Важное объявление: В связи с блокировкой в России зеркала ruslit.live, открыто новое зеркало RusLit.space. Добавте пожалуйста его в закладки.


Библиотека / Фантастика / Русские Авторы / ЛМНОПР / Роньшин Валерий: " Кладбище Кукол " - читать онлайн

Сохранить .
КЛАДБИЩЕ КУКОЛ Валерий Роньшин


        # Две подружки, Юлька Чижикова и Юлька Рыжикова, попали в ТАКУ-У-Ю кошмарную ситуацию, от которой просто волосы дыбом становятся. Откуда взялся на кладбище ночной клуб «Веселый могильщик»? Зачем фирма «Анатас» скупает старые куклы и хоронит их? Почему Рыжикову преследует маньяк по кличке Кукольник? И это далеко не все вопросы, на которые предстоит ответить девчонкам, чтобы понять, что за чертовщина начала с ними происходить после посещения магического салона госпожи Терезы…

        Валерий Роньшин
        КЛАДБИЩЕ КУКОЛ

        Глава I
        ЯСИК НОИК

        Неприятности чаще всего приходят оттуда, откуда их вовсе не ждешь… Жизнь двух подружек, Юльки Чижиковой и Юльки Рыжиковой, складывалась просто замечательно. Во-первых, начинались летние каникулы. Во-вторых, родители у обеих Юлек укатили кто куда (у Чижиковой - на Север, в командировку; у Рыжиковой - на юг, в отпуск); а значит, можно было ходить на ночные дискотеки, устраивать дома вечеринки, играть до одурения в стрелялки-убивалки на компике… Короче, полный букет удовольствий.
        В последний учебный день девчонки решили вместо школы закатиться в ресторан. Отметить успешное окончание седьмого класса. И не в какой-нибудь забегаловке, типа
«Макдоналдса» с его вечными гамбургерами и чизбургерами, а в самом что ни на есть шикарном, дорогом ресторане.
        В наше время попасть в ресторан не проблема. Даже для школьниц. Были бы только, как говорится, баксы. А баксы у Чижиковой и Рыжиковой были. Сразу после отъезда родителей обе Юльки «сели» на телефон и принялись обзванивать модельные агентства. (Чего непродвинутые родичи явно бы не одобрили.) Ну а дальше пошло как по маслу. Ведь у обеих подружек имелись длинные-предлинные ноги. А в модельном бизнесе ноги ценятся выше головы, это вам не Академия наук. Поэтому после первого же кастинга (то есть выбора моделей) девчонкам предложили «делать дефиле», проще говоря - учиться ходить по подиуму. Рыжикова с Чижиковой быстренько этому научились и уже через пару дней приняли участие в традиционном показе мод в казино «Олимпия». И заработали аж по триста баксов. Вот так-то!
        И теперь подружки сидели в рыбном ресторане «Империал» и оживленно болтали. О чем? Да о парнях, конечно. Чижикова рассказывала Рыжиковой о своем новом увлечении.

        - Та-а-кой классный парень,  - с придыханием говорила Юлька,  - та-а-к классно целуется…

        - А вы каким поцелуем целовались?  - интересовалась другая Юлька.

        - Японским [1].

        - Да, неплохой поцелуйчик,  - со знанием дела оценила Рыжикова.  - А поцелуй с разворотом не пробовали [2]?

        - Пробовали…
        Юные красавицы знали толк в поцелуях. За свою четырнадцатилетнюю жизнь и та, и другая Юлька сменили не одного бойфренда. И даже не двух.

        - А как его зовут?  - спросила Рыжикова.

        - Тоха.

        - Антон, что ли?

        - Ага, Антон. Он от меня прямо без ума. Говорит, у него еще никогда такой классной девчонки не было.
        Рыжикова саркастически скривила губы.

        - И ты на это купилась? Да они все так говорят.

        - Ну и что, все равно кайфово. К тому же он такой красавчик. Хочешь, фотку покажу?
        - Не дожидаясь ответа, Чижикова достала снимок.  - Гляди, какой симпатюля.
        Рыжикова еще больше скривилась.

        - По-моему, он для тебя малость староват.

        - Ничего не староват. Ему всего шестнадцать с хвостиком.

        - И большой хвостик?..  - не без ехидства осведомилась Рыжикова.

        - Да ладно тебе, Рыжик,  - отмахнулась Чижикова.  - Нам ведь тоже не по семь лет… К тому же я не собираюсь встречаться с ним целую вечность. Попудрю ему мозги с недельку и найду другого. Как говорит моя маман: «В жизни главное - разнообразие».

        - Это точно,  - согласилась Рыжикова.

        - Он меня постоянно на «ужастики» водит,  - продолжала Чижикова.  - Я уже объелась всеми этими «Воплями», «Криками», «Стонами»… А вчера, знаешь, что смотрели?

        - Что?

        - «Диван-вампир».

        - Говорят - чумовой «ужастик».

        - Да ну, полная лажа. Там диван кровь высасывает у всех, кто на нем спит. Прямо разбух от крови. А один мужик ка-а-к даст по нему ножом, кровища из дивана ка-а-ак хлынет… Фу, гадость,  - поморщилась Чижикова.

        - А еще куда ходили?

        - На кладбище.

        - Куда-а?!  - округлила глаза Рыжикова.

        - На кладбище. Тохе нравится на кладбищах тусоваться. Кстати, мы с ним на кладбище и познакомились. Прикольно, да?

        - Ну-у, не знаю.  - Рыжикова вновь взглянула на снимок. Ей вдруг показалось, что она уже видела этого Тоху.

        - Слушай, Чижик, я его где-то видела.

        - Где ты могла его видеть?

        - Не помню… А как его фамилия?

        - На фига мне его фамилия?  - засмеялась Чижикова.  - Я за него замуж не собираюсь.
        В этот момент к столику подошел официант. С усами.

        - Что будем заказывать, девочки?  - бодренько поинтересовался он.
        Чижикова тут же начала дурачиться:

        - Нам, пожалуйста, картошку в мундире, селедку неочищенную и два кусочка черствого хлеба…
        Официант оценил Юлькино остроумие.

        - Хе-хе-хе,  - посмеялся он в усы.  - Шутница, однако… Ну а все-таки, девочки, чего желаете?
        И подружки пожелали крабов с овощами, печеного гуся с паприкой, отварного осетра в огуречном рассоле и стерлядь, фаршированную раковыми шейками.
        Усатый официант убежал выполнять заказ. А Чижикова и Рыжикова вернулись к прерванному разговору.

        - Тоха меня сегодня в «ночник» зовет,  - похвасталась Чижикова и предложила: - Пошли с нами, Рыжик. И Влада своего возьми.
        Рыжикова хмыкнула:

        - Вспомнила. Я Влада еще на прошлой неделе отшила.

        - Да не гони.

        - Честное слово.

        - У вас же такая романтическая любовь была.

        - Была да сплыла.

        - И ты так спокойно об этом говоришь?

        - Ну а что мне теперь - застрелиться?

        - Он же тебе такие обалденные стихи писал…  - Мечтательно закатив глаза, Чижикова продекламировала:

        Разлука не может быть вечной.
        Ты вдруг придешь ко мне.
        И мы пойдем гулять при луне,
        Позабыв о всякой фигне…

        - Писать-то он писал,  - подтвердила Рыжикова.  - А потом взял и подставил меня.

        - Как это?

        - А раззвонил дружкам, что у меня прямо крышу снесло от любви к нему.

        - Во гад какой!

        - Я ему так и сказала: «Ну ты, Влад, и гад!»

        - А он чего?

        - Да ничего. Ухмыляется, как придурок…

        - Тогда правильно сделала, что отшила,  - одобрила Чижикова.  - Найдешь другого. Кругом полным-полно классных парней…

        - Да ну их на фиг!  - с презрительной гримасой бросила Рыжикова.  - Все парни какие-то прибабахнутые…
        К столику снова подошел официант. Но уже другой. Без усов. Он принес девчонкам заказ.
        Чижикова начала и безусого прикалывать. Скорчив серьезную физиономию, она выпалила:

        - Аик гдеик уик саик тыйик?

        - Простите, что?  - не понял официант.

        - Аик гдеик уик саик тыйик,  - повторила Чижикова все с тем же серьезным выражением лица.
        Надо сказать, что это была вовсе не тарабарщина, как могло показаться на первый взгляд. Это был «тайный» язык, который подружки разработали еще в четвертом классе. Впрочем, особо напрягаться девчонки не стали. Просто к каждому слогу каждого слова они прибавляли слог «ик». Вот и вся тайна.
        В данном случае Чижикова спросила у официанта: «А где усатый?»
        Но безусый, конечно же, не врубился.

        - Извините,  - обратился он к Рыжиковой,  - а на каком языке говорит ваша подруга?

        - На барментьерском,  - не моргнув глазом, выдала Рыжикова.  - Есть такое государство - Барментьера.

        - Что-то я не слыхал о таком государстве.

        - Да оно ма-а-хонькое…  - Рыжикова показала кончик мизинца.  - Вот такое.

        - А где оно находится?

        - Ну, если смотреть со стороны Европы - то справа от Аргентины.

        - А-а,  - протянул официант.
        Поверил он или нет - было непонятно. Впрочем, возможно, и поверил, потому что Чижикова и впрямь походила на мулатку-шоколадку из Латинской Америки. Во время весенних каникул она с родителями побывала на Мадагаскаре. Загорела там до черноты и привезла кучу золотых побрякушек. Сейчас у нее на ногах красовались ножные браслеты, на руках, соответственно, ручные браслеты, и даже в пупке (который оставался открытым) поблескивало золотое колечко. Так что официант вполне мог принять девчоночий розыгрыш за чистую монету. Во всяком случае, он попросил Рыжикову:

        - Вы не переведете, что сказала ваша подруга?
        Рыжикова с готовностью «перевела»:

        - Она желает вам, чтобы у вас все было, и вам за это ничего не было. Это традиционное пожелание жителей Барментьеры.

        - О, спасибо, спасибо…  - рассыпался официант в благодарностях.

        - По-жа-лю-сто,  - ответила Чижикова, едва сдерживая смех.

        - Вы говорите по-русски!  - восхитился официант.

        - Нимножько,  - старательно коверкала слова Юлька.  - Совсьем каплюшку. Ясик ноик?

        - А что такое ясик… э-э… носик?  - вновь посмотрел официант на Рыжикову.

        - Не «ясик носик», а «ясик ноик»,  - поправила его та.  - Это значит - «ясно».

        - Ясик ноик, ясик ноик,  - усиленно закивал Чижиковой официант.
        Но Юлька на него уже не смотрела, нацелившись вилкой в отварного осетра. Другая же Юлька принялась за печеного угря.

        - Не буду вам мешать, девочки,  - сразу закруглился официант.  - Приятного аппетита.
        И он исчез.
        А подружки принялись лакомиться рыбкой. Потом они еще заказали икорки. Рыжикова - черной, а Чижикова - красной. Затем отведали креветок в пикантном соусе… И все была такая вкуснятина! Но и денежек, конечно, много набежало.
        На десерт официант принес девчонкам персиковое мороженое в хрустальных вазочках.

        - Мы этого не заказывали!  - закричали в один голос Чижикова и Рыжикова.

        - За счет заведения, девочки,  - широко улыбался официант.  - Ясик ноик?

        - Ясик ноик!  - хором ответили подруги.
        Слопав халявное мороженое, они вышли на улицу. Настроение у обеих Юлек было просто великолепное. Еще бы, после такого перекусончика.

        - Клевое местечко, да, Рыжик?

        - Ага. Классно посидели. А как ты думаешь, официант врубился, что мы его прикалываем?

        - Ни фига он не врубился,  - захихикала Чижикова.
        Рыжикова тоже захихикала.

        - Барментьера…  - сквозь хихиканье сказала она.  - Справа от Аргентины… Ой, умора.

        - «А что такое «ясик носик»?» - передразнила официанта Чижикова.
        Подружки закатились пуще прежнего.

        - Ха-ха-ха!  - заливалась Чижикова.

        - Хи-хи-хи!  - вторила ей Рыжикова.
        Девчонки даже не подозревали, что скоро им станет не до смеха.
        Глава II

«ПРЕДСКАЗЫВАЮ СМЕРТЬ»

        Полдень был не за горами. Солнце стояло в зените. А Чижикова с Рыжиковой стояли на набережной Мойки и кормили уточек. Кидали им в воду мякиш от батона. Невдалеке шумел Невский проспект.

        - Слушай, Рыжик,  - вернулась к прежнему разговору Чижикова,  - так ты идешь с нами в «ночник»?

        - Ой, Чижик, я даже не знаю.

        - Пошли. Повеселимся.

        - А нас туда пустят?

        - Конечно, пустят. В ночные клубы с восемнадцати лет пускают.

        - Ты думаешь, мы тянем на восемнадцатилетних?

        - В этом прикиде - не тянем. Но мы же намажемся, накрасимся…

        - Наштукатуримся,  - подхватила Рыжикова.

        - Вот именно! Да мы будем выглядеть на двадцатник, не меньше!
        Девчонки дружно засмеялись.

        - А во сколько вы идете?  - спросила Рыжикова.

        - Тоха должен мне звякнуть. Тогда и договоримся. Но я думаю, часиков в десять.

        - Хорошо. Я тоже пойду.

        - Ура-а!  - запрыгала Чижикова.  - Ну мы там с тобой дадим жару! Оторвемся на полную катушку!

        - Это точно.

        - С Тохой познакомишься.

        - Где же все-таки я его могла видеть?  - вновь попыталась вспомнить Рыжикова.

        - Вот сегодня у него и спросишь. Может, и он тебя где-нибудь видел.
        Девчонки направились к Невскому.

        - Ой, гляди, Чижик,  - со смехом воскликнула Рыжикова.  - Прикол какой!

        - Где?  - завертела головой Чижикова.

        - Да вон…  - тыкала Рыжикова пальцем в сторону большой вывески:


        МАГИЧЕСКИЙ САЛОН ГОСПОЖИ ТЕРЕЗЫ

        А чуть ниже было написано:


        ПРЕДСКАЗЫВАЮ СМЕРТЬ.
        КТО ЖЕЛАЕТ УЗНАТЬ, КОГДА ОН УМРЕТ,
        МОЖЕТ ОБРАТИТЬСЯ В НАШ САЛОН.
        ИССЛЕДОВАНИЕ ПЛАТНОЕ. ТАЙНА ГАРАНТИРУЕТСЯ.


        - Давай зайдем,  - предложила Чижикова.

        - Ой, нет,  - поморщилась Рыжикова.

        - Ну давай, Рыжик. Узнаем, когда умрем. Это же Прикольно.

        - Не хочу.

        - Ну-у Ю-у-ль…  - заканючила Чижикова,  - ну пожа-а-а-алуйста…

        - Отстань!

        - Ну Юлечка, солнышко… Ну ради меня…

        - Отстань, я тебе сказала.

        - Не отстану.

        - Да они ж, наверное, офигенные деньги дерут.

        - Я за все заплачу.

        - Нет, все равно не пойду,  - ответила Рыжикова, ощущая в душе какое-то нехорошее предчувствие.

        - Ах, так!  - мстительно вскричала Чижикова и легко запрыгнула на низкий парапет набережной.

        - Эй-эй!  - предостерегающе окликнула ее Рыжикова.  - Смотри в Мойку не плюхнись.

        - Специально плюхнусь, если не пойдешь,  - пригрозила Чижикова и чуть было действительно не упала в воду.  - Ой, мамочки!  - заверещала она, теряя равновесие.
        Рыжикова вовремя сдернула подругу с парапета.

        - Шизанутая!

        - Да, я шизанутая,  - подтвердила Чижикова.  - Сейчас по-настоящему в Мойку прыгну, если не согласишься.

        - Ну ладно,  - нехотя уступила Рыжикова.  - Идем в твой дурацкий салон.

        - Йес!  - радостно завопила Чижикова.  - Вот увидишь - это будет круто!

        - Угу,  - буркнула Рыжикова, чувствуя, как на душе становится все тоскливее. И главное, непонятно - почему?
        Магический салон напоминал офис преуспевающей фирмы: дорогая офисная мебель, дорогая оргтехника… Навстречу девчонкам шагнул мужчина в дорогом костюме.  - Здравия желаю!  - по-военному поздоровался он.

        - Здрасте,  - ответили ему обе Юльки.

        - Я секретарь госпожи Терезы. Чем могу служить?

        - Мы хотим узнать, когда умрем,  - запросто брякнула Чижикова.

        - Это стоит пятьдесят долларов.

        - Пятьдесят?  - обалдели подружки.

        - Так точно!

        - За двоих?  - уточнила Рыжикова.

        - Никак нет! С каждой.

        - Что-то больно много берете,  - заметила Чижикова.

        - А вы хотите столь ценную информацию бесплатно получить?

        - Что уж в ней такого ценного?  - спросила Рыжикова.
        Секретарь объяснил:

        - Зная день своей смерти, вы можете грамотно спланировать оставшуюся жизнь. Не спеша подобрать местечко на кладбище, заказать памятник… Да и вообще пожить в свое удовольствие.

        - А ваш салон гарантию дает?  - спросила Чижикова.

        - Так точно. Если в течение двух недель со дня предсказания клиент не умирает - деньги возвращаются.

        - Ладно, уговорили…  - Юлька протянула секретарю стодолларовую купюру.  - За двоих.

        - Госпожа Тереза вас сейчас примет,  - сказал секретарь, пряча деньги. И добавил: - Вам еще повезло, девочки. Многие по году ждут приема. Госпожа Тереза - очень занятой человек.
        Он нажал кнопку переговорки.

        - Да, Жорж?  - послышался хрипловатый женский голос.

        - К вам клиентки, Тереза Михайловна.

        - Пусть заходят.

        - Слушаюсь!  - И девчонкам: - Проходите, пожалуйста.
        Подружки прошли в соседнюю комнату. И словно бы попали в другой мир. Звуки улицы, дневной свет…  - все это осталось за дверью. Девчонки очутились в сумрачном помещении. На черном столике стоял черный подсвечник с тремя горящими свечами, тоже черными. И лежал череп-пепельница.
        Госпожа Тереза курила тонкую сигару. Это была уже немолодая женщина с ядовито-зелеными волосами, кроваво-красными губами и мертвенно-синими ногтями.

        - О-о,  - томно промолвила она,  - какие прелестные девочки. Присаживайтесь, крошки,
        - указала дымящейся сигарой на два черных стула.
        Девчонки сели.

        - Вы экстрасенс?  - бойко поинтересовалась Чижикова.

        - Нет, дорогуша,  - ответила госпожа Тереза.  - Я ведьма.

        - Настоящая ведьма?

        - Да уж не игрушечная.

        - И вправду можете предсказать, когда человек умрет?

        - Легко, детка. У меня по этой части ба-а-льшой опыт. Я ведь сама в детстве два раза умирала. Первый раз - в пять лет, в реке утонула. Второй раз - в пятнадцать, под машину угодила.

        - А-а, так вы пережили клиническую смерть,  - поняла Чижикова.  - Я про это читала. Вы увидели яркий-яркий свет, а потом попали в длинный-длинный тоннель, да?
        Госпожа Тереза выпустила в потолок колечко дыма.

        - Какие глубокие познания о смерти в столь юном возрасте.

        - А что, разве не так?

        - Нет, милая. Я увидела маленькую девочку в белом платьице. Это и была моя Смерть.

        - Девочка-Смерть?  - удивилась Чижикова.

        - Да, девочка-Смерть,  - подтвердила госпожа Тереза.  - К взрослым приходит взрослая Смерть. А к детям - детская Смерть. У Смерти много обличий…

        - Я фигею,  - сказала Чижикова.
        А Рыжикова молчала. Хорошее настроение у нее улетучилось еще на улице, а сейчас в душу вползал самый настоящий страх. Она жалела, что поддалась на уговоры подруги и пошла в магический салон.
        Чижикова продолжала вовсю любопытничать:

        - Страшно было умирать?

        - Вовсе нет,  - отвечала госпожа Тереза.  - Даже приятно…
        У Рыжиковой холодок по спине пробежал от этих слов. А Чижиковой хоть бы что. Захихикала.

        - «Приятно»? Ну вы загнули.

        - Нисколько. Смерть - самое прекрасное, что есть на свете.

        - Однако вы живы,  - с подколом отметила Чижикова.

        - Ничего подобного. На самом деле я мертвая.
        И от этих слов у Рыжиковой холодок по спине пробежал. А Чижикова опять захихикала.

        - Все-то вы сочиняете,  - прямо заявила она.  - Мы вам не верим. Да, Рыжик?

        - Ага,  - выдавила из себя Рыжикова.

        - Верить или не верить - дело ваше,  - невозмутимо ответила госпожа Тереза, сбив пепел сигары в череп-пепельницу.

        - А докажите, что вы ведьма,  - начала по обыкновению прикалываться Чижикова.  - Наколдуйте чего-нибудь.

        - Что именно? Я знаю десять тысяч способов колдовства.

        - Ну коне-е-чно…  - скептически протянула Чижикова.  - Вы можете по моей фотке определить, каким деревом я была в прошлой жизни, да?

        - Как раз этого я и не могу. А установить по фотографии, жив человек или нет - запросто.

        - Сейчас мы это проверим.  - Чижикова, подмигнув Рыжиковой, достала из рюкзачка фотографию своего бойфренда.  - Что вы про него скажете?..  - протянула она снимок госпоже Терезе.
        Ведьма мельком глянула на фото.

        - Только одно: он мертв.

        - А вот и нет! А вот и нет!  - торжествующе завопила Чижикова.  - Мы с ним сегодня в ночной клуб идем! Понятно вам?

        - Ты можешь идти с ним куда угодно, детка. Но этот юноша мертвый. Причем мертвый с самого рождения.

        - Как это?

        - Он родился от мертвецов.

        - От каких мертвецов?
        Госпожа Тереза равнодушно пояснила:

        - От живых родителей рождаются живые дети, а от мертвых - мертвые. Так что, милочка моя, твой Тоха - мертвец.
        Тут уж Чижикова сразу и не нашлась, что ответить. Ведь имени своего парня она госпоже Терезе не называла. Повисла пауза. Ведьма, затянувшись напоследок, кинула сигару в пепельницу.  - Давайте-ка, красавицы, перейдем к делу. Вы, я так понимаю, хотите узнать, когда умрете?

        - Да, хотим!  - с вызовом ответила Чижикова.

        - А вы уверены?

        - В чем?

        - В то, что вы этого хотите.

        - Да, уверены. Точно, Рыжик?
        Рыжикова кивнула, хотя она-то как раз и не была уверена.

        - Сейчас узнаете,  - с усмешкой произнесла госпожа Тереза.  - Кто первый?

        - Я!  - вскочила со стула Чижикова.

        - Разувайся, детка.

        - Зачем?

        - Я предсказываю смерть с помощью ногомантии.

        - А что это такое?

        - Гадание по ноге.

        - А по какой ноге вы будете гадать? По левой или по правой?

        - По левой.
        Чижикова сняла левый ботинок. С минуту ведьма изучала линии Юлькиной ступни. Потом сказала:

        - Ты, дорогуша, проживешь сто один год.

        - Я фигею!  - присвистнула Чижикова.
        Госпожа Тереза посмотрела на Рыжикову.

        - Теперь ты, лапонька… А ты, рыбка,  - обратилась она к Чижиковой,  - подожди ее за дверью.

        - О’кей!  - весело откликнулась та и не удержалась, чтоб напоследок не съязвить: - Спасибо за приятное вранье, Тереза Михална!

        - Пожалуйста,  - в тон ей ответила ведьма.
        Юлька вышла.
        А вторая Юлька осталась один на один с ведьмой.

        - Боишься меня, лапонька?  - спросила у нее госпожа Тереза.

        - С чего вы взяли?..  - занервничала Рыжикова.

        - Боишься, боишься,  - усмехалась ведьма. Поднеся подсвечник с горящими свечами чуть ли не к самому Юлькиному носу, госпожа Тереза начала пристально вглядываться в Юлькины черты.
        Рыжикова еще больше занервничала.

        - Что вы меня разглядываете?
        Ведьма не отвечала.

        - Может, мне разуться?  - спросила Юлька.

        - Не надо. Я и так вижу печать смерти на твоем лице. Увы, дорогуша, ты умрешь раньше, чем состаришься.
        Во рту Рыжиковой пересохло.

        - А… когда?

        - Сегодня.
        Бедная Юлька чуть со стула не упала от такого предсказания. Она знала, конечно, что когда-нибудь ей придется умереть. Ну там лет через семьдесят или на худой конец через пятьдесят… Но сегодня?!

        - Да, сегодня,  - повторила госпожа Тереза, словно отвечая на невысказанный Юлькин вопрос.

        - Но мне же только четырнадцать,  - пролепетала Рыжикова.

        - Это не имеет значения. Главное не сколько человек прожил, а сколько ему осталось. А твоя жизнь уже на исходе.

        - Но… но я же ничем не болею.

        - Умирают и не от болезней, зайка. Смерть - он всегда рядом. Можно угодить под машину, разбиться на самолете, поскользнуться, захлебнуться, подавиться… Смерть - она всегда рядом,  - повторила ведьма.

        - Вы это точно знаете?

        - Что Смерть - рядом? Абсолютно точно.

        - Нет, то, что я умру именно сегодня.
        Госпожа Тереза помедлила с ответом. И в Юлькиной душе полыхнула надежда.

        - Не точно, да?! Не точно?!

        - Ну, скажем, так - шансов у тебя почти никаких.

        - «Почти»?!  - ухватилась Рыжикова за это слово, как утопающий за соломинку.  - Значит, все-таки есть шанс?!

        - О-о-чень маленький. Но если вдруг такое чудо случится, и ты сегодня не умрешь, приходи завтра, я тебе сообщу новую дату смерти. Бесплатно.

        - Спасибо.  - Юлька потерянно побрела к выходу.  - До свидания,  - сказала она от дверей.

        - Скорее уж - прощай,  - поправила ее ведьма.
        На ватных ногах Рыжикова вышла из комнаты.
        В холле Чижикова вовсю кокетничала с секретарем.

        - Вы женаты?  - игриво спрашивала она.

        - Никак нет!  - отвечал секретарь.

        - Что, еще не встретили свою любовь?

        - Так точно!
        И тут Рыжикова выходит. Белая, словно снег.

        - Рыжик, что с тобой?  - кинулась к ней Чижикова.

        - Ничего. Идем отсюда.
        На улице кипела обычная жизнь. Шли прохожие. Мчались машины…

        - Ну чего она тебе там наговорила?  - добивалась Чижикова от подруги.

        - Она сказала… сказала…  - глотала Юлька слезы.

        - Что?! Что?!

        - Что я сегодня умру,  - с трудом выговорила Рыжикова. И расплакалась.
        А Чижикова рассмеялась:

        - Ой, не могу! И ты поверила в эту чушь?! Да это все лапша на курином бульоне!

        - Ты думаешь?

        - Конечно!.. Не сходи с ума, Рыжик.

        - Но она же назвала имя твоего Тохи. Вот откуда она его узнала?! Откуда?!

        - Да это какой-то фокус, в который мы просто не въехали. Не бери в голову.  - Чижикова глянула на часы и ужаснулась: - Я фигею - половина пятого! Было же двенадцать!

        - Ага,  - подтвердила Рыжикова. Она тоже помнила, что в салон они вошли около двенадцати. Находились девчонки там от силы полчаса. Тем не менее часы у обеих Юлек показывали шестнадцать тридцать.

        - Тогда нам пора по домам,  - сказала Чижикова.  - Готовиться.

        - К чему?  - не поняла Рыжикова.

        - Здрасте, приехали. Ты что, забыла? Мы же сегодня в «ночник» идем.
        Рыжикова и впрямь забыла. А теперь и настрой был не тот.

        - Я, наверное, не пойду, Чижик.

        - Из-за этой двинутой тетки? Ну ты даешь, Рыжик. Не думала, что ты такая суеверная.

        - Да я не суеверная…

        - Суеверная, суеверная,  - настаивала Чижикова.  - Вот на таких дурочках, как ты, всякие шарлатаны денежки и делают.
        Хотела Рыжикова ответить, что это ведь Чижикова затащила ее в салон и сто долларов выложила. Но вместо этого сказала:

        - Может, госпожа Тереза и шарлатанка, но сглазить она меня вполне могла.

        - Да, сглазить могла,  - согласилась Чижикова.  - В общем, смотри сама, Рыжик. В принципе можем и завтра в «ночник» закатиться.

«До завтра надо еще дожить»,  - невольно подумала Рыжикова.

        - О, моя маршрутка!  - воскликнула Чижикова.  - Я побежала. А вечерком я тебе звякну. Вдруг ты передумаешь. О’кей?

        - О’кей.

        - Пока! Увидимся!
        И Чижикова помчалась к маршрутному такси, даже не подозревая, что вместо ночного клуба она попадет в морг.
        Глава III


        КУКОЛЬНИК

        Дома Чижикова накрасилась, намазалась и наштукатурилась.

        - Классный видок!  - сказала она своему отражению.
        Плюхнувшись в кресло, Юлька нацепила наушники и врубила плеер. Стала раскачиваться в такт зазвучавшей мелодии. Чижикова не боялась пропустить Тохин звонок. У нее был автоответчик. Но время шло. А Тоха не звонил.

«Вот блин,  - подумала Юлька. Обычно она первая парням не звонила. Слишком жирно для них. Но в данном случае ситуация была иной. Тоха обещал позвонить - и не звонил… А вдруг с ним что-то случилось?
        Прождав еще с полчасика, Чижикова не вытерпела. Позвонила сама.

        - Майор Гвоздь на проводе!  - чеканно ответил ей мужской голос.
        Юлька явно попала не туда. Сбросив звонок, она вновь набрала Тохин номер.

        - Майор Гвоздь на проводе!  - отчеканил все тот же голос.
        Чижикова в третий раз попыталась дозвониться до Тохи.
        И опять на проводе оказался майор Гвоздь.

«Вот блин!» - привычно подумала Юлька. А вслух спросила:

        - Простите, у вас какой номер?

        - А ты какой набираешь?  - вопросом на вопрос ответил майор.
        Чижикова сказала.

        - А зовут тебя как?  - продолжал задавать вопросы неведомый Гвоздь.

        - Предположим, Юля. А что?

        - Ты, наверное, с Антоном хотела поговорить?

        - Да,  - несколько растерялась Чижикова.

        - Когда ты с ним виделась в последний раз?

        - Вчера.

        - Где?
        Это уже походило на допрос.

        - Вам-то не все равно?  - вызывающе произнесла Юлька.  - Позовите Антона.

        - К сожалению, он не может подойти.

        - Почему?

        - Его убили сегодня утром.

        - Как убили?!  - ахнула Чижикова.

        - Из пистолета.

        - Из какого пистолета?

        - Автоматического. Системы «Макаров».
        У Юльки голова кругом пошла.

        - А кто его убил?

        - Маньяк один. По прозвищу Кукольник.

        - Кукольник…  - машинально повторила Чижикова.

        - Так точно. Он на месте преступления всегда куклу оставляет. Это у него такая визитная карточка.

        - Он и Антону куклу оставил?  - автоматом спросила Юлька.

        - Так точно,  - подтвердил Гвоздь.  - Куклу Барби. Мы поэтому и догадались, что это его рук дело.

        - Это не его рук дело. Куклу Барби я Антону подарила.

        - Вот так номер, чтоб я помер!  - воскликнул майор.  - А зачем ты взрослому парню куклу подарила?

        - Прикололась…  - вздохнула Юлька.

        - Хм-м,  - промычал Гвоздь.  - Выходит, Кукольник здесь ни при чем. Я сразу и подумал: странно как-то…

        - Что - странно?

        - Кукольник специализируется на четырнадцатилетних девочках. И обычно орудует не пистолетом, а шприцом.

        - Шприцом?

        - Так точно. Делает жертве укол ламинола. Та отрубается. И Кукольник ее сжирает. Живьем.

        - Я фигею!  - вырвалось у Чижиковой.  - Он что, людоед?

        - Так точно,  - в очередной раз подтвердил Гвоздь.  - Маньяк-людоед… Тебе, кстати, Юля, сколько лет?

        - Четырнадцать.

        - Значит, он и тебя может слопать,  - сделал вывод майор.  - Поэтому будь начеку.

        - Буду,  - пообещала Юлька и замолчала, не зная, что еще сказать.

        - Петр Трофимыч,  - прозвучал в трубке чей-то голос в отдалении,  - прикажете тело в морг отправлять?

        - Ну а куда ж еще?  - ответил майор и вновь обратился к Чижиковой: - Юля, а ты не могла бы завтра подъехать в морг номер семь?

        - Зачем?

        - На опознание. Таков порядок.

        - Хорошо, я приеду.

        - Он находится на перекрестке улиц Бабеля и Врубеля. Знаешь, где это?

        - Знаю. Я рядом живу.

        - Правда?  - обрадовался майор.  - Тогда подходи прямо сейчас. Через часок. Договорились?

        - Договорились.

        - Вот и отлично! До встречи в морге.
        Чижикова положила трубку. И сама легла. На диван. Закрыла глаза. Перед ее мысленным взором сразу же возник образ улыбающегося Тохи. Никогда она его больше таким не увидит. Юлька протяжно вздохнула. Да, жизнь полна сюрпризов. И не всегда приятных.
        Прошло полчаса. Пора было идти в морг.
        Чижикова встала и пошла.
        Столько раз она пробегала по улице Врубеля и даже не подозревала, что низкое здание между магазинами «Фото» и «Охота» - морг.
        У входа висела табличка:


        ГОРОДСКОЙ МОРГ № 7

        Из глубины морга слышалась музыка. Отнюдь не похоронная.
        Звонок отсутствовал. Юлька постучала. Дверь открыл подвыпивший мужчина.

        - Морг закрыт!  - весело сообщил он Чижиковой.  - У нас свадьба!

        - Какая свадьба?  - опешила Юлька.

        - Директор морга женится. Слышишь?..  - Мужчина приоткрыл пошире дверь.

        - Горь-ко! Горь-ко!  - скандировал нестройный хор.

        - А вам не привозили…  - начала было Чижикова.
        Но мужчина ее перебил:

        - Нам никого не привозили. Мы уже третий день гуляем.
        Юлька вернулась домой. И сразу увидела мигающий индикатор автоответчика. Кто-то оставил сообщение, пока она отсутствовала.
        Чижикова нажала кнопку. И ушам своим не поверила.

        - Приветик, Чижик-Пыжик,  - зазвучал Тохин голос.  - Появишься - звякни. Жду ответа, как электрик света.
        Юлька с колотящимся сердцем набрала номер.

        - Алло,  - сказал Тоха.

        - Антон, это ты?  - все еще не верилось Чижиковой.

        - Ну а кто же.

        - Я фигею…

        - А что такое?  - не понимал Тоха.

        - Сейчас расскажу.
        И Юлька рассказала.

        - Нет, ты представляешь…  - никак не могла она успокоиться.

        - Да-а, круто тебя прикололи.

        - Прикололи?

        - Конечно. Ты не туда попала, а там какой-то прикольщик сидит.

        - Но этот майор Гвоздь назвал твое имя.

        - Ты скорее всего первая назвала.

        - Ничего подобного. Он сказал: «Ты с Антоном хочешь поговорить?»

        - Значит, совпадение. Фамилию мою ты ему не называла?

        - Я ж ее не знаю.

        - Ну вот. Выходит, просто имена совпали.

        - Так ты думаешь, это прикол?

        - Уверен.

        - А может, и вправду какой-нибудь Кукольник убил какого-нибудь Антона?

        - Вряд ли. Я бы знал про этого Кукольника. Ведь я всю криминальную хронику по телику смотрю.
        Чижикова успокоилась.

        - В «ночник»-то идем?  - спросила она.

        - А как же. Я для того тебе и звонил.

        - А почему так поздно?  - с притворной суровостью осведомилась Юлька.

        - Угадай с трех раз.

        - И не подумаю. Быстро говори.

        - Я искал тебе подарок.

        - Какой подарок?

        - В честь нашего знакомства. Сегодня ровно неделя, как мы познакомились.

        - И что ты мне подаришь?  - заулыбалась Чижикова.

        - Не скажу.

        - У-у,  - надула губы Юлька.

        - Чего «у-у»?

        - Ну скажи, Тошка.

        - Не скажу, не скажу, не скажу,  - дурачился Антон.

        - Ах ты, поросенок,  - любовно обозвала его Юлька.
        В общем, поболтав в этом духе еще минут пять, они договорились о встрече. Чижикова выскочила в коридор. Но на полпути к лифту вспомнила о Рыжиковой. О том, что обещала ей позвонить. Вернулась. Набрала номер.

        - Чего надо?  - ответил ей противный мужской голос. Юлька явно опять попала не туда. Потом что никаких мужских голосов, тем более противных, в квартире у Рыжика быть не могло.
        Сбросив звонок, Чижикова вновь набрала номер.

        - Чего надо?  - услышала она все тот же голос.
        История повторялась…

        - Извините, у вас какой номер?  - спросила Юлька.

        - Не знаю я, какой здесь номер,  - пробурчал тип.  - А ты кому звонишь-то?

        - Подруге,  - ответила Чижикова и хотела положить трубку.
        Но тип сказал:

        - Ну есть тут одна девка. С бородавкой на шее.
        Юлька ощутила укол беспокойства. У Рыжика как раз под правым ухом была родинка.

        - Позовите ее,  - осторожно попросила Чижикова.

        - Она дрыхнет.

        - Что?

        - Что слышала. Я ей сделал ма-а-ленький такой укольчик. И она сразу отрубилась. Ха-ха-ха…  - разразился тип жутковатым смехом.

        - Дебил!  - крикнула Юлька и бросила трубку.
        Телефон тут же зазвонил.

        - Алло,  - сказала Чижикова.

        - Ты чего трубку бросаешь, финтифлюшка?  - прорычал тип.  - Сейчас я к тебе в гости приду. Поняла?..
        Юлька молчала. А тип продолжал:

        - Вот только скушаю твою подружку и сразу к тебе. С куколкой. Ты ведь любишь играть в куклы?

        - Вы кто?  - медленно спросила Чижикова.

        - Пожиратель девочек! Ха-ха-ха…
        Глава IV
        У СТРАХА ГЛАЗА ВЕЛИКИ

        Не успела Чижикова умчаться на маршрутке, как Рыжикова, переходя дорогу, чуть было не угодила под другую маршрутку. Взвизгнули тормоза.

        - Куда прешь, трата-та-та-та!  - заорал на Юльку водитель, щедро пересыпая свою речь ругательствами.  - Глаза дома забыла, тра-та-та-та-та!.. Не видишь, что ли - красный горит, тра-та-та-та!..

        - Извините,  - пискнула Рыжикова и юркнула в ближайшую подворотню.
        Села во дворике на скамейку успокоиться.

«Вот ведьма проклятая,  - думала Юлька.  - Накаркала…»
        Посидев с минутку, но так и не успокоившись, Рыжикова пошла домой. Настроение у нее было на нуле. А дома, как назло, никого. Раньше Юльку это только радовало. Родичи, откровенно говоря, напрягали. Но сейчас Рыжикова предпочла бы, чтоб родители были дома. Ей не хотелось возвращаться в пустую квартиру.
        Юлька поднялась на свой двенадцатый, последний этаж и вставила ключ в замочную скважину. Когда она открывала дверь, в голове мелькнула дурацкая мысль, что в квартире ее поджидает убийца. Рыжикова с опаской вошла в прихожую. Убийцы не было.

«Ну, идиотка»,  - обругала себя Юлька. Надо было срочно как-то успокоиться. И Рыжикова поняла как. Нужно закусить. Тогда настроение снова станет о’кей… Юлька прошла на кухню, сварила себе полпачки вареников с картошкой, обильно полила их сметаной и собралась уже есть… Но тут в ее ушах зазвучал голос госпожи Терезы:
«Смерть всегда рядом, зайка. Можно угодить под машину, разбиться на самолете, поскользнуться, захлебнуться, подавиться…»
        Подавиться!
        Рыжикова тотчас отложила вилку. Под машину она сегодня уже чуть было не угодила. А сейчас вполне могла подавиться вареником… И хоть Юльке сильно хотелось есть, она отодвинула тарелку в сторону - потому что жить ей хотелось еще сильнее.
        Чтобы как-то отвлечься, Рыжикова решила посмотреть телевизор. Но в последний момент передумала. Еще, чего доброго, телик взорвется. Нет уж, лучше не рисковать… Ну а что тогда делать? Спать лечь? А если сердце во сне остановится?.. От всех этих дурацких мыслей у Юльки даже голова разболелась. «А вдруг у меня опухоль в голове?..» - мелькнула очередная дурацкая мысль. Неожиданно в форточку влетел воробей. «Чик-чирик»,  - весело прочирикал он и вылетел на улицу. У Рыжиковой ноги от страха подкосились. Она с первого класса знала эту примету: если в квартиру залетит воробей, то в квартире обязательно кто-то умрет. А кто может умереть в Юлькиной квартире? Только она, Юлька… От жалости к себе у Рыжиковой навернулись слезы на глаза. Юлька бросилась в спальню и зарылась лицом в подушку. Лежит, а сама думает с опаской: «Сейчас из-под кровати высунется лохматая рука и начнет меня душить…» Но это уже было чересчур. Рыжикова малость опомнилась. И пошла в ванную. Ванна, как и еда, всегда приводила Юльку в хорошее расположение духа.
        Правда, войдя в ванную комнату, Рыжикова подумала: «Как бы не захлебнуться». Но, решительно отбросив эту мысль, открыла кран.
        Тотчас в ванну хлынула… кровь.
        Рыжикова истошно завизжала, лишь в следующую секунду сообразив, что это просто ржавая вода. «Дура ненормальная»,  - обозвала себя Юлька.
        Пропустила ржавую воду, набрала чистую. Налила пены. И погрузилась в эту пену… Ах, как кайфово!
        Сразу же все черные мысли стали не такими уж и черными, будто в ванне отмылись.
«Правильно Чижик говорит,  - блаженно жмурясь, думала Рыжикова,  - все это лапша на курином бульоне…»
        Она уже почти совсем успокоилась и даже начала задремывать в теплой водичке, как вдруг наверху раздались шаги. Кто-то прошел по потолку. То есть по чердаку. Рыжикова машинально глянула вверх, и от ужаса у нее округлились глаза и рот. Потому что из вентиляционного отверстия на нее глядело… мертвое лицо.
        Дико заорав, Рыжикова пулей выскочила из ванны и помчалась в спальню, нырнув там с головой под одеяло. Но под одеялом было еще страшнее, и Юлька, недолго думая, забралась под стол.
        В этот момент затрезвонил дверной звонок: дзинь-дзинь-дзинь…
        Рыжикова подкралась к дверям и глянула в «глазок». На лестничной площадке стоял Василь Василич Васичкин - председатель их кооперативного дома. Рыжикова обрадовалась ему, как родному.

        - Одну минуточку!  - крикнула она.
        Быстренько оделась и открыла дверь.

        - Здрасте, Василь Василич.

        - Добрый вечер, Юля,  - степенно ответил председатель.  - Я заявки на ремонт собираю. У вас трубы не протекают?

        - Вроде не протекают.

        - Дай-ка я все же гляну.

        - Пожалуйста.
        Василь Василич вошел в прихожую.

        - Ты что, одна дома?

        - Ага. Родители в отпуск уехали.

        - Надолго?

        - На месяц.

        - Понятно…
        Васичкин прошел по комнатам, пощупал батареи.

        - Да, у вас порядок.
        Заглянул в туалет.

        - Тут тоже порядок.
        Вошел в ванную…
        Рыжикова замерла. Вот сейчас… Ей почему-то казалось, что Василь Василич, как и она, завопит от страха.

        - И здесь порядок,  - сказал председатель.

        - А вентиляция?..  - затаив дыхание, спросила Юлька.

        - Да, с вентиляцией непорядок,  - согласился Васичкин.  - Что же вы вентиляционную решетку не поставите?

        - Папа давно собирается, но никак не соберется,  - объяснила Рыжикова, думая с изумлением: «Неужели он не видит мертвого лица?»
        Василь Василич вышел из ванной.

        - А зачем вы куклу в вентиляцию засунули?

        - Какую куклу?  - не поняла Юлька.

        - Вон ту,  - снова открыв дверь, показал председатель.
        Рыжикова боязливо заглянула в ванную. То, что она приняла за мертвое лицо, и впрямь было лицом, но не мертвым, а кукольным. Вот что значит - у страха глаза велики.

        - Мы ничего не засовывали,  - сказала Юлька.  - Наверное, кто-то со стороны чердака сунул. Видите, она вниз головой сунута.

        - Хм,  - озаботился Васичкин.  - Кто ж это мог сделать? Ключ от чердака только у меня.

        - А вы сегодня были на чердаке?

        - Нет, не был.

        - Там кто-то ходил.

        - Когда?

        - Минут пять назад.
        Председатель еще больше озаботился:

        - Может, бомж какой поселился?..

        - Вы же говорите, ключ от чердака только у вас.

        - Ну, мало ли, другой подобрал… У тебя фонарик есть?

        - Есть.

        - Давай его сюда. Счас поглядим, кто там бродит.
        Юлька замялась.

        - Да ты не бойся,  - засмеялся Василь Василич.  - Если что, в обиду не дам. Во у меня кулачище какой…  - И председатель продемонстрировал Рыжиковой свой здоровенный кулак.

        - А разве на чердаке нет света?

        - В том-то и дело. Проводка полетела. А мне как раз сегодня надо чердачные трубы осмотреть. Пошли, посветишь.
        Как только они вошли на чердак, под ноги Рыжиковой метнулась черная тень.

        - Это же кошка,  - со смехом сказал Василь Василич.  - Ты чего, Юль?

«И правда, чего это я?» - конфузливо подумала Рыжикова.
        Васичкин, светя фонариком, уверенно зашагал в глубь чердака. В самый мрак.
        Юлька двинулась следом.

        - У тебя, Юля, уже каникулы?  - на ходу интересовался Василь Василич.

        - Да, каникулы.

        - А ты в какой класс перешла?

        - В восьмой.

        - Значит, тебе четырнадцать?

        - Ага, четырнадцать.

        - Мой любимый возраст,  - сказал председатель. Вокруг становилось все темнее и темнее.

        - А весишь ты сколько?  - продолжал интересоваться Васичкин.

        - Что?  - не поняла Рыжикова.

        - Вес у тебя какой?

        - Сорок пять килограммов. Но сейчас я немного пополнела.

        - Хорошо, что пополнела,  - заметил Василь Василич.  - И вообще ты хорошая девочка…
        - Председатель вдруг резко остановился.  - Это еще что такое?..
        Последние слова Васичкина относились к деревянному ящику, стоящему у трубы.

        - Ну-ка, посвети.  - Василь Василич передал фонарь Юльке. А сам откинул крышку.

        - Е-мое!  - воскликнул он, заглянув в ящик.
        Рыжикова тоже глянула и ахнула. Ящик был доверху забит… гробиками. Малюсенькими, прямо-таки кукольными. Председатель достал один и открыл. Внутри, словно покойница, лежала кукла.

        - Теперь мне понятно, кто тут обосновался,  - мрачно произнес Васичкин.

        - Кто?  - спросила Юлька.

        - Кукольник.

        - Кто-кто?

        - Кукольник,  - повторил председатель и, видя Юлькино недоумение, прибавил: - Ты что, не слышала, что у нас в Питере орудует маньяк по кличке Кукольник?

        - Нет, не слышала.

        - Ну ты даешь. О нем весь город говорит. Кукольник охотится за четырнадцатилетними девочками. И оставляет на месте преступления такие вот гробики с куклами.

        - Кошмар какой,  - поежилась Рыжикова.

        - Еще бы, ведь он их пожирает.

        - Кого - кукол?

        - Нет, девочек. Делает им укол, а после съедает. Заживо.

        - Кош-ш-мар…  - повторила Юлька, боязливо озираясь.  - А вдруг этот маньяк-людоед сейчас где-то здесь?

        - Не вдруг, а точно здесь,  - со смешком ответил Василь Василич.  - Будем говорить откровенно, Юля. Я и есть маньяк Кукольник.

        - Вы шутите?  - неуверенно произнесла Рыжикова.

        - Нет, финтифлюшка, не шучу,  - оскалился Васичкин в мерзкой улыбочке.  - Сейчас я тебя сожру. А косточки на помойку выкину.
        Юльку сковал ледяно ужас. «Помогите!» - хотела крикнуть она, но с губ сорвался лишь сиплый писк.
        Кукольник неотвратимо надвигался.

        - Из тебя получится отличное блюдо, пупсик…

        - Нет,  - прошептала Рыжикова.

        - Да,  - ухмылялся маньяк.  - Я сделаю тебе ма-а-ленький такой укольчик,  - он достал шприц.  - Но ты не бойся, это не больно. Раз - и все.

        - Нет, нет,  - повторяла Юлька, сжимаясь в комочек.

        - Да, да!  - захохотал Кукольник и занес над Юлькой шприц. Рыжикова обреченно закрыла глаза. «Вот оно - ведьмино предсказание…» - успела подумать она и, ощутив укол, провалилась в кромешную тьму.
        Глава V
        НОЧНОЙ КЛУБ «ВЕСЕЛЫЙ МОГИЛЬЩИК»

        Чижикова лихорадочно набрала номер Антона.

        - Тоха!  - закричала она в трубку.  - Я только что звонила своей подруге и…  - Юлька начала с волнением рассказывать.

        - Ты, наверное, опять к тому же придурку попала,  - выслушав ее, сказал Антон.

        - А почему я все время к нему попадаю?

        - Это ты у меня спрашиваешь?  - хмыкнул Тоха.  - Позвони на телефонную станцию. Пусть они линию проверят.

        - А что, если на Рыжика и правда маньяк напал?

        - На какого Рыжика?

        - Ну, на мою подругу.

        - Ой, перестань.

        - Прямо отстой какой-то,  - возмущалась Чижикова.  - Тебе звоню - майор Гвоздь отвечает. Рыжику звоню - Кукольник. Кстати,  - вспомнила она,  - этот Гвоздь как раз и говорил про маньяка Кукольника.

        - Нет в Питере никаких Кукольников.

        - Может, просто не сообщают.

        - Про маньяка-людоеда? Да про него бы во всех газетах писали, на первых полосах… Я же говорю - тебя просто-напросто прикололи.

        - А про родинку он откуда знает?

        - От балды сказал, и случайно совпало.

        - Твое имя случайно совпало, родинка совпала…  - перечислила Чижикова.  - Больно много совпадений.

        - А ты считаешь, что твою подругу убил Кукольник и сейчас к тебе идет?

        - Не знаю.

        - Ну, хочешь, я ей со своего телефона звякну?

        - Ой, звякни, пожалуйста, Тошенька.
        Антон «звякнул».

        - Там трубку никто не берет,  - минуту спустя сообщил он.

        - Может, мне к ней сходить?

        - Конечно, сходи,  - иронично согласился Тоха.  - В морг ведь ты ходила? Почему бы тебе и к подруге не сходить, раз ты такая дурочка.

        - Да я не дурочка. Просто я чего-то дергаюсь.

        - А ты не дергайся,  - посоветовал Антон.

        - Легко сказать… Вот псих ненормальный,  - разозлилась Юлька на «прикольщика».  - Нашел себе развлечение…

        - Ладно тебе. Как будто ты сама так не прикалывалась.

        - Я?!  - возмутилась Чижикова.  - Никогда в жизни!

        - А кто мне про прикол с ушками рассказывал?..
        Юлька фыркнула. Да, было такое. Они с Рыжиком набирали первый попавшийся номер и спрашивали: «Квартира Зайцевых?» Им, естественно, отвечали: «Нет».  - «А почему тогда ушки из трубки торчат?» - хихикали подруги. Но одно дело прикалываться про ушки, и совсем другое - про убийства. А потом еще перезванивать и угрожать.

        - Интересно, откуда этот тип знает мой номер?
        Антон демонстративно вздохнул:

        - О-хо-хо. Ты, Чижик-Пыжик, просто супердура.

        - Почему?

        - Потому. Ты ж ему звонила. А у него наверняка АОН [3] стоит.

        - Ой, верно,  - дошло до Чижиковой.  - Эх, жаль, у меня АОНа нет. А то бы мы его вычислили и рожу начистили, чтоб больше так не прикалывался.

        - Слушай, мы идем сегодня в «ночник»?!  - сменил Тоха тему.

        - Да идем, идем…

        - Тогда до встречи.

        - Пока.

«А, ладно,  - решила Юлька, положив трубку,  - вернусь из «ночника» и сразу Рыжику перезвоню…»
        И она поехала на свидание.

        - Потрясно выглядишь,  - сделал ей комплимент Антон, когда они встретились.

        - Ты тоже.
        Тоха протянул наручные часы.

        - Это тебе. Подарок.

        - Ча-а-сики?  - разочаровалась Юлька.

        - А ты что хотела? Ключи от иномарки?

        - Да нет. Но у меня же есть будильник,  - показала она на свои наручные часы.

        - Это не простой будильник, а с маячком. Смотри…  - Антон стал показывать: - Видишь, сюда встроена система GPS. Определение местоположения. Если ты потеряешься, то с помощью этих часов тебя всегда найдут.
        Чижикова другими глазами взглянула на подарок.

        - Ух ты! Супер-пупер!  - Она чмокнула Тоху в щеку.  - Спасибо, Тошенька. Ты чудо.
        И, взявшись за руки, ребята пошли в ночной клуб.
        По дороге Юлька принялась рассказывать Антону, как они с Рыжиком посетили магический салон госпожи Терезы.

        - Представляешь, ведьма посмотрела на твою фотку и говорит: «Он мертвец».

        - Да, я мертвец. У-у-у…  - дурашливо завыл Тоха.

        - Между прочим, она тебя где-то видела.

        - Кто? Ведьма?

        - Нет, Рыжик…  - Юльку опять уколола тревога.  - Ой, а вдруг на нее все же маньяк напал, а?

        - Отдохни ты от этой мысли,  - посоветовал Антон.

        - Да я понимаю, что это туфта,  - оправдывалась Юлька.  - Но все равно как-то неприятно.

        - А ты неприятное преврати в приятное.

        - Как?

        - Улыбнись, и все будет о’кей.
        Рыжикова улыбнулась.

        - У тебя очень красивая улыбка,  - сказал Тоха.

        - А ты сегодня очень милый,  - не осталась в долгу Юлька.

        - Только сегодня?  - понарошку возмутился Антон.  - А в другие дни?

…Болтая о том о сем, они все дальше и дальше удалялись от центра.

        - Завтра не хочешь в кинишко смотаться?  - предлагал Тоха.

        - Опять на «ужастик»?

        - Типа того. Называется «Тайны фамильного склепа».

        - Кстати!  - вспомнила Чижикова.  - Какая у тебя фамилия? А то Рыжик спросила, а я не знаю.
        Антон поморщился.

        - Мне не нравится моя фамилия.

        - Ну а все же?..

        - Не скажу.

        - Криворылов, да?  - начала прикалываться Юлька.  - Или Вонючкин?..

        - Сама ты Вонючкина.

        - А, знаю, знаю,  - хихикала Чижикова.  - Свиньин! Антон Свиньин!

        - Почти угадала.

        - Тоха, ну скажи. А то я теперь про это все время думать буду.

        - Рыбья у меня фамилия, понятно?

        - Ершов, что ли?

        - Налимов… Дурацкая, верно?

        - Да нет, нормальная фамилия,  - не согласилась Юлька.
        Они уже шли какими-то пустынными переулками. Машины исчезли. Прохожие тоже.

        - Ну ты меня и завел к черту на кулички,  - озиралась Чижикова по сторонам.  - Надо было в какой-нибудь клуб на Невском закатиться.

        - На Невском полный отстой. А я тебя веду в самый отвязный клуб Питера.

        - Ну и где твой отвязный клуб? Долго до него топать?

        - Не очень. Часика три.

        - Кончай стебаться. Сколько нам еще пилить?

        - Уже припилили.  - Антон показал на высокую ограду.  - Вот, пожалуйста…
        Юлька с недоумением смотрела.

        - Но ведь это кладбище.

        - Правильно. «Ночник» посреди кладбища и находится. Идем…  - И Тоха потянул Юльку к кладбищенским воротам. Чижикова с неохотой пошла.

        - Что-то мне здесь не нравится,  - косилась она на кресты и надгробия.

        - Брось ты, Чижик-Пыжик. Это же прикольно - ночной клуб на кладбище!
        Они прошли по одной кладбищенской дорожке, свернули на другую… Впереди показалось одноэтажное здание.

«ВЕСЕЛЫЙ МОГИЛЬЩИК»… «ВЕСЕЛЫЙ МОГИЛЬЩИК»… «ВЕСЕЛЫЙ МОГИЛЬЩИК»…  - мигала неоновая вывеска над входом.
        Клуб был стилизован под склеп. Чижикову, привыкшую к шумным дискотекам, поразила странная атмосфера клуба. Никто не топал, не хлопал, не орал; огни не мигали, музыка не грохотала… Посетители чинно танцевали парочками под довольно-таки заунывную мелодию.
        Юлька чутко потянула носом:

        - Чем это пахнет?..
        Антон тоже принюхался:

        - Ничем не пахнет.

        - Да нет. Какой-то странный запах.

        - Не выдумывай. Идем лучше что-нибудь выпьем.
        Они сели на диванчик у стены. К ним подошел официант.

        - Что будем заказывать?  - осведомился он.

        - А что вы порекомендуете?  - спросил Тоха.

        - Наш фирменный коктейль «Большой мертвец».
        Антон с улыбкой глянул на Юльку.

        - Моя девушка не употребляет спиртных напитков. Она еще маленькая.

        - Для маленьких у нас имеется фирменный коктейль «Маленький мертвец». Безалкогольный.

        - А кока-колы у вас нет?  - спросила Чижикова.

        - Есть.

        - Тогда лучше кока-колу.
        Официант удалился. Юлька посмотрела на танцующих. И обратила внимание на то, что лица у них были синеватые.

        - А почему у них лица синие?  - спросила она у Антона.

        - Освещение такое,  - объяснил Тоха. В этот момент на небольшой эстраде появились… скелеты с гитарами.

        - Ой,  - вскрикнула,  - скелеты…

        - Прикалываются ребята,  - сказал Антон.  - Загримировались.
        Один из скелетов громко объявил:

        - Дамы и господа! Сегодня для вас всю ночь поет Варвара!..
        На эстраду выбежала певица. В отличие от посетителей лицо у нее было не синее, а зеленое. Как у утопленницы. Она взяла микрофон и запела под аккомпанемент скелетов-музыкантов:
        Смерть пришла ночною порою,
        Тра-ля-ля, тра-ля-ля.
        Забрала меня с собою,
        Тра-ля-ля, тра-ля-ля…
        Скелеты-музыканты дружно подхватили:
        Тра-ля-ля, тра-ля-ля…
        Дверь, ведущая на улицу, распахнулась. В зал ворвался холодный ветер.

        - Эй, кто-нибудь!  - крикнула певица.  - Закройте дверь, а то меня ветром унесет. Буду тогда - унесенная ветром!
        Все одобрительно зааплодировали. Но дверь, похоже, никто закрывать не собирался.
        Юлька встала и подошла к выходу. На улице вовсю лил дождь. Чижикова закрыла дверь и вернулась.
        Антон протянул ей высокий стакан.

        - Прошу, Чижик-Пыжик.

        - А что это?

        - Кола. Ты же сама заказывала.

        - А почему она черная?

        - Да это стакан черный…
        Но Юлька не стала пить.

        - Ну ты и трусишка,  - засмеялся Тоха.

        - А сейчас, дороги дамы и господа,  - объявил скелет с саксофоном,  - ностальгическая композиция «Воспоминания об ушедшей жизни».
        Скелет вскинул сакс, и полилась печальная мелодия.
        К столику подошел какой-то старый хрыч. С седой бородой и седой косичкой до плеч.

        - Позвольте пригласить вас на танец,  - церемонно обратился он к Чижиковой. И, полуобернувшись к Антону, добавил: - Надеюсь, вы не возражаете, молодой человек?
        Тоха не возражал.
        Старый хрыч закружил Юльку под хриплые звуки саксофона.

        - Вам нравится это заведение?  - поинтересовался хрыч.

        - Не очень,  - призналась Чижикова.

        - Да, этот клуб довольно своеобразный. На любителя.

        - На большого любителя,  - уточнила Юлька.

        - Верно, верно. А сколько вам лет?

        - Двадцать,  - соврала Чижикова.
        Хрыч пытливо заглянул ей в глаза.

        - А если честно?

        - Ну семнадцать. А вам?

        - Семьдесят.

        - Хорошая разница,  - захихикала Юлька.

        - Да уж,  - засмеялся и хрыч.  - А вы работаете или учитесь?

        - Работаю,  - продолжала заливать Чижикова.  - Фотомоделью. А вы?.. Еще учитесь?..

        - Ага, в школе…  - подхватил шутку хрыч.  - Нет, я тоже работаю. Кочегаром в крематории.

        - Я фигею!  - поразилась Юлька.

        - А что вас так удивляет?

        - Никогда не танцевала с кочегаром из крематория.

        - А я никогда не танцевал с фотомоделью,  - в тон ей ответил старый хрыч. И спросил: - Как вас зовут, милое дитя?

        - Юля.
        Хрыч сразу погрустнел.

        - Мою дочку тоже звали Юля.

        - Почему «звали»?  - не подумав, брякнула Чижикова.

        - Она умерла.

        - Ой, извините…

        - Да нет, ничего… А меня зовут Николай Тимофеевич Угольков,  - представился хрыч.

        - Очень приятно,  - сказала Юлька и принюхалась. Опять откуда-то тянуло непонятным запахом.

        - Вам не кажется, что тут странно пахнет?  - спросила Чижикова.

        - В этом клубе всегда такой запах.

        - Какой «такой»?

        - Запах могилы,  - сказал Угольков.
        Юльку слегка покоробило.

        - Могилы?

        - Да, свежевырытой. Так пахнет сырая земля.

        - Никогда бы не подумала.

        - Это потому что вы молоды,  - с улыбкой ответил Угольков.  - Я бы даже сказал - супермолоды.  - И прибавил, уже без улыбки: - А я стар, суперстар… Впрочем, в старости тоже есть свои плюсы,  - продолжал кочегар.  - К примеру, в мои семьдесят у меня больше шансов дожить до ста, чем у вас, в ваши семнадцать. Вы согласны?

        - Ну, предположим,  - ответила Чижикова.  - И что?

        - Ничего,  - сказал Угольков. И повторил по слогам: - Ни-че-го.
        Мелодия закончилась. Угольков отвел Юльку к ее столику.

        - Благодарю за танец,  - поцеловал он ей руку. Губы у него были как лед.
        Антон куда-то запропастился. «В тубзик, наверное, пошел»,  - решила Чижикова… Зазвучала новая мелодия, тоскливее предыдущей. Пары закружились в медленном танце. К Юльке подошла та певица, что пела о смерти.

        - Можно присесть?  - спросила она.

        - Пожалуйста.
        Певица села.

        - Спасибо, что закрыли дверь,  - сказала она.  - А то у меня хроническая простуда. В земле так холодно.
        Юлька не поняла ее последней фразы. Но уточнять не стала.

        - Вам понравилось, как я пою?  - спросила певица.

        - Понравилось,  - кивнула Чижикова.  - А вас вправду, зовут Варвара?
        Певица улыбнулась:

        - Нет, конечно. Это мой сценический псевдоним. На самом деле я Соня. Соня Пардон.
        - Наклонившись к Юльке, певица быстро прошептала: - Уходи отсюда, Юля.

        - Откуда вы знаете мое имя?  - изумилась Чижикова.

        - Неважно. Уходи скорей. И больше никогда сюда не приходи.

        - А…

        - Никаких вопросов… Выйдешь в ту дверь,  - показала певица глазами на дверь с надписью «Служебный вход».  - За ней - коридор и еще одна дверь - на улицу…

        - Но…

        - И ни в коем случае не оборачивайся, когда пойдешь по коридору. Ты поняла?

        - Да…  - Юлькино изумление росло, как снежный ком.  - А что будет, если я обернусь?

        - Умрешь!
        Сказав это, певица ушла. А Чижикова осталась сидеть в полном обалдении. Глядя на посетителей клуба, так похожих на выходцев с того света, Юлька вдруг вспомнила, что на автостоянке рядом с кладбищем не было ни одной машины. Как же тогда все эти люди сюда попали? Пешком, что ли, пришли?.. И тут Чижикова ясно поняла, даже не поняла, а почувствовала, что ей надо делать ноги из этого «Веселого могильщика». И как можно скорее.
        Юлька вскочила и направилась к двери в надписью «Посторонним вход воспрещен». Толкнула ее. Вышла. И оказалась в узком коридорчике, в конце которого виднелась еще одна дверь. Чижикова поспешила к ней.

        - Чижик! Чижик!  - раздался позади голос Рыжиковой. И Юлька… обернулась.
        Глава VI
        КОЧЕГАР УГОЛЬКОВ

        Чижикова лежала в открытом гробу. Но не мертвая, а словно бы окаменелая. Она не могла пошевелить ни рукой, ни ногой, ни языком. Хотя все видела и слышала. Вокруг гроба стояли ее одноклассники и учителя… Все было до того реально, что реальнее некуда. В то же время происходящее никак не могло быть реальностью. «Это лишь сон,
        - мысленно убеждала себя Чижикова.  - Страшный сон. Сейчас он кончится, и я проснусь…» Но сон не кончался и не кончался. Выступал директор школы:

        - Сегодня мы провожаем в последний путь ученицу нашей школы Юлию Рыжикову…

        - Чижикову,  - шепотом поправила директора завуч.

        - Да-да, Чижикову,  - повторил директор.  - Семиклассницу Юлию Чижикову…

        - Восьмиклассницу,  - вновь шепнула завуч.  - Мы же ее перевели в восьмой.

        - Да-да, восьмиклассницу…  - опять исправился директор. И проникновенным тоном продолжил: - Костлявая рука смерти навсегда вырвал Рыжи… э-э… Чижикову из наших рядов. А если бы не вырвала, то Юлия наверняка бы закончила школу с золотой медалью… Поэтому,  - торжественно возвысил голос директор,  - на педсовете принято единогласное решение - вручить Юлии Чижиковой золотую медаль. Посмертно…
        Директор положил в Юлькин гроб медаль. Все зааплодировали.
        Потом выступала Раечка Козырева. Страшная зануда. Юлька ее на дух не переносила. Впрочем, как и Раечка Юльку. Но сейчас Козырева говорила совсем другое.

        - Мы с Юлечкой были лучшими подругами…  - щебетала она.

«Во врет-то»,  - возмущалась про себя Чижикова.
        Кто действительно был лучшей Юлькиной подругой, так это Рыжикова. Но ее на Юлькиных похоронах почему-то не было. Также отсутствовали и Юлькины родители.
«Значит, мне все снится»,  - успокаивала себя Чижикова. Уж родичи бы с Рыжиком точно на ее похороны пришли, если б это было наяву.

        - Кто еще хочет выступить?  - деловито осведомился мужчина в черном костюме. Видимо, похоронный распорядитель.

        - Позвольте мне зачитать телеграмму от Юлечкиных родителей,  - сказала «классная» Валентина Никифоровна.  - К сожалению, они не смогли присутствовать на похоронах. Но у них уважительная причина - служебная командировка.

        - Да, это уважительная причина,  - согласился распорядитель.  - Читайте…

«Классная» прочла:

        - «Скорбим о смерти единственной дочери. Папа. Мама». А от себя лично я хочу добавить…

        - Нет-нет,  - живо перебил ее распорядитель.  - От себя ничего не надо добавлять. Наше время уже истекло. Мы должны освободить ритуальный зал крематория для следующей церемонии.

«КРЕМАТОРИЯ!  - пронзило насквозь Юльку.  - Так вот где я нахожусь - в крематории!»
        Мутная волна страха накрыла Чижикову с головой. А что, если это все же не сон? И сейчас ее сожгут?! Юлькин мозг лихорадочно заметался в поисках выхода. А какой тут мог быть выход, если Юлька ни закричать не могла, ни даже мизинцем шевельнуть.

        - На этом траурную церемонию позвольте считать законченной,  - быстренько закруглился распорядитель.  - Память о Юлии Чижиковой навсегда останется в наших сердцах…

        - Да-да,  - закивали учителя и ученики.  - Конечно, останется.

        - Закрывай,  - приказал кому-то распорядитель. И крышка гроба закрылась… Под завывания траурной мелодии гроб стал медленно опускаться. «Ой, мамочка,  - в ужасе думала Чижикова, лежа в кромешной тьме.  - Что же сейчас будет? Или я проснусь, или сгорю, как Жанна д’Арк!»
        Но не случилось ни того, ни другого. Гроб замер. И Юлька вдруг почувствовала, что может и говорить, и шевелиться. Откинув крышку, она выскочила из гроба. И увидела… кочегара Уголькова. Он стоял у печки и шуровал в ней длинной кочергой.  - Здрасте,
        - сказала ему Чижикова.

        - Здравствуй, здравствуй,  - ответил Угольков, продолжая орудовать кочергой.  - Ну что, готова?

        - К чему?

        - К кремации.

        - К какой кремации?

        - Да ты юмористка, как я погляжу,  - фыркнул кочегар.  - Кто из нас умер?

        - А кто?  - спросила Юлька.
        Угольков нахмурился:

        - Слушай, девочка, перестань валять дурака. Имеется справка о твоей смерти. Кочегар достал мятый листок.  - Смотри - все как положено. Подпись. Число. Печать… Так что залезай в гроб.

        - Никуда я не полезу!  - уперлась Чижикова.  - Что за бред?

        - Ну как ты не понимаешь,  - начал втолковывать ей Угольков,  - раз есть свидетельство о смерти, значит, ты умерла. А раз ты умерла - я обязан тебя кремировать. Вот, читай инструкцию…  - Угольков достал еще один мятый листок. И сам же прочел: - Пункт третий: «Анонимные покойники все, без исключения, кремируются…»

        - Но я не анонимный покойник!  - воскликнула Чижикова.  - Меня зовут Юля. Так же, как вашу дочку.

        - Откуда ты знаешь, как звали мою дочь?

        - Вы же мне сами сказали в ночном клубе.
        Угольков внимательно всмотрелся в Чижикову.

        - Постой, постой… Ты Юля?.. Фотомодель?..

        - Ну да. Вспомнили?

        - Вспомнить-то вспомнил. Но все равно я обязан тебя кремировать.

        - Да почему?!

        - Да потому! Посуди сама. Придут твои родители за урной с пеплом. И что я им скажу?

        - Скажете, что я живая. Знаете, как они обрадуются!
        Угольков с сомнением покачал головой:

        - Это еще вопрос. Родители всякие бывают. Одни, может, и обрадуются, а другие директору пожалуются. Дескать, ваш кочегар не выполнил своей работы.
        Юлька уже устала от всей этой белиберды.

        - Давайте я от вас сбегу?  - предложила она.  - Тогда вы скажете директору, что покойница сбежала.

        - По инструкции покойники не имеют права сбегать,  - категорично заявил Угольков.

        - А в порядке исключения?

        - В порядке исключения, в порядке исключения,  - пробурчал кочегар.  - Что ж с тобой делать-то, ума не приложу?

        - Как - что?! Отпустите.

        - А свидетельство о рождении?.. Тьфу!.. О смерти!

        - Вы его в печку бросьте,  - нашлась Юлька.  - А потом сделайте вид, что потеряли.

        - Ладно уж,  - сдался Угольков,  - отпущу на первый раз. Но гляди, фотомодель,  - погрозил он пальцем,  - если опять в гробу увижу, точно кремирую. Согласна?
        Чижикова, конечно же, была согласна.

        - Ну, беги,  - по-доброму усмехнулся кочегар. Два раза просить Юльку не пришлось. Она выбежала на улицу и увидела, что находится в центре города. На улице Некрасова. Покосившись на табличку с надписью «Крематорий», Чижикова припустила, словно ветер. Не успела она примчаться домой, как зазвонил телефон. Юлька схватила трубку.

        - Алло!

        - Чижик!  - послышался голос Рыжиковой.

        - Рыжик!  - завопила от радости Чижикова.  - Слушай, по-моему, у меня крышу снесло,
        - мрачно сказала Юлька.

        - По-моему, у меня тоже,  - ответила Юлька.
        Глава VII
        АБРАКАДАБРА

        И вот подружки встретились. И одновременно стали рассказывать. Каждая о своем. Получилась полнейшая мешанина.
        Девчонки поняли, что надо говорить по очереди. Первой начала Рыжикова:

        - …смотрю, а из вентиляции на меня мертвец пялится.

        - Я офигеваю,  - комментировала Чижикова.

        - …гляжу, а в ящике полным-полно гробов с куклами.

        - Я обалдеваю.

        - … вижу, а у него шприц.

        - Я ошизеваю.
        Затем настала очередь Чижиковой. Она рассказала про скелетов-музыкантов в ночном клубе, про свои похороны, и про то, что кочегар Угольков собирался ее сжечь. Рыжикова выразила свое отношение к рассказу одним-единственным словом: «Жуть!»

        - Прикольно у нас каникулы начались,  - вздохнула Чижикова.

        - Прикольнее некуда,  - подтвердила Рыжикова, тоже вздохнув.  - Я чувствую себя полной идиоткой.

        - И я.

        - Слушай, Чижик, а может, нас ведьма околдовала?

        - Какая ведьма?

        - Госпожа Тереза из магического салона.

        - Вряд ли. Скорее всего мы в этом дурацком рыбном ресторане отравились.

        - Как это?

        - Я где-то читала, что в некоторых видах рыб содержатся галлюциногенные вещества. Вот у нас и начались глюки.

        - По-твоему, это тоже глюк?  - Рыжикова показала на куклу в розовом платьице.
        Чижикова недоуменно взглянула на куклу, затем, столь же недоуменно,  - на Рыжикову.

        - Я что-то не врубилась.

        - Ты чем, Чижик, слушала? Я же тебе объясняю: Кукольник сделал мне на чердаке укол, я отрубилась, а очнулась - на Невском. Ноги ватные. Голова чугунная…
        Тут до Чижиковой дошло.

        - Так это все с тобой произошло не дома?!

        - Именно! Я на улице отключилась. А потом включилась. Пришла домой, а на моей кровати кукла лежит. Вот откуда она взялась?..
        Чижикова взяла куклу, повертела в руках. И сразу же ощутила запах сырой земли.

        - Чувствуешь, пахнет?

        - Да. А чем это?

        - Свежевырытой могилой.

        - Фу!  - передернуло Рыжикову.

        - Выходит, у тебя были не глюки,  - сделала вывод Чижикова.

        - А что тогда?

        - Не знаю… Слушай, а давай слазим на чердак. Посмотрим, вдруг там действительно есть ящик с кукольными гробами.

        - Нет, я не полезу,  - категорически отказалась Рыжикова.

        - Ну надо же разобраться во всей этой фигне.

        - Зачем?

        - Как зачем? А если все по-новому повторится? Еще и вправду крыша слетит. Тебе это надо?
        Рыжиковой, конечно, это было не надо.

        - Ну а что мы можем сделать?  - сказала она обреченно.  - Чему быть, того не миновать.

        - Еще как миновать!  - решительно возразила Чижикова.  - Короче, у кого ключ от чердака?

        - У Василь Василича.

        - Позвони ему.

        - Ой, нет,  - испугалась Рыжикова.

        - Фиг с тобой. Я сама позвоню. Говори номер.
        Рыжикова сказала. Чижикова позвонила.

        - Твой Василь Василич во Владивосток уехал,  - сообщила она, положив трубку.  - Два дня назад. А где ключ от чердака, его жена не знает.

        - Два дня назад,  - повторила Рыжикова.  - Ну дела-а.
        Чижикова встала.

        - Ладно, пошли пока что с моими заморочками разбираться.

        - Пошли.
        Перед уходом Рыжикова брезгливо взяла куклу двумя пальчиками и по дороге к лифту выбросила ее в мусоропровод. После чего тщательно вытерла руки носовым платком.
        Первый сюрприз ожидал девчонок на пересечении улиц Бабеля и Врубеля. Никакого морга там и в помине не было. Второй сюрприз ждал подруг на улице Некрасова. На месте крематория оказался кукольный театр.

        - Я фигею!  - воскликнула Чижикова.  - Тут же было написано: «Крематорий»,  - ткнула она пальцем в табличку «Служебный вход».
        Девчонки вошли. За дверью сидела тетенька-вахтерша и вязала.

        - Вам кого, девочки?  - посмотрела она поверх очков.

        - Уголькова,  - не задумываясь, ответила Чижикова.

        - Он будет после двух.

        - А кем он здесь работает?  - поинтересовалась Рыжикова.  - Кочегаром?

        - Каким еще кочегаром? Николай Тимофеевич наш главреж.

        - Кто-кто?  - переспросили подруги.

        - Главный режиссер,  - уважительно пояснила вахтерша.
        Девчонки вышли из театра.

        - Ты что-нибудь понимаешь?  - спросила Чижикова у Рыжиковой.

        - Нет.

        - И я нет. Ладно, едем теперь на кладбище.
        Когда девчонки приехали на кладбище, то обнаружили там не ночной клуб «Веселый могильщик», а мастерскую по изготовлению гробов.
        Подруги постучали, вошли, осмотрелись. Никого. Одни гробы.

        - Гляди!  - воскликнула Чижикова.
        В дальнем углу штабелями лежали маленькие, словно кукольные, гробики.

        - Такие же, как на чердаке,  - с волнением произнесла Рыжикова.

        - Видишь, Рыжик! Кое-что начинает проясняться.

        - А по-моему, еще больше запутывается.

        - Сейчас разберемся,  - уверенно сказала Чижикова и позвала: - Эй, здесь есть кто-нибудь?!
        В ответ - тишина.

        - Лю-ди, ау!  - громче позвала Чижикова.
        На сей раз в тиши мастерской раздался скрипучий звук. Обе Юльки, как по команде, повернули головы. И увидели, что крышка одного из больших гробов медленно приподнимается. Рыжикову от страха бросило в жар, а Чижикову - в холод. БУМ!  - с грохотом упала гробовая крышка на пол. И из гроба встал мертвец.
        Глава VIII
        ЧАСТНЫЙ ДЕТЕКТИВ ТЮХИН-МАТЮХИН

        В следующую секунду девчонки увидели, что это никакой не мертвец, а обыкновенный пьяница. С красными глазами и сизым носом.
        Но Чижикова все же решила удостовериться.

        - Вы не мертвец?  - спросила она.

        - Какой еще мертвец?  - буркнул мужчина.  - Я столяр пятого разряда. Похмелкин Иван Лукич.

        - А почему в гробу лежали?  - спросила теперь уже Рыжикова.

        - Да перебрал вчера малость,  - охотно объяснил пьяница.  - Вот и заночевал здесь. А кровати-то нет. Пришлось в гроб лечь… А который час?
        Чижикова глянула на часы, подаренные ей Антоном.

        - Половина шестого.

        - Утра?

        - Вечера.

        - Ничего себе, сколько я продрых,  - изумился Похмелкин и страдальчески обхватил голову.  - О-ох, как башка трещит. Опохмелиться бы. У вас, девочки, выпить не найдется?

        - Мы не пьем,  - сказала Чижикова.

        - А закурить?

        - И не курим,  - сказала Рыжикова.

        - Молодцы,  - похвалил их пьяница.  - Кто не курит и не пьет - тот здоровеньким помрет!.. А вы что, хотите гроб заказать?

        - Нет, мы хотели кое-что узнать. Скажите, эта мастерская здесь давно?

        - Да уж, почитай, лет пятнадцать.

        - А вы когда-нибудь слышали о ночном клубе «Веселый могильщик»?

        - Чего-чего?  - вытаращился Похмелкин.
        Ясно, не слышал.
        Девчонки попробовали зайти с другого конца.

        - Откуда у вас эти гробы?  - указала Чижикова на маленькие гробики.

        - Что значит «откуда»? Я их сам сделал. На заказ.

        - А кто вам их заказал?

        - Коммерческая тайна,  - с важностью произнес столяр. И тут же простодушно добавил:
        - Мне заказчица велела всем так отвечать. Ежели, говорит, Иван Лукич, вас спросят насчет моего заказа, отвечайте: коммерческая тайна.

        - А за десять рублей скажете?  - напрямик спросила Чижикова.

        - Не-е,  - помотал головой Похмелкин.  - За десять не скажу.

        - А за сколько скажете?

        - За стольник.
        Подруги полезли в карманы. Как назло, денег не оказалось ни у той, ни у другой Юльки. Лишь мелочевка.

        - Мы вам завтра принесем,  - пообещала Рыжикова.

        - Лады,  - кивнул Похмелкин. Девчонки вернулись на Некрасова. В театр кукол.
        Тетенька-вахтерша все так же вязала.

        - Николай Тимофеевич еще не приехал,  - сообщила она.  - Он в пробке застрял. Только что звонил из машины. Да вы пройдите к его кабинету,  - раздобрилась вахтерша.  - Там диванчик есть. Посидите.  - И она объяснила, куда идти.
        Девчонки поднялись на второй этаж и оказались в просторном фойе. На стенах висели фотографии актеров-кукловодов. От нечего делать подруги стали их разглядывать.

        - Это он!  - вскричала вдруг Чижикова.
        И впрямь - со снимка на нее глядел кочегар Угольников. Под фотографией было написано: «Главный режиссер Н.Т. Угольников».
        Рыжикова тоже посмотрела на фото.

        - Может, просто похож?

        - Нет, точно он. Рыжик, здесь кроется какая-то тайна.

        - А какая?

        - Откуда я знаю… Слушай, а что, если нам последить за этим Угольниковым?

        - У него ж машина. Он сел и поехал. А мы за ним что, бегом побежим?

        - И на такси денег не напасешься,  - задумчиво добавила Чижикова.  - О!  - блеснула у нее идея.

        - Давай наймем частного детектива.

        - И ты ему расскажешь про наши заморочки?

        - На фига? Просто скажем, чтоб он следил за Угольниковым и нам докладывал.

        - Наверное, это дорого.

        - У одного детектива дорого, у другого не очень. Сейчас этих детективных агентств полным-полно. Пошли газету купим.
        Девчонки купили толстую рекламную газету и в графе «Услуги» нашли колонку
«Детективные агентства».

        - Та-а-к,  - вела Чижикова пальцем по странице.  - «Поиск пропавших личностей» - это нам не надо… «Супружеские измены» - это нам тоже пока не надо… «Слежка и фотографирование»…

        - О, это то, что надо!  - воскликнула Рыжикова.

        - Ага. Звякаем…  - И Чижикова позвонила из ближайшего таксофона.
        Ей ответил жизнерадостный мужской голос:

        - Детективное агентство слушает!

        - Скажите, вам можно заказать слежку?

        - Разумеется!

        - Сколько это будет стоить?

        - Приезжайте, договоримся…  - Голос сообщил адрес.
        Через час подруги вошли в детективное агентство. Их встретил настоящий русский красавец: голубые глаза, русые волосы, косая сажень в плечах. Рыжикова прямо им залюбовалась. А Чижикова осведомилась:

        - Вы частный детектив?

        - Он самый,  - улыбнулся красавец от уха до уха.  - Разрешите представиться - Тюхин-Матюхин. По матери Тюхин, по отцу - Матюхин. А зовут меня Сева.

        - Что, просто Севой вам называть?

        - А почему нет? Мне всего-навсего полтинник.
        Выглядел Тюхин-Матюхин лет на тридцать, не больше. Рыжикова ему об этом сказала.

        - А я веду здоровый образ жизни,  - пояснил детектив.  - Делаю зарядку, не пью, не курю…

        - Кто не курит и не пьет - тот здоровеньким помрет!  - бойко повторила Чижикова слова Похмелкина.

        - Так это же классно - помереть здоровеньким,  - рассмеялся Тюхин-Матюхин.
        И такой у него оказался заразительный смех, что девчонки тоже невольно засмеялись.

        - Хотите морковки?  - предложил им детектив.

        - Какой морковки?

        - Сырой. Очень полезно для здоровья.
        Он протянул обеим Юлькам по очищенной морковке. И сам с удовольствием захрумкал.

        - Выкладывайте, какие у вас проблемы?

        - Мы хотим, чтобы вы последили за одним человеком…  - начала Чижикова.

        - Слежка с прослушкой?  - деловито поинтересовался Тюхин-Матюхин.

        - А что это значит?

        - Вам разговоры его записывать?

        - Да, записывать.

        - А лиц, с которым «объект» будет общаться,  - фотографировать?

        - Да, фотографировать.
        Детектив сделал пометку в блокноте.

        - Так, теперь расскажите, почему вы решили за ним следить?
        Девчонки замялись.

        - А это обязательно?  - спросила Рыжикова.

        - У меня такое правило,  - твердо ответил Тюхин-Матюхин.  - Я предпочитаю знать, во что ввязываюсь…  - Да вы не стесняйтесь,  - прибавил он мягче.  - Сыщику, как врачу, нужно рассказывать абсолютно все. Иначе он не сможет помочь

        - Ну хорошо,  - сказала Чижикова и принялась с ходу сочинять: - Понимаете, мне нравится один парень. Мы с ним после школы решили пожениться. Но я ничего не знаю о его отце. А мама говорила: «Хочешь знать, какой у тебя будет муж,  - посмотри на его отца».

        - Разумно, очень разумно,  - одобрил детектив.  - Значит, тебе нужна информация об отце твоего будущего мужа?

        - Да. Сколько это будет стоить?

        - Сама-то как думаешь?

        - Ну, рублей триста,  - прикинула Чижикова.

        - Правильно, триста,  - кивнул Тюхин-Матюхин.  - Только не рублей, а долларов.

        - Триста долларов?!  - ахнули подруги.

        - Плюс накладные расходы,  - добавил детектив.

        - А что это такое?

        - Предположим, идет «объект» в ресторан,  - стал объяснять Тюхин-Матюхин.  - Значит, и я должен идти за ним в ресторан. А там надо что-то заказывать. Не могу же я просто так сидеть. Логично?

        - Логично,  - вынуждены были признать девчонки.

        - Машина у «объекта» есть?

        - Есть.

        - Во-о-т. Значит, я должен буду ездить за ним на своей тачке. То есть тратиться на бензин. Верно?

        - Верно,  - снова неохотно признали подруги.

        - А если слежка с прослушкой и съемкой - это дополнительные расходы на пленку, фотобумагу, проявку… Итого две тысячи баксов,  - подсчитал детектив.
        Девчонки даже морковками хрумкать перестали.

        - Сколько?  - ошеломленно переспросили они.

        - Две тыщи. И то лишь из уважения к вашей молодости.
        Таких денег у подруг, конечно, не было.

        - Есть другой вариант,  - улыбнулся Тюхин-Матюхин.  - Вы мне говорите правду, а я вам тыщонку сброшу.

        - Мы вам правду и сказали.

        - Ой, да ладно,  - махнул рукой детектив.  - Я же профессиональный сыскарь. И сразу чувствую, когда мне лапшу на уши вешают.

        - Хорошо,  - решилась Чижикова и рассказала все, как есть. Тюхин-Матюхин равнодушно пожал плечами.

        - Сны как сны. Мне и не такая чушь иногда снится.

        - А кукла?  - напомнила Рыжикова.

        - А Угольков?  - напомнила Чижикова.

        - Обычное самовнушение… Тебе,  - обратился детектив к Чижиковой,  - просто кажется, что кочегар из сна - это режиссер из театра… А ты,  - повернулся он к Рыжиковой,  - просто забыла, что у тебя была эта кукла.

        - Как я могла забыть?

        - Очень просто. Вы, девчонки, переутомились. Конец весны - самое тяжелое время для человеческого организма. Витаминов не хватает. А у вас к тому же еще и конец учебного года. Понятное дело, устали. Вот вам всякая чепуха и мерещится. Рекомендую попить лечебных трав для успокоения нервов. Могу дать рецептик.

        - Не надо нам вашего рецептика!  - решительно встала Чижикова.  - И ничего мне не привиделось!
        Рыжикова тоже встала, не менее решительно.

        - И мне не привиделось! И куклы у меня такой никогда не было!
        Подруги гордо пошли к выходу.

        - Ну хорошо, хорошо,  - со смехом сказал им вслед Тюхин-Матюхин.  - Послежу за вашим Угольковым.

        - За тыщу баксов?

        - Нет, всего лишь за пятьдесят. Что вы, собственно говоря, хотите узнать?

        - Ну-у…  - затруднилась с ответом Чижикова,  - чего-нибудь подозрительное.

        - Ясно. Сотовый у вас есть?

        - Нет.

        - Жаль. Я предпочитаю иметь с клиентами быструю связь.

        - Я могу у своего дяди попросить,  - сказала Рыжикова.  - У него два мобильника.

        - Попроси, потом звякни мне на «трубу», сообщи номер… А вообще-то, девчонки,  - заключил детектив, хрумкая морковкой,  - не берите вы всю эту чепуху в головы. Наоборот - радуйтесь. Могло ведь быть и хуже.
        Глава IX
        ЗАМОРОЧКИ ПРОДОЛЖАЮТСЯ

        Тюхин-Матюхин оказался прав. На другой день стало хуже. Утром Рыжикову разбудили настойчивые звонки.
        Она взяла трубку.

        - Слушаю.

        - Ты зачем выбросила меня в мусоропровод?!  - раздался писклявый голос.

        - Кто это говорит?

        - Похорони меня на кладбище кукол,  - продолжал пищать злобный голосок.

        - Да кто это?!
        Пошли короткие гудки.
        Сон с Юльки слетел. Она быстро набрала номер Чижиковой.

        - Алло,  - сказала та.

        - Чижик,  - закричала в трубку Рыжикова,  - мне сейчас кукла позвонила!

        - Какая кукла?

        - Которую я в мусоропровод выкинула.
        В трубке послышался смешок.

        - И откуда она тебе звонила?.. Из мусоропровода?

        - Чижик, я не шучу…  - И Рыжикова рассказала, как было дело.  - А вдруг все по-новому начнется?  - с тревогой закончила она.

        - Да подожди ты дергаться,  - стала успокаивать подругу Чижикова, хотя у самой на душе было неспокойно.  - Может, эта «кукла» больше тебе не позвонит.

        - А если позвонит?

        - Тогда и будем думать.
        Рыжикова вздохнула:

        - Еще сон дурацкий приснился. Будто пришел ко мне окровавленный Василь Василич и говорит: «Сегодня я тебя убивать не стану. А просто рядышком посижу».

        - Н-да,  - буркнула Чижикова.  - А у меня Тоха куда-то запропастился. Вчера весь вечер ему названивала.

        - Может, у него телефон сломался?

        - Он бы из автомата звякнул.

        - А если к нему сходить?

        - Я листок с его адресом не могу найти.

        - Через справочную адрес узнай.

        - Уже узнавала. Они не сообщают домашних адресов по номерам телефонов.

        - И что теперь?

        - Не знаю. Давай к алкашу пока смотаемся.

        - К какому алкашу?

        - К Похмелкину. Он же обещал за стольник сказать, кто ему кукольные гробы заказал.
        Подруги встретились на своем обычном месте.

        - Планы меняются,  - объявила Чижикова.  - Я нашла Тохин адрес. Поехали вначале к нему, а уж потом - к алкашу.

        - А ехать далеко?

        - На «Третьяковскую».

        - Куда?

        - Метро «Третьяковская».

        - Разве в Питере есть такая станция? Она же в Москве.

        - Сейчас посмотрим.
        Девчонки спустились в метро. «Третьяковская» оказалась в Питере.

        - Ни фига не врубаюсь,  - всю дорогу удивлялась Рыжикова.  - По-моему, она в Москве была. Рядом с Третьяковской галереей.

        - Значит, есть две «Третьяковские»,  - отвечала Чижикова,  - одна в Москве, другая в Питере.
        Антон жил в высотном доме с охраной.

        - Вы к кому?  - спросил у подруг охранник.

        - К Налимовым.

        - Минуту…  - Он позвонил.  - Елена Юрьевна, к вам две девочки пришли.

        - Пропустите.
        Шикарный лифт с зеркалами поднял девчонок на восьмой этаж. Дверь в квартиру была открыта. На пороге стояла женщина в черном.

        - Здрасте,  - поздоровались с ней обе Юльки.
        Женщина молча кивнула.

        - Антон дома?  - спросила Чижикова.

        - Антон?  - с безжизненной интонацией повторила женщина.  - Нет, его нет.

        - А когда он будет?

        - Никогда не будет,  - странно ответила женщина.

        - Вы не могли бы ему передать, что приходила Юля. Мы с ним позавчера встречались и…

        - Какая глупая шутка!  - резко оборвала Чижикову женщина.  - Глупая и жестокая!..  - Дверь захлопнулась.
        Юльки растерянно посмотрели друг на друга.

        - Чего это с ней?

        - Может, она того?  - Чижикова покрутила пальцем у виска.

        - Чи-и-жик,  - вдруг с придыханием произнесла Рыжикова,  - кажется, я вспомнила, где видела твоего Тоху.

        - Где?

        - На кладбище.

        - На каком кладбище?

        - В Комарове. Помнишь, прошлым летом я с родителями ездила за черникой. Ты еще не захотела с нами ехать…

        - Ну?..

        - Там, прямо в лесу, есть кладбище. На нем всякие знаменитости похоронены. Ахматова и этот, как его…

        - Короче,  - нетерпеливо потребовала Чижикова.

        - Мы набрали черники и от нечего делать зашли на это кладбище. Там я и видела надгробие с фоткой твоего Антона.

        - Ой, перестань, Рыжик,  - поморщилась Чижикова.  - Ты обозналась.

        - Ничего не обозналась. Покажи еще раз фотографию.
        Чижикова показала.

        - На кладбище точно такая же,  - уверенно заявила Рыжикова.

        - Да быть этого не может! Неужели ты сама не понимаешь?

        - Почему - не может? Ведьма ведь говорила, что он мертвец.

        - И ты поверила этой шарлатанке?

        - Поверила. Мне вообще кажется, что все наши заморочки из-за нее. Она против нас колдует.

        - А зачем ей это надо?

        - Не знаю. А что касается Антона, я тебе клянусь - на могиле его фотка.

        - Ну давай съездим, посмотрим,  - уступила Чижикова.
        И девчонки отправились на Финляндский вокзал. А оттуда электричкой в Комарово.

…На кладбище было тихо. Подруги брели между могил.

        - Я фигею,  - вертя головой, изумлялась Чижикова,  - оказывается, Гоголь здесь похоронен. И Чехов…
        Но Рыжиковой было не до Гоголя с Чеховым; ей не терпелось доказать свою правоту.

        - Во, смотри!  - торжествующе воскликнула она.
        Чижикова посмотрела. И остолбенела. На могильной плите была та самая фотография, которую ей подарил Тоха. Чуть ниже тянулась надгробная надпись:

«Горячо любимому Антону от папы и мамы».
        Глава Х
        ТРОЙНОЕ УБИЙСТВО

        Из остолбенения Чижикову вывел писк сотового телефона. Звонил Тюхин-Матюхин. На сей раз голос детектива звучал совсем не жизнерадостно.

        - Ну, девчонки, и втравили вы меня в историю. Давненько я так не рисковал…

        - А что такое?  - спросила Чижикова.  - С Угольковым какие-нибудь странности?

        - Хэ, странности,  - хмыкнул в трубку Тюхин-Матюхин.  - Не то слово. Тут така-а-я чертовщина.

        - Какая?

        - Не по телефону,  - таинственно ответил детектив.  - Надо срочно встретиться.

        - Мы сейчас приедем к вам в агентство.

        - Ни в коем случае. Туда теперь лучше не соваться ни вам, ни мне.

        - Почему?

        - Объясню при встрече. Вы где сейчас находитесь?

        - В Комарове.

        - Значит, вам до Питера где-то час добираться,  - прикинул Тюхин-Матюхин.  - Давайте тогда через полтора часика в баре «Два урода». Знаете, где это?

        - Нет.

        - Как выйдете с вокзала, сразу налево. До встречи.

        - Ой, а мы не посмотрели, во сколько электричка!  - закричала в трубку Чижикова. Но уже шли короткие гудки.
        Чижикова передала весь разговор Рыжиковой. Рыжикова встревожилась за детектива:

        - Тюхин-Матюхин рискует? Значит, ему грозит какая-то опасность?

        - Может, он нас просто на понт берет,  - предположила Чижикова.  - Чтоб еще денежек выудить.

        - Не похоже…
        Всю дорогу до города подруги обсуждали странность с фотографией Антона и загадочный звонок детектива. За разговорами час пролетел как минута.
        У вокзала девчонки нашли бар «Два урода», вошли в него и сели на высокие табуреты у стойки. Детектива не было.

        - Что будете пить, девочки?  - поинтересовался бармен.

        - Нам сока, пожалуйста,  - сказала Рыжикова.

        - Какого?

        - Мне томатного.

        - А мне апельсинового,  - прибавила Чижикова.
        Они выпили по стакану сока. Затем по второму. Время шло. Тюхин-Матюхин не появлялся.
        Наконец у входа в бар тормознула задрипанная «Мазда», и из нее вылез детектив. Увидев через стеклянную витрину девчонок, он помахал им…
        А потом случилось то, что подруги видели лишь в крутых боевиках. Из-за поворота на сумасшедшей скорости выскочила «бээмвэшка». ТРА-ТА-ТА-ТА-ТА!..  - раздались из нее автоматные очереди. И Тюхин-Матюхин, изрешеченный пулями, рухнул на тротуар.

«Бээмвэшка» умчалась. Девчонки выбежали на улицу и склонились над детективом.

        - Кладбище…  - прохрипел он,  - … ку… кол…
        Это были его последние слова.
        ВАУ-ВАУ-ВАУ!  - послышался вой милицейской сирены.
        Чижикова схватила Рыжикову за руку:

        - Бежим, Рыжик!
        И девчонки помчались. Когда бар «Два урода» остался за двумя поворотами, подруги перешли на шаг. Пот застилал им глаза, сердца учащенно колотились…

        - Чижик, зачем мы убежали?  - отдышавшись, спросила Рыжикова.  - Надо было все милиции рассказать.

        - Что «все»?

        - Ну то, что мы наняли Тюхина-Матюхина следить за Угольковым.

        - И как ты думаешь, что после твоего рассказа сделала бы милиция?

        - Не знаю.

        - А я знаю. Нас отправили бы в психушку.

        - Почему?

        - Сама, что ли, не понимаешь?

        - Так мы бы им рассказали то, что ты вначале Тюхину-Матюхину рассказывала.

        - А какой смысл?

        - Да ты пойми, Чижик,  - горячилась Рыжикова.  - Убийство Тюхина-Матюхина напрямую связано с нашими заморочками.

        - Я-то понимаю, Рыжик. А вот милиция вряд ли тебя поймет.

        - Ну и что ты предлагаешь?
        Чижикова принялась обмахивать ладонью разгоряченное лицо.

        - Давай чего-нибудь попьем. Пить так хочется.
        Подруги зашли в первое попавшееся кафе и взяли по банке колы. Здесь играла веселая музыка. Посетители пили соки и ели салаты. В окна светило солнце. И убийство детектива казалось каким-то наваждением.

        - Неужели его Угольков грохнул?  - не верилось Чижиковой.

«Угольков…» - громко прозвучало откуда-то со стороны. Девчонки закрутили головами. И увидели включенный телевизор. Передавали криминальную хронику.

        - …в момент взрыва главный режиссер находился у себя в кабинете,  - продолжал диктор.  - Следствию удалось установить, что взорвалась кукла, начиненная тротилом. Кто принес куклу-бомбу в кабинет, остается пока невыясненным. Также неясны и мотивы этого убийства.
        Криминальная хроника закончилась. Пошла реклама.
        Подруги были в шоке. Но, несмотря на шок, Чижикова не потеряла способности логически мыслить.

        - Если Уголькова убили раньше Тюхина-Матюхина, значит, он не виновен в смерти детектива,  - сделала она вывод.  - Спрашивается, кто их обоих убил?..

        - Да, кто?  - откликнулась Рыжикова.

        - Тот, кто заказал Похмелкину кукольные гробы,  - сделала еще один вывод Чижикова.

        - Почему ты так считаешь?

        - Потому что Тюхин-Матюхин перед смертью говорил о кладбище и о куклах.  - Чижикова залпом допила колу и порывисто встала.  - Едем, Рыжик!

        - Куда?

        - На кладбище. Узнаем у Похмелкина, кто заказал ему кукольные гробики.
        Когда девчонки приехали на кладбище и вошли в мастерскую, маленьких гробов там уже не было. Как и Похмелкина.

        - Иван Лукич!  - позвали подруги.
        Нет ответа.

        - Мы вам сто рублей принесли!  - прокричала Рыжикова.
        Тишина.

        - Опять, наверное, напился и в гробу дрыхнет,  - сказала Чижикова.  - Давай, Рыжик, крышку подымем.
        Общими усилиями девчонки сдвинули крышку.
        Похмелкин и впрямь лежал в гробу. Но не пьяный. А мертвый. С дыркой от пули между глаз.
        Глава XI
        КЛАДБИЩЕ КУКОЛ

        Подруги сидели в «Блинной» и ели блины с брусничным вареньем. У девчонок на нервной почве разыгрался аппетит. Они сидели в этой «Блинной» второй час. И чем больше говорили, тем меньше понимали, что же с ними произошло и - главное - продолжало происходить. Девчонки никак не ожидали такого поворота событий. Запутанная мистика буквально на глазах превратилась в не менее запутанный детектив.

        - Кош-ш-марный день,  - говорила Рыжикова, уплетая десятый блин.  - Угольков убит… Ну зачем, зачем надо было убивать всех этих людей?
        Чижикова пожимала плечами.

        - Не знаю.

        - А как ты думаешь?

        - Я о другом думаю. Нельзя вот так сидеть и скулить до бесконечности. Надо что-то делать.

        - А может, все само собой обойдется?  - с надеждой спрашивала Рыжикова.  - Не обойдется,  - мрачно ответила Чижикова.  - Если мы ничего не предпримем, будет только хуже.

        - Ты хочешь сказать, что мы…  - голос у Рыжиковой дрогнул,  - …следующие?

        - Вполне возможно.

        - Ой, мамочка.  - Рыжикова от страха заказала себе еще порцию блинов - со сгущенкой.

        - Хотя, с другой стороны,  - продолжала рассуждать Чижикова,  - если б нас хотели убить, то давно бы убили. Значит, мы им нужны живыми.

        - Кому «им»?

        - Тем, кто всех убивает.

        - А зачем они всех убивают?  - вернулась к первоначальному вопросу Рыжикова.

        - В этом нам и надо разобраться.
        Рыжикова в расстроенных чувствах обмакнула блин в сгущенку и целиком запихала в рот.

        - Ни фига у нас не получится,  - сказала она, прожевав и проглотив.

        - Ну а ты что предлагаешь? Нанять еще одного частного детектива?

        - Ой, нет,  - испуганно ответила Рыжикова.  - Хватит с нас Тюхина-Матюхина. Мне его так жалко.

        - А Похмелкина тебе не жалко?

        - Тоже жалко. Но Тюхина-Матюхина жальче. Такой красивенький. Вел здоровый образ жизни. Морковку хрумкал…  - принялась вспоминать Рыжикова.
        Чижикова же усиленно соображала.

        - Нужно как следует проанализировать ситуацию…  - морщила она в раздумье лоб.

        - Мы ее уже сто раз анализировали. Получается абракадабра.

        - Вот и надо из этой абракадабры выстроить логическую цепочку.

        - Какая может быть логическая цепочка, если у тебя - ночной клуб с крематорием, а у меня - чердак с куклами…

        - С куклами!  - ухватилась за последнее слово Чижикова.  - Смотри, Рыжик,  - везде куклы, куда ни глянь. Кукольный театр вместо крематория - раз. У тебя дома кукла непонятно откуда взялась - два. В кабинете Уголькова кукла взорвалась - три…

        - Похмелкину кто-то кукольные гробы заказал - четыре,  - подхватила Рыжикова.  - Утром мне кукольный голос звонил - пять…

        - Стоп!  - воскликнула Чижикова.  - Вспомни точно, что тебе сказала эта «кукла».

        - Она сказала: «Ты зачем выбросила меня в мусоропровод?»

        - А дальше?

        - «Похорони меня на кладбище кукол».

        - Вот!  - победно вскричала Чижикова.  - Тюхин-Матюхин перед смертью тоже говорил про кладбище кукол. Я только сейчас поняла. Он произнес не два отдельных слова, а фразу из двух слов: «Кладбище кукол».

        - Разве бывают кладбища кукол? Это, наверное, фигуральное выражение.

        - Какое?

        - Ну, иносказательное. Не имеющее отношения ни к кладбищу, ни к куклам.

        - Здрасте, приехали,  - покачала головой Чижикова.  - Наоборот, тут все связано с кладбищем… О!  - вдруг перебила она себя: - Он же сказал: заказчица!

        - Кто сказал? Тюхин-Матюхин?

        - Да нет, Похмелкин! Помнишь, я у него спросила, кто ему заказал кукольные гробы. И он сказал: заказчица.

        - Ага,  - припомнила и Рыжикова. И даже повторила всю фразу Похмелкина целиком: -
«Мне заказчица велела всем так отвечать». Выходит, кукольные гробы заказала женщина.

        - Именно! И возможно, та самая, что говорила с тобой по телефону писклявым голосом.

        - Может, даже она всех и убила,  - предположила Рыжикова.

        - Не исключено,  - кивнула Чижикова.  - Думаю, эта «кукла» тебе еще раз позвонит.

        - Зачем ей звонить?

        - А в первый раз зачем она звонила?

        - Черт ее знает.

        - То-то и оно. Все делается с непонятной для нас целью. Поэтому, если «кукла» позвонит, надо вычислить ее номер.

        - У меня же нет АОНа.

        - Не проблем. Я у знакомых попрошу. И еще надо выяснить насчет «кладбища кукол». Существует ли оно на самом деле.

        - Мне кажется, что нет.

        - Ну, есть же кладбища собак, кошек… Почему бы не быть и кладбищу кукол?

        - И кого там хоронят? Кукол?

        - Нужно выяснить.

        - О, идея!  - осенило Рыжикову.  - Давай у Гоши Компика спросим! Он же все на свете знает!
        Глава XII
        ГОША КОМПИК

        Гоша действительно все на свете знал. Потому что был вундеркинд. В год он научился читать и писать, в два - выучил наизусть все стихи Пушкина, а в три - мог пользоваться компьютером. Коэффициент интеллекта у Гоши был просто чудовищный -
350 (у Эйнштейна, для сравнения,  - только 173). О чем бы Гоше не начинали рассказывать, он тут же перебивал: «Знаю, знаю, знаю…» А вот Гошины родители, наоборот, не знали, что с ним делать. Ведь это же ненормально - быть таким умным. Они Гошу и по врачам таскали, и экстрасенсам показывали - ничего не помогло. С каждым годом Гоша становился все умнее и умнее. В пять лет он пошел сразу в седьмой класс, где учились Чижикова с Рыжиковой, а после перешел не в восьмой, а в Институт высших компьютерных технологий. Гоша буквально помешался на компьютерах. За это его в школе и прозвали - Компик.
        Короче говоря, Гоша был самый настоящий гений. И, как всякий гений, имел несносный характер.

        - Ну чего надо?  - хмуро спросил он у девчонок, когда те к нему пришли.

        - Компик, мы к тебе на одну минуточку,  - прощебетала Чижикова.

        - Я не собираюсь тратить на вас целую минуту,  - ответил шестилетний вундеркинд.

        - А хочешь конфетку?  - предложила ему Рыжикова.
        Подруги знали, что, помимо компьютеров, у Гоши была еще одна пламенная страсть - конфеты.

        - Небось карамелька какая-нибудь?  - презрительно скривился вундер.

        - Ну что ты, Гошенька.  - Рыжикова протянула ему конфету.  - Смотри - шоколадная.
        Юный гений тут же сунул конфету в рот и блаженно зажмурился.

        - Ка-а-йф.

        - Компик, а ты не знаешь…  - начала Чижикова.

        - Знаю,  - по привычке ответил Гоша.

        - Я же еще не сказала - что.

        - Ну так говори, чего кота за хвост тянешь,  - пробурчал карапуз.

        - Есть такое «кладбище кукол»?

        - Есть. Виртуальное.

        - Как это?

        - Идемте, покажу.
        Гоша провел девчонок в свою комнату, где у него стояли два компьютера.
        Клик-клик-клик…  - пощелкал он мышью одного из «компиков», и на экране появилась надпись:


        ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ
        НА ВИРТУАЛЬНОЕ КЛАДБИЩЕ КУКОЛ


        - Ух ты!  - ахнули подруги.
        Гоша уверенно щелкал дальше. Попутно говоря:

        - Видите, вся территория разделена на секторы. У каждой куклы имеется надгробная плита, эпитафия, фотка… Все, как на настоящем кладбище…
        И вправду, виртуальное кладбище ничем не отличалось от реального. Только вместо людей были куклы: кукла Маша… кукла Даша… кукла Саша…

        - А зачем все это?  - недоумевали девчонки.

        - А затем,  - начал объяснять Гоша свысока (хотя сам был от горшка два вершка),  - что человек нуждается в отрицательных эмоциях. Для баланса. Если в жизни все хорошо, для человеческой психики это плохо. Может наступить нервный срыв… Просекаете?
        Подруги не просекали.

        - Ну что ж вы дуры-то такие,  - раздраженно бросил вундер.

        - Да ты, Гошенька, не нервничай. Лучше скушай еще конфетку.
        Гоша слопал конфету и продолжил объяснение:

        - Дети тоже нуждаются в отрицательных эмоциях. В особенности вы, девчонки. Кладбище кукол и дает девчонкам повод поплакать… Надеюсь, это ясно?
        Да, это было ясно. Но пришли подруги не за этим.

        - Компик, а кто придумал кладбище кукол?

        - Сейчас поглядим…  - Клик-клик - щелкнул вундеркинд мышкой.

«Дорогие девочки,  - появилась надпись на экране,  - пожалуйста, не выбрасывайте свои старые куклы. А присылайте нам. Мы будем их виртуально хоронить на нашем виртуальном кладбище кукол. В любой момент вы можете посетить могилку своей любимицы. Для этого вам надо всего лишь набрать адрес нашего сайта: http://www. ukla.ru/. Присылайте старые куклы по адресу: 195208 г. Санкт-Петербург, а/я 313. Смотрителю виртуального кладбища».
        Чижикова, прочтя текст, о чем-то задумалась. А Рыжикова спросила у Гоши:

        - Гошенька, а зачем тебе два компьютера?

        - Для работы,  - снисходительно ответил вундер.

        - А разве нельзя на одном работать?

        - Ну что я тебе буду объяснять?  - по-новому начал раздражаться юный гений.  - Все равно ты ни шиша в этом не пендришь.

        - А вот и пендрю…  - И Рыжикова, желая продемонстрировать свое умение, щелкнула мышкой. Но, как видно, не там, где надо. Экран погас.
        Тут уж Гоша раззлобствовался не на шутку.

        - Не умеешь, так не лезь!.. На компьютере работать - это тебе не гвозди заколачивать!
        Вундеркинд орал до тех пор, пока Рыжикова не заткнула ему рот очередной конфетой.
        А Чижикова при слове «гвоздь» вспомнила майора Гвоздя.

        - Компик, а ты не можешь узнать, есть ли в Питере такой майор Гвоздь?

        - Майор?  - жуя конфету, повторил вундер.  - Он в каких войсках служит?

        - Ни в каких. Он следователь.

        - Так бы сразу и говорила.  - Гоша подвинул к себе клавиатуру.  - Надо в милицейской компьютерной сети покопаться…
        Через пару минут вундеркинд выдал ответ:

        - Никаких Гвоздей в питерской милиции нет и никогда не было.

        - А вот если он убийства расследует, кем он может быть?

        - Фээсбэшником, к примеру.

        - Кем-кем?  - переспросили подруги.
        Гоша скривился, как от кислого (хотя ел сладкую конфету).

        - Фээсбэшник - это сотрудник Федеральной службы безопасности,  - раздельно произнес вундер.  - Понятно?

        - Ой, Компик, а покопайся в их компьютерной сети,  - попросила Чижикова.

        - Фээсбэшную сеть потруднее будет взломать, чем милицейскую,  - заметил Гоша.

        - Гошенька, но ты же такой классный компьютерщик!  - подзадорила его Рыжикова.

        - Сейчас попробую…  - Гошины пальцы забегали по клавишам. Прошла минута… другая… Сеть ФСБ не взламывалась.

        - Вот ешкин кот,  - бормотал под нос юный гений.

        - Не выходит, Гошенька, да?  - посочувствовали ему девчонки.

        - Не мешайте!  - рявкнул на них вундер.  - Раскудахтались тут!..
        Пришлось подругам проглотить и эту пилюлю. Ради дела.

        - Йес!  - наконец радостно закричал Гоша.  - Получилось!

        - Компик, ты гений!  - тоже обрадовались девчонки.

        - Сам знаю,  - небрежно ответил малявка и начал читать с экрана: - Петр Трофимович Гвоздь…

        - Это он, он!  - захлопала в ладоши Чижикова. Юлька прекрасно помнила, что, когда говорила с Гвоздем по телефону, кто-то позвал его по имени-отчеству.

        - Начальник Отдела паранормальных явлений…  - читал Гоша.

        - А что значит - паранормальных?  - перебили подруги.
        Вундер вскипел:

        - Ну вы, блин, меня уже достали!
        Честно сказать, Гоша тоже достал девчонок. Они испытывали сильнейшее желание отшлепать его, как капризного ребенка. Впрочем, Гоша и был капризным ребенком, только с гениальными мозгами.

        - Гошенька, а хочешь еще конфетку?  - прибегла Чижикова к проверенному методу успокоения.

        - Конечно, хочу,  - сразу успокоился вундер и пояснил: - Паранормальные - значит необъяснимые. Абракадабра всякая.
        Подруги переглянулись. Это был как раз их случай.

        - Ни фига себе!  - вдруг воскликнул Гоша.  - Да их хакнули!

        - Что-что?  - вынуждены были опять спросить девчонки.

        - У отдела взломан банк данных. И скачаны все секретные файлы…  - Гоша не отрывал взгляда от экрана.  - Да-а, классно сработано. Сразу видно - действовал опытный хакер [4].
        Кто такой хакер, подруги знали.

        - Компик, а посмотри…  - начала Рыжикова.

        - Больше ничего смотреть не буду,  - отрезал гений.  - Я и так на вас кучу времени угрохал. А мне еще в виртуал периферийного реала надо входить.
        Конфет у девчонок не осталось, поэтому они не рискнули спросить - что это за виртуал периферийного реала?

        - А завтра посмотришь?

        - Смотря что.

        - Есть ли в Интернете информация на госпожу Терезу.

        - А кто она такая?

        - Ведьма.

        - Ладно уж,  - раздобрился вундер,  - завтра поищу вашу ведьму на оккультных сайтах.

        - Спасибо, Гошенька,  - поблагодарили девчонки.

        - Спасибо в карман не положишь. С вас кило конфет. Самых дорогих.

        - Обязательно принесем, Компик.
        Гоша демонстративно отвернулся к компьютерам, давая понять, что разговор окончен. Одной рукой он стал что-то набирать на одном компьютере, а другой - на другом. Подруги пошли к выходу.

        - Дверь там как следует захлопните!  - крикнул им вдогонку вундеркинд.  - Чтоб замок закрылся.

        - Хорошо, Гошенька. До свидания.
        Юный гений не ответил. Он уже вошел в виртуал периферийного реала.
        Глава XIII
        ПЯТЬ ВАСИЛЬ ВАСИЛИЧЕЙ

        А девчонки вышли на улицу.

        - На фига тебе госпожа Тереза?  - первым делом спросила Чижикова у Рыжиковой.

        - Мне кажется, это она звонила писклявым голосом.

        - Вряд ли.

        - Почему? Ведь с нее все наши заморочки начались. Она наколдовала.

        - Ой, Рыжик, что ж ты такая суеверная,  - посетовала Чижикова.  - «Наколдовала». Неужели ты веришь во всю эту чепуху?

        - Верю!  - запальчиво ответила Рыжикова.  - Я вообще думаю, что…

        - А я вот о другом думаю,  - перебила ее Чижикова.  - Зачем было создавать в Интернете кладбище кукол?

        - Компик же объяснил. Человеку нужны отрицательные эмоции…

        - Этих отрицательных эмоций и без кладбища кукол хватает.

        - Тебе, может, и хватает. А у тех девчонок, у которых родители богатенькие, их вообще нет. Хочешь крутую тачку - получай. Хочешь на Канары - поезжай. Им и погоревать-то не из-за чего. А тут куклу похоронила - и страдай себе сколько влезет.

        - В общем-то, да,  - согласилась Чижикова.  - Тогда другое непонятно. Для чего смотрителю реальные куклы, раз это виртуальное кладбище? Написал бы: «Присылайте фотографии кукол». А ему сами куклы понадобились.

        - Ну мало ли. Может, он их продает.

        - Да кто их купит?

        - Значит, чудак какой-нибудь,  - сделала вывод Рыжикова.  - Который коллекционирует старые куклы.

        - Не-ет,  - качала головой Чижикова,  - тут что-то другое. Надо бы найти этого
«чудака».

        - Как ты его найдешь?

        - По почтовому адресу. Три последние цифры индекса означают номер почты. Нужно пойти на эту почту и узнать, кто абонирует номер триста тринадцать.

        - Ага, так тебе и скажут.

        - Ой, да что-нибудь сочиним - и скажут.

        - А какой там индекс?

        - Сто девяносто пять двести восемь,  - без запинки выдала Чижикова.

        - Какой-какой?
        Чижикова повторила.

        - Вроде бы это мой индекс,  - сказала Рыжикова.

        - Твой?

        - Ну да. Моего почтового отделения.

        - Ты уверена?

        - Пошли проверим.

        - Пошли. Родичи как раз письмо прислали.
        Девчонки пришли к Рыжиковой. На конверте стоял тот же индекс, что и в сайте виртуального кладбища: 195208.
        Подруги сразу подумали о Васичкине.

        - Василь Василич,  - высказала вслух Чижикова.

        - А может, не он?..  - Рыжиковой так не хотелось, чтоб милейший Васичкин был замешан в каком-то грязном деле.

        - Сейчас узнаем. Идем на почту.
        Не успели девчонки выйти в прихожую, как раздался телефонный звонок.
        Рыжикова собралась снять трубку.

        - Подожди,  - остановила ее Чижикова.  - Пускай на автоответчик наговорят. Вдруг это
«кукла».
        И точно - звонила «кукла».

        - Ты зачем выбросила меня в мусоропровод?  - злобно пропищала она, как и прошлый раз.  - Похорони меня на кладбище кукол…  - И добавила кое-что новенькое: - А не то я тебя убью.

        - Ой, мамочка,  - прижала ладони к щекам Рыжикова.

        - Надо ставить АОН,  - приняла твердое решение Чижикова.
        На почте девчонкам удалось без труда обвести вокруг пальца молоденькую служащую. Та, заглянув в журнал учета, сообщила:

        - Ящик номер триста тринадцать абонирует В.В. Васичкин.
        У Чижиковой отпали последние сомнения. А Рыжикова все еще пыталась оправдать Василь Василича:

        - Вдруг это у него хобби.

        - Да какое хобби?  - морщилась Чижикова.

        - Обыкновенное. Коллекционировать старые куклы.

        - И складывать их в гробы на чердаке,  - иронично прибавила Чижикова.

        - Да нет там никаких гробов. Это было просто…  - Рыжикова запнулась, не зная, как определить то, что с ней произошло,  - …видение,  - наконец нашла она нужное слово.

        - А давай проверим.

        - Что проверим?

        - Есть на чердаке ящик с кукольными гробами или нет. И если он там, то…  - Теперь уже Чижикова запнулась.

        - Что?

        - Не знаю. Короче, полезли на чердак.
        Хоть Рыжикова и утверждала, что все произошедшее с ней на чердаке было видением, но лезть на чердак ей совсем не хотелось.

        - Нет там никакого ящика с куклами,  - стала она увиливать.

        - Вот и посмотрим.

        - Как ты посмотришь? Ключ же у Васичкина.

        - Может, мы и без ключа обойдемся. Идем…
        Девчонки вернулись домой к Рыжиковой и, прихватив фонарик, подошли к чердачной двери.

        - Видала, какой замочище,  - показала Рыжикова.

        - Разве это замочище,  - усмехнулась Чижикова.  - Если б я знала, что тут такая фитюлька в дверях, мы бы уж давно на чердак сгоняли.
        С этими словами она вытащила из волос заколку, сунула ее в замочную скважину, повернула - и дверь открылась.
        Несмотря на все свои страхи, Рыжикова не могла не восхититься подругой:

        - Супер! Где это ты, Чижик, наловчилась?

        - У меня парень был знакомый, в колледже на слесаря учился. Он мне и показал, как замки заколкой открывать. Ну что, пошли?
        Рыжикова медлила.

        - Страшновато как-то.

        - Чего ты боишься? Раз дверь была на замке - значит, на чердаке никого нет.

        - Все равно страшно…

        - Да мы только посмотрим, есть ли там ящик, и назад.

        - Ну идем.
        Девчонки вошли на чердак.

        - Вон туда надо,  - показала Рыжикова, чувствуя, как учащенно колотится сердце.
        Они подошли к трубам. Луч фонаря выхватил из тьмы деревянный ящик.

        - Этот?  - спросила Чижикова.

        - Этот,  - ответила Рыжикова. Сердце у нее уже бухало, как колокол.

        - Открывать, Рыжик?

        - Открывай, Чижик.
        Чижикова откинула крышку. Подруги одновременно вскрикнули. Но не потому, что в ящике оказались гробики с куклами. Их-то там как раз и не было. В ящике, скрючившись, лежал Василь Василич. С перерезанным горлом.
        Девчонки потрясенно смотрели на труп, не в силах вымолвить ни единого слова. Наконец Рыжикова растерянно произнесла:

        - Кто ж его убил?

        - Я,  - раздался из темноты насмешливый голос. В тот миг на чердаке вспыхнул свет.
        Девчонки обернулись и обмерли. К ним приближался… Василь Василич. Живой. Подруги, как по команде, повернули головы к ящику. Там тоже лежал Василь Василич. Мертвый.
        Живой Василь Василич держал в руке шприц. «Как тогда…» - машинально отметила Рыжикова.

        - Попались, финтифлюшки?  - ухмылялся маньяк.

        - Не подходите!  - отчаянно закричала Чижикова.  - Стрелять буду!

        - Чем, фонариком?  - захохотал Васичкин.

        - Бежим, Рыжик!
        Девчонки кинулись к чердачному окну, которое, к счастью, оказалось открытым. Но когда обе Юльки выбрались на крышу, они с ужасом увидели… еще одного Василь Василича. Третьего.
        Из чердачного окна тем временем вылез второй Василь Василич. А за ним показался первый - тот, что лежал в ящике. С перерезанным горлом.
        Это походило на какой-то кошмарный сон.
        Подруги, взявшись за руки, понеслись по крыше. Три Василь Василича, размахивая шприцами, бросились следом. Чижикова с Рыжиковой были явно проворнее. Они быстренько оторвались от преследователей; от пожарной же лестницы их отделяли каких-нибудь десять шагов. А там - по ступенькам вниз, и спасены! Но тут, словно из ниоткуда, впереди возник четвертый Василь Василич. А за ним и пятый.
        Путь к спасению был отрезан.
        Василь Василичи, взяв девчонок в «клещи», начали теснить их к краю крыши.

        - Помоги-и-и-те!..  - закричала Рыжикова.

        - Спаси-и-и-те!..  - подхватила Чижикова.
        Но, увы, никто им не помог и уж тем более не спас.
        Пять Василь Василичей подошли к двум Юлькам и без лишних слов столкнули их с крыши.

        - А-а-а-а-а-а-а-а…  - истошно завопили девчонки и, со свистом рассекая воздух, полетели вниз.

        - Счастливого полета,  - помахали им маньяки на прощание шприцами.
        Глава XIV
        ЧИЖИКОВА ИЛИ РЫЖИКОВА?

        Юлька открыла глаза и огляделась. Где она?.. На том свете? Вроде не похоже. Какая-то белая комната; сама Юлька лежит на белой кровати. «Больничная палата»,  - догадалась она. Юлька попробовала пошевелить руками и ногами. И с радостью почувствовала, что руки-ноги шевелятся. Но вслед за радостью пришло недоумение. Неужели можно грохнуться с двенадцатиэтажного дома и не только остаться в живых, но даже ничего себе не сломать? Странно… И тут Юльке стало еще страннее. Потому что до нее вдруг дошло, что она не знает, какая она Юлька: Чижикова или Рыжикова. Юлька начала лихорадочно вспоминать. Вспоминались, однако, детали как из жизни Чижиковой, так и из жизни Рыжиковой. Может, она сошла с ума? А что, ударилась головой об асфальт - и у нее крыша поехала. «Не пори чушь!» - одернула себя Юлька. Тем не менее факт оставался фактом - Юлька не понимала, Рыжикова она или Чижикова.
        В эту минуту дверь отворилась, и в палату вошла женщина в белом халате.

        - Здравствуй, Боренька,  - сказала она ласково.  - Пора принять таблеточку.
        Боренька?! Юлька рот от изумления разинула. А женщина положила ей на язык таблетку и подала стакан с водой.

        - Запей, Боря.
        Юлька машинально запила.

        - Молодец, хороший мальчик,  - похвалила женщина Юльку и вышла из палаты.
        Что за чертовщина?.. Мало того, что ей никак не врубиться, Чижикова она или Рыжикова, ее еще вдобавок Борей назвали. «Надо срочно прояснять ситуацию»,  - решительно подумала Юлька и поймала себя на том, что так могла подумать только Чижикова. Ага-а, значит, она Чижикова!.. Но вслед за решительной мыслью пришла нерешительная: «Может, все само собой прояснится…» А так могла подумать только Рыжикова.
        Вот блин! Ну кто же она: Чижикова или Рыжикова? И тут Юлька сообразила, как это можно узнать. Да проще простого! В зеркало посмотреться!..
        Она вскочила с кровати и подбежала к большому настенному зеркалу. Посмотрелась в него, да так и ахнула. Потому что не увидела ни отражения Рыжиковой, ни отражения Чижиковой. Из зеркала на Юльку пялился какой-то парень… Юлька протерла кулаками глаза. И парень протер кулаками глаза. Юлька затрясла головой. И парень затряс головой. Юлька подняла руку. И парень поднял руку. Юлька топнула. И парень топнул. И Юлька поняла, что она и есть этот парень. В этот момент Юлька увидела еще одного парня. Но не в зеркале, а в дверях палаты.

        - Привет,  - сказал он.

        - Привет,  - осторожно ответила Юлька и поразилась своему голосу. Он был не девчоночий, а мальчишечий.

        - Хочешь увидеть живого динозавра?  - спросил парень.

        - Кого?

        - Динозавра… Пошли, покажу.
        Юлька пошла. Парень привел ее к кабинету с табличкой «Главврач». Приоткрыл тихонько дверь.

        - Гляди, вон он сидит.
        Юлька заглянула. За столом сидел мужчина и что-то писал.

        - Видала, какой матерый динозаврище?  - сказал парень.
        Но Юлька уже смотрела не на «динозавра», а на этого парня. Странный у него был вид. Даже не странный, а придурошный.
        Парень тем временем продолжал:

        - Ишь как ловко под человека замаскировался, гад. Думает, никто не поймет, что он динозавр. Но меня не проведешь.  - Парень понизил голос: - Их здесь много, таких гадов. Они к нам из тридцать второго измерения проникают. Хотят захватить нашу планету.

«Чокнутый»,  - поняла Юлька.
        К ним подошла женщина. Та самая, что давала Юльке таблетку.

        - Андрюшенька, иди к себе в палату,  - ласково обратилась она к парню.

        - А вы знаете, Инна Борисовна, что он динозавр?  - кивнул парень на приоткрытую дверь кабинета.

        - Знаю, милый. Иди отдыхай.
        Парень послушно ушел. Лицо у женщины было доброе. И Юлька решилась спросить.

        - Извините,  - с запинкой произнесла она,  - а я… кто?
        Женщина не удивилась вопросу.

        - Ты - Боря Пыжиков,  - ответила она.  - Круглый сирота. Живешь в детдоме.

        - Разве здесь детдом?

        - Нет, клиника.

        - Какая клиника?

        - Для душевнобольных детей,  - раздался мужской голос. Это из кабинета вышел
«динозавр».  - У тебя, мальчик, врожденное слабоумие.

        - Ну зачем вы так, Игорь Матвеич?  - укорила главврача женщина.

        - А затем, Инна Борисовна, что мы, врачи, должны всегда говорить детям правду. Как бы горька она ни была.

        - Вы не правы, Игорь Матвеич.

        - Нет, я прав, Инна Борисовна.
        Они заспорили…
        А Юлька не знала, что и думать. Боря Пыжиков, круглый сирота, да еще и с врожденным слабоумием. Просто бред какой-то.

        - Послушайте!  - в отчаянии вскричала Юлька.  - Я не Боря Пыжиков! Меня зовут Юля!
        Спор мигом прекратился.

        - Это что-то новенькое,  - сказал врач.  - И давно тебе кажется, что ты Юля?

        - Мне не кажется,  - с горячностью ответила Юлька.  - Я и вправду Юля. Только не знаю - Чижикова или Рыжикова.
        Врач с врачихой понимающе переглянулись.

        - Шизофренический генацитоз,  - сказал врач.

        - С психокримической доминантой,  - прибавила врачиха.

        - Я не сумасшедшая!  - закричала Юлька.

        - Конечно, конечно.  - Врачиха погладила Юльку по голове.  - Ты только успокойся, Боренька.
        Юлька резко оттолкнула врачихину руку.

        - Я не Боренька, а Юля. Понятно вам?!

        - Нам все понятно,  - сказал главврач и мигнул двум проходящим мимо санитарам, здоровенным, как шкафы.
        И Юлька ойкнуть не успела, как оказалась в смирительной рубашке и с кляпом во рту.
        Санитары отвели ее в палату, все стены которой были обиты толстым войлоком. И заперли. У Юльки на глаза навернулись слезы. Ну надо же, блин, и раньше было не пойми чего, а сейчас и вовсе полный отстой. Какая-то клиника для душевнобольных детей, какой-то Боря Пыжиков. А может, не какой-то?.. До Юльки внезапно дошло, что она помнит всю жизнь этого Пыжикова, как свою собственную. Буквально до мельчайших подробностей. А вдруг она и вправду Пыжиков? А Чижикова с Рыжиковой - просто плод его больного воображения. Да-да, скорее всего так оно и есть, раз она пацан. Или все-таки нет?..
        И Юлька вновь начала приводить доводы «за» и «против».
        И вот когда Юлька почти убедила себя в том, что она - Боря, дверь в палату отворилась, и вошел главврач. За ним вкатился маленький кругленький усатенький человечек, похожий на колобок.

        - Вот так номер, чтоб я помер,  - сказал усатый, взглянув на Пыжикова в смирительной рубашке.  - Что это вы его так упаковали?

        - Буянит, товарищ майор,  - пояснил главврач.  - Крайне тяжелый случай шизофрении. Мальчику кажется, что он девочка. Причем даже не одна девочка, а две.

        - Во как?  - подкрутил усы майор.  - Оставьте-ка нас наедине, милейший.
        Врач вышел. Майор вытащил у Пыжикова изо рта кляп.

        - Ну, здравствуй, Юля,  - сказал он.
        Глава XV
        НАВЕДЕНКА СО СГУЩЕНКОЙ


        - Здрасте,  - ответила вконец обескураженная Юлька. И осторожно спросила: - А разве я не Боря Пыжиков?

        - Никак нет!  - отрубил майор.
        У Юльки капельку отлегло от сердца, но до конца ей еще не верилось.

        - Значит, я Юля?  - лишний раз решила она удостовериться.

        - Так точно!  - снова отрубил майор.

        - А которая?  - продолжала выспрашивать Юлька.  - Чижикова или Рыжикова?

        - И Чижикова, и Рыжикова. Одновременно.

        - Как это?  - стала в тупик Юлька.

        - Скоро узнаешь. А пока ты мне все расскажи.

        - А вы кто?

        - Майор Гвоздь,  - представился усатый.

        - Петр Трофимыч?

        - Да. Откуда ты знаешь?

        - Мы же с вами по телефону говорили. Вы еще про Кукольника рассказывали…

        - Про какого Кукольника?

        - Про маньяка, который четырнадцатилетних девочек пожирает.

        - Хм,  - хмыкнул майор,  - интересно… Ладно, об этом после. А сейчас выкладывай все по порядку.

        - Хорошо. Только вы снимите с меня эту дурацкую рубаху.
        Гвоздь снял с нее смирительную рубашку, и Юлька начала рассказывать. Весь рассказ занял у нее минут тридцать.

        - …а потом пять Василь Василичей столкнули нас с крыши. И я здесь очнулась. Поглядела в зеркало - а я уже не Чижикова, не Рыжикова, а какой-то Пыжиков,  - закончила Юлька.

        - Понятненько,  - задымил сигаретой Гвоздь.

        - А мне вот ничего не понятненько. Почему вы говорите, что я Чижикова и Рыжикова одновременно? Да и вообще, как это мы очутились в этом теле?..  - Юлька ткнула в себя пальцем.

        - В тело Пыжиквоа были перенесены ваши сознания.

        - А кто их перенес?

        - Я,  - коротко ответил майор.

        - Вы?  - таращилась на него Юлька.

        - Так точно!

        - А зачем?

        - Сейчас объясню.  - И Гвоздь начал объяснять: - Я начальник Особого отдела ФСБ. Этот отдел расследует преступления, совершаемые нечистой силой…

        - Вы имеете в виду всяких там ведьм и колдунов?

        - И их тоже,  - кивнул майор.  - Но с этой публикой все гораздо проще. Они живут на земле и в основном промышляют мелким хулиганством: сглаз напускают, порчу наводят… Главная же нечисть находится там,  - постучал Гвоздь каблуком ботинка о пол.
        Юлька посмотрела на пол, потом на майора.

        - Где «там»?

        - В инфернальном мире.

        - В каком, в каком?

        - Ну то есть потустороннем. Его еще называют адским миром.
        Тут в Пыжикове заговорила Чижикова.

        - Ой, да бросьте вы,  - скептически произнесла она.

        - Я бы с удовольствием бросил,  - покуривал Гвоздь.  - Но, к сожалению, адский мир действительно существует.

        - И что, в нем черти водятся?  - саркастически спросила Чижикова.
        Майор усмехнулся:

        - До чего ж у людей стереотипное представление об адском мире. Чуть что - сразу черти. Нет там никаких чертей и никогда не было.

        - Откуда вы знаете?

        - Знаю,  - туманно ответил Гвоздь.

        - А кто там тогда живет?

        - Нечисть всякая, в тысячу раз похлеще чертей. Разными путями она просачивается в наш мир и внедряется в человеческое общество. Потому-то во многих странах сейчас и созданы подразделения по борьбе с нечистой силой…

        - А зачем эта нечисть к нам просачивается?

        - Чтоб гадости делать. Сколько человечество существует, столько инфернальная нечисть ему и вредит. Не нравимся мы ей почему-то…  - Майор перекинул сигарету из правого угла рта в левый.  - Так вот, американцы запустили на земную орбиту два спутника: «Полтергейст - 1» и «Полтергейст - 2». Эти спутники буквально нашпигованы современнейшей аппаратурой, способной выявлять на Земле существа из инфернального мира и уничтожать их из Космоса лазерной пушкой. Недавно
«Полтергейсты» засекли на территории нашей страны, в районе Петербурга, некое инфернальное существо. Они уже хотели его уничтожить, но существо внезапно исчезло. Такого в практике «Полтергейстов» еще не бывало. Это говорит о том, что из адского мира к нам пожаловала не просто нечисть, а нечисть высшего разряда. А значит, и гадость она замыслила тоже высшего разряда…

        - Ну а мы-то тут при чем?  - не понимали Чижикова-с-Рыжиковой.

        - Скоро и до вас дойдем, девчата,  - пообещал майор и продолжил: - Получив сигнал от американцев, Особый отдел усилил наблюдение за ведьмами и колдунами, практикующими в Питере. В большинстве своем это обычные шарлатаны, но попадаются среди них и те, которые и впрямь обладают магическими способностями. Они-то самые опасные. Я думаю, инфернальная тварь прибыла на встречу с одним из этих опасных типов. И даже догадываюсь, к кому именно…
        Подруги тоже догадались.

        - К госпоже Терезе!  - воскликнули они голосом Пыжикова.

        - А вы, девчата, сообразительные,  - похвалил майор подруг.  - Да, именно к ней. Только никакая она не Тереза. Ее настоящее имя - Алиса Моллард. Эта была самая крутая ведьма Англии.

        - Была?

        - Так точно - была. Ее сожгли на костре в 1648 году.

        - Как же она в Питере оказалась?

        - А она умеет из пепла возрождаться.
        В Пыжикове вновь заговорила сомневающаяся Чижикова:

        - Такого просто быть не может!

        - Еще как может. У меня давно зрели подозрения насчет госпожи Терезы. Чтобы их проверить, я послал в Скотленд-Ярд [5] факс своему другу - инспектору Кэлси. Он по моей просьбе сходил в Лондонский музей магии и колдовства, где хранится урна с пеплом Алисы Моллард. Так вот - урна на месте, а пепла нет. А раз пепла нет, значит, Алиса здесь, в Питере. Логично?

        - А чего ей тут надо?  - пожали мальчишескими плечами девчонки.

        - Вот и я задал себе этот вопрос. И сам же на него ответил: в Питере у нее назначена встреча с посланниками из адского мира… Кстати,  - Гвоздь вынул из кителя фотографию,  - посмотрите внимательно, может, вы где-нибудь встречали этого типа?
        Подруги посмотрели. Со снимка на них, в свою очередь, смотрел мужчина с круглыми глазами, квадратным подбородком и треугольным носом.

        - Нет, мы его никогда раньше не видели.

        - Точно?

        - Точно. А кто это?

        - То самое существо, которое прибыло к нам из инфернального мира. «Полтергейсту -
1» удалось сфотографировать его из космоса.

        - Ну а мы-то тут при чем?  - в очередной раз поинтересовались Чижикова-с-Рыжиковой.

        - Терпение, девчата, скоро узнаете… Итак, удостоверившись, что госпожа Тереза - это Алиса Моллард, я приставил к ней своего самого опытного агента - капитана Кипяткова…
        Девчонки сразу вспомнили ведьминого секретаря.

        - Его случайно не Жоржем зовут?

        - Да, Жорой,  - подтвердил майор.  - Он-то и выяснил, что Алиса Моллард навела на вас наведенку. Причем не простую наведенку, а наведенку со сгущенкой.

        - Какую наведенку?.. С какой сгущенкой?

        - Все ваши страсти-мордасти с крематориями и маньяком-людоедом и есть наведенка со сгущенкой. Алиса хотела вас как можно сильнее напугать. Потому что испуганное сознание проще из тела вытолкнуть. Но вы оказались крепкими орешками.  - Гвоздь одобрительно похлопал Пыжикова по плечу.  - Вместо того, испугаться, начали выяснять, что и как, да еще к частному детективу обратились. Ведьма, конечно, этого не ожидала. И ей пришлось дополнительные «страшилки» накручивать. С убийствами и тому подобным…

        - Вы хотите сказать, что убийств не было?

        - Скорее всего нет. Впрочем, я еще проверю, что было на самом деле, а что наведенка со сгущенкой. Но одно уже сейчас можно сказать точно: маньяка Кукольника в Питере нет.

        - Значит, Василь Василич не маньяк?!  - обрадовалась Рыжикова.

        - Во всяком случае, по оперативным сводкам ФСБ, в Петербурге за последнее время никаких девочек не убивали и не пожирали.

        - А зачем Алиса Моллард вытесняла наши сознания?  - спросила Чижикова.

        - Ей нужны были ваши тела.

        - А-а…  - припомнила Рыжикова один фантастический фильм.  - Она хотела переселиться из своего старого тела в наши молодые, да?

        - Нет, девчата, здесь покруче замешано…  - Сделав последнюю затяжку, Гвоздь ловко послал окурок в крохотное оконце под потолком.  - Алиса могла свободно и без ваших тел омолодиться. Она же суперведьма. Ей для чего-то другого ваши тела понадобились.

        - Почему именно ваши?

        - Думаю, здесь все решила магия чисел.  - Щелкнув зажигалкой, майор закурил новую сигарету.  - Существует некая магическая связь между числами и судьбою человека. К примеру, в фамилиях Пушкина и Дантеса равное количество букв - шесть. И у вас, девчата, в ваших именах и фамилиях тоже равное количество букв - тринадцать.

        - Ю… л… и… я… Ч… и… ж… и… к… о… в… а…  - принялись считать подруги.  - Ю… л… и… я… Р… ы… ж… и… к… о… в… а…
        Букв и вправду получилось одинаковое количество. Только не по тринадцать, а по двенадцать. О чем девчонки и сообщили Гвоздю.

        - А вы пробел между именем и фамилией посчитали?

        - Нет.

        - В магии числе пробел считается за букву. У вас - по тринадцать букв. Поэтому Алиса Моллард и выбрала ваши тела для трансформации сознания.

        - А что такое трансформация сознания?

        - То самое, о чем мы сейчас говорим. Всячески вас пугая, Алиса постепенно вытесняла ваши сознания из ваших тел, трансфомируя на освободившееся место свое сознание. Оттого-то такая абракадабра и шла. Тут тебе и наведенка со сгущенкой, и реальность, и мысленные образы самой Алисы…

        - А зачем ей нам свои мысленные образы передавать?

        - Незачем, конечно. Это был так называемый побочный эффект. В конце концов Алисе удалось полностью вытеснить ваши сознания и захватить тела. Вы должны были погибнуть - ведь сознание не может существовать вне тела. К счастью, я подоспел вовремя и перекинул ваши вытесненные сознания в Бориса Пыжикова, который идеально подошел для роли вашего нового тела.
        Чижиковой и Рыжиковой стало жалко бедного Пыжикова.

        - Значит, вы вытеснили из Бориного тела его сознание, и Боря погиб?  - спросили они с укором.

        - Никак нет. Я не вытеснил его сознание, а немножко потеснил. Паренек от рождения слабоумный, а у слабоумных - сознание с гулькин нос. Так что места всем хватило, еще и осталось. Кроме того, магия чисел требовала, чтобы имя владельца вашего нового тела насчитывало тоже тринадцать букв. А в имени Борис Пыжиков их как раз тринадцать.

        - Выходит, вы умеете перемещать сознания?  - дошло до подруг.

        - А как же!  - горделиво подкрутил усы Гвоздь.  - Я ведь не просто майор ФСБ, а еще глава Ордена белых магов Санкт-Петербурга, почетный член Международной ассоциации магических искусств, президент Академии практической магии и к тому же главный эксперт России по аномальным явлениям. Во как!

        - Ну вы крутой,  - уважительно сказали Чижикова-с-Рыжиковой.

        - Так точно,  - козырнул Гвоздь. И спросил: - Ну как, девчата, все уразумели?

        - Не все, конечно,  - признались девчонки,  - но кое-что уразумели.

        - Кое-что - это тоже неплохо,  - заметил майор.

        - А где сейчас наши тела?  - спросила Рыжикова.  - Неужели нам так и придется, как сиамским близнецам, жить в одном теле на двоих?

        - Даже на троих,  - поправила подругу Чижикова, имея в виду Пыжикова.

        - Спокойно, девчата. Все под контролем. Я приказал капитану Кипяткову задержать и допросить Алису Моллард. Он должен с минуты на минуту позвонить и доложить о результатах допроса.
        Тут же звякнул сотовый в кармане майора.

        - Майор Гвоздь на проводе!  - отчеканил Гвоздь.

        - Говорит капитан Кипятков,  - раздался из трубки громкий голос.  - Разрешите доложить о результатах допроса.

        - Докладывай, Жора.

        - Результатов нет, товарищ майор!

        - Что, до сих пор не раскололась?

        - Так точно! Может, ее крестным знамением осенить?

        - Не кипятись, Кипятков. Это крайняя мера. Ладно, я сейчас подъеду.  - И, послав второй окурок вслед за первым, майор сказал девчонкам: - Едем в Большой дом [6].
        Глава XVI
        ФИРМА «АНАТАС»

        В Большом доме майор Гвоздь и Чижикова-с-Рыжиковой прошли в 309-й кабинет, где располагался Особый отдел.
        Капитан Кипятков вытянулся по стойке «смирно»:

        - Здравия желаю, товарищ майор!

        - Здорово, Жора… Вот, познакомься,  - кивнул Гвоздь на Пыжикова.  - Юля Чижикова и Юля Рыжикова.

        - Здравия желаю!  - козырнул им Кипятков.

        - Здрасте,  - ответили девчонки.
        Они сразу узнали в капитане Кипяткове секретаря Жоржа. А он их, естественно, не узнал в таком виде.

        - Где задержанная?  - приступил к делу майор.

        - Я ее в камеру отправил.

        - Вызови.

        - Слушаюсь!
        Кипятков нажал кнопку. Тотчас привели госпожу Терезу, вернее Алису Моллард.

        - На каком основании я арестована?!  - закричала она с порога.

        - Не арестована, а задержана,  - поправил ее Гвоздь.

        - Вы мне тут тень на плетень не наводите!  - пуще прежнего взбеленилась ведьма.

        - А вы, Алиса, не кричите,  - спокойно отпарировал майор, закурив сигаретку.

        - Я не Алиса, а Тереза!

        - Нет, вы именно Алиса. Алиса Моллард. У себя дома, в Англии, вы занимались черной магией. За что вас и сожгли на костре в 1649 году…
        Ведьма несколько поутихла.

        - Ну и что дальше?  - хмуро спросила она.

        - Ничего,  - попыхивал сигаретой Гвоздь.  - Хочу задать вам парочку вопросов.

        - Задавайте хоть две парочки, все равно отвечать не буду.

        - Почему?

        - Нипочему.

        - Это не ответ.

        - Другого не ждите. Мне вам нечего сказать.

        - Так уж и нечего…  - Майор кинул на стол фотографию, сделанную «Полтергейстом -
1».  - Знаете такого?
        Ведьма мельком взглянула на снимок.

        - Не знаю.

        - Ладненько,  - подкрутил Гвоздь правый ус.  - Тогда ответьте на другой вопросик: куда вы дели тела двух девочек?

        - Каких еще девочек?

        - Вот этих,  - указал майор дымящейся сигаретой на Борю Пыжикова.

        - Но это же мальчишка.

        - Правильно, мальчишка, в котором сейчас находятся сознания двух девчонок. Где их тела?

        - Не знаю.

        - Я смотрю, Алиса, вы ничего не знаете.

        - Да, я ничего не знаю,  - демонстративно заявила ведьма и начала вдруг твердить как заведенная: - Не знаю… не знаю… не знаю… не знаю…

        - Вот так номер, чтоб я помер!  - воскликнул Гвоздь, внимательно приглядываясь к ведьме.

        - …не знаю… не знаю… не знаю…  - продолжала повторять та.
        Майор вынул изо рта сигарету и горящим концом ткнул Алису Моллард в лоб.
        Запахло паленой резиной. Затем раздался громкий свист: п-с-с-с-с-с-с-с-с-с-с-с-с…
        - это из дырки, которую прожгла сигарета Гвоздя, стал выходить воздух. А сама ведьма стала быстро-быстро сморщиваться и опадать, словно надувная игрушка. Скоро на полу лежала лишь бесформенная оболочка.

        - Пустышка,  - сказал майор Гвоздь, снова сунув сигарету в зубы. И добавил, обращаясь к Кипяткову: - Что ж ты, Жора, так прокололся?

        - Виноват, товарищ майор,  - потупился капитан.  - Не разглядел.
        Девчонки молчали, потрясенные увиденным. За последнее время они много чего насмотрелись. Но такого…
        Майор с капитаном обменялись короткими репликами:

        - Выходит, она была в курсе.

        - Так точно, товарищ майор!
        Чижикова-с-Рыжиковой постепенно пришли в себя. Вернее, в Пыжикова.

        - А… а что это?  - спросили они, указав на то, что минуту назад было Алисой Моллард.

        - Всего лишь пустая оболочка,  - пояснил Гвоздь.  - Ведьма ее нам подсунула. Уразумели?

        - Не-а,  - помотали головой Пыжикова подруги.

        - Ну, вы знаете, что такое клон?

        - Да. Это точная копия, получаемая биологическим путем.

        - Правильно,  - кивнул майор.  - Пустышка - тоже точная копия, но получаемая магическим путем. Ее практически невозможно отличить от человека. Нам просто повезло, что Алисину пустышку заело. А то бы мы с ней так и валандались, думая, что это сама Алиса. Теперь уразумели?

        - Ага.

        - Жора!

        - Я!

        - Приобщи улику к делу.

        - Слушаюсь!
        Капитан скатал пустышку в трубочку и запер в сейф.

        - Итак, орлы,  - сказал Гвоздь, ловким щелчком послав окурок в пепельницу,  - налицо утечка информации. Спрашивается, как произошла эта утечка?

        - Не могу знать, товарищ майор,  - козырнул Кипятков.

        - Мы знаем!  - воскликнули Чижикова-с-Рыжиковой.

        - Выкладывайте, девчата.

        - Мы вам уже выкладывали, Петр Трофимыч. Помните, когда я по телефону звонила, вы трубку сняли…

        - Я - это кто? Чижикова или Рыжикова?

        - Чижикова. Я звонила Антону Налимову, а ответили вы. И про Кукольника рассказали. А потом послали меня в морг. На опознание.

        - Как же я мог упустить такой важный момент?!  - хлопнул себя майор по лбу.  - Выходит, Алисины мысли, смешавшись с наведенкой, трансформировались в мой ответ по телефону. Хм, но откуда она могла про меня узнать?

        - Да из ваших файлов, Петр Трофимыч!  - снова воскликнули девчонки.  - Она взломала компьютерный банк данных. И скачала все ваши секретные файлы.

        - А откуда вы, девчата, знаете про секретные файлы?

        - Нам Компик сказал.

        - Какой Компик?
        Подруги рассказали про Гошу-вундера.

        - Вот так номер, чтоб я помер!  - Гвоздь взглянул на Кипятков.  - Выходит, нас хакнули, Жора?

        - Так точно, товарищ майор!

        - М-да, а мы даже не заметили. Теперь понятно, почему Алиса вместо себя липтоидного двойника подсунула. Она знала о наших планах.

        - Ну пройдоха!  - закипятился Кипятков.

        - Не кипятись, Жора. Без проигрыша нет выигрыша. Главное, что у нас в руках осталась ниточка.

        - Какая ниточка, товарищ майор?

        - Хакер, что нас хакнул.

        - А может, сама ведьма взломала ваш банк данных?  - предположили Чижикова-с-Рыжиковой.

        - Исключено, девчата. Компьютерная сеть ФСБ защищена на нескольких уровнях. Ее никаким колдовством не возьмешь. Здесь явно работал опытный программист. Наша задача - его найти.

        - Гоша его найдет!  - уверенно заявили девчонки.

        - Каким образом?

        - Он по следу хакера выйдет на его компьютер.

        - Это невозможно, девчата.

        - Для Компика возможно. Он же гений.

        - Ладно, едем к вашему гению. Попытка не пытка.

        - А вдруг он тоже наведенка?  - выдвинул версию Кипятков.

        - Гоша - наведенка?  - несколько подрастерялись подруги.

        - Вот заодно и проверим,  - сказал Гвоздь.

…Гоша, к счастью, оказался вполне реален.

        - Привет, Компик,  - поздоровались с ним девчонки.

        - Привет. А ты кто?  - спросил вундер у Пыжикова.

        - Я две Юльки. Чижикова и Рыжикова.

        - А-а,  - сразу врубился юный гений,  - трансформация сознания.

        - Так точно,  - козырнул капитан Кипятков.
        Чижикова-с-Рыжиковой попросили:

        - Гошенька, ты нам не найдешь одного человека в компьютере?

        - А вы килограмм шоколадных конфет принесли?  - напомнил им Компик.

        - Мы тебе завтра принесем,  - пообещали подруги.

        - Вот завтра и посмотрю,  - начал привычно выпендриваться вундеркинд.
        Но тут свое веское слово сказал майор Гвоздь:

        - Отставить выкрутасы, малец. Дело касается государственной безопасности. Уразумел?
        Гоша сразу почувствовал, что с майором шутки плохи.

        - Уразумел,  - пискнул он и побежал к компьютеру.

        - След взят!  - доложил через минуту вундер майору.  - Хакер компьютерные вирусы на всем пути раскидал. Думал таким образом со следа сбить. Но я их своим антивирусником уничтожил.

        - Молоток!  - одобрительно сказал майор.
        Гоша залился краской, польщенный похвалой.

        - Йес! Готово!  - воскликнул он еще через пару минут и нажал на «Enter».  - Мы в его компике!
        На экран выскочила страничка:


        РУКОВОДСТВО ПО САМОУБИЙСТВАМ
        ОГЛАВЛЕНИЕ

1. Как правильно лечь под поезд.

2. Как правильно повеситься.

3. Как правильно застрелиться.


…И так далее. Еще сто двадцать пять глав.
        Чижикова-с-Рыжиковой пожали плечами Пыжикова.

        - Фигня какая-то.

        - Так точно!  - козырнул Кипятков.

        - Разберемся,  - подкрутил Гвоздь усы.

        - Смотрим дальше…  - щелкнул Гоша мышкой.
        На экране возникла новая страничка:


        ДОГОВОР
        Генеральный директор фирмы «АНАТАС» Брюховицкий Анатас Иванович, именуемый в дальнейшем «Заказчик», с одной стороны, и Телевицкий Сергей Николаевич, именуемый в дальнейшем «Исполнитель», с другой стороны, заключили настоящий Договор о нижеследующем:

1. Исполнитель обязуется в течение 3 (трех) дней исполнить 1 (одно) деликатное поручение Заказчика.

2. Заказчик обязуется исполнить 1 (одно) ЛЮБОЕ желание Исполнителя в течение 3 (трех) дней после исполнения Исполнителем пункта 1 (один) настоящего договора.

3. Все расходы, связанные с исполнением деликатного поручения, Заказчик берет на себя.

4. Односторонний отказ от выполнения условий настоящего договора не допускается…


… И тому подобное. Всего двадцать три пункта. А в конце - адреса фирмы «АНАТАС» и Телевицкого.

        - Вот она, ниточка, за которую мы потянем и распутаем весь клубок,  - удовлетворенно сказал майор и назидательно прибавил: - Запомните, орлы, часто неудача в одном деле оборачивается удачей в другом.

        - Телевицкий, наверное, киллер,  - предположили Чижикова-с-Рыжиковой.

        - Почему киллер?

        - Потому что он - «Исполнитель», да еще и поручение - «деликатное».

        - Ни фига себе!  - воскликнул вдруг Гоша.
        Все посмотрели на вундера.

        - Прочтите это слово наоборот,  - ткнул гений пальцем в название фирмы.
        Все прочли. «АНАТАС» справа налево читалось как «САТАНА».

        - Это же договор с дьяволом!  - ахнули подруги.  - Телевицкий ему душу продал!

        - Ага,  - согласился с девчонками Гоша и не преминул блеснуть своими знаниями: - В Средние века такие договоры писались на свитках, выделанных из телячьей кожи. И подписывались кровью. А теперь, значит, их на компьютерах печатают.

        - Не будем делать скороспелых выводов, орлы,  - сказал Гвоздь.  - Следствие покажет. Для начала надо допросить Телевицкого. Займись им, Жора…

        - Слушаюсь, товарищ майор!

        - А я займусь Брюховицким и фирмой «АНАТАС», а заодно проверю - существуют ли на самом деле главреж Угольков, детектив Тюхин-Матюхин и столяр Похмелкин. В общем, разбегаемся.
        И они разбежались.
        Глава XVIII
        НИТОЧКА ОБРЫВАЕТСЯ

        Дверь капитану и девчонкам открыл молодой человек ничем не примечательной наружности. Тщедушный. В очках.

        - Сергей Телевицкий?  - официальным тоном осведомился у него Кипятков.

        - Да, это я. А в чем дело?

        - Служба безопасности,  - показал капитан удостоверение.  - Нам надо с вами поговорить.
        Телевицкий заметно насторожился.

        - А о чем?

        - Сейчас узнаете. Позвольте войти.

        - Пожалуйста.
        Кипятков и Пыжиков вошли в квартиру.

        - Где и кем вы работаете?  - приступил к допросу капитан.

        - Программистом в компьютерной фирме.

        - Угу-у,  - многозначительно протянул Кипятков.

        - Что «угу»?  - занервничал Телевицкий.

        - Ничего. А что вы так нервничаете?

        - Я вовсе не нервничаю,  - ответил хакер, судорожно сплетая и расплетая пальцы.

        - Знаете такую госпожу Терезу?  - закурив, поинтересовался Кипятков.

        - Нет, не знаю.

        - А Алису Моллард?

        - Тоже не знаю.

        - А может, знаете?  - прищурился капитан.

        - Я же сказал - не знаю!  - сорвался на фальцет Телевицкий.  - Не знаю, не знаю, не знаю…
        Кипятков, выхватив изо рта дымящуюся сигарету, ткнул ею Телевицкого в лоб.

        - А-а-а-й!  - завопил хакер.
        Капитан сконфузился:

        - Извините. Промашечка вышла.

        - Вы за это ответите!  - продолжал вопить Телевицкий.  - Я на вас жаловаться буду!
        Кипятков стоял красный, как кирпич. Девчонки поняли, что надо выручать растерявшегося капитана.

        - Куда вы собираетесь жаловаться?  - спросили они у хакера.  - В фирму «АНАТАС»?
        Телевицкий сразу притих. Глаза у него забегали.

        - Что глазки-то бегают?  - наступательным тоном продолжали подруги.  - Совесть нечиста?!
        Теперь уже растерялся Телевицкий, а Кипятков обрел былую уверенность.

        - Знает кошка, чье мясо съела,  - сказал он.

        - Какая кошка?  - пробормотал хакер.

        - Вы простачком-то не прикидывайтесь!  - напирал на него Кипятков.

        - Да я…  - начал Телевицкий, отступая к стене.

        - Что «я»?!  - перебили девчонки, тоже тесня хакера.
        В общем, хакер был приперт к стенке, как в прямом, так и в переносном смысле.

        - Хорошо,  - сдавленным голосом промолвил он.  - Я вам все расскажу…  - И, суетливо поправив на носу очки, приступил к рассказу: - Это случилось из-за Сонечки. Я познакомился с ней в ночном клубе…

        - Она случайно не певица?  - спросила Чижикова.

        - Певица.

        - А сценический псевдоним у нее не Варвара?

        - Варвара. Откуда ты, мальчик, знаешь?

        - В каком клубе вы с ней познакомились?  - не отвечая на вопрос, выспрашивала Чижикова.

        - В клубе «Аллигатор». Соня там пела.

        - Опишите ее внешность.
        Телевицкий описал. Судя по описанию, это была Соня Пардон из «Веселого могильщика». Но ведь «Веселый могильщик» - наведенка. Как там могла петь реальная Соня? Опять получалась нестыковочка.
        Телевицкий рассказывал:

        - Увидев Сонечку, я понял - вот она, моя настоящая любовь. Единственная и неповторимая. Я предложил ей руку и сердце. Увы, Сонечка отвергла меня, сказав, что я не в ее вкусе. Как только я ее ни уговаривал, чего только ни обещал. Все впустую. И тогда, от отчаяния, я решил ее приворожить…

        - Вот так программист!  - фыркнула Чижикова.  - Вы бы еще в церковь пошли, помолиться…

        - Эх, мальчик,  - со вздохом сказал Телевицкий,  - ты не любил - тебе не понять.

        - Почему не понять? Я любила… э-э… то есть любил.

        - У тебя была не настоящая любовь, а так, юношеская влюбленность. Настоящая любовь
        - когда жить без нее не можешь. Ночью и днем только о ней и думаешь. Настоящая любовь - страшная сила, мальчик. Страшная…  - Телевицкий посмотрел на Кипяткова.  - Вот вы-то, наверное, знаете.

        - Так точно!  - козырнул капитан.  - Любовь зла - полюбишь и козла!

        - Да-да,  - покивал программист и продолжил: - Я достал приворотные зелья. И все их тайно испробовал на Сонечке. Ничего не помогло. Сонечка была холодна, как лед. А я весь пылал от отчаяния. Дошло до того, что я скачал из Интернета «Руководство по самоубийствам» и стал выбирать способ, каким лучше всего свести счеты с жизнью. В этот критический момент мне позвонила какая-то женщина. Она сказала, что может приворожить ко мне Сонечку. Но за это я должен оказать некой фирме деликатную услугу. Я, не раздумывая, согласился.

        - Вы что, сразу ей поверили?  - спросила Рыжикова.

        - Представь себе, мальчик, поверил. Сам не знаю почему. Мне по электронной почте прислали договор, который я обязан был подписать и отослать уже обычной почтой.

        - По какому адресу?  - вскинулся Кипятков и весь напрягся в ожидании ответа. Вот она - зацепочка!

        - Поварская, шесть.
        Капитан досадливо крякнул. Это был адрес магического салона госпожи Терезы.

        - Я подписал договор и отослал.

        - Чем вы его подписали?  - полюбопытствовала Чижикова.  - Кровью?

        - Нет, шариковой ручкой.

        - А вы хоть врубились, что этот договор не совсем обычный?

        - Да во все я врубился, мальчик,  - поморщился Телевицкий.  - И даже заметил, что
«АНАТАС» справа налево читается, как «САТАНА». Но для меня это не имело никакого значения. Да и потом - не верю я во всю эту мистическую чепуху.

        - Не верите, а сами договорчик-то подписали,  - укорил Телевицкого Кипятков.

        - И приворотными зельями пытались воспользоваться,  - прибавили девчонки.

        - А что мне оставалось делать? Утопающий, как известно, хватается за соломинку. Вскоре позвонил мужчина, представился Анатасом Ивановичем Брюховицким и сообщил, что именно от меня потребуется за Сонечкину любовь. Я сразу понял, что попал в шпионские сети…
        Кипятков и обе Юльки не ожидали такого поворота.

        - Какие еще шпионские сети?

        - Брюховицкий явно был шпион.

        - С чего вы взяли?

        - А кому могли понадобиться секретные файлы отдела ФСБ? Только шпиону.

        - И вы, думая, что он шпион, тем не менее согласились выполнить его задание?!  - с возмущением воскликнул Кипятков.

        - Нет, все было немножко не так. Для себя я решил, что если информация в файлах и вправду окажется очень уж секретной, то я ее не отдам Брюховицкому. А если она будет не очень секретная, то отдам.

        - Что вы глупости-то городите?!  - закипятился Кипятков.  - Если информация засекречена, она считается секретной, без всяких «очень» и «не очень».

        - Ой, перестаньте!  - отмахнулся Телевицкий.  - У нас в России, куда ни плюнь, везде все засекречено. Хотя эти секреты даром никому не нужны… В общем,  - заключил хакер,  - я взломал фээсбэшный банк данных и скачал секретные файлы. Там оказались сведения о каких-то американских спутниках, следящих из Космоса за нечистой силой, да еще о каком-то майоре Гвозде, тоже следящем за нечистой силой у нас в Питере. Короче, чуть несусветная. Ну я и отослал эту ерунду на Поварскую, шесть.

        - Да знаете ли вы, что вам за это полагается?!  - вне себя от возмущения вскричал Кипятков.

        - Мне уже все равно,  - равнодушно ответил Телевицкий.

        - Как это все равно?!

        - А так. Сонечка не только не влюбилась в меня, а исчезла неизвестно куда.  - Телевицкий тяжко вздохнул.
        Вслед за ним тяжко вздохнули капитан и девчонки. Ниточка, на которую так рассчитывал майор Гвоздь, оборвалась.
        Глава XVIII
        КТО ТАКОЙ ТОХА?


        - Вот так номер, чтоб я помер,  - сказал Гвоздь, выслушав доклад Кипяткова.
        Оба фээсбэшника и обе Юльки были уже в Большом доме.

        - Странный тип этот Телевицкий,  - подытожил Кипятков.  - Вначале вроде как испугался. А под конец говорит: «А мне все равно».

        - Да он не странный,  - поправил капитана майор,  - а просто одурманен с помощью магии. Ты что, Жора, разве не понял? Алиса Моллард и Соня Пардон действовали заодно. Алиса наколдовала, чтобы Телевицкий по уши влюбился в Соню. А Соня ему дала от ворот поворот. Потом появился Брюховицкий с договором. В общем, все было разыграно как по нотам.

        - Зачем им был нужен этот договор?  - пожимали Чижикова-с-Рыжиковой плечами Пыжикова.  - Телевицкий бы и так согласился.

        - Ведьмы не могут без ритуалов,  - объяснил Гвоздь, закуривая.  - Обязательно подавай им черные свечи, черепа, договоры… Словом, дешевый антураж. Я их повадки знаю. У меня первая жена ведьмой была.

        - У ва-а-с?.. Ве-е-дьмой?..  - не поверили девчонки.

        - Так точно!

        - Зачем же вы на ведьме женились?

        - Когда мы поженились, она была ангелом. Это она потом ведьмой-то стала.

        - Разве такое бывает?

        - Бывает, девчата, и очень часто. Ведьмами не рождаются, ведьмами становятся.

        - И что вы, товарищ майор, с женой сделали, когда она ведьмой стала?  - заинтересовался Кипятков.  - На костре сожгли?
        Гвоздь чуть дымом не поперхнулся.

        - Скажешь тоже, Жора. Что я тебе, средневековый инквизитор? Просто развелся.

        - Петр Трофимыч,  - спросили девчонки,  - а как Соня Пардон могла оказаться в
«Веселом могильщике»? Ведь ночной клуб - наведенка.

        - Для такой опытной ведьмы, как Алиса, вставить реального человека в наваждение - пара пустяков.

        - Тогда я другого не понимаю,  - сказала Чижикова.  - Если Соня заодно с Алисой, зачем она помогла мне выбраться из «ночника»?

        - Она тебе не помогла. Вспомни, где ты оказалась после ее «помощи». В крематории.

        - Ой, правда,  - смутилась Чижикова от того, что не въехала в такую простую вещь. Видимо, то, что сознания девчонок находились по соседству с сознанием слабоумного Пыжикова, давало о себе знать.

        - Товарищ майор, а вам что удалось выяснить?  - поинтересовался Кипятков.

        - Ну, во-первых, как я и предполагал, фирмы «АНАТАС» по адресу, указанному в договоре, нет. Главрежа в кукольном театре тоже нет. Вернее, главный режиссер, конечно, имеется, но фамилия у него не Угольков. «Мастерская по изготовлению гробов» на кладбище существует, но никаких кукольных гробиков ей не заказывали и ни о каком Похмелкине там не слыхали.  - Гвоздь на секундочку прервался, сбив с сигареты пепел.

        - А Тюхин-Матюхин есть?  - нетерпеливо спросила Рыжикова. Юльке очень понравился детектив. И ей не хотелось, чтобы он оказался убитым или наведенкой.

        - Есть.

        - Правда?!  - обрадовалась Рыжикова.

        - Вернее, нет.

        - Как это?  - разочаровалась Юлька.

        - По адресу, который вы мне назвали, действительно находится контора Тюхина-Матюхина, но самого детектива сейчас там нет. Секретарша сказала, что он ведет расследование в другом городе.

        - А в каком?

        - Секретарша не в курсе.

        - Кого же тогда застрелили у бара «Два урода»?  - недоумевали подруги.

        - Никого. Такого бара в Питере отродясь не было. На этом месте расположено кафе
«Два пингвина». И ящика с кукольными гробами я на чердаке не нашел.

        - Вы и на чердаке успели побывать, товарищ майор?

        - Так точно, Жора!

        - Выходит, у нас не осталось ни свидетелей, ни подозреваемых,  - со вздохом сделал вывод Кипятков.

        - Не делай скороспелых выводов, Жора. Один остался.

        - Кто?

        - Антон Налимов.  - Гвоздь перевел взгляд на Пыжикова.  - Юля, можно задать тебе нескромный вопрос?

        - Вы у какой Юли спрашиваете? У Чижиковой или у Рыжиковой?

        - У Чижиковой.

        - Задавайте, Петр Трофимыч.

        - Я вот что хочу спросить.  - Майор смущенно кашлянул.  - Ты с этим парнем-то целовалась?

        - С Тохой? Целовалась.

        - Какими поцелуями?

        - Всякими.

        - А японским целовалась?

        - Да.

        - Ты только не падай в обморок, Юля. Но, по-моему, твой Тоха - это Алиса Моллард.
        У Пыжикова так челюсть и отвисла.

        - Я фигею!

        - Пока что особо не фигей. Это лишь мое предположение. Но смотрите, девчата, что получается. Наваждения у вас начались после того, как вы зашли в магический салон. Верно?

        - Верно,  - подтвердили девчонки.

        - А кто вам надоумил зайти в этот салон?

        - Никто. Мы случайно на него наткнулись.

        - Не-е-ет, девчата,  - покачал головой Гвоздь,  - это была не случайность. Я думаю, Алиса давно вас вычислила, как наиболее подходящих кандидаток на трансформацию сознания. И, приняв облик шестнадцатилетнего паренька, искала с вами знакомства.

        - А зачем?

        - Ей надо было заманить вас в салон, чтобы провести с вашими сознаниями подготовительную работу. Вот поэтому, Юля, Тоха и поцеловал тебя японским поцелуем.

        - При чем тут японский поцелуй?

        - Вместе с этим поцелуем Алиса заложила тебе в подсознание приказ явиться в магический салон.

        - Но она с нами там ничего не делала. Мы только поговорили, и все.

        - Нет, не все. Вы же сами рассказывали, что вошли в салон около двенадцати, находились там от силы полчаса, а когда вышли, было полпятого. Это говорит о том, что Алиса с вами не разговаривала, а погрузила вас в транс и подготовила ваши сознания для трансформации.
        Чижиковой все еще не верилось.

        - Зачем тогда Тоха мне часы подарил, если он Алиса Моллард?

        - А ты не догадываешься?

        - Не-а.

        - Эти часики - с определителем местоположения.

        - А-а,  - поняла Рыжикова.  - По этим часам Алиса Моллард на Чижика наведенку наводила.

        - Так точно!  - подтвердил Гвоздь.

        - А почему она мне такие часы не дала?

        - С тобой она и без часов справилась. На одного человека наводить наведенку для Алисы пара пустяков. А одновременно на двоих - уже напряг. Вот она часиками и воспользовалась.

        - Тоха - Алиса Моллард,  - пробормотала Чижикова.  - У меня в голове это не укладывается.

        - Ничего, уложится со временем,  - заверил ее майор.

        - Но вы же говорите - это только ваше предположение. Может, Тоха к этой истории вообще не имеет никакого отношения.

        - Может, и не имеет,  - согласился Гвоздь.  - Тем более что в Комарове я его могилы не обнаружил.

        - Наверное, вы не там искали. Его могила между памятниками Чехову и Гоголю.

        - Да ведь Чехов с Гоголем в Москве похоронены.

        - В Москве?  - удивились девчонки.

        - Так точно!  - козырнул Кипятков.  - На Новодевичьем кладбище.

        - Ну и ну,  - почесали Чижикова-с-Рыжиковой затылок Пыжикова.
        А Гвоздь приказал:

        - Летим в Москву, орлы!
        Глава XIX
        ОЖИВШИЙ ПОКОЙНИК

        И вот они уже в Москве. На Новодевичьем кладбище. Между могилами Чехова и Гоголя и впрямь был похоронен Антон Налимов. Но какой!.. На гранитном постаменте возвышался мраморный бюст пожилого мужчины в морском кителе, тоже, разумеется, мраморном. Надпись, сделанная золотыми буквами, гласила:


        АДМИРАЛ АНТОН ЗАХАРОВИЧ НАЛИМОВ


        - Вот так номер, чтоб я помер!  - подкрутил усы майор Гвоздь.  - Это что ж, твой Тоха?
        Чижикова слова не могла вымолвить от изумления.
        А Рыжикова сказала:

        - Крутая фишка!

        - Так точно!  - козырнул капитан Кипятков.

        - Я фигею,  - уже вслух изумлялась Чижикова.  - Тохе же было шестнадцать с хвостиком.

        - А этому Тохе шестьдесят с хвостиком,  - указал Гвоздь на даты жизни.  - Поздравляю вас, орлы. Вот вам еще одна загадочка, которую нам подкинула Алиса Моллард.

        - Вы думаете - она?

        - Ну а кто ж еще?.. Жора, дай-ка лупу.

        - Слушаюсь!
        Капитан достал из дорожной сумки увеличительное стекло и передал майору. Гвоздь, поднеся увеличилку к памятнику, принялся внимательно его осматривать.

        - Вот так номер, чтоб я помер!  - воскликнул он минуту спустя.  - Девчата, посмотрите-ка сюда,  - передал он лупу Пыжикову.
        Девчонки посмотрели.
        В самом низу постамента виднелась едва заметная надпись: «Скульптор Савелий Ворончук». И проставлена дата.

        - Ну и что?  - не поняли подруги.

        - А то. Выходит, памятник сделан в прошлом году. А адмирал умер в этом. Вам это странным не кажется?

        - Нет, не кажется. Египетские фараоны себе вообще пирамиды за сорок лет до смерти начинали строить.

        - Так то фараоны…  - сказал майор.  - Жора!

        - Я!

        - Дай-ка щуп.

        - Есть!
        Из той же дорожной сумки Кипятков вынул длинный металлический стержень, который еще и раздвигался, как антенна.

        - Прошу, товарищ майор.
        Гвоздь воткнул заостренный конец стержня в могилу и надавил. Штырь без труда вошел в мягкую землю. Лицо майора приняло сосредоточенное выражение.

        - Так, так, так,  - бормотал он в усы, погружая щуп все глубже и глубже.  - Ага-а, вот он гробик…  - нащупал Гвоздь и присвистнул: - А покойничка-то в гробу и нет.

        - Как нет?  - поразились все.

        - Сами послушайте…  - Гвоздь потыкал стержнем.  - Слышите?! Когда в гробу кто-то лежит - звук совсем другой… Вот так номер, чтоб я помер! Куда ж адмирал-то подевался? А, Жора?

        - Не могу знать, товарищ майор!

        - Может, домой вернулся? Надо бы проверить.
        Девчонки захихикали, думая, что Гвоздь шутит. Но майор и не думал шутить.

        - Едем на «Третьяковскую»!  - распорядился он.

        - А почему на «Третьяковскую»?  - спросили подруги.

        - Вы к кому?  - как и прошлый раз, осведомился охранник.

        - К адмиралу Налимову!  - отчеканил Гвоздь.

        - Он умер.

        - А кто теперь живет в его квартире?

        - Адмиральша Налимова. Но она никого не принимает.

        - Думаю, нас она примет.  - Гвоздь показал охраннику удостоверение.

        - Проходите, товарищ майор,  - козырнул тот.  - Я ей сейчас позвоню.
        Шикарный лифт с зеркалами поднял фээсбэшников и Юлек на восьмой этаж. Дверь им открыла та самая женщина, которую Чижикова и Рыжикова видели в свой прошлый приход.

        - Здравия желаю!  - отдали ей честь майор с капитаном. Обе Юльки тоже поздоровались.
        Адмиральша кивнула в ответ.

        - Чем могу служить, господа?  - довольно сухо спросила она.

        - Хотелось бы с вами побеседовать, мадам,  - галантно промолвил Гвоздь.

        - О чем же?

        - О вашем муже.
        Адмиральша меланхолично вздохнула.

        - Что о нем говорить. Он умер.

        - И тем не менее,  - настаивал майор.

        - Хорошо,  - согласилась адмиральша и впустила непрошеных гостей в квартиру.
        В прихожей всем в ноздри ударил крепчайший запах табака. Чижикова-с-Рыжиковой, то есть Пыжиков закашлялся.
        Майор же Гвоздь, наоборот, с удовольствием втянул ноздрями воздух.

        - «Джек-Потрошитель»,  - определил он нюхом заядлого курильщика.  - Самый крепкий трубочный табак.  - Вы что, мадам, трубку курите?

        - Представьте себе. Антон Захарыч всю жизнь курил. Ну и я пристрастилась.
        Адмиральша повела их в комнату. На журнальном столике стояла полупустая бутылка ямайского рома и стакан. «Видимо, адмирал всю жизнь еще и ром пил»,  - одновременно подумали Гвоздь, Кипятков и обе Юльки.

        - Прошу садиться,  - указала адмиральша на массивные кресла и села сама.  - Итак, я вас слушаю.

        - От чего умер ваш муж?  - напрямик спросил майор.

        - От старости.

        - Но ведь он был не такой уж и старый.

        - Но не такой уж и молодой,  - отпарировала адмиральша. И предложила: - Хотите рома, господа?

        - Мы на службе не пьем,  - отказался за всех Гвоздь.

        - А я выпью.  - Адмиральша залпом маханула целый стакан, даже не поморщившись. И потянулась к бутылке - налить еще.
        И тут майор Гвоздь сказал:

        - Послушайте, адмирал, может, прекратите этот маскарад?
        Адмиральша так и замерла над бутылкой. Чижикова-с-Рыжиковой тоже замерли. И Кипятков замер. В общем, все замерли. Кроме майора Гвоздя. Повисла пауза. Все ждали, что скажет адмиральша.

        - Чтоб меня пьяный кальмар проглотил,  - басом сказала «адмиральша».  - Как вы догадались, майор?!
        Гвоздь с усмешкой подкрутил усы.

        - Элементарно, адмирал. У вас в вырезе женской кофточки тельняшка виднеется.

        - А может, это для красы,  - тоже усмехнулся «оживший» Налимов.

        - Сразу видно, что вы моряк, а не женщина. Женщина, к вашему сведению, никогда не наденет шелковую розовую блузку с сине-белым тельником.

        - Ух ты,  - восхитился Кипятков.  - Вы, товарищ майор, и в женской моде разбираетесь.

        - А как же, Жора,  - подмигнул ему Гвоздь.  - Я ведь в прошлой жизни женщиной был. И довольно симпатичной…

        - В чем, собственно, дело, братишки?  - спросил адмирал, наливая себе полный стакан рома.

        - Давайте-ка по порядку, адмирал,  - определил Гвоздь.  - Вначале вы объясните, зачем покойничком стали. А уж потом мы вам все объясним.

        - Боюсь, я в двух словах не сумею.

        - Расскажите, как сумеете. Мы не торопимся. Верно, орлы?

        - Так точно!  - подтвердил Кипятков за себя и за девчонок.

        - Ну что ж, слушайте.  - Налимов осушил стакан и приступил к рассказу.
        Глава ХХ
        ТАЙНА ПОДВОДНОЙ ЛОДКИ «U -126»


        - Случилось это, братишки, пятнадцать лет назад. Я тогда был еще не адмиралом, а кавторангом, то есть капитаном второго ранга. Подводная лодка «Рязань», которой я командовал, выполняла специальное задание у берегов Африки, у мыса Нун. Моряки всего мира считают это место проклятым, там частенько исчезают корабли и подлодки. На наше счастье, «Рязань» никуда не исчезла, наоборот, мы обнаружили затонувшую немецкую субмарину времен Второй мировой войны. Все члены экипажа субмарины давным-давно превратились в скелеты, и лишь капитан, будто живой, сидел в капитанской рубке. На руке у него имелась вот такая татуировочка…  - Закатив правый рукав блузки, адмирал показал на своей руке вытатуированный якорь.  - Такие якорьки себе многие моряки делают. Согласно морской традиции. А у немецкого капитана под якорьком было еще и имя вытатуировано - «Вальтер». Мы отбуксировали подлодку на нашу базу, в Североморск, а тело таинственного Вальтера было отправлено в Научно-исследовательский институт Министерства обороны в Нижний Тагил. Прошло пятнадцать лет. Я дослужился до адмирала и вышел в отставку. И вот год назад
ехал я на поезде Нижний Тагил - Вышний Волочек и в купе повстречал… Вальтера. Поначалу я, конечно, решил, что обознался. Мало ли похожих людей. Потом гляжу - а у него якорек на руке вытатуирован и под ним - имя «Вальтер»…  - Налимов прервался и пытливо взглянул на слушателей - как они отреагировали на столь странный рассказ.
        Но слушатели никак не отреагировали. Чижикова и Рыжикова за последнее время столько уже всего насмотрелись, что какой-то там оживший утопленник не произвел на них особого впечатления. Ну а про майора Гвоздя и капитана Кипяткова и говорить нечего. Они были тертыми калачами.
        Гвоздь лишь спросил:

        - Где он сел?

        - В Нижнем Тагиле.

        - А сошел?

        - Не знаю, я-то ехал в Москву. Но билет у него был до Вышнего Волочка.

        - Вы уверены, адмирал?

        - Абсолютно, майор. Я слышал, как проводник спросил: «Вы до Вышнего Волочка едете?
        И видел, как Вальтер кивнул в ответ…

        - Угу-у,  - протянул Гвоздь, закуривая сигаретку.
        Налимов тоже закурил, но трубку. И продолжил:

        - И вот после этой встречи началась со мной твориться всякая чертовщина. Иду, к примеру, по лесу, грибы собираю, а на сосне - повешенный качается. Подхожу ближе - нет никого. Или купаюсь в реке, а меня кто-то за ногу - хвать!.. И дальше все в том же духе. Э-э, думаю, братишка, а не связана ли вся эта чертовщина с Вальтером? .

        - Почему вы так решили?

        - Да я ж вон таким салагой во флот попал,  - указал адмирал трубкой на Пыжикова.  - Все моря и океаны пробороздил. У меня за это время нюх на опасность выработался. Как у корабельных крыс. Знаете, что крысы всегда опасность чуют?..

        - Знаем,  - покивали все.

        - Вот и я почувствовал опасность. Да не простую, а смертельную. Вдобавок какая-то тетка крашеная по ночам стала сниться и твердить мне в каждом сне: «Скоро ты умрешь, касатик».

        - Опишите-ка эту крашеную тетку,  - попросил Гвоздь.

        - Волосы у нее ядовито-зеленые, губы - кроваво-красные, ногти на руках - мертвенно-синие.

        - А сама она бледная, как поганка,  - подхватили девчонки.

        - Вот в рот пароход!  - забористо выругался адмирал.  - Откуда ты, парень, знаешь?

        - Все вопросы потом,  - напомнил майор.

        - Ну, в общем, решил я «отдать концы», как у нас на флоте говорят. Я так рассуждал: ежели меня чутье не обманывает, то рано или поздно Вальтер меня прикончит. Видимо, он понял, что я его тогда в поезде признал. А раз так, то лучше я сам помру, он и успокоится. А я тем временем разберусь во всей этой чертовщине…

        - А почему вы не обратились в милицию, товарищ адмирал?  - поинтересовался Кипятков.

        - Обижаешь, капитан!  - рванул на груди тельняшку Налимов.  - Я, старый морской волк, побегу в милицию жаловаться, что меня какой-то паршивый утопленник достает? Да ни в жизнь!.. И потом,  - прибавил адмирал поспокойнее,  - кто бы мне поверил? Подумали бы: сорвало у старика якорь… Короче, ни в какую милицию я не пошел, а
«помер».

        - Как же вам это удалось?

        - Да братишки-матросики помогли, которые когда-то служили под моим началом. Один стал врачом, он мне справочку о смерти подмахнул. Другой - директор кладбища, он мне могилку организовал. И вот как только меня «похоронили», так ощущение смертельной опасности сразу и прошло, да и чертовщина всякая прекратилась. Видать, поверил Вальтер в мою смерть и успокоился. Ну а я приступил к расследованию. Первым делом отправился в Нижний Тагил, в Научно-исследовательский институт Министерства обороны. А института уж и в помине нет. Закрылся из-за недостатка финансирования. Походил я по бывшим сотрудникам, про Вальтера поспрашивал. Никто о нем и слыхом не слыхивал. Оно и понятно - пятнадцать лет прошло. Я решил с другого конца подобраться и поехал в Североморск, на ту самую базу, куда мы немецкую субмарину отбуксировали. А субмарины тоже в помине нет. На металлолом порезали. Узнал лишь, что бортовой номер у нее был - «U-126». Я тогда скоренько в Москву вернулся - и прямиком в Военно-морской архив. Раскопал там трофейную документацию и выяснил, что в апреле 1945-го подлодка «U-126» под командованием капитана
Вальтера Штруделя выполняла задание у берегов Африки, у мыса Нун…  - Налимов помолчал, попыхивая трубкой.
        Воспользовавшись паузой, Кипятков спросил:

        - Товарищ адмирал, а какое задание выполняла подлодка?

        - «Строго секретное» - так в документах написано. И ни слова больше… На этом мое расследование и завершилось. Никудышный, прямо скажем, из меня детектив получился.

        - А вы не можете описать внешность Вальтера, адмирал?  - спросил Гвоздь, посасывая сигарету.

        - Конечно могу, майор. У него круглые глаза, квадратный подбородок и…

        - …треугольный нос,  - закончил за Налимова Гвоздь и показал фотографию, сделанную
«Полтергейстом-1».  - Он?!

        - Чтоб меня бешеная акула разорвала!  - вскричал адмирал.  - Да, он! Но откуда, майор…

        - А вот откуда…  - И теперь уже Гвоздь рассказал Налимову про «Полтергейсты», про свой Особый отдел и про девчоночьи заморочки…

        - Три тысячи чертей мне в глотку!  - снова вскричал адмирал, выслушав рассказ майора.  - Кто ж такой этот Штрудель?!

        - Инфернальное существо, которое воспользовалось телом утонувшего капитана.

        - Но как оно появилось на субмарине?

        - Из Зеленой дыры выползло.

        - Из какой еще зеленой дыры?

        - В космосе есть Черные дыры,  - обстоятельно начал разъяснять майор Гвоздь,  - а на дне океана, у мыса Нун, находится неисследованная впадина, которую называют Зеленая дыра. Вокруг нее ни рыбы не живут, ни водоросли не растут. Я предполагаю, что это выход из инфернального мира. Недаром же там все время корабли с подлодками пропадают…

        - Так надо бросить в эту дыру водородную бомбу!  - воскликнул Налимов, грохнув кулаком по столу.  - Чтоб всей нечисти амба настала!

        - А о Земле вы подумали?  - вмешались девчонки.  - Она ж расколется.

        - М-да, не подумал,  - почесал затылок адмирал. И добавил как бы в свое оправдание:
        - Мы, моряки, народ простой, вначале говорим, а уж потом думаем.

        - Ну, Земля, положим, не расколется,  - поправил девчонок Гвоздь.  - Дело не в этом. Просто инфернальный мир бомбами уничтожить невозможно. Пока будет существовать Добро, будет существовать и Зло. Зло потому и существует, что Добро с ним борется. И чем больше Добро с ним борется, тем активнее сопротивляется Зло…

        - Ух ты!  - восхищенно ахнул Кипятков.  - Вы, товарищ майор, прямо философ.

        - Конечно, философ, Жора,  - не отрицал Гвоздь.  - Я закончил философский факультет Московского университета.

        - Петр Трофимыч,  - сказала Рыжикова,  - а может, тогда и не надо с ним бороться?

        - С кем?

        - Со Злом.

        - Да нет, девчата, надо,  - майор ловким щелчком послал окурок в пустую бутылку из-под рома.  - В мире должно сохраняться равновесие. Иначе говоря - вечная борьба Добра со Злом.

        - А почему, почему?  - не понимали девчонки.

        - Нипочему,  - просто ответил Гвоздь.  - Так уж устроен мир.

        - Не очень-то хорошо он устроен,  - заметила Чижикова.

        - Другого у нас пока что нет,  - развел руками майор.  - Ладно, орлы, вернемся к нашему гостю из Зеленой дыры. Расследование будем вести в двух противоположных направлениях. Я поеду в Нижний Тагил и попробую там что-нибудь выяснить о мертвом Вальтере…

        - Я же ездил и выяснял,  - напомнил адмирал.

        - То вы, а то я. Я все-таки профессионал.

        - Можно и мне с вами поехать?

        - Поехали.  - Гвоздь перевел взгляд на Кипяткова: - Аты, Жора, отправляйся в Вышний Волочек, по следам ожившего Вальтера. Постарайся узнать, что ему было нужно в этом Волочке. Уразумел?

        - Так ведь целый год прошел, товарищ майор,  - нерешительно возразил Кипятков.  - Нет уже давно никаких следов.

        - Следы, Жора, всегда есть. Надо только поискать.

        - А где искать-то?

        - Сориентируешься на месте. Знаешь, что говорили древние римляне? «Гладиатор принимает решение на арене».

        - У нас на флоте другая формулировочка имеется,  - ввернул Налимов.  - «Подводник принимает решение под водой».

        - Ну, не зна-а-ю,  - сомневался капитан.

        - Тут и знать нечего,  - отрезал майор.  - Выполняй приказ - и все дела.

        - Слушаюсь!  - козырнул Кипятков.

        - Девчата тебе помогут,  - несколько мягче добавил Гвоздь.  - Поможете, девчата?..

        - Поможем,  - заверили майора Чижикова-с-Рыжиковой.

        - Тогда по коням!  - подкрутил Гвоздь усы. И, вскочив в поезда, все разъехались кто куда. Майор Гвоздь с адмиралом Налимовым поехали в Нижний Тагил. А капитан Кипятков с Чижиковой-Рыжиковой и Пыжиковым - в Вышний Волочек.
        Глава XXI
        ГДЕ МЕД - ТАМ И МУХИ

        Всю дорогу Кипятков кипятился:

        - Ну и заданьице подкинул товарищ майор. Вот где искать эти следы?! Где?! Ведь год прошел! Год!..

        - Не кипятитесь, Жора,  - советовали капитану девчонки.  - «Гладиатор принимает решение под водой». Приедем - увидим.
        И вот они приехали.
        Вышний Волочек встретил их проливным дождем. Капитан с Пыжиковым забежали в какое-то кафе, которое оказалось вегетарианским. Ковыряя вилкой рисовую котлетку, Кипятков сокрушался:

        - Ума не приложу, с чего начать…
        Пыжиков тем временем доедал морковный салат.

«Помнишь, как нас Тюхин-Матюхин морковкой угощал?» - мысленно обращалась к подруге Рыжикова.

«Ага»,  - отвечала Чижикова, тоже мысленно.
        Девчонки уже наловчились общаться друг с другом.

        - Может, в милицию сходить?  - рассуждал Кипятков.

        - При чем тут милиция?  - спросила у него Чижикова.

        - Ни при чем, конечно. Но надо же с чего-нибудь начать.
        В эту минуту запищал сотовый.

        - Кипятков на проводе!  - откликнулся капитан.

        - Здорово, Жора.

        - Здравия желаю, товарищ майор!

        - Как продвигается расследование?

        - Пока никак. Думаю.

        - Если долго думать, Жора, ничего не сделаешь. Начинай действовать.

        - Слушаюсь!  - козырнул Кипятков.

        - Найдешь след, сразу звони. Уразумел?

        - Так точно!
        Майор Гвоздь отключился. Капитан сунул трубку в карман и принялся торопливо доедать котлету. Дождь между тем перестал. Выглянуло солнце.
        За окнами вегетарианского кафе засияли церковные купола.

        - Кажется, у меня наклевывается классная идейка,  - глядя на церковь, задумчиво произнесла Чижикова.

        - Какая?!  - вскинулся Кипятков.

        - Пока еще не знаю. Больно у этого Пыжикова котелок медленно варит. Сейчас, сейчас… Ага, вот она!  - И Чижикова выдала свою «идейку»: - Надо в церковь сходить!

        - Помолиться, что ли?  - усмехнулся капитан.

        - Нет. Со священниками поговорить. Вальтер же - нечистая сила. А церковь борется с нечистой силой. И если в городе происходили какие-нибудь инфернальные штучки-дрючки - священники наверняка обратили на них внимание.

        - А ведь верно!  - обрадовался Кипятков.

        - Да, точно!  - тоже радостно воскликнула Рыжикова. И добавила мысленно: - Ну у тебя и голова, Чижик!

        - Не у меня, а у Пыжикова,  - справедливости ради уточнила Чижикова.

        - Выходит, не такой уж он и дебил,  - отметила Рыжикова.

        - В общем, да,  - согласилась с ней Чижикова, поймав себя на том, что ей приятны слова подруги. И тут же поймала себя на другом: ей начинал нравиться Боря Пыжиков, несмотря даже на то, что он был слабоумным.
        Короче, они пошли в церковь. У церковных ворот сидел нищий без одной ноги.

        - Пода-а-йте слепому калеке на пропита-а-ние,  - канючил он.
        Капитан дал ему рубль. Девчонки - два.
        В церкви было тихо и прохладно. Перед образами горели свечи. На одну из икон молился священник.

        - Здравия желаю!  - козырнул ему Кипятков.

        - Здрасте,  - поздоровались и Чижикова-с-Рыжиковой.

        - Бог в помощь, дети мои,  - степенно отозвался священник.

        - Простите, батюшка, а как вас по имени-отчеству?  - поинтересовался Кипятков.

        - Зови меня - отец Варений, сын мой.

        - Валерий?  - переспросил капитан.

        - Варений. От слова «варенье».

        - Ясно… Отец Варений,  - сразу же взял быка за рога Кипятков,  - в Волочке за последнее время никаких странностей не наблюдалось?

        - Странностей?  - повторил священник.  - В смысле - божественных чудес?

        - Нет, не божественных. Скорее наоборот.

        - Сатанинских, что ли?

        - Да, да,  - закивали капитан с девчонками.
        Взгляд отца Варения сделался подозрительным.

        - А почему вас это интересует? И, собственно, кто вы такие?
        Кипятков показал удостоверение.

        - Служба безопасности, батюшка.

        - А с каких пор ФСБ начало нечистой силой интересоваться?

        - Вы что, нам не доверяете?  - прямо спросила у священника Чижикова.

        - Не доверяю, отрок,  - столь же прямо ответил отец Варений.

        - Так вот же удостоверение,  - тряс корочкой капитан.

        - Это все филькина грамота,  - пренебрежительно отмахнулся батюшка.

        - А что для вас не филькина?

        - Крест животворящий.

        - Что-что?

        - Перекреститесь на образа. Тогда я вам поверю.

        - Пожалуйста.
        Кипятков и Пыжиков перекрестились. Взгляд отца Варения сразу подобрел.

        - Вы на меня не обижайтесь, дети мои,  - примирительно сказал он.  - Мы, служители божьи, должны быть как никто бдительны. Нечистая сила не дремлет. Вон какие дела в городе творятся…

        - Какие?  - встрепенулся капитан.

        - Небогоугодные,  - ответил отец Варений.  - Недавно кладбище открылось.

        - И что тут небогоугодного?

        - А то, что не людское это кладбище. А кукольное. Кукол там хоронят.
        Девчонки с капитаном чуть до церковного купола не подскочили от радости. Вот так удача!

        - Кукол?!

        - Да, кукол. А это грех. Куклы - создания человечьи, а не божьи. Нельзя их хоронить. А они говорят: теперь в Волочек туристы валом повалят, экзотическое кладбище за деньги посещать - городу прибыль. Вот и уговорили местное начальство.

        - Кто «они»?  - спросила Рыжикова.

        - Похоронная фирма «АНАТАС».
        Капитан с девчонками опять чуть не подскочили. Ну надо же! Удача за удачей! А священник мрачно продолжал:

        - Я сразу понял, что это все происки дьявола. Знаете, как их фирма называется, ежели задом наперед прочесть?

        - Знаем, «САТАНА».

        - Вот именно - Сатана!  - гневно воскликнул батюшка.  - Я на это и городским властям указал.

        - И чего власти?

        - Да ничего. Кладбище все равно открылось. Видать, эта нечестивая фирма кому-то взятку дала.

        - А руководит фирмой случайно не Анатас Иванович Брюховицкий?  - спросил капитан.

        - Он самый,  - подтвердил отец Варений и вздохнул тяжко-претяжко.  - Ох, чую, недоброе затеял в нашем городе этот Брюховицкий. Ох, недоброе…  - Священник размашисто закрестился.  - Ну да бог милостив. На него вся надежда.

        - На бога надейся, а сам не плошай!  - весело выдал Кипятков.  - Настроение у капитана стало просто отличное. Наконец-то появилась зацепочка.

        - А что мы, служители господа, можем сделать?  - начал оправдываться священник.  - Только уповать на милость божью. Это уж вы - служители безопасности - не сплошайте.

        - Не сплошаем,  - заверил его капитан. И деловито поинтересовался: - Где, вы говорите, кладбище кукол?

        - Как из церковных ворот выйдете, так все прямо, прямо и прямо,  - объяснил отец Варений.  - И минут через двадцать упретесь в это сатанинское место. Там же, рядом, и фирма их поганая.

        - Ясненько,  - бодро сказал Кипятков.  - Ну, спасибочки за информацию. Айда, девчата.
        И они вышли из храма.

        - Какие «девчата»?  - недоуменно пожал плечами батюшка, оглянувшись по сторонам.
        Он вернулся к своим молитвам.
        А Кипятков и Чижикова-с-Рыжиковой пошли прямо, прямо и прямо и уткнулись в кладбищенские ворота, на которых висела табличка:


        ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ НА КЛАДБИЩЕ КУКОЛ
        (Билеты приобретайте в кассе).

        Они купили билеты и вошли.

«Кукла Маша», «Кукла Даша», «Кукла Саша»…  - гласили надгробные надписи.
        Кипятков тотчас позвонил на мобильник Гвоздю.

        - Докладываю, товарищ майор!  - отрапортовал капитан.  - След обнаружен!

        - Молоток, Жора!

        - Рад стараться!  - сиял Кипятков.

        - Смотри, не потеряй.

        - Не потеряю!  - заверил начальство капитан и рассказал о разговоре с отцом Варением и о кладбище кукол.

        - Вот так номер, чтоб я помер,  - привычно произнес майор, выслушав доклад капитана.  - А ты этого Анатаса Ивановича еще не видел?..

        - Никак нет!

        - Надо бы на него посмотреть. И если это Вальтер - арестовать и допросить.

        - А если не Вальтер?

        - Тогда провести следственный эксперимент.

        - А в чем он будет заключаться?

        - Сейчас объясню.  - И майор стал объяснять: - Мы тут с адмиралом тетю Мотю нашли…

        - Какую тетю Мотю?

        - Ту, что сорок лет уборщицей в исследовательском институте проработала. Она нам рассказала, что в лаборатории, где исследовали тело Вальтера, постоянно дохли мухи. В других лабораториях не дохли, а в этой дохли. Уразумел, Жора, куда я клоню?

        - Никак нет!

        - Наловишь с девчатами мух и пойдешь к Брюховицкому. И если мухи подохнут, значит, он - Вальтер, только в другом обличье. Теперь уразумел?

        - Так точно!

        - Действуй, Жора. Мы с адмиралом скоро подъедем. Я еще хочу могилку Вальтера разыскать, чтобы уж наверняка убедиться, что его там нет. Ну все. Привет девчатам.
        Связь оборвалась.
        Кипятков в двух словах пересказал разговор с Гвоздем.

        - А нас Брюховицкий-то примет?  - засомневались девчонки.

        - Примет,  - уверенно ответил Кипятков.  - Я кое-что придумал. Надо только мух достать.  - Капитан огляделся. Поблизости не было ни одной мухи.

        - О, мне опять классная идея в голову пришла!  - воскликнула Чижикова. Да, голова у Бори Пыжикова явно работала все лучше и лучше. За какие-то полчаса ему в голову приходила уже вторая классная идея.

        - Ну-ка, ну-ка,  - встрепенулся Кипятков.

        - Знаете, есть такая поговорка: «Где мед - там и мухи»?

        - Знаю. И что?

        - Как - что?! Надо меда купить!
        Они тут же отправились на рынок и купили поллитровую банку меда. Мухи не заставили себя долго ждать. Налетели со всех сторон. И не только мухи, но и пчелы с осами. Последним девчонки разрешили медиком полакомиться, а мух наловили и посадили в коробку из-под скрепок, которую заблаговременно приобрели в канцтоварах. Сделав это, Кипятков и Рыжикова-с-Чижиковой вернулись к кладбищу кукол. Но на сей раз они подошли к офису фирмы «АНАТАС». И первым, кого они там увидели, был тот самый нищий без ноги, что побирался у церкви. Теперь он сидел у кладбищенской ограды и канючил:

        - Пода-а-йте слепому калеке на пропита-а-ние.

        - Хм,  - хмыкнул Кипятков.  - Сдается мне, в прошлый раз у него левой ноги не хватало, а сейчас правой нет.

        - Каждый зарабатывает как умеет,  - вступились за нищего девчонки.  - Вот вам, дяденька, мед,  - сунули они ему банку.

        - Дай тебе бог счастья, добрая душа,  - ответил нищий.  - Ты кто будешь - мальчонка али девчонка? Я ведь не вижу.

        - Мальчонка,  - сказала Чижикова и поправилась: - То есть девчонка.

        - Две девчонки,  - уточнила Рыжикова.
        И они вместе с капитаном Кипятковым вошли в офис фирмы «АНАТАС».
        Слепой калека проводил их внимательным взглядом.
        Глава XXII
        СТАРЫЙ ЗНАКОМЫЙ

        А в холле их встретил амбал-охранник.

        - Вы по какому вопросу?  - спросил он.

        - Хотим предложить фирме «АНАТАС» вагон кукол!  - бойко ответил Кипятков.

        - Вагон?  - несколько опешил амбал.

        - Так точно! Железнодорожный.

        - Минуточку.
        Охранник куда-то позвонил, что-то сказал… И пропустил капитана с девчонками. Кипятков и Чижикова-с-Рыжиковой вошли в просторный кабинет. Брюховицкий совсем не походил на Вальтера. Если у того были - круглые глаза, квадратный подбородок и треугольный нос, то у этого - треугольные глаза, круглые уши, квадратный нос и вдобавок крючковатые пальцы. В общем, форменный урод.

        - Хотите предложить вагон кукол?!  - с ходу осведомился он.

        - Так точно!  - отрубил Кипятков.

        - Но мне нужны только старые куклы. У вас старые?

        - Так точно!  - снова отрубил капитан.

        - А откуда у вас столько старых кукол, если не секрет?

        - Секрет,  - сказали девчонки.

        - Ишь какой скрытный мальчик,  - погрозил Брюховицкий Пыжикову крючковатым пальцем. Затем деловито обратился к Кипяткову: - Так вы желаете похоронить своих кукол на нашем кукольном кладбище?

        - Никак нет! Мы желаем их вам продать.

        - Прода-а-ть?..  - сердито засопел квадратным носом Брюховицкий.  - Нет, милейший, покупать их у вас я не намерен. Это вы должны заплатить за то, что мы похороним ваших кукол.

        - Тогда прощайте! Айда, Боря.
        Капитан с девчонками двинулись к выходу.

        - Стойте, стойте…  - поспешно закричал им вдогонку Брюховицкий.  - Ну хорошо. Сколько вы за них хотите?

        - Десять долларов за куклу.

        - Когда можно будет получить товар?

        - Завтра.

        - О’кей. Завтра и оформим сделку.  - Брюховицкий пристально посмотрел треугольными глазами на Кипяткова.  - А ты - малый не промах.

        - Так точно!  - в очередной раз рубанул капитан.
        На этом разговор закончился. Кипятков с девчонками вышли из кабинета. Чижикова-с-Рыжиковой сразу же открыли коробочку с мухами. Мухи, радуясь свободе, разлетелись во все стороны. Итак, под обличьем Брюховицкого скрывался кто угодно, но только не Вальтер.
        Когда они вышли на улицу, капитан доложил об этом майору.

        - Молоток, Жора,  - похвалил его Гвоздь,  - ловко с вагоном кукол придумал.

        - Рад стараться, товарищ майор!  - вытянулся капитан по стойке «смирно».

        - И с продажей тоже ловко ввернул. Значит, он согласился купить у тебя целый вагон кукол?

        - Так точно! По десять долларов за штуку.

        - Вот так номер, чтоб я помер! Покупать куклы, чтобы потом зарыть их на кладбище…

        - Причем старых кукол,  - уточнил Кипятков.

        - Да, да, старых…  - задумчиво повторил Гвоздь.

        - Товарищ майор, может, его арестовать и допросить?

        - Пока не стоит, Жора. Ты лучше «жучок» [7] в офисе поставь.

        - Слушаюсь, товарищ майор!

        - Я уже поставил…  - вдруг вклинился в разговор мужской голос.

        - Кто это говорит?!  - одновременно воскликнули майор с капитаном.

        - Частный детектив Тюхин-Матюхин!  - представился голос.

        - Майор Гвоздь!  - представился в ответ майор.

        - Капитан Кипятков!  - не отстал от начальства капитан.

        - Рад знакомству, детектив,  - продолжил Гвоздь.  - Я, кстати, заходил в вашу контору в Москве. Секретарша мне сообщила, что вы проводите расследование в другом городе.

        - Как видите, она не соврала.

        - Но и всей правды не сказала. Она ведь наверняка знала, в каком именно городе.

        - Разумеется. Но я попросил ее держать это в тайне. Для конспирации…

        - Почему же вы теперь решили расконспирироваться?

        - Угадайте, Петр Трофимыч,  - с хитринкой ответил детектив.

        - Зябликов - ты что ль?!  - радостно вскричал майор.

        - Я!

        - Вот так номер, чтоб я помер!  - Гвоздь расхохотался.  - Так ты теперь - Тюхин-Матюхин?!

        - Ага!  - хохотал и детектив.

        - Ну и фамильицу ты себе придумал, Сева. Тоже для конспирации?

        - А для чего ж еще? За мной ведь ФСБ не стоит, как за вами. Нам, частным сыщикам, на свой страх и риск приходится действовать.

        - И что тебе удалось выяснить?

        - Судя по всему, Петр Трофимыч, нечистая сила готовит в Волочке ба-а-льшую гадость.

        - Я тоже так считаю,  - сказал Гвоздь.

        - И я,  - вставил Кипятков.

        - А фирма «АНАТАС»…  - начал Тюхин-Матюхин.
        Майор перебил:

        - Сева, ты это Жоре расскажи, а то у нас с адмиралом срочное дельце появилось…

        - С каким адмиралом?

        - Жора объяснит. До встречи.
        Гвоздь отсоединился.

        - Вы где находитесь?  - спросил капитан у детектива.

        - Рядом с вами.
        Кипятков оглянулся. Слепой нищий ему залихватски подмигнул.
        И вот они уже сидели в вегетарианском кафе: капитан, детектив и девчонки. Тюхин-Матюхин, с аппетитом хлебая свекольник, рассказывал:

        - Сперва я думал - плевое дельце. А когда приступил к расследованию и сел госпоже Терезе на хвост, понял - дело-то серьезное и к тому же опасное. Начала со мной всякая чертовщина твориться: днем повешенные по углам мерещатся, ночью - кошмары снятся…

        - Прямо как у адмирала Налимова,  - заметила Чижикова.
        Рыжикова не принимала участия в разговоре. Она во все глаза Пыжикова смотрела на Тюхина-Матюхина и никак не могла насмотреться. Он ей казался таким классным, таким крутым… В общем, чего уж тут скрывать - влюбилась в него Рыжикова по самые уши.

        - Значит, вы нам в Комарово не звонили?  - уточняла Чижикова.

        - Нет, не звонил.

        - И у бара вас не убили?

        - Как видите, жив-здоров.  - Детектив залпом осушил стакан с капустным соком.

        - Выходит, это была наведенка,  - сделал вывод Кипятков.  - Но почему же тогда Алиса Моллард не попыталась вас ликвидировать по-настоящему, раз вы сели ей на хвост?

        - Еще как пыталась! Поэтому мне и загримироваться пришлось, когда я сюда за ней отправился.

        - Так она здесь, в Волочке?!  - воскликнул капитан.

        - Да,  - кивнул детектив.  - Она меня и вывела на фирму «АНАТАС». А сама как в воду канула.

        - Скорее всего ведьма теперь в одном из наших тел,  - предположила Чижикова.

        - Вряд ли. Вас, девчонки, я бы сразу узнал.

        - А Вальтера вы тут не встречали?  - спросил Кипятков.

        - Нет, не встречал.

        - А Соню Пардон?

        - Ту дамочку, что в «Веселом могильщике» пела?  - припомнил Тюхин-Матюхин рассказ девчонок.

        - Так точно! А потом еще Телевицкого охмурила.

        - Как она выглядит?
        Капитан описал.

        - Да, я ее видел,  - сказал детектив.  - И не раз. Она жена Брюховицкого.

        - Вот так номер, чтоб я помер!  - ввернул Кипятков поговорку своего начальства.  - А сам, Сева, удалось подслушать, о чем они говорят?

        - Удалось-то, Жора, удалось. Да только я ни черта не понял. Они, когда вдвоем остаются, болтают на какой-то тарабарщине.

        - Может, иностранный язык?

        - Не похоже. Именно - тарабарщина. Типа: «Мурык бурык турык».  - В каждом слове окончание «ык».

        - Прямо как наш «секретный» язык,  - мысленно сказала подружке Чижикова.  - Только у нас «ик», а у них «ык».

        - Угу,  - отозвалась та, продолжая с обожанием смотреть на Тюхина-Матюхина.
        Детектив продолжал:

        - Они у себя дома на той же тарабарщине разговаривают…

        - Вы им и в квартиру «жучок» поставили?

        - А как же. И обыски провел. В квартире и в офисе.

        - И что?

        - Ничего подозрительного я не нашел. Но у меня создалось впечатление, что квартира у них для отвода глаз. А живут они в другом месте.

        - Вот бы выяснить, в каком,  - загорелся Кипятков.

        - Я уже выяснил. В пригородном поселке Охряпино, в собственном доме.

        - А там вы обыск не проводили?

        - Как раз сегодня собирался. Они вечером в городе будут. Я подслушал телефонный разговор.

        - Как это вам всех подслушивать удается?  - с любовью спросила Рыжикова.

        - У меня суперсовременная подслушивающая аппаратура,  - пояснил Тюхин-Матюхин, как показалось Рыжиковой,  - тоже с любовью.

        - Здо-о-рово,  - завистливо протянул Кипятков.  - А нам, в ФСБ, на новую «прослушку» средств не выделяют.

        - А можно с вами на обыск?  - попросила детектива Чижикова.

        - Разумеется.
        И вот наступил вечер. И Тюхин-Матюхин (он же Зябликов), Боря Пыжиков (он же Чижикова-Рыжикова) и Жора Кипятков (он же капитан) отправились на электричке в пригород. Вагон покачивался, колеса постукивали, а Кипятков интересовался:

        - Сева, а откуда вы товарища майора знаете?

        - Было у нас с ним одно общее дельце лет двадцать назад,  - хрумкая морковкой, отвечал детектив.

        - Двадцать?  - вскинул брови капитан.  - Сколько ж вам лет?

        - Полтинник.

        - Ничего себе,  - присвистнул Кипятков.  - Я думал, тридцатник.

        - Все так думают,  - посмеивался Тюхин-Матюхин.  - Я ведь почему молодо выгляжу? Потому что морковочку постоянно кушаю. А также капусточку, свеколочку, редисочку…
        - принялся с удовольствием перечислять детектив.
        Но капитана интересовало другое:

        - А что за дело вы с товарищем майором расследовали?

        - Маньячишку одного ловили. Он моржей убивал.

        - «Моржей»? Тех, кто зимним плаванием занимаются?

        - Да нет. Настоящих моржей. В Антарктиде.

        - В Антарктиде?!  - воскликнули девчонки.  - Вы что, там расследование проводили?

        - Представьте себе. Мороз восемьдесят градусов, а мы с Петром Трофимычем, знай себе, расследуем.

        - Зачем же маньяк моржей убивал?  - спросила Чижикова.

        - Маньяки всегда кого-нибудь убивают. На то они и маньяки.

        - А вы его поймали?  - спросила Рыжикова.

        - Разумеется. Закинули в Атлантический океан сеть и поймали. Он как раз под водой к моржовому лежбищу подбирался.

«Охряпино»,  - прохрипел динамик.
        Дом Брюховицкого располагался на неприметной улочке, да и сам был довольно неприметен. Тюхин-Матюхин открыл отмычкой дверь, все вошли. Помещение производило впечатление нежилого - везде пылища с грязищей.
        Детектив с капитаном профессионально провели обыск. Но ничего подозрительного не обнаружили. Зато девчонки обнаружили. Когда Чижикова-с-Рыжиковой заглянули в холодильник, то у Пыжикова все съеденное в вегетарианском кафе так к горлу и подкатило.

        - Жора, Сева,  - позвали подруги.
        Тюхин-Матюхин и Кипятков подошли и брезгливо сморщили носы. И было от чего морщить. В холодильнике на полках стояли: кастрюля супа из тараканов, банка варенья из пауков и сковородка с жареными мухоморами. В морозилке лежали замороженные дождевые черви.
        Кипятков немедленно доложил о противных находках начальству.

        - Вот так номер, чтоб я помер!  - воскликнул майор Гвоздь, выслушав доклад.  - Будь я трижды неладен, если Брюховицкий и Соня Пардон не каликадзары!
        Глава XXIII
        КАЛИКАДЗАРЫ


        - Живут они, как правило, в грязных помещениях,  - объяснял майор капитану по мобильнику.  - Питаются тараканами, дождевыми червями, пауками… в общем, всем тем, что вы в холодильнике обнаружили. Внешне каликадзаров почти невозможно отличить от людей. Единственное отличие - у них очень длинные языки.

        - В смысле - поболтать любят?  - уточнил Кипятков.

        - Нет, Жора, в прямом смысле длинные. Сантиметров тридцать, а то и тридцать пять.

        - А сверхъестественными способностями они обладают?

        - Нет, не обладают. Это сама низшая категория нечисти. Ведьмы и колдуны используют их в основном как мелких пакостников.

        - Может, тогда арестовать Брюховицкого, раз нам теперь известно, кто он такой? Глядишь, он нас на Алису Моллард выведет. Или даже на самого Вальтера.

        - Ну что ж, арестуй,  - разрешил Гвоздь.

        - Слушаюсь!
        Сунув трубку в карман, капитан передал содержание разговора детективу и девчонкам. Не успел он закончить, как к дому подкатила машина. Тюхин-Матюхин глянул в окно.

        - Брюховицкий с Соней!  - воскликнул он.  - Прячемся!
        Пряталок в просторной столовой было более чем достаточно. Кипятков нырнул в ящик под мойкой; Пыжиков (ну то есть девчонки) шмыгнул под обеденный стол с длинной, до пола, скатертью; а Тюхин-Матюхин юркнул во встроенный шкаф. Хлопнула дверь. В дом вошли каликадзары.

        - Тарык дурык шарык мутык…  - оживленно рассказывал Брюховицкий.

        - Барык затык,  - смеялась Соня Пардон.
        Они прошли в столовую, достали из холодильника свои «лакомства» и начали есть, продолжая разговор. То, что это были именно каликадзары, уже не вызывало никаких сомнений. Брюховицкий то и дело ковырял длинным языком у себя в ухе. А Соня, не менее длинным языком, дочиста вылизывала дно трехлитровой банки с остатками варенья из пауков.
        Момент для ареста был самый подходящий.

        - Приятного аппетита,  - сказал Тюхин-Матюхин, вылезая из встроенного шкафа. Одновременно с ним из своих пряталок появились Кипятков и Пыжиков.
        Брюховицкий с Соней так и замерли, выпучив глаза на нежданных посетителей.

        - Вы арестованы, господа каликадзары,  - объявил им капитан.

        - А вы… кто?  - наконец обрел дар речи Брюховицкий.

        - Служба безопасности,  - помахал Кипятков удостоверением.
        Первой пришла в себя Соня Пардон.

        - А у вас есть ордер на арест?  - холодно осведомилась она.

        - Ордера нет,  - честно признался капитан.  - Но…

        - Тогда вон отсюда!  - завизжала Соня.

        - Не дерите глотку, дамочка,  - урезонил ее детектив.  - А то паучками подавитесь.

        - Разве наши законы запрещают есть пауков?  - с вызовом спросил Брюховицкий. Он уже тоже пришел в себя.

        - Наши законы запрещают подрывать нашу национальную безопасность,  - отчеканил в ответ Кипятков.

        - Никто ее не подрывает,  - сказала Соня Пардон.

        - Да?  - саркастически прищурился капитан.  - А зачем вы тогда открыли кладбище кукол?

        - Кладбище открыто с разрешения местной администрации,  - заявил Брюховицкий.  - Так что вы еще ответите за свое наглое вторжение в мой дом.

        - Ответим, ответим,  - покивал Тюхин-Матюхин.  - А вы нам ответьте: где сейчас находится госпожа Тереза, она же Алиса Моллард?
        Каликадзары демонстративно молчали.

        - Молчанием вы только усугубляете свою вину,  - сказал Кипятков.  - Тогда как чистосердечное признание будет учтено при вынесении вам приговора.

        - Какого еще приговора?  - криво усмехнулась Соня Пардон.

        - А вы думаете, вас по головке погладят за то, что вы взломали компьютерную сеть ФСБ? Да еще и скачали секретные файлы…
        Соня досадливо прикусила губу.

        - Вы что, вышли на Телевицкого?

        - Так точно! Как вам удалось его охмурить?

        - Проще простого. Влила ему в ухо колдовскую настоечку, когда он спал.

        - Настойку вам Алиса Моллард дала?
        Соня Пардон, секунду помедлив с ответом, бросила:

        - Да!

        - Дура!  - заорал на Соню Брюховицкий.  - Зачем ты колешься?!

        - Сам ты дурак,  - огрызнулась та.  - Не видишь - им все известно! Я не собираюсь гнить в тюряге из-за ведьмы!

        - Где она, кстати?  - поинтересовался Тюхин-Матюхин.

        - Не знаю,  - буркнула Соня.

        - Вы, АНАТАС Иваныч, тоже не знаете?

        - Да, тоже,  - отрезал Брюховицкий.

        - Ну а сюда, в Охряпино, она приезжает?

        - Нет, не приезжает!  - разом воскликнули каликадзары.

        - А это что?..  - Детектив поднял с пола длинный волосок.  - Интересно, чей он?

        - Мой, мой!  - поспешно закричала Соня Пардон.

        - Сейчас проверим. Настоящий сыщик по волоску мно-о-го чего сказать может…  - Тюхин-Матюхин начал внимательно изучать найденный волос.  - Нет, это не ваш, мадам. Похоже, этот волосок принадлежал девочке лет четырнадцати…  - Детектив вгляделся попристальнее.  - Рост у нее где-то метр-пятьдесят, вес - около сорока шести килограммов, глаза серо-зеленые, нос слегка вздернут, пониже правого уха имеется родинка…

        - Так это ж я!  - вскричала Рыжикова.

        - Точно - ты!  - вскричала вслед за ней Чижикова.
        Со стороны смотрелось так, будто Боря Пыжиков сам с собой разговаривает.

        - Выходит, Алиса Моллард приняла облик Юлии Рыжиковой,  - сделал вывод Кипятков.
        Каликадзары выглядели донельзя подавленными.

        - Мы готовы дать показания,  - сумрачно произнес Брюховицкий.

        - Но мы мало что знаем,  - добавила Соня.

        - Рассказывайте, что знаете.
        Каликадзары рассказали:

        - Наша задача состояла в том, чтобы уговорить местную администрацию дать разрешение на открытие кладбища кукол.

        - Вы действительно захоранивали на кладбище старых кукол?

        - Да.

        - С какой целью?

        - Цель нам неизвестна. Алиса Моллард приказывала захоранивать - мы и захоранивали.

        - А с Вальтером вы знакомы?

        - С каким Вальтером?

        - У которого круглые глаза, квадратный подбородок и треугольный нос.

        - Нет, такого мы не знаем. Все распоряжения мы получали от Алисы.

        - А чего вы ей подчиняетесь-то?  - не понимали девчонки.

        - Мы - каликадзары,  - был ответ.  - А каликадзары испокон веков подчиняются ведьмам.
        Похоже, на сей раз они говорили правду.

        - Ну хорошо,  - сказал детектив.  - Когда вы видели Алису Моллард в последний раз?

        - Два дня назад.

        - Где?

        - Здесь.

        - А когда она в следующий раз обещала прийти?

        - Сегодня.  - Брюховицкий кинул взгляд на часы.  - Буквально с минуты на минуту должна появиться.
        Тут же затрезвонил дверной звонок.

        - Я ее встречу!  - Кипятков бросился в прихожую, выхватывая на ходу пистолет из плечевой кобуры.
        Подскочив к двери, капитан распахнул ее настежь:

        - Пли-и-з-з, мисс Моллард. Кам ин [8].
        Глава XXIV
        УДАР СУДЬБЫ

        Но вошла не Алиса Моллард, а… майор Гвоздь.

        - Сеньк ю вери мач [9], Джордж,  - тоже по-английски сказал он.

        - Товарищ майор?!  - вытаращился на него Кипятков.

        - Он самый,  - подкрутил Гвоздь правый ус.

        - Но вы же в Нижнем Тагиле!

        - Как видишь, уже нет.

        - А как вы нас нашли?!  - обалдевал капитан.

        - Задавать подобные вопросы матерому фээсбэшнику?!  - с напускным негодованием рявкнул Гвоздь.  - Стыдись, Жора!

        - Виноват!  - смешался Кипятков.

        - Да шучу я, шучу,  - усмехнулся Гвоздь.  - У меня в мобильнике - не только определитель номера, но еще и определитель местоположения собеседника. А что касается моего быстрого приезда, то я с тобой в последний раз уже из самолета разговаривал. Уразумел?

        - Так точно!  - козырнул капитан и поинтересовался: - Товарищ майор, а где товарищ адмирал?

        - Я его в Москву отправил. На Лубянку. В секретный архив ФСБ. Пусть там в документах пороется. Может, что и нароет о подлодке «U-126».

        - А могилу Вальтера вы в Тагиле нашли?

        - Нашли. Как и следовало ожидать, она оказалась пустой.

        - Петр Трофимыч!  - донесся радостный клич из коридора. В прихожую вбежал Тюхин-Матюхин.

        - Сева!  - тоже радостно закричал Гвоздь.  - Сколько лет - сколько зим!
        Они обнялись, похлопывая друг друга по спинам.
        Потом капитан доложил майору обстановку.

        - Вот так номер, чтоб я помер!  - задымил сигаретой Гвоздь.  - Выходит, Алиса сейчас сюда заявится?

        - Так точно!
        Тут же затрезвонил дверной звонок.

        - О черте речь - и он навстречь,  - сказал Гвоздь, распахивая дверь.
        На пороге стояла Юлька Рыжикова. Точнее, Алиса Моллард в Юлькином теле. Увидев майора, капитана и детектива, она сразу заподозрила неладное.

        - Ой, извините, дяденьки,  - прикинулась ведьма дурочкой.  - Я, кажется, не туда попала.

        - Туда, Алиса, туда,  - выпустив из ноздрей дым колечком, промолвил Гвоздь.  - Мы как раз тебя и поджидаем.
        Ведьма хотела было дать задний ход (как сказали бы на флоте), но Кипятков цепко ухватил ее за руку.

        - Минуточку, гражданка Моллард. Вы арестованы.

        - Отпустите сейчас же!  - заверещала ведьма.  - Меня мамочка ждет!.. А-а-а-а-а!.. Спасите! Помогите! Убивают!..

        - Алиса, перестаньте валять дурочку,  - поморщился майор.  - Игра проиграна.
        Вопли тотчас прекратились.

        - Это еще почему?  - уже нормальным голосом спросила Моллард.

        - Ваши сообщники во всем признались,  - вступил в разговор Тюхин-Матюхин.

        - Предатели,  - заскрежетала зубами ведьма.

        - Советую и вам признаться.

        - А это видел?!  - Алиса показала детективу фигу.  - Не дождетесь.
        Между тем в столовой девчонки держали на мушке Брюховицкого и Соню Пардон. Тюхин-Матюхин, уходя, отдал Пыжикову свой пистолет.
        Рыжикова вслушивалась в голоса, доносящиеся из прихожей.

        - По-моему, это мой голос…
        Чижикова тоже прислушалась:

        - Ага, Рыжик, твой…
        В этот момент ведьма устами Рыжиковой выдала такую порцию отборной брани, что девчонки в лице Пыжикова покраснели, как помидор.

        - Вам никогда его не найти! Никогда!..  - уже во все горло орала Алиса Моллард, по-видимому, имея в виду Вальтера.  - Скоро он вам всем покажет кузькину мать!..

        - Кому это - всем?  - кричал в ответ Кипятков.

        - Да вам, людишкам придурошным!..

        - Ну-ка, Алиса, перестаньте хамить,  - осаживал ведьму майор Гвоздь.  - Вы не у себя в Англии…

        - Да пошел ты, мент поганый!..
        Вслед за этими словами из прихожей неожиданно донеслось кваканье: ква-а-а… ква-а-а… ква-а-а…

        - Лови-лови!  - закричал Тюхин-Матюхин.

        - Где-где?..  - закричал Кипятков.

        - Вон, вон полетела!..  - закричал Гвоздь.
        Чижикова-с-Рыжиковой слушали эти странные возгласы, разинув от удивления рот Пыжикова.

        - Кто это там квакает?  - подумала Чижикова.

        - И летает…  - успела подумать в ответ Рыжикова, и вдруг перед глазами у нее все закружилось и закувыркалось. А потом - бац!  - наступил полнейший мрак. …Очнулась Юлька оттого, что кто-то похлопывал ее по щекам. Она открыла глаза.

        - Ну как ты, Рыжик?  - спросил у нее какой-то мальчишка.
        В тот же миг Юлька поняла, что это Боря Пыжиков. Она быстро взглянула на свои руки-ноги. Это были именно ее, Рыжиковой, руки и ноги! Юлька находилась в собственном теле.

        - Значит, я - снова я,  - пролепетала она, боясь поверить своему счастью.

        - Так точно!  - подтвердил капитан Кипятков.
        Рыжикова обвела взглядом столовую. Каликадзаров уже не было (их отправили в следственный изолятор), а также не было ведьмы и… детектива. Юлькино любящее сердце сразу почуяло беду.

        - А где Тюхин-Матюхин?  - с тревогой спросила Рыжикова.
        Все как один потупили взоры.

        - Где Сева?  - с еще большей тревогой сказала Юлька.  - Что вы молчите?..

        - Видишь ли, Юля…  - откашлявшись, начал Кипятков.

        - С ним что-то случилось, да?..  - перебила его Рыжикова и посмотрела на майора Гвоздя.  - Петр Трофимыч, что с ним?

        - Он погиб,  - коротко ответил Гвоздь.

        - Как - погиб?!

        - Как настоящий герой… Жора, расскажи.

        - Слушаюсь, товарищ майор!
        И Кипятков рассказал:

        - Ведьма, поняв, что ее дела плохи, решила убежать. Вернее, улететь. Сбросив Юлькино тело, она превратилась в летающую лягушку. Но, вылетев за дверь и взмыв в небо, она наткнулась на провода высоковольтной линии, замкнула их и тут же сгорела дотла. Ветер, подхватив пепел, кинул его в открытое боковое окошко грузовика, несшегося по дороге. Прямо в глаза водителю. В это время дорогу переходили две девчушки лет пяти. Огромная машина неслась прямо на них, а водитель ничего не видел из-за пепла, засорившего глаза; девушки тоже ничего не видели, весело щебеча друг с другом. Зато Тюхин-Матюхин все отлично видел. Мгновенно оценив ситуацию, детектив в два прыжка подскочил к малявкам, схватил их за шкирки и отбросил на обочину. А сам отскочить не успел…
        Такие дела,  - печально закончил капитан.  - Алисе-то что - она через сто лет снова из пепла возродится. А Тюхин-Матюхин… эх!..  - горестно махнул рукой Кипятков.

        - Не может быть…  - шептала Рыжикова.  - Не может быть…
        Перед ее мысленным взором стоял улыбающийся Тюхин-Матюхин, аппетитно хрумкая морковкой. Юлькины глаза наполнились слезами. Для Рыжиковой это был первый в ее жизни удар судьбы.

        - Сева что-нибудь успел сказать перед смертью?  - тихо спросила она.

        - Да, успел,  - ответила Чижикова.

        - А что?

        - Он сказал, что ты, Рыжик, ему очень нравишься. И просил передать тебе прощальный привет.
        Тут уж Юлька не выдержала и зарыдала в два ручья. Да и у остальных глаза были на мокром месте. Ну, кроме майора Гвоздя, разумеется. Он переживал гибель давнего друга по-своему, куря одну сигарету за другой и ловкими щелчками посылая окурки в трехлитровую банку, где недавно хранилось варенье из пауков.
        Вдоволь нагоревавшись, все вернулись к прерванному расследованию.

        - Как говорится: нет худа без добра,  - ободрил соратников майор.  - Я имею в виду смерть Алисы Моллард. Теперь она на сто лет выбыла из игры. Нам остается найти Вальтера.

        - Где его искать-то?!  - закипятился Кипятков.  - Каликадзары не знают. Алиса уже не скажет…

        - Не кипятись, Жора. Я знаю - где!

        - Вы знаете?!

        - Так точно!

        - И где?  - спросила зареванная Рыжикова.

        - В ее подсознании,  - кивнул Гвоздь на Пыжикова, в котором на пару с Борей теперь осталась одна лишь Чижикова.
        Никто ничего не понял. И майор пустился в пространные объяснения:

        - Подсознание, или, как его еще называют,  - внутренний мир, нельзя переместить в другое тело. Оно неразрывно связано со своим родным телом, в отличие от сознания. И если Алиса Моллард была в твоем теле,  - указал Гвоздь на Рыжикову,  - и, соответственно, в твоем внутреннем мире, значит, Вальтер сейчас находится в твоем теле,  - указал Гвоздь на Пыжикова, подразумевая Чижикову,  - и, соответственно, в твоем внутреннем мире. Поэтому «Полтергейсты» его и потеряли. Уразумели, девчата?

        - Уразуметь-то уразумели,  - сказала Чижикова.  - А толку-то? Все равно его надо искать.

        - Не надо. Я могу погрузить тебя в твой внутренний мир.

        - Как это?

        - С помощью трансмедитационной музыки.

        - Никогда о такой музыке не слышала,  - пожала Чижикова плечами Пыжикова.

        - И я,  - пожала своими плечами Рыжикова.

        - И я,  - козырнул Кипятков.

        - Естественно, орлы,  - подкрутил майор левый ус.  - Я ее только вчера сочинил.

        - Вы и музыку сочиняете, товарищ майор,  - не удержался от восхищенной реплики капитан.

        - А ты думал, Жора,  - подмигнул ему Гвоздь.  - У меня две сонаты, три кантаты и четыре рок-оперетты.

        - Я фигею,  - сказала Чижикова.
        А Кипятков предложил:

        - Товарищ майор, а давайте в Юлин внутренний мир отряд спецназа погрузим. Пусть они с Вальтером разберутся.

        - К сожалению, во внутренний мир Юли может погрузиться одна лишь Юля.

        - И что я там должна сделать?  - спросила Чижикова.

        - Задача у тебя простая. Найти Вальтера и нейтрализовать его.

        - Убить, что ли?

        - Нет, убить эту тварь невозможно. Она же не из плоти и крови. Ее можно только крестом шандарахнуть.

        - Каким крестом?

        - Вот этим.  - Гвоздь достал из своей дорожной сумки православный крест с прорезиненной ручкой и с гордостью объявил: - Мое последнее изобретение - электрический крест!.. Вырубает любую инфернальную нечисть как минимум лет на триста. Держи, Юль.
        Чижикова осторожненько взяла крест. И невольно представила, как она один на один сражается с выходцем из ада.
        А Гвоздь с пафосом произнес:

        - Я не люблю громких слов, Юля, но от твоей победы зависит будущее всего человечества…

        - Неужели все так серьезно, товарищ майор?

        - Более чем, Жора. У меня ведь тоже, как и у Налимова, чутье имеется - только не морское, а сухопутное. Оно мне подсказывает, что Вальтер готовит гадость во всемирном масштабе.

        - А мне мое чутье ничего не подсказывает,  - простодушно сказала Рыжикова.
        Гвоздь усмехнулся.

        - У тебя его просто нет. Чутье - оно такое: либо есть, либо нет…  - Майор снова взглянул на Чижикову.  - Слушай внимательно, Юля, и запоминай. Выход из внутреннего мира там же, где и вход. Если ты вырубишь Вальтера - вернешься живой и невредимой и в свое тело. А если не вырубишь…

        - Я его вырублю!  - решительно тряхнула Чижикова головой Пыжикова.

        - И имей в виду, дочка: обычно такая тварь, как Вальтер, захватив чужой внутренний мир, населяет его фантомами. Самые опасные из них - фантомы-оборотни. Увидишь фантома-оборотня, сразу уничтожай его.

        - Чем уничтожать? Крестом?

        - Нет, огнем. Я дам тебе огнемет.

        - А как отличить фантома-оборотня от фантома-необоротня?

        - Элементарно. Окликни его, и если он обернется - значит, оборотень. Уразумела?

        - Так точно!  - лихо козырнула Юлька. Она старалась держаться молодцом, хотя в душе отчаянно трусила.
        Однако майора Гвоздя не проведешь. У него глаз - алмаз.

        - Боишься?  - остро глянул он на Пыжикова.

        - Ни капельки,  - соврала Чижикова.

        - А если без понтов?

        - Ну… есть немного,  - призналась Юлька.
        Гвоздь протянул ей какой-то белый камешек.

        - На вот, лизни.

        - А что это?

        - Авантюрин. Он смелости прибавляет.
        Чижикова лизнула. Авантрюрин оказался сладким, как сахар.

        - Прибавилось смелости?  - спросил майор.
        Юлька вслушалась в себя.

        - Да вроде прибавилось. Можно еще лизнуть?

        - Хорошего понемногу. А то чересчур смелая станешь. Что тоже плохо. Когда много смелости - она переходит в безрассудство. А тебе рассудок во внутреннем мире ох как понадобится. Там все самой решать придется. Помощи ждать неоткуда. Поэтому будь начеку.

        - Буду,  - пообещала Юлька.

        - Тогда вперед!.. Дай руку.
        Чижикова протянула майору руку, думая, что Гвоздь хочет пожать ее на прощание. Но майор, вытащив фломастер, нарисовал на ладони Пыжикова крестик.

        - Вот тебе еще один крест. Он отпугивает как фантомов-оборотней, так и фантомов-необортней… А теперь приготовься - начинаем погружение…
        Услыхав последние слова майора, Рыжикова опять залилась слезами. Не успела она потерять любимого детектива - как уже приходилось терять любимую подругу.

        - Отставить слезы!  - приказал Гвоздь.
        Юлькины слезы тут же высохли.
        Майор достал из сумки старенький магнитофончик и включил его. Из динамика полилась странная, ни на что не похожая мелодия.

        - Держи хвост морковкой,  - напутствовал Гвоздь Чижикову.

        - Удачи тебе, Юлюша,  - козырнул Кипятков.

        - Счастливо, Чижик,  - шмыгнула носом Рыжикова.

        - Пока-пока,  - ответила им всем Юлька, добавив с напускной веселостью: - Я отправляюсь в дальний путь, но сердце с вами остается.

        - Закрой глаза, Юля,  - попросил Гвоздь.
        Чижикова закрыла. Майор простер над ее головой руки.

        - Ты погружаешься в свой внутренний мир… погружа-а-ешься… погружа-а-а-ешься… погружа-а-а-а-ешься…
        И Юлька погрузилась.
        Глава XXV
        ВНУТРЕННИЙ МИР ЮЛЬКИ ЧИЖИКОВОЙ

        Чижикова пришла в себя. То есть в свой внутренний мир. И увидела, что он ничем не отличается от внешнего мира. Здесь даже Эрмитаж был. Юлька как раз рядом с ним и стояла, на Дворцовой площади.
        В общем, на первый взгляд все было как обычно. Но это только на первый… Взглянув на Александрийскую колонну, Чижикова заметила, что колонна отбрасывает… три тени. И у самой Юльки тоже оказалось три тени. Чижикова подняла голову, да так и ахнула. На синем, без единого облачка небе ярко сияли три солнца.

«Я офигеваю»,  - подумала про себя Чижикова. Но долго ей офигевать не пришлось. На ее плечо легла чья-то рука.

        - Приветик, Чижик-Пыжик,  - раздался знакомый голос.
        Юлька обернулась. Позади нее стоял… Тоха. Выглядел он как мертвец, пролежавший в могиле с полмесяца.
        Чижикова ка-а-к завопит, да ка-а-к припустит со всех ног.
        Юлька бежала, ничего не видя перед собой от страха. А когда увидела, то поняла, что прибежала на кладбище. Ее окружали надгробные памятники. На самом ближайшем из них было написано:


        Спи сладко, наша Шоколадка.


«Шоколадкой» называли Юльку родители. Она посмотрела на фото умершей, и у нее екнуло сердце. Это была ее фотография. Подобного сюрприза Чижикова, прямо скажем, не ожидала.
        А дальше началось ТАКО-О-Е, что не каждому следует и читать. Поэтому, детишки, если у вас слабые нервишки, лучше пропустите эту главу.
        Земля зашевелилась, памятник повалился, а из могилы показалась… кукольная ручка. Потом еще одна… еще… И вот уже из земли полезли куклы с изъеденными червями кукольными личиками.
        Юлька опять ка-а-к завопит, да ка-а-к припустит. А куклы, все сплошь в белых саванах, кинулись за ней в погоню. Со стороны казалось, будто Чижикову преследует целое полчище белых крыс.
        Снова ничего не видя от охватившего ее ужаса, Юлька заскочила в какой-то дом и, оглядевшись, поняла, что попала в ночной клуб «Веселый могильщик». Посетители с синими лицами танцевали. Соня Пардон замогильным голосом пела:

        Сон и смерть…
        А может быть, одно и то же?
        Спящие и мертвые похожи…

        - Потанцуем, красотка?  - пригласили Чижикову.
        Юлька не в силах была вымолвить в ответ ни слова. Потому что на танец ее пригласил… скелет.
        Он закружил Юльку по танцплощадке.

        - Не узнаешь меня, цыпка?  - проклацал скелет челюстями.
        Преодолев страх, Чижикова глянула скелету прямо в пустые глазницы.

        - По-моему, вы официант этого клуба,  - дрожа, как осенний листок, пролепетала она.

        - Смотри-ка, угадала. А вот тебе еще одна загадочка: почему в этом «ночнике» все, кроме тебя, мертвые?

        - Н-не знаю.

        - Да потому что я их всех отравил фирменным коктейлем «Большой мертвец»,  - захихикал скелет.  - А тебя, красотка, я для разнообразия задушу…  - К горлу Чижиковой потянулись костлявые руки.
        Оттолкнув скелет, Юлька бросилась к дверям. Но не к тем, в которые она вбежала (и где ее поджидали крысы… ой… то есть куклы), а к другим, в которые она выходила в прошлый раз.

        - Только не оборачивайся, детка,  - закричала ей со сцены Соня Пардон,  - а то умрешь! Ха-ха-ха…
        Чижикова уже бежала по длинному-предлинному коридору. Бежала… бежала… и прибежала… в крематорий.

        - Здрасте, давно не виделись,  - с ухмылкой сказал ей кочегар Угольков и, схватив Юльку, куда-то поволок.

        - Куда вы меня тащите?  - упиралась Чижикова.

        - К печке,  - отвечал Угольков.  - Я должен тебя сжечь!
        Юлька, изловчившись, цапнула кочегара зубами за палец.

        - А-а!  - взвыл Угольков.
        Чижикова вырвалась из его рук, выскочила из крематория и заскочила в какое-то кафе. Упала там на стул, тяжело дыша от страха и бега.

        - Пожалуйста, что-нибудь попить,  - попросила она подошедшую официантку.
        Но это была уже не официантка. Это был столяр Похмелкин. Как всегда, с похмелья.

        - Я пришел снять с тебя мерку,  - помахивал он метровой линейкой.

        - Какую мерку?  - не поняла Юлька.

        - Для гроба. Ведь ты сейчас умрешь.  - И Похмелкин занес над ней линейку, которая превратилась в окровавленный клинок.
        Чижикова снова ноги в руки - и бежать! Прибежала в какой-то парк и без сил рухнула на траву у пруда. Тут вода в пруду забурлила, и на поверхность всплыла подводная лодка «U-126». Из подлодки вылез адмирал Налимов с трубкой в зубах.

        - Эй, братишка!  - зычно прокричал он Юльке.  - Хошь дым из ушей пущу?
        В ту же секунду из ушей адмирала повалил густой дым и окутал Чижикову с головы до ног. Юлька один раз вдохнула, второй - и поняла, что никакой это не дым, а нервно-паралитический газ. Закрывая рот и нос ладонями, Чижикова помчалась прочь от пруда.

«Что же все это значит?..  - в смятении думала она на бегу.  - И где, наконец, обещанные Гвоздем крест и огнемет?..»
        Только она так подумала, как тут же обо что-то споткнулась и полетела кувырком. Поднявшись, она увидела, что споткнулась не обо что-то, а о ручной огнемет. А неподалеку лежал электрический крест.

        - Классно!  - воскликнула Чижикова. С огнеметом и крестом она почувствовала себя намного увереннее.
        И уже не побежала, а пошла. Впереди замаячили две фигуры. Мужская и женская. Юлька прибавила ходу. Нагнав парочку, она узнала их со спины. Это были ее родители.

        - Мама, папа,  - окликнула их Чижикова.
        Родители обернулись. И Юлька сразу вспомнила предостережение майора Гвоздя.
«Та-а-к,  - поняла она.  - Никакие это не мама и не папа, а фантомы-оборотни».

        - Доченька,  - улыбалась ей «мама».

        - Как мы рады тебя видеть,  - улыбался «папа».
        Они начали приближаться к Чижиковой.

        - Стоять!  - приказала им Юлька, сняв огнемет с предохранителя.

        - Что с тобой, доча? Это же мы - твои папа и мама…

        - Никакие вы мне не папа и не мама! Вы - оборотни!
        Не успела Чижикова это прокричать, как лица «родителей» начали растягиваться, будто резиновые, и превращаться в сплошные зубастые пасти. Секунда - и обе пасти бросились на Юльку.
        Чижикова встретила их струей пламени из огнемета.

«Так-то лучше»,  - удовлетворенно подумала Юлька, когда с оборотнями было покончено.
        И пошла дальше, искать Вальтера.

        - Эй, Вальтер,  - звала она,  - ты где?!

        - Я тут… тут…  - донесся дребезжащий голос со стороны аттракционов.
        Чижикова свернула туда. И увидела аттракцион под названием «Лабиринт».

        - …Тут… тут… тут…  - словно эхо неслось из глубин лабиринта.
        Юлька смело шагнула в лабиринт. И пошла… пошла… пошла… пока не наткнулась на стену. Она повернулась и снова пошла. И опять наткнулась на стену.

        - Чижик!  - прозвучал знакомый голос.

        - Рыжик?!  - обернувшись, ахнула Юлька.
        Да, буквально в двух шагах от нее стояла Рыжикова.

«А Рыжикова ли?  - охватили сомнения Чижикову.  - Может, это фантом-оборотень? А как проверить?» Они же лицом к лицу стоят.

        - Да не оборотень я, не оборотень,  - засмеялась Рыжикова, словно прочитав мысли Чижиковой.  - Просто Петр Трофимыч нашел способ послать меня в твой внутренний мир. Тебе на подмогу.

        - А ты случайно не врешь?

        - Неик вруик,  - ответила Рыжикова на их «тайном» языке. И Юлька ей поверила.

        - Ой, слушай, Рыжик,  - взахлеб принялась она рассказывать.  - Здесь такое творится… такое… Прямо сумасшедший дом…

        - Ничего, Чижик, теперь нас двое,  - ободрила ее Рыжикова.  - Не пропадем.

        - Ага, не пропадем,  - ответила Юлька со счастливой улыбкой. И вдруг она увидела… точнее - не увидела родинки на шее подруги, чуть пониже правого уха. Все ясно! Перед ней оборотень!..
        Юлька вскинула огнемет. Но «Рыжикова» ударом ноги выбила у нее из рук оружие.

        - Сейчас мы тебя поджарим,  - захохотал оборотень.  - Ясик ноик?
        Из ниоткуда возникли пять Василь Василичей, схватили Чижикову и усадили на огромную электросковородку.

        - Поджарим, поджарим…  - приговаривали Василь Василичи.  - Чтоб корочка была румяная. Как у курочки…

        - А после мы тебя с подливочкой ням-ням…  - облизывался один Василь Василич.

        - И с кетчупом ням-ням…  - облизывался другой.

        - И с горчичкой ням-ням…  - облизывался третий.
        Бедную Чижикову от носка до виска пронзила острая дрожь. И тут она вспомнила о кресте - не об электрическом, а о другом - том, что ей на ладони фломастером нарисовал майор Гвоздь.
        Юлька решительно выставила руку открытой ладонью вперед.

        - Вот вам!  - торжествующе прокричала она.  - Получите!..
        Вся нечисть в страхе отшатнулась. А Чижикова, спрыгнув со сковородки, схватила огнемет и давай поливать их всех огнем.

        - Ааааэээээуууууыыыы,  - корчилась в огне нечистая сила.
        Позади Юльки раздались аплодисменты.

        - Браво, браво, браво…
        Чижикова резко обернулась, готовая и сюда пустить огненную струю. И увидела… себя. А вокруг - кучу дохлых мух.

«Вальтер!» - поняла Чижикова и, отбросив огнемет, выхватила электрический крест, собираясь вырубить инфернальную тварь током.

        - Одну минуточку,  - остановила ее та.  - Хочу тебя предупредить, дорогая: конфлаграция все равно состоится.

«Какая еще конфлаграция?» - недоуменно подумала Юлька.

        - К тому же,  - продолжала тварь,  - я спрятала в твоем внутреннем мире атомную бомбу с часовым механизмом. Если ты меня вырубишь, заработает телепатический автопилот, и через десять секунд твой внутренний мир взорвется. Ха-ха-ха…  - разразилось дьявольским хохотом инфернальное существо.

«Что же делать?» - лихорадочно соображала Чижикова. Умирать ей, естественно, не хотелось. А кому хочется?.. Тем более в четырнадцать с хвостиком. Стоп!.. Майор Гвоздь обещал, что если она вырубит Вальтера, то вернется живой и невредимой. Он именно так и сказал - «живой и невредимой». Да, но как быть с внутренним миром? И тут Чижикову осенила потрясная мысль. А на фига ей такой внутренний мир, где палят три солнца, где полным-полно злобных оборотней, где куклы похожи на крыс, а сама она похоронена на кладбище… Нет, она создаст себе новый внутренний мир.
        И Юлька, уже ни капли не сомневаясь - хрррясь!  - крестом по твари. И вырубила ее.
        Сразу же заработал телепатический автопилот.

«НАЧИНАЮ ОТСЧЕТ ВРЕМЕНИ…  - зазвучал в Юлькиной голове металлический голос.  - ДО ВЗРЫВА ОСТАЛОСЬ ДЕСЯТЬ СЕКУНД…»
        Чижикова сорвалась с места…
        ДЕВЯТЬ!
        Свернула направо…
        ВОСЕМЬ!
        Помчалась по коридору…
        СЕМЬ!
        Блин!.. Тупик!..
        ШЕСТЬ!
        Понеслась обратно…
        ПЯТЬ!
        Свернула налево…
        ЧЕТЫРЕ!
        Ура!.. Впереди - выход из лабиринта…
        ТРИ!
        Юлька бежала… бежала… бежала…
        ДВА!
        И выбежала… на Дворцовую площадь. Ура-а-а-а-а-а!..
        ОДИН! Вот она - Александрийская колонна, от которой началось Юлькино путешествие.
        ВЗРЫВ!

…Последнее, что увидела Чижикова в своем внутреннем мире, было огромное грибовидное облако, поднявшееся над Эрмитажем.
        Глава XXVI
        ОЗАРЕНИЕ МАЙОРА ГВОЗДЯ

        А первым, кого Чижикова увидела во внешнем мире, был майор Гвоздь.

        - Ну как - порядок?  - спросил он.

        - Полный!  - ответила Юлька и огляделась.
        Помещение было другое. Не то, из которого Чижикова погружалась во внутренний мир. Там была столовая в доме Брюховицкого. А здесь - кабинет.

        - Ой, а где это мы?  - не понимала Юлька.

        - В вышневолочковском отделении ФСБ,  - пояснил Гвоздь.

        - А где Рыжик с Жорой?

        - Повезли Пыжикова в больницу.
        Только теперь Чижикова заметила, что она уже не в Пыжикове, а в самой себе. Юльку охватила бурная радость, смешанная, однако же, с тревогой за Борю.

        - А что с ним случилось?

        - Да ничего особенного. Надо на всякий случай обследовать парня. Посмотреть, как на его психику повлияло то, что в его теле находилось сразу три сознания.
        Чижикова успокоилась. И даже подумала: чего это она так задергалась из-за какого-то слабоумного Пыжикова? Но тут ее мысли приняли совершенно иной оборот. Она увидела, что за окнами кабинета в полном разгаре день.

        - Ни фига себе!  - воскликнула Юлька.  - Выходит, я всю ночь во внутреннем мире пробыла?

        - Какую ночь? Неделю!

        - Неделю?!  - ахнула Чижикова.  - А кажется - всего-то часик прошел.

        - Правильно,  - кивнул майор.  - Там - час, здесь - неделя. Время во внутреннем мире течет гораздо медленнее, чем во внешнем.  - Гвоздь закурил.  - Ну, давай, рассказывай…
        Юлька рассказала.

        - Хорошо, что вы мне авантюрин лизнуть дали,  - закончила она.  - А то б я там, наверное, со страху умерла.
        Майор, посмеиваясь, выпустил дым из ноздрей.

        - Это был сахар,  - сказал он.

        - Сахар?

        - Так точно! Кусковой!

        - Ну и жулик вы, Петр Трофимыч.

        - Зато ты от страха не умерла,  - подмигнул ей гвоздь.

        - Только вот без внутреннего мира осталась. Надо поскорей новый создавать… Ой, чуть не забыла…  - вспомнила вдруг Чижикова.  - Вальтер, перед тем как я его вырубила, говорил о какой-то конфрег… нет… конфлаграции.
        Майор Гвоздь помрачнел.

        - Вот так номер, чтоб я помер,  - смял он в пальцах недокуренную сигарету.

        - А что такое конфлаграция?

        - Уничтожение Вселенной.

        - Чего-чего?

        - По-видимому, инфернальная тварь хочет уничтожить нашу Вселенную.
        Юлька фыркнула:

        - Фигня какая-то…

        - Нет, не фигня.  - Гвоздь снова закурил.  - Сведения, полученные от адмирала Налимова, это косвенно подтверждают.

        - Он что-то нашел в архиве?

        - Да. Шифровку нашего секретного агента Х-9. В самом конце войны агенту удалось внедриться в ставку Гитлера. Он сообщил в Центр, что руководство фашистской Германии, видя, что проигрывает войну, вступило в сепаратные переговоры с инфернальным миром. Посредником на этих переговорах была некая Тереза Шварцкопфф…

        - Тереза?!  - подскочила Юлька.  - Да это наверняка Алиса Моллард!

        - Я тоже так думаю,  - кивнул майор.  - В результате переговоров нечистая сила согласилась сообщить фашистам, где спрятано Абсолютное оружие. Информацию об оружии должен был доставить в Берлин некий курьер, за которым и была послана подводная лодка «U-126»…

        - К мысу Нун? Где Зеленая дыра?..

        - Так точно. Но подлодка не вернулась. А там и война закончилась…

        - А почему лодка затонула, Петр Трофимыч?

        - Откуда ж я знаю? Да это, по большому счету, сейчас и неважно. Важно другое. Да давняя история получила продолжение в наши дни. Инфернальный курьер, вселившись в тело утонувшего капитана Вальтера Штруделя, решил сам воспользоваться Абсолютным оружием…

        - Чего же он раньше им не воспользовался?

        - Видимо, ситуация не позволяла. А теперь позволяет.

        - Но ведь я вырубила курьера,  - напомнила Чижикова.  - Значит, ему опять ситуация не позволит.

        - Дело уже не в курьере,  - озабоченно морщил лоб майор.  - Боюсь, запущен сам механизм уничтожения Вселенной. Недаром же Вальтер тебе сказал, что конфлаграция все равно состоится.

        - Не понимаю я эту нечистую силу,  - пожала плечами Чижикова.  - Какие-то они прибабахнутые. Вселенную ни с того ни с сего захотели уничтожить. Ведь вместе со Вселенной погибнет не только Земля, но и их дурацкий инфернальный мир.

        - Зло многообразно в своих проявлениях,  - ответил Гвоздь.  - И одно зло вполне способно уничтожить другое. Скорее всего тут как раз такой случай. Вальтер задумал разделаться со своими, так сказать, соотечественниками при помощи конфлаграции. Сам же вместе с Алисой Моллард решил перебраться через Черную дыру в параллельную Вселенную…
        Юлька слушала версию майора, и ей казалось, что он пересказывает ей какой-то фантастический боевик: Черная дыра… параллельная Вселенная… Конфлаграция…  - Потому-то они и хотели вашими телами воспользоваться…  - заключил Гвоздь.

        - А почему именно нашими?

        - Я ж тебе уже говорил. У вас с Юлей в именах и фамилиях идеальное количество букв для магических операций. Тринадцать. И потом. Черная дыра, ведущая в параллельную Вселенную, очень узкая. Взрослому человеку в нее не пролезть. А вы, девчата, худенькие, юркие…

        - Прикалываетесь, Петр Трофимыч.

        - Какие уж тут приколы,  - вздохнул майор.  - Вселенную спасать надо.

        - На фига Вальтеру и Алисе уничтожать Вселенную?  - продолжала недоумевать Чижикова.

        - Вероятно, из-за злобности натуры,  - предположил Гвоздь.  - Знаешь приговорку:
«Сделать маленькую гадость - для меня большая радость». Вот и они решили сделать маленькую гадость.

        - Ничего себе - маленькую,  - хмыкнула Юлька и добавила: - Им, значит, радость - а нам-то что теперь делать?

        - Продолжать расследование. Возможно, конфлаграцию удастся предотвратить, если мы узнаем, зачем Вальтеру и Алисе понадобилось кладбище кукол.

        - Надо узнать это как можно быстрей!

        - Так точно. Поэтому я и решил выкурить три пачки сигарет.

        - При чем тут сигареты?  - не поняла Чижикова.

        - А ко мне озарение приходит аккурат после третьей пачки. Не знаю уж почему.

…И вот майор Гвоздь лег на диван и, пуская к потолку кольца дыма, начал ждать прихода озарения. На исходе первого часа дверь кабинета распахнулась.

        - Жора!

        - Я!

        - Быстренько найди книгу «Мифы и легенды Петербурга»!

        - Слушаюсь!  - козырнул Кипятков.
        Книга была доставлена.
        На исходе второго часа дверь снова распахнулась.

        - Жора!

        - Я!

        - Мигом разыщи «Санкт-Петербургские ведомости» за 1886 год.

        - Есть!  - козырнул Кипятков.
        Ведомости тоже были доставлены.
        На исходе третьего часа дверь опять распахнулась.

        - Что прикажете, товарищ майор?!  - вскочил со стула капитан.

        - Ничего, Жора… Входите, орлы.
        Чижикова, Рыжикова и Кипятков вошли в кабинет. Дым здесь стоял коромыслом, прямо хоть топор вешай. Обе Юльки закашлялись. Кипятков распахнул окно, впуская струю свежего воздуха.

        - Ну что ж, орлы,  - приступил к обстоятельному рассказу Гвоздь,  - закурил я, значит, сигарету и прикинул. Информации по этому делу столько набралось, что даже непонятно, о чем сперва и думать. И я стал думать обо всем сразу. Думал - курил, курил - думал… И когда выкурил первую пачку - пришел к первому выводу: в этой криминально-мистической истории мотивы поведения всех действующих лиц более-менее ясны. Кроме мотивов одного лица. Какого?..  - Майор сделал паузу.

        - А какого?  - не догадались ни девчонки, ни капитан.

        - Кочегара Уголькова! Вообще неясно, почему он все время возникал в наведенке со сгущенкой и в мыслях Алисы. Я распечатал вторую пачку, закурил и начал думать исключительно об Уголькове. Тут-то я и вспомнил одну книжку, которую читал в детстве. Называлась она: «Мифы и легенды Петербурга». В ней имелась легенда и о кочегаре Уголькове. Вкратце легенда такова: «Жил когда-то в Петербурге некий Угольков. Он работал кочегаром в крематории. У Уголькова была дочка, которую он безумно любил. Дочка заболела неизлечимой болезнью. Кочегар впал в отчаяние. Случайно ему стало известно древнее колдовское поверье: если сжечь сто девочек от семи до семнадцати лет, то исполнится любое твое желание. И Угольков начал заманивать к себе в крематорий девочек и сжигать их в кремационной печи, чтобы исполнилось его заветное желание, и любимая дочка выздоровела…»

        - Кошм-а-ар,  - заахали и заохали девчонки.  - У-у-жас…

        - Да это же легенда, девчата,  - напомнил им Гвоздь.  - На самом деле ничего подобного не было.

        - А что было на самом деле, товарищ майор?  - поинтересовался Кипятков.

        - Об этом и написано в «Санкт-Петербургских ведомостях» за 1886 год. Кстати, Жора,
        - прервался майор,  - объявляю тебе благодарность за быстрый розыск материалов.

        - Служу Службе безопасности!  - вытянулся в струнку капитан.

        - Так вот,  - вернулся к рассказу Гвоздь,  - в июльском номере «Ведомостей» была напечатана заметка под названием: «Куклы спасают жизнь». Речь в ней шла об Уголькове, только не о кочегаре, а об истопнике. Вспомнил я это, докуривая последнюю сигарету из второй пачки. А увидел я впервые эту заметочку, когда мне было лет десять. Я тогда нашел на помойке подшивку «Санкт-Петербургских ведомостей» за 1886 год. И прочел от корки до корки.

        - Ну у вас и память, товарищ майор,  - не преминул восхититься начальством Кипятков.  - Я вон даже не помню, что во вчерашних газетах пишут, а вы запомнили, что в позапрошлом веке писали.

        - Запомнить-то запомнил, Жора, но все равно следовало перепроверить - вдруг я какую-то важную детальку упустил. Поэтому я и попросил тебя разыскать мне книгу и газеты. В заметке наряду с Угольковым фигурировала и его неизлечимо больная девочка. На этом сходство с легендой заканчивалось. А вот как все было на самом деле. Девочка любила играть в куклы. Но Угольков был бедным человеком, поэтому и куклы у его дочери были самодельные, тряпичные. А она мечтала поиграть настоящими куклами. Тогда Угольков пошел к графине, в доме которой он служил истопником, и рассказал о больной дочери и ее мечте. Графиня оказалась доброй женщиной и отдала Уголькову старые куклы своей дочки. Мало того, она попросила знакомых графинь-мамаш, у которых были девочки, сделать то же самое. Больная девочка Уголькова была вне себя от счастья. Она целыми днями играла с куклами, а вечером укладывала их спать рядом с собой. Прошел месяц, и девочка полностью выздоровела.
«Врачи считают, что ее выздоровление - следствие положительных эмоций, вызванных подаренными ей старыми куклами»,  - заканчивалась заметка в «Ведомостях». Куря сигарету за сигаретой, я задумался над этой историей. И когда я докурил последнюю сигарету из последней, третьей, пачки, на меня и нашло озарение. «Э-э,  - понял я,
        - положительные эмоции тут ни при чем». Хотя, конечно, и они сыграли свою положительную роль. Но главная причина выздоровления в том, что подаренные угольковской дочке куклы были наигранные.  - Майор глянул на слушателей.  - Уразумели, орлы?

        - Пока нет,  - честно признались «орлы».

        - Ну, к примеру, есть старые иконы, на которые много молились, их называют
«намоленные». Эти иконы способны творить чудеса. А есть старые куклы, которыми много играли. Их можно назвать «наигранные», потому что они впитали в себя любовь и положительную энергетику тех девочек, которые с ними играли. Так вот, мне кажется, что именно благодаря этой энергетике дочка Уголькова и выздоровела. А если десяток наигранных кукол справились с тяжелой болезнью, то сотни наигранных кукол, похороненные на кукольном кладбище, могут - что?..

        - Что?  - переспросили капитан с девочками.

        - Кого-нибудь оживить!

        - А кого?

        - Того, кто находится под этим кладбищем.

        - А кто там находится?

        - Ну а сами-то как думаете?
        Честно сказать, обе Юльки и Жора никак не думали.
        И тогда майор Гвоздь, выдержав эффектную паузу, объявил:

        - Абсолютное оружие!
        Глава XXVII
        КОНТРОЛЬНОЕ ЗАХОРОНЕНИЕ


        - Абсолютное оружие?  - вопросительно повторили все.

        - Так точно. Под кладбищем кукол похоронен некто, кто, вернувшись к жизни, может уничтожить нашу Вселенную.
        Кипятков, как обычно, закипятился:

        - Надо его поскорей выкопать, пока он не ожил!

        - Не кипятись, Жора,  - подкрутил майор усы.  - Во-первых, это только моя версия. Ее еще нужно проверить.

        - Да чего тут проверять-то?!  - продолжал кипятиться Кипятков.  - Выкапывать надо! Дорога каждая минута!

        - Спокойно, капитан. Для начала мы совершим контрольное захоронение.

        - А что значит - контрольное?  - спросила Чижикова.

        - Проведем следственный эксперимент: похороним кого-нибудь на кладбище кукол и посмотрим, оживет он или нет.

        - А кого похороним, Петр Трофимыч?  - спросила Рыжикова.

        - Меня,  - ответил Гвоздь.
        Все засмеялись.
        А Кипятков сказал:

        - Для этого вам надо умереть, товарищ майор.

        - Верно, Жора,  - без тени юмора ответил Гвоздь.  - Я и умру.
        Тут все поняли, что майор не шутит.

        - Да вы что, Петр Трофимыч?!  - загалдели девчонки.  - А если ваша версия не подтвердится, и вы не оживете?!

        - Так точно!  - согласился с девчонками Кипятков.  - Давайте лучше на кроликах следственный эксперимент проведем.

        - Ни в коем случае!  - отверг это предложение Гвоздь.  - Ты же знаешь, Жора, я председатель петербургского отделения «Общества защиты животных»! И никогда не буду рисковать кроликами.

        - Кроликами, значит, не будете, а собой будете?!  - наперебой кричали девчонки и капитан.

        - Тихо, тихо,  - замахал на них руками майор.  - Вы меня не поняли. Я ничем не рискую. Я же йог.

        - Кто вы?

        - Йог,  - повторил Гвоздь.  - И могу остановить себе сердце на пять дней. А потом снова его запустить.

        - Ух ты!  - привычно восхитился капитан.

        - Правда, что ли?  - не поверили девчонки.

        - Правда, правда,  - ответил майор и начал развивать свою идею: - Я останавливаю сердце, вы меня хороните и ждете, когда я оживу. И если я оживаю раньше, чем через пять суток, значит, моя версия верна - наигранные куклы способны оживлять.
        И вот день подошел к вечеру.
        На кладбище кукол было тихо. Майор Гвоздь лежал в открытом гробу, покуривая сигаретку. Рядом стояли Чижикова, Рыжикова и капитан Кипятков. И хотя это было всего лишь контрольное захоронение, девчонки хлюпали носами. Да и капитан иной раз им подхлюпывал.

        - Ну что, орлы, приуныли?  - ободряюще сказал из гроба Гвоздь.  - Приказываю всем улыбнуться.
        Все кисло улыбнулись.
        Майор докурил сигарету и ловким щелчком послал окурок за кладбищенскую ограду.

        - Давайте прощаться, орлы.

        - Разрешите речь сказать, товарищ майор,  - попросил Кипятков.

        - Ну скажи, Жора.

        - Товарищи!  - похоронным тоном заговорил капитан.  - Сегодня мы провожаем в последний путь майора Петра Трофимыча Гвоздя. Всю свою сознательную жизнь майор Гвоздь не покладая рук боролся с нечистой силой, отдавая этой борьбе всего себя без остатка. И вот пламенное сердце Петра Трофимыча сейчас перестанет биться…  - В голосе капитана прорезались торжественные нотки: - Но не перестанут биться соратники майора Гвоздя. Они подхватят знамя борьбы, выпавшее из рук товарища майора, и понесут его дальше…  - Кипятков, прервавшись, взглянул на лежащее в гробу начальство.  - Ну как вам речь, товарищ майор?

        - Во!  - показал Гвоздь большой палец.
        Капитан просиял.

        - Разрешите продолжать?

        - Достаточно, Жора. Лучше приготовь молоток и гвозди. Заколотишь гроб, как только я остановлю себе сердце.

        - Ой, а может не стоит гроб заколачивать, Петр Трофимыч,  - начали упрашивать майора девчонки.  - Давайте мы вас просто крышечкой накроем.

        - Отставить, девчата. Все должно быть как положено. Уразумели?

        - Уразуме-е-ли,  - печально протянули Чижикова с Рыжиковой.

        - Попрошу соблюдать полную тишину,  - деловито произнес Гвоздь.  - Начинаю остановку сердца.  - И он монотонно забубнил: - Мое сердце остана-а-вливается… остана-а-авливается… остана-а-а-а…  - Голос замер на полуслове.
        Кипятков приложил ухо к груди майора. Послушал.

        - Не стучит…  - объявил он и, сняв фуражку, перекрестился.  - Царствие ему небесное.
        Девчонки тоже закрестились.
        Гроб заколотили, опустили с могилу и засыпали землей. А сверху положили надгробную плиту, на которой была высечена эпитафия, почти как у полководца Суворова [10]:


        ЗДЕСЬ ЛЕЖИТ ГВОЗДЬ.

        Постояли немного и пошли ужинать.
        Ночь прошла. Наступило утро.
        Ни свет ни заря обе Юльки и Кипятков поспешили на кладбище проверить - не ожил ли майор?.. Утренний туман обволакивал могилы.
        Солнце вставало.
        А майор Гвоздь сидел на своей надгробной плите, покуривая сигаретку.

        - Петр Трофимыч,  - кинулись обнимать его девчонки.  - Вы ожили!

        - Так точно!

        - Товарищ майор, а как же вам удалось из могилы выбраться?  - недоумевал Кипятков.
        - Гроб ведь был заколочен, да и зарыт к тому же.
        Гвоздь посмеивался:

        - Я, Жора, в молодости в цирке выступал и по сто раз проделывал подобные корючки.

        - Что-что проделывали?

        - Корючки. Так в цирке называются небольшие номера. Я ложился в металлический ящик, его засовывали во второй металлический ящик, второй - в третий, третий - в четвертый… И так до десяти ящиков. Все они были заперты. А я через пять минут - ап!  - и на свободе. Зрители просто рыдали от восторга.

        - Супер!  - воскликнула Чижикова.

        - Круто!  - воскликнула Рыжикова.
        А Кипятков спросил бодро:

        - Какие будут дальнейшие указания, товарищ майор?!

        - Указание нам всем одно, Жора,  - выяснить поскорей, кто похоронен под кладбищем кукол.

        - Я знаю - кто,  - раздался голос.
        Все обернулись. К ним подходил отец Варений.
        Священника было сразу и не узнать. Вместо рясы - спортивный костюм, на ногах - кроссовки.

        - Я по утрам пробежку совершаю,  - поймав удивленные взгляды капитана и девчонок, пояснил батюшка. И степенно представился майору, с которым был еще незнаком:

        - Отец Варений.

        - Майор Гвоздь,  - козырнул в ответ майор.

        - Вы уж простите, бога ради, что случайно подслушал ваш разговор.

        - Пустяки, батюшка. Так кто тут, под кладбищем, похоронен?

        - На этом месте три миллиона лет тому назад состоялась битва между ангелами небесными и демонами ада. Демоны были разбиты, а их главаря, демона Уничтожения по имени Дуррра, здесь и похоронили.

        - Дура?  - не расслышав как следует, переспросила Чижикова.

        - Не Дура, а Дуррра,  - поправил ее священник.  - С тремя «р», мужского рода, ударение - на «а».

        - Вы в этом уверены?  - спросил Гвоздь.

        - В чем?

        - В том, что демон похоронен именно здесь.

        - Уверен. Об этом в священных книгах написано.

        - Ну что ж, спасибо, батюшка, за ценную информацию.  - Майор Гвоздь крепко пожал отцу Варению руку.  - Вы даже представить себе не можете, как вы нам помогли.

        - Пустяки, майор,  - в тон Гвоздю ответил священник.

        - Нет, товарищ Варений, не пустяки,  - вмешался в разговор Кипятков и обратился к начальству: - Разрешите, я ему расскажу, товарищ майор.

        - Расскажи, Жора.
        Капитан рассказал.

        - Гос-с-поди, помилуй нас, грешных,  - закрестился батюшка.  - Страсти-то какие… Ну да бог не даст свершиться черному делу. Отвратит беду.

        - Бог-то бог, да будь и сам не плох,  - молодцевато подкрутил усы Гвоздь.  - Кипятков!

        - Я!

        - Свяжись-ка, Жора, с местными военными. Пусть на завтра выделят нам батарею тяжелой артиллерии.

        - Слушаюсь!

        - И еще нам нужна рота пулеметчиков и взвод огнеметчиков. Уразумел?

        - Так точно!
        Петр Трофимыч, а вы думаете, Дуррра уже ожил?  - спросили девчонки.

        - Уверен, девчата. И завтра полезет из своей могилы.

        - Почему именно завтра?

        - Завтра же пятница, тринадцатое. Разгул темных сил. Верно, батюшка?

        - Да-да, сатанинский день,  - закивал отец Варений и попросил: - Позвольте, майор, и мне поучаствовать в святом деле уничтожения нечисти.

        - Будем только рады, батюшка. Мы эту заразу - снарядами, а вы - молитвами.

        - А не маловато ли у нас сил?  - засомневался Кипятков.  - Справимся ли, товарищ майор?

        - Справимся,  - ответил за Гвоздя священник.  - Нам бог поможет.
        Глава XXVIII
        ПЯТНИЦА, ТРИНАДЦАТОЕ

        И вот наступил день Д (для тех, кто не в курсе,  - день начала операции в военной терминологии). Все было готово к решающей схватке. Отец Варений благословил всех участников операции, в том числе и себя - ведь он тоже принимал в ней участие.
        Дело было за малым. Но малый что-то не спешил вылезать из своей могилы.

        - Ну где же этот Дурррак?  - начали первыми проявлять нетерпение Чижикова с Рыжиковой.

        - Спокойно, девчата,  - сказал им майор и глянул на часы.  - Я думаю, он через часок полезет. В тринадцать часов тринадцать минут.

        - Почему именно в тринадцать тринадцать?

        - У нечисти тоже свои прихоти имеются. Любят они цифру «тринадцать».  - Гвоздь протяжно зевнул.  - Так что можно часик покемарить.
        С этими словами майор улегся на травку.

        - Неужели вы способны уснуть в такой ситуации, Петр Трофимыч?  - поразилась Чижикова.

        - Очень даже способен.

        - Ну у вас и нервы,  - восхитилась Рыжикова.

        - Да при чем тут нервы? Просто со временем ко всему привыкаешь. А у меня это уже трехсотая засада. Можно сказать, юбилейная.

        - Поздравляем!  - сказали все.

        - Спасибо. К тому же на завтрашнюю ночь у нас еще одна операция намечена [11]. Поэтому надо как следует отоспаться. Кстати, Жора, к той операции все готово?

        - Так точно, товарищ майор!

        - Ну ладно, толкнете меня, когда Дурррик полезет.  - И майор, положив под щеку ладонь, уснул.
        Время шло. Все напряженно ждали появления демона. Все, кроме Гвоздя, конечно. Он похрапывал - хррр… И вот ровно в тринадцать часов тринадцать минут под кладбищем кукол раздалось отдаленное громыхание.

        - Петр Трофимы, Петр Трофимыч,  - принялись тормошить майора девчонки.

        - Кажется, лезет…

        - Кто лезет?  - спросонья не понимал Гвоздь.

        - Дуррралей этот…
        Сон мигом слетел с майора. Он вскочил, надел фуражку. И зычно прокричал:

        - По местам, орлы!
        Гул нарастал. Земля задрожала…

        - Приготовиться к бою!  - скомандовал Кипятков.

        - От-ставить!.. Ты что, Жора, поперек батьки в пекло лезешь?
        Капитан смутился.

        - Виноват, товарищ майор… А разве не надо к бою готовиться?

        - Вначале по-хорошему попробуем договориться. Дай-ка сюда «матюгальник».
        Кипятков подал Гвоздю мегафон.

        - Гражданин Дуррра!  - обратился майор к демону, и усиленный мегафоном голос разнесся по всему кладбищу.  - Вы окружены! Сопротивление бесполезно! Предлагаю вам сдаться!..
        Повисла пауза. Все ждали, что ответит Дуррра.
        А демон молчал.

        - Может, он не услышал?  - предположила Чижикова.

        - Да все он услышал,  - ответил отец Варений.  - Слух у демонов отличный, а вот соображение не очень. До них доходит, как до жирафов.
        И действительно - только через десять минут раздалось громоподобное рычание:

        - ДЕМОНЫ НЕ СДАЮТСЯ!

        - Если демоны не сдаются - их уничтожают,  - спокойно сказал Гвоздь и приказал в мегафон: - Огонь!

        - С богом,  - перекрестился отец Варений.
        БАХ-БАХ-БАХ!..  - загрохотали орудия, сотрясая кладбище.
        ТРА-ТА-ТА-ТА-ТА-ТА…  - застрочили пулеметы.
        ПШШШШШШШШШШШШ…  - вырвались огромные языки пламени из пулеметов.
        Весь этот ураганный шквал огня обрушился на то место, откуда исходил демонический рык.

        - ТЫРПЫРДЫР-Р-Р-Р!..  - страшно взревел Дуррра, и от его рева повылетали все стекла в домах Вышнего Волочка. Земля вздыбилась, и на ее поверхности показалась ТАКА-А-Я образина, что ни в сказке сказать, ни пером описать. Поэтому и не будем описывать.

        - Огонь! Огонь! Огонь!..  - яростно кричал майор, делая отмашку рукой.
        Т Р А Х!.. Б А Х!.. Т А Р А Р А Х!..  - залпы следовали один за другим. Бушевало пламя огнеметов. Рвались снаряды и разрывные пули.
        А демон все лез и лез из-под земли… Казалось, ему не будет конца, до того он был огромен.
        И снова грохотали орудия!.. Строчили пулеметы!.. Плевались пламенем огнеметы!..
        Черный дым уходил в синее небо, которое давно уже перестало быть синим.
        Дуррра пылал, как факел. Но продолжал упорно вылезать.

        - Товарищ майор, может, подкрепление вызвать?!  - перекрикивая грохот орудий, предложил Кипятков.

        - А я-то на что?!  - воскликнул отец Варений. И выскочил из укрытия.

        - Куда?!  - закричал ему майор.  - Назад!..
        Но священник побежал вперед, прямо к демону, держа перед собой Библию, словно щит.

        - Ах, горячая голова,  - подосадовал Гвоздь.  - Пропадет ведь ни за грош!  - И приказал: - Прекратить огонь!
        Огонь тотчас прекратился. Все ждали, что предпримет отец Варений.
        Батюшка бесстрашно подскочил к Дуррре и, задрав голову, выкрикнул тому прямо в мерзопакостную рожу:

        - Именем господа нашего заклинаю тебя, исчадье зла,  - сгинь! сгинь! сгинь!.. Аминь!..
        Но демон не сгинул. Подняв свою огромную лапищу, он обрушил ее на отца Варения и наверняка бы раздавил священника в лепешку, не отскочи тот вовремя в сторону.
        Дуррра снова нацелился лапищей. Ничто и никто больше не мог спасти батюшку. Разве что только бог. И отец Варений воззвал к нему:

        - Господи, спаси!.. Спаси, господи!..
        Тотчас с неба ударил сверкающий луч - прямо демону по темечку. А за ним второй луч
        - и тоже в темечко.

        - ПЫХТЫХФЫЫ-Х-Х…  - на последнем издыхании прошипело чудище.

        - Бог услышал мои молитвы!  - вне себя от счастья закричал отец Варений.

        - Будь я трижды неладен, если это не работа «Полтергейстов»,  - пробормотал в усы Гвоздь.
        Бравый майор был, как всегда, прав. Спутники «Полтергейст - 1» и «Полтергейст - 2» засекли демона Дуррру с земной орбиты и нанесли по нему удар из лазерных пушек.
        Страшилище корчилось в предсмертных судорогах.
        Ветерок разогнал дым, и опять на синем небе засияло солнышко. Запели птицы. Зажужжали пчелы. Заквакали лягушки.
        Все подошли к мертвому Дуррре. Вблизи он оказался не таким уж и огромным.

        - Я фигею,  - сказала Чижикова.  - Неужели такая шмакодявка могла уничтожить нашу Вселенную?

        - Этого мы уже никогда не узнаем,  - ответил отец Варений.

        - К счастью,  - добавила Рыжикова.

        - Так точно!  - козырнул Кипятков.
        А майор Гвоздь, подкрутив правый ус, произнес:

        - Слушайте, орлы, стишок, который я только что сочинил на смерть демона Дуррры.

        - Вы, оказывается, еще и поэт, товарищ майор,  - как всегда, восхитился начальством Кипятков.

        - А ты думал, Жора,  - как всегда подмигнул ему Гвоздь и с выражением продекламировал:
        Пусть нечисть знает - ни за что
        Ей нас не победить!
        Не будем есть, не будем пить,
        А будем нечисть бить!


        Она коварна и хитра,
        Но выход мы найдем.
        Мы встанем на ее пути!
        Вселенную спасем!


        Проходят дни, бегут года -
        Мы не сдадимся никогда…

        - Дальше у меня две строчки не срифмовались,  - перешел на прозу майор.  - А кончается так:
        Сражались мы плечом к плечу,
        И громко я сказать хочу:
        Не страшен больше нам Дуррра!
        Ура! Ура! Ура!..

        - Ура-а-а!  - подхватили все.
        ЭПИЛОГ

        Пролетел месяц. Юлька Рыжикова и частный детектив Тюхин-Матюхин сидели в кафе «Два пингвина» и ели земляничное мороженое с клубничным сиропом. Вы спросите, откуда в кафе мог взяться Тюхин-Матюхин, если его сбила машина? Правильно, сбила, но не до смерти. Когда детектива привезли в морг, выяснилось, что он живой. Крепкий тюхинско-матюхинский организм достойно выдержал удар грузовика. Еще бы, ведь частный детектив вел здоровый образ жизни: не пил, не курил, хрумкал морковку и делал зарядку. Но это еще не самое удивительное.
        Как вы помните, Боря Пыжиков был слабоумным мальчиком. Но после того, как в нем побывали сознания сразу двух Юлек, Боря начал умнеть прямо на глазах. И из слабоумного превратился в сильноумного. Принял участие в математической олимпиаде и завоевал первое место.
        Но и это еще не самое удивительное.
        Олимпиаду спонсировал американский миллиардер Рокфеллер. Ему так понравился смышленый парнишка, что он усыновил его. Вот так Борис Пыжиков стал Борисом Рокфеллером. И сразу же предложил Юльке Чижиковой свою руку и сердце. Юлька не стала отказываться ни от того, ни от другого, и они понесли заявление в загс. Но в загсе им сказали, что они рановато пришли, надо еще подождать годика четыре. Тогда ребята решили для начала просто обручиться. Тем более что у Юльки имелся знакомый батюшка - отец Варений. Он и обручил Чижикову с Пыжиковым, то есть с Рокфеллером. И счастливая парочка отправилась в Венецию кататься на гондолах.
        Ну а Рыжиков и Тюхин-Матюхин, как было уже сказано, сидели в кафе «Два пингвина» и ели мороженое. За то время, что они не виделись, частный детектив еще больше помолодел. И теперь выглядел лет на двадцать. А все потому, что он, хрумкая морковку, стал запивать ее полезными травами - ромашкой, крапивой, мятой… Так что возраст для влюбленных был не помеха. А то, что Юлька и Сева любили друг друга, было видно невооруженным глазом. Но они никак не решались признаться друг другу в своей любви.
        И вот Тюхин-Матюхин наконец-то решился.

        - Юля…  - начал он.
        В этот момент к ним подошла официантка.

        - Еще что-нибудь будем заказывать, молодые люди?  - спросила она.
        И тут детектива - бац!  - осенила блестящая мысль. Он понял, как ему можно признаться в любви. Даже при официантке.

        - Яик теик бяик люик блюик,  - сказал Тюхин-Матюхин Рыжиковой.  - Ясик ноик?

        - Ясик ноик,  - ответила Рыжикова и прибавила: - Яик теик бяик тоик жеик люик блюик, Сеик ваик.
        И, объяснившись стол оригинальным способом, Юлька и Сева залились счастливым смехом. А официантка смотрит на них и не понимает - чему это они так радуются?
        КОИК НЕЦИК
        ПРИМЕЧАНИЯ


[1] Японский поцелуй - крепкие поцелуи через равные интервалы.
[2] Поцелуй с разворотом - губы расположены перпендикулярно друг другу.
[3] АОН - автоматический определитель номера.
[4] Хакер - взломщик компьютерных программ.
[5] Скотленд-Ярд - уголовная полиция Великобритании.
[6] Большой дом в Петербурге - то же самое, что Лубянка в Москве. Дом, где находится питерская Федеральная служба безопасности.
[7] «Жучок» - подслушивающее устройство.
[8] Пожалуйста, мисс Моллард. Входите (англ.).
[9] Большое спасибо (англ.).
[10] На надгробии А.В. Суворова в Александро-Невской лавре написано: «Здесь лежит Суворов».
[11] Об этой операции читайте в книге В. Роньшина «Отдай свое сердце», вышедшей в серии «Страшилки». (Прим. ред.)

 
Книги из этой электронной библиотеки, лучше всего читать через программы-читалки: ICE Book Reader, Book Reader BookZ Reader. Для андроида Alreader, CoolReader Библиотека построена на некоммерческой основе (без рекламы), благодаря энтузиазму библиотекаря. В случае технических проблем обращаться к