой непутевый братец проникся. Кнут и пряник всегда работают.
        Мамочка… Очень уж она мутная дама. Скрывает многое об отце. Прямо с фанатизмом. Без особых внятных причин. Ненормально это.
        Останавливаюсь. Смотрю на лестничный пролет. Сегодня попробую провести предварительную разведку на пятом этаже. План по проникновению в директорский кабинет никто не отменял. И кажется мне, что это очень непростое дело. Но как раз сложность этого и надо проверить.
        Не доходя до вестибюля, на глаза попадает Аннет. В гордом одиночестве стоит у окна, пялится на серое небо и первые снежинки. Никаких прихвостней или охраны, полагающихся аристократке. До занятий остается десять минут. И что она тут делает?
        Не так давно мне пришлось надавать на тем же кнутом и пряником. Закончилось все поцелуем в лесу. Потом мы с ней и Акане отправились в особняк Мацуо. Хидан очень ей интересовался. А на следующее утро мы разъезжались на разных машинах. Интересно, о чем с ней разговаривал Хидан? Опять интрижки.
        Аннет меня замечает, розовеет, ее глаза расширяются на мои окровавленные джинсы. Но она сразу же берет лицо под контроль, отворачивается к окну, показывая, что общаться не намерена.
        Но я-то не гордый.
        Подхожу, стою за спиной. Осматриваю компактное, но рифленое тело в строго благородном платье. Белые волосы спадают до самой попы. Что ж, должен признать. Она похожа на аристократку. Точнее на капризную дочь аристократа.
        - Поцелуемся? - спрашиваю я.
        Оп-па! В последний момент отскакиваю назад… Возможная пощечина проходит мимо.
        - Мерзавец! Холоп! - кричит на меня девушка на весь коридор.
        Только улыбаюсь. Люди оборачиваются, но Аннет этого словно не видит, продолжает бесноваться:
        - Уйди с моих глаз, Киба! Ты знаешь, кто я такая?! А?!
        - Обижаешься, что мы с Аканей тебя оставили наедине с Хиданом Мацуо?
        - Молчать!
        Смеюсь. Девичья наивность и наигранная истеричность мне всегда нравились. Они становятся такими открытыми, предсказуемыми. Вот она - идеальная жена, как бы ни странно это звучало. Ведь именно такой характер самый гибкий. При должном мастерстве в познаниях женской натуры можно легко сделать эту непокорную девицу кем угодно. Благородной дамой и гордой женой для окружающих, но развратной шлюхой в постели для меня. Или наоборот. Главное, чтобы хватило понимания в часто нелогичных и эмоциональных женских выходках.
        - Что смешного, Киба?!
        - На тебя люди смотрят, - безразлично киваю на стайку девочек в стороне.
        Как и думал, это резко освежает пыл Аннет, она хмыкает, отворачивается от меня, снова уткнувшись в окно. Ровняюсь с ней, тихо спрашиваю:
        - У тебя проблемы?
        - Не твое дело, - уже спокойнее, но грустно отвечает Аннет. - С твоими проблемами не сравнить.
        Краем глаза осматриваю девушку. За задравшимся воротником замечаю на белой шейке синие разводы. Синяки.
        - Кто это тебя? - поворачиваю голову, киваю.
        Аннет на удивление спокойно поправляет воротник:
        - Сказала же, отстань, Киба.
        Как бы ни так. Разве я могу позволить, чтобы моя будущая супруга аристократка из главенствующего клана была кем-то побита. Вот он мой момент рыцаря. Я должен со всем благородством и озабоченностью подойти к этому вопросу.
        - Могу убить того, кто это сделал, - пожимаю плечами.
        Аннет грустно хмыкает, не отвечает. Поднимает ручку, вычерчивает узоры на окне. Неплохо. Очень красивая снежинка.
        - Иди к своей Акане. Говорят, у нее тоже проблемы.
        Тут не поспоришь. Акане посватали Саске - другой семье из клана Джунов, что далеко на востоке. Вроде как скоро она переедет. И тут мне тоже нужно попробовать вмешаться, если это не навредит мне прямо или косвенно. Я привык исполнять свои обещания, какими бы глупыми они не казались. Да и связи с Акане мне могут пригодиться.
        Отвечаю серьезно:
        - Проблемы своей сестры я решу позже. После твоих. Ведь ее никто не избивает. Так что? Мне уйти? Или ты достаточно обо мне наслышана, чтобы предположить, что я умею решать проблемы?
        Аннет поворачивает ко мне голову, смотрит тяжелым взглядом:
        - Зачем тебе это, Киба?..
        Открываю рот, чтобы сказать очередную типичную вещь для девочек, но замечаю в глазах Аннеты Гвидиче что-то странное…
        В своей жизни я видел много глаз. По глазам можно определить, что за личность перед тобой. Понять врет она или нет. В глазах Аннет я вижу знакомые искры. Так смотрят уставшие бароны на своих крестьян. Так смотрят мудрые жрецы на грешников. Так смотрят матери на непутевых детей. Но глаза Аннет смотрят так на всё. На окружающий мир.
        Хм, удивительно.
        Может она поймет? Недавно я говорил о силе «правды». Она опасна и разрушительна. Но если ты тот, кто умеет ею воспользоваться, то…
        Ни единый мускул не дергается на моем лице:
        - Хочу взять тебя в жены. Аристократка поможет мне сблизиться с главенствующим кланом. И ты вступишь в мой Клуб. Это укрепит и обезопасит его в школьной иерархии. Ты поможешь мне, а я тебе. Кстати, я говорил тебе, что те, кто угрожают моей семье долго не живут? Обычно их находят с вилками в глазах.
        Совсем недавно Аннет бросалась на меня с пощечинами за предложение поцеловаться. Но сейчас же она смотрит на меня так же, как я на нее. Непроницаемо, серьезно. Лишь наши глаза переговариваются. Наконец она грустно улыбается:
        - Фиктивный брак, значит? За беляка?
        - Именно. Думаешь, звучит невыгодно?
        - Месяц назад, наверное, я так бы и подумала…
        Аннет снова поворачивается к окну, вычерчивает пальчиком фигуры. Резко, быстро. Силуэты переплетаются с узорами, придавая абстрактной картинке агрессивные формы непонятно чего. Наконец она говорит:
        - Не считая вступления в клуб, я и правда могу сделать тебя намного влиятельнее в определенных кругах нашего клана. Не думай, что я обычная девочка-дурочка…
        - Я и не думал. Многие тут носят… маски.
        - Мать и сестра убьют меня, если я вернусь домой.
        - Поживешь у меня.
        - У меня есть кое-какие средства, но они кончатся…
        - У меня есть деньги.
        Отлично. Сила правды в действии. Если бы я жевал сопли, то еще долго бы соблазнял эту девочку. Хорошо, что я встретил ее в таком состоянии и вовремя заметил тени маски на ее лице. В противном случае мог бы опростоволоситься. Она бы поняла, что я от нее хочу, и планы по соблазнению затянулись бы слишком надолго. Теперь она понимает, что мы многое можем предложить друг другу. Судя по тому, что ее теперь еще и бьют, то получить защиту на стороне для нее и правда выгодная сделка. Даже от беляка. Я же тоже смогу извлечь из этого выгоду. Главное все правильно взвесить и расставить перед заключением брака. Не хотелось бы из пользы сделать вред. Семья Аннет может начать точить зубы на меня.
        Звенит звонок. Коридоры пустеют. Но ни я, ни Аннет не двигаемся с места. Оба пялимся в окно. Я даю ей время подумать. Наконец она говорит:
        - Никаких приставаний и всякого такого?
        Еле сдерживаюсь, чтобы не хмыкнуть. При всей потенциальной мудрости Аннет все же подросток со своими комплексами и гормонами. Я прекрасно помню, как она перебирала ножками в первый день нашей встречи. Такой вопрос лишь подчеркивает ее внутренние желания. Мол, ты этого не делай, но втайне я буду на это надеяться. Тут нужно немного подыграть.
        - Разумеется, - говорю серьезно и с легкой шутливой улыбкой добавляю: - Но ты ко мне можешь приставать в любое время.
        Тишина.
        - Я… - запинается. - Согласна.
        Поздравляю, первый Хранитель Эйн Соф, Тень Шиилы. Наконец-то твоя холостяцкая жизнь окончена. Теперь у тебя официально будет жена. Жена, что младше тебя на триста семнадцать лет.
        Гниль подземная…
        Глава 22. Намёк третий
        Она согласна. Вот спасибо. Я тоже согласен. Еще неизвестно, кому из нас этот союз выгоднее.
        Коридоры опустели. Только мы с Аннет стоим и смотрим в окно. Почти романтично. Если бы я давно не забыл, что это такое. Судя по ёрзанью Аннет, ее учащенному дыханию и сердцебиению, она этому моменту уделяет больше эмоций, чем хочет показать. Несмотря на фиктивность нашей договоренности, девушка уже погрузилась в свои фантазии.
        Кладу ей руку на плечо. Чувствую, как Аннет напрягается.
        - Расскажи, что происходит.
        Она медленно, глубоко вздыхает.
        - Мама. Сестра… у меня с ними недопонимание.
        Качаю головой:
        - Если я буду тебя защищать, - киваю на травмированную шею девушки, - то испорчу отношение с Вальтами?
        Надменно с легкой обидой смотрит мне в глаза:
        - Я тоже из Вельтешафт. И совершеннолетняя аристократка. Это право мне дано по рождению. Так что мои дела касаются проблем семьи, а не всего клана. Нет, Киба, ты можешь быть спокоен. Если убедим мою маму, то… все остальное неважно.
        - Отлично. Обговорим это позже, - смотрю по сторонам. - Не здесь. Желательно у меня дома.
        На занятия мы решаем не идти. В приложении высвечивается предупреждение о прогуле и три варианта решения этой проблемы. Предъявить больничный документ и объяснительную, либо оплатить штраф в размере 100 ОВ. Что мы с Аннет и делаем. Хотя на вторую часть занятия я собираюсь все же пойти. Прогуливать их постоянно не хочется. Особенно, если это не доновосмутная история.
        Идем по пустым коридорам с облупленными стенами, проходим двери, через которые слышатся множества голосов. Ближе к вестибюлю коридоры становятся опрятнее. Выходим. Сам вестибюль шикарен и красив. Все-таки это лицо школы. Сюда попадают все, прежде, чем рассосаться по своим этажам. Идем в другое крыло. Клуб находится где-то на отдалении от входа. Рядом с дешевыми автоматами зелий и холодного оружия. С проходной это помещение все же слегка заметно.
        На первом этаже есть один Клуб ближе ко входу. Он еще заметнее, лучше и просторнее. Заведует им какая-то богатая девушка из Новусов с третьего этажа. Называется «Клуб Одаренных Предпринимателей». Очень многозначительное название, конфликтующее с моим «Превосходство Неодаренных».
        Всего в школе шесть клубов, не считая моего. На первом этаже Клуб Предпринимателей. На втором этаже клуб «Светочей». Какая-то секта Амарэ. На третьем два клуба. Один Джуновский, где типа тренируют только своих. Обучают техникам, которые недоступны в российской школе неодаренных. Еще один клуб смешанный, куда вступить могут все, у кого есть деньги. Официально, это клуб любителей литературы. Но по факту, это клуб авантюристов, где за школьные очки влияния предоставляют множество услуг. В нем состоят все «дельцы», которые вступают в школу не ради обучения, а ради денег. Говорят, «любители литературы» могут разменять очки влияния на настоящую валюту. И все эти услуги только для членов клуба. Еще ходят слухи, что этот клан неофициально принадлежит Патрику, хоть тот это отрицает. Тем не менее, путь туда мне заказан. И размен валют я должен найти где-то в другом месте.
        На четвертом этаже находится образовательный клуб иностранцев под названием «Эволюция». Как известно, на пятый этаж магистратуры допускаются только Аристократы и пробужденные граждане российского кластера, успешно прошедшие всю школьную программу.
        Так вот, считается, что клуб «Эволюция» компенсирует этот недостаток. Мол, вместо пятого этажа иностранец может попробовать вступить в клуб и это неформально считается очень престижно. В некоторых организациях российского кластера на собеседованиях спрашивают о том состоял ли претендент в этом клубе.
        Что интересно, глава Эволюции один из немногих чернокожих в школе. По слухам, он Филзели. Но лишь по слухам. Этот клан никогда не кичится своим происхождением.
        И последний клуб. Единственный в истории школы Новая Эра, что смог добиться разрешения открыться на пятом этаже. Инфиниты. Без главы и с ограниченным количеством членов клуба. Разумеется, Патрик состоит в Инфинитах. И чем они там занимаются знает очень малое количество людей. И я не в их числе.
        Ухмыляюсь про себя. Секретная организация, блин. Сколько я вас таких повидал. Тайные ложи, закрытые собрания, великие вечерии, скрытые, прикрытые, загадочные и мистические. Многие из них считают себя какими-то очень важными. Чуть ли не вершителями судеб.
        Вот только Шиила не одобряет такую власть. Однажды паучиха была так разгневана выходками вылепившегося из парочки богачей и политиков «Ордена Закатной Звезды», что отправила к ним меня вместе с Великим Магистром, потребовав действовать более… прямолинейно и жестоко. Очень редко госпожа приказывала выйти из теней и это был как раз тот случай. Мне неведомо до сих пор, как возможно богиню так рассердить, но…
        То, что мы сделали, Варгон не мог забыть полторы сотни лет. И это было, пожалуй, самое кровавое из всех моих служений Шииле.
        Заходим с Аннет в пустое помещение. Обустроить тут все стоит денег, которыми не так уж просто воспользоваться. Нельзя просто так закупиться черным налом и обустроить клуб. В школе своя валюта и правила. Глава Клуба должен написать заявление с перечнем отделу поставок школы. Они изучат, согласуют и выставят стоимость в очках влияния. И окажется все намного дороже, чем если бы можно покупать напрямую.
        Итак. Хватит тянуть время. Пора начинать. Любое государство строится с первого дома. Сажусь в угол, беру телефон. Аннет мнется:
        - Киба, я пойду на занятия.
        Ведет себя уже как жена. Оповещает о своих плана. Хороший знак.
        - Тебе нужно возвращаться домой? Я хотел бы подготовиться пару дней и все обмозговать, но, если тебе срочно…
        Аннет качает головой:
        - Мне тоже нужно подготовиться. Вещи, деньги. Закрыть дела. Один-два дня.
        На этих словах Аннет грациозно разворачивается и скрывается за дверью. Опускаю взгляд на дисплей. Ну наконец-то… В приложении школы появилась новая опция. Управление клубом. Открываю, вижу перечень членов клуба, состоявший из одного меня, срок аренды помещения с прикрепленным договором аренды, организационную структуру, клубный баланс в очках влияния, оповещения, указы и правила, которые еще не заполнены и многое другое. Обращаю внимание на удобность программы. Много пустых настраиваемых опций. Все-таки интересный это мир. Понятия не имею, как можно было додуматься до таких технологий.
        Настраиваю иерархическую таблицу. Разделить полномочия на три категории. Глава, Зам Главы, Руководители. Простая и эффективная иерархия, работающая всегда и везде. Потом уже все это можно улучшить, усовершенствовать.
        Ищу по имени и фамилии Кевина. Отправляю ему приглашение стать замом главы клуба «Превосходства Неодаренных». Ему придет уведомление, и он должен будет либо согласиться, либо отказаться. После этого все, кто захочет проверить о нем открытую информацию в приложении школы узнают об этом. Что и хорошо, и плохо одновременно.
        Приглашение принимается практически в ту же секунду. Будто он только сидел и ждал этого момента. Перехожу в мессенджер. Кевин сегодня в три утра отправил мне файл с потенциальными участниками клуба. Тех, кто точно согласен и с кем мой зам лично переговорил и считает их надежными.
        Удивленно присвистываю объему проделанной работы. Когда только успел. Большая таблица пестрит именами и квалификациями. Всего Кевин предлагает пятьдесят семь человек. Половина из них из нашей группы, которых Кевин знает наверняка. Остальные в постарше и повыше этажами. Видимо это те, с кем мой зам познакомился в свое первое обучение.
        Просматриваю список. Из пятидесяти семи человек нет ни одного из клана. Все беляки. Ого, тут даже такая информация есть. Семьдесят процентов из кандидатов смешанной европеоидной расы, десять-пятнадцать монголоидной. Значит в перспективе это предметники жидкого и твердого. Пробужденных всего семеро. Пятеро имеют лишь по одной предрасположенности - предметная сумма: жидкое. Один имеет еще одну предрасположенность - выносливость. С последним повезло. Сумма разума: логика. Таких я хочу побольше. Гении в современных компьютерных технологиях. На своей шкуре убедился, что интернет - безграничный источник силы, которым пользоваться могут в полную силу лишь одаренные разумом.
        Просматриваю список внимательнее. Тут нет силачей. Значит Кевин не уверен ни в одном из них и придется решать этот вопрос с Терновым. Хм, надо было все-таки узнать, как зовут своих одногруппников. Кроме Лики я тут никого не узнаю. Где веснушчатый? Где толстяк-любитель попок? Я просил Кевина обратить на них внимание.
        Некоторые имена выделены желтым с примечания из разряда: «не уверен. Знаю его давно, но он скользковатый» или «Слышал, что он подворовывает по карманам, но не уверен». В общем, все те мелочные замечания, которые я просил, Кевин вписал. Отлично. В принципе, заниматься каждым членом я не собираюсь. Пусть руководители сами думают, кого пускать в клуб, а кого нет. Но на первых парах я должен понимать, как Кевин сортирует людей.
        Ого. А вот это имя я точно знаю. Сёва? Моя старый добрый друг? Я уже думал ты помер где-нибудь в канаве от пережитого. Смотри-ка, в списке Кевина. Правда помечен желтым с примечанием: «Не уверен. Какой-то он странный».
        Ухмыляюсь. Еще бы он не был странным. Парень пережил эм… стресс в доме главы клана силачей.
        Параллельно достаю из кармана зубные нити и заряжаю их. Обычно я делаю это ночью из-за своих особенностей. Днем моя сумма работает хуже, но ничего не поделаешь. Сегодня не получилось из-за школьных допросов и конфискации нитей. Свет мигает.
        Удивленно отрываюсь от телефона. Мне показалось? Тут все-таки два окна в каждом помещении. А мигнуло так, будто я в карцере заперт с одной лампочкой.
        Тру глаза. Видимо, недосып дает знать о себе. Не в том я теле, чтобы так себя изнурять. Иногда забываю об этом и соображаю только когда организм физически начинает офигевать.
        Свет снова на долю секунды «выключается».
        Всего мгновение я вижу контуры хитина огромного черного паука. Шипастые конечности медленно переставляются. Полуобнажённые формы идеального женского тела рассмотреть не успеваю. Становится светло.
        Я не верещу, не паникую, не дёргаюсь, как сделало бы большинство на моем месте. Сижу, всматриваюсь в пространство перед собой.
        Либо у меня и правда недосып, либо… я чего-то не понимаю в происходящем вокруг.
        Раздумывать мне не дают. В помещение чуть ли не с ноги вламывается парень. Вздергиваю бровь, не встаю, говорю:
        - Выглядишь культурно, но манер совсем нет.
        Широкий русый парень в белом смокинге, что в пору баронам старой Англии. Каждая деталь идеальна и пахнет ручной работой. Вот только двуручный меч за спиной с этой красотой не гармонирует. Нос у парня очень тонкий, а скулы идеально ровные. Передо мной любитель пластических операций в столь юном возрасте. Один из прихвостней Патрика. Его я видел в его свите еще в самый первый раз, когда выступал за школой перед толпой беляков.
        Парень осматривается, морщит свой тощий нос:
        - Тебе не позорно клуб в таком свинарнике открывать?
        - В соответствии с гостями интерьер подбираю.
        Парень морщится еще сильнее, переводит взгляд на меня:
        - Ты всегда такой смешной? Или только по вторникам?
        Становлюсь серьезнее:
        - Чем обязан столь важной особе?
        - Ничем ты мне не обязан. Патрик сказал заглядывать к тебе иногда.
        - Зачем?
        - Напоминать о том, как ты ошибся. Я, кстати, Стас.
        Парень ловким движением достает огромный меч из-за спины. Мои волосы слегка приподнимаются.
        - Можно я тут потренируюсь?
        - Нет, - улыбаюсь, косясь на одну из камер на стенах. Вряд ли на меня нападут так открыто.
        - Спасибо.
        Стас начинает тренироваться. Точнее размахивать своей бандурой так, что я невольно прикрываю глаза. Слишком быстро. Кожей чувствую ударные волны. За моей спиной что-то скрежещет. Отскакиваю в сторону. Пластиковое окно трещит, покрывается паутиной и… просто разваливается на части вместе с рамой.
        - Киба! - наигранно возмущенно восклицает Стас. - Ты зачем имущество школы ломаешь?! Жди теперь штрафа!
        Стас зевает, закидывает меч за спину, выходит, спокойно закрывает за собой дверь. Осматриваю в хлам разнесенную оконную раму и стекло. Поверить не могу. Он махал этой бандурой, словно она ничего не весила. С каждым его взмахом я слышал хлопок. И это хлопок преодоления звукового барьера. Так вроде называется этот эффект здесь. После хлопка направленная воздушная волна летела по заданному направлению.
        Гниль подземная… Не может же быть такое, чтобы именно на меня свалили эту…
        Телефон вибрирует. Смотрю уведомление.
        « - 300 ОВ за порчу школьного имущества»
        Серьезно? Кто там сидит за камерами? Идиот?
        Или…
        Нет, не идиот. Если вспомнить, как издевались над Ликой, но стражи так и не явились, то все становится определенней. Патрик и правда влиятелен. Школьные правила не для него. Мало того, они работают на него.
        Интересно. Значит придется воевать на чужом поле по чужим правилам, которые заставляют соблюдать только одну сторону?
        Моя улыбка больше похожа на оскал.
        Я доволен.

* * *
        Занятия с учителем Абдулой Мухметовичем, мужчиной с широкими лапищами и пивным пузиком проходят довольно интересно. Он заставляет учеников делать не самые приятные вещи, аргументируя это «преодолением преград на пути пробуждения». Например, принуждает девочек рассказывать личные подробности своей жизни, заставляя их краснеть, а некоторых и вовсе плакать. Парней он стравливает друг с другом, подтрунивает, позорит.
        Недоумение эти методы вызывают до тех пор, пока Абдула не начинает объяснять химию организма и взаимосвязь тела с суммой. Говорит, что у каждого человека есть внутренний клапан, приоткрыв который, можно заставить тело пропустить через себя сумму. Чаще всего это негативная эмоция. И почти у всех она самая запрятанная. Из логики, что сам непробужденный не представляет, насколько он раним.
        Бам! Абдула стучит кулаком по стене.
        - Сначала нужно себя сломать! Сломайте себя, дети! Станьте новым! Свежим! Если надо снять трусы и надеть на голову - сделайте это! Признаться в нетрадиционной ориентации родителям? Сделайте это! Сомневайтесь?! Это хорошо! Значит вы на правильном пути! Делайте все, что нужно! Станьте психами! Графоманами! Хентайщиками!
        Несмотря на всю жестокость, Абдула кажется задорным. Многие даже забывают, что их десять минут назад тупо позорили. Жестикуляции смуглого учителя гипнотизируют. Неокрепшим умам хочется смотреть на него с открытым ртом, раздеваться и бегать голыми по коридору, выкрикивая позорные лозунги о самих себе.
        Но, разумеется, никто это делать не будет.
        За моей спиной Аннет явно офигевает. Полная девушка слева вообще возмущается вполголоса, что большего бреда она в жизни не слышала. Я тоже не могу избавиться от ощущения, что под личиной идиотизма этого занятия скрывается что-то глубокое. Да и не зря же в месяце всего одно такое занятие. Если будет больше, то психика может и не выдержать гипнотической мощи Абдулы Мухметовича с суммой разума, кстати говоря.
        Толстый безымянный однокурсник тянет руку:
        - А я люблю жрать!
        Кто-то сделал «фейспалм».
        - Молодец, парень! Обожрись как следует! На следующее занятие приноси свою любимую еду! Будешь жрать!
        - Правда?..
        - ДА! - гаркает Абдула так, что подпрыгивает полкласса. - Эмоции - ключ. Если вы не справитесь, то к концу каждого учебного года я направлю вас на курс гармонотерапии. В вас будут вкалывать допамин, норадреналин, мелатонин, эстрадиол! Эти гормоны вам помогут, раз вы сами не в состоянии себя довести до состояния пробуждения! Это хоть и не так эффективно, но лучше, чем ничего. Не думайте, что я с вами шучу, дети!
        Поразительно.
        Слышу отчаянный шепот где-то на дальних партах:
        - Это… пистец…

* * *
        Время: 19:02
        Я в маршрутке. Еду в свой новый дом. Пытаюсь дозвониться до Акане и узнать, как у нее дела. Как всегда, не отвечает. Странно. Вроде рано еще ее женить на Саске. Или нет? Ладно, завтра попробую найти ее в школе.
        С Сэмом, кстати, я встречался на перерыве. Парень был жизнерадостным. Очень правдоподобно делал вид, что никаких терок у нас подавно не было. Рассказал мне пару анекдотов, сам же поржал над ними, спросил, не стали ли мы теперь друзьями, поржал еще сильнее и ушел.
        Видимо, не стоило его так сильно бить по голове.
        До нужного места доезжаю ближе к девяти вечера. Еще минут пятнадцать иду до своего дома, показываю пропуск охраннику. Прикладываю магнитный ключ к подъезду, потом еще ключом открываю дверь от квартиры. Три степени защиты. И все весьма бессмысленны. В первом случае достаточно перелезть через забор. Во втором проскочить, когда сосед выбросит мусор. Смысл во всем этом? Не понимаю.
        Дома я своего «братишку» не застаю. Странно. Утром же мать сказала, что он ко мне переезжает. Пишу ему в мессенджере: «Ты где?». Вижу, как брат «Печатает…». Но ничего не отсылает. Звоню ему, трубку сбрасывает. Паранойя открывает глаза.
        Спокойно, подруга.
        Телефон пищит, уведомляя, что на мой почтовый адрес пришло письмо. Открываю. Ну наконец-то. Какие же они долгие. Несколько дней ждать пришлось.
        Обожаю этот мир. Если бы технологии определения родственности перенесли в Варгон, то сколько бы голов слетело с плеч? Сколько лжекоролей и аристократов лишились бы власти и погибло простого народа? А уж как бы я смеялся, когда чистота крови, которой кичатся многие знатные, оказалась бы не такой уж и чистой. Помню историю, как я одному старому аристократу Варгона из очень древнего и влиятельно рода в срочном порядке подсунул крестьянского новорожденного, потому что настоящий наследник родился мертвым, а род нужно было продолжить, чтобы не допустить переворота и междоусобицы. И ведь никто кроме меня и Шиилы не знает, что теперь целым государством правит сынок свинопаса. Даже сам сынок…
        И таких историй у меня было много. К сожалению, не все они приятные. Одна такая запомнилась особенно. Когда мне пришлось похитить ребенка со странным спиралевидным родимым пятном на спине. Я нес его двое суток и ребенок ни разу не заплакал, хотя слабел от голода и холода. Он не плакал, даже когда я его передавал в трупные, когтистые лапищи краальских ведьм, которых Шиила ненавидела всем своим ледяным сердцем и даровала им обычно лишь смерть и мучение. Ребенок доверчиво смотрел мне в глаза до самого конца. И это запомнилось очень хорошо. И лишь когда ведьма дико захихикала и двинулась к своему то ли котлу, то ли… Только тогда раздался крик, будто ребенок понял, что я его предал.
        Это проклятое задание до сих пор сидит у меня занозой в мозгах. Усилием воли я частенько спрашиваю себя, что это было за… меньшее зло.
        Никогда не любил поручения, где не понимал того, что делаю. Не понимал, ради чего. Наверное, поэтому Шиила после того случая старалась не давать мне подобных указаний.
        Открываю три теста. На них я потратил пятьсот баксов и три ватные палочки, как тут говорится, генетического материала брата, сестры, матери и меня любимого. Слюны, в общем. С чашек, тарелок, зубной щетки.
        Читаю…
        И…
        Мое лицо выражает совершенно… ничего.
        Глава 23. Финальный акт
        Читаю «диагноз» прям на пороге своего нового дома.
        Что ж, как я и думал.
        Хотя нет, вру. Были у меня предположения, что хотя бы брат и сестра мне родные. Нет же. Все трое совершенно чужие.
        Снимаю обувь, иду к сейфу, набираю пароль, достаю сушеный палец. Заму я его отказался возвращать. Чем сильно его расстроил. Но пообещал, что никому другому это «сокровище» не отдам и буду держать в безопасности. Это, конечно, его не сильно убедило, но будто я давал выбор. Пришлось заместителю директора сделать гримасу и якобы разрешить мне его хранение.
        Хм, жаль сегодня не получилось провести разведку в кабинете директора. Никаких видимых лазеек я не нашел. Палиться перед камерами средь бела дня не хочется. Тут нужно более тонкий подход.
        Иду к понравившемуся уголку. Скажусь, привычно сую зубочистку в рот, закидываю ногу на ногу, а голову на спинку кресла, выключаю телефон, закрываю глаза. Заставляю организм заснуть, чтобы пополнить сумму. Ночью это дается легче. Нужно зарядить как можно больше нитей. Держу их в руках вместе с пальцем. Не знаю, зачем я его взял. Иногда тренируюсь, может получится зарядить или понять истинный смысл великого артефакта.
        Итак. То, что моя мать не совсем моя, я начал подозревать довольно давно. Но я понимал, что угрозы она мне не несет. Скорее просто… контролирует.
        И вот сейчас я узнал, что в крови Кибы находится ключ от пазлов. Получается, что у брата и сестры они тоже есть. Если бы они были мне родными. И это объясняло бы, почему нас трое детей под одним надзирателем.
        Интересно…
        Думаю, я бы почувствовал угрозу от матери, если бы она была. Разумные существа, желающие тебе зла, источают определенную… ауру, что ли. Запах, взгляд, мимика. Тяжело объяснить, но за десятки лет своей непростой работы я научился разбираться в таком. По крайней мере, я надеюсь. Рассчитывать на чутье опасно, но и пренебрегать им не стоит.
        Сам не замечаю, как засыпаю…
        Просыпаюсь через пару часов. Два, может три.
        Время: 23:49
        С удивлением обнаруживаю, что сосуд полностью пополнился, а нити зарядились, пока я спал. Ого, я и не знал, что так можно. Все-таки при зарядке нужно концентрироваться. А тут на тебе. Поспал, да еще и делами занялся. Второе приятное удивление - палец немного подзарядился. На пару единиц суммы я его точно пополнил.
        Все-таки мой искорёженный сосуд не так уж плох. Хоть днем я так себе «маг», но ночами совсем другое дело.
        Так. И где же мой «братишка»? Я не просто так стимулировал его переехать со мной. Хотел посмотреть, как отреагирует мать. Думал, что будет рвать и метать, но нет. Вполне свободно отпустила нас, весьма правдоподобно пустив слезу. И это странно…
        Резко встаю. Включаю телефон, набираю «112»
        - Для связи с полицией наберите «1».
        Тыкаю в дисплей. Отвечает оператор, четко и громко говорю:
        - Ли съел испорченного осьминога и теперь у него кариес.
        - Повторите? Вам нужна помощь? - старается миловидная девушка.
        Сбрасываю вызов. Что ж, надеюсь, это сработает. Через минуту мне звонит «скрытый номер».
        - Это Ли, - узнаю голос «лжепапочки».
        - Нужно кое-что сделать.
        - Слушаю.
        - По моим сведениям, моя мать - Кира Киба не та, за кого себя выдает. Она нанимала кого-то, чтобы проследить за мной, чтобы выяснить, не прикидываюсь ли я кем-то другим. Нужно узнать кого она нанимала и…
        - Отказываюсь.
        Ухмыляюсь:
        - Как я и думал. Это же она тебя наняла, верно? Не можешь же ты выдать мне самого себя.
        Разумеется, Ли никак не палится:
        - Я берусь за дела, которые мне нравятся. Это мне не нравится. Точка.
        Гудки. Ли сбросил вызов. Пожимаю плечами, отбрасываю телефон в сторону. Значит моя матушка подозревала, что я не тот, за кого себя выдаю. Что ж, это предсказуемо. Если учесть, как давно она меня знает. И если бы обычная мать сдала бы такого сына на лечение, то шпионка продолжала бы играть свою роль, прикидываясь, что все нормально.
        Страшнее пойманного шпиона только шпион, которому подыгрывают, зная, кто он на самом деле. Так можно оружие врага обратить против него же. Сколько дезинформации было скормлено таким «недошпионам».
        Пытаюсь вспомнить детство Константина Кибы, но получается это плохо. Его память передалась мне частично. Лучше всего запомнились инстинкты, эмоциональные и подсознательные моменты. Моя память наслоилась на чужую память и со временем вытесняет ее. Уверен, что через пару месяцев я вообще не буду помнить «чужое» прошлое.
        Ладно, пора уже выходить из тени. Я достаточно играл в эти игры. И переехал я не просто так. Надоело, что за мной следят на каждом углу. В школе, дома. Пора брать козла за рога. Так вроде тут говорят.
        Телефон звонит. Гниль подземная, забыл выключить.
        - Да, мам. Уже поздно, чего не спишь? Не переживай. Брат? Не отвечает? Да он пришел недавно, спит просто, - нагло вру, - вот и не отвечает.
        И… пауза. Небольшая пауза. Мать будто думает, что ответить, нежели спокойно выдыхает, что с сыночком все в порядке. Если бы я не знал, что она не та, за кого себя выдает, то не обратил бы внимания на это. Но теперь…
        Мать начинает успокаиваться с запозданием. Мол, как же хорошо, а то я переживала. Прощаюсь с ней, кладу трубку.
        Вздыхаю, откидываюсь, прикрываю глаза.

* * *
        Время 01:22
        Входная дверь, расположенная прямо в прихожей, открывается. Братик, шляющийся где-то столько времени, явился. Я приоткрываю глаза.
        Слышу, как он пытается включить свет. Не работает. Все так же темно.
        - Твою мать, даже лампочку не вкрутил, - бубнит вполголоса.
        Чувствую отдаленный запах перегара. Вот оно что. Решил оттянуться напоследок. Хотя нет, не так…
        - С возвращением, братишка, - говорю вполголоса.
        Вижу, как мальчишка вздрагивает от неожиданности.
        - Конст, какого хера пугаешь? Где моя комната?
        - Подойти, поговорим…
        Неуверенные шаги:
        - Ну чего еще? Епить, почему тут так темно?
        - Мне так комфортнее… Присаживайся.
        Слушается.
        - Ну? Быстрее? Я бухал, башка раскалывается…
        Поднимаю голову, смотрю прямо на братца:
        - Ты опустилась до того, что спаиваешь этого ребенка? Лишь бы я ничего не заподозрил?
        Вижу блеск в глазах брата. Его сердце бьется в два раза быстрее:
        - Чего? Ты дуба епнулся? Чего ты несешь?
        Вздыхаю. Мизинец дёргается.
        ВШИИИИИХ!!!
        Визг брата, наверное, слышит весь дом. Блестящие нити растянули бедолагу прямо над потолком.
        - Мне на него плевать, - снова закидываю голову на спинку, закрывая глаза. - Но тебе же нет? Твой любимый… сынок. Я не убью его быстро. Сначала отрежу пальцы рук, потом ног. Крови будет очень много, но он не умрет от этого, я тебя уверяю…
        - Ты псих! Вытраханный иди… А-а-а-а-а!
        Я сжимаю нить вокруг запястья. Убивать или пытать этого пацана я не хочу. Но напугать его мать нужно.
        Пожимаю плечами, говорю:
        - А может, я ошибся. Ничего страшного. Зачем мне такой идиот-брат? Неужели ты правда думал, что сможешь мне пригодиться? Никчемный задрот, не способный даже помыть за собой тарелку. Пожалуй, отпустим эти игры. Просто сдохни…
        Нить медленно сжимается вокруг шеи…
        - Стой! - верещит брат.
        Сжимается еще сильнее. Еще немного и проступит кровь.
        - Неееет! Константин, остановись! Я признаюсь! Признаюсь, это я! Стой, сынок!
        Давление нити ослабевает.
        - Амарэ, значит? - лениво кошусь я на растянутое тело мальчишки над потолком.
        - Да! Да, Константин! Умоляю, отпусти моего сына!
        Пренебрежительно хмыкаю:
        - Я бы не стал его так называть. Он обычная марионетка без собственной воли. Скажи, с какого возраста он под твоим контролем? А та девочка, которая называет меня братиком. Кто она?
        - Константин, давай поговорим нормально…
        - Знаешь, почему ты еще жива, мама? Почему вы живы все втроём? Потому что я вам позволил.
        Это правда лишь наполовину. Я предполагал, что тут что-то нечисто, но не был в этом уверен. В таких ситуациях я всегда учитываю лишь худший вариант. Сказал себе: они шпионы. Но веди себя так, будто ты об этом не знаешь. Я разрешал следить за собой, обманывать себя. Но любому терпению приходит конец.
        - Я знаю, знаю. Ты умный. Очень. После пробуждения такое бывает. Тебе же Георгий Александрович рассказал все. Мы не могли позволить тебе попасть в чужие руки. Я неродная тебе, да. Но люблю, как сына. Мы с тобой уже очень много лет вместе.
        Из уст брата эти слова звучат довольно забавно.
        - Вы заодно с заместителем директора?
        - Конечно, Константин. Я сама хотела тебе признаться, но… но… это тяжело. Я очень давно с вами. Я чувствую, как вы дороги мне. И сказать, что все это шутка просто… не могла.
        Не обращаю внимание на потуги вызвать сентиментальную жалость.
        - Почему Исталы и Амарэ заодно?
        Вспоминаю, что мне рассказывал заместитель директора о клане «нянек и детей». Новая Эра обустроила им очень комфортные условия. Детский сад, спецобучение. Не каждая школа пойдет на такое. Мне тогда было интересно с чего бы это.
        - Амарэ это… Константин, я не могу сказать.
        - Правда? Тогда полагаю, что твоему сыну пару пальцев не нужно!
        - Стой! Он твой брат!
        - Ничего подобного.
        - Вы жили под одной крышей много лет! Играли в одни игрушки! Константин, остановись, пока не поздно.
        - Знаешь Ли?
        Тишина. И хриплое, неуверенное:
        - Знаю. Пожалуйста… я лишь хотела… хотела…
        И почему мне так тяжело поверить во все эти сопливые и сентиментальные материнский эмоции. Они кажутся слишком… настоящими.
        Звонит телефон. Кевин? В такое время.
        - Прошу прощения, матушка. Мне нужно ответить. Слушаю.
        - Константин! У нас проблемы! Я только что узнал!
        - Говори.
        - По всему списку с членами клуба, который я тебе отправил прошелся Патрик. Каждому назначены дополнительные занятия и подработки. Всем! Просто всем! Без объяснения причины.
        - Как это возможно? - морщусь. - Откуда у Патрика такие возможности? И откуда он узнал про список?
        Брат-мама что-то хочется сказать, но я смотрю на него таким взглядом, что он закрывает рот.
        - Без понятия! Я сам в полном ах… то есть, замешательстве. Не верю, что такие связи бывают у обычного ученика… Чертовы аристократы. Мне уже отписались семь человек, что они передумали вступать в наш клуб.
        - Ясно. Перезвоню завтра, - сбрасываю вызов, перевожу взгляд на трепыхающегося братца. - Продолжим. Еще раз. Я понимаю, что вы охраняли меня, как биологический материал для вашего пазла. Но не понимаю как с этим связаны Амарэ?
        - Константин, Амарэ - это скрытая ветвь Исталов. Как Новая Сила у Фрагоров. Это все как в большой политике. Опосредованная война. Не могут большие страны воевать друг с другом в открытую, но могут воевать чужими руками. Вспомни доновосмутную историю. Афганистан, Ирак, Украина… Так же и с кланами. У каждого клана есть ветви, которые они не признают своими… Исталы - обычные зельевары, тогда как главенствующий клан - одаренные разумом. Невозможно им противостоять дорогостоящей алхимией.
        Киваю.
        - Мило. В народе Исталы - клан поддержки. Он невинен и прекрасен. А в тенях эксплуатирует детей, превращая их в марионеток.
        - Такова жизнь, Константин!
        Пожимаю плечами.
        - Так, а я разве осуждаю? В войне все средства хороши, да? Кстати, я думал все дети Амарэ одаренные? Но в этом, - киваю на братца. - ничего нет. Разве это возможно?
        - Марк пробужденный. Просто очень… слабый.
        - А моя хм… сестрёнка? Что с ней?
        - Она тоже пробужденный потомок. Такой же, как и ты. И довольно сильная. Ее бы ты так просто не поймал.
        - Значит мне повезло. Так, а почему я не под твоим контролем?
        Мать выдавливает из себя каждое слово. Похоже, она и правда переживает за своего сынка. А то, что он ей родной, я понял по результатам теста.
        - Ты пробудился позднее всех. Амарэ не могут контролировать взрослых.
        Думаю. Похоже, у меня небольшой выбор. И лучший из них сейчас… вступить в Исталы. Они слишком много знают обо мне. С самых пеленок выращивали, защищали. Хоть и далеко не с самыми благородными помыслами. Мне это не нравится, но сейчас я либо стану одним из них, либо нежелательным элементом, который выгоднее устранить, чем отдать другим.
        Так что выбор невелик. Или вздергиваю подбородок, что я гордый и сильный одиночка. Или получаю защиту Исталов и до какого-то моменту расту в этом клане. До тех пор, пока не решу их покинуть, почувствовав в себе достаточные силы.
        Да и Патрик слишком задирает нос, понимая, что я никто. Для него обычные беляки - мусор. Это нужно исправить. Вот только не помешает ли это браку с Аннет? Вроде как браки такие нередкость, но только среди дружественных кланов. А насколько я знаю, у Вальтов нет друзей.
        Надо все взвесить…
        Ослабеваю нити, опуская братца на пол. Он тяжело дышит, хватается за горло:
        - Константин…
        - Да?
        - Нет… Не Константин. Я жила с тобой много лет. Кормила тебя, одевала. Я знаю Константина. И никто меня не убедит, что твое сознание изменилось из-за пробуждения. Никто.
        - Твое право так считать. У меня есть еще к тебе вопросы, но считаю, что нужно… разрядить наши отношения. Не считаешь… мама? Для начала, я хочу вступить в клан Исталы.
        - Нет.
        - Не понял? - вздёргиваю бровь.
        Братик поднимает на ноги. Совершенно другой человек. Не сутулится, смотрит уверено:
        - Я предлагаю тебе вступить в клан Амарэ, Константин и…
        Сначала я услышал… И сразу же почувствовал. Мизинец на левой руке дрогает. Нить, что тянется от него, утончена до уровня волоса. Она достаточно крепка, чтобы я почувствовал натяжение и достаточно хрупкая, чтобы оборваться, если ее кто-то заденет…
        - Ложись! - ору я, на инстинктах перекувыркиваясь через себя, за кресло.
        ВЗРЫВ!
        Зеленая вспышка, гнилостный запах и полоса, прочерчивающая всю гостиную. Будто невидимое лезвие, прошедшая вдоль комнаты.
        Смотрю на «братца». Сначала кажется, что ничего не произошло и он успел увернуть, но…
        Я отворачиваюсь. Нет ничего приятного в созерцания расчленения. Две половинки моего бывшего брата падают на пол, извергая литры крови.
        Быстрым рывком оказываюсь у сейфа, достаю увесистые сумки.
        Бам!
        Я не просто так выбрал эту квартиру. Дверь тут толщиной в три пальца.
        ВСПЫШКА!
        Еще одна полоса на этот раз прошла вертикально. Разрезая надвое интерьер и оставляя на стенах глубокие борозды.
        Сначала из окна летит одна сумка, потом другая. Быстро натягиваю десяток петель вокруг подмышек. Выдыхаю и… ныряю в окно за сумками.
        Ветер и мерзкий дождь бьет в лицо. Холод пробирает все тело. Перед глазами мелькают огни ночного города. Я падаю вниз.
        Регулирую натяжение и упругость нитей. Падение замедляется и больше похоже на спуск на веревках. Плавно опускаюсь босиком на мокрый асфальт.
        - Допрыгался, - слышу за спиной пренебрежительный голос негра Гэкару и…
        …чувствую сильный удар по затылку.
        Тут не поспоришь.
        Допрыгался…

* * *
        ИНТЕРЛЮДИЯ.
        22 МЕТРА НАД УРОВНЕМ РАДИОАКТИВНОЙ ОБЛАСТИ
        СОВЕТ ТРЕХ ФРАГОРОВ.
        Семнадцатый взбешен. Он так взбешен, что расчесал себе руку до крови. Бледная и жиденькая кровь лениво капает на каменный пол.
        - Ссссука, - ругается семнадцатый, разглядывая расчесанный струп.
        Со своим телом в радиоактивных областях нужно быть бережным. Каждая рана может стать смертельной. Попадет инфекция и все - конец. Никакой «возжигатель» не поможет. Так они называют тех, кто умеет манипулировать суммой, спасая Фрагор от вымирания в гиблых землях.
        Семнадцатый зол. Ему поручили привести «гладкого», который попортил Фрагорам все планы. Ключ от пазла потерян, Новая Сила развалилась, а их ячейку в Новой Эре - пятьдесят пятого под именем Гэкару, раскрыли. И во всех трех случая замешан некий Константин Киба. Хорошо хоть пятьдесят пятый смог сбежать до того, как разболтал все Исталам. Хоть на это у него мозгов хватило.
        Навес в его нору открывается и семнадцатый взвизгивает.
        - А-а-а! Да что еще? Ну?!
        Обвешанный тряпками мужчина в таких же струпьях. Его лицо прикрыто капюшоном. У Фрагоров капюшоны - неотъемлемая чаять гардероба. Никто не хочет показывать другим свое уродство. А уроды тут все разные. Искаженная радиацией сумма не делает одинаковые уродства. Некоторые в чистых областях искренне считают Фрагор мутантами или монстрами. Хотя они такие же люди. Просто калеки.
        Мужчина кланяется:
        - Мы поймали его по метке. Он ее так и не обнаружил.
        - Да неужели это случилось?! Где поймали?
        - В городе, - тихо добавляет мужчина.
        - Что-о-о?! - орет семнадцатый. - Почему в городе?!
        - Не знаю. Гэкару сам принял решение.
        - Идиоты! Вы хотите всю Москву на уши поставить?! Я же говорил, что можно только на территории школы!
        Мужчина не отвечает. Семнадцатый цыкает:
        - Когда он прибудет?
        - В пограничную зону Гэкару приведёт гладкого сегодня ночью, семнадцатый.
        Семнадцатый думает.
        - Найди двадцатого и тридцать второго. Мы лично встретим такого особенного гостя. И узнаем, чем же заслужили его гнев.
        На последних словах семнадцатый мерзко скалится, похрюкивая.
        - Это не все. При нем мы нашли палец наследника.
        - Да ла-а-а-адно? Наконец-то хорошие новости…
        - И это тоже не все. Гэкару предполагает, что этот Киба сам является наследником.
        Семнадцатый хрюкает. Еще раз. И еще. И вот он уже разрывает свои голосовые связки, изрыгая из глотки то, что обычный человек никогда не назовет смехом.
        КОНЕЦ

 
Книги из этой электронной библиотеки, лучше всего читать через программы-читалки: ICE Book Reader, Book Reader, BookZ Reader. Для андроида Alreader, CoolReader. Библиотека построена на некоммерческой основе (без рекламы), благодаря энтузиазму библиотекаря. В случае технических проблем обращаться к