Библиотека / Фантастика / Русские Авторы / СТУФХЦЧШЩЭЮЯ / Светлый Александр / Сфера: " №10 Рискованная Ставка " - читать онлайн

Сохранить .
Рискованная ставка Александр Светлый
        Лестница Совершенства #1Сфера (Светлый) #10 Выбор был невелик - младенцем в тихом закутке или слабаком в полном опасностей мире Лестницы Совершенства. Мир, где девяносто пять процентов обитателей враждебны и многократно сильнее тебя. Это место не для слабаков, но Алекс не раздумывая выбрал второе. Быть слабее всех, пасти задних, падать и вставать - ему не привыкать, ведь память о прошлых достижениях еще жива. Мало кто из богов второго уровня матрицы, а тем более их самодовольных любимчиков в мире Лестницы Совершенства знает, что оставил "Богу-Разрушителю" в подарок Примал Аяксалатур перед своим уходом.Новый мир, сложный старт и неожиданные сюрпризы. Никогда не знаешь, в каком теле окажется душа того, кто был тебе дорог в прошлом, но и забытые враги не прощают старых обид.
        Александр Светлый
        Лестница Совершенства: Рискованная ставка
        Часть 01 Неожиданная встреча за кулисами
        Я очнулся в отделении реанимации, разбитым, с ужасной болью во всем теле, словно угодил сюда не после удаления аппендицита, а в результате падения на полном скаку с лошади в ловушку с острыми шипами. Весь кишечник ныл, и легкие, куда искусственно нагнетался воздух от аппарата, тоже отзывались болью. Меня что разрезали на части, а потом собрали в неправильном порядке? Как же плохо! Болело даже лицо, руки и ноги. Да все тело целиком! Но особенно в груди. А не подхватил ли я двухстороннее воспаление, оказавшись на сквозняке с температурой сорок?
        Моё пробуждение и попытки пошевелиться зафиксировали датчики, прибежал медперсонал реанимационного отделения. Затем прибежала медсестра из хирургии, потом лечащий врач. Все какие-то чересчур встревоженные. Бегают, на мои жизненные показатели смотрят. Я сначала наблюдал за их беготней безучастно, а затем открыл пошире глаза, показал жестами, чтобы мне вытащили трубку из горла и расспросил, что да как?
        Оказывается, во время операции я умер, а после реанимации впал в кому. Причина неизвестна. То ли анестезиолог что-то намудрил, то ли японский робот-хирург допустил какую-то ошибку, но я не пришел в себя ни вечером, ни на следующий день, а лишь сейчас, через неделю. Это стало для меня неприятным сюрпризом. И даже не из-за того, что я чувствовал себя разбитым, в никуда потратил неделю отпуска и не развлекся в ВР «Удивительные древние миры» со старта, как хотел. Мою консоль и ВР-шлем отнесли в камеру хранения личных вещей. В отделение реанимации их, разумеется, никто не стал тащить. Меня напрягало совсем другое. Время пребывания в коме день в день совпало с моими приключениями в Орфе. Кто-то меня подставил!
        Прямой канал осознания души снова открылся на полную, представляя мне картину произошедшего, как жестокую насмешку богов. Если бы я намеренно не рискнул, отправившись в полный опасностей военный поход во главе отряда конных рыцарей, не желая цепляться за жизнь и надолго задерживаться в теле дряхлого и немощного старика, то мог бы опять оказаться где-нибудь в капсуле поддержания жизни на годы! Меня словно намеренно попытались изолировать в чуждом мне мире. Я такого не просил. Я желал провести работу над ошибками в своей прошлой жизни, а не занять чужое место! Зачем все это было? Демиурги перестали выполнять свои функции и проигнорировали мой запрос и грубо вмешались в мою судьбу, заставив заниматься совсем не тем, чем я хотел.
        Осознанность внутри меня в этот момент была неимоверная. А мысли такие четкие и ясные, что больше похожи на прямое считывание информации из источника. Прямой контакт с Демиургами запрещен правилами, но разве предоставленный мне без фильтров канал осознания не является таким же прямым контактом?
        Мне открылось следующее: наша вселенная лишилась двух, занимавших важнейшее, центральное положение создателей контента. Шантия и Примал Аяксалатур ушли на третью ступень совершенства, оставив хлопоты за этим миром своим бывшим помощникам. Я застал их переход в Империи Сун. В момент старта парной культивации с принцессой, в объединенном духовном пространстве я увидел то, что являлось тайной за семью печатями.
        Во мне была крупица Примала, а в Сун Ся крупица Шантии, но и этого хватило, чтобы подсмотреть их интимный диалог, краем сознания понять его суть. Но я ошибся, так как исходил из известной мне тогда информации. Считал, что они вышли из первого уровня на второй. Но нет, они вознеслись ещё выше и теперь дела этого мира их уже не касались. Считай, что они получили повышение по службе и всякую мелочь нянчить им больше не нужно.
        Они избавились от всех своих воплощений в мире. Необходимо отцепиться, отказаться от всех якорей, иначе переход невозможен. Поэтому все пепельные демоны были вынуждены погибнуть. Воплощений Примала на тот момент в мире уже не осталось, но он в виде ядра системы проекта Башни застрял во мне. Вот Шантия за ним и пришла. Какая нетерпеливая! Не могла подождать хоть десять лет. Я ждал развоплощения сотню тысяч и ничего!
        Пожалуй, самым важным теперь являлось другое. Так как Примал и Шантия были выходцами из этого мира и создателями большинства новых звездных систем и обитаемых планет в известной вселенной, все эти миры со временем пришли в упадок. Цивилизации живых созданий без присмотра и постоянных корректировок будущего очень хрупки и стремятся к саморазрушению. Везде, в каждом творении скрывается этот механизм. Все сотворенное однажды должно разрушиться и уступить место новому.
        Так как некому было предвосхищать тупиковые ветки событий и поддерживать жизнеспособные ветвления, очень скоро большинство обитаемых ранее миров встретили свой неизбежный конец. Слишком многие. Мой случай, как раз один из них. Без защиты Примала, доставшуюся мне в наследство цепочку миров ожидала неминуемая гибель. Не от вторжения созданий с Пандоры, так от чего-то ещё. Атака фантомов просто многократно ускорила неизбежное.
        Когда я осознал все последствия ухода Примала, меня охватила внутренняя дрожь. Это означало, что возвращаться мне больше некуда. Я поспособствовал быстрому уничтожению последней жизнеспособной ветки ветвления для всех планет цепочки. В таком случае… Я вернулся не к точке бифуркации. Я просто не вернулся. Это - не полноценный мир. Просто декорации, созданные моим желанием вернуться в знакомую реальность. На самом деле мне некуда возвращаться. Некуда! Тот мир, что я покинул умерев старцем, останется безжизненным, пока его вновь не заселят извне, по уже существующим во вселенной законам. Пока кто-то не разовьёт свою цивилизацию настолько духовно или технически, что сможет перемещаться между далёкими мирами и захочет там создать свой новый дом.
        Мой тесный и пыльный модуль, кусочек тоннеля Внутреннего моря и эта больница лишь островок моей памяти. Это не реальный мир, а духовная имитация, своеобразная ВР собственного производства для одного пользователя - меня.
        Это подтвердило неожиданное явление Каннон. Когда я осознал, что все вокруг фикция, декорации сами рассыпались, как карточный домик. Палата реанимационной, все врачи и медсестры растворились во тьме. Каннон явилась в привычном для меня образе гигантской, ярко светящейся каменной статуи, парящей в непроглядной темноте. Возможно, ощутив, кто передо мной, я сам приписал ей этот образ.
        - Трепещи! Я мать тысячи миров, милостивая боги…
        - Хорош, хорош, Каннон, - осадил я гостью, - ближе к делу.
        Почувствовалось, что сушность недовольна тем, что я прервал её представление. Она возмущена моим пренебрежительным отношением, но цирк с раздуванием собственного величия всё же прекратился.
        - Заблудшая душа, в покинутый тобой мир уже не вернуться.
        - Да, но что же мне теперь делать? Я хочу продолжить там, где остановился.
        - Я могу дать тебе возможность начать твой путь заново. Ты переродишься в младенце или…
        - Или?
        - Как избранника Примала, за которым он просил меня приглядеть, я могу дать тебе шанс попробовать свои силы в более сложных условиях, но и награда будет выше.
        - А можно, поподробней? - предчувствуя подвох, спросил я.
        - Я отправлю тебя в мир Лестницы Совершенства. Это особое место, сообща созданное пятью Демиургами. Два вакантных места среди богов-творцов в матрице второго порядка уже довольно давно пустуют. За них непрестанно ведется яростная борьба среди всех приблизившихся к божественному уровню самосовершенствования претендентов. Не буду скрывать, что у каждого из Демиургов свои избранники, которых они опекают, но разрешено не более одной подсказки раз в десять лет.
        - Погоди, погоди, ты сейчас мне скажешь пару непонятных фраз и исчезнешь на десять лет, а я не знаю, что спрашивать, так как иду в новое место. Расскажи мне поподробней, что это за место.
        - Этот мир несильно отличается от того, что ты знал раньше. В нем есть безопасные, мирные земли, где ты и начнешь, но вокруг обитает множество могущественных существ, самыми могущественными из которых являются древние магические земляные драконы. Чтобы стать равным богам, нужно силой или умом одолеть этих существ, пройти все испытания и препятствия. Только те, кто ступил на Лестницу совершенства, чтобы достичь уровня богов, способны выжить в этом опасном мире.
        - Получается, вы создали мир для выбора новых богов?
        - Да. Любимчики Тацуи, Гелу, Вотана и Морены постоянно уничтожали ближайших конкурентов, организовывали заговоры и союзы против друг друга, яростная и разрушительная битва всех со всеми привела к тотальной деградации и опустошению всех так или иначе касавшихся состязания миров. А кое-кто еще и жульничал. Чтобы это пресечь, мы решили провести справедливый турнир для всех претендентов на этой, отдельной площадке. Выбирай, ты начнешь младенцем в обычном мире или юношей в мире Лестницы Совершенства? Однако, не рассчитывай на особые условия. Начнешь как все и... слегка ослабленным.
        Согласился на второй вариант. Люблю я задания посложней. Да и сразу начать, а не ждать в младенце, когда я подрасту, окрепну, огромный плюс. Да! Самым большим аргументом в принятии решения стал факт, что начав с младенца, я частично, а скорее всего и полностью забуду о прошлой жизни. Всё с чистого листа. С одной стороны, это имело свои преимущества, нет давления от прошлых ошибок, уходит накопленная усталость, возникает азарт, но мне такое не подходит. Я хотел сохранить свою личность, поэтому и постоянно принимал решение о рестарте. Да, я задрот, но что есть, то есть. Хорошо, что Каннон не забыла сказать о беспамятстве при выборе младенца. Вызов стать сильнейшим в честном соревновании, пусть и мир вокруг опасный, очень заинтересовал меня. Но, как уже не раз было, к словам богини нужно было относиться с долей скептицизма.
        Я появился в юноше, находящемся в этот момент при смерти. Отсюда и все те ужасные болевые ощущения, что я испытывал, якобы находясь в реанимации. Эта хитрая богиня уже поместила меня в это тело заранее, прекрасно зная, что я выберу. Засунула в переломанное тело, чтобы немного освоился, поддерживая при этом иллюзию больницы. Впрочем, долго ей этим заниматься не пришлось. Открыв канал осознания, я быстро понял, что это иллюзия.
        И что же мне за тело досталось? Пока канал осознания не закрылся, по-быстрому воспринял историю жизни этого паренька. Благо, богиня дала немного освоиться. Я не отупел сразу. Скорее всего, я занял место одного из выбывших подопечных Каннон. Он не захотел продолжать, сдался и слился. Он погиб от стычки с какими-то монстрами за городом, а почти все проблемы, вызвавшие его смерть, остались.
        Теперь я, как новый обладатель тела, оказался избитым до состояния котлеты парочкой существ, напоминающих крупных, красногривых обезьян. Они десять минут били парня, как грушу. Когда его нашли, был едва жив и без сознания. Сейчас лежал в своей комнате в большом, просторном, богатом доме, на постели, весь синий. Глаза заплыли от гематом, нос, ребра руки-ноги оказались сломаны.
        Блин, парню было всего пятнадцать лет, вся жизнь впереди, а кто-то подговорил его добыть для понравившейся ему девушки в подарок кристалл души этого обезъяноподобного монстра. Он и один был ему не по силам, а тем более сразу два. Из памяти паренька я увидел и понравившуюся ему девушку и его друга-советчика, и понял, что тот сам хотел с ней замутить и просто устранил более привлекательного конкурента.
        Подло, но вполне понятно. Парень сам дурак, повелся на провокацию. Вот он и умер от разрыва внутренних органов. Я зашел уже в труп. Разумеется, чтобы я смог продолжить, тело мне до жизнеспособного состояния богиня подлатала, но его духовной культивации пришел конец. Вот что означала фраза: «Шанс попробовать свои силы в более сложных условиях». А ничего, что я стартую даже не с нуля, а скорее с минуса!
        Пока я лежал на постели, осваиваясь, и никто не видел, что умирающий пришел в себя, послушал, что говорят окружающие. Парень жил в довольно богатой семье. Тут и слуги имеются. Они были очень болтливыми, открыто сопереживали горю своих господ. Из их разговоров, я подслушал, что молодой господин, которого звали Марк, пока не попал под раздачу, был настоящим гением самосовершенствования среди сверстников, гордостью своей семьи и всего рода Кансаев в этой провинции. Он легко поступил и почти год проучился в столичной Академии Духовного Совершенства, а здесь оказался, вернувшись на три месяца домой на каникулы. И вот на третий день каникул случилось такое несчастье! Несчастный, молодой господин Марк Кансай, несчастный глава дома Рамп Кансай, несчастная госпожа. Нежданное горе обрушилось на семью.
        Домой на каникулы парень прибыл не один, а с приятелем-предателем, которого семья Кансаев приняла, как дорогого гостя. Убедившись, что конкурент устранен, дружок поохал, посокрушался для виду и поспешил на радостях к себе домой. Его здесь больше ничего не держало. Калека физически и духовно никому не будет интересен. Все его бывшие сверстники из академии будут смеяться над ним.
        Слишком многие до этого завидовали успехам простодушного и наивного Марка, и первая красавица и наследница богатого столичного клана также не спроста обратила на него внимание. Намечалась отличная пара. Лучший и лучшая. Зависть других и глупость самого Марка поставили на будущем этих отношений крест. И стоит ли теперь вообще возвращаться в академию?
        Слуги и родственники сомневались, что я выживу, а не то, что смогу дальше учиться. Вот такое начало. Одно утешало, вроде, у парня неплохая семья. Отец адекватный, добрая мать, есть на пару лет младший брат и на три сестра. Если ничего не выйдет с восстановлением здоровья и культивации, можно будет спокойно жить с семьей. Все равно лучше, чем доживать древним стариком в Орфе или начать в забытии, младенцем непонятно где.
        Я попытался разлепить глаза. Бесполезно. Гематомы такие большие, что ничего не видно. Ладно, скоро должен прийти лекарь, он и скажет, сколько мне еще придется проваляться в постели, чтобы прийти в себя и встать на ноги.
        Часть 02 Возвращение в строй
        Я всего час пробыл в незнакомом мире, а готов был обнять родителей этого невезучего паренька и плакать. Какие же удивительно теплые, душевные и неравнодушные родители ему достались. Аж завидно. У меня вот не было ни одного такого замечательного человека ни в детстве, ни в жизни вообще. Только учитель Яо Шень, да и он не был моим учителем при жизни, я просто украл его память из матриц памяти Шантии.
        Вначале я забеспокоился, почему родителей нигде не видно и не слышно. Их окровавленный, израненный сынишка умирает в комнате, под присмотром слуг, а они даже не пришли поддержать умирающего, но оказалось, они в этот момент на коленях ползали перед местными алхимиками и целителями, чтобы они продали им самые лучшие эликсиры исцеления и поскорее посетили их несчастного сына. Они не понадеялись на слуг в этом вопросе, а сами кинулись звать врачей.
        Местный алхимик являлся одним из тех лекарей, которого все ждали первым. К нему отправилась мать с мольбами поскорее меня осмотреть. И что же это оказался за персонаж? Несмотря на то, что клан Кансаев один из трех самых уважаемых в этой провинции, он намеренно затягивал время, и играл на нервах женщины, чтобы посильнее нажиться на её тяжелой ситуации. Ненавижу дельцов на чужом горе, всяких нечистоплотных шарлатанов, а этот мерзкий тип, всего несколькими фразами при осмотре, вызвал у меня стойкое впечатление, что он один из них.
        Он не смог определить, что я уже в сознании по пульсу и не понимал, что я всё прекрасно слышу. Сказал, что я точно, стопроцентно умру, если мать, Лия Кансай не купит для меня очень дорогой эликсир укрепления тела, эликсир укрепления духа, эликсир божественного покровительства и еще пяток, название которых я уже не запомнил, вскипев от возмущения.
        А мать Марка даже не пыталась критически взглянуть на устроенный шарлатаном цирк, готова была последнюю рубашку снять для умирающего сына. Пришлось мне встать с кровати с проломанной грудной клеткой и послать этого целителя на х*й, и добавить, чтобы он и близко у ворот нашего дома не появлялся или я лично его урою. К этому моменту появился отец с еще одним целителем, уже не из местных, а из филиала столичной гильдии. Они застали дикую сцену, где умирающий пациент угрожает пришедшему помочь доктору и были очень обескуражены.
        Никто не понял, куда именно я послал мерзкого барыгу, но когда под мои крики, от которых рот быстро наполнился кровью, оскорбленный вымогатель испуганно сбежал из усадьбы Кансаев, правда, уже успев всучить матери Марка пару пузырьков, я почувствовал себя гораздо лучше. Ненавижу лжецов и проходимцев. Если бы не сломанные ноги и руки, накостылял бы ему прямо там, в комнате. Может не накостылял, но в глаз пальцем точно бы тыкнул, пусть себя, гнида, полечит эликсиром укрепления тела. Ух… ненавижу скользких целителей!
        - Ничего страшного, не волнуйтесь, у меня пару царапин, - заверил я офигевших родителей, когда встал на сломанных ногах и упер в бока руки с открытыми переломами.
        Хотел их подбодрить, но тут же рухнул на пол, опять потеряв сознание. Все-таки крови Марк потерял много, и она успела отлить от головы, когда я встал в полный рост и поднял шум. В следующий раз я пришел в себя уже вечером. В меня влили уже купленные эликсиры, но как я и думал, чудо не произошло. Шарлатан и есть шарлатан. Его «эликсиры» на конской моче и крыльях бабочек были также эффективны, как и его лживые диагнозы.
        Благо, хоть родители Марка после моего выступления не пошли опять унижаться и просить его помочь. Доверились второму целителю, который оказался уже не такой падалью, как первый. Он тоже содрал с них немало за помощь, но хоть выполнил свою работу. Очистил и обработал раны, наложил повязки и зафиксировал в правильном положении сломанные конечности.
        Это хорошо, что опять потерял сознание, мне бы пришлось перенести адскую боль, пока старик вытягивал из легких осколки треснувших ребер и совмещал и фиксировал к доскам сломанные кости двух рук и левой ноги. Очнулся я уже весь перебинтованный и крепко зафиксированный к кровати. Ко мне приставили парня, который должен будет помогать мне с отправлением малой нужды, так как в таком малоподвижном, горизонтальном положении, с многократными перевязками, мне придется провести два месяца.
        Все это в подробностях мне рассказали родители, когда непрерывно дежурившие у моей кровати слуги, заметили, что я очнулся и застонал. Одна отправилась за хозяевами, и вскоре у моей кровати собралась вся семья Кансаев. Я впервые увидел кроме отца и матери, младшего брата Ланчера и сестрицу Весту. Брат, хоть и парень не скрывал слез, а вредная сестрица наоборот держалась за двоих, чтобы не выказать слабость. Только её голос предательски дрожал, когда она говорила, чтобы я не волновался и всё будет хорошо. Кстати, это она увязалась за Марком, когда он решил покинуть защитный барьер, и сообщила семье, что он попал в переделку, так как очень его любила и не хотела с ним расставаться ни на секунду, когда он приехал домой на каникулы.
        Это спасло ему жизнь, и позволило мне занять его место. Но младшая сестрица каким-то образом почувствовала подмену. Видимо, я вел себя не так, как её погибший брат. Не знаю, в чем именно это выражалось, может все дело в том наезде, что я позволил себе на мерзкого барыгу. Не знаю, но сейчас она вела себя странно. Закусила губу и не подходила близко. Словно боялась.
        Я поблагодарил родителей за заботу, попросил их не волноваться и пользуясь своим положением, сказал, что слегка повредил память. Ничего страшного, я помню себя и свою любимую семью, академию, но некоторые детали я позабыл. Не помню город в котором живу, страну и другие более общие вещи. Попросил мне все напомнить, если это не сложно. Да, звучало неубедительно, но мне никто не смог отказать.
        Так, два месяца, пока я был полностью прикован к постели, ко мне каждый день на три часа приходил брат и еще на три сестра и рассказывали всё, что я хотел знать. В некоторых областях у них были пробелы, и я просил их заполнить отца и мать. Эх, какие же они волшебные люди. Я просто млел от их любящей, мягкой заботы, хотя и почувствовал, что они обеспокоены моим беспамятством, я не помнил про деда и бабушку по матери, которых всегда очень любил, не помнил ничего про защитные барьеры и огромную опасность выхода за городские ворота.
        Причем, барьер не панацея, он защищает только от слабых и средних монстров, а сильным он не помеха. Иногда подобные монстры сами или по чьему-то злому умыслу забредают на территорию проживания людей, и тогда спасти мирных жителей могут только мастера духовного боя из охраны местного князя Роланда или элитная гвардия правителя. Он носит титул «Фёрст», что как-то перекликалось с английским «Первый» и защищал все провинции, окружающие его центральные владения. Новыми членами элитной гвардии зачастую становятся лучшие выпускники Академии Духовного Совершенства. Они герои-защитники и надежда всей страны на светлое будущее.
        Страна, в которую я попал, называлась Южная Флавия. Место довольно мирное и уединенное, а также довольно компактное, так как в него входили лишь территории, защищенные древней Печатью Богов. Печать поддерживала огромный защитный барьер шестигранной формы, в центре которого, имея такую же шестигранную форму высоких, неприступных стен, находилась древняя столица страны. Всю Флавию наискосок от верхнего угла до нижнего можно было пересечь всего за два-три дня на повозке. Это была маленькая, поделенная на равные сегменты провинций страна, в которой владения уважаемого клана Кансаев располагались на самой южной окраине Южной провинции.
        Да, мне повезло, попал в богатенькую семью, но прошлая слава рода Кансаев потихоньку меркла. Когда-то выходец из этого рода стал Великим мастером духовного боя, убил множество опасных монстров, спас тысячи людей, но это было давно. Так давно, что сейчас привилегированное положение клана Кансаев уже считается незаслуженным.
        Люди быстро забывают сделанное добро, если оно коснулось не их лично, а каких-то там предков. Так и здесь. Последним гремевшим на всю Флавию героем-защитником был уже прадед нынешнего главы. Героя в те времена щедро наделили землями и титулом князя, когда он решил остепениться и завел семью. Ему выделили земли, целую треть южной провинции, странным образом растянувшуюся полосой вдоль всей границы. Разумеется, герой их получил не просто так, ему достались самые опасные и часто подвергавшиеся нападениям территории.
        На бесплатную борьбу с ними он и положил остаток своей долгой жизни, так как вынужден был всё время защищать потомков и надеющихся на него людей. Он осуществлял множество вылазок в места обитания опасных монстров, чтобы сократить их численность. Старался как мог и в итоге пал в одной из многочисленных схваток, так и не вернувшись с очередной вылазки.
        Проблемные земли достались герою. Как говорится: «Бери, но потом не жалуйся». Защищая этот неспокойный клочок земли, в итоге погиб и его сын и внук. Но все потомки Великого мастера оказались в сравнении с ним весьма посредственными воинами, хоть также являлись выпускниками Академии Духовного Совершенства. Уровень духовной силы каждого воина определяется не тем, из какого рода он вышел, а личными качествами, упорством, талантом и удачей.
        Единственный гарантированный способ повысить свою силу и поднять духовный ранг, это посвятить себя заботе о жителях Флавии и бесконечной битве с монстрами, в огромном числе кишащими у границ барьера. Только поглощая кристаллы душ магических зверей, еще называемые духовыми камнями, можно взрастить свой сосуд души и продвинуться по ступеням Лестницы Совершенства. Таковы заветы уважаемых предков.
        Вот и выходило, что хотя клан Кансай владел целой третью провинции, но вплотную к этой территории находились непроходимые и опасные леса, болота, откуда нередко наведывались гости, желающие полакомиться человечиной. Пусть внутри барьера последние годы было относительно безопасно и мирно, всегда существовал шанс нападения сильных монстров и воинов соседних стран.
        Северная, Восточная и Западная Флавия находились неблизко и в последнее время не доставляли хлопот. Во всяком случае, они не касались южной провинции, но на западе и севере страны их диверсанты были нередким явлением. В основном они не рисковали сами, не вредили собственными руками, а как уже много раз случалось, заманивали и привлекали сильных тварей к границам соседей, стараясь ослабить их таким удобным и почти незатратным способом.
        Политика грязное дело, но никто не мог с уверенностью сказать, что Фёрст Валхаим не приказывает своим доверенным слугам делать то же самое по отношению к соседям. Все-таки, несколько не очень сильных мастеров имеют немалые шансы привлечь могущественного монстра к границам соседней страны, чем отбить его нападение на своей территории.
        Лучше занять соседей борьбой с сильным монстром, чем решать эту проблему уже в своих владениях, ценой жизни своих лучших слуг. Сдерживания противника и переваливания на его спину своих проблем - неизбежное зло во внешней политике любой страны, где правитель не полный идиот. Как говорили древние: «Не хочешь кормить свою армию, будешь кормить чужую». Целая служба при дворе правителя занималась диверсиями у границ соседей и пыталась сорвать те, что проводили оппоненты.
        Однако, только безумец будет атаковать самый сильный и укрепленный фронт обороны противника. Те, кто понимал, где этот щит у Южной Флавии, старались привести монстров к самым слабым и незащищенным участкам защитного периметра. Там, где не было высоких каменных стен и плотных рядов защитников. Таким в стране являлся как раз ослабший в последние годы рубеж южной границы страны.
        Князь провинции, управляющий прилегающими к столице северными землями и еще пару уважаемых местных семей, управляющих восточным и западным регионом, постоянно были недовольны малыми вложениями Кансаев в строительство защитных укреплений, недостатке на границах сильных защитников. Неоднократно намекали, что если те не справляются, то пусть лучше передадут свои владения кому-то другому.
        Это были несправедливые претензии. Глава Рамп, отец Марка и так, прекрасно осознавая слабость границ, которые раньше прикрывались исключительно силой боевых мастеров, осознал, что этого в нынешние времена недостаточно и начал очень дорогостоящее строительство нескольких приграничных укреплений, которые должны были задержать вторжение, пока мирное население спасается бегством. А так как вся территория владений клана Кансай была приграничной, поднять в одиночку массовое строительство было очень непросто. Князь и другие семьи могли только горло драть, но помогать деньгами или строительными материалами не спешили.
        Так, день за днем я узнавал обстановку в мире, стране, провинции, родном городке, поместье и внутри клана и близкого окружения погибшего Марка. Выяснил, почему Веста так боялась меня в первые дни. Старший брат запретил ей ходить и подглядывать за ним, а тем более выходить за барьер, но она не послушала и пошла за ним в джунгли.
        Я успокоил девушку, сказал, что она хоть и очень рисковала, но всё сделала правильно. Благодаря её стараниям её брат выжил, поэтому я не злюсь, но если она опять пойдет за барьер без спроса, пусть пощады не ждет. После этого любвеобильная младшая сестра вышла из оцепенения и облила меня слезами и соплями поддержки. Бедняжка, боялась, что я её возненавижу из-за нарушенного обещания. Дурочка, сама могла стать жертвой тех монстров. Повезло, обошлось.
        Разобрался я и с системой духовного роста в мире Лестницы Совершенства. Хотя силенок у меня было мало, я первым делом попытался открыть духовное пространство и проанализировал свою энергетическую систему. Зря старался. Ничего такого у местных культиваторов, во всяком случае, на низких уровнях нет.
        Более того, система использования энергии больше похожа на магическую, где нельзя потратить в день больше, чем есть в колодце духа. Её можно пополнить только всякими хитрыми алхимическими средствами, вроде аналогов Латорских магических катализаторов, но это очень дорогое удовольствие. Поэтому увеличение колодца в приоритете для всех мастеров от мала до велика. Никаких больше долгих полетов в виде человека-ракеты. Такое здесь было под силу лишь единичным Великим героям прошлого. То есть, полет гипотетически возможен, но способны на него, учитывая, насколько скромны запасы колодца духа, лишь легендарные личности.
        Я также не видел ни своей, ни чужой ярко выраженной энергетической системы. Никто из окружающих не источал духовной ауры, в моих представлениях всегда отличающей боевых мастеров, всяких даосов и культиваторов от обычных людей. Оказалось, это вполне нормально для обычных людей, а именно к ним я сейчас и относился, потеряв все свои достижения.
        Во-вторых, никто из местных, кроме отца и главного стража особняка не обладал какими-то повышенными духовными способностями. Позже, если опять достигну успехов в духовном совершенстве, начну видеть свою и других мастеров ауру, но тут есть определенные правила. Мастер видит ауру тех, кто его слабее или примерно равен, но не может распознать ауру более сильного. Она для него также скрыта. Поэтому непонятно, силен или слаб тот, на кого ты решил наехать.
        Хитрая деталь. Не имея никакой духовной силы, но жирно намекая, что она у тебя больше, чем у остальных, можно водить всех за нос. Единственный способ вывести такого хитреца на чистую воду, это самому дорасти до его уровня или попросить того, кто точно уже более высокого ранга, проверить его ауру. Уверен, с этим моментом в Южной Флавии связано множество недоразумений и всякие нечистоплотные мастера пользуются скрытой аурой, чтобы морочить голову всяким недалеким простакам.
        Так или иначе, я выяснил у отца и главного стража все методы, которыми местные мастера пользуются для повышения силы и расширение колодца духа. Для последнего нужна постоянная практика. Только постоянно опустошая запасы колодца можно развить быстрое пополнение и повлиять на его размеры. Мне в голову пришли воспоминания времен жизни в Латоре, когда я переполнением растянул свой колодец до неимоверных размеров. Интересно, тут такой способ сработает? Я один, кто до него додумался в Латоре, хотя надо признать, я действовал по читерской схеме, использовал легко активирующиеся заклинания, редкие камни божественной крови, да еще и эффект их зарядки от уничтожения нежити, и поэтому мне все далось так легко, но уже зная о том, что такое возможно, я просто обязан попробовать переполнение.
        Во-вторых, духовная сила, это не цифра накопленной любым возможным способом энергии Ци. Здесь никто даже не слышал о многочасовых, монотонных дыхательных практиках и наполняющих сосуд души пилюлях. Хранилище, где начинающий духовный мастер копит духовную силу, в основном наполняется за счет поглощения энергии кристаллов душ поверженных магических зверей. Разумеется, никто не запрещает убивать монстров кому-то другому, и таким образом взращивать силу новичка, если у него открылся дар. Торговля духовными камнями в Южной Флавии важный и процветающий бизнес.
        Я попытался узнать, и как же Марку удалось стать гением культивации в своей провинции, и узнал неутешительную историю. Когда умер его любимый дед, которого я умудрился забыть, правнучку в наследство на четырнадцатилетние досталась шкатулка с магическими камнями, которые сам дед получил от своего деда. Эти камни ему так и не пригодились, так как даром развития духовной силы обладает далеко не каждый, его сын и дочь тоже оказались без таланта и только Марк показал на специальном кристалле талант к накоплению и взращиванию духовной силы.
        Он тоже мог оказаться не у дел, и тогда коробка досталась бы младшему брату или сестре. Любому из правнуков, кто проявит талант. Она не адресовалась именно Марку. Это бесценное сокровище поглотил он, и теперь получалось, что зря. Всё накопленное потеряно, ушло на поддержание жизни в оказавшемся на грани гибели теле. Эти запасы спасли Марка, но без них он опять становился никем. Терял статус надежды и будущего лидера клана. Все это понимали и с горечью отводили глаза в сторону, заставляя меня чувствовать себя неловко.
        Сообщением, что в обед меня ждет собрание совета клана, на который я должен буду явиться, ознаменовался первый день, когда мне разрешили встать с постели на ноги. Понимая горе семьи главы Рампа, старейшины терпеливо выждали два месяца и решили поднять вопрос о замене посланника в столичную академию, лишь когда я смогу явиться на собрание сам.
        От каждого из трех главных кланов провинции там учился лишь один посланник. Иметь своего сильного мастера духовного боя для выживания и укрепления позиций клана в провинции и стране в целом, жизненно необходимо. Академия не резиновая и не вместит всех желающих.
        Если я потерял свои достижения, старейшины семьи из смежных линий хотели заменить меня более перспективным троюродным братом, который также проявил способности к духовному развитию и в этом году достиг четырнадцати лет. Его шансы достичь успеха, имея дополнительный год в запасе, выглядели более реально. Если вместо меня пойдет он, то ближайшие пять лет путь в академию будет закрыт. А потом я просто не пройду по возрасту. Принимают лишь от четырнадцати до девятнадцати. Об этом мне, очень сокрушаясь, виноватым тоном, рассказал отец перед собранием.
        Единственный способ получить назад право учиться в академии от клана - это показать большую духовную силу на особом кристалле, чем мой конкурент перед самой отправкой. Я в уме крепко зацепился за этот спасительный парашют, надеясь отстоять свои права перед старейшинами. Мне еще с другом-предателем нужно было поквитаться и отстоять честь клана Кансай перед посланниками мелочных соседей по провинции. Теперь я понимал, чем была вызвана их зависть. Мне наследства прадеда привалило, а это не совсем честный способ вырваться в гении. Это понятно. Я докажу, что я не просто богатенький и удачливый наследник.
        Просто сдаться, отказаться от своих амбиций, как это сделал Марк, я не мог. Поэтому хромая на одну ногу из-за неприятной, пульсирующей боли в колене и опираясь на плечи младшего брата и отца, я смело двинулся на собрание старейшин, желая отстоять законное право на учебу в академии и уязвленное достоинство прямых потомков Великого боевого мастера.
        Нужно напомнить быстро забывшим родственничкам из соседних веток, кому они всем обязаны, и как стали владеть всеми этими землями. У кого-то слишком короткая память, а батя Марка слишком мягкий человек, чтобы об этом прямо сказать. Так и быть, я возьму на себя эту неприятную роль и соберу на себя все шишки, но я не позволю манипулировать отцом и стыдить его проколом сына. Если нужно будет показать большую духовную силу, я костьми лягу, но найду способ этого достичь.
        Часть 03 Собрание старейшин клана
        Впервые покинув комнату, а потом и само здание, я с неприятным беспокойством отметил, что хоть внутри все выглядело еще более-менее прилично, небогато, но ухоженно и чисто, снаружи наша усадьба не какой-то роскошный особняк, а скорее большой, двухэтажный барак. Стены лишь на первом этаже каменные, а второй этаж деревянный, но древесина очень старая, трухлявая, растрескавшаяся, давно почернела от времени, но никто не торопился делать ремонт. Словно жить в здании долго не планировалось. А как вишенка на торте - сверху крыша из соломы! Соломы, Карл!
        Это же вообще несерьезно. Не нашлось, что ли в достатке добротной древесины, чтобы заменить трухлявые стены, накрыть крышу надежным перекрытием, а сверху крепким и практичным настилом? Да хоть той же глиняной черепицей, но, видимо, стены уже такие дряхлые, что выдержат только такой легкий, но часто требующий замены материал. Почему-то отец Марка не хотел вкладывать силы и средства в ремонт.
        Блин. Мы же один из трех самых богатых и уважаемых кланов в провинции! Я прикрыл глаза от лучей яркого светила козырьком из ладони и осмотрелся по сторонам. Вокруг усадьбы одни тесные одноэтажные хибары, мазанки из говна и палок. Вообще нет высоких, хотя бы двухэтажных или даже просто каменных и деревянных построек. На фоне этих трущоб, наш дом и правда, хоромы. Но если сравнивать с архитектурой Империи Сун, это же убогое и позорное стыдобище. Двухэтажный хлев для скота.
        А городок-то, какой крохотный! Три ряда по десятку убогих сараев по обе стороны от центральной дороги, а сразу за ними, вплотную стояли поля каких-то зерновых. Точно не рис, что-то другое, пшеница, рожь, сдалека не разглядеть. Безопасной территории мало, поэтому все построено и посажено плотненько, впритык. Даже улочки между домами - втроем не разминуться. Вся удобная равнина ушла под земледелие и для лесов внутри барьера места не осталось.
        Понятно, лес, камни и прочее есть только за барьером, а выходить наружу опасно. Хищники стерегут осмеливающихся выйти на вылазку разведчиков и лесорубов, поэтому даже граница джунглей не так далеко отступила от барьера. Всего метров на пятьдесят, где-то даже ближе. Не ожидал, что родовая усадьба главной ветки клана Кансай окажется так близко к границе действия печати. Всего в сотне метров. Граница помечена предупреждающими, красными столбиками по грудь и всё. Ни сплошной ограды, ни высокой защитной стены. Близко. Слишком близко и опасно! Всё из-за того самого прадеда-героя. Он разместил свой дом так, чтобы встречать опасность первым и защищать других, но его слабым потомкам это выходило боком.
        Главы смежных веток клана не дураки, сразу, как появилась возможность, переселились на противоположную сторону полей, подальше от пограничной зоны. Их дома стояли на самой границе с северными соседями, образовав второй крупный городок. Наша усадьба, одна, в центре небольшого, выросшего рядом городка, где жили в основном пришлые авантюристы, охотники и наёмники, выходящие за барьер, осталась стоять здесь. Остальные ветки клана жили не здесь, по соседству.
        Искателей приключений, в удобном для них месте стоянки, прибыли обслуживать не добившиеся успеха в столице ремесленники, кузнец, алхимик и целитель. Все они платили клану Кансай за аренду территорий, охрану и защиту ежемесячно. Тут же стояло несколько пунктов скупки лечебных трав, но в любой момент все эти люди могли погрузить свой скарб на повозку и рвануть в более безопасное место Южной Флавии. Только наша семья здесь жила постоянно, так как глава не имел средств разобрать эту усадьбу и отстроить её подальше от границы. Да и толку особо не было. Земли главной ветки клана были как раз у самой границы, а те, что ближе к столице - герой отдал слабакам.
        Я поинтересовался у отца, почему другие старейшины и главы не прибыли в этот дом, а мы едем в соседний городок? Он сказал, что нас всего пятеро. Восьмеро с охраной. Лучше мы к ним, чем две сотни людей к нам. Рамп Кансай был очень мягким человеком. Слишком мягким, вот и прогнулся до того, что сам живет в каком-то хлеву с соломенной крышей, а на все средства своей семьи строит каменные башни и укрепления для защиты соседей.
        Думаю, такие странные действия и позволили другим родичам относиться к Рампу пренебрежительно и не считаться с его мнением. Он сам, как и Марк, виноват, что больше радеет за других, чем за себя и свою ближайшую семью. И все же, я узнавал в этом мужчине второго Яо Шеня. Обними весь мир руками. Один в один.
        Он не был слабым или непроходимо глупым, но его чрезмерная доброта, граничащая с безумием, просто заставляла других им пользоваться. Если дурачок позволяет, почему не запрячь его и не поехать? Во всем нужно чувство меры.

* * *
        Все мои худшие опасения подтвердились на собрании главу Рампа ни во что не ставили. Место во главе длинного стола, которое должен занять глава главной ветки клана, занял старейшина одной из смежных веток, на полном серьезе считая, что не унижает этим главную ветку, но отец махнул рукой и присел сбоку, даже для вида не повозмущался, и мне стало за него обидно. Нельзя так легко и безропотно отдавать свои права, и при этом в одиночку тянуть обязанности.
        Фёрст Валхаим требовал укрепить границы, князь вторил его требованиям, соседи за безопасной буферной зоной смели раскрывать рот и предъявлять претензии. Земли у нас не больше, чем у других веток, но даже внутри семьи родственнички сбрасывались всего двадцатью процентами от доходов на строительство защитных сооружений и оплату найма пограничных дозорных, а глава Рамп вносил остальные восемьдесят.
        Он крутился белкой в колесе, чтобы быть всем удобным, да только это уже не доброта, а слабость и трусость. Какая-то патологическая неконфликтность, неспособность смело отстаивать справедливость. Я начал понимать, что Рамп слишком переживает за свою маленькую семью и готов пожертвовать всем, даже собственным достоинством, чтобы они не пострадали. Он ценой неимоверных усилий поддерживал мир в клане, улаживал все возникающие конфликты, и всё за свой счёт. Вроде действовал всем во благо, из лучших побуждений, но мне было это неприятно наблюдать. Лучше бы он послал их всех и заставил платить восемьдесят процентов, наплевав на справедливость, чем опустив голову, сносил пощечины.
        Его жене и младшим детям даже не предложили место для отдыха. Они продолжили сидеть в повозке в ожидании завершения собрания. Так как они были семьей Рампа и на них автоматически переносилось пренебрежительное отношение, как к безотказному и осмеянному главе семьи.
        Как и сказал отец Марка, нас пригласили только для того, чтобы демонстративно унизить. Я, видите ли, уже резко стал недостоин, а им это только в радость. Они хотели своих детишек протолкнуть в академию. Платит-то за обучение семья, причем главная ветка берет на себя половину этих расходов.
        Однако, кроме уже ожидаемого троюродного брата появилось еще несколько претендентов на обучение в академии. Жадные родственнички, узнав о несчастье Марка, все извлекли из закромов своих кандидатов. Глава, собравший всех был неприятно удивлен, он считал, что только его наследник имел право на это, а тут еще четвероюродная сестричка и три пятиюродных братца нарисовалось. Клан Кансай большой, плодовитый и талантливый. Все хотят своим детям лучшего. Я могу это понять, да только халявку готовы делить вместе, а как убытки, так деньги врозь.
        Мне было это проявление жадности на руку, поэтому, как только обсуждение о выборе нового кандидата между старшими на пару секунд прекратилось, я и толкнул своё предложение выбрать посланника в академию от клана, сравнив их духовную силу на кристалле перед самой отправкой.
        - Я против! - тут же категорично заявил второй старейшина, тот самый, что нагло расселся во главе стола.
        Он понимал, что сейчас его правнук самый уверенный кандидат, а через месяц ситуация может измениться. Но моё предложение поддержали те, у кого по-другому вообще не было шанса, а так он, хоть и не гарантированно, но появлялся.
        Мне даже бороться и отстаивать своё мнение не пришлось. За меня все сделал третий, пятый и шестой старейшина, поднявшие такой шум в зале вместе с группой поддержки, что злобно озирающемуся по сторонам старику, уже решившему, что место в академии у него в кармане, пришлось согласиться на эти условия, но он не собирался рисковать и потребовал, чтобы все кандидаты сегодня же показали уровень своей духовной силы.
        Он хотел знать, как близки к его правнуку ближайшие конкуренты и участвовать в замерах духовной силы пришлось и мне.
        - Тиба, ты первый, - скомандовал второй старейшина, продвигая своего правнука, опять нагло плюнув в сторону безмолвного принимающего все издевки Рампа.
        Если бы я не вставил свои пять копеек с предложением, он мог так и промолчать до конца собрания, не решившись подать голос. Таким людям, какими бы хорошими они ни были, действительно не место во главе большого клана. Я, наконец, это очень ясно понял. Он не способен драться и бодаться с другими кланами и отстаивать его интересы перед князем и правителем Флавии. Даже перед равными по статусу соседями.
        Видимо, и сам Рамп это понимал и лишь формально возглавлял семью, позволяя другим решать все важные вопросы. Не удивлюсь, если это второй старейшина поставил вопрос ребром, и отказался строить укрепления только за счет средств клана. Это вопрос государственной безопасности и его надо решать сообща, а не за счет одной приграничной семьи. Отсюда возникли и эти ставки двадцать на восемьдесят. Если Рамп тюфяк, пусть платит. Было обидно за отца Марка, но я понимал, что если ему не по силам конфликтовать, то он будет платить везде и за всех.
        На стол в зале вынесли ящик. Под крышкой оказался крупный осколок прозрачного кристалла, к которому все претенденты подходили по очереди и направляли внутрь свою энергию. Знакомая схема. После этого, по высоте столбика свечения внутри, по специальным отметкам определялось, есть ли вообще духовная сила и сколько её. Определяли очень точно, вплоть до одной единицы. Кристалл очень меня заинтересовал, ведь мне нужно было иметь такой же под рукой, чтобы отмечать и анализировать свой прогресс.
        Пока с гордым видом к кристаллу выходил младший братец Тиба, я шепнул этот вопрос на ухо отцу.
        - Не беспокойся, у нас есть такой же среди вещей прапрадеда, - сообщил мне Рамп.
        - Есть такой же? - удивленно переспросил я.
        - Да, ты уже забыл? Ты же часто мерял им свою силу, когда начал поглощать кристаллы.
        - Ясно. Спасибо, уже забыл об этом, - смущенно ответил я.
        У меня было столько времени для расспросов, а такие важные детали я не удосужился уточнить. Думал, что я про культивацию уже все знаю, а ведь тут все по другому, надо забывать старое, оно постоянно укрепляет во мне уверенность, что я все смогу, что я многое знаю, а на поверку, есть большой шанс, что ничего из старого опыта мне тут не поможет. Это другой мир. Другие правила и мне надо искать новую лазейку в них, больше слушать и подмечать, а не самоуверенно бить себя кулаком в грудь, что я всех порву.
        Я рвусь в академию, чтобы восстановить Марка в его старых правах, а что, если тут, рядом с границей, а значит, рядом с источником духовных кристаллов, гораздо больше шансов достичь полезного прогресса, чем в столице? Если вспомнить, за прошедший учебный год в академии я больше всего занимался укреплением тела, бегом, переносом тяжестей, изучением техники прыжков и ударов, а не повышением своего духовного потенциала.
        У меня мало, что отпечаталось в памяти от первого года обучения Марка, но слова преподавателя по физической подготовке засели крепко. «Можно быть самым сильным духовным мастером на свете, но если вы слишком неуклюжи и слабы физически, чтобы быстро и точно донести свой заряд до противника, то вы проиграете даже самому слабому монстру», - неустанно повторял он, настаивая, что духовная сила второстепенна, а гораздо важнее стать сначала физически сильным. Однако, в бою с красногривой обезьяной Марку это не помогло. Он пытался применить освоенные удары, не обладая и четвертой ступенью меди против монстра, сопоставимого с боевым мастером середины серебра и ожидаемо потерпел сокрушительное поражение.
        Физическая сила важна, но медь никогда не побьет серебро. Будь Марк хоть сильнейшим и быстрейшим человеком в мире, он проиграет намного превосходящему ему в духовной силе противнику. Тут инструктор по физической подготовке был неправ. Все решил его первый удар, который был слишком слабым, чтобы пробить духовную защиту монстра. А за ним последовал ответный, который Марк не смог выдержать.
        Бесспорно, хорошая физическая форма желательна и для боя с равным физически и духовно противником даже необходима, но сильнейший физически, всегда проиграет сильнейшему духовно. Тут без вариантов, разве что… если применить яды, как я в «Звезде Юга». Я кстати могу изготовить парочку очень опасных, что свалят и сильных монстров и тут, если в округе есть растения с похожими свойствами. Для меня это вообще, похоже, чуть ли не единственный вариант преодолеть разницу в духовной силе с монстрами. Хм… Я так толком и не использовал свои знания травника в Империи Сун, так хоть тут блесну, а если еще и начертания сработают, когда наберусь духовной силы, так вообще будет огонь!
        Блин, у меня есть только месяц, чтобы определиться, в каком направлении двигаться. Возможно, знакомых мне трав тут просто нет, и близость к границам с моими скромными возможностями ничего не даст, а в столице наоборот есть доступ к эксклюзивным знаниям, описаниям всех местных трав, из которых я смогу изготовить что-то по аналогии или доступ к более дешевым кристаллам. Всё. Не буду рубить сгоряча и определюсь, получив больше важной информации. И первая информация - насколько сильны конкуренты и слаб я сам.
        - Восемьдесят четыре! - с гордостью выдал дед, фиксировавший результат крепкого, чернявого Тибы, и все ахнули от удивления.
        Парень нашел меня глазами за спиной отца и победно улыбнулся, показывая, что его мне никогда уже не догнать.
        - Поздравляю второй старейшина! Ваш правнук добился больших результатов всего за полгода. Через месяц он наверняка возьмет медный ранг!
        «Они, наверное, имели в виду первую ступень медного ранга», - по моим старым представлениям, цифра в сто единиц, как раз соответствует ему, подумал я. Настало время такой же рослой, слегка полноватой и уже явно достигшей восемнадцатилетия старшей четырехюродной сестрицы.
        - Шестьдесят пять! - почему-то очень довольным тоном объявил старик.
        Главу другой ветки стали поздравлять с успехами его младшей внучки, хотя это была лишь неприкрытая лесть. Девушка была уже взрослой. Её результат хоть и говорил о наличии духовной силы, но был совсем не выдающимся. Тибу ей никогда не догнать. Марк в четырнадцать отправился в академию с более чем тремя сотнями единиц личной духовной силы. Он был в ней первый, на две сотни обгоняя ближайших конкурентов. Конечно, это всё благодаря подарку прадеда, но иметь в четырнадцать лет сто очков - это тоже отлично, а шестьдесят пять в восемнадцать - уже совершенно неприемлемо. Время уже упущено.
        Пятиюродные братья показали шестьдесят, пятьдесят два и сорок шесть очков соответственно очереди. Второй старейшина был очень доволен, его правнук был вне конкуренции и почти гарантированно попадал в академию, если кто-то из хитрых родственников не потратит целое состояние на этот глупый спор. Единственное, о чем он волновался, это то, что Марк не растерял всю свою духовную силу после травмы и мог неприятно удивить его цифрами близкими к правнуку.
        Я подошел у кристаллу и постарался успокоиться, пробудить и направить теплую энергию из груди в руку, а из неё в кристалл. Так Марк проходил тест раньше, но в груди было холодно. Совсем холодно и мертво. Духовных сил Марка после трагедии с монстрами внутри его тела не осталось.
        - Ноль, - не дав мне хоть немного времени, чтобы настроиться, объявил старик с ликующим выражением на лице и еще несколько раз выкрикнул: «Ноль! Ноль! Вся главная ветка уважаемого Великого мастера Рована выродилась. Теперь мы, его дальние отпрыски подхватим его великую славу. Пришло наше время!»
        Старик даже не скрывал, что презирает меня и Рампа. Он торжествовал в голос. Нет, такого не обломать, будет просто непростительно. Даже если мне не стоит возвращаться в столицу, в академию, так как там нет доступа к границе и монстрам, как у Марка дома, я обломаю этого мерзкого, позволившего себе неприкрытую неприязнь старика из принципа. Он может и лучше подходит на место главы клана, чем Рамп, но не стал решать все мирно и по семейному, а злобно насмехается над потомками героя, как будто мы его враги.
        Своё мнение я сложил, мотивацию повысил. Перед отъездом попросил отца немного проехаться по незнакомому городку. Ага, вот куда ушла вся древесина и камень семьи. Красивые, наполовину каменные, двухэтажные особняки с нормальной деревянной крышей по обе стороны. Город в три раза больше и выглядит куда лучше, богаче и ухоженней. Когда Рамп все деньги спускает на строительство укреплений, остальные семьи строят себе красивые жилища. Все понятно, но я не собираюсь терпеть эту несправедливость. Нет, я не стану очернять других и осветлять отца Марка. Его недостатки я тоже прекрасно вижу. Просто сделаем все по честному. Второй старейшина хочет власти и признания, пусть и платит, выполняя требования правителя Флавии, Валхаима и его цепного пса, князя провинции.
        А то слишком хорошо в клане устроились, чмырят Рампа, насмехаются над его семьей, а за весь клан платит он. Это мы исправим. Я эту прогнившую семейку встряхну. Да что толку им сейчас что-то доказывать, когда показать клыки я ещё не могу. Только сила способствует скорейшему установлению справедливости, а не мирные и уважительные переговоры. Когда одна сторона потеряла уважение, она должна его заново прочувствовать на деле, а не на словах.
        Я постараюсь помочь отцу осознать его главную ошибку. Он заблуждается, что поддерживает мир в клане, во всем соглашаясь с теми, кто его использует и повесил на него все расходы и проблемы. Стоит ему потребовать справедливого разделения расходов и крысы покажут своё истинное отношение и намерения, хотя и так все уже ясно.
        Лучшее для нас сейчас, стравить этих крыс в борьбе за место главы клана. Там явно наметились две примерно равных по силе партии, они вцепятся друг другу в горло, если им придется, как сейчас отцу, платить самим за все и везде. Никто такого терпеть не захочет. Но прежде чем жестко действовать, мне надо понять, насколько быстро я смогу превратить свой «ноль» в сотню и тысячу.
        К сожалению, мне пока даже просто ходить трудно, не то, что охотиться, используя яд или другие уловки, но для чтения книг по алхимии и проведения экспериментов, это не помеха. Нет, я еще больше уверился, что давать этим упырям почувствовать свою силу и безнаказанность нельзя. Меня просто жаба задавит, что главная ветка, хотя зарабатывает не больше, а возможно, уже и намного меньше других ветвей семьи, будет ещё и платить половину за обучение Тибы Кансая.
        Он может и неплохой парень, а просто находится под влиянием и воспитанием своего отца и прадеда, но это не повод ему также забывать, чей предок обеспечил ему безбедное, счастливое будущее. И это был отнюдь не его крикливый прадед, который бы и по сей день продолжал обрабатывать чужие поля, как наемный рабочий, за гроши, если бы не был племянником моего прапрадеда.
        В покосившуюся и печальную усадьбу главной ветки клана Кансаев я возвращался с еще большим желанием окунуться в изучение наследия Великого мастера Рована. Было очень интересно, что еще, кроме показывающего духовную силу кристалла имелось среди оставшихся после него вещей. Я надеялся на книгу с важными записями, возможно картой сокровищ или магическим мечом. Пусть это будет меч по типу мечей "Цзыцяня" из Империи Тан. Как же хочется быстрого могущества. Нет Спокойно. Получив все на халяву, я ничему не научусь. Это прямой путь к фиаско. Пусть там будет просто какая-то мудрость, секрет, который он хотел передать потомкам. Прошу, пусть это будет подсказка, как лучше развиваться новичку в этом мире.
        Я, кстати, еще не расспрашивал отца про парную культивацию, но судя по тому, что из спальни родителей Марка не доносилось ни звука, у него нет четырнадцати сестер или братьев, а косвенно эта тема ни разу сама не всплыла, она также неизвестна в Лестнице Совершенства, как и духовная печать Абсолютной защиты девятого порядка.
        Я её восстановил и хорошенько запомнил с шестого по девятый порядок пошагово. Помню каждую из тысяч структур и десятков тысяч элементов по шагам. Нечем было занять себя в одиночестве, и так я развлекался, но для каждого магического символа нужна немалая энергетическая поддержка. Неудивительно, что едва зашевелив пальцами правой руки, я не смог активировать ни одного из символов. Моя духовная сила на полном нуле и попытки набрать её дыхательными практиками убедили меня, что этот метод здесь не работает. Тут или нет излишков Ци или индекс её концентрации на планете так же низок, как на моем бывшем третьем этаже. Там хоть обдышись, лишней энергии одной прогонкой воздуха через легкие не добудешь.
        В любом случае, я уже преодолел первое препятствие, перенес два месяца бездействия в кровати и дал срастись костям, могу дышать без боли и уже смог встать на ноги. Еще немного усилий и я пойду в гору, начнутся первые закалки тела, а они все явные дефекты в теле быстро исправят. Все будет хорошо, надо только найти за что зацепиться, чтобы двигаться дальше к успеху. Алекс в теле Марка Кансая еще покажет Лестнице Совершенства чего он стоит!
        Часть 04 Ложная забота
        Назад семейство Рампа Кансая ехало в полном молчании. Все выглядели хмурыми и подавленными. Я понимал чувства окружающих. Младшие брат и сестра не понимали, почему так неуважительно относились к их отцу и в открытую, после криков «Ноль! Ноль!» насмехались и над ними, хотя по идее, мы главенствующая ветка всего клана. Мать волновалась за детей и мужа, а Рамп виновато поглядывал на жену, как бы говоря: «Ну, прости, сейчас я ничего не могу с этим поделать».
        Добравшись за час назад к приграничной усадьбе, все молча разошлись по комнатам. Назад к себе мне помогла дойти прислуга. После этого постыдного «Ноль!», отца Марка словно подменили. Он старался не смотреть мне в глаза. Отводил взгляд и скупо, коротко отвечал на вопросы.
        Я не мог понять, что с ним, и это меня так беспокоило, что я сам пришел в его кабинет после того, как боль в колене немного утихла. Завидев меня на пороге, Рамп подскочил с кресла, встал у окна, смотря куда-то вдаль, сложил руки за спиной и тихо сказал:
        - Присаживайся, Марк. Хорошо, что ты пришел. Я и сам собирался с тобой серьезно поговорить.
        - Слушаю, отец, - присаживаясь на стул перед его столом, сказал я, строя догадки, о чём может пойти разговор.
        - Марк, как я понял, ты всецело рассчитываешь на мою помощь, чтобы вернуться назад в Академию Духовного Совершенства и в этом году?
        Не дав мне ответить, он сразу продолжил:
        - Прости, но наша семья переживает сейчас не лучшие времена. Не хочу оправдываться, но я очень сильно потратился. Нет, я почти лишился всех отцовских сбережений из-за серии нападений монстров на место строительства затребованных Князем Роландом укреплений. Монстры утащили за барьер нескольких рабочих, ранили охрану и мастера-инженера. Я выплачиваю компенсации. В этом году все идет наперекосяк! Эти башни высосали из меня и нашей семьи все соки, а второй старейшина не желает ничего слушать. Он думает, что мы можем просто проигнорировать требования Фёрста и Князя. Глупец! Клан Эшламов и Годаров только и ждет того, чтобы наши отношения с Князем испортились. Они ничего не предпринимают, лишь потому, что мне удалось привлечь Князя на нашу сторону. Второй старейшина сам пилит ветку, на которой мы сидим. Наши соседи уже давно пытаются выставить клан Кансай перед Фёрстом кучкой зажравшихся и купающихся в роскоши землевладельцев, скрывающих свои огромные доходы от сборщика налогов, а всё из-за желания получить выходы к границам. Они готовятся нанести удар в спину, если Князь посчитает нас несостоятельным и
ненадежным союзником. Доказательством нашей состоятельности являются эти укрепления. Я вряд ли смогу выплатить все долги после сбора урожая, если строительство не остановить сейчас, но если всё бросить, это выйдет клану куда дороже.
        - Отец!
        - Прости, Марк, - все так же стоя ко мне спиной, нервно сжимая кулаки от переполняющих его чувств, сказал мужчина, - но кроме тебя у меня есть еще двое детей, жена, слуги, которых я не хочу заставлять голодать зимой, чтобы отправить тебя в академию. Мне и так пришлось занять денег на твое лечение. До сбора урожая еще полтора месяца. Мы уже живем в долг. Да, ты можешь сказать, что я и так экономлю на вас с братом и сестрой, во всем вам отказываю, но я не хочу, чтобы вас убили наши милые родственники. Держать в охране мастера Гора и его учеников - довольно дорогое удовольствие. Если бы не их присутствие в нашем доме, поверь, старейшины бы уже нашли способ, как с нами разобраться.
        Голос мужчины задрожал. Я понял, что он панически боится, что на нас нападут, и не кто-нибудь, а члены нашего же клана. Видимо, Рамп знал то, что заставляло его так опасаться старейшин. Похоже, ему уже угрожали и не только его жизни, но и жизнями детей.
        - Отец…
        - Прости, - опять перебив меня, воскликнул Рамп Кансай, - тебя целый год не было дома, и ты не знал, как сильно испортились отношения между главной и второй веткой клана. Я должен был тебя предупредить, но даже не думал, что они осмелятся так подло напасть. Здесь, у нас под носом! Я должен был тебя предупредить, чтобы ты больше не общался с Тибой и другими. Я понимаю, что Веста очень напугана и поэтому соврала. Она так боится Тибу, что готова врать родному отцу, но ты можешь рассказать мне всё честно. Что произошло? Зачем ты пошел за барьер? Это Тиба и другие братья позвали тебя? Кто тебя так сильно избил? Тебя поджидали в ловушке боевые мастера? Как они выглядели, что говорили? Сын, я не спрашивал. Думал, ты сам расскажешь, но ты так некстати потерял память. Я хочу добиться справедливости! Марк, сын, если ты помнишь, что случилось, хоть что-то, не бойся, расскажи отцу.
        - Папа, ты ошибаешься. Не было никакого Тибы и боевых мастеров. Я попытался убить сильного монстра и не справился. Тем более, их там оказалось сразу два.
        - Так Веста…
        - Да. Она сказала правду. Меня избили две красногривые обезьяны. Семья второго старейшины тут ни при чем.
        - Правда? - резко развернувшись и заглядывая мне в глаза, переспросил мужчина.
        - Да. Абсолютно точно, я напал на монстра, хотел добыть его магический кристалл для одной девушки в академии и проиграл. Переоценил свои силы.
        После моих слов, Рамп почему-то выглядел очень недовольным. Он вернулся к креслу и словно проговаривая мысли вслух, сказал:
        - Тогда я зря написал обвинительный донос в столицу. Надо срочно его отозвать. Нет, уже поздно. Я потратил деньги на взятку и подкуп свидетелей. За старейшинами уже наверняка установили слежку. Стоит им опять начать поносить Князя, их схватят и придадут суду.
        Сказав эту фразу, он обессиленно опустился в кресло и схватился руками за голову. Оказалось, Рамп не так беззуб, как я о нем думал, но действовал он не своими руками, а через суд и приставов правителя Валхаима.
        - Не волнуйся, сынок. Хоть у меня нет денег, чтобы купить тебе сотню духовных камней, но Тибу и других скоро упекут в тюрьму. Ты вернешься в академию, потому что я обвинил второго старейшину, его сына, внука и правнуков со слугами в нападении на наследника с целью его убийства и захвата власти в клане. Их заставят признаться в содеянном и казнят.
        - Но это же неправда!
        - Прости, Марк, да, я ошибся, но на кого я еще мог подумать, когда ты так неожиданно ушел за барьер и оказался так сильно искалечен? Ты чудом выжил. Ранее они угрожали мне, говорили, чтобы я сложил с себя обязанности главы, но как на меня посмотрел бы мой отец и наш Великий предок, если бы я так поступил? Я не могу опозорить память предков.
        - Но Веста же всё видела…
        - Веста юная девушка, которая никогда не ходила за барьер, хоть и прожила рядом с ним двенадцать лет. Я строго запретил ей даже близко к нему приближаться. Она пошла бы туда только с членами семьи, и точно зная, что ей ничего не угрожает. Я подумал, что они запугали её, и поэтому она так тряслась, рассказывая мне эту странную историю.
        - Она тряслась, так как нарушила твой запрет.
        - Теперь я понимаю! - воскликнул мужчина, - но уже ничего не исправить. Нам придется стоять на своем. Я подкупил судью из зала правосудия, воспользовался помощью Князя Роланда. Сам Князь согласился выступить на моей стороне! Второй и третий старейшина неуважительно отзывались о Князе и говорили, что он ворует деньги, которые должны были пойти на возведение укреплений на южной границе провинции. Якобы я делаю за него всю работу даром. Это наглая ложь. Князь никогда бы не стал… Марк, ты должен обвинить Тибу, его отца и других. Если ты этого не сделаешь, меня обвинят во лжи. Судья и втянутый мной в клановые разборки Князь Роланд окажутся в некрасивом положении.
        В этот момент вся мерзкая натура вылезла из-под маски доброты и заботы о семье. Рамп, возможно, искренне беспокоился о Марке, но использовал это несчастье, чтобы избавиться от конкурентов вполне сознательно. Донос он накрапал и составил именно так, чтобы он ударил по второй ветке. Разумеется, я не собирался в этом участвовать, чтобы выгородить подло оклеветавшего других Рампа, подкупленного им судью и вороватого Князя.
        - Нет, - наотрез отказался я.
        - Что? - искренне удивившись, спросил мужчина.
        - Я не буду клеветать на членов нашей семьи, тем более, если их после этого лишат жизни.
        - Почему? Ты же видел, как они к нам относятся. Они бы убили Весту, Ланчера, твою мать и меня, не будь здесь мастера Гора и его учеников. Они угрожали мне. Требовали, чтобы я перестал выполнять приказы Князя Роланда. Они мятежники и преступники. Они ненавидят меня, тебя, всех нас, живут на широкую ногу, накупили своим детям дорогостоящих духовных камней, хотя им никогда не стать боевыми мастерами, а я один вынужден держать вас в обносках, годами жить в обветшалом, разваливающемся доме, чтобы ублажить запросы правителя Валхаима. Если он будет недоволен нашим кланом, то легко может забрать назад пожалованные моему прадеду земли. Он может это сделать, но старейшина Кин говорит, что это я идиот, который лижет зад Князю и не видит дальше собственного носа.
        - Сын. Я нуждаюсь в твоей помощи. За всю жизнь я ни о чем тебя не просил, только бережно заботился, баловал. Ты ни в чем не нуждался. Сейчас мне нужна твоя помощь. Да, я ошибся, обвинение ложное, но если ты не поддержишь меня, то у Князя Роланда возникнут проблемы, у судьи зала правосудия, к которому я обратился возникнут проблемы, но в первую очередь у меня, твоего отца. Пожалуйста, прошу, скажи на суде, что потребуется. Думаю, он пройдет совсем скоро. Князь сообщил, что уже всё готово, чтобы схватить старейшину Кина и его отпрысков. Они не только угрожали мне, но писали доносы на Князя Роланда и глав других уважаемых кланов. Они мешают миру и процветанию в нашей провинции.
        - Ты серьезно, Рамп?
        - Конечно, это нужно сделать, чтобы в нашей семье все опять наладилось. Мы отдадим Князю Роланду половину земель второй ветви клана Кансай и получим немалый прибавок и к нашим владениям. Все это станет со временем твоим. У нас появится новый, большой особняк. Всё сразу наладится. А знаешь что! Как дело будет сделано, я накуплю тебе целую гору духовных камней. Хоть сразу двести! Ты же этого хочешь? Вернуться назад в академию еще сильнее, чем прежде, я слышал от твоего друга, что наследница одного богатого столичного рода положила на тебя глаз. Вы отличная пара. Ты станешь мастером-стражем при дворце правителя и добьешься таких же высот, как твой прадед. Я уверен. Ну, подумаешь, немного оступился, потерял триста шестьдесят семь единиц духовной силы. С кем не бывает. Это поправимо, но надо помочь семье и разобраться с Кином, Тибой и остальными. Хорошо? Мы договорились?
        - Да, Рам... отец. А можно мне немного духовных камней купить сразу? Так стыдно и непривычно опять быть слабым, - пытаясь скрыть свою неприязнь к безвозвратно упавшему в моих глазах мужчине, спросил я.
        - Конечно, Марк. Ты же мой любимый, старший сын. Моя гордость и надежда. Кстати, вот у меня есть немного прямо сейчас. Еще несколько я куплю, когда поедем на суд в столицу.
        Сказав это, мужчина, как будто забыл, что только что рассказывал об отсутствии денег на приобретение кристаллов душ и извлек из ящика на стол четыре разных по форме и отличающихся интенсивностью свечения кристалла. Один был почти прозрачным, но внутри имелось легкое медное свечение. Парочку были с более заметным свечением того же цвета. И один с ещё более яркой медной аурой и немного крупнее остальных.
        - Это дозорные границ у одного из мертвых охотников при себе нашли. Конечно, лучшее эти ушлые ребята, наверняка себе припрятали, поэтому тут совсем немного. Один начальный, два слабых и один средний. Возьми Марк, если повезет, поднимешь духовную силу до двенадцати. Отдыхай, ты, наверное, очень устал сегодня. Все-таки первый раз так долго опираешься на едва сросшуюся ногу.
        Я кивнул, встал со стула, собрал камни со столешницы в кулак и, припадая на отзывающуюся болью в колене ногу, пошел к выходу. В этот раз Рамп не стал делать вид, что сильно обо мне заботится и не подскочил с места, чтобы помочь, поддержать под руку. Я мельком бросил взгляд на его лицо, а на нем застыла ехидная ухмылка, словно, он решил какую-то сложную задачу. Видимо, он сам не верил, что удастся меня так быстро уговорить, а возможно, заваривая всю эту кашу, даже не рассчитывал, что я вообще выживу, а раз это произошло, пришлось и меня встраивать в его план устранения конкурентов.
        Я же согласился помочь только для виду, чтобы выжать из этого мерзкого человека побольше информации, как его мнимый сообщник. Вначале я был поражен, насколько низким и слабым человеком оказался Рамп Кансай. Но когда пелена иллюзии спала, я понял, что он прекрасно себя чувствовал, надев на себя личину безвольного тихони. Никто и не подумает, что этот коварный план ложь от начала и до конца - его замысел. Пришлось притвориться, что я заодно со злодеем, чтобы не вынуждать его устранять и меня. Что-то мне подсказывало, что я могу случайно умереть, свернув шею, упав с лестницы, если что-то пойдет не по его плану.

* * *
        Вскрывшееся двуличие отца Марка больно резануло по моему сердцу. Парень не знал, что его отец такая гнида. Он идеально маскировался годами. Я и сам за два месяца этого не смог понять, пока он сам, открытым текстом, просьбами и уговорами не попросил занять его сторону. Видимо, ему легче было сыграть на сыновьих чувствах Марка, чем устранять его и потом мучиться со страданиями Лии и её детей.
        Эх, как же я разочарован. Это был болезненный урок, что даже люди, которые демонстрируют бесконечную любовь и заботу могут быть совсем не такими, какими себя выдают. Очень отрезвляющая ситуация, и она поставила меня в тяжелое положение. Должен ли я прямо сейчас отправиться к старейшине Кину или по-другому передать ему эту неприятную информацию, пока не произошло непоправимого?
        Я боялся, что арест и суд пройдет втихую, а я так и останусь в полном неведении. Рамп попытался мне внушить, что без моего обвинения никакого суда не состоится, но если моих оболганных родственников схватят ночью, а на утро кинут в темницу, там начнут жестоко мучить, пытаясь добиться признания, то вечером, когда они падут духом и сдадутся палачам, их обезглавят.
        Опираясь на заинтересованного Князя, купленного судью, который предоставит свидетелей для создания видимости честного суда, меня вся эта ситуация может и не коснуться. Скажут, что несчастная жертва покушения прикована к постели и не может явиться на суд и всё. Казнят невинных, и тогда это будет целиком и полностью моя вина. Я знал обо всем и вовремя не предупредил.
        Наверняка, Рамп скажет своему телохранителю и его ученикам приглядывать за мной, чтобы не укатил ночью в соседний город. Действовать надо хитрей. Я вышел из усадьбы и окинул взглядом все открытые в это время хибары. Хоть никаких травников и охотников на горизонте не наблюдалось, но оба крупных пункта скупа целебных трав работали исправно. Меня сразу посетила пара интересных идей.
        Они же когда-то отсылают скупленное в столицу или еще куда-то. Дорога, отсюда в ту сторону одна. Могут по пути завезти моё послание второй ветке клана. Разумеется, придется заплатить, но денег местных у меня никаких нет. Только духовные камни, что мне презентовали в качестве аванса за подлое лжесвидетельствование.
        Я открыл ладошку. Начальный, два слабых и средний. Их было очень легко отличить один от другого. Значит, так выглядело двенадцать очков духа в случае успешной культивации, но полученные от Ланчера данные не совпадали с числом, что назвал Рамп. Двенадцать. А по информации Ланчера, тут всего шесть. Я попытался понять, как Слизняк, а именно так мне почему-то хотелось называть Рампа после всего, что я о нем узнал, считал единицы силы в духовных камнях.
        Ланчер говорил, что начальный или базовый кристалл добывают из самых слабых магических монстров первого уровня. По духовной силе его можно сравнить с новичком на первой ступени меди. Такой дает всего единицу гарантированной духовной силы. Слабый - две, а средний - три. Но Рамп говорил, что заряд камня может быть, как минимальным, тогда всё совпадает с цифрами названными Ланчером или быть ближе к пределу указанной ступени, в таком случае, выходило уже не один, а от одного до двух, не два, а от двух до трех, и не три, а возможно, и четыре. Была вероятность, что каждый из монстров уже был близок к прорыву на следующий уровень и тогда его кристалл души будет значительно наполненней.
        Так, у "сильного" камня - от четырех до пяти единиц духовной силы, а вот у "лучшего" духовного камня первого уровня разлет составляет целых пять единиц, от пяти до десяти! С духовными камнями второго уровня ситуация такая же, но цифры на порядок больше. По Ланчеру начальный дает десять единиц, но выходило, что от десяти до двадцати и дальше по аналогии. "Лучший" давал от пятидесяти до сотни очков, хотя тут тоже существовали ограничения, похожие на те, что были и при поглощении жемчужин духа монстров в Империи Тан. Нельзя пытаться поглотить духовные камни, сильно превосходящие рангом твой собственный ранг духовной силы. Новички и медные могут поглощать только медные кристаллы душ, серебряного ранга - медные и серебряные, но не выше, и так далее.
        Вот и выходило, что мне от этих кристаллов толку никакого. Шесть, да пусть даже по максимуму - двенадцать единиц духовной силы ничего мне не дадут. Лягут мертвым грузом в какую-то внутреннюю копилку и всё. А если я их продам и на полученные деньги куплю травы для создания ядов или еще до её попадания в точку скупа, обменяюсь на камни с каким-то травником, то получу гораздо больше, чем от циферки, отличающейся от нуля на показывающем кристалле. Если удастся найти все нужные травы для ядов, я сам смогу добыть первоуровневые, и даже более крутые кристаллы душ, хотя бы с тех же убивших Марка красногривых обезьян.
        Я решил уточнить информацию по стоимости кристаллов у местных скупщиков. Цена здесь должна быть самой низкой, не то, что в столице, так и на травы. Хотелось узнать, насколько же дороги зажатые для меня Рампом духовные камни, и что вообще я смогу выручить за то, что имел сейчас на руках.
        Часть 05 Реальное положение дел
        Недаром говорят, лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Я смотрел на бывшего охотника, вынужденного сейчас работать перекупщиком духовных камней из-за полученных травм и поражался. Передо мной находилась лишь третья часть от полноценного, здорового человека. Безногая и однорукая фигура сидела в кресле с колесиками, прикрыв нижние культи пледом.
        На лице, шее, плече и единственной, сохранившейся в целостности левой руке мужчины остались настолько ужасные шрамы, что быстро понимаешь, какой опасной является жизнь охотника. За барьером было действительно смертельно опасно. Неужели Марк этого не понимал? Он жил в этом мире пятнадцать лет и должен был видеть таких израненных людей в большом количестве. Судя по ужасным ранам, этот охотник столкнулся лицом к лицу с каким-то жутким хищником с острыми когтями или клыками и также выжил лишь чудом.
        - Чего желаете, молодой господин? - поинтересовался скупщик, которому явно не нравилось, как я его разглядывал.
        - Хочу узнать цену духовных камней.
        - Вы желаете их купить или продать?
        - Купить, - намеренно соврал я, желая услышать цену, за которую скупщик толкает свои товары.
        Назвав высокую цену, он уже не сможет слишком занизить её при скупке. Во всяком случае. Я на это надеялся.
        - Начальный камень первого уровня - тридцать брусков серебра, слабый - шестьдесят, средний - девяносто, сильный - сто двадцать, «лучшие» пока предложить не могу, но когда появятся, в зависимости от качества, продам от ста пятидесяти до трехсот брусков. Разумеется, уважаемый, приму плату и малыми золотыми монетами по стандартному курсу десять брусков к одной монете. Тогда это будет три, шесть, девять, двенадцать монет соответственно. Чего и сколько желаете, молодой господин? - предвкушая сорвать немалый куш, поерзав в кресле, спросил мужчина.
        - А сколько вы дадите за эти? - выложив свои камни на стол, спросил я.
        Ухмылка на лице барыги тут же сошла на «нет». Он был бы рад продать свой товар подороже, а на скуп у него действовали установленные столичным хозяином точки расценки.
        - Начальный - три бруска, слабые - по шесть, средний - девять, - с кислым лицом пробубнил торговец и отвернулся в бок, выпятив верхнюю губу.
        - Спасибо, - сказал я, собрал свои камни со стола и хромая, покинув лавку.
        Зря я надеялся, что хоть один барыга в городке будет менее жадным, чем этот. Я обошел все пять действовавших точек скупа камней и интересуясь сначала покупкой, услышал цены или на том же уровне или еще выше. Зато скуп моих камней был у всех одинаково низким. Офигеть! Тысячу процентов разлета цены между куплей и продажей. Тысяча! Это в десять раз больше, чем в самых конченных и несбалансированных ВРММОРПГ. Это смахивало на абсурд. Как с ними вообще кто-то захочет иметь дело с такими ценами или все охотники безграмотные дебилы, которые ни читать, ни считать не умеют. Сколько им дают, столько и берут за свою добычу. Нет. Всё равно это слишком бредово.
        Я решил выяснить, что не так с барыгами у своего младшего брата Ланчера. Без предупреждения зашел в его комнату и застал его культивирующим… с целой шкатулкой духовных камней, один из которых он держал между ладонями напротив нижнего даньтаня. Офигеть! Да что тут происходит? Рамп лжёт, что денег ни на что нет. Барыги охренели, младший брат сидит с кучей кристаллов, которые по идее, должны были достаться наследнику, то есть Марку!
        В момент культивации, Ланчер был глубоко погружен в себя и даже не заметил, что я зашел в его комнату. Решил немного подшутить над братцем, который ни разу даже не подал вида, не обмолвился, что Рамп втихаря сделал ставку на другого сына, считая меня никчемным калекой. Я без спроса взял шкатулку с камнями и пошел к себе. В ней оказались лишь десять штук и то, самые простые, начальные, но если сравнивать по цене и приросту духовной силы в случае удачи, они оказывались самым выгодным и разумным приобретением. Единственное, что культивация с такими камнями проходит значительно дольше, но если приходится экономить каждую монету, то выбора не остается.

* * *
        Спрятав шкатулку под подушку, я задумался. Почему Ланчер молчал и продолжает молчать и тратить камни на себя, хотя я уже пошел на поправку? Он также завидует мне? Хочет в Академию и стать новым героем клана или дело в чем-то другом? Ладно, когда он обнаружит, что его шкатулка пропала, прибежит ко мне с расспросами, тогда и поговорим.
        Блин, я думал у нас крепкая семья, а все лишь делают вид, что мне сопереживают, а сами строят планы, в которых моё благополучие вообще не учитывается. Похоже, единственные, кто действительно любят Марка, это его мать и младшая сестра. Я решил расспросить о ценах на камни Лию Кансай. Она хоть и была далека от боевых искусств, культивации и всего, что связано с духовным развитием, знала цены на все остальные виды товаров и могла объяснить, почему такой огромный разлет в ценах. Такой, что это просто было бессмысленно.
        Я пошёл к комнате матери Марка и ещё на подходе услышал доносившиеся оттуда голоса. Лия и Веста обсуждали что-то в комнате. Удивительным было то, что после возвращения с собрания, я ни разу не встретился в коридоре и холле со слугами. Они словно все куда-то попрятались.
        - Веста не спорь! Ты завтра же поедешь к моей сестре в столицу! - требовала Лия.
        - Ну, мама, я не хочу расставаться с Марком! Не хочу ехать в столицу, если он останется здесь. Я слышала ваш разговор с отцом. Братик больше не поедет в академию. Это все из-за тех слов целителя? - капризничая, спросила девчушка.
        «О чем это она?» - искренне удивился я.
        - Тихо! Вдруг тебя слуги или Марк услышит.
        - Ну и что! Почему вы такие злые? Почему не хотите ему помочь? Я всё равно люблю его, будет он боевым мастером или нет. Я никуда не поеду!
        - Глупая. Марк мой сын, я тоже его люблю, но наследник главной ветки клана должен быть сильным, чтобы держать остальных родственников в узде. Ты же видела, как к нам плохо относятся наследники других веток. Они наверняка попытаются выжить нас из клана и не только из семьи, но и из провинции. Тебе лучше пожить немного в столице, пока все тут не уляжется. Твой отец сделал рискованную ставку, связался с опасными людьми, и теперь над нами над всеми нависла смертельная угроза. Умоляю, Веста, не противься, отправляйся в столицу с мастером Гором и другими. Здесь находиться опасно. Отец даже слуг распустил.
        - А Марк? Что будет с ним?
        - Он тоже скоро приедет в столицу. Не волнуйся за него. Отец просто неправильно выразился. Мы все, Марк, Ланчер и я, скоро приедем к тёте Ланите и останемся там погостить. Ты и соскучиться не успеешь.
        «Да, что здесь происходит?» - раздираемый подозрениями, подумал я, не стал больше таиться, и прямиком направился в комнату.
        - Я всё слышал! - сказал я с порога, глянув на резко побледневшее лицо матери Марка.
        - Братик, поехали со мной в столицу! - воскликнула сестра и подскочив со стула, подбежала и обняла меня за талию.
        - Извини, завтра я с тобой не поеду, - потрепав сестру по волосам, сказал я, - у брата есть еще некоторые важные дела в этом городке, но попозже, мы обязательно встретимся.
        - Братик, я не хочу ехать в столицу без тебя!
        - Мама права, отец связался с плохими людьми и это может плохо кончится, поэтому она и хочет отправить тебя к тёте. Веста, ты же умница, поезжай в столицу. Так и я буду меньше за тебя переживать. Дозорные сказали, что сюда пробрался сильный монстр, я не хочу, чтобы он тебя убил. Отправляйся в столицу, там безопасно и скоро мы все там встретимся.
        - Братик! А ты же тоже в опасности. Поехали со мной к тёте Ланите! Целитель сказал, что ты больше никогда не станешь мастером духовного боя. Ты потерял свой дар. Тебе тоже опасно тут оставаться.
        После слов Весты, мать резко покраснела, прикрыла рукой рот и отвернулась.
        - Братик, ты поедешь со мной? Ну, пожалуйста, пожалуйста, ну поехали со мной. Я не хочу жить у тёти одна. Её сын постоянно зажимал меня в углу и хватал меня за всякие места, я его боюсь.
        - Веста, что ты такое говоришь! - воскликнула женщина.
        - Это правда! Мама, он угрожал, что я пожалею, если кому-то расскажу, но я уже не маленькая и понимаю, что он делал гадкие вещи и просто запугивал меня, опасаясь наказания.
        - Веста, сейчас же прекрати выдумывать всякие глупости, чтобы заставить Марка поехать с тобой. Его помощь нужна отцу здесь, поэтому прекрати его уговаривать и иди собирайся. Завтра утром, если ты что-то забудешь взять с собой, то потом не проси, чтобы мы тебе это привезли.
        Я понял, что Лия прекрасно знает замысел Рампа по устранению конкурентов. Она всё знает и разделяет его методы. Семья Кансаев прогнила до корней. Ланчера готовят вместо меня в академию. Родители лаской и обманом упрашивают меня оболгать, пусть и враждебных, но невинных в нападении на меня людей. Неужели нет нормального способа выпутаться из возникшей западни? Думай, Алекс, думай. Рамп напрасно сблизился с коррупционером, рискуя попасть под гнев правителя Валхаима, что его клан не оценил и даже презирает, но он уже вымазался в дерьме и не может сойти со скользкой дорожки. Сложная ситуация, но решать её мне не пришлось.
        С трудом убедив Весту не упрямиться, я остался с Лией наедине, и она сказала, что поймет, если я не захочу помогать отцу в его замысле. Он запутался, загнал себя в тупик, рассчитывая хорошо заработать на контроле потока охотников и торговцев, несущих в Южную Флавию духовные камни и другие ценные товары. Он думал разделить с Князем Роландом расходы на строительство пропускных пунктов, башен и стен на главных дорогах, но тот кинул его, оставляя почти все средства, поступающие от Фёрста в своём кармане и свалив все расходы на Рампа. Вот клан Кансаев и негодует.
        Разрешение ситуации произошло так же неожиданно, как и сама всплывшая перед моими глазами проблема. Не успели мы договорить с Лией, как к городу примчалась гвардия правителя Валхаима. Доносы второго старейшины и глав двух других крупнейших земельных кланов подействовали и Князя Роланда, наконец, взяли под стражу.
        Пытаясь выкрутиться, он свалил растрату средств из казны правителя на исполнителя строительных работ, которым и был объявлен глава клана Кансай, Рамп. Для его очернения пригодились и известные за ним грешки. Князь Роланд представил Рампа, как отъявленного злодея, который даже судью зала справедливости пытался подкупить, чтобы предать несправедливому суду и избавиться руками палачей от своих достойных родичей.
        Уж не знаю, кому и сколько Князь заплатил, но крайним в хищении средств сделали отца Марка. Князя просто лишили должности, заставили выплатить крупный штраф и отправили служить мелким чиновником в другую провинцию, а к нашей усадьбе прибыл отряд из полутора десятка всадников, которые пленили и, посадив в позорную, железную клетку, забрали Рампа в столицу в качестве главного виновника.
        Взяв с собой дочь и мастера Гора и оставив в охране лишь его учеников, Лия отправилась за супругом в столицу. За главного оставили меня, пока еще официального молодого господина клана Кансай, но скоро это изменится. Наверняка, скоро заявится старейшина Кин с родственниками и попросят меня на выход. Надо успеть спрятать все ценное в безопасное место!
        Я временно получил в распоряжение связку ключей и доступ ко всем комнатам особняка, включая погреб, сокровищницу и кабинет Рампа. И первое, что произошло, когда родители Марка покинули дом, это визит ко мне в комнату младшего братца Ланчера. Он был очень взволнован и обеспокоен пленением отца и прямо спросил, не видел ли я где-нибудь в доме или в руках покинувших его слуг, красивую, деревянную шкатулку с резной крышкой. Отец, видите ли, дал ему на сохранение один ценный предмет, но он нигде не может его найти.
        «Что ж братец, отвертеться уже не получится. Ты мне сейчас всё расскажешь и в мельчайших подробностях», - подумал я, жестом приглашая невысокого парня к себе в комнату.
        Часть 06 Бойтесь детского плача
        Ланчеру было тринадцать. Он всего на год старше шумной и капризной сестрицы Весты, одного с ней роста, но всегда старался вести себя по взрослому, быть серьезным, ответственным и исполнительным, насколько это позволяло его понимание долга перед глубокоуважаемыми родителями.
        Он был добрым, хорошим парнем и сокрытие от меня правды ему далось очень тяжело. Стоило мне показать открытую шкатулку, и сказать, что я очень им разочарован, как он горько расплакался. Расплакался не из-за того, что я уличил его во лжи и отобрал ценные духовные камни, а из-за того, что ему было очень стыдно перед любимым старшим братом.
        - Прости, Марк, - растирая по лицу слезы, захныкал, резко опять став ребенком, всего лишь старательно изображавший взрослого паренёк.
        - Отец сказал, что ты уже никогда не станешь боевым мастером. Твой дар потерян и теперь все его надежды только на меня. Я бы и не подумал скрывать от тебя, что у меня тоже проявились способности. Я узнал о них, через день, после того, как тебя принесли из леса. Мне, наоборот, очень хотелось тебе рассказать, но отец попросил пока ничего тебе не говорить, чтобы ты не волновался и поскорее поправлялся. Прости-и-и-и. Я согласился занять твое место в академии и начал культивировать, когда лекарь сказал отцу, что вообще не чувствует в тебе никакой духовной силы. Он был уверен, что твой талант полностью утрачен. Папа сомневался, можно ли ему верить, но сегодня все стало известно. Я слышал, как старейшина Кин кричал: «Ноль!» и решил посвятить всё своё свободное время развитию духовных способностей, чтобы отец мог быть уверен, что я точно одолею Тибу и пойду вместо него в академию.
        - И сколько у тебя уже духовной силы?
        - Восемьдесят три, лишь на единицу меньше, чем у него, - шмыгая носом, признался паренек.
        Он все эти два месяца упорно занимался культивацией и таился от меня по просьбе отца. Теперь я понял, что он мне все время хотел сказать, что за внутреннее мучение читалось на его лице. Ведь он еще ребёнок и очень любит своего старшего брата. Он очень желал поделиться своими успехами с ним, но не мог этого сделать. Так вот, что это было. Вся эта недосказанность касалась его успешной культивации. У Ланчера огромная сила воли и немалый талант, если он развивается так быстро. Я вернул шкатулку парню. Если у меня и вправду больше нет таланта, то мне они ни к чему. Теперь придется посвятить свою жизнь помощи другим.
        - Нет! - уверенно отклонив шкатулку, сказал Ланчер, - давай проверим, есть ли у тебя талант или нет?
        - Как?
        - Как обычно, поглоти один из камней.
        - Я забыл, как это делать.
        - Да очень просто! - не унимался паренёк.
        Он выхватил один из кристаллов из шкатулки и вложил его мне в правую ладонь.
        - Накрой левой ладонью и потяни энергию камня к своему сердцу. Почувствуй, как тепло из него переливается в тебя. Ощути, как жило это создание, перед тем как погибнуть. Как оно хотело жить, и теперь будет жить в тебе, став твоей новой частичкой.
        Я присел на кровать, последовал инструкциям брата, а ничего не произошло. Камень в руке не желал отдавать мне свою силу. Я чувствовал что-то теплое, живое внутри, но никуда дальше поверхности ладони, а тем более вглубь моего сердца энергия не шла. Словно канал, по которому она должна была пойти закупорен или просто отсутствует.
        - Не получается. Дальше ладони не идет, - признался я.
        - Ясно! Подожди меня здесь.
        Через минуту Ланчер вернулся с пузырьком с каким-то рубиново-красным содержимым.
        - Что это?
        - Это горячая кровь огненной саламандры. Отец боялся, что у меня нет дара и купил это снадобье. Оно помогает открыть канал сердца тем, у кого талант очень слабо выражен, но мне оно не потребовалось. Я смог и без него начать поглощение.
        Хотелось верить парню, но после серии обманов, как-то стрёмно было пить непонятно что. Ну, а вдруг яд? А вдруг? Потом только на себя пенять. Я понюхал жидкость в пузырьке и поморщился. Запах мерзкий, металлический, резкий и неприятный, но от него веяло чем-то живым и волшебным. Рубиновая кровь в банке переливалась и светилась, как магическая субстанция. Я решил рискнуть, и если уж Ланчер, родной брат Марка меня отравит, значит, тут действительно мне не место. Я не хочу жить среди одних мерзких предателей и убийц.
        Опрокинув пузырек в рот и с трудом глотнув горько-соленую жидкость, я почувствовал, как сердце поскакало галопом, кровь бешенным потоком понеслась по телу и вздулись сосуды на висках.
        - Стой! Надо было по чуть-чуть, нельзя пить всё сразу! - схватившись за голову, запоздало воскликнул брат.
        И что теперь? Моё сердце лопнет от конской дозы неизвестного допинга. Я умру от инсульта или сейчас кровь начнет хлестать из всех отверстий? Неужели таки яд? Было поздно, что-то делать. Я готовился к самому худшему.
        - Накрой и начинай, - потребовал паренек.
        Я чувствовал, что могу умереть, как минимум потерять сознание, но всё же накрыл левой ладонью духовный камень и попытался вытянуть из него порцию теплой энергии в своё хранилище. И понеслось…
        Ланчер сказал, что я просидел так в одной позе три часа. Он даже начал беспокоиться, что я парализован, потерял сознание или даже умер, приняв вредное для меня вещество в большем, чем допустимо количестве, но для меня, по ощущениям, прошло минут тридцать-сорок, не больше.
        В какой-то момент кристалл души монстра раскрылся в моем сознании целым фильмом. Меня посетила буря незнакомых чувств. Это существо было водоплавающим. Крупной, хищной рыбой, угрем или даже скорее водоплавающим змеем. Она сражалась за жизнь с другим, более мощным монстром и проиграла. Так вышло, что кристалл вместе с головой при поедании её тела упал на дно и запутался в водорослях. Там его объели мелкие креветки и рачки, освободив от остатков съедобной плоти. Этот кристалл из тела монстра добыли не охотники и не рыбаки.
        Его выловили в устье реки намывающие золотой песок старатели. Оказывается, кристалл не разрушается сам, пока его содержимое не будет поглощено кем-то способным это сделать. Заточенная в нем энергия, сама суть, сущность монстра, долгие годы с песком и камнями двигалась по дну бурной реки от места гибели к этой судьбоносной встрече со мной. Теперь это, напитывавшееся столетиями энергией бурных потоков реки существо присоединилось ко мне своей духовной силой, одновременно получив желанное освобождение, так как разрушение кристалла, это избавление духа от оков бренного мира.
        Я испытал огромную благодарность этому змеевидному созданию за его вклад в моё усиление, за то, что показало историю своей жизни и смерти. Я как будто немного лучше понял его сильные и слабые стороны. Удивительно, что такое долгое и детальное видение жизни, гибели и дрейфа монстра в кристалле, поток эмоций и новых смыслов может дать всего единицу или пару единиц духовной силы.
        Когда я открыл глаза, Ланчер с облегчением выдохнул. Он неотрывно следил за мной всё это время и не знал, что ему делать, если я так и не приду в себя. Рассказав, как долго я культивировал, он предложил проверить, была ли от этого польза. Показал ключ на связке от сокровищницы. Оказалось, все личные вещи великого предка Рована Кансая хранятся именно там.
        Ланчера интересовал только показывающий кристалл, а меня вообще всё, что досталось потомкам от великого мастера. Как оказалось, совсем немного. Он погиб в диких джунглях. Очень далеко от безопасных земель и все самые ценные вещи экипировки, эликсиры, камни душ и оружие сгинули вместе с ним. А потомкам досталось лишь собрание каких-то потертых свитков, показывающий кристалл с почти стершимися отметками, но вдвое больший, чем тот, что у старейшины Кина и странный мешок с клыками и чешуёй какого-то монстра.
        Я взял из мешка пару зубов и чешуек, чтобы узнать у скупщиков, что это такое и сколько за него можно выручить. Сокровищница главной ветки клана была такой же убогой, как её особняк. Я разволновался, что когда мастер Гор покинет дом, то её попытаются разворовать, а тут даже взять нечего. Во всяком случае, сундуков с золотом и серебром, каких-то ценных артефактов или хотя бы доспехов и оружия великого предка я тут не увидел. Печалька. Неужели Рамп не соврал и семья Марка в долгах, как в шелках.
        - Ну же, попробуй, - с нетерпением поднеся ко мне поднос с показывающим кристаллом, попросил Ланчер.
        - Я коснулся кристалла правой рукой и стал изо всех сил пытаться направить в него свою энергию. Что-то крохотное и еле ощутимое отозвалось в груди и излилось из меня наружу. Моя змейка внутри на миг ожила.
        - Есть! Есть! - даже не поставив поднос на полку, с воплями восторга начал скакать на месте паренек.
        - Марк, у тебя есть духовный талант! Я знал, я знал, что целитель ошибся.
        - И насколько же я теперь силен?
        - Тебе повезло, камень попался заполненный.
        - Сколько? - с нетерпением переспросил я.
        - Два! Два, Марк, поздравляю!
        Парень радовался и скакал, а затем полез обниматься, словно это у него открылся духовный талант. Мне было приятно, что хоть Ланчер искренне радуется за меня. Брат Марка - хороший парень, но два никак не побьют восемьдесят четыре Тибы Кансая, а духовных камней и денег на их приобретение я в сокровищнице не наблюдал. А отняв эти две единицы силы у Ланчера, я снизил его шансы на победу в конце месяца.
        - На вот, держи, - сказал я, достав из мешочка на поясе один «слабый» духовный камень.
        - Нет, зачем? Марк, они ведь тебе нужней, - запротестовал паренек.
        - Я возмещаю то, что ты недополучил, потратив на меня. И спасибо, что напомнил, как культивировать.
        - Но?..
        - Что но? У Тибы восемьдесят четыре единицы духовной силы, у тебя восемьдесят три, а у меня две. У кого больше шансов добиться успеха в конце этого месяца? У меня или у тебя? Я уверен, что второй старейшина в лепешку разобьется, чтобы его правнук выиграл.
        - Но, я не хочу отбирать твой шанс вернуться в академию и возглавить наш клан.
        - А чего ты решил, что я обязательно хочу его возглавить? Ты у нас тоже молодец. Очень умный и старательный. Ещё и четырнадцати нет, а уже почти достиг медного ранга. Я горжусь тобой. Старайся дальше, стань Великим мастером и защити свою мать и сестру, а я постараюсь тебя догнать в следующем году. А если повезет, то и в этом. Тем более, я не помогаю тебе, а лишь возмещаю то, что забрал.
        - Да? Хорошо, Марк, я обязательно постараюсь и не подведу тебя! - почему-то резко засмущавшись, с вспыхнувшим румянцем на щеках, ответил парень.
        - Давай перенесем показывающий кристалл в твою комнату, чтобы каждый раз в подвал не спускаться, - предложил я, поднимая и вручая поднос в руки Ланчера. Он пошел вперед, а я тем временем нагреб охапку старых свитков Рована Кансая, чтобы изучить их в своей комнате при нормальном освещении.
        Когда дохромал назад, Ланчер уже ждал меня у входа, желая забрать свою шкатулку. Он воодушевился идеей отправиться в академию и стать новой опорой для семьи. Видимо, после разговора со мной его чувство вины, что он забегает перед старшим братом, наконец, отступило.
        - Ланчер, а ты знаешь, сколько стоят духовные камни в столице? - спросил я, так как ради этого и потревожил его ранее.
        - Да, старший брат. Начальные первого уровня - двадцать брусков если покупать и десять если продавать. Другими я не интересовался.
        Понятно. Местные скупщики продают лишь в полтора раза дороже, чем средняя цена по Флавии, но вот цена скупа у них совсем невыгодная. Надо было закрыть все вопросы с поиском наличности и идеей с изготовлением ядов, поэтому, я еще раз вышел из усадьбы, но оказалось уже поздно. Все пункты скупа закрылись. Вечерело. Пришлось отложить свои планы до утра.
        Полночи я не мог уснуть. Крутился с бока на бок. То нога заболела, то рука, то грудная клетка опять ныла, то какие-то вопли и крики из джунглей доносились. Рамп зачем-то распустил всех слуг, и кроме младшего брата и двух охранников в особняке не осталось никого, но мне постоянно слышался скрип шагов, какие-то приглушенные голоса, шепот.
        Начало казаться, что я схожу с ума. Такого раньше никогда не было, но сложив в уме дважды два, я понял, что изменения в моем восприятии окружающего мира, обострение слуха случились после того, как я хоть немного увеличил духовную силу. На всякий случай, первым делом с утра расспросил об этом Ланчера.
        - Да! - подтвердил парень, - первый месяц я не мог нормально спать. То, что происходило далеко, в соседних домах и на улице, я слышал и чувствовал, словно это рядом, прямо у меня под ухом. Отец объяснял, что это явление называется - "духовное чутье". Я начал чувствовать духовную силу отца и мастера Гора. Чем сила больше, тем тревожней становится. Охотники за барьером так определяют приближение очень сильных монстров, даже если не видят их глазами. Но сегодня было другое…
        - Знаешь, Марк, - испугано поежившись, шепнул паренек, - этой ночью я тоже плохо спал, хоть уже начал привыкать к духовному чутью. Я плохо спал, так как почувствовал, что кто-то очень сильный бродил недалеко от нашего дома.
        - Кто это мог быть?
        - Это был не человек, а какой-то страшный монстр. Я закрыл окно и хотел проверить охрану, но они тоже его почувствовали и закрыли все двери и окна сами. Ты закрыл окно?
        - Нет.
        - Обязательно закрывай ставни, если еще раз такое почувствуешь!
        - Хорошо, но я больше не спал из-за боли в теле, а не из-за того, что кого-то учуял. Ты меня предупреди в следующий раз, хорошо?
        - Ладно, - вжав голову в плечи, пообещал парень, - но я боюсь вставать с кровати и скрипеть половицами. Стараюсь спрятаться под одеялом и даже не дышать, чтобы не привлечь его к себе. Чем монстр имеет большую духовную силу, тем дальше он чувствует и легче обнаруживает своих жертв.
        Было видно, что Ланчер сильно напуган произошедшим и я решил расспросить охрану.
        - Да, кто-то ходил поблизости, молодой господин, - согласился один из двух, двадцатилетних на вид парней, теребя рукоять своего меча.
        - Это был или лев-оборотень или крикун-падальщик. Они золотые и нам их не одолеть, молодой господин, поэтому мы просто спрятались, - добавил второй.
        - Меня бы хоть предупредили. Я даже окно не закрыл.
        - Простите, если рядом ходит сильный монстр, лучше лишний раз не шевелиться и не привлекать его к себе. А насчет ставен, так это даже малые дети знают. Неужто вам о ночных монстрах-хищниках родители и наставники в Академии не рассказывали?
        - Я память потерял! Все заново вспоминаю, - напомнил я.
        - Извините, мы не знали, молодой господин. Можно вам дать совет?
        - Давай.
        - Видать, монстры почуяли, что мастер Гор уехал, но прошлой ночью лишь проверяли, как далеко можно безнаказанно зайти за барьер. Этой ночью они наверняка еще раз наведаются. Ставни на окнах ночью не открывайте. Если услышите детский плач или призывы о помощи детским или женским голосом, даже близко к окнам не приближайтесь. Это крикун-падальщик выманивает свою жертву. У него длинный, острый клюв, он может и через ставни вас достать. Это монстры одиннадцатого ранга, если не выше.
        - Ясно, а у вас какой ранг?
        - У меня две тысячи четыреста сорок единиц духовной силы, это седьмой, почти седьмой с половиной ранг, - отозвался один из стражей.
        - А у тебя?
        - Две тысячи тридцать два. Седьмой ранг, - сказал второй.
        Я впервые понял, что всё время перевожу в голове чужие цифры на понятные мне ранги, но сами местные боевые мастера свою силу оценивают по-другому. У них градация другая. Каждый знает свою духовную силу до единицы и ранг у них равен ступени. В итоге, медный ранг, это от первого до пятого. Серебро с шестого по десятый, золото с одиннадцатого до пятнадцатого. Эти ребята считаются еще учениками.
        Ура! Все примерно совпадает с градацией Империи Тан. Там молодыми мастерами становятся с третьей ступени, то есть с трех тысяч, а мастерами с первых духовных врат, то есть, тут это будет десять тысяч. Они считали не запасы Ци в сосуде души, которые не могут увидеть, так как у большинства духовное пространство просто закрыто, а пиковое значение выброса, легко определяемое на кристалле.
        - Вы с этим монстром точно вдвоем не справитесь? Вы же, довольно сильные.
        - Нет, нет, что вы, мы вообще этим монстрам не соперники. У крикуна-падальщика может быть и десять и даже двадцать тысяч духовной силы, он нас просто убьет. Его даже божественная печать не может остановить, куда нам-то? Молодой господин, а я все же думаю, это был лев-оборотень. Крикун бы уже попытался приманить кого-то. Они хоть и сильны, но ломать каменные стены и выбивать окна и двери ради ловли добычи не станут, а вот львы-оборотни запросто. Вы нас простите, но умирать не хочется. Мы отправимся сегодня за наставником, но даже ему будет сложно справиться с несколькими львами. Одного, примерно своего уровня, он точно сможет одолеть, а двух-трех уже нет. Мы и вам, молодой господин, советуем с братом тут не задерживаться. Лучше уйти подобру-поздорову, пока сюда первоклассные охотники или гвардия Фёрста не наведается и не устранит угрозу.
        - Вы сбегаете и бросаете нас?
        - Не сбегаем, а отступаем в безопасное место. Взгляните сами, весь городок встал на уши. Если вы не уедете, то останетесь тут одни.
        - Я поспешил на порог и увидел, как в спешке собираются все местные ремесленники, барыги и травники. Без преуменьшения можно сказать, что я наблюдал массовое бегство людей из приграничного городка, а они не один год тут прожили и не стали бы так поступать, если бы угроза была несущественной.
        Пока травники не смылись, я кинулся к ним с целью узнать, есть ли у них интересующие меня растения, но названия из Империи Тан и Сун тут никто не понимал. Здесь у всего были свои названия. Тогда я попросил мне показать все травы лицом. Как они выглядят внешне, но травник просто отмахнулся от меня.
        - Прошу меня простить, но мне некогда с вами этим заниматься, молодой господин. Если хотите, возьмите этот мешок, там всякий хлам, что нанесли охотники по ошибке. Мы эти травы и грибы не скупаем, поэтому отдам вам их даром. Только мешок верните.
        - А сколько стоит мешок с полезными травами?
        - Все по-разному. Простите, молодой господин, если хотите изучать травы, купите мой трактат с описанием их свойств. В нём даже высушенные экземпляры большинства скупаемых нашим павильоном трав для примера имеются.
        - Сколько?
        - Сто малых золотых.
        У меня при самом лучшем раскладе имелось девять, если продать камни или отдать их в обмен.
        - Нет столько при себе.
        - Тогда простите.
        - А есть просто набор всех растений в одном экземпляре без описания?
        Мужчина посмотрел на меня, как на идиота.
        - Только для вас. Десять золотых.
        - У меня при себе есть только эти духовные камни, - высыпав на ладонь свои скоромные сбережения, признался я.
        - Ладно, давайте, что есть и учтите, если будете проводить эксперименты с тем хламом в мешке, будьте осторожны, там почти всё очень ядовитое.
        Пока мужчина пошел собирать дёля меня гербарий из всех исмеющихся у него полезных трав, я побежал и оюпустошил его мешок с «мусором» на пол онбщего зала первого этажа усадьбы. Такой же мусор нашелся и у второй крупной точки скупа и не один мешок, а целый стог по грудь на заднем дворе. Его мне тоже щедро презентовали, искренне не понимая, зачем мне потребовался этот ядовитый хлам. На радостях я принялся перетаскивать все это к себе в дом, после чего забрал еще мешок купленных полезных трав, отсыпав его в отдельную кучку на втором этаже.
        После поспешного отбытия травников еще прошелся вокруг да около их точек и нашел много чего знакомого, незнакомого, но очень интересного. Эти ребята всё лето сбрасывали ненужный им «хлам», грибы и ядовитые травы на бровку поля у себя и у границы барьера. Хищнически захваченный мной стог и в подметки не годился тому количеству уже естественным образом высушенных трав, что травники просто выбросили за ненадобностью, не понимая всей прелести некоторых ярко выраженных вредных свойств растений. Я нашел там добрую половину трав для сильнейших и опаснейших ядов старика Ченя и его секты отравителей.
        Конечно, далеко не все находились в нужной кондиции, что-то требовало сушки, что-то сгнило, а также существовал шанс, что свойства местных растений будут отличаться или вообще окажутся другими, но если есть полная копия внешне, то, что-то мне подсказывало, что богам тоже знакомо чувство лени. Зачем заморачиваться, создавать и балансировать новую экосистему, если можно скопировать уже созданные экземпляры из базы? Миры-то эти очень похожи. Возможно, вообще всю планету скопировали, просто континенты по-другому растыкали да размазали. Короче, я очень надеялся, что никто из демиургов не заморачивался и оставил всё, как было, но в любом случае, это можно будет проверить экспериментами.
        Я так загорелся своей идеей, приступить к экспериментам, что не заметил, бегая с охапками травы к границе и обратно, что городок-то опустел. А самое неприятное, что свалить успели и наши охранники, забрав последнюю повозку и лошадь. Сволочи! До ночи еще целый день, почему не подождали меня или хотя бы не забрали с собой Ланчера? Или эти монстры могут заявиться и днем?
        Я поднялся на второй этаж и застал младшего брата культивирующим. Он опять по наивности не спрятал шкатулку, оставив её лежать рядом с собой. В ней лежало всего шесть духовных камней. Если это не он использовал остальные, то будет очень обидно. Я убрал шкатулку под подушку его кровати. Потом вернул на место. Уже без разницы. Все из города свалили, и охрану не догнать, если она что-то прикарманила.
        И нам надо бы отправиться за всеми. Пойдем к усадьбе второго старейшины пешком. Хотя, я бы лучше с удовольствием занялся опытами, параллельно готовя один из ядов так, словно все компоненты в нем уже правильные. К вечеру я точно закончу один из ядов, и даже смогу проверить большинство компонентов из его состава на соответствие известным мне свойствам.
        Нет. Надо перебрать все четыре стога, что образовались на первом этаже. Сначала разобрать их на две категории - «знакомое», «незнакомое». Из знакомого выбрать, что есть для десятка самых простых ядов, и к тем, к которым найдутся все ингредиенты устроить проверку главного, действующего ингредиента. Если свойства этих трав, грибов или плодов изменены полностью, я не буду готовить на их основании яд, так как это будет пустой тратой времени.
        Многих важных ингредиентов я при беглом осмотре вообще не увидел, они произрастают в более холодных или теплых местах. Само наличие или отсутствие ингредиентов определит, на каком яде я остановлюсь. Плюс у меня есть мешок с условно «полезными» травами, часть из которых может помочь что-то заменить из старой рецептуры. Жаль, что времени в обрез, я бы с удовольствием закрылся в усадьбе на три недели и занялся полноценными исследованиями знакомых и новых растений.
        Определив первоначальный план действий, я принялся за разбор трав по принципу известности. Очень много совпадений, очень, хотя бы внешне, что заставило меня думать, что я не один, а сразу два или даже три яда смогу попробовать изготовить. Моя маниакальная увлеченность привела нас с братом к очень опасной ситуации.
        Когда я впервые оторвал голову от заставленного десятками тарелок, чашек и других заменяющих мне лабораторное оборудование сосудов, стола, то уже смеркалось. Собственно, это и вынудило меня оторваться. Освещенность внутри дома резко снизилась, что заставило меня потянуться к масляной лампе. «Лампа - это значит вечер», - сообразил я. Вечер! Нам пора срочно валить из города!
        Я побежал на второй этаж, а проведший весь день в культивации Ланчер, сам очнулся и на меня с испугом смотрит.
        - Чувствуешь?! - спросил он почему-то шепотом.
        - Нет, - ответил я также тихо.
        - Прислушайся.
        Я прислушался и холодок ужаса прошел по моей спине. Со стороны барьера послышался негромкий детский плач.
        - Крикун-падальщик! Ланчер, срочно закрой во всех комнатах второго этажа ставни! - выкрикнул я, и сломя голову кинулся на первый этаж. Ставни окон первого этажа, как и входная дверь, обеспечившая мне надежную вентиляцию, были открыты нараспашку.
        Часть 07 Паника в столице
        Ками из клана Лот считалась редкой красавицей не только среди всех воспитанниц Академии Духовного Совершенства с первый по пятый год обучения, но и среди всех юных невест столицы Южной Флавии. Она получила хорошее воспитание, образование, обладала чувством меры и чарующей скоромностью. Во всяком случае, никто не мог сказать о ней ничего дурного. Девица-краса без недостатков. Отличным приложением к природной красоте, грации и на глазах растущей духовной силе девушки, являлось огромное состояние её семьи.
        Отец Ками, Агрипал Лот, вел очень выгодную торговлю с двумя соседними странами и своим огромным богатством мог посоперничать даже с правящим Южной Флавией кланом Юрдов, и её нынешним лидером - Валхаимом «Мудрым». К сожалению, свое прозвище правитель не получил от верных слуг и благодарных жителей страны, а пожаловал себе сам, что уже наводило на некоторые сомнения в его умственных способностях.
        Сила и богатство торгового клана Лот росли на глазах, что не могло не тревожить медленно приходящую в упадок правящую верхушку, поэтому и возникла идея о брачном союзе потомков двух богатейших кланов. Второго сына Фёрста Валхаима и второй дочери клана Лот.
        Это должно было послужить укреплению и процветанию обоих семей, тем более, что набеги сильных монстров происходили всё чаще, а количество сильных боевых мастеров-защитников, несущих службу у правителя Валхаима неуклонно сокращалось. Казна не могла обеспечить достойной платой всех тех, кого желал сделать карьеру мастера-защитника. Ещё неокрепших мастеров нанимали приграничные кланы-землевладельцев, а так как не могли себе позволить нанять сразу отряд, то действующие в одиночку мастера нередко погибали в стычках с небольшими стаями монстров, с которыми бы они наверняка справились в составе более крупной группы.
        Чтобы привлечь на службу сильнейших мастеров страны, Валхаиму нужны были деньги. Он даже подумывал о расширении Академии и помощи тем семьям, где есть два, три и более талантливых подростка. К сожалению, многие выпускники Академии гибли в первой же стычке с равными по силе монстрами, не показывая в реальном бою никакой существенной разницы между обычным человеком и молодым мастером, достигшим уже значительных вершин во владении духовной силой. Многим не хватало опыта, смелости, силы воли и банальной агрессивности.
        Особенно недостатком последней страдали мастера-женщины. А опираться на кого-то кроме боевых мастеров не приходилось. Жизнь под защитой божественной печати делала многих людей слишком изнеженными и мягкотелыми. Многие в жизни не держали в руках оружие и даже не хотели тратить время на овладение базовыми навыками самозащиты. Столетие относительного мира плохо сказалось на качестве живущих сейчас мастеров. Они были слишком осторожными и лишний раз за барьер не совались. А если не истреблять быстро размножающиеся популяции опасных монстров, то жди беды.
        Но на первом месте среди проблем правителя всё же стояла нехватка средств в казне. Многих глупых смертей можно было бы избежать, если бы у Валхаима просто хватало денег для поддержки новичков и найма талантливых мастеров в новые отряды кроме его столичной гвардии. А вопрос притока новых средств проще всего было решить объединением с кланом Лот.
        Чтобы Ками и её отец, ни в чём не отказывающий своей любимой дочери, не восприняли предложение о брачном союзе резко в штыки, Валхаим, по совету своей супруги и сестер решил действовать хитростью. Если принц очарует девушку, влюбит её в себя, то для дальнейшего объединения кланов по доброй воле дорога будет открыта без лишних вложений.
        Хотя сам второй сын Фёрста, молодой принц Барламей больше интересовался зрелыми женщинами, нежные ласки и податливость которых уже вдоволь познал во дворце, в своем личном мини-гареме, созданном из понравившихся ему служанок, ему пришлось подчиниться воле отца и целый год провести в Академии с незрелыми и ограниченными подростками первого года обучения.
        Его отправили туда, чтобы очаровать юную наследницу и будущую невесту Ками Лот, но восемнадцатилетнему принцу было совсем неинтересно с тихой четырнадцатилетней девицей и её подругами, которых нельзя было ни потискать, ни принудить выполнять его шалости. Он должен был играть роль прекрасного мужа, желанного для всех девиц жениха и всячески оберегать благочестивый образ правящей семьи. Неудивительно, что плохо реализованная задумка провалилась и даже имела обратный, негативный эффект.
        Принц без особого стеснения, а часто по злому потешался над учениками из менее богатых и влиятельных семей, чем вызвал у Ками стойкую неприязнь. Она сложила мнение, что кроме влиятельной семьи за спиной, он не обладал ни заметным талантом, ни привлекательной внешностью, ни умом. Девушке гораздо больше понравился другой, с виду простой и неприметный, тихий и скромный наследник небольшого клана из южной провинции.
        Он не кичился семьей, не бил себя в грудь, хвастаясь духовной силой, но уже на вступительном экзамене показал вдвое больше значение, чем она, хотя Ками считала себя сильнейшей из всех сверстников, пришедших в этом году в Академию. Талант открылся у неё очень рано, едва ей исполнилось тринадцать и с тех пор она очень старательно, хоть было скучно тратить столько времени на культивацию, развивала свою новую грань, желая быть не только самой красивой и богатой, но и сильной девушкой в столице. Быть лучшей во всём - заветная мечта Ками, а тут её словно холодной водой из ведра окатили.
        Она оказалась лишь второй на вступительном экзамене с просто чудовищным, позорным отставанием! Девушка хоть и тщательно скрывала свои эмоции, но искренне наслаждалась своим превосходством над другими до выхода к кристаллу Марка. Оказавшись всего лишь второй, она почувствовала, что её скинули с пьедестала, втоптали в грязь. И сделал это тот, о ком она даже никогда не слышала! Это заставило Ками Лот живо интересоваться неприметным парнем, искать о нем информацию, и оказалось, что Марк Кансай не так уж прост, он - праправнук легендарного боевого мастера, фактически, в одиночку остановившего крупное вторжение демонических монстров.
        Демоническими монстрами называли не простых магических зверей, обладающих духовной силой, а тех, что словно безумные, едва набрав силу, с которой они способны преодолеть защитный барьер, с пугающим упорством рвались уничтожить обитателей защищенных печатями стран.
        Эти твари не атаковали друг друга, даже являясь естественными врагами, что в дикой природе не встречалось. Они сбивались в огромные группы, настоящие демонические армии и мчались в Южную Флавию и соседние страны лишь с одной целью, убить как можно больше людей, даже если они вообще не едят мясо. Говорили, что такими зверей делают ужасные Демонические Лорды. Это они берут монстров под свой контроль и направляют к печатям, так как ненавидят Богов и их созданий.
        Одно такое нападение уже однажды уничтожило всех жителей пяти стран, не сбежавших вовремя за высокие стены центральных городов. Хотя многие говорят, что это только легенда, но считается, что на столицу в форме шестигранника также наложена еще более мощная божественная печать, останавливающая и более сильных монстров. И только это спасло людей от полного истребления. То разорительное вторжение произошло в незапамятные времена, но голод и несчастья преследовали людей еще сотни лет. Жители за стенами центральных городов гибли от голода и болезней. Об этом сохранились сведения в архиве библиотеки в старой части дворца.
        Великий мастер Рован отбил одно из таких пугающих вторжений демонических тварей и очень многое сделал для страны, за что ему были пожалованы крупные земельные владения в южной провинции, бесценные дары и пожизненная должность Князя. Его усилиями обезлюдевшие южные земли, где всегда были проблемы с хищниками и опасным зверьем, опять восстановились и стали житницей всей Южной Флавии и до сих пор славятся богатейшими урожаями и спокойствием. Если на северную, западную и восточную границы монстры нападают постоянно, то юг долгое время оставался очень тихим и мирным. Все благодаря тому, что мастер зачистил от всех сильных тварей прилегающие леса и болота.
        Ками была просто очарована величественным образом героя-защитника, которым являлся прославленный предок Марка, и стала украдкой следить за парнем. А вдоволь насмотревшись на его благородный профиль, даже набралась смелости, чтобы самой подойти, познакомиться и предложить общаться. Парень был очень скромен и даже, нерешителен, но девушке удалось его расположить к себе, и постепенно они разговорились, стали чаще общаться и проводить время вместе после физических и классных занятий. Ками даже заметила, что невольно привязалась к объекту своего исследования. Стала с этим бороться, ведь тот, кто влюблен в противника, не сможет его превзойти! На следующей встрече Ками заявляла, что не уступит Марку, а он в ответ в шутку ответил, что ей никогда не выбраться из хвоста отстающих.
        Веселое общение само переросло в захватывающее и мотивирующее к взаимному развитию соперничество. На всех тренировках, где отрабатывались атаки и способы ухода из-под удара, Ками всегда вызывалась стоять в паре с Марком. Если выбирал он, то также называл имя своей новой подруги. Возникло стойкое взаимное притяжение. Перед трехмесячными летними каникулами девушка поняла, что совсем не хочет уходить из Академии, ведь это гарантировало долгую разлуку с её заклятым «соперником».
        А тут еще приятель Марка, что постоянно пытался увязаться с ними третьим, признался, что беззаветно влюблен в Ками с момента их встречи и желает с ней сблизиться, как будущий жених. Он получил грубый и однозначный отказ, но просто так с ним не смирился, и тут же вывалил, что Марк ничтожество, посредственность и нищая серость. Такие как он не достойны такого совершенства, как она.
        Ефим Нахим, так звали этого парня, прокричал о бесценном подарке, доставшемся Марку от прапрадеда - сотне средних духовных камней первого уровня, очень редком сокровище в эти времена. Сильным мастерам, Гвардии правителя и свободным охотникам выгодно добывать камни второго и третьего уровня. Они намного дороже на продажу и развиваться с ними молодым и старшим мастерам гораздо быстрее и эффективней. Если они и добывают камни, то себе по уровню, а камни первого уровня - редкость и постоянно в дефиците.
        В этот же день интерес Ками к Марку ощутимо поубавился. Все, буквально все, стали отзываться о нем плохо. А ещё, она уже не видела в нем недостижимо-сильного противника, ведь он оказался всего лишь везунчиком, которому на голову свалился подарок из прошлого. Тут нет его личной заслуги. Она тратила на культивацию слабыми и начальными камнями по несколько часов в день, но еще училась танцам, пению, игре на разных инструментах, шитью, вязанию, торговле, дипломатии, истории, чтению и письму.
        Он же просто поглотил подарок и так превзошёл её в одной из способностей. Ничего выдающегося и интересного. Если бы она требовала отца каждый день тратиться на духовные камни и покупать их десятками, то тоже достигла бы трехсот единиц духовной силы к моменту поступления. Но она старалась развиваться разносторонне. То, что Марк лишь посредственный неудачник, не заслуживающий внимания выскочка из провинции, кричали ей все подруги, и вообще все, кто видел, с кем она проводила время.
        Пока у Ками перед глазами стояла пелена влюбленности она просто закрывала уши и игнорировала весь этот нескончаемый поток непонимания, но точку в её решении прекратить их отношения поставили слова отца, что клан Кансай им не ровня. Да и разница в их с Марком уровне духовной силы к концу первого учебного года почти сравнялась.
        Она пришла на вступительный экзамен со стопятьюдесятью единицами духовной силы, а он с впечатляющими тремя сотнями. На всеобщей проверке первого курса на показывающем кристалле перед уходом на каникулы она была уже с тремя сотнями семьюдесятью, а он лишь с тремя сотнями шестьюдесятью семью. Шах и мат!
        Она догнала и перегнала его, оставив за спиной. Да! Она победила, доказала себе и другим, что является лучшей, но удалившись домой гордой походкой, даже не попрощавшись с «соперником» перед уходом, два месяца проплакала в подушку, узнав, что Марк, чуть не погиб, по глупости отправившись без сильного спутника за барьер. Слухи до неё дошли самые ужасные, что он все еще может умереть, что он прикован к постели, что он лишился духовных сил, что он больше никто и ничто. Особенно в донесении этих новостей постарался Ефим из клана Нахимов.
        Мать ей говорила, чтобы вместо странных слез по непонятно кому, Ками лучше бы обратила внимание на принца Барламея. Он достаточно хорош собой, достаточно преуспел в повышении духовной силы и главное, он ровня их семье по статусу и богатству, не то, что какой-то мелкий клан землевладельцев с юга, на что девушка язвительно ответила, что без прадеда этих мелких землевладельцев Южная Флавия превратилась бы в мертвые руины.
        Все подруги и младшие сестры трещали на уши точно то же самое, что и мать. Даже отец стал намекать, что принц не так уж плох, но Ками за два месяца разлуки осознала, что жаждет только одного - новой встречи с Марком. Сердцу не прикажешь. Наперекор всем, ей захотелось наплевать на деньги и статус. Марк потерял всё, силы, положение и свою изюминку, из-за которой она обратила на него свое внимание, но случайно узнав, что он сильно пострадал и находится в шаге от смерти, все прошлые и тщательно скрываемые под маской «соперничества» и праздного интереса чувства дали о себе знать.
        Она была готова нарушить отцовские и материнские запреты и поехать в родовой особняк Марка, чтобы встретиться с ним еще хотя бы раз, пока он не умер. И даже тут перед ней закрылись все пути.
        В столице объявили чрезвычайное положение. С юга, из двух ближайших к границе городков прибыли сотни беженцев. Долго царившее на юге спокойствие неожиданно прервалось. Свидетели сообщали, что точно слышали Крикунов, устроивших свой ночной концерт недалеко от поселения. Кто-то рассказывал о возможном вторжении львов-оборотней. Но Фёрст не спешил отправлять своих лучших людей к границе, предпочитая выжидать и отсиживаться под защитой высоких стен столицы. Он опасался, что атака с юга лишь отвлекающий маневр коварных соседей, чтобы отвлечь туда все его силы, а самим атаковать с другой стороны. Тем более, пока никто не пострадал. Вот когда монстры начнут убивать людей десятками, ему не останется выбора, а пока…

* * *
        Из одиночной камеры, со связанными за спиной руками в комнату капитана тюрьмы привели уже потрепанного при первом допросе главу клана Кансай, Рампа. В этот раз его там встретил нежданный гость. Обычно Фёрст Валхаим так не поступал, но факт вторжения монстров на следующий день после того, как он приказал схватить проворовавшегося потомка великого героя, заставил его думать, что, возможно, произошла ошибка, и он ненароком разгневал Богов.
        - Рассказывай все, как есть, всё без утайки, и я, возможно, помилую тебя, - без вступления приказал правитель, всем видом показывая, что любая сказанная ложь грозит преступнику казнью.
        Запинаясь, Рамп Кансай рассказал правителю все, что знал. Покаялся в попытке подкупить судью, рассказал о своей ошибке и причинах его побудивших на это, не забыв упомянуть, что все время строил укрепления на границах исключительно за свой счет и никакой помощи от Князя Роланда ни разу не получал, зато получал угрозы, что лишится своих владений, если разгневает правителя.
        Внимательно выслушав исповедь преступника, правитель надолго задумался и приказал его освободить, но не просто так. Милость была небескорыстной. Столицу наводнили представители клана Кансаев, Эшламов и Годаров, которые были напуганы вторжением монстров, но не желали идти с ними сражаться, надеясь на столичную гвардию. Все уповают на помощь правителя, а у него не одна южная провинция под защитой, а вся страна.
        Правитель приказал Рампу использовать его авторитет в клане и собрать ополчение из своих родственников, наемников и мастеров, на которых у них найдутся средства в клане. Такие же ополчения он требовал убедить сделать и двум другим кланам. Надеялся, что в благодарность за освобождение, Рамп очень постарается, но он не понимал, что дает задание человеку, вообще не пользующемуся авторитетом, ни в собственном клане, и уж тем более у соседей.
        Однако «мудрый» правитель считал, что уже решил половину проблемы, объединив и отправив три крупных отряда на защиту собственных земель, а тех, кого не осилят землевладельцы, он добьет уже своими людьми. В конце концов, скоро время собирать урожай, а хозяева бросили свои поля и отсиживаются ради сохранения шкуры в столице. Это непорядок. Если хотят владеть землей, пусть учатся её защищать. В конце концов, они могут нанять в городе множество боевых мастеров, на которых в казне денег просто нет. Казна ему еще пригодится для скупки стратегических запасов зерна, а раз по быстрому устроить брак сына с Лотами не получилось, и в этом не последнюю роль сыграл отпрыск Кансаев, пусть эти крестьяне сами выкручиваются, как могут.

* * *
        Я успел закрыть входную дверь и окна гостиной ставнями, буквально, за несколько секунд до появления этого жуткого создания у порога. Гигантская, метра два с половиной в холке нелетающая тварь, напоминающая цаплю, но без перьев, с очень длинным и острым клювом и мощными, когтистыми нижними лапами, понеслась от границы барьера в сторону особняка, когда я выскочил на трясущихся ногах на порог, чтобы освободить подпертую камнем дверь.
        - Помогите, помогите! - жалобно позвали за дверью звонким голоском малолетнего ребенка, когда я услышал приближающийся топот ног и резко отскочил от окна.
        Прижавшись спиной к стене, я руками прикрывал рот, чтобы не вскрикнуть от охватившего меня ужаса. Невинный призыв о помощи был имитирован очень мастерски, и никак неотличим от голоса ребенка. Монстр, как попугай, старался передать даже оттенки эмоций, полностью копируя услышанную им где-то фразу.
        - Помогите, ха-ха-ха, не поймаешь, не поймаешь! - совершенно по идиотски совместив призыв о помощи и дразнилки играющего в догонялки ребенка, продолжил звать меня на улицу зловещий монстр.
        Я услышал, как он широкими шагами пошел вокруг усадьбы и рванул на второй этаж. Благо, Ланчер уже справился и на цыпочках возвращался по коридору в свою комнату. Пронесло. Чудом спаслись! Если ученик мастера Гора не соврал, то Крикуны-падальщики не врываются в дома своих жертв, а терпеливо поджидают их снаружи.
        - Помогите, помогите, - опять раздалось у двери на первом этаже, а потом кто-то словно подергал ручку.
        У меня опять пробежал холодок по спине. Насколько умны монстры? Они способны открыть щеколду замка, оттянуть ставни или приподнять перекладину засова на двери? Если да, нам с младшим братом конец. Мы с Ланчером замерли, и стояли молча, чуть дыша, надеясь, что еще немного покружив вокруг наглухо закрытого дома, монстр оставит нас в покое.
        В этом оцепенении прошло около десяти минут, за которые светило окончательно скрылось за горизонтом, и коридор дома на втором этаже погрузился во тьму. И вдруг, послышался резкий удар в дверь, такой сильный, со странным хрустом ломающейся древесины и разлетающейся щепой, что у меня ноги подкосились. И тут же произошло кое-что ещё более пугающее.
        Громкий удар спровоцировал таившихся до сих пор во тьме созданий отозваться ему близким и далеким хором призывающих о помощи детских голосов, иногда перемежаясь этим идиотским «ха-ха-ха, не догонишь». Этими криками заполнился весь окружающий особняк городок. Монстр был далеко не один. Их тут десятки! А кто-то из самых наглых, уже пытается выбить входную дверь.
        А когда удар повторился, я понял, что просто отсидеться ночь в доме не выйдет. Нужно спасаться! Положение хуже некуда. Придется немного пошуметь, чтобы зажечь масляную лампу. Мне нужен был свет! Пока ряды сосудов на моих лабораторных столах не перевернули вверх дном, необходимо слить все показавшие ядовитые свойства компоненты от разных ядов в один кувшин. Из-за отсутствия удобного инвентаря мои эксперименты растянулись, так и не дав однозначных результатов. Ядовитые свойства у главных компонентов нескольких ядов я выявил, но они показались мне очень слабыми, куда слабее, чем должны быть. Времени на дальнейшие исследования больше нет, смешаю несколько ядов, опираясь на чутье и уповая на удачу. Еще нужен острый предмет, на который его можно было бы нанести, для занесения в тела монстров. Желательно, на длинной, древковой ручке.
        Я шепотом спросил об этом Ланчера и он сказал, что копье и меч нашего деда хранятся в отцовском кабинете. Дальнейший план в голове сформировался мгновенно, а его немедленному осуществлению поспособствовало еще несколько громких ударов в ставни окна или входную дверь дома. Просто стоять на месте бесполезно. Я отдал связку ключей брату и попросил его достать копье и меч и спускаться ко мне, а сам рванул вниз за еще не собранным в сосуд миксом ядов. Встретились мы внизу, в гостиной, где в тусклом свете масляной лампы стало видно, что в двери и ставнях зияли дыры от острых клювов Крикунов-падальщиков. Благо, такие отверстия не очень опасны, ведь через них не пролезть в дом.
        Сверху послышался какой-то пугающий звук, словно кто-то проломил соломенную крышу и рухнул в одну из комнат. Видимо, Крикуны, хоть и не летают, способны забираться цепкими лапами по стенам. Я в спешке стал сливать в кувшин те компоненты, что смог быстро опознать, а Ланчера послал к двери в подвал, из которого можно было попасть в закрытую крепкой, металлической решеткой сокровищницу. Там мы сможем дать Крикунам бой, если они начнут совать шею с клювом в ячейки решетки. Потолки в подвале низкие и там им будет не так удобно, негде развернуться с их высоким ростом.
        Я заволновался, что Ланчера у лестницы на второй этаж может атаковать та тварь, что забралась к нам через крышу, но вскоре переживать пришлось уже за себя. Крикуны пожаловали в опустевший городок у границы защитного барьера не одни. Второй ученик мастера Гора тоже оказался прав, учуяв где-то и льва-оборотня. Эту тварь с зубастой пастью в три ряда, стоящую на задних лапах, как прямоходящий человек, я увидел мельком, когда слив яды в один кувшин, поспешил к входу в подвал.
        После новой серии проколов клювами, в дверь ударили уже мощными лапами. Хватило всего одного удара, чтобы дверь вместе с частью косяка и стены рухнула внутрь гостиной. Силуэт могучего, зубастого и мускулистого монстра меня просто ужаснул. Я на заду скатился по скользким, каменным ступенькам вниз, надеясь, что лампа в моей руке не выдаст твари, куда бежать в первую очередь.
        Унял дрожь в руках я лишь в сокровищнице, закрыв за собой решетку на два крепких навесных замка и трижды проверив, что они точно закрыты. Такую решетку уже так быстро не выбьешь. На всякий случай, я также приставил к двери все тяжелое, что попалось мне под руку.
        «Да, и я уже не буду просто смотреть как её выбивают», - собираясь с духом, подумал я, услышав тяжелые и клацающие длинными когтями шаги и очередное бесящее: «Помогите, помогите» у входа в подвал. Бедный Ланчер, он опять не выдержал напряжения и захныкал от страха.
        - Не бойся, отобьемся и еще известными на всю страну героями станем, - подбодрил я раскисшего паренька, принимая из рук копье и макая его острый металлический наконечник в кувшин с ядом, специально отставленным из-под ног в самый дальний угол хранилища.
        Если мне суждено умереть, я постараюсь уложить побольше этих тварей, чтобы у Ланчера появился хоть крохотный шанс до прибытия помощи, и он мог гордиться своим до безумья храбрым старшим братом. Еще не знаю как, но я собирался победить всех этих высокоранговых монстров и надеялся, что сочетание каменных стен, низкого потолка, решетки и целого кувшина с ядом, и конечно огромной удачи хватит, чтобы хоть один из нас выбрался из подвала живым.
        Часть 08 Рискованная ставка
        Каннон начала откровенно ненавидеть своё затянувшееся участие в совместном проекте пяти демиургов. В этом, давно потерявшем свою изюминку, мучительном для участников и судей, однообразном, выдохшемся ещё в первые тысячелетия состязании за места среди новых богов.
        Демиурги очень хотели проявить себя и перемудрили с правилами, превратившими турнир из ожидаемого увлекательного зрелища в тошнотворную рутину. Было тошно наблюдать за бесконечно топчущимися на месте избранниками, которые неплохо проявили себя в своих родных мирах, но мгновенно сдувались, оказавшись в Лестнице Совершенства. Одним не хватало уровня технологий, другим магического изобилия, даосы и вовсе отказывались развиваться без привычных им пилюль и дыхательных практик.
        А на обещанных встречах раз в десять лет все претенденты, как заведенные жаловались, что этот мир слишком суров и они желают вернуться назад, к своим привычным и понятным тепличным условиям или в новое место, но только не быть здесь.
        Демиурги не вправе лишать населяющих их миры души того метода реализации, который им самим кажется интересным. Но нежелание избранных бороться создало проблемы с поиском достойных. После десятка перерождений в потомках в Лестнице Совершенства даже самые амбициозные личности, Владыки, Архимаги, Великие даосы и Святые выбирали начать новые приключения без обязательств в телах каких-нибудь младенцев, и это было для богини Каннон самым неприятным плевком в лицо. Всех кого она выделила, за кем с интересом наблюдала в созданных и опекаемых ею мирах, на платформе для состязания становились скучными серостями и все в один голос твердили: «Пощадите! Слишком сложно, не наш уровень, можно мы уйдем?»
        Это нежелание бороться, преодолевать трудности и преграды проявилось еще в самом начале, когда «Лестница» была куда добрее к своим гостям, но все пять демиургов имели право вносить изменения в окружающий героев мир, упрощать или усложнять им жизнь, с единственной оговоркой, что это должно влиять сразу на всех претендентов.
        Правило было создано для препятствия жульничеству. Даешь своему избраннику карту с тайником, где хранится какое-то сокровище, дай такую же и всем другим претендентам, и не на другом континенте, а на таком же расстоянии, что и своего. Но Вотан с Мореной применили это правило наоборот. Они намеренно начали затягивать гайки, не выдавая плюшки, а вставляя палки в колеса и так жаловавшихся на тяжелую жизнь претендентов. Вотана и Морену мучения их подопечных и всех, кто случайно затесался в этот мир по незнанию, развлекали больше, чем их рост и развитие.
        Это они опустили сначала всех даосов, потом магов, а потом вообще всех претендентов и обитателей мира, сняв сначала со всех стран полную защиту, снизив уровень печатей до второго, а затем и разбив страны на отдельные островки, для повышения конкуренции и эффекта «пауков в банке». Каннон не зря получила прозвище богини милосердия. Она сопереживала своим избранникам и простым душам испытывающим мучения так, как будто они были её детьми, а эта незрелая Морена и её гадливый дружок Вотан создавшие всего пару своих, полностью погрязших в мучениях миров, искренне наслаждались, издеваясь над обитателями Лестницы, словно их целью было не выявление самых достойных, а сами издевательства.
        Да, стараниями некоторых Демиургов «Лестница» стала тяжелым местом не только для развития, но и просто жизни. Быстрая культивация здесь отсутствовала, настройка собственной энергетической системы и понимание целей состязания были усложнены. Индекс Ци был опущен до нуля. Никаких безопасных способов увеличить личную духовную силу не существовало. Новички всецело зависели от старших мастеров, ведь без них добыть духовные камни были просто не в состоянии. Гелу никак не пыталась исправить положение, придумать лазейку для героев.
        Она, как и везде в своих мирах, сконцентрировалась на создании и поддержании Академий, но не для того, чтобы там новички могли преодолеть трудный период становления, как герои, а чтобы окружить своих принцесс-избранниц толпой рукоплескающих и уссыкающихся кипятком поклонников.
        Гелу продолжала разыгрывать свои любовные фантазии, устраивать пышные свадьбы, придумывать драматические препятствия для влюбленных пар, заканчивающихся счастливым концом, словно в куклы играла со всеми своими двадцатью пятью избранниками на всех пяти континентах во всех двадцати пяти странах этого мира.
        Мир Лестницы был суров и неприветлив. Никакой халявы в виде готовых божественных техник, трактатов и рецептов действенных пилюль. Никаких наваленных горой прямо под ноги избраннику артефактов, детальных подсказок со старта в виде мудрых наставников и бескорыстных учителей на каждом шагу, ангелов хранителей, духовных помощников, открытого доступа к источнику мудрости, духовному пространству и банальному видению для возможности трансформации собственных энергетических структур.
        Единственный путь вырваться из серой биомассы, накопить духовную энергию - убивать тех, кто ею обладает, охотиться, отчаянно бороться за жизнь, изобретать методы победить более сильных противников. Соревнование - это в первую очередь взращивание личной силы воли, духовной мощи за счет преодоленного страха, ограниченности представлений и лени, отчаянная борьба с намного превосходящими по силе противниками, а не лежание полжизни камнем в медитативной культивации, как привыкли некоторые гуру.
        Все пассивные методы самосовершенствования через внешнее и внутреннее созерцание здесь были упразднены. В этом очень постаралась Морена. Она жаждала видеть кровавые битвы избранников демиургов, показать всем, что её творения сильнее всех. Но когда они так же обосрались, не имея возможности быстро развиваться, и всё скатилось в рутину, заскучала и просто занялась уничтожением этой платформы. Создание Демонических Лордов и формируемые ими массовые нападения зверей на страны - её рук дело.
        На этапе создания платформы предполагалось, что состязание станет просто потрясающим зрелищем, но сложные стартовые условия, сильные противники, отсутствие стартовых знаний, помощи и смертельная опасность вне защитных печатей, сделали турнир лишь еще более скучным.
        Люди и так сильно уступали монстрам в силе, скорости, живучести и стремительности развития. Те естественным образом поедали других монстров, одновременно поглощая и их кристаллы душ. Герои же питались обычной пищей: зернами, плодами и ягодами, проигрывая хищникам во всем.
        Скуки добавляло и то, что никто из претендентов сознательно не нарушал установленных ещё для первых обитателей стран законов, не пытался изучить принцип действия божественных защитных печатей, расширить или уменьшить их действие, поглотить питающий их источник, не расширял ареал людских владений за пределы безопасных со старта территорий.
        Люди были слабее и в меньшинстве, а организованные вредительски настроенной Мореной набеги демонических орд, лишь усугубили их тяжелое положение. Каждые двести-триста лет едва вставшее на ноги население оказывалось заново истреблено или заточено в стенах столиц, где раньше еще действовала печать пятого порядка. Впоследствии и этот спасательный круг был упразднен. Второй уровень и не более!
        В таком мире претенденты из других миров, как и обычные его жители, годами отсиживаясь в безопасных зонах, не рисковали исследовать огромный мир, не создавали ничего принципиально нового. Смотреть на это Каннон было тошно и скучно. Возню на одном месте, развитие в рамках трех первых духовных рангов, не оживили даже разбросанные ею по миру сокровища с переданными правителям всех стран картами.
        Её дары так и пылились тысячелетиями в никем не исследованных святилищах и тайниках, в разных интересных уголках мира, не найденные и забытые. Раз в десять лет Каннон приходилось отвлекаться от других, более увлекательных занятий, являться в Лестницу и вдохновлять упавших духом героев на дальнейшее соперничество или уже их потомков, если претенденты окончательно разочаровывались в себе, опускали руки и, не достигнув желаемого успеха, накладывали на себя руки.
        Богине приходилось выслушивать тысячи утомительных жалоб, из-за чего она пыталась протащить на собрании Демиургов идею о сокращении одновременно участвующих от одного божества избранников с двадцати пяти до пяти. Она бы сократила их и до одного, но баланс требовал присутствия хотя бы одного представителя каждого из Демиургов в каждой стране. Сделать этого не удалось, так как Гелу и Тацуя были категорически против. Им были нужны все их игрушки, даже если те сами не хотели играть.
        Каннон откровенно ненавидела своё затянувшееся участие в совместном проекте пяти демиургов и начала понимать Морену и Вотана, пытающихся уничтожить всех жителей мира, что автоматически приведет к его завершению. Все устали и не хотели больше тратить энергию на неудачный проект, но одновременно никто не желал признавать своего поражения.
        А так как Каннон надоело подтирать сопли своих несчастных чад, развеивать страхи, убеждать, что все получится, что каждый из её группы - избранный, а затем скрепя сердце наблюдать, как они бесславно гибнут от рядовых монстров, она решилась оказать особую «милость» этому миру и избавить его, наконец, от мучений.
        Да, она нарушила установленные правила, пригласив в качестве своего нового избранника того, кто не являлся постоянным жителем её миров, а лишь раз заглянул в один из них по прихоти Примала Аяксалатура. Это значило, что он не имел права стать её полноценным избранником. Но судя по молчаливому согласию других Демиургов, давно уставших и разочаровавшихся в проекте Лестницы, они были совсем не против посмотреть, на что способен единственный, оставшийся после ухода Примала и Шантии слепок личности из матрицы низшего порядка, с которым его душа никак не желала расставаться.
        Лишь Гелу смущало прозвище «Бог-Разрушитель» в данных приглашенного новичка. Она обычно не следила за мирами пути бессмертия и мирами-аренами, и вообще мало интересовалась чем-то кроме создания мужских гаремов вокруг своих любимиц, но она была обеспокоена, почему это Каннон выбрала в качестве заменяемого претендента одного из тех, кто приглянулся её новой, обитающей в той же стране, избраннице Ками Лот.
        Девушка еще испытывала к погибшему возлюбленному чувства, а так как происходила подмена сознания в старом теле, она будет обманута и расстроена, когда её чувства окажутся отвергнуты и растоптаны тем, кто её не любит. Однако, мнения остальных четырех Демиургов по этому вопросу свели претензию в разряд «несущественных». Если Ками действительно кого-то там любила, то заметит подмену и быстро потеряет к фальшивке интерес.
        Зато теперь существовал шанс, что слишком скучное состязание, в слишком опасном мире оживет и не будет столь однообразным. Тацуя и Морена даже вышли по этому поводу на необязательную встречу со всеми своими текущими избранниками, хотя до этого забивали и не пользовались этой возможностью. Она не была обязательной.
        Мир Лестницы был надолго покинут и забыт многими возненавидевшими его создателями. Но бесконечно это продолжаться не могло, поэтому Каннон и решилась на рискованный шаг. Отказаться от участия она уже не могла, а смотреть на мучения подопечных не желала, поэтому сделала эту рискованную ставку, пригласив на место своего очередного, сдувшегося избранника таинственного любимчика Демиурга Примала, в неизменной и долгоживущей личности Алекса Ветрова.
        Если он, как клопов, подавит всех других избранников и неожиданно взберется по Лестнице Совершенства, разыскав и одолев всех пятерых могущественных земляных драконов, то существовал реальный шанс, что среди Демиургов появится шестое божество.
        Конечно, шанс, что новичок самостоятельно, за одну жизнь изучит и разберется, как работают божественные печати, чтобы открыть доступ к драконам, был ничтожно мал. Однако, другого пути в мир богов не существовало. Каннон больше склонялась к тому, что Алекс истребит все города двадцати пяти стран на пяти континентах, куда доступ имеют только герои и на этом всё прекратится. Гелу утверждала, что сможет сделать его послушной дворняжкой гарема одной из её красавиц-принцесс. Вотан ждал, когда Лестница рухнет, а Морена жаждала увидеть достойную её внимания и обласканного мира-арены противника.
        Но кто бы чего ни ожидал, все пять демиургов с гораздо большим интересом принялись наблюдать, за всеми своими давно покинутыми избранниками, и за ним самим, чтобы дать в будущем дельный совет по борьбе с новичком. И совсем скоро, стало понятно, что в Лестницу Совершенства действительно попал совсем необычный гость.
        Он начал удивлять, едва встав на ноги в доставшемся ему сильно покалеченном теле, и проявил удивительную находчивость и упорство, столкнувшись с первыми серьезными трудностями. В первый же день открыто вступил в гонку за лидирующее место в своем клане, не имея ни единого шанса на успех.
        Его положение было изначально безнадежным. У родительской семьи крайне шаткое положение и нет денег. Собственный клан враждебен. Отца арестовал правитель. Мать с остатками семейных драгоценностей отправилась в столицу, чтобы вымолить прощение, прихватив с собой единственного сильного боевого мастера в городке в качестве своей охраны.
        А вскоре и ученики этого мастера доставили проблем, похитив единственную лошадь и повозку, чтобы с комфортом сбежать из города при первых признаках появления сильных монстров. Все его жители в спешке унесли ноги по той же причине, оставив физически ослабленного героя без доступа к лечебным и усиливающим эликсирам. Хотя, все это тоже было бесполезно. Герой обладал лишь двумя единицами духовной силы, уступая даже своему малолетнему, младшему брату.
        Из вредности, монстров ко всем городам пяти континентов подослал Вотан. Баланс воздействия на избранников был соблюден, да вот только у Южной Флавии были проблемы с добычей камня и высокие, крепкие стены, давно выросшие на границах барьеров в других странах, тут прикрывали только север, запад и восток.
        Вся волна монстров что пришла с других направлений, хлынула вдоль стен к южной прорехе. И если у прилегающей к владениям клана Эшламов и Годаров полоске земель Кансаев был вырыт глубокий ров и за счет него насыпан вал, утыканный шипами, то напротив особняка бывшего героя Рована Кансая не было возведено ничего. И не случайно. Великий мастер таким образом вынуждал единичных, бродячих монстров идти прямиком ему в руки, но для его слабых потомков, привыкших к миру и спокойствию, подаренному их щедрым предком, волна из сотен демонических тварей была смертельным приговором.
        Любимчика Примала от коварной задумки Вотана, пока он был прикован к постели, спасло лишь то, что быстро осуществить массовое вторжение на всех пяти континетах с равными по силе монстрами было не так уж просто. Пока Демонические Лорды собрали достаточно сильных тварей, не успевших разбежаться от них по округе, пока довели их до нужных точек, прошло два месяца. Вотан устроил внеочередное вторжение, чтобы поскорее посмотреть, как будет действовать новичок и вскоре Демиурги увидели, что в отличие от местных он и не думал сбегать. Перед лицом смертельной опасности он занялся… изучением трав!
        Не поиском надежного убежища, где на входе установил десяток хитроумных, смертельных ловушек, не созданием этого места, копанием рва, или узкой, глубокой норы, в которую монстрам трудно будет пролезть, не поиском сильной охраны, а расставил на столах в десять рядов чашки и тарелки и стал перетирать стебли, корешки, цветы и плоды в ступке, вымачивать сок и выпаривать остатки, повышая концентрацию таящихся в соках слабых ядов.
        Вотан ржал раскатами грома, насмехаясь над ботаном, попытавшимся на ходу, из ограниченного набора неизвестных растений, слепить хоть что-то угрожающее собранным им монстрам. Его действия выглядели так же глупо, как прятаться от них в шалаше из говна и палок и лепить из того же мусора себе доспехи и оружие.
        Однако, Вотан тут же заткнулся и затих, когда новичок слил в один кувшин сильнейшие ядовитые компоненты, многократно усилив их действие, включив таким образом эффект мультипликатора и встретил напавших на город тварей в своем доме, выбрав самый защищенный и удобный для нанесения врагам ранений, глухой уголок.

* * *
        Я трясся от ужаса ровно десять секунд, пока зубастая тварь приближалась к решетке сокровищницы, согнув колени и опустив голову до уровня холки из-за низкого потолка. Она угрожающе наклонилась вперед, готовясь к мощному прыжку, который мог сорвать решетку с креплений. В случае успеха, это гарантировало нашу с Ланчером гибель, но мой расчет на неудобство низких потолков и отстутствие места для разбега сработал и рывка льва-оборотня оказалось недостаточно, чтобы выбить её с первого раза, зато я по черенок воткнул смазанный ядом наконечник в приблизившуюся к решетке глазницу зубастой морды.
        Монстр издал ужасающий рев боли, но спустя всего несколько секунд обмяк и сполз по решетке на пол. Тогда мой панический страх, словно рукой сняло. Сработало! И гораздо сильнее, чем я рассчитывал. Если подумать, большинство вспомогательных компонентов в ядах нужно, чтобы продолжить их срок хранения или скрыть их очевидное, прямое действие, отсрочить момент проявления смертельных симптомов, чтобы запутать лекарей и помешать быстро выбрать правильный антидот. Часть компонентов маскирует состав яда, чтобы антидот вообще невозможно было создать.
        Таковы известные мне яды, но я еще никогда не пробовал, соединить все их сильнейшие ядовитые компоненты вместе, как в том составе, что находился сейчас в кувшине. Это был уже не один яд, а сразу несколько, а если быть точным, сразу девять. Девять свежесваренных смертельных ядов в одном флаконе! Вот они и подействовали, быстрее и сильнее, чем я ожидал, но теперь мне нужно было и самому быть осторожней. Я сбросил с себя верхнее платье и без сожалений изорвал его на лоскуты, чтобы в десять слоев замотать ладони, к которым яд мог стечь с наконечника копья. Такой сильный яд убьет прямо через кожу и меня. Вернее, он настолько едкий, что сам прожжет рану на коже, через которую потом попадет в кровь. Я создал что-то действительно ужасно ядовитое.
        Благо, неудобные, крутые ступеньки и довольно узкий вход в коридор, ведущий в подвальное помещение к сокровищнице, не позволил Крикунам-падальщикам зайти в подвал одновременно со львом-оборотнем. Они выстроились в длинную очередь за ним, и хотя я прекрасно видел их через решетку, приговаривая «Помогите, помогите, ха-ха-ха», стали набиваться в подвал.
        «Да они издеваются надо мной!» - взбесился я. Это не обманка, а просто способ вывести меня из себя. Они, видимо чувствовали, как меня раздражают эти призывы и просто играли на моих нервах, приманивая поближе к решетке, но я не собирался подставляться. Ситуация зашла в тупик.
        В отличие от льва, подавшегося вперед и позволившего себя ранить, переминающиеся на покрытых чешуйками когтистых лапах «цапли», не торопились засовывать голову в ячейки решетки. Видимо, были достаточно умны, чтобы не подставлять свои шеи и глаза. Пришлось самому пробовать приманить ближайшего и заодно определить безопасную зону, в которую смогу заходить. Для защиты себя, взял с пола тот самый мешок с костями и чешуей, что остался от великого предка, мастера Рована и впоследствии сто раз поблагодарил себя, что нацепил на пояс мешочек с несколькими чешуйками, что хотел предложить барыгам.
        Ближайший Крикун долго не реагировал на мое приближение, но когда я пересек черту, примерно составляющую длину его клюва, без промедления атаковал. Он пробил острым клювом неплотно набитый костями мешок и больно ударил меня в бедро, сбив с ног.
        - Марк! - взволнованно выкрикнул Ланчер, когда я отлетел к дальней стене, словно меня лягнула лошадь.
        "Ничего себе!" Вот эта силища! Я думал, эта тварь повторно сломала мне ногу или, что увижу дыру насквозь, но приспустив штаны и попросив брата посветить масляной лампой, увидел на онемевшей от вспышки острой боли ноге, лишь синяк, оставшийся от попадания клюва в поверхность прижатой к бедру чешуйки. Багровый кровоподтек от ушиба идеально повторил её форму! Это стало мне отличной подсказкой. Чешуя очень крепка. Даже им её не сломать.
        Крикуны чудовищно сильны, и всю свою мышечную массу и скорость разбега они вкладывают в крохотную поверхность острия клюва. К тому же они еще и очень быстро бегают. Стометровку за десять секунд. На открытом пространстве я бы сразу погиб, столкнувшись с таким созданием, но из-за джентльменского отношения к чужой собственности и нежелания ломать двери и выбивать решетку, эти монстры давали мне небольшой шанс на спасение.
        Я переосмыслил полученный опыт и решил, что этих тварей мы сможем одолеть, только действуя с Ланчером сообща. Кто-то должен исполнять роль приманки, а кто-то бить в момент, когда он атакует в голову или шею копьем, оставаясь на безопасном расстоянии. Возможно, это даже удобней будет сделать не копьем, а мечом. Единственное, что беспокоило, как подставляться и не травмироваться? Нога моя второго такого удара не выдержит, а монстры не так глупы, по пустышкам не бьют. Мешок эта тварь проигнорировала, пока я сам на миллиметр не вошел телом в радиус её атаки. Сложная задача.
        Решение я разрабатывал долго и безуспешно, очень не хотелось получить новую болезненную рану, а с подвернувшейся под удар чешуей, как в прошлый раз, могло уже не повезти. В итоге, ситуация разрешилась сама, очень неожиданно и вытекла из-за характера, настойчивости и многочисленности монстров. Стоило мне громко покричать: «Заткнитесь, твари! Дайте подумать!» утомившись от бесконечных «Помогите, помогите!» и в подвал повалили новые Крикуны и самое главное, вперемешку с львами-оборотнями. Они-то и подперли сзади тех, что стояли на безопасном расстоянии для моих атак и против их воли придавили их вплотную к клетке, где я их всех с безопасного расстояния нафаршировал ядом, нанеся сразу по два или три удара без сдачи.
        Оказалось, что монстры чувствуют, если их собрат уже мертв и раскидывают их в стороны, чтобы пробраться к жертве самим. В этой давке образовался своеобразный круговорот живых и мертвых монстров, пока через ячейки клетки я не затыкал своим копьем всех, кто подавал признаки жизни или вырывался на передний план.
        Однако, успешное убийство тех, кто набился в подвал и дорвался к решетке, не решило проблему с нашим выживанием и монстрами целиком. Их еще немало находилось снаружи, а в подвал они набились так плотно, что перекрыли доступ к притоку кислорода. Масляная лампа заполняла замкнутое пространство сокровищницы копотью, выжигая драгоценный для дыхания газ, а мы снова оказались в смертельной западне.
        Обидно умереть от удушья, избежав смерти от такой толпы монстров. Я лихорадочно думал, что можно предпринять? Расковырять мечом или копьем щели между плитами каменного потолка или лучше попытаться обрушить несколько камней из стены и открыть отверстие там? Стена казалась более легкой целью и мы с Ланчером принялись за работу.
        К полуночи, истекая потом из-за духоты, мы смогли разобрать небольшое отверстие в стене и вытолкнуть наружу крупный валун из последнего, третьего ряда камней, составлявших кладку подвального укрепления. В лицо пахнула приятная и спасительная ночная прохлада, захотелось прижаться к отверстию со свежим воздухом носом вплотную, но прозвучавшее поблизости «Помогите, помогите» быстро напомнило, что от дыры нужно держаться подальше.
        Свечение из дыры у основания стены привлекло любопытного монстра и вскоре в отверстие просунулся клюв и уставившаяся на нас немигающими глазами голова. Таким образом, мы с Ланчером случайно открыли новый фронт борьбы с монстрами. Почему-то, когда Крикуны не видели свою цель, они действовали намного глупее, чем держа её в поле зрения. Пока монстр примерялся, дотянется ли до Ланчера, я без проблем ранил его снизу, оцарапав шею копьем.
        Крикун-падальщик отдернул голову и, скорее всего, когда яд подействовал, умер где-то неподалеку снаружи, а вскоре в ту же дыру с интересом засунул голову уже следующий. Так повторялось еще несколько часов. Одного из Крикунов я оцарапал слабо, по касательной и отдернув голову, он умудрился засунуть её в светящееся отверстие снова. «Прямо, как насекомые на свет», - подумал я.
        Я ранил его ещё раз, но из-за общей заторможенности он уже не отдернул голову и «потух» прямо на глазах, провалившись своей длинной шеей в отверстие. Монстр почти полностью перекрыл единственный вентиляционный канал, поэтому я, на всякий случай, еще пару раз тыкнул его копьем, чтобы исключить неожиданное воскрешение, и выждав, начал отпихивать закупорившее окошко тело от стены копьем.
        - Постой, Марк! Давай отрубим ему голову. Внутри должен быть камень души. Это же сильный монстр, и добытый камень должен стоить очень дорого, - воскликнул Ланчер.
        Пришлось очень помучиться, чтобы перерубить крепкие шейные позвонки этого, похожего на гигантскую цаплю зверя. Я предупредил мальца, чтобы он голыми руками кожу, плоть и кровь трупов не трогал. Монстр отравлен, и его кровь и ткани, особенно у места ранения, остаются очень ядовиты.

* * *
        До утра я занимался тем, что ранил засовывающих к нам голову, любопытных Крикунов, а Ланчер на первом монстре выяснив, где именно расположен кристалл у "цапель", наловчился их извлекать, почти не раскраивая их черепушку, а действуя через одну из глазниц. Кристалл оказался за лобной костью, в районе мистического "третьего глаза". Это подтвердило вскрытие лежавшей вплотную к решетке головы льва-оборотня.
        Если у Крикунов мозгов кот наплакал, то голова льва была намного больше, но и у него духовный камень оказался также по центру твердой лобной кости. Младший брат в душе был еще совсем ребенок, но как увидел первый извлеченный духовный камень третьего уровня, как заиграли у него в голове цифры, сколько на них можно поменять камней первого уровня, то превратился в пугающего своей бесстрастностью мясника. Его было уже не остановить. Замотавшись в тряпье, он умудрился у всех монстров, что можно было дотянуться от решетки, головы отпилить или вскрыть прямо на месте. Я никогда не видел его столь увлеченным, как за этим мерзким занятием, поэтому не останавливал, только все время напоминал, чтобы он не влез в яд и не касался плоти и крови голыми руками.
        Думал, с наступления утра монстры уйдут, и мы сможем, наконец, разобрать еще часть стены и выйти наружу, но, похоже, они уже освоились за барьером и никуда уходить не собирались. Пришлось криками зазывать их к своей дыре и в этот раз мы прямо зеркально поменялись ролями.
        - Подходите, ублюдки, подходите! - громко кричал я и, макнув очередной раз кончик острия копья в уже на две трети опустевший кувшин, поджидал очередной любопытный клюв в дыре.
        Любопытство сгубило Крикунов-падальщиков. Вроде пользуются уловками, отлично имитируют голоса, целые фразы, но сами попадаются на точно такую же уловку, как малые дети. Я перебил их огромное количество. Около сотни точно. Радовало, что львов-оборотней нигде больше не наблюдалось. Они бы нашу вентиляционную дыру быстро расширили или через перекрытие потолка к нам добрались. Слава всем богам, что их оказалось всего трое или четверо в этой толпе.
        До обеда я голосовые связки сорвал, выкрикивая призывы для новых монстров у дыры и только после того, как час никто не пожелал полюбопытствовать, решился немного расширить отверстие, чтобы выглянуть наружу. Обрушив еще несколько крупных булыжников, я сначала опять покричал осипшим голосом, выжидая новых гостей, и никого не дождавшись, просто приподнялся повыше, опираясь на гору из камней, сваленных под ноги на пол сокровищницы. С такой позиции увидел, что всё поле у задней стены усадьбы завалено телами погибших Крикунов-падальщиков. Причем, присмотревшись, я увидел среди них и несколько львов-оборотней. А их-то кто убил?
        Уссыкаясь от мысли, что они могут просто спать или прикидываться мертвыми, я на полусогнутых ногах, выполз из укрытия и, удерживая перед собой смазанное ядом копье, робко подошел к одному из мускулистых тел, ткнул его в ногу острием и быстро дал деру назад.
        За мной никто не побежал. Я собрал всю свою смелость в кулак, вернулся и внимательно рассмотрел тело монстра. Под ним заметил кровавую блевотину с узором из костей и крупных, плохо пережеванных кусков мяса. Вокруг зубастой морды тоже имелись следы засохшей крови и пены с фиолетовым оттенком. Белки глаз поменяли цвет.
        Понятно, пациент также умер от отравления, налицо все признаки. Видимо, сожрал какого-то отравленного мной Крикуна. Опа, опа, что стряслось? Пока живы - товарищи, а как кто-то сдох, так сразу - пища. Я выглянул из-за угла усадьбы уже смелее, а львов-то в округе не меньше, чем Крикунов, но они, видимо, не такие быстрые на ногах и подошли позже, а тут я им уже дичи на завтрак набил. Они и позарились. Ха-ха! Не почуяли яда или были настолько зверски голодными, что даже это их не остановило.
        «Подошли позже», - подумал я и опять покрылся мурашками. Могут и сейчас все еще подходить. Не рановато ли я вылез из укрытия? Превозмогая огромное желание поскорее вернуться в подвал, я все же осторожно обошел усадьбу и даже забрался на второй этаж, чтобы из окон особняка посмотреть в сторону границы барьера. Увидел на втором этаже выломанные двери одной из комнат и дыру в крыше над ней. А вот и то место, где случилось вторжение вчера вечером. Благо, тот, кто это сделал, уже выбрался из комнаты и мне не пришлось с ним сражаться.
        Виды из окна комнаты второго этажа обнадеживали. Ни в полях вокруг, ни у границы барьера новых, живых, ходячих монстров я не заметил. "Неужели вторжение завершилось и мы с Ланчером чудом спасены?!" - радостно подумал я, и тут же услышал странные звуки, доносящиеся с первого этажа. Скорее всего из гостиной. Кто-то пнул ногой валяющуюся на полу или смахнул со стола оставленную мной на столах посуду! Звуки разлетающихся тарелок повторились. Я прямо ощетинился волосами от испуга, до боли сжав в руках древко копья. Слишком рано я расслабился. Похоже, на этом моя удача и закончилась.
        Часть 09 Награда за упорство
        Выпучив глаза, я осторожно двинулся к лестнице на первый этаж, думая в этот момент не о себе, а о младшем брате Марка, который без меня не выживет. Он все еще сидел в подвале и мог начать волноваться, что меня долго нет и пойти за мной, а тут эта тварь. Прислушавшись, я поймал себя на мысли, что что-то не так. Точно! Не слышалось скрипа половиц от тяжелых шагов прямоходящих львов-оборотней, ни клацающих по полу когтистых лап Крикунов.
        Тот, кто забрался в дом, был или человеком или небольшим монстром, который не издавал специфических звуков при ходьбе. Опасаясь, что он нападет на беззащитного Ланчера, я решил вызвать его на себя, громко выкрикнув:
        - Иди сюда, тварь!
        - Марк, это я! - откликнулся снизу младший братец, заставивший меня зря волноваться.
        Пожалуй, никогда раньше я не был так рад слышать его голос, но опасения, что есть кто-то еще, заставили меня поспешить. Я сбежал по лестнице на первый этаж и увидел Ланчера в странной позе. Он стоял на четвереньках над ведерком воды и старательно вымывал освобожденной от защитной ткани ладошкой правую сторону лица и сам правый глаз.
        - Что случилось?
        - В глаз попало! - виновато буркнул парень и продолжил плескать воду на подвергнувшийся контакту с плотью отравленного монстра участок лица.
        Молодец, сообразил, что просто дожидаться меня не стоит и надо сразу промыть. Когда он остановился, я попросил показать. Глаз у парня покраснел, на веке и снизу на щеке тоже имелось пару опухших, красных пятен, но выглядело не очень опасно, как легкий химический ожог. Первая стадия.
        - Всё, хватит колупаться в трупах! Ну как ты так умудрился? Я же просил делать всё осторожней, - не сдержался я от досады.
        - Да, брат. Я просто немного увлёкся и мечом неудобно. Но если делать это ножом…
        - Хватит. Это опасно. Смотри, какие сильные твари сдохли, отведав отравленной плоти.
        Ланчер надулся. Пришлось мне еще поволноваться. Со слов брата, он стал хуже видеть на правый глаз. Видел всё каким-то мутным, но если его закрыть, резкость возвращалась. Стало очевидно, что поверхность глазного яблока он все же довольно сильно повредил, получив этот ожог, и теперь поврежденный участок ухудшал его фокусировку правым глазом и общее качество зрения. Я не был знатоком в лечении глаз, но надеялся, что со временем или с помощью какого-нибудь целебного эликсира, эту неприятность можно будет исправить. Главное, чтобы эта ранка не вылилась в ещё большую проблему. Малец пока не демонстрировал признаков отравления, но настроение у меня заметно подпортилось.
        Радовало лишь то, что сам Ланчер не унывал. Закрыв повязкой мешающий ясно смотреть глаз, он вооружился кухонными ножами, и выскочил наружу. Как оказалось, несмотря на моё требование остановиться, он опять продолжил потрошить монстров, чтобы извлечь побольше духовных камней, пока обстановка позволяла. Неугомонный парень. Я его предупредил, а он все равно рискует жизнью. Раз меня не слушается, пусть потом не жалуется!
        Желая понять, чего нам ждать дальше, я опять взбежал на второй этаж, чтобы получше осмотреться. Тишина. Ни души вокруг. Все-таки, вторжение монстров совершенно точно на время прекратилось и, пользуясь передышкой, я решил осмотреть, что сохранилось от моей лаборатории. В первую очередь меня интересовали плошки, с компонентами, из которых можно было бы сделать антидот от созданной мной отравы. У меня были нехорошие предчувствия, что яд все же проник в тело Ланчера и он скоро может начать пускать ртом фиолетовую пену.
        К сожалению, нашествие монстров в гостиную особняка мало что оставило на своих местах. Большинство тарелок и чашек были раскиданы. Их содержимое расплескалось по столам и полу. Оставшееся в относительной сохранности сдвинулось с мест, перемешалось так, что больше не было понятно, к чему оно относится и из какого ингредиента получена та или иная вытяжка.
        Нет, в таких условиях сделать антидот от девятикомпонентного яда никак не получится. Похоже, единственный вариант, это бежать в ближайший городок к лекарю и скупать все доступные там антидоты в обмен на часть добытых духовных камней. Однако, когда я озвучил брату свой план, он наотрез отказался идти в соседний город, заявив, что часть монстров могла направиться туда и встретив их на улицах города или в голом поле, мы станем их легкой добычей.
        Парень настаивал, что надо держаться нашего надежного убежища, раз уж оно себя так хорошо показало против целой орды Крикунов. И вообще, он никуда не уйдет, пока не добудет все ценные камни из всех убитых монстров. Паренька обуяла непонятная, просто дикая жадность. Я сказал, что он очень рискует, буквально, испытывает судьбу, не желая остановиться, да и оставаться снаружи очень опасно. А спасший нас яд почти на исходе, а новый я изготовить быстро не смогу.
        Хоть я и не израсходовал весь материал из «мусорного» стога травников, некоторые растения и грибы были там в очень небольшом количестве или и вовсе в единственном экземпляре. Все ушло на исследования и изготовление первых образцов. Из имеющегося сейчас в наличии получится в лучшем случае лишь пяти или даже четырехкомпонентный яд, а насколько он эффективен против этих монстров, я не знаю. Возможно, только в той комбинации, что я смешал раннее, он так силен.
        Также сказал парню, что беспокоюсь, что он может быть отравлен. А продолжая колупать трупы, он рискует опять обмазаться ядом. Надавил на жалость, сказав, что если он умрет из-за этого, я себя не прощу. Но Ланчер был на удивление непреклонен.
        - Брат, со мной все в порядке. Глаз уже не болит, я все вымыл, - сурово глянув на меня, ответил он.
        - Марк, прошу, дай мне собрать побольше. Если получится, мы сможем освободить отца! Если заплатить, преподнести щедрый дар правителю, его освободят.
        Только после этих слов до меня дошло, что парень видит в камнях не просто большие деньги и возможность для собственного развития, а спасательный круг для его любимого родителя, и отстал. Сконцентрировался на подготовке убежища к новому появлению монстров.
        Притащил в подвал ведро чистой, питьевой воды, пустое ведерко для отправления естественных потребностей, которого очень не хватало прошлой ночью. Пришлось мочиться прямо под решетку, что не добавило комфорта в замкнутом пространстве. Кроме воды, перетащил туда не требующей готовки еды, уже подсохших лепешек с кухни, вяленого мяса и все необходимые для изготовления новой порции яда травы, инструмент и посуду.
        Разумеется, каждую ходку сопровождал внимательным изучением окрестностей. Тщательно высматривал врагов. Все мои усилия будут напрасны, если прощелкаю очередное нападение монстров. В подвал также были спущены запасы масла для лампы, несколько ножей, десяток тарелок, чашек, куски ткани для того, чтобы защитить себя и Ланчера от брызг яда и крови монстров.
        Ланчер тоже готовился и немало меня удивил. Во-первых, он взял где-то бревнышко и топор и пробежавшись по округе, обезглавил десятка два Крикунов, чтобы заняться извлечением их духовных камней уже в укрытии. Он также сделал выводы из случая с брызгами и сбегал в комнату Весты, где взял её головной убор с шалью, защищавший белую кожу сестрицы от лучей жаркого светила.
        В общем, младший братец пару раз удивил меня своими идеями, но все наши приготовления оказались напрасны. Спрятавшись в убежище задолго до захода солнца, и заложив назад булыжниками часть стены, чтобы уменьшить входное отверстие, мы зря прождали монстров до полуночи. Очень хотелось спать, мы были на чеку, но никаких больше детских плачей и криков: «Помогите, помогите» не услышали. Или остальные монстры действительно ушли вглубь страны или демоническое вторжение окончательно выдохлось. Монстры явно не ожидали встретить на пути такого удачливого отравителя.
        Так или иначе, установив с Ланчером порядок дежурства, чтобы хоть немного выспаться, мы кое-как пережили в подвале еще одну тревожную ночь. Как ни стыдно, но большую часть своего дежурства я проспал. Прикрыв нос тканью, чтобы не надышаться паров настаивающихся в плошках ядов, я прижался спиной к стене и сам не заметил, когда провалился в глубокий сон. Слишком устал после двух бессонных ночей.
        Наутро трупы поверженных нами противников начали очень неприятно пованивать, поэтому вырваться из вонючего подвала на свежий воздух было просто заветной мечтой. Третий день от начала вторжения мы провели уже снаружи убежища, но в непосредственной близости от него. Первую часть дня Ланчер просидел на крыше, в качестве дозорного, параллельно колупая ножом нарубленные мной и подносимые к его дозорному посту головы Крикунов-падальщиков. Я обезглавил в общей сложности не меньше восьми десятков трупов, поэтому Ланчер не жаловался, что тратит время впустую. Он же в извлечении духовных камней стал настоящим профи. По моему совету бросал добытое в ведерко с водой, чтобы смыть и растворить остатки яда.
        Я же, кроме сноса отрубленных голов занялся срочным ремонтом входной двери усадьбы, латанием отверстий в ставнях первого этажа и расчисткой прохода в сокровищницу с внутренней стороны. Как же сильно мне не хотелось этим заниматься. Я брезгую касаться уже начавших размягчаться трупов, даже через несколько слоев плотной ткани, но Ланчер рвался сам этим заняться, если я этого не сделаю. Его мотивы были понятны. У половины монстров не были извлечены духовные камни, но также он мне сказал, что это наш дом и убирать трупы все равно придется, а так мы еще и не дадим никому постороннему поживиться честно добытыми ценными трофеями. Логика в его словах имелась, и находиться в убежище по соседству со всеми этими зловонными трупами было очень некомфортно. Ничего не оставалось, пришлось пересилить брезгливость.
        Тяжелый труд способствовал освобождению головы от лишних мыслей. Потихоньку, повышенная тревожность, мнительность и навязчивое желание выглянуть в окно, чтобы проверить границы защитного барьера, стало угасать. Двое суток ни одного монстра на горизонте и более-того, они даже не чувствовались духовным чутьем в окрестных лесах. Зато сильно чувствовалась вонь от тех, чьи трупы окружали наш особняк. К вечеру все они были уже обезглавлены или обработаны Ланчером на месте, и я решился на перетаскивание их, и тех, что извлек из подвала подальше, к границе.
        Разумеется, катил тяжелые туши на двухколесной тачке, под пристальным присмотром Ланчера, сидевшего на своем посту. Благо, тачки у местных широко использовались, что существенно облегчило мне задачу. Только выбросив все зловонные туши и их отрубленные головы за красные столбы, в сотне метров от ворот нашего городка, а затем дважды тщательно вымывшись в горячей воде, я смог, наконец, избавиться от везде преследовавшего меня сладковато-тошнотворного запаха разложения.
        Спускаться в ещё не выветрившийся подвал на ночь очень не хотелось, и мы рискнули заночевать в одной из комнат на втором этаже. Опять договорились дежурить по очереди, примерно раз в три часа сменяя друг друга на посту.
        Четвертый день после вторжения прошел ещё спокойней. Мы с Ланчером не отказались от идеи поочередно дежурить на крыше, но эта мера оказалась излишней. Ни монстры, ни люди в городе так и не появились.
        Пока дежурил Ланчер, я залил водой и засыпал песком пятна, где успела разлиться отравленная кровь Крикунов и также присыпал другие подозрительные пятна на земле и в траве. А вечером, закрывшись в доме, мы стали думать, что будем делать дальше, и как преподнести историю нашего чудесного спасения близким и тем, кто начнет нас расспрашивать. Перед сном навели порядок в доме, расставив все по своим местам и смыв с пола гостиной пятна от моих экспериментов.
        Без знания ситуации вокруг городка идти через поля к соседям на север пока не решились. Подозрительно долго никто не появлялся с той стороны, и уходить далеко от своего укрытия было все еще опасно. Я хоть и сделал на второй день новую порцию яда, но это был уже четырехкомпонентный микс и всего пол кувшина. Хватит лишь на треть того количества монстров, что нас атаковало ранее. И сила яда была всё ещё не установлена.
        Ночь прошла спокойно, и заступив на дежурство с утра, я чаще смотрел в сторону севера, ожидая возвращения матери Марка, гостей из других веток клана или отряда боевых мастеров из столицы, но горизонт неизменно оставался пуст, наталкивая на не очень хорошие предположения.
        С Ланчером, в итоге, решили пока ничего не рассказывать ни родным, ни посторонним, чтобы на нас не напали ради добытых духовных камней. Старейшина Кин и другие ветки клана не особо спешат нас посещать, так как брать у семьи Рампа Кансая просто нечего, но прознав про добычу, наверняка сразу объявятся. После вымачивания, отмывания и пересчета оказалось, что духовных камней третьего порядка у нас ровно двести.
        Было очень жаль, что использовать их для культивации прямо сейчас нельзя, только на обмен или продажу, а то я бы всех очень удивил на замерах духовной силы в конце месяца. Ух, удивил бы конкретно, ведь в каждом из них от ста до двухсот единиц духовной силы, а возможно, и еще больше. Но, нельзя. Те, кто пытался таким образом достичь быстрого прогресса, поголовно лишились ума. С таким лучше не рисковать.
        Я ещё не особо разбирался в духовных камнях, а Ланчер ранее часто видел только первого уровня. Второго и третьего мельком и всего несколько раз в жизни, и поэтому не мог точно сказать те, что у нас - «начальные», «слабые» или «лучшие». Они все немного отличались по форме и интенсивности свечения. Одно было точно, раз внутри золотое свечение, то это абсолютно точно - третий уровень!
        А исходя из известных мне цен, где за единицу духовной силы давали десять брусочков серебра или малую золотую монету, то каждый из них тянул минимум на сто золотых. Двести камней умножаем на сто монет - выходит двадцать тысяч золотых, и это, если всё брать по минимуму.
        Конечно, половина духовных камней являлась долей Ланчера. Он их честно заслужил, хотя бы потому, что собственноручно выколупал их из черепов трупов. Столько с ними времени провозился, рисковал жизнью. Ничего не скажешь, честно заслужил награду. При всей моей жадности, у меня бы терпения и желания этим заниматься, особенно уже с трехдневными трупами не хватило, а он смог, вынес это мерзкое занятие, как настоящий, взрослый мужчина.
        Половина камней его, половина моя, о чем мы пришли к полному взаимному пониманию и согласию. После устроенного мною подсчета и дележки, Ланчер готов был отдать мне все камни до последнего, как главному, как старшему брату. Видимо, думал, что я также без раздумий потрачу всё добытое на освобождение «любимого» отца-коррупционера, но я остановил его душевный порыв, сказав, что умение правильно распорядиться сокровищами тоже важный для него урок.
        Камни мы разделили и разошлись по комнатам. Я свои в тот же день зарыл в землю, в туго завязанных на шнурок кожаных мешочках, причем, разделив на десять отдельных кладов. А свою часть наивный Ланчер «спрятал» в кабинете отца, в его стол, во все той же шкатулке, что ему подарили два месяца назад. Обнаружил это случайно, исследуя содержимое кабинета и отцовского стола на предмет чего-то интересного.
        Совсем паренек прятать ценные вещи не умеет. Тут же их быстро обнаружат! Если Второй старейшина Кин прискачет, то первым делом в кабинете и в сокровищнице будет ценности искать. То же самое, если правитель как-то узнает, что камни достались нам, то легко сможет их найти, послав сюда своих людей.
        Понимая, что сохранность тайны всецело зависит от Ланчера, от его умения держать язык за зубами, я постарался ему растолковать, что у нашей семьи и так много врагов, а появятся еще больше, если будет что взять. С этими дорогими камнями надо быть очень осторожными.
        Сильные охотники или гвардейцы из посланного к нам отряда правителя легко могут пересчитать оставленные нами у границы тела монстров, и не обнаружив в них кристаллов души, доложить об этом начальству и своим товарищам. Все будут ждать, кто выкинет на рынок их первую партию, чтобы отжать у нас и деньги и камни. Короче, я запугал младшего брата самыми нехорошими вариантами развития событий, и он испугался, что в его тайнике их найдут и попросил меня спрятать их получше. Я спрятал так, что сам Ланчер не знал, где их теперь искать.
        Я попросил его про нашу добычу, даже с самыми близкими друзьями в Академии, если он туда попадет, не болтать. Это наш семейный секрет, а семейные секреты никому не рассказывают, ни друзьям, ни прохожим и даже самым прекрасным на свете, любимым девушкам. Но что-то говорить нам в случае допроса всё же придется, просто потому, что всем будет интересно, как нам удалось выжить во время нашествия.
        Пока состряпанная мной версия была самой простой. Мы прятались в доме, в укрепленной, подземной, каменной сокровищнице. Тряслись от ужаса, молились богам и ждали спасения. О том, что тут были за монстры, куда они делись, мы ничего не знаем. Вообще ничего не знаем, чтобы погасить все расспросы. На этом и остановились.
        На пятый день на дозорную позицию с братом выбирались всего несколько раз и не дольше, чем на полчаса. Я занялся исследованием «полезных» трав, скупаемых целителями столицы, чтобы определить их свойства. С новыми травами было очень сложно. Какие-то полезные свойства у них точно есть, но без примерного рецепта было сложно понять, что с чем смешивать, и главное, ради чего? На полномасштабные исследования нужно потратить уйму времени, нужны подопытные, а у меня при отсутствии нормальной лаборатории и инвентаря просто терпения углубляться не хватило. Позже куплю полный трактат с описаниями одного из травников и повторю свои исследования по новой, опираясь на чью-то базу.
        Вечером заметил какое-то копошение у сброшенной мной за столбы тухлятины. На ночь глядя идти проверять не стал. Новых Крикунов и львов в этот день не появилось и слава богам. Но на утро ко мне в спальню прибежал дежуривший последним Ланчер и сказал, что видел у границы множество других монстров. Они вели себя странно. Некоторые ползали на четвереньках, парочка и вовсе билась в конвульсиях.
        Горы пахучего, тухлого мяса привлекли голодных монстров помельче со всей округи. Их можно было не опасаться, так как за защитную печать им всё равно не пройти. Вооружившись мечом и копьем, мы с Ланчером выдвинулись посмотреть на позарившихся на халявное мясо гостей поближе.
        Мама дорогая! Вся пограничная полоса от столбов до леса была завалена тушками более мелких и слабых монстров. Их даже добивать не пришлось. Все валялись уже дохлые с уже знакомой фиолетовой пеной на мордах. Мой яд в трупах до сих пор не разрушился и очень эффективно действовал. А позарившихся на халяву тут были десятки, если не сотни. Глаза у Ланчера разбежались. Он тут же сбегал к особняку и вернулся с тачкой, набором ножей и предохранительными средствами.
        Парень осторожно вскрыл черепушку одного из зверей и извлек слабый духовный камень первого уровня. И пошло-поехало! Вроде после того, что мы уже добыли, это - мусор, но нам такие подходили для повышения духовной силы прямо здесь, без поездки в столицу, и не взять их, раз они уже валяются под ногами, было кощунством. Тем более, семья Кансаев испытывала сейчас материальные трудности.
        Я полностью доверился опытности Ланчера в вопросах добычи кристаллов из тел, но оставаться близко к границе считал опасным. Наши обязанности разделились. Он занялся добычей камней на заднем дворе нашей усадьбы, а я бегал с тачкой, подвозя нарубленные головешки и отвозя назад к границе уже обработанные.
        Пожалуй, этим мы и занимались весь шестой день. Ночью я рискнул заняться повторной культивацией, пока Ланчер дежурил на крыше. Он еще не вернулся, когда я просмотрел яркую и трудную жизнь какой-то куницы или просто похожего на неё внешне монстра и увеличил свою силу на единицу. В груди стало теплей от полученной крупицы духа. Запустил ещё один сеанс культивации и в этот раз он затянулся подольше.
        Стало ясно, что это напрямую связано с количеством духа в камнях. Чем его больше, тем дольше длилось поглощение. Во втором камне оказалось две единицы. Вот и первые пять духа в копилке! Но продолжить не удалось. Три часа прошли, и с дежурства вернулся Ланчер. Поняв, чем я занимался, он тоже принялся культивировать вместо сна. За ночь в промежутках между дежурствами я набрал в сумме девять единиц, у Ланчера набежало уже девяносто семь. Свои старые камни из резной шкатулки он поглотил еще в самый первый день.
        Седьмой, восьмой и девятый день с начала вторжения пролетели однообразно, а из-за частых сеансов культивации, ещё и очень быстро и незаметно. С утра я собирал свежие трупы у тухлой приманки, а Ланчер занимался добычей кристаллов. С обеда и до глубокой ночи мы культивировали, делая короткие перерывы лишь на прием пищи и ночные дежурства. Рисковали, конечно, одновременно днем уходя в забытье, но нам повезло и никаких неприятных сюрпризов не произошло. Я отметил, что в таком режиме в день можно набрать до тринадцати-пятнадцати очков духа. У меня самого уже накопилось пятьдесят два. Ланчер взял планку в сто сорок и не мог нарадоваться своему успеху.
        Утро десятого дня началось обычно, но к обеду в городок вернулся Рамп Кансай с мастером Гором, двумя его учениками и еще пятеркой мастеров-наемников, что ему удалось нанять в столице. Я как раз отвез последнюю партию пустых головешек к свалке трупов и возвращался назад с тачкой, чтобы обсудить с Ланчером, кто будет первым культивировать и увидел его выбравшимся на дозорный пост.
        Он энергично размахивал руками, сигналя мне и кому-то на севере. Я вначале испугался, но увидев его радостную улыбку, понял, что произошло что-то хорошее. Когда прибежал с тачкой к особняку, увидел приближающиеся с севера две повозки и стоящего в первой в полный рост и машущего сыну Рампа Кансая.
        В этот момент я осознал, что в придуманной мной истории много пробелов. Почему в стене усадьбы дыра? Кто снес входную дверь и ту, что на втором этаже, проломал крышу? Надо было про какого-то монстра, прорвавшегося в дом рассказать, а то слова: «Ничего не видели, ничего не знаем», никого не удовлетворят. Плюс, у нас с Ланчером огромный прогресс в росте духовной силы. Тут можно особо не мудрить и сказать, что нашли трупы монстров на границе, но в любом случае нужно было синхронизироваться в нашей версии с младшим братом.
        Условились с Ланчером, что услышали громкий стук и грохот на крыше и от страха спрятались в подвале. Кто напал не видели, кто в ставнях дыр наделал, тоже. А камни первого уровня наковыряли с тушек на границе. Я немного успокоился, но стоило нам с Рампом и младшим братом уединиться в кабинете главы, как Ланчер кинулся к отцу в объятья и стал сбивчиво рассказывать, как мы тут героически сражались и всех победили.
        И для чего я, спрашивается, так долго ему втолковывал, что нужно держать язык за зубами? Он тут же вывалил Рампу, что у него сто сорок очков духовной силы, а у меня уже пятьдесят две и, не таясь сообщил, что мы добыли целую кучу духовных камней третьего уровня. Глаза Рампа Кансая вспыхнули нездоровым блеском и вместо того, чтобы поинтересоваться, почему у Ланчера повязка на правом глазу, и как мы вообще выжили, он первым делом поинтересовался, надежно ли спрятаны наши камни.
        После чего огорошил меня неприятной новостью. Он больше не глава клана Кансай и эти земли и усадьба больше не собственность нашей семьи. Он подчинился требованиям старейшин, и в обмен на крупную сумму, что позволит нам купить небольшой домик в столице, он передал пост главы клана и наши владения у границ второму старейшине, Кину Кансаю и его потомкам.
        А раз это уже не наша земля, то лучше забрать отсюда все ценное. Рамп приказал нам собираться, после сборов мы сразу отправимся назад в столицу. Сам он, прямо при нас полез в скрытый тайник за картиной на стене и достал оттуда ларец с золотыми монетами. Вот тебе и ложь о нищенском положении семьи. Все-таки Рамп явно мутил какие-то дела с Князем Роландом или еще с кем, почему и вызывал всеобщее неодобрение.
        Когда мы с Ланчером вышли в коридор и спустились по лестнице на первый этаж, я отвесил ему тяжелую оплеуху.
        - За что, Марк? - обиженно спросил паренек, потирая затылок.
        - Я же просил тебя помолчать. Совсем мозгов нет?
        - Но это же наш отец! - не понимая, почему он должен скрываться от родителя, возразил Ланчер.
        - Отец? Этот слизняк не достоин им называться. Он лжец и подлец. Можешь отдать ему свою долю камней, я не возражаю, но о моей чтобы никому и никогда больше не говорил ни слова. Понял?
        - Понял, - пробубнил парень.
        - Что? Рад, что поедешь в столицу?
        - Да! - взбудоражено воскликнул он.
        - Я не еду. Увидимся позже.
        - Но почему, Марк?
        - Потому, что только у нас наладился прогресс в развитии, явился твой любимый папа и поломал нам всю схему. В столице не будет никаких духовных камней в таком количестве. И вообще, все будет по-другому. А ладно, ты всё равно не поймешь, - махнув рукой, сказал я, - ты как хочешь, Ланчер, а я пока останусь жить тут. А насчет камней... жди меня здесь, я скоро принесу твою часть.

* * *
        Когда свободный выезд из столицы закрыли указом Фёрста Валхаима, а к мастеру Гору прибыли ученики, рассказывающие об опасных монстрах, объявившихся около особняка Кансаев, Лия Кансай больше ни минуты не находилась в покое. Обычно тихая и покладистая, она высказала мастеру Гору все, что думает об его учениках, бросивших её детей одних в опустевшем доме, да еще сбежавших на их последней повозке.
        Как теперь выжить едва вставшему на ноги после ужасных травм Марку и еще незрелому и наивному Ланчеру? Даже когда произошло неожиданное и не потребовавшее материальных затрат освобождение мужа из заточения, женщина не почувствовала облегчения. Её старшие дети находились в смертельной опасности и то, что они не прибыли со второй и третьей волной беженцев в столицу, заставляло её сходить с ума от волнения.
        Она оставила младшую Весту у сестры, на всякий случай, шепнув ей на ушко, что её сын, по словам дочери, распускал руки, и изо всех сил взялась помогать мужу, выполнить задание правителя по сбору ополченцев из клана, и поиску наемников для борьбы с вторжением. Это был единственный способ получить доступ за ворота столицы и быстро вернуться к родовому особняку.
        Из этого ничего не вышло. Рампа в его клане никто даже не захотел слушать. Эшламы и Годары также отмахнулись, сказав, что пока гвардия и опытные охотники не вычистят всю южную провинцию, они в свои покинутые владения не вернутся.
        Женщине всё же пришлось продать свои золотые свадебные украшения, привезенные с собой, чтобы вызволить мужа, но уже для того, чтобы собрать группу наемников. Мастер Гор согласился помочь, но неожиданно заломил цену втрое, и тут пришли ужасные новости о событиях на западе южной провинции. Слуг из поместья Эшламов растерзала группа из нескольких львов-оборотней и ещё нескольких Крикунов-падальщиков.
        В восточных владениях Годаров также перебили всех оставленных в охране особняка слуг, весь скот и два десятка рабочих, тягловых лошадей. Лишь небольшой части слуг удалось сбежать, пока монстры расправлялись с животными, но до столицы всё равно добрался лишь один из них. От быстро бегающих Крикунов остальным не удалось спастись.
        На западе и востоке южной провинции объявились и в одиночку разгуливающие львы-оборотни и Крикуны. Счет погибших от их нападения достиг трех сотен. После этих новостей ни мастер Гор, ни все другие ранее согласившиеся поработать наемники, выходить за стены столицы отказались. Своя жизнь дороже.
        Лишь когда две группы этих опасных монстров добралась до южных предместий столицы и начали громить жилища, уничтожая их обитателей, и те в панике бросились к воротам и дворцу правителя, Фёрст Валхаим, наконец, приказал дворцовой гвардии выйти за стены и сражаться.
        К боевым мастерам на месте схватки вскоре присоединились лучшие «палачи» гильдии убийц и лучшие Мастера-охотники из гильдии охотников. Но их интересовали только трофеи, поэтому никакой реальной помощи гвардии они не оказывали, а просто выжидали, когда монстры будут смертельно ранены, чтобы добить и поживиться.
        Это и привело к ожидаемо крупным потерям в рядах гвардейцев. Из шестидесяти выжило лишь семнадцать. Тяжелый удар по престижу правителя и всей Южной Флавии. Весь молодой состав гвардии, пополнявшийся в последние десять лет выпускниками Академии Духовного Совершенства, сложил свои головы против двух десятков сильных монстров третьего уровня. Огромные жертвы понесло мирное население, палачи гильдии убийц и охотники. Досталось всем, а трофеи отошли Валхаиму, так как потеряв своего сильнейшего воина, гордо называвшие себя «палачами» боевые мастера, испугались и сбежали назад под прикрытие высоких столичных стен.
        Это трусливое отступление чуть не привело к трагедии и прорыву сразу нескольких львов-оборотней за стены столицы. Лишь совместными усилиями стражи, еще не растерявших совесть Мастеров-охотников, парочка, что прошла за ворота первыми, была уничтожена, всё равно, успев погубить полтора десятка подвернувшихся под руку зевак.
        - «Сильнейшее демоническое вторжение за последние триста лет!», «Элита Демонических Лордов!», «Чудовищные, элитные монстры», - ещё неделю шептались о тех двадцати демонических зверях, что разорив пару особняков, прибыли к столице с юго-запада и юго-востока.
        Но по сведениям дозорных Валхаима, следивших за перемещением львов-оборотней и Крикунов-падальщиков вдоль внешних стен, пока они не закончились у границ южной провинции, их общее количество было значительно, значительно больше.
        Ожидая вторую волну, правитель не открывал столицу и не давал никому вернуться в свои владения, даже готовым вступить в борьбу отрядам ополчения, усиленными наемниками. Ворота открыли лишь на десятый день, когда специально нанятые разведчики из лучших охотников-следопытов, тайно обследовали границы барьера южнее надежных укреплений и обнаружили на южном тракте сотни уже частично разложившихся тел монстров искомого уровня.
        Причем с отрубленными или уже мастерски выпотрошенными головами. Работали профессионалы. Головы вскрыты всего несколькими точными разрезами. Кто перебил демоническую армию в десять раз превосходящую ту, что дошла до столицы и почти истребила гвардию Фёрста, пока оставалось загадкой.
        Часть 10 Непростой путь в столицу
        Получив ценные сведения от разведчиков, Фёрст Южной Флавии, Валхаим Юрд, никак не мог определиться, как на них правильно отреагировать. Кто-то очень могущественный выдал своё присутствие у границ южной провинции, но не успел скрыть или намеренно не стал скрывать последствия своих действий, зачем-то сделав это странное послание в виде аккуратно сложенных в ряд двух сотен трупов монстров третьего уровня.
        Возможно, таинственная группировка рассчитывала, что обитающее за барьером зверье быстро растащит трупы, но посланные Валхаимом разведчики успели обнаружить тела до того, как это произошло. Правитель никак не мог понять, была ли это демонстрация силы или союзнический, дружественный жест.
        Возможно, на его страну готовилось коварное нападение, но армия вторжения врага неожиданно столкнулась с демонической армией, что и стало причиной появления этой горы трупов. Своих воинов таинственный противник, которым мог быть правитель любой из соседних стран, разумеется, на поле боя не оставил, и тогда можно было лишь поблагодарить богов, что они так кстати направили большую часть демонических тварей к узкому, неприкрытому валами и стенами участку границы и таким образом столкнули их и неизвестного врага.
        Валхаим ломал голову, готовиться ли ему к повторному появлению могущественной армии, способной без прикрытия крепких стен сразить две сотни сильных монстров третьего уровня или готовить щедрое вознаграждение благоволящего Южной Флавии союзнику? Этот вопрос так сильно мучил правителя, что одновременно с открытием ворот столицы, он срочно созвал в свой дворец всех провинциальных Князей и охранявших ключевые точки границы боевых мастеров. Нападение соседей после провала на юге, могло повториться уже на другом направлении.
        Правитель желал в широком кругу, с опытными боевыми мастерами и умнейшими людьми страны обсудить странное происшествие, итоги и последствия демонического вторжения, а также узнать, что его подчиненные думают о таинственном противнике или союзнике, уничтожившем девять десятых сил вторжения, фактически, спасшего Южную Флавию от поголовного истребления и сведя возможные жертвы к минимуму.
        Впервые за все описанные в летописях века, страна пережила демоническое вторжение так легко и быстро, отделавшись всего пятью сотнями погибших. Хотя за сокращение количества жертв, даже при таком удачном исходе, правитель всё равно заплатил очень дорогую цену. Десять опытных мастеров-ветеранов и ещё тридцать три молодых боевых мастера из дворцовой гвардии Валхаима погибло.
        Гильдия убийц, древняя специальная организация, заточенная на устранение монстров еще более высокого уровня, неожиданно лишилась своего сильнейшего «палача» и десятка подающих надежды учеников, пытавшихся прийти к нему на помощь. Также сложили головы несколько молодых мастеров из Гильдии охотников, пожертвовав собой ради спасения гораздо большего числа жизней. Они отвлекли монстров на себя, пока основой поток беженцев из предместий столицы ещё стекался к воротам и не скрылся за стенами.
        Возможно, они спасали лишь себя, оказавшись в западне и недооценив Крикунов-падальщиков, легко взбирающихся по стенам на крыши домов, но в итоге, их неудачные попытки бегства, ненадолго отвлекли монстров и дали те драгоценные минуты, пока беззащитные жители толпились в арке ворот.
        Семьи погибших гвардейцев, охотников и «палачей» уже получили от Фёрста щедрую награду и будут увековечены среди героев, оставив свои имена на огромной каменной стеле, посвященной тем личностям, что сложили свои головы, защищая будущее Южной Флавии. Они окажутся в одном ряду с легендарным мастером Рованом, что уже являлось огромной честью.
        Все Князья, их ближайшие советники и сильнейшие воины, а также свита правителя собралась во дворце утром следующего дня. Здесь Валхаим и задал уважаемому собранию все волновавшие его вопросы.
        Обычно, желающие блеснуть умом мудрецы, опытные главы гильдий и его личные советники высказывались очень энергично и многословно, не давая друг другу и слово вставить, а тут все разом притихли и поглядывали друг на друга в недоумении и растерянности. Ни у кого не было даже идей, кто или что чудесным образом спасло страну от полного разорения.
        Напряженное молчание затянулось. Правитель внимательным взглядом обвел смущенные лица слуг, но так и не дождавшись ответа на свой вопрос, недовольно хмыкнул и с досадой ударил кулаком в подлокотник трона. Или он был бесконечно глуп и слеп, приблизив к себе таких бездарных помощников, или действительно происходило что-то необъяснимое и мистическое.
        - Ваша Милость, - робко прервал долгое молчание второй советник, - думаю, это сделали потомки древних охотников, что когда-то давно, еще во времена правления вашего великого прапрадеда, Казлахима "Буйного" ушли далеко на юг, и организовали там укрепленный охотничий лагерь. По записям в библиотеке, это был не просто временный лагерь, а настоящий форт, крепость с тремя линиями защиты из частокола. Большая группа охотников отправилась в этот форт, когда его строительство завершилось, но больше никто и никогда их не видел. Возможно, их охотничий лагерь со временем вырос в крупное поселение. Среди охотников в прежние времена встречалось немало женщин. Если возникла причина, по которой они не смогли вернуться назад в течение нескольких лет, то со временем эти охотники могли дать обильное потомство. Думаю, где-то в глуши существует целый город выходцев из Южной Флавии. Его жители, должно быть, сильные и умелые охотники, как и их предки. Это они помогли нам уничтожить большую часть демонической армии.
        - Потомки древних охотников? - поморщившись, переспросил Валхаим и призадумался.
        Это предположение объясняло, почему из найденных у южной границы монстров были мастерски извлечены духовные камни, но не объясняло, почему дикари неожиданно решили выйти из своей глуши и помочь Южной Флавии в трудную минуту? Если на юге действительно было крупное поселение сильных охотников, достаточно крупное, чтобы тягаться с двумя сотнями монстров третьего уровня, почему они дали о себе знать только сейчас и таким необычным способом?
        Валхаим ненавидел не имеющие нормального объяснения, мистические загадки, но в одном был уверен точно. Люди везде одинаковые. Если бы на юге была столь крупная, организованная сила, она бы не только не стала помогать, но уже давно сама вторглась в южную провинцию и захватила её и всю остальную страну. Как минимум, эти люди потребовали бы за свою помощь огромное вознаграждение, но никто за наградой во дворец пока не явился.
        Версия о дикарях с юга не подтверждалась и докладами нанятых в гильдии охотников лучших разведчиков. Они не обнаружили ни следов голых человеческих стоп, ни следов обычной для охотников, самодельной, кожаной обуви, идущих к ряду туш из леса или от него назад в лес. Зато нашлось множество совершенно одинаковых следов, явно принадлежащих какому-то одному человеку, идущих к этому месту со стороны небольшого городка, находившегося совсем поблизости.
        Перед тем, как вернуться в столицу, разведчики прошлись через этот городок, и он оказался совершенно пуст. Мастера разведки не почувствовали присутствия сильных монстров, не было здесь и сильных мастеров духовного боя. Ни высокого, ни среднего и даже низкого уровня. Ничего, чтобы подтвердило временное присутствие в городке могущественных дикарей с юга.
        Конечно, разведчики очень торопились, опасаясь стать жертвами новой волны монстров и не проверяли каждое здание, не входили внутрь, так как их двери и окна были закрыты. Они не нарушили закон, вламываясь в чужую собственность. Достаточно было и того, что никто не вышел к ним навстречу, когда они в течение нескольких минут громко звали жителей городка криками. Если в городке кто-то и находился в момент сражения с монстрами, то уже покинул его, спасаясь от чего-то ещё. Это всё, что было известно о происшествии, и никто из собравшихся в просторном, главном зале дворца не смог внести ясность, выдвинуть правдоподобное объяснение, заставляя Валхаима продолжать ломать голову над этой загадкой.
        - Если это были дикие лесные охотники, то почему они не забрали с собой крепкие шкуры и когти Львов, и очень ценные, использующиеся для изготовления копий клювы Крикунов? Да! И ещё одно - зачем они так постарались и сложили все туши ровно в рядок у нашей границы, а не оставили их лежать на местах? - поинтересовался правитель.
        - Ваша Милость, я не знаю, почему охотники не забрали шкуры и клювы, но именно потому, что тела монстров оставили лежать у границы, а не забрали с собой, я и сделал вывод, что это сделал кто-то из наших союзников. А кто может быть нашим союзником, если не бывшие жители Южной Флавии, которые обосновались в другом поселении? - поспешил объяснить высокий худощавый мужчина.
        - Я не вижу связи, объясните подробней, второй советник, - недовольным тоном потребовал Валхаим.
        - Все просто, о Мудрейший, они могли забрать всё ценное с собой, но по тушам без шкур, когтей, чешуи и клювов через пару недель мы бы уже не смогли определить, каким монстрам они принадлежали. Мясо Крикунов без чешуи легко объели бы мелкие звери, а так они надолго сохранились в узнаваемом виде. В рядок их сложили, чтобы было легко посчитать. Союзники сделали услугу, отправив нам таким образом послание и позволяя легко понять, что они уже устранили опасную угрозу. Оставив тела почти нетронутыми, они тем самым дали нам возможность понять, что второй волны можно уже не опасаться. Все монстры поголовно уничтожены. Вот, что значит это послание!
        - Я бы предпочел, чтобы один из этих могучих и тайно защитивших нас мастеров-охотников открыто явился ко мне во дворец и прояснил ситуацию. Я даже выплачу ему достойную награду, которую он, безусловно, заслуживает. Но, похоже, наши таинственные обитатели юга настолько скрытны, что мне невольно начинает казаться, что они замышляют против меня и моих подданных что-то враждебное, - заявил Валхаим и тяжело вздохнул.
        Версия о могущественных, но при этом дружелюбных к Южной Флавии охотниках с юга никуда не годилась, имела множество нестыковок, но за неимением альтернативы, приходилось признать, что долгое спокойствие в южной провинции действительно могло быть следствием присутствия там, союзной силы. Силы таинственной и непонятной, но при этом эффективно охраняющей неприкрытые стенами границы страны, как когда-то раньше их в одиночку пятьдесят лет охранял легендарный мастер Рован Кансай.
        Однако, даже будь овеянный легендами герой жив сейчас, ему бы также было не под силу справиться даже с десятой частью вторгшейся армии без высоких каменных укреплений. В чистом поле сражаться с Крикунами просто невозможно. Они настигают и поражают любого противника, какого бы уровня силы он ни был. Страшные твари.
        В тот раз, когда Рован заслужил всеобщее признание и уважение, когда ему были пожалованы земли и должность Князя, его достижения были куда скромней. Да, он сыграл решающую роль в отвлечении на себя и последующем уничтожении авангарда прошлого демонического вторжения. Он один вышел против двух десятков Чёрногривых тапиров. Но не для того, чтобы вступить с ними в неравный бой. Он лишь мастерски сбегал, тянул время, водил их за собой туда-сюда вдоль цельного участка стены, пока строители в спешке стаскивали к прорехам шипастые заграждения. Работники наспех вкапывали в землю острые, деревянные колья и выставляли заслоны на ещё незаконченном участке стены. Стараниями мастера Рована это удалось закончить в срок. Он один не испугался взять на себя роль приманки.
        Своими же руками, оттягивая их от общего стада по одному с помощью многочисленных помощников, Рован уничтожил лишь пятнадцать монстров, и это в сумме, за несколько дней, действуя в непосредственной близости от стен и при любой неудаче или перерасходе сил, отступая на безопасные укрепления по веревочной лестнице.
        Все способы ведения боя легендарного героя, разделение и заманивание монстров подробно описаны в сотне свитков. Как правитель, Фёрст Валхаим прочитал их от первой до последней буквы и заставил прочитать всех своих гвардейцев и Князей, чтобы они знали, как действовать и чего не следует делать при новом вторжении.
        И вот, этот злополучный день настал, но все приготовления и меры предосторожности, оказались недостаточными. Вместо глупых Чёрногривых тапиров и разбредающихся по одиночке и неспособных крушить ворота Золотистых пантер, пришли совсем другие монстры, и повели они себя тоже совершенно по-другому. Львы сделали большинство укрытий бессмысленными, так как мощными ударами корпуса срывали большинство дверей с петель.
        Но в этот раз они не стали ломиться в ближайшие, многократно укрепленные ворота, а просто обошли все возведенные укрепления, с сидящими на них стрелками, под прикрытием леса и отправились туда, где стен не было никогда.
        В итоге Валхаиму пришлось пожертвовать своей ценной гвардией, значительно ослабив боевой потенциал своего клана и страны в целом. Это наверняка не останется незамеченным шпионам соседей. Понимая это, правитель перешел к следующему пункту обсуждения, отодвинув непонятное происшествие на задний план, как важное напоминание.
        - Мы потеряли слишком много боевых мастеров, поэтому в этом году я желаю втрое увеличить количество мест в Академии Духовного Совершенства. Также надо снизить стоимость обучения и проходную планку, чтобы привлечь побольше одаренных учеников даже из смежных веток кланов.
        - Ваша Милость, управляющий Академией клан конечно же прислушивается к пожеланиям дворца, но при всём желании послужить вам и Флавии, не может действовать себе в убыток, - отозвался третий советник, являющийся членом этого клана.
        Валхаим Юрд был взбешен подобным заявлением, но всё же сдержался, чтобы не высказать это открытым текстом. Вместо этого он сказал:
        - Нам нужно срочно пополнять ряды дворцовой гвардии и готовиться к отражению нападок соседей. С годовым выпуском Академии всего в двадцать молодых мастеров, мы слишком долго будем восполнять понесенные потери, если вообще сможем это сделать. Далеко не все мастера достаточно сильны, чтобы пройти вступительное испытание в гвардию, а треть из мастеров - вообще хрупкие и не думающие о карьере стража-защитника девушки. Вместо службы своей стране, они сразу отправляются в семьи женихов рожать им наследников. Что я должен делать в такой ситуации? Дайте доступ большему количеству желающих и снизьте цену!
        - Ваша Милость, как в вашей казне средства не берутся из воздуха, так и в закромах Академии клана Вассази деньги на содержание и питание воспитанников не возникают из ниоткуда. Глава назначает стоимость обучения и количество набираемых воспитанников, исходя из количества нанятых на работу учителей и имеющихся у него мест для размещения учеников. Ваши пожелания требуют больших дополнительных вложений. Если вы желаете, чтобы Академия Духовного Совершенства взяла большее количество учеников, то должны хотя бы выделить для этого удобные помещения в плотно застроенной столице для их размещения. То же и с оплатой. Их надо хорошо кормить, пошить качественную и соответствующую высокому положению воспитанников форму и найти дополнительных, всеми уважаемых и мудрых учителей. Если вы требуете снизить плату за обучение, должны обеспечить Академию лучшими продуктами со складов дворца или таким образом вы просто пустите клан Вассази по миру. Зачем им заниматься убыточным для себя и лишь создающим проблемы делом? Глава и старейшины не захотят создавать себе проблемы и платить за учеников из своего кармана.
        - Так надавите на них, чтобы захотели! - вспылил Валхаим, - все кланы требуют помощи и защиты от правителя, когда на них нападают монстры или за стену проникают банды из соседних стран, но как только разговор заходит о материальной поддержке и вложениях ради общего блага, так все тут же забывают, чего желает сам правитель и преследуют личную выгоду. Я изгоню клан Вассази из столицы и вообще из Южной Флавии и освобожу их особняки и пожалованную моими предками Академию для того клана, который захочет не только считать личную прибыль, но и служить стране.
        - В таком случае, Ваша Милость, позвольте предложить немного другое решение, - изменившись в лице от того, до чего он в итоге довел своими возражениями беседу, предложил третий советник.
        - Говорите, - нетерпеливо позволил правитель.
        - Академия Духовного Совершенства - заведение для элиты. Для самых талантливых и богатых воспитанников со всей страны. Хотя за несколько поколений планка для её воспитанников заметно снизилась, мы продолжаем держать планку удобства для учеников из богатейших и влиятельнейших родов страны.
        - К чему вы клоните? - теряя терпение из-за перечисления и так всем известных фактов, спросил Валхаим.
        - Ваша Милость. Академия нашего клана - заведение для избранных. Все кланы страны могут послать в неё лишь одного своего представителя раз в пять лет. Если мы начнем принимать из одного клана двух их представителей, из другого трех, а в каком-то возьмем лишь одного, возникнет скандал и вполне справедливые претензии всех уважаемых глав семейств.
        - Принимайте лишь самых талантливых, тогда ни у кого не будет причин возмущаться, - парировал Валхаим.
        - Это решит лишь одну из проблем, Ваша Милость. Резкое снижение цены также скажется на качестве снабжения воспитанников, что уничтожит элитный статус Академии и вызовет недовольство качеством услуг у тех, кто уже не один год платил полную стоимость и привык к нашему уровню. Они могут покинуть наше учебное заведение и отправиться в соседние страны, чтобы закончить обучение там, а таланты ценятся везде и тогда вы не получите и тех мастеров, на которых рассчитывали в следующие три года. О Мудрейший, вам же нужны верные и сильные воины для вашей гвардии и корпуса разведчиков, тогда почему бы не оставить Академию Духовного Совершенства в том же виде, что и раньше, и не открыть набор в Вашу Гвардию еще на стадии новичков. Вместо того, чтобы уничтожать прекрасно существовавшее столетиями учебное заведение, изменяя его основы под ваши нужды, не лучше ли сразу создать новое, в котором вы сразу ограничите набор представительниц женского пола, чтобы они не снижали процент вступающих в гвардию и единственным критерием будет их талант и духовная сила. Разве так не будет лучше?
        Правитель хоть и был настроен к позиции третьего советника враждебно, но идея открытия собственного учебного заведения при его гвардии ему понравилась. В первую очередь из-за экономии и притока средств от родителей поступающих. Учеников можно было расселить в помещениях, где ранее проживали погибшие гвардейцы, на деньги их родителей организовать их питание и пошивку общей формы, а учителями для них станут уже опытные боевые мастера, которые большую часть времени заняты саморазвитием и повышением своего уровня. Вот пусть и поделятся с новичками секретами успешного взращивания своей духовной силы.
        Правитель не учел лишь одного. Все ученики Академии не зря принимались из самых богатых и зажиточных кланов. Правило, ограничивающее количество учеников заставляло родителей больше вкладываться в развитие одного из детей и для конкуренции на фоне сверстников постоянно покупать для них дорогостоящие духовные камни. Как бы ни старались преподаватели, рост духовных сил полностью зависел от вложений семей учеников.
        Третий советник смог отвести внимание Валхаима «Мудрого» от Академии его клана, сконцентрировав его на выгодах создания собственной, но прекрасно понимал, что у скупого и глупого правителя получатся заурядные боевые мастера, так как послав на учебу двух или нескольких своих потомков, кланы не смогут одинаково качественно снабжать их духовными камнями, снизив общий уровень учеников. Массовый набор способных к накоплению духовной силы воспитанников в Академию при дворцовой гвардии быстро покажет свою несостоятельность именно по этой причине.
        - Решено! - воодушевленно объявил Фёрст, - донесите до всех кланов в своих провинциях, что Академия Боевого Мастерства при дворцовой гвардии начнет принимать воспитанников, начиная уже с этого учебного года. Её открытие состоится через месяц! Плата будет составлять половину от обучения в Академии Духовного Совершенства. Она составит всего пятьсот малых золотых монет в год. Поступать могут все наследники главных и смежных веток кланов. Доступно сорок мест на первый курс. Единственным условием является высокий уровень духовной силы! Планка та же, что и в Академии Совершенства. Минимальный уровень для новичков первого года - сто единиц, но все они отсеются, если не наберут трехсот ко второму году! С таким значением можно сразу поступить на второй курс! При равной духовной силе приоритет будет отдаваться молодым парням. Девушки пусть отправляются в Академию Совершенства. Нам бесполезные боевые мастера, которые никогда не отправятся сражаться с монстрами, а будут заниматься тем же, что и обычные женщины, не нужны!

* * *
        Как же неприятно было почувствовать себя опять бесправным слабаком, но я в полной мере это ощутил, когда вернулся в особняк лишь с одним из десяти мешочков, на которые я разделил долю Ланчера. Его я спрятал в трещине фундамента, под полом подсобного помещения, а остальные требовали связку с ключами, которую я отдал Рампу. Его и мастера Гора я и застал в помещении, где произошёл неприятный инцидент.
        Видимо, младший братец, тут же разболтал отцу о моем решении остаться и первое, что произошло, когда я зашел в гостиную - меня крепко схватил и стал удерживать за предплечья мастер Гор, а его ученики, прятавшиеся в проходе, тут же кинулись вязать мне ноги и сведенные за спиной руки веревкой.
        - Что вы вытворяете?! Пошли нах*р, отвалите! - возмущался я, чертыхаясь, и мешая им выполнить задуманное, когда меня уложили на пол.
        - Не сопротивляйся, Марк, - с безразличным выражением на лице потребовал Рамп Кансай, - Они выполняют мою просьбу. Ты поедешь со мной, хочешь ты этого или нет. Я понимаю, что ты сильно злишься на меня за то, что тебе пришлось пережить большой позор, но я уверяю тебя, все обвинения Князя Роланда, из-за которых правитель Валхаим прислал сюда свою Гвардию, уже сняты. Меня оправдали, так как я ни в чем не виноват. Никто не будет относиться к тебе в столице, как к сыну преступника. И то, что мы больше не относимся к клану Кансаев, по тебе тоже не ударит. Наоборот, ты теперь сможешь поступить в Академию без необходимости соревноваться с Тибой. Извини, что тебе пришлось пережить позор, но теперь это в прошлом. Правитель осудил настоящего преступника, когда правда восторжествовала, меня тут же выпустили на свободу.
        - Я не хочу ехать в столицу не из-за этого.
        - А из-за чего? - удивленно спросил мужчина.
        - Мне удалось существенно сдвинуться с мертвой точки в развитии духовной силы, и здесь есть все условия, чтобы закрепить мой успех. Отпустите меня! Ты же на самом деле не рассчитывал на меня и не собирался отправлять в академию в этом году. Ведь так? Я уже знаю, что ты солгал мне, втайне развивал Ланчера, хотя передо мной делал вид, что будешь помогать. Лжец!
        Рамп закусил губу и отвернулся. Очередная его ложь вскрылась, и ему нечего было на это ответить.
        - Марк, ты лежал ни живой, ни мертвый. Я не знал, сможешь ли ты вообще подняться с постели или будешь прикован к ней навсегда. К тому же целитель сказал, что ты совершенно лишился своих духовных сил. Что мне нужно было сделать? Ждать годы, пока ты встанешь на ноги? А если не встанешь? Марк, ты должен признать, что Ланчер куда сильнее продвинулся в этом плане. Он тоже очень талантлив и мы должны дать ему шанс.
        - Любой бы оказался талантлив, если бы ему дали в руки шкатулку с духовными камнями. Мне ты даже не дал шанса.
        - Неправда, я вложил в тебя все свои силы. Наследие твоего прадеда целиком досталось тебе, и что сделал ты? Ты глупейшим образом разбазарил все подаренные тебе сокровища, ради какой-то девчонки из клана Лот, с которой тебе никогда не стать парой. Твой друг Ефим мне всё рассказал. Как там её… Ками. Да, Ками. Ради этой Ками Лот ты в одиночку отправился за барьер, даже не озаботившись защитой мастера Гора и просто дал себя растерзать монстрам, поставив благополучие всей твоей семьи на кон. О чем ты вообще думал, поступая так глупо? Ты еще слишком юн, чтобы самостоятельно принимать сложные решения. Я сказал, что мы едем в столицу, значит, мы поедем. Прекрати брыкаться!
        - Я хочу остаться здесь и приеду к вам через две недели, - отделяя каждое слово, процедил я через стиснутые зубы.
        Мне захотелось избить лишающего меня права личного выбора Рампа и его слуг, но сила была не на моей стороне. В этот момент мужчина подошел ко мне и подняв с пола мешок, заглянул в него.
        - Так Ланчер не ошибся, это действительно третий уровень! Целых десять штук, это же настоящее сокровище! Где вы их раздобыли? - вспыхнув от восторга, воскликнул Рамп.
        Я понял, что мужчина не поверил словам Ланчера или просто не понял, о чем он говорил, когда тот воскликнул, что нам удалось отбиться от целой кучи страшных монстров. Это играло мне на руку. Десять штук тоже можно посчитать целой кучей, если держишь их в руках впервые.
        - Нашли возле горы трупов на юге. Повезло. Целых десять штук удалось раздобыть. Они прямо на земле валялись. Ланчер так расфантазировался, что даже решил всем сказать, что это мы сами этих монстров убили. Он еще совсем ребенок, - соврал я, чтобы скрыть, что камней намного больше, чем я принес с собой из первого тайника.
        - Где вы их с Ланчером нашли? - оживленно спросил он.
        - Сразу за барьером, там, в конце южной дороги.
        Услышав мой ответ, Рамп кивнул своему слуге, и он с учениками сломя голову кинулся к указанному мной месту. Сам же мужчина закинул меня связанного на плечо и понес в повозку, уже ожидающую на улице.
        Оказавшись на дне повозки я увидел, что её уже заполнили всем, что ранее было обнаружено мной в сокровищнице. Крупный показывающий кристалл, мешок с костями и прочной чешуей какого-то зверя, и те свитки, что я пытался изучить в первый день и так не удосужился это сделать, занявшись алхимией. Позже я в них, конечно, заглянул, но когда увидел, что это просто какие-то карты местности с пометками, и ничего полезного для меня в них на этот момент времени нет, то просто вернул в сокровищницу. Всё это барахло и тот самый ларец с золотом уже лежало здесь под присмотром Ланчера.
        Пять слабых боевых мастеров из чужаков, остались дежурить у края деревни, высматривая потенциальных врагов в округе. Ожидая возвращения главного помощника и его подонков-учеников, Рамп, уже лишивший меня права выбора, продолжил ездить мне по ушам, доказывая мою неправоту.
        - В любом случае, здесь оставаться нельзя. Это очень опасно. Если ты этого сам не понимаешь и поступаешь назло мне, то не жалуйся. Я заставлю тебя поехать со мной силой. Марк… Ты же сам видел трупы этих жутких тварей. Это большая удача, что вам с Ланчером повезло и в нашу усадьбу не вторглись те же ужасные монстры, что опустошили особняки наших соседей. Они убили сотни людей. «Элитные демонические монстры» - как их теперь все называют, добрались даже к стенам столицы и чуть не проникли за ворота! Я своими глазами не видел, но все жители столицы в один голос говорили, что это были просто ужасные создания. Они бы растерзали вас с Ланчером за считанные секунды. Твоя мать продала свои золотые украшения, чтобы на последние наши деньги нанять мастера Гора и команду не побоявшихся отправиться к границе мастеров и спасти тебя с Ланчером из наводненной монстрами провинции. По пути сюда я видел останки обглоданных лошадей, что стали их жертвами. Вам очень повезло. Мать места себе не находит, а ты отказываешься ехать с нами в столицу. Ты в своем уме?!
        - Ланчер, развяжи меня. Я приеду к вам с отцом в столицу попозже, - пытаясь отстоять свое желание остаться в усадьбе и одновременно не выдать кипящую внутри неприязнь к Рампу, попросил я.
        - Не дави на брата! - потребовал мужчина, а сам с тревогой уставился в сторону свалки трупов и покрепче сжал в руке мешок с духовными камнями.

* * *
        Через десять минут стало понятно, что с мастером Гором и его учениками случились какие-то неприятности. Они вышли за барьер, какое-то время там провозились, но так и не вернулись. Пришел главарь других наемников и сказал, что нам лучше поторопиться, чтобы успеть вернуться в столицу до полуночи. Ворота закроют и мы останемся ночевать за стенами, что в наших обстоятельствах очень опасно.
        Наемники договаривались на однодневный поход в обе стороны, а меня удивили расстояния и время, за которое они успели добраться до границы страны из центра. Повозка выехала ранним утром, еще до рассвета и к обеду уже оказалась у нашего особняка. Мне рассказывали про два-три дня пути от границы до границы, но оказывается, если постараться, то хватит и восьми-девяти часов, чтобы достичь одной из границ. В таком случае Южная Флавия еще меньше, чем я себе представлял.
        - Да что ж такое? Чего они там так долго копаются? - не находя себе места, возмущался Рамп, когда прошло еще двадцать минут.
        В итоге не выдержал и приказал Ланчеру по быстрому сбегать к границе и передать мастеру Гору и его ученикам, чтобы они возвращались. Паренёк сбегал и вернулся с новостью, что все трое наемников мертвы. Лежат лицами в землю. У мастера Гора лужа кровавой пены у рта, у его учеников точно тоже самое. Благо, слово «отравились» Ланчер не озвучил, а Рамп оказался слишком труслив, чтобы пойти проверить всё сам, но по описаниям паренька, я прекрасно понял, что случилось с моими недавними обидчиками. Жадность вышла им боком, полезли ковыряться в трупах, надеясь найти драгоценные духовные камни третьего уровня и вот результат. Не повезло.
        Рамп был в шоке. Для него информация прозвучала так, словно из леса появились монстры и уже гнались за нами по пятам. Он приказал срочно выдвигаться и сам сел на место возничего нашей повозки.
        - Я же говорил! Я же говорил! - повторял он себе под нос.
        - Отец, что вы говорили? - спросил Ланчер, бесконечно беспокоящийся за своего никчемного родителя.
        - Ничего, дорогой сын, не волнуйся. Просто Фёрст Валхаим уже позволил всем жителям провинции вернуться в свои дома. Первый советник во всеуслышание объявил на площади перед дворцом, что вторжение демонических тварей уже закончилось и это не опасно. А я правильно говорил Лие, что монстры все еще могут вернуться и нам не стоит ехать! Вот, теперь мастера Гора убили, а я столько заплатил ему за охрану в оба конца!
        Повернувшись корпусом на девяносто градусов, он добавил, обращаясь уже ко мне:
        - Марк, думаешь, я просто так отказался от наших плодородных земель? Думаешь, я настолько глуп? Нет! Твой отец выполняет волю нашего Великого предка! Если нападения сильных монстров возобновились, то лучше поскорее перебраться за стены столицы. У границы мы будем в постоянной опасности, и даже мастер Гор и десяток таких, как он, нас не защитят. Пусть второй старейшина Кин теперь побудет в моей шкуре. Узнает, каково оно жить у опасной границы. Пусть строит укрепления и возмещает за свой счёт семьям погибших рабочих потерю кормильца, а мы поживем в свое удовольствие в тишине и безопасности. Марк, тебе же очень понравилась столица. Ты же сам мне говорил, что хотел бы там жить в будущем. Вот, твой отец осуществил твоё желание и гораздо раньше, чем ты планировал.
        Первый час пути прошел без приключений. А что могло произойти в чистом поле, где ни людей, ни монстров? Но приблизившись к городку, где проживали побочные ветки клана Кансай, столкнулись с группой вооруженных пиками воинов, которые преградили нам дорогу, окружили и потребовали спуститься на землю. Ради этого Рамп даже развязал мне ноги и руки. Ему было стыдно, что даже родного сына приходится заставлять выполнять его приказы силой. А когда все пассажиры повозок спустились на землю, явился второй старейшина Кин с вдвое большим количеством более сильных наемников и объявил, что поменял южные владения на деньги, полученные Рампом в столице, с учетом, что все, что на них находится, будет принадлежать ему. Это касается особняка и всего, что было в сокровищнице Великого предка! Раз он стал новым главой клана, ему должны принадлежать все ценности из родовой сокровищницы.
        На моих глазах у Рампы отобрали ларец с припрятанным им золотом и мешок с духовными камнями третьего уровня. У нас с Ланчером отобрали мешочки с духовными камнями первого уровня. В них в сумме лежало около восьмидесяти старательно добытых нами за прошедшие дни и еще не поглощенных начальных и слабых камней. Мой младший брат возмущенно кинулся на снявшего с его пояса мешок грабителя, заявляя, что духовные камни принадлежат ему, но его просто отпихнули в сторону, как визгливую дворовую шавку, сильным ударом колена в живот. Он упал, и залился горькими слезами, не в силах как-либо помешать откровенному грабежу.
        Старейшина Кин заглянул в ларец и в мешочек с очень дорогими камнями и расхохотался в голос.
        - Эх, не зря я нанял столько сильных боевых мастеров! Рамп, а где твой могучий мастер Гор, которым ты постоянно пугал меня последний год? - спросил старик у поникшего головой мужчины.
        - Он добывает для меня новые сокровища, и куда получше, чем достались мне от Великого предка, - сделав непроницаемое лицо, ответил опущенный и ограбленный отец Марка.
        - Так и быть, если честно расскажешь, как я смогу их получить, я отпущу тебя с сыновьями живыми. Ты уже порадовал меня своей, хм… щедростью. Хоть ты уже не имеешь отношения к нашему клану, я дам тебе шанс спасти своих сыновей и отпущу на все четыре стороны с миром.
        - Эти камни, - указывая на мешок в руках старика, - мои слуги добыли сегодня из тел монстров, которые напали на нашу усадьбу во время вторжения. Кто-то убил их и бросил, сразу за барьером на южной дороге, не забрав самое ценное, а мастер Гор и его ученики добыли никем не тронутые духовные камни. Однако, я обещал этим уважаемым мастерам, что мы вернемся в столицу в течение одного дня и было неизвестно, появятся ли опасные монстры снова, поэтому я решил поскорее вернуться назад, а мастеру Гору приказал добыть из тел всё остальное. Наверняка, он добудет не меньше, чем уже добыл за тот час, что мы потратили задержавшись в городке.
        - Он говорит правду? - спросил старик у молчаливо стоящих в окружении более сильных противников наемников.
        - Мастер Гор с учениками ушел за город к границе, и мы действительно прождали его возвращения около часа, а затем к ним сбегал вон тот паренёк и мы поехали назад. Всё было так, как и говорит господин Рамп, - подтвердил лидер наёмников, просто опираясь на то, что видел своими глазами.
        - Но не думайте, что он отдаст их вам так легко. Вам его не победить и не схватить! Мастер Гор сильнее вас всех вместе взятых! - истерично выкрикнул Рамп, но я понял, что он это делает специально, чтобы раззадорить и позабавить старейшину и его слуг. Ему к роли ничтожества не привыкать, вот он и дает повеселиться своим обидчикам, чтобы убедить их в своем полном бессилии.
        - Как? Таким составом справитесь? - спросил Кин уже у своих наёмников.
        - Против Гора и двух его учеников? - потирая затылок, пробормотал мужчина, - да, справимся.
        - А если он всё сам, по-хорошему отдаст? - переспросил лидер наемников.
        - Если отдаст мирно - не убивайте сразу. Привезите его сюда, я хочу с ним поговорить. Он долго служил Рампу и должен много знать. У меня есть к нему парочка вопросов. Сейчас же отправляйтесь, чтобы он не сбежал.
        - Как прикажете, господин Кин.
        Довольный своей удачной операцией перехвата, второй старейшина издевательски заявил.
        - Хорошо, я отпущу тебя, Рамп, но твоего наследника я оставлю пока при себе. Если ты меня обманул, то пеняй на себя.
        - Ты же обещал отпустить всех, если я расскажу! - для виду возмутился отец Марка.
        Я уже не верил ни единому его слову. Он опять изображал заботу, хотя давно сделал ставку на младшего сына, а я для него теперь досадное недоразумение. Дефектный выродок, который не желает слепо подчиняться его воле и жертвовать собой во благо остальных.
        - Молчи Рамп или дотяфкаешься, что я передумаю, - пригрозил старик.
        - Нет, нет, - тут же сдался жалкий актер и, получив с Ланчером возможность убраться на повозке, на которой до этого ехали плененные сейчас наёмники, тут же ею воспользовался.
        Всех ехавших в первой повозке боевых мастеров туго связали и вместе с более сильными наемниками они отправились к границе. Я думал, что меня будут держать где-нибудь в подвале, тоже туго связанным, но хромающий парень с нулем духовной силы никого из представителей смежной ветки клана не пугал.
        Это увеличивало мои шансы на успешный побег. Похоже, мне теперь в одиночку придется выбивать из рук коварной смежной ветки добытые мной с Ланчером духовные камни. Ларец и все отнятые у нас мешочки, сложили у ножек кресла, вынесенного для второго старейшины и никуда пока не прятали. Я не хотел этим людям смерти, когда Рамп решил их обвинить ложно, но если они опустились до того, чтобы грабить и угрожать жизни своих же сокланов, они просто не оставили мне выбора. Придется драться с ними, как с врагами.
        Второму старейшине не сиделось на месте, и едва повозка с группой наёмников выдвинулась в путь, он приказал погрузить награбленное в повозку, в которой только что приехали мы, забрался в неё сам и приказал всем своим потомкам выдвигаться следом за наёмниками к приграничному городку.
        - Эй, Ноль, теперь это твое новое имя, чего стоишь? Забирайся в мою повозку. Так и быть, покажу тебе, на что способны нанятые мной бойцы. Теперь они будут служить мне в охране на постоянной основе, чтобы Рамп не придумал никаких новых глупостей. Я его отпустил, так как слово главы Кина, в отличие от ничтожества Рампа, не пустой звук. Не хочу мараться, но наверняка он попытается мне отомстить. Посмотрим, как у него это получится теперь, без денег и земель. Мне и так пришлось крупно потратиться, чтобы купить лачугу для твоей матери и сестры. В отличии от Рампа, я уважаю твою мать. За что ей это наказание? Она тоже жертва этого мерзкого лжеца. Ладно, сейчас ты своими глазами увидишь, как мои люди изобьют другого отморозка. Они мокрого места от Гора не оставят. Если он попытается мирно сдаться, я не позволю ему уйти. Нет! Он точно не сдастся, мне про него рассказывали, не тот он человек. Гор будет драться до смерти, если попытаться заставить его пресмыкаться. Даже не знаю, как этот слизняк убедил его служить себе. Наверняка платил тройную плату и закрыл глаза на все его прошлые преступления. Эй, ты
слушаешь? Этот мастер Гор - убийца и насильник. Я бы такого и близко к своему дому не подпустил, но твой жалкий отец так боялся Князя Роланда и меня, что даже впустил в свой дом убийцу и позволил ему жить рядом с женой и малолетней дочерью. Его ученики такие же бандиты и отморозки. Не удивлюсь, если по дороге в столицу, этот гад оприходовал твою мать и сестру. Даже мне стыдно за Рампа, какой же он трусливый и низкий человек. Но теперь клан Кансай избавился от своего проклятия и находится в надежных руках.
        - Не уверен, - пробормотал я себе под нос, ковыляя к повозке.
        - Что ты сказал?
        - Не уверен, - громко повторил я.
        - Ха-ха-ха. Ноль сжимает свои немощные кулачки и огрызается? Не смеши меня. Чтобы так разговаривать со мной, ты слишком мало из себя представляешь. Ненавидишь меня? Правильно. Надо открыто ненавидеть тех, кто над тобой издевается и смело высказывать в лицо, а не лизать зад Князьям и судьям, пытаясь устранить врагов чужими руками. Ладно, слишком много чести. Что с тебя взять, убогого. Рамп попытался слепить из тебя второго Великого мастера Рована, но дурная кровь быстро проявила себя. Ты растратил все бесценные дары предков и чуть не умер. Ты очень помог мне в устранении Рампа. Такое ничтожество, как ты, не должно стать будущим главой клана. Ты помог мне решиться на избавление от твоего отца. В каком-то смысле, ты сам виновен в отстранении вашей семьи от дел. Я держался только ради Лии. Я знал её бабушку, в молодости мы любили друг друга. Только из-за этих старых чувств, я терпел Рампа и его отца, но ты помог мне понять, что больше терпеть нельзя. Будущее за Тибой и его братьями, а не за тобой и Ланчером. Ладно, хватит скалиться, я больше не стану над тобой издеваться. Тебя и так судьба наказала.
Ты родился в семье у такого недостойного человека, как твой ничтожный отец. Веди себя тихо, не зли меня и не пострадаешь. Что притих? Боишься? Ничего я тебе не сделаю! Я не издеваюсь над ничтожествами. Как закончим с Гором, отправлю тебя с наемниками в столицу. Не жмись к борту, смотреть противно. Да, и передашь своему отцу, если он посмеет пакостить или ещё раз сам здесь появится, мои люди убьют его, как вора. Ему здесь больше ничего не принадлежит, и я больше не желаю видеть его мерзкую рожу.
        - Передам, - пообещал я, понимая, чем вызвана неприязнь старика к Рампу. Я возненавидел его сразу, как только открылась его суть, а этот старик терпел его уже не один десяток лет.
        Выговорившись, старейшина Кин отвернулся от меня и больше за час дороги не проронил ни слова. Его потомки тоже демонстративно отвернулись, не желая со мной никак взаимодействовать и просто игнорировали, как пустое место. Обо мне, сидящем на самом краю лавки у борта, когда мы прибыли в приграничный городок, просто забыли. Никто меня не связал и не привязал к повозке заполненной ценными вещами. Видимо то, что я сильно хромал, убедило всех, что я настолько немощен, что никуда не сбегу.
        А я всю дорогу думал, как мне поступить. Проглотить устроенный сегодня на дороге грабеж, набраться сил и вернуться с возмездием уже окрепшим или попытаться вернуть все похищенное сразу, укрывшись с мешком камней и ларцом в полях. И не обязательно в полях. За неделю в городке, я присмотрел несколько мест, куда можно быстро спрятаться в случае нового вторжения монстров, если до усадьбы я не успеваю добраться никаким образом. Однако побег с сокровищами и просто побег сильно отличались в том, насколько сильно меня захотят отыскать. Если не рыпаться, я с ветерком, без мучений и неудобств на повозке доберусь в столицу уже завтра. Меня еще и покормят на обед и ужин. В таком случае, сбегать просто не было смысла. А необходимость похищения ценных сокровищ определялась ценой вопроса. Если ларец содержал сумму сопоставимую с десятком духовных камней, то мне просто незачем было рисковать.
        Позже, когда мое тело заживет и окрепнет, я вернусь и откопаю свои тайники. Эту плату духовными камнями можно считать пожертвованием в фонд семьи, которая мне досталось в наследство вместе с историей жизни Марка. Убивать ради кучки камней и трех горстей золота - нет, это того не стоит, но справедливо проучить позже, если этим наглость Кансаев не ограничится, пожалуй, стоит.
        И все-таки, меня не случайно оставили с горой сокровищ без охраны. Это явно проверка на вшивость. Если украду и сбегу, значит, гнида, как и Рамп, если нет, то меня еще будут считать человеком. Я решил не давать старейшине Кину и его родственникам повода для очередных издевательств над собой и вылез из повозки, не притронувшись к лежащим там ценностям и пальцем.
        Я обошёл повозку по кругу и хромая направился вслед за всеми остальными, прошел метров двадцать, и тут они резко, словно сговорившись, повернулись, явно ожидая, что я заберусь на место возничего, чтобы увезти повозку целиком или сбегу пешком, попытавшись что-то умыкнуть, а я ничего из этого не сделал. На зло ухмыляющихся лицах мужчин даже читалось явное разочарование. Таки была проверка. Фуф, я не купился на явную подставу. А после произошедшего, всего через десять секунд, злорадно ухмыляться захотелось уже мне.
        От границы в панике бежали боевые мастера из числа наёмников старейшины Кина. И бежали они не просто так. Тот, кого мы с Ланчером выслеживали больше недели, наконец, появился, правда, в единственном экземпляре. Отбившийся от толпы Крикун на моих глазах нанизал парочку убегающих на свой острый клюв и резво погнался за остальными. Потом грациозно сбросил свою очередную жертву на обочину дороги, изящным движением длинной шеи и тут же быстро набирая скорость проколол насквозь следующую.
        Я понял, что у меня максимум полминуты, чтобы укрыться в родовой усадьбе. Благо, её двери из-за спешки так никто и не закрыл, и связка ключей, где меня в первую очередь интересовал ключ от подвала и замков сокровищницы, осталась лежать на столе. План действий зрел на ходу. И его ключевым пунктом было копье, валявшееся сейчас на дне оставшейся позади повозки.
        Очень рискуя, что было сил, я побежал назад, одновременно думая: «Почему же сильные боевые мастера не сражаются? Почему бегут со всех ног, как какие-то трусы от всего одного противника? Неужели Крикун в бою так силен?» Быстро отыскав копье и вытащив его со дна повозки и заодно прихватив оттуда мешочки с отобранными духовными камнями, когда другие члены семейства Кина, сбивая друг друга с ног, врассыпную побежали в окружающие городок поля, я получил интересовавший меня ответ.
        Он грозно обозначился у пограничных столбов. Они опять отстали от быстроногого монстра-цапли, могучие и кажущиеся еще более страшными в движении львы-оборотни, в количестве трех штук гнали неуверенных в своих силах боевых мастеров к спасительному городу. Огромная ошибка поворачиваться к стремительному Крикуну спиной, что я и наблюдал, пока ковылял к двери родовой усадьбы Кансаев.
        Закрыв за собой дверь на ключ, прекрасно понимая, что она не спасет меня от вандалов-львов, я подхватил со стола масляную лампу, подхватил ведерко с питьевой водой и пустое, как туалет и уверенной походкой направился к спуску в подвал. Там, в дальнем, темном углу я спрятал прикрытый плотной крышкой кувшин с так и не пригодившимся мне четырехкомпонентным ядом.
        Без дополнительных ингредиентов, продлевающих сохранность состава, он быстро окислялся на воздухе и свету, поэтому место хранения было выбрано неслучайно. Поставив лампу, ведерко с водой внутрь распахнутой настежь сокровищницы, я, не теряя ни секунды, сходил за кувшином и убедившись, что все важное для выживания со мной, закрыл решетку на два замка и опять подпер её всем тяжёлым, что попалось под руку. Действуя по наитию, я вытолкнул черенком копья несколько камней из кладки, расширяя отверстие до размера в которое пролезет голова Крикуна и услышал откуда-то издалека, из полей вопль отчаяния очередного настигнутого беглеца.
        Оставалось ждать, чем закончится эта встреча. Нет, я совсем не желал опять столкнуться со Львами и Крикуном-падальщиком. Если они просто уйдут, так будет для меня намного лучше и безопасней, ведь я не был уверен в решетке, яде и стопроцентной удаче, которая мне сопутствовала прошлые дни, тем более, теперь Львов три и они могут сломать моё хрупкое укрытие. Но что-то мне подсказывало, что они не разбегутся по полям, а вернутся к городку и попытаются достать меня из подвала.
        Что же, я уже примерно представлял, чего мне ждать и надеялся, что Крикун-падальщик сбегает и пожрет падали с той отравленной горки, мимо которой он недавно прошелся. Не зря же он зовется падальщиком, а потом его сожрут львы, также пустят ртом пену и мне вообще ничего не придется делать. Мда… мечтать не вредно. Подобрав с пола рваные лоскуты ткани, принесенные сюда еще в прошлый раз, я внимательно осмотрел их, выискивая пятнышки крови или яда и затем намотал на руки в десять слоев. На халяву рассчитывать не стоит, и яд в этот раз намного слабее, а возможно, и вовсе никуда не годится, поэтому легко не будет. Услышав очередной вопль где-то поблизости, а затем испуганное ржание брошенной на произвол судьбы посреди города лошади, я набрался смелости и крикнул:
        - Иди сюда тварь, я угощу тебя своим копьем!
        Мой крик явно привлек любопытного Крикуна. Я опять услышал уже проевшее плешь «Помогите, помогите!» где-то слева от отверстия. Позвал монстра еще раз и скинув крышку с кувшина, глубоко погрузил наконечник в водянистый, отличающийся цветом и запахом яд. «Лишь бы он сработал», - мысленно взмолился я, еще раз криками приманивая монстра и спрятался сбоку от отверстия, затаив дыхание. В этот раз со мной нет Ланчера, глядя на которого монстры замирали на месте и давали себя ранить. Может, зря я приманил монстра? «Ох, как бы я не пожалел об этом», - промелькнуло в голове, когда из отверстия показался кончик острого клюва.
        Часть 11 Нарушая запреты
        Второй старейшина Кин Кансай не мог унять дрожь в руках, даже когда приграничный городок давно скрылся из виду. Он нещадно хлестал лошадь, заставляя её нестись галопом по извилистой грунтовой дороге, рискуя перевернуться на ухабах, чтобы поскорее, раньше, чем это сделают монстры, вернуться в свой родовой особняк и спасти хотя бы самые молодые побеги разорённого трагедией рода. Двух его сыновей и шестерых внуков было уже не спасти. На глазах Кина, парочка львов погналась за ними по полю, опустившись для большей прыти на все четыре лапы.
        Он не видел их смерти. Специально отвернулся, чтобы не рухнуть от горя замертво. Но после того, что он наслушался в столице, было очевидно, что им уже не спастись. Старейшина и сам спасся, фактически, случайно. Завидев впереди бегущих со всех ног наёмников, он автоматически, бессознательно, первым делом кинулся к повозке со связанными пленниками. Их надо было освободить, так как связали их по его приказу.
        Вспоров кинжалом путы на руках одного, он сурово глянул наёмнику в глаза, как бы говоря, что тот в благодарность за спасение просто обязан позаботиться о товарищах. Вложил ему в руки свой кинжал, а сам кинулся к повозке, стоящей в ряду самой последней. К той, на которой он недавно приехал в это гиблое место вместе с семьей, полностью уверенный в защите Высших сил.
        Старик надеялся развернуть лошадь и, отъехав от городка по единственной дороге, на ходу подхватить своих разбежавшихся во все стороны сыновей и внуков. Но они по привычке, кинулись прятаться в пшенице, надеясь залечь там и по тихому отсидеться, пока монстры пройдут мимо.
        Да, против немногочисленного отряда людей этот метод сработал бы прекрасно, но у монстров совсем другой нюх, их охотничье чутье обострено, и отыскать на прилегающем к дороге участке поля притаившуюся жертву им намного легче, чем обычным людям. Тем более, они видели, куда те разбежались и преследовали их по пятам. Это была главная ошибка запаниковавших беглецов.
        Разок обернувшись, Кину осталось лишь со слезами на глазах наблюдать, как его потомков одного за другим обнаруживают и рвут на части. Сам он сбежал только благодаря тому, что освободил связанного наемника, тот развязал второго, и сбежал, также передав ему кинжал. Тот следующему и эта пятерка людей, разбегаясь в разные стороны, и прячась в лабиринте узких городских улочек надолго отвлекла на себя внимание стремительного Крикуна-падальщика. Если бы не это, он легко бы догнал удаляющуюся повозку и Кину пришлось бы несладко.

* * *
        «Как же так?» - со слезами на глазах, качая головой, думал переживший чудовищное потрясение старик. Он успешно достиг своего родного городка, поднял его на уши и успешно вернулся со всеми оставшимися родственниками в столицу. Хоть и опоздал к моменту, когда ворота были еще открыты, криками о том, что вторжение возобновилось и с юга опять хлынули монстры, добился того, чтобы стража пустила его семью и всех оставшихся за стенами путников за ворота даже посреди ночи.
        Сейчас же старик находился в главной Башне дворцовой стражи, сонные гвардейцы и стражники носились по двору, готовясь встретить новую волну вторжения на стенах. В городе объявили всеобщую тревогу, развесили факелы. Всех, кто умеет держать в руках лук выставили на стены, подняли и привели в полную готовность городскую стражу, всех охотников, палачей и разведчиков. Если окажется, что монстры не последовали на север, за спешно собранным Кином караваном, и он зря поднял на уши весь город, то его могло ждать очень суровое наказание от правителя. Но в этот момент старик думал совсем о другом.
        «Как же так?!» - вытирая рукавом слезы, продолжал сокрушаться старик о потере близких. Почему богиня Морена, что явилась ему две недели назад и предупредила о скором демоническом вторжении, осталась безучастной в этот раз и не предупредила о смертельной опасности, вновь поджидавшей его у границы? Ведь он всё делал по её указке!
        Правда, она предупреждала, что в следующий раз одарит его новым знанием не очень скоро, но прошло уже две недели! Она могла бы смилостивиться и явиться с видением вновь! В прошлый раз она открыла ему множество удивительных тайн, скрытых до сих пор за завесой неведения. Почему же она не помогла с такой мелочью, как еще одно предупреждение об опасности, ведь сам Кин не хотел возвращаться в родные земли и вообще опасался приближаться к границе, но был уверен, что теперь его ведет божественная воля. Морена сама объявила его своим избранником, даже сожалела, что не явилась ему раньше, а затем поведала, что его главная задача извести со света небогоугодную, главную ветвь его клана и возвыситься самому.
        Она так и сказала: «Ты сможешь стать подобен Богам, только если низвергнешь главную ветвь клана и всех её потомков». Она открыла и еще кое-что важное, что в родовой сокровищнице, доставшейся ничтожному Рампу, хранятся бесценные свитки, похищенные Рованом Кансем из закрытой дворцовой библиотеки.
        Кто бы о великом мастере какие легенды не выдумывал, но он был ещё тем пройдохой. Не прочь был в кустах молодуху оприходовать без обязательств и легко мог позариться на то, что недостаточно хорошо охранялось. Не был он человеком высоких моральных принципов, так как сам являлся прежним избранником Морены, которому она уделила чуть больше времени, чем другим своим опостылевшим игрушкам.
        Кин получил божественное откровение, что свитки похищенные их предком не что иное, как карты указывающие путь к бесценным сокровищам. Уже во времена Рована в Южной Флавии было мало смелых путешественников и знающих людей, исследующих окружающий мир и составляющих карты местности, поэтому никто не смог понять, где искать эти чудесные сокровища, но ему-то она подсказала, что большинство сокровищ находятся в радиусе всего пяти дней пути от их защищенного печатью города. Если обследовать эту область фрагмент за фрагментом, легко будет отыскать ориентиры, представленные на карте. Скалы особой формы и изгибы рек с видом на горные хребты указанной формы не встречаются нигде больше в мире.
        Богиня обещала помочь восхождению Кина к могуществу богов. Ему нужно было сделать всего три вещи: низвергнуть главную ветвь клана, добыть карты и найти сокровища. За осуществление плана он и взялся, настрочив десятки жалоб на Князя Роланда, везде мимоходом указывая Рампа, как его сообщника. Это сработало. Фёрст выслал своих людей и пленил главу. А дальше вынудить того официально отказаться от места главы и передать сокровища Великого предка было делом техники. Кин добился всего очень легко, и считал, что его ведет к успеху всемогущая богиня Морена.
        Даже план с перехватом бегущего, как крыса Рампа сработал идеально. Он завладел всем, что желал. Ценные карты к божественным сокровищам оказались в его руках, а ларец с золотом и дорогостоящими духовными камнями стали лишь приятным дополнением, но у старейшины все ещё имелись подозрения, что карты являются подделками, а истинные сокровища Рамп доверил скрыть своему слуге Гору. Изловив и с пристрастием допросив его, можно было узнать, попали ли в руки Кину оригиналы или это подделка.
        Можно было бы пытать самого Рампа и его сыновей, но из уважения к Великому предку и своей неприязни к подобным вещам, старик собирался отыграться на постороннем для семьи человеке. Но как же он ошибался, решив, что теперь везде и всюду ему будет сопутствовать дарованная богиней удача. Всё шло хорошо, пока они не прибыли к границе.
        - Кин Кансай? - спросил пришедший в башню худощавый мужчина, в накинутой поверх домашней одежды мантии.
        - Да.
        - Я второй советник Фёрста, Максил Лоран. Говори всё, что знаешь о вторжении в деталях.
        - Да, господин Максил.
        Старик рассказал, что видел своими глазами, лишь немного приукрасив рассказ тем, что монстры погнались за ним на север. Этого не было, но не скажи старик эту мелочь, к нему бы возникли вопросы, какого черта он поднял полгорода на ноги.
        - Я благодарю вас за эту важную информацию, Кин, и мне очень жаль, что ваши дети и внуки погибли, после того, как я лично объявил, что южная провинция опять безопасна. Это ошибка нашей разведки. Они сообщили, что не встретили более ни единого монстра, проверив описанный вами городок и его округу. Мы действовали исходя из их подробных данных, а оказалось, что часть монстров всё еще хозяйничает у границы. Я глубоко скорблю о вашей утрате. Может, есть что-то, что вы хотели получить от Фёрста Валхаима в качестве компенсации?
        - Компенсации? - оскорбился Кин Кансай, как будто деньгами можно вернуть чьи-то жизни.
        - Не поймите неправильно, глава Кин, в качестве извинений, я постараюсь выбить для вас личную встречу с Фёрстом и сделаю всё, чтобы он принял вас, как можно раньше и выполнил вашу просьбу. Вы хотели бы встретиться с правителем Валхаимом или нет?
        - Хочу! - вспомнив про свитки с картами, воскликнул старик. С поддержкой правящего клана Юрдов добыть сокровища для выполнения миссии богини будет намного проще.

* * *
        Нет! Всё пошло не по плану! Я оцарапал Крикуна копьем с отравленным наконечником, а он даже не подавал малейших признаков отравления и стал засовывать голову в отверстие с периодичностью раз в минуту и делал всё более уверенные попытки атаковать меня на месте, где я притаился, сходу опуская голову и свой острый клюв в этом направлении.
        В итоге, мне пришлось спасаться бегством. Крикун больно царапнул меня клювом по виску, что грозило отравлением уже мне. Неизвестно в каких местах этот клюв побывал за сегодня. При мне им продырявили нескольких людей, а внутри людей в районе живота находится пищеварительная система, полная, извините, остатков переваренной пищи.
        Я опустился на колени к ведру с водой, несколько раз умылся и тщательно промыл полученную царапину, и прямо на моих глазах в подвале резко стемнело. Когда повернулся, чтобы увидеть, что случилось, обнаружил, что крикун уже по грудь забрался в вентиляционное отверстие, являвшееся также и единственным окошком в темном подвале.
        Вытолкнув внутрь сокровищницы несколько камней, он потянулся вперед шеей и сделал очередной выпад клювом, щелкнув всего в сантиметре от моего испуганного лица. В темноте я нащупал рукой копье, вслепую, осторожно, чтобы не разбить или не разлить кувшин, основательно мокнул его в никак не проявивший себя пока яд и начал колоть почти наугад.
        Неудивительно, что из этого ничего не вышло. Похоже, монстр неплохо видел в темноте и смог в ответ зацепить меня еще пару раз в ближайшую к нему левую руку. Благо, зажатый в отверстии, он не мог вложить в удар слишком большую массу, бил весом своей головы и клюва, но даже такие тычки оставляли очень болезненные колотые раны и порезы.
        Я оказался в тупике. Монстра в темноте не вижу, яд, похоже, вообще не действует, да если сейчас сюда заберется еще и лев, на этом моя неудачная борьба с монстрами и закончится.
        Нужно было менять тактику, и я решился выйти из сокровищницы, чтобы разжечь лампу. Забыл в спешке взять с собой огниво. А уже при свете, я смогу прицельно атаковать Крикуна сбоку из-за решетки, используя свое последнее преимущество в длине рукояти оружия.
        Кое-как подобрав в темноте на ощупь ключи и открыв замки, я выполз через щель из дальнего закутка сокровищницы, и побежал на первый этаж. На цыпочках, чтобы не привлечь шумом шагов львов, я пробежался к столу, где взял лампу и отыскал рядом кремень с рифленым металлическим бруском и таким же образом быстро спустился в подвал, в этот раз прикрыв на всякий случай за собой еще одну дверь.
        Оказавшись в полной темноте, понял, что лампу лучше разжигать там, где я вижу, что делаю и начал чиркать, с ужасом понимая, как это громко звучит в пустом, безлюдном доме. Наконец, запальник загорелся и в лампе вспыхнуло небольшое, ровное пламя. Увеличив размер пламени механическим регулятором, я опять спустился в подвал и застал там пугающую картину.
        Крикун настолько далеко просунулся торсом внутрь сокровищницы, что уже не позволял себя безнаказанно атаковать через решетку, зато его теперь можно было легко заколоть, выбравшись наружу особняка и подобравшись сзади. Его беззащитный зад и длинные ноги с острыми когтистыми лапами остались снаружи. Делай, что хочешь.
        Да уж, атаковать его оттуда было бы идеально, но на улице, снаружи особняка еще разгуливала тройка львов, и этот вариант казался пока нереальным. Самое неприятное, что кувшин с разочаровавшим меня ядом теперь тоже оказался для меня недоступен. Зайти внутрь сокровищницы и просто взять его руками нельзя, а попытавшись накинуть петлю веревки и неудачно потянув кувшин на себя, его можно было опрокинуть.
        Выходило, что монстр выгнал меня из моего единственного безопасного закутка и пока я его не убью, мне нигде не будет спасения от львов-оборотней. Нужно было что-то срочно придумывать. У меня появилась дикая идея, заколоть плотно застрявшего в отверстии монстра из окна второго этажа, а затем снова вернуться в сокровищницу, и если потребуется добить его ослабленного ещё там. Другого выхода не было. Но без яда, даже моё укрытие не давало мне никакого преимущества. Надеяться удачно поразить трех монстров с крепкой шкурой в жизненно важные органы, пока они ломают решетку наивно.
        Еще подумав, я решил проверить, что не так с ядом. Может он разделился на фракции и его надо было хорошенько перемешать перед использованием. Он показался мне слишком водянистым, словно основное действующее вещество уже окислилось и выпало в осадок.
        Я трижды поднимался на второй этаж, рассматривая возможность атаки из окна второго этажа, осматривая ближайшую округу и выискивая, чем бы зацепить и осторожно вытащить кувшин из угла. В итоге, смастерил странный инструмент, прикрутив ручной серп к жерди, а её к своему копью и этой сложной, составной конструкцией подтянул кувшин к решетке сокровищницы.
        Еще в тусклом свете масляной лампы содержимое простоявшего девять дней в подвале кувшина показалось мне странным. Сверху плавала радужная, масляная пленка. Когда вынес сосуд на дневной свет и пригляделся, понял, что догадка о разделении состава на фракции была полностью верной. Вверху плавала черная, маслянистая пленка непонятных примесей, под ней две трети кувшина составляла отделившаяся от остального состава вода, и лишь на самом дне виднелось что-то похожее цветом на первоначальный состав, который мог быть концентрированно ядовитым. Видимо, в спешке я плохо выпарил избытки воды, а за время нахождения в покое в прохладном помещении, произошло полное разделение других компонентов от воды.
        Следуя своей логике, я слил две трети от наполнения кувшина в другую емкость и небольшой остаток воды снова тщательно перемешал с тягучей, вязкой жидкостью на самом дне. Понятно. Когда я макал наконечник копья в сосуд, яд на него так и не попал, та жидкость, что его окропляла была лишь специфически ароматизированной водой.
        Получив в свои руки вещество, которое уже могло обладать сильными отравляющими свойствами, я опять выбрался на второй этаж и смазав полученным составом кончик одного из ножей, просто сбросил его на спину монстра. Нож встрял в плоть самым кончиком, заставив тварь вздрогнуть и встрепенуться. Зря я считал, что она наглухо застряла в дыре. Стоило ей почувствовать смертельную угрозу, и она резко уперлась ногами в стену и вытянула грудь и длинную шею с головой из отверстия наружу, но только для того, чтобы на моих глазах умереть в страшных судорогах, закатив глаза и извергая горлом фонтаны кровавой пены.
        Яд действовал, почти так же быстро и эффективно, как прошлый, более сложный микс, но я не видел в округе своих врагов. Другой человек бы радовался, а я хотел поскорее закончить с этим делом, а не сидеть неделю за решеткой во всё еще пованивающем тухлятиной подвале, вздрагивая от каждого стука и шороха, опасаясь прикрыть глаза, чтобы не заснуть и не имея возможности спокойно развиваться, занимаясь культивацией.
        Нет, я хотел закончить со всем здесь и сразу, поэтому выбрался на крышу усадьбы и стал криком звать львов к себе. Вскоре мои смелые действия дали ожидаемые результаты. Я разглядел двух львов, видимо, прилегших отдохнуть после плотного обеда в поле и сейчас не спеша возвращающихся к городку с окраины поля, но третьего не было видно нигде, пока не раздался неожиданный удар в стену прямо под моими ногами.
        Я чуть не слетел вниз от резкой тряски. Просмотрел вниз, а там! Монстр каким-то образом прятался вне зоны моего обзора и выдал себя, попытавшись запрыгнуть ко мне на крышу прямо по стене. Конечно, мне стало очень страшно, и я кубарем скатился с крыши на второй этаж, оттуда на первый, громкими шагами привлекая монстра пробежал к входу в подвал и сверкая пятками рванул к решетке, где уже сложил все для отражения атаки. Думал, что лев будет действовать, как и его прошлые соплеменники, но эта тварь обошла дом и нацелилась не на дверь, а на то отверстие, которое значительно расширил, ворвавшийся в моё укрытие Крикун.
        Сегодня всё, буквально, всё шло наперекосяк. Этот лев пошел не через дверь, а стал рваться в образовавшуюся в стене дыру, быстро увеличивая её своими мощными лапами в размерах, а когда я попытался ткнуть его в морду копьем, он просто схватил его зубами за наконечник и вырвал из моих рук, мощным рывком, после чего вытянул наружу. Это был конец. Я оказался безоружен, а уже отчетливо послышались храпы и тяжелые шаги уже спешивших к монстру товарищей. Вот и всё. Доигрался. Ни копья, никакого-либо другого оружия в моем распоряжении не осталось. От безвыходности я решил плеснуть яд прямо в морду твари, способной ворваться ко мне в укрытие уже совсем скоро и, к моему огромному удивлению, это сработало! А потом начался полный треш. Лев резко завизжал, так как едкий состав разъедал его глаза, к нему подбежали другие львы и начали слизывать яд с его морды, пытаясь ему помочь.
        Спасибо, конечно, за массовое самоубийство, но зализывать рану покрытую ядом, как по мне, полнейшая бессмыслица, даже для самых безмозглых монстров. Я видел, как тот хищник, которого я облил, продолжал рычать и кататься, ослепнув, а его товарищи подергавшись с минуту в мучительных судорогах, притихли рядом на земле. Конечно, было удивительно наблюдать, что среди монстров также бывает взаимопомощь. Возможно, это была мать, сестры или самки состоящие с раненным мной зверем в другой степени родства, но этот случай меня сильно удивил. Они кинулись помогать раненному и визжащему самцу, пожертвовав, таким образом, своими собственными жизнями. Удивительно и очень странно.
        Я даже немного зауважал львов-оборотней после этого. Они не бездушные убийцы, просто дикие, хищные создания, пригнанные сюда чьей-то злой волей. Надо будет, как окрепну, найти и перемочить всех этих Демонических Лордов. Звери не виноваты, что их сорвали с ареала обитания и заставили нападать на людей. Виноват не исполнитель, а заказчик злодеяния, а раз этот мир создание пяти Демиургов, то спросить в итоге я должен буду с них.
        Что это за фигня такая, что людей пускают на корм хищникам? Что это за мир и правила такие? Лестница Совершенства? Да, скорее - Лестница Издевательства! Ненавижу всяких дефективных созданий, которые создают подобные миры, всю эту предпосылку к постоянной бойне, и как в аквариуме, отстраненно наблюдают, какая из бойцовских рыбок выживет, а какие погибнут, совершенно не осознавая, не понимая, что чувствуют сами участники такого смертельного и несправедливого состязания.
        Тфу… Каннон, Гелу и прочие, ничем не лучше Гаальцев, Звездной Империи, фантомов и других созданий Примала. А что мне пришлось пережить в Орфе? Это чей мир? Почему везде царит непонятная война, интриги и спрятанная за каждым покрывалом личная драма. Почему мир не может быть добрее и чище? Где мирное созидание, гармония и мудрость? Я устал от постоянно гибнущих вокруг меня созданий, которые бы прекрасно могли жить в одном мире и никогда не встречаться. Хотя… не я создал этот мир, а другого пути, как прийти и надавать по щам всем этим зажравшимся «творцам», кроме как победив в их же идиотском состязании нет.
        Покинув подвал, я сначала направился на крышу. Еще раз внимательно осмотрел окрестности, но не кричал, так как ни копья, ни яда в моем распоряжении сейчас не было. Моё убежище тоже разрыли, обрушив стену, и в него, при желании, любой лев или даже Крикун сможет проникнуть. Рассчитывать на старые уловки для самозащиты уже было сложно. Монстры показали мне, что могут действовать совершенно непредсказуемо.
        Ещё с утра я хотел задержаться здесь подольше, не осознавая всех угроз, что таились у границы. Сегодня мне повезло. Если бы Рамп силой не заставил меня ехать с ним, я мог оказаться на месте погибших людей, пошедших вместо меня к границе. Надо будет сказать за это Рампу спасибо. Пусть, и против моей воли, но в этот раз он действительно меня спас. Надо было окончательно решить, что делать дальше. Ждать помощи в укрытии или бежать самому. Однако я точно знал, что бы предпринял сейчас мой младший брат.
        Будь здесь Ланчер, уже кинулся бы выковыривать из голов монстров их духовные камни, но я не буду. Львов точно трогать не стану, а голову Крикуна можно было бы взять с собой. Однако, лишь для того, чтобы потом отдать её Ланчеру. Пусть научит меня, как правильно извлекать кристаллы. Мне эта наука не будет лишней. Я, конечно, видел со стороны, как он наносит разрезы, как колупается в глазницах ножом, куда давит вспомогательной палочкой через вторую глазницу, но лучше пусть он мне всё на примере покажет и расскажет.
        Я решил не медлить, спустился вниз, осмотрел и подобрал копье, и двинулся к повозкам. Придется ковылять в столицу пешком, так как лошадей перебили львы. Осталось решить, брать с собой духовные камни или опять спрятать где-то здесь до лучших времен? Я решил взять их с собой в том же числе, что достал и показал Рампу. Если отберут, будет не так жалко, но я решил сделать всё, чтобы не отобрали. Как минимум, я не стану заходить в городок, где живут наши враждебные родственнички. Одной повозки на месте не было, той самой, где я рассчитывал забрать ларец с золотыми. Значит, часть людей из клана Кансай всё же избежала бойни.
        Почему-то мне стало на душе приятней. Вроде и не друзья они мне, но видеть их всех разорванными на части я не хотел. Если они все поголовно погибнут, кому я буду потом показывать, что зря они обижали «Ноля»?
        Понимая, что совсем без денег в пути мне может быть туго, я в спешке вернулся немного назад к границе и не спуская глаз с горизонта прошелся и пособирал с тел мастеров-наемников их поясные мешочки. Они оказались довольно увесистыми. Сразу заглядывать внутрь не стал, а уже отдалившись от города на три сотни шагов на север, глянул, что внутри.
        В основном в мешочках наёмников я увидел небольшие серебристые брусочки и совсем скромное количество мелких, золотых монет. Небогато, ларец с несколькими сотнями золотых собранное не компенсирует, но если учесть, что я всё это просто украл, было глупо жаловаться.
        Как и планировал, показавшийся через два с половиной часа на горизонте городок родичей обошел по полю по большой дуге. Ночь нагнала меня в дороге, в таком же пшеничном поле, которые шли от самой границы к центру провинции. Я специально ушел на ночлег подальше от дороги, чтобы меня представители смежных веток клана Кансай не поймали и не попытались отжать уже дважды переходившие из рук в руки духовные камни.
        Ночью мне почему-то совсем не спалось. Лежать на стеблях пшеницы и голой земле оказалось очень неудобно, твёрдо и холодно. Я пожалел, что не взял с собой плед, простыню и подушку. Они не тяжелые, а очень добавили бы комфорта на ночевке. Чтобы скоротать время в мучительном ожидании утра, я потянулся в темноте к мешочкам с камнями. Что запустил руку в тот, где находились третьего уровня, понял, лишь увидев сначала долгую историю жизни одного отважного Крикуна-падальщика, выжившего среди сотен своих менее удачливых собратьев на каких-то бескрайних болотах, где в виде едва вылупившихся детенышей выживать могут только эти странные создания.
        Причем, пока они малы в размерах, они не тонут в трясине, а подрастая, тяжелея, они вынуждены покидать кормившую их всё детство топь и бороться за жизнь с многими другими обитателями джунглей, зачастую оказывающихся намного сильнее их. Крикуны прекрасные бегуны. Только так удается выживать при встрече с большинством хищников. Они всю жизнь проводят в движении, на бегу питаясь, на бегу спариваясь. Самка несет самца на спине, когда это происходит, а свои яйца они также откладывают у края болота. Если повезет, и его не сожрут другие его обитатели, одно из десятка станет новой особью. Новые птенцы пройдут полный борьбы и бесконечных погонь жизненный путь, в котором выживают и становятся такими могучими исполинами очень немногие.
        Я видел, что Крикуны действительно с голодухи не прочь полакомиться падалью, они не чувствуют запахов, а мягкое, тухлое мясо легче рвать и оно тоже утоляет голод. Единственное, что я не понял, откуда же берется этот крик «Помогите, помогите!» С этим вопросом и очнулся уже вечером следующего дня. Спина и зад ломили от позы, в которой я долго сидел, вступив в контакт с духовным камнем. Зверски хотелось писать. Спасибо, что организм не справил нужду в штаны пока я был в бессознанке.
        Ничего не понимая, я встал на ноги и выдал приносящую умиротворение струю прямо по ближайшей пшенице. Светило явно опять клонилось к горизонту. Тени удлинялись. Вечер? Как так? Тогда и вскрылось, что я взял не тот камень. Вообще, я не был уверен, что это вечер именно следующего дня, а времени за культивацией могло пройти сколько угодно.
        Однако, было очевидно, раз я всё еще помнил, кто я, где нахожусь, куда иду, и что было «вчера», то я не сошел с ума, как мне обещал Ланчер и утверждал Рамп, когда я расспрашивал о культивации. Они сознательно мне наврали? Не думаю. Может, сами повторяли за кем-то, но не проверяли. Хотя, если бы не случайность, я бы тоже не рискнул использовать камень третьего уровня, опасаясь последствий. Но кто-то же эту проблему когда-то выявил и озвучил, раз все новички стали избегать высокоуровневых духовных камней. Однако, в этом могла быть и банальная выгода барыг, чтобы продавать новичкам скопившиеся у них малоэффективные камни. Чтобы понять, откуда берется какой-то закон или обязательное для исполнения всеми правило, надо смотреть, кому это может быть выгодно.
        Эх, может, это я такой особенный, что на меня не действует уровневое ограничение, но факт оставался фактом. Я поглотил высокоуровневый духовный камень и остался в своем уме. «Может повторить, для чистоты эксперимента?» - подумал я, глядя на опять неудобное для путешествия время суток. Скоро стемнеет, а тут вроде место более-менее безопасное, ни людей, ни монстров.
        Нет! Надо было узнать, сколько дней прошло. Если уже целая неделя, то мать и Веста с Ланчером будут очень волноваться. Надо было сначала выяснить, сколько это заняло времени и вообще, я очень рисковал, оставаясь беззащитным в чистом поле без сознания долгое время. Повезло, что бандиты не ограбили и опасные монстры не убили. Нет, нет, нельзя так больше рисковать. Следующие эксперименты только в безопасной зоне! Решив для себя, что нужно все же поскорее добраться в столицу, я прошел остаток дня и всю ночь и вышел к красовавшемуся на равнине огромному городу с высокими стенами незадолго до рассвета.
        Часть 12 Столица Южной Флавии
        Сначала я думал, что отсутствие повозок и пеших путников на дороге связано с ранним утром, но приблизившись к окружающим стены столицы домам предместья вплотную, понял, что все они покинуты. Даже скот и мелкую живность, обычно свободно разгуливающую по двору не видать.
        Все мелкие хозяйства, дома и улочки пригорода опустели. Из живых людей лишь пара фигур на стене над городскими воротами. Они тоже повели себя странно. Заметив меня, оживленно забегали, указывая в мою сторону рукой, и криками передали о приближении незнакомца кому-то внутри.
        Наученный горьким опытом грабежа собственной родней, я по-быстрому свернул с главной дороги в переулок и подыскав первое подходящее место, быстро прикопал свои свертки с духовными камнями, чужими кошелями и головой Крикуна в уголке под забором одного небогатого дома.
        Сделал я это очень вовремя. Всполошившиеся дозорные выслали за мной отряд всадников на лошадях. Я как раз отошел от места тайника на сорок шагов, когда меня с криками, требующими стоять на месте, окружили возбужденные мужчины с копьями.
        - Кто ты такой? Отвечай! - приказал один из них.
        Подняв вверх безоружные руки, я представился по имени и клану.
        - Марк Кансай? - переспросил мужчина, - Ты один из приграничных южан?
        - Да.
        - Я капитан городской стражи, ты пойдешь с нами, - тоном не терпящим возражений заявил он и копьем указал направление движения.
        Я вначале даже испугался, что меня могут не разобравшись, убить, как какого-то вражеского шпиона, но услышав моё имя, всадники сопроводили меня к городским воротам и оттуда в компании других воинов, вооруженных мечами и щитами, я попал в высокую каменную башню, возвышающуюся на несколько этажей даже над высокими каменными стенами.

* * *
        - Откуда ты пришел? - спросил, появившийся вскоре в комнате допроса худощавый, пожилой мужчина в серой мантии с богатой узорной вышивкой на рукавах и вокруг шеи.
        Меня удивили его болезненно красные глаза и черные пятна под глазами, словно он не спал уже несколько дней. Но сам он был далеко не из безродных бедняков, на шее красовалась увесистая золотая цепь с треугольным золотым жетоном. Символ на этом жетоне был точно такой же, как на флагах развивавшихся над башнями города. Передо мной предстал высокопоставленный чиновник, министр, советник или даже член правящего рода.
        Я не таился и сказал, что пришел в город прямиком от родового особняка своей семьи, что недалеко от границы, не встретив по пути ни одной живой души.
        - Ты утверждаешь, что тебя зовут Марк Кансай? - подозрительно переспросил мужчина.
        Я ответил утвердительно, и на какое-то время расспросы прекратились, а спустя примерно полчаса допрашивавший меня мужчина вернулся в камеру в компании заспанного и растрепанного Кина Кансая. Старик удивленно и даже испуганно уставился на меня, словно увидел мертвеца.
        - Ты?! Как тебе удалось выжить? - сходу воскликнул он.
        - Старейшина, мне повезло. Я прятался в подвале, а когда вышел на следующий день наружу, этих зверей уже кто-то убил.
        - Убил? Кто? Кто это мог сделать?! Хотя, не важно. Это произошло сразу? Мои внуки, ты знаешь, что с ними стало? Где они, почему не пришли с тобой? - кинувшись ко мне и схватив за грудки, взволнованно кричал старик.
        - Держите себя в руках, глава Кин, - сказал мужчина, присаживаясь на стул за столом, - вы здесь не для того, чтобы расспрашивать этого человека, а лишь для того, чтобы подтвердить, что он тот, кем представляется. А вопросы здесь задаю я.
        Два стражника взяли старика под локти и оттянули от меня на пару метров, продолжая удерживать на месте.
        - Итак, глава Кин, вы подтверждаете, что это один из членов вашего клана, сын бывшего главы, Марк Кансай?
        - Да! - не отрывая от меня пристального взгляда, и все еще порываясь приблизиться и вытрясти из меня ответы на свои вопросы, подтвердил старик.
        - Хорошо. Марк, вы подтверждаете, что у границы, когда вы приехали туда в сопровождении главы Кина появились львы-оборотни и другие монстры?
        - Да, там появилось три льва и один Крикун-падальщик.
        - Всего один?
        - Такое количество монстров я увидел до того, как спрятался в подвале моего родового особняка.
        - Этот особняк принадлежит теперь моему роду, - возразил старик.
        - Его построил наш предок, а как он неожиданно достался вам, ещё надо выяснить! - не став отмалчиваться, возразил я.
        - Ах ты, щенок! Как ты смеешь открывать на меня рот!
        - Смею, как только ты с бандой наёмников ограбил меня и моего отца на дороге, отобрав у нас все семейные ценности! Что, будешь сейчас врать, что этого не было и ты не напал на нашу повозку, преградив путь отрядом вооруженных людей?
        Глаза старика испуганно забегали. Он побледнел и начал прятать взгляд от мужчины за столом.
        - Это правда? - не давая старику оправиться и придумать оправдание, спросил мужчина в мантии.
        - Нет, что вы, господин Максил! Я лишь остановил со своими людьми вора. Рамп отдал мне по договору свои земли и особняк с сокровищницей Великих предков, а сам вытащил из неё всё ценное и пытался увезти, пока мы не прибыли в наши новые владения.
        - Ларец с золотом моего отца, духовные камни, что вы отобрали у него, меня и моего младшего брата, избив его при этом, никогда не были частью сокровищницы! - не смог сдержаться я, хотя для налаживания отношений со смежной веткой можно было и промолчать.
        Кину и так уже неслабо досталось, его сыновей и некоторую другую родню заметно проредили. Если честно, я даже уже не держал за случившееся ограбление зла. «Своё я вернул, а больше мы и не пересечёмся», - думал я в этот момент, еще не догадываясь, что Южная Флавия - большая деревня, где не пересечься просто невозможно.
        - У вас есть, чем ответить на обвинения? - спросил мужчина за столом.
        - Нет, - почему-то быстро сдался старик, - я перегнул палку и забрал у Рампа больше, чем он обязан был мне отдать, но… Но он сам меня вынудил! Он угрожал мне и моей семье, что натравит на нас своего убийцу, мастера Гора! Мне даже пришлось нанять дорогостоящих боевых мастеров, чтобы защититься от этой угрозы. Некоторые из них могли погибнуть, когда мы хотели задержать этого опасного преступника, и я взял это золото и камни, чтобы выплатить с них компенсацию семьям погибших.
        «Всё-таки как-то выкрутился», - подумал я. Приплел свой грабеж к компенсациям. Нет, такую наглую ложь я терпеть не собирался.
        - Камни принадлежали мне и Ланчеру. Мы собрали их с тел монстров, что нашли у границы после вторжения. Рамп и ваша семья ни монеты не потратили на их приобретение!
        Старик надулся и смотрел на меня очень недобрым взглядом. Возникшую паузу заполнил выслушивавший нас мужчина. И первым он обратился к старику.
        - Если вы признаете, что взяли лишнее, то я строго приказываю вам вернуть всё до последней монеты, и лишь тогда я закрою глаза на ваш проступок. Это ваши внутренние, семейные дела, но я не позволю грубо нарушать законы страны, пользуясь своим положением. Если избиение подростков для вас в порядке вещей, я так не считаю.
        - Да его всего-то разок пнули ногой, а он сразу расплакался, как маленький, - буркнул под нос старик, но по реакции советника, я увидел, что он не разделяет мнение старейшины Кина.
        Загнанному в угол старейшине пришлось подтвердить, что он восстановит справедливость.
        - Ладно, я устроил вашу очную ставку для того, чтобы узнать совсем другое, - закончив с мало интересующей его темой, продолжил советник, - я хочу всё знать о новом вторжении.
        Еще примерно сорок минут он расспрашивал меня, и благодаря тому, что я смог из наводящих вопросов понять, что им уже наплел старик, наши версии совпали. Я заявил о трех львах и крикуне, старик это подтвердил, но в его истории откуда-то возникли еще три крикуна, погнавшиеся за его повозкой почти до самой столицы.
        Так как я изначально старался держаться версии: «Ничего не видел, ничего не знаю», совместить эти два варианта удалось безболезненно, но моя версия дополняла уже известную информацию тем, что я указал, что нашел трупы трех львов и одного крикуна неподалеку от особняка, почему и решил, что бежать в столицу уже безопасно. Так как я не видел, кто поразил монстров, измученный бессонными ночами советник сдался и отправился с докладом к правителю.
        Старейшину Кина отпустили сразу, напомнив, чтобы немедленно вернул Рампу всё, что отнял, а меня продержали еще пару часов, пытаясь установить точное время и дату, место, что и где я увидел. Я же смог с их помощью установить, что провел в медитативной культивации меньше суток. Тот вечер и вправду был вечером следующего дня, а это значило, что до возвращения в академию у меня было еще две недели на подготовку! Теперь мне очень хотелось узнать, был ли с этой культивации толк и повысил ли я свою духовную силу в соответствии с предполагаемыми качествами духовных камней третьего уровня.
        Всё же рассказанное мною страже было записано в специальный свиток, касающийся текущего вторжения. Писаря и капитана гвардии интересовало точное количество монстров, что я видел у особняка и границы. Я представлял информацию так, словно ни разу близко к границе не подходил. Своё прошлое заявление, что камни были получены из монстров у границы, перефразировал так, чтобы звучало, словно они были найдены у границы города, а ближе к границе барьера я ни ногой!
        Мурыжили меня долго, а когда выпустили, я растерялся. Город очень большой, а в это время был ещё и плотно забит набежавшими за стены жителями пригорода и беженцами из южной и других провинций. Все боялись повторения вторжения первой волны, и теперь мне стало ясно, почему снаружи городских стен столицы было так безлюдно. Все эти люди находились сейчас внутри. Кому не хватило места у родственников и в гостиницах, спали на улицах в повозках или прямо на вымощенных деревянными досками площадях. Люди мучились из-за того, что приходилось ютиться на тесных улочках и также мучились горожане, ведь гости отправляли свои естественные потребности прямо под заборы и в сточную канализацию у стены.
        Вонь в этих местах стояла жуткая. А дежурившим на стенах дозорным и страже приходилось всем этим дышать, хотя, уверен, чтобы далеко не бегать, они и сами нередко мочились или даже делали кое-что другое прямо со стен.
        Мне пришлось обратиться за помощью к городской страже, чтобы выяснить, где теперь находится новая резиденция бывшей главной ветки семьи Кансай. Выяснить это удалось не сразу. Мне дали наметку, куда надо отправиться, чтобы найти Кина Кансая и уже с ним и его помощником и парой охранников я направился к дому, что для Лии, внучки своей прошлой возлюбленной и её детей купил в городе второй старейшина. Я увидел, на что Рамп обменял огромные земли и усадьбу у границ.
        Да уж, сделка явно была совершенно несправедливой. Доставшийся нам домик был хоть и двухэтажным, но примерно на треть меньше по площади прошлого особняка и совершенно точно не каменный. Дерево, обмазанное растрескавшейся глиной, имело очень обшарпанный и жалкий вид. И вся улочка в этом районе была из таких же неказистых халуп. Не самый богатый район города.
        Второй старейшина громко позвал Рампа, не желая входить в открытую калитку, внутрь небольшого, расположенного справа от дома внутреннего дворика. Вместо отца семейства на пороге дома появилась Лия Кансай. Она выглядела осунувшейся и печальной, но заметив меня рядом с Кином, мгновенно расцвела и кинулась ко мне с объятьями и слезами счастья.
        Старик почувствовал себя неловко, увидев бурные проявления радости при возвращении взятого им в заложники наследника.
        - Марк! Марк! Я думала, что уже никогда не увижу тебя! - рыдала женщина.
        Молчавший всю дорогу старик Кин, извлек из мешка в руках своего спутника ларец с золотом. Когда я разжал объятия, он вручил его мне в руки и хмуро сказал:
        - Сотню монет из ларца верну в следующем месяце, а где делось остальное, я не знаю. Если вывалилось по дороге и ещё найдётся, верну позже, - после чего развернулся и быстрым шагом ушел прочь.
        Из моего рассказа при советнике он уже понял, что я не видел, спаслись ли его потомки или нет, но мои сведения о том, что монстры были перебиты, внушали ему небольшую, еле теплящуюся надежду, что его внуки также выжили, и совсем скоро появятся в столице.
        Приобняв одной рукой за плечо мать, я зажал под мышкой тяжелый ларец и поспешил в дом. У меня был серьезный разговор к Рампу, и Ланчеру надо было кое-что рассказать, пока за ним, вдруг, не пожаловали посланцы из городской стражи. Надо было ему втолковать, что говорить, хотя я был уверен, что под нажимом он все равно не справится. А больше всего я хотел увидеться с шумной, младшей сестрой Вестой. По ней и по Лие, я уже по-настоящему соскучился.
        Часть 13 Дом, не милый дом
        Почему-то я был уверен, что застану всю семью Кансай в сборе, но в новом, тесном жилище сейчас находилась лишь мать. При открытии двери в нос ударил дым и едкий запах гари, словно здесь только что пользовались пропитанным в масле факелом. Причем, сожгли их сразу десяток, а потом залили водой, но не полностью, оставив тлеть и дымить.
        Выходило, что мне не показалось, от одежды и волос Лии несло таким же горьким дымом. Она что, залила очаг камина водой в закрытом помещении или в доме случился небольшой локальный пожар? Пришлось некоторое время постоять на входе, ожидая, пока клубы серого дыма, заполнившие помещение, выветрятся наружу.
        В это время я расспросил, где же все остальные. Рамп с Ланчером ещё с раннего утра покинули дом в поисках заработка, а Веста с самого прибытия в столицу гостит в богатом доме торгового клана, в котором второй супругой молодого главы являлась младшая сестра Лии, Ланита.
        - Пока город в осадном режиме и тут множество всяких подозрительных проходимцев, я решила не забирать Весту. Пусть твоя сестра поживет у тёти. Там намного безопасней и у неё будет своя чистая, отдельная комната. Молодой девушке не пристало жить в таком месте, да ещё и в одном помещении с мужчинами, даже если это её отец и братья, - объяснила женщина, почему-то смотря куда-то в сторону.
        Выждав, когда хоть немного прояснится, я заглянул в помещение. Там оказалось очень темно. Свет шел только от приоткрытой щели двери, но сейчас внутренний дворик находился в тени и внутри царили потемки. Комнате явно не хватало полноценного окна. Внутри стоял одновременно неприятный запах сырости и выедающей ноздри гари.
        Снаружи двухэтажный дом выглядел не очень, но внутри творился форменный кошмар. В этом здании явно давно никто не жил. Прошлые хозяева хранили здесь какую-то старую, поломанную мебель. Возможно, когда-то тут располагалась мебельная мастерская, поэтому везде на полу, особенно по углам и вдоль левой стены сохранились целые горки древесной стружки, прекрасного рассадника для грызунов, насекомых и плесени.
        Среди них виднелись трухлявые обрезки дефектных и поломанных элементов мебели, ножек и спинок стульев, которые также никто не удосужился убрать. Или для новых владельцев помещение освободили совсем недавно или эти самые новые владельцы и палец о палец не стукнули, чтобы снять свисающую с потолка и по углам старую, пыльную паутину, смести стружку и вымыть полы и все другие поверхности.
        Боже, какая внутри царила грязь и беспорядок! Я шагнул внутрь, но запах гари оставался настолько сильным, что мне пришлось тут же выскочить наружу. В помещении явно не хватало нормальной вентиляции.
        Я сначала удивился, почему у двери клубился серый дым, но теперь было очевидно, что помещение было задымлено бестолковыми обитателями. Или… или кто-то намеренно пытался убить себя, отравившись дымом! Я глянул на Лию, а она все так же продолжала молча стоять, опустив голову и смотреть в сторону. Неужели… неужели я помешал ей совершить самоубийство. Эта догадка током прошила мою спину. Теперь ей было стыдно или она придумывала сейчас для себя какую-нибудь отговорку.
        Перед тем, как зайти внутрь, пришлось посидеть во дворе еще полчаса. Мои подозрения, что я стал свидетелем незаконченного самоубийства, только крепли. После этого Лия провела меня внутрь своего жилища, брезгливо переступая через раскиданный на полу мусор, приподняв руками подол своего длинного платья, впрочем, уже такого же грязного внизу, как и сам пыльный пол.
        Ой, ё! Это же не жилище, а какой-то заплесневевший хлев для скота. Состояние у помещения было нежилое. Старейшина Кин явно не так уж много за него отдал. Вот скотина! Позаботился о родне, называется. Всё выглядело очень печально, но в первую очередь потому, что новые хозяева сами не приложили никаких усилий, чтобы привести его в порядок.
        Я сначала не понял, о чем говорит Лия, заявляя, что Весте тут не место. Что еще за "спать в одной комнате с мужчинами", а потом осмотрелся и до меня дошло. От входной двери открывался доступ лишь к одной комнате. Лестницы на второй этаж нигде не наблюдалось. Я почему-то решил, что весь дом принадлежит нам, а оказывается, нет!
        Второй этаж занимал совсем другой владелец, и лестница, попавшаяся мне на глаза во внутреннем дворе, вела не на чердак, а к отдельному жилищу на втором этаже. Здесь же всем приходилось спать рядом, в одном помещении. Из мебели были лишь появившиеся здесь явно недавно обеденный стол, пара стульев, а у правой стены стояло несколько грубо сбитых, но также новых, узких, одноместных кроватей. У дальней стены располагалась импровизированная кухня с очагом для обогрева помещения, который кто-то безуспешно пытался использовать для готовки пищи.
        Это и вправду была жалкая «лачуга», как выразился старейшина Кин, особенно в сравнении с прошлым просторным особняком. Лия выглядела растерянной и несчастной, но точно уловила мои мысли и эмоции по разочарованному выражению лица.
        - Марк, дорогой, не волнуйся, если отцу удастся устроиться на склад в гильдию охотников, писарем или сборщиком налогов у правителя Валхаима, наши дела опять пойдут в гору. Сейчас нам приходится тяжело, но не нужно отчаиваться. Да, с деньгами у нас сейчас очень туго, но главное, что ты жив, мы опять все вместе. Вижу, ты уже совсем окреп, ходишь не хромая.
        А ведь и вправду, после той суточной культивации я и сам не обратил внимания, что моё колено больше меня не беспокоит. Я перестал испытывать в нём стреляющую, острую, спонтанную боль и напрочь забыв о нём, легко всю ночь двигался в столицу. Скорее всего я уже прошел первую или сразу несколько ступеней закалки и поэтому колено пришло в норму. Удивительно, что Лия заметила, а я нет. Хотя, у меня голова была занята другим. Я боялся попасться на глаза хищникам и бандитам и все время был настороже. Моё внимание сфокусировалось на окружающем мире.
        Женщина опять натянула на себя маску беззаботности и принялась щебетать, чтобы заполнить возникшую паузу.
        - Ты даже не представляешь, как я волновалась, когда мы с Вестой приехали в столицу, а глашатай Фёрста объявил осадный режим. Я места себе не находила. Отец в тюрьме, я и мастер Гор тут, а ты с братом один у границы в самый разгар демонического вторжения. Даже эти проходимцы, ученики мастера Гора вас бросили, забрав последний транспорт. Я была так зла на них, днем и ночью молила богов, чтобы они отвели от вас эту смертельную угрозу и они услышали меня. Ты и Ланчер живы. Слава всем богам! Это такое счастье.
        - Боги тут ни при чем, - небрежно ответил я, - Лия, ты хотела покончить с собой?
        Женщина испуганно глянула на меня, после чего потупила взгляд в пол и вместо ответа опять принялась меня утешать, хотя слова утешения нужны были ей самой.
        - Марк, ты, главное, не волнуйся. Глава Рамп… Вернее, твой отец что-нибудь придумает. Он очень умный и всегда находит выход. Ты обязательно продолжишь учиться в Академии. Если не в этом году, так в следующем. Я знаю, что ты влюблен в одну очень милую девушку, и она также ответила тебе взаимностью. Об этом многие в городе говорят. Ками из клана Лот - отличная пара для тебя, но ты же и сам понимаешь, пока наша семья в упадке, нам будет сложно завоевать расположение их клана, но со временем всё наладится, вот увидишь! Даже моя капризная и не очень привлекательная младшая сестра нашла своё счастье. На вот, лучше поешь. Это приготовили для нас в доме моей сестры. Ланита очень заботится о нас. Я ей так благодарна. Ты же голоден?
        Сказав эту фразу, женщина встала со стула, на котором, как истукан сидела посреди мусора и, так же брезгливо поддерживая платье, прошла к очагу, где взяла одной рукой накрытую тарелкой миску. Здесь у Лии возникла дилемма. Или принести мне миску и ещё вымазать платье или переложить доставку мисок на меня. Она выбрала второе.
        - Марк, дорогой, иди сам возьми здесь всё, что нужно.
        Расписавшись в своей полной беспомощности, женщина поставила на место миску и опять двумя руками подтянув платье, вернулась и села на стул. Божечки, теперь понятно, почему в помещении свинарник. И как я раньше не замечал, что эта женщина такая белоручка. Она даже не пытается измениться в тяжелых условиях. Отказывается что-либо делать своими руками. Ходит и воротит носом от грязи, а самой убрать слабо? Даже еду для неё готовят в другом доме слуги сестры. Это финиш.
        Я прошелся в конец комнаты, взял пару накрытых сверху тканью простых, коричневых мисок из обожженной глины и поставил их на небольшой, шатающийся на неровном полу стол. Приставил к нему стул и открыл ткань, скрывающую пищу. Я особо ничего не ждал, но почти трое суток без еды сделали обычную пшеничную кашу с маслом без соли и специй, пару кусочков мяса и уже черствый, но выпеченный по хорошей рецептуре из качественной муки, душистый хлеб, очень вкусными.
        Не успел я доесть, как в закрытую мной калитку двора опять громко постучали, требуя Рампа. Лия побежала открывать. Её звал слуга из дома тёти Ланиты. Возникла странная, тихая пауза. Из живого интереса я последовал за матерью и увидел очень странную сцену. Во дворе, опустив голову, красная, как помидор, стоит моя младшая сестричка в порванной одежде, а над ней нависала какая-то некрасивая женщина с неприятными чертами лица, злыми глазами и презрительной гримасой.
        - Сестра, я больше не намерена терпеть в своем доме эту лгунью! - громко заявила уродина, но потом резко перешла на шёпот, - Она нажаловалась отцу моего супруга, бывшему главе клана Рокун, что мой сын её несколько раз домогался и не просто домогался, а попытался связать и изнасиловать. Она подло оклеветала его, и отказывается забирать свои слова обратно. Я не намерена больше терпеть в доме эту наглую лгунью и помогать тебе я тоже не хочу, пока она на коленях не выпросит у моего сына прощение.
        Высказав свои претензии, женщина грубо толкнула Весту в спину и презрительно хмыкнула носом, когда та сорвалась с места и, спрятавшись за спину матери, начала в открытую жаловаться, что она говорит правду, а ей никто не верит.
        - Заткнись, мерзкая лгунья! - оскалившись, сорвалась на крик Ланита, - если еще раз посмеешь задеть честь моего сына, я не посмотрю, что ты моя племянница и заставлю выпороть тебя плетьми!
        Веста разрыдалась от этих слов. Она была так напугана и расстроена, что даже не заметила моего присутствия у двери дома.
        - Мама, мама… - позвала девушка на защиту единственного человека, на которого она могла положиться.
        - Помолчи, Веста, - шикнула на неё Лия, - иди в дом, я серьезно с тобой поговорю. Ты будешь наказана, раз не знаешь, как должна себя вести.
        Я был в шоке, просто в шоке. Веста пробежала мимо меня внутрь, рыдая упала на одну из кроватей, даже не глянув на меня. Честно говоря, я прекрасно понимал её чувства.
        - Прости, сестра, Веста еще совсем ребенок. Она постоянно что-то выдумывает. Я накажу её за ложные обвинения, - покорно склонив голову, пообещала Лия.
        - Вот именно! Накажи её и построже, а не то за её наказание возьмутся другие, - пригрозила женщина и с выражением победителя направилась к выходу со двора.
        «Да что такое с этими людьми! Что Рамп, что Лия - ужасные лгуны и лицемеры», - подумал я. Меня разобрала досада. Вместо того, чтобы защитить дочь, разобраться, почему та выдвинула обвинение в домогательстве, Лия сразу стала на сторону сестры и её сына-преступника, чтобы поскорее замять конфликт. Веста пострадала, так еще и крайней осталась. Для неё это вдвойне обидно. Очень обидно, когда ты прав, а родные люди, на которых ты надеялся, занимают сторону обидчиков! Кошмар.
        - А может, лучше ты своего ублюдка-насильника накажешь, а не в Весту будешь своими корявыми пальцами тыкать? Хотя нет, лучше я сам схожу к страже и к правителю Валхаиму и расскажу им, как жертву заставляют на коленях извиняться перед развратным преступником. Хотите увидеть отряд гвардейцев в своем доме? - громко воскликнул я.
        - Марк, не смей! - прикрыв от испуга рот, прикрикнула на меня Лия.
        - Если боишься эту мерзкую тварь или её мужа, так и признайся, а не выставляй Весту лгуньей, - кинул я в сторону глубоко разочаровавшей меня женщины.
        Да, Лия и Рамп одинаковые. Два сапога - пара, даже удивительно, как Веста и Ланчер выросли в такой семье порядочными людьми. Видимо, их психика пока не искалечена несоответствием слов и действий родителей. Я просто не мог смотреть на этот позор и решил защитить Весту хотя бы словами. А может, и действительно стоит сходить к страже, хотя несильно верил в их справедливое решение. С советником Максилом было явное исключение из правил. Может, попытаться встретиться с ним? Он, вроде, достаточно честный человек, и сможет встать не на сторону богатых, а на сторону справедливости.
        Лия вжала голову в плечи и стала бледной, как мел, зато её сестра Ланита, резко развернулась на месте, распетушилась и стала плеваться ядом.
        - Да как ты смеешь открывать рот на старших, недоносок! Да, кто ты такой, чтобы угрожать клану Рокун? Хочешь получить сотню ударов плетью?! Вы нам должны по гроб жизни, а ты смеешь тявкать! Я заставлю и тебя умолять о прощении на коленях!
        - Прикрой рот, уродина. На всю улицу дерьмом воняет, - желая побольнее задеть пышущую злобой женщину, ответил я.
        - Ты! Ты пожалеешь, ты очень пожалеешь, что оскорбил меня, - срываясь на крик, пообещала ещё одна милейшая родственница, тётя Ланита, и в окружении слуг выскочила на улицу. Её так тресло от гнева, что она не с первого раза забралась в свою карету.
        - Ты мне за всё заплатишь! Неблагодарная тварь! - продолжила возмущаться женщина, выкрикивая проклятия и угрозы в окошко.
        - Чтобы я больше не видела твоих ублюдков на пороге моего дома и не думай, что мы простим ваш долг! - под конец показав свое истинное отношение к сестре, добавила тётя Ланита.
        - Что ты наделал? - прикрыв лицо ладонями, прошептала Лия, - мы должны торговому клану Рокун шесть тысяч золотых. Даже когда у нас были земли, нужно было три года, три хороших урожая, чтобы расплатиться с ними, а сейчас они могут легко посадить нас в тюрьму, кинуть в долговую яму, сделать своими рабами. Всех нас! Даже тебя, Ланчера и Весту. Могут сделать всё, что им вздумается. Что ты наделал, Марк!
        - Ничего страшного, расплатимся, - ответил я.
        - Как? Ты хоть один золотой за всю свою жизнь заработал? Марк, ты не знаешь цену деньгам. Ты всё получал в жизни даром. Захотел наследие предков, отец и прадед тебе его передали. Ты захотел в Академию Духовного Совершенства, клан Кансай потратил тысячу золотых, чтобы оплатить твое годовое обучение. Из них твой отец должен был заплатить половину, а ты не думал, откуда взялись у него эти деньги, если мы после трех неурожайных годов давно живем в долг? Кто их дал?
        - И кто же?
        - Это была моя сестра, а она попросила их у супруга, главы клана Рокун. Средний урожай с наших полей до выплаты налогов давал три тысячи золотых в год. Рамп уже был должен за три года неурожая всем соседям, Князю Роланду, клану Рокун и я заняла для тебя через Ланиту ещё пятьсот монет, чтобы оплатить твоё обучение в академии. Ты хотя бы раз сказал ей спасибо? Я думала, ты это высоко ценишь, а после того, что с тобой случилось за барьером, повзрослеешь, поумнеешь, но ты такой же избалованный ребенок, каким был всегда. Я сама виновата, что вечно слишком опекала тебя. Теперь я скажу честно. Денег на академию в этом году нет, и скорее всего, уже не появится никогда! Ланчера я ещё надеялась отправить в следующем году, если бы сестра помогла, но ты оскорбил её, вывел её из себя, а она единственная, кто ещё был готов нам помогать в нашем тяжелом положении. Она также могла упросить супруга дать нам еще пару лет отсрочки по прошлому долгу. Но теперь точно не станет этого делать. Наоборот, она заставит нас горько пожалеть о том, что мы не выказали ей должного уважения и благодарности. После сбора урожая, а
это через полтора месяца Рамп должен будет отдать Рокуну шесть с половиной тысяч золотом. А ещё есть и другие кредиторы, с которыми нам нужно было расплатиться в первую очередь.
        - Что? Вы набрались долгов и при этом продолжали жить на широкую ногу? Держали в особняке множество слуг и прочее. Тогда все понятно. Давать деньги в долг любой может, если знает, что можно что-то ценное отжать взамен. Твоя сестра не помогала, а лишь с наслаждением помыкала тобой и Вестой, постоянно угрожая долгом. Если бы она действительно хотела помочь, дала бы деньги в дар или до момента, когда у вас появится прибыль без сроков и прочих условий. Хватит выгораживать эту тварь, а насчет долгов вы сами виноваты, не умеете зарабатывать, не берите чужих денег. Еще и детей своих заложниками сделали. Да ты хуже тёти. Меня уже тошнит от этой лживой заботы. Прикидываешься обеспокоенной, а сама продала дочь сестре и пыталась покончить с собой! Ты сама хоть золотой за всю свою жизнь заработала или только тратила? Что ты за всю свою жизнь сделала, кроме как раздвигала ноги под Рампом? Иди, убери в своем новом доме и начинай учиться готовить сама, белоручка недоделанная. И перестань трястись перед Рокуном. Мы расплатимся с ними, и больше никто не будет нами помыкать. И перед Вестой извинись. Она здесь
единственная жертва, а не вы с Рампом. Ненавижу вас, конченные твари.
        - Прекрати, Марк, ты меня пугаешь! - побледнев так же, как перед своей сестрой, испуганно взвизгнула трусливая женщина.
        - Это ты прекрати жертву из себя корчить. Пошла, лживая тварь, искренне извинилась перед Вестой, взяла веник и тряпку, подмела и вытерла весь пол, убрала паутину. А еще лучше сделайте это вместе или дочь вырастит такой же безрукой калекой, как ты. А если ещё раз попробуешь себя убить, или еще Весту на это будешь подбивать, я сам тебя избавлю от страданий, так изобью, что никакие лекари не спасут.
        - Марк! - присев на трясущихся ногах на землю, завопила женщина, пытаясь заплакать, но осознавая, насколько сильно я её сейчас ненавижу, сомневалась, стоит ли использовать эту манипуляцию или лучше просто подчиниться.
        Решив все же поддаться моему напору, женщина, как побитая собака, поползла в дом.
        - Стой, - одернул я её, прошел в дом и, забрав ларец с золотом со стола, спросил:
        - Кому мы должны и сколько?
        - Рамп лучше знает, подожди, пока он вернется, и он тебе всё расскажет, - попыталась съехать женщина.
        Ох, как же она меня бесила. Инфантильность, безответственность, брезгливость к труду, лень, трусость, лживость, лицемерие, какая-то мерзкая гадливость - всё это ещё в большей мере слилось в Лие Кансай, чем в её слабом и лживом муже. И еще большой вопрос, кто на кого влиял в этой семье, кто придумал план с обвинением второго старейшины и загнал семью в долговую яму. Кто этому больше поспособствовал, трусливый и мягкотелый Рамп или его еще более порочная и избалованная супруга.
        - Марк, за что ты так со мной? - всё же решив использовать последнее средство женщин, и залившись слезами, промямлила Лия.
        - Мы столько лет едва сводили концы с концами, но о тебе заботились, как о нашем сокровище.
        - Прекрати ныть и говори цифры или я тебя сейчас ударю, - сквозь зубы процедил я злым тоном, стиснув перед лицом манипуляторши кулак.
        Театральное представление тут же закончилось. Слезы отключились, как по взмаху волшебной палочки.
        - Рамп должен клану Рокун шесть тысяч малых золотых. Лично Ланите я должна пятьсот. Второму старейшине Кину ещё три тысячи. Хотя, нет! По договору передачи земли этот долг уже погашен. Шестьсот золотых мы должны главе клана Эшламов, семьсот, нет, уже тысячу клану Годаров. Эти, последние долги самые тяжелые, они уже просрочены. Сюда уже много раз приходили их люди и требовали заплатить, поэтому Рамп и прячется.
        - Так Рамп прячется? Ты же сказала, что он ищет работу.
        - Это Ланчер искал работу, а Рамп - у кого можно занять в долг под низкие проценты, но нас тут никто не знает, а ещё клан Рокун уже раструбил, что мы должны им шесть тысяч и никто Рампу денег из крупных торговых кланов после этого одолжить не захотел, даже под высокие проценты. Твой отец, как глава клана брал деньги у Рокунов, Эшламов и Годаров под залог земли. Обещал вернуть с урожая, но в этом году мы лишились своих владений, чтобы спасти твою и Ланчера жизнь. Небольшой домик в столице, это ведь лучше, чем огромные земли у опасной границы.
        - Опять наглая ложь! Нас вы спасали. Свою шкуру вы, твари лживые, спасали. Меня Рамп не задумываясь в заложниках старейшине Кину оставил. Спасатели, блин! Рамп набрался долгов, а затем втихую передал земли второму старейшине, но долг передать у вас вместе с залоговой землей не получилось. Уверен, это потому, что Кин Кансай послал кредиторов куда подальше. Глава клана Рокун наверняка был в бешенстве, думая, что раз Рамп глава клана, то он получит за долги его землю, а не вышло. Клан Кансай отрезал гниющую часть тела, чтобы выжить самим и не потерять свои земли.
        - Да, другие заёмщики, узнав, что у нас уже ничего нет, кроме этой коморки также пришли в ярость. Она ничего не стоит, по сравнению с нашими долгами. Рампа могут опять бросить в тюрьму, вот он и прячется. Если он не расплатится по долгам Эшламов и Годаров, это точно скоро произойдет. На работе его быстро схватят, поэтому…
        - Ага, поэтому лучше даже не пытаться заработать. Спрятаться, сбежать, украсть, занять - это ваш с Рампом способ выживания. А ты, наверное, просто платье боишься испачкать, поэтому в доме не прибралась?
        - Да, - без стеснения ответила женщина, - уважающая себя хозяйка дома не станет выполнять работу слуг.
        - Понятно. А ну быстро пошла работать! - прикрикнул я, подтолкнул в спину привыкшую жить за чужой счет женщину к входу в её новое жилище.
        - Как ты смеешь так разговаривать с матерью! - послышалось от калитки.
        Во двор вбежал замотанный в какие-то лохмотья сгорбленный старец, но тут же распрямился и перестал кривить рот.
        - А ну быстро отдай мне ларец, - уже легко узнаваемым голосом приказал Рамп.
        О! А вот и второй урод появился. Увидел знакомый ларец в моих руках и вышел из маскировки. А маскировка у Рампа была, надо сказать, отличная. Я бы его на улице точно не узнал. Намотал на себя в три слоя чьи-то дырявые обноски вместо своей обычно дорогой, красивой и опрятной одежды.
        Не знаю, что на меня нашло, но я с размаху кинул тяжелый ларец прямо в рожу этому мерзкому человеку. Он от неожиданности опешил и получив удар в нос, опрокинулся на спину. А потом я прошелся по нему ногами. Бил не глядя, куда попаду, но больше по голове. Ларец от столкновения с лицом мужчины раскрылся, и несколько тысяч золотых монет разлетелось со звоном по двору.
        Лия с ужасом замерла у двери, не кинувшись собирать монеты, но и не пыталась остановить сына, избивающего ногами отца. Я вложил в эту вспышку гнева всю ту ярость, что у меня накопилась от знакомства с новым миром и разочарования в родителях Марка. Я остановился лишь потому, что стонавший от моих тяжелых ударов мужчина замер и больше не шевелился.
        - Собери золото назад в ларец,- приказал я женщине у двери.
        - Я? - искренне удивилась Лия Кансай
        - Быстро! - приказал я и стиснув кулаки двинулся к ней.
        Вздрогнув, женщина подчинилась, присела на колени на каменную дорожку и стала старательно складывать монетки в ларец. Когда через час появились люди от Годаров, мы вернули им тысячу монет долга. От Эшламов разъяренные кредиторы пришли ближе к вечеру, а получив свои шестьсот монет, даже не стали насмехаться над распухшим лицом Рампа. Просто ушли посмеиваясь, но без колкостей.
        Я украсил его так же, как Марка ранее красногривые обезьяны. Конечно, до сломанных рук, ног и грудной клетки не дошло. Так, по мелочи, нос и пару-тройку передних зубов выбил, но теперь лицо Рампа нельзя было узнать даже без маскировки. После того, как мы выяснили с ним отношения, произошли важные изменения в субординации. Да! У нас в семье резко сменился глава. Кто платит, тот и заказывает музыку. Я вернул в семью ларец с золотом, расплатился по самым проблемным долгам и обещал в ближайший месяц решить и все другие финансовые проблемы, которые спасут всех от рабства. А раз так, теперь я решал, кто и что будет делать.
        В этот же день, после трехчасовой уборки на карачках в своем красивом платье, в которой кроме Лии принимали участие ещё избитый Рамп и притихшая Веста, мы посетили с Лией территорию особняка клана Рокун, чтобы вернуть Ланите Рокун её пятьсот золотых. Одну я Лию не отпустил, так как совершенно не верил в её честность. Сняв и этот неприятный личный долг, мы остались должны только самому торговому клану Рокун, но я пообещал его главе расплатиться в течении месяца, отдав оставшиеся четыреста девяносто монет из ларца в качестве аванса, оставив при себе лишь десять на продукты питания и всякие непредвиденные расходы.
        Поздним вечером вернулся очень уставший после длинного рабочего дня Ланчер. Он был очень рад моему возвращению. Опять расплакался, но и я порадовал его вкусным ужином, который под моим внимательным присмотром, прямо во дворе, чтобы не задымлять помещение перед сном, приготовил вместе с Лией и Вестой.
        Пришлось учить двух никогда ничего не делавших своими руками женщин готовить мясо на огне, правильно проверять и определять его готовность. Свежий хлеб и вареные овощи на гарнир порадовали всех. Ланчер показал мне свои новые кровавые мозоли на ладошках. На его изнеженных руках они уже один раз возникали, когда он выколупывал духовные камни, но всего один день интенсивной работы помощником пекаря, когда он таскал весь день тяжелые мешки с мукой, ведра с водой и готовую выпечку по городу на тачке, оставил на ладонях гораздо более впечатляющие следы.
        Хотя острой нужды в двух брусочках серебра, что он заработал за день тяжелого труда у семьи уже не было, я не стал его снимать с работы и на следующий день. С раннего утра Ланчер отправился в пекарню опять. Важным был не сам заработок, а та сила, что обретёт его тело от суровой физической нагрузки. Зачем таскать на себе корзину с камнями, заплатив за это деньги учителю в Академии, когда можно совместить это с чем-то полезным. Здесь же Ланчер узнает цену деньгам, укрепит свое тело, узнает, как много приходится потрудиться, чтобы появился хлеб на его столе, да еще и получит за это ценные знания и честную плату.
        За ним на поиски работы я выпер и прикидывавшегося тяжело травмированным Рампа, Лию и даже Весту. Всем, бл*ть прописал срочные курсы трудотерапии. Пусть плачут от восторга от одной возможности после тяжелого трудового дня спокойно прилечь и отдохнуть на кровати в своём доме. Тяжелый труд многие моменты в жизни заставляет переоценить. Когда напашутся до седьмого пота, вопрос тесноты жилища их уже будет мало волновать.
        Пусть вместе заработают себе на еду, скинутся деньгами и приготовят на это вкусный ужин. Я научу этих изнеженных Кансаев простым радостям жизни. Когда десять золотых монет, на которые мы питаемся и живём сейчас, иссякнут, они должны уже сами быть способны о себе позаботиться не нагребая неподъемных долгов.
        Часть 14 Подготовка к рывку
        Занявшись приведением в чувства лишившейся средств к существованию бывшей главной ветки семьи, а теперь презренных изгоев клана Кансай, я не забывал и о себе. Растыкав наутро всех по рабочим местам, я первым делом отправился в Академию Духовного Совершенства, чтобы получить доступ к показывающему кристаллу.
        Пойти именно туда пришлось, когда выяснилось, что точные, показывающие кристаллы не такая уж распространенная и доступная вещь, как я думал раньше. У Кансаев было сразу два и не каких-то крохотных, дефектных осколка, на которых толком нельзя понять, что они показывают, а именно крупных, правильно размеченных по эталону кристалла. Таких в магазинчиках и на базаре города не продавали, а те, что продавали, имели разметку с шагом в сто единиц, да ещё возможной погрешностью плюс-минус двадцать. Самодельный мусор.
        Оказалось, условные единицы духовной силы на показывающие кристаллы наносят методом парного замера. Проницаемость и сопротивление кристаллов может сильно разниться. Отметку на новом кристалле наносят, проверив силу испытуемого на эталоне.
        Самым точным, и единственным признанным эталоном был тот показывающий кристалл, что находился в старинной столичной Академии Духовного Совершенства. Остальные в стране размечались по нему, причем, за довольно немалую плату. В свою очередь сам этот кристалл также получил разметку от другого признанного во всех пяти странах эталона из Храма Пяти Богов в Центральной Флавии. На севере от Южной Флавии располагалась не Северная, как я ошибочно запомнил из рассказа Ланчера, а Центральная Флавия. Северная находилась ещё дальше на север.
        Так как для доступа к показывающему кристаллу академии требовалось разрешение одного из наставников, я попытался восстановить в памяти, с кем Марк был в самых лучших отношениях. Попытался и не смог найти ни одного такого. Марка не любили ни учителя, ни наставники. Зависть. Он потомок легендарного героя, и утер всем нос на вступительном экзамене. Наследники богатых столичных семей пытались всячески задеть и принизить мягкотелого парня, хвастаясь своими семьями и связями.
        Статус легендарного героя, доставшийся Ровану Кансаю после прошлого демонического вторжения, задевал многих ныне живущих боевых мастеров, существенно не уступающих ему по духовной силе. Он получил земли, награды и славу, а они никак не блеснули и не добились всеобщего признания. Вместо того, чтобы рисковать своей жизнью, как часто делал Рован, отправляясь в опасные вылазки за барьер, они брюзжали, трусливо отсиживаясь в безопасной столице всю свою сознательную жизнь и просто принижали достижения других, чтобы самоутвердиться.
        Разумеется, когда вторжение повторилось, никто из тех, кто кричал, что Ровану просто повезло оказаться в удачном месте в удачный момент, и они бы справились намного лучше, тут же попрятались по своим мышиным норам, боясь и нос оттуда высунуть. Никто из великих мастеров даже близко не подошёл к монстрам третьего уровня, и расплатиться своими жизнями в схватке с ними пришлось молодым мастерам гвардии. Обычная история. Самые крикливые и хвастливые боевые мастера только до момента реальной угрозы жизни всех сильней, но тут же сверкают пятками, когда нужно ответить за слова. Таким же оказался глава Академии и два старших наставника. Они люто завидовали Ровану и с удовольствием отыгрывались на его потомке, закрывая глаза, если того совершенно несправедливо оскорбляли или принижали другие. Это негативное отношение лишь увеличилось, когда за парнем стала активно бегать Ками Лот. Зависть, зависть, зависть.
        В Академии я встретил лучше всех запомнившегося мне наставника по физической подготовке, мастера Кидо. Сам он был родом из северной провинции и проживал на территории в корпусе для приглашенных учителей. На каникулах по заданию главы направлял работу бригады плотников, чинящих сломанную учениками мебель и латающих прохудившиеся крыши и стены.
        - Хочешь использовать показывающий кристалл? Я не против, но только под моим присмотром. Подожди в холле главного зала, я дам ещё одно задание работникам и сразу приду. Хочу увидеть, чего ты добился за лето, - ответил крепкий мужчина, совершенно свободно передавая мне ключ от заполненного дорогущими предметами помещения, в одной из комнат которого и располагался интересовавший меня эталонный показывающий кристалл.
        Удивительно. Вот так просто отдал ключ. Учитель явно доверял Марку, хотя ни разу не заступился за него, когда того задевали или просто насмехались над ним, обзывая нищим или трусливым деревенщиной. Марк определенно заслуживал доверия, как честный, надежный и прилежный ученик, но вдруг бы он пришел в академию со злым умыслом? Нет, похоже, я действительно ещё не до конца понимал, какое впечатление на других производил мой подопечный. Он был в жизни так же мягок, как Рамп, никогда не отвечал ударом на удар, проглатывал насмешки, и поэтому все его считали слабым и трусливым.
        Но на самом деле он знал, что является избранником богини и считал себя выше всех этих издевок глупых смердов. Они были ниже его достоинства. Если подумать, первый раз он проявил характер в ситуации с выходом наружу защитного барьера. Думал, что раз он избранник, то справится. Угу. Похоже, я таки разобрался, что с ним произошло.
        Ефим Нахим сыграл на его чувстве неудовлетворенности. Он избранник, а вынужден терпеть всякую шалупонь. Ефим втерся к нему в доверие, когда тот стал плотно общаться с Ками и пытался выспросить, что той нравится, через положение «лучшего друга» получив заметно больший доступ к её обществу. Ефим использовал уязвимость Марка, постоянно и всячески подчеркивая, что его считают трусом. Марк отмахивался, не обращая внимания на мнение ничего не значащих для него людей, пока Ефим не включил в свою риторику Ками. Стратегия Ефима и сработала. Он сказал, что Ками тоже будет считать его трусом, если он не подарит ей духовный камень второго уровня, но не купив его, а обязательно добыв его своими руками. Марк проживал совсем близко к границе, но никогда не выходил за неё даже в сопровождении взрослых. Ефим подловил его на боязни выглядеть трусом перед Ками. Хитрый и выверенный ход, но я с ним поквитаюсь, если продолжу учиться в Академии Духовного Совершенства.
        Со второго года должны начаться уже более толковые занятия, которые начнут развивать мой боевой духовный потенциал. «Если соединить все добытые нами с Ланчером духовные камни со знанием, как использовать здесь духовную силу, то я быстро пойду в гору», - подумал я.
        Желая узнать свою духовную силу без свидетелей, я для вида неспешно отправился к главному залу, пока был на виду у наставника Кидо, но стоило мне скрыться за зданием, как я тут же резко ускорился и был в холле большого главного зала уже через минуту. Сразу направился к комнате с показывающим кристаллом и без особой подготовки направил в него свою духовную энергию. Струйка тепла потекла от груди в руку, проникла в кристалл и замерла на отметке «122».
        «Как? Почему? Почему так мало?!» - мысленно возмутился, решив, что просто плохо внутренне подготовился. Перевёл дыхание, направил поток еще раз. Те же «122». Ещё раз и опять «122» на самом пике. Причем, я отметил, что вполне могу прервать поток раньше и тогда проникающая внутрь кристалла энергия, отступит, не достигнув и этой пиковой отметки. При желании, я могу скрыть свою силу. Кристалл скорее измеряет силу напора, чем реальную духовную силу. Попробовал так прерваться в процессе замера несколько раз: «115», «103», «90», «78», «61», «43», «42», «42», «40».
        Значения духовной силы были не абсолютными, а во многом зависели, желал ли испытуемый показывать всё, чем владеет или нет. Но меньше сорока единиц на шкале показать тоже не получилось. Существовал минимум, который всё равно фиксировался почти с самого начала замера, едва я пускал энергию в кристалл. Судя по цифрам на шкале, я мог намеренно занизить свою силу в три раза, если буду направлять её очень дозированно, специально замедляя и сдерживая поток и сразу прервав после первой порции. Интересные и одновременно слегка разочаровывающие результаты. Я уже набрал пятьдесят два очка духовной силы ранее, и рассчитывал на прирост, как минимум, еще на сотню от поглощения духовного камня третьего уровня. Но этого не произошло.
        Если опираться на то, что я знаю, минимально я мог получить сотню очков, от самого слабого начального камня, а тут всего-то семьдесят. В чём дело? Однако, спрашивать это в академии, где меня все знают, не стоит. Выясню, что не так у столичных барыг или других знающих людей, чтобы не выдать себя.
        С этими мыслями я поспешил назад в холл зала и очень вовремя. Едва я покинул комнату, как в дверь вошел наставник Кидо. Выглядело так, что я просто жду у входа в комнату и на лице мужчины не проявилось никакого недовольства. Фух… пронесло.
        - Хм… попробуй еще раз! Мне кажется, что ты можешь показать и больше, - сказал мужчина, с удрученным видом потирая затылок, когда я ради эксперимента трижды выдал сорок два очка.
        Эта цифра давалась мне легко. Достаточно подать начальный импульс и сразу прекратить поток. Энергия пройдет горячей волной по телу и руке, а выплеснувшись сразу отступает.
        - Хм, очень плохо, твой колодец духа явно поврежден и не может долго поддерживать поток, а источник духовной силы хаотичен и нестабилен, - заключил мужчина, - Значит, слухи не врали, ты действительно потерял свою духовную силу получив серьезные ранения в бою с монстрами.
        «Опа, так в Академии уже все давно в курсе, что Марк был травмирован», - удивился я. Хотя, чему удивляться, если я два месяца лежал в постели, а Ефим едва сдерживался, чтобы не сплясать от радости на моей проломанной грудной клетке. Конечно, он сразу же обо всём раструбил в городе. Ками Лот и руководство Академии точно должны об этом знать. Кстати, не является ли это препятствием к учебе? Я решил, пока есть возможность, расспросить и про это.
        - Честно говоря, на моей памяти впервые такой случай, чтобы ученик первого года обучения ко второму году пришел с меньшей духовной силой, чем когда проходил свой вступительный экзамен. Всё зависит от того, что решил глава и старшие наставники. Твои силы значительно снизились. Это так. Но зная главу, могу с уверенностью сказать, что ему не захочется терять ученика второго года чисто из финансовых соображений, так как найти кого-то, способного пройти планку второго года, чтобы занять твое место в классе не так-то просто. Двести очков редко у кого из новичков встречается.
        - Двести? Но у меня же со старта было триста. Я мог поступить сразу во второй класс!
        - Это да, но тогда не было свободных мест, поэтому ты начал как все, вместе с другими новичками. Если мне не изменяет память, ты сам этого захотел.
        - Угу, понятно, наставник Кидо.
        - Зови меня по имени.
        - Хорошо, наставник Ай.
        - Не скажешь, зачем пошел один сражаться с монстрами? Я слышал тебя очень сильно ранили, сломали половину ребер, руки и ногу. А сейчас даже и не скажешь, что пару месяцев назад ты получил столько серьезных травм. Твои родители, видимо, очень сильно потратились на твоё лечение. Слышал, что у твоей семьи теперь имеются трудности с долгами. У них найдутся деньги, чтобы оплатить следующий год?
        - Да.
        - Уверен?
        - Почти.
        - Смотри, если нет, то может тебе лучше… пойти в Академию Боевого Мастерства при дворце правителя Валхаима. Там за год возьмут лишь половину платы от той, что придется заплатить здесь и наставники настоящие боевые мастера-ветераны из рядов гвардии. Они, как мне кажется, большим реальным опытом обладают, чем глава Йон Вассази и прочие.
        Последнюю часть, после остановки, мужчина почему-то сказал шепотом. Хотя понятно, он рекламировал другое учебное заведение, являясь наставником в этом.
        - А какие там условия поступления? Можно на второй год сразу поступить? - спросил я.
        - Тише, Марк, и у стен есть уши, - шептался мужчина, хотя мы все ещё находились в совершенно пустом главном зале, где никого, кроме нас не было.
        - Там условия почти те же, что и здесь. Сто духовной силы для поступления в первый класс, но на второй нужно уже триста. Я, почему тебе советую пойти туда. Вопрос даже не в деньгах. Ходили слухи, что правитель хочет породниться с кланом Лот. Для этого своего сынка в ваш первый класс засунул к Ками. А она почему-то выбрала тебя. Глава Йон хоть и любит деньги, может отказать тебе в продлении учебы, так как ты мешаешься под ногами у сына Фёрста. Конечно, напрямую об этом никто не скажет. Формально могут отчислить из-за низкого значения духовной силы, поэтому будь к этому готов. Эх, тяжело, наверное, быть праправнуком легендарного героя. Все тебя пытаются ужалить. Главы могут поступить по разному, но скорее всего, откажут ссылаясь на то, что у тебя нет даже сотни духа. Я понимаю, что ты и так проделал огромную работу, набрав после болезни почти половину от минимального порога, но даже это не всё. Здесь трижды появлялся один из старейшин вашего клана и просил главу взять его внука, кажется его зовут Тиба Кансай, вместо тебя. Сразу три неприятности на твою голову, поэтому новая Академия Боевого
Мастерства при дворце может стать для тебя более подходящим местом для обучения. Если не хочешь расставаться с Ками Лот, то сам подумай, какое будущее вас ждет? Рано или поздно Валхаим продавит её отца и брачный союз состоится. Не мучай девушку, дай ей спокойно уйти в новую жизнь. Хотя тебе очень не повезло, боги все равно на твоей стороне. Жив остался, а сейчас уже и почти здоров. Ты еще всего сможешь добиться, если выберешь правильную дорогу, - по-отечески похлопав меня по плечу, заверил наставник Ай Кидо.
        - Спасибо, наставник, я подумаю над вашим советом, - ответил я и направился на выход.
        Покинув опустевшую на время каникул академию, я сразу же отправился в торговый квартал. Хотел выяснить, почему кристалл третьего уровня не дал максимальную пользу и под разными предлогами расспрашивал об этом барыг, а заодно делал вид, что собираюсь купить кристаллы первого, второго и третьего уровня, чтобы пробить столичные цены.
        Они оказались гораздо приемлемей, чем у дельцов у границы. Продажа духовных камней первого уровня осуществлялась по цене два золотых за одну гарантированную единицу духа. За начальный выходило два золотых, четыре за слабый и так далее. Скупали вдвое дешевле. За второй уровень ценовая политика не менялась, двадцать, сорок и вдвое дешевле при продаже. Но с третьим уровнем духовных камней происходило что-то странное. Цена резко взлетела в полтора раза до трехсот монет за начальный, шести сотен за слабый и так далее.
        Если покупателю повезет, то он получит максимально «заряженный» камень, если нет, то по номиналу, но по заверениям торгашей, чаще всего камни «заряжены» ближе к среднему значению, хотя встречаются и совсем на полюсах. Своими глазами удалось увидеть, какой камень торговцы считают «заряженным», а какой менее заряженный или вовсе на уровне номинала.
        Я потратил на эти исследования целый день. Примет заряженности камня было очень много, сама сила свечения, его оттенок, размер, форма и количество граней. Чем граней больше, тем лучше. Важен был и сам размер камня, его общее состояние, потертость и прозрачность. Дефекты, в виде сколов и крупных царапин также влияли на цену продаваемого товара, а вот при закупке о пятидесятипроцентной наценке за «наполненность» барыги тут же забывали и скупали не в два, в два с половиной раза дешевле, чем продавали, причем намеренно сбивая цену за всякие несущественные или надуманные дефекты.
        Это я увидел на примере торговца долго и нудно спорившего с клиентом, желавшим продать ему начальный камень третьего уровня с минимальной «насыщенностью». Как только барыга не изворачивался, чтобы сбить цену, но в итоге просто расстроил наклёвывающуюся сделку, пытаясь выкупить камень дешевле девяноста золотых монет.
        Нашел я ответ и на больше всего волновавший меня вопрос. Один из очень старых и глухих барыг обмолвился, что слышал от своего постоянного покупателя историю, как тот по ошибке поглотил камень третьего уровня, находясь на серебряном ранге, причем, в самом начале - шестом ранге по местной классификации. Так вот он тоже не сошел с ума, но получил от начального камня не сотню, а всего пятьдесят единиц духа. В другом месте услышал еще одну историю, опять ошибка и еще меньший результат. Всего треть духа от минимального номинала. Чем больше была разница между уровнем культивирующего и уровнем духовного камня, тем меньше полезного эффекта он давал.
        Это правило мне было знакомо ещё по ВРММОРПГ. В пати с сильным игроком опыт от убийства мобов урезался на разницу в уровнях между мобом и сильнейшим членом пати. Специальная защита, чтобы раскачавшиеся и хорошо одетые высокоуровневые игроки не прокачивали новичков быстрым убийством большого количества мобов.
        Сопоставив все сказанное, я понял, что из-за разницы в рангах, я получил от последнего духовного камня лишь треть пользы. Это неплохо объясняло, откуда взялась байка о сумасшествии для тех, кто возьмется качаться камнями не своего уровня. Новички просто испортят ценный камень, получив лишь малую часть пользы. Понятно, но мне некогда топтаться на месте, ожидая, когда мой ранг подрастет или придется выдумывать что-то с обменом камней третьего уровня на второй. Барыгам всё равно выгодней продавать высокоуровневые духовные камни из-за более высокой наценки.
        Осталось дождаться, когда откроют столичные ворота. В город-то я попал, а вот назад никак. Осадный режим, хотя ни одного монстра за эти пару дней за стенами так и не появилось. Слушая разговоры горожан, активно обсуждающих, как они устали от «понаехавших», ворота могут продержать закрытыми еще несколько дней. Ценное время до возвращения в академию истекает, а я пока топчусь на месте.
        Я помог старейшине Кину оправдаться в глазах советника, подав свои свидетельства так, чтобы они не противоречили его возникшим из воздуха дополнительным трём Крикунам, но этот же поступок держит город в осадном режиме дольше, чем мне это выгодно. Нужно было узнать, есть ли способ покинуть город с торговым караваном, формировавшимся у северных ворот. О нём множество разговоров было в торговом квартале. Со дня на день он должен был покинуть столицу.
        Я понимал, что глава городской стражи не выпускает людей не только из-за опасности вторжения. Ещё их держат под рукой для того, чтобы избежать ночного мародерства в оставшихся без хозяев и охраны, богатых усадьбах пригорода, но мне ждать еще неделю или еще дольше без доступа к духовным камням не хотелось. Нужно было узнать, что требуется, чтобы присоединиться к торговому каравану.

* * *
        В этот вечер Фёрст принимал доклад разведчиков не на своем удобном троне в зале для приёмов, а спустившись на сырой и темный подвальный этаж под казармами гвардии. Этому была веская причина. Из трех посланных им на задание опытных разведчиков живым вернулся лишь один, и тот находился в крайне тяжелом состоянии, на грани между жизнью и смертью.
        Именно из-за того, что он не мог встать с постели, блевал фонтаном при приеме любых целебных зелий и попытках просто попить воды, а также периодически терял сознание, отвечать на вопросы правителя ему позволили прямо лежа в койке. Никто не знал, сколько он еще протянет и, понимая тяжелое состояние мужчины, его бегло опросил второй советник, а после его доклада и сам Фёрст пришел с ним поговорить.
        Мужчина выглядел ужасно. На бледном лице проступил кровавый пот, глаза с черными кругами стояли все время на выкате. Тяжело дыша, разведчик уже мысленно прощался с жизнью, поэтому отвечал вяло, нехотя с большими паузами, не заботясь о том, чтобы его было хорошо слышно.
        В целом, его слова подтвердили доклад второго советника Максила Лорана. Он с товарищами застал в городке у южной границы описанную допрошенными людьми бойню. Четырнадцать боевых мастеров из гильдии наёмников, включая опального мастера Гора и его двух учеников, были найдены мертвыми, большинство с ранениями, свойственными атакам Крикунов. В округе на полях обнаружились изорванные в клочья фрагменты тел еще от шести до десяти человек. Они оказались в таком пугающем и распотрошённом состоянии, что точнее определить количество погибших было просто невозможно.
        Нашлись и тела новых монстров. Трех львов-оборотней и одного Крикуна-падальщика без головы. Обследовав всё, разведчики собирались уже вернуться, но у трех львов не были извлечены кристаллы души, поэтому пока выживший стоял на стреме, двое других принялись их извлекать, а через десять минут, когда он обеспокоился их долгим отсутствием, нашел их мертвыми. Мужчина погрузил их тела на спины лошадей, и направился в обратный путь, но по пути одна из лошадей начала отставать, потом пускать ртом пену и умерла в судорогах. Вскоре также умерла и вторая. Мужчина был вынужден перенести тела погибших товарищей на оставшуюся третью лошадь, почти добрался на ней до окраин столицы и она также слегла в страшных конвульсиях. Разведчик не оставлял попыток доставить тела своих друзей в город, разыскав в одном из крестьянских домов подходящую тачку.
        В этот раз при укладке их в тачку, он несколько раз коснулся открытой кожи умерших, и спустя всего десять минут ему самому стало дурно. Начала кружиться голова, а к горлу подступил ком. Он бросил тачку на дороге и пешком поспешил к городу, догадавшись, что отравился чем-то от трупов. Он прошел еще полчаса, пока не увидел на горизонте столицу. Благо, это произошло ещё при свете дня и его заметили дозорные на стенах. Прошёл всего час с момента возврата в город, а мужчина выглядел, как стопроцентный покойник. Ему становилось только хуже.
        Двое из тех, кто доставил его в казармы, также слегли с головокружением и рвотой, но пока их состояние более-менее стабильное. Их вымыли целиком в горячей воде и напоили всеми известными гильдии целителей противоядиями.
        - Значит, это какой-то неизвестный яд? - переспросил Валхаим у наблюдавшего за больным придворного лекаря.
        - Не просто какой-то яд, Ваша Милость, это сильнейший яд, что мне доводилось видеть в жизни. Тот, кто его создал, был настоящим гением в изготовлении ядов. Здесь, по меньшей мере два, а то и все три компонента, способных в одиночку убить любое создание в мире. Вы представляете, какой силы яд использовали на тех монстрах, если просто коснувшиеся убитых им тварей, люди, умерли сами, и потом убили трех лошадей, одними выделениями своего тела или парой капель на одежде и грязных руках. Этот человек тоже умрет. У него нет ни шанса, и боже вас упаси, коснуться этого смертника. Будет просто чудо, если вы выживите после этого.
        Фёрст в панике сбежал с подвального этажа, да так быстро, что советники и прочие слуги не смогли за ним угнаться. После этого у правителя появилась и быстро развилась фобия к прикосновениям. Если существовал такой жуткий яд, что одной крохотной капельки на руке или просто на одежде достаточно, чтобы умереть в считанные часы, он не желал ни с кем больше жать руки. Особенно с теми, кто недавно прибыл из южной провинции и выглядел хотя бы слегка болезненным.
        Тем не менее, Фёрст получил четкие сведения, подтвердившиеся разведчиками ближнего круга, что трёх Крикунов на территории южной провинции обнаружено не было и приказал со следующего утра снять осадный режим. В городе назревало недовольство тяжелыми условиями существования. Дольше держать людей за стенами, не имея никаких свидетельств, что угроза еще существует, было глупо и недальновидно. Нужно было снять общее психологическое напряжение и освободить столицу от загрязняющих все улицы и каналы гостей.

* * *
        Известие, что режим закрытых ворот завершился, стало для меня очень неожиданным и приятным сюрпризом. Наконец-то я могу выйти за стены и забрать из тайника свой клад. Из-за большого количества желающих покинуть столицу, перед всеми четырьмя воротами выстроились вереницы повозок и толпы пеших путников. Стража строго досматривала багаж и кули людей выходящих из города, чтобы не выпустить воров с добычей, но совсем не проверяла тех, кто двигался в обратном направлении.
        То, что я был налегке, направляясь наружу, позволило мне проигнорировать очередь на досмотр, а на обратном пути не нашлось свободных стражников, чтобы меня задержать и проверить мой заплечный мешок. Идеальное путешествие в два конца и по выбранному моменту и по исполнению.
        Пока испорченное легкой жизнью семейство Кансай приучалось к трудолюбию, зарабатывая свои шесть-семь брусочков серебра в день, я закинул свой заплечный мешок в наше жилище и принялся изучать содержимое мешочка с высокоуровневыми духовными камнями, опираясь на полученный днем ранее опыт. Наш с Ланчером улов оказался очень впечатляющим. Три начальных камня, один низкой и два средней «наполненности». Ещё четыре «слабых» камня где три выглядели тоже средними, а один подавал надежды на максимальную наполненность. Последние два камня впечатлили меня больше всего. Один я идентифицировал, как средний, также средней наполненности, а последний был то ли «сильный», то ли и вовсе «лучший». Он был идеален по всем параметрам, какие я запомнил, изучая методы оценки товара барыгами.
        Идеальный камень просился на продажу, но я припрятал его до лучших времен, вооружившись "слабым" середнячком. Следующие четыре часа я потратил заново обходя каждую лавку в торговом квартале, чтобы найти достаточно адекватного барыгу, который пожелает обменять мой камень на десять слабых духовных камней второго уровня. Этот засранец нашёлся, но тоже был очень хитрым и себя не обидел, специально выбрав в обмен самые недорогие и слабо заполненные, но я не возражал. Они мне нужны были для экспериментов, и близость к номиналу была скорее плюсом, чем минусом.
        В нагрузку я попросил дать мне какой-нибудь показывающий кристалл. Торговец указав мне на целую корзину с грубо размеченным мусором. Я подобрал тот, что имел больше всего отметок в диапазоне от сотни до двухсот.
        Решив не рисковать, в этот день я не стал проводить проверку духовных камней второго уровня, так как не знал, сколько времени может занять культивация. Если засветить перед Кансаями духовный камень за сорок золотых, когда они все вместе впахивают за сумму меньше одного золотого в день, это могло плохо сказаться на их дисциплине и мотивации.
        Женская половина семьи, отработав всего один день, и так на следующее утро попыталась устроить саботаж, ссылаясь на жуткие мозоли и невыносимую боль в спине, в ногах, руках и вообще везде. Узнали девицы о существовании спинных и прочих мышц в их теле, задействованных при физической нагрузке не понаслышке, и стали ныть, что сил их больше нет. Вот курицы хитрожопые!
        Отпинал обоих на работу, чуть ли не ногами, оставив без завтрака, и пригрозив, что кушать они тоже начнут, только когда мозоли сойдут, а это значит, эдак через месяц или парочку. И то, не точно. Кто не работает - тот не ест! Тунеядцы хреновы. Рррработать! Пусть почувствуют, чем дышат простые работяги, тогда их ценности и жизненные ориентиры придут в норму. Не будут себя невесть кем воображать. Зажравшиеся потомственные землевладельцы.
        Не знаю, как подействовали мои угрозы, но показывать наличие больших денег и даже самых дешевых духовных камней им не стоило, а то сразу расслабятся и вся польза от трудотерапии сойдет на нет. Пусть хотя бы две недельки, пока я и Ланчер не отправимся в Академию, поработают, а дальше дам им небольшое послабление. Переведу на более легкий труд, но сам труд отменять нельзя. Он облагораживает душу зажравшегося от халявы человека.
        Именно из этих соображений, я пока не давал камни и Ланчеру. Его ста сорока единиц духовной силы было вполне достаточно для преодоления входной планки любой из двух академий, а отправится он в одну из них учиться или нет, посмотрим по результатам событий ближайших двух недель. Надо еще придумать, как безопасно забрать вторую партию духовных камней у границы, без проблем продать их в столице и вернуть все долги клану Рокун. Одним громким обещанием это сделать всего за месяц, я уже мог привлечь к себе повышенное внимание. Надеюсь, они не воспринимают меня всерьез и просто ждут, когда я облажаюсь. Нужно было больше внимания уделить своей безопасности. Нанять охрану и прочее.
        Вроде всё просто, но как бы нас опять не попытались ограбить или еще как-то развести тут и в дороге. Мне уже нужно думать о маскировке при походе на базар и нескольких подставных людях для продажи следующей партии камней. Один камень продать и обменять таким очевидным способом ещё можно, а вот после второго ко мне уже могут возникнуть вопросы и у городской стражи и у самих торговцев.
        А если грязные на руку торгаши сольют информацию обо мне бандитам, то сразу получу привет от местных криминальных авторитетов. Большие деньги привлекают большую рыбу, а самый наглый рэкет - это рэкет в погонах. Как бы и местному правителю мои камешки не приглянулись. Надо сделать всё максимально умно и в голове у меня уже крутилась одна неплохая идея. Анонимные аукционы никто не отменял. А если использовать торговый клан Лот в его устройстве, то можно будет и от цепких лап местного правящего клана на время отбиться.
        Часть 15 Сорванный эксперимент
        Отправив семейство Кансай на трудотерапию после раннего завтрака, на этот раз я не стал тратить время на контроль их действий, провожать до места работы, желая освободить как можно больше времени для экспериментов с духовными камнями.
        Эх, лучше бы я дополнительно потратился и снял номер в гостинице, чем остался это делать в нашем доме. Гостиницы как раз опустели из-за снятия осадного режима и занять номер уже не было такой огромной проблемой, как раньше, но я не переосмыслил этот момент и допустил досадную ошибку.
        Мне не нужны были лишние свидетели, и я был уверен, что у меня есть масса времени, но всё пошло не по плану. Начал я, как и планировал с духовных камней второго уровня, точно зная, сколько у меня сейчас духовной силы, и отметил её напор на своем личном показывающем кристалле. Мой первый эксперимент состоял в выяснении длительности поглощения таких камней и потерях духа при разнице в один ранг. Всего через два часа я пришел в себя, сделав несколько важных открытий и получил удивительное откровение.
        Нет никаких изначально злонамеренных, желающих, во что бы то ни стало, причинить вред обитателям людских городов зверей. Они просто живут своей жизнью, а если и атакуют охотников, то просто защищаясь, загнанные в угол, как делали бы это и против своих естественных врагов.
        Большинство животных предпочтут сбежать, даже будучи хищниками, от превосходящего числом слабого противника. Вот и этот зверь, чей путь от рождения до гибели я отследил, был обычным животным, как и любые другие животные на Земле. Он играл и баловался со своими братьями и сестрами в детстве, веселился и осваивал законы стаи в юности. Охотился, когда достаточно подрос, а потом защищал уже свое собственное потомство, свою стаю, постоянно страдая от нападений людей, устроивших охоту на территории проживания его вида.
        В увиденной истории я проник в окружающий барьер мир глазами животного, которое просто хотело жить и наслаждаться жизнью, но было убито охотниками, как и вся его стая. Поглощение этого духовного камня дало ясное понимание, что звери ни разу не плохие и большинство из них никогда не атакует просто так.
        Если и есть в окружающих город лесах звери-убийцы людей, то это несчастные, одинокие существа, потерявшие свои стаи, поголовно истребленные именно людьми. Они мстят за убитых детишек и взрослых сородичей, но и это скорее исключительные, единичные случаи. Люди, в подавляющем большинстве случаев, нападают на зверей первыми, так как умники-демиурги поместили внутрь них кристаллы духа и завязав механизм самосовершенствования на противостоянии внешнему миру.
        Совершенно идиотская идея, сравнивать, кто изощрённей справится с задачей истребления других живых существ и таким образом, по находчивости, настойчивости и еще не весть чему, определять победителя. Для пропитания людям столько охотиться не потребовалось бы. Большинство магических зверей убивали только ради их кристаллов. И разумеется, что при таком раскладе, звери будут бояться и ненавидеть этих безжалостных двуногих. Им приходится защищаться от безвыходности. И это неожиданное понимание заставило относиться к животным и даже монстрам, которых мы так называем из-за их необычного или устрашающего вида, совсем по-другому.
        Выяснив у людей на улице, сколько прошло времени, я отметил, что камень дал примерно десять духовной силы на шкале моего кристалла, что соответствовало лишь половине от того, что я должен был получить со слабого духовного камня с наполненностью на уровне номинала. В этот момент, мне нужно было остановиться, сделать паузу, прогуляться или перекусить, но на радостях, что байка про сумасшествие всего лишь байка, я решил, что успею культивировать еще несколько раз, пока все вернутся с работы. С виду ничем не примечательный «слабый» камень, вопреки приметам, оказался максимально «наполненным». И я увидел жизнь убийцы Марка. Даже удивительно, каким чудом этот камень попал именно мне в руки.
        Красногривая обезьяна жила в стае и стала такой же несчастной жертвой охотников, как и зверек до этого. Она напала из безысходности, в приступе ярости, пусть сам Марк и не был из числа охотников, он выглядел, пахнул и вел себя, как они. Когда я увидел принадлежащее теперь мне тело со стороны, втаптываемое в землю и ощутил эту праведную ярость, даже не испытал никакой жалости к парню, вторгнувшемуся в места обитания обезьян ради охоты.
        Это дополнило мою картину мира. Города окружают постоянно подвергающиеся атакам охотников звери, которых сами охотники сделали агрессивными к людям, а чем дальше от этого ближайшего к барьеру кольца, тем меньше звери знают о людях, ненавидят или опасаются их. Причем, демонические звери, вообще отдельная история. Они вообще ни в чем не виноваты, просто безвольные жертвы чужих манипуляций. Стало грустно. Боги стравливали зверей с людьми себе на потеху. Я должен был всё это прекратить.
        До сих пор не до конца сформированная цель, обрела более твердое основание. Я спасу или разрушу Лестницу Совершенства, но доберусь до демиургов, чтобы втолковать им, что их игры не просто бесконечно жестоки, но и бессмысленны. Кто-то должен это сделать и если другие претенденты на место среди богов будут мне мешать, я и их подвину.
        Начало уже положено. Демоническое вторжение неожиданно обернулось большими полезными приобретениями. Только бы претенденты других богов не остановили моё восхождение к вершинам могущества, организовав раннее нападение или оказавшись несопоставимо сильнее меня на данный момент. Они захотят меня уничтожить, только получив своевременную подсказку от «крыши». Само демоническое вторжение, так неожиданно произошедшее, гораздо раньше, чем его ожидали и прямо возле моего дома, уже наводило на мысль, что конкуренты начали действовать. Интересно, все демиурги видели, во что я обратил для себя столкновение с двумя сотнями сильных монстров? Нет, мне нельзя слишком долго тянуть. Как только я показал себя, конкуренты активизируются. Мои враги могли уже быть на полпути к Южной Флавии. Эти мысли подтолкнули меня поскорее взяться за следующий духовный камень.
        Я не проверил, сколько прошло времени после второго сеанса культивации и вообще немного потерял чувство реальности. Я незамедлительно потянулся к следующему духовному камню, вполне сознательно схватившись за тот самый крутой и наполненный из мешочка с третьим уровнем. Моя непростительная ошибка. Все таки, ощущение прошедшего времени в культивации и вне сильно разнятся. Для меня всё ещё по ощущениям было утро, а наступил вечер. Да ещё и этот особенный камень оказался не «сильным», а «лучшим» как по уровню, так и по наполненности и меня засосало на полтора суток в мир жизни львов-оборотней. Они красавцы, и ломать всё вокруг для них любимое развлечение. Прирожденные вандалы.
        Когда пришел в себя, семейство Кансаев всё в сборе, с наслаждением прохлаждалось вторым выходным дома. Какая-такая работа? Не, не слышали. Раз новый глава семьи отдыхает, то и им можно. Слышу - радуются, щебечут. Запахи приятные вокруг витают. Видимо, горячей выпечки с фруктами накупили. А когда присмотрелся, что творится вокруг, офигел. Хозяюшка за непонятно откуда полученные деньги тарелки серебряные для статуса и красоты прикупила на стол. Внутреннее убранство дома тоже заметно преобразилось. В моей голове возник резонный вопрос, за чей счёт пируем? Глядь, а камней-то моих уже рядом нет.
        Не дождавшись моего появления у дома позавчера вечером, Рамп взломал дряхлую дверь, а там я в культивации сижу с восемью духовными камнями второго уровня, и ещё семью третьего. Бери - не хочу. Блин, я обвинял Ланчера в беспечности, а наступил на те же самые грабли, причем с разбегу и облажался куда сильнее.
        Разумеется, камни семья увидела, разложила их на столе, и мой младший братец тут же узнал в них нашу добычу времен первой волны вторжения. Или было темно или он от работы совсем ослеп или на него кто-то надавил, но заодно он узнал и те камни, что я пару дней назад обменял у торговца на базаре. Всё Ланчер признал и тут же, памятуя в уме, что это же его доля, подарил любимому папке с мамкой. Щедрая душа. Золотой ребенок.
        Когда я вскочил с кровати и взбешенный спросил: «Где, су*и, мои камни?!», Рамп с Лией спрятались за спину Ланчера, заставив его пролепетать мне весь этот бред. Вначале, конечно, никто не собирался без меня ничего продавать. Я ведь теперь глава семейства. Но я так долго не выходил из культивации, что Рамп осмелел и, подбиваемый Лией, срочно решили всё продать, пока деспот бессердечный не очнулся и опять не отобрал ценности себе.
        Благо, хоть низкоуровневые камни с золотишком и серебром наёмников, я спрятал в закуток за очагом и их никто так пока и не нашел и не оприходовал, как очередные «семейные» деньги. Мы ведь семья, а значит всё, что принадлежит главе, принадлежит и другим её членам. Логично же.
        Они бы и голову Крикуна-падальщика, а вернее, кристалл из неё продали, если бы я её сразу по приходу не прикопал за домом, так как она так плохо пахла даже завернутой в несколько слоев мешковины, что я с огромным трудом подавлял рвотный позыв, пока донес её из предместий к нашему дому. Внутрь дома такое тащить было категорически нельзя. Но всё ценное, что любимые родственники нашли при мне, пока я был в культивации, они умудрились продать очень быстро. А еще быстрее накупить на её часть какого-то хлама.
        У нас в доме прямо чаша изобилия. Новые мягкие, набитые гусиным пухом подушки, перинка для Лии и Весты, новое платье той и этой, одежда для Рампа и Ланчера, шкаф, на кровати дорогущие покрывала куплены. Старые дешевые, сучковатые кровати, кроме той, на которой я сидел, заменены на новые. Добавилось стульев. Теперь их стало пять по числу членов нашей замечательной семьи. Лия и Рамп даже вновь стали улыбаться и восторгаться своими детьми. Прямо семейная идиллия.
        А когда я очнулся, опять их построил и вник в весь устроенный этими людьми бардак, два тунеядца запели, как оперные певцы, что их дорогой старший сынок-кормилец огромный молодец, раздобыл для семьи настоящие сокровища. Рамп их по-быстрому и оприходовал через каких-то своих знакомых дельцов. Зачем его любимому сыну напрягаться и куда-то ходить? Он все сделал за него в лучшем виде. Тем более, деткам с слабыми медными рангами такие дорогие духовные камни пока не нужны. И вообще, большие деньги деткам не игрушка. Короче, все су*и продали, до чего руки дотянулись, меня даже не спросив.
        Хотя, надо признать, товарищи Рампа обошлись с ним еще по божески, всучили ему денег не по самому минимуму, а немного выше обычных скупочных цен, примерно на тридцать процентов. Хотя я, в случае устройства аукциона, получил бы почти в два раза больше! Рамп озвучил общую, полученную им сумму и сколько из неё уже не пошло на погашение долга, так как были сделаны множественные полезные покупки.
        Ему удалось выручить тысячу восемьсот сорок золотых и они ни гроша Рокунам из этой суммы не вернули, уже умудрившись потратить немногим больше трех сотен на создание повышенного комфорта. Даже в обед к нам кухарка приходила готовить за плату. Жизнь налаживается!
        Я устроил этому дебильному семейству полный разнос. Назвал их всех безнадежными идиотами, транжирами и потребовал, чтобы они оставшуюся часть, отдали в уплату созданного ими же долга иначе я откажусь помогать гасить остальное. Сходил вместе с Рампом в особняк клана Рокун и для округления цифр погасил часть в размере тысяча пятисот десяти монет. Осталось погасить еще четыре тысячи, вместо двух, как я рассчитывал с имеющегося на моих руках.
        После этого я вернулся домой, забрал из тайника за очагом кошели наемников, отдал Ланчеру его мешочек с низкоуровневыми духовными камнями и даже голову Крикуна откопал и замотав в ветошь с собой прихватил, чтобы без нужды больше в этот дом не возвращаться.
        Сказал всем, что раз они такие умные и работа не для них, пусть потом не обижаются, что докатились до крайней нищеты. Тарелок серебряных им, видите ли, и мягкой перины не хватало. Я честно пытался их вразумить, но уже привыкших часто и помногу тратиться людей, без сурового урока голодом, одной принудительной трудотерапией не перевоспитать.
        Не желая видеть людей, не способных ничего преумножить и вдвое обесценивших имевшиеся у меня на руках камни, я в тот же день отселился в небольшую гостиницу на другом конце города. Там до вечера, успокаиваясь, продолжил культивировать самыми простыми духовными камнями, морально готовясь к извлечению ещё одного камня из головы Крикуна. Обойдусь без помощи Ланчера. Я десятки раз видел, как он это делает. Практика - лучший учитель. Тем более, я не собирался спешить и рисковать, концентрируясь на полной защите от случайного контакта с ядом.

* * *
        Новоиспеченный глава клана Кансай, возвращался от приграничного городка в свой особняк в гордом одиночестве. Слуги были слишком напуганы и взмолились о пощаде, но ни в какую не соглашались ехать к границе. Он один из всей своей семьи осмелился отправиться на поиски пропавших. Поиски увенчались успехом, но их итог был очень печален. Старик обошел все окружающие поля, и по фрагментам тел, одежды, обуви и другим косвенным приметам, опознал в обнаруженных там телах своих погибших потомков. До того, как сгустились сумерки, нашёл всех и выдвинулся назад. Чуда не произошло. Всё сложилось именно так, как он и предполагал вначале.
        Львы выследили и растерзали всех его сыновей и внуков, наспех залегших в ненадежном укрытии. Никто не спасся, никто не сбежал. У старика уже не было слез, чтобы оплакать горькую потерю. Теперь для пяти его правнуков и следующего молодого главы клана Тибы Кансая, он был единственной опорой.
        И эта опора потребовалась гораздо раньше, чем старик мог себе предположить. Едва он вернулся, как слуги сообщили, что в особняке третьего старейшины проходит собрание клана, на котором выбирают нового главу!
        Старик кинулся туда и застал своих родственников в самом разгаре дележки его и присоединенных к ним земельных владений Рампа. После гибели сыновей и внуков, промахом с наймом наёмников и других непредвиденных финансовых расходов, его решили сместить, объединившись в кулак третий, пятый и шестой старейшина.
        Как Кин ни драл горло, ни пытался подавить мятеж, без наемников и распущенной охраны, услуги которой он уже не мог оплачивать, ему не удалось запугать и задавить авторитетом восставших. Старик отчетливо видел, что уже растерял своё влияние на совет, которым обладал, пока выступал против Рампа. Стоило ему самому стать главой и допустить пару промашек, как другие смежные ветки тут же избавились от него, как от лишнего колеса в телеге. Даже четвертый старейшина, обычно выступавший на его стороне, предпочел отмолчаться, не желая обострять отношения с рвущимся к власти третьим старейшиной.
        Как бы это смешно ни звучало, Кин оказался в том же положении, в котором постоянно находился его ненавистный конкурент Рамп и в полной мере ощутил, с какими людьми ему приходилось иметь дело. Собрание старейшин проигнорировало все доводы Кина и лишило его должности главы, одновременно лишив Тибу Кансая статуса наследника и посланника в Академию Духовного Совершенства от клана.
        Туда отправится Люси Кансай, восемнадцатилетняя внучка третьего старейшины, которую он продвигал на прошлом собрании, проводимом по этому поводу. Более того, раз появилась такая возможность, пятый и шестой старейшины отправляли своих внуков в Академию Боевого Мастерства, открытой с этого года при дворце Фёрста. Количество мест было ограничено, а планка высока, поэтому семьи спешили решить этот вопрос и отправить заявку на участие в проходном экзамене, что должен был состояться через две недели.
        Оглушенный и подавленный вернувшись домой, старик пришел к ясному осознанию, что его просто использовали и предали. А виновной во всем была проклятая богиня Морена! Это она заставила его действовать не так, как обычно и вести себя слишком самоуверенно и рискованно. Он потратился, отбирая землю у Рампа, потратился на наемников и жизнь в столице. У него просто не осталось средств до урожая, чтобы содержать платную охрану и другие ветки воспользовались его слабостью.
        Кин искал виновного в случившемся, и теперь ясно видел, что не ничтожный Рамп или кто-то еще, а он сам, направляемый зловредной богиней, стал причиной краха его семьи. Она была виновна во всех случившихся несчастьях! Но Кин не был бы собой, если бы не попытался найти выход из сложившегося положения. Он вернётся в столицу, продаст ценные карты сокровищ, наймет охрану и заново вступит с обокравшими его родственниками в спор за владение землей. Они не имеют права просто отобрать его владения на основании того, что ими некому управлять. Они рано списали его со счетов. И своего наследника, Тибу он не бросит. Он тоже примет участие в экзамене в Академию при дворце и устроит там другим наследникам тяжелую жизнь. Тиба сильный и способный, и далеко не глуп. Он задавит их хотя бы тем, что физически крупней и намного сильней. С трудом дождавшись утра, старейшина опять выехал в столицу, забрав с собой своего наследника. Теперь он не доверял никому и жалел, что так быстро отдал деньги Рампу. С ними он бы быстро подавил мятеж, а теперь придется очень постараться и использовать все свои старые и новые связи в
столице.

* * *
        Влажная повязка на нос и опускание тухлой головешки Крикуна в кадушку с водой не спасало. Воняло так, что я готов был отказаться от затеи и бросить черепушку с клювом в местную сточную канаву и забыть о духовном камне, прямиком направившись к своим тайникам у границы, но что-то внутри не позволяло этого сделать. Да, старая, неубиваемая жадность! Я пять раз начинал заново и бросал, но все же не сдался и приз превзошел все мои ожидания. Извлеченный в муках камень оказался из разряда лучших из возможных для этого уровня монстров.
        Я увидел в нём даже фиолетовую каёмку у желтого свечения, совсем так же, как у приблизившихся к пределу следующего ранга боевых мастеров в Империи Тан. Еще часа два камень промывался и отмачивался в другом ведерке с чистой водой и лишь после этого я взял его в руки, чтобы приступить к культивации.
        Еще полтора дня болотно-спринтерских видений, замеры, подтвердившие мою версию о порезке духовной силы, после чего последовала вынужденная отправка на юг, к своим тайникам. Уже наученный горьким опытом, городок родственничков объезжал по полям, а вернулся в столицу в тот же день. Следующие десять дней прошли в мире духовных грез, да только прогресс шёл уже куда быстрее, ведь, судя по моему неточному показывающему кристаллу, со второго дня после возвращения, я получил первую ступень серебра и порезка поглощаемого духа ощутимо уменьшилась.
        Заметно ускорилась и сама культивация, вместо суток, сократившись сначала до двенадцати, а затем шести-восьми часов. Остановился я и вышел из режима жесткой прокачки лишь в последний день перед вступительными экзаменами. Хотелось опять протестировать себя на нормальном показывающем кристалле, продать несколько камней, чтобы закрыть долг клану Рокун и подкинуть денег Ланчеру на поступление в Академию Боевого Мастерства.
        Изучив условия и послушав ходившие по городу слухи, я решил послушаться совета наставника Ай и также поступать в Академию при дворце. Мне нужны самые лучшие и опытные боевые мастера в качестве наставников, а не завистники, неспособные непредвзято относиться к своим ученикам. Я также хотел избежать встречи с Тибой, Ками и прошлыми обидчиками Марка. Я-то сдерживаться, если они откроют рот, не стану, а если кого-то сильно побью, могут и отчислить с позором. Лучше начать с чистого листа там, где я сам сформирую о себе первое впечатление и отобью всякое желание подшучивать. Заодно и за младшим братом смогу присматривать.
        Однако, я еще не знал, что Тиба и ещё несколько наследников клана Кансай также подали заявку на экзамен в Академию Боевого Мастерства. Более того, туда угодили и все те, кого я так хотел избежать. После гибели большого числа молодых мастеров, многие богатые кланы резко изменили свое отношение к службе в дворцовой гвардии. Хорошо ходить павлином и получать высокое жалование за ранг боевого мастера в мирное время и совсем другое, умирать в лапах монстров во время вторжения и на вылазках за границу защитной печати.
        Многие семьи потеряли своих дорогих сыновей и престиж карьеры мастера-стража, охотника-разведчика и дворцового гвардейца резко упал. Новая Академия при дворце не вызывала доверия своим спешным открытием, а слова Валхаима, что ему нужны только те, кто будет рисковать жизнью и драться насмерть, отпугнули тех, кто не желал служить при дворце, но был не прочь сэкономить. В итоге, количество поданных на экзамен заявок не превысило половину заявленных открытых мест.
        Прознав про это, Фёрст Валхаим посчитал это личным оскорблением. Его Академию игнорировали, хотя Академия Духовного Совершенства получила даже больше, чем свои ежегодные двадцать-двадцать пять заявок, требуя удвоенную плату. Правитель не желал, чтобы первый класс новичков его новой Академии был заполнен лишь наполовину, а второй и вовсе пустовал, и показательно перевел на второй год обучения своего ранее обучавшегося у конкурентов второго сына.
        Чтобы привлечь уже подавших заявки к конкуренту новичков, он стал оказывать давление на клан Лот, намекая, что желает видеть их дочь в одном классе с его сыном. Надавил и на некоторых своих советников и придворных, с трудом дотянув количество заявок до числа свободных мест. Правитель принял бы всех и без экзамена, но для поднятия престижа, обязан был провести хотя бы контрольные замеры духовной силы на показывающем кристалле. Без этого не обходится ни один отбор. В конце концов, он сам заявил планку, как у конкурентов, поэтому уже не мог отказаться от своих слов.
        День экзамена настал и, разобравшись с долгами семьи и выручив деньги, чтобы оплатить годовое обучение для себя и Ланчера, я забрал его из родительского дома, где Рамп с Лией уже давно продали серебряные тарелки и пуховые подушки, так как опять стало нечего кушать. Мы направились с младшим братом к дворцу, где будет проходить прием новичков.
        День обещал быть интересным. Мне удалось договориться о проверке духовной силы в Академии Совершенства, но сделать это без присмотра мне не давали, и в итоге, я сослался на срочное дело и ушел. Было интересно, какой максимальный и минимальный уровень духовной силы я покажу сейчас, после того, как поглотил уже более двадцати духовных камней третьего уровня, а мою грудь распирало от бурлящего там жара.
        Часть 16 Вступительный экзамен
        На небольшой площади перед дворцом собралось на удивление много зрителей. Словно вся столица пришла сюда, чтобы поглазеть на отборочный экзамен первого набора в новую Академию. Или Фёрст Валхаим постарался, желая привлечь внимание к своему проекту или это было делом рук третьего советника Тибальда Вассази.
        Род Вассази когда-то был сильнейшим боевым кланом города и даже претендовал на место правящей верхушки, но Юрды устояли и откупились от них передачей Академии и большого количества недвижимости в торговом районе. С тех пор позиции Юрдов в столице остались на прежнем уровне, а если ослабли, то незначительно, зато клан Вассази при смене поколений резко потерял свою боевую мощь.
        Количество потомков, способных к накоплению духовной энергии резко сократилось, что в главной ветке, что в смежных. И за десять поколений клан, имевший в лучшие времена одновременно до пятидесяти взрослых боевых мастеров в строю, с трудом произвел пятерых, да и те относились к более старшему поколению. Глава академии Йон Вассази, его старший сын - старший наставник Базл Вассази, средний сын - третий советник у правителя и еще двое молодых внучатых племянников из смежных веток - это всё, что осталось от некогда претендующего на власть в стране клана.
        Многие в городе сплетничали о давней скрытой вражде между кланами Юрд и Вассази, но сейчас эта вражда уже сошла на «нет», так как Вассази сдали свои позиции и больше не представляли реальной угрозы. Усилиями Юрдов клан Вассази постепенно лишился торгового квартала и постоянного поста капитана городской стражи. Но они цепко удерживали в своих руках контроль над Академией Духовного Совершенства, а это значило, всё ещё потенциально грозили клану Юрд. Ведь всем известно - тот, в чьих руках умы нового поколения боевых мастеров, тот и получит власть над страной в будущем.
        В столпотворении на площади могли быть виновны и Вассази, желающие высмеять правителя и тем самым подорвать престиж его Академии и его авторитет в целом. Подтверждением этому было множество зрителей в темно-синей форме воспитанников Академии Духовного Совершенства. Их наставники тоже присутствовали в толпе. Они составляли примерно пятую часть от общего числа зрителей и вызывали моё легкое раздражение.
        Я хотел по тихому пройти экзамен, а из этого события устроили настоящее шоу! Стол с установленным на него показывающим кристаллом разместили в самом центре площади, на виду у всех, что также заставляло меня нервничать. Я не знал точно, сколько выдам на кристалле. Как бы ни облажаться и не привлечь к себе лишнее внимание со стороны правящего клана.

* * *
        Фёрст Южной Флавии Валхаим Юрд волновался обычно только по угрожающим лично ему и его власти вопросам. И вопрос открытия Академии Боевого Мастерства неожиданно оказался именно таковым. Он напрямую касался престижа клана Юрд, власти Фёрста в столице и в стране в целом, ведь она в основном поддерживалась силой верной ему дворцовой гвардии и гарнизоном городской стражи.
        После того, как гвардия сократилась на три четверти, могущество его клана и непоколебимость правящей династии почему-то начала ставиться под сомнение. Кто-то намеренно раздувал в городе недовольство, во всех проблемах обвиняя недальновидную и действующую только в своих интересах власть клана Юрд. Неблагодарные горожане не оценили по достоинству старания правителя защитить множество жителей пригородов ценой жизни своих гвардейцев. Многие кланы затаили обиду.
        Доносчики из числа уличных попрошаек и внедренных в гильдию охотников, наемников и торговцев людей сообщали о всё чаще возникавших среди их членов открытых высказываний о недовольстве властью. Недовольство нарастало и достигло опасного пика из-за затянувшегося осадного режима, ухудшения условий жизни у привыкших к другому горожан. Особенно возмущена была богатейшая прослойка. Они были напуганы участившимися случаями воровства, грабежа и несколькими убийствами ради наживы.
        Более бедные слои жаловались на резко выросшие цены на все жизненно необходимые товары. Мука и хлеб подорожали втрое, колодезная вода и вовсе в пять раз. Все обвиняли в этом правителя, хотя горожане сами подняли панику, начав скупать муку и делая большие запасы на случай долгой осады и неизбежного голода. Бедняки обвиняли Валхаима в том, что он не прижал железной пятой обнаглевших торгашей, но разве это он виноват, что они подняли цену, а всякие идиоты продолжали нести свои деньги, тем самым ещё сильнее взвинчивая цену неспадающим спросом?
        С ворами и бандитами он разобрался, поймав большинство из них при попытках покинуть город или позже, когда наплыв людей спал. Он вернул большую часть украденного владельцам и разобрался с преступниками, но этого никто не желал замечать, голословно обвиняя правителя и его слуг в бездействии и очередных нелепостях.
        Валхаим наблюдал из бойницы четвертого этажа самой высокой в стране дозорной башни за собравшимися на площади, а завидев среди толпы большое количество представителей Академии Духовного Совершенства, испытал приступ раздражения. Клан Вассази пришел, чтобы высмеять будущих учеников Академии при дворце, а вместе с ними и сам дворец и его хозяина. Очередной неприятный плевок в его сторону! Наверняка будут провокации. Нет, он не зря принудил главу клана Лот перевести их дочь в его Академию.
        Ками из Лотов станет лидером второго года, повышая своим присутствием престиж Академии. Она заткнет за пояс любого ученика второго года среди конкурентов, если те начнут мериться силами. Лишь бы только его не подвели в последнюю минуту. Заявка на поступление ещё не гарантия, что ученик действительно явится на экзамен и подтвердит своё намерение.
        Кто-то может заболеть, кто-то не найти нужных средств на учебу или не достичь желаемого уровня духовной силы к началу экзамена. В конце концов, многие наследники его слуг, на кого Валхаиму пришлось надавить, могут затаить обиду и трусливо отсидеться в этот день дома, сославшись на недомогание или придумав другие нелепые отговорки, или даже получив взятку от клана Вассази.
        Не у всех семей найдется и пятьсот золотых для отправки своих детей на учебу в столицу, а если учесть, что обязательно нужно иметь особый талант, время на его развитие и еще двести золотых на покупку сотни начальных духовных камней первого уровня, то круг подходящих под стандарты новичков сужался еще сильнее.
        В этот момент Фёрст пожалел, что из жадности не снизил стоимость обучения ещё сильнее, а из-за нежелания уступать конкурентам так высоко задрал проходную планку. Духовная сила - наживное и больше указывает не на талант, а его упорство в достижении цели и богатство семьи. Как щедрый правитель, Валхаим мог бы набрать множество учеников не из самых богатых семей и своими вливаниями развить талант самых верных и способных, но подобные мысли возникли слишком поздно.
        Спускаясь со своего наблюдательного пункта, Валхаим дал знак личной охране следовать за ним. Вначале он не собирался лично присутствовать на экзамене, чтобы лишний раз не рисковать своей жизнью, но если ученики конкурента позволят себе насмехаться над теми, кто решился поступить в его наспех созданную Академию, и те передумают поступать, это будет сильным ударом по его репутации. Он должен их поддержать, даже если своим появлением спровоцирует врагов на очередное покушение. В его охране сильнейшие мастера Южной Флавии. Если враг сможет добраться до него в их окружении, то его не спасут и дворцовые стены. Лучше сразу спровоцировать врага, заставить его действовать без подготовки, в спешке, чем потом стать жертвой хорошо спланированного и мастерски осуществленного покушения.

* * *
        Я слышал, что в Академию при дворце набирают сорок учеников на первый год обучения и двадцать на второй, но ту небольшую группу у стола регистрации вряд ли можно было назвать многолюдной. От силы двадцать человек с белыми повязками участника экзамена на рукаве, а я пришел уже под самый конец, не желая зря тратить время на ожидание. Кто-то опаздывал или желающих поступать оказалось значительно меньше озвученного числа учебных мест?
        Ефим Нахим, принц Барламей и три наследника смежных веток клана Кансай, включая Тибу я выхватил из толпы первыми. «Что Ефим и Тиба здесь делают?» - мысленно возмутился я, хотя уже слышал от Рампа, что в нашем бывшем клане опять сменился глава. Старейшину Кина после случая в приграничном городке лишили статуса и раздели, как липку. Если так, то его правнук тут мог оказаться, как такой же изгой, как и мы сейчас. В Академию Совершенства ему дорога закрыта, а два других наследника смежных веток клана тут по той же причине, ведь только сюда есть доступ сразу нескольким представителям одного клана. Плюс цена годового обучения куда ниже.
        На самом деле к Тибе и другим бывшим родичам я не испытывал никаких непреодолимых негативных эмоций. Если они сами по себе окажутся нормальными парнями, я даже готов был с ними подружиться. Вражда старшего поколения и терки за власть внутри клана Кансай меня больше не касаются, а раз так, то и враждовать не вижу смысла.
        А вот что здесь забыл Ефим, я понял, когда один из крупных парней сдвинулся вбок и я увидел высокую, стройную и слегка худощавую фигуру девушки в красивом, цветастом платье. Ками тоже почему-то была здесь. Мистика какая-то. Почему-то мне захотелось скрыть своё лицо, и я накинул на голову капюшон и склонил вперед голову. Толку от этого будет немного, если нам придется столкнуться в будущем в Академии, но хотя бы здесь я буду чувствовать себя комфортней, если на меня будут поменьше глазеть старые «друзья» Марка. Я пока не знал, как себя с ними вести, вряд ли всё будет по старому.
        - Вы тоже на экзамен? - крикнул мне с тридцати шагов скучающий мужчина за первым столом, едва я отделился с Ланчером от первого ряда толпы зевак.
        - Да! - крикнул в ответ Ланчер, а я подтвердил его слова кивком, чтобы голосом не привлечь к себе Ками Лот.
        - Поспешите. Ещё несколько минут и мы начинаем.
        Я считал, что появлюсь с небольшим, удобным запасом по времени, но пробраться через многолюдную толпу оказалось не так-то просто. Это заняло много времени и так вышло, что добрались мы с братом впритык. За первым столом я быстро записал своё имя и клан и желаемый год обучения в специальный свиток, подтвердив этим своё заявление об участии. Тут же получил белую повязку с надписью: «Претендент» и повязал её на правую руку своему брату, пока он вписывал своё имя. Он повязал мне такую же повязку, что выдали ему и только в этот момент я обратил внимание на его свежие кровавые мозоли, как износилась его одежда, протёрлись небольшие дырки на локтях и давно нестиранную, грязную каёмку рукава.
        Ланчер продолжил работать, после того, как я ушел из дома. Может и не сразу, но спустя недельку, когда денег опять стало не хватать, он продолжил трудиться на благо семьи, а вот Рамп и Лия выглядели вполне себе неплохо. На работу совсем не торопились. Они просто привыкли не работать и не хотели меняться. Это диагноз.
        Пока мы ждали в очереди начала экзамена, я быстро расспросил брата о ситуации дома. Он сказал, что деньги быстро кончились и даже пришлось продать часть тех духовных камней, что я оставил ему. А работал он, чтобы накопить на покупку новых. Он решил, что хочет стать мастером-стражем. Хочет защищать родителей и всю Южную Флавию, как я защитил его тогда, у границы. Это лучше, чем таскать тяжести в пекарне, а если я даю ему шанс учиться в Академии, то он просто обязан соответствовать моим ожиданиям.
        - То, что ты старательно трудился - очень хорошо. Я это уважаю, - похвалил я паренька, и постарался сразу развеять его заблуждения.
        - Ланчер, не я, а ты сам оплатил свою учебу в Академии. Я плачу деньгами, полученными от продажи добытых тобой духовных камней. И половину долга клану Рокун тоже оплатил ты. Это ты самый настоящий герой и спаситель нашей семьи и можешь этим смело гордиться. Никто не знает об этом, и я прошу об этом пока не рассказывать, но это действительно так. Мне надо благодарить тебя, что ты помог мне выжить в тот тяжелый момент, вовремя принес копье, дежурил ночью, пока я спал, помогал мне всё время, хотя ты ещё не возмужал, но на тебя можно было положиться, как на взрослого. Своим трудом, очень рискованной разделкой трупов ты сделал наше поступление возможным, так что не благодари, Ланчер, а прими, как должное.
        - Брат! - закрыв лицо рукой, воскликнул Ланчер, и начал шмыгать носом. Ну, вот опять!
        - А ну, быстро прекращай ныть, плакса. Экзамен вот-вот начнется. Покажи всем, что ты уже взрослый и крепкий мужчина. Никаких слёз.
        - Да, Марк, - продолжая прикрывать глаза рукавом рубахи, ответил Ланчер, но шмыгать носом не перестал.
        Вдруг толпа вокруг резко притихла.
        - «Фёрст», «Фёрст Валхаим прибыл», - прошелся шёпот по рядам.
        Из дворцовых ворот и вправду показалась красиво украшенная карета с гербом Южной Флавии, который являлся одновременно гербом клана Юрд. Двери кареты распахнулись и оттуда показался невысокий мужчина средних лет, в расшитой золотыми нитями красной мантии. На фоне обступившей его рослой охраны он казался совсем низкорослым, но производил впечатление человека строгого, властного и опасного.
        Правитель внимательно осмотрел собравшуюся, и к этому моменту полностью притихшую толпу, и прошел к центру площади, где для него тут же поставили переносной трон-кресло.
        - Я прибыл лично поприветствовать будущих учеников Академии Боевого Мастерства, которую создали по моему приказу. Вы - новая надежда нашей страны. Наш будущий меч и щит, от которого зависит благополучие Южной Флавии, а значит и всех нас. Начинайте! - приказал он, сделав жест людям в приемной комиссии и усевшись на свой трон, располагавшийся всего в трех шагах от большого показывающего кристалла, чтобы своими глазами увидеть, какого стартового уровня ученики сдают экзамен в его Академию.
        Проводивший проверку духовной силы старик в гвардейской форме взял свиток и стал по одному вызывать к кристаллу тех, кто вписал туда своё имя, причем именно в том порядке, как список заполнился по мере прибытия претендентов. Мы с Ланчером оказывались при таком раскладе в самом конце.
        - Прошу выйти ко мне претендента в ученики второго года обучения, принца Барламея, - объявил старик.
        Этого парня я уже знал по воспринятой памяти Марка, хотя и мельком. Симпатичный, взрослый, рослый парень, которому в этом году исполнилось уже девятнадцать лет. По меркам Академии, он переспевший фрукт. И результаты его в культивации довольно скромны.
        - Триста тридцать! Благодарю вас, принц.
        После записи значения в свиток, старик опять объявил.
        - Следующий претендент на второй год обучения - Ефим Нахим.
        - Двести пять. Посредственно, но терпимо. По правилам экзамена вы проходите, но все, кто не наберут пятьсот единиц духовной силы перед началом третьего учебного года, будут отчислены!
        Эти слова резанули по ушам правителя Валхаима. Он подозвал старика поближе к трону и что-то шепнул ему на ухо. Тот недоуменно кивнул и больше не делал громкие комментарии в адрес поступивших, просто называя число и озвучивая вердикт, прошёл претендент или нет.
        Когда к кристаллу вызвали Ками Лот, толпа зевак оживленно зашумела. Бывшие соученики и новички из конкурирующей академии ахали и отпускали восхищенные комментарии. Девушка была настоящей звездой в городе, а среди пришедших сдавать экзамен вообще оказалась единственной представительницей прекрасного пола.
        Ками легкой походкой, с высоко поднятой головой прошла к месту проверки, приложила ладонь и выдала эффектные и космические для учеников второго года четыреста шестьдесят единиц духовной силы. Еще сорок единиц и она могла бы претендовать на поступление сразу в третий класс, хотя такого в новой Академии сформировано не было. В любом случае, она ярко блеснула своим выступлением и вернулась к столам, напротив которых расположилась её семья, пришедшая поддержать любимую наследницу клана Лот.
        «Бедняжка», - подумал я. Все новички используют духовные камни первого уровня для развития, а значит, она провела около пятидесяти-шестидесяти сеансов культивации за прошедшие три месяца, чтобы подняться с трехсот семидесяти до новой отметки, а если делала это на начальных камнях чтобы поймать удачу, то и все девяносто. У меня духовной силы должно быть намного больше, всего с двадцати пяти сеансов, хотя поднимался я с полного ноля и немного сжульничал.
        После Ками пошла серия представителей неизвестных мне северных кланов с духовной силой лишь на пару очков больше сотни. Почему-то это вызывало насмешки из той части толпы зрителей, где расположились наши конкуренты. Я увидел, что особенно громкие фразы: «Что это за нищие деревенщины?» «Правитель собирается доверить охрану страны этим ничтожествам?», не остались незамеченными Валхаимом. На его лице возникло выражение плохо скрываемого раздражения и презрения к высокомерным ученикам Академии Духовного Совершенства.
        Правитель уже изучил список её новичков, состоявший в основном из одних наследников столичных богачей. Такие не станут рисковать и не пойдут в мастера-стражи. В Академию подались для личного престижа. А услышав еще пару колкостей и смешков, мужчина поднял руку, призывая толпу к тишине и громко заявил:
        - Новички Академии Боевого Мастерства демонстрируют не самые впечатляющие стартовые данные, но зато у них хватило смелости принять вызов и вступить в число будущих защитников страны, которыми выпускники другой Академии вряд ли смогут похвастаться.
        - Если позволите, Ваша Милость, я возражу, - тут же ответил, появившийся из-за спин своих учеников, такой же низкорослый старик, глава Йон Вассази.
        - Глава Йон, - кивнул правитель, тем самым принимая дискуссию.
        - Ваша Милость, гвардейцы, те самые герои, что ценой своих жизней недавно спасли нашу страну от демонического вторжения, были выпускниками нашей Академии. Они защитили столицу и в этом не только их заслуга, но и моей Академии. Мы вырастили их сильными и смелыми, готовыми кинуться в бой, даже если враг намного сильнее. Вы не можете утверждать, что ученики вашей Академии будут лучше, чем те, которых воспитаем мы.
        - К чему вы клоните, глава Йон?
        - Прошу прощение за поведение некоторых моих учеников-новичков, но их насмешки взялись не на пустом месте. Мои новички этого года намного сильнее ваших, а учитывая число пришедших сдавать экзамен, то и набор в этом году у нас состоялся успешней, хотя мы открывали всего двадцать мест, а вы сорок. Раз вы утверждаете, Ваша Милость, что ваши ученики лучше, так может, выдадим награду тем претендентам, кто покажет большую силу среди учеников первого и второго года? Скажем, сто начальных камней первого уровня для новичков и сто начальных камней второго уровня для сильнейшего ученика второго года. Что скажете, Ваша Милость? Награду выплатит тот, чьи ученики в этих двух категориях проиграют.
        Лицо правителя расплылось в хитрой усмешке. Наверное, после демонстрации силы Ками Лот, он был уверен, что если и проиграет приз для новичков, то выиграет для девушки приятный бонус за согласие перейти под его крыло. Тем более, что награда для второго года была куда дороже, чем для первого.
        - Я согласен, глава Йон. Клан Юрд готов поддержать учеников, в чьей бы Академии Южной Флавии они не обучались, - набирая политические очки, великодушно объявил Фёрст Валхаим.
        - Рад это слышать, Ваша Милость. Маркус! - усмехнувшись, объявил старик.
        - Маркус?! Что за Маркус? - прошелся гул по толпе.
        - А это не тот ли Маркус, что является знаменитостью западной границы? Парень-птицебой.
        - Да нет, не может быть, что ему делать в столичной Академии? Он же из бедняков.
        Из задних рядов темно-синей толпы появился здоровенный парень, который был явно или на самой границе ограничения по срокам поступления или уже пару лет, как пересек её.
        - Маркусу девятнадцать лет, Ваша Милость. Вы уже могли слышать о нем. Он часто помогал охотникам на западной границе. Даже если печать защищает нас от наземных монстров, то для летающих перелететь барьер не проблема. Особенно для низкоуровневых монстров вредителей, которые съедают сладкие плоды в многочисленных садах западной провинции. Маркус крепко сложен и просто идеально бьет птиц и мелких летающих монстров из пращи. Он сирота, но в этом году он, наконец, скопил достаточно средств, чтобы поступить в нашу Академию, сразу на второй год. Он сильнейший из наших учеников второго года.
        Старик приказал Маркусу показать его духовную силу на кристалле, и она оказалась в районе четырехсот восьмидесяти единиц. На двадцать больше, чем у Ками. Хотя это была явная ловушка, а великовозрастный парень будет не ровней девятнадцатилетней Ками в будущем, Валхаим не подал виду и поздравил главу Йона с отличным воспитанником. Наверняка он знал Маркуса, но не догадывался, что его используют против него, предложив это сомнительное состязание.
        - Симона! - сразу после рослого парня, вызвал другого своего новичка старик.
        Опять какая-то перезревшая девица, затесавшаяся в ряды юных новичков. Девушка показала сто девяносто восемь единиц духовной силы. На две единицы меньше, чтобы сразу попасть в класс учеников второго года.
        - У вас отличные воспитанники, поздравляю вас глава Йон, - опять скрыв свои эмоции за непроницаемой маской добродушия, воскликнул Фёрст Валхаим, а сам наверное в уме уже подсчитывал убытки.
        - Сразу объявим победителя или вы ещё надеетесь победить, Ваша Милость? - с мерзкой ухмылкой спросил глава конкурирующей Академии.
        - Надеюсь, что ещё не прошедшие проверку воспитанники моей академии будут также талантливы, как и ваши, - холодно улыбнувшись, ответил правитель, но по его лицу было понятно, что он уже не надеется победить.
        - Сто два, принят… Сто один, принят, - объявил старик-гвардеец, когда дело дошло до младших представителей клана Кансай.
        Претенденты таяли на глазах и Валхаим все сильнее закусывал свою нижнюю губу.
        - Сто тридцать пять, принят, - объявил старый гвардеец, замерив на кристалле силу Тибы.
        Парень набрал немало за лето, но не дотянул даже до Ланчера. «Кстати, а сколько у моего младшенького-то будет?» - призадумался я. Было сто сорок в последний раз, когда я спрашивал, а затем я оставил ему сорок духовных камней, часть которых, с его слов, пришлось продать для покупки продуктов. Если грубо, то сто сорок плюс тридцать пять - получится сто семьдесят пять, а если повезет, то плюс семьдесят. Выходит двести десять, но шанс, что все начальные были «наполненными» минимален. Он наберет где-то посередине, если продали пять камней, а если продали больше, то еще меньше. Ладно, гадать не имело смысла, скоро будет проверка, и всё узнаю.
        Еще парочку парней передо мной показали ровно сто духовной силы, а один умудрился прийти на экзамен с девяносто семью и не пройти. Видимо, его подвел неточный показывающий кристалл, что его семья использовала раньше. Он был поднят на смех «синими» и сбежал с глаз правителя, сгорая со стыда.
        Старик объявил моё имя, и всё вокруг зашевелилось и зашумело. Ефим подскочил, как ужаленный. Ками завертела головой, высматривая меня среди немногочисленной группы претендентов, а впившись взглядом в единственного человека, скрывающего лицо капюшоном, почему-то в нерешительности замерла на месте, прикрыв рот рукой.
        Шумела и толпа вокруг. Я невольно замер, слушая целый град фраз. Оказывается и про меня тут есть масса слухов.
        - Это тот, что является потомком легендарного мастера Рована, да?
        - Да, в прошлом году он показал огромную духовную силу. Он далеко пойдет. У нас будет второй герой легендарного уровня.
        - А я слышал, что он отправился за барьер и чуть не умер в бою с монстрами. Говорили, что он потерял все свои силы.
        - Думаю, это просто очередная выдумка болтунов.
        - Но почему он тогда решил перейти в другую Академию? Может он действительно ослаб, и теперь опять будет начинать с новичками?
        - А я слышал, что его отца исключили из клана, и они едва сводят концы с концами. У него нет денег на старую академию. Видимо, решили начинать тут, так как дешевле.
        - Да они совсем обеднели и живут теперь в маленьком домике в бедном районе города, - шумела одна бабка, - они мои соседи, но Марка с ними я никогда не вижу. Может ему старый клан помогает?
        Говорили многое «А я слышал, то, а я слышал сё», но вся информация у них была устаревшей. В глазах толпы я теперь был обедневшим потомком легендарного героя, который лишился сил и денег. Многого от меня уже не ждали.
        - Марк Кансай, претендент в ученики второго года! - громко повторил старик у кристалла и я понял, что слишком заслушался трескотней толпы и спешной, но твердой походкой двинулся к нему.
        На самом деле передо мной стояла нетривиальная задача. Мне нужно было показать минимум, но не меньше двух сотен. Я тренировался выдавать нужный результат на своём ручном кристалле и неплохо получалось, но это было до того, как я поглотил еще полтора десятка духовных камней третьего уровня и глава Йон Вассази затеял свой спор.
        Так как я сразу метил на второй год, то мне уже не выиграть среди претендентов в новички. Да и люфт слишком мал между сто девяносто восемью и двумя сотнями. Никак не попасть без подготовки. Мне нужно было выжать из себя теперь новую цифру. Больше чем у Маркуса и меньше пяти сотен, чтобы не улететь в космос. Третьего класса в этой академии нет.
        Я неуверенно потянул руку к кристаллу, надеясь, что мне удастся вовремя остановить поток и не выдать слишком мало или слишком много.
        - Ничтожество! - крикнул кто-то из «синей» толпы.
        - Давай быстрей, не заставляй всех ждать.
        - Ему всё равно не победить Маркуса, сколько бы это ничтожество не получило от родни камней.
        - Академия Духовного Совершенства победит, предатель!
        Я старался не слушать эти раздражающие меня колкости, но моя энергия в груди на них реагировала, независимо от того, хочу или нет. «Тихо, тихо, спокойно, спокойно», - мысленно уговаривал я себя, стараясь унять пульсирующий огонь в груди.
        - Претендент, если вы не направите свой поток духовной энергии в кристалл, ваш экзамен будет провален, - пригрозил старик, также подгонявший меня в спину.
        Я изо всех сил пытался взять тело Марка под контроль, но видимо то, что не задевало меня, странным образом влияло на его тело. Оно реагировало вместо меня и очень бурно, а тут ещё и Ками неожиданно крикнула в спину и не что-то обычное, вроде: «Давай, Марк, постарайся, у тебя всё получится» или «Удачи!». Эта дура крикнула: «Я люблю тебя Марк!» На всю площадь крикнула. Прямо под руку, когда я послал первую порцию и готовился после её выхода отдернуть ладонь. Тут у тела что-то внутри вспыхнуло, оживилось. Энергия хлынула почти бесконтрольно и таким бурным потоком, что даже отдернув ладонь я выдал в кристалл куда больше, чем рассчитывал. Я обреченно вскинул взгляд на отметку, куда прыгнула энергия и болезненно поморщился.
        Ну, кто бы сомневался. Я если и обсираюсь, то сразу по полной. Спасибо, Ками Лот. Первая наша встреча, а я уже хочу полностью прекратить общение. Тело становится неуправляемым от одного звука и тембра её голоса, словно Марк опять захватывает и отбирает уже подаренное мне тело назад. Осталось узнать, что скажет старый гвардеец и получить весь пакет сопутствующих неприятностей.
        Часть 17 Неожиданная помощь айдола
        Толпа отреагировала на громкое признание местного айдола очень бурно. Уж не знаю, зачем Ками Лот устроила это представление, но всё внимание от меня и стола с кристаллом резко переместилось в её сторону. Я зафиксировал свечение на уровне семи тысяч, но так как поток был направлен одним выбросом, кратковременно, через пару мгновений оно померкло, скрыв мою оплошность, но старик гвардеец на крики не отвлекался и тоже всё видел.
        Он застыл на месте с изумленным выражением на лице, а когда свечение резко погасло, пристально уставился на меня. Наши взгляды встретились. Почему-то изумление мастера-стража сменилось не восхищением или признанием, а подозрительным и недоуменным выражением. Старик отказывался верить в увиденное. Это меня и спасло.
        - Ещё раз! - потребовал он, мотнув головой, словно сбрасывая с глаз наваждение.
        Я поблагодарил судьбу за возможность исправить ошибку и во второй раз осторожно направил в кристалл поток духовной энергии без эффекта эмоционального всплеска тела.
        - Семьсот, принят! - удовлетворенно хмыкнув и, видимо, для себя решив, что в прошлый раз ему просто привиделось что-то не то, объявил экзаменатор. А то, что я не стал возмущаться, лишь убедило его в своей правоте.
        Услышав побившее результат Маркуса значение, правитель неожиданно залился раскатистым смехом. Чтобы понять, что вызвало его столь бурную реакцию, мне пришлось оглянуться за спину и увидеть выражение лица главы Йона Вассази. Старик пошел бордовыми пятнами, и скривился так, словно хлебнул ртом ковш дерьма. Он тут же выскочил на площадь к кристаллу, требуя перепроверить результат.
        Когда экзаменатор отклонил его требования, поставив на озвученный результат свою честь боевого мастера гвардии, глава Йон стал заявлять, что это не по правилам! С таким огромным результатом меня нужно принимать сразу в третий класс, а не во второй и негоже такого одаренного ученика сравнивать с менее одаренными из второго только по той причине, что третьего класса в Академии Боевого Мастерства просто нет. Тут в защиту моего победного для спора результата выступил сам Фёрст Валхаим.
        - Глава Йон, я без претензий принял результаты ваших лучших, но уже очень зрелых учеников, хотя они соревнуются с теми, кто лишь недавно открыл в себе способность к развитию духовной силы. Почему же вы, когда среди моих учеников также блеснул талант, не готовы с этим согласиться?
        Хотя мой результат был без сомнений потрясающ и вызвал гул восторга и активные обсуждения среди зевак, настоящий фурор устроил не я, а Ланчер. Мой младший брат вышел и выдал сто девяносто девять очков, растоптав Симону и весь хитрый план клана Вассази по очередному унижению клана Юрд. Глава Йон рвал и метал, а Валхаим не сдерживался, хохоча во все горло и колотя кулаком по подлокотнику трона.
        В таком же приподнятом настроении, щедро осыпая порадовавших его новичков похвалой, правитель принял всех прошедших экзамен за стенами своего дворца. Пока это была лишь временная, ознакомительная экскурсия. У нас был еще один день, чтобы собрать вещи необходимые нам на новом месте проживания и завтра окончательно заселиться в гвардейские казармы при дворце. Я отметил, что принца Барламея и Ками среди тех, кому устроили экскурсию нет.
        Принц с охраной сразу же ушел во дворец, как только прошёл проверку, а Ками куда-то увёл её отец и многочисленная прислуга. Видимо, её душевный порыв поддержать своего избранника, после всех слухов, что она слышала в столице, не получил одобрения родителей. Девушку готовили к роли супруги второго принца, а тут такой громкий и попавшийся на глаза правителю и его слуг бунт. Не только Марку было бы сложно добиться расположения её семьи, но и самой Ками тяжело преодолеть давление властных родителей, которые без сомнений предпочтут принца какому-то обнищавшему и лишившемуся земли наследнику провинциального клана.
        Как я и предполагал, для нас с Ланчером Фёрст Валхаим устроил особый прием. Когда всех других спешно выперли за стены дворца, нас повели в небольшой внутренний дворик, где в более дружелюбной и тёплой атмосфере правитель явил свою щедрость, пообещав нас наградить из казны и попутно попытался в деталях выяснить, каким таким образом нам удалось так выделиться.
        Я старался не давать Ланчеру сказать ни одного лишнего слова, постоянно перехватывая его фразы, если Валхаим что-то спрашивал у него. Мне удалось отбить большинство каверзных вопросов, чтобы свернуть рассказанную нами историю в русло придуманной ранее легенды. Ланчер признался, что добыл камни монстров. Я указал, что это были небольшие монстры, которых мы нашли у границы рядом с горой тел львов и крикунов.
        Ланчер сказал, что мы занимались культивацией прямо в своем особняке, ожидая спасения гвардии. Я тут же уточнил, что мы делали это круглые сутки, забившись, как два напуганных щенка в глубокий подвал, чтобы у правителя не создалось впечатление, что мы что-то недоговариваем, и не возникло других наводящих вопросов.
        Даже опасные расспросы, касающиеся камней третьего уровня мне удалось сжать до версии событий с вторым старейшиной Кином. Я рассказал, как его семья преградила нам путь и отобрала найденные у горы тел драгоценные духовные камни, но я не забыл выгородить его, уточнив, что несостоявшийся глава выкупил долги нашей семьи и вернул все отобранное позже, когда сам лишился своего положения.
        Валхаим призадумался, а помучив еще полчаса дотошными расспросами, позвал своего слугу и с барского плеча выдал мне пятьдесят, а Ланчеру десять золотых. Я сэкономил ему две тысячи золотых, пожертвовав своей маскировкой и открыв часть своей огромной духовной силы, а он отблагодарил меня такой жалкой подачкой. Да, уж, на достойную награду и искреннюю благодарность от такого скупого человека рассчитывать не стоит. Ланчер сохранил правителю две сотни, и его награда и вовсе оказалась символической, но зато я удачно отвел от себя и младшего брата подозрения и частично от Рампа, продавшего крупную, по местным меркам партию дорогостоящих духовных камней оптом.
        Нам причиталась ещё награда за выигрыш в споре от клана Вассази и Фёрст Валхаим пообещал проследить, чтобы её вручение произошло без задержек уже завтра. На этой ноте нас отпустили из дворца. Я понял, что с трудом переношу общество этого не особо приятного человека, а если его визиты в академию будут происходить каждый день, то надолго я в ней не задержусь. Ланчер же не мог нарадоваться наградам, а мешочек с десятком золотых нёс любимому отцу и матери, чтобы вручить его им.
        Всё-таки, Ланчер был ещё ребенком и жаждал признания родителей больше, чем опирался на свои внутренние ценности и установки. Я не мешал ему по возвращении в лачугу Рампа Кансая, слить своё золото отцу и матери в обмен на похвалу. Для него это может быть не только приятно, но и полезно. С завтрашнего дня он окажется в окружении потомков более знатных семей, враждебного Тибы и других старших братьев смежных веток нашего развалившегося клана и его деньги могут просто украсть или отобрать. Здесь они точно будут потрачены, хоть и глупыми и расточительными, но родными людьми.

* * *
        Ками Лот никогда не испытывала недостатка любви. Она была единственной, после старшего брата-наследника, горячо любимой дочерью своего безраздельно главенствующего в торговом клане Лот отца. Он делал для неё всё, чего бы она ни пожелала, но даже от него и матери, самых дорогих и близких людей девушка хранила одну тайну.
        В двенадцать лет к ней явилась богиня Гелу и объявила её своей избранницей, которой суждено при настойчивости и удаче достичь вершины Лестницы Совершенства и стать равной пяти Демиургам, пяти Великим Богам-создателям этого мира, храмы которым находились во всех пяти странах Флавии. Девушка восприняла это послание со всей серьезностью и стала готовиться к роли будущей богини.
        Боги в понимании Ками - существа совершенные и могущественные. Они являются создателями, защитниками и утешителями для своих творений. Они защитили их от полного истребления, создав огромные защитные барьеры, внутри которых в безопасности могут проживать целые народы. После видения она стала постоянно наведываться в Храм Пяти Богов, чтобы преподнести подношение Богине Гелу и попросить у неё поддержки и удачи, чтобы осилить сложный путь. Ками не просто засыпала богиню просьбами, но и сама активно взялась за учебу и приобретение новых полезных и не очень навыков.
        Планка девушки к себе, как к избраннице богини постоянно росла, и она стала замечать, что оказалась далеко впереди своих более ленивых сверстников по количеству умений и проявленных в разных делах талантах. Это убедило Ками, что богиня отвечает на её еженедельные просьбы и дает своё благословение на любые её начинания. В тринадцать у неё единственной в семье открылся духовный талант. Отец скакал от счастья. Его дочь - уникум, лучшая из лучших, и воспринял мягкие намеки, поступающие от правящей семьи Юрд, как должное.
        Он был уверен, что выбор невесты для второго принца Фёрста Валхаима был сделан не только по принципу сравнения богатств кланов, а и исходя из личных достоинств его незаурядной и прекрасной дочери. Поэтому он считал, что союз его любимой Ками и Барламея может быть достигнут при одинаковых вливаниях в их будущее благополучие со стороны обеих семей. Агрипал даже подумывал замахнуться на первого, наследного принца Южной Флавии, которого Валхаим собирался соединить браком с дочерью правителя Восточной Флавии Наваррой Люпен.
        Агрипал затаил в душе надежды добиться в женихи для дочери именно наследного принца, поэтому вложился и наладил более тесные торговые контакты с Восточной Флавией. Он желал быть в курсе положения дел в соседней стране и в удачный момент предложить правителю заменить невесту, если клан Люпен потеряет свои позиции или вовсе лишится своей власти в стране. Новые торговые контакты обогатили клан Лот еще сильнее. Золото текло рекой, а сестра и супруга Фёрста трижды посещала особняк главы клана Лот, чтобы неофициально обсудить будущее Барламея и Ками, как удачного и взаимовыгодного брачного союза.
        Сам Валхаим пока официально отмалчивался, ожидая, когда в торговом клане свыкнутся с этой мыслью и дадут свои первые предложения, касающиеся, разумеется, приданого Ками. Такие вопросы всегда требуют согласования глав кланов, но преследующий другую цель Агрипал не спешил скреплять брачный договор с бесперспективным Барламеем и поглядывал на Балена, его старшего на два года брата, уже молодого боевого мастера, которого обучали и тренировали лучшие мастера прямо во дворце.
        Ками оказалась под давлением отца и матери, которые настаивали на сближении её с Барламеем, но лишь для того, чтобы в его обществе показаться перед наследным принцем и завладеть его сердцем. Одним из немаловажных аргументов, склонивших Ками к переходу в другую Академию послужил тот факт, что ждать возвращения Марка в старой бессмысленно. О нем говорили, как об умирающем, ничего не представляющем из себя калеке. Даже его выживание, не то, что просто ещё одно появление в столице было под большим вопросом. Агрипал хотел, чтобы его дочь попав за стены дворца приблизилась к наследному принцу, Валхаим хотел денег клана Лот и помощи айдола в популяризации его нового детища, а сама Ками хотела хотя бы еще одной встречи с Марком, пока она полностью не погрязнет в учебе и интригах за стенами дворца.
        И вот, когда она уже ни на что не надеялась, Марка объявили одним из претендентов на учёбу с ней в одном классе. Она не сразу отыскала его глазами среди толпы, но когда отыскала, не увидела жалкого и слабого калеку, а вполне здорового и уверенного в себе юношу, который стал еще выше и крепче. У них не было возможности поговорить до его выхода к кристаллу, а там случилась непонятная заминка.
        Девушка так разволновалась, перебрав в голове все причины, почему он сам не подошел к ней до начала экзамена, не заговорил, даже не обменялся простыми приветствиями и решила, что Марк стесняется показывать свою так и не возросшую или даже ставшую меньше, чем раньше духовную силу. Она была уверена, что он сомневается, стоит ли ему сдавать экзамен и показывать всем, как он стал слабее в первую очередь из-за неё. В голове крутилось много всяких слов, но она не нашла ничего лучше, чем поддержать его одной простой фразой, которая уберет все его страхи и сомнения. Если она признается при всех, он не будет стыдиться, что у него всего двести или даже меньше очков духа, но Марк опять удивил её.
        Она увидела на кристалле вначале вовсе непонятный столбик света, уткнувшийся в отметку, отделяющую младших мастеров от матерых, всеми признанных боевых мастеров и героев. Эта вспышка резко пропала и следом возникла уже более ожидаемая в районе между учеником и старшим учеником. Семьсот единиц! Потрясающе! Бесподобно.
        Ками была одной из немногих, кто искренне радовался результату парня у кристалла, но её попытка подбодрить его вылилась в недовольство отца и матери. Не позволяя ей встретиться и поговорить с возлюбленным, они увели её подальше от шумной толпы и опять принялись указывать, кто её истинная цель и что из-за таких глупых признаний, принц Барламей может проникнуться к ней неприязнью и ревностью, а клан Лот лишится расположения всего клана Юрд.
        Девушку закрыли в её покоях подумать над своим поведением, а она не видела своей вины в расстройстве планов родителей. Они хоть и вырастили её, но не имеют права указывать избраннице богини Гелу, кого ей любить и хотеть видеть рядом с собой. Ей был не интересен заурядный, жестокий и высокомерный, хоть и образованный и довольно привлекательный второй принц. К наследнику правящего клана она и вовсе испытывала отвращение. Он был сильным бойцом, но это вылилось в самодовольство и постоянные стычки с придворными, избиение слуг и даже случайных прохожих, с которыми он сталкивался, прогуливаясь по городу и его окрестностях.
        Бален был бессмысленно жесток и упивался своей властью и безнаказанностью, ведь никто не смел предъявить ему претензии, если становился его жертвой. Искать справедливость было бессмысленно. Советники и судьи всегда становились на сторону наследного принца, даже если обращения в суд и случались. Это и неудивительно, ведь верховную судебную власть представлял сам Фёрст Валхаим.
        С трудом дождавшись вечера, девушка легла в постель, но долго не могла заснуть с волнением ожидая наступления следующего дня, когда сможет увидеться, и как раньше, наедине пообщаться с Марком. В Академии у неё должна быть своя отдельная комната, так как её не поселят с кем-то из парней. Это позволит ей при желании приглашать Марка к себе и общаться без свидетелей. Ками не могла дождаться, когда этот бесконечный день, наконец, завершится и судьба кинет её в объятия казавшегося уже безвозвратно потерянного возлюбленного.
        Часть 18 Трагическая встреча
        Оставив Ланчера с его родителями, я пошел в свой гостиничный номер. Как я понял из рассказа куратора во время экскурсии, с момента заселения в Академию Боевого Мастерства я уже не смогу выходить за стены дворца в любое время по желанию. Только один раз в две недели, всего на несколько часов, чтобы повидаться с родственниками и купить необходимое для своей дальнейшей учебы и культивации.
        Жизнь в академии - это полный пансион. Сон, занятия, завтрак, обед, ужин и отдых по расписанию. Вещи стирают дворцовые прачки, раз в неделю, прямо на месте. От меня требуется лишь просыпаться вовремя и точно следовать распорядку. Я к такому вообще не привык, но если обучение будет полезным, можно и потерпеть.
        Волновала сохранность моих драгоценных духовных камней при академии. С хранением сокровищ в Южной Флавии вообще обнаружилась огромная проблема. Охраняемых сильной стражей банков, подземных хранилищ, сейфов с анонимными ячейками тут нет. А хранить что-то под матрацем в гостиничном номере или в академии очень опасно. Я смог успешно доставить духовные камни от границы к столице, спрятал некоторую часть из них в городе, но большая осталась в пригороде в нескольких, не самых надежных тайниках. Надеялся использовать их в ближайшие пару месяцев, но теперь возникли препятствия.
        Сначала брать их с собой в академию вообще не планировал, но при таком режиме обучения, я потеряю к ним свободный доступ и не смогу нормально наращивать свою духовную силу каждый день и дальше. Нужно договориться о дневном посещении академии с постоянным проживанием в гостинице. Если откажусь от завтраков, ужинов и комнаты, думаю, мне пойдут навстречу и разрешат учиться таким образом. Главное, чтобы я занятия не пропускал, а это обучению не мешает.
        С момента, как я логически связал демоническое вторжение с покушением на мою жизнь, мне всюду мерещились враги, коварные любимчики других богов, прознавшие о явлении сильного конкурента и стремящиеся задушить его в зародыше. Я так упорно две недели гнался за наращиванием личной духовной силы, что совершенно выпал из жизни. Лишь в последний день окунулся в новости и слухи о произошедших событиях. И… ничего. Вокруг опять тишь да гладь. Даже вторжение перестали упоминать. Кругом было тихо и спокойно, как и в те два месяца, что я лежал в особняке клана Кансай пластом. В целом, Южная Флавия действительно довольно тихое и мирное место. На меня не обрушился бесконечный поток наёмных убийц или самих избранников богов. Похоже, о моем статусе мало кто знал и вообще догадывался.
        Но чем я становился сильнее, тем отчетливей понимал, что даже давая подсказку своим избранникам, демиурги не имеют право прямо раскрывать личность их противника. Какую-то информацию они обязаны скрывать. О том, что я избранник Каннон, никто в этом мире может и не знать, пока я сам не раскроюсь. Возможно, поблизости и нет ни одного сильного конкурента. Единственное, что я знаю от Каннон, что избранников много. Они есть в каждой стране от каждого божества хотя бы по одному.
        Осталось набраться сил, вычислить их и уничтожить одного за другим, пока они не сделали этого со мной. По идее, ими окажутся самые сильные и могущественные люди в стране. Хотя судя по погибшему Марку, я бы не сказал, что избранник богини Каннон занимал какое-то весомое положение. Скорее наоборот, он был аутсайдером. Или она слишком слабо ему помогала или возможность это сделать у демиургов не так уж велика.
        Пока было свободное время, я посетил столичный Храм Пяти Богов Южной Флавии в поисках дополнительной информации и был шокирован фразой на одной из стен.
        «Избранник, помни, вокруг обитает множество могущественных существ, но самыми могущественными из них являются древние магические земляные драконы. Чтобы стать подобным богам, нужно силой или умом одолеть этих существ».
        Это послание было явно адресовано мне и таким, как я. А еще, оно очень напоминало то, что мне ранее в качестве секретной подсказки сообщила Каннон. Вот тебе и секрет. Тут прямым текстом дана инструкция к действию. Я отвлек одну из жриц с просьбой подсказать, нет ли в храме собрания божественных откровений, наподобие земного Корана или Библии и такая книга имелась, но из-за отсутствия печатных станков в этом мире, она не имела множества доступных для прочтения копий. В этом храме находилась лишь одна, переписанная вручную с оригинала. Оригинал располагался в Храме Пяти Богов в Центральной Флавии. Копия также являлась священной реликвией и людям с улицы не показывалась и тем более не давалась к прочтению.
        Стало понятно, что придется очень постараться, чтобы заполучить себе этот экземпляр или попросить сделать с него еще одну копию для себя. К сожалению, Верховного жреца тоже просто так посетить с просьбой было нельзя, и мне пришлось записаться в очередь на аудиенцию, которая могла и не состояться, если Верховный жрец не захочет меня видеть.
        Поискав на стенах храма другие послания, я нашел еще два.
        «Избранник, помни, лишь понимание истинного пути и следование воле богов приблизит тебя к вершине Лестницы Совершенства»
        и
        «Да не поскупись же на щедрую плату, желающий получить божественное благословение гость»
        Последняя фраза была явно хитрой выдумкой и допиской местного жречества, желающего заработать на «божественных» благословениях собственного разлива. Впрочем, как и во всех религиозных течениях, живущих за счет пожертвований. Никаких храмов не существовало бы, если бы убогие не несли в них свои кровные сбережения, надеясь получить помощь и защиту глухих к мольбам биомассы Высших сил.
        Ладно, с подсказками от Демиургов я чуть позже разберусь. По сути, они только избранникам и предназначены, а не всяким жрецам и местной пастве, так что забрать их силой, если не удастся договориться о создании копии, не считаю даже безнравственным поступком. Это подсказки для тех, кто принимает участие в турнире Богов, поэтому всякие хитрожопые жрецы не вправе накладывать на них свои лапы и закрывать доступ по собственной прихоти.
        Покинув Храм Пяти Богов и не кинув ни гроша в специальную тумбу-копилку с прорезью на входе, я вызвал недовольство у следившего за мной служителя. Он нагнал меня уже на улочке в двадцати шагах от территории Храма, и наглым тоном потребовал обязательного пожертвования за посещение святыни.
        - Что? - искренне удивившись, спросил я.
        - Ты обязан заплатить пожертвование за вход в храм, - с полной уверенностью в своей правоте, настаивал тучный мужчина в мятой черной сутане.
        - А не пошел бы ты нахер, жирдяй? - сдержавшись, чтобы не ответить грубей, сказал я, и развернувшись, продолжил путь.
        - Стража! Держи вора! - тут же поднял крик мерзкий храмовый прислужник, видимо, рассчитывая, что я сильно испугаюсь и сразу полезу в карман за пожертвованием, чтобы его остановить, но я продолжил спокойно идти дальше, игнорируя обвинения.
        Продолжая орать, как психопат, мужчина привлек внимание прохожих и стражи на ближайшей городской стене, те дали сигнал из рога, привлекая к себе внимание патрулей на ближайших улицах, и жестами направляя их к источнику шума. Опасаясь, что я сбегу, пока не прибудет патруль, крикун-жрец кинулся ко мне и повис на моей левой руке.
        Меня настолько взбесил наглый прилипала, что я вложил в удар по его мерзкой роже не только всю свою физическую силу, но и что-то вспыхнувшее в горячей груди и мгновенно устремившееся в кулак вместе с наносимым ударом. В следующую секунду я замер в оцепенении от ужаса. От моего удара лицо мужчины провалилось внутрь черепа, как гнилая тыква. Во все стороны и на меня брызнули струи раздавленных мозгов и крови.
        Пухляк мгновенно обмяк и рухнул на каменную мостовую. Завизжала женщина. Прохожие кинулись врассыпную. Приплыли. Вот как выглядит усиленный духовной мощью удар. Блин. Я же на самом деле не хотел его убивать. Нет! Я хотел, но лишь долю секунды, когда заносил руку, но если бы знал, что мой удар закончится этим… точно не стал бы бить на всплеске эмоций, которые у меня по наблюдениям сопровождаются резким и неконтролируемым выбросом. Чёрт! Что делать-то теперь? Мне просто хотелось отцепиться от навязчивого прилипалы, а теперь придется скрываться от преследования.
        Откуда-то издалека уже послышалось дребезжание доспехов бегущих стражников и на впрыске адреналина я сорвался с места и нырнул в переулок, оттуда в арку, оттуда через высокий забор в чей-то внутренний дворик и замер, прислушиваясь. Шум на соседней улице усиливался. Я глянул на свою окровавленную руку и заляпанную одежду и, не мешкая, направился к бочке для сбора дождевой воды на углу дома. Быстро окунулся лицом по грудь в эту бочку. Вынырнул. Стекающая по плечам и груди вода разбавила ярко-красные пятна. Повторил эту процедуру несколько раз, затем смыл кровь с кулака и обдал водой штаны и ботинки.
        Один удар и я весь в крови. Хуже и не придумаешь. Покрутил головой в поисках развешенной для сушки одежды, но ничего такого поблизости не увидел. «Прости, жирдяй, не на того человека ты напал», - подумал я. При всём моем желании быть добрее к людям, если меня грубо лишают свободы, причем такие слабаки, моя реакция незамедлительна, а тут еще незнание собственной силы сыграло злую шутку. Хорошо, что это еще произошло не на практических занятиях во дворце, а в таких обстоятельствах, а то я мог случайно убить предателя Ефима или второго принца Барламея. Тогда бы так легко не отделался.
        Из квартала, где произошло непреднамеренное убийство храмовника я ушел, как только смыл явные следы крови с рук и одежды. На соседней улице мне удалось разжиться куском мешковины, которой я скрыл ту часть одежды, что не поддавалась быстрому очищению и слишком бросалась в глаза. В своём номере переоделся в другую одежду и срочно избавился от заляпанной кровью в одном из глухих закутков, подальше от гостиницы.
        Оттуда двинулся в торговый квартал и купил новую одежду, специально выбрал темные цвета, чтобы они не были похожи на ту одежду, в которой я ходил ранее. Остаток дня провел в культивации, потратив последние два носимые в мешочке на поясе духовных камня. После второго сеанса очнулся уже утром следующего дня, но тревожное состояние и муки совести настигли меня с новой силой, словно и не было промежутка в пятнадцать часов. Все же, я чувствовал себя виноватым и отговорки, что не надо было меня хватать за руку и требовать плату, не особо помогали.
        Собрав все свои вещи в заплечный мешок на случай, если не удастся договориться о дневном посещении академии, я двинулся в дом Рампа за Ланчером. А Лия с двери кинулась ко мне с причитаниями, как в столице оказывается опасно жить. Вчера, видите ли, прямо средь бела дня какой-то злодей ограбил Храм Пяти Богов и убил попытавшегося помешать преступлению внучатого племянника Верховного жреца.
        Женщина рассказывала такие странные подробности, что меня аж зло взяло. По слухам грабитель ворвался в Храм, избил многочисленную охрану и, стащив оттуда сбережения Храма за целое полугодие, кинулся наутек, но один благородный и смелый священнослужитель не испугался, кинулся за ним в погоню, позвал городскую стражу и даже смог его в одиночку ненадолго задержать. Но грабитель оказался настоящим демоном.
        Во-первых, он жестоко разделался с несчастным жрецом, буквально, размозжив его голову огромной металлической булавой. По описаниям, грабителем являлся огромный бугай под два с лишним метра ростом. Когда прибыла доблестная стража, он применил какую-то духовную технику для перемещения и просто растворился в воздухе с огромным мешком награбленного. Стража это видела собственными глазами. Насмехаясь, он ткнул в их сторону огромным указательным пальцем и расхохотался, а затем просто исчез, словно призрак.
        Я сначала разозлился, а потом подумал, что с такими приметами меня никогда не примут за убийцу и немного расслабился. Ланчер крепко обнялся с родителями и с радостной улыбкой поспешил за мной. Я позавидовал его эмоциональной легкости и душевному комфорту. Меня всё ещё терзало содеянное, но признаться и понести наказание не позволяло чувство самосохранения.
        За убийство в Южной Флавии положена смертная казнь. Придется молчать, как партизан и нести этот груз, пока есть силы. В любом случае, будет мне уроком, чтобы не распускал свои кулаки где попало. Я уже не немощный Марк с жалкими тремя сотнями единицами духовной силы, а молодой боевой мастер десятого ранга с семью тысячами ударной мощи в кулаках. Это не только немалая сила, но и огромная ответственность. Этот неприятный инцидент стал для меня отличным сдерживающим фактором в следующем конфликте, а произошел тот, буквально сразу, как мы добрались до ворот дворца правителя.
        На воротах меня караулила Ками с двумя служанками, личным охранником и носильщиком. Возле неё стоял Ефим Нахим и принц Барламей, также с телохранителем.
        - Марк! - едва завидев меня, вышедшего из переулка на площадь, воскликнула девушка и радостно замахала рукой.
        Я поднял руку и пару раз махнул в ответ, но радостных эмоций не испытывал и не выразил, зато моя грудь задрожала от очередной вспышки непонятных переживаний. Пульс ускорился, дыхание участилось. Всё же, мне не показалось в прошлый раз. Тело продолжало выдавать реакции влюбленного человека, хотя внутри находился уже совсем другой владелец. Ками была симпатичной девушкой, но никаких особых чувств у меня не вызывала. Но судя по тому, как внешне колбасило моё тело, можно было подумать, что я и сам схожу по ней с ума.
        - Ками, так этого дорогого друга ты ждала, отказываясь идти в моей компании, - недовольно пробубнил принц.
        - Да, Ваша Светлость, Марк мой очень близкий друг, каким и был ранее, и если бы не пожелания наших родителей, он бы стал моим женихом, - желая немного позлить и заодно отделаться от навязчивой компании принца, специально пришедшего сюда, чтобы проводить её в главный корпус дворцовой гвардии, сказала девушка.
        - Должен заметить, Ками Лот, у вас очень дурной вкус. Что хорошего в слабом наследнике разорившегося клана?
        - Зачем упоминать о слабости, если вы вдвое слабее Марка? - усмехнулась девушка, продолжая давить на больную мозоль нежеланного жениха.
        - Это возмутительно! Сейчас я покажу, что такое настоящая сила. Твой Марк будет на коленях просить меня о пощаде. Сила не в каких-то там единицах на кристалле, которые каждый сможет получить просто культивируя. Настоящая сила в богатстве и положении клана. Вот мой отец Фёрст Южной Флавии, а у твоего дружка кто?
        - Привет, я так рада, что ты поправился, - проигнорировав слова принца, воскликнула девушка и кинулась мне навстречу, когда между нами было уже не более двух десятков шагов.
        Я никак не ожидал этого, но Ками сходу обняла меня и прижалась к моей груди лицом.
        - Марк, Марк, я так рада, так рада, что с тобой всё хорошо.
        - Угу, - не зная, как себя вести с дающей волю чувствам девушкой, нейтрально ответил я, а сам ощущаю, как меня бросило в жар. Сердце колотится так сильно, что сейчас выпрыгнет из груди. Прижавшаяся ко мне Ками явно это заметила и чуть ли не повизгивала от красноречивой реакции моего тела.
        - Эй, ты, как тебя там? - намеренно делая вид, что даже не знает моего имени, обратился ко мне принц.
        - Сейчас же опустись на колени передо мной, вторым принцем Южной Флавии и моли о пощаде или я прикажу своему телохранителю избить тебя и твоего брата до полусмерти.
        Не успел я рта открыть, как Ками выскочила передо мной, расставив руки в стороны, и завопила.
        - Ваша Светлость, не смейте! Если вы будете оскорблять Марка, я больше никогда с вами не заговорю и отцу скажу, что вы мне угрожали.
        На лице принца отразилась крайняя степень раздражения.
        - Ладно, Ками, не нужно беспокоить такими мелочами своего отца, я же пошутил. Просто хотел узнать, как сильно ты дорожишь своим другом. А знаешь что, давай поступим по-другому. Пусть он просто станет на колени перед сыном правителя, что не так уж и странно. Если мой старший брат случайно погибнет на охоте, или смертельно заболеет, я могу стать новым правителем страны и тогда все жители столицы, и твой отец в том числе, будут стоять при моем появлении на коленях. Смекаешь, Ками? Ты тогда станешь супругой правителя.
        - Эй, ты, как там тебя, - отодвигая в сторону вступившуюся за меня девушку, сказал я, - скажи спасибо, что Ками тебя спасла, а то тебе и твоему телохранителю досталось бы. Так и быть, отпущу тебя на этот раз. Валхаим как раз просил вправить мозги его слабому и трусливому сынишке, который такой трус, что прикрывается охраной, когда кому-то угрожает. Что трусишка, обоссался сам ко мне подойти? Беги петушок, пока ноги тебе не переломал. А будешь на место брата метить, скажу твоему отцу, что ты хочешь его убить, и даже не скрываешь этого. Думаешь, я не передам ему то, что ты только что нам тут рассказал?
        - Штруб! Чего ты столбом стоишь и смотришь, как твоего господина оскорбляют? А ну, быстро заставь его пожалеть обо всём сказанном! - воскликнул принц и ткнул в меня пальцем.
        - Да, Штруб, иди сюда, и я расскажу Фёрсту, что ты вместо того, чтобы защищать жизнь своего господина-недоумка, делаешь по его приказу.
        - Ваша Светлость, нам лучше уйти, - больше опасаясь наказания правителя, чем гнева своего высокомерного господина, пробубнил мужчина.
        - Как ты смеешь говорить такое? Я приказываю тебе избить его или ты пожалеешь, - процедил сквозь зубы принц.
        - Наверное, ты до сих пор не понял, трусишка, что ты сам из себя ничего не представляешь, ты пустое место, заноза, если даже твой отец сказал мне избить тебя, если ты будешь наглеть, - соврал я, но проверить правдивость моих слов было очень сложно.
        - Штруб, ты будешь наказан, попомни моё слово! - накинувшись на слугу, заявил принц и быстрым шагом ушел за ворота.
        Ефим очень удивленный изменениями в его лучшем «друге», решил тут же наладить отношения. До этого он делал вид, что в упор меня не замечает, что здесь, что на экзамене, а тут вдруг его зрение резко прояснилось, и он, расплылся в радостной улыбке, кинулся, чтобы обнять меня.
        - Я так волновался за тебя, Марк, - раскрыв объятия, пропел парень.
        - Пошел вон, крыса, - остановив его презрительным взглядом и сжав кулаки, показывая, что еще шаг и вмажу, процедил я.
        Радостная улыбка тут же слетела с лица предателя и, поджав хвост, он трусливо засеменил вслед за принцем.
        - Марк… - удивленно прошептала мне в спину девушка, - что с тобой? Ты такой злой.
        - Если не нравится, больше не подходи ко мне, - не поворачивая головы, сказал я и пошел к воротам.
        - Здравствуйте, я младший брат Марка, меня зовут Ланчер, - сказал девушке мой брат, видимо, пытаясь как-то развеять возникшую неловкую атмосферу и не получив ответа, поспешил за мной.
        Но ответ Ками все же последовал. Это были слезы. Ками заплакала, то ли от обиды, то ли от разочарования, но я не повернулся. Я не Марк и будет лучше, если его завершившаяся жизнь и все прошлые связи останутся в прошлом. Не буду обманывать девушку. Я не её Марк, и скоро она это сама поймет.
        Часть 19 Нечестная игра
        Услышав срочное, секретное, утреннее донесение Фёрст Валхаим побледнел, крепко вцепился пальцами в подлокотники и долго не мог сказать ни слова. Спешно прибывшие во дворец по его приказу советники и главы всех столичных гильдий, впервые увидели невозмутимого мужчину в столь подавленном состоянии.
        - Друзья мои! - обратившись к своим подчиненным не по статусу, тем более, что в числе собравшихся находился и третий советник из враждебного клана Вассази, сказал Фёрст, - я получил крайне неприятное, нет, просто чудовищное донесение.
        После этой короткой фразы, также давшейся мужчине очень тяжело, он сделал вынужденную паузу, осматривая лица собравшихся. Несмотря на тщетные попытки успокоиться, голос Валхаима предательски дрожал, выдавая его огромное внутреннее напряжение.
        - Друзья мои! - повторил он, вставая со своего трона и спускаясь на один уровень со слугами, - к северным границам Южной Флавии приближаются две огромные орды монстров. Каждая насчитывает от двух до трех сотен Львов-оборотней.
        По толпе слуг прошелся гул с нотками паники. Мужчина продолжил, несмотря на дрожь в голосе.
        - Друзья мои, это очень тяжелый момент для нашей страны. Мы едва справились с одной угрозой, как пришла новая и она намного, намного больше первой…
        Схватившись рукой за непроизвольно сжимающееся от волнения горло, Валхаим заговорил более высоким, тонким и сдавленным голосом:
        - Я утверждал, что демоническое вторжение завершилось, и этому были найдены убедительные подтверждения на южной границе, но сегодня утром прибыло сразу четыре послания от наших сильнейших мастеров-стражей и разведчиков, ответственных за северные участки границы. Ещё одно сообщение пришло от дозорного поста на северо-восточном торговом тракте. И ещё одно из тайного наблюдательного пункта у северо-западного моста через реку Цван. Все они дополнили и подтвердили друг друга. Правители Северной, Западной, Центральной и Восточной Флавии сговорились и предали нас. Нет, их поступок не просто предательство, он равен объявлению войны! Эти орды монстров идут к нам не случайно. Их ведут, приманивая за собой охотники из враждебных нам стран. Замечены доспехи и гербы всех четырёх северных правящих кланов. Они увели монстров от своих стен, и тащат их к нам! Сейчас, когда я вам это говорю, эта огромная орда уже могла проникнуть на территорию северных провинций. Не исключено, что еще одна часть пройдет вдоль стен по кругу и опять нападет с юга. Скоро мы будем полностью окружены. Нас ждет еще одна осада, но в этот
раз она будет очень долгой и изнурительной. Нам придется противостоять нескольким сотням голодных монстров и я совсем не уверен, что в этот раз мы выстоим.
        - Ваша Милость, если всё обстоит так, как вы сейчас говорите, то мы обречены! - воскликнул первый советник.
        - Фёрст Валхаим, Вам и вашему наследнику нужно срочно бежать из столицы, пока проход на юг ещё не заблокирован! - добавил второй советник.
        - Нам всем нужно срочно покинуть город или скоро мы все поголовно будем растерзаны монстрами. У нас уже почти некому сражаться. Лев-оборотень в одиночку перебьет всю городскую стражу. Лучшие молодые и старшие мастера уже погибли, а из опытных остались одни старики и их тоже можно пересчитать по пальцам! - прокричал третий советник и, поддавшись панике, без разрешения правителя кинулся к выходу.
        Его трусливому примеру последовало еще несколько мужчин, включая четвертого советника, нового главу гильдии убийц, главу торговой гильдии и гильдии наёмников.
        - Стойте! Как вы можете просто сбегать, когда жизнь стольких людей Южной Флавии на кону? - возмутился Валхаим.
        - Ваша Милость, - задержавшись перед дверью, выкрикнул четвертый советник, - Правители соседних стран вознамерились уничтожить Южную Флавию. Вы хотите умереть, помогая своими действиями их замыслу или спастись и отомстить? Я вот не хочу стать кормом для монстров и не дам растерзать своих детей и внуков. Надо бежать. Одни голые стены без воинов никого здесь не защитят. Голодные монстры обязательно найдут путь внутрь города. Да они могут выбраться наверх просто взобравшись друг другу на спину!
        Сказав это, старик скрылся в коридоре.
        - Вместо того, чтобы отбить вторжение своими силами, эти подлецы решили накормить этих тварей жителями моей страны, - пробубнил Фёрст и вернулся на трон.
        - Я им этого никогда не прощу! Никогда! Они ещё пожалеют, что так подло напали на меня! - продолжал сыпать, выглядящими глупо и неуместно угрозами, беспомощный правитель.
        - Вот именно, Ваша Милость! - подхватил слова Валхаима второй советник и направил их в выгодное для себя русло, - Мы должны нарушить их планы! Нужно сделать так, чтобы враги ничего не получили от вторжения в Южную Флавию.
        - Это как же?
        - Мы должны выжить и забрать с собой всё ценное. С теми силами, что у нас есть, можно переждать вторжение и за границами страны. Монстры сожрут всех, кто не сбежал, а когда вновь проголодаются через две-три недели, максимум месяц, сами вернутся к тем городам, откуда прибыли.
        - Правильно! - просветлев лицом, воскликнул мужчина, - Враги не получат наше золото. Мы заберем всё с собой. Но как же быть с остающимися без охраны людьми? Если мы заберем с собой охотников и гвардию, то люди будут обречены.
        - Боюсь, в такой ситуации лишние люди будут только обузой. Еды на всех желающих спастись бегством не хватит. Новый урожай ещё не собран, а старые запасы на исходе. Закрома дворца почти пусты. Если придется ждать отхода монстров больше месяца, то мы и новый урожай не соберем и старые запасы иссякнут. Но и оставлять лишний корм монстрам не стоит. Надо взять с собой тех, кто соберет новый урожай, когда они уйдут. Этих людей и всех, кого вы также пожелаете спасти, нужно обеспечить провиантом, но большее число людей нам просто не прокормить, - сказал первый советник.
        - Надо взять с собой только богатые столичные кланы. У них также имеются крупные запасы зерна и муки, а остальные пусть сами решают, как им быть, - предложил второй советник.
        - Не нужно ничего говорить всем торгашам и обычным горожанам, а то начнется паника и заторы из груженых повозок на воротах и южной дороге. Это помешает быстро покинуть город, - отозвался глава гильдии охотников.
        - Да, да, вы правы, - почти хором согласились советники.
        - Ещё нужно взять какое-то запасное количество людей с собой, чтобы они стали живым щитом, отвлекающей приманкой, если монстры успеют обойти стены и появятся с юга, - высказался глава гильдии целителей.
        От добродушного с виду старика столь жестких рассуждений никто не ожидал, но испуганные люди и с ним были согласны. Нужны люди для работы, для приманки и защиты. Инстинкт самосохранения делал поступающие одно за другим предложения ещё жестче и циничней.
        - Всё верно, уважаемое собрание, но время не ждет. Давайте поскорее завершим обсуждение и начнем собираться в дорогу, - воскликнул второй советник Максил Лоран, и корпусом развернулся в сторону выхода. Сделал пару шагов и за ним сорвалась с мест еще часть мелких министров.
        В итоге это спровоцировало еще одну большую группу покинуть зал, но Валхаим никого насильно не останавливал. Когда стало ясно, что предпочитают бежать, а не биться, он и сам решил сбежать.
        - Я останусь в городе, и буду следить за обстановкой, - предложил глава гильдии охотников.
        - Вы останетесь? - удивленно переспросил правитель.
        - У меня есть специально оборудованное, хорошо защищенное от любых монстров укрытие. Там я пережду вторжение и постараюсь сделать так, чтобы львы закончили и ушли поскорее, - разъяснил мужчина.
        - Вы планируете открыть им ворота? - шепотом спросил Фёрст
        - Вы очень проницательны, Ваша Милость. Иначе осада может затянуться надолго, - сказал мужчина.
        - Надеюсь, вы выживете и не пострадаете, - поднимаясь с трона, и также собираясь покинуть зал, чтобы сообщить о срочном бегстве слугам, пробормотал правитель.
        - Благодарю за беспокойство, Ваша Милость, - поклонился мужчина.
        Правитель дал знак рукой «свободны», и остатки собравшихся в зале людей поспешили на выход. Только глава гильдии охотников не спешил и внимательно наблюдал, как кто себя ведет, и что говорит перед лицом возникшей смертельной опасности. После грядущего вторжения жизнь в Южной Флавии навсегда изменится.

* * *
        Я прошел через стражу на воротах дворца, показав серебряный жетон ученика Академии и отправился с братом к зданию, которое нам ранее представили спальным корпусом для учеников. Тут меня ждало разочарование. Внутри находились самые обычные, общие солдатские казармы с десятком коек в одном помещении и сундуками для хранения личных вещей в ногах.
        На первом этаже корпуса уже находились парни из первого класса, что я видел ранее на экзамене, и я пошел по лестнице на второй этаж. Там находилось точно такое же помещение с еще десятью койками и в нём также расположились ученики первого класса, хотя часть кроватей оставались пусты. Ланчер хотел было зайти в эту комнату, чтобы занять одну из коек, но я остановил его и сказал, что будет лучше, если он поселится отдельно на третьем этаже. Но когда я поднялся на этаж выше, оказалось, что дверь следующей комнаты заперта на ключ.
        Я в казармы-то подался, чтобы поселить Ланчера, но обнаружив, в каких условиях придется жить всем ученикам, решил, что раз удобной, отдельной комнаты для проживания для него нет, то буду просить дневную форму посещения для двоих. Лучше уж вдвоем жить в недорогой гостинице в десятке минут от дворца, чем мне постоянно переживать, что Тиба или другие ученики издеваются над моим мягкотелым младшим братом, пока меня нет рядом.
        Побродив по пустому корпусу, в котором ранее проживали молодые мастера гвардии и так и не встретив куратора, я отправился к двухэтажному корпусу старших мастеров, чтобы найти его или кого-то из других наших будущих учителей. Как-то всё в новой Академии было плохо организовано. Никто не встречал и не направлял учеников. Я до сих пор не знал, кто будет наставником второго класса.
        В соседнем корпусе меня ждала странная картина. Все мужчины словно переезжали или собирались в дальний поход. Все, включая и нашего вчерашнего куратора. Боевые мастера разложили на кроватях содержимое своих сундуков и прятали серебро и другие ценные вещи по закрепленным на поясе мешочкам. Сменную одежду и обувь заворачивали в походные покрывала и паковали в большие, походные, заплечные мешки.
        - Мастер Дюран, - позвал я куратора, но он был так занят, что не отреагировал на мой призыв.
        Пришлось подойти к нему вплотную, чтобы не кричать на всю комнату и повторить своё обращение.
        - Чего тебе? Если ты за своим взносом, то иди к казначею, всё у него, - грубо ответил мужчина и отвернулся.
        - Взнос? - переспросил я.
        - Что? Не знаешь куда идти? Обойди казарму слева и второй вход, но не тот что с лестницей наверх, а тот, что вниз и другим своим скажи. Да, не стой столбом, он как поймет, что мы выдвигаемся через час, сразу сбежит за ворота. Поспеши.
        - А зачем мне забирать свой взнос? - спросил я с недоумением.
        - Вам что, еще не сообщили? - странно глянув на меня, спросил пожилой мужчина.
        - Нет, Мастер Дюран, что нам должны были сообщить?
        - Раз не сообщили, тогда и я ничего говорить не буду. Иди в канцелярию узнавай, что да как, - отмахнулся от меня гвардеец, чем вызвал легкое раздражение.
        На всякий случай первым делом я всё же сходил по первому указанному маршруту и застал казначея совершенно без охраны, с целой охапкой мешков золота, прижатой к животу, спешно запирающего дверь своего подвала.
        - Чего вам? - когда я навис над его спиной, испуганно спросил мужчина.
        - Пришли забрать взнос.
        - Позже. Я сейчас занят. Выполняю срочный приказ Фёрста.
        Но бегающие глаза мужчины говорили обратное. Он пытался умыкнуть что-то из своего хранилища, пока его никто не хватился.
        - Отдай взнос и пойдешь, - совсем недружелюбным тоном потребовал я.
        - Что вы себе позволяете? Я буду жаловаться! - попытался отпугнуть меня громкими криками невысокий мужчина, но я не собирался его пропускать и он сдался.
        Опять открыл дверь и для виду изобразил, что взял что-то за высокой стойкой, а сам выдал мне и брату по одному из мешков, что пытался вынести раньше по тихому. Я на месте проверил содержимое своего мешка, и там оказалась совсем не та сумма, что я сдавал ранее, а половина содержимого - серебряные бруски. У Ланчера и вовсе две трети занимали увесистые, но относительно дешевые тут брусочки. В сумме с двух мешочков не наберется и трех сотен золотых.
        - Здесь намного меньше! - возмутился я.
        - Ничего не знаю! - нагло заявил казначей, - это ваш взнос, если что-то не устраивает, приходите завтра и мы разберемся.
        Меня его ответ возмутил, и я стал требовать вернуть все сразу, а не кормить меня завтраками. Моя напористость очень не понравилась злобному мужчине, и он решил наглым образом съехать, что слишком занят и ему некогда выполнять просьбы учеников. Но, не на того напал. Когда он стал выпихивать меня к выходу, тут же получил пяткой по пальцам ноги. Я намеренно ударил по ноге и не кулаком, а ногой, чтобы не повторить случай с храмовником, но оказалось, было достаточно моего слегка взвинченного эмоционального состояния, чтобы удар опять вышел гораздо сильнее, чем хотелось. После этой атаки мужчина с воплями упал на пол и стал кататься на спине, покрывая меня проклятиями.
        Я явно что-то ему сломал, потому что он даже не попытался встать, когда я зашел за стойку, чтобы забрать свой и Ланчера взнос. Я быстро отыскал знакомые мне мешочки среди той груды, что пытался утащить казначей гвардии. Заглянул внутрь - всё на месте. Моё красивое, блестящее золотишко.
        Когда уже выходил из подвала, услышал в свой адрес еще десяток злобных обзывательств и, сказав Ланчеру выходить наружу первым, вернулся и заткнул любителю сквернословить рот, ударом ноги. Очень сдерживался, чтобы не переборщить, но вышло все равно слегка чересчур. Мужчина вырубился с одного удара в лицо и залился хлынувшей из носа кровью.
        Почему-то я не чувствовал никаких угрызений совести. Ощущал свою правоту. Вокруг происходило что-то странное, и визит в канцелярию дворца это подтвердил. На месте сидел один бледный клерк, а все другие работники лихорадочно паковали в стопки какие-то свитки. Кто-то собирал в мешок свои личные вещи и, почему-то лежащие в шкафу письменные принадлежности. Здесь тоже царила атмосфера срочного переезда.
        Парень за столом по секрету шепотом сказал мне, что слышал краем уха, что правитель и его семья вскоре покинут столицу. Он забирает с собой в поездку личных поваров, целую толпу кухарок и многих личных слуг, а канцелярию распускают до его возвращения. Всем дали месяц отдыха. Подбежавший к парню мужчина, видимо, его отец, сказал, чтобы тот помалкивал, и на этом моё расследование зашло в тупик. Пришлось опять возвращаться в корпуса гвардии. Я застал их уже на улице в собранном виде. Они грузили свои мешки с личными вещами в повозки.
        В этот раз куратор оказался немного более многословен. На мои жалобы, что казначей пытался украсть деньги и сбежать, он сходил со мной в корпус молодых мастеров и сделал для парней странное объявление:
        - Ученики первого и второго класса Академии Боевого Мастерства, слушайте мой приказ. Работа академии временно приостановлена. Заберите свои взносы в том месте, где вам покажет Марк и идите домой к своим семьям. Когда мы возобновим свою работу, вас оповестят.
        Вынудив меня на время выполнять функции валяющегося в отрубе казначея, куратор сразу вернулся к своим товарищам. Когда я раздал ученикам их деньги, то обнаружил один лишний мешок с золотом, явно принадлежавший, так и не зашедшей за мной после сцены у ворот Ками. Я решил отдать ей деньги лично, не желая оставлять их в распоряжении вороватого казначея. Вернулся с Ланчером к повозкам гвардейцев, а их уже и след простыл.
        По двору, с такими же походными мешками бестолково бегала дворцовая стража. Все собирались в дорогу, и на моих глазах, всего через два часа, как я попал во дворец, его покинул караван в сорок повозок и несколько карет. Дворцовая охрана, также погрузившая свои личные вещи в отдельный обоз, устремилась рядами по четыре человека за этой вереницей.
        Во дворце осталось всего несколько стражников, но попытавшись их расспросить, что вообще происходит, выяснилось, что это новички из наёмников, которых взяли на работу, буквально, полчаса назад. В их функции входило охранять ворота дворца в момент отъезда хозяев, а про остальное они не в курсе.
        Добиться хоть какой-то ясности удалось лишь прогулявшись по торговому кварталу. Здесь слухи всегда распространялись просто молниеносно и озвученная информация оказалась более чем неприятная. Фёрст с семьей, гвардией, слугами и даже дворцовой стражей в спешке покинул город через южные ворота. Туда же направился в полном составе клан первого, второго, третьего и четвертого советника, нескольких министров и богатейших, столичных, торговых кланов. Клан Лот также оказался в их числе. Стало понятно, куда пропала Ками. Её забрала семья. Раз такое происходит, значит в столице, даже под прикрытием высоких стен оставаться очень опасно. Других логичных объяснений не было.
        Кстати, поделиться своей информацией согласился лишь пожилой уличный торговец, который в этот момент тоже стремительно сворачивал свою выносную лавочку, параллельно загружая товар в кузов повозки.
        При мне разыгралась драматическая сцена. Прибыли люди, у которых этот торговец её арендовал и, грубо вывалив содержимое кузова прямо на улицу, забрали повозку назад, грубо отпихнув мужчину в сторону. Я лезть в драку не стал, так как было непонятно, кто прав, кто виноват. Пусть и грубо, но люди забирали своё. Как я понял, примеру бегущего из столицы правителя и других богачей следовали все, у кого была возможность, свой трнспорт и вера, что происходит нечто очень пугающее. Шутка ли, Валхаим Юрд впервые покинул свой дворец за двадцать лет правления. Стоит задуматься.
        Панике поддались даже люди, у которых нет удобного транспортного средства. Они грузили пожитки на тачку и катили её за собой. Все магазины в торговом квартале закрылись прямо на моих глазах. Городские стражники и дозорные побросали свои посты на стенах. Никто не охранял ворота. Всё это мне очень напоминало тот день, когда случилось первое вторжение демонических монстров. Приграничный городок опустел за пару часов и я поспешил к дому Рампа, чтобы узнать, не известно ли им что-нибудь.
        Меньше всего я ожидал увидеть у калитки дома, закутанную в какую-то рваную мешковину, девушку очень напоминающую Ками Лот. Было видно, что грубая ткань, под которой незнакомка неуклюже прятала своё дорогое платье - лишь временная маскировка. Девушка стояла на цыпочках и робко заглядывала через калитку во двор, но почему-то не решалась постучать или громко позвать хозяев дома.
        - Извините, можно войти?! - заметив боковым зрением появление каких-то фигур у входа в переулок, выкрикнула девушка, но так тихо и неуверенно, что никто в доме её не услышал.
        Я узнал голос Ками. Вернее моё тело на него опять так сильно и неадекватно отреагировало, что я понял, что это действительно она, и решил выяснить, что она тут делает одна. Мы с Ланчером продолжили двигаться в её направлении и, испугавшись, даже толком не разглядев, кто идет, девушка повернулась к нам спиной и быстро засеменила по улице.
        - Ками, подожди! - воскликнул я, заставив её резко остановиться и развернуться на сто восемьдесят градусов.
        - Фух, слава Богине Гелу, я всё же нашла тебя, Марк, - не скрывая, что сильно испугалась, залепетала девушка.
        - Разве твоя семья не уехала из города? - спросил я.
        Ками молча кивнула и обратилась ко мне с пламенной речью, которую я никак не ожидал от неё услышать после нашего последнего разговора.
        - Марк, ты обиделся на меня? Зол, что я не проведала тебя, когда ты пострадал от монстров? Ты поэтому злишься на меня?
        Возникла неловкая пауза. Сердце колотилось, заставляя щеки розоветь, а меня выглядеть взволнованным. По-хорошему надо было бы сказать, что мне всё равно, но язык почему-то не поворачивался. Жалко девушку, как бы её помягче отшить. Но пока я думал над этим, Ками набралась смелости на признание.
        - Я хотела приехать, очень-очень. Боялась, что ты умрешь, и мы больше с тобой ни разу не поговорим, но моя семья, отец и мать не поддержали меня. Они заперли меня в комнате, не давая даже шагу ступить на улицу. А потом началась осада, и уже никто не мог покинуть город, даже посыльные с письмом, которое я смогла передать через слугу.
        Девушка прижала руки к груди и тяжело вздохнув продолжила:
        - Мои родственники решили для себя, что большую пользу для клана и меня лично принесет союз с правящим кланом Юрд, но я так не считаю. Я думаю, что мы с тобой встретились не случайно. Наши судьбы связаны высоко на небесах. Я действительно чувствую это, поэтому искала тебя, чтобы предупредить, что в городе оставаться опасно. Сюда движется целая армия демонических тварей. Об этом сказали лишь моей семье и еще нескольким, чтобы мы легко уехали, пока на воротах не было давки. Городу угрожает целая орда элитных монстров, куда больше, чем прошлый раз. Все, кто останутся здесь - неизбежно погибнут.
        - Ещё посмотрим, - не выражая беспокойства, ответил я.
        Честно говоря, когда узнал, что жуткое вторжение, которое унесло жизни нескольких десятков дворцовых гвардейцев, охотников, особых убийц и почти пяти сотен жителей, было устроено группой всего из двух десятков львов и крикунов, то перестал воспринимать слова местных о силе монстров на веру. Это просто они очень слабые, поэтому любой монстр для них становится ужасным и элитным.
        Если придет тридцать крикунов, я уж как-нибудь с Ланчером от них отобьюсь. Наоборот, еще одна порция духовных камней мне не помешает. Надо только опять траву для изготовления ядов у местных травников поискать. А так как где-то в городе находится центральное отделение гильдии целителей, то есть большой шанс, что там тоже будет масса левой травы на выброс. Не все же на границах траву по дешевке сбрасывают. Самые умные должны везти её в столицу, чтобы продать подороже.
        Ещё надо бы забрать духовные камни из тайников в пригородах, чтобы еще поднять свою силу до стычки. Если монстров и вправду будет много, и яда на всех не хватит, то остальных я попробую убить своими руками. Я уже не такой слабак, как раньше. Чувствую, грудь прямо распирает рвущаяся наружу жажда схватки. У меня, буквально, чешутся кулаки проверить силу, а если найдется ещё пару дней для прокачки, то моя духовная сила может достигнуть десяти тысяч, что равняется здесь уровню слабого боевого мастера, и тем более будет, что показать.
        Жаль только, что лимит силы при многократном использовании в схватке мне пока неизвестен. Но оказавшись с Крикуном-падальщиком один на один, я знаю, что делать. Если нечем блокировать его клюв, буду уклоняться. Если вовремя отскочу с линии его удара с разбегу, смогу нанести мощный удар в бок, после которого ему уже не захочется за мной бегать. Все существа испытывающие боль желают её избежать. А возможно, моей силы даже хватит, чтобы нанести ему смертельное ранение. Короче, я был готов проверить себя в бою. Как же бесит, что обучение в академии так и не состоялось, и я опять остался с тем, что случайно обнаружил сам. Не везет мне с этим.
        - Ты пришла сюда, чтобы сказать только это? - спросил я у ожидающей чего-то после своих слов девушки.
        - Не только это, Марк. Я хотела, чтобы ты знал, что я не забывала о тебе и хотела встретиться всё это время, но наш первый разговор был омрачён из-за нападок Барламея. Хочу узнать, ты тоже рад меня видеть или затаил обиду?
        - А твои родители не будут волноваться, что ты сбежала от них, - не желая отвечать на подобные вопросы, перевел стрелки я.
        - Мои родители так торопились сбежать из города, так тряслись за свои жизни и имущество, что мне удалось незаметно покинуть повозку. Думаю, они уже заметили, что меня нет, и нанятая нашим кланом охрана сейчас везде разыскивает меня. Я боялась, что они схватят меня раньше, чем я успею тебя предупредить. Спасибо Богине Гелу, что помогла мне найти дом твоей семьи. Ведь тут же сейчас живут твои родители, да?
        - Да тут. Спасибо за предупреждение, Ками, но тебе лучше вернуться к своей семье. Кстати, вот взнос твоего клана в Академию Боевого Мастерства, - сказал я, снимая с пояса и передавая ей в руки увесистый мешок с золотыми монетами.
        Он мне изрядно надоел своим звоном и ударами об ногу при ходьбе. Впервые я с таким облегчением расставался с деньгами. Если скоро город совсем опустеет, от золота будет мало толку.
        - Эм… так ты пойдешь со мной? - приняв деньги и с надеждой заглядывая мне в глаза, спросила девушка.
        - Нет.
        - Ну, почему, Марк? Ты всё ещё злишься на меня?
        - Брат, молодая госпожа Ками искала тебя, чтобы предупредить, а ты не хочешь даже проводить её назад к её охране? А вдруг на неё кто-то из бандитов нападет? - возмутился мой младший брат, - Ты же Весту на работу каждый день провожал, опасаясь, что её кто-то обидит, а госпожа Ками тоже слабая девушка. Погоди, я сейчас скажу родителям, и мы все вместе пойдем.
        Паренёк быстро открыл калитку, пробежал внутрь, подергал ручку, постучал в дверь и вскоре вернулся назад хмурый.
        - Закрыто и темно внутри. Никого нет, - расстроенно пробормотал Ланчер.
        - Наверное, Рамп откуда-то узнал об опасности и они ушли.
        - Нет, брат, отец никогда бы так не поступил. Они наверняка ищут нас сейчас у дворца. Они же не знают, что академия закрылась, - предположил Ланчер.
        - Академия закрылась, уже? - удивилась Ками.
        - Куратор сказал временно, - пояснил мой брат.
        Они с Ками общались так легко и непринужденно, словно брат со старшей сестрой. Пришлось мне идти назад с Ланчером и Ками опять к дворцу в поисках Рампа, Лии и Весты, но у ворот ожидаемо никого не оказалось. Они были наглухо закрыты. Охрана на призывы не отзывалась. Всё выглядело так, словно они тоже сбежали, как только узнали, что движется к городу. По пути к дворцу нам не встретилось ни одной живой души. Город опустел и выглядел вымершим за каких-то три часа. А когда я подсадил Ланчера на плечах к ближайшему выступу, и он выбрался на бортик крыши ворот, то заглянув внутрь, сообщил, что и дворец также выглядит совершенно безлюдным. Стражников нигде не видать.
        Однако, вскоре нам все же повстречалась группа мужчин и это были не охранники, которых я тоже разыскивал, отправившись от дворца к особняку клана Лот. Видимо, её родители так и не поняли, что Ками покинула повозку ещё в городе и сейчас разыскивают её где-то снаружи, в пригороде или на дороге. Группой повстречавшихся мужчин оказалась команда покрытых множеством уродливых шрамов ветеранов из гильдии охотников.
        Их лидер пристально уставился на меня и спросил, почему мы ещё не покинули город, на что пришлось давать подробные объяснения, что мы разыскиваем потерянных в давке родственников. На мой вопрос, почему сами охотники не спешат уходить, лидер ответил, что очищает город от спрятавшихся воров. Это не единственный отряд гильдии задержавшийся в городе. Их несколько и сейчас все они занимаются тем, что выискивают прячущихся в подворотнях воров и мародеров, чтобы пресечь их деятельность в лишившейся городской стражи столице. Мы прошлись в компании охотников вокруг города и те действительно обнаружили и отловили несколько мутных личностей пытавшихся проникнуть в чужие дома или попавшихся с ворованным на горячем.
        Мужчина убил их без суда и следствия, а тела приказал вывезти за город, чтобы позже по кускам разложить в устроенных охотниками под стенами ловушках. На моих глазах, командир отряда, оказавшийся главой гильдии охотников Южной Флавии, по имени Чак Моррис, закрыл северные, западные и восточные ворота города, оставив у них по одному из своих помощников, вооруженных копьями и, как ни странно, пращой. Это метательное оружие было у охотников очень популярно. Спросив об этом главу, я узнал почему.
        Праща являлась именно тем оружием, к которому местные охотники научились применять духовную силу, значительно усиливая силу и скорость броска. Дуги и тетива лука, которые тоже тут встречались, как стрелковое оружие, приходили в негодность, не выдерживая того усилия, что можно было целиком и довольно просто сообщить снаряду пращи. Вот почему она завоевала такую популярность, но точность, дальность, пригодная для метания форма и максимальный вес снаряда оставляли желать лучшего, поэтому далеко не все усиленные духом броски из пращи, даже удачно угодившие в цель, могли нанести ей серьезное ранение.
        Хотя сам Чак этого не озвучил, я понял, что он планирует встречать монстров стоя на городских стенах. Гильдия охотников также хотела заполучить ценные духовные камни и являлась моим конкурентом за трофеи. Конечно, сам Чак так не считал, но присутствие в «его» городе людей, которые ему не подчинялись, почему-то вызывало у него нескрываемое раздражение.
        - Как видите, ваших родственников здесь нет, они снаружи, поэтому поскорее покиньте столицу, пока монстры не появились, - сказал он, когда мы обошли её по кругу и добрались до еще открытых южных ворот.
        Здесь уже стояло несколько охотников из гильдии, не пропускавших через арку каких-то подозрительных, пасущихся неподалеку от входа нищих, явно желавших помародерствовать в пустом городе, пока профессиональные грабители уже вовсю делали это в предместье. Глянув на десяток головорезов, резвящихся на дороге с целой повозкой награбленного, Чак дал приказ срочно закрывать и эти ворота.
        - Я думал выпустить вас отсюда, но уже поздно. За стенами стало слишком опасно. Даже опасней, чем остаться здесь, - констатировал мужчина с проступившей сединой на висках.
        - Но глава! - вспыхнула Ками, - мой отец сказал, что к городу идет целая орда сильных монстров. Даже наш Фёрст сбежал, забрав с собой всю гвардию и стражу. Может лучше вы соберете всех своих людей и мы прорвемся через бандитов на юг?
        - Поздно. Я думаю, монстры скоро появятся и на юге. Просто об этом некому сообщить. Там нет опытных разведчиков и дозорных. Есть немалый шанс, что основная волна придет с юга, так как там нет стен. Спасутся от вторжения только те, кто будет сегодня скакать всю ночь без остановки и успеет скрыться до их появления далеко за барьером. Остальные обречены. Попомните моё слово, покинуть укрепленную столицу было самой глупой идеей советников Фёрста, что я слышал за всю свою жизнь. Только здесь, за стенами у всех нас есть хоть небольшой шанс на спасение. Ладно. Раз вы тоже остались в городе, так и быть, если будете меня беспрекословно слушаться, я возьму вас под свою защиту. Но я не люблю бездельников. Сейчас мои люди будут баррикадировать все ворота. Вы двое, будете помогать им с этой работой. А вы молодая госпожа Лот идите со мной, - как-то странно глянув на девушку, заявил мужчина.
        - Нет, глава Моррис, - без толики сомнения возразил я, - нам не нужна защита гильдии охотников, ваши приказы, и Ками никуда с вами не пойдет. Она находится под моей защитой.
        Мужчина удивленно уставился на наглого подростка, потом перевел взгляд на Ками, которая тут же сделала шаг назад и вбок, и встала мне за спину, после чего как-то недобро ухмыльнулся и недовольным тоном сказал:
        - Хорошо, если молодая госпожа из клана Лот согласна со сказанным, я снимаю с себя всякую ответственность за ваши жизни. Можете хоть сейчас покинуть город через южные ворота, если хотите, а если решили прятаться в городе, то не путайтесь у меня под ногами. Если кто-то из вас сунется к воротам и попытается их открыть во время осады, я лично зашибу предателя из пращи, и это не обсуждается. Понятно?
        - Да, глава Моррис. Дураков и паникёров здесь нет. Вы занимайтесь своими делами, а я займусь своими, и трофеи тоже будем делить по-честному. Если ваши люди будут тянуть свои руки к тем монстрам, которых убьем мы с братом, то я тоже зашибу их из пращи и буду прав. Согласны?
        - Ваши с братом трофеи? Ха-ха-ха! Да кем ты себя возомнил? Думаешь, если ты праправнук великого мастера Рована, то и сам являешься великим боевым мастером? Смотри штаны не обмочи, когда увидишь перед собой первого Льва-оборотня. Думаешь, кто тебя спас, из джунглей вытащил, когда тебя красногривые обезьяны чуть не убили, щенок? Это был мой человек. Он тебя спас, и приглядывал за тобой в особняке по моему приказу, так что ты уже жизнью мне обязан.
        - Твой трусливый и бездарный подчиненный позволил сломать мне нос, почти все ребра, обе руки, ногу и вытащил меня не он, а мой отец, когда обезьяны сами ушли, решив, что уже убили меня. И сообщил о происшествии отцу не твой человек, а моя младшая двенадцатилетняя сестра, сама, в одиночку отправившаяся за барьер. Так что это ты должен мне за то, что я не скажу Фёрсту, что будущий герой Южной Флавии чуть не умер, пока твой человек просто прохлаждался, вместо того, чтобы хорошо сделать свою работу. Жизнью я тебе буду обязан, когда ты своими руками спасешь меня от угрожающего смертью монстра. Но вряд ли это случится, так как ты настолько труслив, что даже не осмелился остановить Фёрста, когда он сделал огромную глупость и потянул за собой в пропасть всех жителей города.
        - Тьфу… - демонстративно сплюнув мне под ноги, злобно оскалился мужчина.
        Крыть Чаку было нечем. Какой-то подросток не испугался матёрого главу гильдии охотников и полностью уделал его в словесном споре, опрокинув его аргументы и выставив трусом и слабаком. Он мог бы накинуться и избить обидчика, если бы тот был взрослым мужчиной, а так в глазах подчиненных избиение подростка будет выглядеть странно.
        Скорее всего, больно ударит по его репутации сильного и мудрого лидера, поэтому мужчина предпочел отмолчаться и мысленно вычеркнул обидчика из своей жизни, а заодно и его спутников, ставших невольными свидетелями унижений главы Морриса. Если им будет угрожать опасность, он и пальцем о палец не стукнет, чтобы прийти к ним на помощь. А очень скоро такая ситуация может возникнуть, ведь ещё неизвестно, сколько выдержат ворота и ещё несозданные баррикады, когда демоническая армия явится к городу.
        Часть 20 Ультиматум
        Чак Моррис - грозный, крепкий мужчина под два метра ростом, вселяющий своим суровым выражением лица и шрамами страх в собеседников, получив пощечину, лишь плотно стиснул зубы и свои здоровенные кулаки и молча отправился раздавать приказы беспрекословно подчиняющимся ему членам гильдии.
        Его резкие и грубые команды выдавали испорченное настроение. Он отыгрывался на тех, кто его боялся. Я же плевать хотел, как он себя чувствует и чего хочет. Раскомандовался тут, спасатель хренов. Гора мышц, а мозгов кот наплакал. Бесполезно даже пытаться защищать весь периметр города таким малым количеством людей, когда счет до схватки идет на часы, тем более от львов-вандалов. А таская тяжелые камни к воротам его люди лишь сильно устанут, полностью выдохнутся перед боем и будут неспособны на оказание сопротивления в самый важный момент.
        Я видел около десятка жизней львов в дикой природе. Они очень упорные и в одиночку готовы валить даже очень толстые, в несколько метров в обхвате деревья и разрывать узкие и глубокие норы, если голодны и чувствуют поблизости страх своей жертвы. Они легко разобьют ворота, сколько бы хлама под них не сложили. Тем более, если их будет сразу пара десятков. С внутренней стороны укреплений выход на городские стены есть не только через башни, но и просто по каменным лестницам. Таких мест несколько, так что стены лишь создают иллюзию безопасности, но на самом деле являются настоящей ловушкой для стоящих на них людей.
        Лучше бы гильдия всеми силами укрепила подступы к одной, отдельно стоящей посреди города, центральной, дозорной башне, а ещё лучше поставила монстров в условия, где их количество не будет играть роли, так как больше одного им в тесных рамках будет не развернуться.
        По-хорошему, если уж и принимать бой, то где-нибудь в узком, подземном тоннеле, да хоть в сточной канализации, где за спиной будет надежный тыл или такой проход, через который львы и вовсе не проберутся, а человек сможет. Узкая, отводящая стоки за стены города канализация далеко не самое приятное место в столице, но для успешного боя куда больше подходит, чем любое открытое место на возвышенности, которое легко окружить и откуда уже не сбежать, если монстры начнут разбирать стены и крушить основание. А крикуны и вовсе могут забежать по стенам, если есть хоть малейшие выступы.
        Представляя возможную схватку, я мысленно подыскивал в уме место с узким и тесным проходом, куда ни львы, ни крикуны не протиснутся. Добавить к этому несколько кувшинов с ядом на уровне уже опробованного, четырехкомпонентного, длинное копье и несколько запасных, и я смогу перебить в подобных условиях еще пару сотен монстров в одиночку, даже не прибегая ни к какой духовной силе. Уже использованная мной ранее тактика и в городе была лучшим решением.
        Может Чак Моррис и выдающийся охотник и умелый лидер, но понимания как лучше действовать в этом, конкретном случае у меня было куда больше, чем у него. Я проводил его уверенным, слегка насмешливым взглядом, но когда обернулся и глянул на Ланчера и Ками, был удивлен их подавленному состоянию и реакции на прошедший только что разговор.
        Ками тряслась, как соломинка на ветру, таращась на меня недовольным и испуганным взглядом. Ланчер тоже выглядел испуганным и подавленным. Опять готов был расплакаться, стоял бледный, как мел, вжав голову в плечи. Люди, вы чего? Просьба паренька подсказала мне, что происходит.
        - Марк, братик, прошу, не надо. Не зли больше мастера Чака. Я чуть не описался от страха. У него такая сильная духовная аура. А когда ты его разозлил, мне захотелось бежать от ужаса. Даже показалось, что он еле сдержался, чтобы не убить тебя. Нет! Нас всех…
        В плане выражения своих чувств младший братец был всегда очень откровенен. Его грубо перебила нахмурившаяся девушка.
        - Марк Кансай, я не понимаю тебя! Зачем ты ссоришься с господином Моррисом? Без главы и его гильдии нам здесь не выжить, а ты словно специально добавляешь нам проблем, - высказала мне претензию Ками Лот.
        «Вот оно что», - никак не отреагировав на слова девушки, подумал я. Ланчер и Ками из-за усиливающегося с ростом их духовной силы духовного чутья, запаниковали под давлением мощной духовной ауры сильного боевого мастера. Я уже заметил, что эмоции человека усиливают её силу и воздействие. Жажда убийства складывается с духовной аурой и даже способна лишить слабого противника воли к сопротивлению.
        И тут моя старая проблема дала о себе знать. Я опять вообще ничего не почувствовал. Как и в случае с учителем Ай, экзаменатором и комендантом Дюраном. Я не смог почувствовать их духовную силу, хотя они признанные боевые мастера. Я также полностью перестал ощущать силу Рампа. Так как моя собственная сила постоянно и быстро росла, я думал что это временное явление и все восстановится, но теперь было очевидно, что нет.
        В приграничном особняке мы с братом чувствовали Рампа, мастера Гора и сильных монстров одинаково чутко. Не могли спать, испытывали беспокойство, но после моего случайного поглощения духовного камня третьего уровня у меня внутри что-то сломалось. Духовное чутье просто исчезло, как и боль в правом колене. Заметил я это далеко не сразу, а уже в столице, оказавшись под стражей. А ярко этот дефект проявился во время встречи с главой клана Рокун. Лия вся тряслась под его пристальным взглядом, а мне хоть бы хны. Возможно, только поэтому он вообще стал меня слушать.
        Я перестал чувствовать чужую духовную ауру полностью, но и мою также никто теперь не чувствовал. Ланчер даже не заметил, насколько я стал сильнее. Роившиеся в голове догадки ещё раз наглядно подтвердил произошедший на высоких тонах разговор. Ками и Ланчер были отличными демонстраторами духовного чутья в действии. Они хорошо показали мне подавляющее воздействие духовной ауры Чака, когда он попытался меня запугать.
        Однако, я не дрогнул перед его духовной силой и это его сильно удивило. Он явно не привык к подобному отпору и не мог точно понять, какова сила у меня, вот и слился. Короче что-то, что должно транслировать мою духовную ауру наружу и помогать улавливать чужую, во мне безвозвратно сломалось, что могло в будущем сыграть злую шутку. Я не почувствую приближение серьезной угрозы, и уже сейчас не могу различить слабых и сильных противников. Но в этом дефекте таилось и два компенсирующих его преимущества. Я сам переставал быть открытой книгой для врагов, что могло остановить их от желания атаковать и теперь меня нельзя парализовать страхом, как других. Разве это не явное преимущество в борьбе с сильным противником, слишком полагающимся на этот эффект?
        При желании, я могу имитировать, что сильно испугался, сдался, покорился, чтобы разыграть из себя слабака. Возможно, я зря этого уже не сделал с Моррисом, но именно в этот раз простительно, ведь я отстоял нашу с Ланчером независимость и не дал ему забрать Ками. Главное, чтобы этот опасный человек из мести не устроил мне какую-то пакость. Все-таки он уважаемый в стране человек и должен беречь репутацию. Я надеялся, что он не рискнет своим добрым именем ради мелкой мести. В любом случае, нужно было поскорее убраться с его глаз, пока он что-нибудь не придумал.
        - Ками, ты знаешь, где находится гильдия целителей? - вместо каких-то извинений и ответа на претензии девушки, спросил я.
        - Конечно! - недовольно хмыкнув и демонстративно отвернувшись и скрестив руки на груди, изображая обиду, ответила она, - Если пообещаешь меня слушаться и не делать больше никаких глупостей, я покажу дорогу. Но сначала ты должен попросить у господина Морриса прощения. Я требую, чтобы ты сейчас же перед ним извинился или…
        - Ланчер, пойдем, - хлопнув брата по плечу, сказал я, и направился к ближайшему переулку, чтобы скрыться с глаз охотника.
        Похоже, зря я вообще вписался за Ками. Она готова лизать напугавшему её до дрожи главе задницу и умолять его о защите. А для этого собиралась подмазаться к нему моим унизительным, заискивающим извинением. Да уж, раз она держит Марка за слугу, пусть бежит к своей горе мышц. Мне плевать. Я не её ручной дружок и не собираюсь играть в её игры.
        - Куда вы? - заметив, что осталась на сцене без зрителей, кинулась за нами вслед Ками, - гильдия целителей совсем в другой стороне, она возле Храма Пяти Богам!
        Девушка чувствовала себя оскорбленной и униженной. Вот, дура! Рискнула ради этого неблагодарного и хамоватого деревенщины, покинула повозку родителей, а он даже не желает отвечать на её вопросы. И наёмники-стражники тоже хороши! Их даже не оказалось в городе! Выходит зря она носила на себе ту уродливую тряпку, чтобы скрыться от них. Как только она вновь встретится с родителями, потребует у них ни монеты им не платить. Они ни на что не годны, кроме как делать грозный вид. Бездари! Это из-за них она попала в такую дурацкую ситуацию. И Марк ей опять совсем разонравился. Такой же напыщенный и грубый осел, что и Бален Юрд. Так лучше уж выходить за сына правителя, чем за какого-то грубого и неотесанного деревенщину. Нет, она действительно была словно одурманена. Матушка была права! Глупые чувства, питаемые к вымышленному ею же образу несчастного Марка, совершенно ослепили её, а другим-то со стороны виднее.
        Девушка последовала за парнем, но лишь для того, чтобы объявить ему, что если он не собирается её слушать - между ними всё кончено. Она даже в сторону его не посмотрит! Они больше не близкие друзья, а только соперники. Почему-то Ками была уверена, что Марк сразу сдастся, и, если он её действительно любит и ценит, сразу подчинится. Так работала её впитанная с молоком матери логика. Кто любит - тот подчиняется, но проблема была в том, что она даже не представляла, кем пытается манипулировать.

* * *
        Каннон пришла в ярость. Конечно, не сама Истинная Каннон, которая после достижения второго уровня матрицы получила такое расширение сознания и доступ к источнику знания, что более никакие обстоятельства не могли вызвать у неё присущих бывшей доминирующей личности эмоций.
        Злился лишь её временный, официальный аватар в матрице сознания низшего порядка, которым она присутствовала на ежемесячном собрании Демиургов, посвященному резко меняющейся обстановке в мире Лестницы Совершенства. Собрание проходило в специально созданном для подобных встреч Тацуей иллюзорном пространстве.
        Он обожал эту свою разработку, с успехом связывающую на общей, нейтральной территории обитателей не только разных городов, стран и планет одной звездной системы, но и далеких галактик, и даже представителей двух веток одного мира мультиверса из разных ветвений без строгой привязки к их реальному состоянию и временной шкале. Получив за свою идею и её развитие место среди семи демиургов, Тацуя ловко обошел все физические законы и прочие ограничения плотных, инертных и имеющих разную временную шкалу миров.
        Благодаря его детищу больше не требовалось создавать буферные, синхронизированные по заряду, плотности энергии и скорости течения времени миры, где Демиурги могли бы взаимодействовать с представителями других ячеек второго уровня матрицы. Теперь было достаточно связать своих низших аватаров, доверив функцию взаимодействия им.
        Каннон была в ярости, но не только она. В мире «Лестницы», где были введены строгие законы полностью препятствующие жульничеству, Вотан и Тацуя опять показали свою коварную натуру, протащив в рамках правил способ продвинуть своих любимчиков, уничтожив при этом своих конкурентов.
        Заявленное Вотаном, как внеочередное испытание для таинственного новичка, вторжение монстров обернулось с подачи Тацуи настоящей катастрофой для большинства других божественных избранников.
        Тацуя стабильно удерживал своих претендентов на позиции глав гильдий охотников. Гелу обвиняла его в шаблонности и ограниченности мышления. Каннон считала его стремление держать везде одну позицию признаком лени. Морена смеялась над тем, что даже заполучив и удерживая во всех странах этот пост, избранники Тацуи редко достигали высокого духовного уровня, гибли и сменялись гораздо чаще, чем даже её, брошенные на произвол судьбы подопечные.
        Вотан и вовсе считал, что позиция главы одной из гильдий заведомо проигрышная. У Верховного жреца Храма Пяти Богов или Правителя страны положение куда перспективнее, и если и пытался направить и воодушевить избранников, то помогал им достигнуть одной из властных позиций. Даже если не всегда его подопечные добивались успеха, он всё равно считал свою стратегию намного лучше, чем поколениями удерживать место какого-то слуги-охотника у Фёрста и Храма на побегушках.
        Все демиурги были невысокого мнения о стратегии своего самого юного коллеги, но разыгравшаяся на всех пяти континентах бойня показала, что Тацуя давно спланировал её и лишь ждал, когда совпадет удачное время и место. И этот момент настал. С учетом его подсказок Вотан собрал армии из не самых сильных и многочисленных, но максимально эффективно действующих в тандеме монстров. Львы прокладывали дорогу, а Крикуны истребляли всё живое, что могли догнать, и куда позволяла дотянуться их длинная, подвижная шея, хорошо ориентируясь по слуху. Эти монстры и сами могли открыть себе дорогу, выманивая жертв из убежища детским плачем или призывами о помощи.
        Тацуя намеренно не давал никаких инструкций своим подопечным, кроме того, что они должны, во что бы то ни стало, удерживать в роду пост главы гильдии охотников. А когда никто не ожидал, он провернул свой план с объединением сил демонического вторжения для пятикратного его усиления.
        Так, перехваченная на подступах к границам, разделенная по скорости монстров, чтобы заставить их атаковать в обратном порядке, собранная сразу с пяти сторон демоническая армия, направляемая охотниками Тацуи, успешно уничтожила центральные страны на четырех континентах из пяти. Все Демиурги потеряли по четыре своих избранников и возможность их возрождения в потомках. Центральные страны на четырех континентах полностью опустели, но разрушившая их орда монстров лишь немного потеряла в численности. Она продолжала угрожать и всем остальным, уцелевшим странам, если прокатится волной от одной к другой.
        Первоначальный сценарий не удалось провернуть лишь на пятом континенте. Особенности рельефа континента и отсутствие сплошной защитной стены на нижней границе Южной Флавии нарушили планы Тацуи, вынудив его тащить объединенную армию не к центральной стране, как это было реализовано на других континентах, а на юг. Раз первым вторжение состоялось в Южную Флавию, то и другие армии вторжения пришлось направить к ней. Но произошло непредвиденное и непутевые исполнители потеряли контроль над объединенной волной Крикунов, в итоге, позволив им рассеяться и атаковать ближайшие страны в свойственной им осторожной, выманивающей жертв манере.
        К югу двигались лишь собранные в две орды львы. Позже Тацуя увидел, что вести армию на юг уже бессмысленно. Новичок Каннон неожиданно легко разобрался с большей частью монстров первой волны. Ему на руку сыграл сам метод убийства и голод позарившихся на падаль хищников. Несмотря на этот явный промах, пришлось оставить уже реализуемый избранниками план без изменений, тем более, что дать новые инструкции он уже не мог, полностью лишившись связи ещё на десять лет. Оставалось смотреть, что выйдет в итоге.
        Для подстраховки Тацуя разыграл свою последнюю, козырную карту, явившись к главе гильдии охотников Южной Флавии. Демиург напомнил ему, что уже являлся ему в детстве, что мужчина его избранник и должен выжить, спрятавшись где-нибудь, пока орды монстров будут разорять его страну. Его миссия, спустя одну-две недели отвести монстров к стенам Центральной Флавии.
        Но у Чака Морриса было свое собственное мнение на счет того, что он должен делать и где безопасней всего находиться во время вторжения. Трусливое бегство глуповатого Валхаима «Мудрого» лишь убедило мужчину, что уподобляться ему не стоит. Он принял самоубийственное решение остаться в городе и отбиваться, заочно убедив Тацую, что недостоин называться его избранником.
        Многие боги терпеть не могут, когда их марионетки проявляют самостоятельность и Тацуя относился к числу тех, кто также требовал полного подчинения. Он считал себя особенным, гениальным и отказ от его советов и приказов - был для него личным оскорблением.
        Хотя возмущенные жульничеством Тацуи демиурги требовали восстановления справедливости и отката временной шкалы для всего мира Лестницы, на что он категорически не согласился, не это противостояние стало главным событием встречи.
        Когда все споры о законности устроенной Тацуей бойни зашли в тупик, в иллюзорное пространство для встреч проник таинственный незнакомец. Он представился куратором второго уровня матрицы и сообщил, что устроенный демиургами турнир заинтересовал нескольких представителей третьего и даже четвертого уровня. За турниром давно и активно наблюдают демиурги двух соседних сегментов матрицы. Обычно живущие в разных вселенных существа разительно отличаются друг от друга, поэтому прямой перенос их в физические условия другого мира невозможен.
        Как выход, было предложено перенести действия турнира в иллюзорное пространство с имитацией основных физических законов и процессов «Лестницы», где это совместимо с физиологией представителей других рас и внесением дополнительных явлений, веществ и существ. Это позволит принять в дальнейшем состязании участие и представителям других вселенных. Существующая сейчас карта континентов будет зеркально скопирована, но наполнена городами и монстрами других видов.
        Переносу и копированию подвергнутся все тайники, строения и сильнейшие монстры-боссы, однако, не относящиеся к турниру разумные существа будут переведены в ранг ботов с обрезанным сознанием и упрощенной ментальной схемой существования. Их амбиции будут сведены к минимуму, чтобы поступки посторонних действующих лиц не влияли на справедливость состязания в мелочах.
        Однако, осуществление переноса и внесение ключевых изменений в проект было хоть и строго принудительным, но с отсрочкой. На завершение текущих событий отводился один год временной шкалы «Лестницы», что являлось совсем скромным отрезком в триста дней. Если до тех пор состязание естественным образом завершится в рамках текущих правил, которые уже нельзя менять, то демиурги других сегментов снимут свои кандидатуры с участия в совместном проекте. Если нет, они также будут претендовать на места демиургов в сегменте соседей.
        Эта информация стала настоящим шоком для Каннон и остальной четверки творцов, считавших их вселенную их личным творческим пространством. Кто-то непонятный и неизвестный пытался влезть в их мастерскую и занять в ней место полноправного создателя новых миров, что неизбежно будет влиять и на все их творения. Если чужаки имеют агрессивно-экспансивную парадигму, то миры других демиургов неизбежно подвергнутся нападениям соседей. Допустить такое было плевком в лицо Шантии и Примала, в мирах которых выросли и окрепли все нынешние демиурги. Но поставленный срок был просто смешон! Он выглядел, как ультиматум. Кому-то на третьем уровне захотелось развлечься и они устроили эту провокацию. В рамках текущих правил, где демиурги очень мало влияли на своих подчиненных и никак не атаковали конкурентов, всё указывало на то, что состязание продолжится уже с пугающими чужаками.
        Мир «Лестницы Совершенства» существовал уже давно, и его герои не достигали успеха десятки тысяч лет. Как можно ожидать, что они вдруг наберутся ума, смелости и силы всего за один оставшийся год? В таком ракурсе издевательское истребление обитателей мира махинациями Тацуи уже не выглядело возмутительным оскорблением. Если орда монстров сотрет с лица земли все города на континентах, победителями по существующим сейчас правилам станут представители Тацуи.
        Этот исход оговорен в правилах состязания. Если соревнование способны продолжать лишь представители одного из демиургов, два лучших из них и будут считаться победителями и пройдут стадию инициации. Проблемы возникнут только в том случае, если приглашенный Каннон гость окажет им достойное сопротивление и не только сам продержится в живых год, но и остановит полное истребление других избранников богов в своей стране.
        Ситуация с исходом состязания и отношение демиургов к текущим событиям резко перевернулись. Теперь все они желали успеха задумки своего коварного коллеги. А любимчик Примала теперь стоял на пути его успеха, как бельмо в глазу, но так как организаторы турнира резко лишились права менять правила созданного ими же мира, то оказались в креслах таких же зрителей, как и представители других сегментов и уровней матрицы. Теперь осталось лишь смотреть, к чему приведет сделанная Каннон рискованная ставка.

* * *
        Меня начали одолевать сомнения, что я правильно поступил, решив оставить Ками с собой. Девушка плелась за мной высказывая одну претензию страннее другой, словно я развлекаясь с ней в постели, сделал ей ребеночка, и теперь отказывался помогать в его взращивании и снабжении всем необходимым.
        Мне не понравился взгляд, который глава гильдии охотников кинул на девушку, предлагая ей пойти с ней. Так как я вообще очень подозрительный, предположил худшее. Что он желает как-то нехорошо ею воспользоваться, а может, он наоборот, волновался, как бы её не опорочили два подозрительных парня. В пустом городе, где наверняка могла прятаться ещё масса всяких мутных личностей, отсыпающихся днем и выходящих на дело лишь ночью, она не была в безопасности. Тем более, Чак явно считал меня слабаком. Я тогда его заподозрил в нехороших мыслях, а теперь жалел.
        - Марк, почему ты меня даже отказываешься выслушать?! - возмущалась девушка, уже десять минут кряду ноющая у меня за спиной, что она сейчас уйдет/обидится/больше не будет разговаривать/нажалуется родителям/брату/Фёрсту/Чаку/Богине Гелу, если я не стану её ручной собачкой и не начну выполнять её хотелки.
        Я уже пять раз ей сказал, что она может идти куда хочет и делать что хочет, но видимо она хотела выносить мне мозг и прилипла ко мне с тупейшими манипуляциями, на которые поведется лишь полный идиот.
        Наконец, мы втроем пришли к Храму Пяти Богов, справа от которого действительно обнаружилась гильдия целителей. Я собирался перелезть через забор во внутренний двор гильдии, чтобы покопаться в их мусоре, но Ланчер схватил меня за одну ногу, не давал окончательно перебраться, упрашивая меня сначала постучаться в дверь.
        Он очень боялся, что в гильдии кто-то есть, меня заметят и примут за вора. А после того, как брат увидел, как жестоко и бескомпромиссно Чак Моррис расправился с ворами, он боялся, что охрана гильдии схватит меня и сдаст ему.
        Братец был настолько упертым, что мне пришлось его послушать и следующие пять минут мы колотили в закрытую дверь гильдии, пытаясь дозваться её хозяев. К моему огромному удивлению из дверей в итоге показался какой-то взъерошенный старик в кожаном фартуке, с измазанными во что-то пахучее руками. Мы явно оторвали травника, создававшего в это самое время зелья, от работы.
        - Чего вы меня отвлекаете? - возмущенно спросил старик, - я же сказал, что продам главе Моррису дополнительную партию зелий бодрости только к позднему вечеру. Из-за вас мой труд может пойти насмарку. Так чего вы пришли?
        - Господин, а можно вам помочь? - вдруг выдал Ланчер, пока я соображал, что ответить.
        - Помочь? А вы что-то смыслите в зельеварении? - недоверчиво окинув столь юных гостей взглядом, спросил травник.
        - Я - нет, но мой брат, Марк, увлекается травничеством. Он вам точно сможет помочь, а мы поможем, чем сможем. Я могу принести воды от колодца, если требуется, - опять выпалил Ланчер.
        Я был удивлен. Он обычно стеснительный и молчаливый, но похоже, трудотерапия пошла ему на пользу и он научился свободно разговаривать с незнакомыми людьми.
        - Ладно, вода мне действительно нужна и не одно ведро, - проворчал старик, запуская нас троих внутрь гильдии.
        Здесь наши обязанности разделились. Ланчер побежал, как и обещал за водой к колодцу, что располагался на территории соседнего Храма. Я сказал, что могу перемять нужные ингредиенты в ступке до требуемой кондиции, а наша нудная барышня расселась на стуле, подальше от банок и склянок, наблюдая, как другие работают, и совсем не выказывая желания как-то помогать, опасаясь замарать нежные ручки и дорогое платье черной работой. Ну, хоть рот прикрыла и то хорошо.
        С моей помощью дела у старика пошли очень быстро и хорошо. Я впитывал новые знания, изучил и запомнил рецепт и пропорции «зелья бодрости», которое должно было придать охотникам сил после возведения баррикад. Все-таки я слишком строго наехал на Чака. Он осознавал, что его люди выдохнутся от тяжелой работы и позаботился об их самочувствии перед боем, но идея выстроить баррикады все равно являлась ошибочной. Хотя, может, выслушав весь его план целиком, я бы понял, зачем он это делает, но сейчас это казалось бессмысленной тратой сил и времени.
        Улучив момент, я спросил старика-зельевара, нет ли у него рецептов сильных ядов для отравления наконечников стрел и оружия. Это могло сильно помочь при отражении монстров.
        - Я же Чаку уже не раз говорил, что ещё дед Валхаима строго запретил гильдии хранить у себя ядовитые грибы, ягоды и травы, а тем более изготавливать из них какие-то смертельно-опасные яды. Он боялся, что его враги получат рецепт и отравят его и наследника, подмешав яд в пищу, вино или бросят яд в городские колодцы. Изготовление ядов в Южной Флавии под строгим запретом. Поэтому для гильдии охотников мы также не можем сделать исключение. Так Чаку и скажи, нечего меня по десять раз спрашивать одно и то же, - подняв вверх палец, строго сказал старик.
        Стало очевидно, что на блюдечке он нужные мне ингредиенты и рецепты не вынесет, но с ядовитыми травами и прочими ингредиентами знаком, поэтому я пошел с другой стороны.
        Опять выполнив часть утомительной и требующей немалых физических усилий работы, я завёл разговор, что очень увлекаюсь травничеством и готов купить у гильдии трактаты с описанием растений и парочку рецептов целебных зелий.
        - Какой хитрый! - усмехнулся дед, - думаешь, хоть один умный целитель раскроет чужаку свои секреты? Их даже не всем ученикам открывают, чтобы не плодить конкурентов. Дать кому-то готовый рецепт - все равно, что самому лишить себя прибыльного бизнеса. Нет. Никаких рецептов я тебе ни за что не дам. Будь счастлив, что я позволяю тебе увидеть, как и из чего варить зелье бодрости. Это уже полностью против правил гильдии. Если бы не проклятая боль в коленях и спине, и те безумные объемы, что Чак заказал для своих людей, я бы и близко тебя к своей мастерской не подпустил.
        - Спасибо, мастер, за честный ответ. Но тогда хоть скажите, какие травы и грибы мне лучше не брать в руки, чтобы случайно не отравиться. Я хочу сам изучать и открывать свойства растений, но боюсь умереть, если по незнанию коснусь чего-то ядовитого.
        - Это можно, - кряхтя и нехотя поднимаясь с кресла, сказал старик и повел меня за собой на внутренний двор.
        Там стояло целых четыре стога сваленных в кучу растений. Моя прелесть!
        - Эти - бесполезны, - махнув рукой в сторону одного стога, сказал старик, - а эти полезны, но сорваны не вовремя или уже испортились. Если не дурак, поймешь, о чем я говорю и извлечешь из моих слов пользу. Можешь их зарисовать, пару свитков и чернила я тебе продам. Будем считать, что эти знания - плата за твою сегодняшнюю помощь.
        - Благодарю мастер, а где у вас здесь опасные растения? Те, что мне лучше вообще не касаться.
        - Ах ты, хитрец! Думал, после того, что ты меня про яды спрашивал, я не пойму, что ты именно такие растения и ищешь? Не скажу я тебе, где они хранятся. А если уж совсем на чистоту, таких к нам не носят. Их травники ещё на скупе отсеивают. Если выживешь после осады, езжай на границу, там их в таких же кучах у скупщиков и найдешь, а здесь они вряд ли встретятся, и я точно не стану тебе помогать в поисках.
        Я еще раз поблагодарил старика и принялся перебирать сначала «бесполезный» стог. В нём оказалась масса полезной травы, но для лечебных рецептов. Нашлись тут травы и для рецептов яда, но самых главных действующих ингредиентов, как и говорил старик, здесь не оказалось. После этого я вяло покопался в полезном стоге, а тут почти те же травы, но подгнившие, сорванные рано или так, что не понятно, в кондиции они или нет.
        И только после этого я полез в самый мелкий стог и скинутый рядом в ящик разнородный «мусор», стоящий недалеко от ворот, где вперемешку с битой стеклянной тарой, отработанным жмыхом от производства других зелий, отыскал именно те растения и грибы, что мне изначально требовались. Я выругался на себя, что сразу не обратил внимания на мусор, а убил два часа на перебор двух стогов бесполезной для меня травы, но лучше поздно, чем никогда, тем более, я легко насобирал достаточно нужных ингредиентов на четырехкомпонентный яд, правда, существенно отличавшийся от того, что я делал раньше. В куче «мусора» в большом числе нашлись ягоды и грибы, которых я совсем не встречал на точке скупа на южной границе. Видимо, они попали сюда с других направлений.
        Взяв дырявую плетеную корзину, что я нашел неподалеку, я простелил её дно куском мешковины и сложил в этот мешок все интересовавшие меня компоненты будущего яда. Чтобы старик дал мне беспрепятственно всё забрать, я присыпал их сверху травой с «полезного» стога и направился к двери в гильдию. Потом передумал и перекинул корзину через задний забор с гильдией, чтобы забрать его, обойдя с другой стороны.
        Я предполагал, что старик встретит меня и пристально осмотрит корзину, как только я вернусь, но он закончил подготовительный этап обработки ингредиентов, поставил кашицу вымачиваться в воде, прикрыл дверь в лабораторию на ключ и ушел отдыхать в свою комнату. Ланчер присел и задремал в мягком кресле в холле для приема гостей. Куда подевалась Ками, у меня не было ни одной догадки.
        В моей голове возникла нехорошая идея, как по быстрому разжиться лабораторным оборудованием, горелками, колбами и перегонным кубом, чтобы не мастерить все это самому из подручных средств и я полез в хранилище лабораторного оборудования и заполнив еще две корзины и мешок всем необходимым, также перекинул свой ценный груз через забор. Когда всё закончится, и я соберу трофеи, возмещу свою кражу. А то есть шанс, что старик просто откажется мне продать всё необходимое, если я попрошу или заломит космическую цену. Лучше сам по тихому возьму, а затем верну или компенсирую.
        Тихий дворик, соседствующий с гильдией целителей выглядел покинутым, но я на всякий случай прислушался и присмотрелся, нет ли кого в двух соседних домах. Вроде, тишина и спокойствие. Вернувшись в гильдию, я не стал сразу будить Ланчера, чтобы расспросить о том, куда делась Ками. Засов на входной двери оказался открыт, что намекало, что она покинула гильдию через дверь. Но куда она могла пойти? К себе домой? Я осторожно выглянул через щель наружу.
        Услышал слева голоса нескольких мужчин, медленно бредущих мимо по улице и недовольным тоном обсуждающих между собой безуспешные поиски. Очень быстро, по косвенным фразам понял, что говорят они о нас с Ланчером и Ками. Один из них жаловался, что еще ни крошки не ел с самого утра, а вынужден тратить своё свободное время на поиски каких-то наглых подростков.
        - Зачем они понадобились главе? И почему мы должны этим заниматься, если у нас ещё других дел не счесть? - рассуждал один из них.
        - Да, ясно зачем. Хочет получить от Юрдов и Лотов награду за спасение жизни той девицы. Она же невеста второго принца. Хочет её держать при себе, чтобы никто из наших или монстров её не обидел. Я другого не пойму, чего он сразу её в своей комнате не закрыл, а позволил разгуливать по городу, чтобы теперь мы с ног сбивались, её разыскивая.
        - Ой, смотри, это же она выходит из храма! - воскликнул один.
        - Да она, скорее, хватайте её! - выкрикнул другой и трое мужчин с криками побежали к стоящему по соседству Храму.
        Через щель я следил за тем, как они быстро нагнали и схватили визжащую от испуга на бегу девушку. Причем она визжала: «Помогите! Марк!». Звала меня, хотя ушла наружу без спроса. Ну, что за проблемная особа! Поперлась зачем-то в соседнее здание и этим выдала себя. Не сиделось ей на месте. И что теперь делать?
        Открыв дверь, я вышел из гильдии и направился к мужчинам, надеясь договориться.
        - А вот ещё один! Эй, сам с нами пойдешь или тебя силой к месту сбора тянуть?
        - Чего вы к нам пристали? А ну, быстро отпустите девушку!
        - У нас приказ главы. Все оставшиеся в городе люди должны собраться и прятаться в подвале под главной дозорной башней. Монстры могут напасть уже этой ночью.
        - Там же под башней находится тюрьма, - сказал я.
        - Да, тюрьма, хорошо защищенная как для тех, кто пытается сбежать, так и для тех, кто хочет проникнуть внутрь снаружи. Всех, кто сейчас остался в городе для обеспечения их же безопасности собирают там. Не бойся, туда уже снесли воду, съестные припасы на неделю, кровати, солому, так что отсиживаться в тюрьме будете с удобствами. По-хорошему с нами пойдешь или тебя ещё упрашивать. Да, и где твой брат?
        - Отпустите Ками или потом не жалуйтесь, - пригрозил я.
        - Марк! - отозвалась девушка, трепыхаясь.
        - Тише, парень. Зачем создаешь лишние проблемы? Мы же не враги. Жизнь за горожан и Южную Флавию отдавать будем, а вы ещё и недовольны, - забалтывал меня тот, что держал Ками за руки, пока другие мужчины, вооруженные копьями, обходили меня с двух сторон.
        - Вы не имеете права! Мой отец Агрипал Лот, - возмущалась девушка.
        - Знаем мы, кто твой отец. Чтобы ты выжила и с ним встретилась, глава и сказал тебя разыскать.
        Реально оценив свои шансы против троих противников, я попятился назад и рывком пробежался к двери в гильдию и закрылся внутри. Вдогонку услышал возмущенно-вопросительное: «Марк?» от девицы. Она что, думала, что я безоружный кинусь животом на острые пики, чтобы развлечь её красивым жестом. Нечего шляться по улицам, когда тебя никто не просил, дура! Прости, Ками, но в мои планы не входит получить смертельное ранение, спасая тебя от охраны главы Морриса или просиживание штанов в подвале с другими его узниками. Мне нужно изготовить яд, а для этого нужно оставаться свободным. Я напряженно прислушался, что решат люди, подергав закрытую дверь.
        Вскоре один из них подергал ручку, озвучил мои мысли.
        - Ладно, главное, что девицу поймали. Её главе доставим, а на этих нищих ему, думаю, вообще плевать, - сказал один.
        - Никуда они от нас не денутся. Не сегодня, так завтра поймаем, - добавил другой.
        - Как тут начнется кровавая бойня, они еще пожалеют, что сами в укрытие не пошли. Другого такого надежного места во всем городе не сыскать.
        - Я бы и сам там отсиделся, лишь бы на стенах всю ночь сегодня не торчать, - пробормотал обладатель хриплого голоса.
        Ворчливо обсуждая другие строгие приказы командира, троица минутку постояла, у закрытой двери. Пару раз постучали в дверь, разок в закрытые ставни окна, и также вяло и неспешно переминаясь с ноги на ногу направилась к главе, а я принялся себя отговаривать от дурацкого желания кинуться за ними в погоню. Всё из-за реакций моего тела. Сердце колотится, опять в жар кинуло. Ну, как же, любимую самку Марка уводят в пещеру конкурента. Фух, как же тошно, когда реакции моего тела не соответствуют моим мыслям и истинным желаниям. Насилу перетерпел внутреннюю бурю.
        Что теперь делать с Ками? «А ничего! Сама виновата!» - решил я. От незрелой девушки никакой пользы, а только одни проблемы. И пришла она искать Марка не для него, а для себя. Жаба замучила. Ручная собачонка в беде. Надо вернуть хозяину. Драться с тремя мужчинами, пытаясь её отбить смысла не было, и дольше задерживаться в гильдии целителей тоже. Пришлось мне срочно будить Ланчера, и уходить с ним через задний двор за соседский забор. Оттуда, с корзинами и мешками по узким переулочкам в соседний район, где я на ходу присмотрел канал, ведущий к общему канализационному стоку в городской стене.
        Стараясь не засветиться иногда поглядывающим в сторону города редким дозорным на стенах, я через пару кварталов нашел подходящее для размещения лаборатории место. Сразу в голове возникли мысли, что днем дым от нагрева и выпаривания воды будет очень заметен, так что обойдусь пока малыми горелками и разобранными масляными лампами.
        Оставив Ланчера отсыпаться на чердаке, я занялся знакомым и привычным делом. Перетёр в ступке растения и грибы, разложил всё по отдельным сосудам и оставил вымачиваться, а сам, пока светло, отправился на поиски лучшего места для встречи врага.
        Вернулся к каналу и нашел проток в стене. Сама по себе арка размером почти что надо, но уровень воды в ней слишком высокий и непонятно, сколько до дна. А свободный, воздушный зазор от арочного свода всего полметра. Негде поставить кувшин с ядом и самому по пояс, а то и по грудь в грязной воде стоять будет некомфортно. Надо найти другое место или как-то уменьшить уровень воды в канале.
        Прячась от людей гильдии охотников, я обследовал все четыре стока в стенах. Один оказался немного лучше других в плане уровня воды, но был закрыт мелкой решеткой. В своих поисках я даже добрался до казармы городской стражи у стен дворца. Заглянул внутрь, а там узких казематов, решеток и камер с узкими проходами прямо на любой вкус. И коридор для отхода из здания на улицу и в сторону дворца имеется. Охрана так быстро уходила, что оставила и ключи на вешалке и десяток каких-то нищих в камерах. Эти люди меня беспокоили. Выпускать непонятно кого не хотелось, плюс они меня сразу сдадут, если их поймают. Вообще удивительно, что их ещё никто не обнаружил. Или обнаружил, но всем плевать. Сжалившись, я разнес вдоль закрытых камер ведро с водой.
        - Выпустите, выпустите, пожалуйста, - стал просить один из узников, умоляющим тоном, но я знаю, что многие преступники отличные психологи и умеют давить на жалость. Не я их сюда посадил, не мне их выпускать. Забрав с собой все связки ключей, я закрыл дверь подвала на замок и незаметно вернулся назад в свою временную лабораторию.
        Пока подвал и тюрьма с двумя узкими и длинными коридорами, где имелось несколько промежуточных решеток больше всего подходили для встречи монстров. Там на первом этаже имелись в большом числе уже изготовленные кем-то факелы, на столах стояло несколько масляных ламп. Для их размещения в коридорах имелись крючки. А главное было сухо и достаточно просторно, чтобы развернуться с копьем, которое надо будет постоянно макать наконечником в яд.
        Представляя, как я буду действовать в бою, постоянно отступая за новую преграду, за очередную решетку, если старую снесли и раня кидающихся на неё львов, я прикинул и решил, что смогу одолеть так десятка два львов и даже больше. Ланчер должен был находиться в самом сердце этого укрытия или сидеть с еще одной порцией яда и копьем в одной из уже разведанных мной сточных арках в стене.
        Они выглядели вообще непроходимыми для монстров, но и сидящему внутри человеку не давали свободы действий. У каждого места были свои достоинства и недостатки. Если убрать воду хотя бы до колена, я бы предпочел драться в канализационной арке. Место очень узкое и вызывает чувство защищенности, в тюрьме не так и слишком много непонятных проходов, каких-то запертых дверей, которые я толком не исследовал. Там также возникал вопрос, как оттуда выбираться, упершись в последнюю стену спиной. Даже убив какое-то количество монстров, как понять, что снаружи уже безопасно и можно выходить? Мне опять придется рвать глотку, чтобы криками приманивать к себе разгуливающих снаружи тварей. Много сложных вопросов.
        Весь остаток дня и вечер я колдовал над рядом из двух десятков склянок, стараясь получить из ингредиентов как можно больше яда, но опять вышел всего один, примерно полуторалитровый кувшин. Начало вечереть. Ланчер спустился ко мне с чердака и пожаловался, что сильно хочет кушать. С этим были проблемы. Еды ни в одном из выбранных мной мест не было. Оранжевые лучи светила отразились на высоких белых облаках и тут я услышал истошный крик дозорного на северной стене.
        - Идут! Они идут! Глава! Милостивые Боги, как же их много!
        Стало понятно, что придется принять бой прямо этой же ночью, а я еще не нашел самое главное - подходящее оружие! И желательно ещё парочку запасных! Нам с Ланчером нужно было срочно идти в укрытие. Идею с канализацией я окончательно откинул.
        Всё же держать младшего братца всю ночь одного в помойной канаве с пиявками и еще непонятно чем, я не рискнул. Что если найдется какой-то мелкий Лев-оборотень или Крикун-падальщик, который проберется к нему в укрытие. Нет. Лучше, пусть он будет у меня под присмотром, да и я сам бы в прохладную, тёмную, смрадную, грязную воду сейчас бы не полез. Будем встречать врага в тюрьме, но когда я подошел с братом по темному и узкому переулку к дворцовой площади, которую нужно было осторожно обогнуть, чтобы добраться до здания казармы, на ней увидел сбегающихся к центральной дозорной башне испуганных людей.
        Охотники почему-то передумали отстреливаться со стен и решили спрятаться подальше в глубоком подвале с другими людьми. Неужели монстров действительно оказалось так много, что боевой дух бравых охотников резко упал? Наблюдая за сценой массового бегства из укрытия, я обратил внимание, что одним из последних к башне бежит сам глава Моррис. Он не держит семенящую за ним Ками за руку. Она никак не ограничена. Бежит сама. Это был мой шанс. Выждав момент, когда мужчина кинулся к входу в башню, я выскочил наперерез отставшей девушке и чтобы не выдать себя криками, просто кинул в её сторону горсть золотых. От золота сейчас толку мало, а если выживу, заработаю на трофеях в сто раз больше.
        Удивленно отреагировав на звон разлетевшихся вокруг неё монет, Ками обратила внимание и на меня. Всё же, что-то эта идиотка ко мне чувствовала, так как побежала не за главой гильдии, а прямиком ко мне. Я дал сигнал Ланчеру, которому доверил кувшин с ядом и он также осторожно, чтобы не расплескать содержимое сосуда, засеменил ко мне из-за угла. Дальше было, как по классике, я перехватил ношу брата и, жестом показывая девушке, в какую нам сторону, побежал ко входу в казармы городской стражи.
        Когда не обнаруживший вошедшей за ним следом в Башню девушки, глава Моррис снова высунулся на улицу, мы втроем уже скрылись за углом башни, заставив его ломать голову о том, куда же делась его спутница.
        Выскочив на площадь, он тщетно выглядывал её за углами башни и на улице, по которой они вместе только что бежали в укрытие. Пометавшись туда-сюда пару минут, мужчина опять сплюнул, раздраженно махнул рукой, и вернулся в башню. Вход в неё тоже надо было срочно забаррикадировать, а он задерживал своим отсутствием начало работ.
        Оказавшись в казармах, я спрятал подальше в угол кувшин с ядом, зажег масляную лампу и сказал Ками и брату сидеть тихо, а сам кинулся искать на внутреннем дворе склад оружия. Нашел там пустую кузницу, а в ней ящик с поломанными, ржавыми и затупившимися наконечниками, а по соседству каморку похожую на очень компактную плотницкую мастерскую. Здесь у стены были свалены в кучу обломанные, треснувшие и другие дефектные черенки от копий.
        Выбрав из них парочку более-менее целых и еще парочку обломанных, я вернулся со своими находками назад. Связав два обломанных у конца черенка вместе, можно было получить очень длинную рукоять для дальней атаки. Так вообще близко к решетке не придется стоять и не будет риска, что она упадет и привалит, если её сорвут с креплений. Качество крепления самих наконечников к нашим самодельным копьям оставляло желать лучшего, но я и так собрал всё самое годное, из чего можно было слепить оружие и попросил Ланчера сделать из всех найденных мной частей хоть ещё парочку отдаленно напоминающих копье поделок.
        Нарастающий грохот ударов в северные ворота заставил меня замереть от испуга. Я взбежал на второй этаж и из окна видел, как произошло их обрушение и из образовавшейся прорехи хлынули десятки темных, человекоподобных, двухметровых фигур. Волосы стали подниматься на моей голове дыбом. Их было не просто много. Поток Львов-оборотней не прекращался больше двух минут. Топот сотен лап приближался, сотрясая пол и стены казармы. Ужас! Их были сотни! Сотни! Несколько сотен, пять, шесть, семь сотен, если не вся тысяча! Знал бы раньше, сбежал бы ещё утром без оглядки.
        Ужас сковал мои ноги и чтобы оторваться от завораживающей картины нашествия, пришлось закрыть глаза и заставить себя глубоко вдохнуть. Грохот. Кругом поднимались столбы пыли и слышался грохот. Львы крушили все препятствия на своем пути. Наше укрытие теперь казалось недостаточно крепким, но бежать к аркам сточной канализации было уже поздно. Пришлось взять Ланчера, Ками, драгоценный кувшин с ядом, все копья и десяток масляных ламп в дрожащие руки, и спускаться в тюрьму под казармами.
        Каким бы хлипким и незащищенным теперь казалось выбранное мной укрытие, другого у нас просто не было. Нужно было выжать из него всё, получить максимум от каждой имеющейся в нём решетки, узкого участка винтовой лестницы, каждой спасительной преграды. И все же, будет настоящим чудом, если мы выберемся из этой передряги живьем. Червяк безнадежности и отчаяния поселился в моём сердце.
        Часть 21 Не по правилам!
        Глава гильдии охотников ощущал на себе огромное давление окружающих его людей. Стены подземных казематов гудели от топота и ударов лап массивных монстров третьего уровня. Львы остро чувствовали запах и сам страх людей, безошибочно обнаруживая их скопления, даже если те скрылись в изолированном от внешнего мира укрытии. Они били лапами в стены башни и саму поверхность мостовой, желая проломить укрепление и своды над подвальными помещениями.
        Слышались мощные удары в обитую железом деревянную дверь главной дозорной башни. Изнутри подходы к ней завалили всем, что только удалось собрать. У двери возвышалась целая гора из бочек, сундуков, тумбочек, стульев, кроватей и прочей мебели. Ею завалили весь коридор до потолка, что давало столпившимся у входа охотникам призрачную надежду выстоять необходимое время, пока глава не сообщит об отступлении.
        Чак Моррис понимал, что от его действий и удачи зависела сейчас судьба всех доверившихся ему людей, и старался не поддаваться панике, не отвлекаться на нервирующий грохот и полностью сконцентрировался на поиске тайного прохода за пределы города. О его существовании в подвалах дозорной башни ему поведал капитан дворцовой гвардии, уважаемый во всей Южной Флавии и далеко за её пределами мастер Брут.
        Он долгие годы служил клану Юрдов, а узнав о решении Чака небольшими силами гильдии охотников удерживать столицу, отвел его в сторонку и шепотом сообщил на ухо эту тайну. Разумеется, такое посторонним не сообщают. Произошло банальное недоразумение. Уже глуховатый и плохо соображающий мастер Брут решил, что Чак решил пожертвовать собой, как герой, чтобы прикрыть отход Фёрста и не имеющих доступа к повозкам горожан, задержав монстров у стен столицы. Поэтому он дал герою надежду, лазейку, небольшой шанс на побег, если всё будет хуже некуда.
        Но мотивация остаться у Чака была совсем другая. Во-первых, он не видел смысла бежать из-за городских укреплений. Зачем они вообще нужны, если при нападении не использовать преимущества стен? Во-вторых, его репутация, как главы гильдии охотников и её престиж в целом сильно пострадали, когда в стычке с первой волной вторжения его подчиненные не убили ни одного монстра.
        Все ждали, что часто имевшая дело с монстрами за барьером гильдия первой сразит противника и покажет себя если не лучше, то хотя бы наравне с дворцовой гвардией, но его люди выглядели трусами и слабаками рядом с боевыми мастерами, оказавшись в равных условиях.
        Мужчина мысленно обвинял во всем Валхаима. Его глупый приказ инициировал основную схватку в предместье, далеко от стен. Многие его люди отказались рисковать и выходить за стены, а туда, где шёл бой просто физически не достреливали. Все те, кого он чуть ли не пинками выгнал поближе к месту жестокой схватки, приказав использовать в качестве стрелковой позиции крыши домов, были быстро перебиты, буквально, взбегающими по стенам Крикунами-падальщиками.
        Репутация Чака Морриса, как умелого охотника и мудрого лидера сразу упала ниже плинтуса. Мужчина был уверен, если бы правитель не стал прикрывать бегущих от монстров людей и принял бой уже под стенами, гвардейцы и его люди куда легче перебили бы всех монстров с удобных позиций и гвардия бы так сильно не пострадала. Но Валхаим отдал тот приказ и теперь на улицах и площадях шептались, что гвардия - герои, а охотники, кроме погибших в бою - трусы и слабаки, Моррис уже не тот, сдал с годами, и вообще пора передать гильдию другому роду.
        Чак был уверен, что Валхаим специально выставил его слабаком и трусом, хотя навязав бой монстрам на заведомо невыгодных для гвардии условиях, просто угробил своих молодых и опытных мастеров.
        В душе Чака кипела обида. Нужно было всем доказать, что правитель идиот, а гильдия охотников сильна, как никогда. Действуя с удобных позиций его ребята просто уничтожат десятки львов. Да, названные Валхаимом цифры он тоже считал полной ложью, страшилкой, чтобы оправдать своё бегство, когда его гвардию уже сильно проредили. Так он размышлял, но ровно до тех пор, пока своими глазами не увидел со стен численность наступающего врага. Орда монстров быстро вернула мужчину в реальность, и сейчас он желал лишь одного, поскорее оказаться подальше от этого места, проклиная себя за неуместно проявленную гордость, вылившуюся в смертельную глупость.
        Тайный подземный тоннель за пределы города был единственной спасательной соломинкой, которая могла спасти его и гильдию от неминуемой смерти. По данным Брута он был высечен прямо в твердой скальной породе под башней, и проходил под территорией дворца, где соединялся с другим подземным ходом, что вёл из покоев Фёрста прямиком в неприметное убежище за городом. Тоннель из башни был проложен ещё в незапамятные времена, неизвестно с какой целью, но Брут знал о его существовании и, нарушая неписанные правила, рассказал об этом человеку, не имеющему к охране правителя никакого отношения.
        Чак думал, что у него будет время спокойно изучить все подвальные помещения главной дозорной башни, но вторжение началось так неожиданно и значительно раньше, чем он рассчитывал. Разведчики Валхаима ошиблись во всем, и в сроках возможного появления монстров и в их общей численности. К столице добралось не менее восьми сотен злых, голодных, пышущих яростью и пеной из ртов хищников. И рвались они вперед, словно кто-то гнал их сюда плёткой.
        Сразу стало понятно, что ни о каком сдерживании такой огромной армии со стен тридцатью людьми не может быть и речи, а быстрый прорыв врага на территорию города убедил мужчину, что он чудовищно недооценил разрушительную мощь Львов-оборотней. Нужно было завалить арки ворот камнем снизу доверху, чтобы баррикады возымели полезный эффект, но времени и имеющихся в распоряжении людей хватило лишь на кучку до пояса. Южные ворота и вовсе остались без дополнительного укрепления. Лошадей и повозок для подвоза камней на четвертые ворота не хватило.
        Всё сильнее поддаваясь беспокойству, Чак с несколькими помощниками по третьему кругу обследовал ближайшие к дворцу восточные стены. Прощупал руками все впадины и выступы сырых, покрытых паутиной стен подвала, где по общему мнению его спутников, было бы логично разместить секретный ход, но нигде и не нашлось и мельчайшего намека на его существование.
        Простукивание, чтобы выявить пустоши, поиск сквозняков, зазоров, щелей, скрытых ниш наощупь и пламенем также не помогли. Собранные в подвале горожане, в основном одинокие старики, которые проспали общую эвакуацию из столицы, собрались с ручными свертками в общем коридоре и тревожно шептались о том, что враг уже совсем близко и они обречены. Подчиненные главы Морриса тоже уже начали впадать в уныние и поддаваться панике. Призывы успокоиться и обещания всех спасти тонули в пугающем грохоте, топоте лап врага на поверхности, усиливающемся гуле и сигнализирующих о скором обрушении песке и мелких камнях, начинающих сыпаться с трескающегося арочного свода.
        Убедившись, что восточные стены совершенно глухие, Чак приказал своим людям обследовать вообще все внешние стены тюрьмы, включая даже те участки, что находились в одиночных камерах брошенных здесь умирать заключенных. При первом осмотре тоже сразу ничего не нашлось, но одна камера оказалась необычной. Глава гильдии обратил внимание на аномально густую паутину и толстый слой пыли, покрывавший всё: входную решетку, каменный лежак, пол от порога и до стены. От камеры не нашлось ключа, но сам замок создавал лишь видимость преграды и легко поддался усилию рук. В камере очень давно никого не держали. А возможно, и вообще никого и никогда. Даже солома на лежаке от времени полностью почернела и превратилась в труху.
        Камера внешне ничем, кроме своей удивительной запущенности не выделялась, но Чак решил очень тщательно её осмотреть. Это было самое необычное место во всей темнице, что естественным образом намекало, что именно тут мог располагаться спасительный вход в тайный тоннель. Пока мужчина смахивал пыль с подозрительных выступов, дергал и крутил ржавые металлические стержни в стенах, надеясь с их помощью активировать скрытую дверь, на верхнем этаже началась паника. Оставленные там дежурные с криком кинулись на подземный этаж, затворяя за собой решетку. Началось.
        Паника дежурных имела вполне понятную причину. Дверь, а затем и легкая баррикада не выдержали яростных ударов, и в образовавшейся прорехе показалась жуткая, зубастая морда одного из львов. Сдвигая мощным торсом всю гору сваленной в коридоре мебели, он словно насмехался над шокированными людьми. Сзади монстра подперли другие и баррикада поехала от входа с ускорением. Ничего больше не мешало монстрам хлынуть на первый этаж башни. Крики и испуганные лица дежурных вызвали панику и давку в коридоре.
        Все люди, толкаясь, и сбивая друг друга с ног, пытались занять место подальше от винтовой лестницы. Пост у решетки бросили оставленные его охранять стражи. Вскоре со стороны лестницы на подземный этаж донеслись рыки и истошные крики ужаса. Кто-то из охотников не побежал за товарищами вниз, а спрятался на верхнем этаже башни и его нашли.
        Спасительный тоннель всё никак не отыскивался и теперь мужчина горько жалел, что приказал трем десяткам своих подчиненных остаться с ним в городе. Среди них были и совсем молодые парни, всецело доверявшие знаменитому, легендарному охотнику - Чаку Моррису. Но правда была в том, что своими руками Чак не убил ни одного сильного монстра. Даже ни одного монстра второго уровня. Весь его имидж был хорошо выстроенной ложью.
        Всё чем он занимался по жизни - это умело присваивал себе чужие заслуги и достиг статуса легенды, просто запугивая всех своей грозной духовной аурой. Он прекрасно знал, какое впечатление она производит на обычных горожан и прочих слабаков. Все-таки он имел эксклюзивный доступ к духовным камням, добытых членами его гильдии в течение тридцати лет и смог поднять духовную силу на довольно высокий уровень.
        По концентрации силы он был ненамного слабее мастеров из второй десятки гвардейцев старого поколения и точно входил в сотню сильнейших людей в стране. Вплотную приблизился к четырнадцатому рангу, но из-за ранней смерти отца, погибшего на его глазах в пасти хищника, получил сильную психологическую травму. Заняв по наследству место главы гильдии, сознательно всячески избегал любых опасностей и, разумеется, в первую очередь охоты на сильных монстров. Он никогда не атаковал таких тварей сблизи, собственноручно, полагаясь на пращу, других охотников и ловушки. А так как вылазки за барьер вызывали у него припадки неконтролируемого, панического страха, как только это стало возможно, он полностью прекратил сопровождать членов отрядов гильдии на охоте, сконцентрировавшись на функциях администратора, вообще не покидая столицу.
        На его глазах за тридцать пять лет погибли сотни охотников. Сменилось три поколения мастеров гвардии и два правителя. Погибли все те, кто знал о его слабостях, кто совершал рискованные вылазки вместе с его отцом, и ему уже не составило труда выдавать чужие достижения за свои. Так он и стал легендой, и постепенно сам уверовал в свою силу и значимость. А недавнее видение о явлении бога лишь подкрепило веру в его избранность и уже достигнутое могущество. Ведь Божества не выберут в избранники какого-то труса и слабака. Возникло огромное желание на деле доказать всем и себе, что он может, пусть и не с легкостью, но своими силами добыть десяток духовных камней третьего уровня.
        Однако, его трясущиеся и подкашивающиеся колени показали, кто есть кто. Он тут же задрожал и поддался панике при одном виде черной полоски монстров, показавшейся на горизонте. Чак с большим трудом поддерживал имидж бесстрашного, могучего героя, каким на самом деле никогда не являлся. И вот настал момент истины. Все умрут из-за него здесь, в темных казематах.
        Шум, грохот, появление за решеткой первого монстра и душераздирающие крики о помощи еще одного, непонятно откуда взявшегося на верхних этажах башни человека, стали настоящей симфонией ужаса для ожидающих своей участи людей. Даже если он сейчас обнаружит проход, больших жертв уже не избежать. Львы показали, что способны ломать такие преграды и обладают такой мощью, которая боевым мастерам их уровня и не снилась. Пятисоткилограммовое тело было решающим аргументом, когда нужно было что-то сломать массой и грубым напором.
        Вдруг, один из кандалов на стене, трижды провернутый против часовой стрелки перестал крутиться, но при дальнейшем нажатии издал звук щелчка, и в стене под ним появился зазор, выдающий подвижную часть стены. Приложившись к ней плечом, мужчина протолкнул тяжелую каменную плиту внутрь прикрываемого ею прохода. Нашел!
        Чак собирался устроить организованную эвакуацию, послать своего помощника к другим членам гильдии, чтобы сообщить им куда нужно бежать, но стоило ему высунуться из ниши, как его первый помощник не раздумывая нырнул в открывшийся проход с единственной на них двоих масляной лампой и звуки его шлепающих по воде ног, стали быстро удаляться от входа.
        Помощник трусливо сбежал, едва увидел выход. Вначале Чак возмутился таким недостойным поведением, но когда прислушался к звукам в воцарившейся темноте подвала, то заметил, что отвлекавшие его до сих пор человеческие крики резко сихли, а на их месте слышался лишь тяжелый топот лап и рык монстров. Люди попрятались по камерам, сами заперлись и замерли, в страхе боясь даже дышать, не то, что пискнуть.
        Если он сейчас крикнет всем бежать к нему, то привлечет к себе уже рыщущих у лестницы тварей. Он уже слышал, что тяжелые шаги приближаются к нему и опять запаниковал. Не сказав никому, что проход найден и открыт, Чак также нырнул в отверстие, но из-за своего высокого роста зацепился затылком за зубчатый выступ на его верхнем краю и до костей содрал кожу на спине.
        Острая боль заставила его вскрикнуть и топот шагов за спиной ускорился. Это стало лучшим стимулом для мужчины бежать так быстро, как только позволяла ему темнота, скользкий, по щиколотку залитый водой пол тоннеля и маячащий где-то вдалеке мутный свет лампы его помощника.
        Пожалуй, его спасла лишь массивность преследователя. Лев далеко не с первой попытки протиснулся в нишу, перед этим попытавшись разбить края прохода своими массивными лапами. Подгоняемый страхом глава Моррис скоро догнал своего помощника и дальше они, как две трусливые крысы, бросившие в беде товарищей, бежали уже вместе, пока неожиданно не уперлись в тупик.
        Скорее всего раньше тут был проход, но кто-то заложил его камнем. Проклятый Брут обманул его, а может просто забыл, что проход заложили. Какая жестокая насмешка судьбы. Бежать дальше было некуда. Кто-то сознательно отрезал тоннель от башни от тоннеля под дворцом. Оставалось встретить свою смерть лицом к лицу.
        Какая глупая и жалкая смерть. Его останки даже не похоронят. Никто не найдет его тело в этом каменном мешке. Топот лап Льва-оборотня приближался. Когда его силуэт вынырнул из темноты и ряды окровавленных зубов показались в тусклом свете масляной лампы, Чак Моррис рухнул на подкосившихся ногах на пол и обмочился. Это спасло ему жизнь, так как в следующий миг ослепительная вспышка снесла всё, что распологалось выше середины стены тоннеля, обнажив звездный небосвод.
        Чудовищной силы направленный взрыв или само Божественное вмешательство Пяти Богов-защитников мира смело столицу Южной Флавии с лица земли и камня на камне не оставив. Линия тотальной аннигиляции материи прошла в каких-то сантиметрах над головой мужчины. Переполовиненные тела Льва-оборотня и его помощника рухнули на пол тоннеля.
        И все же эта чудовищная сила уничтожила город не полностью. Один фрагмент южной городской стены и задняя стенка здания казармы каким-то чудом устояла. Что-то словно срезало целый пласт мироздания взмахом гигантского топора. И верхушка центральной дозорной башни оказалась выше этой границы. Неожиданно лишившись основания, она рухнула вниз, поднимая столбы пыли, а затем взгляду Чака открылось ещё более пугающее зрелище.
        Прямо из центра города, из гигантского подземного логова наружу выбралась огромных размеров тварь. Ростом и длиной она была с трехэтажный особняк первого советника. Когда она окончательно вылезла из образовавшегося котлована на поверхность, в холке оказалась даже выше исчезнувшей пятнадцатиметровой городской стены, а подняв вверх шею и голову легко могла бы жрать людей с верхних площадок дозорных башен.
        Ящероподобная тварь заставила Чака трепетать от страха. Её духовная аура была просто невыносима и он описался еще раз. Из ямы ему так легко, как ей, было не выбраться и мужчина предпочел прикинуться ветошью, прижавшись к покрытому липкой грязью полу и спрятавшись за брызжущим кровью телом льва. Уничтожившая город сила не вырвалась за пределы шестигранника стен, но ничего не останавливало выйти за неё эту, внушающую неописуемый ужас размерами и духовной аурой тварь.
        Гигантский монстр потряс головой и высоким гребнем на горбатом позвоночнике, словно разминаясь, и следуя какому-то внутреннему зову или тропинке из кусков чьих-то тел, что обнаружил под ногами, неспешно побрел на север, подбирая длинным языком попадающиеся на глаза свежие трупы.

* * *
        Умирать тяжело и страшно даже одному, но когда за спиной стоит дрожащий всем телом плачущий от страха младший брат и визжащая в истерике девушка, то умирать вдвойне тяжело.
        Всё пошло, как я и предполагал. Львы ломали двери и решетки одну за другой с нескольких ударов, накидываясь на них по двое-трое. В тюрьме все было хуже, чем в нашем особняке. Казалось бы мелочи, но они и решали исход нашей безнадежной схватки. Все было чуть хуже, чем прежде. Яд оказался не слишком ядовитым и действовал медленней, потолки были слишком высокими, проходы слишком широкими, что позволяло львам ломать преграды быстрее, заставляя нас постоянно перебегать от одной решетки к другой, почти не нанеся им потерь.
        А сраные копья, если их вообще можно было так назвать, оказались самым слабым звеном моего плана. Наконечник у первого завернулся набок после первого же тычка. Второе сломалось после трех ударов, третье продержалось немногим дольше. Да, я стал сильнее, но не настолько, чтобы не чувствовать с какой силой наношу удар. Оружие, слепленное из мусора и служить будет, как мусор.
        Итог стал очевиден уже через три минуты схватки. У нас целый кувшин яда, но больше нет ни одного копья и всего две решетки, которые продержатся жалкую минуту. Я принял тяжелое решение отступать на второй подземный ярус тюрьмы, где сидели узники. Ланчера со связкой ключей послал вперед, проверить странные боковые двери, но ключей от них не нашлось. Скоро нас загнали в самый тупик, в пустую камеру, которая стала нашей последней надеждой.
        Всё было плохо. Хуже некуда. От решетки нашей камеры также не нашлось ключа, её можно было открыть, просто потянув дверь на себя, но зная львов, был уверен, что они будут кидаться на решетку, вместо того, чтобы проверить поддастся ли она в обратную сторону.
        И в запасе остался всего один приём, спасший мне жизнь в прошлый раз. Плеснуть через решетку ядом в морду Льва, целясь в его глаза, и надеяться, что другие монстры опять устроят пострадавшему самоубийственное зализывание раны и передохнут сами. Жалкий план, отчаянный и глупый, но представив, как я буду пытаться вручную избить хоть одного из этих великанов, приходило понимание, что это не рыхлый тюфяк из Храма, который мог умереть просто стукнувшись головой о камень под собственным весом.
        Я проломил его череп, но даже сопротивления костей не почувствовал, здесь все не так. Моя сила недостаточна и очень мала против такого противника. Я стоял с кувшином в руках, соображая, что я ещё могу сделать, когда первая пробившаяся на нижний этаж хищная тварь кинулась на решетку камеры одного из ближайших узников, давая мне жалкие секунды, чтобы собраться с духом.
        Я осмотрелся. Похоже, это конец. В этот момент мы с Ланчером и Ками уже забились в тупиковую камеру тюрьмы в дальнем конце от лестницы и уже откровенно ждали смерти. Тут девушка подошла ко мне и трясущимися руками попыталась надеть на шею какой-то амулет.
        - Что это? - спросил я.
        - Защитный амулет Богини Гелу, купила в храме, - дрожа и всхлипывая, сказала Ками Лот, - тебе он нужней.
        Я мог бы проигнорировать бесполезную побрякушку. Какой-то камень в квадратной металлической оправе, но меня привлекли символы, изображенные в четырех углах рамки. Знакомые символы, вернее, до корней волос знакомые символы - четыре базовых элемента печати Абсолютной защиты первого уровня, но что самое странное, они были зеркально повернуты справа налево, причем все.
        Меня словно током прошило! Так вот почему все мои попытки активировать хоть один духовный символ не удались. Получив первые ощутимые запасы духовной силы, я тысячу раз пытался активировать хоть что-то, но всё без толку.
        Отсутствие духовного зрения не позволяло понять создается ли конструкт или проблема только в нехватке духа, низком уровне, качестве, напоре энергии, моём низком ранге или ещё чем-то. И вот тут, уже на пороге смерти мне впервые попал в руки артефакт, на котором, если я все правильно понял, указана вся суть проблемы. Кто-то из Демиургов не стал заморачиваться и просто слегка изменил старую систему, поменяв направление написания духовных символов.
        Я тут же отставил кувшин в сторону, крепко обнял и поцеловал девушку в щеку.
        - Умничка, Ками!
        Я как старикан ворчал на неё, что она ушла без спроса в храм, а она этим дала мне ключ, который я сам не отыскал, скупясь купить что-то у храмовников. Теперь понятно, куда делся её мешок с золотыми. Спустила на амулет. Женщины удивительны. Я бы так никогда не поступил и вот её амулет у меня.
        - Марк? - ничего не понимая, и продолжая хныкать, спросила Ками, после моей неожиданной вспышки благодарности.
        - Всё будет хорошо, верь мне, - мгновенно расслабившись, усмехнулся я, - сейчас они у меня попляшут.
        Пришло осознание, что я могу, но еще не готовое решение. Я стеклянным взглядом смотрел, как львы рвут несчастных узников тюрьмы на кровавые лоскуты, а сам ушел в себя и на пределе мысленных возможностей решал, как правильно воспользоваться скромными запасами имеющегося у меня духа, чтобы с помощью духовных символов выжить в бою с огромной ордой. Проблема была в том, что я не знал размеров своих запасов, даже приблизительно. Замахнувшись на то, что я не успею создать или достаточно запитать, я просто лишусь шанса. Нужно рисковать.
        Пространственную печать четвертого уровня я создать не смогу из-за банальной нехватки времени. Третий уровень тоже создаст непроходимый заслон, но я не был уверен, что для монстров местного третьего уровня он станет непроходим. Плюс проблема в уже наложенной на эту территорию защитной печати второго уровня колоссальных размеров.
        Моя печать вступит в конфликт, будет подавлена или локально повредит существующую, что вообще может привести к её разрушению, а возможно, и колоссальному выбросу энергии. В этот момент нужно быть подальше от эпицентра выброса, точное расположение которого мне неизвестно.
        Из того, что известно, я мог лишь предполагать, что центр печати находился где-то в центре столицы, а значит не так уж далеко от нас. Центр шестигранных стен города был как раз где-то на площади перед дворцовой территорией. Надо снизить уровень энергии печати и создать перед собой правильно ориентированную в пространстве защитную печать более высокого уровня, то есть тоже, как минимум третьего, но львы уже рядом!
        Я стоял неподвижно, погрузившись в себя всего десять секунд, но Ланчер и Ками успели испугаться, что я не беру назад в руки кувшин, которым собирался воспользоваться, и они начали меня трясти, взявшись с двух сторон за руки, чтобы привести в чувства.
        - Встаньте мне за спину, - приказал я, - и как можно плотнее прижмитесь. Ками, ты первая. Быстро!
        Почувствовав горячее, дрожащее давление за спиной я вскинул правую руку и стал выписывать перед собой символы, с поправкой на их зеркальное отображение. Хлынувший из груди поток подтвердил, что символы, которых я по прежнему не видел, активируются и питаются от моего источника. Работает!
        Но в результате своих мысленных построений, я пошел не по самому простому и очевидному пути, а по самому опасному и сложному. Никаких компромиссов и «если»! Решено, я ломаю чужую печать и заберу её энергию для своих сиюминутных нужд. Вместо локального пространственного заслона третьего уровня, который может сработать, а может и не сработать, так как неизбежен конфликт магических конструктов в сопряженном пространстве, я жахну большую печать, прикрывшись поглотителями из обратных нормалей.
        У моего плана было масса недостатков. Я мог быстро сдуться, не имея достаточной энергии, поэтому я рисковал погибнуть вместе с разрушением божественного конструкта, не успев создать щит. Поэтому первым я создал не щит и не поглотитель, а воронку для откачки энергии от источника глобальной печати. Это все равно, что долбить кувалдой по наконечнику авиационной бомбы, которая таким образом и активируется.
        Все или ничего! Это может привести к схлопыванию защитного барьера, с тотальным уничтожением всего живого в ближайшем радиусе, но у меня просто нет другого шанса выбраться из этой западни живым.
        Рискуя в любую секунду вызвать коллапс, я разместил у себя над головой сразу две воронки, после чего начал за счет притока энергии от них обкладывать себя простейшими поглотителями. Десятками поглотителей. Безумие, если учесть, что от физических атак Львов-оборотней они бесполезны. Мои действия выглядели так, как будто я выдернул чеку гранаты, положил её перед собой и потом взялся за лопату, чтобы выкопать траншею, в которую надо прыгнуть, чтобы избежать последствий взрыва.
        Что же, это действительно самоубийственный план, особенно здесь, непосредственно у источника, питающего печать, но мне не хватит времени создать щит даже второго уровня, а значит, действуем по упрощенной схеме. Я уничтожу монстров так, как никогда не решился бы на это в других условиях.
        И вот я стою и смотрю в лицо смерти, в подвале с взрывчаткой, сжимая в руке уже зажжённую динамитную шашку. Осталось кинуть её к остальной куче ящиков. Уже время. Сразу два Льва добрались до конца коридора и кинулись на нашу, даже не закрытую на замок решетку. Она чудом выдержала первый удар, хотя и покосилась на один бок. Ками и Ланчер верещат от ужаса, но держатся за меня, не отпускают.
        Я вписываю последний элемент в структуру третьей воронки, и коллапс глобальной печати происходит незамедлительно. Второй уровень печати хоть и не образец по стабильности, но продержался на удивление долго. Спасибо ему. Таких размеров печать должна жахнуть не по детски. Умрут все, кто ещё жив в городе, а может и не только в городе. Жахнуло так, что я сам сыканул от шока в штаны и на некоторое время ослеп от вспышки.
        Редко когда оказываешься так близко к эпицентру гигантского энергетического выброса. Но тут было что-то особенное. Я никогда не видел, чтобы разрушение печати сопровождалось таким тотальным распылением материи. Львы должны были получить только энергетический удар, а тут вообще жесть. Словно печать была встроена в основание города, являлась его фундаментом. Зачем такое делать, было непонятно. Это что, особый энергетический щит? Или под печатью пряталось что-то еще?
        Срезало всё, что находилось выше отметки на пару метров ниже уровня пола второго подвального этажа тюрьмы. Но вокруг меня остался небольшой островок, который поглотители с обратной нормалью сохранили. У меня лишь кончик обуви слизало, так близко была угроза лишиться пальцев и вообще ноги. Вниз я мало поглотителей накидал, больше на уровне груди и головы. А после яркой вспышки нас троих ещё и встряхнуло, так как мы провалились на своём островке на полметра ниже, чем стояли раньше. В общем, ощущения - словами не передать, а затем, ба-бах откуда-то сверху что-то упало, но я не увидел что, так как в глазах сильно рябило от белых пятен, а когда уже проморгался, появилось это!
        У меня сразу в голове мысль: «Это же явно Земляной дракон, про которого мне Каннон говорила». Моя цель прямо предо мной, а я не готов. Громадина. Наверное еще и с духовной аурой, как у Чака Морриса, помноженной на его наглость. Ланчер и Ками полуживые на полу залегли и не дышат. Стало их искренне жаль. Духовное чутье не щадит. Я один, как без органов чувств или глухой во время взрыва. Все пригнулись, а я стою, клювом щелкаю. Благо, тварь в нашу сторону не пошла. Из-за моих поглотителей, мы на островке камня над основной ямой остались. Я Земляного дракона взглядом проводил, а сам братана и Ками за шкирку и бежать в противоположную сторону. Это он сейчас выглядит вялым и неповоротливым, словно только проснулся после долгого сна, а как раздуплится, ещё начнет лазерами из глаз стрелять и лучше на это смотреть с безопасного расстояния.
        Часть 22 Бонусы духовной нечувствительности
        Лежа лицом в луже гнилой воды, постепенно заполняемой горячей, липкой, специфически пахнущей кровью Льва-оборотня, глава Моррис сокрушался над своим жалким положением. Гильдия охотников, которая была во владении и управлении клана Моррисов сотни поколений полностью уничтожена.
        Восстановить здание можно, но по вине самого Чака также погибли и все верные ему, перспективные члены гильдии. Ещё несколько десятков рассеянных по стране уже старых, проворовавшихся или покалеченных монстрами охотников не особо жаловали Чака, и предпочитали с ним вообще не пересекаться.
        Они откровенно игнорировали некоторые важные правила гильдии. Прикрываясь частыми походами за барьер, не выполняли его срочные приказы, прятали добычу, преследуя исключительно свои собственные интересы. Они-то и числились в гильдии больше для числа, для повышения её влияния и значимости, но мужчина даже не представлял, как управлять этой разношерстной группой маргиналов без еще одного отряда следящих за ними, верных главе помощников.
        Нет, без крупной материальной помощи со стороны Фёрста Валхаима, гильдия ближайшие пять-десять лет никак не восстановит свои позиции. Набор и обучение новых учеников тоже займет годы. И в этом пункте была одна серьезная проблема. В отличие от Академии, ученики охотников не платили взноса за обучение, отрабатывая свой долг уже позже на охоте.
        Оживить гильдию охотников с нуля было просто не на что. Тайник в родовом особняке Моррисов, где хранились все сбережения его клана, исчез вместе со всеми другими городскими постройками. Божественное вмешательство не пощадило ни одного здания, даже величественный Храм Пяти Богов. Теперь Чак Моррис беднее какого-нибудь деревенщины или разорившегося горожанина, не имевшего в городе ничего, кроме своей скромной лачуги. Судьба жестоко посмеялась над главой, но даже оказавшись в таком незавидном положении он не смел жаловаться.
        Боги сохранили ему жизнь, явили божественное чудо, что заставило его взглянуть на всё произошедшее под другим углом. Он не выполнил миссию Бога Тацуи, но тот не оставил его, не бросил в последнюю минуту. Охотник считал, что Боги ничего не делают просто так. Раз его жизнь так ценна, что ради неё был уничтожен целый город, он должен выполнить своё предназначение. Но каково оно, если демоническую армию, что он должен был отвести после разорения Южной Флавии к Центральной Флавии уже уничтожена?
        Мужчина приподнялся над уровнем туши и взглянул вслед огромному монстру. Пытаясь как-то понять логику богов, он решил, что раз львов не стало, но появилось это создание, он должен вместо армии львов отвести в Центральную Флавию его. Раз он подвел своего Бога-Покровителя и накликал на себя и город беду, то исправлением ошибки будет дальнейшее следование инструкциям божества. Да, оно не просило именно этого, но разве замена одних монстров другим не являлось подсказкой?
        На самом деле, в этой, выданной самому себе миссии Чак Моррис видел способ реабилитации себя, как уважаемого человека. Что он скажет правителю, если просто сбежит, поджав хвост? Скажет: "Ваша Милость, ради меня Боги уничтожили вашу столицу, а монстр разоряющий ваши земли бродит где-то на севере и может вернуться в любую минуту в своё подземное логово, поэтому возвращаться вам уже некуда".
        Нет, он потерял всё, но следование этой миссии вернет ему уважение к себе. Он убивает сразу трёх зайцев, следуя такому плану. Первое - отводит монстра к Центральной Флавии, выполняя миссию Богов. Второе - отводит его от Южной Флавии, делая его существование головной болью другой страны и становясь героем для своей. И третье - в качестве награды за свой подвиг он сможет уже на законных основаниях попросить у Валхаима средства и людей для строительства здания гильдии, и нового особняка клана Моррисов.
        Представив себе эту обнадеживающую картину, мужчина преодолел остатки страха. Ящер уже ушел в северные предместья и давление его мощной духовной ауры прекратилось. Моррис не переоценивал свои силы. Он понимал, что всё, что он сможет, это бежать впереди ужасающего монстра, пользуясь его медлительностью, бежать без оглядки, увлекая его за собой и это не выглядит, как какой-то героический поступок. Но Рован Кансай стал героем Южной Флавии, оттягивая на себя монстров в течение двух недель, так почему же и ему не представить позже Фёрсту эту тварь, как быструю и ужасно смертоносную. Одного попадания в её ауру было достаточно, чтобы оцепенеть и стать её жертвой. Нет! Он, Чак Моррис - избранник Бога Тацуи и герой! Сомнения в сторону.
        Мужчина побежал к северной кромке котлована, обрушившегося при попытках Ящера выбраться. Там склон был самым пологим. Мужчина сожалел, что сразу не послушал волю богов, но теперь он мог хотя бы попытаться загладить свою вину.

* * *
        По тому, как быстро Ланчер и Ками пришли в себя, когда я выволок их к единственному не уничтоженному за моей спиной фрагменту стены, удалось определить, как далеко действует угнетающая духовная аура появившегося Земляного дракона. Сто тридцать-сто пятьдесят метров её активного воздействия наводило на мысль, что на таком радиусе эта тварь и страшна в бою.
        Я едва выжил в передряге с вторжением львов и уже примерялся, что же я могу противопоставить этому впечатляющему размерами монстру. Быстро осмотревшись в сгущающихся сумерках по округе, я с облегчением убедился, что нигде не видно никаких других монстров. Было большим везением, что они, как заговоренные неслись внутрь города. А по тому, что я увидел, у меня вообще сложилось впечатление, что бежали они прямиком ко мне. Словно на мне стоял какой-то невидимый маркер, указывающий львам их цель.
        Демиурги решили меня завалить! Это никакое не честное состязание, а настоящая травля! Я доберусь до них и выясню, какая с*ка это всё устроила. Ой, доберусь. Моё сильнейшее знание опять при мне. Правда, силенок еще маловато, но если я заполучу духовный камень этого ящера…
        Сердце в груди сорвалось вскачь, словно я стал на край бездонной пропасти, рискуя сорваться вниз. Мои безумные мысли щекотали нервы. Вон - целый кувшин с ядом. Да, не самым сильным ядом, но как я уже заметил, законы биологии живых существ стоят над их духовным рангом. Даже будучи Святым на Второй ступени Небесной Сферы, я все еще травился, если ел какую-то гадость. Яд вывести проще, если ты полубог, но отравление никто не отменял.
        Убить тварь, отравив и повредив её внутренние органы гораздо легче, чем пробить прочную внешнюю чешую или духовный щит. Яду всё равно кого убивать, если только полная невосприимчивость к ядам не встроена внутрь этого создания изначально. Его массивность уже указывала на то, что яда потребуется много, но и у меня его было немало. Кувшин я почти не использовал.
        Переминаясь с ноги на ногу, я решал, что делать дальше. Кинув взгляд на оставшиеся невредимыми дома предместья, я решил довести своего брата и Ками Лот к одному из них и вернуться за кувшином. Все-таки, неизвестно, завершилось ли вторжение или это опять лишь какая-то часть, вырвавшаяся вперед.
        Меня беспокоило полное отсутствие Крикунов-падальщиков. Но если вспомнить, что в прошлый раз Львы позарились на уже убитых, то они и в этот раз могли их просто сожрать, когда совсем изголодали. Я надеялся, что именно так и произошло. В любом случае, чисто по их физическим параметрам, они должны были появиться первыми. А раз их нет, то это косвенно указывало на то, что уже может и не быть.
        Проводив брата и Ками до первого двухэтажного особняка, я совершенно не стесняясь перелез через забор и открыл им ворота. Хозяев жилища, прислуги и хоть какой-то охраны в доме не оказалось, зато здесь явно уже побывали мародеры. Несколько окон было выбито и входная дверь открыта изнутри. Это позволило нам беспрепятственно попасть внутрь.
        Минут пять я решал важные организационные вопросы. Мы искали уцелевшую масляную лампу. С ней обследовали наличие подвала. Хозяева уезжали в спешке или у них не оказалось достаточного количества повозок. Мука и прочие недорогие продукты и утварь так и остались в доме. Не заинтересовали они и мародеров, одуревших от богатства выбора. Они отодрали со стен украшения и забрали всю металлическую посуду и предметы, оставив деревянные кадушки и миски без внимания.
        Я дал Ланчеру задание хоть минимально обустроить для нас место в подвале соломой, водой и не забыть про ночную вазу. Также попросил, поискать в доме и пристройках какое-нибудь копье или то, из чего мы бы смогли его вновь смастерить, а сам побежал назад за ядом, который не забрал сразу.
        Как и ранее, наличие яда было ключевым элементом моей защитной стратегии против численно превосходящего врага. Возможно, всё уже закончилось, но я не мог сбрасывать со счетов запоздалое появление Крикунов или еще одной группы отставших Львов-оборотней. У меня случился инфаркт жабы, когда я представил, сколько духовных камней было уничтожено впустую, и это подбивало мой интерес к попытке отравить Земляного дракона еще сильнее.
        Боролось два состояния. Одно - чувство самосохранения, которое говорило спрятаться и не высовываться, а второе - неуемное желание халявы. Да, я такой человек, если где-то вижу уникальную и ускользающую из рук возможность, у меня в голове все переклинивает. Ни о чем другом больше думать не могу. Я также боялся, что если оставлю дракона без внимания, он может вернуться ночью и полакомится нами, прямо в доме.
        С двумя потерявшими волю к сопротивлению спутниками на плечах я далеко не убегу. Попытка отравить ящера также казалась привлекательной, пока он тащит в рот всё, что не попадя. Если я просто заткну кувшин тряпкой и привяжу его к какому-нибудь куску мяса, он может сам потянуть его в пасть и мне даже близко приближаться к нему не придется.
        Добравшись назад к островку камня с кувшином, я решил, что хотя бы гляну издалека, куда монстр пошел, и если его понесло дальше на север, не буду его догонять и оставлю в покое. Пробежав на другую сторону котлована по дну, я нашел под обломками крыши дозорной башни чью-то окровавленную ногу. Ткань с неё использовал, чтобы заткнуть кувшин сверху. Ещё один найденный кусок ткани станет тем, чем я закреплю яд к приманке.
        Подсознательно я понимал, что слова, «пойду посмотрю» лишь отговорки, внутренне я уже созрел, чтобы осуществить свой дерзкий план и уже всё делал для его осуществления.
        Выбравшись из котлована и пробежав пятнадцать минут за полуразрушенные предместья на севере, я услышал впереди топот тяжелых шагов. Догнал! Теперь надо было обойти и поскорее обогнать ящера, чтобы бросить приманку на пути его следования. Ничего сложного и дело в шляпе! Но, честно говоря, я уже устал. Бежать по полям, подворачивая ноги на кочках, таща на плече десятикилограммовую, окровавленную, человеческую ногу и еще держать на весу, вытянутую в сторону руку с кувшином, который я очень боялся расплескать себе на руки и ноги, даже забив горловину куском тряпья - оказалось очень нелегко. Рука с кувшином уже болела и отнималась от усталости, как и левое плечо. Ко всему, начала подводить дыхалка. Один раз я чуть не растянулся на поле выронив кувшин, когда нога запуталась в стеблях пшеницы, образовавших петлю. Еле устояв и, похоже, немного растянув связки на правой лодыжке, я задумался, что если еще раз что-то себе подверну, то могу уже никуда не успеть.
        После этого я унял прыть. Перехватил кувшин в другую руку, согнул руку, чтобы не переутомиться, а ногу-приманку закинул на противоположное плечо, и только затем уже более размеренно продолжил движение. Изначально решил оббегать Земляного дракона справа на максимально безопасном расстоянии, чтобы не привлечь его собственной, уже довольно подуставшей тушкой.
        Не хватало, чтобы кинувшись за мной, он пропустил или вообще растоптал мою приманку. В такой неспешной манере бега я опередил его примерно на три сотни метров и постепенно стал выходить на курс, сближаясь чтобы оказаться прямо впереди. Неожиданно для себя, заметил позади силуэт также бегущего перед монстром мужчины. Он держался примерно в ста пятидесяти метрах впереди дракона, очень рискуя попасть в зону действия духовной ауры. И бежал не очень быстро. Было видно, что тоже уже подустал, а временами ещё и запинался, цепляясь за что-то ногами в темноте.
        Я никак не мог понять, почему мужчина бежит так медленно. Выдохся, подвернул ногу, ранен? Или… или он специально держался на заметном для твари расстоянии, приманивая её к себе. Смело. Очень смело, но глупо. В любую секунду это могло закончиться плачевно. Я прямо предчувствовал, что еще пару затыков и цепенящая духовная аура сильного монстра накроет его. Так и случилось. «Ёб твою мать!» - мысленно выругался я, когда мужчина вдруг растянулся в пшенице. Вот и всё.
        «Ну, ну, давай! Давай, поднимайся!» - мысленно подбадривал я идиота, переоценившего свои силы и ставшего очередной порцией мяса для медленного, но прущего вперед, как танк дракона. Я замер и неотрывно следил за местом падения мужчины. Одна секунда, две, три. А он не показывается.
        - Ну же, вставай, тебя же так сожрут! - поморщившись, сказал я себе под нос.
        Хватит уже смертей на сегодня. Внутри таилась надежда, что мужчина просто пытается выйти из зоны видимости, и на карачках уползает куда-нибудь в сторону. Надежды обычно очень жестоки.
        «Нет, не могу спокойно на это смотреть!» - понимая, что через минуту, максимум две на моих глазах захомячат живого человека, подумал я и рванул к нему навстречу. Я знал, что несчастный сейчас, скорее всего, валяется и дрожит, скованный страхом. Уже видел, знаю. Если даже я подбегу, что я смогу сделать? Дракон наверняка проигнорирует небольшой кусок мяса в виде одной ноги и попытается добыть всю тушку маячащей впереди цели. Сразу двух целей, если у него хорошо развито чутье.
        Я бежал, на корню убивая свой безопасный план, и меня уже начали одолевать сомнения. Если я сейчас близко подбегу, и меня просто снимут какой-то убийственной духовной техникой, то худшего исхода сложнее себе и представить. Сразу заслужу премию - «Первый идиот Лестницы Совершенства», но почему-то мысль о том, что у меня ещё может всё получиться, щекотала моё самолюбие. Я же везунчик.
        Всё произошло совсем не так, как я ожидал. В темноте я с размаху заехал ногой в скрюченного в позе зародыша мужчину, из-за чего сам чуть не растянулся рядом с ним. Моё положение было, мягко говоря, хуже некуда. Отбежав на пятнадцать шагов ближе к монстру, я принялся лихорадочно готовить приманку. Сорок шагов до дракона, а я запихиваю в рваную штанину свой кувшин. Двадцать пять, а я всё ещё вяжу узел на куске ткани, чтобы кувшин не выпал из приманки. Пятнадцать, а я только закончил и перевел взгляд на свою цель и в испуге отпрянул вбок. Твою мать, как страшно!
        Длинный, раздвоенный на конце язык выскользнул из огромной пасти и чиркнул по тому месту, где я только что сидел, а задев кусок плоти, выверенным движением обвил его подвижными концами языка и отправил в рот. Ееее! Но стоять и любоваться этим мне не позволил следующий взмах языка. Земляной дракон опять чиркнул по тому месту, где я только что стоял, видимо удивляясь, почему жертва такая подвижная и умудряется отскочить, хотя он безошибочно метил туда, где она была только что.
        Видимо, монстр привык, что в его присутствии жертвы просто лежат мешком, но все равно решил меня изловить, проигнорировав мужчину, который бы точно не смог от него скрыться. Чтобы выиграть время я решил уйти за спину неповоротливого монстра, заодно изменив направление его движения. Ходил я по очень тонкому льду. Сделав два полных круга, Дракон начал злиться, что не может уследить за целью, и подключил к своим атакам хвост. Это стало сигналом, что пора валить.

* * *
        «Почему ты не сдыхаешь? Неужели яд вообще не действует?» - проклиная своё желание погеройствовать, мысленно кричал я, когда прущая за мной тварь пробежала почти всю дистанцию назад к городу. Закончилось пятое дыхание и, о чудо, открылось шестое! Сам не знаю, откуда во мне ещё брались резервы, чтобы бежать не останавливаясь. Ноги уже заплетались, а кровавая пена из легких шла горлом.
        Хоть тварь и не могла меня догнать, но и я не мог оторваться, а самое неприятное, не видел у неё никаких признаков отравления и усталости. Все надежды были на преграду в виде котлована с высокими стенками. В чистом поле точно не было никаких шансов сбежать.
        Я проклинал себя за то, что не вынул пыж из горловины кувшина. Если дракон кинул ногу в глотку целиком, не пережёвывая, то кувшин мог лежать в верхнем зобе или желудке все еще закупоренным и яд просто не вылился наружу. Однако, могло быть и так, что он просто не действовал или действовал очень слабо на таких вот огромных тварей и тогда мне точно пи*дец.
        Я бежал уже из самых последних сил, припоминая времена жизни на болотах и годы беготни от Древней черной гидры. Тогда было так легко и даже весело, но сейчас совсем по-другому. Там за это время я бы уже прокачал пару скиллов, скорость и удачу на десятки очков, но в жизни всё не так. Силы заканчиваются, и я просто начинаю потихоньку сдавать. Разрыв между нами постепенно сокращается. В голове пронеслись последние безнадежные мысли. Что я могу? Промелькнула одна, опять почти безумная идея. Шея и язык у дракона не такие длинные, чтобы снять меня с его спины, если я размещусь где-нибудь между зубцами гребня, поближе к его хвосту, то смогу восстановить силы.
        Очень смелая идея использовать мертвую зону монстра, и мне надо было как-то залезть на спину твари, чтобы в прыжке она не поймала меня языком. Решив использовать в качестве последнего спасительного решения духовную силу для усиления прыжка, я опять замер, ожидая выпада языком и нырнув прямо между передними лапами монстра, пробежал вдоль его туловища и из последних сил запрыгнул ему на спину. Зацепившись рукой за одну из шипастых пластин.

* * *
        Рассвело. Я ничего не ел почти двое суток, зато прорыгался знатно. Мой расчет оказался верным. Дракону не хватало буквально полметра, чтобы схватить меня за ногу и стащить со спины. Он кружил, завернув голову набок несколько часов, вытоптав огромное количество пшеницы. Вздрагивания и тряска спиной тоже не помогали избавиться от наездника-прилипалы. Я вцепился в одну из пластин мертвой хваткой. Разодрал себе колени, локти и кожу на животе до крови, но не давал себя скинуть.
        В какой-то момент тварь вдруг захрипела. Начала трясти головой, бить лапой, чиркая по ушному отверстию, и пустила ртом пену. Твою мать! Яд таки подействовал, хоть и с огромным запозданием. Как я и думал, глиняный кувшин сохранял целостность, пока не попал в нижний желудок, где был уже раздавлен твердыми костями. Такая, казалось бы, мелочь, как тряпичная пробка, а сколько времени и сил у меня отняла, что аж злость брала.
        Когда дракону стало совсем худо, его лапы подвернулись, и он завалился сначала на живот, а затем на правый бок, скидывая меня со спины. Отковыляв на разодранных в кровь ногах от рухнувшей туши на безопасное расстояние, я думал, не надо ли противника ещё как-то добить, а то вдруг еще отлежится, встанет и забьется в свою подземную нору, где его уже так легко не достанешь.
        Но прошло ещё пару минут, и монстр застыл в недвусмысленной позе с раскрытой пастью и широко раскрытыми, неподвижными, стеклянными глазами. Всё, отбегался варан-переросток. Чувствуя зверский аппетит, я побрел на юг, чтобы встретиться с братом, а ещё найти подходящий инструмент, чтобы выколупать из тушки кристалл души. Раз никакой награды за убийство монстра не пришло просто по факту его смерти, то видимо, кристалл высокого уровня и является тем призом, что я смогу с него получить. Будет обидно, если кто-то окажется попроворней меня.

* * *
        Сцена мгновенного уничтожения огромной объединенной армии демонического вторжения посредством странной дестабилизации самой глобальной защитной печати вызвала у демиургов много вопросов. Особенно у Тацуи.
        - Это не по правилам! Не по правилам! - возмущался мужчина, сотрясая криками воздух величественного зала собраний, в пространстве иллюзий, где в разных областях стен и на центральной колонне высвечивалось, что сейчас делают все избранники мира Лестницы Совершенства.
        Каннон знала, что Тацуя терпеть не может, когда его хитроумные сценарии нарушают грубейшим образом. И то, что была убита демоническая армия не самое страшное. Алекс вскрыл проход в одном из тупиков подземелья, попасть в который можно было только в специально подготовленном месте.
        Претендент должен был достигнуть легендарного уровня силы, чтобы увидеть скрытые символы на тайных алтарях во всех пяти Храмах Пяти Богов континента и разгадать загадку, где искать проход в подземелье, в котором прячутся пять легендарных Драконов - огненный, водный, земляной, воздушный и Дракон ужаса. «Правильный» проход находился в горной пещере на востоке от Центральной Флавии. Там герой с командой помощников должен был снять печать, собрав фрагменты книги из Тайных Храмов всего континента и только потом получить право сразить первого из драконов со стихией огня.
        - Мы должны, пока не поздно, исключить претендента Примала из состязания и заменить его кем-то другим. Каннон, чего ты молчишь? - возмущался мужчина.
        - От принятых нами решений уже ничего не зависит, - парировала женщина, сложив три пары рук у себя на коленях. Да, она не была человеком в своем последнем воплощении, но кроме множества верхних конечностей, которым в том мире славились Ракшасы, не сильно отличалась от других человекоподобных творений Шантии.
        Тацуя не мог успокоиться. Когда какой-то жижей, сваренной на коленке из непонятных грибов и ягод, новый избранник Каннон уложил одного из легендарных Земляных драконов, а именно - Дракона ужаса, Тацуя вскочил со своего места и стал в голос орать, что так нечестно. Он вдруг вспомнил, что это за «Бог-Разрушитель» такой. Он ему ещё в одном из давних прошлых воплощений поломал всё удовольствие от реализованного тогда проекта. Да, Тацуя не умел проигрывать и не желал этого делать, тем более, что это был даже не честный проигрыш, а откровенный плевок в лицо. Откуда претендент всё это знает? Он имел слишком явный стартовый бонус над другими избранниками, хотя победы тоже не давались ему легко.
        Покинув зал собрания, демиург решил обратиться к куратору второго уровня, чтобы ему позволили внести еще одно, самое последнее изменение в правила «Лестницы Совершенства». «Больше никаких любимчиков Примала. Они ломают то, что было кропотливо создано его руками. Победить должен тот, кто выиграет по правилам, а это значит он!», - размышлял мужчина, проходя процесс развоплощения. Однако, куратор мог потребовать что-то взамен на это прошение. Как бы он не продешевил. Все-таки бесконечно этому наглому безумцу везти не может. Он трижды стоял на пороге смерти за один этот день. Просто повезло. Ага! Щас! Да убить легендарного дракона не являясь Легендарным боевым мастером в принципе невозможною, думал мужчина до этого дня. Что-то с удачей новичка было нечисто. Ему явно помогали, и он выяснит, кто это делает!
        Также Тацуя решил тайно встретиться и с представителями смежных сегментов матрицы второго уровня. Не зная, какие именно личности зайдут в Лестницу и каких Демиургов интересует их Вселенная, нельзя с уверенностью утверждать, что появление чужаков действительно нанесет вред текущему творческому пространству. Они могут быть и чем-то полезны и интересны, не то, что эти скудоумные выскочки...
        На самом деле Тацуя считал лишь себя достойным Демиургом. Он создал так много, наполнил миры новизной, а что сделали Вотан с Мореной? Ничего! У каждого всего по одному примитивному миру, на который без слез не взглянешь. Они утомляли его своей ограниченностью, Гелу - чрезмерным смакованием чувственной сферы своих творений. Каннон он вообще стал побаиваться. Никогда неизвестно, что у неё в действительности на уме. Тихони самые опасные противники и случай с заменой её претендента этому отличное подтверждение.
        Тацуя решил надолго не покидать зал наблюдения «Лестницы», и после развоплощения первым делом обратился к транзитной Центральной оси с запросом, чтобы получить право на отклик свыше. Но ответа не последовало. Его проигнорировали, чем очень красноречиво указали его место. Второй запрос может привести к отключению доступа к оси. Кураторы прекрасно знали с какой просьбой он к ним желает обратиться, даже до того, как он что-либо сообщит. Такова реальность. Пришлось проглотить гордость, присущую личности Тацуи на всех уровнях сознания. Нельзя задирать голову, когда сам ты пока недостаточно хорош. Но он хотя бы старается, а другие. Однако, просто смотреть, как его детище уничтожают он тоже не намерен.
        Ладно, ладно, он будет действовать не через верх, а через низ. Он встретится с соседями через иллюзорные пространства. При правильном подходе он мог найти союзников даже там, где их ранее не было. Он может контактировать с нейтральными жителями Лестницы, чтобы навредить своему врагу. Единственное, что он не имеет права делать, это представляться божеством и указывать цель напрямую, но если намекнуть: «Причастен к убийству дракона», его быстро определят.
        Часть 23 Проявившиеся тайны
        Обходя по кругу котлован, оставшийся на месте столицы Южной Флавии, я почувствовал, как в нос пахнуло металлическим запахом крови. Присмотревшись, я увидел в районе одиноко возвышающегося купола Дозорной башни, с противоположной стороны от того места, где нашел чью-то ногу, останки нескольких монстров и людей. Все они были изуродованы, лишившись или нижней или верхней половины тела.
        «Здесь тоже можно поживиться духовными камнями», - автоматически отметил я и стал высматривать особняк, к которому мне нужно идти. С этого ракурса они все выглядели одинаково. Однако, вскоре из окна второго этажа одного из домов показался Ланчер и радостно помахал мне рукой. Молодец. Вот, прямо уважаю этого парня. Очень надежный и ответственный и явно дежурил полночи на втором этаже, понимая, что спать в такой ситуации опасно.
        Слегка ускорившись, я ковылял к воротам нашего временного укрытия, и вдруг заметил движение на соседней улице. Это заставило меня ещё ускориться. Если это бандиты, одинокая, раненная цель могла их заинтересовать.
        - Марк, где ты был так долго? Я очень волновался, - открыв ворота прямо перед моим появлением и обняв меня за талию, воскликнул парень.
        - Я разбирался с тем большим монстром, - не без толики хвастовства, сообщил я, - а кто тут ходит по соседству, мне показалось, я видел какого-то человека?
        - Да, через пару домов от нас поселились какие-то странные люди. Они не выглядят, как нищие. Их трое, они вооружены и у них есть лошади. Я боялся, что они попытаются на нас напасть и всячески изображал разговоры разными голосами и заколотил окна, - шепотом сообщил парень.
        - Понятно, подозрительные соседи, но пока они ведут себя тихо, так?
        - Не совсем. Один утром ошивался у наших ворот, заглядывал внутрь и даже попытался перелезть во двор. Я его спугнул, высунувшись из окна с копьем в руке и пригрозив, что не буду церемониться. Он сбежал.
        - Молодец. Я тобой горжусь. Ты говоришь, тебе удалось найти настоящее копье.
        - Нет, я его сделал из ножа и палки. Марк, пойдем в дом, ты наверное, очень голодный, я вместе с Ками лепешки приготовил, но они не очень получились, так как нет ничего вкусного, чтобы их начинить.
        - Что? Вы с Ками даже еду вместе приготовили! - опираясь на плечо брата, восхитился я, направляясь ко входу в дом, - обязательно поем твоих лепешек, брат, но чуть позже, когда я перевяжу свои порезы, нам нужно будет кое-куда сходить.
        - Куда?
        - Увидишь. И нужен будет инструмент на длинной ручке, чтобы достать духовный камень из одного большого монстра.
        - А… прости Марк, я сильно волновался, что тебя так долго нет, поэтому пошел тебя разыскивать и нашел там, в яме, нескольких мертвых львов с нетронутыми головами. Я их того…
        Паренек запустил руку в мешочек на поясе и показал мне три духовных камня третьего уровня.
        - Молодец, но пожалуйста, больше так не рискуй, - попросил я своего беспечного брата и потрепал его по волосам, - а что, если бы один из львов был ещё жив?

* * *
        Оказалось, я устал гораздо сильнее, чем себе представлял. Съев несколько пресных лепешек, и запив их водой, я прилег на пару минут на кровать, и вырубился на три часа. К этому времени проснулась Ками и попыталась перевязать мне руку, но от её не совсем умелых действий, вызвавших острую боль, я быстро проснулся.
        - Привет, держи, - снимая с шеи переданный мне ранее амулет, сказал я девушке.
        Она с готовностью приняла его и быстро осмотрев, нацепила на шею и сказла:
        - Богиня Гелу спасла нас, давай, когда будет возможность, отправимся в главный Храм Пяти Богов в Центральной Флавии и сделаем ей щедрое подношение.
        Я согласно кивнул, хотя вряд ли кто-то из демиургов хоть палец о палец стукнул, чтобы нам помочь. Это не в их правилах. Но я заметил, что девушка очень часто говорит об этой богине, и только о ней, словно их что-то связывает, кроме общих верований этого мира.
        - А ты уверена, что нам помогла Гелу, а не другие боги? Вдруг это был Вотан или Каннон?
        - Нет, - без тени сомнения, заявила девушка.
        - И почему же?
        - Когда-нибудь я расскажу тебе, - загадочно улыбнувшись, сказала Ками и потянулась к следующему куску рваной ткани.
        - Нет, нет, не нужно. Всё само заживет, когда я достигну следующего духовного ранга. Тело обновится и ран не останется.
        - Эх, когда это будет, - махнув рукой заявила девушка, - у тебя сейчас семьсот духовной силы а до следующего ранга нужно набрать ещё триста. Уж не знаю, как ты так сильно смог продвинуться за то время, что мы не виделись, но твои раны заживут сами по себе куда быстрее, чем от достижения нового ранга.
        На самом деле, моя духовная сила уже добралась до отметки семи тысяч, и набирать мне нужно было еще три. А с учетом, что духовные камни третьего уровня давали в среднем двести пятьдесят - триста единиц, даже с учетом пятидесятипроцентного штрафа, то это всего десять-двенадцать сеансов, которых я в сутки мог провести и сразу три. Мне бы просто недельку спокойствия, и прорвусь к первым духовным вратам.
        Мне нужно было выйти на золотой ранг, чтобы духовный камень Земляного дракона не урезался слишком сильно. Да, я собирался его поглотить, как только стану золотым, так как даже при всех имеющихся у меня сейчас запасах камней, часть которых я, по-хорошему, должен был отдать Ланчеру, у меня не хватит духа, чтобы достичь орихалка.
        Ну, разве что, на нас опять нападет очередная орда обезумевших монстров, которых удастся чудом победить и тогда есть шанс. Будущее неизвестно. Ничего нельзя было исключать. Но для начала надо было заполучить сам кристалл души дракона, и я попросил Ланчера смастерить что-то ещё на длинной ручке к уже имеющемуся «копью» и будем выдвигаться.
        И тут обнаружилось, что Ками Лот боится оставаться в особняке одна. Она была в курсе о мутных соседях и категорически отказалась ждать нас одна в укрытии. Даже мои аргументы, что выходить на открытое пространство, когда в любой момент могут появиться Крикуны-падальщики слишком опасно, не возымели на неё эффекта. Мы поперлись к тушке ящера втроем.

* * *
        Прячась после спасения в пшенице, Чак Моррис осмелился выглянуть из неё, лишь когда паника ослабла и удаляющийся в южном направлении монстр растворился в густеющих сумерках. Мужчина был морально раздавлен, разбит. Он ни на что не способен и опять был спасен кем-то перехватившим внимание монстра на себя.
        Незнакомец больно ударил его в живот, но по сравнению с тем душераздирающим ужасом, что с нарастающей силой пронизывал всё его существо, когда монстр оказался совсем близко, физическая боль была щелчком по носу. Глава теперь уже несуществующей гильдии охотников решил бежать из Южной Флавии. Здесь он может попасть под гнет Фёрста и даже лишиться жизни за разрушение города, которое ради него устроило милостивое божество.
        Такой идеи мужчина придерживался, продолжив путь на север, а потом его одолели сомнения. Путь назад уже разведан. Да, там есть ужасное чудовище, но если держаться от него на безопасном расстоянии, то оно не способно нанести вред, чего нельзя сказать о Львах и Крикунах, что он мог встретить на своем пути на север.
        Страх встретить в поле отбившегося от общей орды монстра опять лишил мужчину решительности. Тем более, чтобы добраться до любой соседней страны нужно преодолеть десятидневное путешествие по торговым маршрутам за защитным барьером. В одиночку и без быстрой лошади он подвергал себя слишком большой опасности. Нет, двигаться на север ещё опасней, чем вернуться на глаза Валхаиму. Как бы он его не недолюбливал, не станет чинить полное беззаконие, казнив по обвинению в преступлении, в котором сам Чак может и не признаваться.
        Решено! Нужно было переждать ночь в первом же найденном укрытии и возвращаться к своим. Вокруг правителя всегда крутятся двадцать гвардейцев-телохранителей, а еще дворцовая и столичная стража. Это самое безопасное место из всех на этот момент времени. Он покажется на глаза Фёрсту с новостью, что у столицы разгуливает огромный ящер, зато других монстров уничтожила небесная кара. Не обязательно всем сообщать, что это Бог Тацуя спасал своего избранника. Боги так решили, и всё. Кто он такой, чтобы знать их мотивы.
        Подходящим укрытием стал одинокий крестьянский дом, вынырнувший из темноты прямо перед мужчиной, когда он окончательно решил, что будет возвращаться. Отлично! Выбитая дверь и дыра в полу, где располагался погреб подсказывала, что здесь уже побывали монстры. Отсутствие дверей и дыры вместо окон делали это жилище лишь видимостью укрытия, но мужчина не стал крутить носом. Стянув с низкой крыши несколько охапок соломы, Чак бросил её в черную дыру подвала, затем приставил дверь к дверной раме, просто создавая видимость преграды и перевернул стол, столешницей прикрыв сход в подвал, куда спустился. Чистейшая имитация укрытия, но всё равно куда лучше, чем просто остаться спать в голом поле.
        Заснуть долго не удавалось, беспокоили далекие, странные звуки, крики ночных птиц и запах крови, который исходил от него самого и, скорее всего, источало что-то ещё в самом подвале. Но темнота скрывала, что же это. Ощупывать пол в глубине подвала мужчина не решился. Наутро, Чак чуть не поседел, когда открыл глаза, сдвинул в бок столешницу и обнаружил себя лежащим среди обглоданных останков нескольких человек. Обитатели дома умерли не так давно, и от их растерзанной плоти несло не мерзким трупным душком, а ещё свежим мясом и кровью.
        Сдерживая рвотный позыв, мужчина в спешке выбрался из подвала, изучил горизонт из окон и, выскочив из укрытия, трусцой побежал на юг. Он успешно пережил ночь. Бог не оставил его, даже когда он не справился с заданием. Вскоре глаза мужчины чуть не вылезли из орбит от удивления. Он увидел возвышающееся над горизонтом тело гигантского монстра, а рядом совершенно спокойно стоящих троих людей. С такого большого расстояния он не мог в подробностях разглядеть фигуры людей, но цвета одеяния Ками Лот узнал почти мгновенно. Она носила вчера яркое платье с фиолетовыми вставками на плечах. На человеке из тройки было точно такое же одеяние.
        Чем сильнее мужчина приближался, тем четче различал фигуру и цвет волос его недавней спутницы. Чак так и не понял, куда она пропала, не проследовав за ним в башню, но как теперь было очевидно, это обстоятельство имело счастливый исход. Она спаслась, хотя окажись она вместе с другими в башне, это вряд ли бы произошло. Спутниками Ками Лот оказались её товарищи по академии из клана Кансай. Используя какие-то длинные палки, они ковырялись в открытой пасти ящера, очевидно, пытаясь извлечь самую ценную часть любого монстра - его кристалл души.
        В голове мужчины мгновенно созрел план. Он преподнесет Фёрсту этот кристалл и, если обстоятельства будут способствовать, объявит себя его убийцей, благодаря чему сразу станет новым героем Южной Флавии, как прежде Рован Кансай. Но существовала одна проблема. Очевидно, что раз монстра убили, то есть кто-то, кто это сделал и если он предъявит свои права на кристалл, то у Чака возникнут большие проблемы. Очевидно, что монстра убил тот человек, кто спас его в поле, но кто это был, мужчина не рассмотрел. Нужно было узнать, что известно этим троим. Возможно, они выполняют грязную работу по его распоряжению, поэтому первым делом мужчина постарался максимально запугать встретившихся ему подростков, чтобы получить от них интересующие сведения.

* * *
        - Марк, может не надо? - испуганно вжав голову в плечи, воскликнула девушка, - что будет, если герой, что поразил чудовище вернется и разозлится, что мы покусились на его трофей?
        - Кто первый монстра нашел, того и добыча, - парировал я, помогая Ланчеру, прорезать путь к лобной кости монстра через верхнее нёбо.
        Честно говоря, не очень получалось. Плоть монстра была очень твердой, даже во рту. Мы едва прорезали несколько сантиметров. Неизвестно какого размера будет сам кристалл, поэтому резали с запасом, взяв за основание окружность с диаметром в двадцать сантиметров. Так как я предупредил брата, что я убил дракона с помощью яда, Ланчер не испытывал беспокойства, что явится законный хозяин трофея, но помалкивал, следуя моему предупреждению никому этого не рассказывать.
        Знание, что плоть монстра отравлена, вынуждала нас очень осторожничать. Мы делали скупые, осторожные порезы с самой безопасной позиции, отдавая предпочтение безопасности, а не скорости. Пришлось и девушку от туши отгонять, она все норовила потрогать её за язык. Я не выдержал и сказал девушке, что это не я строгий, а она беспечная. Монстр скорее всего отравлен, указав на лужу пены под его пастью и странные фиолетовые разводы на розовой полости рта.
        - Отравлен? - испуганно отдернув руку и отступив на несколько шагов назад, переспросила девушка.
        - Да, поэтому мы и действуем так осторожно, - объяснил я, и также отступив на несколько шагов от пасти, заметил фигуру на северном горизонте.
        - Блин, только этого не хватало, - раздосадовано пробормотал я себе под нос и заметил, что девушка также напряглась.
        - Это он - тот, кто убил чудище, давайте поскорее уйдем отсюда, - запаниковала Ками.
        - Сомневаюсь, что такого монстра можно было убить обычным оружием. Тот, кто это сделал, был великим боевым мастером! - с легкой издевкой воскликнул я.
        Ланчер также гоготнул, но ни на секунду не прекращал начатое.
        - Брат, сделай паузу, - посмотрим, кого тут к нам принесло, - предложил я и только после этого он остановился и отвернулся от туши.
        - Нам не хватит длины этих инструментов, - приложив свой нож на палке к морде дракона, сообщил он, - если мы продолжим резать под таким же углом, то в руках останутся очень короткие рукояти.
        Я согласился, но в этот момент меня больше волновала не смена инструмента, а личность незнакомца на горизонте. Может и вправду лучше отступить в наше укрытие, пока не поздно? Однако, вскоре глазастый Ланчер разглядел в незнакомце главу гильдии охотников, господина Чака Морриса, поэтому я быстро успокоился. Этот неприятный тип, хоть и может доставить неприятностей, но нападать и убивать нас точно не станет, хотя может попытаться отжать трофей. Этого я ему не позволю. Нет, в схватке мне его не победить, но я просто промолчу, что тушка отравлена и он сам выроет себе могилу, начав в ней колупаться и получив смертельную дозу яда через касание открытой кожей. Во всяком случае, на это был расчет. Любой, кто захочет похитить нашу добычу будет сам виноват в своей жадности.
        Я терпеливо ждал еще несколько минут, пока мужчина приблизится к нам и с близкого расстояния заметил в каком потрепанном состоянии он сейчас находится. Весь грязный в пятнах крови, припавшей пылью, но никаких ранений, даже мелких, как у меня, мужчина не получил. Отделался во время вторжения легким испугом. Вообще удивительно, что он выжил вчера и шел к нам почему-то с севера. А не он ли тот мужчина, которого я так отчаянно спасал, рискнув своей жизнью. Это можно выяснить, задав пару косвенных вопросов. Если я использую в качестве спасителя другую личность, то расспросить его можно не выдав того, что это я замочил дракона.
        - Как вам удалось выжить? - сходу спросил Чак, едва приблизился на расстояние с которого его голос был нам слышен.
        - Благодаря божественному чуду, глава Моррис. Рада видеть, что вы тоже в полном здравии, опять отступая мне за спину, когда мужчина приблизился близко и стал воздействовать на неё своей духовной аурой - ответила девушка и задрожала.
        - Вы не могли бы отойти и не давить на нас своей духовной силой? - ничего не ощущая, но заметив, как поник и сжался Ланчер и Ками, попросил я.
        - Не тебе мне указывать, как и с кем разговаривать, щенок, - показав злобную ухмылку, заявил мужчина.
        Понятно, он делал это специально, так как хотел нас спугнуть или заставить выполнять его требования.
        - Пойдемте отсюда, кое-кто не знает, как себя вести, - положив руку на плечо брату и «копьем» указывая Ками, что мы уходим, - сказал я.
        - Вы никуда не пойдете, пока не расскажите всё, что я хочу знать, - приказным тоном настаивал мужчина.
        Наверное, надо было ему подыграть, притворившись, что меня тоже колбасит от его присутствия и наговорить удобные мне бредни, но мне было просто лень этим заниматься, тем более, что угнетенный Ланчер мог сказать что-то лишнее и, отвечая за своих спутников, я парировал:
        - Не думаю, что глава гильдии охотников вправе приказывать кому-то, кроме своих подчиненных. Вы для нас никто и мы не обязаны вас слушать.
        - Стоять! - когда я прибавил ходу, рявкнул мужчина, - я вас ещё не отпускал.
        - Ты тупой? - не выдержав, спросил я, повернувшись, - тебе уже сказали, будешь кричать на своих слуг или хочешь объясняться перед Фёрстом Валхаимом, почему ты накинулся на учеников его академии и невесту его сына?
        - Щенок, а ты не робкого десятка, - усмехнулся мужчина, - так и быть, признаю, был неправ, сорвался. Мои товарищи погибли вчера и сам я чудом выжил, вот и слегка вышел из себя. Меня интересует, кто приказал вам добыть кристалл души этого монстра.
        - Никто не приказывал, - ответила Ками, ломая мою задумку со ссылкой на какого-то могущественного боевого мастера.
        - То есть вы не знаете, кто его убил?
        Я почувствовал, что Ланчер собирается что-то сказать и крепко сжал его плечо, заставив остановиться, но Ками, которую вообще никто не просил открывать рот, решила поговорить от лица нас всех.
        - Глава Моррис, мои товарищи нашли этого жуткого зверя уже мертвым и мы не имеем никакого представления, кто смог его сокрушить, но судя по вашим словам, это точно не вы, и не можете предъявлять претензии на кристалл духа. Мы первые его нашли, поэтому прошу вас, оставьте нас в покое.
        - Понятно, - удовлетворенно ухмыльнувшись, сказал мужчина, - но я не оставлю вас в покое. Раз вы попытались похитить чужое, вы ответите по закону. Помнится, Марк Кансай, ты мне угрожал гневом Фёрста Валхаима, но ты не мог не знать, что воровство того, что принадлежит Фёрсту, карается смертной казнью по закону. Раз вы попытались украсть то, что принадлежит боевым мастерам гвардии Фёрста, это все равно, что украли у него лично. Духовные камни всех монстров, что гвардия убила при вторжении пошли в казну Фёртса, и этот камень также должен попасть туда.
        - У вас есть доказательства, что чудовище убили гвардейцы правителя? - спросил я.
        - Нет, но я вижу, что вы пытались взять то, что вам точно не принадлежит, раз так, я доставлю вас и этот камень к Фёрсту и мы всё выясним сразу в присутствии правителя. Тогда сразу выяснится, принадлежит камень монстра Валхаиму или нет. А раз вам нечего на это ответить, то я приказываю вам добыть камень и передать его мне.
        - Более абсурдной лжи, я еще не слышал. Если хочешь получить камень, сам его доставай, мы тебе не слуги. Бросая своё «копье» на землю, - заявил я.
        Следуя моему примеру, Ланчер тоже робко положил свой инструмент на землю. Он всё равно не позволял безопасно завершить извлечение, поэтому мне было не жалко отдать его наглому мужчине.
        - Ладно, раз вы ни на что не претендуете, так и быть, я отпущу вас, - особо не расстроившись, что не удалось заставить работать других, заявил мужчина, подобрав с земли наши инструменты и возвращаясь к туше.
        - Но имейте в виду, если вы посмели обмануть нас и оставите кристалл себе, то очень пожалеете об этом! - заявила Ками.
        «Да твою мать!» - она когда-нибудь заткнется, мысленно вспыхнул я, предполагая, что девушка хочет рассказать об ядовитости плоти дракона.
        - Я не боюсь пустых угроз, даже если они исходят от миленьких, белокурых девушек, - усмехнулся мужчина, присматриваясь к уже проделанному нами отверстию и опять воткнул копье в нёбо.
        - А что вы скажете, если миленькая, белокурая девушка является ещё и избранницей Богини Гелу! - колесом выпятив свою едва проклюнувшуюся грудь, дрожащим голосом заявила девушка, - вы были спасены силой моей могущественной покровительницы. Не боитесь, что я призову её силу, чтобы восстановить справедливость и в этот раз. Мы первые нашли этого монстра и так как мы ещё не гвардейцы Фёрста, и не состоим у него на службе, то находка принадлежит нам.
        Девушка демонстративно сняла с шеи ожерелье-артефакт, словно тот действительно обладал какой-то реальной духовной силой, демонстрируя мужчине свою решимость. Вот это поворот! Вот так легко признаться, ради сиюминутного самоутверждения, что ты избранница одного из божеств. Так вот почему Ками постоянно озвучивала благодарность Гелу и назвала её нашей защитницей. Теперь понятно, как она восприняла уничтожение мной печати. Забавно.
        Но еще более забавным оказался ответ, казавшегося не таким уж идиотом, мужчины:
        - Думаешь, ты одна здесь избранница Богов? А знаешь, что я избранник Бога Тацуи? Он пришел ко мне недавно в видении и дал важную миссию. А когда, выполняя её, я оказался приперт к стенке и мог в следующую секунду погибнуть, его небесная кара снизошла на город. Это Бог Тацуя спас меня и всех вас. Так что вы мне жизнью обязаны.
        - Это была Богиня Гелу! - без тени сомнения возразила Ками Лот.
        - Возможно, они оба приняли участие в нашем спасении, - почему-то быстро согласился мужчина, но это не отменяет того, что я передам этот трофей правителю, которому нужно заботиться о многочисленных жителях столицы, лишившихся защиты и крова, а вы собираетесь нажиться на нем для своей личной выгоды.
        - Всё равно, вы пытаетесь нас нагло обмануть, - не унималась девушка, - я, может быть, тоже хочу передать его правителю и получить для своей семьи выгодные налоговые скидки при торговле с соседними странами. Почему вы отбираете у нас то, что первыми нашли мы?
        - Потому, девочка, что вы не сможете этот камень защитить. Вас на первом же перекрестке ограбят нехорошие люди, и кристалл может и вовсе покинет Южную Флавию. Бандиты могут решить продать его в другой стране. Я лучше смогу его защитить. Вот почему, его доставкой Валхаиму должен заняться я.
        В словах мужчины были крохи истины, и очень скоро я даже порадовался, что он явился и к нам пристал. Таившиеся в доме по соседству мутные личности решили посмотреть куда ушли их соседи и застали нас, уже четверых у туши монстра. Эти ребята точно не были обременены какими-то нравственными ограничениями, поэтому, едва заметив их, я сказал Ланчеру и Ками бежать за мной в противоположную сторону.
        У грозного Чака Морриса есть прекрасная возможность показать, что он в состоянии защитить ценную находку от грабителей, а мы понаблюдаем за его успехами в махаче один против троих с безопасного расстояния. Очень интересно, поможет ли ему милостивое божество, на которого он так надеется, если что-то пойдет не так?
        Часть 24 Точка кипения
        Всё развивалось ожидаемо. Тройка грабителей использовала своё численное преимущество и атаковала великана сразу с трех направлений, расстреливая целым градом камней. У чужаков с собой оказался просто огромный запас снарядов, и я понял, что очень скоро бой может закончится односторонним избиением.
        Если вначале глава уклонялся от двух выстрелов из трех, кружил вокруг туши, то постепенно утомился, замедлился и стал всё чаще получать урон. По затравленному выражению лица было ясно, что он готов сдаться на милость победителей, но понимал, что его просто прирежут. Схлопотав тяжелый удар в висок, глава припал на одно колено, и прикрыл ладонями окровавленное лицо.
        Никогда бы не подумал, что праща такое грозное оружие, но умелая и слаженная атака троицы прекрасно показала её потенциал. Получив еще парочку ранений, здоровяк рухнул на плотно примятую монстром пшеницу на четвереньки. Троица тут же накинулась на него, осыпая ударами ног.
        По тому, как эти ребятки слаженно атаковали, меняли позицию, я сделал вывод, что они не просто бандитская шпана из подворотни, а умелые, профессиональные воины, хотя и внешне одеты во что попало. Видимо, маскировка. Нет, это не грабители, а тайные агенты соседней страны. Они не ставили своей целью убить противника, лишь хотели отогнать от туши, но Моррис слишком решительно занял оборонительную позицию и не отступил, не спасся бегством, даже когда было очевидно, что он с треском проигрывает. Видимо, ему было стыдно сверкать пятками перед нами или опять понадеялся на божественное чудо от своего божка-покровителя.
        Хорошо показавшая себя в бою троица полезла извлекать кристалл и уже через десять минут лежала с фонтаном кровавой пены у туши. И это при том, что один из них даже не касался инструмента, а просто попытался отрезать язык ножом в качестве ещё одного трофея. У местных профи проблемы с чувством самосохранения. Касаться сомнительных трупов, у которых странные разводы на языке и пена вокруг пасти - непозволительная смелость. Запрет на изготовление ядов, действующий в Южной Флавии, похоже, коснулся и соседних стран.
        Ками была поражена, как силен яд. Я решил отправить её назад в укрытие, сказав, что там ей теперь точно нечего бояться, а здесь всё ещё есть угроза неожиданной атаки Крикунов, но она согласилась идти в особняк только в сопровождении Ланчера. Трусиха. Я оттащил трупы троих мужчин в ещё не притоптанную пшеницу, не касаясь напрямую их кожи и тщательно исследовал их внутренние карманы на груди и поясные мешочки. У всех троих мужчин имелись золотые медальоны с изображением пращи на щите с каким-то незнакомым мне животным. Что это за герб? Интересно. Мужчины явно относились к какой-то богатой и могущественной организации, но этот герб мне был пока не знаком.
        В мешочках обнаружилось нескромное количество золота и по парочке камней второго и третьего уровня. Видать не только мой брат поживился останками Львов. Этим пройдохам тоже кое-что досталось, но откуда камни второго уровня? Радуясь богатой добыче, доставшейся, фактически, на халяву, я вернулся к Чаку, собираясь и его отправить к остальным, но он оказался жив, хотя и находился без сознания.
        Я стал думать, что же мне с ним делать. Убивать не хотелось. В каком-то смысле, он спас нас с Ланчером и Ками Лот от атаки этих опасных людей. Если бы вместо извлечения кристалла они преследовали нас, то мы бы от них не ушли. Порывшись в карманах главы на груди и заглянув в грязный мешочек на его боку, я также обнаружил у мужчины жетон с точно таким же гербом, правда серебряный. Да ладно! Эти ребята из одной организации, но из какой? Поэтому они пощадили его и не стали убивать. Куча загадок.
        Правда, именно эта раскрылась всего час спустя, когда я сходил за более длинным инструментом и показал амулет Ланчеру.
        - Это символ члена гильдии охотников. Он действует во всех пяти странах Флавии, чтобы охотники могли друг друга определять, но у рядовых членов обычно железные жетоны. Серебряный может быть у главы или кого-то из верхушки организации в стране, - подсказал паренёк.
        С большим трудом выколупав кристалл, размером с два кулака из головы дракона, я обнаружил, что внутри него переливается черное свечение. Похоже, эта тварь и вправду была легендарного уровня. Подумав еще немного, я решил сохранить Чаку Моррису его жизнь, для чего оттащил его от туши, чтобы он не влез своим разбитым лицом в лужу ядовитой пены и куски плоти, оставшиеся от многочасового колупания головы.
        Раз он не пришел в себя, пока я был у туши, то остановлюсь на версии, что кристалл забрали бандиты. Нам же троим ничего не оставалось, как в страхе лежать в пшенице, пока они не закончили и не скрылись. По моей версии событий, Моррис - герой, почти победил. Ему просто немного не повезло. История звучала слегка издевательски, но я вернулся и сообщил её Ланчеру и Ками. Если Глава Моррис обнаружит нас в предместье, то мы должны придерживаться одного рассказа. Версия с бандитами снимет с нас все подозрения.
        Этот и следующий день прошел в полном спокойствии. Глава Моррис исчез от туши, когда я в следующий раз её посетил. Отчаявшись найти нужные мне ингредиенты для изготовления еще одной порции яда в подвалах домов предместья, я решил, что у меня уже есть начиненное им тело и если я отрежу язык и другие мягкие ткани дракона, чтобы получить из них ядовитый состав, то это может сработать.
        Оба дня я активно поглощал сначала духовные камни второго уровня, а затем переключился на третьего. Жизнь вошла в спокойную, размеренную колею, но среди нашей компании был саботажник. Ками Лот ныла, что хочет нормальной еды, полностью выкупаться в горячей ванне и ей надоело спать на соломе в затхлом подвале и вообще она соскучилась по родителям и жизни, где комфорт обеспечивают слуги. Показавшаяся вначале забавной игрой выпечка лепёшек, когда их нужно было лепить на завтрак, обед и ужин ей уже опротивела.
        Я видел тлетворное влияние «барской» крови и был вынужден и девушку познакомить с трудотерапией. Не хочешь лепить лепешки - хорошо, но кто не работает, тот не ест. А то, что в этом деле и так основную работу выполнял Ланчер, таская воду, муку и дрова, разводя огонь в очаге и смешивая муку с водой на первом этапе. Девушка подключалась лишь в конце, разделяя общую массу теста на отдельные лепешки и раскладывая их на каменную поверхность прогретых камней. Переутомилась она, блин. Белоручка.
        С этого момента я сказал, что сидящий безвылазно на дозорном посту младший брат тоже должен отдыхать и теперь она будет выходить на дежурство наравне со мной и с ним, а все требующие физических усилий операции при изготовлении еды тоже полностью на ней. Ками устроила истерику и заявила, что она избранница богини и не мне ей указывать, что и как ей делать. Начала грозить, что сейчас возьмет и отправится на юг к своей семье. Мы, смерды, останемся без божественной поддержки её всемогущей покровительницы.
        Я устал это слушать и, раскрыв перед девушкой дверь, жестом указал на улицу. Разумеется, популярно объяснил, что жизнь в походном лагере далеко не сахар. Если она отказывается работать и вкладываться наравне с нами, а ещё желает ютиться с родителями в походном лагере, где люди спят на земле, а если очень повезет на твердых досках днища повозки, присыпанных той же соломой, то я её удерживать не буду. Объяснил, что здесь, с нами куда комфортней и безопасней, чем в лагере беженцев, а их за барьером ещё и непрерывно атакуют всякие монстры.
        Девушка оскорбилась и на целый день закрылась в комнате на втором этаже, но голод выгнал её наружу.
        - Хочу есть! - капризно заявила Ками Лот, глядя на тарелку с горячими, пахучими лепешками.
        - Готовь, - потребовал я, хотя мы с Ланчером как раз напекли лепешек сразу на два дня вперед и в этот раз их даже удалось начинить фруктами, найденными мной в одном из дворов на другом конце предместий. Фрукты выглядели слегка зеленоватыми, недоспевшими, но имели приятный кисло-сладкий вкус, что уже значительно приукрасило безвкусность нашей ежедневной пищи.
        Девушка окончательно обиделась на моё возмутительное требование поработать руками, когда готовая еда лежит прямо перед ней, и опять скрылась в спальне на втором этаже, откуда послышались надрывные всхлипывания, явно рассчитанные на то, чтобы наше с Ланчером сердце дрогнуло.
        Мой брат сразу дал слабину, выступив на стороне девушки, которой по его мнению куда тяжелее, чем нам. Она хрупкая и нежная, а мы крепкие мужчины, но я с улыбкой отверг аргументы уже по уши влюбленного в Ками парня, сказав, что ездят на том, кто везёт, а женщины хитрые и ничем не уступают мужчинам, когда вопрос касается домашних дел. Если он хочет обслуживать хитрого паразита, тогда пусть реагирует на её манипуляции, но похоже, мои доводы не нашли понимания у впервые влюбившегося брата.
        Паренёк посокрушался, что я слишком строг с Ками. Сделал вид, что возвращается на дозорный пост, а сам поднялся на второй этаж и закинул в щель двери комнаты Ками наши сочные фруктовые лепешки, чем сильно меня расстроил. Братца воспитали слишком сердобольным и мягкотелым, но в остальном, он, конечно, вызывает уважение. Видимо, нельзя обладая одними качествами, быть жестким в другом. Я не стал ругать Ланчера за его поступок, просто спрятал остальные лепешки, отправившись на очередной сеанс культивации в подвал. Моя очередь дежурить в дозоре после полуночи. Я успевал впритык. Нужно было поторопиться.
        Очнувшись, я обнаружил, что остался в особняке один, а две лошади из трех, что мы забрали из дома прикидывавшихся бандитами охотников пропали. Ланчер, Ланчер, все таки он запал на Ками и она соблазнила его на побег от тирана. Если бы он это сделал сам, по своим причинам, я бы уважал его поступок, а так, он показал себя трусом. Даже не сообщил мне об этом. Сбежал по-тихому. Хотя, может у него были свои причины, о которых я не знал. Соскучился по родителям и сестре, а у него с собой куча золотых и несколько дорогущих камней. Ой, как бы с ним не случилось чего плохого из-за этих драгоценностей.
        Решая, отправиться ли мне в погоню или оставить стремительно взрослеющего парня в покое, я остановился на решении дать ему свободу. Он волен делать то, что считает правильным. Только бы лишнего не рассказал про наши общие дела. Положив руку на сердце, я мысленно пожелал брату удачи. Я хотел, чтобы меня оставили одного на недельку, вот моё желание и сбылось. Надо радоваться, а не расстраиваться. Чешущиеся и сочащиеся сукровицей порезы на ногах, руках и животе меня уже порядком достали. Еще пару сеансов поглощения и прорвусь в ряды настоящих боевых мастеров, опять не зная ничего о духовных техниках. Может отправиться за Ланчером, когда исцелюсь? Там, в лагере беженцев, рядом с гвардейцами есть шанс хоть чему-то научиться. Нет, вряд ли боевые мастера найдут время на обучение учеников, когда они на враждебной территории. Лучше действительно получить от моего одиночества максимум практической пользы. Буду культивировать.

* * *
        Решив качаться, я кинулся в омут с головой, занимался этим сутки напролет около недели, может больше, забывая лишний раз подкрепиться. Прерывался только попить сам, напоить и наспех покормить лошадь и пописать, из-за чего стал пахнуть и выглядеть соответствующе. Мой решительный марш-бросок завершился вынужденно. С юга вернулся хозяин особняка и застав в подвале своего потрепанного грабителями дома подозрительного и дурно пахнущего человека в медитативной, сидячей позе, попытался вытащить из моих рук дорогостоящий духовный камень. Это привело к прекращению поглощения и моему выходу из транса. Заодно я узнал, что для кристалла это не опасно. Что не было поглощено из-за потери физического контакта, можно поглотить позже. Очень удобно.
        Не желая проблем, пожилой мужчина вернул камень и попросил объясниться. Я представился Марком Кансаем, учеником второго класса академии при дворце правителя и поинтересовался, кто меня беспокоит. Когда услышал, что говорю с главой клана-владельца особняка, искренне поблагодарил его за то, что воспользовался его крепким домом, как своим укрытием от монстров. Рассказал, что было жуткое вторжение, но жилище я застал уже разграбленным бандитами и позже отгонял всех тех, что пытались покуситься на ценности оставшиеся в подсобных помещениях во дворе и в подвальном складе. Чтобы подчеркнуть свои благие намерения отдал мужчине пятьдесят золотых за вскрытый мешок с мукой, потраченное сено на корм лошади и некоторые другие потраченные мною ресурсы. В качестве компенсации оставил ему и лошадь. Скакать верхом я всё равно не умею, а полноценно ухаживать за животным для меня было в тягость.
        Когда выбрался из особняка, увидел, что произошло массовое возвращение людей с юга. Кольцом повозок в стороне стоял лагерь правителя. Многие люди столпившись у котлована, в голос рыдали от расстройства и обиды. Их дома, магазины, мастерские, скрытые тайники с золотом оставленные на время были полностью уничтожены. Многие лишились всего, но я не испытывал особого сострадания к причитающим. Да, я им всем нагадил, уничтожив печать, но еще неизвестно, остался бы кто-то из этих людей в живых, если бы львы продолжили своё движение на юг. Сомневаюсь. Это была их плата за спасение жизней. Кто-то заплатил больше, кто-то меньше. Кто не брезгует поработать руками, быстро восстановит своё положение, а белоручек мне не жалко.
        Я даже испытывал какое-то нездоровое удовольствие, когда очередная особа с короной на голове обламывалась, и билась в истериках, что ей приходится делать что-то самой. Но мне в этой многолюдной толпе стало как-то некомфортно, и я, не пытаясь разыскать Ланчера и Ками среди прибывших, направился подальше от города, подумывая, а не вернуться ли опять на юг в родовой особняк Кансаев.
        Мне нужно было еще несколько тихих деньков и я закончу поглощение всех своих высокоуровневых камней и у меня останутся лишь те, что по факту принадлежат Ланчеру. По моим расчетам я достиг отметки в двадцать с небольшим тысяч духовной силы, но принципиально в ощущениях ничего не изменилось. Тот же распирающий жар в груди. Я так же себя чувствовал и на семи тысячах. Я даже испытывал небольшое разочарование по этому поводу. Всё ли у меня идет, как надо или я опять повредил свою духовную систему и теперь отправляю всё поглощенное в пустоту? Нужно было провериться на нормальном показывающем кристалле.
        Решил всё же задержаться на пару дней в городе, чтобы проконсультироваться у знающих людей, перед тем как поглощать легендарный кристалл души. Но зная, что выгляжу слабым, на всякий случай спрятал свои ценности в поле, далеко за городом. Восемьдесят камней третьего уровня Ланчера, за вычетом погашенного нами пополам долга клану Рокун, десяток моих камней, пополнивших своё количество за счет охотников с золотыми жетонами и драгоценный кристалл души дракона - вот все мои духовные сокровища на этот момент времени.
        Моя жаба кричала мне, что нужно потратить всё на себя, но благодарность младшему брату и уважение к нему превышало даже коварные потуги жадной жабы. С этим сокровищем изгои клана Кансай станут одними из богатейших в столице, но и могут быстро оказаться под гнётом правящего клана. В любом случае, выдавать камни нужно парню по частям, чтобы Рамп не привлек к себе слишком много внимания и не спустил их на всякие ненужные глупости. А то, что Ланчер тут же отдаст свою долю родителям, я даже не сомневался. Моя бы воля, я забрал бы Лию, Ланчера и Весту и переехал с ними в соседнюю страну. А кстати, чем не идея?
        В Южной Флавии я уже похозяйничал, пора испортить жизнь жителям соседних стран. Ладно. Поброжу по городу, поищу где можно искупаться и выстираться и займусь поиском брата. А после этого займусь поиском толкового мастера культивации, чтобы уточнить некоторые нюансы. Кстати, у меня была запись на прием к Верховному жрецу местного Храма. Сроки уже прошли. Думаю, за пять золотых он меня с радостью примет вне очереди. Сейчас всем нужны деньги. Вернувшись в шумную толпу устраивающихся у разрушенного города людей, я с головой погрузился в живо обсуждаемые людьми слухи.
        И тут меня пробил холодный пот. Люди обсуждали убийство дракона. Многие ходили за город посмотреть на его тушу. Обсуждали, что его убийца отрезал твари язык, а я оставил в особняке, где отсиживался, несколько ведер с нарезанной дольками плотью твари. Пипец, вообще обо всем забыл, когда ушел в недельную прокачку. Надо было как можно скорее проникнуть в тот особняк и забрать оставленные улики. Нет. Поздно. Я назвался своим именем, а незаметно вынести несколько тяжелых ведер с плотью у меня вряд ли получится. Буду от всего отказываться, если меня попытаются связать с убийцей дракона. Только бы Ланчер не подкачал.
        Решив, что отыскать его важнее, чем наводить чистоту, я принялся опрашивать людей, не известно ли им что-то про бывшую главную ветку семьи клана южных землевладельцев Кансай и услышал ужасные новости. Ланчер под стражей. Его обвинили в воровстве собственности правителя, остановив в дороге и обнаружив в его мешке высокоуровневые духовные камни. Наверняка, на мешок золота, что был при нём тоже наложили лапу. Парень утверждал, что честно добыл камни на месте руин столицы, но масла в огонь на суде у Валхаима подлил уже добравшийся к тому моменту к беженцам глава Моррис.
        Он потребовал рассказать, куда делся кристалл дракона, всячески запугивая парня, и тот не выдержал и сказал не то, что просил рассказать я. Он запнулся и сообщил, что камень у меня, но я, видите ли, собирался передать его правителю, просто еще не успел этого сделать. Короче, меня, оказывается, тут все разыскивают. Стража и гвардия трижды обыскала все предместья, но моё подвальное укрытие так никто и не проверил. Плохо работают. А позже мой зачуханный вид стал для меня отличной маскировкой и меня никто не узнал в лицо.
        Пока меня не отыскали, Ланчер сидел под стражей в ожидании окончательного приговора в качестве заложника. Это заставило меня отменить все прошлые планы, и вернуться к тайнику в поле. Они хотят кристалл дракона, пусть вытянут его из хранилища моей духовной силы.
        Вот и настал момент истины. Я ждал, когда правитель покажет свою гнилую натуру, и вот, его обуяла жадность и он решил давить на меня через заложника. Сплетничавшие люди были уверены, что разыскиваемый Марк Кансай не сможет использовать кристалл, так как это грозит безумием, посмотрим, так ли это или очередной бред в угоду чей-то выгоды.
        Треть от ста тысяч духа кристалла - всего тридцать три тысячи. Как раз, чтобы взять пятые духовные врата золотого ранга. Не так много, как хотелось бы, но пятьдесят с лишним тысяч духовной силы в кулаках должны уже крушить каменные стены, а хрупкие лица врагов ломать, как папье-маше. Посмотрим, так ли сильны хваленые гвардейцы Валхаима, когда я приду вызволять брата. Нет, если я найду способ освободить его без бойни, то воспользуюсь им, а затем отправлюсь с ним в другую страну, но кристалл дракона они от меня никогда не получат. Точка!
        Часть 25 Счет открыт
        Это неприятное событие произошло вскоре после того, как я приступил к поглощению духовного камня легендарного уровня. Ожидая увидеть жизненную историю дракона, я погрузился в темноту беспробудного сна. Ящер просто спал. Затем и это видение развеялось, и я увидел, что тяжелый кристалл пропал из моих рук. Самое неприятное, что я не мог понять, куда он делся. Предположив, что он просто выпал из рук, я поискал его под ногами и рядом в пшенице и… ничего.
        Неужели кто-то, кто меня знает, приметил меня в толпе и незаметно проследил за мной, пока я возвращался к тайнику? Это подтверждалось тем, что мешка с другими камнями и золотом тоже не оказалось на своём месте. Я мигом вскипел, готов был убить вора без разбирательств, а когда заметил удаляющуюся от меня вдалеке фигуру, рванул за ней на всей доступной мне скорости, не экономя направив в ноги свою духовную силу. Мешок, что вор перекинул через плечо убедил меня, что я не ошибся и быстро налетев на него со спины, я срубил его ударом в затылок.
        Седая голова незнакомца разлетелась кровавыми брызгами. Но большинство из них по инерции полетели в сторону движения грабителя.
        И тут в голове прозвучало сообщение:
        «Избранник богини Морены повержен. Вы получаете заслуженную награду в тысячу двести восемь очков духовной силы»
        Твою мать! Меня аж передернуло. Синтетический женский голос озвучивший сообщение, совсем как в «Сфере». Такой же лишенный эмоций. Что? Я убил избранника Морены. Кто же это был? Если подумать, он меня пощадил. Мог прирезать прямо в состоянии медитации, а я оказался не столь добрым. Жуткая картина. Обезглавленное тело, моя рука в крови, но охвативший меня безумный гнев жаждал крови. Заглянув в мешок, я обнаружил в нём пропавший легендарный кристалл. Фуф. Повезло, что вор не скинул его где-то по пути. Повезло во всем. Меня не убили, и вор почти скрылся, но в какой-то момент решил, что ушел достаточно далеко и поднялся в полный рост. Не обладай я большими запасами духовной силы, уже не догнал бы его. Повезло, очень повезло.
        Осмотрев тело, я увидел сухие старческие кисти, и мне показалось, что крупное пегментное пятно на тыльной стороне кисти и сама одежда мне уже знакома. Неужели… старик Кин. Это объясняло, как он меня узнал среди толпы, но зачем он опустился до того, чтобы красть? С другой стороны, он избранник Морены и наши условные родственные узы в этом случае уже не играли большой роли. Неприятно, что вором оказался человек, которого я знал и даже неплохо к нему относился, но наше столкновение в будущем было неизбежно и красть у себя я не позволю никому.
        Я всё еще не мог прийти в себя от прозвучавшего сообщения. Выходило, что убийство конкурентов приводило к отъему их духовных сил. Но я не увидел никаких спецэффектов, перетекания энергии из одного тела в другое, впрочем, я вообще до сих пор не видел духовной энергии, разве что внутри духовных камней, хотя забрался по Лестнице Совершенства довольно высоко. Уже двенадцатый ранг. Сообщение смутило меня. Выходило, по логике состязания мне нужно было разделаться и с Ками Лот и с главой Моррисом, если они говорили правду о том, что избранные.
        Испытав большое внутреннее сопротивление идее убийства девушки, я нашел оправдание этого не делать. Раз мест для новых демиургов два, мне совсем не обязательно её убивать, тем более толку от её жалких пяти сотен духа, как с гуся вода. Однако, новое знание подписывало главе Моррису смертельный приговор. Он обладал мощной духовной аурой, а значит, был для меня очень ценной целью.
        В голове защелкали цифры, и я пришел к выводу, что мне нужно разобраться с ним до начала поглощения легендарного кристалла и тогда я, возможно, даже прорвусь к орихалку. Все зависело от того, насколько Чак Моррис действительно силен и не соврал ли он насчет своей избранности. Честно говоря, мне было неприятно от мысли, что я должен его убить, но таковы реалии состязания. Удалившись в этот раз гораздо дальше от разрушенной столицы, я опять спрятал свои ценности в новый тайник и направился к пригородам в обход с севера.
        Прости Чак, но я не могу позволить тебе отдать свою духовную силу моим конкурентам. Раз ты такой идиот, что кричишь о своей избранности на каждом углу, то очень скоро тебя найдут и убьют. Случай с теми тремя охотниками также заставил меня призадуматься, а не для этого они напали на мужчину и связали его. Кристалл дракона не единственное сокровище, что им могло потребоваться. Для умного и расчетливого избранника демиургов, какие наверняка также могли мне повстречаться во Флавии, сам Чак, являлся не менее ценным ресурсом. Он был даже более ценным, ведь на присвоение себе духовной силы поверженного конкурента не накладывалось никаких межранговых штрафов. Или накладывалось? Это тоже предстояло выяснить.
        Картина жестоких реалий состязания для меня полностью изменилась. В таком случае Ками Лот находилась в большой опасности. Она тоже не раз в открытую заявляла, что избранница Богини Гелу. Надо было её предупредить, чтобы помалкивала об этом или рискует быть убита другими претендентами. Правда, объяснить, откуда я это узнал, будет довольно сложно. Добавив в список важных дел ещё пару пунктов, я растрепал грязные, сальные волосы таким образом, чтобы они падали на лицо и осторожно приблизился к первым рядам предместий с севера. На меня никто не обратил внимания. Люди были заняты собой, обустраивались на новом месте, поэтому я беспрепятственно смешался с толпой. Мой план по незаметному проникновению в пригороды прошел успешно. С поиском главы Морриса будет сложнее.
        Однако, вскоре простыми расспросами я узнал, что он прибился к охране Фёрста и находился на территории его лагеря. Дальше моя задача резко усложнялась. Кого попало в лагерь правителя не пускали. Гвардейцы выставили двойную линию охраны. Обычные дворцовые стражники охраняли сам внешний периметр выставленных в круг повозок, вход на внутреннюю территорию охраняла группа из четырех боевых мастеров.
        Незаметно попасть внутрь будет очень сложно, а провернуть незаметное убийство - тем более. Придется придумать, как выманить Морриса из его безопасной зоны. Не думал, что глава такой трус, что будет прятаться за спинами гвардейцев правителя. Неужто Тацуя подкинул ему свежей информации о самом опасном его противнике? Невозможно. Мужчина сам сказал, что не так давно получил видение. Соврал? А, неважно. В конце концов, я найду способ его достать.
        Правда возникал вопрос, убийство с помощью яда засчитывается системой состязания или нет? Были некоторые опасения, что нет. Проверять на главе Моррисе не буду. Понаблюдав за лагерем Фёрста издалека, я удалился в северный район предместья и увидел, что камнетесы уже приступили к добыче камня со дна котлована. Другие люди разбирали обломки купола бывшей дозорной башни. Вот и молодцы! Если люди не будут лениться, скоро здесь вырастет большой, красивый, каменный город ещё краше старого. Кое-где одну из стен уже строить не надо. А если камнетесы применят творческий подход, то жилище и вовсе можно вытесать прямо в камне стен котлована, проделав дверные входы, и окна в породе и добывая его изнутри до создания полноценного жилища.
        Меня немного беспокоила черная пещера в центре котлована. Оттуда уже выбрался один монстр, а вдруг внутри подземелья располагается целое драконье логово и ещё несколько особей. Надо бы его исследовать, но это позже. Сначала Чак Моррис. Я ломал голову, как его выманить, но ничего не приходило на ум, и тогда я решил найти, где сейчас расположился клан Лот. Наверняка Ками также была возмущена заключением Ланчера и согласится мне помочь. Ей, как миловидной девушке и потенциальной будущей супруге одного из принцев попасть в лагерь Фёрста будет куда проще, а повод придумать не сложно. Точно, воспользуюсь Ками Лот, чтобы выманить главу гильдии охотников за город. Можно даже использовать передачу ему легендарного кристалла, как предлог. Я сам могу бояться вернуть сокровище, опасаясь преследования, а для спасения Ланчера готов передать камень ему. Вот! Уже и причину убедительную придумал. Если ничего лучше в голову не придет, на этом и остановлюсь.
        Однако, отыскать клан Лот расспросами оказалось куда сложнее, чем главу Морриса. Все встречавшиеся мне люди ещё не знали, где расположился этот торговый клан и мне пришлось обойти каждую улочку, постучаться почти в каждый дом, чтобы их отыскать. Охранник ворот одного из особняков сообщил мне, что я пришёл по адресу, и я попросил передать от меня сообщение молодой госпоже Ками. Обещание заплатить за услугу пять золотых придало мужчине нужную мотивацию, и вскоре девушка вышла к воротам, чтобы переговорить со мной с глазу на глаз.
        Часть 26 Недостойный демиург детектед
        Фёрст Валхаим увидел странное видение на вторую ночь после того, как в спешке покинул столицу и встал на первую ночевку в поселении клана Кансай. Таинственная сущность, не показывающая своего лика, вещала из темноты и то, что она открыла правителю, было ужасно!
        Она сообщила, что древнее зло, проникшее в одного из жителей его страны из иных миров угрожает его правлению. И не просто правлению, а самой жизни, жизни его наследника и остальных потомков, самому существованию клана Юрд и Южной Флавии, как страны. До того, как он услышал об этом из уст своих разведчиков и прибывшего с севера главы гильдии охотников, сущность сообщила, что столица и прекрасный дворец правителя разрушен до подвальных хранилищ, а божественная печать осквернена и уничтожена. Южную Флавию более не защищала божественная защита, поэтому правитель должен собрать всю свою волю в кулак и нанести древнему злу под личиной обычного человека сокрушительное поражение.
        Однако, сущность не называла самого носителя древнего зла и правитель не знал, кого он должен найти и уничтожить, вложив в это все свои силы. Наоборот, Валхаим заподозрил, что само древнее зло заманивает его в свою ловушку, устроенную на месте разрушенной столицы и отказывался от всех дальнейших попыток сущности вступить в новый диалог, пугаясь и просыпаясь среди ночи в холодном поту. Он начал бояться закрывать глаза, так как уже знал, что пугающая сущность уже поджидает его за гранью сна.
        Однако она ни на секунду не оставляла попыток привлечь правителя в столицу и покарать источник всех зол. После ещё нескольких бессонных ночей, когда Валхаим уже совсем выбился из сил и от тщетных попыток сопротивляться являющемуся без спроса ночному гостю, тот сделал ему одну подсказку. «Древнее зло коварно наложило лапу на кристалл духа легендарного Дракона Ужаса. Поглотив его, оно станет настолько сильным, что сокрушит всю гвардию правителя и его самого, ведь вместе с духом легендарного монстра к нему перейдёт его уникальная способность внушать противникам сковывающий тело и душу ужас. Правитель должен заполучить кристалл и отдать главе гильдии охотников». Навязчивый ночной гость обещал, что Чак Моррис не лишится рассудка и будет верой и правдой служить своему господину, даже получив эту огромную силу. Иначе, всё для Валхаима и клана Юрд будет кончено.
        Проснувшись среди ночи в холодном поту, Фёрст вызвал к себе главу Морриса и еще раз допросил его. Со слов встревоженного срочным ночным вызовом мужчины, кристалл дракона похитили неизвестные чужаки, которые были одеты, словно обычные головорезы, но оказались настоящими боевыми мастерами, явно пробравшимися в страну извне. Чак чистосердечно признался, что намеренно преувеличил количество нападавших, чтобы хоть немного реабилитировать своё уязвленное обидным проигрышем самолюбие.
        Противников было не девять, как он сказал сразу, а только трое, но это они забрали кристалл, а не он, что могут подтвердить Марк и Ланчер Кансай, а также приглянувшаяся Юрдам молодая госпожа из торгового клана Лот. Они видели этот яростный бой из укрытия, и если злодеи дали им уйти живыми, подтвердят его слова. Для придания себе большего веса в глазах выглядевшего недовольным правителя, он стал заявлять, что является избранником Бога Тацуи и тот лично явился к нему и приказал отвести армию демонического вторжения к Центральной Флавии, правда, почему-то уже после того, как страна будет разорена. Он стал расхваливать себя и без намека на сомнение заявлял, что только благодаря покровительству его милостивого бога вторжение было остановлено.
        Валхаим выслал разведчиков на поиски троицы подростков, но строго запретил им и близко приближаться к руинам столицы, так как опасался, что древнее зло возьмет их слуг под контроль и с их помощью устроит покушение уже в его убежище по возвращении. Напуганный, он окружил себя постоянной тройной охраной, но испытывал недоверие ко всем слугам.
        А уже на следующий день произошло неожиданное появление Ками Лот и Ланчера у южных границ барьера, где их задержали дозорные. Под предлогом хищения у Фёрста, что часто использовалось в качестве обвинения для ареста при обнаружении у путников ценностей не по статусу, Ланчера задержали и доставили в Лагерь Валхаима для допроса.
        Фёрст сразу решил устроить пареньку очную ставку с главой Моррисом пока не вмешивая в это испуганную девушку. Её вернули родителям с намёком, что столь ценную невесту готовы выдать даже за наследника, что окончательно укрепило их в решении, игнорировать желания дочери и скорее выдать дочь за представителя клана Юрд. Но этот вопрос временно отложили до возвращения в страну.
        Очная же ставка между наседающим на паренька мужчиной выявила, что Моррис ошибся. Кристаллом в итоге завладел Марк Кансай и тогда головоломка в голове правителя сложилась. Древнее зло проникло именно в этого парня, и его ему нужно было уничтожить, чтобы остановить угрозу уничтожения своего клана и страны. Правитель хотел узнать от тех, кто жил рядом с Марком в последние месяцы, не заметили ли они, что он сильно изменился в последнее время, и если да, то когда это произошло. Хотел узнать всё о новом Марке, его слабостях и странных поступках. Нападать надо было с умом, разузнав о противнике максимум подробностей.
        К правителю привели Рампа, Лию, Весту и Кина Кансай и каждый из них подтвердил, что после трагедии с нападением красногривых обезьян Марк сильно изменился. Родители рассказали, что он частично потерял память, и напрочь забыл о людях, которых очень любил. Он стал раздражительным, злым и склонным к насилию. В столице сильно избил своего родного отца, и запугал мать, хотя прежде был очень мягким и послушным сыном. Веста пожаловалась, что её любимый брат заставил её работать обычной торговкой и насмехался, если она жаловалась на мозоли и усталость.
        Кин Кансай рассказал, что Марк шантажировал его, заставив отдать ему сокровища, которыми его семья расплатилась за старые долги. Это заявление было отвергнуто вторым советником, до поры слушавшим признания за кулисами. За дачу ложных показаний старейшину Кина избили и забрав у него последнее, что он имел, включая древние карты сокровищ, выкинули фактически с голым задом за пределы общего лагеря. После этого он затаил огромную обиду на Марка, хотя сам был виновен во всех своих бедах.
        Валхаим получил множество убедительных свидетельств от ближайших членов семьи Марка, что теперь это совсем другая личность и готов был приступить к её устранению. Однако, когда он во всеоружии прибыл к столице и запустил стражей в рейд по поиску врага, спустя несколько мгновений, прямо посреди бела дня его погрузило в транс и пред ним предстала слепящая ярким светом величественная, гигантская фигура. Она не представилась, но один её вид внушал трепет и желание преклониться.
        Она призвала Валхаима не поддаваться лжи древнего зла, что посещало его до сих пор и являлось истинным виновником чудовищного демонического вторжения последних месяцев. Она пообещала впредь защитить его от воздействия этого зла и попросила, а не приказала, в отличие от темной сущности, очистить имя героя от лжи и отблагодарить, как истинного спасителя страны, коим и является тот, с кем зло хотело расправиться его руками.
        Сбитый с толку правитель не знал, что ему теперь делать. Неизвестно как, но молва о том, что правитель разыскивает Марка Кансая уже проникла в массы людей. Об этом сплетничали на каждом углу. Правитель резко отозвал всю свою стражу и постарался распространить другие слухи, но почему-то сведения, что Марк ни в чем не виновен не желали быстро распространяться, выставляя Валхаима в плохом свете перед оболганным героем.
        И тут он получил информацию, что в его лагерь прибыла Ками Лот, желающая встретиться с главой Моррисом. Агентам правителя удалось подслушать фрагмент их разговора, из которого можно было сделать вывод, что Марк готов передать кристалл Моррису, если тот станет связующим звеном между ним и Валхаимом и это позволит выручить из плена Ланчера.
        После разговора с Ками, которую люди правителя не стали задерживать, чтобы не вызвать лишних подозрений, Моррис попросил срочную аудиенцию у Фёрста.
        - Ваша Милость, жалкий вор, что ввел меня в заблуждение и похитил вашу собственность, явился сегодня к своей единственной бывшей подруге по академии, леди Ками Лот и передал через неё просьбу о своём желании вернуть похищенное. У него не хватило смелости сделать это лично и не желая бросать тень на леди Ками, он попытался очернить меня, словно мы с ним в сговоре. Прошу вас, Ваша Милость, даже не допускать подобных мыслей. Я жду ваших распоряжений по этому поводу.
        - Вам известно место встречи, глава?
        - Да, за городом, в трех сотнях шагов от границы западных предместий. В прошлом у нас с этим щенком были разногласия, он отказался выполнять мои приказы и даже угрожал обращением к Вам, но умоляю вас, не верьте не единому его слову, когда схватите, он лжец и хитрец и место ему в тюремных кандалах.
        - О чем вы говорите, глава? - нахмурив брови, спросил мужчина в кресле с высокой спинкой.
        Глаза сболтнувшего лишнее мужчины испуганно забегали, и он начал невнятно выкручиваться.
        - Я не собирался как-то вредить леди Ками и ученикам вашей академии, а просто слегка оказал на них давление и приказал ответить на мои вопросы. Ну может ещё требовал выполнить работу по извлечению духовного камня. Они ниже меня по статусу и обязаны мне подчиняться!
        - Разве, глава? Что еще вы требовали от них? Вам лучше объясниться здесь и сейчас, пока я вас слушаю.
        - Ваша Милость, виноват, слегка перегнул палку. Я потребовал схватить леди Ками и привести её в мой кабинет, так как опасался за её жизнь и сохранение целомудрия в компании двух грубых и неотесанных деревенщин. Мало ли какие вольности придут на ум этим необузданным подросткам, когда девушка оказалась без охраны.
        - Ясно, - изображая удовлетворенность подозрительным ответом, сказал правитель и приказал забрать из рук Марка добровольно передаваемое им сокровище. Также он дал согласие на освобождение в обмен Ланчера.
        Главе Моррису он пообещал обеспечить прикрытие на случай, если Марк попытается заманить его в ловушку и опасные чужаки появятся вновь. Однако, правитель предупредил, что гвардейцы из прикрытия будут держаться на приличном расстоянии от условленного места встречи, чтобы не спугнуть возможных врагов и самого Марка своей духовной аурой.
        Когда мужчина ушел, Валхаим вызвал десяток своих самых сильных боевых мастеров и отправил их следом за главой Моррисом, но не для того, чтобы защищать его, а наоборот, чтобы оказать поддержку Марку, если она потребуется.
        Спустя тридцать минут гвардейцы вернулись в ставку Валхаима с обезглавленным телом главы Морриса, накрытым сверху плащом. Мастер Дюран доложил, что на встрече разгорелся конфликт. Марк и глава говорили на повышенных тонах, но что именно произошло, и о чем был разговор, никто не расслышал. Следуя инструкциям правителя, Ланчера тут же отпустили к семье, вернув ему все отобранное при задержании. Это должно было подчеркнуть добрую волю правителя.
        Узника снабдили сопроводительным письмом с благодарностью Марку от лица Валхаима и обещанием способствовать развитию таланта героя, а на хладнокровное убийство одного из своих сильных слуг, Фёрст просто закрыл глаза. Его даже никто не хватился после исчезновения. Чак Моррис считался неприятной личностью, что подтверждало его скудное окружение. Он был уже в летах, а так и не завел семью и не родил наследников. Убийство удалось скрыть вообще избежав огласки.
        «Если это произошло, значит, такова воля богов», - решил для себя мужчина впервые заснувший крепким и спокойным сном после почти полутора недель кошмаров.
        Часть 27 Помощь издалека
        Как только известность локального турнира богов мира Лестницы Совершенства вышла за рамки одного низкоуровневого сегмента матрицы, к справедливости его проведения стали предъявляться повышенные требования.
        Куратор второго уровня матрицы, которым являлся один из новых помощников Примала Аяксалатура, с сожалением отметил, что все Демиурги хоть понемногу, но жульничают. Иногда они незаметно материализовали нужные своим избранникам для спасения жизни предметы, делали им подсказки через сообщения на стенах или определенным образом влияя на развитие событий, но особо злостным нарушителем правил, особенно в последний месяц был определен Демиург Тацуя.
        Посчитав замену одного избранника Каннон на сохранившего опыт прошлой жизни Алекса нарушением правил турнира, вначале он не особо был этим обеспокоен. Жизнь в Лестнице Совершенства не сахар. Каким бы опытом герой не обладал, воспользоваться им будет очень сложно. Все известные магические и духовные системы в этом мире были сильно изменены, намеренно исковерканы, чтобы лишить старичков всех бонусов. Опыт прошлых жизней скорее становился обузой, так как претендент быстро разочаровывался и отказывался от борьбы. Свежесть даёт страсть к изучению мира, энтузиазм и безграничный оптимизм, что догматичным старичкам уже недоступно. Во всяком случае, каких-либо выдающихся преимуществ такие «опытные» не демонстрировали, когда их заводил он сам.
        Однако, в случае с Алексом ситуация оказалась прямо противоположной. Он быстро нашёл применение своему опыту, модифицировав уже имевшиеся знания, хоть и не обошлось без ошибок, которые еще скажутся на успехе продвижения по Лестнице Совершенства, а возможно, и вовсе закроют дальнейшее продвижение к вершинам могущества.
        Куратор проанализировал все косвенные воздействия Тацуи за последние две недели и обнаружил, что он пытается устранить неугодного ему избранника с помощью прямых приказов правителю страны. Это было грубейшим нарушением правил и пока не стало слишком поздно, он вмешался, убедив правителя Южной Флавии отменить уже начатую травлю.
        В качестве наказания для злостного нарушителя, куратор лишил Тацую доступа к функционалу Лестницы до окончания срока отведенного для завершения текущего этапа состязания. Тут вскрылись новые забавные моменты. Тацуя подсказывал своим избранникам через их слуг постоянно. Слаженные действия ведущих демонические армии команд, когда связь оборволась, начали давать сбои и, не добравшись до границ второй страны, собранные армии монстров уничтожили своих поводырей, взяв их в окружение.
        Буквально на глазах, с огромным отрывом лидировавшие в общем рейтинге претенденты Тацуи покинули состязание вообще. Точку в этом вопросе поставил так ненавидимый Демиургом Алекс. После отравления трех глав гильдий охотников ядом от плоти Дракона Ужаса, в активе Тацуи находился лишь тщетно пытавшийся заново собрать крикунов Таларий Бех из Центральной Флавии и безнадежный неудачник Чак Моррис. Только стало известно, что Талларий Бех пал, попав в западню крикунов, как и Чака постигла постыдная смерть от почти вдвое более слабого противника. Под смешки коллег, Тацуя покинул зал собрания. Ему было плевать, кто победит, если это не он, но своими махинациями перед постыдным уходом он очередной раз напакостил оставшимся в игре коллегам.
        После широкого разбирательства с участием Примала и более влиятельных сущностей, косвенные контакты с обитателями мира также попали под запрет. Проще вообще отобрать у Демиургов возможность влиять на мир Лестницы, чем постоянно отслеживать, чьи действия были более или менее в рамках правил. Как никогда прежде Демиурги отдалились от своих избранников. Соблюдение полного нейтралитета подняло справедливость турнира на новый уровень, но не удалило разгуливающие по континентам демонические армии.
        Созданную Тацуей угрозу смог бы устранить лишь тот, кто даже свои недостатки оборачивает в достоинства. Каннон лишь боялась, что залипнув на юную интриганку Ками Лот, Алекс слишком много времени проведет в одной стране, на одном континенте, и тогда спасти других её избранников на других континентах уже не успеет физически. Однако, зная его не один год, надеялась, что он ещё сможет её приятно удивить.

* * *
        «Избранник бога Тацуи повержен. Вы получаете заслуженную награду в тридцать девять тысяч семьсот двадцать очков духовной силы», - сообщил голос в голове.
        «Ничего себе!» - искренне поразился я. Глава Моррис обладал поистине огромной духовной силой и вполне мог бы меня уложить с одного удара. Но из нас двоих в этот раз настоящим злодеем оказался я. Атаковал без предупреждения, лишь для виду раздув скандал с обвинениями для усиления своей атаки.
        Так как я внутренне знал, что не прав, бонус от гнева не появился, но и простого удара в голову оказалось достаточно, чтобы лишить его жизни. Физическая хрупкость местных героев являлась их очевидной слабостью. В глубине души осталось тяжелое, неприятное чувство от сознательно спланированного и осуществленного преднамеренного убийства.
        Был бы Чак каким-нибудь законченным подонком, насильником, убийцей - никаких проблем, но он был просто мерзким человеком, привыкшим получать желаемое запугиванием. Недостойный человек, каких масса, но он точно не заслуживал такой жестокой казни. От этого мне было тяжело на душе и только настойчивое напоминание себе, что таковы правила Лестницы, ничего личного, и если не я, то это сделал бы мой конкурент, позволили мне подавить мучавший меня душевный дискомфорт. Впрочем, полностью он не прошёл, а лишь притупился.
        Одновременно с достижением верхушки золотого ранга произошли значительные изменения в восприятии окружающих меня боевых мастеров. Поле вокруг вспыхнуло яркими золотыми пятнами. В темноте они были видны особенно отчетливо. Пять появилось на севере и пять на юге. «Гвардия Валхаима! Засада!» - догадался я и, сверкая пятками, побежал на запад. Ребята серьезные, все примерно моего уровня, лишь парочка на ранг ниже.
        Правда, когда вскоре обернулся, чтобы определить расстояние до ближайших преследователей, то увидел, что никакой погони за мной нет. Гвардейцы собрались возле тела убитого мной главы Морриса и, сгрудившись, направились назад к городу. Это странное поведение боевых мастеров поставило меня в тупик. Я же совершил преступление, жестокое убийство. Разве они не должны стремиться покарать преступника или они меня боятся? С чего бы? Я равен по силе большинству из них. Победить меня не составит больших проблем при раскладе один к десяти.
        К сожалению, сам я ауру не источал, чтобы хоть чем-то их отпугивать, но зато, дождавшись, пока мастера скроются из виду, попытался заглянуть в своё духовное пространство. Получилось! Наконец-то! Наконец-то полная слепота прошла, и я смог увидеть начинку энергосистемы. Также это открывает доступ к попыткам замутить парную культивацию, если разберусь, есть ли тут классические энергии Инь и Ян, разделенные между существами разных полов.
        Изучение ставших мне визуально доступными духовных структур вызвало больше вопросов, чем ответов. Колодец духа и даньтань у меня имелся, но мой прошлый сосуд души был заменен на непонятно что! В прошлой жизни я достиг Небесной сферы с лазурно голубым свечением сосуда души Святого. Моя энергия и сила не знала границ, но вместо прекрасного и совершенного сосуда идеально круглой формы в этот раз присутствовала бесформенная, угловатая структура, подменившая его в груди. Долго всматриваясь в неё, я понял, что это нечто тоже можно назвать кристаллом души, просто форма из-за неравномерной и какой-то сумбурной огранки вышла не симметричная, а хаотично аморфная.
        Возможно, именно этот дефект не позволял мне пользоваться духовным чутьем и препятствовал демонстрации моей духовной ауры. Буду теперь вечным слабаком для окружающих. Было и кое-что ещё, вызывавшее беспокойство. У моего аморфного кристалла имелись странные, множественные разноцветные точечные вкрапления. Их было много, и все они имели разный цвет, как старинная мозаика в допотопных античных купальнях моего старого мира.
        В основании кристалла все составляющие его элементы были разноцветными, потом имелась синеватая, зеленоватая и коричневатая россыпь фрагментов. Потом вперемешку шли синеватые и бесцветные участки, а примерно с одной трети кристалл выглядел одноцветно серым. Матовым. Сопоставив с пройденным путем прокачки, я пришел к выводу, что духовные камни разных магических зверей оказывали влияние на окраску кристалла души, а поглощенный против правил первый высокоуровневый камень и привел к первичной деформации, резко расширив основание кристалла, до этого собираемого по крохотным кирпичикам.
        Было интересно, что означал сам цвет вкраплений. Это признак отношения монстра к разным стихийным типам? Голубой - вода, желтый - огонь. Нужно ли было стремиться к одноцветности кристалла или это ни на что не влияет? Масса вопросов, на которые я мог получить ответ, лишь вернувшись в город, но там меня поджидал злобный правитель с его гвардией, а раз глава Моррис пришел с подмогой, Валхаиму уже известно, что я отбитый на голову убийца и теплого приема можно не ждать.
        Для возвращения в город мне нужно было стать ещё сильнее, придется поглотить так старательно защищаемый мной кристалл души дракона и наведаться в лагерь правителя за Ланчером. Однако, желательно перед этим вывезти из города Рампа, Лию и Весту, чтобы их не сделали очередными заложниками. Я так и не нашел их в городе, так как искал лишь в домах и особняках, но раз Ланчер лишился всех своих средств, то искать их надо среди самой бедной, ютящейся в тряпичных палатках прослойки беженцев. Эта группа людей сейчас самая многочисленная. Клан Лот и вовсе выкупил себе чужой особняк, чтобы устроиться с комфортом. Чтобы не подставить родню, за которую младший брат переживает сильнее, чем за себя, я должен сначала вывести их из-под удара, а лишь после этого вызволять заложника.
        Раскопав свой очередной тайник в полях, на поиски которого ушло битых два часа из-за слабой различимости оставленных для ориентира примет, я приступил к повторной попытке поглотить дух дракона. По аналогии с моим прошлым опытом, я ожидал многосуточного трипа, но опять погрузившись в полную темноту, я почти сразу добрался до момента, когда монстр был пробужден и вышел из заточения в совершенно пустой пещере. Это существо было не настоящим, созданным лишь для состязания и до пробуждения не нуждалось ни в еде ни в пище. А когда вышло на поверхность, с интересом изучало и трогало всё языком, как малолетний человеческий ребенок.
        Несмотря на размеры, угрожающий вид и чудовищную ауру ужаса, распространяющуюся далеко вокруг, оно было беззлобным. В этот момент я понял, что отравил невинное создание, с интеллектом ребенка. Ему просто нравился вкус мяса и вообще все новые вкусы, а я стал палачом этого создания, осудив его по внешнему виду. Такие впечатления возникли от увиденного. Даже стало жалко этого беззлобного великана. Он гонялся за мной из интереса, а не из желания убить. На такую судьбу его обрекли создатели Лестницы, хочу я этого или нет.
        После короткого по ощущениям видения, я очнулся почти сразу. А мгновением позже получил сообщение о приобретении нового активируемого по требованию навыка «Аура ужаса». Вау! Неожиданно и очень приятно. Без подопытных определить силу и радиус действия нового навыка было невозможно, поэтому я пока отложил испытания до появления такой возможности. С подобным навыком моё вторжение к правителю и уход без боя был более чем реальным, главное, чтобы он не слишком быстро истощал мои силы.
        При изучении изменений в своём кристалле души обнаружил его значительное увеличение. Примерно вдвое. Цвет приращённого участка был непроглядно черным. Его форма стала ещё причудливей, но точное значение своей духовной силы и текущий ранг без показывающего кристалла определить по этим параметрам для меня было сложно.
        Порадовавшись, что много времени культивация не заняла, я стал осторожно приближаться к спящему поселению. Желание устроить побег семьи и освобождение Ланчера этой же ночью заставляло меня действовать активней, но неожиданная встреча с братом на свободе и другие хорошие новости превзошли все мои ожидания. Слухи оказались устаревшими.
        Теперь правитель в своем послании ко мне называл меня не иначе, как героем и спасителем Южной Флавии. Более того, Ланчеру вернули всё, что у него отобрали. Я опять испытал состояние близкое к когнитивному диссонансу. Откуда такие резкие перемены? Кто замолвил за меня словечко? Или так Фёрст пытался выманить из меня кристалл дракона?
        Узнать это я мог бы при личной встрече, но решил не испытывать судьбу и убедил свою родню немедленно собираться в путь. Настроение у Валхаима переменчивое, а так как я уже физически не мог отдать ему сокровище, он мог полностью изменить свою позицию.
        Меня волновало ещё кое-что - безвыходное положение Ками. Родители сообщили ей, что через месяц она выходит за Балена Юрда. Мечта клана Лот сбылась, они породнились с правящим кланом в самой лучшей комбинации. Девушка пыталась убедить отца и мать, что она еще слишком молода и спешка ни к чему, но глаза её родни словно остекленели и больше не выражали ни любви ни заботы. Они не желали её слушать. Об этом она рассказала при нашей встрече у ворот её особняка.
        Я всё думал, она это говорила, с мыслью: «Спаси меня» или «Видишь, какую ты девушку упустил, деревенщина. Теперь я еще и принцесса!» Почему-то по грустным, заплаканным глазам и подавленному состоянию, я склонялся к первому варианту, но это же женщины, для них слезы - оружие. В любом случае, мою просьбу она выполнила без капризов, как только смогла получить разрешение на выход за пределы особняка.
        Я предупредил девушку о том, что ей нужно скрывать свою принадлежность к избранникам или её могут убить, как конкурента. Источником своих знаний представил старейшину Кина Кансай, который был избранником богини Морены. Сказал, что боги проводят состязание и заставляют своих избранников убивать друг друга. Вот и старейшина куда-то пропал.
        На самом деле я сам его похоронил в неглубокой могиле недалеко от того места где убил, но девушке незачем было это знать. Новость о гибели главы Морриса должна также её убедить в том, что надо помалкивать, но относительно безопасно в этой жестокой мясорубке ей будет только со мной. Не то, чтобы Ками мне сильно нравилась, чтобы о ней заботиться, как о дорогом и близком человеке, но если с кем и заниматься парной культивацией, так лучшей кандидатуры я пока не приметил.
        Внешне мы одного возраста. А если будет получаться, она точно захочет выжать из этого метода максимум. Девушка любит быть во всем лучшей. Это качество её характера способствует рискованным способам прокачки. Короче, хотел я Ками подбить к этому эксперименту, а раз так, то мне нужно было спрятать семью от возможной атаки Валхаима и предложить ей отправиться со мной в другую страну. Какую именно говорить не буду. Посмотрю по её поведению и ответам. Если испугается, значит, отмена. Если загорится, мечтая избежать раннего, нежеланного брака, то возьму её с собой. Такой план я наметал, узнав, что семья Рампа Кансая цела и невредима.
        Отправив их под прикрытием темноты на север, сказал Рампу, что присоединюсь на следующий день ближе к обеду. В мои планы входило искупаться, сменить грязную одежду, сделать замеры на показывающем кристалле, узнать о смысле разноцветных вкраплений и предложить Ками устроить побег. Если в это время Фёрст Валхаим обнаружит меня и попытается атаковать, дам отпор, опробовав «Ауру Ужаса». Проводив взглядом семью Кансай, я прилег спать в пшенице недалеко от северной дороги. Завтра намечался полный забот и хлопот день.
        Часть 28 Признание Фёрста Южной Флавии
        То ли от слишком бурных переживаний, то ли от общего неудобства, но сон в поле не задался. Я крутился с бока на бок кутаясь в плащ и в итоге стал тревожиться за Кансаев. Сам же понимал, что на севере сейчас опасней, чем возле столицы, но отправил беззащитных людей непонятно куда.
        Осознав свою ошибку, я подорвался посреди ночи и побежал в том направлении, куда отправил родственников, всматриваясь в тёмный горизонт. Примерно час времени я двигался строго вдоль дороги, но так и не встретил по пути палатку Рампа. Это наводило на мысль, что они ушли ещё дальше или углубились в поля раньше.
        Остановившись в раздумьях, что делать дальше, я вдруг осознал, что Рамп мог лишь для виду согласиться покинуть город, а сам сделал небольшой круг и вернулся назад. Если учесть какие сложные отношения у нас сложились в последнее время, такой вариант тоже вполне возможен.
        Почувствовав себя человеком, который благими намерениями лишь усугубляет проблемы, я сдался, развернулся и направился назад к столице, вернее к тому, что от неё осталось. Завидев впереди дозорные костры по периметру огромного палаточного городка у пригородов, я опять завалился спать прямо в поле, мысленно ругая себя за отсутствие гибкости и проявленную мягкотелость.
        Зачем я упорно продолжаю играться в члена семьи Кансай? Ведь от этого мне одни неудобства. Рамп и Лия - избалованные легкой жизнью люди, неприспособленные к жизни без своих бывших семейных богатств. Веста выросла с таким же барским воспитанием и лишь Ланчер полезен и не пропадёт в одиночку. С суммы, что он сохранил, не потратив на обучение в Академии, вся семья и будет жить ближайшие пару лет. Я могу помочь Кансаям. Мне хватит средств чтобы возвести для них особняк, как возле столицы, так и в тех землях, что они спустили за долги, но такая помощь станет не более, чем костылём. Временной поддержкой, когда лучше бы заставить, вынудить семью Весты и Ланчера взяться за ум и научиться обеспечивать себя самостоятельно.
        Мне же на фоне последних событий вообще стало очевидно, что вся эта возня с монстрами, их кристаллами души - ничто! Достаточно вычислить и сокрушить еще нескольких сильных избранников и это несоизмеримо сильней, многократно усилит меня. Усилит гораздо сильнее, чем поглощение сотен камней сильных монстров, которых перед этим еще надо отыскать и убить.
        Вся прошлая возня со слабыми духовными камнями вообще выглядела сейчас бессмысленной. Слишком долго, дорого и малоэффективно. Всё это накатило на меня в беспокойных попытках уснуть, и я стал думать, что было бы идеально выяснить, есть ли ещё претенденты богов в Южной Флавии помимо Ками.
        Утреннее пробуждение было таким же тяжелым, как и ночные попытки заснуть. Отряхнувшись, я взглянул в чистый, безоблачный, голубой небосвод и побрел к окраинам палаточного городка. Как и думал, нашел Рампа с семьей на том месте, откуда сорвал их вчера. Зла на мужчину не было. Я сам ошибся, отправив его в путь, но нужно было объясниться.
        - Почему вернулись? - без претензии спросил я у отца семейства.
        - Марк, там за городом разносились какие-то страшные звуки, и я решил отступить назад к людям.
        Ответ был вполне понятный. Стало страшно, вот и вернулись по-быстрому к внушающим хоть какое-то спокойствие огням поселения. Хотя очевидно, что при появлении монстров ни от чего тонкое полотно палатки её обитателей не защитит. Удостоверившись, что с Вестой и Ланчером все в порядке, я решил оставить их на время в покое. Пора заняться собой. И первое, что я сделал, это хорошенько вымылся в небольшой купальне, наспех организованной потерявшими доступ к личным купальням горожанами. Пять брусочков серебра и мне досталась целая бочка горячей воды на полчаса пользования.
        Вымылся от души, но не было чистой, сменной одежды, чтобы переодеться. Облачившись на время опять в грязную, посетил стихийно сформировавшийся торговый квартал из сотен причудливо выстроившихся в два ряда повозок торговцев. Купил себе набор новой одежды от подштанников до верхней, длинной рубахи-мантии. К местному стилю одежды с несколькими слоями мантий долго привыкать не пришлось. В Империи Сун носили что-то очень похожее.
        Облачившись в новое и чистое, нашел место, где уже организовалась прачечная. Сдал старые вещи в стирку. Необходимые и естественные для всех горожан услуги были весьма востребованы и организованы в нескольких уголках предместьев. Я с удовольствием вкусил прелести цивилизации, где серебряные брусочки, а тем более пара золотых монет творит настоящие чудеса.
        Мысленно отметил, что благодарен всем этим людям за их тяжелый и полезный труд. Они дали мне согревающий комфорт и внутреннее ощущение, что всё не напрасно, всё налаживается. Наевшись горячей, выносной, уличной стряпни, я окончательно пришел в душевное умиротворение и стал думать, что жить в Южной Флавии не так уж плохо. Моё желание уехать в другую страну связано с боязнью преследования со стороны гвардии Фёрста Валхаима после убийства Чака Морриса, но если меня не стали преследовать сразу и Ланчера отпустили, может я надумал себе, чего нет? Размышляя над слишком терпимым отношением ко мне правящего клана, я побрел к особняку занятому торговым кланом Лот.

* * *
        - Прости, Марк, я не могу пойти против воли отца. Даже если я сама не хочу замуж сейчас, так будет лучше для нашего клана, а значит, и для меня, - тихо, но уверенно заявила девушка, стоило мне спросить Ками о том, не желает ли она сбежать из страны вместе со мной.
        - Ясно, Ками. Понимаю тебя, - не выказывая расстройства, ответил я.
        - Если понимаешь, тогда прими моё решение.
        Кинув последнюю фразу, девушка быстро вернулась в особняк, показывая, что разговор окончен, чем поставила точку в моих сомнениях, станем ли мы дальнейшими попутчиками или нет. Семья явно стояла для Ками на первом месте, да и проведенное вместе время показало, что девушка сильно избалована и глуповата. Настоящая ходячая проблема. Хоть тело Марка всё ещё трепыхалось от одного её голоса, нужно было оставить Ками в прошлом. Что-то в груди защемило, но я взял себя в руки и вычеркнул Ками из своих дальнейших планов. Меня впереди ждут опасные схватки с другими избранниками и присутствие под боком кого-то, кого надо постоянно защищать - не самое лучшее соседство.
        Следуя своему плану, я попытался разыскать место с показывающим кристаллом, но прогулявшись среди торговцев пришел к выводу, что эти кристаллы сейчас есть только у клана Вассази и у гвардейцев. Обидно, у клана Кансай было целых два качественных, больших показывающих кристалла, но тот, что хранился у нас, отобрал старейшина Кин. Если сейчас ценности клана Кансай остались у его наследников, я готов был выкупить их и вернуть наследие Рована Кансая в семью.
        Желая поставить точку в вопросе противостояния с правящим кланом Юрд, тем более, что официально он признал меня героем, я собрал всю волю в кулак и отправился к лагерю правителя. Если весь этот цирк с признанием устроен только ради выманивания кристалла дракона, лучше сразу это выяснить и завершить утомительную для меня игру.
        К моему удивлению, стража сразу узнала и пропустила меня внутрь без лишних вопросов. Командир четверки боевых мастеров лишь поинтересовался, желаю ли я попасть на прием к Его Милости или у меня дела к кому-то ещё. Я ответил, что желаю встречи с Валхаимом и тогда ко мне приставили двоих сопровождающих, чтобы проводить к большому, центральному шатру Фёрста.

* * *
        Оказалось, что после бегства из столицы правитель тоже жил в довольно тяжелых условиях. В большом шатре меня встретил измученный бессонницей, постаревший на десять лет с момента нашей последней встречи во дворце мужчина на резном кресле с высокой спинкой у длинного деревянного стола.
        За его спиной находилось несколько телохранителей и пара советников. Само убранство шатра очень скромное. По центру длинный стол, под стенками справа и слева ряды сундуков. Сзади виднелось ложе, застеленное мягкими шкурами, наполовину прикрытое ширмой. Ничего лишнего, высокие железные светильники, пол присыпан соломой.
        Правитель принял меня с ходу, без подготовки. Я фактически, вторгся в момент его встречи с советниками и прервал обсуждение текущих забот Южной Флавии в реалиях разрушения центрального укрепления, дворца и всей инфраструктуры.
        - Чем обязан визиту юного героя? - нейтральным тоном спросил мужчина, поерзав в своем кресле.
        - Ваша Милость, вопросов несколько. Во-первых, обещанная награда после спора с кланом Вассази на экзамене. Ни я, ни мой брат Ланчер так и не получили ничего из обещанного. Во-вторых, хотелось бы получить наследие Рована Кансая, которое осело в руках старейшины Кина, но сам он исчез в неизвестном направлении.
        - Принимаю вашу просьбу, юный Марк Кансай и со своей стороны сейчас же направлю к клану Вассази гонцов с напоминанием об их обязательствах, а насчет наследия Рована Кансая. Скажем так, часть собственности старейшины Кина, что я конфисковал у него, хранится сейчас на территории моего лагеря. Какие именно предметы вы рассчитываете получить?
        - Большой показывающий кристалл, мешок с чешуей древнего змея и карты местности, - без сомнений перечислил я всё, что видел в старой сокровищнице клана Кансай в особняке у границы.
        - Безусловно, наследие великого героя Рована Кансая должно принадлежать его прямому потомку. Я отдам вам эти ценности, если они окажутся среди конфискованного, - согласно кивая головой, неожиданно легко согласился мужчина.
        - Моя огромная благодарность мудрому и щедрому правителю, - с легкими нотками лести сказал я, очень удивленный тем, с какой охотой и легкостью правитель готов выполнить все мои просьбы.
        Хотя на прошлой нашей встрече во дворце Фёрст не производил впечатление жесткого и властного правителя. Скорее въедливого и навязчивого, причем очень скупого. Сейчас его поведение изменилось. То ли обстоятельства сыграли роль в смягчении его поведения, то ли резкое ослабление его позиций после разрушения города. Правитель стал вести себя очень доброжелательно и даже робко, во всяком случае, со мной.
        - Юный герой, не расскажете мне и моим советникам, как вам удалось отразить вторжение монстров? - в конце, когда я думал, что разговор уже завершён, очень заинтересованным тоном спросил мужчина.
        - Это была помощь свыше, Ваша Милость, - уклончиво ответил я.
        - А не вы ли убили того жуткого ящера, тело которого мои боевые мастера обнаружили на севере?
        - Я, - не стал скрывать я, тем более, что ради прояснения этого вопроса и пришел в лагерь Валхаима.
        Если он поднимет вопрос о передаче ему кристалла души дракона, я скажу, что передавать нечего. Всё уже поглощено и использовано по назначению.
        - Это поразительно, что столь юный молодой человек в одиночку смог свершить столько удивительных подвигов. Вы очень скромны, раз сами не требуете награды за свои великие деяния, но как щедрый и справедливый правитель я обязан вас наградить и отметить почестями.
        - Меня? - не ожидая подобного поворота событий, переспросил я.
        - Объявляю Марка Кансая новым Великим героем Южной Флавии и жалую титул князя южной провинции с правом снятия налогов в личную пользу со всех кланов землевладельцев в провинции, сроком на десять лет и также возвращаю вам в пользование все прошлые земли и недвижимое имущество. Разумеется, это идет в дополнение к тому, что уже было запрошено, но не получено. И напоследок, в качестве личной награды жалую наследнику и герою из клана Кансай тысячу золотых для привлечения работников для сбора урожая этого года. Страна очень пострадала от вторжения монстров и успешная организация сбора урожая в условиях значительного сокращения населения имеет первостепенное значение.
        - Благодарю, Ваша Милость, - скорее на автомате, чем понимая всю суть произошедшего, ответил я.
        - Дюран, Морейн, проводите Марка к складам. Пусть хранитель выдаст вещи, конфискованные у старейшины Кина и указанную мной сумму. Молодой герой вы желаете получить от правителя что-то ещё?
        Хотя последняя фраза была лишь формальностью, я позволил себе дерзость.
        - Да, Ваша Милость. Я хотел бы получить вашу помощь в исследовании пещеры, из которой выбралась эта тварь.
        - Эта диковинная пещера заботит не только вас, юный герой. Я уже послал несколько разведчиков внутрь. Один вернулся с не очень утешительными сведениями. Пещера оказалась куда больше, глубже и протяжённей, чем могло показаться на первый взгляд. Она имеет постоянную, довольно широкую ширину прохода и высокие своды и бесконечно продолжается на север. Это рассказал вернувшийся. Другие продолжают исследование, но когда запас масла в лампах выгорит им тоже придется вернуться.
        - Спасибо, Ваша Милость за важную информацию. Меня беспокоила возможность повторного появления Земляного дракона, но похоже их логово пока не было обнаружено.
        - Пока нам ничего неизвестно, но поверьте. Если разведчики обнаружат нового монстра, вы будете первым, кого я поставлю в известность.
        - Есть еще кое-что, что я хотел бы узнать, Ваша Милость, - пользуясь тем, что Фёрст Валхаим свободно делится со мной оперативной ситуацией в стране, сказал я.
        - И что же это?
        - Вы знаете, кто из ваших подданных является избранником бога Вотана?
        - В прошлые времена в Южной Флавии жил клан ремесленников-оружейников. Они изготавливали доспехи и оружие, правда, не особо востребованные в стране, так как боевым мастерам стесняющие движение металлические латы скорее помеха, чем необходимая в бою вещь. Этот клан как-то объявлял, что их глава избранник самого бога Вотана, но с тех пор они переехали в Восточную Флавию и больше в страну не возвращались.
        - Ясно, спасибо, Ваша Милость. Вы очень щедры.
        - Что ж, я доволен, что смог порадовать юного героя. Следуйте за моими людьми, чтобы получить обещанную мной награду.
        Я проследовал за двумя пожилыми боевыми мастерами к другому большому шатру, где после небольших поисков и заминки с копанием в сундуках мне выдали уже знакомый ворох из двух десятков старых свитков, мешок с чешуей и большой показывающий кристалл из нашей старой сокровищницы. В довесок я получил увесистый мешок с золотом. Фёрст не обманул, его слуги выдали всё точно до монеты, а я продолжал испытывать странное чувство нереальности всего происходящего.
        Когда ждешь преследования и агрессии, а получаешь почести и награды, это вдвойне неожиданно и неловко. Мне ещё и наспех написанную правителем грамоту вручили, в которой указывалось, что я теперь законный Князь Южной провинции и полноправный хозяин всех относящихся к клановой фамилии Кансай земель на юге. По сути, эта грамота лишала права владения землей всех других проживавших сейчас на юге представителей смежных веток старого клана, автоматически подчиняя их мне и моей семье.
        Обвешанный сумками с барахлом, я вернулся к палатке Рампа Кансая и как-то неуверенно протянул ему грамоту правителя. Реакция мужчины последовала незамедлительно. Мужчина скакал на месте, выкрикивая: «Да! Да!» После чего громко объявил:
        - Любимая моя семья, сегодня мы снова возвращаемся домой! Наша земля вернулась в наши руки, мы сможем собрать богатый урожай и всё начать заново в нашем старом, любимом доме.
        Надо отдать Рампу должное, получив от меня пятьсот золотых, он быстро арендовал пару повозок, накупил у торговцев запасов еды на несколько месяцев для всей семьи и ещё одежды Лие, Весте и Ланчеру новой прикупил, пока мы у торгового квартала, чтобы лишний раз не возвращаться к столице.
        С нами в старый особняк направилось и несколько служанок, нанятых Рампом из людей живших ранее с ними по соседству в палаточном городке. Одна из них нанялась, как умелая кухарка. В качестве возничего второй, набитой доверху мешками с мукой и прочим повозки, вечером этого же дня я вернулся в уже слегка позабывшийся приграничный городок с гордо возвышающимся над безликими, приземистыми, одноэтажными постройками просторным особняком.
        Дом всё это время явно пустовал. Прогулявшись внутри, я не заметил следов пребывания здесь других людей. Хотя старейшина Кин ранее, как и другие представители смежных веток заявляли на особняк свои права, события с монстрами отпугнули всех от приезда и заселения в дом. Однако, мои эксперименты с травами также перевели в доме всю посуду. Строго запретив кому-либо касаться кухонной утвари, которую я использовал при ядоварении, этим же вечером устроил из опасной посуды высокий костер. Впрочем, на этом проблемы не кончились.
        Пришлось с Рампом и Ланчером еще несколько часов перевозить и убирать зловонные останки монстров, оставшиеся на заднем дворе ещё с прошлого вторжения второй волны. Только выбросив всё за границу уже недействующего защитного барьера, удалось впервые вздохнуть с облегчением. Всё-таки налаживание, восстановление нормального уклада жизни куда более сложный и требующий ежедневных и кропотливых усилий процесс. В конце месяца дозревала пшеница, а это требовало от Рампа и Лии, полномасштабной организации сбора урожая. То, что в их семье находился Князь целой провинции, что подтверждалось грамотой Фёрста, позволяло привлекать людей из соседних кланов-землевладельцев и тех, кто в обычное время занимался ремесленным трудом. Все на сбор урожая!
        Я по меркам Южной Флавии являлся лишь подростком, пусть и наделенным неведомой божественной силой героя. Я, кстати, воспользовался кристаллом, чтобы замерить, что же мне удалось получить от Чака Морриса и Земляного дракона. Как и ожидалось, прибавка оказалась значительной, и кристалл показал девяносто две с лишним тысячи единиц духа, что по моим меркам лишь немного не хватило, чтобы достичь орихалкового ранга по старой системе. Тут и встал вопрос, добить камни Ланчера самому или поступить по совести. Однако, я в действительности не видел, зачем моему братцу нужно поднимать духовную силу. Гипотетически, он тоже мог стать довольно сильным боевым мастером, но если взглянуть на всё трезво, развиваться имело смысл только мне. Я не просто житель этого мира, а избранник Демиурга с претензией на достижение статуса победителя этого непонятного турнира.
        Решив, что Ланчер хоть и честно заслужил право получить свою долю духовных камней, мне она всё же нужнее, я закрылся в своей комнате еще на три недели, почти безвылазно, занимаясь поглощением оставшихся восьмидесяти духовных камней третьего уровня. Спускался из спальни лишь на завтрак, обед и ужин, да по естественным бытовым нуждам и результат упорных культиваций не заставил себя ждать. Я достиг желанного уровня в сто тысяч духовной силы, что сопровождалось выходом в особое состояние сознания.
        Я кратковременно взлетел своим сознанием над миром, в котором оказался и в быстром темпе облетел, обозрел его целиком. Континент, на котором располагалось пять Флавий, был не очень большим, скорее очень крупный остров, но по соседству, отделенные морем располагались ещё четыре подобных континента соизмеримых размеров. Везде я увидел сходную картину. Внутри защитных печатей шестигранной формы обитали человеческие страны, возделывающие землю. Почти все земли в каждой стране отданы под пахоту. Леса внутри границ нигде не сохранилось. Везде за ним нужно было отправляться за барьер.
        Моё видение показало, что на фоне континентов, сами страны выглядят крохотными очищенными от леса равнинами. Везде однотипные шестигранные укрепления в центре страны, словно все города были созданы по одному проекту сразу богами, а люди их лишь заселили. В целом осталось странное, гнетущее чувство серости и убогости. Хвалёный мир Лестницы Совершенства, больше напоминал угрюмое, феодальное средневековье с примитивным земледелием, охотой и таким же уровнем всех производственных технологий. Если обитатели этого мира и достигали расцвета цивилизации, то он давно миновал и сейчас пребывал в общем упадке. Хотя, если учесть какие жуткие вторжения произошли прямо на моих глазах, причем трижды за три месяца, неудивительно, что столь часто подвергающийся атакам мир людей столь печален.
        Я ощутил чувство раздражения и презрения к Демиургам, общими усилиями смастеривших столь жалкое место. Если им казалось, что взращивание избранников в столь враждебных и тяжелых условиях даст претендентам что-то необыкновенное, то они просто не понимают, как устроена человеческая суть. Все хотят мира и спокойствия. Отсутствие мирных способов саморазвития порождают дурацкую конкуренцию за ресурс, которым в данном случае являются камни душ. Я обошел эту конкуренцию, а за счет удачи ещё и извлек из вторжения пользу, но дальше тупик. Других представителей богов, не считая Ками в моей стране больше нет. Мне придется оставить дом и страну в поисках претендентов в других. У меня нет выбора. Мне придется действовать таким образом, так как дальнейший выигрыш в турнире зависит от выявления конкурентов, но есть шанс, что многие из них будут скрываться, из-за чего выявление противников окажется крайне сложным. Плюс в глазах законной власти соседних стран убийство их граждан - преступление. Это вдвойне усложняло мою миссию. Тем не менее, завершив поглощение всех добытых ранее камней, я решился отправиться в
путь.
        Рамп Кансай успешно руководил сбором урожая. Он делал это уже не первый год, поэтому проблем у него с управлением не возникло. Для Весты и Ланчера из столицы был приглашён учитель чтения и письменности. Я посмотрел, что на полученные от меня деньги семья отлично вернулась в привычные им рамки существования и со спокойным сердцем отправился в путь. К столице пришлось идти пешком, а там я надеялся найти торговый караван отправляющийся в Восточную Флавию и присоединиться к нему.
        В это время урожай пшеницы собирали во всех провинциях страны. Часть этого урожая шла на продажу к северо-западным, северным и северо-восточным соседям. После двухдневных поисков, мне удалось найти попутчиков в Восточную Флавию. Я даже выступил не просто попутчиком, я представился, как боевой мастер, поэтому выступил в качестве охранника. Меня не сильно волновали десять золотых, что мне обещали заплатить по прибытии в Восточную Флавию, больше интересовали спутники в дороге, которую я преодолевал впервые.
        В качестве охраны к торговому каравану из десяти повозок были наняты также двенадцать наёмников из гильдии, поэтому я не сильно переживал, если кто-то нападет. Но каково же было моё удивление, когда нападение бандитов случилось, едва мы отъехали от города и скрылись от дозорных на стенах на тенистой лесной дороге.
        Я поразился самой ситуации. Караван окружило три десятка головорезов в масках, требуя сдать оружие и товар без боя. Капитан охраны, наблюдая, что его люди в тотальном меньшинстве уже был готов опустить свое оружие, сдаваясь на милость головорезов, но меня подобная ситуация никак не устраивала и я использовал свою «Ауру ужаса».
        На моих глазах абсолютно все люди в округе лишились сил держаться на ногах и в ужасе рухнули на землю, пытаясь совладать со сковывающим их тело ужасом. Я впервые применил «ауру» вообще, тем более в толпе и увидел, что это огромная темно-черная печать, атакующая по площади. По огромной площади! Те же сто пятьдесят метров, что и у Земляного дракона покрыли от меня всё окружающее пространство. Даже у лошадей в караване ноги подкосились и они завалились набок, в панике лягаясь копытами.
        Это было поразительное зрелище. Первое же испытание способности меня самого повергло в немалый шок. Я оказался единственным, кто продолжал оставаться на ногах, не придавленным к земле собственным паническим страхом. Разумеется, я поспешил воспользоваться своим особым положением, чтобы разобраться с головорезами. В итоге, вместе с прятавшимися за деревьями - сорок шесть трупов. Не стал с ними церемониться, и просто перерезал всем глотки, используя отобранное у них же оружие. Через несколько минут действие «ауры ужаса» прекратилось и хозяева каравана, как и отряд наёмников с ужасом смотрели на молодого парня, в одиночку вырезавшего крупный отряд бандитов. Конечно, убивать тех, кто не оказывает никакого сопротивления, было легко, но действовать быстро и хладнокровно, когда есть понимание, что способность не будет действовать бесконечно, тоже потребовала от меня немалых душевных усилий.
        Пораженный и впечатленный хозяин каравана пообещал мне огромную премию, как только они распродадут товары в Восточной Флавии, а со стороны наёмников я получил лишь испуганные и недоверчивые взгляды. Никто не понял, что «ауру» вызвал я, но все были поражены, что на меня сковавший всех ужас не подействовал. Оно и понятно, ведь я и был его генератором. Одновременно я понял, что никто кроме меня не видит визуальное отображение черной печати в окружающем пространстве во время активации способности. Духовное зрение доступно только мне, поэтому другие даже не поняли, что произошло.
        Такое происшествие произошло в первый же день пути в Восточную Флавию. Я надеялся, хоть ночь и остаток дороги будут спокойней. Однако, мои приключения только начинались. Оказалось, что лихие бандиты, далеко не самое страшное, что может нам встретиться в пути.
        Часть 29 Осознание своей истинной силы
        Перед тем как отправиться в соседнюю страну, я реализовал свою давнюю задумку. Использовал чешую и неимоверно твердые кости ребер неведомого змея из мешка Рована Кансая в качестве дополнительной защитной экипировки. Чтобы применить чешую, которую не продырявить обычным металлическим инструментом, я просто подшил её куском плотной материи к внутренней стороне своего тёплого, походного, кожаного плаща.
        Логичней было бы сделать кармашки с чешуей и костями с наружной стороны плаща, но я предпочел расположить их на внутренней поверхности, чтобы сделать свою защиту менее заметной и очевидной. Продолговатые пластинки ребер пошли на плечи, спину и наручи, но, к сожалению, содержимого мешка хватило, чтобы создать крепкий защитный доспех, прикрывающий лишь голову, руки и корпус слегка ниже пояса. Ягодицы и верхняя часть бедер также были прикрыты, но защищать область ниже пришлось вставками из брусков стали. В целом плащ вышел довольно тяжёлым, но добавлял мне некоторой уверенности, если нападет несколько крупных хищников наподобие Львов-оборотней.
        Они атаковали мощными лапами с длинными когтями, а после вцеплялись в жертву зубастой пастью. Чешуя уже показала себя во время атаки Крикуна-падальщика и создавала чувство защищенности, если подобные атаки хищников повторятся. Однако, достоинства своего плаща первыми мне позволили ощутить совсем не монстры, а сопровождавшие караван наёмники.
        Мне сразу показалось странным, что караван уже поджидали на лесной дороге. В голове промелькнула мысль, что среди наёмников есть один или несколько предателей, как-то связанных с бандитами, но оказалось, что им являлся сам глава охраны и пара его ближайших помощников.
        Шокированные, что задуманное ограбление с треском провалилось, эти люди сначала притаились и, не выдавая себя, продолжили путь дальше, но на первом обеденном привале, очень странно посматривали на меня, перешёптываясь. Тогда-то я и заподозрил, что высокий, крепкий мужчина и парочка его товарищей что-то задумали.
        Намеренно провоцируя их раскрыться, пока не стемнело и мне самому не стало сложно ориентироваться в пространстве, я демонстративно отошел от каравана в лес, якобы справить естественные потребности. Об этом я довольно громко сообщил хозяину каравана, предупреждая, чтобы они не выдвинулись дальше без меня.
        Удаляясь вглубь леса в одиночку, я спиной чувствовал, что от наёмников отделилось несколько человек и сразу же последовали за мной. Наверное, мужчины рассчитывали подловить меня с голым задом в самый неудобный момент, но скрывшись за первым рядом деревьев, я существенно ускорился и заложил немного влево, чтобы оказаться в итоге за спинами своих же преследователей.
        Всё произошло примерно так, как я и планировал. Наёмники крались за мной по пятам, но углубившись в лес на пару сотен метров, поняли, что потеряли меня из виду. Я к этому времени находился уже сбоку и, спрятавшись за стволом дерева, видел, как они прошли дальше, заранее обнажив своё оружие. Этого доказательства намерений наёмников-преследователей мне хватило, чтобы использовать «ауру ужаса» ещё раз и приблизиться к корчащимся на земле мужчинам с конкретной целью.
        Глава наёмников даже нашел в себе силы взмолиться о пощаде, но понимая о преступной связи этой части группы людей с бандитами, я поступил с ними так же. Пришлось прирезать всех четверых, воспользовавшись их ослабленным состоянием, но проблемы с наёмниками на этом не закончились. Я собрал с убитых оружие и мешки с деньгами, а вернувшись к каравану, подвергся агрессивным нападкам тех членов охраны, что активно в моём преследовании участия не принимали.
        Оказалось, что в гильдии наёмников Южной Флавии все друг друга хорошо знают. Лидер собирал отряд исходя из своих личных симпатий и старых товарищеских связей. Его убийство было воспринято другими наёмниками, как попытка истребить всю охрану каравана и неважно, что их лидер с дружками попытались меня убить. Меня просто никто не захотел слушать. Оставшиеся восемь человек охраны также накинулись на меня. Причем, совершенно неожиданно! Первый рубящий удар мечом я получил по спине, от одного из здоровяков, к которому имел неосторожность на мгновение повернуться спиной.
        Тяжелый удар меча по спине столкнулся с подшитыми к плащу ребрами и хоть и стал болезненной и неприятной неожиданностью, не ранил и не оглушил меня достаточно, чтобы лишить чувств. Я сразу повторно активировал «ауру ужаса», чем заставил всех обнаживших оружие очень пожалеть. Мой первый опыт взаимодействия с наёмниками убедил меня, что это нехорошие, гнилые и подлые до корней волос люди. Они взялись сопровождать торговый караван, но лишь для того, чтобы отжать его у ничего не подозревавшего владельца.
        Хитрецы обставили всё так, что просто сливали караван с товарами бандитам, явно находясь с ними в доле. Они, может быть, даже и не стали бы убивать торговцев, просто связав и бросив их на дороге. Причем саму охрану для виду бандиты могли взять в плен, чтобы торговцы не имели претензий к гильдии, но в эти подлые планы неожиданно затесался странный чужак, который не только вырезал союзную бандитскую шайку, но и разоблачил их подельников в гильдии.
        Конечно, хозяин каравана и его трое сыновей были в шоке, когда я перебил остатки наёмников и сообщил о попытке убийства, которую осуществил лидер наёмников с подельниками и о своих догадках об их связи с напавшими ранее бандитами. Раздосадованный, пожилой мужчина даже захотел срочно вернуться назад в Южную Флавию с целью обратиться к Фёрсту Валхаиму и его гвардии с просьбой разобраться с гильдией наёмников.
        Он желал уличить гильдию в связях с бандитами, но я убедил мужчину сделать это уже после посещения соседней страны. Мужчина опасался, что без полноценной, многочисленной охраны, он с сыновьями станет беззащитен при нападении хищников, но я постарался его убедить, что как у героя Южной Флавии, официально признанного правителем, у меня хватит силенок разобраться с монстрами и в одиночку. Мои слова для мужчины не были пустым звуком. Хватало того, что я в одиночку вырезал, как большой отряд бандитов, так и всю дискредитировавшую себя охрану. Мужчина впервые видел кого-то настолько сильного и бесстрашного.
        - Я остановил вторжение монстров на целую страну. Неужели вы думаете, я не справлюсь с парой хищников в дороге? - сказал я, убеждая напуганного торговца продолжить путь.
        Мне очень не хотелось возвращаться назад в покинутую страну, а тем более опять назад к столице, когда я уже нацелился на посещение соседней страны, но обстоятельства складывались из рук вон плохо. Сначала бандиты, а затем скрывавшие свою личину наёмники чуть не сорвали все мои планы. Обсудив ситуацию с сыновьями, торговец всё же решился довериться мне, признавая, что я один сильнее всей бывшей охраны вместе взятой, и если нападение монстров в дороге всё же произойдет, я смогу защитить владельца каравана и его сыновей.
        Доказывать свои способности и силу пришлось уже на первом ночном привале. По местным правилам безопасности на ночь все повозки выстраивали в круговую защитную формацию, где сами люди и лошади располагались в центре у костра. Обычно ночью дежурила меняющаяся несколько раз стража. Люди располагались на верхушках груженых повозок, и в случае опасности поднимали общую тревогу в лагере.
        Мне же пришлось всю ночь дежурить одному и одному вступить в бой, когда на запах жаренного мяса на костре к нему пожаловала стая волков. Я тут же врубил свою сильнейшую способность, и оказалось, что на обычных диких хищников она просто не действует! «Аура ужаса» идеально действовала на людей, но не обладающие духовным чутьем хищники почему-то восприняли её совсем по-другому. Они наоборот более остервенело кружили вокруг лагеря и активней пытались пролезть под днищем повозок внутрь. Желая обезопасить людей, я приказал им лезть на повозки, а сам остался защищать испуганных лошадей.
        Вначале я отбивался полученным от наёмников длинным копьем, тыкая в морды хищникам, но незнание, как применить к оружию духовную силу делало эти атаки не особо эффективными. Пришлось отложить копье в сторону и при следующей попытке прорваться хищника внутрь, приложить к морде обычный удар кулаком. Тут вся мощь моей духовной силы и проявилась в полной красе. Тело крупного хищника вылетело из-под повозки наружу с разрушенной до основания головой. Голову волка просто разорвало в кровавые брызги от обычного удара. Атака духовной силой на моём ранге подобна прямому попаданию в голову из гранатомета.
        Обнаружив мертвое тело собрата, кружившие вокруг лагеря хищники обезумели ещё сильнее. Я решил закрепить успех и, перепрыгнув через высокий борт повозки во внешнее кольцо, устроил хищникам кровавую баню. Ускорение движений тела, также обеспечивавшееся интуитивным использованием духовной силы очень помогло уклониться от нескольких одновременных атак хищников. Я тоже отвечал, нанося им удары в тело с боку или атаковал прямо в лоб.
        Всего через полминуты всё было кончено. Я сразил шестерых голодных, крупных хищников, не позволив им добраться до людей и лошадей каравана. Неприятным открытием стало отсутствие ожидаемого воздействия «ауры ужаса» на простых хищников. Они не пали ниц, а наоборот стали ещё более агрессивными и подвижными, что открыло мне понимание, что везде и всюду на эту способность рассчитывать не стоит.
        Хозяин каравана высоко оценил мои ночные подвиги. Туши волков освежевали, содрав с них шкуры. Зачем добру пропадать? Если их удастся продать, то и с них мужчина пообещал мне выплатить пятидесятипроцентную долю. Весь следующий день в пути я мирно отсыпался, готовясь к новому ночному дежурству. Оказывается, путь в Восточную Флавию не близок и занимает до десяти дней. Я ожидал что-то подобное, но никак не думал, что в дороге окажется так неспокойно.
        Нападения хищников, в основном крупных, серых волков, повторялось из ночи в ночь. Уж не знаю, что случилось. Сам торговец говорил, что сталкивается с подобным впервые, но мне пришлось многократно вступать в бой, рискуя своей жизнью. Правда, с каждым разом я делал это всё уверенней и смелей. Сказывался опыт прошлых стычек. Я всё лучше понимал, что мне ожидать от противника и действовал соответствующе. Если волков было мало - нападал на них сам, если больше десяти, отбивался из укрытия, пока их численность не сократится и можно будет самому напасть, не рискуя быть окруженным и растерзанным.
        Так или иначе, за девять ночёвок, я отразил семь нападений, лишь пару из которых оказались нападением совсем небольших стай. Дикие звери реагировали на появление на их территории людей и лошадей крайне агрессивно, но и я после этих атак в накладе не остался, на правах трофеев извлекая из их голов низкоуровневые духовные камни. Самому мне камни второго уровня не были уже нужны, но как товар на продажу, вполне себе неплохой товар. В конце концов, для долгого путешествия, которое я собирался осуществить, деньги лишними мне точно не будут.
        Последний день в дороге я решил провести в бодром состоянии. Вечером уже предполагалось достичь границ соседней страны и заночевать в удобной таверне уже за защитным барьером. Восточную Флавию окружала сплошная, высокая каменная стена, что давала не только психологическую, но и реальную, физическую защиту. Из-за постоянного дневного отдыха я сорвал свои планы по изучению местности, чтобы отыскать приметы тайников из таинственных карт Рована Кансая, поэтому в последний день желал максимально много увидеть и узнать. Однако, лесная дорога между двумя странами не отличалась особым разнообразием.
        Над ней с двух сторон нависла стена такого высокого, густого леса, что иногда просвета небосвода многие часы не было видно. Дичь, полутемень и глушь, где кроме леса ничего другого по сторонам и не видно. Это слегка разочаровывало. Не так я представлял себе дорогу в воображении. Из сплошного массива леса дорога вышла лишь при непосредственном приближении к соседней стране. Здесь лесорубы постарались и вырубили около километра от границ барьера, но просматривающаяся равнина на этом, последнем участке дороги тоже демонстрировала лишь бесконечно тянущиеся на горизонте каменные стены и непроглядные леса, окружающие соседнюю страну сплошным, плотным кольцом.
        Когда наш торговый караван, наконец, достиг стен соседней страны, я увидел беспокойство дозорных на её стенах. Нам быстро, даже немного заранее открыли ворота, а когда мы проехали, так же в спешке закрыли их. Караван остановили на досмотр, и капитан охраны ворот накинулся на хозяина каравана с подробными и навязчивыми расспросами. Его интересовало всё. Как давно мы в пути, сколько и каких монстров видели и сразили. Он поражался тому, что у каравана по его мнению вообще нет отряда стражи.
        Как оказалось, нам чудом удалось избежать нападения Крикунов-падальщиков. Они терроризируют местных дозорных уже не одну неделю. Те слышат их смешки и издевательские призывы о помощи каждую ночь. Подобная проблема царит в окрестностях всех провинций страны. Монстры ежедневно треплют нервы страже, особенно активно ночью, но случаев, когда эти твари перебирались за стену, пока не зафиксировано, хотя все знают, как они легко взбегают по стенам, если зададутся такой целью.
        Крикуны-падальщики держат страну в заложниках последние две недели и хоть и не нападают сами, не дают кому-либо выйти за её границы, поэтому прибытие целого каравана из Южной Флавии - событие для дозорных экстраординарное. Капитан допытывался, как нам удалось избежать нападения монстров, и постоянно удивлялся немногочисленности сопровождавшей караван охраны.
        Хозяин рассказал, что в пути мы столкнулись с несколько другими проблемами. Караван сначала подвергся нападению крупного отряда бандитов, а также был выявлен заговор коварных наёмников. После были многочисленные ночные нападения волков, но вот Крикунов-падальщиков мы действительно не встречали, даже на последнем этапе пути, когда ехали по окрестностям, непосредственно прилегающим к Восточной Флавии.
        В свою очередь капитан стражи, измученный ночной бессонницей мужчина с черными мешками под глазами сказал, что нам очень повезло. Опасные монстры постоянно курсируют вдоль стен Восточной Флавии, и мы просто удачно проскользнули во временно образовавшееся окно, когда они массово отошли на север.
        Тем не менее, несмотря на тревожные новости, на ночь мы остановились в гостинице всего в сотне метров от юго-западных въездных ворот. Смеркалось, и хозяин каравана не желал ехать к столице в темноте. Высокие, каменные стены и целый отряд дозорных внушали мужчине ощущение относительной безопасности. Плюс внутренний двор гостиницы также защищали пусть и деревянные, но довольно высокие и крепкие ворота и забор. Мне и самому это место понравилось, но события разыгравшиеся ночью заставили думать, что лучше бы мы продолжили двигаться к столице впотьмах.
        Несколько недель лишь пугавшие дозорных издалека Крикуны, неожиданно сбились в довольно крупную стаю, которая решила иди на прорыв через стены именно этой ночью. Я о начале вторжения узнал не от собственного духовного чутья, которое после давнего исчезновения так и не появилось, а из душераздирающих воплей хозяина гостиницы, быстро поднявших меня с постели, когда парочка переметнувшихся через стены Крикунов-падальщиков объявилась прямо у ворот его гостиницы.
        Часть 30 Слава героя
        Паника, тотальная паника - этим словом можно было описать состояние, в котором пребывал небольшой гарнизон юго-западных ворот Восточной Флавии. Обнаружив активное вторжение Крикунов-падальщиков, люди тут же попрятались в ближайшие дозорные башни и оттуда подали звуковой сигнал тревоги.
        В обязанности пограничных дозорных входило предупреждение столичного гарнизона, но капитан стражи не отдал приказ скакать в столицу, так как понимал, что Крикуны настигнут лошадь гонца и шансы на успех невелики. Капитан с ужасом наблюдал из бойницы башни, как один за другим быстрые монстры взбегают по укреплениям и спархивают за стены. Вторжение принимало всё более угрожающие масштабы. Собравшихся у наружных стен монстров было около трех десятков, и уже большая их часть преодолела преграду.
        Вторжение грозило стать настоящей трагедией для обычных жителей Южной провинции. Неделями наблюдавшие за монстрами дозорные в решающий момент не смогли предупредить обычных граждан и крестьян о необходимости отступить к укреплениям столицы.
        Капитан стражи затаил дыхание, опасаясь привлечь монстров к башне, где он скрылся со своим небольшим отрядом, но по круговым бойницам мог видеть, куда направились перебравшиеся через стену монстры, и их первой целью стала придорожная гостиница, куда вчера вечером направился караван из соседней страны. Похоже, удача торговцев на этом и закончилась.
        Однако, в свете бледного ночного светила перед мужчиной разыгралась удивительная картина. Переметнувшийся через забор крикун вскоре растерзанным куском мяса вылетел наружу. На забор вскочила фигура в плаще и применила странную технику, от которой даже ноги капитана подкосились и всё, что он мог делать, это трястись от страха. Ужас был столь велик, что мужчина расплакался, как ребенок. Лишь спустя несколько минут состояние неимоверной подавленности и слабости исчезло, как и не бывало.
        С трудом поднявшись на ноги, мужчина заново припал к бойнице и увидел раскиданные у ворот гостиницы тела Крикунов. Незнакомец, которого капитан опознал, как единственного охранника торгового каравана со скучающим видом ходил среди них, отрезая головы и складывая их в заплечный мешок.
        Какие-то несколько минут и огромная угроза, вторжение терроризировавших дозорных высокоуровневых монстров прекратилось, захлебнулось и разбилось, как волна об камень, столкнувшись с этим необычным парнем, которому опытный капитан стражи не дал бы и пятнадцати.
        Опять припав к бойнице у внешней стены башни, мужчина отметил, что несколько ещё не перебравшихся через стену Крикунов-падальщиков, попав в поразившую недавно мужчину бездну отчаяния немедленно отступили от стен и скрылись в лесу. Вторжение прекратилось и мужчина поспешил вниз по лестнице, чтобы лично встретиться с человеком в плаще. Он не только спас людей южной провинции от атаки опасных монстров, но и спас жизнь самому капитану, не выполнившему свои обязанности и вовремя не предупредившего людей и правителя о начавшемся вторжении.
        Сбежав с верхних этажей башни, капитан стражи устремился к собирающей трофеи фигуре и ещё издалека обратился к незнакомцу, желая сгладить углы в общении.
        - Герой, прошу, назови своё имя! - выкрикнул мужчина.
        - А кто спрашивает, - отозвался парень, когда капитан стражи приблизился достаточно близко, чтобы расслышать обычную речь.
        - Я капитан стражи юго-западных ворот, Виталис Грей. Моя миссия предупреждать правителя и столичный гарнизон и по возможности граждан провинции при подобных вторжениях.
        - Ясно, значит, это вы просигналили с башни. Спасибо за предупреждение, хотя как по мне, оно было слегка запоздалым.
        - Все верно, герой. Вторжение стало полной неожиданностью для всех, но ты так и не назвал своего имени. Кому мы обязаны чудесным спасением?
        - Меня зовут Марк Кансай, я прямой потомок легендарного Рована Кансая, героя Южной Флавии.
        - Марк Кансай! Я навсегда запомню это имя. Чем я могу быть полезен герою Южной Флавии.
        - Спокойно, спокойно, я сражался не ради вас. Крикуны-падальщики угрожали лошадям моего торгового каравана вот и пришлось их уничтожить. Вы лучше скажите, ждать ли нам ещё гостей или это всё?
        - Пока всё. Было ещё несколько, но они сбежали, когда вы атаковали. Это же вы атаковали неведомой силой страха?
        - Не знаю, о чём вы говорите, - парировал парень, продолжая обезглавливать тела перебитых им монстров.
        - Ну, как же. И я, и все мои товарищи в башне лишились сил и способности к какой-либо самозащите, когда вы вступили в бой с монстрами.
        - Я не имею к этому никакого отношения, - продолжал отрицать странное событие гость из Южной Флавии.
        - Сам я ничего такого не почувствовал, но возможно, Крикуны вызвали у вас это состояние, - предположил он.
        - Возможно, - неуверенно согласился капитан стражи и предложил помощь в сборе трофеев.
        - Не стоит, это мне и самому по силам, - отверг помощь Марк Кансай, и капитану Виталису ничего не оставалось, как оставить его в покое и направиться назад на пост, охранять который входило в его прямые обязанности.
        Вернувшись, мужчина всё же составил подробное послание для столичной стражи, в котором описал ситуацию с вторжением и с чудесным стражем торгового каравана, потомком героя Южной Флавии Марком Кансай и выслал посыльного прямо среди ночи в столицу. Ситуация была настолько необычной, что Виталис Грей просто не мог не доложить о ней. Так слава уничтожителя монстров достигла столицы еще до того, как я и торговый караван прибыли к следующему вечеру к её стенам.
        Нас уже встречали, как героев, а озвученное прямо у ворот приглашение капитана столичной стражи во дворец местного правителя Ганса Люпена стало для меня неожиданным и приятным сюрпризом. У меня было множество вопросов к Фёрсту Восточной Флавии и сходу появившаяся возможность посетить дворец, казалась прекрасной возможностью выяснить интересовавшие меня вопросы.

* * *
        Перед визитом во дворец я знал о правителе Восточной Флавии и его семье всего два факта. Во-первых, Восточная Флавия очень богатая страна. Мудрые действия прошлых представителей правящей династии поставили во главу своей политики защиту населения, что вылилось в строительство массивной стены и активной помощи населению в случае засухи и при прочих природных катаклизмах.
        Во-вторых, у нынешнего Фёрста Ганса Люпена нет законного наследника. Он смог произвести на свет пятерых дочек, старшей из которых уже стукнуло шестнадцать. Её звали Наваррой Люпен и считали писаной красавицей. В Южной Флавии я слышал слухи, что готовился брачный союз между наследником клана Юрд Баленом и этой девицей, но договоренность после разрушения столицы Валхаима нарушилась и супругой Балена Юрда теперь должна была стать Ками Лот.
        У меня были догадки, почему Фёрст Валхаим отказался от идеи приглашать в свой разрушенный город принцессу соседней страны и сделал выбор в пользу богатого торгового клана из собственной. Валхаим явно уступал соседу после всех трагических событий и массовой гибели людей во время вторжения, поэтому не желал показывать своё тяжелое положение соседям.
        Мне же было забавно глянуть на пять принцесс Ганса Люпена, которых у меня был реальный шанс увидеть на вечернем приеме. Специально к приему я купил более нарядную и качественную одежду, новую обувь, но от своего защитного плаща не отказался. Лучше я не произведу приятного впечатления на правителя и девиц, но буду уверен, что меня не изрубят мечами и не заколют копьями представители стражи, если я каким-то образом оскорблю правителя или его ближайшее окружение.
        К положенному часу я явился на площадь перед дворцом и отметил идентичную архитектуру соседней столицы. Таких же размеров центральная площадь, та же по форме и высоте, огромная центральная дозорная башня. Даже расстояние от неё к ближайшим городским стенам было таким же, как в Южной Флавии. Всё один в один, что наталкивало на мысль, что дворец и большинство построек города существовало в городе изначально. Сами люди ничего монументального, включая стены тут не строили, а просто заняли, заселив сам город и пригороды. Даже ряды усадьб в пригороде мне показались очень знакомыми. Планировка, что внутри, что снаружи шестиугольного города создавалась Демиургами.
        Осознание этого оставило в душе неприятный осадок. Люди, как безвольные паразиты, расселились по отведенным им резервациям и живут так тысячелетия без существенных изменений. Никакого прогресса. А зачем? Люди не изобрели более совершенных форм вооружений, чтобы противостоять демоническим вторжениям, и вообще, мало что сделали для своего будущего благополучия. Откуда такая ограниченность? Неужели следование традициям, слепое следование системе, в которой духовная сила берется из монстров, заводит людей в интеллектуальный тупик? Люди столетиями не развивались. Всё оставалось примитивным, словно стоял какой-то внутренний запрет на прогресс, на изобретательскую деятельность.
        Встретившись у центральных дворцовых ворот с главой смены, я предъявил свиток с приглашением и представившись, как Марк Кансай, прошел внутрь. Глава стражи повел меня через весь внутренний двор к главному и самому большому и высокому зданию в дворцовой зоне.
        Так как я уже встречался с Фёрстом Валхаимом в его тронном зале и внутреннем дворе, а дворцы были созданы Демиургами, как под копирку, я знал, что меня ведут в тронный зал. Здесь оказалось на удивление людно. Восточная Флавия сама по себе была более многолюдной страной, но я никак не ожидал, что на приёме, что был организован в честь меня, окажется столько людей. Более того, это не был просто скромный прием с присутствием стражи, советников и минимума слуг.
        К моему приходу организовали настоящий праздничный ужин, на который созвали не только всю семью правителя, но и других знатных особ столицы и страны в целом.
        - Приветствую, Вашу Милость, мудрого и щедрого правителя Восточной Флавии Ганса Люпена! - с порога поклонившись, громко объявил я.
        - Рад, что вы посетили мой дворец, таинственный герой, Марк Кансай. Этот ужин был приготовлен в вашу честь, поэтому не стесняйтесь занимайте место среди моих прекрасных дочерей, - ответил худощавый мужчина средних лет на троне и рукой пригласил меня занять место за столом справа от него.
        Там уже сидело пять принцесс возрастом от шестнадцати до двенадцати лет. Они скромно восседали за столом не прикасаясь к еде и просто при моем появлении опустили глаза в стол, поддерживая имидж красавиц-скромниц.
        - Вы столь молоды, что я даже не знаю, уместно вам предлагать выпить вместе со мной? - пошутил правитель, чем вызвал смешки и улыбки на лицах приглашенных гостей.
        - Пусть вас не смущает мой столь юный возраст, Ваша Милость. В душе я уже зрелый мужчина, но от распития крепких напитков откажусь, чтобы не прервать раньше времени нашу интересную беседу.
        - Дорогой гость, вы действительно рассуждаете, как зрелый муж. Хотелось бы узнать, вы действительно прямой потомок легендарного героя Рована Кансая, о котором каждый наслышан во всех пяти странах.
        - Да, Ваша Милость, я его прямой потомок и благодаря его щедрым дарам обрел уже немалую личную духовную силу.
        - Не сочтите за грубость, герой. Я получил подробный доклад, в котором говорилось, что вы в одиночку расправились с целой армией опасных монстров, но прямо сейчас ваша сила совершенно не ощущается. Очень трудно поверить в данные доклада, когда я вижу вас перед собой. Словно он был составлен о совсем другом человеке.
        - Это потому, что я не хочу оказывать на вас, Ваша Милость, и ваших уважаемых гостей ненужное и неприятное давление. Вы действительно хотите почувствовать, какова моя духовная сила?
        - Всегда хочется ясности и понимания намерений, прибывших в нашу страну гостей, - изменив тон с дружелюбного на озадаченный, заявил Фёрст Ганс.
        - Чего вы от меня хотите? Хотите подтверждения моих слов на показывающем кристалле или поединка с вашим сильнейшим телохранителем?
        - Ну, зачем же устраивать ненужные схватки, стравливать в бою двух уважаемых людей. Демонстрации вашей духовной силы на показывающем кристалле будет вполне достаточно, - уже раззадоренный парой бокалов вина объявил Ганс.
        - С вашего позволения, я не буду красоваться перед уважаемыми семьями один. Могли бы и ваши уважаемые воины блеснуть своей личной силой? - испытав неловкость, что меня выставляют, как какую-то диковинную зверушку напоказ, попросил я.
        - А почему бы и нет! - согласился мужчина на троне, - я люблю состязания. Чтобы вам не было неуютно демонстрировать силу в одиночку, давайте посмотрим каких вершин достигли и мои сильнейшие гвардейцы.
        Правитель раздал распоряжения и вскоре в тронном зале появился накрытый скатертью стол с большим показывающим кристаллом и из казарм дворца прибыли полтора десятка зрелых, нет, даже скорее пожилых мужчин, которых я смог по золотым аурам сразу опознать, как боевых мастеров слабого и среднего уровня.
        «Блин, почему они так слабы?» - удивленно подумал я. Гвардейцы при дворе Ганса Люпена были куда слабее тех, что служили Валхаиму. После пары бокалов, которыми правитель подогрел себе настроение началось шоу с демонстрацией силы.
        Один за другим мужчины выходили к кристаллу и отмечавший результат слуга, вообще на первых ступенях серебра, громко объявлял гостям и правителю результат.
        - Уважаемый мастер Дерек Брон - двадцать две тысячи единиц духовной силы!
        - Уважаемый мастер Итан Хилл - двадцать три с половиной тысячи единиц духовной силы!
        - Уважаемый мастер… двадцать пять тысяч…
        - Уважаемый мастер… двадцать семь тысяч…
        Большая часть мужчин отметилась у кристалла, и отошла под стены тронного зала, под восхищенные крики и аплодисменты зрителей. Я подметил, что все они прекрасно знают свой уровень силы и специально демонстрируют её по возрастающей, для нагнетания интереса. И всё же, для меня все эти боевые мастера слабее середины золотого ранга были откровенными слабаками.
        - Впечатлены? - гордо выпятив грудь, спросил у меня правитель, - а это еще не всё! Карим! Азрот!
        Топтавшиеся у кристалла мужчины уступили место двум седовласым старцам и те порвали зал, показав сорок пять и пятьдесят тысяч духовной силы соответственно. Я видел ауру этих мужчин, до поры стоявших в тени за троном правителя и не был удивлен ни секунды. Но у Фёрста Валхаима таких боевых мастеров был целый десяток, так что демонстрация силы личных телохранителей Ганса Люпена меня не особо впечатлила.
        - Ну что же, молодой герой, вы готовы показать нам и свою силу? - ухмыльнувшись, спросил мужчина на троне.
        - Разумеется, - поднявшись с места и направившись к столу с кристаллом, сказал я.
        При последних замерах я продемонстрировал немногим больше ста тысяч. Сто пять или сто пять с половиной, но это в спокойном состоянии. Зная, что при эмоциональном включении, я даже способен выдать больше, я решил немного выпендриться. Подумал о Ками Лот, о том, что она выходит замуж и влюбленное сердце Марка пустилось вскач, ударив в голову горячей волной.
        Я приложил в этом возбужденном состоянии ладонь к кристаллу и направил в него усиленный поток духовной энергии. Но то, что произошло я и сам не ожидал. Кристалл прошило насквозь фиолетовой молнией и он разлетелся на осколки, оставив после себя пустое место.
        - Что произошло? - вскочив с места спросил Фёрст Ганс.
        - Не знаю, Ваша Милость, - извиняющимся тоном пролепетал слуга у кристалла.
        - Сколько показал кристалл? - потребовал ответа мигом протрезвевший мужчина.
        - Боюсь, на нём даже не было отметок в той зоне, что показал наш гость, - испуганно поглядывая то на меня, то на своего господина, ответил слуга.
        - Что это значит, ты можешь говорить яснее? - раздраженно спросил правитель.
        - Это значит, Ваша Милость, что на нашем кристалле нет возможности измерять силу господина Марка. Предельными значениями для кристалла была отметка на уровне ста тысяч, но его сила куда больше, поэтому даже сам кристалл не выдержал потока его духовных сил.
        Правитель обессиленно рухнул в своё кресло, а гости в тронном зале притихли, не понимая, как реагировать на слова слуги и реакцию правителя.
        - Всё верно. Ваш слуга не ошибся, - подтвердил я, - моя сила уже давно превысила сотню тысяч единиц, но я далеко не самый сильный в Южной Флавии. У Фёрста Валхаима в гвардии десятки людей моего уровня силы и намного сильнее, поэтому, не в обиду, ваши боевые мастера показались мне несколько слабоватыми.
        - Вы очень удивили меня, уважаемый Марк Кансай. Теперь отчетливо вижу, что мои дозорные не ошиблись, и вы в действительности могли в одиночку перебить целую армию монстров. Если честно, я был уверен, что имею достойных охранников, и до сих пор не волновался по этому поводу. Теперь вижу, что это не так. Соседняя страна обладает куда более сильными воинами и они выглядят, как несокрушимые герои на фоне моих посредственных телохранителей.
        - Не стоит принижать вашу охрану, Ваша Милость. Все они достойные боевые мастера всю жизнь посвятившие себя совершенствованию своих боевых навыков. Если позволите, я возьму у них несколько уроков боевого мастерства.
        - Конечно, герой. Я ещё никак не отплатил тебе за отражение вторжения монстров. Боевой опыт моих лучших мастеров будет тебе открыт, лишь попроси.
        - Я также хотел переговорить с вами с глазу на глаз, Ваша Милость. У меня есть вопросы, которые я не хотел бы обсуждать в присутствии многочисленных посторонних.
        - Конечно, Марк, после ужина я готов принять и выслушать вас в более узком кругу, если вам это угодно. Но давайте на время забудем о всех бедах и хлопотах и проведем время за приятной, совместной трапезой. Музыку!
        Правитель попытался разрядить напряженную атмосферу, возникшую после моей демонстрации силы. Особенно напряглись стоявшие за троном телохранители. Когда все они осознали, что намного слабее гостя, я почти физически ощутил их страх. Одновременно поведение окружавших меня принцесс изменилось. Они перестали разыгрывать стеснительную невинность и с интересом смотрели на сильнейшего человека когда-либо посещавшего их страну и дворец. До откровенных разговоров не дошло, одни улыбки и призывные взгляды, но в такой атмосфере мне, выглядевшему даже младше, чем старшая принцесса, ужинать было довольно приятно.
        Одновременно я продумывал, о чем буду беседовать с местным правителем, когда официальный ужин с приглашенными гостями закончится и морально готовился к варианту, если боевые мастера взбунтуются и попытаются меня пленить. К сожалению, такой вариант тоже нельзя было упускать из виду. Страх толкает людей на самые глупые поступки, а то, что меня здесь боятся, я видел невооруженным взглядом.
        Часть 31 Жесткие требования
        И слабым выглядеть в мире Лестницы Совершенства плохо и сильным. Слабого сразу пытаются задавить, подчинить, а перед сильным лебезят, но за спиной строят козни, как его уничтожить, считая угрозой. Вопреки обещаниям, Фёрст Ганс Люпен отказался проводить встречу со мной сразу после официального ужина. Он сослался на то, что слишком много выпил и перенес встречу на утро следующего дня.
        Меня с большинством приглашенных гостей попросили на выход, и я заметил, что по пути моего следования в гостиницу за мной установили слежку. Это очень разочаровывало. Очередной, власть имущий человек предпочел решить проблему с сильным гостем преступным, недостойным мудрого правителя способом. Наверняка, хотят проследить, где я остановился, чтобы атаковать посреди ночи. Однако, Фёрст Ганс оказался еще более самоуверенным.
        Я предчувствовал возможное нападение, поэтому накинул на голову бронированный капюшон. Вскоре воздух с визгом прорезали выпущенные в мою сторону снаряды. Я уже видел, на что способны выпущенные из пращи с зарядом духовной энергии камни. Они сбивают с ног, мне же досталось по затылку и спине и хоть первая атака не расшибла мне голову, как ожидали нападавшие, удары оказались настолько сильны, что разбили мне голову и сбили с ног. Я почувствовал горячую кровь, стекающую за ухо. Не прощу! Нападающие находились в зоне досягаемости моей «ауры ужаса», поэтому прижавшись к земле, под градом новых выстрелов, я первым делом активировал свою сильнейшую боевую способность.
        Жителям окружающего района города пришлось пережить несколько очень неприятных минут, но для кое-кого эти минуты стали последними минутами в жизни. Я устремился к распластавшимся на каменной мостовой нападавшим и с глубочайшим разочарованием отметил, что это даже не какие-то неизвестные убийцы-наемники, а те самые гвардейцы, что я видел в тронном зале. Фёрст Ганс пошел на самые крайние и жестокие меры, послав убить меня своих самых сильнейших слуг. Я знал лишь некоторые их имена. Карим, Азрот, еще парочку сильнейших золотых боевых мастеров, имена которых мне не запомнились - гордость и гроза всей Восточной Флавии и сейчас, так глупо и бездарно они должны были стать моими жертвами, выполняя приказы своего глупого господина.
        Внутри аж всё заныло от горечи и сожаления. Почему Ганс Люпен выбрал именно такой путь? У него была масса возможностей наладить со мной нормальные взаимоотношения. А теперь выбора у меня не осталось. У меня в запасе всего несколько минут, чтобы сокрушить нападавших и выйти из нечестной схватки стопроцентным победителем. Я рванулся к лежащим мужчинам и, направляя всю силу в свои кулаки, нанес им серию смертельных ударов. Избиение лежачих не выглядело достойной схваткой, но это и не была честная дуэль один на один. Их шестеро, а я один, и тут при убийстве старика Азрота в голове прозвучало неожиданное сообщение:
        «Избранник богини Каннон повержен. Вы получаете заслуженную награду в пятьдесят тысяч сто двадцать очков духовной силы»
        Сам того не зная, я атаковал и убил другого избранника своего же Демиурга, и причем убил, не дав ему даже шанса признаться в своей избранности. Как на это отреагирует капризная богиня? Это сообщение оказалось настолько неожиданным, что я на несколько секунд замешкался и услышал мольбы лежащего неподалеку боевого мастера. Это был такой же опасный, седовласый Карим.
        - Герой, постой, остановись, мы всего лишь испытывали тебя. Фёрст Ганс не желает тебя убить. Он приказал нам проверить твою силу в настоящем поединке! Я признаю своё поражение!
        Я воспринял эту тираду, как попытку заговорить мне уши. Время ослабляющей печати стремительно иссякало. Вряд ли Фёрст рискнул бы так дерзко испытывать воина, показавшего себя сильнее всей его гвардии вместе взятой. Карим явно лгал, чтобы сохранить себе жизнь, поэтому я также атаковал и нанес ему смертельную рану. Оказалось, совсем не зря! Ещё один избранник богов, в этот раз Демиурга Вотана, прятавшийся в тени трона правителя был сражён от моей руки, что и подтвердило соответствующее сообщение:
        «Избранник бога Вотана повержен. Вы получаете заслуженную награду в сорок пять тысяч шестьсот очков духовной силы».
        Я бы вряд ли так легко вычислил этих скрытных избранников, не напади они на меня сами. Удача! Огромная удача, хотя я не был до конца уверен, что убийство избранника богини Каннон для меня являлось допустимым. Тем не менее, награду я всё равно получил, что косвенно намекало, что и между ними существует прямая конкуренция, и в моем поступке нет нарушения малоизвестных мне правил состязания. Подумать только, за каких-то несколько минут, из-за глупого приказа Ганса Люпена, я удвоил свою духовную силу! Блин, моя голова начала сильно болеть в месте ушиба. А сгущающаяся кровь налилась в ухо и за шиворот. Мне нужно было как-то остановить кровтотечение, но сначала завершить бой.
        Во мне разыгрался нездоровый хищнический интерес. Раз сразу два сильнейших воина Восточной Флавии оказались избранниками богов, возможно и другие члены гвардии Фёрста имеют к ним отношение! Я стремительно сократил расстояние с оставшимися четырьмя боевыми мастерами из преследовавшей меня группы и решительно лишил их жизни, не давая сбить мой настрой жалостливыми мольбами о пощаде.
        К сожалению, среди других боевых мастеров отряда убийц избранников богов не оказалось, но теперь мне была одна дорога - назад во дворец, чтобы встретиться лицом к лицу со всеми оставшимися гвардейцами правителя и им самим. Раз он набрался смелости напасть на героя, за это придется ответить, и возможно, даже жизнью всего его клана.
        Повязав на затылок тугую, но мягкую повязку из рукава своей залитой кровью рубахи, я решил обследовать тела поверженных мной противников. Обшарив их пояса, я нашел при гвардейцах тугие мешки с золотыми монетами. Возможно, это была их плата за организованное на меня нападение. Сложив тяжелые мешки в укромный, темный уголок, чтобы не мешали мне свободно и быстро перемещаться, я в быстром темпе направился назад во дворец.
        Никакого неожиданного проникновения не вышло. Дворцовая стража и гвардия правителя получили предупреждение о моём возможном появлении. Меня уже ждали. На стенах у центральных ворот дворцового комплекса собралась, как вся многочисленная дворцовая стража, так и остатки боевых мастеров гвардии, что я имел сомнительное удовольствие наблюдать на вечернем приёме. Стало очевидно, что Фёрст подготовился и к неудачному исходу нападения его сильнейших слуг. Это прямое объявление войны не на жизнь, а на смерть!
        - Преступник, остановись там где стоишь! - сразу объявив меня вне закона, приказал капитан дворцовой стражи.
        - Преступник здесь лишь ваш господин! - злобно огрызнулся я, - всех, кто добровольно сложит оружие, и не будет влезать между мной и приказавшим меня убить Гансом Люпеном, я пощажу! Мне не нужны ваши жизни. Кто считает меня преступником, и готов до конца служить поправшему закон Фёрсту - готовьтесь к смерти!
        Мои слова внесли довольно бурный разлад и сомнения в ряды стражей. Многие из них уже видели мою огромную духовную силу, настолько огромную, что до основания разрушила на приёме большой показывающий кристалл. Кто-то и так понимал, что герой, в одиночку разобравшийся с армией могучих, высокоуровневых монстров не просто угрожает, а легко приведет свои угрозы в исполнение. У многих простых стражников за спиной были семьи и малолетние дети, и лечь в неравном бою с тем, кто имел претензии исключительно к правителю, они не хотели.
        Эти сомнения и бурления вылились в то, что некоторые мужчины из стражи побросали свои копья и щиты, демонстрируя, что сдаются без боя. Их пример оказался заразительным и вскоре ему последовали все обычные стражи дворца, включая даже резко оробевшего капитана.
        - Все, кто не желает зря умирать за правителя, сейчас же уйдите со стен. Остальных я убью не разбираясь! - пригрозил я, и с удивлением наблюдал, как толкаясь и обгоняя друг друга стражи побежали со стены целыми десятками.
        «Не так уж сильно стража уважала и боялась своего господина, раз они так легко его предали при первой же угрозе жизни», - подумал я. Вскоре, на стене остались стоять лишь представители личной гвардии правителя, для которых сдаться без боя было всё равно, что лишиться чести и достоинства. Когда непреклонные враги определились, они в полной мере испытали на себе силу моей «ауры ужаса».
        Я дал всем пожелавшим спасти свои жизни шанс уйти. Но их также накрыло во дворе действием моей подавляющей волю печати. Для сдавшихся трехминутное, мучительное лежание на земле не закончилось смертью, как для тех, кто продемонстрировал свою гордость и лояльность зарвавшемуся правителю. Я хладнокровно перебил два десятка боевых мастеров и отыскал ещё одного избранника богини среди непримечательных, куда более слабых боевых мастеров. В этот раз им оказался избранник богини Морены. И его вклад в мою личную силу оказался намного скромнее личных телохранителей Фёрста.
        «Избранник богини Морены повержен. Вы получаете заслуженную награду в двадцать пять тысяч очков духовной силы», - сообщил бесстрастный женский голос и опять замолк.
        Мне не на что было жаловаться. Отличный улов всего за один вечер и даже не пришлось долго выискивать свои цели и упрашивать помочь высокомерного Ганса Люпена. Едва действие «ауры ужаса» прошло, обычные стражники, лежа наблюдавшие за моей жестокой, поголовной расправой над гвардией правителя, в панике бежали из дворца в погруженный в сумерки город. Бежали без оглядки, бросая на землю все имевшееся при них оружие - мечи, кинжалы, пращи или просто шлемы и стеганые кольчуги. Так они пытались избавиться от любых связывающих их со стражей предметов. Люди бежали к семьям, подальше от дворца, в котором царил ужас и картины массовых казней элитных гвардейцев.
        Хотя ранее меня терзало каждое убийство человека, в эти минуты моё мироощущение сильно изменилось. Все началось с бандитов в дороге. Они были первой ступенькой, переступив которую, я постепенно изменил отношение к обычным людям мира Лестницы Совершенства. Мою жесткость закрепили подлые наёмники, а уж попытавшиеся разделаться со мной гвардейцы соседней страны и вовсе развязали мне руки, убеждая меня в праве бескомпромиссной борьбы со всеми, кто посчитал, что имеет право забрать мою жизнь в угоду своим или чужим интересам.
        Раз другие дают себе право, я также даю себе полное право защищаться и нападать, в тех рамках, как мне это удобно и выгодно. Такая трансформация морали позволила мне убить два десятка мужчин, являвшихся личными охранниками правителя соседней страны и с полной уверенностью в своей правоте, вторгнуться во дворец, и требовать предстать передо мной самого зарвавшегося правителя Восточной Флавии и других членов его семьи.
        Как бы ни была велика дворцовая территория, печать «ауры ужаса» при моей последней атаке пронзила её почти всю до внешних городских стен. Задело действие печати и спальни правящего клана и подвалы с пыточными и казармы городской стражи. Массовое бегство дворцовой стражи повлияло и на действие городского гарнизона. Многие последовали заразительному примеру беглецов, и просто оставили казармы, чтобы воссоединиться с семьей. Кто-то наоборот забился в дальний угол казарм, ожидая появления жесткого убийцы. Так или иначе, никто из тех, кто должен был защищать правящую элиту, мне в момент вторжения в опустевший дворец не мешал.
        Я думал, что встречу Фёрста гордо восседающим на троне, но тронный зал оказался полутемным и совершенно пустым. Мне пришлось побродить по коридорам и боковым крыльям дворца, чтобы отыскать, куда же спрятался уже осознавший свою глупейшую ошибку, подвыпивший мужчина.
        Фёрст прятался в покоях своей старшей дочери. Причем, собрал вокруг себя всех дочерей, чтобы прикрыться ими, как живым щитом. Ганс с ужасом в глазах принялся приносить запоздалые извинения и откровенно врать, чтобы отсрочить неизбежное.
        - Герой, уважаемый Марк Кансай, произошла чудовищная ошибка! Прошу, выслушайте меня. Моя стража проявила непозволительную вольность и сама, без моего приказа, попыталась атаковать вас. Я бы никогда не отдал такого приказа. Эти обезумевшие от безнаказанности подонки создали угрозу моему правлению, хотя я их об этом не просил. Клан Люпен всегда почитал клан Великого героя Рована Кансая, и готов объединиться с вами для совместного управления Восточной Флавией. Я с радостью объединю наши кланы с помощью брачного союза. Моя дочь Наварра - прекрасный цветок и достойная супруга для уважаемого прямого потомка Великого героя. Давайте думать о будущем, о прекрасном совместном будущем кланов Кансай и Люпен. Я готов немедленно уступить место правителя моему молодому, энергичному зятю. Я уже достаточно правил и готов уйти на покой хоть завтра.
        - Неужели? - поражаясь тому, как легко признаваемый всеми десятилетиями правитель желает откупиться своей дочерью и статусом правителя, лишь бы сохранить свою никчемную жизнь.
        Между тем, не заметив и малейшей заинтересованности в озвученном предложении в моих глазах, желая поскорее перевести стрелки, Ганс Люпен накинулся с обвинениями на своих уже покойных слуг.
        - Это всё коварный Азрот Цвай и его злобный прислужник Карим Нимрод устроили! Я никак не мог знать, что у них на уме. Это они - преступники! Они ослушались моего приказа и поступили, как настоящие враги Восточной Флавии, настроив могучего героя против нашего правящего клана. Я тут же казню их, как только они попадутся мне в руки! Справедливость восторжествует незамедлительно!
        - Я уже убил Азрота, Карима и всех других твоих гвардейцев. У тебя больше нет телохранителей и какой-либо ещё стражи. Все, кто не желал отдавать за тебя жизнь уже сбежали из дворца, как только я позволил им это сделать, - желая прояснить для завравшегося правителя текущее положение дел, сообщил я.
        - Что? Азрот, Карим уже мертвы? - побледнев, как мел, шокировано промямлил мужчина.
        - Я убил всех, кого ты послал, как только понял твои подлые намерения. Ты направил своих воинов убить меня, а теперь глупейшим образом пытаешься оправдаться? Я всё знаю, лжец. Как же мне теперь поступить с тобой и твоей жалкой семьей? - не приукрашая ситуацию, с угрозой в голосе спросил я.
        Девушки, до сих пор выражавшие полное непонимание, что происходит, также испуганно прижались друг к другу, смотря на меня немигающим, жалобным взглядом. До них, наконец, начало доходить, что их отец совершил вероломную, чудовищную для их будущего ошибку, которая может стоить им всем жизни. Младшая из принцесс даже расплакалась от испуга. Ганс Люпен предпринял последнюю отчаянную попытку оправдаться, пока я ещё давал ему возможность говорить. Его слова теперь больше походили на предсмертную исповедь.
        - Я всегда выступал за мир и добрососедские отношения между двумя нашими странами. Поверьте, уважаемый Марк, произошла чудовищная ошибка. Я признаю, я ошибся и поэтому только я должен понести наказание за свои недостойные деяния. Прошу, не лишайте жизни и достоинства мою несчастную жену и дочерей. Они ни в чём не виноваты. Осудите меня, но не нужно вымещать свой гнев на тех, кто никогда не желал вам никакого зла. Чего вы хотите? Хотите, я сегодня же откажусь от титула Фёрста в вашу пользу? Я объявлю об этом на всю страну. Все признают вас новым, законным приемником клана Люпен. А после вы можете заточить меня в камеру и поступить со мной, как пожелаете. Сможете взять в жены любую из моих дочерей. Они все прекрасно образованы и воспитаны. Если хотите, устройте себе личный гарем, но не лишайте моих дочерей жизни.
        Говоря последнюю фразу, мужчина опустился в просящей позе на колени. Дочери обступили его, поддерживая под руки. Они не желали видеть, как их отец унижается ради них, и тут, вдруг, слово взяла старшая дочь Ганса, Наварра.
        - Зачем вы запугиваете и унижаете моего уважаемого всеми отца? Что он вам сделал? Он радушно принял вас в своём дворце, угощал и ублажал, признал героем, и готов был для вас сделать, что угодно, а вы…
        - Наварра, не надо! - театрально схватившись за сердце, выкрикнул давящий на жалость мужчина, - я виновен, остановись!
        - В чем вы обвиняете моего уважаемого отца? - шагнув навстречу мне и выпятив грудь, заслоняя собой трясущихся от страха младших принцесс, вопрошала девушка.
        Я скинул капюшон, обнажая окровавленный затылок, плечо и часть груди, куда кровь разлилась до момента, как я остановил её повязкой. Крупные пятна крови на моей одежде были очень красноречивым аргументом.
        - Этот коварный подонок послал отряд своих сильнейших телохранителей, чтобы убить меня после ужина, хотя и получаса не прошло, как он клялся в наших дружеских отношениях.
        Раскрасневшееся лицо девушки заметно вытянулось и опять побледнело. Она не хотела верить моим словам, но все же решила выяснить.
        - Это правда, отец? - повернувшись к мужчине, лежащему на полу в окружении хнычущих дочерей, спросила она.
        - Дитя моё, я действительно непростительно ошибся. Прошу, не усугубляй свою и без того несчастную судьбу. Покорись герою, он сильнее, чем вся дворцовая и городская стража столицы. Он может убить любого, кого пожелает, и ничто не способно его остановить. Прими неизбежное. Твой отец испугался и натворил глупостей, за что мне придется понести наказание. Герой, я готов гнить в подземелье до конца своих дней. Примешь ли ты власть в обмен на сохранение моей жалкой жизни?
        - Хватит! - оборвал я затянувшуюся театральную сцену.
        Надоело слушать, как Ганс Люпен юлит и разыгрывает жертву перед дочерями, которых сам же поставил в бесправное положение.
        - Ты вынудил меня уничтожить твою гвардию и часть стражи своим подлым нападением, но я не заинтересован в захвате власти в стране и даже позволю тебе остаться на троне, если...
        - Что если? - вскочив с пола, и грубо расталкивая поддерживавших его девиц, горячо спросил мужчина, - Как я могу быть вам полезен герой? Лишь прикажите и я всё сделаю.
        - Меня интересует вся информация о божественных избранниках, проживающих в твоей стране и все божественные откровения и книги из Храма Пяти Богов. Также я желаю допросить Верховного жреца обо всех интересующих меня вопросах. Это то, о чем я желал поговорить с тобой после ужина, пока ты не совершил непростительную глупость.
        - Я всё устрою герой, устрою в лучшем виде. Я прикажу советникам и слугам в кратчайшие сроки собрать для вас всю имеющуюся у нас информацию, а вы не сочтите за грубость. Отдохните пока в обществе моих милых и нежных дочерей. Можете использовать их, как наложниц. Всех, кроме Наварры. Молю, сохраните её невинность. Она мой нежный цветок и наследница рода, но если вы желаете взять её в жены, то можете смело воспользоваться и ею. Раз между нами больше нет непримиримых обид, я готов сделать для вас всё возможное и невозможное.
        Мне стало противно от этих лебезящих обещаний. Какой же Ганс Люпен скользкий человек. Уже трижды пытался подсунуть мне своих малолетних дочерей, как постельных наложниц. У него действительно нет внутри ничего святого.
        - Меня не интересуют твои замухрышки, не нужно мне их предлагать, - твердо отказал я.
        Оставаться в замке, да ещё в обществе пяти девушек, которые будут наигранно скрывать ненависть и презрение ко мне - сомнительное удовольствие. Я же прекрасно понимал, что они видят во мне своего смертельного врага и кроме страха и злобы не испытывают ко мне больше ничего.
        - Ганс, я даю тебе возможность и дальше занимать свой трон. Не собираюсь вмешиваться в управление страной или опустошать казну, но ты должен выполнить мои требования. Я согласен оставить всё, как есть, только если ты будешь мне действительно полезен. А если ты лишь тянешь время и опять попытаешься подослать ко мне убийц, я надену тебя и всё твоё семейство на копья. Тогда быстрая смерть покажется тебе наибольшим из благ. Я всё сказал и завтра в обед жду всю информацию и Верховного жреца в тронном зале дворца. Если не успеешь найти нужную мне информацию, я казню тебя без раздумий. Ищи её хоть ночью, подними всех слуг и лояльных горожан в городе. У тебя времени завтра до обеда. Никакие оправдания не принимаются.
        Высказав свои требования, я покинул крыло спален и через тронный зал и сам дворец, а затем и дворцовую территорию. Пришлось постараться, чтобы найти тихую, неприметную гостиницу. Для этого я даже незаметно покинул город и вышел под прикрытием темноты в пригород. И всё равно, даже в тишине безмятежной ночи, я не сомкнул глаз, опасаясь ночного нападения. Был ещё кое-кто, кто также не смог сомкнуть глаз этой ночью. Это был униженный и раздавленный Фёрст Ганс Люпен.

* * *
        Правитель был поражен, что всё сказанное мной в точности подтвердилось. Блуждая по опустевшему дворцу он не мог найти ни слуг, ни дворцовой охраны, а выскочив во двор обнаружил десятки мертвых тел своих поверженных гвардейцев. Весь прежний мир, вся иерархия, на которой держалась его власть, как правителя, разрушилась на глазах. Слуги и стража предали его, но устроить их прилюдную казнь он не мог, так как у него нет за спиной силы, которой бы боялись не только рядовые граждане, но и богатые, имеющие личную охрану, конкурирующие за власть столичные кланы.
        Сейчас любой из этих кланов мог легко сместить Ганса с положения правящей элиты и мужчина отчаянно размышлял, каким образом удержать своё шаткое положение на вершине. Самое забавное, что он не нашел ничего лучше, как прикинуться, что герой, устроивший во дворце кровавую расправу, теперь на его стороне.
        Разумеется, созывая слуг и советников, он постарался всем внушить, что герой расправился с мятежной гвардией по его, Фёрста приказу. Якобы был раскрыт коварный заговор, который вовремя удалось задушить в зародыше, и в этом герой всецело выступил на стороне правителя. Также Ганс рискованно заявил советникам, что прекрасная Наварра готовится стать невестой уважаемого героя, его верной и достойной супругой, хотя сам получил от Марка принципиальный отказ на брачный союз.
        Собрав вокруг себя остатки лояльных слуг и советников, Фёрст объявил о необходимости, во что бы то ни стало, собрать к завтрашнему обеду всю информацию о богах и их избранниках в стране, что оказалось не так уж сложно, учитывая, что за помощь в этом деле Ганс пообещал щедрую награду и запустил в казну руку даже выдавая поощрительные авансы. Раздав приказы, он отправился спать, но страх и тревога лишили его сна.
        Среди ночи, Фёрст услышал стук в дверь своих покоев и так как он не спал, позволил позднему гостю войти. Им оказалась старшая дочь правителя, та самая, которую он готов был отдать своему врагу, лишь бы сохранить свою жизнь. Отдать в жены, в наложницы, даже теряя свой титул Фёрста.
        - Отец, - опустившись на колени перед кроватью Ганса, тихо прошептала девушка.
        - Что тебя беспокоит, дитя моё? Почему ты не спишь в столь поздний час?
        - Отец, я должна вам признаться. Похоже, герой разыскивает меня.
        - Почему же он разыскивает тебя? Объяснись.
        - Я никогда и никому не говорила, но когда мне исполнилось двенадцать, меня во сне посетила богиня Гелу и объявила меня своей избранницей. Она предвещала мне судьбу великой правительницы и выбор из десятка принцев, между которых я должна буду выбрать самого достойного. Но прошло четыре года, отец, и всё так сильно изменилось. Вы готовы отдать меня в жены едва знакомому чужестранцу, который даже не является принцем в своей стране. Клан Кансай - простые землевладельцы из Южной Флавии. Разве он достоин того, чтобы стать моим мужем?
        - Понимаю тебя, дитя моё. Я растил тебя в большой любви и заботе. Ты мой первенец, моя любимая, старшая дочь. А теперь оказывается, что ты ещё и избранница богини. Ты думаешь, что это выделяет тебя из всех других людей в нашей стране. Но что тебе даёт эта метка избранной? Ты можешь сразить армию монстров или остановить в бою героя Южной Флавии?
        - Нет, отец. Я не получила никаких даров вместе с меткой избранной.
        - В том-то и дело, дитя моё. Тебя терзает мысль, что ты богоизбранная, но боги лишь издеваются над нами, называя своими избранниками, и не давая вместе с этим никаких ощутимых сил или благ. В каком-то смысле это даже проклятие. В прошлые времена избранники разных богов насмерть сражались друг с другом. Сражались так ожесточённо, что в стране оставался лишь самый сильнейший из всех. Считалось, что победив соперника, избранник бога приобретал всю его силу. Прости дочь, но завтра я расскажу о твоем секрете герою, и дальше твоя судьба будет полностью в его руках.
        - Отец, ты отдашь меня на расправу этому чужеземцу?
        - У меня нет выбора. От этого зависит, будет ли твой отец жить завтра и дальше. Герой уже пощадил меня и требует полного подчинения. Я вынужден подчиниться, чтобы выжить и ради этого я готов пожертвовать даже тобой.
        - Отец, почему вы так жестоки со мной? Теперь я горько жалею, что призналась вам. А можем ли мы сказать, что избранница не я, а Табита или Самари. Мои младшие сестры глупы и бездарны, а я была избрана самой богиней. Как герой догадается, что это я помечена богиней? Неужели я должна умереть ради того, чтобы герой получил прибавку к своим силам. У меня же нет никаких сил. Я никогда в жизни не развивала духовную силу. Никогда. Что я смогу ему дать, если умру?
        - Вот сама ему завтра и скажешь об этом. Наварра, я уже всё сказал, твою судьбу будет решать герой. А сейчас оставь меня, я слишком устал сегодня, - отстранённо смотря в сторону, пробормотал мужчина.
        Гансу было тяжело разговаривать с любимой дочерью, а страх быть убитым, если он ослушается приказа, заставлял мысленно жертвовать Наваррой и всеми пятью дочерями, если это потребуется. Пережив ужас надвигающейся смерти, мужчина полностью переосмыслил своё текущее положение.
        Он ещё мог взять себе новую, молодую жену, мог родить ещё множество детей, завести полноценного наследника, нанять новую охрану, и если для этого придется пожертвовать старшими дочерями, он мысленно уже с этим смирился. Лишь бы пугающему герою было достаточно такой жертвы. Пока он не проявил к предложению откупиться Наваррой и другими никакого интереса и это очень пугало Ганса.
        Мало кто из мужчин откажется от юных и прекрасных наложниц. А то, что эти наложницы ещё и принцессы, делает их вдвойне привлекательными, но Марк пренебрег всеми его предложениями, заставив ломать голову, что бы еще он мог предложить в обмен на свою жизнь.
        Конечно же, завтра он без раздумий продаст свою старшую дочь герою, как избранницу богини Гелу. Если она не интересует его, как женщина, то пусть станет трофеем для божественных игр. Это будет жертва, которую Ганс принесет, чтобы спастись самому, особенно, если никаких других ценных сведений собрано не будет. Однако, правитель даже предположить не мог, что его послушная во всем дочь, в страхе быть казненной героем, ночью сбежит из дворца и столицы, желая спрятаться подальше, в пригороде.
        Разумеется, для таких целей нужна самая неприметная гостиница на окраине. Как раз та, в которой от ночного нападения решил спрятаться и мучающийся от бессонницы герой.
        Часть 32 Нелегкий поиск достойного пути
        Водоворот тревожных мыслей, вызванный бессонницей, родил в голове сложнейшую дилемму. Я спасаю этот мир или опять веду его к тотальному разрушению? Чем больше у меня сил, тем большее количество трупов остается у меня за спиной при каждом новом шаге. Я становлюсь нетерпимым, самоуверенным тираном, навязывающим всем свою волю и слепо преследующим свои личные цели.
        Возможно, альтернативного пути в этом мире просто не существует. Я очень надеялся узнать истинную суть и правила состязания у Верховного жреца Храма Пяти Богов. Прочесть божественные послания героям и окончательно разобраться с правилами игры этого мира для божественных претендентов.
        Моя быстрорастущая сила рождает разрушающие всё вокруг амбиции. Однако я хотел верить, что я всё же не стал обезумевшим от собственного могущества тираном. Я же в глубине души совсем не злой, и лишь отвечаю на вызовы и нападки сильных мира сего. Я не тронул Валхаима, не перебил его гвардию. Конечно, тогда я был просто не так силен, но уже хорошо распробованная «аура» позволила бы мне это сделать даже тогда. Теперь я не сомневался в своей победе, но не желал устраивать кровавую бойню. Я мирно разошелся с Валхаимом и его воинами, хотя среди них также могли прятаться мои конкуренты.
        Мне нужно было на что-то опереться. Не хотелось принимать, что я обезумевший, сорвавшийся с цепи убийца, ведь сама суть состязания предполагает уничтожение других претендентов. В этом у меня не было причин сомневаться, так как о призах сообщала действующая здесь система оповещения наград. А как победить противников, не уничтожив их физически? У меня просто нет выбора. Или я их или они меня.
        Всё-таки проблески морали прошлых миров, прошлой жизни глубоко проросли в мою личность и теперь мешали действовать в реалиях Лестницы Совершенства, где стартовые условия были совсем другими. По логике этого мира я должен был без сожалений убить Ками Лот, но душащая до слез лихорадка, физически ощутимое сопротивление тела Марка не позволяло даже думать об этом. Она была моим конкурентом от другого божества и одновременно неприкасаемой персоной для Марка Кансая, место которого я занял. Нравственная дилемма налицо.
        Если я и другим конкурентам в телах юных красавиц сделаю исключение, то никогда не завершу это состязание. Оно растянется на десятилетия, и мои противники наберутся сил и знаний, став лишь более опасными и коварными противниками. Их Демиурги поделятся сведениями об их самом опасном конкуренте, и они могут решить объединиться, лишь для того, чтобы сокрушить своего сильнейшего противника.
        А ведь я не так уж неуязвим, как бы мне хотелось. Вечерняя атака, ранившая мне голову это отлично показала. Неожиданная засада или даже вполне ожидаемое нападение, но осуществленное мастерски, с помощью летящих на запредельной скорости снарядов пращи, и я могу сложить свою голову, как и те, кого я сам лишил жизни, подловив «аурой ужаса». И всё же, как мне повезло, что я своевременно осмелился убить Земляного дракона и сам оказался невосприимчив к его атаке. Столько удачных моментов совпало, что я начинал думать, что меня незримо ведет чья-то бесконечно мудрая и заботливая рука.
        Без несравненной «ауры ужаса» я бы уже не один раз сложил свою голову ещё по пути в Восточную Флавию. Мне нужно искать других драконов и что-то мне подсказывало, что один из них может также прятаться в пещере под столицей Восточной Флавии. Конечно, я могу разрушить и вторую божественную защитную печать, как уже делал в Южной Флавии, но проще приказать трем десяткам камнетесов проложить аккуратный тоннель под городом, чтобы отыскать возможный вход в другую подземную пещеру, если она существует. Построив удобный тоннель, в который огромному монстру физически не проникнуть, я получу огромное преимущество для безопасных атак с расстояния. Я даже готов скооперироваться с мастерами гильдии охотников, чтобы забить второго дракона из десятков пращ. Мне бы и самому не мешало освоить это смертоносное оружие. Любой учитель сгодится для такого зеленого новичка, как я.
        Итак, я должен выжать всё возможное из Верховного жреца, освоить пращу и устроить раскопки пещеры. В конце концов, самое первое, что сказала мне богиня Каннон, посылая в этот мир в качестве своего избранника - это о присутствии в мире Лестницы Совершенства Древних и очень могущественных магических драконов. А чтобы стать равным богам, с её слов, нужно силой или умом одолеть всех этих существ, пройти все препятствующие этому испытания. Идея уничтожения драконов казалась мне более логичной и достойной для героя. Убийство избранников стояло поперек горла. Сама идея боя насмерть только ради самоутверждения противоречила идее духовного самосовершенствования. Этот поток мыслей выносил меня к новому переосмыслению своего места и пути.
        Разве не логично для меня стать Великим защитником мира, а для дальнейшего роста личной силы отыскать всех таинственных драконов, начав по аналогии с Южной Флавией поиски прямо под городом. Раз уж мне удалось обнаружить логово Дракона ужаса в центре огромного, людного города, то я просто обязан поискать такое же логово и создать проход в скрытую подземную пещеру и здесь.
        Заснул я в тяжелых раздумьях уже под самое утро, а пришел в себя уже к позднему завтраку. Продрав глаза и умывшись, я спустился из комнаты на первый этаж гостиницы, где хозяин устроил общий зал со столами для постояльцев и гостей. Здесь я лицом к лицу столкнулся с кутающейся в дорогой бархатный плащ худощавой фигурой, в которой очень быстро узнал, смело выступившую вчера передо мной принцессу Наварру.
        Было удивительно встретить её в самой непримечательной, можно сказать третьесортной гостинице на окраине пригорода, но факт налицо - это была она. Одна, без охраны и других принцесс. Девушка попыталась проскользнуть мимо меня на лестницу, глядя себе под ноги, но я схватил её за предплечье и резко развернул к себе.
        Наварра взвизгнула от неожиданности, а когда взглянула в лицо остановившего её человека, в мгновение ока побледнела, как мел. Её колени предательски подкосились, и она потеряла сознание от испуга. За странной картиной выпадения в осадок только что презрительно ковырявшейся в предложенном завтраке девушки с интересом наблюдал из-за стойки хозяин гостиницы.
        - Вы знакомы? - окрикнул он меня, когда я на автомате подхватил падающую девушку под талию и прижал к себе.
        - Да, хозяин, - не поворачиваясь, ответил я, и на ходу придумал историю, которая могла бы легко объяснить странное поведение девушки, - она украла у меня большую сумму золотом и вот неожиданно попалась. Видимо, не ожидала, что я так легко её отыщу, хозяин. Вот она и испугалась до полусмерти.
        - Теперь понятно, - улыбнувшись гнилозубым ртом, понимающе заключил мужчина, - откуда у неё столько золота. Она даже за простой завтрак заплатила целый золотой. Проклятая воровка! Давайте я отправлю сына, чтобы он позвал сюда городскую стражу.
        - Не стоит, хозяин. Если я сейчас сдам её страже, то больше никогда не увижу своих денег. Она и от стражи откупится. Воровка очень хитра и умеет управлять мужчинами. Я собираюсь её сам допросить, когда она придет в себя. А пока отнесу в свою комнату. Хозяин, вы бы не могли принести свой самый лучший завтрак в номер?
        - Сделаю. А ты смотри, раз она такая умелая воровка, как бы она ещё что-нибудь у тебя не стащила, - предупредил мужчина, забравшись под прилавок, чтобы проверить, не пропало ли что-то из его собственных сбережений.
        Воспользовавшись тем, что общий зал поздним утром был безлюдным, и хозяин отвлекся на свои заботы, я без лишних претензий поднял Наварру на руки и аккуратно понес в свою комнату. Она была совсем легкой и какой-то уж слишком худощавой для шестнадцатилетней принцессы, которая может себе позволить баловаться сладостями и деликатесами сколько захочет. Эта слегка болезненная худощавость могла быть следствием хронической болезни или строжайшего самоконтроля в еде, которому девушка могла подвергать себя до замужества. Располнеть в изобилии разных вкусняшек легко, а вот оставаться стройной и воздушной куда сложнее. Младшие сестры на фоне Наварры выглядели толстощекими пышками, поэтому я предположил, что у неё явные проблемы со здоровьем.
        Девушка быстро пришла в себя и заерзала ногами, но уже после того, как я привязал её руки и ноги кожаным поясом к быльцам своей кровати. Открыв глаза, и увидев меня сидящим напротив на стуле, она опять испуганно побледнела, и вдруг, слезливо взмолилась о пощаде.
        - Прошу, Марк, не убивайте меня! Я ничего вам не могу дать, как избранница богини Гелу. Я никогда в жизни не повышала свою духовную силу. Можете проверить на показывающем кристалле. Я говорю правду! Я буду для вас совершенно бесполезна, поэтому позвольте мне жить. Умоляю.
        Поразительно, как страх и собственные ошибочные домыслы развязывают язык людей и заставляют их говорить то, что лишь усугубит их положение. Девушка призналась, что избранница богини. Сама призналась и тут же сказала, что она полный ноль в культивации, объявляя себя пустым местом и полным мусором для меня. Удивительно было и то, что Наварра прекрасно знала, что я должен её убить по логике состязания. Но так глупо выдать свою избранность. Она полная дура или просто сильно перенервничала? Если подумать, она могла скрываться в этом неприметном месте по той же причине, что и я. Она слышала, что я разыскиваю избранников богов и поняла, что я разыскиваю и её и пустилась в бега. И всё равно, как легко мои противники раскрывают свои сокровенные секреты, просто поразительно. Словно у меня какой-то особый дар развязывать языки и в моем присутствии герои просто не могут молчать. Так Чак Моррис проговорился и Ками Лот.
        Эх, глупенькая, незрелая Ками, как ты там поживаешь в своей новой роли будущей невесты Балена Юрда? Почему-то мне совсем не хотелось, чтобы этот брачный союз состоялся. Ками находится под сильным давлением своих родителей. Она сама никогда бы не выбрала этот союз, но приняла категоричную позицию клана, так как просто не имеет внутренних сил сопротивляться воле старших. Я был на юге пару недель, а затем в пути двенадцать дней, если считать путь от самой столицы. Она уже должна была стать супругой Балена и войти в правящий клан выгодной невестой. Вся эта свадьба - чисто деловая сделка по выманиванию из клана Лот денег на нужды клана Юрд.
        Ками просто взяли в заложники, чтобы тянуть с Лотов деньги. От осознания этого, почему-то стало очень больно и тошно в груди. Опять фантомные боли призрака старого хозяина тела. Его тело никак не успокоится и не примет факт, что старого владельца уже нет, и теперь его телом и жизнью всецело распоряжаюсь я - Алекс Ветров, новый претендент богини Каннон в мире Лестницы Совершенства. Эта нелогичная, болезненная эмоциональность при одной мысли о совершенно чуждой мне девушке начинала откровенно раздражать. Может в ней был кто-то, кого я тоже знал в прошлом? На секунду я подумал, что Ками Лот может быть инкарнацией кого-то, кто был мне дорог в прошлом. Уж слишком сильно чувствовалась какая-то незримая и необъяснимая связь между нами.
        От мучительных мыслей о странно будоражащей душу девушке, я перевел внимание на свою текущую, болтливую пленницу. Она так же, как и Ками, избранница богини Гелу. Что это значит для меня? Странное совпадение. Еще одна глупенькая и милая девица, которые даже между собой чем-то внешне похожи. Что это за странная встреча и новое испытание для моей нравственности. По смыслу состязания я должен её убить, хотя бы потому, чтобы не столкнуться в будущем с окрепшей и опасной. Оставлять за собой и сохранять жизнь противникам просто потому, что они пока слабы - просто глупо, но я не мог её убить. И дело даже не в молящих о пощаде, полных слез глазах. Нет, юные девицы, принцессы, это символ того, что нужно оберегать, защищать. Они будущие матери, светлые души в этом дурацком мире.
        Вторая причина не убивать своего слабого конкурента - очевидная бессмысленность этого, когда моя противница полный ноль. Да, она мой вынужденный противник, но она никогда не следовала пути избранного, не наращивала личную силу, чтобы вступить со мной в равный бой.
        Убить её - как казнить беззащитного человека, просто потому что таковы правила этого мира. Да плевал я на такие правила! Срал с высокой горы! Как же мне не хотелось принимать это очевидное несовершенство мира. Всё! Решено! Всех изначально слабых и безвредных претендентов я не буду уничтожать. Я же не изверг какой-то. Возможно, это стратегически глупо, но по моему личному, сознательному выбору мои противники теперь - могущественные драконы, а не эти несчастные дети, отмеченные и брошенные богами на произвол судьбы. Плевал я на их дурацкие, бессмысленные правила. Я не буду убивать тех, кто мне не угрожает. Разумеется, это не распространяется на всякие боевые и тайные объединения претендентов, как те, что я видел в лице глав гильдий охотников. Это были настоящие убийцы, которые убили бы меня, Ками и Ланчера не моргнув глазом, если бы посчитали это полезным и выгодным.
        Наварра лежала на кровати, напустив на глаза слезы, шмыгая сопливым носом, и терпеливо ждала моего решения. Она откуда-то знала, что по правилам божественного состязания я должен лишить её жизни. Она знала правила, поэтому я решил расспросить всё, что она знает. Причем, я не стал держать её в униженном виде пленницы, отвязав её от кровати, и позволяя занять достойную, сидячую позу.
        Видел, что девушка доведена до отчаяния из-за своей роли жертвы и решил изменить атмосферу нашего текущего взаимодействия на разговор на равных. Насколько это позволит внутреннее состояние моей собеседницы, конечно.
        - Ты заблуждаешься. Мне не нужна твоя жизнь, раз ты духовно слабая и никчемная, как боец, девица, которая не знает жестоких реалий мира, в котором живёт, но я хочу знать, откуда ты узнала о том, что избранники богов сражаются насмерть? - спросил я, когда девушка немного успокоилась и перестала шмыгать носом.
        - Об этом мне ночью рассказал мой отец, когда я созналась ему, что тоже отмечена богами, - теребя в руках платок, и уперев взгляд в пол, робко призналась девушка.
        - Вы, Великий герой, могу ли я так вас называть?
        - Лучше просто Марк.
        - Герой Марк, мой отец сказал, что моя жизнь теперь в ваших руках, поэтому я испугалась и осмелилась сбежать из дворца сюда. Поэтому я и лишилась чувств, оказавшись в ваших руках даже здесь. Я подумала, что вы пришли за мной, за моей жизнью, но теперь вижу, что это скорее странная случайность. Вы не охотитесь за мной. Это какое-то глупое недоразумение. Но зачем тогда вы связали меня? Желаете воспользоваться мной, как продажной уличной девкой? Неужели герой Марк падет так низко, что станет принуждать беззащитную деву к соитию ради сиюминутного удовлетворения. Я же правильно поняла ваши намерения? Тогда вы не оставляете мне выбора. Я готова подчиняться, если вы желаете воспользоваться мной прямо здесь, но я прошу пощады. Позвольте этому случиться в моей спальне во дворце, я не в силах вам сопротивляться и приму ваши пожелания, как неизбежное зло. Уж простите за мою откровенность.
        - Что ты себе там напридумывала? Я связал тебя, чтобы не бегать за тобой по всему предместью, когда ты придешь в себя. Ты падаешь в обморок от одного моего вида. Ещё начнешь кричать, что я изнасиловал тебя. В отличие от фантазий твоего вероломного отца, я не сплю с кем попало, тем более с детьми. Хотя ты уже скоро станешь половозрелой, ты тоже меня совершенно не интересуешь. У нас нет ничего общего, а делить постель с врагом себе дороже.
        - Это правда, Великий герой? Вы на самом деле не желаете пленить меня, чтобы воспользоваться для телесных утех?
        - Чем ты слушаешь, Наварра? Я уже сказал. У меня и в мыслях не было как-то сближаться с тобой. У вас в семье все идиоты? Зачем мне в постели человек, который меня люто ненавидит? Что ты можешь мне дать, ведь для радующей интимной близости нужна взаимная привлекательность и искренность. Ты же меня люто ненавидишь. Разве не так?
        - Нет, герой Марк. Вы не правы. Я, правда, была очень напугана вчера и сегодня, как только узнала, что отец собирается открыть мою тайну, а с этого момента вы можете захотеть казнить меня. Я также переживала, что вы можете низвергнуть, убить, растоптать моего глубокоуважаемого отца. Хотя после вашего вчерашнего вторжения мои чувства к нему изменились. Я поняла, что он уже не любит меня и моих сестер, как прежде. Когда я призналась ему в своей сокровенной тайне, он вдруг отшвырнул меня, как ненужную, сломанную и никому не нужную вещь. Он обесценил и предал меня. После этого я решила навсегда покинуть отцовский дом. Так мы случайно и встретились с вами здесь, герой Марк. Но раз вы благородный герой, вольна ли я уйти? Вы отпустите меня? Это возможно?
        - Конечно. Повторюсь, ты не интересуешь меня, ни как избранница Гелу, ни как красавица, чтобы разделить с тобой постель.
        - Неужели я настолько непривлекательна для вас? - вдруг насупившись и прижав руки к груди, спросила девушка и тут же поправилась, - Нижайше прошу прощения за этот глупый вопрос. Я забылась.
        - Ладно, хватит. Возвращайся во дворец или куда ты там собиралась отправиться. Но держи о нашей встрече язык за зубами или я могу изменить свое решение и убить слишком болтливую избранницу богини Гелу. Кстати, об этом тоже помалкивай. Это я такой добрый и не стану убивать тебя, так как ты ничтожество. Другие избранники могут оказаться не столь добрыми, как я, и не посмотрят на твою слабость, как на повод отступить.
        - Благодарю, герой Марк. Я на всю жизнь запомню вашу доброту, привстав с кровати и присев в поклоне, раздвигая складки своего платья в пол, - пролепетала Наварра, - а сейчас с вашего позволения, я вас покину.
        - Иди и помалкивай о нашей встрече и состоявшемся разговоре, - еще раз напомнил я, и девушка еще раз молча кивнула, подтверждая, что всё поняла.
        Она быстрым шагом подошла к двери, но не смогла самостоятельно открыть тугой, металлический засов.
        - Прошу прощения, но мне не хватает сил открыть дверь, - тихонько прошептала она, отступив в сторону.
        Я открыл тугой засов и открыв дверь, жестом показал, что она может идти на все четыре стороны. Девушка опять присела в реверансе и быстрой, скользящей походкой выскользнула в длинный коридор. Я проводил её взглядом до лестницы, и вдруг, у окраин предместья раздался звонкий сигнал трубы. Совсем такой же, как я слышал с дозорных башен на границе. Этот сигнал заставил меня напрячься. Неужели? Определенно, гонец нес весть об очередном вторжении монстров. Вдруг утренний воздух разрезал ещё один сигнал и ещё один. Гонцы, а их было, как минимум трое, очумело сигналили во все легкие о приближении опасности. Возможно она была совсем близко. Буквально, гналась за ними по пятам и они взывали стражу столицы открыть им ворота ради своего спасения.
        Я сначала выглянул в окно второго этажа, где располагалась моя комната, но здание было расположено таким образом, что с него ни главной дороги, ни ворот столицы не было видно. Единственное, что я смог отчетливо увидеть, это толпы людей, резко кинувшиеся из своих домов к стенам столицы. Люди бежали, что было сил, а значит, угроза была не призрачной, а вполне реальной и обозримой. Это подтверждали перекрикивающие друг друга рваные сигналы труб, которые тут же истерично взорвались и на стенах столицы.
        Желая понять масштабы угрозы, я также побежал по коридору, сбежал по лестнице и выскочил через опустевший общий зал гостиницы на внутренний двор. Тут я застал странную картину. Наварра сидела на земле у ворот, держась за правую лодыжку. Девушка опять рыдала, теперь уже по причине боли в ноге. Плакса. Я рванулся к ней, выглянул за ворота и ужаснулся картине преследующих по улицам беглецов Крикунов-падальщиков. Монстров только с этого узкого угла зрения было около десятка. Поразительно! Они были уже прямо здесь, в предместье, и убивали людей направо и налево. Что за дикость? Дозорные опять сильно проштрафились, прибыв к столице с монстрами на хвосте. Судя по всему, они их к столице и привели, причем сразу с трех направлений. Нужно было спасти неуклюжую девушку, хотя надо было признать, что подвернутая лодыжка наоборот спасла ей жизнь. Окажись она сейчас в бегущей к городским воротам толпе, упала бы в дорожную грязь пронзенная острым клювом Крикуна. В каком-то смысле сигналы дозорных подставили местных жителей. Гораздо больше шансов выжить у них было в своих собственных домах, в подвалах, в закрытых
ставнями спальнях, да даже под кроватью в спальне, если крыша выдержит бегающих по ним монстров.
        Мои инстинкты сработали уже фактически автоматически. Закинув рыдающую принцессу на плечо, я устремился к входу в гостиницу. Рывком швырнул девушку на пол и приказал залезть под стойку и прикрыться сверху тряпьем, скрывая кожу, а сам повернулся лицом к открытому пространству внутреннего двора. Передо мной стояла дилемма. Использование «ауры ужаса» положит всех бегущих по улицам людей на землю, но совершенно также моя печать ударит и по монстрам. Решение, как обычно, вынудили принять обстоятельства.
        Я услышал из гостиницы душераздирающий крик принцессы и уже без лишних раздумий активировал свою способность. Видимо, одна из тварей забралась внутрь с открытого черного входа. Я открыл дверь и ворвался внутрь. Ужасная картина заставила меня шевелиться. Принцесса, не послушалась и забралась вместо стойки под стол. Неизвестно как проникнувший в гостиницу Крикун-падальщик уже проник в общий зал, где и был перехвачен моей способностью, но он рухнул совсем недалеко от бесполезного укрытия принцессы и сейчас злобно наносил ей резкие колющие удары острым клювом прямо по ногам. Она орала от острой боли, но даже не пыталась отползти на метр дальше от атакующего её монстра. Моя атака страхом парализовала её волю.
        Я прервал эти издевательства, срубив голову монстра одним ударом. В гневе я становился вдвое быстрей и бесстрашней и кинулся на монстра без раздумий. Мог бы лишиться правого глаза или вовсе схлопотать смертельный тычок через глазницу на всю глубину черепа, но я рискнул, атаковал в лобовую и опередил монстра ударом кулака, разрушая мощным ударом и его голову и скрытый в ней кристалл души.
        Глянув на истерично рыдающую, окровавленную девушку, получившую с десяток сквозных проколов стоп и порезов икр, меня обуяла такая ненависть к монстрам, что я выскочил на задний двор с одним безумным желанием - убивать! А там распластавшихся на земле монстров оказалось сразу несколько. Предусмотрительно прикрыв за собой дверь, чтобы избежать повторного проникновения монстров в общий зал гостиницы, я накинулся на Крикунов со всей яростью, что вскипела у меня в душе.
        Убил одного, двух, трех, еще трёх, еще двоих. Опять активировал «ауру ужаса», так как монстры снова стали вставать на лапы и пришли в движение. После этого моё сознание было фрагментарным, так как меня охватило настоящее боевое безумие. Я рубил монстров направо и налево десятками, носился по округе на пределе своих возможностей. И лишь сразив всех окружавших меня гигантских цапель, остановившись перевести дыхание, увидел, что их здесь было намного больше сотни.
        Вспомнив, что сейчас Наварра истекает на полу кровью, я рванул назад к гостинице и застал девушку ползущей к стойке. За ней тянулся кровавый след, она сама была бледна, как мертвец, но пыталась найти чью-то помощь. Идиотка! Ткань для перевязок была прямо у неё под рукой. Надо было порвать на лоскуты длинное платье. Но видимо, проблема была не столько в непонимании, что делать, а в моих атаках страхом. Они не давали Наварре даже шевельнуться и она не смогла себя перевязать.
        Я почувствовал, что виноват перед девушкой. Не досмотрел и она сильно пострадала. Нужно было срочно остановить кровотечение, и я разорвал на ней платье, пуская дорогую ткань на бинты. В итоге, я настолько сильно изорвал её платье, что из-под ткани показались оголенные ягодицы и скудный треугольник светлых волос в промежности. Странно, но девушка почему-то забыла надеть на себя панталоны. Хотя, возможно их здесь и не носили вовсе. Я как-то не вдавался в подробности местной моды. Если подумать, мои подштанники тоже нельзя считать полноценным бельем. Просто короткие штанишки на шнурке под двухслойной мантией.
        Девушка видела, что обнажена уже совершенно неприлично, но ей нечем было прикрыться, кроме рук. Она не останавливала меня, позволяя оказать помощь, при этом непрерывно рыдая и вскрикивая, когда я слишком туго перевязывал полученные ею ранения. А они были ужасны. Сразу несколько сквозных отверстий в обоих стопах, разорванные икры. Я даже и близко не мог представить, как сильно болят такие раны, но после перевязки у девушки появились реальные шансы выжить, даже после того, как много крови она потеряла.
        Желая облегчить страдания Наварры, я отнес её в свою комнату, уложил на кровать и прикрыл наготу покрывалом. Нужно было собрать трофеи, но в этот момент я почему-то больше думал о том, что мне нужно поскорее посетить местную гильдию алхимиков, чтобы купить самые крепкие целебные зелья. Не хотелось, чтобы моя подопечная сильно мучилась. У неё наверняка разорваны связки на лодыжках, стопах и некоторые пальцы держатся сейчас на одном добром слове. Всё это заживить могли лишь лучшие целебные зелья. Во всяком случае, я на это очень надеялся. Настоящие чудодейственные эликсиры на самом деле мог изготовить и я сам. Мне нужна была лишь полная свобода действий и местная лаборатория, но для начала сгодятся и местные зелья.
        Я вышел из гостиницы и пошел по усеянной трупами людей и монстров улице, и вдруг, услышал крики и аплодисменты со стены. Кричали и хлопали дозорные и все те, кто видел мой бой с монстрами со стен. Когда я вошел в город, приветствие дозорных поддержали спасшиеся горожане пригорода и те, кого я, буквально, вытащил из бездны отчаяния. Многие из беглецов были ранены, имели проколы на руках и ногах. Многие лежали прямо на мостовой, перевязанные, но живые.
        Крики: «Слава герою! Слава Великому воину!» разносились отовсюду, из всех уголков города и окружающих стен. «Мелочь, а приятно», - подумал я, а потом внимательно взглянул на себя, а мой плащ и все открытые участки, руки и ноги от обуви до головы были в крови убитых мной монстров. Мой плащ и одежда стали красными от крови. Я и вправду трижды умылся кровью Крикунов, но только сейчас, когда кровь подсохла и стягивала кожу, осознал, как много монстов я убил и людей спас помимо принцессы.
        Я спас тысячи и убил сотни. Я наконец-то повел себя, как настоящий герой и получил заслуженное уважение. Реагируя на крики признания и уважения, я ответил поднятым вверх кулаком. Странное чувство удовлетворенности внутри, разливалось по всему телу. Прогулка к гильдии алхимиков оказалась от этого быстрой и приятной. Купив несколько пузырьков с ярко-алым содержимым я тем же путем направился назад в пригород.
        Простые люди, городская стража признали меня, как героя, но в чужом городе я все равно чувствовал себя неуверенно. Однако, мои плохие опасения оказались напрасны. Следом за мной из дворца в пригород прибыла карета Фёрста. Видимо, кто-то доложил о моей схватке с монстрами и Ганс Люпен решил выслужиться перед запланированной обеденной встречей. Карета пришлась очень кстати, так как я перенес в неё принцессу в покрывале. Дал ей целительное зелье в пути. Девушку кинуло в жар за время моего отсутствия. Во дворце я смог передать её профессиональным лекарям и лишь затем явился в тронный зал, как и обещал ровно к обеду.
        Было слегка неловко оказаться среди нарядно одетых людей до корней волос пропитанным кровью, но мой вид внушал панический страх и неподдельное уважение всем присутствующим. При моём появлении в зале наступила гробовая тишина, а вскочивший с трона Фёрст приказал принести для меня самое лучшее кресло, а сам так и остался стоять, на две ступени ниже уровня своего трона, наравне с которым стояло кресло для меня. Я оказался хоть и не на троне правителя, но на возвышении над всеми собравшимися.
        В зале присутствовало два десятка людей из числа советников и менее важных слуг правителя, но всего пара стражей. Они держали под руки какого-то растрепанного и помятого жреца в разорванной мантии, явно побывавшего не так давно в пыточной или каком-то подобном месте. Пленник вел себя очень тихо и смирно. Обреченно и заторможено смотрел в одну точку.
        Жестокое и бессмысленное насилие ломает волю даже самых крепких людей, и я увидел перед собой именно такого сломленного и истерзанного до глубины души человека. Ферст Ганс явно перестарался, выбивая из него интересующую меня информацию, но видимо, местные не знали лучших методов сбора информации, кроме жестоких пыток, и собрание, посвященное докладу на интересовавшие меня темы началось, слегка не так, как я предполагал изначально. Передо мной поставили на колени несчастного пленника и в доминирующей манере Ганс Люпен начал при мне его жесткий допрос.
        Часть 33 За кулисами и под светом софитов
        Иллюзорное пространство зала собрания позволяло аватарам Демиургов с удобством наблюдать за событиями в мире Лестницы Совершенство в реальном времени, видеть повседневную жизнь каждого божественного избранника и отслеживать любые количественные и качественные параметры мира.
        Одним из важнейших параметров для отслеживания в последнее время стал количественный показатель армии концентрированного демонического вторжения, смертельной угрозой нависший над всеми странами пяти континентов.
        Рядом с множеством экранов следящих за претендентами и общим рейтингом сильнейших появилось ещё пять дополнительных экранов отображающих количественное состояние орды из нескольких объединенных демонических армий после недавнего вторжения их в самую восточную и южную страну на четырех континентах.
        Благодаря активным действиям нового избранника богини Каннон, самая обнадеживающая обстановка царила сейчас лишь на пятом континенте. Из тысячи Львов-оборотней, разрывающий все возможные шаблоны и ожидания герой Марк Кансай, собственноручно и косвенно уничтожил девятьсот восемьдесят пять особей. Его счет уничтожения представителей орды из тысячи Крикунов-падальщиков, с учетом недавнего перемещения в соседнюю страну также перевалил за впечатляющие три сотни. Чуть менее семи сотен этих монстров активно кошмарили дозорных и гвардию четырех северных стран, но они были рассеяны небольшими группками по всей северной части континента, что пока позволяло отбивать их сумбурные и не особо многочисленные вторжения у стен столиц даже небольшими отрядами элитных гвардейцев.
        Конечно, сильно выдающаяся аномалия не осталась незамеченной. Марк Кансай в одиночку уничтожил в пятнадцать раз больше монстров, чем это смогли суммарно сделать все боевые мастера, охотники и герои других двадцати пяти стран всего мира. За что и поплатились тотальным истреблением Центральной, Восточной и Южной страны на четырех западных континентах.
        На данный момент времени ни для кого из Демиургов уже не было сюрпризом, что созданная претендентами Тацуи орда, почти не убавившаяся в числе при уничтожении трёх стран, сотрет до основания и две оставшихся страны на четырех из пяти континентах. Численные показатели демонических орд оставались на отметке немногим менее двух тысяч, несмотря на отчаянное сопротивление защищающихся. Совокупных боевых сил отдельных стран, хитрые методы ведения боя, большой охотничий опыт, коварные уловки, устроенные вокруг столицы ловушки и всё прочее - были явно недостаточными усилиями, чтобы противостоять объединенной демонической орде монстров.
        Ещё месяц, максимум полтора и все обитатели четырех западных континентов, включая и всех находящихся там избранников Демиургов, сложат свои головы под ударом слишком многочисленного и сильного врага. Призрачной надежды на то, что Марк остановит эти армии и спасет её оставшихся избранников у Каннон уже не осталось. Однако, орда одинаково беспощадно расправлялась и с представителями всех других Демиургов, поэтому оставалось просто вычеркнуть обитателей четырех обреченных континентов из числа участников дальнейшего состязания, и наблюдать, как его судьбу решат события на пятом. А здесь было всё не так уж понятно.
        В ТОПе сильнейших избранников уже с большим отрывом лидировал ворвавшийся совсем недавно в мир Лестницы Совершенства Марк Кансай. Он существенно продвинулся вверх и за счет уничтожения сильнейших противников, ранее возглавлявших ТОП, а также потому, что его духовный потенциал был существенно увеличен первым поверженным за всю историю существования мира драконом.
        Кристаллы души Драконов таили в себе один секрет. Они не только давали поглотившему их одну уникальную способность, но также удваивали его текущие очки силы, сколько бы их ни было. Поэтому поглощать кристалл духа дракона было особенно выгодно уже могучим боевым мастерам, что и предполагало состязание. Действующий в сильном отряде боевых мастеров избранник, должен был обладать не только выдающейся силой, но и харизмой, чтобы заполучить этот трофей себе.
        Но никто не ожидал, что сразить дракона сможет даже слабый новичок, причем в одиночку, использовав хранящийся в его памяти запас уникальных знаний прошлого воплощения. И убит был не самый слабый и уязвимый Огненный дракон, а один из сильнейших и опаснейших - Дракон ужаса, чья сила действовала на героев тем сильнее, чем большей духовной силой обладал претендент.
        Но могучий и почти неуязвимый для физических атак Дракон пал от руки какого-то слабого травника-отравителя. И все эти чудеса произошли всего за несколько месяцев пребывания амбициозного новичка в мире Лестницы Совершенства. Это показывало, насколько приглашенный Каннон новичок интеллектуально и тактически сильнее всех, кого Демиурги когда-либо привлекали в свою игру.
        Теперь внимание всех участвующих в состязании Демиургов было приковано к единственному, способному пережить вторжение монстров пятому континенту. Здесь происходили самые важные, решающие события, напрямую влияющие на состав постоянно сокращающегося списка претендентов.
        Благодаря тотальному провалу избранников непростительно мухлевавшего Демиурга Тацуи, а затем агрессивным действиям Марка Кансая, все пять избранников Каннон резко выбрались на первые позиции действующего ТОПа. Омрачившим неоспоримое лидерство моментом стала лишь неожиданная расправа Марка над вторым сильнейшим ТОПа - Азротом Цваем.
        Но при всем желании, после ограничения возможностей Демиургов, Каннон никак не могла предупредить ни Марка, ни Азрота, что им нужно объединить усилия. Их смертельное столкновение из-за трусости Фёрста Ганса Люпена стало концом для более зрелого и опытного боевого мастера, которого просто раздавили, как таракана, не дав перед смертью даже оторвать лицо от дорожной брусчатки, что, впрочем, не являлось нарушением правил состязания. Кто сильнее - тот и достоин победы, а со своей «аурой ужаса», полученной от поверженного дракона Марк становился не просто на высшую ступень в соревновании претендентов, а заведомо претендовал выйти победителем во всех инициированных им будущих схватках.
        По-настоящему опасными и достойными противниками для выдающегося избранника оставались лишь чудовищные порождения гения Тацуи - могучие стихийные драконы. Огненный дракон, изрыгающий испепеляющее всё живое пламя. Водяной дракон, смывающий всех врагом мощными потоками воды и использующий сложно пробиваемый для любых физических атак «Водяной» и «Ледяной щит». Истинный Земляной дракон, способный призывать острые, каменные шипы из любой каменной поверхности в определенном радиусе вокруг себя и обладающий неимоверно прочной, каменной чешуёй, делающим его таким же неуязвимым и опасным, как и Водный дракон в «Водяном щите».
        И последний в списке, но никак не по силе, магический Воздушный дракон, способный летать под сводом своего огромного, пещерного логова и создавать убийственные смерчи. Он также может вызывать шквальный встречный ветер, сводящий все попытки сбить его в полете к нулю. Смерчи, создаваемые особой способностью магического Воздушного дракона с безопасного для монстра расстояния, грозят мучительной смертью для самых крепких и бронированных героев, не успевших покинуть область зарождения коварной стихийной атаки.
        Следя за действиями последних дней своего выдающегося избранника, Каннон с ужасом поняла, что он решил стать на путь истребления драконов. Этот путь был для него самым сложным и опасным, а с его привычкой делать всё в одиночку, фактически, непреодолимым. Можно сколько угодно хитрить, изготавливать убийственные яды, делать ходы прямо в логова драконов, копая тоннели с поверхности, но в первой же схватке с любым, огненным, водяным, земляным или воздушным магическим драконом Марка ждала неминуемая смерть. Слишком сильны и неуязвимы были его враги, а «аура ужаса» против них, по правилам состязания, не действовала. Таковы были требования создателя всех драконов, хитрого Демиурга Тацуи.
        Быстро просчитав в уме возможный исход следующих нескольких месяцев жизни мира Лестницы Совершенства, Каннон пришла к выводу, что победителем выходила, казавшаяся сейчас полным аутсайдером богиня Гелу. Она всегда казалась несерьезной, особо не развивала своих избранниц по пути духовной силы, но её коварство уже не один раз ярко вскрылось, особенно в последний момент перед полным запретом взаимодействия с миром Лестницы Совершенства. Гелу дала своим избранницам новые инструкции, что проявилось неожиданно и одновременно на нескольких континентах.
        Её прелестные, нежные, хрупкие и манящие избранницы, повсеместно попадали невестами в правящие кланы стран или рождались там, как наследницы. Там же зачастую среди правителей стран оказывались избранники Вотана, изначально нацеленные на места среди правящей элиты.
        Избранницы Гелу были слабы, выглядели беззащитно, но по её приказу в один день, прямо среди ночи, убили своих супругов или определенных стражей гвардии, соблазнив их своей наготой и милыми ужимками, тем самым коварно отобрав их огромную силу и власть.
        Из-за этой подлой и коварной уловки на данный момент в мире присутствовало сразу тринадцать живых и неплохо себя чувствующих избранниц Гелу. Однако, восемь из них не спасет и эта хитрость. Закрывая глаза на четыре обреченных континента, оставалось еще пять живых и здравствующих коварных, постельных убийц, включая двух юных вертихвосток, что уже крутились возле Марка в Южной и Восточной Флавии.
        Было неизвестно, успела ли Гелу дать подлые инструкции всем своим избранницам или только тем, что могли стопроцентно и безнаказанно поразить соблазненную цель, находились в отношениях или проделали необходимую подготовительную работу, заранее зная свою будущую цель. Так или иначе, на пятом континенте они пока бездействовали. Не всё юные красавицы к этому моменту заняли место рядом с нужной им целью.
        Каннон надеялась, что полностью прерванная связь Демиургов с миром Лестницы Совершенства, не позволила Гелу направить её мелких пешек к сердцу и горлу Марка. Он был слишком добр и снисходителен к привлекательным избранницам Гелу, и даже сознательно не сближаясь с ними, уж слишком сильно заботился о них, даже понимая, что они его потенциальные враги.
        Эта явная уязвимость против внешне милых, но очень коварных противниц, также сильно угрожала жизни Марка, как и его глупая затея, пойти по пути поиска и уничтожения опасных драконов. Сейчас Каннон была на коне, лидируя в ТОПе и списке избранников со своими четырьмя претендентами. Сразу за ней по силе своих четырех претендентов шел Вотан, за ними пристроилась тройка избранников Морены, в хвосте находилась слабая, но коварная при сближении с оппонентами пятерка избранниц Гелу. Так картина выглядела сейчас без учета претендентов из обреченных стран, но кто знает, как она изменится до конца выделенного кураторами на завершения состязания года.
        Если Марк сложит свою голову в опасном столкновении с драконами и так и не наберется мудрости и смелости уничтожить коварных вертихвосток Гелу, то весы могут склониться в её сторону. Соблазнительная красота возьмет верх над грубой силой, и Гелу будет праздновать свою подлую победу. Только бы Марк взялся за голову и отказался от идеи атаковать монстров, что ему явно не по зубам. Каннон страстно желал этого.

* * *
        Рассказ Верховного жреца оказался для меня более чем полезным. Сломленный, истерзанный жестокими пытками мужчина не таился и подробно рассказывал всё, что я хотел знать. И важных данных оказалось так много, что пяти часов допроса едва хватило, чтобы его подробно расспросить.
        Во-первых, Храм Пяти Богов со дня своего создания следил за тем, кого боги наделяют статусом избранника в этом и всех других городах континента. Все храмы постоянно обмениваются этими данными между собой, тайно ведут родословные кланов, в которых ранее появлялись избранники богов. Тысячи свитков с этой информацией за многие сотни веков и сейчас хранятся в тайной библиотеке под храмом.
        Только основываясь на этих данных, Верховный жрец мог со стопроцентной уверенностью сказать, в каких кланах сейчас пребывают те или иные избранники. А когда он назвал имена Азрота, Карима и главу гильдии охотников Западной, Восточной, Южной Флавии и всех уже выявленных мной претендентов, я понял, что его информации можно смело доверять. Мужчина знал всё. Даже то, что я избранник богини Каннон. Косясь на Фёрста, он так же признался, что мать Ганса была избранницей богини Гелу, но пока жрец точно не знал, кому именно из юных принцесс передалась её божественная метка. Избранницы богини Гелу - всегда прекрасные девушки и их легко можно определить по особенной, выделяющейся красоте.
        Гелу выбирает для себя самых утонченных красавиц, из чего мужчина сделал вывод, что клеймо богоизбранности легло на Наварру Люпен. Она выделяется среди своих розовощеких сестер-пышек, особым изяществом и природной красотой. Жрец и здесь безошибочно угадал, поэтому переданный мне список с возможными кандидатурами божественных избранников в других странах вызвал у меня неподдельный интерес и даже восторг. Правильного человека Фёрст решил пытать для меня. Хоть я и не разделял все эти жестокие методы, чего у Ганса не отнять, так это понимания, откуда и как добыть такую полную и ценную информацию всего за полдня. Уважаю. Вот, честно. Он превзошёл все мои самые смелые ожидания.
        Во-вторых, Верховый жрец признался, что все священные послания написаны со слов самих избранников богов. Ни он сам, ни его предшественники никогда не слышали обращений божеств. Хоть он и являлся служителем Храма, для них откровения богов оставались и остаются закрыты. Поэтому все записанные со слов избранников свитки с божественной мудростью, проходят тщательную проверку коллегии Высших жрецов в главном храме Центральной Флавии, перед тем, как признаются подлинными или ересью.
        Среди избранников богов встречаются и самозванцы. Они пытаются получить от Храма Пяти Богов материальную поддержку и драгоценные артефакты, указывая на то, что так приказал их божественный покровитель, но их легко разоблачить, просто выяснив из какой семьи вышел тот или иной человек. Избранники почти всегда перерождаются в одном роду или смежных ветках одного клана.
        Если самозванец не имеет отношения к богоизбранным кланам, то такого лжеца подвергают пыткам, в специальной комнате Храма, где он быстро сознается во всех своих обманах и злодеяниях. Таких самозванцев за дерзость ждет мучительная смерть, а их пепел после сожжения на костре становится удобрением для окружающих столицу полей.
        В третьих, под храмом расположена тайная пещера, которую за многие сотни лет часто стремились посетить тысячи сильнейших героев и Величайших избранников богов. Такие пещеры имеются под каждым из Храмов в столицах пяти стран. В этой пещере, по мнению Верховного жреца, нет ничего интересного. Там стоит обычная каменная стела, без каких либо изображений и надписей, но истинные и достойные избранные якобы видят на ней какие-то скрытые письмена. Так было написано в одном из древних откровений, поэтому Верховный жрец выдал мне и этот секрет.
        Я был очень доволен проведенным допросом. Просто в восторге. У меня в руках появился целый список со всеми именами, кланами и текущим местоположением претендентов по всем пяти странам, но допрос омрачал зуд, вызванный засохшей кровью монстров.
        Я был вынужден прервать допрос по причине остро ощущаемого неудобства. Приказал немедленно освободить Верховного жреца, и кинул ему один из мешков с золотом, что висел у меня на поясе. Предупредил, что скоро проведаю Храм Пяти Богов, чтобы лично взглянуть на свитки божественных откровений и таинственную каменную стелу в пещере, а сам попросил Фёрста поскорее проводить меня в дворцовые купальни. Тело сильно зудело. Так сильно, что просто не было сил больше терпеть.

* * *
        «Вот буржуй!» - подумал я, оказавшись в богато украшенной орнаментом на полу и стенах дворцовой купальне Фёрста. Здесь вместо индивидуальных бочек для купания использовали пусть и неглубокий, но целый, настоящий, горячий, каменный бассейн.
        Я не хотел пачкать воду в целом бассейне налипшей на меня кровью монстров и принялся отмываться, черпая воду из бассейна ушаком и сливая её на себя в сторонке, где по специальному желобу грязная вода утекала куда-то за стену. Неожиданно, в самый разгар моего омовения в купальню явился Фёрст Ганс, закутанный лишь в длинную, легкую, белую тогу.
        - Прошу простить моё грубое вторжение, - с порога объявил мужчина и замер, ожидая разрешения пройти внутрь.
        - Вы чего? - удивившись появлению правителя, невпопад спросил я.
        - Хотел поговорить с вами наедине, уважаемый Марк, - пояснил Фёрст, - можно?
        Хотя я чувствовал себя в одиночестве в большем комфорте и собирался после омовения спокойно покиснуть один в бассейне, почему-то я не смог отказать хозяину дворца, раз уж он набрался смелости прийти один, значит, повод для разговора был немаловажный.
        Я кивнул и еще раз зачерпнул воду из бассейна, чтобы окончательно смыть липкую кровь с волос головы. Фёрст хлопнул в ладоши два раза и в помещение купальни вбежали три юные, совершенно беспричинно хихикающие служанки. Они были абсолютно нагими, но несли в руках чистые полотенца, кувшин с благовонием, какие-то мочалки и небольшой стульчик.
        - Помогите герою привести себя в порядок. Его помощь нашей стране бесценна, как и личное время, так что поторопитесь, - приказал мужчина.
        - Зачем? Не надо! - вяло возмутился я, но хохотушки окружили меня мягким барьером, чуть ли не силой усадили у желоба на стул и принялись усердно обливать водой и растирать меня мочалками, словно намеренно часто и густо касаясь моей спины и рук своей мягкой грудью. Не удивительно, что и полминуты не прошло, как мой член встал колом.
        «Да этот старый пройдоха издевался надо мной!» - подумал я. Заслал ко мне своих наложниц, а сам искоса, сидя в бассейне, подглядывает, возбужусь я от их касаний или нет. Чего он добивается?
        - Можете смело выплеснуть на ваших помощниц свою кипучую, юношескую страсть. Эти красотки с радостью примут любые ваши ласки, - довольный успешно провернутой уловкой, отозвался из бассейна Ганс Люпен, - они и обитают при дворце, чтобы помогать мне купаться и утешаться в случае излишнего утомления после тяжелого дня.
        Так я и думал, личные банщицы правителя сейчас атаковали меня своими нежными, возбуждающими касаниями. Не знаю, почему я дал слабину. Может, потому, что во мне действительно накопилась и бурлила сексуальная неудовлетворенность. Что врать, мне хотелось разрядки, и я позволил себе её осуществить. Для верности несколько раз в одну, больше других понравившуюся мне молодую, темноволосую затейницу. Нанизывал её, пока мои половые органы не откликнулись усталостью и полным удовлетворением. Даже сам не ожидал от себя такой бурной, звериной похоти, но ни о чём не сожалел. По окончании с меня энергично смыли размазавшееся по ногам и животу семя и три хихикающих, развеселые девушки скрылись в темном проеме двери, оставив мне такую же легкую тогу, как и сидящего в бассейне правителя.
        Очень эмоционально спокойный, я направился к бассейну и сел напротив Ганса Люпена, выражением лица показывая, что готов его выслушать.
        - Очень рад, уважаемый Марк, что мой маленький сюрприз пришелся вам по вкусу. Неправда ли, приятно иногда отдаться страсти без последствий и каких-либо обязательств, а эти милые девушки, как раз из таких, что даже недовольно не пискнут, если понесут от вас потомство. Они живут при дворце беззаботно, припеваючи, ни в чем не нуждаются, но обязаны выполнять некоторые возложенные на них обязанности, когда это требуется. Такова цена их беззаботной жизни.
        - Зачем вы всё это устроили? - пропустив мимо ушей странные россказни мужчины, спросил я.
        - Зачем? Хм… признаться, после нашей вчерашней встречи, у меня были некоторые опасения насчет ваших интимных предпочтений, но сегодня я полностью убедился, что вы точно отдаете предпочтение хорошеньким женщинам, и проблема вашего отказа воспользоваться моими прекрасными и благоухающими красотой и здоровьем дочерями кроется в чем-то другом.
        - Не понимаю, что вы пытаетесь сказать?
        - Простите, вижу, вы не приемлете намеков. Тогда я скажу всё прямо. Я волновался, что вы не любите женщин и поэтому отказали мне в брачном союзе, но теперь вижу, что причина в чем-то другом. Так в чем же?
        - Я же сохранил вам жизнь, и даже оставил полноту власти. Кстати, спасибо, я очень благодарен за быстро собранную для меня информацию. Зачем вы опять заикаетесь о своих дочерях, когда я уже не оказываю на вас давление и вполне удовлетворен вашей помощью?
        - Не поймите меня неправильно, герой Марк, но вы, нужны мне сейчас, как никто и никогда прежде. Вы поголовно истребили мою охрану, наводившую ранее ужас на моих врагов, оставив меня перед кланами-конкурентами в очень уязвимом положении. Уничтожив всех моих самых сильных и верных слуг, вы, фактически, кинули меня на растерзание давно претендовавшим на власть в стране богатым и воинственным кланам Яр и Фагот.
        - Эти люди спят и видят, чтобы клан Люпен ослаб и пал. Вы нужны мне, нужны в качестве защитника от всех этих жаждущей моей крови подонков. Я прошу даже не для себя, а для моей беззащитной семьи. Прошу вас, возьмите Наварру или кого вы сами пожелаете из моих дочерей в жены. Марк, умоляю, пусть для вас этот брак будет лишь ничего не значащей формальностью, возьмите одну из моих дочерей в жены, оплодотворите её лоно, чтобы вскоре стало ясно, что будет наследник, а до тех пор просто живите в своё удовольствие во дворце. Я подыщу за это время себе новую охрану. В конце концов, найму наёмников или перекуплю боевых мастеров у слабых кланов. Можете устраивать приятные встречи с моими прелестными служанками здесь хоть по нескольку раз в день. Главное, чтобы вам хватило сил обрюхатить и вашу новую супругу. Если эти девушки вам не совсем по вкусу, я обеспечу вас другими, более юными и свежими, опять же, не брезгуйте моими младшими дочерями. Табита и Самари, может, не очень умны, но у них прекрасная кожа, приятные, мягкие волосы. Они свежи и невинны, как весенние, полевые цветы. Их все равно не за кого
выдавать замуж. Если они понесут потомство от такого могучего героя, как вы, это будет благом для моего рода и всей страны. Кстати, я ещё не принес слова благодарности, что вы спасли Наварру. Она рассказала, как вы защитили её. Вижу, несмотря на её возраст, она вам приглянулась даже больше других моих дочерей. Можете взять в жены её, и хоть завтра зачать наследника, если вас не смущают её раны. Но для этого нехитрого дела, они не должны сильно мешать.
        У меня не хватало слов и выражений, чтобы описать те сумбурные эмоции, что вызывали у меня поступающие один за другим предложения Ганса Люпена. Он так легко рассуждал о том, что желает со мной породниться. Постоянно подсовывал мне то одну, то сразу всех своих принцесс, словно если я обрюхачу их всех, для него будет за благо. Конечно, после некоторых разъяснений, я понял, почему теперь он искал во мне союзника. Раз он действительно находился под ударом других кланов, искать защиты, как ни странно, он мог и у сильного чужестранца. А после моего сегодняшнего боя с монстрами, меня еще и поддерживал простой народ. Такой жених для одной из его принцесс был действительно неплохим способом защититься и заодно поддержать его популярность, как правителя-защитника. Я призадумался, а неугомонный мужчина продолжил:
        - Уважаемый Марк Кансай, соглашайтесь. Я, вы и клан Кансай будет только в выигрыше. Одним своим присутствием и тем, что имеете родство с кланом Люпен, вы сдерживаете всех этих стервятников от атаки. Наша страна в окружении ужасных монстров. Вы уже всем не один раз показали, что вам просто нет равных. Побудьте здесь, насладитесь приятными дарами Восточной Флавии, пока я постепенно не восстановлю своё шаткое положение. Все принцессы в вашем распоряжении, выбирайте любую. Я готов помочь вам в любом вашем начинании или желании чему-то обучиться, а я умею выполнять обещания, - изменив тон голоса, заключил мужчина.
        Тут меня посетила довольно странная мысль. А почему я, собственно, так сопротивляюсь идее пожить в стране на положении сильного и сдерживающего другие кланы принца-защитника? Я же хочу устроить масштабные раскопки в самом центре города. Хочу. Для этого нужно время и согласие тех, под чьими домами я устрою подземный тоннель. Помощь Фёрста в этом деле совсем не помешает. Плюс удобная, приятная жизнь.
        Доступная, бесплатная купальня, хоть каждый день, помощницы, которые потрут спинку и не только. В конце концов, Наварра. Она красавица. Что не говори, а с ней бы я тоже не прочь, как с той брюнеткой, что стала моим неожиданным и приятным сексуальным партнером. Чему я сопротивляюсь? Не доверяю Гансу Люпену? Но сейчас ему от меня больше пользы, чем вреда. Я глянул в глаза терпеливо ожидающему моего ответа мужчине. Он, конечно, еще тот хитрец, но про свои проблемы всё выложил честно и подробно. В голове возникла мысль: «А почему бы и нет?» Что я теряю, если откажусь от этого, ни к чему меня не обязывающего предложения? Ничего. Вздохнув, я решил принять предложение Ганса.
        - Я согласен побыть гарантом мира, временно прикрыть твою семью, можем даже поиграться в родню, пока ты не найдешь себе новую стражу, но не дольше. У меня есть некоторые дела в городе, на месяц другой можно и задержаться.
        - Прекрасно, уважаемый Марк! Вы не пожалеете, что решили породниться с кланом Люпен. Я всё сделаю, чтобы вы ни разу не пожалели о своем решении, - радостно вскакивая с места и выбираясь из бассейна, воскликнул почему-то резко повеселевший мужчина.
        - Я хотел бы после купальни хорошенько выспаться в каких-нибудь запирающихся изнутри на засов покоях, - сказал я удаляющемуся Гансу в спину.
        - Такие покои имеются лишь у моих дочерей, уважаемый Марк. Я пришлю слуг, чтобы вас отвели куда следует, - лукаво улыбнувшись, сказал мужчина и засеменил к выходу из купальни.
        «Что он опять задумал?» - с нехорошим предчувствием опять подумал я. Покиснув в расслабляющей, горячей купальне ещё полчаса, я почувствовал, что мне хватит и стал собираться на выход. В этот момент в помещение опять впорхнули уже посещавшие его ранее девицы, но теперь уже одетые, в легкие, полупрозрачные одежды. Они помогли мне обтереться, профессионально устроив очередную сексуальную провокацию, и повели меня по коридору в другое крыло дворца, неся с собой мои пропитанные кровью монстров, грязные вещи. Сам я был закутан лишь в длинное, мягкое полотенце.
        - Вам сюда, господин. Покои, как вы просили. Мы заберем испачканные вещи в стирку, можно?
        - Можно, - ответил я, прекрасно понимая, что без тщательной стирки мой вещи и бронированный плащ станут дубовыми и начнут очень неприятно пахнуть.
        Я прошел за дверь предложенных для сна покоев, а служанки, шурша полупрозрачными платьями, быстро удалились по коридору в обратном направлении. В просторной комнате царил полумрак. В углу у довольно большой, двуспальной кровати стоял одинокий, высокий светильник с подставкой всего на три свечи. Я проверил дверь и увидел, что она и вправду запирается внутри на довольно мощный, металлический засов, но он был хорошо смазан и закрылся легко, почти без усилий. «Чтобы и слабая девица могла в любой момент открыть», - подумал я.
        Само убранство кровати, рюшки и кружева намекали, что мне отдали комнату одной из принцесс. Кого-то я заставил сегодня спать в чужой комнате. Ну и ладно. Я прошелся вдоль окон, крепкие ставни также закрывались изнутри на металлический засов, хотя и не такой мощный и толстый, как на двери.
        Из повышенной подозрительности я прошелся со светильником вдоль дальней стены. Поискал прикрытые тканью и странными шторами скрытые двери, но везде под тканью оказалась сплошная каменная стена. Никаких потайных входов. Заглянул я и под кровать. Пусто. Если в комнате и спрятался убийца, то спрятался он очень хорошо. Эх, я очень рисковал, решившись ночевать во дворце, но прошлая бессонная ночь и распаренное состояние после купальни валили меня с ног. Я поставил кособокий светильник ближе к центру комнаты, чтобы при случайном падении свечи упали на каменный пол и не зажгли ковровую дорожку, шторы или ткань покрывала кровати и пошёл к кровати.
        Нежная перина постели и подушки погрузила меня в сказочный мир новых ощущений. Я отметил, что так сильно провалился в перину, что поверхность покрывала осталась ровной не выдавая мой силуэт. У меня в голове возникла странная мысль, что с такой периной убийца может прятаться и в самой кровати, просто на другой её стороне.
        Я приподнялся на локте и рывком сорвал одеяло со второй половины кровати и обомлел. Рядом со мной, также глубоко погрузившись в мягкую перину, тихо лежала полностью обнаженная Наварра. Она боялась проронить и звук, пока я обследовал комнату, таилась, когда я лег в постель, и лишь по чистой случайности, я решил проверить, нет ли рядом чужака, а тут такое.
        - Что ты тут делаешь? - недовольно спросил я.
        - Я, я, отец сказал…
        Растерявшись, девушка протянула ко мне свои холодные ладошки и с мольбой в голосе, попросила:
        - Марк, прошу, можно я посплю рядом с вами этой ночью.
        - Поспишь со мной в одной кровати? Тебе что нет другого места во дворце? Что ты вообще мямлишь?
        - Но отец сказал, чтобы я обласкала вас этой ночью. Честно говоря, я и сама не знаю, что должна делать. Простите.
        - Обласкать? Ты же ранена. Как ты вообще себя чувствуешь? Как твои ноги, стопы? Сильно болят?
        - Мои ноги… честно говоря, я их почти не чувствую сейчас. Ниже колен всё онемело. Нет, они не болят. Спасибо, всё благодаря вашей заботе и тем сильным зельям, что вы для меня купили. Если вы ляжете на меня сверху, мне не будет больно, клянусь. Так что…
        - Лягу сверху? Для чего?
        Гнать девушку с травмированными ногами из комнаты было бы зверством, и теперь я понял ехидную ухмылку на лице Ганса Люпена. Не знаю как, но в разговоре со мной он понял, кто из его дочерей симпатична мне больше всего. Хотя я и сам выдал себя с головой, рискованно защищая Наварру. Я даже за лекарствами для неё сходил через весь город и обратно. Явно показал, что мне она небезразлична. И почему так вышло? Она, её признания, а потом страдания, мои сожаления и вина. Наварра и вправду вызвали у меня разные и довольно сильные чувства, но совсем не те, чтобы накинутся на неё сейчас, как на кусок доступного мяса. Но надо было что-то решать. Я хотел спасть в одиночестве, потому что так безопасней, и обнаженная и травмированная девица в постели мне была совсем не нужна.
        - Я позову слуг, и тебя перенесут в другую комнату, - сказал я, вставая с постели.
        - Марк, пожалуйста… Отец сказал нежно позаботиться о вас. Я не могу его ослушаться.
        - И как ты собираешься обо мне заботиться?
        - Отец сказал, что вы согласны сделать меня своей женой. Простите, что прошу о таком, но я правда не знаю, как проявить к вам нежную заботу и мои ноги не дают мне свободно двигаться. Могли бы вы мне подсказать, что делать или сами позаботится обо мне, как будущий муж о своей невесте? Я обещаю быть послушной и сделать всё, что в моих силах.
        - Ну что за недоразумение, - вздохнул я, присаживаясь на кровать и понимая, что Ганс Люпен просто так не отстанет.
        Он будет подсовывать мне своих дочек одну за другой, пока я не обрюхачу одну из них, и он не сможет объявить своих врагам о наследнике. Я глянул на Наварру. Она уже подтянула одеяло под самую шею и со странным выражением смотрела на меня. После недавних приключений в купальне я чувствовал приятное, расслабляющее спокойствие во всем теле, но хитрые банщицы опять возбудили меня, вытирая, незадолго перед приходом сюда. Я прилег на перину и опять почувствовал потрясающее чувство утопающего в мягкости расслабления.
        Только почувствовал кайф, и тут, бац, ледяная рука от соседки. Твою мать! Ну, лежишь ты уже в чужой кровати, так лежи себе тихо. Так нет, надо и другому человеку кайф поломать.
        - Простите, мне так холодно, так холодно, - жалобно, но словно бредит, пролепетала девушка.
        Если подумать, после такой сильной потери крови она действительно могла сильно мерзнуть. Я решил сжалиться над раненой. Придвинулся ближе. Коснулся её ног и охренел. Пальцы были ледяными, как у мертвеца. «Да её слишком сильно перебинтовали! Сколько она уже в таких тугих повязках?» - ужаснулся я.
        Откинул одеяло, стал разматывать слишком тугие повязки на ногах девушки. Поднес поближе светильник. Опять ужаснулся количеству и внешнему виду полученных ею ран. Одна еще почему-то продолжала слабо, но стабильно кровить. Другие уже перестали, но сами ноги выглядели ужасно бледными и были просто ледяными на ощупь. Наварру надо было спасать. Я перевязал лишь одну, продолжающую кровоточить или пускать сукровицу рану на рваной икре и попытался аккуратно растереть и согреть ноги девушки. К счастью, чувствительность к ногам опять вернулась. Но девушка реагировала даже на самые легкие прикосновения к ногам резкими стонами боли и опять залилась слезами.
        Наварре явно не хватало крови, и быстро решить проблему могла лишь «Пилюля горячей крови» из хорошо изученных мной рецептов Империи Сун. Я много раз изготавливал эти пилюли, хоть так ни разу и не использовал их для своих нужд. Не мог я смотреть на болезненные мучения девушки, которой местные целители, на которых я очень зря понадеялся, почти ничем не помогли.
        - Потерпи, я постараюсь поскорее, - накинув одеяло на девушку и устремившись на выход из комнаты, пообещал я.
        Следующие три часа во дворце и столице прошли очень напряженно. Я поднял на ноги самого Фёрста, десяток его слуг, главу гильдию алхимиков, его десяток помощников и учеников. Пользуясь статусом героя Восточной Флавии и протекцией самого Фёрста, которого я также потащил за собой в гильдию на ночь глядя, я на глазах у десятков людей, наложил печать первого уровня с измененной структурой на неизвестно откуда взявшийся в гильдии котел для плавения пилюль. Вообще этот котел считался ценным артефактом, но никто не имел и малейшего понятия, как им пользоваться. Вот глава гильдии и увидел, первый раз в своей жизни, что можно с ним делать. И что тяжеленный котел, оказывается, может парить в воздухе, как пушинка, тоже стало для всех настоящим откровением.
        Сложнее всего пришлось с подбором правильных ингредиентов и их аналогов. Пришлось залезть во все гильдейские справочники, строчно изучать свойства десятков хорошо изученных тут ингредиентов, пока я не определил примерный, существенно измененный из-за отсутствия некоторых нужных компонентов рецепт и пропорции.
        После чего для большинства присутствующих началась настоящая магия. Мало того, что я без внешнего источника тепла сплавил в парящем котле в потоке Ци десяток не измельченных до однородного порошка ингредиентов, так еще довел их до такого состояния, до которого вместе ягоды, травы да твердые коренья, в понимании алхимиков, не могут преобразоваться в принципе.
        Я создал три классические, алые «Пилюли горячей крови» и даже сам удивился, что они вышли точь в точь такими же, как и должны внешне. Это обнадеживало, что и по своим свойствам они будут не сильно отличаться от ожидаемого лечебного средства. Как истинный исследователь, одну из пилюль я проверил сам на себе. Кровь в теле заиграла горячими волнами. Я почувствовал приятное распирание в сосудах и значительно учащенный пульс, но все в пределах нормы, никаких болезненных, неприятных или нежелательных побочных эффектов. Этот эксперимент на себе позволил мне рискнуть дать вторую пилюлю Наварре.
        Я нашел её полуживую в том же месте, где оставил. При её отце вложил в рот созданное в гильдии алхимиков средство и заставил запить его парой глотков теплой воды. Спустя всего пару минут, девушка стала оживать на глазах. Температура её тела поднялась до нормального уровня, а на щеках проступил здоровый розовый румянец. Я вздохнул с облегчением. Если на утро её самочувствие опять сильно ухудшиться, есть еще одна «Пилюля горячей крови», что уже точно вернет ей нормальное самочувствие.
        Фёрст поблагодарил за заботу о своей любимой старшей дочери и по быстрому выставил из моих временных покоев всех посторонних, настаивая, что герою нужен хороший отдых. Я опять остался наедине с Наваррой, но теперь, как врач, периодически проверяя её температуру тела и сердцебиение. Делал я это, прижимая ухо к голой груди принцессы и в какой-то момент, почувствовал, что в ответ мне в щеку уперся её вставший, затвердевший сосок.
        Неловкость ситуации меня немного смутила, но по своим ощущениям, я, наконец, понял, что побочный эффект от приема пилюли всё же есть. И совсем не в той области, где я ожидал. Ко мне вернулось сексуальное желание и, похоже, куда более сильное, что было даже до купальни. В нос ударил запах тела лежащей подо мной девушки. Приятный и желанный аромат. Я чувствовал его, прижимаясь к её теплой груди. Чувствовал, как быстро бьется её сердце, как настойчиво упирается в щеку возбужденный сосок и понял, что не хочу, нет, просто не могу сдерживаться.
        В том, что моё желание будет ответно и уместно, я почувствовал и в крепко обхвативших меня руках Наварры. То, что она не хочет меня отпускать, хочет чувствовать жар моего тела, читалось в её действиях и без слов. Как бы я не верил в возможность этого с утра. Ночью, оказавшись в одной постели, мы сплелись с робкой девушкой в страстных объятьях, и я заставил её пережить ещё одно не особо приятное ранение, после чего щедро наполнил семенем, сам подписывая себе приговор по окончательному выбору невесты. Формальность, не формальность, но я осознавал, что делаю, хоть и был под действием подталкивающей меня к ночи любви пилюли.
        Проснулась Наварра в моих крепких объятьях, подтверждавших порыв взаимной страсти прошлой ночи. Сейчас я обнимал её со спины. Так мы соединялись в последний, третий раз. Да, на одном разе я не остановился. Просто не смог. Желание пёрло из меня выше крыши, и наша почти случайная, скорее всего вызванная именно допингом близость переросла в серию страстных соитий. Не знаю, что чувствовала при этом сама Наварра, но я испытал сладкое наслаждение и приятный внутренний трепет. Но утром произошел и неловкий момент.
        - Мой нежный муж, вы желаете еще раз потрудиться над зачатием нашего наследника? - спросила ставшая этой ночью женщиной Наварра, когда поняла, что я уже проснулся.
        - Наследника? - как то неуверенно переспросил я.
        - Вы хотите, чтобы я родила вам дочь? Я буду счастлива вам услужить. Чувствую себя после принятого вчера снадобья так необыкновенно хорошо и живо, что уверена, что этот момент для зачатия благословен самими пятью Богами!
        Я почувствовал себя подонком. Вот как наивной девушке сказать, что я тут задержусь ненадолго? Скотина Ганс Люпен, расслабил меня своими россказнями, что не волнуйся, кайфуй, наслаждайся, а я же не такой беспринципный человек, как он. Чувствую, что проведенная с принцессой ночь - для неё что-то необыкновенно важное. Возможно, это начало и моей новой, полной не пережитых никогда ранее моментов жизни. Я хранил память о сотне тысяч лет жизни в одиночестве, а у ведь меня никогда не было детей, да и все ранние отношения были изначально дефектны, длились не более полугодаи не привели ни к чему хорошему.
        Почему-то я почувствовал себя после этой странной ночи обновленным. У меня тоже может быть нормальная человеческая жизнь, дети, наследник. Малыш или малышка. Почувствовав прилив нежности, я нежно прижал Наварру к себе.
        - Хочу наследника, а потом можно и дочку, - ответил я и почувствовал, как кровь опять приливает к паху.
        Я попал. Одни мысли о наследнике вызывают у меня прилив страсти к этой хрупкой, едва знакомой мне принцессе. А ведь она на год старше Марка! Поразительно. На год старше его и сто тысяч лет моложе меня. Мою бурную реакцию в паху сразу почувствовала и постепенно избавляющаяся от робости будущая невеста. В ответ она плотнее прижалась ко мне своими небольшими ягодицами.
        Вся эта странная ситуация, немыслимая вчера и вполне реальная сегодня, делала прежде распланированную на месяцы вперед жизнь опять непредсказуемой, полной странных эмоций, но куда более радостной, чем раньше. Я точно попал. Омут упоительного запаха женского тела, его тепло, мягкость и податливость, делали меня снова зависимым от этого давно забытого, естественного кайфа. Что же, благодаря юному телу Марка, так реагирующего на близость, и моему желанию испытать неведомое, к маячащей впереди вершине Лестницы Совершенства, я, похоже, пойду не самым прямым и коротким путем.

 
Книги из этой электронной библиотеки, лучше всего читать через программы-читалки: ICE Book Reader, Book Reader, BookZ Reader. Для андроида Alreader, CoolReader. Библиотека построена на некоммерческой основе (без рекламы), благодаря энтузиазму библиотекаря. В случае технических проблем обращаться к