Важное объявление: В связи с блокировкой в России зеркала ruslit.live, открыто новое зеркало RusLit.space. Добавте пожалуйста его в закладки.


Библиотека / Фантастика / Русские Авторы / СТУФХЦЧШЩЭЮЯ / Сызранцев Кирилл: " Порочный Избранник " - читать онлайн

Сохранить .
Порочный Избранник Кирилл Витальевич Сызранцев

        На что способен простой парень с Земли, оказавшись в другом мире, погрязшем в древней, кажущейся нескончаемой войне? Отважится ли он на борьбу ради спасения мироздания или отступит, понимая, что мал и ничтожен в этом огромном мире?
        Содержание

        Кирилл Сызранцев

        Порочный Избранник

        Глава 1: "Проблемы?"

        Начало осени выдалось очень холодным и дождливым. Не было ни бабьего лета, ни золотых деревьев. Лишь мрачный серый пейзаж, полный уныния и печали. Ветер, будто пронизывающий своей ледяной колкостью до самых костей, превращался временами в настоящий ураган. Тяжёлые тёмно-серые тучи скрыли собой солнце. Синоптики говорят, что такая погода будет до конца сентября. Люди с мрачными, печальными лицами спешно идут по своим домам. Не встретить ни влюблённых парочек, ни просто бегающую детвору. Город будто вымирал после утреннего и вечернего час-пиков. Лишь редкие случайные прохожие, словно бегущие куда-то, да разве что машина, неспешно, словно крейсер, плывущая по дороге.
        Константин, учащийся на втором курсе института, неспеша шёл с занятий. Его голова была полна гнетущих мыслей. В прошлом учебном году он едва сдал сессию. Даже пришлось дать взятку преподавателю. Сможет он закончить своё обучение? И стоит ли оно тех усилий? Он тяжело вздохнул. Сомнения, терзавшие его душу, одолевали им всё больше и больше. Ещё и старший брат, связавшийся с какой-то компанией. Уже третий день брат не появлялся дома, лишь недолгие звонки матери. Он был встревожен. Но полиция даже не стала принимать заявление, ведь, как они сказали, нет преступления. Другое дело, если найдут труп. Вот и верь после этого в "святое государство"! Константин зашёл под крышу автобусной остановки. Сев на холодную металлическую скамейку, Константин закурил. Рука, влажная от моросящего дождя, немного замерзала, начиная дрожать из-за этого. Синеватый дым сигареты плавно витал в воздухе, окружая Константина неровными кольцами. Жадно вдыхая горький дым, Константин ожидал нужный ему автобус. Рядом с ним сидел мужчина неопределённого возраста. Он был одет в старые грязные лохмотья, источавшие лёгкий запах тухлости
и гнили, свойственный помойкам и некоторым подвалам. Мужчина просто сидел, смотря в одну точку, и лишь редкое моргание глазами выдавало, что он ещё жив. Лёгкий запах крепкого алкоголя, витавший вокруг него, смешиваясь с дымом сигареты, порождал тошнотворную смесь, от которой Константину стало дурно. На горизонте появился автобус. Он ехал медленно, из-за чего создавалось ощущение, будто он стоит на месте. Резкий порыв ветра сорвал тяжёлые мокрые листья с ветвей. Один из них упал Константину на ботинок. Жёлтый с красным узором, словно кровавая паутина. Шум колёс по мокрому асфальту вырвал Константина из его раздумий. Из автобуса выходила пожилая женщина. Константин неспешно подошёл, ожидая, когда сможет войти в долгожданное тепло. Войдя в салон автобуса, он увидел лишь пару пассажиров, смотрящих в свои смартфоны. Сев у окна, Константин облокотился на него. Мрачная погода на улице нагоняла ещё больше тёмных мыслей, и от этого его взгляд становился всё более и более печальным. От усталости и печали, он медленно проваливался в сон. Тихий, едва заметный шум колёс уверенно вгонял Константина в объятия
Морфея. Путь предстоял долгий, поэтому он мог позволить себе провалиться в забытье. Но его желанию не суждено было сбыться. Рядом присела старая цыганка. Одетая в длинное яркое платье, она очень сильно выделялась на фоне унылого серого пейзажа и угрюмых лиц.
        - Не грусти,  - тихо сказала она, будто боясь быть услышанной.  - Вижу, ждёт тебя дорога дальняя…
        - Извините, не верю в магию всякую. Сколько вам надо?  - грубо ответил Константин.
        - Что, простите? Ах, ты, наверное, подумал, что я одна из этих порочных?  - с явной неприязнью сказала она.  - Мне не нужны деньги. Просто запомни слова мои. Не каждое удовольствие для души полезно.
        Автобус резко подскочил на одной из ям, коими полны дороги нашей Родины. От этого Константин проснулся. "Неужели так крепко уснул в автобусе, что сон приснился?"  - задал он сам себе вопрос. В голове эхом звучали слова приснившейся цыганки. Но он был уверен, что это было на яву! Автобус приближался к нужной Константину остановке. Всё ещё сонный, он прошёл ближе к выходу. Открывшаяся дверь впустила холодный сырой воздух. Он был густой, тяжёлый, похожий на мысли Константина. Выйдя из автобуса, он снова закурил. Сон не выходил из головы. И брат. Что с ним? Как он? Где он в конце концов? Очередной порыв ветра швырнул грязно-серый кленовый лист Константину в лицо, но он так и не долетел до него. Опять тот же узор кроваво-красной паутины, но Константин уже не видел его. Он шёл к подъезду, под крышу, где мог спокойно докурить, прежде чем зайти в теплую квартиру.

        Промокший под дождём, Константин, тем не менее, не торопился домой. Его ожидали лишь пустые, бездушные, холодные стены. Это одиночество угнетало, порождая тёмные, мрачные мысли в столь дождливые и серые дни. Густая, словно живая пустота, наполненная пугающим одиночеством, поселилась в той квартире. Страхи, казалось бы, оставшиеся в детстве, вернулись с новой силой. Будто питаемые мрачностью города, они возрождались, будоража сознание Константина. Иногда, в самые тихие и тёмные из-за туч ночи, ему казалось, будто квартира наполнена различными гостями. Они ходили, тихо, едва слышно стуча по полу. Скреблись в стенах, словно запертые в толстом холодном бетоне. Константину даже казалось, будто кровать проминалась под чьим-то весом, словно кто-то невидимый, но вполне осязаемый, желал отдохнуть рядом с хозяином квартиры. "Это всё игра воображения, страхи, нервы"  - говорил сам себе Константин. Он уже почти неделю пьёт успокоительное и снотворное, дабы избавиться от подобных кошмаров на яву и во сне. Тихое, но навязчивое урчание живота, всё-таки убедило Константина идти в квартиру. Он вошёл в подъезд.
Лампы, опять отсутствовали. Слабый, тусклый свет, проходивший через грязные, порой покрытые толстым слоем пыли, окна едва освещал подъезд. Слабый запах чего-то гниющего витал в воздухе. Где-то на верхних этажах был слышен размеренный не сильный стук. Деревянные перила эхом разносили монотонные удары по себе. Константин достал свой телефон, чтобы включить фонарик. Смартфон далеко не последней модели, местами истёртый и поцарапанный, с трещиной на экране, верой и правдой служил своему владельцу. Константин поднимался на свой, третий, этаж. Звуки ударов становились всё громче и чаще. Создавалось впечатление, будто кого-то ждали. И этот кто-то прибыл. Так думал Константин, одолеваемый своими страхами, переходящими в откровенные психические расстройства. По мере приближения к невидимому гостю, нарастал страх. Он вызывал дрожь, подкашивал ноги Константина, порождая откровенную панику. Вдруг удары прекратились. Тишина. Лишь гулкие порывы ветра за стенами, да дробь дождя за окнами. Константин стоял напротив своей двери. Он слушал. Шум ветра, песнь дождя. За этими звуками он боялся услышать чужие шаги и голоса
в своей, казалось бы, пустой квартире. Он слушал шаги в подъезде, журчание воды в трубах. Наполненный страхами, Константин походил более на затаившегося кота, спрятавшегося от злобных хозяев. Но вопреки его опасениям, в квартире была тишина. Даже если там кто-то и был, то он выжидал своего часа, усердно скрывая своё присутствие. Дрожащей рукой Константин провернул ключ в замке и слегка приоткрыл дверь. Он всматривался в густую темноту, наполнявшей квартиру. Достаточно убедившись, что квартира пуста, Константин вошёл внутрь. Включив свет, он медленно осел на пол. Его одолевали страхи, становившиеся паранойей. Осознание глупости этих страхов лишь вселяло некую безнадёжность, окончательно ломая волю Константина. Он понимал, что сходит с ума. Очередное урчание живота заставило Константина встать и направиться на кухню. Синеватое пламя газовой плиты колыхалось от лёгкого сквозняка. По телевизору показывали местные новости. Константин стоял возле окна, докуривая третью сигарету с того момента, как вошёл в дом. Чайник, стоявший на плите, медленно начинал закипать. Вдруг в окно врезалась птица. Это
столкновение, скорее всего вызванное порывом ветра, стало для неё смертельным. Лишь кровавый узор, напоминавший паутину, остался на стекле. Сердце Константина билось, будто желая выпрыгнуть из груди. Чайник свистел, окончательно закипев. Комнату заполнял мягкий аромат кофе, заливаемого кипятком. Вверху комнаты, в углу над холодильником, паук подползал к только что попавшейся в его паутину муху. Её тихое монотонное жужжание было отчаянной попыткой выжить. Но никто не уйдёт от паука. Никто. Никогда. Константин докурил сигарету, и намеревался выпить крепкий горячий кофе. Вдруг кружка покрывается трещинами и со звоном разлетается на множество осколков. Всё это произошло за считанные мгновения, но Константин видел весь процесс, будто в замедленном видео. "Ну что ж, давно пора было выбросить эту кружку. Слишком много раз она падала у меня из рук"  - пробурчал Константин себе под нос. Убравшись на кухне, он ушёл в спальню, так и не попив кофе. На улице уже темнело. Мрачные сумерки окутали серые улицы. Наступала ночь. Самое страшное и тяжёлое время для Константина. Он направился к успокоительному, но что-то
остановило его. Гулкое постукивание из ванной комнаты эхом разносилось по пустой квартире, лишённой других звуков. "Должно быть вода в трубах" успокаивал сам себя Константин. Но его руки уже дрожали. В горле мгновенно образовался ком, будто липкий холодный страх стал материальным и скопился, мешая дышать. Наступала ночь. Время страхов, полное отчаяния. "Послезавтра надо сходить к врачу. Я так больше не выдержу!"  - шептал Константин. На подкашивающихся ногах он направился к кровати. Главное, уснуть до того, как страхи займут его сознание полностью и безраздельно. Размеренно тикали часы, отсчитывающие неумолимый бег времени. Страх накатывал волной на Константина, но он уже погружался в царство Морфея.
        Промокший под дождём, Константин, тем не менее, не торопился домой. Его ожидали лишь пустые, бездушные, холодные стены. Это одиночество угнетало, порождая тёмные, мрачные мысли в столь дождливые и серые дни. Густая, словно живая пустота, наполненная пугающим одиночеством, поселилась в той квартире. Страхи, казалось бы, оставшиеся в детстве, вернулись с новой силой. Будто питаемые мрачностью города, они возрождались, будоража сознание Константина. Иногда, в самые тихие и тёмные из-за туч ночи, ему казалось, будто квартира наполнена различными гостями. Они ходили, тихо, едва слышно стуча по полу. Скреблись в стенах, словно запертые в толстом холодном бетоне. Константину даже казалось, будто кровать проминалась под чьим-то весом, словно кто-то невидимый, но вполне осязаемый, желал отдохнуть рядом с хозяином квартиры. "Это всё игра воображения, страхи, нервы"  - говорил сам себе Константин. Он уже почти неделю пьёт успокоительное и снотворное, дабы избавиться от подобных кошмаров на яву и во сне. Тихое, но навязчивое урчание живота, всё-таки убедило Константина идти в квартиру. Он вошёл в подъезд.
Лампы, опять отсутствовали. Слабый, тусклый свет, проходивший через грязные, порой покрытые толстым слоем пыли, окна едва освещал подъезд. Слабый запах чего-то гниющего витал в воздухе. Где-то на верхних этажах был слышен размеренный не сильный стук. Деревянные перила эхом разносили монотонные удары по себе. Константин достал свой телефон, чтобы включить фонарик. Смартфон далеко не последней модели, местами истёртый и поцарапанный, с трещиной на экране, верой и правдой служил своему владельцу. Константин поднимался на свой, третий, этаж. Звуки ударов становились всё громче и чаще. Создавалось впечатление, будто кого-то ждали. И этот кто-то прибыл. Так думал Константин, одолеваемый своими страхами, переходящими в откровенные психические расстройства. По мере приближения к невидимому гостю, нарастал страх. Он вызывал дрожь, подкашивал ноги Константина, порождая откровенную панику. Вдруг удары прекратились. Тишина. Лишь гулкие порывы ветра за стенами, да дробь дождя за окнами. Константин стоял напротив своей двери. Он слушал. Шум ветра, песнь дождя. За этими звуками он боялся услышать чужие шаги и голоса
в своей, казалось бы, пустой квартире. Он слушал шаги в подъезде, журчание воды в трубах. Наполненный страхами, Константин походил более на затаившегося кота, спрятавшегося от злобных хозяев. Но вопреки его опасениям, в квартире была тишина. Даже если там кто-то и был, то он выжидал своего часа, усердно скрывая своё присутствие. Дрожащей рукой Константин провернул ключ в замке и слегка приоткрыл дверь. Он всматривался в густую темноту, наполнявшей квартиру. Достаточно убедившись, что квартира пуста, Константин вошёл внутрь. Включив свет, он медленно осел на пол. Его одолевали страхи, становившиеся паранойей. Осознание глупости этих страхов лишь вселяло некую безнадёжность, окончательно ломая волю Константина. Он понимал, что сходит с ума. Очередное урчание живота заставило Константина встать и направиться на кухню. Синеватое пламя газовой плиты колыхалось от лёгкого сквозняка. По телевизору показывали местные новости. Константин стоял возле окна, докуривая третью сигарету с того момента, как вошёл в дом. Чайник, стоявший на плите, медленно начинал закипать. Вдруг в окно врезалась птица. Это
столкновение, скорее всего вызванное порывом ветра, стало для неё смертельным. Лишь кровавый узор, напоминавший паутину, остался на стекле. Сердце Константина билось, будто желая выпрыгнуть из груди. Чайник свистел, окончательно закипев. Комнату заполнял мягкий аромат кофе, заливаемого кипятком. Вверху комнаты, в углу над холодильником, паук подползал к только что попавшейся в его паутину муху. Её тихое монотонное жужжание было отчаянной попыткой выжить. Но никто не уйдёт от паука. Никто. Никогда. Константин докурил сигарету, и намеревался выпить крепкий горячий кофе. Вдруг кружка покрывается трещинами и со звоном разлетается на множество осколков. Всё это произошло за считанные мгновения, но Константин видел весь процесс, будто в замедленном видео. "Ну что ж, давно пора было выбросить эту кружку. Слишком много раз она падала у меня из рук"  - пробурчал Константин себе под нос. Убравшись на кухне, он ушёл в спальню, так и не попив кофе. На улице уже темнело. Мрачные сумерки окутали серые улицы. Наступала ночь. Самое страшное и тяжёлое время для Константина. Он направился к успокоительному, но что-то
остановило его. Гулкое постукивание из ванной комнаты эхом разносилось по пустой квартире, лишённой других звуков. "Должно быть вода в трубах"  - успокаивал сам себя Константин. Но его руки уже дрожали. В горле мгновенно образовался ком, будто липкий холодный страх стал материальным и скопился, мешая дышать. Наступала ночь. Время страхов, полное отчаяния. "Послезавтра надо сходить к врачу. Я так больше не выдержу!"  - шептал Константин. На подкашивающихся ногах он направился к кровати. Главное, уснуть до того, как страхи займут его сознание полностью и безраздельно. Размеренно тикали часы, отсчитывающие неумолимый бег времени. Страх накатывал волной на Константина, но он уже погружался в царство Морфея.
        Константину снилось море. Но не тихое и умиротворяющее, а мрачное, холодное, с порывистым ветром. Густые тёмные тучи заслонили собой небо. Лишь слабый, едва заметный солнечный луч косо падал где-то впереди. Пляж был пуст. Не было ни одного человека. Даже птицы и животные отсутствовали на этом сером пляже, словно пропитанном неописуемой печалью. Позади Константина что-то горело. Запах дыма резко ударил ему в нос, вызвав острый приступ кашля. Константин шёл вперёд, туда, где был солнечный луч. Его ноги вязли в песке, каждый шаг становился всё тяжелее и тяжелее. Вокруг были слышны раскаты грома, эхом звучавшие в голове Константина. Холодный, липкий страх обвивал его сознание, словно питон обвивает свою жертву. Позади были сотни тяжёлых шагов, но луч не стал ближе. И запах дыма становился сильнее, вызывая дикую панику, заставляя бежать, не останавливаясь. Этот кошмар мог бы продолжаться целую ночь, если бы что-то не вырвало Константина из цепких объятий Морфея и Фобоса. Испуганным, но всё ещё сонным взглядом, Константин осмотрел комнату. В ней была лишь темнота. Нет, правильнее Темнота, или даже
непроглядная Тьма, полная будоражущих сознание загадочных образов и силуэтов. Что-то коснулось его руки. Нечто холодное, цепкое, с множеством маленьких лапок. Константин испуганно вскрикнул, одновременно включая лампу, стоящую на прикроватной тумбочке. Глаза, ещё не привыкшие к яркому свету, увидели небольшую многоножку, стремительно уползающую под плинтус. "Чёрт! Вот что скреблось в стенах и потолке! А я уже таблетки пить начал! Всегда ненавидел этих тварей!"  - кричал Константин не известно кому. Его слова разносились слабым эхом по пустой квартире. После случившегося, Константин не решился продолжить свой сон. Вместо этого он направился на кухню, намереваясь выпить кофе и выкурить пару - тройку сигарет. Проходя мимо входной двери, он увидел, как дёрнулась ручка, а следом послышалась быстрая дробь удаляющихся шагов. Оцепенев от страха, Константин лишь стоял и пристально, практически не моргая, смотрел на дверь. Повсюду воцарилась мёртвая, гробовая тишина. Шаги были больше не слышны. Казалось, будто даже часы прекратили свой бег, замерев в ожидании вместе с хозяином. Лишь редкое, тяжёлое, прерывистое
дыхание Константина, полное дикого животного ужаса, разрывало эту зловещую тишину. Тихо, боясь быть услышанным, Константин направился на кухню. Он взял два ножа в свои скользкие от пота дрожащие руки. Сев на стул, он достал сигарету, разбросав несколько штук по полу из-за дрожи. Сердце билось в груди с такой силой, будто желало покинуть её. Константин закурил. Он делал воистину большие затяжки, словно это была последняя его сигарета в жизни. За окном всё ещё шёл дождь. Ветер шумел в кронах деревьев, пролетая сильными порывами по округе, будто искал кого-то. Чья-то собака скулила и завывала, словно её тоже наполнял страх. Константин сидел, практически не двигаясь, дабы не издать ни единого звука. Где-то вдалеке работала сигнализация на автомобиле. Город был словно мёртв. И Константин боялся стать таким же. Его пугала сама мысль о смерти. Страх вился, словно клубок змей, у него внутри. Слёзы невольно накатывались на глаза. Он докуривал уже пятую сигарету. Дым витал вокруг волнистыми слоями, словно некий живой туман. На окне всё так же был след от разбившейся птицы. Константин уже сбился со счёта
выкуренных сигарет. Лишь с первыми робкими лучами солнца, пробившимися сквозь тёмные грузные тучи, он включил газовую плиту. Кофе, вкусный и ароматный, он дарил некий покой, внушая домашний уют. Дрожь в руках стала едва заметной, но всё же не покинула Константина. Попив кофе, он взял свой рюкзак и направился на занятия. На обратном пути он собирался купить что-нибудь от насекомых. Но его терзали вопросы. Кто приходил ночью? И зачем? Совершенно не выспавшийся, нервный и уставший, он вышел из квартиры. На коврике перед дверью лежала игральная карта "Джокер", обожжёная по краям.
        Настороженно взяв карту в руки, Константин нервно осмотривался по сторонам. Вслушиваясь в каждый звук, шорох, он был готов сорваться в любой миг на бег, устремившись куда-либо, лишь бы подальше от всего этого. Но в подъезде было тихо. Лишь ветер пел свою печальную песню. Константин быстро спрятал карту в карман, запирая квартиру. Быстро, будто убегая от кого-то, спускался вниз. Выйдя из подъезда, он снова закурил. "Сколько можно уже? Это меня погубит, рано или поздно"  - сказал сам себе Константин, делая большую затяжку. "Хотя, я сойду с ума быстрее, или нервы не выдержат"  - добавил он уже в своих мыслях, смотря на завихрения дыма и пара, выдыхаемых им. Его путь был привычным и однообразным. Мелкий моросящий дождь бил слабой дробью по его кожанке, стекая каплями на пропитанную дождевой водой землю. Повсюду были лужи, грязные, покрытые рябью от падающих капель, но всё же отражающие серые тучи. На остановке не было никого, кроме Константина. Разве что промокший воробей, время от времени стряхивающий со своих перьев капли воды. Он вжался в дальний угол, прячась от холодного пронизывающего
порывистого ветра. Константин достал из рюкзака один крекер, и немного раскрошив его, высыпал на пол, как можно ближе к воробью. Ему стало жалко беднягу. В этот момент подъехал нужный Константину автобус. В этот раз он был полон настолько, что пассажиры едва умещались. С большим трудом передав деньги за проезд, Константин облокотился спиной на дверь. В его голове кружились мрачные мысли. "Кто же приходил ночью и оставил "Джокера"? И что это значит?"  - шептал непрерывно он сам себе. Люди входили и выходили, Константин уже занял место возле окна. Желание спать становилось всё сильнее, постепенно поглощая его сознание. Липкий сон не желал выпускать Константина из своих объятий. Глаза слипались, тело содрогалось от усталости. Так, возможно, он и уехал бы прочь мимо института. Но его разбудила одногруппница, ехавшая в том же автобусе. "Кость, Кость! Просыпайся, сейчас наша остановка!"  - говорила она, толкая его в плечо. Он быстро проснулся, уставившись в девушку большими, даже огромными глазами. В них улавливалась смесь страха и некоего безумия. Как только автобус остановился, Константин направился к
выходу, попутно пробурчав что-то, отдалённо похожее на слова благодарности. Девушка вышла следом за ним. Она была удивлена его поведением и переменам в нём. В прошлом учебном году они весьма не плохо общались, даже, можно сказать, дружили. Кристина, так звали девушку. Засыпая Константина множеством вопросов, она хотела узнать, что же произошло. Но он лишь повторял монотонно: "Прости, но это не твоё дело". Вскоре он ускорил шаг, явно показывая свою нерасположенность к разговорам. Он боялся не только за себя. Страх был и за окружающих, особенно за близких ему людей. Что, если он опасен для окружающих? Что, если он действительно безумен? Константин снова закурил. Ветер уносил прочь синеватый дым, сдувая серый пепел. Воздух был холодный, влажный, тяжёлый, словно свинец, и казалось, что в нём не было жизни. Будто он нёс лишь печаль, боль и смерть. До начала пар было около двадцати минут. Константин сидел на скамейке под небольшой крышей. В его правой руке был "Джокер", а в левой ещё не зажжёная сигарета. Позади послышались грузные шаги. Тяжёлой поступью неизвестный приближался к Константину. Это был
крупный плечистый парень лет двадцати пяти на вид. "Твой брат должен нам денег. Пятьсот тысяч. Рублей, конечно. И, да, не только нам он должен"  - сказал он грубым голосом с лёгкой хриплостью, как только подошёл к Константину. После этих слов он направился дальше, всё такой же быстрой тяжёлой поступью, будто и не останавливался вовсе. Константин достал телефон. Сейчас он хотел лишь одного - услышать голос брата. Но на том конце были лишь короткие гудки. Он направился прочь от института. Сегодня нет никакого дела до занятий. Он набирал номер родителей. Но они не отвечали на звонки. Снова были лишь короткие гудки. Константин закурил. Снова этот пьянящий аромат, дарующий покой. Константин заказал кофе в уличном автомате, стоящем на территории института, кофе. Чёрный, без сахара и сливок. Его аромат окутывал Константина, смешиваясь с дымом сигареты. Эта сладкая для него смесь была словно опиум для его отчаянного сознания, полного безумием. Его руки дрожали. То ли от холода, то ли от нервов. Вокруг не было никого. Лишь группа молодых людей, идущая по противоположной стороне улицы. Константин снова пытался
дозвониться до родителей, но слышал лишь короткие гудки. За этими безуспешными звонками он не заметил, как компания приблизилась к нему.
        - Сигареткой угостишь?  - сказал грубым голосом один из них. Константин протянул приоткрытую пачку в сторону компании, продолжая совершать безуспешные звонки.
        - Ты понял, какие сигареты даёшь нормальным пацанам?  - начал кричать уже другой из группы.
        - Ты ничего не попутал, козёл?
        - Не нравится, не бери!  - выкрикнул Константин, раздраженный ситуацией. Его нервы были на пределе из-за всего, что происходило последнее время.
        - Слышь, урод! Я тебе сейчас череп сломаю, ублюдок!  - выкрикивал первый из них.
        - Рискни, быдло тупое! Только толпой можете, а в одиночку кишка тонка?  - срывался Константин, в котором закипала небывалая злость. Но в этот момент что-то кольнуло его в живот. Снова и снова. Восемь ножевых ранений. "Получи, ублюдок сранный!"  - с презрением сказал один из компании, смачно плюнув на лежащее тело Константина, истекающего кровью. Она смешивалась с дождевой водой, стекая в небольшую лужу неподалёку, обагряя её румянцем. Красные нити, словно маленькие змейки, кружились в воде. Они рисовали узор. Кровавое подобие паутины появилось в грязной луже, но через миг в неё прилетел маленький воробей. Его сбил ветер. "Валим отсюда, пока никто не увидел!' - сказал кто-то из той компании. Они спешно удалились, оставив Константина истекать кровью недалеко от кофейного аппарата. Вокруг были деревья, колыхаемые порывистым ветром. Они словно шептали на каком-то древнем наречии. Гудки на телефоне прекратились. "Алло, алло! Кость, что случилось? Ты разве не на занятиях?"  - доносился голос матери. Но Константин уже был во Мраке. Тьма, холодная, скользкая, живая. Руки разжали телефон…
        Настороженно взяв карту в руки, Константин нервно осмотривался по сторонам. Вслушиваясь в каждый звук, шорох, он был готов сорваться в любой миг на бег, устремившись куда-либо, лишь бы подальше от всего этого. Но в подъезде было тихо. Лишь ветер пел свою печальную песню. Константин быстро спрятал карту в карман, запирая квартиру. Быстро, будто убегая от кого-то, спускался вниз. Выйдя из подъезда, он снова закурил. "Сколько можно уже? Это меня погубит, рано или поздно"  - сказал сам себе Константин, делая большую затяжку. "Хотя, я сойду с ума быстрее, или нервы не выдержат"  - добавил он уже в своих мыслях, смотря на завихрения дыма и пара, выдыхаемых им. Его путь был привычным и однообразным. Мелкий моросящий дождь бил слабой дробью по его кожанке, стекая каплями на пропитанную дождевой водой землю. Повсюду были лужи, грязные, покрытые рябью от падающих капель, но всё же отражающие серые тучи. На остановке не было никого, кроме Константина. Разве что промокший воробей, время от времени стряхивающий со своих перьев капли воды. Он вжался в дальний угол, прячась от холодного пронизывающего
порывистого ветра. Константин достал из рюкзака один крекер, и немного раскрошив его, высыпал на пол, как можно ближе к воробью. Ему стало жалко беднягу. В этот момент подъехал нужный Константину автобус. В этот раз он был полон настолько, что пассажиры едва умещались. С большим трудом передав деньги за проезд, Константин облокотился спиной на дверь. В его голове кружились мрачные мысли. "Кто же приходил ночью и оставил "Джокера"? И что это значит?"  - шептал непрерывно он сам себе. Люди входили и выходили, Константин уже занял место возле окна. Желание спать становилось всё сильнее, постепенно поглощая его сознание. Липкий сон не желал выпускать Константина из своих объятий. Глаза слипались, тело содрогалось от усталости. Так, возможно, он и уехал бы прочь мимо института. Но его разбудила одногруппница, ехавшая в том же автобусе. "Кость, Кость! Просыпайся, сейчас наша остановка!"  - говорила она, толкая его в плечо. Он быстро проснулся, уставившись в девушку большими, даже огромными глазами. В них улавливалась смесь страха и некоего безумия. Как только автобус остановился, Константин направился к
выходу, попутно пробурчав что-то, отдалённо похожее на слова благодарности. Девушка вышла следом за ним. Она была удивлена его поведением и переменам в нём. В прошлом учебном году они весьма не плохо общались, даже, можно сказать, дружили. Кристина, так звали девушку. Засыпая Константина множеством вопросов, она хотела узнать, что же произошло. Но он лишь повторял монотонно: "Прости, но это не твоё дело". Вскоре он ускорил шаг, явно показывая свою нерасположенность к разговорам. Он боялся не только за себя. Страх был и за окружающих, особенно за близких ему людей. Что, если он опасен для окружающих? Что, если он действительно безумен? Константин снова закурил. Ветер уносил прочь синеватый дым, сдувая серый пепел. Воздух был холодный, влажный, тяжёлый, словно свинец, и казалось, что в нём не было жизни. Будто он нёс лишь печаль, боль и смерть. До начала пар было около двадцати минут. Константин сидел на скамейке под небольшой крышей. В его правой руке был "Джокер", а в левой ещё не зажжёная сигарета. Позади послышались грузные шаги. Тяжёлой поступью неизвестный приближался к Константину. Это был
крупный плечистый парень лет двадцати пяти на вид. "Твой брат должен нам денег. Пятьсот тысяч. Рублей, конечно. И, да, не только нам он должен"  - сказал он грубым голосом с лёгкой хриплостью, как только подошёл к Константину. После этих слов он направился дальше, всё такой же быстрой тяжёлой поступью, будто и не останавливался вовсе. Константин достал телефон. Сейчас он хотел лишь одного - услышать голос брата. Но на том конце были лишь короткие гудки. Он направился прочь от института. Сегодня нет никакого дела до занятий. Он набирал номер родителей. Но они не отвечали на звонки. Снова были лишь короткие гудки. Константин закурил. Снова этот пьянящий аромат, дарующий покой. Константин заказал кофе в уличном автомате, стоящем на территории института, кофе. Чёрный, без сахара и сливок. Его аромат окутывал Константина, смешиваясь с дымом сигареты. Эта сладкая для него смесь была словно опиум для его отчаянного сознания, полного безумием. Его руки дрожали. То ли от холода, то ли от нервов. Вокруг не было никого. Лишь группа молодых людей, идущая по противоположной стороне улицы. Константин снова пытался
дозвониться до родителей, но слышал лишь короткие гудки. За этими безуспешными звонками он не заметил, как компания приблизилась к нему.
        - Сигареткой угостишь?  - сказал грубым голосом один из них. Константин протянул приоткрытую пачку в сторону компании, продолжая совершать безуспешные звонки.
        - Ты понял, какие сигареты даёшь нормальным пацанам?  - начал кричать уже другой из группы.  - Ты ничего не попутал, козёл?
        - Не нравится, не бери!  - выкрикнул Константин, раздраженный ситуацией. Его нервы были на пределе из-за всего, что происходило последнее время.
        - Слышь, урод! Я тебе сейчас череп сломаю, ублюдок!  - выкрикивал первый из них.
        - Рискни, быдло тупое! Только толпой можете, а в одиночку кишка тонка?  - срывался Константин, в котором закипала небывалая злость. Но в этот момент что-то кольнуло его в живот. Снова и снова. Восемь ножевых ранений. "Получи, ублюдок сранный!"  - с презрением сказал один из компании, смачно плюнув на лежащее тело Константина, истекающего кровью. Она смешивалась с дождевой водой, стекая в небольшую лужу неподалёку, обагряя её румянцем. Красные нити, словно маленькие змейки, кружились в воде. Они рисовали узор. Кровавое подобие паутины появилось в грязной луже, но через миг в неё прилетел маленький воробей. Его сбил ветер. "Валим отсюда, пока никто не увидел!' - сказал кто-то из той компании. Они спешно удалились, оставив Константина истекать кровью недалеко от кофейного аппарата. Вокруг были деревья, колыхаемые порывистым ветром. Они словно шептали на каком-то древнем наречии. Гудки на телефоне прекратились. "Алло, алло! Кость, что случилось? Ты разве не на занятиях?"  - доносился голос матери. Но Константин уже был во Мраке. Тьма, холодная, скользкая, живая. Руки разжали телефон…

        Глава 2: "Новая жизнь"

        Ледяное, обжигающее холодом море пробудило Константина от некоего подобия сна. Тучи, чёрные, как дым, слоями застилали небо. Сильный порывистый ветер безжалостно обдувал дрожащего от холода Константина. Его тело изнывало от боли. Кровь струилась из живота, стекая в холодное море. Константин с трудом встал, собрав, казалось бы, последние крупицы своих сил. Он издал слабый глухой стон, полный боли и отчаяния. Очередной порыв ветра едва не сбил его с ног. Оглядевшись, Константин увидел лишь небольшой луч света, падающий где-то вдалеке. Он словно очутился в одном из своих многочисленных кошмаров. Пульсирующая боль разносилась от живота по всему телу. В глазах темнело. Воздуха катастрофически не хватало. Константин сделал первый шаг, наполненный неуверенностью и слабостью. Песок, пропитанный его кровью, с неимоверной жадностью впитывал всё новые порции, обагряясь и темнея. Громкие раскаты грома наполняли окружающее пространство, будто заставляя содрогаться землю вместе с небесами. Константин собирал всю свою волю в кулак, прилагая неимоверные усилия для каждого шага. Боль заполняла всё его сознание и
тело. Песок, ставший бурым от крови, вился змеёй следом за Константином. Его отчаянные попытки остановить её, зажав рукой, оказались тщетны. Ноги, холодные, словно зимой, едва слушались своего хозяина. Шаги Константина были слабыми, неуверенными, пошатывающимися. Тяжёлое прерывистое дыхание Константина, смешиваясь с глухими ударами сердца, шумело и пульсировало в ушах. Ветер завывал вокруг, путаясь в его волосах. Константин шёл туда, где падал солнечный луч. Не зная, как объяснить самому себе, он просто чувствовал, что должен идти туда. Молнии сверкали вокруг, озаряя своим светом всё пространство. Они причиняли боль уставшим глазам Константина. Где-то вдалеке были слышны голоса. Тихие, неразборчивые, они перешёптывались о чем-то, недоступном для Константина. Эти голоса сводили его с ума. Но он продолжал идти, стараясь не обращать на них внимания. Луч падал на небольшой песчаный бархан впереди. До него оставались считанные метры. Но Константин уже не мог идти. Рухнув на холодный песок, он изнывал от боли и своей беспомощности. Шепчащие голоса становились всё ближе. Они наводили ужас на Константина.
Зажимая одной рукой кровоточащие раны, он с неимоверным трудом заползал на всё выше и выше. Поднимаясь одной свободной рукой, Константин отчаянно цеплялся за песок, вытекающий сквозь его пальцы. Он обжигал своим холодом, словно лёд. Его колени уже начали кровоточить, истёрые сухим колким, режущим песком. Стоны боли наполняли окружающее пространство, но шёпот всё равно был сильнее, приближаясь к нему с каждым мгновением. Солнечный луч ласково коснулся его руки. Он дарил неимоверное тепло, разливающееся приятной волной по всему телу. Константин упорно взбирался всё выше и выше, оставляя кровавый след позади себя. Он был абсолютно уверен, что спасение в этом луче. Рывок за рывком он приближался к заветной цели. Константин с огромным трудом поднялся на шатающихся ногах. Казалось, будто его крик эхом разнёсся по округе. Молнии сверкали не переставая. Они образовали некий круг возле него. Голоса переходили на дикий крик, превращающийся в визг. Это причиняло боль ушам и голове Константина. Он поднял голову вверх, с некоей надеждой взглянув в небеса. Мощный шквал молний образовал сплошную стену, издававшую
громкий гул. Свет луча дарил тепло и покой. Наступила тишина. Абсолютная, словно живая Тьма будто поглотила весь мир. Не было ничего. Но в то же время в этом ничто ощущалось нечто большее, что невозможно описать. Сила, энергия, какой Константин не знал ранее. Она наполняла его, волнами расходясь по телу, изнывающему от боли. Константин не ощущал своё тело. Мысли путались, переплетаясь, словно змеи. Но и они покидали его, растворяясь в этой живой энергии. Последнее, что увидел Константин, это пульсирующая кровавая паутина. Она была столь огромна, что казалось, будто окутывает весь мир, если не больше…

        Ласковый тёплый ветер нёс приятный цветочный аромат. Яркое солнце светило прямо в глаза, ослепляя Константина. Его тело, изнывавшее от боли, было будто парализовано ей. Голова ужасно кружилась, из-за чего создавалось ощущение, что весь мир начал дикий безумный танец. Во рту и горле было столь сухо, что Константин не мог даже издать стон. Лишь слабый, едва слышимый хрип срывался с его уст. В животе пульсировала боль, волнами расходящаяся по телу. Константин не понимал, жив он или уже мёртв. Он был бы рад любому исходу событий. Неподалёку летавшие птицы напевали незамысловатый мотив. Константин сжал руку в кулак, но мышцы отозвались очередной порцией боли. Она эхом разнеслась по всему телу, и, казалось бы, затмила собой весь мир. Сердце билось с неимоверной скоростью, разгоняя кровь по венам. Эти глухие удары, пульсирующие в ушах, заглушали все остальные звуки. Перед глазами застыла кровавая паутина. Она мерцала, словно желая исчезнуть. Ветер играл с волосами Константина, вместе с солнцем, согревая его. Константин боялся открывать глаза. Его пугала неизвестность. Но всё же он решился попытаться
встать, преодолев боль и свои страхи. Сначала, открыв глаза, он увидел лишь яркий белый свет, дарующий режущую боль. Прозрачные, густые, вязкие слёзы стекали по лицу. Паутина постепенно блекла, уступая место ослепительному свету солнца. Константин медленно поднялся на локтях. Боль пульсирующими волнами разнеслась по телу. Константин издал практически утробный хрип, похожий на слабое рычание. Руки дрожали от боли и усталости, будто налитые свинцом. Каждая клеточка тела умоляла о пощаде, изнывая от неимоверной боли. Но Константин отчаянно пытался хотя бы сесть на землю, а по возможности и встать. Мышцы будто разрывались от нагрузки, причиняя всё больше и больше боли. Глаза привыкли к столь яркому свету. Теперь он видел яркую зелёную траву. Вокруг него была поляна из всевозможных растений, благоухающих и успокаивающих. Насколько мог видеть Константин, всё пестрело всевозможными цветами. Вокруг летали насекомые, жужжащие неимоверно близко от Константина. Он сидел посреди этой поляны, разглядывая ужасающие шрамы на своём животе. Казалось, будто они сделаны несколько лет назад. Жуткие рубцы красовались на
животе, и лишь кровавые пятна на футболке свидетельствовали о недавности полученных ранений. В ушах звенело от боли. Он был напуган, совершенно не понимая, где находится и почему ещё жив. Вдруг он услышал тихий шелест травы. Перед ним предстал глубокий старец. Его голова была покрыта серебряной сединой. Длинные волосы были собраны яркой повязкой с какими-то непонятными Константину угловатыми символами. Тёплый ветер раздувал волосы этого старца. В руках он держал причудливый посох, но было видно, что не опирался на него, а стоял гордо и уверенно, не взирая на внешний, весьма почтительный возраст. Белоснежная длинная одежда на нём была покрыта узором из тех же символов, что и повязка на голове. Его глаза были белыми, словно он был слеп. В них читалась многовековая мудрость и вселенская доброта. Словно из старых былинных сказок, читаемых Константином в детстве, этот старец внушал уважение. Улыбка, кроткая, добрая сияла на его лице. От него исходило непонятное Константину тепло. Боль постепенно отступала. Старец, не говоря ни слова, протянул некий кожанный мешок, завязанный наверху. В нём что-то
переливалось, некая жидкость. Константин с опаской развязал тугой узел из сухих толстых нитей. Прильнув к этому мешку, он был несказанно рад. В нём была вода. Самая вкусная и желанная за всю его жизнь. Сначала она причиняла боль, стекая по пересохшему горлу. Словно шар, состоящий из шипов и иголок царапал изнутри. Но вскоре и эта боль уступила место наслаждению. Полностью осушив этот мешок, Константин протянул его старцу. Он понимал, как жалко выглядел сейчас. Не зная, как поблагодарить старца, он лишь сказал: "Спасибо". В ответ получил лишь улыбку и протянутую руку. Константин был неимоверно благодарен этому старику, но всё же не знал, можно ли ему доверять. Он совершенно не понимал, что происходит вокруг, и, что гораздо важнее, где сейчас находится. Словно услышав это, старец слегка прищурил глаза. В них читалась некая тревога, смешанная с заботой. Константин решил, что хуже уже не будет. Он встал, оперевшись на сухую, но сильную не по годам руку старца. Тот совершенно молча развернулся в сторону далёкого леса и направился туда. Не имея иной альтернативы, Константин последовал за ним, борясь со
своими страхами и болью. Он желал верить, что старец ему не враг.
        Над головой кружились птицы, охотясь на летавших всюду насекомых. Небо, совершенно недавно бывшее без облаков, застилала белая пелена. Она была похожа ровную тканья покрывавшую весь небосвод. Причудливые тени скользили по поляне, сливаясь друг с другом. Константин, идущий следом за загадочным старцем, приближался к лесу. Тёмный, таинственный, даже зловещий лес становился всё ближе. Казалось, будто высокие исполинские деревья доставали до самого неба, подпирая небосвод. Вечный мрак окутал этот лес, казавшийся живым. Создавалось впечатление, будто это и не лес вовсе, а некое существо, древнее, как сама природа. Некоторые деревья были мертвы. Их чёрная обгоревшая кора внушала холодный ужас Константину. Мелкая дрожь пробила его при мимолётном взгляде на этот таинственный лес. На спине выступили мелкие капли пота. Всё его естество будто противилось самой идее приближаться к этим деревьям. Всё ещё испытывая боль, пульсирующую по всему телу, Константин попросил сделать привал. Но старец остановился лишь на миг, будто выслушивая просьбу. Он продолжил идти, словно не слыша своего спутника. Константину
ничего не оставалось, кроме как идти следом. Он всё ещё надеялся, что старец ему не враг. Ветер усиливался. Длинные волосы старца, покрытые серебряной сединой, развевались за ним. Константин почувствовал запах гари. Его нёс ветер со стороны леса. В небе летали причудливые фигуры из облаков, отбрасывая пугающие Константина тени. Он в очередной раз поднял свой взор вверх, желая убедиться в своей безопасности. Но на этот раз юноша увидел нечто страшное, будоражущее сознание. Будто некий бред истинного безумца! Но это было наяву. Словно страшный сон воплотился в реальность. В небе средь облаков сияли три луны! Большая, белая, отдающая синевой луна была словно опоясана тонкой, едва заметной нитью. Две другие луны были кровавого цвета и намного меньше предыдущей. Это не укладывалось в голове Константина. Он не мог в это поверить. Для него это было чистым безумием, лишённым здравого смысла. Ветер становился сильнее. Исполинские деревья скрипели, сгибаясь под его натиском. Старец остановился. Его руки, казалось, дрожали. Но не от усталости, а от неимоверного напряжения. Держа правой рукой посох, он выставил
вперёд левую руку. На запястье висел некий браслет, сделанный из серого блёклого металла. Старец вдумчиво смотрел в сторону леса, будто желая что-то увидеть в нём. Браслет, до этого плотно сжимавший руку владельца, свободно свисал с неё. Казалось, что он сейчас упадёт на землю. Старец, совершенно не обращая внимание на удивлённого, обескураженного Константина, пошёл вперёд. Уже подойдя к лесу, старец прикоснулся к одному из деревьев и простоял так не более минуты, тянувшейся для Константина целую вечность. Юноша, уставший от столь длинного для него пути, с опаской вошёл в лес. Его вечный мрак становился гуще. Тоскливые скрипы деревьев навевали тоску. Страх, не покидавший Константина, становился лишь сильнее. Внутри всё сжималось, будто в ожидании чего-то плохого, зловещего. В горле образовался ком, мешавший дышать. Ноги стали ватными. Пришла сильная головная боль, сопровождаемая слабой тошнотой. Земля проминалась под ногами, словно состояла из пустот. Тонкие серые веточки с хрустом ломались под ногами, будто косточки мелких зверьков. Константин сполз вдоль одного из деревьев, осев на землю. Он изнывал
от боли и усталости. Казалось, что они безраздельно завладели его телом. Он опустил руку на землю, но упёрся во что-то, не похожее на привычную почву. Его страх становился всё сильнее. Набравшись смелости, Константин решился взглянуть на это нечто. Под рукой лежал маленький белый обглоданный череп змеи. Её длинные клыки зловеще выпирали вперёд, будто желая атаковать даже после смерти. Сердце Константина билось с неимоверной скоростью, готовое выпрыгнуть из груди. В глазах всё поплыло. Свет померк для него. Лишь холодный липкий страх, эхом летавший в сознании Константина. И боль, подпитываемая усталостью разрывали тело. Он потерял сознание.
        В этот раз Константину ничего не снилось. Он просто был во тьме, окутанный ею, словно жертва паука в коконе. Придя в себя, он осмотрелся по сторонам. Его взору предстал большой просторный бревенчатый дом. Скудное, скромное убранство внушало по-настоящему домашний уют. За стенами завывал порывами ветер. Деревья стонали под его натиском, готовые сломаться, несмотря на свои воистину исполинские размеры. Где-то вдалеке завывала волчья стая, разжигая страх к внешнему миру. Дом состоял из одной единственной комнаты, разделённой на небольшие отделы с помощью всевозможных занавесок. Видно было, что здесь не хватает женских рук, в доме хозяйствовал мужчина. Но он был хозяйственным, домашним. На большом дубовом столе лежало немного еды. Пара птичьих ног, жаренных на огне, со слегка хрустящей корочкой сверху, и небольшим количеством крови внутри. Именно так и любил Константин, с первым куском, жадно съеденного мяса, задумавшийся о столь неожиданном совпадении. Рядом с тарелкой стоял большой ковш, наполненный до краёв ядрённым квасом. Закончив со своей трапезой, Константин не на шутку встревожился отсутствием
хозяина избы. И ещё он безумно хотел свежий ароматный кофе и хотя бы одну сигарету. День в жилище отворилась. На пороге, весь промокший, содрогаемый от холода, колыхаемый ветром, стоял старец. Его длинная подпоясанная одежда, бывшая белоснежной в первую их встречу, была покрыта кровавыми пятнами. Старец крепко держал посох, а в его глазах уже не было ни намёка на бывшую некогда доброту. В них сияла злоба, смешанная с чистым гневом. Он всё так же казался слепым. Его повязка, собиравшая волосы, отсутствовала. Длинные седые мокрые пряди свисали вниз, прикрывая часть лица. С них стекала вода. Левая рука старца, на которой днём красовался браслет, была вся в крови, стекавшей ровной, беспрерывной струёй. На его лице был безумный оскал, полный лютой ненависти, порождённой болью. Ровные зубы, неестественно белоснежные, будто готовы были пронзить любую плоть каждого, кто посмеет встать на пути. За его спиной, на улице, зловеще свернула молния. В её свете старец показался, не без того испуганному Константину, истинным злом.
        - Сгинь!  - прошипел старец Константину.  - Иначе окажешься там, где и должен быть!
        Константин совершенно не желал ссориться с этим стариком, тем более в такую ужасную ночь. Закрыв дверь и заперев её на массивный металлический засов, старец поставил посох к стене. Убрав волосы с лица, он взял первый попавшийся кусок материи, аккуратно сложенную на широкой деревянной скамье. Теперь, когда волосы не мешали ему, он, слегка прихрамывая, направился к столу. Сняв одежду, он аккуратно уложил её на одну из табуреток. Его тело было сильным, подтянутым, не соответствуя внешнему возрасту. Кожу покрывали различные символы, образуя всевозможные плетения. Левая рука была словно разрезанна, даже скорее разорванна! От самого плеча до кисти была огромная кровоточащая рана. Старец, подняв правую руку над раной, начал водить ею, что-то быстро нашёптывая. Для Константина это было сродни безумию. Но рана начала медленно затягиваться, прекращая кровоточить.
        - Чего глазеешь? Неужто целителей не видел, мертвец не доделанный?  - прошипел старец на Константина.
        - Н-нет, не видел.  - растерянно ответил он.
        - И говор иной у тебя, не наш. Откуда ты?
        - Сначала скажите, где я!  - потребовал Константин.
        - Лес Хаардим срединных земель.
        - Где это? Какая область? Где ближайший город?!  - бесцеремонно перебил его Константин.
        - Ответил я на вопросы твои, так и ты, добр будь, ответь на мои. Иначе вон из жилья моего!  - требовательно сказал старец.
        - Меня зовут Константин. Я из города ***.
        - Лжец! Нет такого города! Я знаю все города четырёх провинций! А за ними уже ни один живой человек живым не останется. И имя твоё странное, будто старинное, забытое.  - обмягчился старец, окончательно залечив руку.
        - Спасибо, что помогли.
        - Помог? Я сражался за тебя, твою жизнь не заслуженную. И лишь какое-то спасибо? Что означает оно?
        - Благодарность.  - ответил Константин, удивлённый реакцией собеседника.
        - Так молви правильно, иль гневить меня удумал?
        - Не местный я, простите.
        - Началась кровавая охота в этих местах. Два светила ночных кровавые стали, пробудили они зверей местных, да не только их. Не вижу с тобой ни меча, ни молота, значит не воин ты. Чаровник из тебя тоже не вышел, коли целительную волшбу не ведаешь. По утру решишь, куда путь держать. А ныне разрешаю у меня ночь тёмную свирепую переждать. Да приглашаю остаться у меня, пока охота кровавая не завершится.
        - И сколько ждать?
        - Семь дневных светил и восемь ночных. Но ответ по утру дашь, не сейчас…
        С этими словами старец, взяв посох, отправился в одну из секций, отделёных занавеской. Там стояла большая кровать. Константин лёг на ту кровать, где и проснулся. Утра вечера мудренее…

        Глава 3:"Первыйучитель"

        Яркий солнечный луч бодро проскользил по лицу Константина. За окном было уже светло. Оглядевшись по сторонам, Константин не заметил старца. На столе стояла деревянная тарелка, наполненная мелкими кусочками вяленного мяса. Рядом был большой ковш, до краёв наполненный ядрённым квасом. Константин с огромным аппетитом уплетал еду, оставленную заботливым хозяином. Тяжёлая дубовая дверь медленно отворилась, издав протяжный сухой скрип. На пороге стоял старец. Его лицо источало некий покой, словно святые с икон. Яркий солнечный свет озарял его голову, отчего создавалось впечатление, будто над старцем сияет нимб. Его одеяние было белоснежным. Словно и не было никаких ранений прошлой ночью. Всё так же уверенно держа длинный деревянный посох, он уверенно вошёл в дом, приветливо улыбнувшись. Константин так и не понимал, как он видит, ведь его глаза были белые, словно варёные. И он не моргал. Даже не двигал глазами, что пугало Константина до слабой, едва заметной дрожи по всему телу.
        - Свет добрый, Константин.  - протяжно сказал старец.
        - И вам, старче, не хворать.  - бодро и весело ответил юноша.
        - Старче, молвишь? Да силою обладаю большей, нежели ты. И хвори не берут меня. Ладно, явствуй. А после из избы выходи, не гоже при светиле ярком почевать на печи. Да и ответ не получил я от тебя.
        - А можете объяснить, что вообще происходит? Где я? Не место, а, наверное мир. И кто вы?
        - Неужто не ведаешь ты? Аль потешить меня решил?
        - Не ведаю. Не мой мир это. Не так говорят у нас, и нет трёх лун на небе. И раны не заживают прямо на глазах!  - быстро тороторил Константин, руки которого мелко дрожали.
        - Ох, отрок, неужто послан ты?  - сказал старец, медленно оседая на скамью.  - Мир Эохат наш предки назвали, но ныне зовут по разному. Позабыли род свой многие, отреклись от Богов древних, да природу не слышат. А ведь она всегда при Роде была, без неё нет жизни нам. Вот и гибнем вместе все. И Тьма и Зло приходят в мир, меняя обличья. Но никто не приходил к нам в теле людском.
        - Что?  - громко завопил Константин.  - Я не на Земле?
        - Земля? Так выйди из избы и будешь на ней. Аль не вразумел я тебя?
        - Земля, это мой мир. Я оттуда.  - с горечью вздохнул Константин. На его глазах появились влажные капли.
        - Странные вы. Мир землей называть. Ну не моё дело это, на то Боги есть, коль не погубили вы их. Меня звать Феерар. Но так же и Светородом кликали ранее. Сам решай, как звать меня. Живу я здесь, в лесах этих. Изгнан…  - старик резко замолчал, поняв, что сказал лишнего.
        - Есть возможность вернуться назад?  - с надеждой в голосе спросил Константин.
        - Не ведаю тайн этих. Не ко мне тебе надобно. Как Кровавая Охота завершится, ступай к магам. Скарб помогу собрать, да наставления дам. А до того, живи у меня. Вижу, не кривишь душой предо мной. Только меня не упоминай, когда к ним явишься. Недруги мы, давно уже.
        - Да, как скажете, Светород. Как мне отблагодарить вас за помощь?  - спросил Константин, окончательно отчаявшись вернуться домой. Этот мир был не его. Он не мог драться, не владел оружием. И тем более магия! Само существование которой не укладывалось у него в голове. Он всегда считал, что это глупый вымысел писателей, но никак не реальность. В его голове роились мысли, путаясь друг с другом. Он понимал, что вряд ли дойдёт до этих магов. Да и вообще, с чего вдруг они будут ему помогать? Он с надеждой смотрел на старца. В нём он видел надежду, спасение, но и угрозу. Константин прекрасно помнил, с каким безумным лицом явился Светород этой ночью. Что произошло там, во тьме ночной бури? И что творится сейчас? Как объяснить всё это? Липкий ком подкатывал к горлу, мешая дышать. Слёзы были готовы политься из глаз. Но Константин держался из последних сил. Он считал, что не имеет права показать слабость характера перед Феераром.
        - Благо подарить мне желаешь?  - потирая вчера раненую руку, спросил старец.  - Пойди, да дров на руби, что лежат во дворе. Эта ночь будет холодной.
        Константин вышел во двор. Вокруг был огромный, воистину исполинский зловещий лес. Слабые лучи солнца пробивались сквозь ветвистые кроны. На земле царил вечный полумрак. Лишь небольшая поляна, на которой находилась изба, была освещена тёплым ласковым светилом. На небе всё так же виднелись три луны. Сейчас, при дневном свете, этот мир не внушал страха и тревоги. Но Константин отчётливо помнил ночную грозу и воистину огромную рану на руке Светорода. Глубоко вдохнув полной грудью, Константин закрыл глаза, раскинув руки в стороны. Он впервые почувствовал себя живым. Никогда так не радовавшись солнцу, воздуху и простой возможности жить, Константин впервые по достоинству оценил это! Его лицо озарила широкая улыбка, а весёлый задорный смех был слышен даже Светороду. Старец лишь кротко, смиренно улыбался, поглаживая свою бороду. В его правой руке был посох, тускло светившийся синевой. Феерар наложил чары на двор специально для Константина. Видя внутреннюю боль юноши, он искренне желал ему помочь. А смех - лучшее лекарство, это каждый чародей знает. Синеватое свечение уже исчезло, но заливистый смех
Константина всё продолжался. Светород тяжёлой поступью подошёл к юноше, мягко положив ему руку на плечо. Он хотел прочувствовать всю его боль, тревогу, страхи. Слабое покалывание в ладони пульсацией отдавалось в плечо. Феерар чувствовал липкий, холодный, словно живой сгусток негатива в Константине. Страхи, ненависть, боль и что-то ещё, не совсем понятное старцу, сплеталось в один клубок, словно змеи. Тошнотворная волна захлестнула Светорода, отталкивая от Константина. Где-то глубоко в лесу раздался зловещий вой. Громкий, протяжный, холодный, полный жажды крови и плоти. Константин, так и не заметивший прикосновение старца, вздрогнул от этого воя. Его спина покрылась мелкой испариной. Веселье, которому он отдался безраздельно, улетучилось, будто его и не было. На его место пришёл страх, плотный, липкий, мешавший дышать. Внутри всё сжималось, словно пытаясь скрыться от невидимого зверя. Ноги, ставшие словно ватными, подкашивались, и казалось, что они никогда не способны были ходить. Громкий хруст ветвей был слышен отовсюду. Словно целая стая огромных кровожадных зверей мчалась в сторону старца и юноши.
Вой повторился вновь. Эхо разносило его всё дальше и дальше. Страх сковывал Константина всё сильнее и сильнее. Пред ним предстало дикое, непостижимое для жителя Земли, единение человека и волка. Константин был в истинном шоке. Он всегда считал, что оборотни - вымысел кинематографа. Но перед ним стоял настоящий, живой монстр, покрытый чёрной густой шерстью. Его огромная пасть была приоткрыта, и из неё стекала слюна, смешанная с кровью. Глаза оборотня были красными, светящимися, словно два рубина. Когти были длинными, изогнутыми, и с них стекала чья-то кровь. Зверь стоял на задних лапах, слегка согнутых, словно перед прыжком. Злобное утробное рычание внушало воистину дикий животный страх. Остальные Звери замерли поблизости, словно чего-то ожидая. "Перед нами Вожак"  - молниеносно пронеслось в голове Константина. От первого завывания прошло не более двух секунд. Светород даже не успел отшвырнуть мальчишку в дом. Они так и стояли перед Вожаком и Стаей. И казалось, нет им спасения. Вдруг Константин почувствовал, что внутри что-то закололо. Слабо, словно лёгкий разряд электрического тока. Он словно знал,
нет, скорее чувствовал, что надо делать. Это было некое чутьё. Слабое, едва ощутимое. Он вышел вперёд, выставив перед собой правую руку. Мягкое тепло разливалось по телу, собираясь в ладони вытянутой руки. Константин не видел ничего, кроме Вожака. Шаг. Снова шаг. Слабые, неуверенные, пошатывающиеся шаги становились всё меньше и меньше. Зверь всё так же стоял, словно ожидая чего-то. Константин подошёл настолько близко к Вожаку, что тот без труда мог бы разорвать его лапами, даже не двигаясь с места. Правая ладонь юноши коснулась головы Зверя, покорно стоявшего по одной ему известной причине. Тепло переходило из Константина в Вожака. Зверь отпрянул, словно испугавшись. Его взгляд был направлен на стоявшего перед ним человека. Издав протяжный вой, он в несколько огромных для человека прыжков скрылся во мраке лесной низины. Стая отправилась следом за Вожаком. Константин уже не видел этого. Он просто рухнул на землю. Лишь далёкий вой эхом разносился в его голове.
        Константин стоял, окружённый выжженной землёй. Она зияла своей мрачной чернотой. От неё исходил тёплый серый дым, восходящий ровными нитями. Запах гари пропитал всё вокруг, и казалось, что сам Константин состоял из этого дыма. Настолько слабо он ощущал своё тело. Его босые ноги обжигал жар земли. Вокруг, насколько Константин мог видеть, не было никого и ничего. Лишь гнетущая чернота, покрытая смогом. Внутри накапливался страх. Целый рой вопросов витал в голове. И лишь обжигающая боль и горький привкус дыма вынуждали Константина действовать. Он бежал. Его не волновало, куда именно, лишь бы подальше от этого ужасного пожарища. Вдруг он обо что-то споткнулся и кубарем полетел вперёд. Сажа и копоть земли покрыли его тело, забившись даже в рот. Горечь, противная и обжигающая, вызывающая отвращение - вот что он почувствовал. Его что-то ударило, словно электрический разряд. И всё исчезло. Пришла лишь темнота…
        Константин пришёл в сознание. Тело изнывало от боли. По комнате витал столь знакомый и приятный аромат. Он словно заполнял собой всё пространство вокруг, наполняя каждый атом своей живостью. Это был кофе, сваренный совершенно недавно, возможно несколько минут назад. Константин медленно поднялся, оставшись сидеть на краю кровати. Светород сидел возле кровати, пристально смотря на юношу. На его лице была добрая улыбка, но в глазах читалась тревога. В его руке была деревянная кружка кофе, столь ароматным и приятным, что Константин уже и позабыл о своей боли. Его руки тянулись к столь привычному и желанному напитку. Но Феерар злобно взглянул на Константина.
        - Скажи, отрок, кто обучал тебя?  - злобно прохрипел Светород.
        - Обучал? Чему? Я не понимаю!  - испуганно выкрикивал Константин.
        - Ты… Ты контролировал волкодлака! Вожака! На такое даже я не способен.
        - Волкодлака? А кто это? Я видел оборотня только.  - недоумевая сказал юноша, в желанием и слегка трясущимися руками смотрящий на столь желанный кофе.
        - Оборотень - это чародей, что обернуться зверем может по разумению своему. А пред нами предстала стая диких, необузданных волкодлаков во время кровавой охоты!  - разъяснял старец.
        - Светород, я правда, не знаю, как сделал это. Словно что-то внутри подсказывало, чувствовал это всем нутром своим.
        - Ох, отрок.  - вздохнул Феерар.  - Темнить и душой кривить удумаешь со мною, трижды пожалеешь. Не прост ты. Ой, не прост. Но думу думать будем по утру. На, вон, выпей отвар.
        Константин с жадностью пил кофе огромными глотками. Его приятный вкус был неповторим. Казалось, будто это самый лучший кофе за его жизнь. Но он был иным. Лёгкие нотки незнакомых ему трав едва прослеживались в общей мелодии вкуса. И вот, когда кружка была практически пуста, Светород снова заговорил.
        - Откуда о напитке этом прослышал да вкусил его ранее? Лишь маги знают о нём, да не все готовить умеют.
        - В моём мире он доступен всем. Кофе зовётся. Только эти зёрна тепло любят.  - мягко, практически шёпотом, ответил Константин.
        - Значит разные напитки у нас. Этот из нескольких трав варится. Восстанавливает силы он чаровнические. Но опасен. Разум у него свой будто. И меняет чародея всякого, взывая к крови его, да на деяния пагубные толкая. Рассудок затмевает, да волю порабощает.
        - Но я не чувствую этого, да и как такое может быть?  - удивился Константин.
        - Тайна это даже для меня. Без светила дневного даже дверь не отворяй из избы, дабы худо да зло не впустить. По утру решу, что дальше делать будем. Не прост ты, хотя сам не ведаешь. Пища на столе, вкушай её.
        С этими словами Светород устранился в свою комнату, размеренно постукивая по пути посохом. Константин так и остался сидеть на кровати, погруженный в глубокие и тревожные мысли. Он и не заметил, как снова погрузился в сон.
        Светлый весёлый солнечный луч бодро бегал по лицу юноши. В этот раз Константин спал спокойно и безмятежно. Ничто не тревожило его покой. За столом сидел Светород, пристально смотрящий на еду. Его губы были в движении. Он что-то шептал. Лишь когда рядом стоящий посох засветился серебряным цветом, старец приступил к пище. Он ел медленно, словно наслаждаясь вкусом.
        - Утро доброе, Светород.  - поприветствовал юноша.
        - И тебе не хворать, да не горевать, отрок.  - ответил старец, вытирая усы и бороду рукой.  - Ныне спал с покоем ты, не блуждая во тьмах душевных. Впредь ложись прежде, чем засыпать. Не буду каждый раз в кровать укладывать тебя.
        - Да, извините.  - виновато ответил Константин, потупив глаза.
        - К столу зову, пищу вкушать. А после поведаешь мне о себе. Не по нраву мне тайны твои, да чародейство…  - Светород резко замолчал, будто чуть не сказал лишнего.
        - Ты пищу, как бы сказать, заколдовал.  - заминаясь, с опаской сказал Константин.
        - От болезней и хворей, да от чар звериных. Не страшись, зла не причиню. Да и вряд ли смогу совладать с тобой, коль гневиться начнёшь.
        Константин решил поверить Светороду и сел за стол. "Узнавать о чём-либо лучше на полный желудок"  - такую мысль, показавшуюся ему весьма философской, поймал Константин в своей голове.
        И вот, покончив с едой, Светород встал изо стола, и опираясь на посох, не похожей на него, старческой походкой направился во двор. Слегка повернув голову, он пристально посмотрел на Константина, словно зовя его за собой. Юноша быстро встал, словно выпрыгнув изо стола.
        - Константин,  - мягко начал Светород,  - откуда в тебе сила такая?
        - Правда, не знаю. В моём мире нет магии. Объясните, что случилось со мной? Что я сделал?
        - Волкодлаки сильны волей. А два светила ночных, что кровью наполнены, питают их. Ни один смертный не мог сделать то, что сделал ты. И, даже я не смог.  - с горечью в голосе добавил Феерар.
        - Но что мне с этим делать? Я хочу к магам добраться и в мир свой вернуться.
        - Не дойдёшь ты без меча, аль магии. А я не могу с тобой путь разделить дальше леса этого. Поэтому обучать тебя придётся.  - старец выпрямился, расправив плечи.  - И волшбу творить научу, коль дар имеешь, да и меч острый дам. Ох, не покаяться бы потом, не покаяться бы.
        - О чём вы, Светород?
        - Не желал я знания даровать никому, ибо ученики ко злу ушли разному. Многие умерли давно.  - тяжело, словно не желая говорить, подбирал слова старец.  - Но чувствую я, что должен научить тебя, будто Боги велят это сделать. Неспроста я в поле пошёл то, когда тебя нашёл. Возьми нож со стола, да в лес пойдём. Урок первый дам тебе. Ох, не покаяться бы, ох не покаяться.

        Глава 4: "Первые шаги"

        Константин вернулся в дом. На столе лежал удивительный своей красотой нож. Его лезвие было изогнуто, будто тело змеи. И оно сверкало, игриво отражая солнечные лучи, падающие на него. Посередине лезвия была небольшая ложбинка с выцарапанными на ней странными, угловатыми символами. Константину они показались очень знакомыми, будто он видел их ранее. Рукоять ножа была не менее привлекательной. Деревянная, со сглаженными углами, обмотанная небольшими полосками кожи. А в небольших проблесках между кожей снова виднелись подобные символы. Константин долго смотрел на этот нож, совершенно не двигаясь, словно заворожённый. Он восхищался столь прекрасной работой неизвестного мастера.
        Глухой удар послышался позади Константина. Светород постукивал своим посохом о тяжёлую деревянную дверь. Оцепенение Константина прошло мгновенно, будто его и не было. Он схватил нож в правую руку и повернулся к двери. И снова застыл, наслаждаясь приятной тяжестью в руке. Рукоять идеально подходила для его ладони. Слабое, едва уловимое тепло разливалось по телу, даруя покой и некую уверенность в себе. Ему казалось, будто он стал сильнее, а все проблемы и страхи отступили. Взгляд Константина опустился на изогнутое лезвие и встретился со своим же отражением. На лице Константина было некое зловещее подобие улыбки. Глаза расширялись, словно в попытке увидеть больше. Константин испугался своего отражения и бросил нож на пол. Сам же он закрыл глаза дрожащими руками.
        Страх, липкий и холодный снова завладевал им. "Что я сейчас видел? Действительно ли я был таким или это некий фокус Феерара?"  - эти вопросы задавал он сам себе, не озвучивая их.
        - Ты видел себя, но не плоть.  - мягко, словно успокаивая, сказал старец.  - Это твоё зло. Ты сумел дать ему отпор. Не победил его, а убежал, получается. Но не поддался ему. Это радует.
        - Что в этом хорошего? И вы это специально сделали? Это проверка?  - почти выкрикивал Константин.
        - Возможно.  - хитро улыбаясь и поглаживая бороду, ответил Светород.  - Всё возможно, отрок. А теперь бери нож. И следуй за мной. Пока зверья мало в лесу, урок тебе дам, да не один быть может. Аль не желаешь?
        - Не знаю,  - со вздохом ответил Константин, опустив глаза вниз.  - не уверен в себе я.
        - Урок первый дал тебе я, усвоил, думаю, его ты. Другой урок познаешь и решишь, следует тебе учение колдовское получать, аль нет. Давай, торопись, времени мало.
        Константин послушно поднял нож. Его рука дрожала от страха, а глаза боялись смореть на сверкающее и столь манящее лезвие. И вот он снова в руке. Его тяжесть всё так же приятна. Но другие чувства, сопровождавшие первое взаимодействие, отсутствовали. Константин облегчённо вздохнув, быстро направился к выходу.
        Старец хитро щурился, расплываясь в улыбке. Он гладил правой рукой свою пепельно - седую бороду, держа посох в левой руке. Его хитрый, но добрый взгляд почему-то тяготил Константина, настораживая его. Но у юноши нет выбора. Ведь он вряд ли дойдёт до магов, способных вернуть его домой. И только Светород может помочь ему в этом. "Если не обманывает"  - добавил про себя Константин, надеясь, что старец не читает его мысли.
        Величественные деревья, словно древние исполины, окружали небольшой домик Светорода. Ветер гулял в их кронах, напевая свою вечную песню. Слабый мрак царил внизу того леса, словно питая старые корявые корни. Лёгкий туман стелился по земле, будто едва заметный белёсый дым, обволакивая стволы деревьев. У Константина внутри всё сжималось от страха, подступавшего к горлу липким комом. Сухая древесина протяжно скрипела, наполняя юношу неподдельным ужасом.
        Светород стоял неподвижно, словно статуя. Он вслушивался вдаль. Где-то вдалеке завывали волки или их более крупные сородичи. С деревьев на людей смотрели десятки глаз, выжидавших лишь наступления темноты. Весь лес был средоточием опасности даже для опытных воинов.
        Сделав глубокий вдох, Светород шагнул в густую чащу леса. Он повернулся к Константину и, призывно махнув рукой, позвал его за собой. Ветки под ногами ломались с пугающим хрустом. Сухая пожухлая трава тихо шелестела. Казалось, будто в ней кто-то ползает, извиваясь, охотясь. Ощущение пристального взгляда наводило ужас на Константина, сковывая его спину. Он с опаской смотрел себе под ноги, помня о случайно найденном им змеином черепе. Этот лес наполнял ужасающими мыслями Константина. Не было слышно ни пения птиц, ни стрёкота насекомых. Лишь сухой зловещий треск деревьев, эхом разносившийся отовсюду. И мрак, царивший здесь.
        Лес становился всё более и более густым. Всё чаще встречались сухие деревья, умершие очень давно. Некоторые из них были выгоревшими будто изнутри. Их сухие обугленные стволы были вывернуты наизнанку невиданной силой. От них исходил слабый, едва уловимый запах крови. Их корни были на поверхности, словно корявые щупальца, выпирали из земли. Складывалось впечатление, будто они пытались убежать от ужасной участи. Константин пребывал в диком ужасе, представляя ходящие живые деревья, спасающиеся от чего-то ужасающего, могучего и жестокого. Под ногами уже давно не было ни веток, ни травы. Лишь голая чёрная земля, будто выжженная огнём. Эта часть леса была мертва.
        Светород всматривался вдаль. Он шёл быстрым уверенным темпом, лишь изредка оборачиваясь на юношу. С момента, когда они вошли в лес, никто не проронил ни слова. Впереди виднелась небольшая поляна. Абсолютно чёрная, без малейших признаков жизни на ней. Лишь камень, стоявший посередине, нарушал её идеальную ровность. Старец остановился перед ним, смиренно склонив голову. Его глаза наполняли слёзы.
        - Здесь некогда храм был,  - сухим, с небольшим скрипом, голосом сказал Светород.  - Но Боги разгневались. Лес, некогда живой, сгорал. Деревья стонали от боли. Ты слышал их стоны. Они молят о пощаде до сих пор, содрогаемые болью. Звери возненавидели род людской. Так началась первая кровавая охота.
        - Как давно это было?  - с неподдельным удивлением спросил Константин.
        - Столь давно, что я едва помню. Но их боль и ужас стоят перед глазами до сих пор. Здесь твой урок будет. Ты уже прочувствовал мощь Богов и их гнев. Возьми земли мёртвой. В ней силу найдёшь ты. Окропи кровью своей её, да на камень кинь. Познаешь тогда милость Богов моих.
        - Но ни к чему мне это!  - начал было противиться Константин.  - Это на жертву больше похоже!
        - Ты споришь со мной, юнец? Аль позабыл, кому жизнью обязан?
        - Я не хочу делать этого! И вы меня не заставите!  - в голосе Константина играла злость.  - Я не подчиняюсь вам!
        - Думаешь, что сможешь одолеть меня?  - сказал Светород, практически выкрикивая.
        Константина захлестнула злость. Нож в его руке отзывался теплом, слегка обжигая ладонь. Он услышал голос в своей голове. "Убей его, сделай это. Пусть он обагрит своей кровью этот древний алтарь! Ты сильнее его!"  - эхом звучало в голове Константина. Рука сама поднялась, крепко сжимая рукоять ножа. Символы на нём светились ярким кровавым цветом. Он сделал шаг. За ним ещё и ещё. Быстро, практически бегом, он приближался к Светороду. Рука заметно тяжелела. Желание убить старца было неимоверным. Но он стоял абсолютно недвижимый, словно ожидая чего-то.
        И вот, когда оставалось лишь нанести удар, Константин остановился. Он с ужасом смотрел на свою руку с ножом, совершенно не понимая причину столь большой злости. Светород лишь хитро улыбался. Но в его глазах словно играли языки пламени, чистого зелёного, практически изумрудного цвета. Константин бросил нож на чёрную мёртвую землю. Сам же он упал на колени, закрыв лицо руками. Из глаз выступили слёзы. Он не понимал себя, своей злости. Весь его испуг за прошедшие события выходил со слезами.
        - Я рад за тебя. Ты усвоил урок. Сумел противиться гневу своему. Боги прокляли этот лес. Все в нём теряют контроль над собой, убивая друг друга. Ни один зверь не убил столь людей, как сам человек.
        - Но я же мог убить тебя!  - выкрикнул Константин.
        - Ты? Меня? Глупец! С волшбой моей тебе рано бороться. Запомни слова мои, ученик. Не так страшно зло внешнее, как внутреннее. Внешнее убить можно, но оно вернётся в обличие ином. Это неизменно, пока зло внутри каждого обитает. Лишь поборов его, мы искореним зло мира. Ныне достаточно уроков. Домой отправляемся. И ты дорогу показывай.
        - А когда я буду магии обучаться?
        - Сначала научись собою владеть, да зло побори. А волшбу разную завтра объясню, коль вернёмся мы до темна. И нож подними, дорог он мне, как тебе жизнь твоя.
        Константин неуверенно шёл впереди. Его всё так же пугал лес. Но теперь он боялся и Светорода. Этот старик, иначе Константин его и не мог уже назвать, словно был безумен. Уж очень странная манера обучения у этого мага-отшельника, или кем он является.
        Солнце уже начинало садиться. Небо обагрялось в кровавые тона. Облака, гонимые ветром, образовывали причудливые узоры. В ветвях деревьев кто-то клокотал, словно переговариваясь. Константин был изрядно напуган. Его била дрожь. Пот большими каплями стекал по его лицу, застилая глаза. Его одолевала паника. Уже изрядно уставший, он продолжал идти, уповая на то, что не сбился с пути. Светород шёл позади, сохраняя немыслимое спокойствие и молчание. Лишь тихий хруст ветвей под его ногами выдавал присутствие старца. Холодный порывистый ветер нёс запах крови. Где-то вдалеке слышались хрипы и стоны умирающего животного. В них были слышны боль и отчаяние.
        Солнце уже почти спряталось за горизонт. Три луны сияли, озаряя небо. В кронах деревьев двигались какие-то большие твари, ломавшие ветви своими прыжками. Их были десятки. Но что-то сдерживало их от нападения. "Ещё незашедшее солнце или страх перед Феераром?"  - сам себе задавал этот вопрос Константин. Впереди появилась изба. Оставалось не более ста метров до относительно безопасного убежища. Константин ускорил шаг, практически переходя на бег. Его заполнял страх. Ладони изрядно вспотели, отчего нож едва не выскальзывал из руки. Ноги подкашивались от усталости. Светород шёл рядом с юношей, не отставая ни на шаг. По лесу разносились чьи-то крики и вопли, похожие на человеческие. Дикий, леденящий душу вой эхом отражался от огромных деревьев. Лишь последние лучи солнца освещали этот проклятый лес. Среди деревьев виднелись огромные фигуры, отдаленно похожие на человеческие. Но что-то в них выдавало их кровавую природу, полную злобы и ненависти. Внутри у Константина всё сжималомь от страха, вызывая тошноту. Он видел множество светящихся глаз, мелькающих в ветвях. Ветер нёс протяжный вой, созывающий стаю
на охоту.
        До дома оставалось не более пятидесяти метров. Казалось, что время замедлилось. Оно будто стало невероятно тягучим, словно дёготь. Кровь пульсировала, стуча в висках Константина. Неподалёку раздалось низкое и зловещее рычание. Наперерез людям бежала одна из тех тварей, что стояла среди деревьев. Светород оттолкнул Константина в сторону, и тот кубарем покатился по сухой траве и ветвям. Феерар ударил посохом эту тварь настолько сильно, что она отлетела в сторону, издав тихое скуление.
        - Быстро в дом!  - закричал старец.
        Константин ни секунду не раздумывая, побежал к избе. Его одолел страх, смешанный с паникой и отчаянием. Кровь бешено разносилась по телу. Ноги подкашивались, а в горле застрял ком. Но что-то остановило его от дальнейшего бегства. Он резко остановился, крепко сжав нож в руке. Светород бился с двумя тварями, размахивая светящимся алым цветом посохом. Его губы беззвучно шевелились, читая заклятия. Константин вмиг подбежал к учителю, и, схватив его за плечо, поволок его в дом. Они бежали настолько быстро, насколько могли. Твари мчались за ними. И вот, вступив во двор, Светород упал. Его посох отлетел в сторону. Твари остановились. Что-то сдерживало их от дальнейшего преследования жертв. Константин со слезами на глазах затаскивал старца в дом, волоча его по земле. На ходу схватив посох, он закинул его в избу. Закрыв за собой дверь, он прислонился к ней спиной, содрогаясь от страха. Светород лишь тяжело хрипел. Эта битва была для него невероятно тяжёлой. Константин понял, что потерял нож. Но уже ничто не заставило бы его покинуть дом после захода солнца.
        Ужасающий вой разносился по округе. Константин со слезами на глазах вжимался в дверь, содрогаясь от страха. Ветер завывал, ломая сухие деревья. Светород всё так же лежал на полу, тихо, едва слышно хрипя. Константин понимал, насколько он слаб и жалок сейчас. Страх наполнял всё его тело, содорогая вновь и вновь. Слёзы стекали большими каплями. Руки дрожали. Посох мирно лежал на полу, покрытый слабым красным свечением. Казалось, будто весь лес желал смерти двум людям, спрятавшимся в небольшой избе.
        Так, содрогаясь от страха и отчаяния, Константин просидел до утра. Лишь с первыми робкими лучами солнца прекратился тот ужасающий, леденящий душу вой. Светород так и лежал на полу, подавая слабые, едва заметные признаки жизни. Константин едва нашёл в себе силы и храбрости, чтоб подойти к старцу. Он взглянул в его белые глаза. На миг ему показалось, что он увидел там небольшие пятна различных цветов.
        - Светород, ты меня слышишь? Что с тобой? Чем могу помочь?  - задавал наивные вопросы Константин, растерявшийся в данной ситуации.
        - Воды из кадушки моей, да посох мой.  - прохрипел, словно из последних сил, Светород.
        Константин, на подкашивающихся ногах, пошёл в комнату старца. Открыв грубу занавеску, он увидел небольшую деревянную бочку. Вода в ней постоянно рябила, словно по ней кто-то ударял. На её поверхности плескались небольшие волны. Юноша зачерпнул ковшом эту воду, едва коснувшись её. Его руку словно что-то обожгло. Боль сковала его тело. Рука становилась словно свинцовая, едва удерживая ковш с водой. Тело становилось ватным и слабым, будто из него выходили все силы. Каждый шаг давался с неимоверными усилиями, с болью, пронзавшей всё тело. Но он продолжал идти, ибо не мог оставить Светорода умирать. Он упал рядом со старцем, едва не пролив воду на пол. Феерар жадно пил эту воду большими глотками. Тем временем Константин, превознемогая боль, полз к посоху. Он понимал, что уже не сможет его отдать учителю. Юноша просто кинул посох Феерару. В глазах всё потемнело. Лишь голос Светорода эхом витал в голове: "Потерпи немного, скоро и ты исцеление получишь".

        Глава 5: "Кровавая битва"

        Константин очнулся в кровати. Всё тело изнывало от невыносимой боли. "Лучше бы я умер"  - думал юноша.
        - Не лучше, уж поверь.  - тихо прошептал Светород.  - Боги милостивы к тебе.
        - Что произошло?  - слабо прохрипел Константин.
        - Вода… Не простая она…  - словно подбирая слова, говорил старец.
        - Я буду жить?
        - Не знаю. Не каждый выживает после неё. На вот, выпей.  - с этими словами он протянул большую кружку колдовского аналога кофе.
        Константин жадно пил его, хотя помнил предостережения учителя. Но жажда этого чудотворного напитка со столь знакомым и приятным вкусом была сильнее всех опасений и предостережений. И вот, осушив кружку, Константин глубоко вдохнул. Он наконец-то почувствовал ослабление боли. Она оступала, стекая, словно вода. Всё тело будто гудело, покрывалось мелкой дрожью и испариной.
        Светород молча ушёл во двор. Лишь тишина, да тяжёлые, гнетущие мысли о доме, остались с Константином. Слёзы невольно подкатывались к глазам, стекая из их уголков. Но вместе с болью об утрате, страхом перед неизведанным будущим, Константина наполняла злоба. Он не понимал её причины. Словно внутри что-то шевелилось. Будто где-то в самой глубине души распутывался клубок змей, спящих до этого момента. Страха становилось всё меньше и меньше. Слёзы уже высохли. Константин сильно сжимал кулаки. Пальцы вжимались в ладонь, отдавая болью. Но эта боль словно разжигала ещё больше злости. Змеи уже ползали в его душе. Они жалили воспоминаниями. Все болезненные для души события мелькали перед глазами. Каждая неудача. Каждая боль. Каждое отчаяние. И злость наполняла всё его бытие. Скорее даже чистый гнев, смешанный на истинной ненависти. Он ненавидел всех. В том числе и себя за свою слабость. Зубы скрипели от злости. Глаза словно застилала кровавая пелена. Сердце бешено колотилось в груди, словно готовое разорваться на мелкие кровавые куски. В голове эхом прозвучали предостережения Светорода об опасности этого
напитка и о зле внутреннем и внешнем.
        С большим трудом, Константин всё же смог успокоить ту бурю гнева, что одолевала его. В этот момент тяжёлая деревянная дверь открылась. На пороге стояла не то девушка, не то женщина. Её наряд словно светился слабым кроваво-красным цветом. За ней стоял Светород. Его лицо было хмурым, как в первую ночь знакомства с Константином.
        - Здравствуй, иноземец.  - протяжно проговорила незнакомка.
        - Здравствуйте,  - прохрипел Константин, растерявшись от неожиданности.
        - Глупец! Преклонись пред ней!  - прошипел, словно змея, Светород.
        - Ему простительно, ибо не ведает он сути моей. Как зовут тебя, отрок смертный?
        - Константин,  - практически заикаясь произнёс он.
        - Не ведаю я сути твоей, ибо нет рода твоего здесь. Но кара тебя ждёт и дорога тернистая впереди. Просто помяни слова мои. Не каждое удовольствие для души полезно.  - с этими словами она растворилась в густом красном тумане.
        Светород медленно прошёл к столу. Его лицо было хмурым и задумчивым. Сев на скамейку, он неистово перебирал пальцами по столу, настукивая некий мотив. На лбу появилась испарина. Правый глаз немного подергивался от нервного тика. Губы были бледные, словно лишены крови. Посох небрежно валялся на полу. Константин сидел на краю кровати, недоуменно поглядывая на старца. Он совершенно не понимал происходящего. В нависшей гнетущей тишине была неимоверная напряжённость. Казалось, что любой звух, даже самый тихий, мог разорвать барабанные перепонки. Лишь нервное постукиваниие Светорода едва слышилось Константину. Первым нарушил давящее молчание Константин.
        - Кто она?
        - Каэрда.  - сухо прохрипел старец.
        - Твоя старая знакомая?  - неунимался юноша.
        - Она Богиня… Одна из тех, кто прокляли лес этот и охоту начали…  - практически шёпотом ответил Светород.
        Константин сразу замолчал. Он совершенно не знал, что говорить. Богиня? К нему пришла? Константин не мог в это поверить. Ведь, чем он заслужил такие почести? Но её слова. Он слышал их раньше. От приснившейся цыганки. В голове роилиось множество вопросов. Но в комнате снова царила тишина. Даже постукивания прекратились.
        - Она судьбы ведала людские. Пожалуй, самая благосклонная из всех Богов. Но реже всех с родом людским общалась. Тебе оказана великая честь - Богиню лицезреть.  - грубо проговорил Светород.
        - Но почему хмурый ты?
        - Не просто Боги являются к людям. Тем более Кровавые, охоту начавшие. Не ведает она судьбу твою, как и я. Не наш ты, безродный.  - почти проскрипел своим голосом старец, добавив после небольшой паузы,  - Возможно пророчества не врут…
        - Какие пророчества? Не хочу я быть частью пророчеств никаких!
        - Не сейчас.  - сказал старец, поднимая свой взор к потолку.  - Всё потом. Ныне уже мне отдых нужен. Во двор ступай, да дров наруби. Меч я нашёл тебе, разомнись с ним, привыкни к нему. Да и он пусть к тебе привыкает теперь. Поговори с ним.
        С этими словами он грузно поднялся со скамьи. Его взгляд был устремлён в никуда. Практически не поднимая ног, он волочился в свою комнатку. Посох так и остался небрежно лежать на полу. Светород теперь выглядел очень старо и болезненно. Будто несколько лет его жизни забрал кто-то. Его тяжёлое дыхание словно сотрясало весь дом. Константин был в необычайном недоумении. Но он не стал донимать дальнейшими распросами старца. Выйдя во двор, он увидел необычайно красивый клинок. Столь великолепный, что никогда не смог бы оценить его стоимость. Это было редкое сокровище великого мастера.
        Весь клинок был покрыт различными символами, сплетающимися в замысловатый узор. Его лезвие было чёрное, словно покрытое сажей, но, удивительным образом, сверкало, играя на солнце. Рукоять будто была покрыта мелкой змеиной чешуёй, отливая слабым зелёным блеском.
        Константин взял клинок в руки, незамысловато взмахнув им сверху вниз. Символы на лезвии засияли внутренним рубиновым свечением. Меч, казавшийся тяжёлым, на деле будто и не имел веса вовсе. Юноша размахивал им, вспоминая приёмы, увиденные в фильмах. Неожиданно в руку что-то ужалило. От боли Константин выронил меч. На ладони осталась рана, словно от укуса змеи. Символы на клинке переливались сине-зелённым свечением. Он будто гудел, а воздух вокруг него дрожал. Константин сразу вспомнил слова Светорода: "Поговори с ним". Юноша робко взял меч в раненую руку, произнеся вслух: "Здравствуй, меч колдовской". Он понимал, как глупо и нелепо выглядит сейчас, но совершенно не знал, что делать ему в данной ситуации.
        - И тебе хвори не знать.  - эхом прозвучал неизвестный голос у него в голове.
        - Ты живой? Разумный?  - удивлённо спрашивал Константин, поражённый свойствами клинка.
        - Живее врагов своих многих. Зови меня Эхар.
        - У тебя есть имя?  - неунимался юноша.
        - У каждого имя есть, но не все знают его. Я поклялся Феерару служить тебе так же, как и ему в давние времена. И да, странный твой мир, магии лишённый.
        - Что? Откуда узнал?
        - Мы едины становимся в бою. Твои знания и мои сплетаются. Оружие - продолжение воина. Разве не слышал молву такую?  - уже на более доступном для восприятия Константина языке говорил Эхар.
        - Мы продолжим позже,  - ответил Константин,  - мне нужно кое-что сделать.
        Не дождавшись ответа, он поставил клинок к изгороди. Поражённый разумностью меча, Константин боялся брать его в руки. Он решил дождаться пробуждения Светорода, а тем временем нарубить дров.
        Типичный городской парень, каким и был Константин, совершенно не привык к рубке дров. Он быстро устал, а результат оставлял желать лучшего. Уже несколько дней Константин не пил кофе и не курил. И это тяготило его. Но он расценивал это как способ начать новую жизнь. Вдруг он заметил на краю леса одинокую фигуру человека. Словно мужчина, одетый в грязные рваные лохмотья. Юноша отчётливо помнил пришедшую ночь, поэтому очень насторожился. Медленно отступая к мечу, он не сводил глаз с незнакомца, идущего невероятно быстро, будто летящего по воздуху. Мужчина издал некий визг, и его окружила чёрная пелена дыма. Он направлялся к Константину, явно желая ему навредить. Клинок в руке юноши словно сам поднялся и стремительно направился на противника. Символы сияли фиолетовым цветом, едва ли не ослепляя Константина. Чёрное облако издавало треск и шипение, когда его пронзало лезвие меча. "Фаир акто, лариф оракт!"  - выкрикнул Константин, совершенно не понимая смысла слов. Его левая рука засияла ослепительно белым светом. Тёмное облако развеялось, оставив после себя лишь небольшой кристал, столь чёрный, будто
состоял из чистой тьмы.
        Константин чувствовал необычайный прилив сил. Ему хотелось действовать, сражаться и творить магию, несмотря на то, что он не понимал её природу. Неподалёку он увидел потерянный прошлой ночью нож. В дверном проёме стоял Светород, опираясь на свой неизменный посох. На его лице была улыбка, чистая и искренняя.
        Светород шёл по двору медленно и величественно, внушая всем своим видом глубокое уважение к себе.
        - Пришло время, мой последователь, познать тебе тайны искусства чар и колдовства.  - глубоким раскатистым басом говорил старец.  - Вижу я, готов ты, ибо сразил дух тёмный, в ноже заточённый.
        - Феерар, меч, что ты мне подарил, он говорил со мной!
        - Это не просто кусок железа колдовского, он душу имеет и разумение своё. Верный друг, а не раб, запомни. Служи ему, и он послужит тебе.
        - Благодарю, учитель.  - низко поклонившись, сказал Константин, не зная, как действовать в подобных ситуациях.
        - Запомни, что магия разная. Есть по стихиям разделения, есть по свету и тьме, природная и боевая. Так же существуют запрещённые виды магии. О них я тебе ничего не расскажу, ибо дал обет в юности своей. Для начала пойми, что магия и любые чары и колдовство лишь инструменты в твоих руках. Пусть они служат тебе, а не ты им. Используй чувства свои, но не отдавайся им полностью. На первый опыт годы уходят, но ты, как я думаю, избран Богами и силою одарён. Слова тебе сами приходят, тебе остаётся лишь действовать. Попробуй меня атаковать.  - мягко и вкрадчиво говорил Светород.
        - Но я не знаю как. Слова сами приходят, когда необходимо.
        - Высвободи гнев свой, да страхом подпитай, слова, что язык оплетают, вслух произнеси.
        - Ахар науг гара!  - практически выкрикнул Константин.
        Небольшая огненная сфера сорвалась с рук Константина, устремившись в сторону Светорода. Старец, сделав непонятные юноше движения руками, поймал эту сферу, после чего она растворилась в его руке.
        - Не плохо, очень не плохо, Константин. Завтра пойдём с тобой на родники, что поблизости бьют. Там сила великая. Возможно она тебя напитает, развязав путы плоти. Скован ты слишком, да и обучаться уже стар. Да и я уже не гожусь в учителя.
        - Зачем приходила та Богиня?  - как бы невзначай спросил Константин.
        - Ко мне пришла она, ко мне. Должен я многое и многим. А долг платежом красен. Вот и отдавать скоро придётся.  - загадочно ответил старец.  - Пошли в дом, да Эхара с собой возьми. Негоже друга у порога оставлять.
        Константин, схватив клинок, вошёл в избу следом за учителем. На столе стоял густой наваристый борщ, разлитый в большие деревянные тарелки. Константин задавался вопросом, кто же готовит здесь. Ведь один старик не способен на такое, да и не видел юноша, чтобы учитель готовил. Но его раздумья были прерваны разговором Феерара. Он рассказывал о природе магии, о Великом даре Богов. Объяснял важность контроля эмоций и мыслей, концентрации, а так же говорил о необходимости мыслить шире собственного эго.
        Так за разговорами, от которых Константин изрядно устал, прошёл весь оставшийся день. За окном было уже темно. Завывал дикий ветер, разносивший ужасающий вой зверей. В дверь тихо и робко постучались. Константин был моментально скован страхом. "Кто может прийти ночью в этом проклятом месте?"  - единственный вопрос, витавший в его голове. Удары повторились, но теперь они стали сильнее. Светород сидел неподвижно, будто тоже боясь неизвестного гостя. И снова удар, на этот раз едва не снёсший дверь. Кем бы ни был гость, он становился злее и настойчивее. И вот под одним из ударов дверь не выдержала. Она упала с громким треском. На пороге стоял бледный силуэт, отдалённо похожий на человека. Но его дикий оскал, сияющий своей белизной, наводил ужас. Бледная морщинистая кожа свисала с лица большими складками. Глаза светились, словно два больших изумруда. Тварь издала протяжный вой. Из её длинных сухих пальцев медленно выдвигались прямые когти. С них стекало что-то мерзко пахнувшее. Светород вышел вперёд, загородив собой Константина. Посох ослепительно светился рубиновым цветом. Тварь стояла неподвижно,
словно выжидая чего-то. Первым атаковал старец, выпустив со своих рук некое алое подобие молний. Но они прошли насквозь неизвестного для Константина монстра, совершенно не причинив никакого вреда. Он набросился на Феерара, повалив его на пол. Острые когти разрывали одежду на старце, пытающемся отбиться от этой твари. Константин схватил свой клинок, но так и не смог поднять его с пола. Он словно стал неимоверно тяжёлым. Суровый взгляд Светорода пронзил юношу как немой приказ скрыться. Старец, ударив тварь посохом, сбил её с себя. Снова сцепившись, они начали разносить весь дом, постепенно приближаясь к двери. Феерар ударив светящейся верхушкой посоха тварь, испепелил её. Но во дворе стояло ещё несколько таких же.
        - Спрячься! Эта битва не для тебя!  - прорычал старец, обернувшись в сторону дома.
        Порывистый ветер развевал седые волосы Светорода. Он крепко сжимал посох обеими руками, читая нараспев заклинания. Его окружали молнии всевозможных цветов, вихрем кружившие вокруг него. Посох переливался различными цветами от рубиново-красного до небесно-синего. Казалось, будто пространство дрожало вокруг столь могущественного мага. Твари склонялись перед ним, словно в страхе. Их бледная кожа переливалась, отражая магические всполохи света. Небо заволокли чёрные тучи, закрыв даже кровавые луны. Одна из тварей набросилась на старца, но в тот же миг была отброшена назад, содрогаемая ударами молний. "Спрячься!"  - снова повторил старец.
        Константин в этот раз послушался своего учителя, забежав в его комнату. Там он нашёл небольшую дверь, ведущую в подпол. Но даже оттуда он видел всполохи света и слышал рычания монстров, сменяемые их поскуливанием. Его трясло от страха. В глазах начало темнеть. Он терял сознание. Последнее, что он услышал: "Умрите!".

        Глава 6: "Прощальные дары"

        Яркий слепящий луч, пробившийся сквозь небольшую дыру между досок, ударил Константина в глаза. Юноша раздражённо пытался отмахнуться от него сквозь сон. Но с пробуждением пришло и осознание прошлой ночи. Константин попытался резко встать, но тут же ударился головой. Он всё ещё находился в небольшом помещении под полом. Без труда найдя небольшой люк, Константин выбрался в избу. Он очень переживал за Светорода и был зол на себя, на свою трусость. Оглядевшись по сторонам и не увидев старца в доме, он сразу же побежал во двор, попутно схватив меч, снова ставший практически невесомым.
        Посох Светорода небрежно лежал во дворе, залитый большой лужей крови. Вокруг витал запах горелой плоти. Повсюду лежали трупы тварей, напавших этой ночью. От них исходил витиеватый зелёный дым. Нигде поблизости не было видно Феерара. Юноша взял посох в левую руку, надеясь, что скоро вернёт его владельцу. Константин бегом направился к лесу. Он боялся в него заходить, поэтому решил сначала оббежать его по периметру возле избы. Его ноги и руки дрожали от страха, а к горлу подступал тяжёлый липкий ком. Мрачный полумрак, лежащий в корнях деревьев, внушал холодный ужас Константину.
        Повсюду лежали тела тварей. Их были десятки, если не сотни. Но нигде не было видно Светорода. Константин совсем было отчаялся. Он решил отправиться в лес, дабы найти своего учителя. И первым делом пойти на развалины древнего храма. Что-то подсказывало ему, что именно там он должен быть прямо сейчас.
        Густой лес словно не желал пускать Константина вглубь. Сухие корявые ветви цеплялись за одежду. Футболка уже была изрядно изорвана. Мрак сгущался, несмотря на яркое солнце наверху. Ветер, дувший из лесной чащи, пах сыростью и кровью. Наконец-то Константин увидел вчерашние камни. На них лежало тело Светорода. Над ним возвышался тёмный силуэт мужчины в рваном балахоне. Широкий глубокий капюшон закрывал лицо незнакомца, словно висевшего в воздухе. Его руки были бледными и худыми, словно кости, обтянутые кожей. Кривые длинные пальцы с загнутыми ногтями, больше похожими на когти, скользили по телу старца, оставляя мелкие кровоточащие царапины. Константин замер от страха, сковавшего его полностью и безраздельно. От таинственного незнакомца исходила некая злость и ненависть. Казалось, что воздух вокруг него дрожал и вибрировал.
        Клинок в руке Константина засветился слабой синевой. Рука сама поднялась вверх для нанесения удара. Отодвинув левую руку в сторону, Константин держал посох несколько набок. Страх медленно отступал. Его сменяла ярость и жажда мести. Юноша понимал, что Светород уже скорее всего мёртв. "Эхар, помоги"  - тихо, едва слышно, прошептал Константин, бегом бросившись в атаку.

        Незнокомец, подняв голову, обернулся на Константина. Его лица не было видно, но глаза ярко светились из-под капюшона. Правый был красным, будто рубин, в то время как левый был зелёным, словно изумруд. Прекратив разрезать кожу Светорода своими ногтями, он вскинул руку вперёд. Издав некий крик, более похожий на вой, он взмыл вверх. Кожа на его руке начала менять цвет, становясь чёрной, как и его рваное одеяние.
        У Константина ужасно болели уши. Казалось, будто весь мир содрогался от этого ужасного воя. Юноша решил попробовать использовать посох. Он направил его на врага. Но ничего не произошло. Посох был словно простой деревяшкой, лишённой всяческих магических свойств.
        Тварь кружилась над Константином, не прекращая свой губительный крик. Светород лежал на камнях. Он был ещё жив. Об этом свидетельствовало слабое прерывистое дыхание. На сгибающихся ногах Константин подбежал к учителю. В этот миг вой прекратился, сменившись на шипение, подобное змеиному. Посох в руке Константина начал сиять фиолетовым цветом. В голове юноши будто что-то взорвалось. Сильная боль пульсацией расходилась по телу. В глазах то темнело, то наоборот становилось невыносимо ярко. Слабый холод покрывал его тело.
        Константин направил посох на незнакомца. Множество мелких фиолетовых сфер, образовавшихся возле него, неимоверно быстро направились на противника. Тварь попыталась увернуться, но несколько сфер попали точно в цель. Балахон замерцал. Его очертания становились расплывчатыми. Кожа на руке незнакомца снова стала бледно белой. Он резко начал пикировать на Константина, выставив руки вперёд. Его кривые ногти были хищно загнуты. Константин взмахнул клинком, заставив противника остановиться. Они замерли друг напротив друга. Оба ожидали чего-то, непонятного даже им самим. Незнакомец смотрел то на клинок, то на посох. Он слабо рычал, словно собака, от злости, смешанной со страхом. Это обоюдное оцепенение прервал Светород, сквозь боль прохрипев неизвестно кому: "Убирайся прочь!". Константин сделал большой прыжок, выставив меч вперёд. Он хотел пронзить тварь, зависшую в воздухе перед ним. Но резкий взмах рукой, сделанный незнакомцем, отбросил юношу назад. Пролетев несколько метров, он сильно ударился о землю. Ужасная боль поглотила его. Он застонал.
        Тварь снова принялась истязать Светорода, на этот раз оставляя более глубокие раны. Схватив старца за рёбра, монстр начал их выламывать. Сначала раздался сухой хруст костей. Но его быстро заглушил вопль Светорода, полный невыносимой боли. Константин, превознемогая собственную боль, поднялся, опираясь на посох. Вновь направив его на противника, он вспомнил слова Феерара, что нужно погрузиться в собственный гнев. С посоха сорвались длинные иглы, переливающиеся различными цветами. Незнакомец, не ожидавший атаки, был отброшен от старца. Константин подбежал к учителю и, с трудом закинув его себе на спину, начал бежать в сторону дома. Он надеялся убежать, понимая, что битву вряд ли сможет выиграть. Но их сбил с ног удар в спину. В двух метрах от них завис в воздухе враг. Его глаза светились ещё ярче прежнего. Он издавал рычание, смешанное с шипением. Балахон развевался, словно на ветру. Бросившись на Константина, тварь издала свой вопль. В голове юноши словно взорвался целый мир. Неосознанно он выставил вперёд посох и меч.
        Яркий белый свет ослепил Константина. Глаза начали слезиться. Было ощущение, будто они горели изнутри. Тело пронзал жар, словно от пожара. Боль. Она была по всему телу. Было невероятно тяжело дышать. Лёгкие будто сжимали изнутри. Константин упал на колени, бросив клинок и посох на землю. Он ожидал смерти. Но её не было. "Неужели убил ту тварь?"  - промелькнуло у него в голове.
        Юноша начал протирать глаза. Зрение постепенно начало восстанавливаться. Практически на ощупь найдя посох с клинком, Константин встал. Видя расплывчатые очертания, он вновь закинул Светорода себе на спину. Его тяжёлое хриплое дыхание пугало Константина. Но он шёл домой. Там была хоть какая-то защита. По крайней мере её иллюзия. И вода, которой в прошлый раз исцелил учителя. Тяжёлые капли пота стекали по лбу на лицо, застилая глаза. Константин неимоверно устал, но продолжал нести Светорода. И вот до дома оставались считанные шаги. Из последних сил Константин перешагивает через лежащую на полу дверь. Он так и не донёс учителя до кровати, положив его на пол. Юноша, бросив всё оружие, практически полз к заветной бочке с колдовской водой. Но вдруг что-то зашевелилось в комнате Светорода. Небольшое, но очень грузное. Это нечто словно выходило из стены.
        Константин замер в немом ожидании. Его взгляд был словно прикован к непонятному существу. Оно медленно выползало из стены, что-то бормоча себе под нос. Небольшого роста, едва больше младенца, покрытое густой длинной пепельно-серой шерстью, это существо вызывало неимоверный интерес, смешанный со страхом. Его глаза были маленькими, словно небольшие щёлочки, выглядывали из-под шерсти. Они светились тусклым серым светом, практически сливаясь с волосами, укрывавшими лицо. Это был некий звероподобный образ человека, искаженный немыслимой силой.
        - На что уставился, смертный?  - грубо, с пренебрежением, сказало нечто.
        - Что ты?  - заикаясь, спросил Константин.
        - Дома хранитель, да Феерара служитель! Уйди с дороги, спасти его надо.
        Константин, удивлённый даной ситуацией, вяло облокотился о стену. Недавний бой его изрядно вымотал, лишив сил окончательно. Причудливый незнакомец быстро, переваливаясь с ноги на ногу, пошёл к старцу, лежащему без сознания. Он, склонившись над его лицом, что-то очень тихо шептал. По телу Светорода пробежали мелкие белые искры, покрыв его тело, словно некий кокон. Старец содрогался в мелких, но частых конвульсиях, словно от удара электричества. Его тело поднялось над полом, словно невесомое. Но в тот же миг оно упало на доски с такой силой, что проломило их с сухим треском. Глухой стон Светорода огласил весь дом. Его дрожащие руки были покрыты тонким инеем, а изо рта шёл едва заметный пар.
        - Он умирает.  - тихо прошептал мохнатый причудливый карлик.
        - Но у нас же есть вода!  - завопил Константин, показывая рукой на бочку.
        - Она не спасёт… Не от этих ран уж точно. Ещё жив он, но тело умирает быстро.
        Константин, не веря в это, практически из последних сил подполз к старцу. Слёзы стекали по лицу юноши. Он винил себя в случившемся. Константин обхватил голову Светорода, и, прижавшись к ней, рыдал. Он не мог простить себе свой страх, свою жалклсть и ничтожность.
        Вдруг рука Светорода коснулась плеча юноши. Он пришёл в сознание. Тихо, практически не слышно, прошептал: "Подай посох, ибо недостоен его ты. Да книгу возьми, что под водой сокрыта, твоя она отныне". С этими словами он снова погрузился в небытие.
        Константин, вытирая слёзы со своего лица, вложил посох в руки Светорода. Юноша думал о том, как ему достать книгу из под воды, которая в прошлый раз его едва не убила. Неизвестный карлик, тяжело вздохнув, направился в комнату старца.
        - Вода эта умертвий воскрешает, да их только исцеляет. Феерар был не простым чаровником. Он уже мёртв был. И тот, кого погубил ты - его зло, что свободу после смерти обрело. Потому и учитель твой ни жив был, ни мёртв. Как умертвие для прочих. Но ты погубил умертвие злое, не исцелив до этого Феерара. Потому и вода уже не исцелит его, а погубит, как живого всякого.  - скрипучим голосом сказал этот карлик.  - Меня звали ранее Ахтор. Дух я, что жилище хранит. Ныне мало нас осталось, убили многих.
        - Так Светорода не исцелить?
        - Он уже мёртв, но его не забирают ещё. Так он может вечность быть на границе, но не станет живее. И не умертвие он ныне. Прощальный обряд надо свершить, дабы переступил границу он и к роду своему отправился. Книгу я достану тебе, не вредит она духам.  - с этими словами он облокотился о бочку, и словно прошёл сквозь неё. Через миг он стоял с большой книгой. Вода стекала с неё большими каплями. Сама книга была на вид весьма увесистой, покрытой всевозможными узорами и символами. В её центре красовались небольшие кристаллы различных цветов. Ахтор обернул её в полотенце, небрежно лежавшее рядом.
        - Прощание ты свершишь, все указания в книге найдёшь. А я пойду Богов звать, коим служил он.  - с этими словами он растворился в воздухе.
        Константин понимал, что пути иного нет. Пришло время прощаться с учителем, так и не получив знания и ответы на все имеющиеся вопросы. Открыв книгу, он увидел лишь непонятные символы и рисунки. Она была написана на неизвестном ему языке. Глаза ужасно болели от такого сложного текста. Страницы, казалось, дрожали и расплывались. Все эти письмена сливались в небольшие пятна, будто жили своей, непонятной юноше, жизнью. Глаза словно горели изнутри, будто внутри них горело пламя. Сильная головная боль заставила Константина бросить книгу на пол. Он упал на колени, сжимая свою голову. Тело будто жалили сотни и тысячи пчёл, причиняя сильную боль.
        Неожиданно всё прекратилось. Боль исчезла, оставив лишь страх после себя. Константин неспеша открыл глаза. Перед ним лежала раскрытая книга. Теперь он видел не замысловатые символы, а вполне понятные ему слова. Словно кто-то перевёл её на доступный юноше язык. Обернувшись, он увидел всё ещё лежащего Светорода. Он едва дышал. На входе в избу стояла та Богиня, приходившая на днях. Рядом с ней стояли двое не то мужчин, не то юношей. Их одеяния сверкали от обилия всевозможных камней, переливающихся в лучах солнца. Они молча подошли к Светороду. Их лица не выражали никаких эмоций. Казалось, будто их внешность меняется, перетекая из одной формы в другую. Будто не было их истинного обличия.
        - Выносите во двор.  - тихо прошептала Богиня.  - Ему пора.
        - Что мне нужно делать?  - дрожащим от страха голосом спросил Константин.
        - Закрой книгу, не понадобится тебе она. Я всё скажу, что требуется.
        Её спутники слаженно подняли тело старца и направились во двор. Там уже лежал небольшой холм из хвороста, на который и положили мага с его посохом.
        - Светород, Феерар, Ашарим…  - начала говорить Богиня.  - Множество имён носил ты за свою долгую жизнь. Но пришло время тебе отправиться к своим предкам. Как гласит обычай, ты подлежишь сожжению. Я исполню твою прощальную песнь… Прощай, друг.
        Хворост сам загорелся. Пламя меняло цвет от кроваво-красного до небесно-синего. Богиня сложила ладони на уровне живота, так, что правая оказалась на левой. И начала петь непонятную Константину песню. "Аир тэаль шеор геол, маафт гаар зель шаоф…". По её лицу стекали слёзы. Они падали на землю большими каплями. Константин понял, что он был ей очень дорог. Сам того не заметив, он тоже начал петь эту песнь. Ему не верилось, что учитель уже мёртв…
        Пламя резко погасло. На его месте не было ничего, даже пепла. Спутники Богини тоже исчезли. Лишь она и Константин стояли друг напротив друга.
        - Он со своими предками. Надеюсь, не осудят его за деяния былые.  - вытирая слёзы, проговорила она.
        - Что же он делал раньше? И что делать теперь мне?
        - Его деяния былые не поведаю тебе, ибо клятву дала. А о тебе я знаю, рассказал он мне. Помочь не могу, не всесильны Боги. Грань между мирами сильна, не пройти тебе сквозь неё. А врата разрушены все, кроме одних. Но они на границе мира, возле Великого Разлома. То земли Мактара, воплощения зла. Потому Феерар и велел тебе обучаться у магов, ибо только владея чарами и оружием у тебя есть шанс дойти туда.
        - Теперь я обречён?
        - Охоту прекращу для тебя. Да из леса выведу. Далее сам путь пройдёшь, не помогу я в нём более. Завтра по утру приду к тебе. Эхар с тобой уже, да книгу даровал он тебе. Посоха ты его не достоен, ибо подарен он мною был ещё до первой охоты.  - с этими словами она сделала движение рукой в воздухе, будто взяла что-то. В тот же миг в руке появился немного изогнутый посох с прозрачным, как слеза, большим увесистым камнем.  - Этот посох он создал для тебя, Константин. Хотел подарить после окончания твоего обучения у него. Как назовёшь сие орудие?
        - Не знаю какие имена здесь есть.  - растерянно ответил юноша.
        - Имя из глубины души прийти должно, суть отражая. Погрузись в себя, своё бытие.
        - Эаран.  - нараспев проговорил Константин.
        - Так быть посему. Нарекаю тебя именем Эаран! Служи властителю своему, да пусть сама смерть не разлучит вас!  - с этими словами она вручила посох Константину, а сама исчезла.
        Юноша так и стоял во дворе. Ему всё ещё не верилось в происходящее. К нему подошёл Ахтор и, схватив за руку, повёл в дом. Недавняя разруха в доме отсутствовала, будто её и не было. На столе уже была трапеза. Но вместо кваса было что-то фруктовое, отдающее алкоголем. Некое местное подобие вина.
        Эаран и Эхар, стоявшие в одном углу, светились различными цветами, словно общались между собой. Наступала ночь…

        Глава 7: "Столкновение"

        Первая ночь без Кровавой Охоты была необычайно спокойной и тихой. Даже ветер прекратил свою душераздирающую песню. Все три луны на небе сияли синевой, принося душе покой.
        Константин просидел всю ночь за столом в полном одиночестве. Даже Ахтор не тревожил юного мага. Лишь слабое свечение и мелодичный звон, исходившие от клинка и посоха, нарушали абсолютный покой Константина.
        И вот, с первыми лучами восходящего солнца в дверь робко постучался неизвестный гость. С тихим протяжным скрипом она отворилась, впуская Богиню.
        - Константин, тебе пора покинуть лес этот.  - с некой тяжестью в голосе сказала она.  - Твой путь сложен и опасен, поэтому лучше идти днём.
        Юноша ничего не ответил. Он лишь молча взял посох и меч, закинув на спину небольшое кожаное подобие рюкзака с провизией и книгой колдовской, да оглянулся в пустую комнату Светорода. За несколько дней, проведённых с ним, Константин сильно привязался к старцу.
        - Что будет с Ахтором?
        - Он останется здесь. Не может дух дома жить вне жилища. Если захочешь, то позовёшь его с собой, когда дом обретёшь. Попросишь меня, и я явлюсь к тебе. Но не злоупотребляй этим.
        - Но как обратиться к…Вам?  - несколько замешкавшись, спросил Константин.
        - Махиора Теель Наарг зовут меня смертные. А имя, каким Боги зовут, знать неположено тебе, да и не познаешь его ты. А теперь пошли.
        Она быстро развернулась, направившись в сторону леса. Константин, едва успевая, следовал за ней. Величественные деревья, покрытые зловещей чернотой, медленно раступались перед ней. Сама природа словно склонялась перед её могуществом, воплощённым в кажущейся хрупкой смертной оболочке.
        Солнце уже было в зените, когда Махиора вывела Константина на большую широкую поляну. По ней вилась, словно змея, небольшая тропа.
        - Ступай по ней, приведёт тебя она к людям прочим.  - с едва уловимой печалью в голосе сказала Богиня.
        - Феерар точно в лучшем месте?
        - Он со своим родом. А примут они его деяния или возненавидят - не ведаю я. Иди. Не место тебе здесь, смертный.  - с этими словами она растворилась в воздухе, превратившись в красноватый туман. Константин, устремив свой взгляд по направлению тропы, искал хоть какую-либо деревню или город. Но, увы, лишь бескрайняя поляна, уходящая в горизонт, была перед его взором. Он ступил на неё, сделав глубокий выдох. Юноша понимал, что это только начало его сложного пути, но он обязан был его пройти, чтобы вернуться домой.
        Константин быстро шёл по извилистой тропе. Всевозможные растения цеплялись за ноги, словно змеи, оплетая их. Птицы кружили вокруг, охотясь на мелких насекомых, витавших всюду. Временами оглядываясь назад, юноша всматривался в тёмный лес, будто ожидая увидеть Светорода.
        Солнце уже клонилось к закату. Его яркий красный свет озарял небо в пурпурные тона. В зарослях полевых трав стрекотали кузнечики. Воздух заметно холодал. Константин был чем-то напуган. Его чутьё не давало покоя. "Возможно это страх, оставшийся после Кровавой Охоты"  - успокаивал он сам себя. Но слабый гул, исходивший от Эхара, заставлял быть настороже.
        Солнце уже почти спряталось за горизонт. Воздух стал не по-летнему холодным. Слабый, едва заметный пар исходил изо рта Константина. Где-то вдали послышались людские голоса. Их неустанный гомон был слишком разноголосым, чтобы Константин смог хоть что-то разобрать. Они двигались по той же огромной поляне, что и он, но неизвестно куда и зачем. Вдруг, неожиданно для юноши, гомон затих, будто его и не было. Впервые за день наступила абсолютная тишина, давящая на уши.
        Константин замер в ожидании. Он озирался по сторонам, крепко сжимая посох в левой руке. Правая же рука была на рукояти клинка, дабы мгновенно выхватить его и нанести размашистый удар. Все чувства Константина были напряжены. Ещё никогда в жизни он не был настолько сконцентрированым. Словно сжатая пружина, юноша был готов молниеносно прыгнуть в любую сторону, чтобы сокрушить врага или избежать удара. В голове кружились непонятные слова, сплетавшиеся в некие заклинания. Кристал на посохе светился тусклым красным цветом.
        Эта пытка тишиной и ожиданием могла длиться целую вечность, но не в этот раз. Слабый шелест травы послышался со спины Константина. Резко выхватив клинок, юноша молниеносно развернулся, нанося широкий размашистый удар по неизвестному противнику. Но позади никого не оказалось. "Неужели показалось?"  - прошептал Константин, как в этот же миг что-то ударило его по ноге. Едва не упав на землю, юноша, разворачиваясь, выставил посох вперёд, надеясь нанести удар. Но снова никого не оказалось. Посох уже ярко сиял синевой. "Шаор гуал!"  - сорвалось с уст Константина. В тот же миг от посоха по земле пошли круги синего цвета. Слабая вибрация переходила от земли по ногам юноши. Казалось, он чувствовал землю, словно часть себя. Справа от него что-то быстро двигалось. Лёгкая вибрация разносилась по всему телу. Выждав момент, Константин, отпрыгнув в сторону, ударил посохом по небольшой фигуре, двигавшейся в высокой траве. Издав глухой стон, неизвестный рухнул на землю.
        "Я стал заметно сильнее, чем в своём мире"  - пронеслось в голове Константина. Он решил обыскать незнакомца, забрав его оружие, дабы, когда он придёт в себя, не напал снова. Но его арсенал был крайне скудным. Лишь небольшой нож и небольшое древко, которым, он по видимому, и нанёс удар по ногам Константина. Незнакомец лежал неподвижно, будто находясь без сознания. Но было ясно одно - он человек, а не какой-либо дух. Вдруг, неожиданно для Константина, незнакомец резко ударил его ладонью в горло, и, воспользовавшись моментом, убежал, скрывшись в высокой траве. Юноша, выронив посох и клинок, сжимал своё горло. В глазах темнело. Он задыхался.
        Едва восстановив дыхание, Константин схватил своё оружие. "Нельзя оставаться на одном месте слишком долго"  - подумал юноша, быстро поднявшись на ноги. Осторожно оглядевшись по сторонам, он, прижавшись к земле, словно змея, быстро побежал вдоль тропы.
        Солнце уже скрылось за горизонтом. Небо зияло своей чернотой. Лишь тусклые многочисленные звёзды, да три синеватые луны озаряли пространство вокруг, разгоняя мрак и тьму. Звёзды были не столь яркими, как в лесу, что Константин находил весьма странным.
        Он бежал, спотыкаясь через траву и посох, изрядно мешавший ему. Кровь гудела в ушах, а виски стучали в такт сердцу. Константин упал, уставший от такой беготни. Его тяжёлое дыхание переходило в некое подобие хрипа. Вокруг была тишина. Лишь слабый стрёкот насекомых разносился по округе. Вдали была видна небольшая деревня. Слабый тусклый свет исходил из окон. Из труб струился тёмный серый дым, растворяясь в воздухе. Константин медленно приближался к деревне, наблюдая за ней. Маленькие деревянные дома были сделаны словно по одному стандарту. Многие окна были закрыты тяжелыми деревянными ставнями. В некоторых ещё горел свет свечей и небольших лампадок. В этих домах люди до сих пор вели свой скромный быт, доделывая оставшиеся дела. На улицах не было ни души. Лишь редкий лай собак разрывал гулкую, словно мёртвую, тишину.
        Константин не знал, куда ему идти дальше. Не постучаться же в первый попавшийся дом? Возле одного из домов, качественно отличавшимся от остальных размером и количеством окон, стояло несколько лошадей. Внутри были слышны голоса нескольких людей, яро обсуждавших что-то. Константин, спрятав клинок за пояс, постучался. Разговоры резко прекратились. Дверь открыл большой коренастый мужик с бородой, покрытой лёгкой сединой. На вид ему было лет сорок, хотя Константин мог и ошибаться.
        - Зачем пожаловал, путник?  - хриплым голосом спросил мужик, от которого явно пахло перегаром.
        - Я ищу ночлег.
        - Два серебрянника за ночь, не меньше.
        - Простите, но у меня нет денег.
        - Тогда проваливай, жалкий попрошайка!  - выкрикнул мужик, резко закрывая дверь перед Константином. Вдруг один из гостей трактира, ударив по столу, выкрикнул что-то непонятное. Хозяин замер, так и не закрыв дверь до конца. Гость грузно поднялся из-за стола, и, гремя то ли оружием, то ли бронёй, направился к двери.
        - Чей будешь?  - грубо спросил он.
        - Ни чей я, вольный.  - единственное, что нашёл сказать юноша.
        - Маг? Странно, не думал, что вас сюда отправляют, да ещё и без золота. И как маг вольным быть может? Разве что отвергнутый сам знаешь кем!
        - Я не понимаю, о чём вы говорите. И, если вы не можете помочь мне с ночлегом, то я пойду дальше.  - разворачиваясь, сказал Константин.
        - А ну стоять! Каков в бою ты?
        - Могу за себя постоять, не более.
        - Если поможешь мне и моему каравану дойти до Наагара, то щедро оплачу, маг. И да, ночлег тоже оплачу.
        - Наагар? Это что? Город?
        - Вот ты смешной!  - раскатившись в хохоте, произнёс мужик.  - Мне нравится! Второй по величине город в Срединных землях, если запамятовал ты.
        Константин понимал, что дальнейший путь без золота невозможен, да и местность он не знал совершенно. Поэтому попасть в крупный город - задача не из лёгких, а значит, нельзя упускать такой шанс.
        - Согласен, помогу вам. Сколько платите?  - решил торговаться юноша.
        - Сотню золотых араниев. Провизия за мой счёт, как и ночлег в трактирах.
        - Хотелось бы побольше золота.  - неунимался Константин.
        - Ха, смешной малый! Сто десять золотых и не одним серебрянником больше!
        - Согласен!  - почти выкрикнул Константин, понимая, что это его последний шанс.
        - Заходи, располагайся. По утру уходим.
        Хозяин трактира, гремя ключами, вёл юношу на второй этаж. Небольшая комната с тяжёлой скрипучей дверью, с одним закрытым ставнями окном, была в распоряжении Константина на эту ночь. Маленькая кровать, лишённая матраца и подушки, стояла ровно посередине комнаты. Небольшой стол, покрытый пылью, размеренно покачивался от малейшего прикосновения.
        - Сейчас принесу еды, маг.  - с презрением сказал хозяин трактира.
        По лестнице грузно поднимался наниматель Константина. В свете свечей юноша разглядел его более подробно. Это был мужчина в годах, покрытый пепельной сединой. Его лицо покрывали шрамы, а правый глаз едва открывался. Тело защищала кольчуга, а на руках сияли металлические пластины, стянутые верёвками. На поясе висел увесистый меч, лишённый всяческого излишества. Из-за спины выглядывал небольшой топор. Мужчина внушал некий страх и уважение. Было понятно, что он воин, убивший не мало врагов.
        - Как звать тебя, чаровник?  - спросил он, расплывшись в широкой улыбке.
        - Константин.
        - Хм, странное имя. Не слышал его ни разу. Хотя, вас, магов, никогда не поймёшь. Меня Дарозом Вааричем звать, можно просто Дароз. По утру разбужу тебя, и не вздумай бежать, из лука подстрелю, как кролика, и магия не поможет!
        С этими словами он пошёл вниз, хохоча громким раскатистым басом. Константин же зашёл в комнату, ожидая еды от трактирщика.

        Тихое поскрипывание досок эхом разносилось по трактиру. Казалось, будто пол вот-вот провалится под хозяином заведения. Он молча вошёл в комнату, поставив на грязный, покрытый пылью стол небольшой поднос с непонятной похлёбкой. Его суровый взгляд, направленный на Константина, излучал некое омерзение.
        - Твоя еда, колдун.  - словно прошипел трактирщик.
        Константин ничего не ответил. Ему был крайне неприятен этот мужчина. В деревянной тарелке была похлёбка, отдалённо напоминавшая суп из гречки. Большие куски картофеля, грубо нарезанного, были не проварены до конца. И абсолютное отсутствие соли. Это вызывало отвращение к данной еде, а так же к хозяину трактира. Но юноша понимал, что его провизии на долго не хватит, поэтому необходимо её экономить. И именно это послужило самым веским доводом во внутреннем споре, окончательно заставив Константина съесть это отвратительное варево.
        Юноша не стал снимать с себя одежду, лишь положил клинок рядом с собой, держа его в руке. Посох же он поставил в изголовье кровати, а кожаный рюкзак с книгой и провизией подложил под голову, вместо подушки. Крайне неудобное положение для сна, но всё же лучше, чем под открытым небом…
        - Подъём! Караван, а ну вставайте, ленивые задницы!  - кричал громким басом Дароз.  - Я не собираюсь платить за дневной сон!
        Константин резко проснулся, испугавшись голоса нанимателя. Сонный, он вышел из своей комнаты, протирая глаза.
        - А вот и наш новый член сопровождения! Познакомьтесь, маг…  - Дароз несколько замялся, словно вспоминая что-то.  - Константин, во!
        Отовсюду был слышен громкий хохот. Крупные мужчины, покрытые кольчугами и латами, смеялись над щуплым юношей с посохом. Лишь один из них, на вид уже лет пятьдесят, стоял в стороне. Он сильно сутулился, беспрерывно бегал глазами по сторонам. Тихо, почти бесшумно подойдя к Дарозу, он что-то прошептал ему на ухо.
        - А ну заткнулись! Седлайте коней и вперёд! Обоз следом! Я, маг, Фарка и Лусар позади. Задерживаться нельзя!  - словно торопясь, проговорил он.
        Константин быстро сбежал по лестнице вниз. К нему подошла невысокая худощавая девушка, на вид лет семнадцати. Её чёрные волосы спадали с плеч. Лёгкая тонкая кольчуга облегала её тело, за спиной висел колчан стрел, а в руке находился чёрный, как смоль, лук. Он был украшен символами, а по краям сверкали небольшие лезвия.
        - Меня зовут Фарка.  - улыбнувшись, сказала она.  - Отец велел присматривать за тобой и защищать.
        - Благодарю, но это ни к чему.  - ответил юноша.
        - Меня не интересует твоё мнение, чаровник.
        Караван уже покидал деревню. За обозом шли: Константин, Фарка, её отец - Дароз и ещё один юноша, вооружённый двумя небольшими клинками. Солнце ярко светило. На небе не было ни единого облачка. Лишь топот копыт и скрип колёс нарушали абсолютное безмолвие. Неожиданно Константин почувствовал тревогу. Эхар прерывисто гудел и светился лиловым оттенком. Дароз заметил нарастающую тревогу мага, жестом указав остальным быть настороже. Высокая трава зашелестела. В ней что-то двигалось невероятно быстро. Лошади встали, словно уперевшись во что-то.
        Эаран ярко пылал красным цветом. Из высокой травы бросились со всех сторон люди, одетые в чёрные рваные обмотки. Их клинки были загнутыми и широкими к краю. Константин едва отбивался от их ударов, отступая назад с каждой атакой. Фарка залезла на обоз, и оттуда отстреливалась, не жалея стрел. Дароз размахивая своим клинком, сокрушал напавших незнакомцев. Лусар умело орудовав двумя клинками, словно вихрь отбивал множественные атаки врага, разрубая одного за другим. Но их было необычайно много. "Заар ганар науг!"  - выкрикнул Константин. Множество белоснежных молний вырвалось из кристала в посохе.
        Напавшие лежали на земле, не проявляя признаков жизни. Их тела покрывали мелкие молнии, словно паутиной оплетая их. Дароз сурово, но в то же время со страхом, смотрел на Константина. Фарка направила на него одну из своих стрел, готовая спустить её в тот же миг. Лусар стоял в боевой стойке, словно ожидая атаки.
        - Не знаю, где ты обучался, маг, но я рад, что ты с нами.  - прошептал Дароз.  - Отставить угрозу! Продолжить путь! Нельзя медлить! И позовите мне этого старика!
        Константин спрятал меч за пояс. Его примеру последовали и остальные. Но теперь они держались от него ещё дальше. "Видимо, магов здесь не любят"  - подумал юноша.
        - Такому не учат в Академии. Откуда ты?  - спросил мужчина.
        - Издалека,  - решил соврать Константин.  - Очень далеко моя родина. Кто напал на нас?
        - Служители Тенера, одного из Демонов юга. Надеюсь, они больше не потревожат нас. Хотя, пусть приходят, у нас есть ты! Ещё раз, прими мою благодарность. А об остальных не думай, магов боятся и уважают, хотя и не доверяют вам. Ты спас наши жизни, а это многого стоит. Я подумаю о твоей награде.
        В этот момент подошёл тот молчаливый старик, который был в трактире. Они отстали от обоза ещё сильнее, чтоб поговорить о чём-то без лишних глаз и ушей.

        Глава 8: "Подземелье"

        Обоз размеренно двигался по полям вдоль проклятого леса, держась от него на удалении. Из лесных глубин то и дело были слышны ужасающие завывания его обитателей. Охрана обоза тихо перешёптывавалась, не убирая рук с оружия. День неустанно клонился к концу. Небо покрылось багрянцем. Вокруг не было никаких поселений, лишь бескрайние поля, окаймлённые чёрным ужасающим проклятым лесом. Обоз остановился. Константин, думая, что произошло очередное нападение, выхватил клинок.
        - Успокойся, чаровник.  - небрежно сказала Фарка.  - Время ночлега.
        - Не самая лучшая идея, поверь.  - пробурчал Константин.
        - Поверить? Тебе? Да никогда в жизни! Ты маг, а значит тебе нельзя верить! Не понимаю, почему отец нанял тебя, колдовское отродье!
        - Ты по аккуратнее со словами, я спас вам жизнь.
        - Мы бы и без тебя справились.  - злобно прошипела девушка, резко отвернувшись от Константина.
        Все, кто сопровождал обоз, распределились вокруг него. Отовсюду доносились вкуснейшие ароматы еды, пробуждая зверский аппетит Константина.
        - Присядь, юнец.  - сказал Дароз, незаметно подкравшись к Константину.  - Вижу я, действительно издалека ты, и не знаешь многого.
        - У меня только один вопрос. Почему магов не любят?
        - Легенда гласит, что раньше много было тебе подобных. Но потом начались войны. Множество Тёмных Властителей схлестнулось со Светом. Выжившие маги примкнули к Тьме. Теперь они причиняют лишь боль и страдания, являясь шпионами и палачами, мастерами пыток и любителями губить целые деревни непокорных.  - с этими словами он поднял рубаху, сделанную из грубой серой материи и, указывая на огромное количество шрамов, продолжил.  - Я был рабом одного из магов. Видел ваши зверства. И восхищался вашей силой, способной убивать десятки, а то и сотни врагов. Поэтому и нанял тебя. Ты ещё слишком молод, чтобы владеть таким могуществом, но и нет в тебе безудержной ненависти. Хотя, честно сказать, ты меня удивил. Нечто подобное я видел давно, ещё будучи рабом. Мой хозяин убил более ста воинов, поразив их множеством молний, испепелив их. Не думал, что ты способен на такое.
        - Я не из числа тех магов, которых вы знаете. Мой дом необычайно далеко.  - уклончиво ответил Константин, скрывая своё иномирное месторождение.
        - Меня мало волнует это. Несмотря на моё прошлое раба у мага, я не испытываю ненависти к вам. В отличии от своих детей. Фарка родилась уже рабыней. Я полюбил девушку, будучи рабом. Потом и появилась дочь. И она потеряла мать. Её убил маг, когда мы пытались сбежать. Её ненависть к тебе вполне оправдана.
        - Это глупо, судить одного по деяниям другого.
        - Вас не любят в этих землях. Не просто так зовутся они Срединными. Не принадлежат они ни одному Владыке. И маги часто нападают на нас. Пока со мной ты, никто не тронет. Мне понравился твой клинок. Не желаешь продать его?
        - Нет. Он не продаётся однозначно.
        - Жаль, очень жаль.
        С этими словами Дароз ушёл в сторону, оставив Константина наедине со своими мыслями. Он достал из своего рюкзака вяленное мясо, заботливо положенное Ахтором. Долгий путь на свежем воздухе, да ещё и битва, пробудили в Константине неслыханный аппетит. Вкушая свои запасы, он не заметил, как к нему кто-то подкрался. Холодная сталь коснулась горла Константина, ощущавшего остроту клинка.
        - Не двигайся, и я убью тебя быстро, чаровник.  - говорил неизвестный.  - Где камни?
        - Не знаю.  - ответил юноша, пальцами подтягивая свой посох.
        Воздух разорвала стрела, со свистом пронзившая воздух. Неизвестный нападавший рухнул на землю, не издав ни единого стона. К Константину спешила Фарка, держа в руках лук и ещё одну стрелу.
        Юноша осматривал лазутчика. В нём он узнал того, кто напал прошлым вечером на поле.
        - Я видел его. Мы уже сражались раньше, но он меня едва не убил.
        - Ночные Тени Тенера. Они уже давно рыщут в Срединных землях, убивая всех, кто владеет магией, даже стариков и детей.  - пояснила Фарка.
        - Он спрашивал о каких-то камнях.
        - Молчи об этом! Позже расскажу, если отец позволит.
        К ним подошёл Лусар, с оголёнными клинками. Молча, без единого слова отрубив голову Ночной Тени, он злобно посмотрел на девушку.
        К стоящим друг напротив друга Константину и Фарке подошли два крупных, широких в плечах воина. На их головах были большие тяжёлые шлемы, закрывавшие их лица. Все четверо подняли бездыханное тело неудачливого убийцы и понесли в сторону леса. Никто не проронил ни слова, соблюдая абсолютное молчание. Казалось, будто сама природа затаила дыхание. Не было слышно ни стрёкота насекомых, ни пения птиц, ни гула ветра. Лишь звёзды по прежнему сияли на небосводе, да три луны, две из которых вновь ставшие кровавыми. "Охота продолжается"  - прошептал Константин, но, видимо, никто его не услышал. Фарка, идущая впереди, резко остановилась. Обернувшись назад, Константин едва видел огни костров, расположенных возле обоза. До леса оставалось не более ста метров. Он по прежнему был покрыт зловещей темнотой, мрак всё так же царил в корнях деревьев. Холодный порыв ветра нёс запах крови и гнили из леса, наполненного зловещим воем его обитателей.
        - Здесь он найдёт свой последний покой.  - тихо, почти шёпотом, сказала Фарка.
        - Он враг! Так зачем его сжигать? Не проще ли бросить его на съедение лесных тварей!  - выкрикивал один из тяжёлых воинов.
        - Заткнись!  - прошипела девушка.  - Или ты хочешь, чтоб звери услышали нас? Прояви уважение к врагу, а не уподобляйся им. Это они оставляют как врагов, так и братьев по оружию на поле боя умирать. Хочешь стать таким же выродком?
        - Но он не заслужил…
        - Ты сейчас заслужишь стрелу промеж глаз, идиот!  - перебила его Фарка, направив стрелу в лицо воина.  - Ты много не знаешь, но слишком много говоришь. Знай своё место, наёмник.
        Константин наблюдал за этим конфликтом, боясь вмешиваться в него. Он явно был на стороне воина, не понимая смысл сжигания врага. Но юноша не желал вызвать гнев девушки, тем более, что она дочь нанимателя, ведь в противном случае его дальнейший путь будет крайне затруднён. Фарка едва успела облить тело каким-то маслом, как из леса, очень и очень близко от поляны, раздался протяжный вой. Кровь застыла в жилах Константина, а два тяжёлых воина схватились за мечи. Лишь девушка что-то прошептала на непонятном для Константина языке, после чего подожгла обезглавленное тело. Оно вспыхнуло ярким оранжевым пламенем, а воздух наполнился ужасным тошнотворным запахом горелых волос и плоти. Константин едва сдерживал себя, чтобы его не вырвало.
        - Уходим отсюда! Быстро!  - скомандовала Фарка.
        Никто не стал оспорять её приказ. Быстрым шагом, переходящим в бег, все четверо направились к обозу. Из леса всё так же был слышен вой, от которого кровь стыла в жилах. Вчетвером они бежали туда, где горели костры. Туда, где будет безопасно. Но сколько они ни бежали, огни не приблизились ни на метр. Создавалось впечатление, будто они бежали на одном месте.
        - Чародей, это твои проделки?  - спросила Фарка.
        - Нет.  - ответил Константин, смотря на удалённые огни.  - Даже посох цвет не сменил, не ощущает магию оно, как и опасность.
        - Тогда что же творится?  - нервно спросил один из воинов.  - Неужели мы прогневили древних богов?
        - Замолчи, деревенщина! Боги давно мертвы, а их храмы разрушенны. Потому и лес проклят. Ведь так, чародей? Таковы деяния твоих предков?
        - О былых деяниях магов не знаю и к ним не причастен.  - сурово ответил Константин.  - А Боги живы. По крайней мере одна Богиня точно жива. Я был в том лесу. Но всё равно не понимаю, почему мы не можем добраться до обоза.
        Фарка, натянув тетиву, целилась в Константина. Воины стояли позади неё, размахивая мечами.
        - Покажи свои запястья! Быстро!  - выкрикивала девушка.
        - Я не собираюсь ничего показывать! Научись доверять окружающим, глупая девчонка!  - противился юноша.
        - Или ты докажешь, что не умертвие и не леса порождение, или я убью тебя! Решать за тобой.
        Константин понимал, что выбор у него небольшой. Умирать он не хотел, а убивать девушку было слишком рискованно, ведь её отец начнёт мстить. Он медленно, без резких движений поднял рукава, оголяя запястья. К нему подошла Фарка, держа в одной руке факел, а в другой лук, выставив его лезвия вперёд.
        Запястья Константина были самыми обычными, без каких-либо отклонений. Фарка осматривала их очень внимательно, проверяя пульс несколько раз.
        - Он человек.  - сказала она воинам.
        - Я же сразу сказал.
        - Молчи!  - перебила она Константина.  - Раньше твари леса не покидали его границу. Но недавно целая деревня была вырезана и обескровленна. Проклятие расширяется, выходя из леса.
        - Тогда, возможно, мы попали в его зону. У меня есть идея, как освободиться. Только, лучше ни кому не говорите об этом. Махиора Теель Наарг, взываю к тебе. Помоги нам, защити от проклятия Богов прочих.  - шептал Константин, держа посох обеими руками. Кристал сиял белым цветом столь ярко, что все присутствующие закрывали глаза руками. Он потух так же резко, как и засиял. Вокруг всё так же была тёмная ночь, озаряемая кровавыми лунами. Константин сделал робкий, неуверенный шаг в сторону огней. За ним последовали и остальные. Они шли ровно друг за другом. Вскоре юноша заметил, что огни становятся ближе.
        Уже придя в лагерь, они обнаружили стоявшего Дароза. Он был в боевой стойке.
        - Почему вы так быстро вернулись? Вы же только что ушли!  - начал было он, но Фарка подошла к нему и что-то прошептала на ухо.  - Спите, сегодня вы не несёте дежурство. Утром уходим отсюда. Наконец-то уйдём от этого леса.
        Константин сидел возле костра, устремив свой взор в сторону тёмного и зловещего леса. К нему подошла Фарка, без разрешения сев рядом. Она молчала долгое время, но всё же начала разговор.
        - Благодарю тебя, чаровник. Ты уже два раза спас меня. У кого ты просил помощи?
        - У одной из Богинь того леса.  - сухо ответил юноша.
        - Либо ты безумен, либо очень талантлив. Древние Боги никому уже не помогают. Они в гневе на людей, предавших их во имя зла. Но всё равно, благодарю ещё раз. Теперь я уверена, что тебе можно доверять. В нашем обозе не только оружие и броня. Мы везём магические кристаллы из владений Тенера. За них дадут огромные богатства. Поэтому его слуги и напали на нас. Никто из сопровождения не должен знать об этом. Только отец, я, Лусар и ты знаем эту тайну. Ну и Горак, как опытнейший воин.
        - Это тот старик молчаливый?
        - Да. И поверь, у него есть причины молчать. Увидеть смерть целой деревни и своей семьи, умереть самому, но вернуться отвергнутым своим родом… Он движим ненавистью к каждому магу, особенно к некромантам. И поверь, если бы не мой отец, ты был бы уже мёртв.
        - В опасном я положении, видимо. Хорошо, что предупредила.
        - Не обольщайся. Ты маг, и я не рада тебе. Но у меня долг перед тобой.
        - Лусар твой…  - замялся Константин.
        - Брат. У нас разные матери. Его как-то раз чуть не убило умертвие, поднятое магом. После этого он стал ещё больше ненавидеть магов. Но уважение к мнению отца для него важнее собственной неприязни, как и для меня. Хотя, честно сказать, ты не похож на других магов. Твои глаза лишены безумия и ненависти…
        Они просидели всю ночь у костра, разговаривая обо всём. Константин очень многое узнал об этом мире, политике и войнах. Казалось, будто местные маги действительно были воплощением чистой ненависти, жестокости и проклятия для народов. Так же он узнал, что все культы Богов уничтожены. Теперь поклоняются лишь демонам или мелким Богам. Обычные люди чтят лишь своих предков, отвергая всяческие поклонения кому бы то ни было ещё.
        Как только первые лучи солнца озарили небо, обоз продолжил свой путь. Позади всё так же шёл Константин, разговаривая с Фаркой. Дароз что-то яростно обсуждал с Лусаром, активно жестикулируя. Тропа уводила их всё дальше от леса, казавшегося уже небольшой тёмной полосой вдалеке. Высоко в небе кружили птицы, похожие на земных орлов.
        - Константин,  - впервые Фарка назвала его по имени.  - через три дня мы должны достигнуть Наагар. Если желаешь, можешь остаться с нами. Думаю, твоя помощь не помешает.
        - Мне нужно к магам. И пусть они полные зла, но только они смогут вернуть меня на родину. Если наши пути хоть как-то совпадают, то я с радостью пойду с вами.
        - Ближайшая академия магов в горах Шаарага. Это к северу от Наагара. Мы же идём до Гафера, расположенного западнее Шаарага. Так что, некоторое время нам по пути.
        - Тогда я пойду с вами и дальше. Если твой отец позволит.
        - Поверь, он будет рад.
        Впереди появилось несколько воинов верхом на больших ящерицах. У наездников были длинные копья, а по обеим сторонам висели клинки. Их лица были скрыты капюшонами.
        - Всадники Тенера. Нам не одолеть их.  - сказал Лусар.
        Обоз встал, ожидая распоряжений Дароза. Он нервно осматривал местность, ища способ обойти неприятеля.
        - На востоке есть некая пещера. Вход в неё очень широкий. Это наш единственный шанс.  - нервно проговорил он.
        - Это глупо! Там мы станем лёгкой добычей! Да и пещера посреди полей? Не кажется ли тебе это западнёй?  - возмущался Лусар.
        - Здесь я принимаю решения! Идём в пещеру!
        Кони послушно шли, не подавая тревоги. Но меч Константина неустанно светился красным цветом. Оказавшись перед пещерой, юноша отметил, что она необычайно широкая, а её наличие в этой местности действительно странное. Обоз медленно входил внутрь, скрываясь во мраке подземелья. Лусар то и дело оборачивался назад, ожидая нападения. Фарка убрала свой лук за спину, вооружившись небольшими клинками, больше похожими на кинжалы. Спуск был плавным. Пещера внутри была необычайно большой и широкой, будто сделанной искусственно. Факелы горели почти у каждого второго воина, освещая путь. Где-то вдалеке слышались размеренные удары. Они были необычайно тихими и ритмичными. Но никто, кроме Константина не слышал их.
        - Отец, ты хоть знаешь, куда ведёт эта пещера?  - спросила Фарка.
        - Судя по её изгибам, мы движемся в верном направлении. Быть может выйдем возле гор, что заметно сократит нам путь.
        - Моё оружие чувствует магию поблизости, а так же любые угрозы. И мне очень не нравится то, что клинок светится всё ярче и ярче.  - вмешался Константин.  - Здесь скрывается что-то очень опасное.
        Вокруг царил мрак. Лишь свет факелов озарял пространства поблизости. Люди заметно нервничали, а лошади часто отказывались идти дальше. Воздух становился тяжелее. Эхо шагов разносилось по округе, содрогая стены. То и дело громко падали камни, заставляя каждого изрядно напугаться.
        Они шли неизмеримо долго. Никто не знал, день сейчас или ночь. Казалось, что время остановило свой бег, застыв, как кровь в жилах людей. Впереди появился свет. Огромное количество факелов освещадо некое строение, похожее на храм. Огромные статуи стояли на входе. Вместо человеческих голов были некие зловещие оскаленые морды, похожие на демонические.
        - Лучше не заходить туда.  - тихо сказал Константин, но его будто никто не слышал. Люди шли как заворожённые, будто находясь под гипнозом. Юноша отчаянно пытался докричаться до них, тряс их за плечи, но всё было тщетно.
        - Используй магию.  - проговорил знакомый голос Эхара.
        Юноша замер, сосредоточившись на своих мыслях, но они путались и сплетались, будто кто-то намеренно мешал ему. Обоз удалялся всё дальше и дальше. Тогда Константин вытащил книгу из рюкзака и начал суматошно искать хоть что-то подходящее.
        Когда он нашёл заклинание, развеивающее всяческий морок, обоз был уже очень далеко. Константин бежал за ним, отчаянно пытаясь догнать. По всему пути стояли статуи, всё больше проходившие на неких демоноподопных существ. Их лица, если можно так назвать, были полны ненависти и гнева. Ритмичные удары, слышимые Константином с самого начала, становились сильнее. И вот юноша догнал своих соратников. Подняв высоко посох, он произнёс: "Аагар наруз шеим! Гура лаоф кушар! Кайра нашат рагал!". Кристал ослепительно сиял зелёным цветом, переливаясь в синий. Тонкие нити исходили от посоха, оплетая каждого, кто сопровождал обоз. Они замерли, будто скованные цепями. Из стен выходил некий туман алого цвета. Вместе с ним вокруг витали зелёные сферы, кружившиеся вокруг людей. Каждая из этих сфер словно пыталась войти в человека, но ударялась в нити, созданные Константином. Юный маг вновь прочёл заклинание. Огромное количество нитей срывалось с посоха, отражалось от стен, разрывая туман и сферы.
        - Где мы?  - спросила Фарка.
        - В каком-то храме. Вы были под воздействием морока. Я чудом снял его, но не знаю, насколько хватит моих сил.  - изнемогая от боли и усталости, ответил Константин.
        - Нам надо вернуться назад! Лучше сразиться с наездниками и умереть в битве, чем сгинуть в проклятом храме!  - выкрикивал Лусар, сотрясая своего отца за плечи. Дароз рухнул на землю, едва дыша.
        - Он первый попал под морок. Поэтому и завёл нас сюда.  - сухо прошептал Константин.  - Можете развернуть обоз?
        - Места мало, но уверен, мы справимся.  - ответили погонщики.
        Туман всё так же витал в воздухе, но Константин время от времени читал заклятие, создавая новые нити. Дароз был погружён в телегу. Обоз начал путь назад, прочь от этого ужасного храма.
        Едва они покинули первые статуи, Константин рухнул на землю, не в силах больше идти. Нити, создаваемые им, растворились с глухим треском. Фарка и Лусар подняли его, продолжая нести на себе. Туман и сферы не преследовали их.
        Путь назад был ещё более зловещим. Отовсюду доносились крики и вопли. Казалось, будто стены кричали от боли и ужаса. "Здесь так холодно и одиноко. Не уходите. Останьтесь с нами". "Боль, она сводит с ума. Время замирает. Мы заперты здесь. Освободите нас". Люди отчаянно затыкали уши, чтобы не слышать эти крики. Но мольбы проникали прямиком в голову. Они эхом носились внутри черепа, вызывая дикий страх и животный ужас. Вдали появился свет. Это был выход.
        - Константин, очнись!  - вопила Фарка.  - Мы почти выбрались!
        Но маг был без сознания. Слишком много сил ушло на разрушение морока. Посох и книгу нёс Лусар, боясь открыть её. Он всё так же ненавидел магов, но был необычайно благодарен Константину за спасение. Ведь, кто знает, что их ожидало в глубинах храма.

        Глава 9: "Сладкий яд"

        Выйдя из подземелья, люди рухнули на землю, уставшие и испуганные от произошедшего. Константин был в небытие, издавая лишь слабые хрипы и тяжело дыша. Фарка едва вынесла его из ужасной пещеры, полной мрачных иллюзий и душераздирающих воплей заточённых в ней душ.
        - Всадников не видно.  - заявил Лусар, устремив вперёд свой взор.  - Ушли? Или это тоже был морок?
        - Не знаю. Быть может маг даст ответ, когда придёт в себя.  - ответила Фарка, укладывая Константина на землю, мрачно, почти шёпотом добавив.  - Если придёт.
        - Чаровники куда более живучие, чем мы.  - прохрипел сухой голос старика из трактира.  - Я убил многих из них, и уж поверьте, знаю, о чём говорю.
        - Отец нанял тебя как лучшего проводника этих мест и знатока военной тактики! У тебя уже две оплошности!  - кричала Фарка.
        - Молчи, девчонка!  - воскликнул старик, выхватив нож.  - Мне ничего не стоит убить тебя, сказав, что ты умерла в пещере. И твоего брата убью тоже! Вы многого не понимаете…
        Но он так и не договорил свою пылкую речь. Длинное лезвие меча пронзило его спину, выйдя посередине груди. В глазах старика застыл неподдельный ужас, смешанный с невероятной болью. Он, хрипя и задыхаясь, обмяк, повиснув на клинке. За его спиной стоял Дароз с уставшим, но невероятно суровым лицом.
        - Никто не смеет угрожать моим детям!  - с этими словами он вынул меч из старика, тело которого незамедлительно рухнуло на землю.  - Я подозревал, что он предатель. Фарка, осмотри его тело. Все трофеи твои.
        Дароз устало присел на небольшой камень. Его руки дрожали. Взор невольно застыл на едва живом теле Константина. Поняв немой вопрос отца, Лусар лишь отвёл глаза, едва заметно кивнув головой. Фарка быстро разрезала одежду на теле мёртвого старика, бегло осматривая его. Она искала различные символы, узоры, нарисованные или выжженные. И вот на груди, возле сердца, она нашла то, что искала. Это был круг с небольшим трезубцем внутри.
        - Отец!  - выкрикнула девушка.
        - Это символ Дугора, слуги Тенера. Закиньте тело в пещеру, там ему самое место. Предатель.  - с нескрываемым отвращением сказал Дароз, смачно плюнув на уже мёртвое тело.  - Пусть его терзает холод и пустота. Вечный дух неупокоенный будет. Достойная плата за предательство.
        - Отец, маг… Он возможно умрёт.  - дрожащим голосом произнесла Фарка.
        - В телегу его. Книгу и оружие положите рядом. Курс меняется. Движемся в Неург. Местный травник должен помочь.
        Лусар и Фарка погрузили Константина в телегу, укрыв покрывалом. Девушка посмотрела на своего отца. В её глазах читались страх и сочувствие. От былой ненависти не осталось и следа. Отец всё понял, коротко кивнув. Она осталась с юным магом, присматривать за ним и делать холодный компресс на голову.
        Обоз медленно двигался вперёд. Воины были необычайно изнемождённые, но всё же продолжали идти дальше. Лусара не покидало чувство, будто кто-то следит за ними. Смотрит из глубин пещеры, зовёт и манит к себе. Холодный пот стекал большими каплями по его спине. В голове так и крутились слова: "Идём к нам, мы ждём тебя. Сколько можно терпеть этого старика и его любимую дочку? Убей их! Кровью заплатишь дань. Власть и могущество ждут тебя, лишь сделай, что мы просим! Сколько можно терпеть их? Ты устал вечно быть в её тени". Юноша отчасти соглашался с этими жуткими голосами, но всё же не желал следовать их воле. Уж слишком дико и безумно звучала сама мысль об этом. Но в его глазах запылали огоньки, а руки сами тянулись к рукоятям. Лусар резко ударил себя по лицу, дабы выбить этот холодный шёпот из своей головы…
        Вдалеке от них стояла Махиора Теель Наарг. Её лик был суров и мрачен. Большая сова прилетела к ней, величаво взгромоздившись на левой руке Богини. Их глаза ярко пылали синевой. "Возможно ты, Феерар, не ошибся"  - прошептала она. По её лицу проскользил лучик света, озарив кроткую печальную улыбку Махиоры. Из глаз стекали слезинки, собираясь на остром красивом подбородке.
        Ветер пел свою заунывную песню. Тучи вновь застилали небо, скрывая за собой звёзды. Воздух становился холоднее, будто застывая. По ночному полю двигался обоз, охраняемый несколькими воинами. В этот раз они не стали делать привал, чтобы успеть к травнику и спасти Константина. Лусар всё ещё боялся брать в руки клинки, хотя уже и не слышал жестоких призываний в своей голове.
        Константин лежал без сознания. Его тело было напряженно, будто от огромной боли. Глаза неистово бегали под закрытыми веками. Фарка сидела рядом с ним, пытаясь хоть как-то уменьшить боль и страдания юного мага. Толстая ткань, закрывающая телегу, колыхнулась от дуновения ветра. На правое плечо девушки легла чья-то тяжёлая рука. Острым сверкающим ножом девушка атаковала непрошенного гостя, но разрезала лишь тяжёлый горячий воздух. Фарка хотела позвать на помощь, но её рот словно связали. Панически осматриваясь вокруг, она увидела в лунном свете, пробивающемся сквозь завесу чёрных туч, силуэт статного старца. По его плечам стелились серебряные волосы, а глаза излучали величайшую доброту. Его лицо было печально и полно скорби. Вокруг старца было сияние, переливающееся от ослепительно белого до небесно синего. Старец коснулся головы Константина, замерев всего на миг. Юноша выгнулся, будто испытав неимоверную боль, поглотившую его полностью. Тяжело вздохнув, старец исчез, растворившись в воздухе.
        Фарка, потрясённая произошедшим, криком позвала отца. Дароз, испугавшись за свою дочь, запрыгнул в телегу, оголяя клинок.
        - Отец, тут был… Старец…  - шёпотом произнесла девушка.
        - Где он? Как попал сюда?
        - Он не человек… Не живой уж точно.
        - Уходите из пещеры!  - закричал Константин, резко вставая на ноги.
        - Мы уже выбрались.  - не скрывая улыбки, сказал Дароз, обняв юношу.  - Благодаря тебе. Ты рухнул без сил, но мы вынесли тебя на себе.
        - Значит… Мы в безопасности?  - осторожно спросил маг.
        - Вполне.  - ответила девушка.  - Ты знаешь какого-либо старца?
        - Знал, но он мёртв.
        - Возможно он спас тебя. Я не ведаю вашу магию. Но, возможно, вы и не такие плохие, как я думала. По крайней мере не все.  - сказала Фарка, отворачиваясь от Константина.
        Дароз вышел из телеги, не сказав ни слова. Жестами объяснив Лусару о возвращении на изначальный курс, он замер, осматривая окрестности.
        Константин, осмотрев книгу, подаренную Светородом, спрятал её в рюкзак. Схватив клинок, он ощутил слабое покалывание в ладонях, разнёсшееся по всему телу. "Он спас тебя"  - эхом прозвучали слова в голове. Юноша понимал о ком шла речь. Он был необычайно благодарен своему учителю. Схватив посох, Константин выпрыгнул из телеги. Следом за ним выпрыгнула Фарка, держа в руке свой лук.
        - Благодарю, что не бросили умирать.  - не оборачиваясь, сказал Константин.
        - Ты спас нас. Не могла же я оставить тебя там.  - небрежно ответила девушка, слегка толкнув его в плечо, добавила.  - Да и пригодишься ещё, волшебник.
        - Значит перестала ненавидеть меня?  - улыбаясь, спросил юноша.
        - Ты не такой, как все маги. Поэтому, пожалуй, тебя я ненавижу меньше всех.
        - Позвольте прервать вашу беседу.  - вмешался Лусар.  - Нам придётся делать не малый крюк из-за тебя, чаровник. Чтоб тебя спасти, отец изменил маршрут. Поэтому ускоряем шаг и не тратим время на пустые разговоры.
        Дароз, хитро прищурив левый глаз, улыбался, глядя на свою дочь. Так быстро она поменяла своё отношение к магу, что её отец задумался, не влюбилась ли она. К его счастью, долго они не будут вместе, ведь вскоре, как думал Дароз, их пути разойдутся. "Да, он сильный маг, но я не позволю своей дочери быть с этим…"  - прошептал мужчина.
        На небе сияла лишь одна луна. Все звёзды и две луны были укрыты чернотой облаков. В воздухе повисло молчание. Даже ветер прекратил свою вечную песню. Лишь размеренный скрип колёс разрывал гнетущую тишину.
        В глубине проклятого леса, на руинах древнего храма, сидели несколько фигур. Их формы и цвета менялись, плавно перетекая одна в другую. Лишь Махиора оставалась неизменной. Её длинное ослепительно белое платье было словно сотканое из воздуха, постоянно колыхаясь. По изящным плечам спадали золотистые волосы. Её взор был направлен на одну из сидящих фигур.
        - Ты нарушила правило!  - эхом сотрясая деревья, говорил один из участников беседы.
        - Он сможет вернуть нам былое величие.  - сухо и сдержанно ответила Махиора.
        - Люди предали нас! Так какое нам дело до их судеб? Ты стала слишком похожей на них, дитя.  - воскликнула другая фигура.
        - Они имеют право на искупление.  - возродила Богиня.
        - Нельзя покидать этот лес! Или ты хочешь стать жертвой одного из слуг Хаоса? Ещё одна такая выходка…  - сказала первая фигура, плавно подлетая к Махиоре.  - И я лишу тебя твоих сил.
        После этих слов все фигуры исчезли, растворившись в воздухе. Осталась лишь Махиора, сжимавшая свои кулаки. Из её глаз вновь текли слёзы. Позади неё стоял большой вервольф, ожидающий её приказаний.
        - Следуй за ними, наблюдай. Но не покидай леса. Что бы не случилось, оставайся в лесу. А теперь исчезни!  - не оборачиваясь, сказала она.
        Богиня медленно шла к дому Светорода. Её платье окрасилось в золотистый цвет подстать волосам, воздушными локонами спадавшими с её плеч. Она уже устала быть в заточении леса, боясь покинуть его. Махиора давно простила людей за их злодеяния. Но другие Боги не были столь благосклонны к людям.
        Слабые робкие лучи солнца обагрили стволы деревьев, разгоняя тьму и мрак. Вервольф двигался у самой границы леса, незримо наблюдая за обозом. Ни один человек не смог бы увидеть так далеко, но только не зверь. Чёрная грубая шерсть скрывала его от случайных охотников и бандитов, рискнувших сунуться в этот проклятый лес. Глаза тускло светились кровавой краснотой. Нос улавливал бесчисленное множество запахов, а уши ловили каждый разговор каравана. Мышцы были невероятно напряженны. Зверь готовился к прыжку. Сделав рывок, он оказался едва выше середины дерева. Когти врезались в древесину, оставляя огромные следы. Мелкие крылатые сосущие кровь твари с воплем покинули дерево, боясь быть растерзаными самым ужасным зверем этого леса. Его шерсть переливалась, играя бликами на лучах восходящего солнца.
        Караван стоял неподвижно. У одной из телег сломалось колесо. "Люди… Они такие слабые… Мне ничего не стоит догнать и убить их. Но Госпожа велела не покидать лес и не вредить этим кускам мяса"  - думал вервольф, истекая слюной, обильно стекавшей из его пасти на землю. Он снова напряг все свои мускулы. Перепрыгивая с дерева на дерево, он, незаметно для всех, приближался к обозу. "Всего пара больших рывков и немного пробежать, и они станут моими!"  - думал зверь, борясь со своей дикой природой. Воздух разорвала летящая стрела, выпущенная со стороны каравана. Зверь едва увернулся от неё, повиснув одной лапой на дереве. Ещё одна стрела пролетела над головой, а за ней следующая, угодившая в живот. Зверь, издав рык, сорвался вниз. Кости сухо захрустели. Правая нога была сломана. Обломки костей разорвали плоть. Вытекающая кровь скапливалась в лужу. На её запах слетелись кровопийцы. Они медленно, аккуратно сползали с деревьев, выжидая смерти вервольфа. Никто из них не рискнёт напасть на ещё живого зверя, зная его силу…
        - Не хватало ещё, чтобы на нас напало это чудовище.  - сказала Фарка, опуская лук.  - Если это не убьёт его, то хотя бы заставит задуматься.
        - Не каждое убийство зверством является, запомни.  - сказал Дароз, не оборачиваясь к дочери.  - Он животное и убивает ради выживания. И не известно, напал бы на нас. А ты убила его. Сейчас ты больше чудовищем являешься, нежели он.
        - Лучше убить врага до его нападения.  - возразила девушка.
        - Так и думают Демоны и их приспешники. Убивают всех без разбора, дабы не было врагов потом. Хочешь стать такой же?
        - Нет, прости. Я запомню твой урок.
        Константин изучал свою книгу. Его интересовали боевые заклятия, а так же исцеление ран. Он даже не подозревал об убийстве вервольфа Фаркой. За его спиной стоял Лусар, держа в руке свои клинки.
        - Эй, маг, хватит рассматривать пустые страницы! Думаю, не помешает научить тебя оружием владеть!  - с издёвкой в голосе сказал он.
        - Страницы не пустые.  - возразил Константин.  - А от пары уроков я не откажусь.
        Едва чародей договорил это, как сразу же выхватил свой меч. "Эхар, прошу, помоги"  - едва заметно прошептал он. Клинок засветился тусклым красным цветом. Константин, сделав выпад вперёд, первым атаковал Лусара. Двое юношей сражались, не уступая друг другу. Опыт и мастерство сошлись клинок к клинку с колдовством. За этим поединком наблюдали Дароз и Фарка, обсуждая ошибки каждого из участников. Лусар ударил Константина по ногам, прижав клинок к горлу.
        - Победа за мной, чародей!  - надменно сказал он.
        - Достойный поединок.  - сдержанно ответил Константин.
        - Довольно! Продолжаем путь! Тут неподалёку была деревня. В ней справим новое колесо или телегу.  - вмешался Дароз.
        Прибыв в небольшую, казалось бы, вымирающую деревню, Дароз направился в местный трактир. Кони, изнемогая от жажды, жадно пили воду. Люди сидели за столами, с аппетитом уплетая купленную еду.
        - Сегодня ночуем здесь.  - заявил Дароз.  - Телега будет готова к утру. Константин, пройдём со мной.
        Юноша, совершенно не понимая происходящего, вышел во двор. Перед ним стоял Дароз.
        - Ты спас нас всех. Уже два раза. Думаю, нужно отблагодарить тебя. Я заметил, что твоя одежда… Ты выделяешься среди всех. Да и грязная уже она. Выбирай себе одежду и броню. Это мой подарок.  - улыбаясь, сказал мужчина.
        Константин долго рассматривал предложенный ему ассортимент. Наконец-то выбрав простую неброскую одежду и тонкую мелкозернистую кольчугу. На ноги он решил взять кожаные высокие ботинки, завязываемые прочной верёвкой на голени.
        - Любишь лёгкую броню? Ах, ну да, маги редко броню носят, забыл. Похвальный выбор. Легко двигаться, да и защищает не плохо. Вполне подходит для твоей худобы.
        - Благодарю вас. Фарка вам ничего не передавала?
        - Что дальше с нами идти хочешь? Буду рад продолжить с тобой путь. Но поговорим позже. Я слишком устал.  - сказал Дароз, вяло уходя в трактир.
        Воины ели и пили, весело шутя. Трактир содрогался от их хохота. Константин никак не мог сосредоточиться на изучении книги. В его комнату робко постучались. "Да-да, войдите"  - сказал юноша. Дверь издала тихий размеренный скрип. В комнату вошла Фарка. В её руках был большой поднос с едой.
        - Поешь, чаровник!  - весело сказала девушка.  - Хватит рассматривать эти символы.
        - Ты видишь их?  - не скрывая удивление спросил юноша.
        - Конечно. А разве не должна?
        - Лусар не видел.
        - Хм.  - Фарка ненадолго замолчала.  - Думаю, не стоит никому говорить об этом. Обещай молчать о том, что я их вижу.
        - Обещаю.
        - Хорошо. Я посижу здесь, у тебя? Не люблю этот шум и пиршество.
        - Да, конечно. Только я не самый лучший собеседник. И, благодарю за еду.
        Дароз увлечённо рассказывал одну из своих боевых историй. Хозяин трактира развязал небольшой тряпичный мешок с серым и чёрным порошками. Не жалея его, он сыпал в каждую кружку большие щепотки. Хмельные напитки покрывались пеной.
        Большой чёрный ворон сидел на плече своего хозяина. Они прятались на чёрном чердаке среди пыли и паутины. Громко каркнув, птица вылетела в открытое окно. На лице его хозяина появилась зловещая ухмылка, а глаза светились желтым цветом, переходящим в красный.
        Константин, разрезав свою руку, сливал кровь в небольшую деревянную тарелку. Он хотел нанести некие символы на посох своей кровью, так как прочёл в книге, что это позволит использовать некоторые заклятия без их произнесения вслух. Фарка с интересом наблюдала за этим, сохраняя абсолютное молчание. На улице была глубокая ночь. Чёрные облака, гонимые ветром, неслись по небу.
        В трактире царила тишина. Недавно шумевшие и веселящиеся гости крепко спали на столах. Многие из них лежали на полу, распластавшись, словно морские звёзды. За окном сияли три луны, озаряя трактир. По деревне шли несколько десятков фигур, облачённых в длинные тёмные одежды. Запах крови разносился повсюду, заползая в каждый дом. Люди прятались в жилищах, запирая все двери и окна на засовы. Мёртвая тишина воцарилась в деревне, лишь чья-то собака уныло завывала на окраине.
        Дверь в трактир отворилась. Высокий худощавый брюнет с бледным, как у мертвеца, лицом, стоял в свете лун. Его длинный чёрный кожаный плащ колыхался на ветру, развеваясь, словно крылья. Тонкие губы расплылись в хитрой хищной улыбке. С уголка его рта стекала маленькая капля свежей крови. Он широкими шагами по-хозяйски вошёл в трактир, размеренно чеканя шаг. Следом за ним вошли ещё несколько мрачных фигур, укрытых в широкие глубокие капюшоны длинных кожаных плащей. На столе трактирщика лежал большой увесистый мешок золота, оставленный вошедшим брюнетом. "Прочь отсюда!"  - злобно прошипел он. Толстый бородатый мужчина, спотыкаясь через распластанных на полу воинов, убежал на второй этаж трактира, едва успев взять золото…
        Закончив покрывать кровавыми узорами свой посох, Константин шептал над ним заклинание, дабы завершить начатое. И лишь когда он замолчал, Фарка заговорила.
        - Скажи честно, откуда ты?
        - Ты всё равно не знаешь тех мест, поверь.
        - Это твоя тайна?  - неунималась девушка.
        - Да.  - сухо ответил Константин.
        - Тогда у меня для тебя сделка. Вы, маги, ведь любите сделки? Знаю, что любите. Я расскажу тебе свою тайну, а ты мне свою. Так каждый из нас получит уверенность в сохранении своей тайны.
        - А может не будем совать свой нос в чужие дела?  - грубо ответил юноша, совершено не желая рассказывать о том, что он прибыл из другого мира, лишённого магии.
        - Ты ведёшь себя как дикая коура!
        - Кто-кто?
        - Коура! Та, что ядом брызгает! Не слышал?
        - Честно, нет.
        - Странный ты.
        Их разговор прервал торопливый бег по лестнице. Осторожно выглянув за дверь, Фарка увидела трактирщика, суматошно бегущего по коридору, сжимающего звенящий мешок.
        - Константин, я пойду вниз, проверю остальных. Не нравится мне тишина и бегающий трактирщик.
        - Я с тобой. Буду весьма ценным.
        Тихо, едва слышно, они крались по второму этажу. Лестница предательски скрипела под их ногами. Увиденное потрясло Константина и Фарку. Их сердца бешено бились в груди. По лицам стекал холодный пот.
        В трактире властно ходили неизвестные, укрытые чёрными кожаными плащами. Многие из них грызли спящих воинов, впиваясь в их шеи. Все стены были залиты кровью. В центре этой жуткой тошнотворной сцены стоял большой металлический стол. Худощавый брюнет сидел за ним, с аппетитом уплетая чьё-то сырое сердце, запивая большим бокалом густой красной крови. Его глаза были чёрные, как уголь. Казалось, будто сама Тьма обитала в нём.
        Фарка крепко сжала свой лук обеими руками. В таком тесном помещении она не могла использовать стрелы, но лезвия по краям вполне подходили для этой задачи. Константин сжимал в правой руке клинок, в другой держа посох. Он был крайне удивлён тем, что оружие никак не светилось, совершенно не чувствуя угрозу.
        Девушка прыгнула с лестницы, умело вращая свой лук. Она разрезала врагов одного за другим, но они даже не падали. Из ран не текла кровь, да и самые большие из них затягивались через пару секунд. Константин пронзил одного из них, пробив грудную клетку, но тут же получил сильный удар ногой в живот. "Эти твари, кем бы они ни были, невероятно сильные"  - подумал Константин. "Похожи на вампиров"  - следом пронеслось у него в голове.
        - Закрой глаза!  - закричал Константин.
        В тот же миг его посох невероятно ярко засиял, словно тысячи солнц. Это длилось всего лишь миг, но напавшие лежали на полу. Хотя это и не убило их, но заметно обездвижило. Константин, схватив свой меч, начал отрубать им головы. Его примеру проследовала Фарка, едва видевшая этих тварей.
        Лестница скрипела под невероятной тяжестью. Константин замер, затаив дыхание. Большая человекоподобная фигура, покрытая толстой чёрной бронёй, стояла возле лестницы. В правой руке оно держало большой широкий меч, светившийся кровавым цветом. На плече сидел большой ворон со светящимися глазами. Не издавая ни звука, незнакомец напал на Константина, нанося невероятно сильные сокрушительные удары. Юноша едва успевал их блокировать, с каждым разом отступая назад. Фарка, желавшая помочь магу, была остановлена вороном. Он выхватил её лук, откинув в дальний угол таверны. Его удары крыльями царапали лицо девушки, а лапы вцепились в её волосы. Константин даже не успевал сконцентрироваться на заклинании или каком-либо эффекте. Он лишь отбивался, постепенно отступая назад.
        Громкий удар, похожий на раскат грома, заполнил таверну. На одном из столов стоял юноша с чёрными кудрями. Его лицо было покрыто похожими символами, что и Эхар и Эаран. С рук юноши срывались различные сферы и молнии, сокрушая ворона и его хозяина. Они отступали к окну. Ворон вылетел первым, следом за ним, пробив деревянную стену, вышел воин в чёрных доспехах. Они исчезли, скрывшись во тьме ночной. Их примеру последовали и те, кто уже пришли в себя после заклинания Константина.
        - Кто ты?  - запыхавшись, спросил Константин.
        - Моё имя не имеете право знать. Вы оказались не в том месте и не в то время. Теперь он скрылся. И всё из-за вас, смертные.  - с отвращением быстро сказал он.  - Покиньте эту деревню! Сейчас же! Иначе умрёте.
        С этими словами он выбежал на улицу следом за недавно сбежавшими "вампирами".
        Фарка осматривала тела умерших воинов, полностью обескровленных этими тварями. За окном вставало солнце, ласковыми лучами играя на лице Константина. Он винил себя в произошедшем. Больше половины воинов убиты из-за того, что он не почувствовал угрозы.
        По лестнице грузно спускался трактирщик. Его лицо исказилось гримасой страха, когда он увидел стоящих среди трупов людей и тварей Константина и Фарку, направившую на него одну из своих стрел.

        Глава 10: "Бегство от Теней"

        - Стой и не двигайся, продажная шкура!  - с нескрываемой злобой сказала Фарка, целясь в трактирщика.
        - Не убивай его.  - тихо прошептал Константин.  - Мёртвый уже ничего не скажет.
        Девушка ничего не ответила, она лишь сильнее натянула тетеву лука. Константин подошёл к хозяину заведения и, поднеся кровавый камень посоха к его лицу, сказал: "Не делай глупостей, если хочешь жить, тварь". Руки трактирщика дрожали, по его лицу стекали огромные капли пота, а губы были бледными и дрожали.
        - Что это за твари?  - первым делом спросил юноша.
        - Они зовут себя Корпусом Ночи.  - заикаясь, ответил мужчина.  - Ещё мой прадед служил им взамен золота и безопасности деревни. Питаются человечиной они каждый месяц, а где обитают остальное время не ведаю я.
        - Что с моим отцом?  - едва скрывая слёзы, спросила Фарка.
        - Если он не стал их ужином, то скоро проснётся. Я никогда не убиваю, а лишь усыпляю. Теперь из-за вас деревня будет убита!  - истерчески выкрикнул трактирщик.
        - Ты жалкий подонок!  - прошипел Константин, ударив его посохом по голове.  - Предал людей ради этих выродков! Что это ещё за маг здесь был?
        - Маг? О чём вы? У меня не было гостей, кроме вас!
        - С меня довольно!  - сказала девушка, выстрелив в ногу трактирщика.  - Это развяжет тебе язык, червь!
        Мужчина лежал на полу, извиваясь и крича от боли. Из ноги текла кровь, скапливаясь в лужу. Константин осматривал тех, кто ещё был жив. Среди них был и Дароз. Юноша вспоминал недавно прочитанное заклинание исцеления, надеясь, что оно поможет. Кристал пылал фиолетовым цветом, переливаясь в лазурный. Казалось, будто весь мир замер, остановив этот миг. Исчезли все звуки, а само пространство едва заметно колебалось. Константин шептал заклятие. Тонкие нити срывались с посоха, оплетая Дароза, погружая его словно в кокон. По рукам юноши расползались боль и усталость. Лёгкое покалывание охватило всё тело. В глазах начало темнеть. Но он не мог остановиться. Заклятие нужно прочесть до конца. И вот, как только прозвучали последние слова, Константин рухнул на колени, закрыв глаза. Он был невероятно уставшим и лишённым сил.
        - Фарка? Что здесь произошло?  - медленно осматрваясь по сторонам, спросил Дароз.
        - Очередной предатель рода людского!  - яростно выкрикнула девушка.  - Это была западня. Мы должны были стать кормом для каких-то кровососущих упырей!
        Мужчина попытался резко встать, но сразу же упал на пол. Тело будто не желало его слушаться. Константин, скрипя зубами от боли, встал, опираясь о посох.
        - Я не смогу исцелить всех. Моих сил не хватит. Да и не правильно я что-то сделал, видимо, простите.  - шёпотом, едва дыша, сказал он.
        - Здесь что, Корпус Ночи побывал?  - озираясь по сторонам, не обращая внимания на Константина, спросил Дароз.
        - Именно, отец.
        Мужчина сразу же изменился в лице. Его глаза неистово бегали по комнате, словно ища что-то. Он пытался что-то нащупать руками, скользя по дубовым доскам.
        - Вы понимаете, что мы уже мертвы? Это лишь вопрос времени!  - вопил Дароз, словно безумец.  - Они были грозой восточных земель и уничтожили целую академию магов! Никто не почувствовал их присутствия! Более тысячи человек и магов съедены! Их долгое время считали вымершими, но только не тот, у кого я был рабом.
        - Успокойтесь. Мы живы. И да, я не почувствовал их присутствия. Мы отбились. Правда, потери большие.  - успокаивал его Константин.
        - Нам срочно необходимо бежать отсюда. Помоги встать.
        Дароз, едва оказавшись на ногах, схватил свой меч. Он лично осматривал каждого воина, относя в телеги тех, кто ещё был жив. Фарка связала руки трактирщику и активно пиная его сзади, вела в одну из телег.
        - Маг, сожги здесь всё.  - сухо сказал Дароз.
        Константин, будучи удивлённым приказом, тем не менее выполнил его, прочтя одно из заклинаний, написанное в книге.
        Телеги медленно покидали деревню. Люди, услышавшие тихий размеренный скрип колёс, выходили из своих домов. Страх читался на их лицах. Все они знали про уговор с Корпусом Ночи, понимали, что им теперь ничего хорошего ждать не придётся. Многие из них покидали деревню со всем своим скарбом, понуро следуя за обозом. Отовсюду был слышен плач женщин, не желавших покидать родные дома.
        Воины, лежавшие без сознания в телегах, начали приходить в себя. Они, совершенно не понимая происходящего, удивлённо осматривались вокруг. Дароз остановил первую телегу. Последующие телеги тоже встали. Будучи без наездников, лошади следовали за впереди идущей телегой.
        - Маг, осмотри воинов.  - грубо скомандовал он.
        Сам же мужчина пошёл в сторону мирных жителей, следовавших за ним. Он осматривал каждого из них, ища хоть немного пригодных для боевых действий.
        - Вы жили в страхе перед этими монстрами! Я разрешаю вам следовать за нами, но мне нужны воины. Тот, кто отважится проследовать до Наагара, получит шестьдесят золотых араниев.
        Среди толпы разнеслось роптание. Люди шептались между собой, кто-то удивлённо и радостно, а кто-то злобно и ворчливо. В конце концов из толпы вышло чуть больше десятка юношей. По их внешнему виду нельзя было сказать, что они являются воинами. Высокие, худощавые, с тёмной от загара кожей и грязными сальными волосами. Их грязные изорванные одежды клочками свисали, колыхаясь от дуновения ветра. Лишь один из них был вооружён мечом, сделанным в местной кузнице. Он был кривой, с выбоинами, покрытый ржавчиной. Остальные же были вооружены самодельными копьями, цепями и топорами. Их внешний вид и вооружение были столь жалкими, что Дароз лишь фыркнул, увидев столь ничтожное зрелище.
        - Если дождём живыми, то заплачу каждому из вас, смельчаки.  - не без иронии сказал мужчина.  - Неужели никого лучше не нашлось в вашей деревне?
        Но ответа не последовало. Толпа лишь стояла и смотрела на торговца, а воины сжались, сгорбились и опустили головы, отчего выглядели ещё более ничтожно.
        Константин закончил осмотр воинов. Каждый из них был жив и не имел ранений, хотя и испытывал сильную головную боль. Лусар, едва державшийся на ногах, схватил свои клинки. Его походка была кривой, шатающейся, отлично демонстрируя количество выпитого алкоголя и отравы. Трактирщик сидел в телеге связанный по рукам и ногам, лишь изредка издавая нечленораздельные стоны через кляп во рту. Фарка всё время держала его на прицеле, готовая спустить стрелу ему в голову.
        - Дароз, позволь спросить?
        - Чего тебе, маг?
        - Кто такие Корпус ночи?
        - Будучи рабом, я часто слышал истории об их злодеяниях. Давно, очень давно, когда маги процветали и их любили и уважали люди, когда Боги были живы… Корпус Ночи был грозой восточных земель. Они служили Тиамари, своей Владычице. Злобная кровожадная богиня. Она изменила людей, даровав им силу и долгую жизнь, длящуюся веками. Но они пили и ели кровь людей. Ничто иное их не насыщало. Они истребляли города, проносясь словно вихрь. Это Тени. Кровопийцы. Ужасные порождения Тиамари. Корпус Ночи - элитное военное подразделение из их войска. Некоторые из них, кто наиболее заслужил благосклонность Богини, менялись ещё сильнее. Из их тела выростали костяные пластины, заменившие им броню. Они владели магией и не боялись света. Но потом пришли Демоны. Они захватывали власть, уничтожая магов и культы Богов. Теперь маги служат им. Тиамари тоже не избежала гнева Демонов. Не знаю, жива она или нет. Но о её творениях не было слышно несколько веков. Были слухи от нескольких деревень, якобы все жители обескровленны. Но Демонов это не волновало, ибо они сражались друг с другом за власть. Но потом я, уже будучи
свободным, услышал, что на севере есть Корпус Ночи. Якобы военный клан, действующий исключительно ночью и не знающий пощады. Древняя легенда оказалась правдой.
        - А все ли маги служат Демонам?
        - Раньше я думал, что все. Но ты, видимо, иного рода.
        - Поблизости есть ещё один. Благодаря ему мы живы. Он без посоха. И он боролся против этих тварей.
        - Возможно служит кому-либо. А вы не являетесь его целью. Ты уверен, что он маг?
        - Да, абсолютно.
        - Хм, странно. Очень многое происходит последнее время с нами. Возможно, не стоило брать те кристаллы…  - задумчиво произнёс мужчина.
        - Какие кристаллы?
        Дароз осмотрелся вокруг и, убедившись в том, что никого поблизости нет, начал свой рассказ.
        - Кристаллы, что используют маги. Будь то в посохе или в кольце или где-либо ещё. Они разные бывают. Сильнее, слабее, более подходящие для тех или иных целей. Но есть особенные кристаллы. Они вырастают в пещерах, очень глубоко под землёй. После этого их наполняют энергией. Раньше это делали Боги или могущественные маги. Ныне делают Демоны. Их цена неимоверно высока. Несколько воинов украли камни у Тенера по моему заказу. Кому именно я везу их, тебе знать не к чему.
        - Кто ещё знает об этом?
        - Фарка и Лусар. Больше никому не рассказывал. И ты молчи об этом. Я верю тебе, ибо ты достаточно раз доказал, что, хоть и маг, но не такой, как остальные.
        Мужчина дружественно хлопнул по плечу юношу, широко улыбнувшись. Подойдя к каравану, он закричал, что было сил: "А ну по телегам! Что разлеглись, как большая куча вонючего дерьма?! Я не плачу денег за отдых, вы, ленивые задницы!".
        В лесу, среди вечного полумрака деревьев, царившего возле земли, окутывающего древний, почти разрушеный храм, вновь было не спокойно. Десять фигур, менявших свои обличия, шептались меж собой. Вокруг было бесчисленное множество вервольфов и мелких кровососущих тварей, пугливо перепрыгивающих с ветки на ветку. По лесу плавно шла, словно плыла, Махиора. Её длинное платье было небесно синего цвета, расшитое золотыми нитями, а голову украшала серебряная диадема с изумрудом посередине, подчёркивая цвет её глаз.
        - Махиора Теель Наарг, в лесу, в опасной близости от смертных, было найдено одно из твоих творений. Оно мертво.
        - Это не оно. Он хоть и зверь, но не лишён разума. Несмотря на то, что он слуга, он достоен уважения.  - гордо ответила девушка.  - Да, это я отправила его следить за смертными. Но не разрешила покидать лес.
        - Корпус Ночи прибыл в эти земли очень давно. Они едва не убили того, за кого ты печёшься. Если бы они обнаружили твоего зверя, то слуги Тиамари пришли бы к нам. Ты ставишь под угрозу наше существование, наше бессмертие!
        - Какая польза от бессмертия, если мы вынуждены вечно скрываться и бояться? Быть может, пора бросить вызов Тьме и Злу во всех их проявлениях?
        - Глупая девчонка! Этот Феерар совсем изменил тебя!
        - Не смейте упоминать его имя!  - закричала она.
        - Я запрещаю тебе вмешиваться прямо или косвенно в дела смертных. Только посмей отправить своего слугу за ними, и я лишу тебя твоих сил!
        - Так лишай сейчас!  - выкрикнула она, но её уже никто не услышал…
        Обоз двигался мимо деревень, не заезжая на ночлег. Некоторые из тех, кто следовал за караваном, оставались в этих деревнях, ожидая лучшей жизни. Наконец-то, будучи вдали от всяческих поселений, Дароз разрешил сделать привал. Он грубо вытолкал из телеги трактирщика, повалив его на землю.
        - Я спрашиваю один раз. Сколько их? Давно ты им служишь? Скольких ты погубил? Где их логово?  - сердито спрашивал мужчина.
        - Их около пятидесяти. Служил им ещё прадед мой. Скольких погубил не знаю, не вёл счёт. Логово у них на севере, там их сотни. К нам приходил лишь один отряд.  - заикаясь, отвечал он.
        - Ублюдок!  - сквозь зубы процедил Лусар, со всей силы пинув его в живот.  - Не проще ли убить его?
        - У меня идея по лучше.  - вмешался Константин.
        - Я в книге прочёл заклинание одно. Для пыток оно подходит. Неимоверная боль будет причинена ему. Хотелось бы испытать заклинание.
        - Пожалуйста, пощадите. Уверяю вас, я могу быть весьма полезным!
        - Заткнись!  - сказала Фарка, вонзив ему нож в бедро.
        - Поддерживаю идею мага!
        - Делайте что хотите.  - тихо сказал Дароз.
        - Он не имеет ценности. Лишь жалкий слуга, который присмыкался перед ними.
        После этих слов он молча развернулся и ушёл к воинам. Трактирщик дрожал от страха. Его глаза блестели от накопившихся слёз. Он отчаянно пытался уползти от тех, кто желал его покарать. Но связанные руки и ноги заметно ограничивали его подвижность.
        - Давай, пусть он познает всю боль.  - тихо прошептал Лусар.
        - Шираг гуфаар, наорг геолар, хаазим инуард. Хаарда теорга! Гаура наург!  - произнёс Константин, направляя посох на трактирщика.
        Он неестественно выгнулся. Его лицо было искаженно гримасой боли. Ужасающий душераздирающий вопль ранёсся по округе. Все кости ломались, издавая сухой хруст. Кожа трещала, разрываемая неведомой силой. Кровь била фонтаном из артерий, окропляя всё вокруг. Глаза выпячивались из глазниц, становясь белыми, словно варёнными. Тело меняло обличье, становясь похожим на бесформенную кучу плоти и крови. Он уже не вопил. Тело неистово содрогалось, будто от электрического тока. И вот оно взмыло в воздух на несколько метров и резко упало с глухим звуком.
        - Впечатляет…  - удивлённо сказал Лусар, растягивая слоги.
        - Меня тоже удивило.  - озадаченно ответил Константин.
        Фарка ничего не ответила. Она молча ушла к отцу. Через минуту он снова грубо объявил об окончании привала. Его взгляд был суров и полон опасений. Он понимал, что опасности ещё только начинаются.
        Воины, сопровождавшие обоз, тихо шептались между собой. Они боялись быть услышанными магом. Их одолевал ужас от услышанных воплей трактирщика. "Да, он заслужил смерти, но не такой ужасной"  - думал каждый из воинов. Константина боялись просто из-за того, что он маг, но теперь он стал воплощением ужаса и жестокости для обычных людей. Даже Фарка и Дароз старались не смотреть на него. И лишь Лусар восхищался магом, впервые начав уважать его. Да, он был благодарен ему за неоднократное спасение, но не проявлял никакого уважение до этого момента. Но теперь он понял, что маг необычайно силён и безжалостен, являет собой силу, с которой необходимо считаться. И то, что Константин не испугался действия заклятия и не сжалился над трактирщиком, вызывало лишь большее уважение от юного воина.
        Сам Константин чувствовал себя отвратительно. Он только что убил человека с необычайной жестокостью. "Да, я убивал людей уже не раз в этом мире, но они угрожали его жизни. Я лишь оборонялся. Но этот вопящий кусок фарша… Он же не был опасен в тот миг, да и достаточно было просто убить его… Правильно, что люди боятся магов. У нас большая сила. И зло в человеке велико. Вся злоба, гнев и ненависть, все амбиции ищут своё проявление в магии через жестокость. Я чудовище!.."  - думал Константин.
        - Эй, колдун!  - окрикнул его Лусар.  - Не желаешь немного отдохнуть?
        - Сейчас не привал же!
        - Так сделаем его. Отец! Давай отдохнём!
        - Что сопляк, устал? Ладно, привал! Пусть кони отдохнут!  - громко прокричал Дароз.
        Воины с уставшими, изнемождёнными, но счастливыми лицами, радостно присели возле телег, начав свою незамысловатую трапезу. Некоторые из них рассказывали свои былые боевые, и не только, приключения. Лес уже давно перестал быть виден, вокруг лишь бескрайние поля, да небольшие деревни. По словам бывалых воинов, проклятый лес уже закончился сутки назад. Это воодушевляло остальных, более молодых, но менее опытных вояк.
        - Маг, напомни, как тебя зовут?  - спросил Лусар, присаживаясь рядом.
        - Константин. Можно Костя, также Костян. Как тебе удобнее.
        - Это твоё магическое или человеческое имя?
        - У меня нет магического имени. Я не обучался в академии.
        - Может оно и к лучшему, иначе давно убил бы нас. У меня к тебе просьба. Можешь оружие моё заколдовать? Чтоб броню как масло разрезало!
        - Не знаю такой магии. Может в книге и есть что-либо, искать надо. Но это потом, я устал сильно.
        - Да, я понимаю. Но всё же, подумай. Я щедро заплачу.
        - Ты же ненавидишь магов.
        - Да, верно. Но колдовское оружие очень эффективно, да и стоит на рынке не мало. Мы с тобой можем неплохо заработать. Как тебе идея?
        - Потом отвечу. Я ещё не знаю, смогу ли оружие заколдовать.
        - Ладно, буду ждать. А, кстати, у тебя провизии мало, как я погляжу. Держи.  - сказал он, протягивая вяленный кусок мяса.
        - Благодарю, но не нужно.
        - Бесплатно даю! Не бойся, не отравлено. В тебе нуждаемся все мы, хотя некоторые боятся это признать. Я тоже боялся, пока не осознал окончательно, что без тебя мы давно уже были бы мертвы. Так что, бери и ешь. Ты нужен нам полным сил…
        Наступила ночь. Вокруг стрекотали насекомые. Чистое небо, лишённое облаков, было завораживающим. Три луны сияли голубым светом, а звёзды, рассыпаные, словно бисер, захватывали дух. Лёгкие дуновения ветерка дарили свежесть, и словно уносили с собой усталость. Обоз продолжал двигаться дальше, не останавливаясь на ночлег. Дароз боялся снова наткнуться на Корпус Ночи.
        С резким звуком стрела вонзилась в телегу, едва не задев Фарку. Девушка молниеносно развернулась, выстрелив из лука, в надежде попасть в атакующего. Воины выскочили из телег, окружив их и приняв боевую стойку. Оружие Константина не подавало признаков тревоги и угрозы. Вокруг метались едва заметные тени. Они появлялись и в тот же миг исчезали. Воины затаили дыхание. Каждый понимал, что их настигли кровожадные монстры, порождения Тиамари. Эту легенду им рассказал один воин, старый, но неистовый в бою, бывший раб мага, вместе с Дарозом сбежавший из заключения.
        Тени прекратили свои игры. Вокруг воцарилась мёртвая тишина. Казалось, будто весь мир застыл в ожидании. Неожиданно для всех, громкий, но короткий вопль лишь на миг разорвал тишину. Сверху упал один из воинов. Из его шеи бил фонтан крови. Следом ещё один из воинов взмыл вверх, рухнув на землю в тот же миг с перебитой артерией.
        - Маг, сделай что-нибудь!  - истошно завопил Дароз.
        Константин решил использовать то же заклятие, что и в таверне, добавив к нему небольшой фрагмент из "стены огня", прочтённой в книге. Яркая вспышка озарила пространство вокруг. Люди со стонами боли сжимали слезящиеся глаза. Некоторые из них рухнули на колени. Через мгновение с неба обрушились чуть более десятка фигур, облачённых в длинные тёмные одеяния. Их тела содрогались и дымились, а сами они рычали, выкрикивая некие слова. Те воины, которые ещё могли видеть, сразу же напали на Корпус Ночи, неистово разрубая их тела.
        Наступал рассвет. После ночного нападения обоз так и не пошёл дальше. Большинство воинов едва могли видеть. Их глаза были выжжены магическим пламенем. Лишь некоторым из них посчастливилось избежать этой участи, не смотря на Константина в момент сотворения магии. Фарка обрабатывала глаза каждому из воинов, протирая раствором трав, надеясь на их исцеление. Константин же сидел поодаль от всех, ища в книге заклинания исцеления. Он винил себя в произошедшем, понимая, что поступил глупо и опрометчиво. Но в то же время он гордился собой, что спас столько жизней, обезвредив Корпус Ночи.

        Глава 11: "Изгнание"

        Ужасающие красные молнии сверкали в небе, закрытом чёрными и кровавыми тучами. Пепел падал на землю, не переставая, словно снег укрывая всё вокруг. В воздухе витал запах гари и разложения. Это была земля Тенера, одного из Демонов, правящих в этом мире. То и дело в округе вздымались ввысь столбы раскалённой лавы, обагряя всё вокруг.
        По широкой каменной дороге, покрытой застывшей лавой, быстро шёл мужчина в чёрном балахоне. На его плечах красовались искусно сделанные черепа и шипы из костей людских. Его пальцы украшали кольца из кости эльфов, ныне вымерших. Эти кольца имели форму когтей, в центре которых сияли, переливаясь различными цветами, магические камни. Лицо мужчины было закрыто не только тьмой и мраком капюшона, но и устрашающей маской из кости дракона, одних из первых существ, бросивших вызов Демонам. Его чёрные одеяния развевались позади него, словно живые. Воины, встречавшие его на своём пути, спешно уходили прочь, низко кланявшись. К своему Владыке шёл Верховный Маг Тенера - Аури'Каль.
        "Совершено недавно из одной шахты Господина украли магические кристаллы. Все рабы были убиты. Воины, отправленные на поимку воров, были убиты. Хотя…"  - тут он немного задумался: "Они просто не выходят на связь. Ещё я почувствовал сильное магическое возмущение в Срединных Землях. Неужто там родился сильный маг? Ещё Корпус Ночи действует там. Они давно сидят большой занозой в наших задницах."  - думал Аури'Каль, не зная, как обо всём этом доложить Господину.
        Обитель Тенера была внутри огромного вулкана. Множество рабов погибли при её постройке. Некоторые из них срывались вниз, некоторые были сожжены резко поднявшейся лавой. Но большинство были убиты за непокорство и восстания. В вулкане, посредине жерла, прямо над огнено-горячей лавой, висел Его замок. Лишь два пути вели к нему - огромные трещины в вулкане, от которых шли каменные мосты без каких-либо стенок. Камень, из которого было это всё сотворенно, приносили рабы из другого мира. Ужасающего, огненного, полного боли и страданий. Владыка называл тот мир своим домом. Он плавил камни своей магией, вкрапляя в них кости рабов и непокорных магов, говоря, что в этом сила. Империя, построенная на диктатуре и страхе. Над этими землями уже давно не светит солнце, здесь всегда кровавый полумрак, освещаемый лавой и молниями.
        Аури'Каль был потомственным магом в Империи своего Господина. И вскоре после рождения стал Верховным Магом. Но скольких он убил, как в дуэлях, так и подло исподтишка, во сне, это останется тайной для всех, даже для Владыки. Сожалел ли он о чём-то? Да. Лишь о том, что не убил больше. Его ненависть ко всем неверным его Господину безгранична. Лишь на секунду представив выженные земли врагов, он невольно усмехнулся. Его глаза наполнились кроваво-красным огнём, а с рук срывались молнии. Он не понимал, почему Владыка не идёт войной на неверных, уничтожая всех на своём пути.
        Глубоко вздохнув, он, поклонившись, вошёл в Обитель.
        - Простите, мой Повелитель. У меня дурные вести.  - его голос дрожал, а по лицу стекали капли пота.
        - Слушаю, смертный.  - эхом разнеслось по обители.
        - Воины, отправленные на поимку воров, скорее всего убиты. Ещё мне стало известно, что в тех краях орудует этот презренный Корпус Ночи. И ещё, мой Господин, я чувствую возмущение в магии. Невероятно сильное. Оно закрывает мой взор, делает его туманным.
        - Это всё?
        - Да, Владыка.
        - Отправь новый отряд. Шесть магов и десять воинов. Основная задача - найти воров. Если повстречают слуг Тиамари, то пусть уничтожат этих выродков. Я чувствую, что что-то происходит в Срединных землях. Не всех Богов убили когда-то. Возможно это их магия. Я подумаю над этим. А теперь…  - голос на секунду замолк.  - Уйди!
        Аури'Каль, снова низко поклонившись, не оборачиваясь спиной к Господину, поспешно покинул Его Обитель. Он спешно направился в свою библиотеку, желая узнать, какие были Боги в тех краях.

        Аури'Каль шёл медленно и величественно, наслаждаясь тем, что его боятся воины и рабы. Не было ни дня, чтобы он не мечтал занять трон своего Владыки Тенера. Да, он понимал, что не способен сражаться на равных с Демоном, но в мечтах… В своих грёзах он был новым владыкой, более жестоким и кровожадным, начавшим новые завоевательные походы во имя СВОЕЙ власти! Он мечтал о многочисленных казнях, выжженных деревнях и городах, душераздирающих воплях женщин и детей. Но больше всего он хотел истребить всех тех, кто не способен использовать магию, считая их ничтожествами. По его мнению, лишь маги достойны жизни, но должны покориться одному Верховному Магу, тайно жаждая его могущества. И лишь тот, кто победит в дуэли, займёт место проигравшего. Лишь сильнейший достоен править, а удел слабых - служить и пресмыкаться. Всех, кто не способен использовать магию, необходимо либо истребить, либо сделать рабами, животными, коими они собственно и являются.
        Он шёл, погружённый в свои мысли и мечтания. Воины, встречавшиеся на его пути, низко склонялись пред ним. "Грязные животные. Вонючее отребье. Только портят чистоту расы людей. Недо-существа"  - с презрением шипел он на каждого из них. Его руки искрились от переполнявших его злости и ненависти. "Умри, тварь!"  - выкрикнул он, сбросив синие молнии со своих пальцев в одного из воинов. Он сгорел в тот же миг, а его пепел смешался с вулканическим. Прочие воины скоропостижно удалились прочь, не желая такой же участи. "Грязные ублюдки, недостойные жизни"  - прошипел Аури'Каль сквозь зубы.
        Он подошёл к своей библиотеке, давно ставшей для него домом. Один из слуг, маг среднего порядка, учтиво поклонившись, стоял в дверях, держа их.
        - Приветствую Вас, владыка.
        - Уйди прочь, презренный.  - скрипя зубами, ответил Аури'Каль.
        - Как пожелаете.
        Верховный маг, тяжело выдохнув, сел за стол. Его взор упал на сферу знаний - кристал, способный показать любую точку пространства вне времени. Крайне могущественный артефакт, подаренный первому Верховному магу Тенером лично. Но многое из того, что показывает сфера ложно, будто она противится воле использующего её мага. Протянув руку, Аури'Каль медленно, словно боясь, коснулся сферы. Его взору предстал великий и могучий лес, в корнях деревьев которого царил холодный, леденящий душу, мрак. То и дело с разных сторон доносился протяжный вой зверей, жаждущих крови и плоти. Руины древнего разрушенного храма, покрытые мхом, были окружены светящимися фигурами, меняющих свои формы. Неподалёку стояла изба, окружённая небольшим забором. Всё это Аури'Каль видел неоднократно. Одно и то же видение уже несколько лет подряд. "Что же там такое?"  - снова задался он вопросом, не зная ответа. Видение едва дёрнулось, после чего всё заволокло туманом. Кто-то или что-то закрывал ему доступ в эту зону. Маг убрал руку со сферы, снова неудовлетворившись результатом. Он медленно бродил возле стелажей книг, выискивая
необходимые ему. Слуги, идущие рядом, несли выбранные господином книги. Их было более трёх десятков. Приказав отнести их в личный кабинет, он направился в подвал. Именно там была его тайная комната, где он был скрыт от всех, даже от своего Господина.
        Плотно закрыв потайную дверь, он зажёг свечи силой мысли. Для подобной мелкой магии ему не требуется читать заклинания. На небольшой подставке лежала книга, украденная одним из его предков. Этой книге уже более пяти веков. Когда-то она была достоянием Академии Магии в горных районах Заарата, но позже, во время вторжения Демонов, была украдена предком Аури'Каля. Он снял с себя свои одеяния и кольца, оставшись лишь в простой робе боевого мага, которым он всегда и был. Лишь небольшой плащ, свисая с плеч, стелился по каменной кладке на полу.
        Аури'Каль медленно подошёл к книге, затаив дыхание. Его руки трепетно дрожали. Различные символы плыли по страницам, словно живые, перетекая друг в друга. Некоторые из них покидали страницы, вздымаясь над книгой, зависая в воздухе. "Древние знания даруют воистину великую силу"  - прошептал маг. Он на мгновение закрыл глаза, застыв с распростёртыми руками над книгой. Энергия хлынула в него огромным потоком, едва не отбросив в стену. Он широко раскрыл глаза, увидев символы, застывшие в воздухе. Они сплетались в узоры, создавая картину.
        Вот Боги правят людьми. Позже от них отказываются в угоду магии, но продолжают им поклоняться. И вот Демоны врываются в этот мир. Люди сами разрушают храмы Богов, убивая тем самым их. Выживших убивают Демоны. Лишь единицы остаются в живых, спрятавшись в потаённых уголках этого мира. Но без последователей, без жертв и храмов, они слабы и вскоре умирают. Начинаются кровавые войны. Эпоха покоя. И яркая вспышка света, едва не ослепившая Аури'Каля. Следующее, что он увидел - разрушенные обители Демонов с убитыми Владыками. Огромные Врата между мирами и юноша, истекающий кровью, но всё же стоящий на ногах. Но за Вратами что-то… Иное… Чужеродное… Не Боги, но и не Демоны… Оно холодное и горячее, живое и мёртвое, оно всё и ничто одновременно. Оно будто есть, но в то же время этого нет…
        Видения окончились. В комнате царила темнота. Все свечи были погашены вспышками магии.
        Аури'Каль скорчился от боли. Словно сотня раскалённых ножей пронзила его тело, глубоко войдя в плоть. Маг рухнул на пол, издав протяжный стон. Эта книга была слишком сильна и могущественна, да и, по его мнению, обладала разумом. Она не признавала его, как своего господина, причиняя ему неимоверную боль каждый раз. Он скрёб по каменному полу пальцами, стирая их в кровь. Зубы скрипели от сильного сжатия. Каждый мускул был настолько напряжён, что казалось, будто они разорвутся в тот же миг. Истошно хрипя, Верховный Маг всё же сумел в очередной раз побороть магию этой книги, вновь едва не убившей его.
        Всё тело изнывало от боли. Аури'Каль облачался в свои одеяния. Теперь он был уверен, что к неудаче его воинов причастны Боги. Возможно последние из выживших. "Я не буду докладывать Повелителю. Ведь, как я объясню ему это знание? Гораздо лучше убить Богов самому! Тогда Господин вознаградит меня. А если я не просто убью Богов, но и заберу их силы себе… Тогда я стану новым Владыкой!"  - шептал сам себе Аури'Каль, надевая свои магические перстни. "Я достоен большего, чем просто служить! Я достоен ВЛАСТИ!"  - выкрикивал он, срывая молнии со своих рук.
        Снова вернувшись в библиотеку, он направился в свой кабинет. Там уже лежали выбранные им книги, аккуратно сложенные в ровные стопки. Слуги прекрасно знали, что их хозяин не терпит беспорядка, жестоко наказывая за это. Позвав одного из слуг, он приказал привести ему Главу Карательного Легиона. Сам же Аури'Каль, усевшись за стол, принялся за изучение книг и трактатов. Он искал упоминания Богов, которые могли укрыться в Проклятом Лесу, а так же думал над способом убийства Их…
        К библиотеке Верховного Мага Его Владычества быстро шёл тяжёлый воин, облачённый в огромную толстую броню. Она была настолько тяжёлой, что если бы не наложенные на неё чары, он едва бы смог стоять в ней. "Я, один из лучших воинов Империи Тенера, владеющий магией, Глава Карательного Легиона, вынужден безропотно выполнять все требования этого чародея! Это возмутительно! Однажды я всажу клинок ему в сердце и выпью его крови!"  - гневно думал Гаур'Кро.
        Подойдя к личному кабинету Аури'Каля, Гаур'Кро постучался. Услышав некое ворчание, он, поклонившись, открыл дверь.
        - Я прибыл по Вашему приказанию, Верховный Маг.
        - Вижу, не слепой. Твои воины потерпели неудачу. Наш Повелитель был не доволен. Я же в гневе!  - выкрикнул Аури'Каль.  - Отправь новый отряд. Минимум шесть магов и десять воинов. И запомни, их неудача станет твоей. Я лично исполню приказ нашего Господина и с превеликим удовольствием убью тебя, вырвав твое жалкое сердце из твоей груди! А теперь исчезни! Я занят.
        Гаур'Кро лишь поклонился в ответ и вышел из кабинета. Его переполняла злость. Рука потянулась к клинку. Он жаждал ворваться в кабинет и перерезать горло этому ублюдочному магу, возомнившем о себе невесть что." Но смогу ли я справиться с ним?"  - проскользнула мысль в голове, словно холодная змея. "Может выждать более подходящий момент?"  - прошептал он на выдохе, уже уходя прочь из библиотеки. Гаур'Кро направился к своим воинам, дабы отдать им приказ. Злоба и ненависть наполняли его, заставляя кровь кипеть.
        Не будь он столь наполнен гневом, что ослепил его, заняв все мысли, он увидел бы загадочную фигуру, стоявшую поодаль от главной дороги. Широкая мантия совершенно не колыхалась на ветру, и даже пепел не падал на неё. Большая часть лица была скрыта от посторонних глаз, но даже то, что видно было, вызвало бы множество вопросов. Будто два лица были одновременно на теле одном, меняя друг друга каждый миг. То седовласый старец с белыми, словно слепыми, глазами, то волосы истлевали, а глаза светились зелёным и красным. В этот миг кожа незнакомца становилась угольно чёрной, будто существо являлось порождением самой Тьмы - мифической сущности выше Богов и Демонов. Незнакомец плыл по воздуху, совершенно не обращая внимания на окружающих, так же, как и они на него. Гаур'Кро случайно посмотрел на него и отвернулся прочь, не придав ему значения. Но через миг осознав свою ошибку, он уже не смог найти незнакомца. "Должно быть показалось"  - пробормотал он.

        Гаур'Кро стоял перед своими воинами, тщательно выбирая кандидатов для похода. Каждый из них, по его мнению, был эталоном мужества и силы, воплощением могущества Владыки Тенера. Он шёл вдоль них, вдумчиво смотря на каждого. Наконец определившись, вызвал их вперёд, распустив остальных.
        - Ваши предшественники не справились с задачей. Воры успешно удаляются прочь. Ваша задача догнать их и уничтожить любой ценой. Встретив Корпус Ночи, убить всех, до единого. Тридцать воинов и десять магов. Докажите свою верность нашему Господину! Докажите могущество нашей армии! Не подведите свои семьи…  - тихо добавил он.
        Воины молча приняли приказ. Их учителя, с детства привившие безропотное послушание, так же привили любовь к тишине и молчанию, если нечего возразить по делу. Они сели на своих коней, за исключением одного. Он предпочитал огромную змею, прирученную им во время одной из битв. Дальний потомок великого и ужасного Василиска, убивающего всех своим взглядом и дыханием. Увы, этот ручной змей не обладал такими свойствами, но тем не менее двигался крайне быстро и бесшумно, проявляя неистовость на поле боя. "Если поторопиться, то через три дня, максимум пять, мы настигнем их"  - прошептал он своему змею, нежно гладя его по голове.
        Воины умчались вдаль. Аури'Каль наблюдал за этим из окна своего кабинета. Его кольца слабо вибрировали на руках, сигнализируя о некой опасности.
        Дверь была разорвана в щепки, разлетевшись по кабинету. Аури'Каль едва успел увернуться от них, выставив сферу огня вокруг себя. Он искал нападавшего, но его не было видно. За спиной раздался слабый треск. Верховный маг не успел обернуться, как получил мощнейший удар молнии. Если бы не маска из кости дракона, то он бы стал горсткой пепла. С трудом поднявшись на ноги, он вновь осматривал свой кабинет. Его защитная сфера сияла всеми цветами, издавая слабый гул. Аури'Каль создал защиту от всего, что только возможно использовать против него. Лишь более сильный маг сможет пробить его сферу. Тело мага что-то сильно сжало. Он взмыл вверх, поднятый чьей-то магией. Кости и органы испытывали давление. Словно зажатый в огромном кулаке, он едва мог дышать. Невидимый маг ударил его о стену, после бросив с большой высоты на каменный пол. Он швырял Верховного Мага, словно игрушку. Аури'Каль с большим трудом сжал руки в кулаки и ударил кольца друг о друга. По комнате прошла волна энергии, разворотившей всё, что здесь было. Он рухнул на пол, не поддерживаемый никем более. Перед ним на полу лежал незнакомец в
белоснежной мантии. Его лицо, не укрытое капюшоном, менялось ежемгновенно. "Странная магия. Не встречал такой. Прошёл охрану, мои заклятия, сохранил невидимость, почти одолел меня. Кто же он?"  - обдумывал Аури'Каль, осторожно подходя к противнику. Он поднял его своей магией, резко прижав к стене.
        - Кто ты?
        - Я тот, кто жив и мёртв. Как живётся тебе, потомок предателей? Вы порочите всех магов!  - прохрипел незнакомец, растворяясь в воздухе. Лишь его мантия упала на пол, расстелившись невольной тряпкой.
        - Хм, думаю, Владыке это знать ни к чему.  - протяжно сказал Аури'Каль, подняв упавшую мантию. Он направился в подвал. Только там есть возможность изучить все свойства одеяния и стать ещё могущественнее…
        В лесу вновь состоялся Совет Богов. В этот раз они были все кровавого цвета.
        - Махиора Теель Наарг! Ты посмела отщепить часть твоего смертного Феерара! Даровала часть своих сил! Направила во владения Тенера! За это ты приговариваешься к изгнанию! Отныне ты лишена своего бессмертия! Своих сил! Своей власти! Всё, что у тебя осталось, это твоя любовь к смертным и их магия! Покинь этот лес до захода солнца, иначе будешь убита! Создание не мёртвого, но и не живого, ради убийства прихвостней Тенера - последняя капля нашего терпения! Прочь!
        Девушка, совершенно недавно бывшая Богиней, вмиг стала смертной. Из её глаз стекали слёзы горечи. Но она стояла с высоко поднятой головой, не желая просить прощения у своих собратьев. Махиора лишь молча развернулась и ушла прочь. Её длинное белое платье воспламенилось. Теперь она была в кожаной броне, держа в правой руке синее пламя. Она изгнана из-за любви к людям и желанию отомстить давним врагам - Демонам. Жалела ли она об этом? Нет. Единственное, о чём она жалела, так это о том, что не решилась сделать подобное раньше.

        Глава 12: "Нерождённый Убийца"

        Аури'Каль неспешно спускался по ступеням в подвал. То и дело всюду пробегали слуги и рабы. Его лицо выражало крайнее омерзение и отвращение к этим жалким ничтожествам, по его мнению, недостойным даже жизни. Он избегал их, прятался за многочисленными поворотами витиеватых коридоров подвала. Власть Тенера была воистину огромна. Он мог видеть всех в своих владениях, слышать помыслы и чувствовать эмоции. Аури'Каль обучался не только в местной академии, но и во многих других, разбросанных по всему миру. Именно в одной из них он и познал одну из самых сложных магических практик - сокрытие мыслей. "Да, Владыка не может читать меня, но эти грязные рабы, не достойные дара жизни, могут доложить о моей тайной комнате. Твари! Когда же вы покинете подвал?"  - говорил он в мыслях, сокрытых от Господина.
        И вот, улучив момент, оставшись совершенно один, он быстро прошёл в свою тайную комнату. Теперь он мог не бояться ничего и никого. "Это место было создано ещё до прихода Повелителя. Остатки храма одного из умерших Богов. Но всё же власти Тенера здесь нет и не будет!"  - говорил он, снимая с себя мантию и украшения. Аури'Каль разминался. Прохрустев пальцами, он принялся за локти и плечи, плавно перейдя к спине. Недавний бой с неизвестным магом доставил не мало боли уже не молодому телу Высшего Мага.
        Он вновь зажёг свечи силой мысли. Слабый свет озарил небольшую, на первый взгляд, комнату. Языки пламени танцевали свой причудливый танец. По стенам играли хищные зловещие тени. Казалось, будто некие фигуры стоят в комнате, незримые человеческим взором, и лишь тени выдают их. Они тянули свои длинные корявые пальцы, желая схватить Аури'Каля. Бесшумно двигались, скользя по стенам, затаившись во мраке. Но Верховный Маг лишь отмахнулся, заметив их. "Снова души поглощённых книгой отчаянно рвутся на свободу."  - со вздохом сказал он.
        В его сухих, не по годам старых трясущихся руках лежала абсолютно белоснежная мантия. Её ткань казалась невероятно грубой на вид, но на ощупь была столь нежной, что выскальзывала из рук. Пламя свечей, словно испугавшись, быстро отходило от неё. Аури'Каль аккуратно положил её на стол и, не сводя глаз, отошёл в сторону. Он на ощупь искал большой кристал, украденный из одной академии. По-сути, это было сердце дракона, обросшее кристаллами в одной из пещер. Крайне редкий артефакт, невероятно могущественный, от того и очень желанный всеми, в том числе и Владыкой Тенером. Но Верховный Маг не желал отдавать столь ценную вещь, зная о её невероятном могуществе этого.
        Кристал невероятно сильно засиял, переливаясь всевозможными цветами. Свет был настолько сильным, что Аури'Каль зажмурил глаза и закрыл их рукой. Перед взором была лишь темнота. Верховному Магу ничего не стоило исцелить себя от подобной временной слепоты, но он не решился сделать этого. "Не известно, какова природа света и энергии соответственно. Быть может это как-то связано с Богами, а их силы моей магией не уничтожить, только хуже будет."  - думал он, массируя и растирая свои слезящиеся глаза. Медленно, но верно, зрение начало восстановливаться. Слабые, едва понятные, размытые образы предстали перед Верховным Магом. Но он не торопился с дальнейшими действиями и само исцелением, предпочтя ожидание.
        Лишь после того, как зрение полностью восстановилось, Аури'Каль направился к одной из полок, покрытых пылью. Он отчётливо помнил, что некогда читал про подобное воздействие, но не помнил, что оно могло означать. Найдя нужную книгу, он срезал небольшим ножом, лежащим рядом, слой плесени, покрывший её обложку. Старые страницы, пожелтевшие от времени, были изрядно склеены между собой. Некоторые были испачканы кровью - истории этой книги и многих других таят в себе множество тайн, полных страданий, крови и смерти. "А, вот оно, нашёл!"  - радостно воскликнул Аури'Каль, прочитав несколько страниц: "Сердца Драконов, Химер и Василисков, облачённых в кристаллы, таят в себе великую силу. Не только питают они мага всякого, но и Богов и Демонов. В момент опустошения этого артефакта испускается множество света, способного сжечь при долгом воздействии. Ни один смертный не выдержит времени, равному трём вдохам". Верховный Маг медленно, не желая поднять тучу пыли, закрыл книгу, аккуратно поставив её на полку. Теперь он был уверен, что мантия, а так же сам неизвестный нападавший как-то связаны с Богами. Он сел за
стол, полный тяжёлых раздумий. " Неужели Боги решили нанести ответный удар? И как доложить об этом Господину? А нужно ли докладывать? Быть может, это наш шанс? Частица Богов в наших руках, не так ли?"  - шептал он, глядя в зеркало. Его лицо исказила зловещая, полная безумия улыбка.

        В голове Аури'Каля крутились слова бывшего учителя: "То, что ни разу не рождалось, умереть не может". Он был Магистром Высшей Теоретической Магии, философом и искателем непознаного. Потратив всю жизнь на постижение тайны энергетических барьеров между мирами и их контролируемое преодоление без использования стационарных Врат, он так и не добился успеха. Воины Мактара, одного из Демонов, убили Магистра. Ведь именно наличие единственных уцелевших Врат на территории их Господина являлось неким гарантом изоляции этого мира от остальных, а соответственно и беспомощность смертных. Аури'Каль, погружённый мыслями и воспоминаниями, провалился в сон.
        Ему снились уже давно остывшие потоки лавы, местами обезображенные сильными ветрами. Всюду лежали мёртвые тела. Здесь были воины и маги всех Демонов, но были видны и иные воины, видимо из Вольных Княжеств Срединных земель. Далеко впереди виднелся огромный круг, словно зеркало отражающее столь ужасную, полную жестокости картину. То были Врата. А рядом сражались несколько огромных, воистину могучих фигур. Аури'Каль сразу понял, что это Демоны. Но они сражались не друг с другом, а с одним единственным человеком. Он неистово метал в них всевозможные заклятия, умело отражая их атаки. Верховный Маг не понимал, как один смертный может воевать с несколькими Демонами на равных! Повсюду был ужасный тошнотворный запах, резко ударивший Аури'Калю в нос. Он понимал, что уснул, но сон был столь реалистичным, что маг усомнился в том, что он спит. В руке что-то кольнуло. Сильный жар распространялся по всему телу, окутывая словно в одеяло из пламени.
        Аури'Каль резко проснулся. Во время сна его одежда загорелась от свечи. Потушив её простым заклинанием, он снова сел за стол, погрузившись в свои мысли. "Как говорил учитель, любую частицу Богов можно наделить жизнью, даровав ещё цель, по желанию и разум. Но лишь в теории. И это будет то, что не родилось, но живо. Поэтому оно и не умрёт по природе своей, но временно исчезнет, если приложить достаточно усилий. Оно словно растворится в мире, разлетевшись на мельчайшие частицы. Но спустя время соберётся вновь в том же месте, в котором и было уничтожено."  - шептал Аури'Каль, плавно покачиваясь из стороны в сторону. "Теперь, как даровать жизнь?"  - спросил он сам себя, пристально глядя в зеркало. Его взор упал на кристальное сердце Дракона. "Хм, возможно сработает. Частица Богов, напитать её силой Драконьего сердца. Даже можно сделать некое тело. И сердце будет вполне неплохо встроенно в энергетическую систему Нерождённого. В качестве структуры магически плотного тела можно взять несколько душ, благо я их припас в камнях уже давно. Ну и добавлю частицу своих сил ещё. Если всё получится, то у меня
будет совершенное магическое существо. Ну ещё бы силу Демонов не помешало бы, но и так сойдёт."  - прошептал он, прижав ладонь к зеркалу, словно разговаривая со своим близким другом.
        Верховный Маг резко подскочил, направившись к большому сундуку, стоящему в тёмном углу. Он был покрыт пылью и плесенью, окутан паутиной и мёртвыми, иссушенными телами насекомых. Аури'Каль бесцеремонно раскрыл его, отчего сундук издал громкий протяжный скрип. Маг искал небольшой свёрток редких кристаллов, способных впитывать души убитых. Такие кристаллы использовали маги древности для собственной подпитки сил, ныне же их используют только высшие некроманты для оживления и сохранения разума поднятого умертвия.
        И вот на столе лежало всё необходимое. Аури'Каль дрожал от волнения. Создав вокруг себя самые мощные магические барьеры, он приступил к чтению заклятия, созданного им лично в момент подготовки. Энергетические потоки форсировали сложные плетения, связываясь узлами в замысловатый узор. Воздух вокруг дрожал и вибрировал, колыхаясь, словно от жаркой печи. Вокруг стоял неимоверный гул, давящий, прижимавший Аури'Каля к полу. Лишь благодаря своей сильной воле он продолжал стоять и читать нараспев своё заклятие. Плотность плетения стала столь большой, что не было видно узлов, лишь сплошная энергетическая ткань. Теперь она принимала форму, отдалённо напоминавшую человеческую. Заточив магическое тело в мантию, Верховный Маг вложил в него сердце Дракона, вмиг забившееся, словно живое.
        Маг стоял покрытый потом. Он тяжело дышал, едва стоял на ногах, но всё же был доволен и горд собой. Перед ним стояло совершенное магическое существо, сам факт которого является доказательством множества теорий. "Теперь необходимо задать цель этому…"  - Аури'Каль на мгновение задумался: "Творению".

        Нечто бесформенное стояло напротив Аури'Каля, облачённое в белоснежную мантию. Формы тела, если его можно так назвать, менялись, плавно переходя из одной в другую. Некое аморфмное, бесплотное в привычном понимании слова, магическое существо. Мантия начала покрываться пятнами, словно одежда, пропитанная кровью. Они двигались, словно живые, то разрастаясь, то наоборот уменьшаясь, то сливаясь друг с другом, то разделяясь. От этого Нечто колыхалось пространство вокруг, воздух издавал треск, словно разрываемый сильными разрядами молний. "Ни один смертный не устоит перед моим творением"  - с довольной ухмылкой произнёс Аури'Каль.
        - Ты живое?  - спросил маг.
        - Да.  - с сухим треском ответило Нечто.
        - Нарекаю тебя Куар'Ноир, что означает Смерть Богов на эльфийском наречии.
        - Да.
        - На что ты способен?
        - На многое.  - растягивая слоги, произнёс Куар'Ноир.
        - Есть Боги… Часть их сил присутствует в тебе. Твоя задача найти их и убить. Поглоти их силы и приди ко мне. Ты меня понял?
        - Как будет угодно.
        - Я отправлю тебя как можно ближе к месту, где они должны быть. Но только один раз.  - Аури'Каль сосредоточился, вспоминая карту местности Проклятого Леса. Его губы бесшумно двигались, а с рук исходили потоки света с тёмными вкраплениями…
        Константин вяло и понуро шёл за обозом. Да, он смог исцелить воинов, не без помощи Фарки, делавшей настои из трав и протиравшей глаза потерпевшим. Но юноша не переставал винить себя в этом вокруг. Неожиданно его тело сковала боль. Словно огромная раскалённая цепь, покрытая длинными кольями, обвила его тело, непрерывно сжимая его, вонзая шипы. Он рухнул на землю, издав невероятно громкий крик. Его трясло с неимоверной силой, а изо рта шла пена. Руки и ноги неестественно выгнулись, кости и суставы начали издавать хруст. Посох и клинок, упавшие на землю, невероятно ярко светились различными цветами, ослепляя всех вокруг. Из носа, ушей и даже глаз Константина пошла кровь. Он теперь издавал лишь слабый сдавленный хрип.
        Фарка и Дароз держали его голову. Девушка, испугавшись и растерявшись, нещадно била его по щекам, пытаясь привести юношу в сознание. Но всё было тщетно. Неведомый для смертных приступ полностью поглотил Константина. Казалось, будто каждое мгновение тянулось вечно. Воины, стоявшие в стороне, испуганно шептались между собой. Некоторые из них надеялись на смерть мага, ведь они считали, что все беды именно из-за него.
        Приступ прошёл столь же быстро, как и начался. С резким вдохом Константин пришёл в себя. Его тело перестало содрогаться, но кровь стекала тоненькими струйками. Боль постепенно отпускала, но всё же властвовала над телом и разумом. Юноша что-то пытался сказать, но ему не хватало воздуха. Язык был неимоверно тяжёлым, будто наполненный свинцом. По всему телу появлялись синяки различных цветов. В некоторых местах кожа покрылась большими кровоточащими трещинами. Взгляд Константина был устремлён в никуда. Юноша, резко вздохнув несколько раз, потерял сознание. Фарка, державшая его всё это время, лишь сжала кулаки. По её лицу стекали слёзы.
        Махиора, недавно покинувшая Проклятый лес, шла, сжимая кулаки от досады. Её изгнали, лишив Божественных сил. От неё отказалась семья. Она слишком любила людей, но больше ненавидела Демонов, и эта сложная смесь диаметрально противоположных чувств, захлестнула, юную по Божественным меркам, девушку. Лишь маленькие слезинки, прозрачные, но горячие, вытекали из её зелёных глаз. Они стекали по её бледной коже, оставляя влажный след. Как она ни старалась, но не могла их остановить. "Так вот что значит быть смертной…"  - лишь прошептала Махиора.
        Она быстро шла в том направлении, в котором двигался Константин, надеясь догнать его рано или поздно. Ей всё ещё трудно было принять мысль, что для неё время уже не является вечным. Она порядком устала, пот градом лился по всему телу, а ноги словно гудели от усталости. Она была уставшей, изнемождённой, но всё же уверенно шла к своей целе.
        … Раньше было несколько культов, посвящённых ей. Махиора Теель Наарг… Каэрда Ауг Токат… Множество иных имён она носила в былые времена. Но ныне всё иначе. Люди возомнили себя равными Богам. Они начали постигать тайны магии, отворачиваясь от Богов. Но Боги терпели это, прощая неразумность людскую. А потом пришли Демоны. Эти хитрые, жестокие, кровожадные монстры обещали огромное могущество людям, все блага смертных даровать сулили. И люди сами разрушили храмы своих Богов. Многие слабые Боги умерли в тот же миг, но были и те, кто остались в живых. И после началась битва… Война… Бойня… Демоны и их приспешники истребляли всех на своём пути, не жалея никого. Лишь некоторым Богам удалось укрыться, став изгоями в собственном мире. Группа Богов, одна семья, так возненавидела всех людей и Демонов, что наложила проклятие на лес. Время шло, гнев сменился на милость. Но лишь у Махиоры…
        Богиня вспоминала свои ранние годы и века, расцвет и падение её культов, страх перед Демонами и изоляцию. Решив устроить небольшой отдых, она устало присела на землю. Над лесом образовалась огромная сфера, покрытая мелкой рябью. "Не может быть!"  - воскликнула она…
        Боги, изгнавшие Махиору, обсуждали необходимость уничтожения дома Светорода, не нужный никому более. В этот миг треснула сама ткань пространства, с гулом разорвавшая воздух. Над ними появился небольшой шарик чистой энергии, невероятно быстро увеличивающийся в размерах. И вот, спустя пару мгновений, над ними висел огромный шар, покрытый рябью. Внутри него виднелась фигура, смутно напоминавшая человеческую. Сфера становилась прозрачнее. И вот она исчезла. Сверху упала некая фигура, пристально осматривающая Богов.
        - Ваше бессмертие окончено.  - сухо сказал низким утробным голосом незнакомец. Из него вырвались огромные шипы, пронзившие одного из Богов, растворившегося в тот же миг. Остальные же Боги нанесли ответный удар, слаженный и невероятно сильный. Незнакомец растворился, не оставив после себя ни следа.
        - Что это было? Неужто кто-то из смертных смог сотворить такое?  - прошептал один из Богов. Но ему никто не ответил. Все лишь стояли в недоумении и оцепенении…
        Махиору пронзила боль, которую она не испытывала ранее. Тело словно разрывалось на мельчайшие частицы. Казалось, что всё естество переполнено болью. "Боги… Умирают…"  - лишь пронеслось у неё в голове. Она теряла сознание. Её окутывала тьма…
        Константин постепенно приходил в себя. Его тело всё же болело, но уже гораздо меньше. Оружие не переставало светиться, переливаясь всевозможными цветами. Перед его глазами застыли две картины. Как какой-то незнакомец в длиной мантии убивает, сидевших на руинах храма в Проклятом лесу, неких аморфных созданий, и как девушка лежит беспомощная возле этого самого леса. Он понимал, что она - Махиора Теель Наарг. "Каэрда"  - вспомнил юноша имя, которым назвал Светород Богиню, когда она впервые пришла к ним. "Она в опасности. Я должен помочь ей!"  - шептал он сам себе, сжимая растянувшиеся запястья.

        Глава 13:"Открытие тайн"

        Константин, хромая от боли, волочился к Дарозу. Его посох и меч не переставали сиять всевозможными цветами, вспыхивать и снова угасать. Юноша был крайне встревожен таким поведением колдовского оружия и понимал, что произошло что-то действительно ужасное. Махиора, она же Каэрда, была в опасности."Связанно ли поведение оружия с состоянием той Богини? Или произошло что-то ещё, более серьёзное?"  - шептал Константин, скрипя зубами от боли. Опираясь на посох, юноша едва передвигался, с неимоверными усилиями преодолев ничтожно малое расстояние.
        - Дароз, мне необходимо покинуть вас.  - заговорил Константин, тяжело дыша.  - Что-то неизвестное и ужасное произошло возле Проклятого леса. Я должен быть там. Если смогу, догоню вас позже.
        - Ты уверен? Да, я не ставлю под сомнение интуицию мага, да и видел, как тебя едва не убило некое воздействие. Но сможешь ли ты добраться до того леса? А если там будет схватка? Безопаснее будет продолжить путь вместе.
        - Нет, я обязан. Если необходимо, я верну броню, которую вы мне подарили.  - настаивал юноша.
        - Оставь себе. Это моя благодарность за наше спасение. Эх,  - мужчина глубоко вздохнул.  - бери коня любого и отправляйся. Дарю тебе его, в знак благодарности. Если сможешь, догонишь нас, дорогу знаешь. И, хоть Боги покинули нас, но всё же, пусть Они оберегают тебя. Вижу, не равнодушны они к тебе, раз в обитель свою зовут.
        - Отец!  - выкрикнула Фарка.  - Я еду с ним!
        - Нет, и это не обсуждается! Я не позволю, чтоб моя дочь так рисковала!
        - Мы оба знаем, что без меня ему не справиться, да и ты сам знаешь, что…  - девушка на несколько секунд замолчала, подходя к отцу, после продолжив говорить неслышимым шёпотом, оставив в тайне для всех что-то, видимо, весьма важное.
        - Возьми стрел побольше.  - скрипя зубами, ответил Дароз.
        Девушка молча распрягла двух коней, закрепив на них сёдла, подвела их к Константину.
        - Надеюсь, ты выдержишь такое путешествие, чаровник?
        - Честно, ни разу не ездил на лошади.  - признался Константин.  - Подожди, я исцелюсь немного.
        - Я думала, вы, маги, умеете всё.
        - Не забывай, я не обучался в тех академиях, о которых вам известно.
        Константин читал заклинание исцеления, но ничего не происходило. Магия словно перестала работать. Боль пульсирующим эхом разносилась по телу, усталость накатывала волнами. В отчаянии и злости, юноша откинул посох в сторону, едва не сломав его. Снова прочтя заклинание, он заметил лишь слабый эффект восстановления. Ему пришлось читать его снова и снова, до тех пор, пока боль не исчезла, а вместе с ней и кровоточащие раны и синяки. "Но почему с посохом не получалось?"  - задал Константин вопрос сам себе.
        Он с трудом забрался на одного из коней, держа в одной руке мерцающий посох. Путь был не близким, но Константин всё же надеялся успеть помочь Махиоре. Они отправились в путь. Юноша едва держался в седле, оттого выглядел весьма жалко на фоне грозной и сосредоточеной лучницы Фарки, свободно ощущавшей себя на коне.
        Константин и Фарка некоторое время ехали, сохраняя абсолютное молчание. Первым не выдержал юноша.
        - Что же ты сказала отцу, отчего он сразу сменил своё решение?
        - Знаешь, маг, иногда лучше оставаться в блаженном неведении и не совать свой нос в чужие дела!  - грубо ответила девушка.
        - Но всё же, я желаю знать. Да и путь нам с тобой не малый пройти придётся, соответственно не плохо бы узнать друг друга получше.
        - Эх, все вы одинаковые.  - тяжело ответила она.  - Если ты на что-то надеешься, то знай, что мой отец никогда не выдаст меня замуж за чародея.
        - Что? Нет уж, извините, но жениться я не собираюсь! Тем более на тебе!  - весело хохоча, сказал Константин.
        - Ах так? То есть, ты даже не рассматривал меня в качестве жены?  - возмутилась Фарка.
        - Поверь, ни разу. Я ещё слишком молод для семейной жизни, да и за спиной ни гроша. И, если уж на то пошло, то не из этих мест выбирать жену буду.
        - А чем тебе Срединные земли не нравятся?  - заинтересовано спросила девушка.
        - Не мои края родные.  - со вздохом ответил Константин, не желая рассказывать о своём истинном происхождении.
        - Ладно, расскажу тебе кое-что о себе. Но ты поклянёшься, что никто не узнает об этом. И да, с тебя один секрет. Согласен?
        - Согласен, рассказывай давай.
        - Мой отец был рабом у мага. Я уже родилась рабыней. Лусар же родился на свободе. У нас разные матери. Моя тоже была рабыней. Дочерью одного колдуна. Он обучил дочь, будучи ещё свободными. Отец говорил, что она исцеляла раны. Но кто-то доложил о ней другим магам, так она и стала рабыней. Они не терпят других магов, убивая их или делая рабами. Да, во мне течёт колдовская кровь. Поэтому, видимо, и символы в книге видела, а Лусар нет. И я очень надеюсь, что ты научишь чему-нибудь меня.  - быстро приговорила Фарка.
        Константин был в шоке от услышанного. Он лишь пристально смотрел на девушку, совершенно не понимая, что и сказать.
        - То есть, ты владеешь магией?
        - Немного. Могу предчувствовать угрозу за несколько мгновений, да и вижу гораздо дальше других. Весьма неплохо при владении луком. Но я хочу больше. А в академию не пойду, иначе придётся лишиться семьи и служить одному из Демонов. Теперь твоя тайна!
        - Мы едем спасать Богиню. Помнишь, мы не могли отойти от того леса? Именно к ней я взывал. И сейчас она в большой опасности. Возможно это как-то связано с мерцающим оружием и тем, что я не смог использовать магию с посохом. Больше я сам ничего не знаю.
        - Что? Спасать Богиню Проклятого леса? Да ты с ума сошёл! Они же полны ненависти к людям за древнее предательство!  - испуганно проговорила девушка.
        - Она весьма добра, по крайней мере ко мне. Поверь, с ней проблем не будет.
        - Вы маги, слишком безумны, все! Без исключения!
        Они продолжили разговор на нейтральные темы, постоянно шутя друг над другом. Константин очень сильно устал от поездки верхом, поэтому очень часто читал заклинания в своих мыслях, дабы избавиться от усталости и боли. Но несмотря на кажущуюся дружеской атмосферу, каждый из них был невероятно собран и насторожен. Фарка не выпускала лук и стрелу из рук, Константин же постоянно прокручивал в голове несколько боевых заклинаний, прочтённых в книге.
        - Как насчёт того, чтобы ускориться?  - весело подмигнув, спросила Фарка.  - Догоняй!
        С этими словами она хлопнула коня по спине, умчавшись вдаль. Константину ничего не оставалось, кроме как последовать её примеру.
        Константин едва держался в седле, изнывая от боли и усталости. Он не ездил на лошади ни разу до этого момента, а теперь ему пришлось быстро осваивать этот чуждый для него навык. Фарка же напротив, чувствовала себя превосходно, ведь она с раннего детства, как только стала свободной, обучалась верховой езде. Так они преодолели немалый путь, пройдя мимо многих деревень, встречавшихся ранее. Всадники держались подальше от деревень, чтобы избежать излишнего внимания. Вдали виднелся Проклятый лес, становившийся всё ближе и ближе.
        Фарка, замедлив коня, пристально всматривалась вдаль. Константин же свалился с седла, предприняв попытку остановить лошадь.
        - Да, маг, ты меня не перестаёшь удивлять.  - весело хохоча, сказала девушка.  - Так ещё никто не останавливал коня.
        - Я же говорил, что не умею ездить верхом. Что-нибудь видишь вдали?
        - Мрак в лесу, как и всегда. Никого поблизости не вижу.
        - Странно. Я чувствую, что здесь что-то есть. Невероятно сильное, но будто лишённое эмоций, словно машина.  - задумчиво говорил Константин.
        - Машина? Что это?
        - Не важно, долго объяснять. А у нас нет на это времени. Сколько ещё до той деревни, где я присоединился к вам? Или до пещеры с мороком внутри?
        - Трудно сказать. Мы двигались медленно в караване, а теперь гораздо быстрее. Примерно день, может больше, может меньше. Думаешь, она там?
        - Не знаю, возможно. Именно благодаря ей я вышел из того леса и нашёл вас. Поэтому, возможно, она и придёт туда же. А возможно пойдёт на источник сил, тогда это пещера. Поэтому, думаю, там и будем искать её.
        - Что? Ты явно сошёл с ума! В пещеру я точно не пойду!
        - Будем надеяться, что это не потребуется. Давай продолжим путь, быть может, найдём её раньше.
        - Если она Богиня, то как её можно найти? Она же может оказаться где угодно, не так ли? Это всё равно, что искать что-то несуществующее.
        - Если она покинула лес, то что-то произошло. Да и я почувствовал что-то страшное, ты видела. И магия посоха и клинка работает не правильно. А посох именно она вручила мне. Поэтому, я думаю, она уже не такая могущественная, как хотелось бы.
        - Думаешь, кто-то снова начал убивать Богов?
        - Вполне возможно. Лучше спросим у неё, если сможем.
        Фарка, протерев глаза, снова продолжила путь, не дожидаясь Константина. Её пальцы побелевшие от напряжения, сжимали лук. Юноша, всё ещё стоявший на земле, подметил, что она похожа на воительницу из каких-то древних мифов. "Если бы не кольчуга, то вполне неплохая Амазонка была бы, а так, что-то из скандинавского эпоса, некая Валькирия"  - прошептал Константин. Он снова с трудом забрался на коня, покорно стоявшего рядом. Вокруг царила абсолютная тишина, разрываемая лишь топотом копыт и тяжёлым дыханием лошадей. "Даже ветра нет"  - задумчиво произнесла Фарка: "И птицы умолкли все, странно".
        Вдали стоял всадник на чёрном коне с выжженными символами. Укрывшись большим капюшоном, он всматривался вдаль, одновременно вращая одно из колец на правой руке. Его глаза светились, словно слабые белые огоньки. Лишь два локона его кудрявых волос ниспадали по плечам, покинув капюшон.
        Махиора едва стояла на ногах, но всё же продолжала идти. Она знала, что в лесу произошло что-то невероятно ужасное. Некто явился к Богам, и, возможно, убил их. По крайней мере один из них точно умер, иначе она бы не почувствовала этого. "Простите, но я не смогу помочь. Не сейчас. Ваша смерть будет отомщена мною. Избранный, он поможет"  - лишь прошептала бывшая Богиня, не оборачиваясь к лесу. Вдали она увидела двух всадников, неспешно идущих, словно ищущих чего-то. Поодаль от них, ближе к деревне, был ещё один, стоявший неподвижно, словно застывший в немом ожидании. "Надеюсь, не они убили Богов"  - испуганно прошептала Махиора. Её руки окутала лёгкая дымка, медленно расползающаяся по всему телу. "Я хоть и смертная ныне, но знания мои отнюдь не людские"  - подумала она, полностью покрывшись дымкой, став невидимой: "Хороший морок, лишь Боги и Демоны его развеять могут"…
        - Эй, колдун!  - окрикнула Фарка.  - Подойди ближе!
        - Что случилось? Ты нашла её?
        - Хуже. Взгляни налево, только аккуратно. Там всадник. Он уже давно идёт паралельно нам, но держится на расстоянии. Моя стрела не долетит до него. Быть может магией оглушишь?
        - Нет, не буду рисковать. Магия стала крайне нестабильной, не известно, как получится то или иное заклятие. Давай сменим курс, взяв немного в его сторону. А там ты подстрелишь его.
        - Как бы он не подстрелил нас раньше. Ладно, сделаем по твоему. И поскорее бы убраться отсюда. Не нравится мне этот лес. Ещё больше, чем раньше, не приятен стал. Будто холодная ненависть в нём поселилась.
        - Я тоже это чувствую…
        "Хм, эти двое явно заметили меня, иначе не сменили бы направление. Надеюсь, я закончу дела свои раньше, чем они вмешаются."  - говорил сам себе всадник, укрытый капюшоном: "Они похожи на тех, кого я видел в таверне. Храбро сражались с Корпусом Ночи, но всё же уступали им. Интересно, что им нужно в этом Проклятом месте". Он двигался в сторону леса, выискивая любого, кто из него выйдет.
        Подойдя к величественной стене деревьев, он всматривался в мрачную зловещую темноту, ощущая трепет природы и некую холодную ненависть. Позади него раздался топот копыт. Обернувшись, он увидел юношу и девушку, направившую лук на него.
        - Стой и не двигайся, если хочешь жить. Кто ты?  - спросила Фарка.
        - Я тот, с кем опасно ссориться.  - ответил он, снимая капюшон.
        - Это ты спас нас в таверне от Корпуса Ночи?  - спросил Константин.
        - Да. Вы помешали моим планам в прошлый раз. И я не позволю вам повторить это снова. Уйдите прочь.
        - Думаю, мы сможем помочь друг другу.  - начал было Константин.  - Ты борешься со злом? Думаю да, ведь ты маг, но не такой, как выпускники академий. Значит не слуга Демонов. Тогда, вероятнее всего, ты против них. Как и мы. Может объединим усилия?
        - А ты смелый, раз говоришь о борьбе с Демонами. Да, ты прав, я не в академиях обучался. Но не веду войну с Демонами, хотя и не служу им. Вы тут по поводу смерти Богов, не так ли?
        - Они умерли?  - выкрикнула Фарка.
        - Судя по всему, да.  - сухо ответил незнакомец.  - Хотя, я не уверен. Тиамари жива, хотя её неоднократно пытались убить. Возможно и эти Боги как-то пережили случившееся здесь.
        - А что случилось?  - спросил Константин.
        - Некая сила, возможно разумная, явилась сюда. Дальше сильный всплеск энергии Богов и дестабилизация всей магии. Именно поэтому твоё оружие так странно ведёт себя.  - ответил он, пристально смотря на посох Константина.
        - Махиора Теель Наарг жива?
        - Не знаю. Я лишь видел, как некая фигура была недалеко от леса, но потерял её из виду. Возможно это она. Вы хотите её убить?
        - Нет, однозначно нет!  - ответил Константин.
        - Тогда мы с вами следуем разными путями.
        Неожиданно некая сила подбросила его в воздух, откинув в сторону леса. Константин оглядывался по сторонам, ища нападавшего. Неподалёку от них виднелось небольшое колебание воздуха, словно в жаркий день. С руки юноши сорвалась молния, устремившаяся в это колебание воздуха. Но так и не достигнув цели, она застыла, словно удерживаемая некой силой. В воздухе появился столб дыма, постепенно растворявшийся, принимавший облик девушки. Молния растворилась с сухим треском. Фарка, Константин и незнакомец, уже стоявший на ногах, испуганно уставились на некую фигуру.
        - Константин? Это ты? Я так рада!  - воскликнула незнакомка.
        - Махиора?  - удивился юноша.  - Ты жива?
        - Пока да. Надеюсь, так будет и дальше. Правда, я теперь смертная. Боги изгнали меня за помощь тебе и скрытую войну с Демонами. Возможно, другие Боги уже мертвы, возможно живы. Советую убираться отсюда. И да, зачем вы привели этого охотника?
        - Я не охотник!
        - Да, твоё имя Акаар, орден Чистых магов. Не почитаете Богов и Демонов, не пользуетесь никаким колдовским оружием. Я хоть и не Богиня теперь, но твою судьбу былую ведаю. Ты привлёк меня после событий в таверне.  - Махиора повернулась к девушке.  - Фарка, дочь Дароза и Элары. Далёкий потомок Краура, моего жреца. Рада знакомству. Ну так что, продолжим путь? Думаю, нам надо догнать обоз. Поэтому, пора спешить.
        - Если ты теперь смертная, то мне ничего не стоит убить тебя!  - выкрикнул Акаар, бросив небольшой нож.
        - Не так быстро.  - ответила Махиора, поймав оружие меж пальцев.  - У меня более хорошая идея. Сколько вас в Ордене? Десятеро, не так ли? Я собираюсь начать войну с Демонами, ибо Избранный пришёл. Убив их, я обещаю полную неприкосновенность вашему Ордену. В противном случае, ты знаешь сам, что Демоны убьют каждого из вас. Некогда вас были тысячи, но ныне вы словно тени былого величия. Поможете мне, поможете и себе.
        - Я за других говорить не буду. Но за себя скажу. Помогу вам, ведь ты, Владычица Судеб, сказала, что Избранный пришёл. Мы этого тоже ждали. Передам эту весть Ордену. Только скажи, кто Он.
        - Ты разве не знаешь? Он рядом. Константин, про тебя речь!
        - Что? Этот слабак?  - возмутился Акаар.
        - Несколько дней назад он пришёл в этот мир, во время Кровавой охоты. Его нашёл Феерар, основатель вашего Ордена. И ты уже заметил, что Избранный владеет магией. На это уходят годы, а он освоил сразу! И ещё, мой морок мог развеять только Бог или Демон, а так же Избранный. Он увидел меня, что ещё раз подтвердило его предназначение.
        - Ты не из этого мира?  - выкрикнула Фарка, направив лук на Константина.
        - Дитя, убери свою игрушку.  - высокомерно произнесла Махиора.  - Его жизнь куда более ценная, чем все наши вместе взятые. И я не позволю тебе убить его.
        - Феерар жив?  - спросил Акаар.  - Он же покинул Орден несколько десятков лет назад.
        - Был жив. Ныне мёртв и обитает в обители предков своих. Кто теперь глава Ордена?  - спросила Махиора.
        - Тогда, по праву первого мастера, я возглавляю его. Но всё же, решение о помощи тебе в твоей войне, я вынужден обсудить с остальными. Хм, Избранный… Несколько иначе я представлял его, да и ожидал, что явится он лет через сто хотя бы. Может, оно и лучше. Куда направляетесь теперь?
        - К каравану. Потом я вынужден поступить в академию Шаарага, она ближе всех. Мне нужны знания магии. А дальше я намерен проникнуть в земли Мактара и найти Врата, чтоб вернуться домой. Ваша война меня мало волнует. Но, если мне придётся в ней участвовать ради своей цели, то помогу вам.
        - Шаараг?  - протяжно повторил Акаар.  - Лучше уж у нас обучаться тебе. Придёшь в горы Леор, не далеко они от Гафера. Я найду тебя, когда явишься в те горы. Но до них сам пройти должен ты, да и Дароз туда же едет, знаю я. Махиора Теель Наарг, ты со мной?
        - Нет, я с Избранным буду. Найдёшь нас, если необходимо будет.  - с этими словами она подошла к Акаару, отдав ему нож.  - Константин, не против, если я поведу лошадь? В седле место хватит на тебя, но веду я куда лучше.
        - Да, конечно.  - улыбнувшись, ответил юноша.  - Каков план?
        - Как ты и сказал, доберёмся до каравана, а там и до Гафера. Дальше ты в Орден Чистых Магов, а я…  - тут она ненадолго замолчала.  - Навещу старую знакомую.
        Молча переглянувшись, все сели по коням. Акаар умчался в сторону деревень. Фарка, недоверчиво смотря на Константина и Махиору, шла немного впереди.
        Небо озарилось цветом заката. Луны взошли на небосводе. Первые звёзды засияли робкими огоньками. Константин, Махиора и Фарка уже почти догнали обоз, костры которого были видны в чистом поле.

        Глава 14: "Безумные Тени"

        Ночь. Она пугает многих. Люди в паническом страхе закрывают двери и окна, даже многие звери прячутся в свои норы. Их пугает тьма, царившая вокруг. Ведь это не просто отсутствие света. Это нечто мрачное, таинственное, живое. В ночи скрываются дикие, ужасные и зловещие создания, порождения всех страхов людей. Каждый видит их по-своему, но есть среди них те, что едины для всех. Порождения ночи. Детища Мрачной Богини - Тиамари.
        Её творения - воплощения всех самых страшных и душетрепещущих кошмаров людей. Целые полчища немыслимых чудовищ некогда бродили по этому миру, сея ужас и смерть повсюду. Но время шло, и былое величие, построенное на смерти и страхе, развеялось, словно прах. Лишь Корпус Ночи, главная гордость Тёмной Богини, остались в живых, продолжив дело своих предшественников. И, пусть они не столь могущественны, как ранее, но всё же смогли защитить свою Госпожу от нападений Демонов. В отличии от этих порождений гнева и безудержной ненависти, Она была воплощением спокойствия и расчёта, направляемая холодной, но всепоглощающей ненавистью.
        Да, Корпус Ночи теперь не правит огромными землями, но не мало деревень и графств исправно платят кровавую дань в обмен на золото. Люди как всегда продажны, именно это и сгубило их, даровав Демонам власть и убив множество Богов. Но в одной из деревень произошло нечто, нарушившее весь тонкий и хитрый план Тиамари. Один из отрядов её воинов потерпел поражение от смертных.
        Мрачная Богиня восседала на своём каменном троне, покрытом извечной паутиной. Её голову украшала корона из длинных зазубренных костей, чёрных, словно обугленных. Сложив руки, она внимательно слушала жалкие оправдания главы отряда.
        …- Госпожа, среди них был маг. На нём не было никаких Демонических символов, он словно вольный!  - говорил худощавый брюнет, склонившийся практически до каменного пола.  - Ещё появился другой маг. Без оружия.
        - Это всё оправдания. Ты повинен в провале. Неужто ты желаешь убедить меня, что по миру разгуливает сильный маг, да ещё и вольный? И ещё некий маг без оружия? Последователь идеала Чистых магов?  - с холодной ненавистью в голосе говорила Тиамари, наслаждавшаяся страхом своего слуги.  - Ты слаб. Ничтожен. Знаешь что происходит с теми, кто слаб? Смерть. А перед ней мучения.
        - Но Госпожа…
        - Не смей прерывать меня, червь!  - эхом разнеслось по каменной обители Богини.  - Найди мне этих магов и приведи ко мне. Иначе умрёшь, словно жалкий эльф, издавая дикие вопли, столь приятные мне.
        - Да, Госпожа, благодарю за милость. Я не подведу Вас.  - склонившись ещё ниже, говорил брюнет.
        - Прочь, ничтожество. Мне нужно многое обдумать.
        Молча, не издав ни единого звука, мужчина удалился. Уже выйдя из обители, он выпрямился. На его лице, бледном, словно от болезни, отражался страх. Левый глаз заметно дёргался, а руки дрожали, словно в лихорадке. Он шёл в своё жилище, более похожее на келью магов-отшельников, добровольно отказавшихся от всех благ в угоду постижения себя и мира.
        Небольшая комната в скалистой породе, каменная выемка, служившая кроватью и небольшой стол, заменявший библиотеку и кухню. Медленно идя среди других Её слуг, он был погружён в свои гнетущие мысли. "Кто же эти два мага? И где мне их найти теперь? И что самое важное - как их убить? Они вдвоём разгромили мой отряд в таверне. Да и потом я отправил остатки отряда, устроив засаду. Никто не выжил. Слишком сильная магия? Или моя глупость?"  - спрашивал он сам себя, разрезая ножом кусок сырой человечины. "В этот раз я сменю тактику. Никаких больших отрядов. Лишь малая группа. Ночные Охотники, Маг Теней и Кровавый Берсерк. Надеюсь, мы справимся."  - рассуждал он, вкушая кровавый кусок мяса, тающего во рту…
        "Вольный маг, Орден Чистых - всё это очень странно. Кто-то активно рушит мои планы, лишая меня контроля над ситуацией. Это моя игра! И только я имею право менять её правила."  - тихо шептала Тиамари, принимая более привычный для неё облик. Закончив свой монолог, она вновь принялась плести свою паутину.

        Огромная чёрная паучиха восседала на только что сплетённой ею паутине. Лишь огромная корона из костей позволяло понять, что это Мрачная Богиня Тиамари. Она погружалась в свой сон, позволявший узреть незримое, проникнуть в саму суть, увидеть причины и следствия событий…
        … Вот смертные рушат храмы Богов, своею ненавистью подпитывая Демонов, ещё не решившихся на захват власти. Люди лишь решили, что достаточно сильны и могущественны, что смогут сравняться с Богами. Века Боги терпели и прощали глупых ничтожных смертных, чья гордыня погубит позже всех без исключения. В землях, где сейчас правит Мактар, легионы Демонов выходят из Врат. Начинается война, жестокая и кровопролитная. Люди, поглощённые своей жаждой власти и гордыней, заключают союзы с Демонами, окончательно убив большинство Богов. Лишь единицы сумели убежать, скрывшись в своих тайных убежищах. Но Боги были слишком мудры и могущественны, чтобы допустить такое глупое поражение. Незадолго до первого отречения был создан совершенный сосуд, творение Старших Богов. Никто не знал, когда и откуда он явится, так же не был известен его облик. Именно это и было важно. Чтобы никто не смог помешать приходу Избранного. Многие ждали его появления во время второго отречения и начала войны, но он так и не явился. По задумке Старших Богов, он должен был быть идеальным. Его познания боя, магии, тактики и стратегии обязаны
были превосходить даже Божественные. Именно он должен был сокрушить всех Демонов, убедив людей вернуться к поклонению Богов. Но время шло, война продолжалась…
        "Она ещё не проиграна."  - прошипела Тиамари, пробудившись ото сна. Она вновь начала принимать столь чуждый и не приятный ей облик, но ничему слугам видеть её истинную суть. С паутины спустилась уже высокая стройная девушка в длинном чёрном матовом платье. Её голову украшала неизменная корона, а на пальцах сверкали обугленные кольца. На её пальцах были невероятно длинные ногти, немного закруглявшихся по всей длине. Широкие зелёные глаза постепенно сужались, напоминая кошачье прищуривание. Мрачная, элегантная, грациозная Богиня вновь воссела на свой трон, с улыбкой вспоминая былые времена.
        Раньше, ещё задолго до первого отречения, она нередко принимала людское обличие, ища очередного смертного для своих утех. Лишь единицы сохраняли невозмутимость, увидев её. Остальные же готовы были бросить всё ради неё. Именно от этих противоестественных союзов и появились всевозможные ночные твари, пугавшие род людской. Но был среди них один, кого Тиамари никогда не забудет. Его звали Ашарим. Сильный был маг, и безусловно, его можно назвать отцом Корпуса Ночи…
        Наступали сумерки. Небо озаряемое красными лучами, постепенно угасало. Высокий брюнет готовился к поиску вольного мага. Его отряд был небольшим, но это были лучшие воины Корпуса Ночи.
        - Диорг, ты уверен, что мы справимся?  - спросил Касот, лучший Маг Теней.  - Мы хоть и лучшие в своём деле, но эти два мага разбили весь отряд. Не лучше ли взять хотя бы пару десятков воинов?
        - Нет, это ни к чему.  - с ледяным спокойствием ответил Диорг, тот худощавый брюнет.  - Я не хочу привлекать внимания. Враг силён, но ночь наш союзник.
        - Один Маг Теней, два Кровавых Берсерка и пять Ночных Охотника? Этого достаточно для истребления нескольких деревень или небольшого города, но не против верховного мага.
        - А с чего ты решил, что он верховный? Сильный и способный самоучка, а другой, возможно, из Ордена Чистых магов. Хотя, мы думали, что Орден мёртв. Поверь, ни один из них не доставит больших хлопот.
        - Мне бы твою уверенность. Ладно, пусть будет по-твоему, ведь не зря Госпожа назначила тебя Лордом Мрака.  - Касот обернулся к ожидающему приказов отряду.  - Во Славу Ночи!
        - Прольём кровь!  - хором ответили остальные.
        Все они сели по своим ездовым животным, сильно напоминавших коней. Их отличия составляли лишь три ряда острых зубов с длинными, словно змеиными, жалами, полных яда, когтистые ноги вместо копыт и восемь глаз. Под покровом тьмы ночной этот отряд мчался в сторону Гафера - одного из главных торговых городов Срединных земель. Именно туда и направлялся караван, по словам трактирщика.
        Гхоры, так звали животных Корпуса Ночи, были необычайно быстры. Их скорость превосходила лошадиную, но лишь под покровом ночи. Но они не могли двигаться днём, медленно и мучительно сгорая под солнцем. Они были не только ездовыми животными, но и самыми настоящими монстрами в бою, разрывая врагов своими лапами и зубами. Именно за это и ценились гхоры, но их создание было крайне затруднительным, а сами размножаться они не могли. Поэтому и награждали ими лишь самых высокопоставленных слуг Тиамари.
        - Диорг, сколько нам добираться до Гафера?  - спросил Маг Теней.
        - Ночи три, может шесть, не знаю точно. Ни разу там не был.
        - Ты же родом из Шаарага!
        - Меня вывезли оттуда ещё младенцем. Да и вообще, не отвлекайся. Думай о заклятиях и предстоящем сражении.  - резко прервал разговор Лорд Мрака…
        Подъезжая к обозу, Махиора неожиданно остановилась. Она внимательно осматривала окрестности, словно чувствовала некую угрозу.
        - Что случилось?  - грубо спросила Фарка.
        - Ничего, вроде бы.  - как-то неуверенно ответила бывшая Богиня.
        - Тогда продолжим путь, мы и так потеряли слишком много времени из-за всяких неожиданностей.  - сказала Фарка, высоко вздёрнув нос.  - Отец, мы вернулись!
        - Она всегда такая или её в дороге укачало?  - спросила Махиора у Константина, но он ничего не ответил, предпочтя отмолчаться.
        Дароз радостно встретил вернувшихся, но всё же пристально осматривал Махиору. Его хитро прищуренные глаза словно не отрывались от юной девушки. А по выражению лица складывалось впечатление, будто он узнал её.
        - Маг, представь гостью, будь любезен.  - прервал молчаливый осмотр Дароз.
        - Махиора Теель Наарг, бывшая Богиня Проклятого леса, ныне смертная.  - опередила она Константина, добавив после небольшой паузы.  - Чаровница, колдунья и маг. А ты, как я понимаю, Дароз, беглый раб и отец Фарки и Лусара? Я иду с вами до Гафера, дальше наши пути расходятся. Отказ не принимаю, да и не в ваших интересах отвергать мою помощь. Ваш, хм, груз, несколько привлекает внимание. Да и Корпус Ночи теперь на вряд ли оставит вас в покое. Лишний боевой маг не помешает. Не так ли?
        - Богиня бывшая? Странные дела творятся. Слышал я, что не изгоняют Боги друг друга просто так, лишь за предательство. Так не опасно ли брать тебя в отряд?
        - У тебя выбора нет. Я иду с вами и это не обсуждается. Мне не требуется твоё оружие или еда, всё необходимое найду сама. И да, советую поторопиться в пути.
        - Через дня три достигнем Гафера. Если ничего не случится в пути. После столкновения с Корпусом Ночи в деревни не заходим, чтоб не попасться в западню. Но и в поле опасно. Поэтому выставляем охрану. Не желаешь послужить общему делу?
        - А ты смелый, смертный, или глупый. Хотя, зачастую, это одно и тоже. Ладно, я и Константин первые несём дежурство.
        - Не так быстро. Тут я назначаю кто и что делает!  - взбунтовался Дароз.
        - Помни своё место, беглый раб!  - выкрикнула Махиора.
        Лусар, сидевший до этого на земле и не вмешивавшийся в словесную перепалку, резко встал, оголяя клинки. Неожиданно один из костров ярко вспыхнул, подняв столб пламени высоко вверх.
        - Хорошо, смертные, у меня нет желания убивать вас. Но и делать всё по вашему я тоже не собираюсь. Я дежурю вместе с Константином, ибо его безопасность для меня важнее всего. А время назначаете вы. Согласны?
        - Отец, думаю, не стоит ставить их в охрану. Не забывай, что нам придётся преодолеть поляну, полную иллюзий. И нам нужны маги полные сил.  - вмешалась Фарка.
        - Хм, пожалуй, ты права. Вы, чародеи, освобожденны от караула. На эту ночь. Не более.  - смягчился Дароз.
        Махиора села возле одного из костров, вытянув вперёд руки. В свете огня она была неотразима. Её волосы быстро поменяли цвет, став вместо золотистых огненно-рыжими, словно языки пламени. На её лице появилась хитрая, но довольная улыбка. Фарка же что-то обсуждала с Дарозом и Лусаром, то и дело оборачиваясь на Константина. Сам же юноша так и остался стоять у окраины лагеря, совершенно не понимая многих событий. "Почему они так спокойно отреагировали на появление Богини? Не думаю, что это происходит каждый день. Да и Фарка как-то странно начала вести себя. И, что более важно. Я Избранный? Не верю! Но буду играть по их правилам, ведь только так я в некой безопасности и, возможно, смогу найти способ вернуться домой."  - говорил сам с собой в своих мыслях Константин.
        - Эй, Избранный.  - тихо прошептала Махиора.  - Если думаешь, что делать с оружием, то дай его мне. Оно не работает из-за смерти одного или нескольких Богов. Именно во времена нашего истребления маги столкнулись с этой проблемой. И именно поэтому появился Орден Чистых Магов. Но я знаю, как наладить оружие.
        - Благодарю, это будет весьма кстати.  - сказал Константин, протягивая клинок и посох бывшей Богине.  - Этот Орден создал Светород?
        - Да, именно он его и создал. И был его главой до недавнего времени. Хотя и ушёл в добровольное изгнание.
        - Но сколько же времени прошло?!  - удивлённо воскликнул юноша.
        - Много, очень много. Люди столько не живут. Но маги могут, тем более столь сильные.  - закончив говорить, Махиора ненадолго закрыла глаза, сжав оружие, после чего отдала вновь владельцу.
        - Ещё раз благодарю.
        - Ладно, спать пора. Смертные рано встают, торопятся всегда. Не привычно мне это. Я то прожила уже несколько…  - тут она несколько запнулась.  - Интересно, а сколько же? Знаешь, когда впереди вечность, о времени то и не думаешь. Надо подумать, каков же мой возраст. А ты спи.
        Константин, уставший после этого тяжёлого как физически, так и морально дня, погрузился в глубокий сон, слегка захрапев. На одной из телег сидела Фарка, смотрящая вдаль. Лишь изредка она бросала беглые взгляды на спящего Константина, быстро отводя свой взор, будто боясь быть обнаруженной.
        Рано по утру обоз снова продолжил свой путь. Дароз был невероятно хмурым и обеспокоенным. Впереди их ожидал участок, пользующийся дурной славой. Частые мороки и иллюзии, царствовавшие там, погубили не мало торговцев и воинов. Все предпочитали обходить её стороной, делая огромный крюк, идя вдоль руин сгоревшего города. Легенда гласит, что его сжёг один из последних драконов, и, если присмотреться, то до сих пор можно увидеть дымящиеся обугленные развалины. Именно этой дорогой ходят торговцы, но только не Дароз. Он не желал тратить времени на огибание морока, да и другая опасность могла поджидать возле руин - воины Тенера. Слишком явной казалась Дарозу дорога через сгоревший город, а значит необходимо было следовать иному пути…
        Воины Тенера, мчавшиеся на своих конях, сожгли немало деревень на своём пути. Их свирепость не знала границ, оставляя за собой лишь горы трупов крестьян. Отряд преследовал обоз, перевозивший кристаллы, украденные у их Господина. Они гнались по следам Дароза, но вот пред ними встал выбор: идти вдоль Древнего Пепелища, или через Поляну Страха. Воины встали, оценивая ситуацию. Один из них вышел вперёд на своём питомце - огромной змее. Она, немного замешкавшись, всё же взяла след каравана. Теперь было ясно однозначно - торговец выбрал Поляну Страха. Воины немедленно кинулись в погоню, надеясь настигнуть обоз раньше, чем он войдёт в это гиблое место…
        - Касот, как думаешь, у нас есть возможность настигнуть этих магов до Гафера?  - спросил Диорг, попивая вино из погреба одного трактирщика, после смерти которого Корпус Ночи нашёл дневное укрытие в его таверне.
        - Как гласит Великое Учение Госпожи, вероятность есть всегда. Она может быть ничтожно мала, но всё же есть. И только в руках разумных события могут менять свою вероятность. У кого разумения больше, тот и сильнее. Тонкий просчёт.  - ответил Маг Теней.
        - Учение я знаю. Меня волнует твоё мнение.
        - Честно, не знаю. Очень надеюсь на это, но не особо верю в успех. Эй, Ночные Охотники!  - окрикнул их Касот.  - Каков ваш прогноз?
        - Они… близко… Но впереди всё размыто, словно в тумане…  - отвечали они наперебой, будучи в некой медитации.  - И гнев там и злость… Большая жатва будет у Смерти…
        - Чтоб вас…!  - выругался Касот.
        За окном начало смеркаться. Отряд Корпуса Ночи, сев на своих гхоров, мчались, что было сил. Ночные Охотники указывали путь, ведущий к Поляне Страха, но никто из этого отряда не знал о таившейся опасности этих мест…
        Ночное небо было необычайно тёмное из-за туч, закрывших весь небосвод. Вокруг царила темнота, мрачная, жуткая, наводящая необъяснимый страх перед воинами, сопровождавшими обоз. Большинство из них были простыми вояками или бывшими крестьянами, поэтому и не догадывались, что уже ступили во владения иллюзий. Дароз решился на отчаянный шаг - идти в этом проклятом месте ночью. Он решил, что нельзя медлить, а это место, по его мнению, одинаково опасно как днём, так и ночью. Освещая путь факелами, воины не перестали бояться. Наоборот, их страх усилился. Мерцание огня порождало пляску теней, будоражущих сознание. А быть может, это уже был морок… Никто не мог ответить. Даже Махиора как-то сжалась, будто пытаясь укрыться от чего-то страшного.
        Позади послышался быстрый топот копыт, неожиданно умолкший. Но спустя некоторое время справа было слышно ржание лошадей. "Должно быть, иллюзии"  - думал каждый, кто знал о природе этого места. Небо озарилось красным цветом, будто налившись кровью. Дождь, начавшийся совершенно неожиданно, имел трупный запах. У многих воинов началась паника. Они плакали, словно дети, не желая идти дальше. Некоторые из них уже убежали в неизведанном направлении, исчезнув в нескольких метрах от каравана. Махиора была необычайно бледной. Её ноги подкашивались от слабости. Фарка и Лусар лежали без сознания в одной из телег. Из всех воинов остался лишь десяток, возглавляемый Дарозом, уже пожалевшем о своём решении ступить в эту местность.
        Позади появились воины, облачённые в тяжёлые доспехи. Все они, за исключением одного, были на конях. Лишь он был верхом на огромной змее. "Должно быть морок"  - подумал Константин. Справа же появились всадники в чёрных мантиях. Их кони истекали слюной из пастей, полных острых зубов. "Ну и жуть"  - пронеслось в голове Дароза, думавшего, что это некая иллюзия.
        "Вот они, воры!"  - выкрикнул один из всадников Тенера, оголяя клинок. Они рванули в атаку, издавая крики и рычания.
        "Никого не убивать. Лишь оглушить и найти среди них магов"  - сухо сказал Диорг.
        Дароз никак не реагировал на двигающиеся на обоз отряды, считая их иллюзиями. Лишь после смерти нескольких воинов и разрушенной телеги, он понял, что это явь! Но было слишком поздно. Он и Константин пытались отбиться, но магия как-то странно вела себя, словно не желая действовать. С этой же проблемой столкнулись и нападавшие.
        Что-то заурчало в стороне. Некое бульканье и рычание исходили оттуда. Длинные щупальца начали хватать всех без разбора, унося в неизвестность. "Это наш шанс!"  - выкрикнул Константин, после спросив у Дароза, в какой из телег кристаллы. Они перекинули Лусара и Фарку в эту телегу. Оставив ещё живых воинов, сражающихся с напавшими противниками, он велел Дарозу вести лошадей, а сам Константин отбивался слабыми заклятиями, которые узнал в дороге от Махиоры. Сама же бывшая Богиня была холодна, как лёд, находясь в некоем оцепенении.
        Неизвестно сколько времени телега мчалась вперёд, не различая дороги. Но лишь по утру они остановились, решившись оглянуться назад. К их счастью, погони не было. "Должно быть, это Нечто убило их всех."  - сказал Константин. Дароз лишь молча сидел, вытирая дрожащими руками выступавшие слёзы…

        Глава 15: "Кровавое золото"

        - Дароз, мы живы…  - устало сказал Константин, тыжело выдохнув.
        - Цена… Какой ценой всё оплатил я?  - с надрывистым голосом ответил мужчина, смотря вперёд совершенно не моргая.
        - Но всё же оно того стоило, не так ли?
        - Не знаю, маг, не знаю…
        Дальше они ехали сохраняя молчание. Каждый был погружён в свои гнетущие мысли. Константин осматривал лежавших без сознания. Никакие заклинания не помогли привести их в чувство. Их кожа была холодной и столь бледной, что виднелись паутинистые сплетения вен. "Возможно я смогу исцелить их, когда у меня востановятся силы"  - прошептал Константин, смотря на свои дрожащие от усталости руки.
        По лицу Дароза стекали крупные капли слёз. Он сожалел о смерти каждого умершего в этом путешествии. "Сколько погибло в таверне… Сколько сгинуло сейчас… Какова цена этих кристаллов и золота, обещанного за них? Стоило ли оно того? И какую цену ещё придётся заплатить? Выживут ли мои дети?"  - задавал он сам себе вопросы, не зная ответа на них. В его голове до сих пор звучали крики и мольбы о помощи, издаваемые не только его воинами. Навсегда врезалась в память ужасающая картина, застывшая перед глазами, когда некое существо хватало своими чёрными щупальцами всех подряд, без разбору, поглощая их ещё живыми. Этот хруст костей и жадное голодное чавканье, полное голода и наслаждения то ли трапезой, то ли чужими страданиями. И этот рык, эхом разносящийся по округе. Страх и горечь поселились в сердце мужчины, словно холодная колкая льдина застыв в груди. Казалось, будто что-то сломалось внутри, превратившись в большой ком, застывший в горле, и его никак не проглотить. Пережив столь многое за свои года, повидав зверства магов, побывав в рабстве, Дароз считал, что его ничто не сможет сломить. Но увы, он
переоценил свои силы. "Моя самонадеянность погубила многих, не потерять бы самое ценное…"  - прошептал он, оглянувшись назад.
        Уже высоко на небе светило солнце. Птицы кружили вокруг, весело щебеча. Вдалеке виднелись небольшие деревушки, расположенные неподалёку от Гафера.
        - Сколько ещё нам ехать?  - спросил Константин.
        - Максимум день. Надеюсь до ночи избавиться от этого проклятого груза. Что с остальными?
        - Ничего. Абсолютно. Я бессилен перед этой магией. В городе есть целители?
        - В Гафере есть всё, кроме законов. Это вольный город воров, бандитов, контрабандистов. Большая неприступная крепость, против которой не решается выступить ни один из Демонов. И да, там есть маги всех мастей.
        - Как и обманщиков.
        - Именно. Фарка говорила, что ты направляешься либо в Шаараг, либо в Леор. Быть может там помогут?
        - В Леоре есть тот, кого хотелось бы назвать другом. Надеюсь, у него хватит сил и знаний.
        - Сначала избавимся от камней. Слишком велик риск быть с ними. Зря я вообще предпринял идею помочь мятежникам.
        - Кому?  - удивился Константин.
        - Не все желают служить Демонам. Это Срединные земли, не подчинённые ни одному из них. Именно здесь, в одном из графств, зародилось повстанческое движение. Они желают свергнуть Демонов. Уже не мало воинов и магов примкнуло к ним.
        - Грядёт война?
        - Не думаю, хотя они на это надеятся. Их сил не хватит против Демонов и их слуг. Я считаю, что через лет двадцать эти земли станут частью империй. Хотя, я не пророк.
        - Надеюсь, я успею вернуться домой…  - тихо прошептал Константин.
        - Фарка рассказала, что ты не из нашего мира. Избранный, так тебя назвала эта Богиня? Слышал я про её культ от старика одного, когда рабом был. Каэрда её звали ещё. А легенду про Избранного подслушал в таверне одной. Якобы Боги сотворили его. Совершен во всём. Давняя легенда, никто в неё уже и не верит, наверное. Так кто же ты?
        - Простой парень, случайно оказавшийся в этом мире.  - решил рассказать большую часть правды Константин.  - Оказался в Проклятом лесу. Там и познакомился с Махиорой. Потом нашёл вас. А дальше вы знаете. Магии нигде не обучался вообще. Всё получается само.
        - Хм, похож по описанию на Избранного ты немного, не спорю. Так вот почему ты много не знал об этих землях. Теперь я всё понял. Странные дела происходят последние годы. Пещера, в которой мы побывали. Её раньше не было ведь. Лишь лет десять назад я слышал истории о караванах, исчезавших в тех местах. Но все думали, что это проклятие леса. Корпус Ночи оказывается ещё жив и держит власть. Ещё я слышал, что на севере небо горит постоянно, и драконов там видели. А их истребили уже несколько веков назад вроде бы! В одном трактире слышал, что горы огонь испускают, что в камень превращается. Неужто это кара нам всем за деяния предков наших?
        - Не знаю.  - просто ответил Константин, не желая объяснять, как он думал, природу вулканов и северного сияния.  - Всё быть может. В моём мире вообще нет магии.
        - Как? Без магии жизни не будет! Это каждый адепт подтвердит!
        - Значит знаний нет. Утеряны может.
        - Не каждому оно, знание это, даровано быть может. Тайны эти хранить надо, дабы беды не было. А когда каждый знает это и использует, то горе всем. Посмотри вокруг. Взгляни на наш мир. Видишь, к чему привела вседозволенность магии?
        - Не буду спорить. Я лишь хочу вернуться домой.
        - Фарка сказала, что ты в земли Мактара пойти решил потом. Ничего не скажу про них. Не потому, что желания нет, а потому, что никто не знает о тех землях. А кто знает, тот молчит. И всегда молчать будет. Одно лишь известно - врата там есть некие. По легенде, много таких было. Ныне одни остались. Потому и нет слухов более. Всех свидетелей убивают.  - нервно оглядываясь по сторонам, говорил Дароз.
        - Надеюсь, найду способ.
        Они проезжали мимо одной из деревень. По её улицам ходили люди. Самые обычные, разве что немного грязные, по меркам Константина, хотя он был намного грязнее их самих.

        - В этой деревне раньше жил отличный кузнец.  - с горечью говорил Дароз.  - Говорили, что он умел заговаривать оружие. Именно из-за этих слухов его и убили маги. После этого деревня начала увядать, медленно вымирая. Однажды все эти земли станут безлюдной пустошью, как и многие другие.
        - Тогда, быть может, надо начать борьбу?
        - Ты не видел могущество магов. Боюсь предоставить истинную силу Демонов. Пока что-то удерживает их мощь, не позволяя обрушить всю свою силу на нас, простых смертных. Но сколько это продлится?
        - Давайте ускоримся. Нужно быстрее достичь города. Потом доберёмся до Леора, а там, быть может, нам помогут.  - прервал разговор Константин, изрядно уставший от этой болтовни…
        Гафер - негласная столица преступного мира. Каждый вор или бандит, контрабандист или заговорщик, рано или поздно побывает в этом городе. Никаких ярко выраженных законов или власти, всё продаётся, важна лишь цена. Да, здесь есть некая власть, представленная наиболее влиятельными кланами и группировками, но даже они порой бездействуют, не находя собственной выгоды в тех или иных деяниях.
        Всегда людные улицы, полные шума и гомона. Здесь, помимо беззакония, царит и зловоние. Никто не утруждает себя нормами морали или санитарии, испражняясь где только вздумается. Помои льются прямо из окон, и лишь некоторые из жителей удосуживаются выкрикнуть перед выбросом собственного дерьма из окна. То и дело на улице лежит чей-нибудь труп. Порой тела, очищенные от всего ценного мародёрами, лежат днями, неделями, вздуваясь, разнося вонь по округе. Целые тучи мух кружат по всем улицам, а на крышах восседают птицы-падальщики.
        Жизнь, она может оборваться в любой миг. Но нигде этого не понять так сильно, кроме как на войне. Разве что в Гафере, не воевавшем уже несколько веков, но пропитанный зловонием смерти. Здесь могут убить за кусок хлеба. Даже маленький ребёнок, просящий еды, может вонзить нож прямиком в шею и забрать всё ценное, что у тебя имеется.
        Посередине этого города стоит несколько крупных особняков. Они принадлежат самым влиятельным кланам. Каруги, один из них, по легенде считается основателем Гафера. Именно Гафер Каруги, вор и разбойник, создал небольшой лагерь в этих краях, позже ставший одной из самых неприступных крепостей. Именно так гласит легенда.
        По пустому коридору шёл высокий статный мужчина. На его поясе висел небольшой меч, сверкая на солнечных лучах. Ему нравилось бродить по особняку в полном одиночестве, слыша эхо своих шагов. Гарок Каруги, самый старший в своём клане. Именно к нему идут за советом и покровительством торговцы всех мастей, и только он решает, кому здесь можно торговать.
        Но особняк не был пуст. На чердаке, среди покрытой пылью мебели, сидел молодой юноша, укрывшись капюшоном. Он тихо насвистывал простенькую мелодию. В его руке был изогнутый нож, которым он выковыривал грязь из под своих ногтей, пока выжидал удачного момента. Пробраться в особняк было не просто, но гораздо сложнее завершить начатое. Воровство и наёмные убийства неплохую прибыль приносят, но лишь осторожные выживают в этом деле.

        Шум города потихоньку угасал. На улице становилось меньше народу. Небо озарялось багровым закатом. Но Гафер никогда не умолкал, даже ночью. Многие сделки совершались именно под покровом темноты, дабы избежать излишних свидетелей.
        Особняк снова ожил. В главном зале сидело более двух десятков человек, бурно обсуждая дела города и свои личные планы.
        - Семья, минуточку внимания!  - заговорил Гарок.  - У меня важное обсуждение.
        Гомон вмиг умолк. Воцарилась тишина, режущая слух. Все сидевшие за столом уставили свои взоры на главу семейства.
        - Все мы знаем, что грядут войны. Не сегодня и не завтра начнутся они, но, я думаю, в ближайшие десять лет эти земли станут владениями одного или нескольких Демонов. Вполне благоразумно присоединиться к одному из них заранее, избежав безрассудной войны.
        - Это бред! Ты явно выжил из ума!  - встав из-за стола, выкрикнул молодой юноша.  - Город неприступен!
        - Для воинов, но не для магов. То, что они не напали ранее - большая удача. Но несколько десятков магов смогут прорвать оборону.
        - У нас нет армии. Лишь ополчение из всевозможных разбойников, и то, не все из них встанут на защиту, предпочтя скрыться.  - растягивая слова, говорила пожилая женщина.  - Я давно предлагаю создать армию, созывая в неё и магов.
        - Благоразумнее избежать войны, примкнув к Демонам. Да и о какой армии может идти речь, если наши ворота открыты даже ночью? Под видом каравана пройти не сложно, а дальше начать полноценную военную кампанию.
        - Ну и к кому же ты предлагаешь присоединиться?  - спросила та женщина.  - К Тенеру?
        - Возможно. Но гораздо лучше к Маркату. До меня дошла информация, что недалеко от его вдадений найден золотой рудник. Да и его земли гораздо больше прочих. Так же можно к Арабору. Его воины невероятно сильные, а большое количество рубинов обеспечит наше процветание.
        - Лучше ждать. Ещё не время для войны, все это понимают. Она будет, но не скоро. К тому времени многое может измениться.  - сухо прохрипел старик, сидевший до этого молча.  - Я слышал о сопротивлении. Некий мятеж начинается. Не верю в их успех я, но могут изменить они многое. И тот, кто силён был, станет слабым. Ещё говорят, Корпус Ночи снова действовать начал. Если слухи правдивы, то грядут серьёзные перемены. Над Проклятым лесом свет видели странный. Что означает это - я не знаю, но лучше выждать момент.
        - Старик, ты слишком много веришь слухам. За столько времени никто не сверг Демонов, и уже никогда не свергнет.
        - Знаю. Я и не говорю о свержении. Но перемены грядут, это не оспоримо. Драконов видели на севере. И огонь из земли в камень превращается. Вспомни легенды! Что в них написано?  - не унимался старик.
        - Когда драконы вновь вернутся из глубин земли, и она огнём дышать начнёт, что в камень превратится, тогда в Эохат вернутся эльфы, мир снова возродится. Боги новые придут, новый день начав, все тогда покой найдут у Творца в ногах. Я знаю эту легенду. Но это же всего лишь сказка для детей.  - сказал Гарок.
        - Легенда древняя, провидцем написанная. Именно наш предок украл её из древней академии. Так что отрицать её полностью - глупо. Но и не стоит верить абсолютно. Мой совет прост. Надо ждать.
        - Пусть будет так. Мы ещё вернёмся к разговору.  - вставая из-за стола, говорил Гарок.  - Я вынужден удалиться. Приятного вечера, семья.
        Он быстро шёл по коридору, громко ругаясь. Даже несмотря на своё главенство в семье, передающееся по прямой кровной линии, он не может перечить большинству. Зайдя в свою комнату, он зажёг камин. В окне сияли луны, пробиваясь лучами в помещение. Языки пламени танцевали, отражаясь в глазах Гарока. Вокруг была тишина, нарушаемая лишь сухим потрескиванием поленьев. Мужчина погружался в сон. Сказывалось вино, выпитое за ужином. "Слишком быстро меня в сон клонит"  - только успел подумать он, упав на каменный пол.
        За его спиной раздались лёгкие, словно кошачьи, шаги. Юноша, днём сидевший на чердаке, стоял над спящим Гароком. В его руке сверкал нож. Присев над своей будущей жертвой, он заговорил тихим шёпотом, склонившись к уху: "Пробраться в особняк не составило труда, но подмешать снотворное в вино сложнее. Именно твоя страсть к винам погубила тебя, ведь, никто более и не пил его. Я знаю, ты меня слышишь. Хочешь узнать кто я? Наёмник, не более. Ты желаешь присоединиться к Демонам, не так ли? Но не все разделяют твои взгляды. Именно поэтому ты и должен умереть. Для чего я рассказываю тебе это, вместо того, чтобы просто убить? Надеюсь, ты раскаялся в своих делах. А если нет, то это твои проблемы. Шанс был предоставлен. Прощай!"  - с этими словами он ударил со всего размаху ножом прямиком в горло. Снова и снова. Кровавые брызги летели в разные стороны. Гарок лишь слабо хрипел, но не долго.
        "Это может быть весьма ценным"  - сказал убийца, снимая кольцо с жертвы. Неожиданно дверь в комнату открылась. Несколько человек, стоявших на пороге, были словно в ступоре от увиденного. Этого мгновенного замешательства хватило наёмнику, чтобы выпрыгнуть в окно в надежде не разбиться. Уже во время падения он услышал крики и вопли, а следом тяжёлый бег. К счастью, под окнами была небольшая тряпичная палатка, смягчившая приземление. Из особняка выбегали вооружённые воины. Личная стража клана Каруги. "Будь всё проклято!"  - выругался наёмник в мыслях, стремглав побежав прочь…
        Дароз и Константин въезжали в Гафер уже чуть после заката. Небо ещё имело багряный оттенок, но и звёзды начали сиять на небосводе. Телега размеренно ехала по каменной кладке, тихо постукивая колёсами. Константин зажимал свой нос от отвращения. Ужасная вонь висела в воздухе, словно невидимый туман. Полчища мух летали повсюду, а по земле ползали черви. То и дело виднелись помойные кучи, а возле них лежали люди. Пьяные или мёртвые Константин не знал, но всё же отворачивал свой взгляд от них. В его горле застыл комок, тошнота и рвотные позывы не заставили себя долго ждать. "Впервые рад, что давно не ел. Иначе всё это уже было бы на дороге"  - думал юноша.
        - Ещё немного. За поворотом небольшой дом, именно там отдадим товар.  - обернувшись назад, говорил Дароз.
        - Поторопись. Мне уже плохо от этого города.
        - Хех, неженка!
        Константин не желал продолжать разговор дальше. Он готов был выплеснуть всё содержимое своего желудка, будь то просто вода или желудочный сок. К его немалому счастью, точка сделки была действительно недалеко.
        Подьехав к дому, Дароз легонечко постучался в дверь, отстучав некий условный ритм. В жилище послышалось ворчание. Дверь открыла некая женщина с аккуратно собранными в пучок волосами. Оглядевшись по сторонам, она лишь кивнула Дарозу. Из дома вышло трое крупных мужчин, молча подошедших к телеге сзади. Дароз лично вручил им несколько небольших обёрнутых в ткань ящиков. Женщина ненадолго зашла в дом, чуть позже выйдя с внушительным на вид мешком звенящих монет.
        Константин стоял в стороне, отчаянно пытаясь побороть тошноту и рвотные позывы. Дароз о чём-то говорил с женщиной, постоянно оглядываясь по сторонам. В городе слышались крики и тяжёлый металлический грохот брони. Где-то в центре была погоня…
        "Эти вояки меня не оставят в покое!"  - думал наёмник, петляя средь улиц. То и дело в него летели стрелы, одна из которых едва не попала ему в голову. На одной из улиц он увидел телегу с лежащими в ней двумя девушками и одним юношей. Рядом стоял ещё один парень, согнувшийся и держащийся за живот. Неподалёку мужчина и женщина о чём-то разговаривали. "Возможно укроюсь у них"  - пронеслось в его голове. Он незаметно запрыгнул в телегу, засев в дальний её угол. Воины, преследовавшие его, были ещё слишком далеко. Им пришлось огибать несколько заборов, через которые он перепрыгнул.
        Дверь в дом закрылась. Телега начала разворачиваться, направляясь к городским воротам. "Благодарю тебя, Араф, Бог воров и убийц за твоё покровительство."  - тихо прошептал наёмник, сидя в телеге.
        - Ну, маг, теперь едем в Леор.  - сказал тяжёлым грубым голосом мужчина.
        "Маг? Из огня да в полымя!"  - испуганно прошептал убийца: "Ну зато мне с ними по пути, а там либо уйду незаметно, либо убью их".

        Глава 16: "Чистые?"

        Телега покинула Гафер под покровом темноты. Дорога до гор Леор была накатанной, а разбойники на ней никогда не орудовали. Именно по этому пути следовали караваны до Гафера, обеспечивая город процветанием. Потому и все кланы запретили грабить торговцев и простых людей на этом и других подобных маршрутах. Поэтому ночью здесь безопасно, а отсутствие контрабандных камней дарило ощущение безопасности.
        - Дароз, сколько ехать до Леора?  - спросил Константин.
        - К утру приедем. Даже раньше. Как там остальные?
        - Живы. Я наложил заклятие специальное. Если кто-то будет умирать - я узнаю. Да и если лучше им станет, тоже буду знать.
        - А ты хитёр. Знаешь, чем Леор примечателен? В нём было множество монастырей. До сих пор там находят вещи отшельников, магов и жрецов. Очень дорого такие вещи стоят, если знать, кому продать. Лусар предлагал тебе заговаривать оружие?
        - Да, но я пока не знаю, как это делать, да и не до этого сейчас.
        - Я понимаю, просто это невероятно прибыльное дело. Оружие я найду, ты заговариваешь, сбыт у меня есть. Заживём, как короли!
        - Я не хочу жить здесь. Мне вернуться надо. На родину.
        - Да, я понимаю. Какой бы не была прекрасной жизнь в чужих краях, но в своих родных она лучше. Ты спать хочешь?
        - Не слишком сильно.
        - Тогда побудь рядом со мной. И мне не так страшно и от зверья всякого отбиться легче. Как относишься к Фарке?
        - Извините, но никак. Да, она красивая девушка, но не более. Не забывайте, что я не местный. Соответственно и не рассматриваю никаких вариантов длительных взаимоотношений.
        - Эх ничего себе, ты говоришь! Прям вылитый советник какого-нибудь графа! Не сочти за наглость, но я вижу, что не равнодушен ты к ней. Как и она к тебе. Только слепой этого не увидит. Знаешь, не позволил бы я дочери своей в мага влюбиться. Хоть и не испытываю ненависти к вам, но всё же… Но ты не такой как все. Если надумаешь остаться здесь, решишь в жёны её взять, то я не против. Достойный муж ты будешь.
        - Благодарю конечно, за доверие и честь, но я вынужден отказаться.
        - Не спеши с выводами. Как Леор покинем, скажешь слово своё последнее. А до того, думай. Ведь не известно, достигнешь ли ты земель Марката. Да и думаешь, тебя подпустят к Вратам? Если они есть там и это не вымысел. Лучше остаться здесь и начать новую жизнь. Жена уже есть, богатства, хоть и не большие, имеются. Постепенно и ещё нарастим золота. Подумай просто, не спеши с выводами. Я ведь тоже никогда не думал, что торговцем стану. Всегда презирал их. Воином стать мечтал. Но попал в рабство. Ранен сильно был. Хоть и владею мечом, а в воины уже не берут, стар и болен я. Вот от голода и стал торговцем, едва сводя концы с концами по началу. Вот оно как всё измениться может. И кто бы мог подумать, что с радостью сам предложу магу взять мою дочь в жёны!
        - Знаешь, возможно ты и прав. У себя я простой человек, как и все. Тут я маг. Стоит ли возвращаться? Вроде и нет. Но у меня там родители, брат… Посмотрим, что в Леоре скажут. Есть ли у меня шанс вернуться или нет…
        Они ещё долго разговаривали обо всём. Каждый вспоминал свою жизнь, счастливые и не очень моменты, поясняя друг другу то, что не понятно. Так, за разговорами, они приблизились к горам, озаряемыми восходящим солнцем…
        Эхом разносился в горах топот копыт. Скрип телеги протяжным стоном отражался от скал и высоких тёмных деревьев. В вышине беспрерывно шумел ветер, завывая, словно раненный зверь.
        - И куда дальше?  - спросил Дароз.
        - Не знаю. Акаар сказал, что сам найдёт меня.
        - Странно. Найти здесь кого-то… В эти горы входят юнцы, а покидают их уже старики. Блуждать можно вечно, если сбиться с тропы.
        - А что за этими горами?
        - Земля мёртвых. А дальше владения Марката.
        - Далеко до Врат?
        - Не знаю. До границы недели две наверное ехать, если через мёртвую землю. Хотя, может и меньше или больше. Не знаю. Через неё никто не ходит. Отголосок древних войн там, словно эхо донёсшееся до нас. Умертвия бродят. Те, кто уже мертвы, но вновь стоят. Даже маги там не живые есть. Но границы свои не покидают они, потому и не страшатся люди их. Да и горы умертвия вряд ли пройдут. И именно они, нежить эта, удерживают Марката от нападения. В обход дорога есть до его владений, но это неделю верхом.
        - Неужели никто через мёртвую землю не ходит? Даже не пытался?
        - Слышал я, что караван один направился туда, дорогу сократить хотели они. Больше никто их не видел. Лет шесть уже прошло с тех пор.
        - Тогда откуда слухи, что там нежить? Значит кто-то возвращался.
        - Легенды, давние и мрачные. Лично я не был там, да и не горю желанием…
        "Араф, даруй мне силу в руках и ясность в глазах, пусть не дрогнет рука"  - коротко шёпотом помолился наёмник, бесшумно сидевший до этого в телеге, слушая разговоры. Он начал тихо пробираться к выходу из транспорта, намереваясь по возможности уйти не замеченным, избежав лишних смертей. "Убийство - дело чести, угодно Арафу, но не каждое"  - написано в Священном писании его последователей: "Тот, кто помог тебе осознано или нет, достоен жизни, если не угрожает тебе или Арафу". Именно этими строками руководствовался наёмник, предпочтя остаться незамеченным. Неожиданно телега остановилась.
        - Константин, думаю нам надо отдохнуть. Заодно осмотрим остальных.
        - Да, возможно.
        Вдоль телеги шли мужчина и юноша. Наёмник сидел внутри возле входа, сжав свой окровавленный нож в правой руке. Едва ткань, закрывавшая телегу, поднялась, он выпрыгнул, широко размахнув рукой в сторону. По лицу мужчины стекала кровь. От рта до уха был большой глубокий порез, отсёкший мочку. Кувырком приземлившись, наёмник быстро развернулся, ожидая атаки. Лишь убедившись в неожиданности своего манёвра и обескураженности противников, он решил скрыться в лесу.
        В тени деревьев послышался рык. Нечто большое, ломая ветви, неспешно выходило к остановившейся телеге. На этом огромном звере, отдалённо похожем на волка, сидел никто иной, как Акаар.
        - Здравствуй, Избранный. Говорил же я, что найду тебя в горах этих.  - сказал он с улыбкой на лице, позже добавив, взглянув на наёмника, упавшего на землю от неожиданного появления Акаара.  - И ты здесь? Надеюсь, всё прошло удачно?
        - Вы знакомы?  - спросил Константин, держа в руке меч, готовясь сразиться с незванным гостем.
        - Он наёмник, выполнивший работу. Не так ли?
        - Да, Гарок мёртв. Ваши опасения подтвердились. И да, я жду оплаты.
        Акаар достал из-за пазухи увесистый мешок, бросив его наёмнику.
        - Тут больше назначенного. Считай это моей доброй волей. А теперь покинь это место, слуга Арафа.
        Дароз стоял переполненный эмоциями. Боль, удивление, страх и возмущение одолевали его. Он впервые видел вервольфа вживую, тем более прирученного к верховой езде на нём. И возмущение тем, что напавший на него наёмник останется не наказанным.
        - Акаар, нам нужна помощь.  - начал говорить Константин.
        - Знаю я про Поляну Страха. Даже я избегаю её, а вы пошли в неё. Зато избавились от преследования. Оставьте телегу здесь, она вам более не нужна.
        - Но лошади стоят…  - начал было Дароз.
        - Дороже дочери и сына?  - быстро ответил Акаар, легко и небрежно махнув рукой, словно отгоняя надоедливую муху. Из леса вышли несколько вервольфов.
        - Грузите остальных и садитесь сами. Держитесь крепко, но не выдёргивайте им шерсть, они этого не любят. Дорогу знают, прибегут быстро.
        Константин, уже привыкший к этому миру и не удивляющийся ничему, просто начал выполнять сказанное главой Ордена Чистых. Дароз же едва смог преодолеть свой страх, подойдя к одному из этих зверей. В его глазах читался ужас.
        - Не бойся, я уже видел таких в Проклятом лесу. Сумел успокоить вожака даже. А эти уже спокойные, дренированные.  - говорил Константин.
        - Эти отличаются от тех, что ты видел. Вервольфы, они же волкодлаки, весьма различны от места обитания. Те, что у меня, более спокойным нравом отличаются и устойчивы к холоду. А звери Проклятого леса сильнее, но контролировать их гораздо сложнее, если это вообще возможно. Даже среди кровопийц отличия есть. Низшие из них водятся в лесу том, возле которого Махиору нашли мы. А есть и порождения Тиамари, они же Корпус Ночи. И те и другие пьют кровь у жертв, но отличаются во всём. Но об этом расскажу позже. Сейчас надо спасти ваших отравленных.
        - Отравленных?  - выкрикнул Дароз.
        - Магией. Та тварь, что в Поляне Страха обитает… Она очень древняя. Старше некоторых Богов.  - с этими словами Акаар хлопнул по шее своего вервольфа, резко прыгнувшего в сторону гор. Остальные, дождавшись, когда их "оседлают", последовали за ним.
        Вервольфы с воем и рычанием перепрыгивали с дерева на дерево, местами пробираясь по каменистым скалам. Константину казалось, что эти большие, на первый взгляд не слишком умные существа, разговаривают между собой, координируя свои действия. Птицы и звери с громкими криками убегали прочь с дороги вервольфов. Даже крупное животное, напомнившее Константину медведя, с громким криком убежало в сторону, укрывшись за грядой крупных камней.
        Они мчались мимо каких-то больших и не очень храмов, кажущимися пустыми, не обитаемыми. Но то и дело где-то в их глубинах что-то издавало чудовищный рык, от которого у вервольфов вставала шерсть дыбом. Что-то обитало в недрах пустых храмов, и это нечто было ужасно. Но вервольфы поднимались всё выше и выше, то взбираясь по заснеженным склонам, то резко спускаясь с них, будто чувствуя некую опасность.
        В одной из скал была едва заметная пещера. Именно туда и запрыгнули волкодлаки, устало дыша. Вокруг царила темнота. Казалось, будто она живая, липкая, склизкая. Дароз с вопросом уставился на Константина, пока ещё мог видеть. Но юный маг лишь едва заметно кивнул головой. "Кивнул? Или мне показалось?"  - спросил сам себя Дароз, вмиг погрузившись в эту живую темноту. Не известно, сколько они шли так, не видя ничего. Константин пытался запомнить количество поворотов, отсчитывать время или слушать дыхание, чтобы были хоть какие-то ориентиры. Но повороты менялись один за другим слишком часто, отчего он постоянно сбивался со счёта, отсчёт времени не помог, а дыхание он не слышал даже своё. Казалось, будто эта темнота поглотила весь свет и даже звук, а быть может и время. Константин не мог сказать наверняка, сколько они шли внутри пещеры. Минуту? Час? А может день? Казалось, будто всё в мире исчезло, растворившись в этой темноте.
        Перед глазами всплывали образы и воспоминания. Вот он идёт в первый класс… Мгновение спустя он видит свою первую драку… Вечера у костра с гитарой… Первая любовь… Университет… И паутина. Большая кроваво-красная паутина, мерцающая перед глазами.
        - Ещё немного.  - сказал Акаар, но Константин так и не смог понять откуда был звук.
        Вервольфы, сохраняя молчание между собой, вышли на некую площадь. Здесь темнота была слабее, робкие лучи света пробивались сквозь щели в камнях, разрывая материю тьмы. Дароз, покрытый холодным липким потом, уставился большими от страха глазами на Константина и Акаара. В его взгляде читался немой вопрос: "За что?".
        - В этой темноте каждый видит свои воспоминания, мечты, страхи, боль.  - просто пояснил Акаар.  - То, что видел он - его груз, с которым он идёт всю свою жизнь. А смерть многих в его караване - дополнительная ноша. Это будет преследовать его всю оставшуюся жизнь, но здесь, в Пещере Душ, ничто не останется утаённым. Всё обрушится на человека, и миг будет тянуться вечность, а вечность промчится за миг.
        - Я уже понял. Нечто подобное возле Проклятого леса видел в пещере.  - ответил Константин.
        - Да, я слышал о той пещере. Там обитает что-то, если легендам верить. И хранит оружие легендарное. Ладно, продолжим путь.  - с этими словами он снова хлопнул вервольфа по шее, умчавшись в плотную темноту. Остальные последовали за ним. Перед глазами Константина вновь всплывали воспоминания, сопровождаемые кровавой паутиной.
        Неизвестно сколько продолжался их путь во тьме, но он оборвался крайне резко. Яркий свет, появившийся словно из неоткуда, резко ударил по глазам. От неожиданности и боли Константин закричал, грязно и грубо выругавшись матом. "Как грязный пьяный пират!"  - сделал замечание Акаар.
        Перед ними был большой храм с высокими столбами, украшенными витиеватой резьбой. Длинные вьющиеся ветви растений свисали сверху, напоминая Константину виноград. К ним навстречу вышло несколько седовласых мужчин, одетых в грязно-серые балахоны.
        - Подготовьте целительную комнату.  - сухо сказал Акаар.  - Тварь Ужаса отравила их своей сутью. Надеюсь, ещё не слишком поздно. И да, среди них бывшая Богиня, учтите это.
        Мужчины, ничего не говоря, лишь склонили головы. Тихой бесшумной походкой они быстро удалились прочь. Акаар спрыгнул со своего вервольфа, Константин и Дароз последовали его примеру, правда с гораздо меньшей грациозностью.
        - Ты нанял наёмника?  - спросил Константин.  - Кого он убил?
        - Гарока Каруги, главу одного из самых влиятельных кланов Гафера. Он давно был тайным слугой Марката и вёл политику присоединения города к его владениям. Я не мог этого допустить, ведь в противном случае, наше убежище было бы обнаружено, да и большая часть Срединных земель была бы захвачена.  - сухо отвечал Акаар.  - Идёт война. Тайная, бесшумная. Демоны предпочли подкупать правителей, переманивая их на свою сторону. Но рано или поздно начнётся другая война. И все, кто не согласились продаться, будут сражаться. Есть сопротивление, мятежники, но они слабы. Если объединить все графства, направить их военную мощь против Демонов, то, быть может, у нас появится шанс победить. Если ты действительно Избранный, конечно. В противном случае восстание обречено на неудачу.
        - Так вы уже ведёте войну?  - спросил Дароз.
        - Да. Именно я являюсь лидером мятежников. По воле Феерара, нашего бывшего лидера и создателя Ордена, мы стоим на страже чистой магии. Без Богов, Демонов и даже кристаллов, являющихся разумными.
        - Сколько лет вашему Ордену?  - спросил Константин.
        - Более трёх веков. Точнее сказать невозможно, ведь мы не раз распадались, будучи на грани исчезновения. Впервые идея чистоты магии появилась ещё до первого отречения, а это около тысячи лет назад, если верить летописям.
        Так, за разговорами, они пришли в большую комнату, в центре которой стоял большой каменный алтарь с выдолбленными на нём загадочными символами. Положив на него Фарку и Лусара, Акаар попросил закрыть дверь и зажечь свечи. В его руках висели, раскачиваясь, небольшие медальоны. Он что-то быстро шептал, закрыв глаза. Вокруг Акаара появилось золотистое свечение, стекающее от головы к рукам, медленно, словно мёд, тянущееся на лежащих без сознания брата и сестру. Это свечение оплетало их, словно в кокон, мягко и плавно растекаясь по алтарю. "Жизнь за жизнь, таков уговор, таков закон и воля Богов!"  - резко выкрикнул Акаар, ударив медальоны друг о друга. Они разбились, высвободив огромное количество золотистой энергии, впитавшейся в Фарку и Лусара. Они резко сели, придя в сознание, удивлённо осматривая помещение.
        - То существо питалось некромантами. Поэтому и яд его в умертвие превращает. И лишь заменив жизнь, можно избавиться от отравления.  - пояснял Акаар.  - В медальонах были заточенны души, принявших на себя то проклятие. Вечно блуждать они будут во тьме, не найдя покой нигде. Но как быть с Махиорой? Нужна равная замена.
        - А если использовать несколько медальонов таких?  - предложил Константин.
        - Она Богиня, хоть и лишённая сил, но суть свою истинную не утратила. Твой посох… В нём кто?
        - В смысле? Мне его Махиора подарила, сказав, что делал его Феерар.
        - В нём частица Хтора, одного из Богов, ныне мёртвого. Думаю, его будет вполне достаточно, чтобы исцелить её.
        С этими словами Акаар выхватил посох из рук Константина и вытащил из него камень. Ритуал повторялся снова. Тем временем Дароз со слезами на глазах обнимал своих детей, прося у них прощения за всё.
        Махиора очнулась до того, как кристалл был разрушен, резко схватив его обеими руками. В её глазах пылал синий огонь.
        - Где мы?  - спросила она.
        - В тайном убежище Ордена.  - ответил Акаар.  - В горах Леор.
        - Выведите меня отсюда. Я должна найти старую знакомую. Константин, ты останься здесь. Они могут многому научить тебя. Остальные, решайте сами.  - с этими словами она пошла на выход из этой комнаты.
        Как только Акаар и Махиора покинуди эту комнату, Дароз заговорил с тревогой в голосе.
        - Будучи рабом, я много чего узнал. Например то, что снять некромантию можно только ей же самой. И чтобы подавить волю зверя нужна тёмная магия. Я узнал рисунки на столбах. Такие же были у моего хозяина на теле. Они означают приверженность к Владыкам Боли - магической секте, обожествляющих боль. Самые тёмные и ужасные заклятия, пытки и убийства ради утоления жажды боли. Самоистязания.
        - Ты уверен?  - шёпотом спросил Лусар.
        - Эти знаки я никогда не забуду и не перепутаю. Именно на причинение душевной боли нацелена тьма пещеры. Нам срочно нужно покинуть это место. Один из прислужников, встреченных нами, я узнал его. Он служил моему владельцу. И именно он убил мать Фарки.
        - Знаешь, я верю тебе. Быстрее, хватаем Махиору и уходим. Надеюсь, мы сможем это сделать. Только зачем они поддерживают повстанцев?
        - Чтобы потом сдать бунтовщиков, пытать их и убивать. Создают мятеж, примкнувших убивают, заслуживая признание Демонов…
        Их разговор был прерван. В комнату вошёл один из прислужников Акаара. Его длинные седые волосы были ниже плеч, а правый глаз истекал кровью. На лице была безумная гримаса, отдалённо напоминавшая улыбку.
        - Пройдёмте к столу, дорогие гости. Время трапезы…

        Глава 17: "Откровения боли"

        Дароз резко ударил с разбега плечом вошедшего старца. Издав глухой стон, он едва не опал на пол, но всё же устоял, вытаскивая из-за пазухи небольшой изогнутый нож. Лусар быстро ударил его локтём в живот, после зажав его шею, в попытке задушить. Но старец зажал рёбра Лусара, выламывая их с тихим сухим хрустом. Юноша закричал, не в силах терпеть такую боль. Неожиданно старец рухнул на пол. Из его шеи фонтаном била кровь. Большой, словно ритуальный нож, с которого большими каплями стекала кровь, был в руке Фарки.
        - Что встали? Уходим, быстро!  - сказала девушка.
        Дароз схватил лежавшие на полке три ножа. Выбежав из комнаты, Константин искал взглядом Махиору и Акаара, но их нигде не было видно. За поясом висел Эхар, не подававший признаков опасности с того самого момента, как что-то произошло в Проклятом лесу. Посох же был совершенно бесполезен, как думал Константин, ведь камень был отделён от самого посоха. Но всё же он взял и их, в надежде на восстановление магического оружия.
        Они все вместе бежали к выходу, туда, где были высокие столбы, обвитые вьющимися растениями. Там, среди этих колонн стоял Акаар. На его лице была ухмылка.
        - Неужели вы думали, что так легко сможете убежать?
        - Кто ты? Кому служишь? И где Орден Чистых Магов?  - спрашивал Константин.
        - Мы служим одной лишь боли. Она наша госпожа и только ей мы посвящаем свои жизни, деяния и смерть. А Чистых магов более нет. Я был последним из них. Более пятидесяти лет назад Орден Боли напал на нашу обитель возле Кураза. Я принял боль, отдавшись ей полностью. Теперь мы базируемся здесь, в обители боли, в её храме.
        - Вы служите Демонам!  - выкрикнул Дароз, держа в руке один из ножей.
        - Нет, только боли. Демоны, Боги, они меняются, а боль вечна. Мы рождаемся с ней, живём и умираем в её объятиях. Даже Боги и Демоны испытывают боль. Я лично удерживаю Марката от нападения на эти земли, подняв ещё больше нежити в мёртвых землях. Именно я напал на след Корпуса Ночи, едва не убив их всех. Избранный, мы ждали тебя. Только ты принесёшь истинную агонию в этот мир, а после и в свой.
        - Прочь с дороги, безумец!  - выкрикнула Фарка, уставшая слушать его болтовню.
        - Пора вам вкусить боль, окунуться в её величие.  - сказал Акаар, взмахнув руками.
        Растения, оплетающие колоны, зашевелились, словно змеи. Их ветви-лианы молниеносно потянулись к узникам. Константин выкрикивал заклятия, приходящие ему на ум. Он вспомнил уроки Светорода, что магия должна идти из глубины души, подпитываемая эмоциями. Языки пламени и искры молний уничтожали всё новые и новые вьющиеся ветви. Акаар безмолвно делал пасы руками, призывая всё новые и новые лианы. Лусар, решивший отвлечь внимание Адепта Боли, метнул в него свой нож. Акаар с лёгкостью отклонил его жалкую атаку, но в тот же миг Константин обрушил чёрную молнию, сорвавшуюся с его рук. Акаар отлетел в сторону, сильно ударившись о каменную стену. Все змееподобные ветви безвольно повисли. Дароз, схватив Фарку и Лусара, бегом направился к выходу. Константин последовал за ними. Он понимал, что там их ожидает темнота, полная страхов и боли, но это был единственный известный им выход.
        Они бежали по длинному прямому, но невероятно тёмному коридору, плавно переходящему в пещеру. Его каменная кладка, покрытая узорами, обростала мхом болезненно жёлтого цвета. С потолка свисали каменные фигуры, похожие на людей и животных. Складывалось впечатление, будто все те, кто пытался пройти здесь, неведомой силой приросли к потолку, став его частью. Константин очень часто бросал огненные шары для освещения. Пусть они не давали много света, но это было единственным выходом, ведь он не знал заклинаний освещения. Да и были ли они? Возможно в книге и нашлось бы что-то, но не было времени на поиски. Они бежали, то и дело оглядываясь в сторону храма, ожидая преследования. Но никто не пошёл за ними следом, лишь некое эхо разносилось по пещере. "Вы уже полны боли и отчаяния! Все пути ведут к нам!"  - всё, что смог разобрать Константин.
        Вокруг была гнетущая темнота. Чёрная, словно материальная. Она смотрела на них, дышала, словно огромное, древнее существо со своим, чуждым людскому, разумом. Люди, бродившие в ней, были столь слабы и ничтожны, что она их практически не замечала. Лишь слабые всполохи магического пламени немного разрывали её плоть, срастающуюся в тот же миг. В их сердцах затаился страх. Слабый трепет. "Перед чем? Неужели я внушаю страх этим тварям?"  - шептало это нечто, обитавшее в пещере. Эта темнота не простое отсутствие света. Это древнее существо, ровесник Богов. "Когда-то и я боялся. Но это позади. Теперь я ничто, скрывающееся здесь, в нигде"  - закрадывалось в голову каждому идущему внутри пещеры: "Позвольте узнать вас, погрузиться в пучину вашего бытия". Лёгкий мороз пробежался по коже людей, волосы встали дыбом. Ощущалось некое присутствие в голове. Словно некий червь, свёрнутый до этого в клубок, разворачивался, скользя внутри головы. Холодное, тонкое, склизкое нечто пробиралось в сознание, наводя страх и ужас, боль и отчаяние. Этот червь рос, становился сильнее. И вот уже нечто огромное бешено носилось
внутри черепа, цокая по нему множеством мелких лапок. Словно ужасная многоножка или даже несколько этих тварей неистово искали выход из своей тюрьмы - человеческой головы. Появлялось желание убить себя, разбить голову, вскрыть её, как консервную банку, лишь бы не ощущать более этого ужасного и противного чувства.
        К этому, доводящему до истерики ощущению бегающей многоножки в голове, добавился неразборчивый шёпот. Это был не один голос, а десятки, сотни и, возможно, тысячи разных голосов, говорящих каждый о своём. Но в этой какофонии ничего не возможно было разобрать. Эти голоса сводили с ума. Казалось, весь мир прекратил своё существование, уступив этому невыносимому сочетанию множества лап, неистово бьющихся внутри черепа, и не меньшему числу голосов, неразборчиво бормочущих что-то своё. Слёзы лились сами собой, безвольно вытекая из глаз. Отчаяние и ужас овладели каждым из смертных.
        Дароз с широко раскрытыми глазами сидел на полу, схватив себя за голову. Он вопил от страха и осознания смертей, в которых он повинен. Слёзы огромными каплями падали на землю, жадно впитывающую столь желанную для неё влагу. Перед его глазами всплывали воспоминания рабства, смерти любимой. Он готов был пожертвовать всем, чтобы её вернуть. "Нет, не всем!"  - закричал он: "Дети… Ими не пожертвую!". Он бил каменные стены, разбивая руки в кровь, большими брызгами разлетавшуюся по лежащим неподалёку камням.
        Фарка, закрыв лицо руками, рыдала, сжавшись, словно ребёнок. В памяти всплывали ужасающие картины. Горы трупов, воняющих горелой плотью. Этот тошнотворный смрад, казалось, пропитал всё пространство вокруг. И наверху этой кучи трупов лежала девушка, так похожая на Фарку. "Мама…"  - срывающимся голосом прошептала девушка. Её сотрясло от очередной истерики. Она кричала и вопила, рыдала и замирала, словно переставая дышать. Неподдельный ужас пропитал её насквозь. Сердце болело и щемило, сжимаясь от отчаяния.
        Лусар же слышал тихий, едва уловимый шёпот, словно змеиный. "Ты второй. Всегда им был. Ты тень, попытка забыть боль. Неужели так должно быть?"  - вертелось у него в голове. Он повторял это сам, словно мантру, раскачиваясь из стороны в сторону. Он видел, как отец и сестра сидят в большом доме, полном богатств и прислуги. Стол ломится от еды. Но сам Лусар стоит на улице, мокнет под проливным дождём. На нём старые оборванные тряпки, уже давно изношенная одежда. Грязно серые пальцы робко стучат в ставни. Дверь открывает отец, явно не ожидавший увидеть сына. Лусар просит куска хлеба, на что Дароз прогоняет его, говоря: "Ты никто! Ошибка молодости, не более. Фарка, вот моя дочь, которой я горжусь. Убирайся прочь, жалкий попрошайка! Не сын ты мне более!". Юноша падает на колени перед закрытой дверью, громко рыдая.
        Константин видит своего брата, истекающего кровью. Он держит его на руках, громко плача. "Нет! Не умирай! Только не ты!"  - кричит Константин. Неожиданно брат открывает глаза, хватая юношу за горло: "Я и не умру. Ты вместо меня! Я подставил тебя, чтоб не отдавать долг! Прощай…". Сильная боль в животе, словно от удара ножом. Именно там, где ещё виден был большой шрам от смертельного ранения. "Нет! Он бы никогда так не сделал!"  - выкрикнул Константин, ударив кулаком себя по голове, словно выбивая наваждение: "Он не идеальный, но не предал бы меня, семью".
        Вытирая слёзы, он подбежал к Дарозу, нещадно бьющему каменную стену. Схватив его за плечи, он начал сотрясать мужчину, нещадно бить его ладонями по щекам. Дароз часто хлопал глазами, словно только пробудившись ото сна. Константин подбежал к Лусару, сильно с разбегу ударив его по щеке. От этого юноша упал на землю, распластавшись по ней, словно морская звезда. "Отец…"  - прошептал Лусар, вытирая слёзы. Константин уже пытался привести в чувство Фарку, рыдающую, словно ребёнок. Никогда не поднимав руку на девушку, Константин впервые ударил её по щеке. Снова и снова. Она схватила его руку, сказав: "Достаточно, чаровник!".
        " Бежим! Это место вытаскивает все страхи и страдания из нас, причиняя боль!"  - выкрикнул Константин. И они бежали под всполохи огненных сфер. Холодный липкий страх окутывал их, снова закрадываясь в головы. Безумие, полное боли и отчания, завладевало ими вновь. Константин тащил едва ли не волоком остальных, уже начинавших рыдать. Он упал, споткнувшись обо что-то. В свете взорвавшейся сферы он увидел абсолютно белый череп, вросший в камень.
        Впереди появился свет. Он был мягким, золотистым, тёплым. Казалось, будто в нём летают мотыльки. "Там безопасно"  - отчётливо услышал в своей голове Константин. Это был голос того, кто смог бы всех спасти. Голос Светорода. В столбе света появилась фигура, опиравшаяся на посох. Это был юноша, чьи волосы уже были пепельно седыми.

        Константин из последних сил волочил своих спутников за руки. Они же плакали и рыдали, словно дети, упираясь ногами в землю. Седовласый юноша, стоявший в столбе золотистого света, протянул вперёд руку. "Мы спасены?"  - с опаской спросил Константин. Но в ответ последовала лишь печальная, полная боли и скорби, улыбка. "Ты не умер?"  - спросил Константин: "Как ты нашёл нас?". Но ответом была лишь давящая тишина, наводящая холодный ужас. И вот, когда до заветного света осталось не более двух шагов, Константин отпрянул. "Это не ты! Не он! Очередная иллюзия!"  - выкрикнул он так громко, будто пытался прогнать своим криком это наваждение. Но свет не пропал, а наоборот, стал лишь сильнее.
        Константин не знал, как ему действовать дальше. Царившая вокруг Тьма внушала страх, боль и отчаяние, доводя до безумия. И лишь слабая надежда в виде столба света впереди сулила защиту. Но так же это могла быть и их погибель. Скользкий страх оплетал сознание, словно питон свою жертву. В голове рисовались ужасающие картины их смерти. "Белые, абсолютно чистые кости, лежащие на полу или станем частью стен?"  - шептал он сам себе. Золотистый свет начал угасать, растворяясь, словно туман. Вокруг снова господствовала темнота. Константин читал по памяти то заклятие, которое помогло развеять морок в пещере возле Проклятого леса. "Аагар наруз шеим! Гура лаоф кушар! Кайра нашат рагал!"  - повторял он, словно мантру. С рук срывались нити, как и в прошлый раз, но сразу же растворились, словно темнота поглощала их. "Проклятие!"  - выкрикнул Константин. Снова начав бить спутников по щекам, он привёл их в чувство, но лишь на время. "Боритесь со страхом! Это всё иллюзия, не настоящее!"  - надрываясь, кричал он.
        Царившая вокруг темнота лишь ненадолго разрывалась всполохами огня, но с каждым разом всё быстрее поглощая свет. Константин чувствовал, что его силы угасают, и они уже вряд ли смогут выбраться из этой пещеры. И вот случилось то, что было неизбежно. Он упал, задыхаясь от бессилия и сковавшего его страха. Перед его глазами словно была некая пелена. Лишь слабые мутные очертания фигур, лишённых красок. И темнота, поглощавшая всё пространство. Брошенный мгновенние назад огненный шар угасал, уступая место тьме. Казалось, что время застыло, как и дыхание Константина. Он лишь беззвучно шевелил губами, говоря: "Бросьте меня, идите дальше, вы должны выбраться отсюда", но звук застрял в пересохшем горле, превратившись в липкий, но колючий комок.
        Фарка сняла с пояса небольшой кожаный мешок для воды. Её руки тряслись от страха, но она всё же смогла мелкими порциями влить её в рот Константину. "Потерпи, я знаю, как тебе тяжело, но ты не должен покинуть нас. Ты не имеешь право оставить меня! Ты маг! Борись! Я верю в тебя! И люблю…"  - сквозь слёзы сказала девушка. Но Константин застыл в оцепенении. Всё его тело покрывалось паутиной сосудов, а кожа стала мертвенно бледной. Он погружался в безмолвное небытие.
        Тьма. Она вновь поглотила всё. Лишь несколько смертных, полных отчаяния, сидели, сохраняя абсолютную тишину. "Я знаю вашу боль, страхи. Теперь вы часть меня. Навеки"  - эхом разносился шёпот, похожий на ветер. Вдруг кто-то зашевелился. Слабые шорох и ворчание нарушили мрачный покой этого места. Девушка раскрыла книгу, слабый, едва заметный свет которой робко разорвал пространство тьмы. Страницы нервно перелистывались дрожащей рукой, тихо шурша. Дароз и Лусар с опаской смотрели на Фарку, боясь сказать и слова. И вот она застыла. В её глазах промелькнула надежда. Коснувшись пальцами до витиеватых строк, она неровно шептала, сбиввясь, начиная сначала. Слова складывались в заклинание. Едва заметные нити оплетали девушку и Константина. Его кожа начала принимать более тёплые тона. Тихий хрип сорвался с его уст. Фарка же наоборот бледнела, её глаза были прикрыты, а в волосах появилась лёгкая седина.
        Константин слабо сжал её руку, оторвав от книги. Нити, сплетавшие их, растаяли, словно их и не было. "Зачем?"  - лишь успел спросить Константин, прежде чем Фарка упала без сознания. Слёзы вновь полились из глаз Дароза, едва успевшего подхватить свою дочь. Тьма снова окутала их всех.
        Злоба захватила сознание Константина, поглощая его бытие. С каждым мигом она разрасталась, словно некое существо. Но вместе с ней появилась и ненависть. Огромная, всеобъемлющая, беспощадная. Ненавидел Константин всё и вся, каждое живое существо, но больше всего ненависти было к этому месту, к этой живой, ужасающей и древней темноте. Постепенно он возненавидел и себя за своё бессилие, жалкое состояние, в котором оказался сам. Гнев пробирался из глубин души, словно острые горящие иглы, с болью пронзая плоть. Эта дикая, бурная смесь, порождённая ненавистью и болью, страхами и отчаянием, безысходностью и отчаянием обретала форму и разум. Что-то живое, сильное, жестокое, объятое неким пламенем пробуждалось, ища выход. Внутри головы бешено заметались многоножки, наводимые этой пещерой. Что-то более сильное, жестокое и ужасное желало господства над телом, пробуждая истинную агонию зла.
        Тьма вновь была развеяна слабым, едва заметным, кроваво красным свечением, исходящим от Константина, взмывшего в воздухе. Его глаза пылали огненно оранжевым цветом, а зрачки стали невероятно узкими и вертикальными. Свечение становилось сильнее, а вместе с ним от юноши исходил неимоверный жар. Одежда начала медленно тлеть, обугливаться и дымиться. Его зубы казались острее и более вытянутыми, а само тело обретало дикие ужасающие очертания. Он издал громкий утробный рык, от которого сотряслись стены пещеры. Мелкие камни посыпались сверху, сгорая возле юноши. Дароз и Лусар в страхе отпрянули от мага, испугавшись его изменениям. "Идите за мной, если хотите жить"  - утробно рыча, проговорило нечто.
        Всё так же паря в воздухе, Константин направился к одному из ответвлений, не видимого ранее в свете шаров огня. Дароз и Лусар следовали за ним, по очереди неся Фарку на руках. Из тоннеля веяло могильным холодом и тошнотворным гниением. Но у смертных не было иного выбора, кроме как следовать за тем, кем стал Константин.
        Сам же юноша едва сдерживал свой гнев. Он вспомнил урок Светорода, что эмоции даруют силу, но их необходимо контролировать. Жалость, сочувствие, сострадание и желание спасти спутников, особенно Фарку, даровало возможность сдерживать внутренне зло. Именно об этом, по предположению Константина, и предупреждал Светород.
        Дароз, переполненный страхом, следовал за магом, ставшим неизвестно кем. Такой магии он ещё ни разу не встречал даже в сплетнях таверн. Перед глазами всплывали воспоминания, наполняя отчаянием и бессилием. Но желание спасти детей было столь велико, что никакой морок не овладевал мужчиной полностью. Он сжимал зубы до боли и скрипа, столь сильно, что темнело в глазах. Но эта боль приводила в чувство, отгоняя всяческие иллюзии.
        Голоса не переставали шептать Лусару о его участи быть в тени сестры. Каждый миг они призывали убить отца и сестру, перерезать глотку магу и, забрав его силы, обрести власть, не виданную ранее никем. Тьма боялась этой силы, не имея возможности овладеть ею. Юноша боролся с искушением, но все попытки были тщетны. С каждым шагом он всё больше и больше приближался к отцу. Его руки тянулись к ножам, украденным у фанатиков боли.
        Тонкий протяжный скрип металла. Слабый красный отблеск на сверкающих лезвиях. Высокий замах. Но что-то резко остановило руку. Перед Лусаром стоял Константин, объятый пламенем.
        - Я зло большее, чем эта тьма.  - словно змея прошептал Константин.  - И твои мысли не тайна для меня.
        - Сын!  - воскликнул Дароз.
        - Я не собираюсь быть вечно вторым! Я твой сын!
        Но их разговор был прерван. Вервольфы, появившиеся словно из неоткуда, стаей сбили Лусара с ног. Дикий рык и душераздирающий вой эхом разнеслись по пещере. Звери схватили Лусара и скрылись во тьме, лишь слабым эхом больших прыжков выдавая своё присутствие в пещере.
        Константин взмахнул рукой. Дароз и Фарка повисли в воздухе. Снова взмах рукой. Стена, находящаяся позади Константина, с грохотом разлетелась на мелкие камни. В глаза ударил яркий солнечный свет. На улице, вне пещеры, лежала гора трупов животных и людей, убитых вервольфами. Выйдя на свободу, Константин вновь зарычал. Но постепенно этот рык переходил в обычный крик. Кровавое зарево вокруг него угасало. Он упал на землю, тяжело дыша. "Мы спасены"  - прохрипел он пересохшим горлом: "Сожалею".

        Глава 18: "Мертвенная земля"

        Слабый лёгкий ветерок колыхал пожухлую траву. Сухие скорченные деревья стояли неровными рядами, покрытые чёрной копотью. Они стояли, словно разбитое тёмное войско, изувеченное невыносимыми страданиями. Их тонкие протяжные скрипы были похожи на стоны боли и мольбы о скорой смерти. Дароз, устало облокотившись о камень скалы, горько рыдал. Он оплакивал своего сына, боялся за свою дочь и не имел возможности изменить что-либо. Его взгляд, влажный, полный боли и отчачния, с немым укором был направлен на Константина. Маг всё ещё откашливался, припав к земле. Мужчину одолевали смешанные чувства. С одной стороны, он был благодарен за спасение себя и Фарки, но в то же время винил в столь жестокой и ужасной смерти Лусара.
        Отдышавшись, Константин обнял Фарку, лежащую без сознания. Он винил себя в случившемся, полностью и безоговорочно. Из его глаз тихо полились слёзы. Он только сейчас понял, как она была ему дорога, несмотря на столь короткое знакомство. Девушка ещё дышала, слабо, робко, едва заметно хрипя. Но была словно лёд холодна. Её чёрные, как смоль, волосы стали с пепельно седыми прядями, а на ресницах был иней. Пар выходил из её приоткрых губ.
        Небо затягивалось плотными тучами. Но они были зеленоватого цвета. Словно мхом зарастал небосвод, в изумрудные тона окрасив всё вокруг. По земле стелился густой туман. Он укутывал собою траву и камни, словно огромный спрут своими щупальцами. Этот туман шёл против ветра, неся с собой неимоверное зловоние смерти. Запах гниения резко ударил в нос, смешиваясь с лёгким цветочным ароматом. Ветер завывал, слово некий безумный зверь.
        Тошнота и рвотные позывы не заставили себя долго ждать. Первым не выдержал Константин, всё так же прижимая к себе Фарку, отпрянул в сторону пещеры, подальше от зелёного, как облака, тумана. Дароз встал, сильнее прижимаясь к камню скалы, словно желая врости в него. Где-то в глубинах пещеры жалобно скулили вервольфы.
        - Что дальше делать будем, маг?  - спросил Дароз.
        - Не знаю. Отступать назад нельзя, растерзают. А что сулит туман я не знаю.
        - А в твоей книге ничего нет?
        - Она, видимо, осталась в пещере, как и клинок и посохом. У нас два пути. Назад на погибель или вперёд в неизвестность.
        - Выбор за тобой, чаровник. Она,  - Дароз смотрел на Фарку, лежащую без сознания на руках Константина.  - доверяла тебе. Значит и я доверюсь в очередной раз, кем бы ты ни был.
        Они оба, глубоко вдохнув, плавно пошли в неизвестность. С каждым мигом туман становился всё ближе и ближе. Отвратительный запах становился невыносимым. До изумрудного облака, стелющегося по земле, оставалось не более трёх шагов. Их сердца бешено колотились, готовые вот-вот выпрыгнуть из груди. Это был настоящий страх, не внушаемый никем и ничем. Затаив дыхание, они застыли в немом ожидании неизвестного и пугающего будущего.
        Туман слабо и робко коснулся их обуви, словно обнюхивающая собака. Тонкие изумрудные языки боязливо скользили по ногам, оплетая их, словно вьющиеся растения. Они были холодными, как лёд, и липкими. Чем больше они оплетали людей, тем меньше боли оставалось в их телах. Страх менялся на покой, словно вся тревога вытекала из тела, забираемая этим туманом.
        - Мы ещё живы?  - слегка дрожащим голосом спросил Дароз.
        - Как ни странно, да.  - оглядываясь назад, к пещере, ответил Константин.
        Языки тумана уже были выше пояса, постепенно приближаясь к Фарке. Застыв на её уровне, они снова робко словно изучали её, позже продолжив окутывать смертных. Время замедляло свой ход, готовое вот-вот замереть. Туман уже добрался до уровня головы. Его холодные щупальца нежно обвивали их шеи и головы, словно боясь причинить вред. Спустя мгновения, тянувшиеся, казалось, вечность, весь мир перестал существовать для Константина и Дароза. Лишь густой зелёный туман, закрывший их полностью в плотные коконы…
        Не известно, сколько прошло времени. Первым проснулся после погружения в зелёный кокон тумана Константин. Рядом лежали Фарка и Дароз, а все их раны были затянуты, и лишь слабые, чуть заметные шрамы остались немым напоминанием недавних событий. Местность вокруг была совершенно иной, нежели в прошлый миг воспоминаний.
        Вместо гор и чёрного, мёртвого леса, повсюду были огромные каменные валуны, покрытые древним мхом. Поднявшись на ноги, Константин заметил, что стоит на неком тротуаре. Его каменная кладка была неровной, местами отсутствовала, а меж трещин сочилась вода. Повсюду стоял слабый, едва уловимый запах цветов - аромат смерти. Всё вокруг было укрыто туманом. Лишь узкая каменная тропинка, на которой и находилась троица, была не поглощенна зелёным, словно живым, туманом. Где-то на окраинах древнего тротуара что-то булькало и урчало, плескаясь, словно рыба, в воде.
        Фарка издала тихий протяжный стон, широко раскрыв глаза. Она пыталась за что-то ухватиться, широко размахивая руками, словно ловя кого-то. Константин протянул ей свою руку.
        - Я помню, что ты сказала в пещере…  - начал было он.
        - Я тоже слышала твои слова.  - смутившись, ответила девушка.
        Вместе они подошли к Дарозу, поднимая его, только пришедшего в сознание. Он внимательно осмотрелся, внюхиваясь и вслушиваясь в окружающее пространство.
        - Мы ещё живы?  - лишь спросил он.
        - На сколько могу судить, да.  - ответил Константин, смотря далеко вперёд, насколько позволял туман.  - Только не знаю, где находимся.
        - Мёртвые земли…  - тихо, будто боясь быть услышанной, прошептала Фарка.
        - Не долго нам жить осталось…  - со вздохом ответил Дароз.
        Константин поднёс указательный палец к носу, жестом приказав молчать.
        - Не кликайте беду лишний раз. Выберемся. Жалко, оружия нет никакого.
        - Лусар?  - всё так же тихо спросила Фарка.
        - Вервольфы…  - с горечью ответил Константин, не желая раскрывать истинные события Фарке, да и Дарозу, не знавшему подлинную причину нападения его сына.
        Девушка снова села на землю, закрыв лицо руками. Отец крепко обнял её, сев рядом.
        Вокруг воцарилась тишина. Ни единого звука, кроме редких тихих всхлипов Фарки. Туман застыл, прекратив своё вялое движение. Теперь он был словно большая, высокая зелёная стена. Константин аккуратно коснулся плеча Дароза, дабы он и Фарка встали, готовые ко всему. Все трое стояли посреди тропинки, просматриваемой в обе стороны, как длинный коридор. Удары трёх сердец были столь сильными, что их слышал каждый.
        Где-то в глубине тумана, неизвестно насколько далеко, раздался ужасающий рёв неведомого зверя. Громкое утробное рычание, переходящий в протяжный визг с небольшим хрипом, прерывистыми раскатами разносилось по округе. В воде, неподалёку от тропинки, что-то булькнуло, уплывая вглубь. Редкие сухие, безжизненные деревья задрожали, словно испытавшиеся люди. Их протяжный заунывный скрип вторил дикому рычанию, наводя неподдельный ужас на троих людей, стоящих на камне.
        По каменной кладке тротуара разносились вибрации. Будто по ней мчались кони, заражённые в колесницы. Все трое встали в боевые стойки, готовые обороняться. Звук приближался. Удары копыт заставляли биться сердце чаще. Тук-тук, тук-тук. Дикое ржание лошадей. Свист кнута и крики людей. Казалось, будто все три сердца готовы выпрыгнуть одновременно, вырвавшись из людей прямиком на камень перед неведомыми всадниками. Тук-тук, тук-тук, бьются сердца в такт ударам копыт. Кровь болезненно пульсирует в висках. Руки покрыты влажным липким страхом - потом. Ноги невольно подкашиваются. Тук-тук, тук-тук, вторит эхо. Всадники уже близко, но их всё же не видно. Уже слышно тяжёлое дыхание лошадей. Тук-тук, тук-тук.
        Из казавшегося твёрдымтумана выскочили несколько колесниц, запряжённых лошадьми. Они все были почти прозрачные, с зеленоватым оттенком. Словно сотканые из изумрудного дыма. Они мчались по разрушенной каменной кладке, светившейся таким же зачаровывающим зелёным цветом. От неожиданности все трое людей впали в ступор, едва успев отпрыгнуть с дороги.
        Всадники промчались, даже не заметив присутствия людей поблизости. Но их заметило кое-что другое. Недавно булькавшее в воде нечто, панически уплывавшее от дикого безудержного рыка, всплывало, почуяв новую жертву. Три фигуры были у самой поверхности, хаотично поворачивавшихся в разные стороны.
        Уже готовое схватить их, водное нечто не успело. Они покинули воду, скрывшись вне её в густом тумане. От злости и обиды тварь сильно хлопнула большим хвостом по воде, обрызгав ближайшие деревья. Оно снова с бульканьем принялось искать очередную добычу, столь редкую в этих местах.
        - Что это было?  - шёпотом спросила Фарка, глядя вслед колесницам.
        - Шаорат всеслышащий, помоги.  - закрыв глаза, прошептал Дароз.  - Это нагры.
        - Призраки? Фантомы? Или так воинов называли?  - уточнил Константин.
        - Воины нагры были при дворе императора какого-то более семи сотен лет назад. Их клинки весьма ценны, но мало кто находит их.
        - Отец, ты же знаешь, Шаорат мёртв, как и многие другие Боги.  - осматриваясь, словно боясь быть услышанной, сказала Фарка.
        Стук копыт постепенно удалялся. В воде снова что-то булькало, продолжая свою охоту. Константин с помощью магии высушил одежду, правда едва не спалив последки своих и без того горелых лохмотьев. Все трое шли в один ряд, решив, что лучше следовать за призрачными всадниками.
        - Константин, кто же ты такой?  - робко спросил Дароз.  - Такой магии не знаю я.
        - Честно, я сам в шоке. Отдался во власть своего гнева, погрузившись в дикую необузданную ярость, чтоб обрести силы. Потом сдержал их и себя, выведя вас из пещеры.  - растерянно ответил Константин.
        - Нечто подобное есть у магов. Лишь высшие из них погружаются в тёмные эмоции, черпая оттуда силы. Некоторые из них, наиболее могущественные, способны меняться, создавать мнимые, бестелесные конечности. Так гласят легенды, но я не видел ни одного такого мага.  - задумчиво говорил Дароз.
        - Какая разница, кто он и откуда его силы?  - воскликнула Фарка.  - Главное, что использует во благо! Не так ли?
        - Да, ты права.  - согласился Дароз.
        Константин и сам не знал, кто он и откуда его силы. Всё больше и больше убеждаясь, что является Избранным. Где-то внутри закрадывался страх. Ведь от него, Константина, зависит судьба мира, а он думает лишь о себе и своём возвращении! "Чёрт! Всё летит в бездну!"  - наиболее мягкая интерпретация его слов: "Теперь я ещё неизвестно где и одежда погоревшая!".
        - Фарка!  - выкрикнул Константин, одёргивая её за руку, позже, смущённо глядя под ноги, спросил.  - То, что ты сказала… Это правда? Про то, что я тебе дорог и не безразличен?
        - Да,  - тяжело вздохнув, ответила она.  - Но ты же понимаешь, что всё это бессмысленно? Пока мы не выберемся из Мёртвой земли, по крайней мере.
        - Наоборот!  - возмутился юноша.  - Никто не помешает нам сейчас поговорить о нас!
        - Ты… Маг…  - злобно зашипела девушка.  - У меня только что умер брат!
        - П-прости,  - растерянно заикаясь сказал Константин, замедлив темп.
        Девушка ничего не ответила, лишь ускорив темп. Дароз испуганно и настороженно осматривал окрестности, испуганно содрогаясь при каждом звуке. Вокруг плавно перетекал неизменный зелёный туман, неизменный запах смерти которого господствовал всюду. Всё время рядом с ними что-то булькало, словно преследовало, наблюдая из воды.
        Где-то вдалеке появилась таинственная фигура. Длинный плащ колыхался на ветру, а капюшон едва не слетал с головы. Путник неспешно шёл навстречу троице, видимо, не замечая их. Один из порывов ветра погнал большой сгусток тумана, закрыв незнакомца.
        - Кто это?  - шёпотом спросила Фарка.
        - Откуда мне знать?  - ответил Константин, собирая молнию и огненный шар в разные руки.  - Надеюсь, не сильнее меня он.
        Ветер унёс туман прочь. Но вместе с ним исчез и незнакомец. Так легко и просто, будто некое наваждение. Словно его и не было.
        - Мне это не нравится.  - полушёпотом сказал Дароз.
        Где-то позади послышались сильные хлопки по воде. Что-то крупное и быстрое преследовало свою добычу. Неожиданно погоня прекратилась, завершившись визгом. Наступила тишина. Мёртвая, как эта земля, но в то же время живая, страшная, зловещая.
        Туман снова начал своё движение. Неподалёку появилось тело большой твари, не то рыбы, не то змеи. Весь зверь был изрезан, покрыт глубокими ранами, из которых вытекала густая зелёная кровь. Лишь миг эта картина была видима, не укрытая туманом. Но этого хватило с лихвой, чтобы осознать ужас ситуации. Кто-то здесь есть. Кто-то более страшный местных чудовищ.
        Вокруг были слышны тихие, хлюпающие по торфянным буграм, шаги. Мох и торф, выступающие из воды небольшими кочками, с хлюпаньем и чавканьем отзывались на шаги по ним. Все трое, стоявшие на каменной тропинке, крутились из стороны в сторону, пытаясь отследить неизвестного. Он быстро перемещался, словно призрак меняя своё место.
        Неожиданно туман развеялся, открыв нападавшего. Это было лишь на миг, не более. Но этого вполне хватило, чтобы Дароз увидел его! Того, кто оставил ещё свежий шрам на лице, отрезав мочку уха!
        - Это наёмник! Знакомый Акаара!  - выкрикнул он.  - Слуга Арафа, как выразился он.
        - Кто он?  - спросила Фарка, не зная тех событий.
        Из тумана вышел человек. Он стоял в отдалении от троицы, явно опасаясь их. В руке что-то сверкало.
        - Вы ещё живы?  - нервно дрожащим голосом спросил незнакомец.
        - Как видишь.  - язвительно ответил Константин, прицеливаясь молнией на всякий случай.
        - Давно здесь?
        - Не знаю. А ты что здесь делаешь?  - решил спросить Дароз.
        - Убегал от обезумевших вервольфов в горах. А потом был поглощён туманом и очнулся уже здесь. Уже видели нагров?
        - Да.  - ответила Фарка, выступая вперёд.  - Ты враг нам?
        - Нет, пока вы мне не желаете зла.  - уклончиво ответил наёмник.
        - Скорее всего ты здесь столько же, сколько и мы. Может чуть дольше.  - высказал предположение Константин.  - Знаешь, куда идти надо?
        - Если бы знал, уже давно покинул это место. Как смотрите на то, чтобы идти вместе? Мне, возможно, не помешает помощь мага, а вам моя защита.
        - Обещай, что не убьёшь нас, пока будем беззащитны.  - сказала Фарка.
        - Клянусь Арафом, что не убью вас, пока вы не возжелаете мне зла.  - сложив руки на груди, ответил он.
        - Тогда, будем рады тебе.  - сделав пригласительное движение рукой, сказала девушка.
        Дароз провёл пальцами по ране, оставшейся после ножа наёмника.
        - Как звать тебя, отрубатель ушей?  - язвительно спросил мужчина.
        - Имени нет у меня. Можете звать Киар, что означает бестелесный. Ты и правда Избранный?  - спросил он у Константина.
        - Не знаю. Возможно.
        - Тогда для меня честь видеть тебя.  - низко склонившись, сказал Киар.  - Наш предводитель Араф предупреждал о твоём приходе.
        - Ваш Бог жив?  - с надеждой в голосе спросил Константин.
        - Да, но скрывается от всех. Даже от нас, своих детей. Но мольбы слышит, и дары его ощущаем мы.  - подходя к остальным, пояснял Киар.
        - Что ты знаешь об этом месте?  - спросил Дароз.
        - Легенды, не более того. Та тварь, которую вы повстречали на Поляне Ужаса… Раньше здесь обитала она.
        - Рассказывай,  - не выдержал Константин.  - Быть может, имеет смысл узнать об этом…
        Киар немедленно сел прямиком на влажные камни. Его совершенно не волновало то, что остальные продолжали идти. Он сел и ждал, когда они сядут рядом.
        - Ты что творишь? Здесь опасно оставаться!  - возмутился Константин.
        - По учению Арафа, легенды только сидя передаются, из уст в уста или в свитках. Никаких кристаллов памяти.  - тихим басом ответил наёмник.  - Присядьте, и я поведаю вам легенду, что прочитал ещё ребёнком. Её написал Первый Жрец Арафа, ещё в те давние времена, когда жили Древние, могущественные Боги. Это было столь давно, что многие нынешние Боги не застали те тёмные и смутные дни. Но Араф знал и помнил обо всём, а значит и мы будем знать, ибо он наше разумение и провидение.
        Все, оглянувшись по сторонам, сели на тротуар, покрытый мхом. Киар, закрыв глаза, медленно раскачивался из стороны в сторону. Глубоко дыша, он напевал некую мелодию, словно погружая себя в транс. И вдруг он заговорил. Высоким раскатистым голосом, расщеплённым, с неким хрипом, не свойственным человеку. Его слова сопровождались небольшими всполохами света над головами, обретавшими более выраженные формы.
        "Это было в эпоху древнюю, как сама магия. В те времена люди поклонялись всем, но только не Богам. Маги вели свои нескончаемые войны, истребляя друг друга. Небольшой торговый караван медленно двигался, остерегаясь бродивших поблизости умертвий. Некогда в этих местах находилась академия светлой магии, но, после установления Власти Тьмы, обитатели академии были убиты. Но Тьма не просто убила их, а напитала своей сутью. Теперь эти места зовутся Тропой Смерти. Самый короткий путь от западных земель до северных, но и самый опасный.
        - Всем стоять!  - скомандовал Азор, главный воин каравана.  - Привал. Костёр не разводить. Круговая оборона. Двое на разведку вперёд.
        Воины были напряжены, эти места для них были сущим кошмаром. Но золото, которое им заплатили в этот раз, оправдало все опасения. Гарук, сын Азора, дрожащей рукой чертил какие-то знаки. Он не был похож на своего отца. Худой, с длинным носом и узкими глазами, он впитал черты внешности своей матери. Гарук был на третьем курсе обучения Академии Тёмных Искусств, изучал малефику и некромантию. Он отличался среди своих сокурсников тем, что умело составлял заклинания на языке Древних. В метрах двухста от каравана раздался истошный вопль. Один из разведчиков кричал, захлёбываясь собственной кровью. Азор, прибежавший к телу разведчика, увидел лишь растерзанную кучу останков, лишь отдалённо напоминавшую человеческие. Второй разведчик висел на дереве, пронзённый множеством веток.
        - Гарук, подойди сюда!
        - Да, отец.  - юноша, дрожа от страха, подбежал к отцу.
        - Это сделали умертвия?
        - Шарг каалд мораф кельд.  - прошептал он над небольшим медальном, который засветился зеленоватым оттенком.  - Умертвия были здесь. И они близко.
        - Привал окончен! Все подняли свои толстые задницы и продолжаем идти! Ещё пол дня пути, и мы покинем эти гиблые места! А там я напьюсь самого дешёвого пойла в ближайшей таверне!
        Воины обнажили своё оружие, готовые в любой миг скрестить клинки с умертвиями. Гарук напевал заклинания, похожие на дикие песни пьяных пиратов.
        Впереди раздался хриплый вой. Умертвия волков продолжали охоту. Кони встали, словно уперевшись в стену. Зелёный туман окутал всех. Гарук едва поддерживал некротический купол вокруг себя. Отовсюду слышались рычания волков и лязг мечей. Умертвия жаждали чужой жизни. Азор жестами приказал зажечь факелы. Но было уже поздно. Пятеро воинов хрипели, захлёбываясь кровью. Ещё десять были разрубленны и подвешенны на деревья, словно безумные украшения. В одну из повозок заглянул мертвец, облезлый, гнилой, источавший зловоние. С его черепа свисали частички кожи. Дети купца завизжали от страха, но в тот же миг уже захрипели. Их глотки были перегрызанны.
        - Гарук! Сделай же что-нибудь! Проклятый маг!  - кричал Азор, из последних сил отбивавшийся от умертвий посеребрённой секирой.
        - Нет, отец. Не в этот раз. Ты слишком долго гнобил меня тем, что я не воин. Что маги ничтожны против грубой силы. Так что же теперь? Неужели я сильнее? Эти умертвия служат мне! Я их поднял! И теперь всё золото и товар мои! Но самое главное, ты больше не будешь унижать меня! И я смогу окончить своё обучение. Прощай…  - с этими словами он достал небольшой нож, и, разрезав свою руку, напитал землю кровью.  - Харез акар наор! Я взываю к вам, умершим здесь! Хар гасир нукар!
        Из ближайшего озера поднялось существо, столь ужасное и отвратительное, что, будь там учителя из Академии, они бы пришли в дикий ужас. Это существо поглотило своими щупальцами души ещё живых воинов и устремилось к Гаруку.
        - Нет! Нет! Я твой повелитель!
        - Ты новый слуга! И скоро я брошу вызов Тьме!  - с этими словами, исходящими будто отовсюду, тварь убила и Гарука".
        Киар резко открыл глаза, глубоко вдохнув. Всполохи света мгновенно прекратились.
        - Так что же было здесь?  - не понимая услышанного, спросил Константин.
        - Давно, ещё задолго до появления Махиоры Теель Нааарг, которую я видел в вашей телеге, до прихода Демонов и первого отречения были войны. Те события забыты всеми. Тьма внешняя меняет обличия. В тот раз это было нечто бестелесное, но зловещее. Оно захватило власть почти всюду. Но Боги уничтожили зло. Память о тех событиях утеряна. А то существо, что вы видели… Это не жизнь, но и не смерть.
        - Не понимаю!  - воскликнул Дароз.
        - Некогда здесь была академия магов. Древняя, даже слишком. Когда они были убиты, их боль, страдания, злость, ненависть, жажда жить и мстить… Всё слилось воедино, породив ужасное нечто. Оно жаждет убивать всех. Долгое время обитало здесь. Но маги, жившие в Леоре, искусны в некромантии. Поэтому и захотели поднять войска, оставшиеся здесь. Для этого и выманили эту тварь отсюда. Это было почти три сотни лет назад.
        - Мда…  - протянул Константин, находясь в шоке от информации.
        - Они подняли умертвий для защиты от Марката. Тварь же мешала им. И да, она является Богоподобной сущностью.
        - Откуда тебе всё это известно?  - спросил Константин.
        - Библиотека нашего Ордена воистину огромна. Да и времени у меня было предостаточно. Туман этот был здесь давно. Это суть места. Именно из-за него и построили академию маги, желавшие черпать из него силы. Он разумен, как мы полагаем. И сейчас помогает нам. Не думаю, что стоит чего-то бояться. Звери в воде живут, умертвия не потревожат, надеюсь.
        - Но кто такие Древние Боги?  - не унимался Константин.
        - О них мало что известно даже мне. У них нет тел, определённой формы. Это явления, суть вне ограничений. Чистая сила, заточённая в некой эмоции. Они сотворили этот мир, правили им, но исчезли. На смену им пришли тёмные сущности. Слившись воедино, они стали Тьмой. Откуда явились они - не знаю. Скорее всего были здесь, в нашем мире, всегда. Древние вернулись ради битвы. Многие погибли, выжившие исчезли. Так появились Вторые Боги, которых все и знают. А дальше уже первое отречение, второе и приход Демонов к власти. Во времена появления Вторых Богов люди забыли о магии, видимо из-за страха перед Тьмой. Но это лишь предположения наших мудрецов.
        - Хм, странно всё это. Думаю, Махиора была бы удивлена.  - задумчиво сказала Фарка.
        - Давайте, пора идти.  - вставая, сказал Киар.  - Ночь обещает быть холодной.

        Глава 19: "Укрытие средь смерти"

        В глубинах мрачного подвала, на полуразрушенном троне сидел хмурый Демон. Его вечно серое лицо было ещё угрюмее обычного. Стены его обители постепенно рушились, осыпаясь на голову. По помещению гулял холодный пронизывающий сквозняк, шумевший меж камней. Этот шум напоминал морскую волну, смешанную с заунывным, мрачным свистом. Здесь никогда не было пламени или слуг. Лишь одинокий Демон и его единственная и верная последовательница, ставшая за многие века другом.
        В комнату вошла девушка в лёгком, даже слегка откровенном одеянии. Вокруг её глаз, да и по всему лицу, бегали живые тени. Мрачная, но прекрасная, именно так отзывался о ней её друг и учитель.
        - Отрада глаз моих уставших,  - глядя в никуда, раскатисто проговорил Демон.  - Какие вести ныне?
        - В Ордене Боли шумно, как ты и говорил. Эти смертные…  - девушка слегка замялась.  - Среди них невероятно сильный маг. Как ты и велел, я увела их от вервольфов, исцелив туманом. Но не проще ли было привести сюда?
        - Он должен сам найти путь ко мне.  - Демон устало повернулся к девушке, вяло улыбнувшись.  - Мой час близок. Скоро свершится неизбежное. Ты должна принять мою ношу, как некогда я принял её сам.
        - Ещё одно.  - словно не слыша его слов, продолжила она.  - Заметила девушку. Сильная ведьма. Но не такая, как все. Что-то в ней иное, будто дар Богов.
        - Хм, странно.  - нахмурившись, сказал он.  - Не входит в мои планы вмешательство. Хотя, допускаю её, пусть бредёт.
        Демон устало откинулся на спинку трона, прикрыв глаза. Он хрипел, тяжело дыша. Его время было на исходе, скоро, очень скоро он должен умереть. Так, за своими мрачными мыслями, он задремал.
        Девушка бесшумно вышла, не желая будить своего друга и наставника. По её щеке стекала слеза. Слишком много было совместных воспоминаний, приключений, опасностей и игр со смертью. Уж очень дорог ей был тот Демон, которого она называла порой своим братом. Он лишь вяло, но радушно улыбался на её слова, аккуратно прижимая к себе в объятиях.
        Подвал давно пустой академии, скрытой в Мёртвых землях. Пожалуй, лучшее укрытие для беглого Демона в добровольном изгнании. Он единственный, кто не желал власти и убийств, воспротивившись воле своего господина - Кавеса. Именно ему служат те Демоны, что захватили этот мир.
        То были стародавние времена, когда миром правили Боги. Люди всё ещё поклонялись Им, не отрекаясь в угоду магии. Но то были лишь Вторые Боги. Истинных, Первых, Древних он не застал. Владыка Кавес, безумный Демон, узревший Хаос, желал захватить все миры. Многие из Ада присягнули ему на верность, став изгнанникам у себя дома. И тогда он приказал ему захватить этот мир. Но он, Феорак, усомнился в своём новом Властелине. И предупредив Богов о грядущей угрозе, стал врагом всего своего рода. И именно здесь, в Мёртвых землях найдя укрытие, нашёл девушку.
        Она была слаба, едва дышала. Зелёный туман пропитал её, забирая последние силы. Феорак сжалился над ней, забрав с собой в пустую обитель. Так они и познакомились. И именно с этого момента начинается их дружба. Ведь он ни разу не приказывал ей, не принуждал к чему-либо, а лишь просил, преисполневшись уважением и любовью. Демон, избавившийся от гнева. Феорак Позорный, так его прозвали братья по крови. Они считали, что он мёртв. Даже Боги сочли его убитым. Но он выжил, скрываясь ото всех. Лишь девушка, чьё имя Маура, покидала эти места, научившись управлять туманом. Но Демон без гнева и убийств слабеет, теряя бессмертие. Именно это и произошло с Феораком.
        Маура вглядывалась в шар наблюдений. Черты девушки, идущей средь тумана, казались ей необычайно знакомыми. Впрочем, как и её сила. Быстро сменив обзор, она увидела смертных, потеряно бредущих средь тумана. "Недостаточно указать им тропу и направление. Необходимо подторопить их"  - задумчиво произнесла она, сделав небольшие движения руками. Туман позади них начал сгущаться с гулом и треском, нагоняя ужас. "То-то же, будете хоть идти быстрее!"  - недовольно пробуочала Маура.
        Где-то вдалеке она услышала утробное рычание и бульканье. "Что, опять?"  - возмутилась она: "Ты же только что ел!". Быстро встав из-за стола, она неспешно пошла в тёмный угол комнаты, грациозно ведя бёдрами. В руке появилась небольшая зверушка, ещё живая, но парализованая. Из темноты вытянулся длинный тонкий шершавый язык, жадно схвативший добычу и с чавканьем проглотив её. "Ну и где твои манеры?"  - с притворной обидой сказала она. В ответ прозвучала громкая протяжная отрыжка. "То-то же!"  - довольно ответила она, весело развернувшись к столу, откинув в развороте длинные изящные чёрные волосы за плечи. На её лице была печальная, но всё же улыбка. "Надеюсь, ты не оставишь меня"  - прошептала Маура неизвестно кому. Существо нежно провело языком по её ладони, оставив влажный склизкий след. Но девушка не отреагировала на это, устало направившись к столу со сферой. "Посмотрим, что дальше"  - снова шёпотом сказала она, садясь за стол.
        Маура уставшими глазами искала гостей средь зелёного, вечно двигающегося, непроницаемого тумана. "Что же задумал Феорак? И кто эта девушка, идущая одна? Уж слишком знакомы её черты"  - шептала она сама себе…
        Махиора шла по узкой тропинке, мокрой, покрытой мхом, порой проваливаясь в жёлто зелёные лужи. Девушка замерзала, но ей необходимо было найти старую академию, о которой ей рассказывал Светород. Ведь, по его словам, здесь жила великая чародейка. Судя по возмущению в магии, она отдалённо похожа на Богов. "Хорошее укрытие, среди мёртвых. Не сразу он нашёл её. Слишком много магических эманаций вокруг, скрывающих её присутствие"  - рассуждала экс-Богиня. Её рассуждения были прерваны появившимся на пути Нечто. Оно было большое, покрытое слизью, стекающей на землю. Это существо было бесформенным, непостоянным. Болезненные жёлтые и зелёные цвета были смешаны с тёмно фиолетовым, вызывая отвращение лишь своим видом. Трупный гнилостный запах, исходящий от этой твари, побуждал к рвотным рефлексам. Нечто стояло, совершенно не двигаясь, но от этого страх становился лишь сильнее.
        Махиора сжимала в кулаке чёрную шаровую молнию. Воздух вокруг гудел, сотрясаемый мощью магии. Неожиданно нечто заговорило хриплым сухим, словно не живым, голосом: "Следуй за мной, ждут тебя!". Существо плавно перетекало по каменной тропе, оставляя влажный противный склизкий след. Махиора, всё так же сжимая молнию, последовала за неизвестным существом…
        Маура, прищурившись, не сводила глаз с одинокой девушки и посланного ею чудовища, контролируя его. "Чем больше удаление, тем больше концентрации"  - говорил ей Феорак. Но помимо этой неизвестной, до невозможности знакомой особы, Мауру волновал сильный маг, идущий в группе сопровождения. Она направила свой мимолётный взор на другую сферу, увидев группу людей. "Хм, вполне не плохо"  - улыбнувшись, сказала она…
        Константин и его спутники пытались спастись от тумана, следующего за ними по пятам. Он гудел и трещал, нагоняя страх. Камни дробились, разлетаясь в разные стороны мелкими осколками.
        - Куда теперь? Бежать до самой границы?  - спросил Дароз, выкрикивая на бегу.
        - Я видел старые стены, в них тумана не было.  - ответил Киар, ускорившись.  - Следуйте за мной.
        Константин очень сильно пожалел, что много курил на Земле. Лёгкие словно пылали огнём, разрывались изнутри, причиняя боль. Тяжело дыша, он едва успевал за остальными.
        Туман постепенно приближался, догоняя людей. Липкий холод касался их кожи, обволакивая их, словно пробуя на вкус своими многочисленными языками. Изо рта клубился пар, густой, витиеватый, тяжёлый, он оседал вниз, словно свинец. Страх наполнял всё тело, погружая в беспамятство, разгоняя кровь. Константин пытался атаковать туман сферой огня. Она со свистом пролетела вдаль, с глухим хлопком поглощённая туманом, лишь тихим щавканьем отозвавшись из глубины зелёного, кажущимся живым, тумана. Тогда маг решил попытаться задержать неосязаемого преследователя импровизированной стеной огня. Он бросил очередную сферу, но уже на землю. Яркие огни пламени разрастались во все стороны, с жадностью ожидая пищи.
        Огонь и туман схлестнулись в быстрой, но ожесточённой схватке. Яркие красные языки пламени безжалостно били липкие щупальца тумана, норовя уничтожить их. Магические огонь не боялся воды и сырости, с жадностью поглощая их. Зелёные языки тумана обволакивали пожар, сдавливая его, сжимая в плотное кольцо. Константин облегчённо вздохнул, поняв, что его идея оказалась удачной. Что-то дико и протяжно взвыло. Звук доносился отовсюду, будто это было огромное всепоглощающее существо, переполненное невыносимой болью. Это был туман. Он ревел, словно раненный зверь. Холодная испарина появилась на лбу Константина. Мурашки неистово бегали по телу, содрогаемом страхом. Туман волной нападал на пламя, вихрями закручиваясь в его очаге. Всё это произошло лишь за несколько секунд, тянувшихся неимоверно долго. Казалось, будто время застыло, как и сердца людей, мимолётно наблюдавших эту битву.
        Пламя погасло. Оно было уничтожено туманом, обрушевшем свою неистовую ярость на противника. Секунда бездействия, и он снова преследует своих жертв, пытаясь догнать их, наверстав упущенное.
        Киар, бежавший впереди, что-то выкрикивал. Фарка тяжело дышала, едва не падая с ног. Дароз обронил свой увесистый мешок золота, полученный за контрабанду камней. Он со звоном упал на каменную тропу. Мужчина задумался, стоит ли вернуться за своим богатством. Но лишь на мгновение эта мысль посетила его, сразу же покинув её. "Это не стоит жизни дочери!"  - сказал он вслух, ускорив бег к уже видневшейся стене древней академии. Константин попытался снова создать стену огня, но оступился. Он упал, растянувшись по каменной кладке. Нога отозвалась тупой ноющей болью, словно кулаком ударившей в голову. Холод тумана становился сильнее, страх и отчаяние вновь овладевали юношей. Он понимал, что уже вряд ли успеет спастись, но всё же попытался встать. Снова боль, погрузившая сознание в темноту. Юноша издал крик. Его руки коснулось что-то тёплое, но дрожащее. Это была Фарка.
        - Я тебя здесь не оставлю!  - со сбитым дыханием, выкрикнула она.  - Если и умирать, то вместе, чаровник!
        Она подхватила его под плечом, едва ли не волоча на себе. С другой стороны подбежал Дароз, так же помогая Константину. Мужчина тяжело дышал, хрипя и кашляя.
        Липкие языки тумана уже касались их ног, скользя по ним, словно змеи. Киар кидал всевозможные склянки, со звоном разбивавшиеся о камень. Он надеялся, что хоть что-то сможет задержать этот туман. Но всё было тщетно. До стен, за которыми не было видно тумана, оставалось не более семи шагов. Каждый из них был переполнен страхом и усталостью, тяжёлыми волнами расходящейся по всему телу. Туман уже сжимал их ноги, затрудняя бег. Он поднимался всё выше и выше, доходя до колен. И вот, когда оставалось всего два больших шага, он робко, словно боясь повредить, дёрнул Константина. Снова и снова. Возможно, он бы и выхватил юношу, но они успели укрыться на руинах академии. Туман немой стеной застыл возле них, прекратив преследование.
        - Мы спасены.  - устало прошептал Киар, вяло, но искренне улыбнувшись.
        - Туман…  - начал было Константин.  - Он ведёт себя странно. Сначала спас нас, исцелив, а сейчас хотел убить. При этом вылечил мою ногу, хотя мог схватить, поглотить…
        - Тогда, возможно, он хотел, чтоб мы пришли сюда.  - высказала предложение Фарка, присевшая на небольшой, отдельно стоявший камень.
        - Возможно ты и права.  - согласился Дароз.  - Что дальше делать будем? Сомневаюсь, что он выпустит нас отсюда.
        - Пройдём вглубь академии. Тут возможно сохранились броня и оружие, быть может, даже книги.  - сказал Константин, добавив.  - Благодарю, что спасли меня, не оставив там.
        В ответ Фарка лишь смущённо взглянула на него, сразу же отведя взгляд. Дароз же быстро и сдержанно кивнул, протянув руку.
        - Не жалею, что нанял тебя в той таверне, маг. Уже не мало раз ты спасал нам жизнь, даже рискуя собой. Думаю, могу назвать тебя другом, самым настоящим. И даже больше. Если выберемся отсюда живыми, буду рад принять тебя в семью, Константин.  - сказал он, пожимая руку юноше и глядя на Фарку.
        Они уселись на небольшие выпирающие из земли камни, переводя дух. Сердца бешено колотились. По стенам скользил туман, не проникая вглубь академии.

        - Надо продолжать идти, тут может быть много других опасностей.  - вставая с камня, сказал Киар.
        - Думаю, нас кто-то оберегает, желая увидеть здесь.  - проговорил Константин.  - Не думаю, что нам позволят так просто умереть. И туман, скорее всего, не убил бы нас. Хотя, я не уверен в этом окончательно.
        - Как бы то ни было, этот последователь Афара прав.  - осматриваясь по сторонам, сказал Дароз.
        Они продолжали идти по каменной дороге, становившейся всё шире м шире. Казалось, будто она была в лучшем состоянии, чем та, по которой путники шли недавно. И чем больше они углубилясь во двор академии, тем меньше повреждений наблюдалось. Трупный гнилостный запах постепенно пропадал, а мох, растущий всюду, становился похожим на совершенно обыкновенный, не отравленный губительной магией этого места…
        "Наконец-то они пришли"  - устало прошептала Маура, прекратившая контролировать туман. На её теле кровоточили многочисленные мелкие раны, болели ожоги. Всё, что испытывает подчинённое ей существо, отражается на ней, но в облегчённой форме. Она перестала следить за небольшой группой из четверых смертных, уделив большее внимание сопровождению одной знакомой девушки. Раны ужасно болели, но на их лечение не хватало сил, столь нужных для контроля разумной слизи, порождения этого места, тумана. Он был здесь давно, но множество магов, войн и смертей исказили и его и всё вокруг. Даже порождено было Существо из чистых эмоций, тесно сплетённых с магией. Благо, Орден Боли выманил эту Тварь подальше от них с Феораком. Вся флора и фауна была вынуждена меняться, дабы не умереть. Появились новые, доселе невиданные порождения безумной магии, свободной, не заключённой в тела, казавшейся разумной, но извращённой бесконечными страданиями тысяч магов, умерших здесь…
        Большая каменная арка, некогда служившая входом в саму академию, мрачно возвышалась над окружающими камнями, словно огромный могучий исполин. На земле лежало то, что осталось от внушительных размеров ворот.
        - Сколько времени прошло с того, как здесь никто не живёт?  - спросил Константин.
        - Века.  - ответил Киар.  - Несколько веков, может даже десятков. Не знаю точно. Никто не знает, разве что Древние и Араф, наш Учитель.
        - Камни развеялись бы, да и от ворот ничего не осталось бы!  - удивился маг.
        - Тут магия исказила всё. Самое удивительное место, насколько могу судить. Не удивлюсь, если книги не истлели, и так же чернила на них влажные. Возможно маги, жившие здесь, создали особое заклятие. Туман не проникает сюда неспроста ведь.  - рассуждал Киар.
        - Ты тоже маг?  - вмешался Дароз.
        - Нет, ни в коем случае. Это Божественный дар нашего Великого Учителя Арафа. Магию можно заблокировать, перекрыть, да и истощает она, не так ли? И учиться ей надо. А дары Богов иные. Ими владеешь сразу, разумение вместе с силами приходит. И никогда не лишит посторонний твоих сил, разве что сам Бог. Ну или убив того, кто даровал, можно уничтожить все его дары.  - мрачно проговорил Киар.
        - На что ты ещё способен?  - спросила Фарка.
        - Бесшумная поступь, слияние с темнотой, мягкое падение, создание небольшой иллюзии своих мыслей. Хм,  - он задумался, немного нахмурившись.  - Могу усмирить пару человек, успокоить их, да и усыпить некоторых. Мы убийцы, ночные охотники. И все дары для этого и существуют.
        - Весьма полезно.  - сказал Константин.  - Мне бы тоже не помешало такое.
        - Примет если тебя Араф, то сам дарует всё т даже больше.
        Впереди что-то загремело, ударяя в камни. Треск, словно электрический, разносился по широкому, но мрачному коридору…
        Махиора следовала за своим чудовищным проводником, зайдя в руины академии. "Похоже, чародейка управляет им, приглашая к себе"  - думала она. Неожиданно чудовище замерло, покрывшись мелкими червеобразными наростами. Оно повернулось к девушке, протянув длинные зелёные склизкие щупальца. Махиора успела отпрыгнуть, совершенно не целясь, бросив чёрную молнию. Сфера врезалась в стену, тёмными искрами озарив мрачный, пыльный коридор. Нечто утробно зарычало, сжавшись от страха, но продолжив ползти к девушке. Махиора нещадно метала всевозможные электрические и огненные сферы, пытаясь встать с пола. Она слышала чей-то бега коридоре, точнее его эхо…
        Киар, увидев некую кучу слизи ростом выше человека, понял, что это что-то живое. И именно это нечто было атаковано магией.
        - Тут живой человек!  - шёпотом сказал Константин, меж пальцев которого искрились молнии.
        Последователь Арафа оголил свои небольшие клинки, тихо, словно кошка, подкрадываясь к врагу. Он взбежал по стене, резко разрезав чудовище наискосок. Он приземлился кувырком, резко встав и выставив клинки в готовности к новой атаке. Чудовище лишь издало рык, но не умерло. Киар в прыжке нанёс множество рубящих ударов, отпрыгивая от стен, атакуя снова и снова. Он увидел лежащую на полу девушку. Ту самую, которую видел в телеге. "Махиора Теель Наарг"  - прошептал он, констатируя факт.
        Константин сбросил с рук множество молний и огненных сфер. Монстр взвыл, агрессивно размахивая щупальцами. Махиора наконец-то встала, продолжая атаковать чудовище. Все трое обрушили свою неистовую ярость, но это было бесполезно. Живая слизь поглощала все удары, издавая утробное рычание. Константин решился на отчаянный шаг. Он побуждал в себе гнев и ненависть. Тело снова начало меняться, покрываясь красным свечением. Он набросился на ту тварь, разрывая её на куски огромными когтями. Чудовище взвыло. Оно пыталось скинуть обезумевшего Избранного, но он вцепился зубами в монстра, продолжая разрывать его когтями. Прошло не более трёх секунд, как искажённый злостью Константин убил монстра, разбросав его куски по стенам.
        Константин, с трудом успокоившись, посмотрел на Махиору. Она была испуганна.
        - Константин?  - воскликнула она.  - Ты демоноподобен?
        - Что? Я не знаю, тебе виднее. Сейчас есть дела по важнее. Как ты здесь оказалась?
        - Вышла из храма через другой ход, они попытались подавить мою волю, но я убила их. Пришлось бежать. По-сути, мне сюда и нужно было. Светород говорил, что здесь живёт сильная чаровница. Встретила это чудовище, которое и привело сюда. А потом оно напало. Это если исключить излишних деталей.  - быстро протороторила Махиора.
        - Это Орден Боли оказался, фанатики. Еле сбежали через пещеру, внушавшую воспитания, страх и боль, доведя до безумного отчаяния. Тогда я и открыл способность гнева менять тело.  - пояснял Константин.  - Лусара схватили вервольфы. Он был сломлен тьмой, что в пещере.
        - Нами кто-то играет.  - задумчиво сказала экс-Богиня.  - Слишком много действующих сторон, о которых я, видимо, не знаю. Поэтому и попались в ловушку. Интересно, как Акаар смог обмануть меня?
        Их разговор был прерван. Одна из стен с грохотом рухнула. За ней виднелась старая каменная лестница, покрытая пылью и паутиной.
        - Думаю, нам туда. Будем следовать тайному кукловоду, другого выбора у нас всё равно нет.  - сказала Фарка, направившись к лестнице.
        Вчетвером они спускались по обращающейся каменной лестнице. Различные насекомые, нашедшие здесь свой приют, но ныне потревоженные, в страхе разбегались в разные стороны. Константин старался рассмотреть каждого из них, с удивлением замечая, что лишь некоторые отдалённо напоминают земных. Те, кто плели паутину, оказались вовсе не пауками. Это было что-то похожее на светлячков, освещающих им путь в этой непроглядной темноте.
        Долгий спуск был завершён в большом зале. Его стены были украшенны изображениями эльфов, сражающихся с драконами, крылатыми людьми, похожих на вампиров, а так же с огромными, просто гигантскими волками.
        - Здесь, если верить легендам, была столица эльфов.  - прокомментировал Киар.  - После поражения в войне против людей, они покинули этот город, позже ставший академией магии. В одной из легенд говорится, что туман, который мы видели, это проклятие эльфов. Но у нас в Ордене этому не верят. Араф говорит, что туман гораздо древнее.
        - Константин, где твой посох? Он бы мог пролить свет на историю этого места.  - спросила Махиора.
        - Утерян, как и клинок с книгой. Правда, что в нём была частица Бога?
        - Да, он был моим братом. Пожертвовал собой ради сотворения Избранного. Поэтому мы с Феераром и решили, что посох должен достаться тебе.
        - Добро пожаловать в обитель Феорака!  - протяжно говорил женский голос из темноты.  - Я, Маура, его друг и ученица, рада вас видеть. Мы ждали вас.
        В стене открылась потайная дверь, откуда вышла стройная черноволосая девушка в лёгком, слегка откровенном наряде. Она жестом указала следовать за ней, неспешно идя по коридору. Её походка была грациозной, напоминая кошачью. Константин невольно отметил про себя, что она невероятно красива, хотя и мрачна.
        Маура привела их в большую комнату, с потолка которой осыпалась пыль. Посреди мрака был заметен большой каменный трон с серой фигурой. Восседавший на троне медленно пошевелился, уставившись на гостей огромными жёлтыми глазами.
        - Маура, дитя, я же хотел, чтоб он сам нашёл путь, без твоей помощи.  - грубым рычащим голосом сказал некто.  - Я Феорак. Феорак Позорный.
        Это имя никому ничего не говорило. Даже Махиора не знала о нём. Все так и стояли, не собираясь склониться.
        - Хм, пожалуй, я этого и не достоен более. Благодаря мне Боги узнали о грядущем нападении Демонов. Именно поэтому Они и создали Избранного. И вот ты стоишь предо мной. Да, это ты, я узнал тебя. В тебе моя частица.
        - Ты Демон!  - выкрикнул Константин.
        - По рождению, но не по призванию. Вы многого не знаете, позабыв за столь долгую историю. Так давайте я поведаю её вам…
        … Рассказав историю своего изгнания, отречения от Кавеса, Феорак устало облокотился на спинку трона. Вокруг загорелись небольшие факелы, тусклый мерцающий свет которых несказанно радовал прибывших гостей.
        - Когда Боги создавали Избранного, я вмешался в этот процесс. Афар, мой старый друг среди Богов, уже умирал. Он отдал мне свои силы, окончательно покинув нас. Именно под его личиной я и прибыл к Богам, не заподозрившим подмены. Но именно частица Демона, моя частица, передалась тебе. Откуда ты?
        - Земля.  - поражённый рассказом, ответил Константин.
        - Трёхмирье значит. Я надеялся, что ты будешь с Асгарда хотя бы, ну да ладно. Мой смертный час близок. Ваше спасение от Ордена Боли было организовано мною и Маурой. Здесь вы найдёте пищу и кров. Я давно слежу за вами. С того самого момента, когда ты, Избранный, покинул пещеру морока возле Проклятого леса. Не думал, что она появится снова, после той битвы…  - он тяжело вздохнул.  - Оружие и броня имеются. Чувствуйте себя как дома. Друзья Избранного - мои друзья.
        Он встал с трона, низко поклонившись. Маура молча повела их в другую комнату, где уже стоял накрытый едой стол. Только сейчас, в свете факелов, Константин заметил множество ожогов на её руках.
        - Ты управляла туманом?  - спросил он.
        - Да. Хорошая стена огня, не сразу поглотила её.  - с обидой в голосе ответила девушка.
        - Афар мёртв?  - нервно дрожащим голосом спросил Киар.
        - И да и нет. Сам лично он мёртв давно. Но его суть и сила присутствуют в этом мире. Именно Феорак исполняет его роль, оберегая твой орден, даруя вам знания и умения.
        - Мне никто не поверит…
        - Я вскоре поведаю истину.  - сказал Феерак, приняв облик человека.  - Избранный вскоре сразится с Демонами, а для этого ему нужна армия. Махиора Теель Наарг, тебя гнетёт вопрос? Позволь угадаю. Как Акаар, лидер Ордена Боли, обманул тебя, не так ли? Он не обманывал. Создатель Ордена Чистых магов, Феерар, был знаком со мной. И Акаар следовал указу своего учителя. Орден Чистых жив, пока есть его последователи.
        - Не понимаю.  - ответила Махиора.
        - Акаар всё ещё в Ордене Чистых. Он вынужден притворяться фанатиком боли, чтобы выжить и использовать их в своих целях. Светород, он же Феерар и Ашарим, предвидел это. Мудрый маг. Гораздо мудрее многих Богов.
        - Он мёртв.  - сухо сказал Константин.
        - Возможно-возможно.  - прохрипел, откашливаясь, Феорак.

        Глава 20: "Демоническая преданность"

        Маркат Ужасный восседал на своём троне, окружённом огнём и расплавленной землёй. Повсюду были разбросаны черепа его врагов и предателей, убитых им самим лично. В правой руке сжимая сферу адского пламени, он жестом пригласил свою гостью. Огромный чёрный пёс, до этого мирно спящий слева от хозяина, громко зарычал.
        К Маркату приближалась высокая девушка с волосами цвета огня. Её глаза светились внутренним фиолетовым пламенем. В руках мелькали всполохи различных цветов. Она быстро шла к Демону, совершенно не боясь его.
        - Неплохо ты спрятался, Маркат!  - выкрикнула девушка, загадочно улыбнувшись.
        - И я рад видеть тебя, Моргана. Давно не навещала наш мир.  - вольготно усевшись, ответил Демон.
        - Помимо этого мира, который пока ещё не наш, есть и другие дела.
        - Не горячись. Не забывай, что ты лишь могущественная чаровница, не более того. Твоё бессмертие приобретённое и не вечное. И единственная причина, по которой тебя никто из моих братьев не убил, это твоя близость к нашему Владыке.
        - Только прикоснись ко мне - вырву твоё поганное сердце, раздавив его в руке!  - пылко выкрикнула она.
        - Хм, допустим верю. Как Авалон? Не разрушен?
        - Тебя это не касается. Кавес ожидал от вас большего. К этому времени в мире не должно было остаться никого живого, тем более Богов. И что мы имеем? Некоторые из Вторых Богов живы, даже Первые Боги скрываются!  - от её крика содрогнулись стены, а пёс заскулил, скрывшись у ног хозяина.
        - Понимаешь, дорогуша, планы изменились. Мы решили, что править миром куда интереснее, нежели уничтожить его. Здесь мы есть власть и закон! Никто не смеет перечить нашей воле! А Кавес… Он что-то давно не появлялся. Уже порядка нескольких веков. До меня дошли слухи, что он повержен. Это правда? Если нет, то пусть придёт ко мне лично!
        - Ты!  - зашипела Моргана ла'Фей.  - Жалкий выродок Цербера! Кавес жив, и ничто не сокрушит его могущество! Весь его план не ведаю даже я! А тебя, как и прочих предателей он уничтожит, если вы не одумаетесь.
        - Иди, ступай к нему, возомнившему о себе Властителя Хаоса. Его план не существует, являясь лишь безумием, навеянным Хаосом!
        - Глупец!  - выкрикнула девушка, бросив в Марката сгусток энергии, взорвавшийся возле головы Демона.
        Он не успел атаковать её, как она исчезла в портале. Лишь стены отозвались гулом на её побег. "Проклятье!"  - прорычал Демон: "Как она не вовремя явилась".
        На всполохи магии прибежали вооружённые слуги. Владыка указал жестом, чтоб они покинули тронный зал. Все они испуганно повиновались Его воле, спешно удалившись прочь. Позади трона шла высокая стройная, хрупкая на вид девушка. Она придерживала рукой капюшон, укрывавший её лицо. По плечам стелились жгучие чёрные волосы. Её свободная мантия колыхалась, словно на ветру.
        - Желали меня видеть, Господин?  - склонив голову, прошептала она.
        - Здесь была Моргана. Это сулит не малые неприятности. Сообщи остальным, чтоб были готовы. Пора продолжить войну. Но теперь не под знамёнами Кавеса, а за свои интересы. Пора убить всех Богов, забрав их силы, а после уничтожить Кавеса, если он отважится явиться к нам!
        - Да, Повелитель. Что-нибудь ещё?
        - Собери войска. Пора отправиться в Мёртвую землю, повторно убив каждого из её обитателей. А после уничтожить Древнего Бога, укрывшегося в Леоре. Следом за ним Богоподобную тварь возле сгоревшего города, а там и Гафер. Мы утопим всех в их же крови! Кости врагов будут хрустеть под нашими ногами!  - злобно выкрикивал Маркат, раскидывая черепа поверженных врагов.
        - Да, Учитель, как Вам будет угодно.  - проговорила девушка, снимая капюшон.
        Её глаза были словно налиты кровью. Зловещее красное свечение из глубины глаз, будто душа пылает в огне. Её лицо меняло очертания, становясь более озлобленным, полным ненависти и гнева. Она, Таурга Безжалостная, ученица Марката Ужасного, была его дочерью. Её мать, тёмная колдунья, умерла при родах, будучи изъеденной изнутри во время тяжёлой беременности Демонесой-полукровкой. Девушка догадывалась о своёй родословной, но не смела спросить своего Владыку.
        Быстро, словно вихрь, развернувшись, она устремилась прочь, выполнять Его поручения. Слуги, встречаемые ею на пути, покорно вставали на колени, трепеща от страха. Но она не обращала на них внимания, не замечая их. Всё вокруг для неё было словно объято кровавого цвета пламенем. Внутри что-то жгло и полыхало, причиняя боль, но и некое умиротворение. Она была в предвкушении битвы. "Наконец-то я проявлю себя на поле битвы! Пришло время убить этих жалких смертных и из Богов!"  - говорила она сама себе. Её ногти удлинялись, становясь более похожими на хищные загнутые когти…
        Аури'Каль как всегда всматривался в магические сферы, пытаясь узнать великие тайны мира. Его творение, Нерождённый убийца, не справился с поставленной задачей - убить Богов Проклятого леса. Но то было лишь временным затруднением, ведь его невозможно убить, лишь рассеять на время. Он, Верховный маг Тенера, по-прежнему жаждал власти и свержения своего Господина. И у него был свой план, коварный и опасный.
        В момент поглощения жертв Демоном, он крайне уязвим, находясь в глубоком трансе. Это произошло из-за того, что Они оторваны от своего дома - Ада. Улучив момент, Аури'Каль, будучи единственным, стоящим на страже Господина, нанесёт свои множественные разящие удары, уничтожив Демона. "Опасно и опрометчиво, но иначе никак"  - говорил он сам себе, глядя в зеркало.
        И вот, собирая свои заколдованные кинжалы, добавочно обмазанные ядом Василиска, он услышал зов. Он доносился из книги, скрываемой им в тайной комнате подвала.
        - Аури'Каль, Верховный маг, ты жаждешь власти?  - шептал таинственный голос.
        - Да, больше всего на свете!  - ответил мужчина.
        - Я, Араф, Бог, заточённый здесь, помогу тебе. Грядёт битва. Новая война. Не торопись со своими планами, обречены они на провал и смерть. На поле битвы я дам тебе знак, и ты нанесёшь свой разящий удар. Все трофеи победителю, не так ли?
        - Что взамен?  - забеспокоился Аури'Каль.
        - Ничего, абсолютно. Я так же, как и ты желаю смерти Тенера. А теперь ступай наверх, к тебе гостья пришла. От Марката.  - голос мгновенно умолк, будто его и не было.
        Верховный маг понимал, что это некое подобие сделки крайне опасно. Но что-то внутри подсказывало ему, что именно так и нужно сделать. Он поспешно покинул комнату, поднимаясь наверх. "Гостья от Марката? Разве что Таурга, больше некому. Но по какой причине она явилась?"  - говорил он сам с собой.
        В его кабинете мерцала фигура девушки. Её глаза были полны кровавого пламени, а пальцы рук заканчивались острыми крючковатыми когтями. "Она не явилась, создав мысленно-энергетическую проекцию"  - пронеслось у Аури'Каля в голове: "Возможно, не я один удостоился внимания Марката".
        - Приветствую тебя, Верховный маг Владыки Тенера!  - склонившись в поклоне, сказала девушка.
        - Чем удостоился такой чести?  - сходу спросил он, не любя эти церемонии.
        - Мой Господин велел передать, что пора начать новую войну. Передай своему Повелителю о готовности Марката и, скорее всего, остальных Владык. Пришло время истребить Богов и их жалких смертных!
        - Я передам твои слова. Благодарю за оказанную честь.
        Образ девушки растворился в воздухе, будто его и не было. Аури'Каль устало упал на своё кресло, вытирая пот со лба. "Араф, кем бы он ни был, оказался прав"  - шептал он, накладывая чары неведения на помещение: "Надо будет узнать, что это за Бог такой".
        Аури'Каль неспешно шёл к обители Тенера, наслаждаясь страхом низших по чину. Он, как всегда, испытывал презрение ко всем и наслаждение их страхом. Его мантия развевалась на ветру, словно мрачные чёрные крылья. На лице ярко читались ненависть к окружающим и желание убивать их всех, упиваясь своей жестокостью.
        - Владыка,  - сказал он, склонившись до земли,  - у меня вести от Вашего брата Марката. Он готов к новой войне. Надеется на Вашу помощь.
        - Наконец-то!  - прорычал Тенер.  - Столько времени бездействия! Готовь войска, пришло время умыть этот мир в крови!
        - Да, Владыка.  - Аури'Каль снова склонился.
        - Воров так и не нашли?  - неожиданно вспомнил Демон.
        - Н-нет,  - испуганно ответил маг.  - Отряд… Скорее всего погиб недалеко от Гафера…
        - Богоподобная тварь…  - утробно прорычал Тенер.  - Скоро и тебе придёт конец. Прочь от меня, ничтожество!
        Аури'Каль спешно удалился, опасаясь гнева своего Господина. Он направился к Гаур'Кро, главнокомандующему армией. Им предстояло провести подготовку войск и обдумать тактику…
        Владения Ширазы Безумной, были мрачны и угнетающи. Она единственная Демонеса, наравне с остальными, являющаяся Владыкой. У неё были весьма утончённые черты лица. Воистину считалась самой прекрасной из Демонического рода, превзойдя своей красотой даже Лилит, так и не присягнувшую на верность Кавесу. Её крылья были тонкими и изящными, обманчиво кажущиеся слабыми и бесполезными. Утончённая фигура несомненно вызывала частое восхищение со стороны Демонов, особенно при жизни в Аду. Но никто из них так и не удостоился её внимания. Она была бесконечно предана лишь Кавесу, ставшему для неё другом и учителем. Он был для неё всем. Она крайне тяжело пережила его исчезновение, погрузившись в пучину своего безумия. И до сих пор ждала его возвращения, беспрекословно выполняя его старые указания. Только она не была посвящена в тайные планы Марката и остальных Демонов, предавших и отвергнувших клятву верности Кавесу.
        В её владениях было темно и мрачно. Солнечные лучи не касались земли, не в силах пробиться сквозь чёрный магический купол. Сумрак, казавшийся вечным, царил безраздельно. Её рабы, искажённые безумной магией люди, казались изувеченными ожившими, но не переставшими гнить, обугленными мертвецами. Повсюду царил запах гари. Земля, покрытая глубокими трещинами, источала вонь и смрад, отравляя всё живое, меняя до неузнаваемости. Это были гиблые земли, ужасающие своим безумием и гротескностью.
        В её дворце царила тьма, озаряемая лишь случайными, хаотичными всполохами огня. Это было смешение реальности и фантазии, разума и безумия. Идя по полу, можно было оказаться совершенно в другой плоскости. Весь дворец был сделан зеркальным. Множество отражений идущего раба доводили его до безумия, создавая иллюзию преследования. Постоянный скрежет металла и чудовищные, невыносимые, душераздирающие вопли доносились отовсюду. Весь дворец стал воплощением идеального, по мнению Ширазы, мира. Магией Ада пропитав стены, она сделала их живыми, разумными. Они меняли длину и направления. Дворец был одним огромным живым магическим существом, сведённым с ума создательницей.
        По одному из коридоров шёл главный вестник Ширазы Безумной. Именно с ним связалась Таурга. Он не был человеком в привычном понимании слова. Это было нечто, сотканное из всевозможных кусков плоти вокруг раздробленных и переломленных костей, обтянутое чёрной, словно сгоревшей, кожей. Шесть глаз, расположенных по всему телу, неистово вертелись внутри глазниц. Оно старалось отвести свой взор от многочисленных отражений, доводящих до истерического, панического безумия. Тонкие прозрачные веки не могли спасти Кха'Кар, именно так звали его большинство.
        В царстве Ширазы не было имён, как и громкой речи. Разрешалось говорить лишь шёпотом, тихим, едва слышимым. Вместо имён использовали отличительные черты собеседника. Кха'Кара назвали так за его нескончаемый кашель, едва позволявший ему дышать. Каждый раз он выплёвывал в свои уродливые ладони с кривыми пальцами большие сгустки чёрной крови, откашливая её вновь и вновь.
        Неизвестно, сколько он бродил во дворце Безумной Госпожи, но всё же прибыл в тронный зал. Он казался пустым и безжизненным. Вспышка огня, отражённая от зеркал, снова резко ударила по всем глазам. Кха'Кар выискивал Демонесу. Из глубины зала выползло что-то неявное. Это нечто напоминало что-то среднее между дымом и змеёй, скользя по воздуху, постепенно приобретая форму прекрасной Демонесы.
        - Что тебе, раб?  - по змеиному шипя, спросила она.
        - Маркат Ужасный начинает военный поход. Пора исполнить волю Властелина Хаоса, Кавеса.  - распластавшись на зеркальном полу, ответил Кха'Кар.
        - Да неужели!  - взвизгнула она.  - Собирай войска! Пора погрузить этот мир во мрак и безумие, а после отдать в объятия Хаоса!
        - Да, ваше Безумство,  - не смея повернуться к ней спиной, Кха'Кар медленно пятился назад, преисполненный страхом и трепетом.  - Позвольте покинуть дворец.
        - Оставь меня,  - скрипящим голосом ответила Шираза.  - мне необходимо подготовиться…
        Кха'Кар, покинув тронный зал, спешил обратно. Ему было невыносимо находиться здесь, в этом дворце. Каждая клеточка его изувеченного магией тела страдала, находясь в этом месте. Он готов был умереть, лишь бы не возвращаться сюда более.
        Оказавшись на улице, с трудом дойдя до выхода, он упал на чёрную землю, несказанно радуясь ей. Из всех его глаз полились слёзы страха и счастья одновременно. Он разразился громким раскатистым смехом, смешанным с отвратительным кашлем. "Я жив!"  - радостно прошептал он, вмиг умолнув. Смех тоже запрещён в этих землях. "Хорошо, никто не слышал"  - сказал он сам себе в мыслях…
        Маркат важно и чинно проходил мимо своих войск. В его руке был огромный двуручный меч, которым он в своё время убил немало Демонов и Богов. Воины и маги смотрели на него, боготворя его и свято веря в несокрушимость своего Господина. Никто даже думать не смел о поражении, уж тем более о смерти Марката Ужасного.
        Он, закончив обход, сел на свой походный трон, окружённый рабами и пленниками, изувеченными пытками и губительной магией Демона. Они что-то несвязано роптали, неся своего Господина.
        - Отправьте вперёд разведчиков и берсерков. Пусть расчистят путь войскам. Следом два десятка магов. Их задача уничтожить тех, кто даст равный бой берсеркам. Наши войска не должны встретить должного сопротивления.  - говорил он своим генералам, прекрасно понимая, что местные умертвия, встречаемые не раз, да и искажённые порождения зелёного тумана весьма опасны.
        Небольшой отряд разведчиков выдвинулся вперёд, сопровождаемый тяжело вооружёнными берсерками. Маркат всегда делал уклон на военную мощь своей империи, изменяя магически воинов. Они становились сильнее и выносливее, но теряли человеческие черты, походя больше на неких чудовищ. Их зубы, порой, становились столь большими, что едва закрывались челюсти. Их улучшения приводили к уродству, порой убивая…
        Феорак, укрывавшийся до этого в тронном зале, спешно шёл в отличие человека.
        - Маура!  - кричал он.  - Случилось ужасное!
        На его крик прибежали остальные, кто находился в подвале древней академии.
        - Что случилось?  - спросил Киар.
        - В мир пришла Моргана ла'Фей…  - тяжело вздохнув, сказал Демон.  - Она правая рука Кавеса. И то, что мир до сих пор не захвачен, её вряд ли обрадовало.
        - Откуда ты знаешь это, не покидая своего убежища?  - дерзко спросила Махиора.
        - Печать Кавеса на всех присягнувших ему. Я почувствую, если количество печатей в мире изменится. До этого их было пять. Маркат Ужасный, Тенер Кровожадный, Шираза Безумная, я и кто-то ещё, о ком я не знаю. Он или она ни разу ни во что не вмешался. Возможно, это некий артефакт. Но я почувствовал ещё одну печать. И по силе её понял, что это Моргана.
        - То есть, ты чувствуешь их? А тебя они чувствуют?  - резко выпалил Константин.
        - Для этого надо обрести покой души и много медитаций. А они слишком полны эмоций и страстей. Поэтому то я и оставался так долго не ощутим для всех.
        В то время, как Феорак рассказывал гостям про печать Кавеса, Маура убежала к своим сферам. Она застыла над ними, быстро двигая руками.
        - У нас гости. Воины Марката.  - тихо сказала она.
        - Ты знаешь, что делать.  - ответил Демон.  - Смертные, пришло время и вам помочь мне. Надевайте броню и берите оружие. Это будет опасный бой.
        Сам же он поспешно скрылся в одном из коридоров, на ходу принимая свой истинный облик. Маура же укрылась в глубине своей комнаты, шумно гремя бронёй и оружием, лежащим в темноте…
        Разведчики и берсерки нещадно убивали водных чудовищ, встречаемых на пути. Густой зелёный туман обволакивал воинов. Он касался их своими холодными языками, скользя по ним, словно пробуя на вкус.
        Войска Марката уже входили в Мёртвую землю. Шум брони тонул в тумане, жадно поглощавшем любые звуки. Маркат и Таурга стояли на границе Мёртвой земли, всматриваясь в её глубины…
        Феорак был облачён в тяжёлую металлическую броню. Позади него пылало зелёное пламя, пробивавшееся из самых глубин академии.
        - Именно это даёт силы туману, порождает его. И это наш главный союзник в этой битве.  - сказал он.
        Маура вышла в лёгкой кожаной броне, плотно облегающей её тело, подчёркивая формы. Фарка, выбравшая такую же броню, со злостью выглянула на неё, недовольно фыркнув. Константин предпочёл в этот раз надеть лёгкую металлическую броню. По словам Дароза, она была эльфийского происхождения. Поверх брони он надел чёрную мантию и золотую маску. Дароз, по привычке, выбрал тяжёлую броню и большой двуручный меч. Махиора же решила ограничить себя лёгкой бронёй, сделанной словно из чешуи огромной рептилии.
        Все шестеро вышли из академии, встав в один ряд. Каждый готовился к битве.
        Маура и Феорак стояли поодаль, о чём-то быстро говоря. На горизонте появились войска. Во главе их шёл огромный Демон и некая девушка. Маура подняла руки кверху, читая заклятие. Земля под ногами зашевелилась, выпуская мертвецов. Их броня истлела, от одежды не осталось и следа. Кожа и мясо отваливались большими кусками, свисая с умертвий. Они гудели и рычали, гремя оружием. "Так вот, что воняло"  - подумал Константин. С деревьев стекала слизь, собираясь в большие сгустки. Это были те же существа, одного из которых они убили в академии. Туман становился тёмно фиолетовым с зелёными полосами.
        - Это место само способно защитить себя. Я лишь подсказала, кто враг.  - улыбнувшись Константину, пояснила девушка.
        Юноша лишь улыбнулся в ответ, на что Фарка толкнула его локтем в живот. Дароз лишь усмехнулся, увидев реакцию дочери.
        - Маркат! Ты ещё жив, Ангельский выродок?  - выкрикнул Феорак.
        - Позорный!  - прошипел Демон.  - Вот уж не думал увидеть тебя снова. Так ты всё это время был здесь? Мне стоило догадаться. Спрятался прямо у меня под носом, предатель!
        - Не тебе говорить о предательстве! Или я ослеп и потому не вижу знамён Кавеса? Ты предал его, как до этого Люцифера, а ещё раньше Микаэля! Извечный предатель в угоду своей жажды власти! Твой путь окончится здесь! Пожалуй, не плохой улов мёртвых будет сегодня здесь.  - сказал Феорак, выставив меч вперёд.  - Я, по праву крови своей, бросаю тебе вызов! Твои войска против моих! Чтоб не сбежал ты!
        - Вызов принят, Позорный!  - прорычал Маркат, спрыгивая с трона.  - Твоя смерть будет мучительной.

        Глава 21: "Насыщение Смерти"

        Феорак и Маркат схлестнулись в схватке один на один, скрестив свои огромные, по человеческим меркам, мечи. Грохот их ударов разносился повсюду, смешиваемый с ругательствами и рычанием на неизвестном Константину языке. Два Демона, истинно ненавидящие друг друга, желали лишь одного - смерти врага.
        Войска Марката стояли, сохраняя ряды. Никто из них не посмел напасть на стоявших возле руин древней академии смертных. Фарка держала эльфийский лук, найденный ею в подвале, в боевом положении. Махиора что-то шептала, устало прикрыв глаза. Маура была оплетенна нитями зелёного и фиолетового цветов, стекающими с неё на землю. Константин держал в одной руке небольшой клинок, в другой же искрились алые молнии. Дароз бегло оценивал тактику наступления, понимая, что шансов выжить у них точно нет. Он лишь желал убить как можно больше слуг Марката. Его ладони были мокрые от пота, отчего он с трудом удерживал меч. Киар по привычке и обычаю молился Арафу, дабы тот даровал ему силы в руках и скорости в ногах, да исцелил болезни тела и души.
        - Время пришло.  - тихо сказала Маура, взмахнув руками. Нити, оплетавшие её, метнулись на вражеское войско, не успевшее среагировать. Целостность рядов была нарушена, воины лежали на земле, содрогаемые конвульсиями. Зелёный туман окутывал их, словно дикий зверь, набросившись на свою жертву. Умертвия и существа, порождённые этой местностью, с диким рёвом рванули на вторгшихся в их владения воинов, разрывая их на части. Таурга выкрикнула что-то несвязное, высоко вскинув руки. С неба ударили красные молнии. Камень разлетался на куски от столь мощных ударов.
        - Я и Маура ведём атаку по войску, остальные защищайте нас от воинов!  - выкрикнула Махиора. С её рук слетали языки пламени, разящие врагов. Таурга парировала их, отводя от войск, перенаправляя обратно. Небо озарилось множественными всполохами заклятий. Воины Марката наступали, гремя бронёй, в которую они были облаченны. Все те, кто были убиты и поглощенны туманом, вставали вновь, сражаясь уже против своих бывших соратников. Войско Феорака и Мауры неимоверно быстро росло.
        Константин бросился в гущу сражения, всё больше и больше погружаясь в собственный гнев, постепенно теряя контроль над ним. Внутри что-то приятно жгло, наполняя тело силами. В голове по-змеиному шептал голос. Невольно повторяя таинственные слова, Константин творил магию. Древнюю, сильную, чуждую ему и этому миру. Магию Демонов. С рук скрывалось Адское пламя, менявшее свой цвет с красно-оранжевого на небесно синий. "Он точно Избранный!"  - подумал Феорак, на миг отвлёкшийся от своей битвы. Сильный удар пришёлся ему по плечу, едва не обрушив Демона на землю. Отлетевший наплечник со звоном упал на камни, скрывшись в густом мхе. Маркат довольно ухмыльнулся, предчувствуя скорую победу. Феорак, взвыв от боли, неистово обрушил целый град яростных ударов, вынудив противника отступать назад.
        - Не забывай, я слишком долго сдерживал свой гнев!  - прорычал Феорак, чья кожа из серой становилась рубинового цвета.
        Киар нещадно разрубал врагов, скользя между ними, словно быстрый ручей меж камней. Он едва успевал уворачиваться от множества ударов, наносимых ему воинами Марката. Фарка уже сменила несколько колчанов стрел, неумолимо заканчивающихся в самые нужные моменты, когда враг подходил слишком близко. Лишь благодаря своему отцу она жива до сих пор. Мужчина с трудом пробивал броню противников, облачённых в тяжёлые доспехи, усиленные магией.
        Туман издавал пугающий зловещий гул. Множество воинов Марката были обращенны в нежить. Таурга с трудом сдерживала множественные атаки Махиоры и Мауры. Казалось, будто победа достанется защитникам этого рубежа.
        На горизонте появились войска Ширазы Безумной. Её воины двигались неимоверно быстро, сохраняя абсолютную тишину. Махиора, первая увидев их, пришла в ужас. Целые легионы ужасных созданий, сотворённых безумной Демонесой. Сама же Шираза летела высоко в небе, громко крича. Её вопль прервал сражение, склонив всех к земле. Каждый, даже умертвия, искали укрытие от её безумного крика. Даже туман рассеивался, словно уходя в воду, окружавшую поле битвы.
        - Маркат!  - воскликнула она, приземлившись - Я, гляжу, пришла вовремя. Ты решил лично покарать предателя?
        Её воины напали на существ и умертвий, разрывая их своими кривыми руками. Лишь крики боли и хрипы смерти были слышны повсюду. Гротескные создания Безумной сохраняли молчание, ещё больше пугавшее защитников. "Мы обречены"  - подумал Константин, издав громкий рык.
        - Ты один из нас!  - воскликнула Шираза.  - Наша кровь в тебе, чаровник!
        Константин ничего не ответил. В его глазах пылал огонь, а весь мир будто налился кровью. В голове звучал громкий безумный голос, твердивший лишь одно: "Убей их всех!". Его тело пылало огнём, причиняя неимоверную боль. Кожа трескалась, обугливаясь на ещё живом юноше. Кости громко хрустели, ломаясь, превращая его в нечто ужасное. Невыносимая боль погружала Константина в небытие, склонив его к земле, заставив истошно кричать и вопить. Он выгорал изнутри, превращаясь в некое ужасное, гротескное подобие Демона.
        - Избранный?  - с сомнением задала риторический вопрос Махиора.
        - Он Демон?  - выкрикнул Киар.  - Он один из них!
        Воины Марката, объединённые с созданиями Ширазы, нещадно убивали поднятых умертвий. Порождения Мёртвой земли умирали один за другим, уничтожаемые Безумной и её многочисленными магами. Ход битвы был переломлен, у защитников шансы на победу таяли на глазах. Туман рассеивался, словно лишённый свои сил.
        Константин был едва узнаваем. На голове отсутствовали волосы, а лицо преобрело более хищные черты. Вся кожа была красной, пылая словно огонь. Из спины торчали два крыла с острыми длинными когтями. Издав громкий рык, он с новыми силамии бросился на врагов, разрывая их в клочья.
        - Слишком много Демонов,  - думала Маура,  - туман не способен выдерживать столь много зла.
        Махиора взмыла высоко в небо, обрушив на демонических воинов целый шквал всевозможных заклятий. Она тратила последние свои силы, желая лишь одного - убить Демонов. Бывшая Богиня метала бесчисленные сферы и колья огня, разила молниями всевозможных цветов, кидала поднятые ею камни. Сил становилось всё меньше и меньше. Тело покрывалось холодом. В голове всё плыло, словно в вихре. Она рухнула на землю, потеряв сознание, едва дыша.
        Феорак и Маркат продолжали свою дуэль, сокрушая друг друга множеством ударов неимоверной силы. Ни один смертный не выдержал бы такой мощи, но они были равны по происхождению. Клинки, выкованные в Аду, едва выдерживали такую ярость в бою. Рыки и лязг оружия оглушали всех поблизости. Маркат постепенно отступал, понимая, что эту битву вряд ли выиграет. Феорак тяжело дыша, продолжал наступать, имея лишь одну цель - отвлечь противника от Избранного и его спутников, в ком он видел спасение мира.
        Маура из наступления перешла в оборону. Её сил едва хватало на поддержание магического купола, удерживающего атаки Таурги. Демонеса-полукровка, преисполненная ненавистью и жаждой убийств, создавала всё новые и новые заклятия, читая их на неизвестном всем языке. "Шеер геол!"  - кричала она, взмахивая руками. Тысячи сгустков энергии озарили Мёртвую землю. Магический купол, защищавший смертных, напряжённо гудел. Он не мог выдержать столь мощные атаки.
        Фарка устало отстреливалась от наступавших воинов. У неё остался последний колчан стрел, неумолимо опустевающий. Дароз же сидел, облокотившись на камень. Из его плеча и ноги вяло текла кровь. Меч небрежно лежал в стороне, обронённый в ожесточённой битве. Вокруг него вылялось множество убитых им врагов, разрубленных пополам. Из икры на левой ноге торчал кинжал. С криком, полным боли, мужчина извлёк его, с чудовищной силой сжимая зубы.
        Киар отступал к соратникам, вяло и устало парируя атаки. Он уже едва успевал нанести контратаку, не способный бороться против такого количества врагов. Его обучали как тайного убийцу, скрывающегося в тени. Лишь для побега от войск, стремившихся поймать его, он обучался быстрой расправе с превосходящим числом противником. Но этих навыков было недостаточно для борьбы с целыми легионами воинов, неустанно пребывающих снова и снова. Удар за ударом, он отступал назад, выстраивая по памяти ландшафт. По его лицу стекала струйка крови, капая с подбородка. Правый глаз заплыл, расцарапанный когтями уродливого воина Ширазы. Киар понимал с самого начала, что победы им не видать. Он лишь надеялся на быструю и не мучительную смерть, убив перед этим как можно больше врагов.
        Шираза Безумная металась по полю боя, сметая всё на своём пути. Словно дикий вихрь, она ломала чудовищ и умертвий, перед этим склоняя на колени своим воплем. Она безумно хохотала, взмывая ввысь. Оттуда кидала многочисленные камни, поднимаемые с земли. "Вы все умрёте во имя Кавеса!"  - истошно кричала она, нещадно атакуя магический купол.
        Константин набросился на Таургу, сбив её с ног. "Я вкушу твою плоть, полукровка!"  - злобно прорычал он, разрывая её броню когтями. Она отчаянно пыталась отбиться руками и заклятиями, отлетавшими от Константина, не причиняя вреда. "Единство всех Богов и одного Демона"  - с восхищением думал Феорак, блокируя очередной удар Марката. Таурга почувствовала остроту когтей на своей коже. Кровь брызнула тоненькими струйками в разные стороны, окропив землю и воинов. Константин довольно оскалился полным острых зубов ртом. Едкая слюна капала на лицо Демонесы. Лицо Константина было неимоверно близко. Он впился в её шею, вонзив свои острые зубы. Кровь большой струёй брызнула из артерии, заливая всё вокруг. Константин рычал, вгрызаясь в её плоть. Лишь когда Таурга перестала содрогаться в конвульсиях, он довольно поднялся над ней. Держа во рту большой кусок кровавой плоти, Константин громко зарычал. В его глазах читался голод. Он жаждал плоти и крови Демонов.

        Феорак был крайне напуган. Он не ожидал столь сильного проявления демонической сути в Константине. Юноша пугал Демона своей жестокостью и кровожадностью, переходящую все границы. Даже Маркат на миг застыл в немом оцепенении, шокированный безумством Константина. Шираза спустилась на землю, прекратив свои атаки по куполу. Маура, едва стоявшая на ногах, рухнула на четвереньки. Всё её тело тряслось от изнеможения. Фарка держала в дрожащих от усталости и страха руках последнюю стрелу. Дароз погружался в беспамятство от обильной кровопотери. Махиора так и лежала там же, куда и упала, совершенно обессилев. Киар, споткнувшись о чьё-то безжизненное тело, рухнул рядом. Он выронил один из клинков, со звоном отлетевшим в сторону. Над лицом промелькнули несколько мечей и кривых рук. Взмахнув последним клинком по широкой дуге, он лишь задел одно из чудовищ Ширазы, взвывшее в тот же миг. Этого оказалось достаточно, чтобы Киар смог отползти в сторону, спрятавшись за камень.
        Константин бешено разрывал на куски всех, кто встречался ему на пути. Он чувствовал ни с чем несравнимое удовольствие, врезаясь когтями и зубами во врагов. Ощущение биения их сердец в своих руках, истошные вопли и хрипы, стекающая по лицу кровь. Это пьянило его. Он был в эйфории. Впервые в жизни он нашёл свой источник удовольствия. Ни кофе, ни никотин, к которым его неимоверно тянуло несколько лет подряд, не давали того кайфа, который он испытывал в данный миг. Он упивался своей жестокостью и силой, жаждой убийства, плоти и крови.
        Маркат, с трудом увернувшись от удара сверху, сделал короткий, но быстрый выпад вперёд. Это сбило Феорака, пробив его броню. Оба Демона едва стояли на ногах, изнемождённые столь долгой битвой.
        Шираза решила лично расправиться с Константином. Высоко взмыв в небо, она, словно ястреб, камнем кинулась на землю, громко крича. Вцепившись когтями в плечи Константина, она пыталась разорвать его своими крыльями. Юноша схватил их, резко приложив все свои нечеловеческие силы. Демонеса взвыла, взревела от боли. Крылья с громким сухим хрустом сломались. Шираза в страхе отпрянула от неудавшейся жертвы, смотря на него взглядом, полным боли и ненависти, безумия и страха. Из её сломанных крыльев стекала чёрная кровь. Константин лишь ухмыльнулся, проведя по своим ранам пальцами. С них стекала его кровь. Он жадно провёл языком, слизывая её. "Уверен, твоя вкуснее!"  - довольно прорычало Нечто, заменившее Константина. Маркат и Феорак застыли от увиденного. Слишком ужасная картина жестокости Константина ввела всех в ступор. Даже по меркам Демонов он слишком кровожаден и безумен.
        Маура, пыталась оттащить ещё живых смертных, лежащих без сознания. Она была напугана этой битвой, но больше всего Избранным. Его злость не знала границ. Теперь она не знала, кто же большее зло. Три Демона, захватившие этот мир, или новый Константин.
        По земле текли кровавые ручьи. Повсюду лежали тела убитых воинов и всевозможных существ. Шираза пятилась назад, отступая от неспешно идущего Константина. С его оскаленного рта стекала кровь. В глазах пылал огонь. Довольное, но в тоже время голодное и злобное рычание вызывало панику у ещё живых воинов. Они спешно отступали, покидая Мёртвую землю.
        Маркат, понимая, что рано или поздно обезумевший от собственной жестокости Константин доберётся и до него, решил сбежать, нарушив правила дуэли. Это позор для Демона, который не смыть никаким количеством крови. Но Маркату было безразлично на честь, жизнь для него была дороже. Он взмыл высоко в небо, бросив свой меч в Феорака.
        - Спасайся сама!  - крикнул он Ширазе, улетая вдаль.
        Константин уже был на расстоянии вытянутой руки от Демонесы. Он схватил её за глотку, сдавливая, смотрел в её глаза. "Твоя боль так сладка для меня"  - прошипел он, пронзив другой рукой её живот. Он добрался до её сердца, сжимая его. Бешенные удары передавались в ладонь, разносясь по всей руке. Улыбка на лице Константина приобрела ещё более чудовищный вид. Его длинный раздвоенный язык скользил по лицу Ширазы, словно пробуя её на вкус. Из её глаз потекли кровавые слёзы. Она впервые познала неизмеримый страх. "Убей меня, чудовище!"  - прохрипела она сквозь боль. "С удовольствием!"  - радостно утробно клокоча, ответил Константин. Он вырвал её сердце, ещё бьющееся в руке. Шираза рухнула на землю. Из её рта текла тоненькая струйка чёрной крови. Константин с жадностью впивался в её ещё бьющееся сердце зубами, смачно поедая его.
        Громкий рык разнёсся по округе. Феорак готовился к очередному сражению. Теперь уже против Константина. Юноша взглянул на своих товарищей, злобно ухмыльнувшись.
        Воцарилось немое ожидание. Феорак, устав от изнуряющей битвы с Маркатом, едва стоял на дрожащих ногах. Константин утробно рычал, злобно ухмыляясь. Его глаза бегали в разные стороны, будто он оценивал ситуацию и свои дальнейшие действия. Маура испуганно смотрела на предстоящую битву, не в силах создать даже слабый магический щит. По её щекам текли слёзы. Сквозь плач она выкрикнула: "Ты Избранный! Спаситель мира! Вспомни себя!".
        Константин уставился на девушку, словно изучая её. Сжимая с хрустом кулаки, он вонзал свои когти в ладони, наслаждаясь собственной болью. В голове всплывали воспоминания. Первая драка. Разбитая губа. Первая любовь, закончившаяся болезненным расставанием. Попытка суицида. Старые шрамы на руках отозвались жгучей болью. Страхи, безраздельно царившие в его жизни. Курение, кофе, алкоголь. Вся его прошлая жизнь быстро вращалась, словно водоворот, в голове. Смерть… Новая жизнь здесь, в этом мире. Эохат, в котором он стал иным. Силы, о которых он не подозревал. Новая судьба, о которой даже не мечтал. Любовь… "Неужели я кому-то дорог?"  - шептал Константин в мыслях. Он заметил лежащую без сознания Фарку, защищаемую едва живой Маурой.
        Внутри юноши что-то сломалось. Его гнев начал угасать, уступая место сожалению. Он винил себя в том, что не уберёг друзей. Упав на колени, он нещадно бил землю и камни. Его тело постепенно принимало человеческий облик. Константин поднял свой взор в небо, истерично рассмеявшись. "Будьте вы все прокляты!"  - выкрикивал он: "Боги, Демоны и прочие! Я ненавижу вас всех! Ваши войны!".
        Сняв с одного из убитых магов мантию, он надел её, спешно идя к Фарке. Его босые ноги резали обломки камней, лежащие всюду. На мантии было большое кровавое пятно, оставшееся от прежнего владельца. Но для Константина всё это не имело ни малейшего значения. Его одолевали чувство вины и страх потерять близких.
        Феорак устало бросил меч на пол, убедившись в том, что Константин поборол своё зло. Демон рухнул на землю, сжимая своё плечо. Из него текла кровь. Он желал помочь раненным, лежащим без сознания союзникам, но был не в состоянии даже встать. Осознание того, что предстоящая битва с Константином была бы последней, пришло к Феораку. Истекающий кровью, изнемождённый Демон не справился бы с обезумевшим Избранным.
        Маура подняла лежавший неподалёку меч, выставив его вперёд. "Не подходи, ты, чудовище! Я сделаю всё, чтобы остановить тебя!"  - шептала она, не в силах сказать громче. Юноша встал напротив храброй защитницы.
        - Поверь, я не желаю зла никому.  - наиболее мягким голосом сказал он.  - Я могу помочь исцелить их.
        - Ты зло! Даже безумнее Ширазы! Твоё зверство хуже демонического!
        - Но благодаря этому мы живы!  - вновь переходя на рык, ответил Константин.
        - Лишь один Демон способен на такое… Кавес, Владыка Хаоса… Его суть в тебе! И я остановлю тебя! Не позволю этому исчадию вернуться к жизни вновь!
        - Он не его слуга.  - устало сказал Феорак.  - Печать не ощущается в нём, хотя силы и внешность схожи. Дай ему пройти к ним.
        Маура замешкалась, но всё же откинула меч. Не сводя взгляда с Константина, она присела на землю. Юноша подбежал к Фарке, дрожащими руками коснувшись её лица. "Ещё дышит"  - с облегчением сказал он. Изнутри шло тепло, собираясь на ладонях. Синие нити тянулись к девушке, впитываясь в неё. Уже спустя несколько секунд она открыла глаза, растерянно взглянув на Константина. "Всё хорошо, мы победили"  - радостно сказал он, вяло улыбнувшись.
        Не дожидаясь ответа, он направился к остальным. Тем же способом он исцелил остальных. Без заклинаний, кристалла, он просто дарил им свою энергию. Знание просто было, словно появившись из неоткуда.
        - Ты действительно Избранный, каким бы ни был. Не зло, но и не добро. Именно тебе решать, кто победит. За тобой выбор.  - сказал Феорак, вставая на ноги.
        - А если я хочу обычной жизни?  - спросил Константин.
        - Не в этот раз. Маркат и Тенер ещё живы, а значит война продолжается. Да и у Кавеса слишком много последователей, которые придут сюда. Твой путь сложен. Обратной дороги уже нет, даже если она и была.
        - Тогда я против них.  - сжимая кулаки, ответил юноша.
        - Пожалуй, сегодняшний день был лучшим за последние несколько сотен лет. Думаю, здесь оставаться опасно. Пора покинуть это убежище, начав новую войну.
        - Что предлагаешь?  - спросила Маура.
        - На севере, говорят, появились драконы.  - сказала Фарка.  - Я отправлюсь туда. Если слухи правдивы, то их помощь будет неоценима.
        - Я попробую уговорить князей и лордов на совместную войну против общего врага. Думаю, это достойный повод прекратить клановые войны.  - сказал Дароз.
        - Я вернусь в свой Орден. Уверен, они примкнут к тебе, Избранный.  - склонившись, сказал Киар, переведя взгляд на Феорака.  - Араф поможет.
        - Я отправлюсь к Акаару, поговорю с ним лично. Он до сих пор верен Феерару, а значит, отправится против Демонов, прихватив Орден Боли. Может ещё кого приведёт он.  - прохрипела пересохшим горлом Маура.
        - Ты, Избранный, должен отправиться к лесу Проклятому. В пещере той, где побывал уже, скрыто что-то могущественное. По легенде, это древний меч ещё при Первых Богах созданный. Без нужного оружия не одолеть тебе двух Демонов. У Тенера могучая армия и маги, да и Маркат приведёт ещё войска. Наша война окончится в той битве, твоя же продолжится за Вратами. Я же отправлюсь тайно. Вы не должны знать мой путь. Скажу лишь одно - союзника найти хочу из врагов моего врага. Либо сгину в чужих землях, либо вернусь с могучей силой. Но сначала, давайте вернёмся в академию. Не стоит начинать путь сразу после битвы. Не долгим окажется он, оборвётся резко.
        Все они устало поплелись в академию, сохраняя молчание. Каждый думал о своём пути. Лишь Фарка не знала, куда ей следовать. За Константином или отцом. Каждый из них был по-своему дорог её сердцу.
        За столом, скромно накрытым, все сидели молча, с угрюмыми лицами. Победа в этой битве была важна неимоверно, но её цена оказалась слишком большой. Каждый побывал на грани жизни и смерти.
        Мёртвая земля вновь напиталась кровью. Средь камней проросли слабые стебли с красивыми цветками. Повсюду стоял запах смерти, гонимый ветром на Срединные земли.

        Глава 22: "Политические игры"

        На следующий день после битвы, Дароз отправился в Срединные земли. Фарка решила остаться с Константином, аргументировав это тем, что только она способна успокоить его гнев. "С одной стороны, он способен защитить её"  - думал мужчина: "Но с другой стороны, защищать нужно и от него. Не человек он и даже не маг. Хотя, он не раз доказывал, что хороший человек. Если она верит ему и любит его, кем бы он ни был, то пусть будут вместе, я препятствовать не буду".
        Он шёл по полю боя, ища что-нибудь ценное, ведь путь до княжеств и графств будет трудным, да и подкуп стражи идея не из дешёвых. К своему большому счастью, он нашёл потерянный ранее мешок золотых монет, а так же лежащие неподалёку очень старые, и не менее ценные, магические амулеты. "Этого вполне хватит"  - сказал он сам себе, звонко подбросив мешок.
        Его раны были залеченны заклинаниями, но всё же немного поднывали. Кровавые пятна, оставшиеся после битвы на одежде, уже высохли, заметно потемнев. В его правой руке был клинок эльфийской выделки. Лёгкий, будто перо, и острый, будто зуб вампира. "Этот клинок стоит на рынке целое состояние! Небольшую деревню вместе с людьми можно купить за полученные богатства. А этих клинков там…"  - мечтательно думал Дароз, представляя ту роскошь, которую сможет позволить: "Жалко, Лусар не видел этого всего".
        Дароз очень скучал по сыну. В пылу битвы забывшись ненадолго, он вскоре вновь вспомнил о нём. Ведь никто не прикрывал спину, не было слышно носящихся вихрем клинков. Но мужчина понимал, что сейчас не время для горя. Необходимо собирать войска, дабы дать отпор напавшим вновь Демонам. Только окончательно разбив их и убив, можно будет оплакивать умерших…
        Витиеватая тропа вела в некий лес. "Не похоже на Леор"  - подумал Дароз: "Скорее всего это севернее Гафера". Зелёный туман давно перестал окружать мужчину, да и деревья были абсолютно нормальными. Вокруг пели птицы. Это был обыкновенный живой лес!
        Обернувшись назад, Дароз не увидел тропы, по которой пришёл сюда. Вместо неё был большой ягодный куст. "Ох уж эта магия"  - тяжело вздохнул он, уставший от всех этих приключений. Продолжая идти, он надеялся выйти возле какой-либо деревушки. Там купив коня, направиться в одно из княжеств, где жил его старинный друг, некогда тоже бывший рабом у того же мага, что и Дароз.
        Мужчина долго шёл среди деревьев, сохраняя бдительность. Но нигде поблизости не было ни единого признака города или деревни. Лишь один сплошной лес, полный жизни. Склизкое сомнение затаилось в его сердце, мрачной тенью скользя по лицу. Но он продолжал идти, не останавливаясь. В голове кружились воспоминания побега из рабства. Как они, беглые рабы, грязные, голодные, некоторые без одежды, избитые и израненные, бежали лесом. Погоня ищеек и зверей. Холод по ночам. Укрытие среди камней и болот. Столкновения со зверьём. Дароз не помнил, сколько именно сбежало из рабства. Но в безопасности оказалось не более десяти. Он помнил лишь, что в начале побега их было более сотни. Не все из них покинули неволю. Среди них была она… Его жена…
        Слёзы невольно хлынули из глаз, стекая по щекам, покрытым густой щетиной. Дарозу эти места казались знакомыми. "Вон то дерево, в корнях которого я прятал Фарку"  - едва слышимо даже для самого себя, сказал он: "А вон там поляна… В ту ночь земля так и не смогла впитать столько крови рабов".
        Руки заметно тряслись. Воспоминания волнами захлёстывали Дароза. Первая ночь побега. Она забрала больше всего жизней. Он окончательно узнал этот лес. Вспомнил его сквозь боль. Мужчина резко повернул направо, идя к месту своего заточения.
        Уже вечером, ближе к ночи, он пришёл к руинам. Именно здесь он провёл несколько лет в рабстве мага. Орден Боли никогда не гнушался рабством, считая всех своими слугами. Молча войдя внутрь, он увидел груду старых костей. Это были те, кто умерли в ночь побега. Они так и не покинули это место, став немым напоминанием тех ужасов и боли.
        Дароз рухнул на колени, зарыдав. Он вопил, ударяя каменный пол кулаками. Столько боли, страхов, тоски… Он долгие годы избегал этого леса, боясь вернуться сюда вновь. Боялся посмотреть на ту, которую любил больше всего на свете. Он боялся признаться себе, что мог спасти её, но не сделал этого. Фарка была ему немым укором всю дальнейшую жизнь. Лусар был отчаянной попыткой забыться. Он понял это окончательно только здесь и сейчас, стоя на коленях перед костями столь многих. Стоя перед тем, что осталось от возлюбленной. Он ненавидел себя за свою трусость, за мгновенную слабость, стоявшую так много.
        На небе сияли звёзды. Тишина, нарушаемая лишь завыванием ветра, царила повсюду. Дароз молча сидел на коленях, держа в руке небольшой кинжал. Он хотел остаться здесь. Навсегда. Рядом с той, которую любил. Которую любит до сих пор. Его изъедала вина. Холодное лезвие коснулось запястий. Слёзы стекали по щекам. Он шёпотом просил прощения. Холодный свет луны падал на груду костей, словно в очередной раз напоминая ему о его вине.
        Слабая режущая боль. Тонкая струйка алой крови капает на пол. Дароз желает лишь одного - быть всегда рядом с ней, со своей любимой.
        За спиной послышались шаги. Слабые, едва слышимые. Словно кто-то босиком, едва касаясь земли, быстро пробежал позади. Каждая секунда тянулась неизмеримо долго. Воздушные шаги становились всё ближе и ближе. От неизвестного исходило слабое голубое свечение. Дароз, крепко сжав кинжал, повернулся к застывшей за спиной фигуре. Его словно парализовало от увиденного. Всё те же черты лица, та же улыбка, полная тоски и печали.
        Дароз не мог поверить своим глазам, полным слёз. Перед ним, паря над землёй, была его любимая Элара. Он так скучал по ней. Его истекающие кровью руки тянулись к синеватой призрачной фигуре.
        - Нет, не сейчас.  - тихо и мягко, как и при жизни, сказала она.  - Ты должен завершить начатое. Спаси нашу дочь. Спаси мир. А потом, я буду ждать тебя, как ждала ранее.
        Дароз не мог вымолвить ни слова. Он просто упал ей в ноги, горько заплакав. Единственное, что он смог сказать: "Прости". Он повторял это снова и снова.
        - Я не виню тебя в случившемся, любимый.
        - Я мог спасти вас всех!  - закричал он.  - Спасти тебя!
        - Значит такова была воля Богов. Не вини себя. Мне, из обители Смерти, видно многое. Присмотрись ко всему. Слишком много иллюзий вокруг, лишённых магии. Кто-то ведёт очень сложную и хитрую игру.
        - Кто? Кто он?  - выкрикивал Дароз.
        - У него слишком много лиц и масок, все мы, даже Боги и Демоны, лишь монеты для него. Не все его слуги явные. Скрыто многое от всех нас. Присмотрись, и ты увидишь истину.
        С этими словами она исчезла, растворившись в воздухе, оставив после себя лишь голубоватый, но тёплый налёт на чёрном холодном камне.
        Дароз ещё долго стоял на коленях, горько рыдая. "Элара, Элара…"  - повторял он вновь и вновь, надеясь снова увидеть её. Вокруг царила леденящая душу тишина. Ни единой звёздочки на небе, ни самого тонкого и слабого лучика лунного света.
        Так наступил рассвет. Тёплые лучи ласково скользили по окровавленным рукам Дароза. Алый багрянец озарил мрачные руины храма и лежащие в нём кости. Впервые, после столь долгих лет, Дароз почувствовал облегчение. Будто тяжёлый груз покинул его сердце. Он глубоко вздохнул полной грудью. Теперь мужчина знал, что Элара не винит его в случившемся. Скоро он будет с ней, со своей любимой…
        К полудню Дароз покинул лес, выйдя возле небольшой деревушке. В ней кипела жизнь. Люди спешно куда-то шли. На лицах людей читался интерес к Дарозу. К нему подбежала маленькая девочка неопределённого возраста.
        - Дядя, а дядя.  - говорила она, дёргая его за рукав.  - Вы один из рыцарей Наура?
        - Нет, дитя.  - удивившись, ответил он.  - А не скажешь ли ты, что здесь происходит?
        - Наур приехал!  - радостно завопила девчушка.  - Войска собирает! Мой брат хочет вступить в отряд лучников!
        Она радостно побежала вслед за остальными жителями деревни. Дароз, прищурившись, смотрел ей вслед. Вдалеке виднелись кони с всадниками. Их было не менее двадцати. "Это мне на руку"  - прошептал Дароз: "Не придётся искать его для переговоров, да и его мнение весьма весомо среди других правителей". Он неспешно пошёл следом за жителями деревни.
        На воронённом коне сидел всадник в тяжёлой броне. С его плеч свисала роскошная накидка небесного цвета. Золотыми нитями вышитый родовой герб Крофа означал лишь одно - это был сам Наур. Он грациозно разъезжал на коне, что-то говоря. Подойдя ближе, Дароз смог услышать его речь.
        - Жители деревни, мои подданные! Я лично приехал к вам, дабы позвать вас в свои войска! Пришло время дать отпор тиранам!  - громко говорил он.
        Дароз уже было обрадовался, что Наур сам решил начать войну с Демонами. Но всё оказалось иначе.
        - Цаэр, мой злобный враг, ложью и обманом захвативший власть, избавившись от своего брата, жаждет войны!
        Дароз вышел вперёд. Склонившись в знак уважения, он начал говорить.
        - Ваша доблесть не знает границ, о светлейший лорд! Но не соблагоизволите ли вы выслушать меня, скромного торговца?
        - Молви.  - сказал Наур, кивнув головой.
        - Не время сейчас распри учинять, ибо есть враг более грозный.
        - Враг один только у меня, не более и не менее.
        Народ застыл в немом ожидании. Лишь слабый, едва слышимый ропот доносился из глубины толпы.
        - Многоуважаемый лорд, есть враг более грозный, чем смертный. Только все вместе мы сможем дать должный отпор, защитив всё, что нам дорого.
        - Торговец?  - удивился Наур.  - Речи твои не простые. Откуда ты?
        - Бывший раб.  - ответил мужчина, гордо выпрямившись.  - Ныне вольный торговец, видевший войска Марката и Ширазы Безумной. Я сражался против них два дня назад. И у меня дурные вести.
        - Ты играешь с огнём, купец!  - выкрикнул лорд.  - Никто не выжил бы в той битве!
        - А если я скажу, что в мир пришёл Избранный? Что Богиня стала смертной? Что два Демона схлестнулись в схватке за мир? Пророчество сбывается!
        Лорд не смог сказать ни слова. Он лишь жестом подозвал к себе Дароза.
        - Пророчество я знаю, ибо мой предок его писал. Не врёшь, торговец?
        - Мне нет смысла врать. Шёл я сюда, дабы собрать войска. Грядёт битва великая.  - говорил Дароз, подходя к Науру.
        - Оставьте нас!  - выкрикнул лорд своим воинам, слезая с коня.  - Поговорим наедине.
        … Дароз рассказал, как встретил Константина и их совместный путь. Поведал о недавней битве, продемонстрировав эльфийский меч.
        - Этот клинок…  - задумчиво говорил Наур.  - Эльфы уничтожили их, покинув этот мир.
        - Я взял его в Мёртвой земле, бывшей некогда столице эльфов.
        - Феорак, Демон, предавший всех своих братьев. Махиора Теель Наарг, Бониня, ставшая смертной. Избранный, имевший силы Богов и Демонов. Корпус Ночи, Тенер, Поляна Ужаса… Орден Боли, смерть Ширазы… Всё это очень странно. В пророчестве указана лишь малость из всего этого.
        - Я знаю, милорд. Будучи рабом, многое узнал о магии. Мне нужна ваша помощь. Только вы сможете убедить остальных лордов, графов и князей в необходимости объединиться.
        - Не простая задача. Кровная вражда у многих. Да и доказательства нужны более весомые, чем слова торговца. Я верю тебе, но поверят ли остальные? В пророчества уже мало кто верит, многие отрицают их существование.
        - От этого зависит судьба мира. Наши жизни и ещё не рождённых детей.  - не сдавался Дароз.
        - Я понимаю тебя. Мои разведчики сообщали, что Маркат готовил войска неделю назад. Слышал о опустевших и выгоревших деревнях. Скорее всего в этом повинны Корпус Ночи или воины Тенера. Но повторюсь ещё раз, не все поверят в это. Из двадцати провинций Срединных земель только семь безоговорочно пойдут на войну. Их я смогу убедить без труда. За остальных не могу ручаться. Отправься к Вурлоу. Расскажи ему то, что рассказал мне. Уверен, он выслушает тебя. Я поговорю с остальными.
        - Благодарю вас, о светлейший.
        - Оставь это Вурлоу. Он любит лесть, в отличии от меня.

        Наур что-то ещё обсуждал со своими воинами, стоя в стороне от Дароза. Мужчина тем временем договаривался с местным трактирщиком о покупке лошади для дальнейшего пути. Люди вокруг обходили стороной вольного торговца, словно опасаясь его.
        - Почему они так реагируют на меня?  - спросил Дароз.
        - Ты рассказал слишком многое. Мы уже несколько поколений живём при правлении Демонов. Они нас не атаковали. Это был мир, хоть и шаткий.  - пояснял трактирщик.  - Но ты поведал о грядущей войне. Битве, в которой мало кто выживет. Думаешь, они рады тебе?
        - Но если бы я не пришёл с этой вестью, то война была бы проиграна!
        - Они этого не понимают. И не поймут. Их жизнь вертится вокруг одних и тех же вещей.
        - Но ты…
        - Я не местный. Да и повидал не мало, в том числе и зверства Демонов. Ты выбрал путь торговца, я же построил этот трактир. Откуда у меня нашлись деньги - не твоё дело. Думаю, ты тоже не чист на руку, да и совесть твоя не прозрачна.
        - Что на счёт лошади?  - сменил тему Дароз.
        - За десять золотых гхорнов отдам хорошего скакуна. Охотнику за головами принадлежал он.
        - У меня только золотые арании.  - сказал Дароз.
        - Хм, не в почёте они в землях этих. Ну раз сам Наур тебе поверил, что война грядёт…  - задумчиво говорил трактирщик.  - За пятьдесят араниев отдам его, не меньше.
        - Сорок!  - пытался торговаться Дароз.
        - Сорок пять последняя цена.
        - Согласен.
        Они пожали друг другу руки и направились к конюшне. В ней стоял большой жеребец с роскошной гривой. Рядом лежало очень дорогое седло, обшитое кожей, какого-то неизвестного Дарозу, зверя.
        - Седло бесплатно отдам.  - проговорил трактирщик.  - Если не боишься ездить в нём.
        - А что с ним не так?  - поинтересовался Дароз.
        - Прошлый владелец умер в нём. Конь сам прибежал сюда, а охотник за головами свисал уже синий с перегрызанным горлом. Какие-то звери напали, наверное.
        - Я не суеверный.  - пересохшим горлом сказал Дароз.
        - Эй!  - окрикнул кого-то трактирщик.  - Седлай коня этого! И побыстрее, если хочешь отработать долги!
        К нему подбежал молодой юноша, совсем ещё подросток. Высокий, худощавый, с чёрными смоляными волосами и грязным, испачканным навозом, лицом. Его одежда была грязной и изорванной, а босые ноги израненны.
        - Он раб?  - спросил Дароз.
        - Вор, пробравшийся ночью к старейшине. За это его убили бы, но я сжалился над сорванцом, выкупив его. Отработает свой долг и пусть идёт куда желает.
        - Сколько ты за него хочешь?
        - Десять араниев достаточно.
        Дароз не раздумывая отсчитал монеты за коня и мальчика. Протянув их дрожащей рукой, он едва сдерживал выступавшие слёзы.
        - Ха, забирай его! Эй, слышишь? Тебя выкупили! Проваливай отсюда и больше не возвращайся!
        На лице мальчишки читался страх. Он боялся нового хозяина, держась от него в стороне.
        - Не бойся, не обижу.  - мягко сказал Дароз.  - Конь готов?
        - Д-да.  - шёпотом сказал сорванец.
        - Пошли во владения Вурлоу. Только по пути к реке нам надо, особенно тебе.
        Мальчишка ничего не ответил, лишь виновато склонив голову. Он шёл рядом с Дарозом, слегка позади него. Так они и покинули деревню.
        - Тебя как звать то?  - спросил Дароз.
        - Зарек.  - тихо ответил мальчуган.
        - Не бойся меня, я не желаю тебе зла. Отойдём подальше, и можешь идти своей дорогой.
        - Но почему?
        - Я тоже был рабом…  - сдерживая слёзы, ответил мужчина.
        Перед его глазами всплывали воспоминания. Вот он, ещё ребёнок, занимается попрошайничеством на улицах. Его приютили местные воры и разбойники, дав ему кров и еду. Взамен он должен был приносить хоть какой-то доход. Со временем они научили его воровскому делу, открыв мир лёгкой наживы.
        Так, в очередной раз, пробравшись в дом, он и стал рабом. Никто не знал, что в жилище был приезжий маг. Он мог без труда убить наглеца, но предпочёл продать его позже. И он продал его в Орден Боли. Именно там Дароз и прожил долгие годы, будучи слугой и гладиатором, ради веселья адептов. Эти истязания, шрамы от которых остались на всю дальнейшую жизнь, магические эксперименты… Вся жизнь в рабстве промелькнула перед глазами Дароза. Он узнал в этом мальчишке себя.
        … Дароз подъезжал к владениям Вурлоу. Он отпустил Зарека далеко позади, дав ему некоторую сумму денег. Мальчишка не хотел покидать нового хозяина, твердя, что может быть полезным. Но мужчина вынужден был поступить именно так. Необходимо было срочно решать политические распри, дабы объединиться всем правителям ради общей войны. И Дароз не мог позволить волочить за собой балласт в виде мальчишки, вместо этого дав ему свободу и золото.
        - Стоять!  - окрикнул Дароза стражник.  - Кто таков?
        - Мне к Вурлоу нужно. Срочно.
        - Ха, а ты забавный. Не боишься стрелу получить за шутки? Последний раз спрашиваю, кто таков?
        - Торговец вольный. Меня Наур направил сюда, дабы решить серьёзный вопрос с твоим господином! Убей меня, и через несколько дней все Срединные земли утонут в собственной крови!  - переходил на крик Дароз.
        - Жди!  - коротко ответил стражник, скрывшись из виду.
        Повсюду стояли воины, нацелившие луки на Дароза. Они ждали лишь команды, готовые выпустить более пятнадцати стрел за раз. Воцарилась пугающая тишина. Кровь стучала в висках Дароза, словно кузнец по наковальне. Неизвестно, сколько прошло времени, ведь оно словно застыло для всех стоявших здесь.
        - Пропустите его!  - выкрикнул стражник, бегущий к воротам.  - Тебе велено срочно явиться к господину!
        - Я же сразу говорил.  - усмехнувшись, сказал Дароз, важно въезжая в город. Он был встречен местной прислугой, помогающей ему слезть с коня. Войдя в хоромы, Дароз всё же удивился. Несмотря на то, что ему часто приходилось бывать в гостях знатных людей, такую роскошь он видел впервые.
        Каменные стены, украшенные фресками и мозаикой, изображавшими великие сражения клана. На большом золочённом троне сидел сам Вурлоу.
        - Что ты поведать хотел, торговец?  - раскатистым басом спросил он.
        - Грядёт война. Демоны собирают войска, желая покорить все эти земли. Лорд Наур велел идти к вам.
        - Твои слова, они ничего не значат для меня. Приведи доказательства.
        Дароз достал свой меч и, склонив голову, подошёл к правителю.
        - Это самое весомое доказательство.
        - Хм, эльфийский. Старинный.  - не касаясь его, говорил Вурлоу.  - Таких ныне нет нигде. Где ты его взял?
        - В Мёртвой земле. Мы дали отпор Демонам, выиграв время.
        - Вы?  - удивился лорд.
        - Избранный, смертная Богиня, чистый Демон, ставший Богом.
        - Хочешь сказать, что пророчество сбывается?
        - Именно. Шираза Безумная мертва. Маркат отступил, лишившись немалой доли войск. Остался Тенер.
        - Что ты думаешь об этом?  - спросил Вурлоу у стоявшего неподалёку от него старца.
        - Как и говорил ранее, грядут перемены. Драконы неспроста вернулись. Все знаки очевидны.  - хрипящим голосом проговорил старик.
        - Наур, мой старый приятель, поверил тебе, а значит, поверю и я. Все мои войска придут на ту битву. Даже я буду там, ибо это великая честь. Кланы Кратур и Зонар будут однозначно, это обещаю тебе я, Вурлоу Вендервольт!  - вставая, сказал лорд, ударив себя в грудь.
        - Благодарю, великий лорд.  - склонившись в поклоне, сказал Дароз.
        - Кланы Хаарим, Лушарог и Неарам скорее всего присоединятся, но не обещаю. Прочих уговорит Наур. А теперь, поведай нам всю историю.
        … Рассказав снова всё произошедшее за недавнее время, Дароз удивился тому, что ему так легко верят. Старец, стоявший в стороне, то и дело согласно кивал головой, будто знал обо всём этом заранее. Неожиданно в комнату влетел большой чёрный ворон, начав кружиться возле трона. Он увеличивался в размерах, постепенно превращаясь в девушку. На ней было роскошное длинное чёрное платье, украшенное магическими кристаллами.
        - Познакомься, торговец. Это моя дочь Кинафера. Она следила за вами время от времени. Да и её учитель,  - Вурлоу выглянул на старца.  - Виаран, видит куда больше простого смертного. Твоё появление мы ждали немного ранее, примерно по утру.
        Дароз был крайне удивлён. Вольный маг Виаран! Дочь Вурлоу владеет магией! Никто не знал даже о её существовании, тем более о способностях.
        - Отец, я видела девушку с волосами цвета огня. Она шла в обитель драконов.
        - Это Махиора Теель Наарг.  - уточнил Дароз.
        - Кинафера, готовь войска. Необходимо быть готовыми к атаке в любой миг.
        - Да, как скажешь.  - слегка кивнув головой, сказала она.
        - Ну а ты, Дароз, можешь оставаться в городе. Любой тебя примет бесплатно. Это мой приказ, о котором они в курсе ещё до твоего прихода. Я всего лишь хотел узнать более полную историю из твоих уст, не более.
        Дароз был крайне шокирован. Оказывается, всё это время он зря рассказывал прошлые события. Но тем не менее, результатом он был крайне доволен…

        Глава 23: "Древнейший народ"

        Махиора отправилась на север, туда, где по предположению Феорака, скрывались Драконы. Она не застала их величие, появившись в этом мире, в Эохате, спустя, примерно, полторы тысячи лет после их истребления. Но останки этих существ, видимые ею в юности, внушали страх.
        Огромные, доходящие порой до размеров замка, эти скелеты лежали всюду. Их кости разбирали смертные, создавая из них самые могущественные магические артефакты. Эти кости не тлели, а единственное, что могло их разрушить - тёмная магия. Самые тёмные аспекты магии, исходящие из глубочайших страстей человеческой души, использовались смертными для истребления Драконов. То были давние времена, полные мрака и ужаса. Земля не способна была впитывать столько крови, страдая от обилия смерти. Тогда, как говорил отец Махиоры, и появился кровоцвет. Этот цветок состоял из крови и боли, смерти и ужаса, являясь самым желанным артефактом для любого тёмного мага.
        После истребителения Драконов мир наполнился множеством сильнейших артефактов, к счастью или сожалению, уничтоженных в настоящее время. Чего стоила только броня из чешуи Дракона! Надевший её, мог не бояться никаких атак простым оружием, ломавшимся о сверкающую чешую. Лишь магические клинки способны были причинить хоть какой-то вред столь редкой и ценной броне.
        Клинки из кости Дракона, сделанные тёмной магической ковкой, никогда не ломались. Никакое иное оружие не могло сравниться с таким клинком, ломаясь, словно соломинка, при прямой атаке.
        Тёмные маги последующих столетий проводили ужасающие, с точки зрения Богов, эксперименты. Они пытались создать новую жизнь, наполненную чистой магией, самыми тёмными её аспектами. Некоторые из них даже меняли себя, вводя в кровь сок кровоцвета. И лишь единицы заменяли себе сердце на этот цветок, не без помощи некромантии, конечно.
        Именно эти чудовищные эксперименты, менявшие само понятие жизни, а так же быстро растущая сила человечества привела к войне с Эльфами. Они, в отличие от людей, не владели тёмной магией, являясь чистым народом. Поэтому и создание столь великих артефактов магии им было не под силу. Эльфы решили остановить человечество, увязнувшее в своих амбициях и страстях.
        Та война была проиграна Эльфами, позже покинувшими этот мир навсегда. Никто, даже Боги, не знал, где они теперь. К счастью, в той войне были уничтожены почти все артефакты, а оставшиеся были надёжно спрятаны наимудрейшими из Богов.
        Махиора вспоминала всё, что знала о тех временах. Её отец рассказывал эти истории, когда она была совсем юной, ещё ребёнком, по меркам Богов. "Они были самым древним народом, заселившим Эохат. Лишь немногие Боги были до них. Драконов сотворил сам Демиург, вдохнув жизнь и свою частицу в каждого из первых Драконов, давших начало их родАм. Это было последнее деяние нашего Творца, оставившего мир. Самые первые Драконы и Боги узрели Его Величие, но не познали Его Мудрость. Именно поэтому мы, Боги, и ошибаемся. Никто не идеален, кроме Его. И имя Ему Эохат, дитя."  - ласково гладя Махиору по голове, говорил её отец. Девушка с горечью вздохнула. "Слишком давно это было, отец"  - в никуда сказала она, надеясь, что он её слышит.
        Она шла на север, проходя сквозь один из древних Эльфийских тоннелей. Повсюду росли светящиеся грибы и цветы, озаряя пещеру голубоватым светом. Эхо её шагов было единственным звуком в этом чудесном месте.
        Спустя некоторое время, количество которого являлось тайной даже для Махиоры, она почувствовала лёгкий сквозняк. "Скоро выход на поверхность"  - предположила девушка. Повеяло холодом. Под ногами мягко хрустел белый снег. Стены были покрыты льдом, светящимся изнутри грибами и цветами, вмёрзшими в него навеки, но не умирающие благодаря светлой магии Эльфов.
        Яркий белый свет озарял пространство впереди. Он отражался от снега и льда, ослепляя Махиору. Она невольно прикрыла глаза руками. Ладони сводило от холода, а её лицо покрылось румянцем. "И всё-таки, быть смертной - прекрасно!"  - воскликнула она: "Никогда, будучи Богиней, не познала бы прелесть мороза, щиплющего кожу. И никогда не почувствовала бы радость от столь незначимого явления".
        Выйдя из пещеры, она улыбалась. Её переполняла радость, приятным теплом разливавшаяся по телу, мягким покалыванием отзываясь на кончиках пальцев. Она коснулась снега рукой, легонечко сжав его в снежок. Девушка сияла от счастья, озаряя своей улыбкой всё вокруг. Её огненно рыжие волосы приобрели синеватый цвет, походя на лёд. Махиора громко засмеялась, хотя из глаз лились слёзы. Её одолевала целая буря противоречивых эмоций. Счастье от увиденного снега и лёгкого мороза на лице. Горечь утраты семьи. Страх перед Драконами и грядущей битвой. "Как-бы то ни было, нужно продолжать идти дальше"  - сказала она сама себе: "Нельзя задерживаться. Это может стоить слишком дорого".
        Впереди виднелась лишь бескрайняя снежная пустошь. Лишь небольшие холмы, укрытые снегом и льдом, сверкающие, словно серебром. Вокруг не было видно ни единой живой души, тем более Драконов.
        "И что они здесь забыли в этой глуши?"  - возмущалась Махиора, провалившись в очередной сугроб: "Неужели не могли поселиться поближе ко всем?".
        Где-то вдалеке послышались чьи-то разговоры. Девушка застыла, настороженно вслушиваясь, затаив дыхание. Но даже это не помогло ей разобрать речь. Единственное, что она смогла понять, так количество говоривших. Их было пятеро, не меньше.
        Махиора решила подойти к ним ближе, сделав это максимально тихо. Снег под ногами предательски хрустел, как бы мягко она не наступала. Тонкие льдинки, покрывающие его, лопались и ломались с сухим треском. Девушка решила прибегнуть к магии, взмыв немного от земли.
        Позади послышался слабый скрип снега. Что-то тяжёлое упало на голову Махиоре. В глазах начало темнеть.
        - А она хороша!  - последнее, что услышала девушка.  - Думаю, оставим её себе для утехи.
        Когда она проснулась, то обнаружила себя связанной. Руки ужасно затекли, пальцы едва двигались. Голова болела абсолютно вся, особенно затылок. По шее текло что-то тёплое. "Должно быть кровь"  - подумала она, пытаясь открыть глаза. Яркий свет ударил сквозь веки, как только она подняла голову. "Похоже, это не лучшая идея"  - пронеслось у неё в мыслях.
        - Кажется, она очнулась.  - глубоким басом проговорил некий мужчина.
        - Ага, выспалась, эта ведьма!  - ответил ему другой, но похожий голос.
        Неожиданно во рту Махиоры оказалась некая тряпка, не дававшая сказать ни слова. "Вы ещё пожалеете, смертные!"  - промычала она сквозь тряпку. Махиора попыталась прибегнуть к магии, дабы развязать верёвки, сковавшие руки.
        Неожиданно тело пронзила острая жгучая боль. Горло словно сжали веревкой, одновременно вонзив шипы. Из её глаз полились слёзы.
        - Не пытайся снова использовать свои трюки, ведьма!  - плюнув ей на голову, сказал третий мужчина.  - Амулет блокирует любую магию. Не правда ли в древности были знающие толк люди?
        - Может продадим её? Уверен, за неё хорошо заплятят!
        - Позже. Для начала я хочу развлечься с ней. Никогда у меня ещё не было колдуньи!  - горделиво сказал тот, кто недавно плюнул ей на голову. Он сильно сжал её подбородок, резко подняв голову кверху, отчего в глаза Махиоре ударил яркий ослепляющий свет.  - Ты же не будешь против, дорогуша?
        Мужчины громко рассмеялись, обильно ругаясь самыми непристойными словами.
        - А мне понравилась её броня!  - сказал мужчина, всё ещё держа её за подбородок, сильно сдавливая его в руке.  - Морло, сможешь придумать что-нибудь, чтоб она мне подошла?
        - Конечно! Пришью тебе грудь, да буду её мять по вечерам!
        Снова в их лагере раздался громкий хохот, сопровождаемый ругательствами. Мужчина, по предположению Махиоры, предводитель этой шайки бандитов, ударил ладонью её по лицу. Впервые в жизни девушка почувствовала себя жалкой, слабой и никчёмной. Из её глаз, не переставая, текли слёзы. Она понимала, что уже не сможет освободиться. В голове рисовались отвратительные картины её будущего в виде подстилки для этих выродков рода людского, а потом и продажа в рабство. Она понимала, что не найдёт Драконов, а соответственно, не заручится их поддержкой. Война будет проиграна и все будут повержены Демонами.
        - Ты благородных кровей, чаровница? Кивни головой, тварь!  - спросил предводитель.
        Махиора лишь слабо кивнула, испытывая боль в голове и шее.
        - Ты же не против удовлетворить настоящих мужчин, не то что этих слабаков магов?
        Она лишь зарыдала ещё сильнее, не в силах сдерживать свои слёзы. Мужчина схватил её за горло, сильно сжав.
        - Конечно ты не против, колдовская шлюха! Да и кто тебя спрашивает?  - отпустив её, он смачно плюнул ей в лицо, пинув по связанным ногам.  - Дрянь чародейская!
        К горлу Махиоры коснулось леденящее кожу острое лезвие ножа. Тонкая струйка крови стекала возле гортани.
        - Убить бы тебя, как собаку, но ты можешь принести нам немало золота. Ладно, сиди тут, подумай о своём положении, тварь.  - с этими словами он убрал нож за пояс, неспеша уходя от Махиоры.
        Банда шутила и смеялась, весело гогоча. Они гремели металлической посудой, требуя еды. Мягкий приятный аромат похлёбки разносился по холодному воздуху. Каждый из бандитов довольно, но в грубой, нецензурной форме отзывался о ней, бранными словами хваля повара. "Вот же паскудный сын! Меч держит хуже проститутки, а половником орудует как рыцарь своим… в гареме!"  - выкрикнул их предводитель, получив одобрение в виде дружного хохота.
        - Морло, что нового узнал ты, пока в Гафере был?  - неожиданно серьёзно спросил предводитель.
        - Гарока убил наёмник, что-то в Лафере произошло, говорят, видели вервольфа. Ещё, когда шёл сюда, видел странные всполохи в Мёртвой земле. Будто битва магов была. Хм, что ещё. Говорят, что несколько деревень уничтожено, многие сожжены дотла. Ходят слухи, что Корпус Ночи орудует, хотя я не верю в это. Какой-то безумец украл кристаллы магические у Тенера говорят, Дарозом вроде звать его. Думаю, он уже мёртв давно. Так ему и надо. Всех торговцев вырезал бы! Цены растут, будто… при виде бабы!
        Банда снова громко рассмеялась. Они дружно требовали добавки, шумно гремя посудой. Костёр полыхал, даруя им тепло.
        - Тащи эля, хромая крыса!  - выкрикнул кто-то из банды.
        Махиора услышала звон глиняных сосудов. Банда шумела ещё громче, непрерывно ударяя металлическими кружками.
        Они начали петь. "Как же хорошо грабить-убивать, можно многое на… позволять! Можно выпивать, стражи не боясь, а можно пьяным встельку на… в грязь упасть!"  - горланили они невпопад.
        Воздух стал ещё морознее. Махиора дрожала от страха и холода. Кое-как открыв глаза, она вновь испытала боль, но вполне терпимую. Некоторые члены банды спали в небольших юртах, обтянутых кожей зверей. Возле костра сидели двое, о чём-то тихо говоря. В их руках сверкали ножи, а сами мужчины часто оглядывались по сторонам, словно опасаясь чего-то.
        Махиора не чувствовала ни рук ни ног. Голова ужасно кружилась, отзываясь слабой болью. Она, всё это время, думала о своём побеге. "Амулет блокирует магию, но, скорее всего, исходящую изнутри. Если попробовать сконцентрировать внешнюю магию места, то можно поджечь верёвки"  - думала она: "Так же, если достаточно сосредоточиться, то можно попробовать разжечь частицу Божественных сил. Возможно, не всю мою истинную суть забрала семья. А удержать её вряд ли сможет амулет, разве что сделанный из кровоцвета".
        К ней подошёл хромающий грязный мужчина в кожаной броне. В его руке сверкал нож. Он развязал тряпку, что была во рту девушки, обхватывая её голову.
        - Назови своё имя.  - тихо сказал он.
        - Да пошёл ты, выродок!  - хрипя, выругалась она.
        - Если хочешь жить, скажи.  - настаивал он.
        - Махиора Теель Наарг, если тебе это так важно!
        - Как я и думал.  - с горечью сказал мужчина.  - Я слуга Арафа, тайно находящийся здесь. Он тоже.
        Сидевший за костром его собеседник молча кивнул головой.
        - Наш Учитель велел помочь тебе в поисках Драконов. Никому иному, кроме тебя, мы не помогли бы.  - он разрезал верёвки, связывавшие ей руки и ноги, снял амулет, накинув на плечи лежащую рядом шкуру зверя.  - Все спят. В эль я подмешал снотворное. Идём к огню, согреешься.
        Он помог ей встать, доведя до костра. Другой мужчина протянул тарелку с похлёбкой.
        - Не отравлено, не бойся.  - увидев её опасения, сказал он.  - Я Шаур, а он Морло.
        Махиора быстро ела горячую еду, подсаживаясь на онемевших ногах поближе к огню.
        - Мы пойдём с тобой, иначе нас убьют за помощь тебе.  - сказал Морло.  - Они не последуют за нами, а убивать их нельзя. Они сдерживают ледяных карликов. Это местный народ, весьма примитивный, но агрессивный. Некоторые графства могут постарадать от них, поэтому и платят этим бандитам за безопасность.
        - Потому Араф и прислал нас сюда, дабы мы контролировали ситуацию.  - добавил Шаур.  - Но сейчас есть дела важнее. Мы знаем о грядущей битве, поэтому и поможем спастись тебе. Драконы ещё севернее, по поверхности не дойти, слишком холодно. Есть тоннели. Как гласят наши летописи, их построили Эльфы, дабы познать мудрость Драконов. Но они, видимо, не успели, тёмные маги убили и Эльфов.
        - Пойдёмте, я не хочу здесь оставаться больше.  - сказала Махиора, хмуро смотря на север.
        Морло шёл впереди, слегка прихрамывая. Следом за ним шла Махиора, а в конце был Шаур, часто оглядывавшийся назад.
        - Про тоннели эти они не знают.  - сказал Морло.  - Поэтому преследования не будет.
        Как только они втроём полошдик одному из многочисленных сугробов, Шаур сделал некие пасы руками. В снегу появилось нечто вроде норы.
        - Она исчезнет, как только мы войдём внутрь.  - пояснил Морло.  - Пошлите, времени не много.
        Они втроём зашли внутрь. Сразу же, как только они пересекли границу, вход оказался замурован. Внутри тоннеля было гораздо теплее, чем снаружи. По стенам бегали мелкие насекомые, быстро перебирая лапками.
        - Идти, по нашему предположению, не более половины дня. Но как мы выйдем в обители Драконов и не замёрзнем насмерть? Да и выслушают ли они нас?  - говорил Шаур.
        - Я применю свою магию. Думаю, её хватит, чтобы не умереть от холода.  - предполагала Махиора.  - А Драконы… С ними и я не знаю, как говорить. Будем надеяться, что они хотя бы выслушают нас.
        Ледяной тоннель имел множество ответвлений, устремлявшихся в неизвестную даль. Возле каждого из них Морло отрицательно качал головой в ответ на вопросительный, измученный и уставший взгляд Махиоры. Она значительно устала от этого похода в холоде. Её затылок поднывал от боли, а на запястьях всё ещё оставались следы верёвок. От её былого счастья ни осталось и следа. Радость от увиденного снега и мороза, щиплющего лицо, осталась лишь неприязнь к этому холодному, негостеприимному месту. "Если переживу грядущую битву, никогда в жизни не пойду на север!"  - ругалалась в мыслях Махиора.
        Вокруг царил голубоватый полумрак, сопровождаемый пронизывающим до самой, казалось бы, души, холодом. Одежда и броня покрылись тонкой коркой льда, постоянно ломающегося при малейшем движении. Лёгкий хруст слышался, казалось, отовсюду. Девушка, уставшая от неожиданностей, покрыла себя магическим полем, а сама держала в руках искрящиеся шаровые молнии.
        - Не бойся, это от нас шум. Никто не знает, кроме Арафа, как пройти в эти пещеры. Даже ледяные карлики, живущие здесь неизвестно сколько, блуждают лишь на поверхности.  - успокаивал её Шаур.  - Эти мелкие отродья нападают стаями с дикими воплями, словно раненные псы. Редкие караваны, забредшие в эти места, становятся их жертвой. Хотя, отбиться от них не так уж и сложно. Как воины, они слабы.
        - Да, когда их не более пятидесяти, отбиться не сложно. А вот если сотня или две…  - мрачно добавил Морло.  - Вспомни, пять лет назад, едва отбились от трёх сотен коротышек этих. Скольких мы потеряли? Семерых? Я конечно понимаю, что с нами Махиора, но всё же, лучше быть наготове. Не хочу, чтоб эти твари обгладывали наши кости.
        - Ой, да ладно тебе нагонять.
        - Заткнитесь оба!  - не выдержала Махиора.  - Я устала слушать вашу болтовню! Здесь кто-то есть. Сильную магию ощущаю я. Но не обычную. Не встречала такую раньше.
        - Драконы?  - неопределённо спросили оба мужчины.
        Махиора ничего не ответила, лишь усилив защиту вокруг себя, расширив её и на спутников. Она не знала, сможет ли выдержать возможную атаку. Если Дракон нападёт на неё, то шансы выжить минимальны. "Первую атаку ещё, быть может, переживём. Надеюсь, защита выдержит удар"  - шептала она: "На вторую атаку у меня не хватит сил. Точнее, у меня будет выбор: атаковать Дракона или сделать новую защиту, которая, опять-таки выдержит лишь одну атаку. А дальше…".
        Её раздумья были прерваны обрушившейся едва ли не на голову пещерой. Небольшие создания, синие, как лёд, вбегали внутрь большой толпой. Они наносили быстрые, но не сильные удары по троим путникам, словно хотели их сбить с ног, но не убить. Эти карлики верещали, словно раненные собаки или свиньи, отчего Махиора невольно сморщила лицо.
        Морло размахивал своим клинком, пытаясь отбиться от нападавших. Шаур выкрикивал слова на неизвестном Махиоре языке, отчего карлики отлетали в стороны, зачастую поджигаемые. "Шеор геол! Аураг кетаф!"  - в очередной раз выкрикнул он. Несколько нападавших застыли, словно увязнув в желе. А после их разорвало на куски, разбросав ошмётки их мяса по стенам. "Дар Арафа"  - поняла Махиора. Девушка боялась использовать огонь, ведь пещера могла обрушиться ещё сильнее. Вместо этого, она осыпала всё вокруг множеством молний, к сожалению, не причинявших особого вреда карликам.
        - Сними с меня защиту!  - выкрикнул Морло.  - Я использую свой дар!
        Как только Махиора выполнила его просьбу, из мужчины вырвались несколько сфер, принявших облик мужчин. Все они напали на карликов, нещадно рарубая всё прибывающих аборигенов.
        - Это их задержит.  - сказал Морло.  - Выходим на поверхность. Если моя догадка верна, мы уже близко к цели.
        Они втроём выбежали по камням, покрытым льдом, оставшимся после обвала. Вокруг было невероятно светло и холодно. Огромное количество карликов смотрело на вышедших людей, недобро сверкая синими глазами. Вперёд вышел один из них, но явно отличавшийся размером, больше походя на обычного человека.
        - Прийветьствую вьяс, льюди!  - воскликнул он, подняв руки к небу.  - Зачьем вы пришли сьюда?
        - Что этот упырь говорит?  - взвыл Шаур.
        - Ему интересно, за каким… мы сюда пришли.  - грубо пояснил Морло, перехватывая меч поудобнее.  - Может покажем ему наше радушие?
        - Уберите оружие! Он хочет переговоров!  - грозно сказала Махиора.  - Мы ищем Драконов, нам нужна их помощь!
        - Дрьяконы? Ньет здьесь их!  - завопил предводитель карликов.
        - Я Махиора Теель Наарг, бывшая Богиня, взываю к вам! Демоны жаждут захватить этот мир окончательно! Только помощь Драконов может переломить ход войны!
        Земля задрожала. С многочисленных холмов опадал снег. Это были Драконы, находящиеся в спячке! Издалека послышался громкий бас.
        - Вы, люди и Боги, слишком тщеславны и жестоки. Чем вы лучше Демонов?
        Все, и люди, и карлики, упали на колени.
        - Демоны жаждут лишь убийства!  - выкрикнула Махиора.  - Их злость не знает границ!
        - А Боги иные? А люди, истребившие наш народ и эльфов? Чем вы лучше?
        - Не все такие. Да и те времена давно ушли.
        - Ваша суть осталась той же. Порок даже в Избранном, я знаю. Видел ту битву с вершины горы мира.
        - Захватив мир, Демоны пойдут на север. Вы справитесь с ними? Только вместе мы отстоим Эохат!
        - Война? Лучшая битва - та, которой не было, вот наш девиз. Зачем нам защищать людей, чьи предки убили наш народ? Зачем нам защищать Богов, не защитивших нас в былые времена? Быть может, разумнее присоединиться к Демонам даже?
        - Но…
        - Никто, кроме Эльфов, не встал на нашу защиту. Так почему ты думаешь, что мы поможем вам? Вы враги наши. Ни один Демон не убил Дракона, хотя они видели нас. А враг моего врага мой друг, не так ли?
        - Это лишь дело времени!
        - А вот я так не думаю. И, кстати, ты допустила огромную ошибку, придя на переговоры в броне, сделанной из кожи нашего народа!
        Махиора только сейчас поняла свою ошибку, взглянув на драконью броню.
        - Это не было попыткой…
        - Напомнить о триумфе людей? Тех, кто истребил мой род! Ты бы ещё кровоцвет принесла!
        - Простите…
        - Нет прощения за деяния былые. Вы опоздали. Тенер пришёл ко мне раньше. Лет на двести, если не больше. Мой народ отомстит за пролитую кровь древних братьев и отцов. Лишь потому, что вы пришли по старому пути эльфов, наших верных друзей былых времён, позволю вам уйти. Вы впитали мудрость врагов людского рода, а значит достойны жизни до великой битвы. Не более, не менее. Даю вам шанс последний - покиньте это место! Наши новые слуги не тронут вас на пути обратном.
        Махиора поняла, что помощи ждать бессмысленно. Драконы слишком много затаили злобы на всех. Она, лишь стиснув зубы, встала с колен.
        - Пойдёмте отсюда, пока имеется возможность.  - сказала Махиора своим спутникам.
        Все трое вновь ушли в пещеру. Ни один из карликов не атаковал их, но грозно смотрели.
        - Шансы на победу тают…  - сказал Шаур.
        - Надеюсь, у других ситуация не столь плачевная…  - прошептала Махиора.  - Хорошо не Фарка отправилась сюда, как планировали изначально…

        Глава 24: "Во владениях Щупалец и Паука"

        Феорак, приняв облик старца в серых одеяниях, неспешно шёл мимо Гафера. Повсюду сновали люди, суматошно бегая, словно готовясь к чему-то.
        Стены города больше походили на ощетиневшееся животное. Множество лучников стояло по всему периметру. Воины спешно поднимали различные тяжёлые орудия, устанавливали катапульты. Из всех таверн катили большие бочки. "Спиртное"  - презрительно прошипел Феорак: "Поджигать врагов будут".
        - Эй, старик!  - окрикнул его один из воинов.  - Лучше уходи отсюда, скоро битва начнётся!
        - Не страшно мне это. Всё равно скоро помирать. Кхе-кхе.  - скрежущим голосом ответил он, нарочито раскашлявшись.
        - Не гневи судьбу, старче. Опасно со смертью шутить, когда войска Марката и Ширазы так близко!
        - Нет их. Не скоро битва будет. Да и мертва Безумная, сгинула в пучине Смерти.
        - Глупец! Уходи по-добру по-здорову.
        - И тебе не хворать, наёмник. Только зря вы оборону заняли, нападать надо. Но не моё дело это, ой не моё. Прощай…
        С этими словами ушёл прочь, опираясь на палку, подобранную возле леса. Воин лишь неопределённо пожал плечами, продолжив катить бочку. Он вырос в этом городе, да и платили за его оборону вполне прилично. А тактика и стратегия - удел командиров, но никак не наёмного солдата.
        Феорак шёл мимо давно сгоревшего города. Его руки дрожали. "Помню вас, мои друзья. Не уберёг я вас от смерти…"  - его рука коснулась каменной чёрной стены. Перед глазами всплывали воспоминания…
        … Их было четверо. Три Демона и одна Демонеса. Старые друзья, пережившие не мало битв вместе. Когда Феорак присягнул на верность Кавесу, они не спешили с подобным решением. Лишь, когда Феорак понял свою ошибку, познав безумие своего нового господина, он отверг его, отказавшись захватывать этот мир. То были древние времена, когда бушевала война людей и Драконов. Феорак стал врагом всех Демонов, лишь его друзья последователи за ним в Эохат. Все они, приняв эльфийские обличия, участвовали в войне на стороне Эльфов. Ведь люди уже были соблазненны Демонами Кавеса, внушившим им идею величия расы. Он тайно обучил людей тёмной магии, способной убивать Эльфов и Драконов. Пока в Эохате были эти два древних и могучих народа, Демоны не смогли бы захватить этот мир…
        То была великая битва, унёсшая множество жизней. Двое друзей умерли в тот день от предательства Демонесы. Феорак взвыл от горя, убив её, вырвав сердце. Казалось, последний Дракон был убит, а в последующей войне и Эльфы. Феорак ушёл в добровольное изгнание, отказавшись от всех титулов Демона. Он поборол свой гнев, тем самым обрёк на смерть. Демон отказался от бессмертия, возненавидев Кавеса и его слуг. Он полюбил этот мир, не желал больше смертей…
        По лицу старца стекали слёзы. "Простите…"  - тихо прошетал он. Внутри всё сжималось от боли. Горечь утраты не уменьшилась даже спустя сотни и тысячи лет. Голова слегка закружилась. "Облик человека крайне не удобен, все их слабости ощущаются"  - подумал он.
        Феорак направлялся в то место, которое избегают все, находящиеся в здравом рассудке. Поляна Ужаса. "Богоподобная сущность вполне ценный союзник. Главное, не стать её жертвой. Интересно, что же она сделала с Корпусом Ночи и воинами Тенера, угодившими в её вдадения?"  - говорил он сам себе: "Раньше я избегал её, живя по соседству в Мёртвой земле. Но времена меняются".
        Феорак приблизился к Поляне. Внутри клокотал страх. В небе ярко светило солнце, но в глубине поляны царил холодный мрак, видимый издалека. Демон, а обличье старца, невольно передёрнулся, словно пытаясь стряхнуть что-то. Он глубоко вдохнул полной грудью, сделав большой шаг на мёртвую, сухую, пожухлую траву.
        Вокруг царили мрак и тишина. Серый туман устилал землю вокруг. Скорченные деревья зияли чернотой. Из крючковатые ветви то и дело цеплялись за одежду старца. Но Феорак не прибегал к своим силам, желая выманить чудовище из его логова.
        Впереди показались два силуэта. Старец замер на месте, нарочно немощно опираясь на посох. Фигуры плавно покачиваясь, двигались ему навстречу, что-то бормоча.
        - По-мо-ги…  - с ужасным скрежетом в голосах говорили они.  - Убей нас!
        - Кто вы? Что вам от меня надо?  - максимально испуганным голосом ответил старец.
        - Кто-о мы? Нет нас уже, но живы мы. Страдания тысяч и мучения сотен в нас. Сама Смерть отказалась нас принять в свои объятия, обрекла на вечную агонию здесь, в нигде.  - говорили они, постепенно подходя всё ближе и ближе к Феораку.  - Убей нас, ради всех Богов!
        - Нет! Не подходите!  - выкрикнул старик, отбросив палку в сторону.
        - Поооздноо!  - завопило нечто отовсюду.
        Множество чёрных щупалец тянулось к старцу, желая схватить его. Но в тот же миг он принял свой истинный облик, выхватив одноручный меч из ножен. Феорак рубил бесчисленные щупальца, борясь внутри со страхом и апатией. Чудовище взвыло от боли. Этот рёв сотряс деревья. Казалось, будто его слышали даже в Гафере.
        - Я пришёл с миром!  - выкрикнул Феорак.  - Нам нужна помощь!
        - Гооолоооод!  - лишь ответило нечто, не прекращая попыток схватить Демона.
        - Ты утолишь его сполна. Тысячи воинов и магов. Даже Демоны.
        - Гоооолооод!  - снова повторилось отовсюду.
        - Все они будут твоими вечно! Только помоги убить их!
        - Гдееее?
        - Во владениях Тенера!
        - Приведи слуг мне.  - сказала чёрная фигура неопределённой формы, появившаяся из неоткуда.  - Я помогу вам в битве. Утолю свой голод. Но дойти не смогу!
        - Слуги будут, обещаю. Но для этого отпусти меня.  - сказал Феорак, опустив меч.
        - Иди, я разрешаю.  - щупальца зависли в воздухе, уползая под землю.  - С тобой пойдёт мой раб. Зови его Касот.
        "Маг Корпуса Ночи"  - подумал Феорак: "Так вот что с ними стало".
        - Как пожелаешь…  - склонившись, сказал Демон.
        Одна из вялых фигур подошла к нему. Это был высохший, покрытый шрамами вампир. Его глаза отсутвовали, а в окаймлённых кровью глазницах зияла темнота, переливаясь, булькая.
        - Частица меня в нём!  - отозвалось отовсюду.  - За предательство поглощу твою жизнь, Феорак Позорный!
        Демон ничего не ответил. Он был удивлён тем, что нечто знало его старое, казалось бы, всеми забытое имя. Касот следовал за ним. От прежней неуклюжести не осталось и следа. Феорак решил снова принять облик старца, чтобы меньше привлекать внимания.
        - Я не боюсь солнца.  - вполне нормальным голосом ответил спутник, принимая облик молодого светловолосого юноши.  - Поэтому будем идти быстрее, нежели раньше он мог себе позволить.
        Феорак лишь тяжело сглотнул слюну. Он боялся этой сущности, не зная, как с ней бороться в непредвиденном случае. Но на кону стояло нечто большее, чем его жизнь или кого бы то ни было ещё. "Из двух зол выбирают меньшее. В данном случае, это именно так"  - думал он про себя.
        Феорак шёл погружённый в свои мысли, пряча их, на всякий случай, от своего спутника. "То, что со мной Касот, верховный маг Корпуса Ночи, слуга Тиамари, это даже на руку."  - думал Демон: "Возможно, это сыграет значительную роль в дальнейших переговорах. Вернуть бы только его истинную суть, вырвать из щупалец этого порождения боли и страданий".
        - Не пряч свои мысли, Демон.  - проскрипел спутник.  - При большом желании, я проникну в твой разум, это лишь дело времени.
        - Если ты настолько могущественнен, то почему не отправлял слуг раньше?  - попытался он сменить тему разговора.
        - Это ослабляет меня. Лишь потому, что ты обещал много еды, я согласился отпустить его. Я видел сражение в своём прежнем доме. Частица меня вечно будет там незримо наблюдать за всеми, но не вмешается вовек.
        - Касот меня слышит?
        - Да. Он жив, но заперт внутри себя самого, видя и слыша всё, но не в силах воспротивиться моей воле. Я знал о грядущей битве, ждал, когда ко мне явятся за помощью другие. Честно, ожидал Тенера лично.
        - Ты примкнул бы к ним?  - встревоженно спросил Феорак.
        - Безусловно. Мне не важна ваша война. Я лишь хочу утолить свой голод. А кто обеспечит мне безопасность пути и предоставит пищу, мне не важно. Тебе повезло, ты пришёл раньше врагов своих.
        - Ты предашь меня?
        - Зачем мне это? Количество пищи будет одинаковым в любом случае, так зачем мне предательство это? Да и к тому же, после битвы они напали бы на меня с огромной вероятностью. Тебе я верю больше.  - растягивая слова, говорило нечто в теле Касота.  - У меня предложение есть. После битвы останусь там, среди пищи. Но после зов отправлю, услышат его все в мире. И тогда во владения Марката отправите меня.
        - Зачем?
        - Тебя это не касается, Позорный!  - выкрикнул Касот.
        - Там Врата. Ты хочешь в другие миры уйти?
        - Есть множество других дорог и путей. Не только Врата миры связывают, уж ты то знаешь.
        - Маги Трёхмирья способны без врат ходить меж миров, я знаю. Так же есть артефакты, способные разрывать грань миров, вроде Философского камня или Кровоцветового сердца.
        - Верно.  - довольно клокоча, растягивало слова Нечто.  - Избранный сам пришёл в мир этот, не через Врата. Не обязательно грань миров разрывать. Есть тонкие нити, пути, по которым в давности ходили. То знание утеряно, но Избранный именно так и пришёл в Эохат.
        - Кровавая паутина, так называли те пути, я знаю. Лишь сильнейшие Демоны способны использовать её.
        - Врата, грань миров, паутина… Это всё пути разные. Но не единственные. Эльфы, они же покинули этот мир. Не через Врата, ты знаешь. Ни через Паутину, ибо не владеют такой силой. И грань миров не пострадала. Значит есть и другой путь.
        - Какой?  - не понимал Феорак.
        - Ты, отказавшись от своей истинной сути, потерял способность ходить меж миров? Да, мне стоило догадаться. Желаешь отомстить Кавесу за всё? Как предсказуемо.
        - Откуда…
        - Знаю всё?  - он прервал Феорака,  - Я здесь давно. Не смерти магов породили меня. Из иных миров прибыл сюда. Слабый, почти мёртвый. Я жил здесь, питаясь плотью и болью, кровью и страхом. Моя сила росла. Тьма, правившая здесь давно, она тоже из иного мира. В сердцах людей и рас иных зло она нашла, власть здесь захватив.
        - Ты желал её убить?
        - Да, ведь именно по её приказу меня изгнали. Я тоже изгой, как и ты. Но та, что звалась Тьмой, повержена была, а я так и не собрал свои силы. Я прятался средь руин, смертей, страданий. Моя истинная форма иная, но таковую мне придали маги, поглощённые мною.
        - Ты желаешь вернуться в свой мир?
        - Да. Я по праву рождения должен править!  - воскликнуло Нечто, переходя на визг.  - Врата моя цель, средство для возвращения домой. Но это не единственный путь. Есть тоннели, вроде тех, что из столицы Эльфов ведут. Они связывают миры незримо, неосязаемо, но верно и сильно.
        - Из Мёртвой земли тоннели ведут во многие владения. Они словно сжимают пространство. Знаю это, но разве с мирами это работает?
        - Вы, Демоны, слишком много сражаетесь, но мало думаете. Именно поэтому я с радостью примкнул бы к Кавесу. Мы с ним схожи во взглядах. Миры не в линии стоят, а в некой паутине, если образами говорить. Энергия, она связывает их всех. Пространство, время, магия. Это всё осязаемо, когда находишься вне миров, лицезрея безумную красоту мириадов миров. Но их можно стянуть ближе, сделав на миг едиными. Как сжатие пространства, принцип тот же. Не идти самому из мира в мир, а притянуть мир к себе.
        - Это может разрушить всё мироздание?
        - Возможно. Но Эльфы так и ушли когда-то. Да и Драконы многие покинули Эохат именно этим способом. Кавес именно так вырался из Лимба в первый раз, когда Демоны и Ангелы Трёхмирья заточили его туда. Вы не хотели убивать его, считая, что смерть - избавление от страданий. Но это было вашей роковой ошибкой. В Лимбе он познал Хаос. Именно он поведал ему секреты и тайны. Уже позже ты и другие примкнули к нему.
        - Я не знал этого всего…
        - Конечно, вы много чего не знаете. А я видел это, наблюдая за вашей вознёй. Вы словно тараканы, бегаете куда-то, торопитесь, будто умереть можете от старости, словно люди. Ты не задумывался, почему во многих мирах люди живут?
        - Демиурги мыслят схоже?  - высказал предположение Феорак.
        - Ха! Нет, увы. Они появились в одном из миров, ныне уже поглощённом Хаосом. Но, связав миры, притянув их друг к другу, произошло единение флоры и фауны. Некоторые сущности переползали, словно черви, из мира в мир.
        - Сколько тебе?
        - Много. Очень много. Не каждый Демон или Бог живёт как я. Уже не считаю давно, ибо не вижу смысла. Я видел зарождение многих миров, узрел, как Хаос поглощает миры, приходя через своих слуг. Я не желаю участвовать в войне этой, ибо знаю, что это неизбежно. И в этом нет ничего плохого, как в наступлении ночи. Как за ночью наступает день, так и за гибелью миров от Хаоса наступает их возрождение через Гармонию. Не могут быть они отдельно, ибо являют собой одно целое.
        - Но для чего Демиурги тогда?
        - Они творят миры, не более. А Гармония, именно так прозвали в древности, хотя не верно, по-сути, творит саму суть мироздания, связи меж миров.
        - Но откуда ты это знаешь?
        - Видел лично!
        - Ты старше мироздания?  - удивился Феорак.
        - И да и нет. Мой род старше, а память переходит от одного к другому. И, ты думаешь, время не поддаётся искажениям? Возле Хаоса меняется всё, даже время. Я видел одновременно зарождение мироздания и его гибель. Прошлое и будущее в одном месте, в одном мгновении.
        - Я не понимаю!
        - И не поймёшь. Как и прочие. Только Кавес понял это, прочувствовав план Хаоса. Но вот на его ли он стороне, не знаю даже я. Слишком сложную игру затеял твой бывший господин.
        - Есть ли смысл в нашей войне в этом мире?
        - Для каждого свой смысл. Ты желаешь спасти невинных, что странно для Демона, Махиора желает отомстить за Богов. Избранный лишь желает вернуться домой и забыть всё, как страшный сон. А я желаю утолить голод. А для остальных миров эта война не имеет никакого столь значимого значения.
        - Как твоё имя?
        - Ты не сможешь его ни услышать, ни произнести. Зови меня Кхар.
        - Проклятие.  - прошептал Феорак.  - На Древнем наречии.
        - Именно, мой юный друг, именно…
        После очень познавательного для Феорака разговора, он боялся говорить со своим спутником. Кхар же сохранял абсолютное молчание, не имея желания разговаривать с тем, кто, по его мнению, ниже его по статусу вечности.
        - До логова Тиамари идти долго.  - сказал Феорак.
        - Если по поверхности, то да. Но есть пути иные, тайные. О них даже Паучиха не знает, хотя искала давно.  - ответил Кхар.
        - Проведёшь по ним?
        - Что ж ты раньше не сказал, что мы идём к Тёмной Богине? Уже давно бы у неё были!  - сказал он, резко свернув направо.
        Они шли вдоль одной из деревень, сгоревших несколько дней назад. Посреди деревни стоял большой каменный дом, внутри которого, скорее всего, некогда была таверна.
        - Нам в погреб надо.  - прошептал, словно боясь кого-то, Кхар.
        Погреб был тёмным, лишённым света, сырым. Тяжёлый спёртый воздух словно давил на грудь. По стенам бегали пауки и жуки, напуганные нежданным визитом.
        - Воздух такой здесь от того, что тоннель рядом. Эльфы делали его, но не успели пропитать своей магией, поэтому скверна мира проникла в него, заразив, словно паразит. Все мысли, эмоции, витающие в мире, обретают воистину удивительные, но зачастую, омерзительные формы.
        - Как ты, например?
        - Да, как я. Мой облик искажён страданиями и болью моих жертв. Их страхи сотворили мне новую плоть. Здесь примерно так же. Мир отравлен, виновники все.  - с этими словами он коснулся одного из камней, аккуратно проведя пальцами по стене.  - Следуй за мной!
        Он шагнул в стену, исчезнув за ней. Феорак был крайне удивлён увиденным, хотя знал, что Эльфы были лучшими в тайных магических искусствах. Собравшись с духом, он последовал за спутником.
        Лишь мгновение отделяло его от погреба. Но миг тот был холодным, пронизывающим, словно ледяными иглами. Он очнулся в большой комнате, сделанной из огромных каменных блоков. Все стены были оплетены паутиной. Со стен стекало что-то густое, склизкое. Оно булькало на полу, расползаясь огромной лужей, позодящей на небольшое озеро. Казалось, будто оно живое.
        - Так и есть.  - сказал Кхар.  - Это, позволь представить, скверна мира. Ещё не обрела разум, изучает мир, познаёт себя, ну и ест то, до чего дотянется. Порождение людских, и не только, эмоций. Подобное произошло с одним растением.
        - Кровоцвет.  - догадался Феорак.
        - Именно. Эмоции, мысли, они меняют реальность.
        - Демиургическая способность у всех?
        - Да. Наконец-то ты понял саму суть.  - Кхар громко захохотал, от чего по пещере пронеслось звонкое эхо.  - По мере уменьшения сил по циклу сотворения, уменьшается и способность творить новую жизнь силой мысли. Людям требуется много времени, чтоб сделать нечто подобное. А Демоны Ада за несколько сотен лет сотворили новые обители и территории из ничего. То были давние времена, ты ещё не застал их.
        - Нам этого не рассказывали.  - озадаченно ответил Феорак.
        - Конечно! Иначе никто не будет подчиняться, осознав свою великую силу. То же случилось и с Кавесом.
        - Далеко до Тиамари?  - перебил его Демон.
        - Не более четверти дня.
        Они шли по тоннелю, освещаемом вездесущей скверной. Её становилось всё меньше и меньше. Смрад в воздухе уже был заметно слабее, Феорак мог дышать практически без затруднений.
        Впереди послышались шаги.
        - Слуги Тиамари.  - проконстантировал Кхар, принимая облик Касота.  - Я иду первый.
        Рабочие и воины, увидев верховного мага, рухнули на колени, склонив головы.
        - Отведите меня к Госпоже!  - грозно сказал он.
        Один из воинов молча встал, направившись в сторону одного из множества ответвлений. Кхар, в облике Касота, и Феорак последователи за ним.
        - Никто из воинов не заметит подмены.  - звучал булькающий голос в голове Демона.  - Но Паучиха раскроет обман сразу.
        Они шли, сохраняя абсолютное молчание. С каждым новым поворотом стены становились всё более и более гладкими, а количество факелов значительно уменьшалось.
        - Сюда рабам нельзя, значит мы близко.  - пробулькал Кхар в мыслях Феорака.
        Воин привёл их к большим каменным вратам, испачканным кровью. Ложный Касот, открыв их, смело шагнул внутрь. Феорак последовал за ним, но с гораздо меньшей храбростью.
        Они стояли в большом зале, покрытом паутиной. Посередине стоял каменный трон, устрашающий своей внешностью. Где-то вдалеке, в глубине темноты, что-то шевелилось, чавкало, гремело костями.
        - Ты не Касот!  - протяжно кричало нечто в темноте.  - Демон с тобою! Кто вы?
        - Я, Феорак, пришёл просить помощи у тебя, Тёмная Богиня.
        - Феорак? Демон? Да ты никак Позорный! Наслышана о тебе. Не думала, что ты жив ещё.  - продолжая чавкать, говорило нечто.  - Так чего ты хочешь?
        - Убить Демонов.
        - Ха-ха-ха-ха! А ты забавный! Но что же именно тебе надо?
        - Твои войска. Грядёт битва последняя. Победив в ней, мы спасём Эохат.
        - А кто ты?  - спросила огромная паучиха, выползая из темноты.  - Что случилось с моим рабом?
        - Я тот, кого боятся. Имя мне Кхар.
        - Проклятие? В Мёртвых землях ты жил, знаю. Так вот что случилось с моими воинами. Желаете помощь мою получить?  - говорила паучиха, превращаясь в девушку.  - А что взамен предложите?
        - Земли с людьми тебе во владения. Южные просторы от Каура и дальше.  - сказал Феорак.  - Никто не потревожит тебя там вовеки. И ты отомстишь за все поражения от Демонов.
        - К войне готова я давно, только вот незадача… Маркат тоже слуг своих прислал, о помощи просил. Вот как быть? Не знаю, право.  - наигранно отвечала она.
        - Чего ты хочешь ещё?  - строго спросил Феорак, приняв свой истинный облик.
        - Кровь Избранного. Не жизнь его, но всего лишь каплю крови. Ну и земли, предложенные тобой, разумеется, ибо никто за язык тебя не тянул.
        - Согласен!  - ударив хвостом по полу, сказал Демон.
        - Если моя помощь ещё нужна,  - заявил Кхар,  - то приведите на Поляну Ужаса сотню магов, дабы они несли меня к полю битвы. Обещаю, не убью их.
        - У меня есть отдельный разговор с тобой, Проклятие. Давно хотела обсудить многое о многом…
        - Это я с радостью!  - хитро улыбнувшись, ответил он.
        Феорак ушёл прочь, удовлетворённый заключением политического союза. Он понял, что Тиамари ела слуг Марката, подозревая, что они предложили слишком низкую цену за её помощь. А сражаться с Тёмной Богиней в её логове - слишком опасно даже для видавшего виды ветерана и богоподобного Кхара. Демон неспеша покинул логово Паука, выйдя на поверхность через один из тоннелей. Вокруг был вечерний лес…

        Глава 25: "В объятиях Боли"

        Маура приблизилась к горам Леора. Её одолевали сомнения. Акаар должен был быть ещё верным Феерару, истинному учению Чистых магов, пророку, предвидевшему многие события на сотни лет вперёд. Но с другой стороны, он слишком долго был среди Орена Боли, в опасной близости к Древнему Богу, укрывшемуся в этих горах. Это могло исказить его суждения, цели, желания, сделав из него истинного адепта боли.
        "Множество путей ведут внутрь, но выйти невозможно без позволения адептов. Лишь Избранный смог прорваться, высвободив свою суть"  - думала девушка: "Смогу ли я повторить то же самое в случае неудачных переговоров? Эх, лучше бы Махиора отправилась сюда, у неё больше шансов пробиться сквозь эти бесконечные тоннели".
        Маура надела на себя невзрачную мантию, больше походя на простую крестьянку, чем на чаровницу, обучавшуюся у Феорака, известного всем как Позорный.
        Она поднималась высоко в горы, балансируя на опасных обрывах, едва не сорвавшись камнем вниз несколько раз. Она хотела проникнуть в их убежище сверху, избажав тем самым пещеру иллюзий. Именно поэтому она взбиралась всё выше и выше, больно изранив руки и ноги. Её тонкие, красивые пальцы истекали кровью. Кожа небольшими лоскутами свисала с них, словно с ожившего умертвия. Маура, до боли стиснув зубы, продолжала свой подъём, понимая, что стоит на кону. "Я не могу сдаться! Феорак учил, что только через боль и страдания приходит прозрение и понимание магии. Я должна пройти этот путь, извлечь из боли урок!"  - шептала она сама себе, повторяя раз за разом, словно некую мантру.
        По мере подъёма становилось всё холоднее и холоднее. Порывы ветра так и норовили сбить её с ног, сбросив девушку в пропасть. Где-то вдалеке завывали то ли волки, то ли вервольфы. Их заунывный вой смешивался с пением ветра, нагоняя странные воспоминания.
        В голове рисовались смутные, размытые, туманные образы женщины, похожей на Мауру. Её нежная, мягкая улыбка. Седобородый мужчина, стоявший рядом. Небольшой, но уютный дом, горящая рядом лампадка. Размеренная колыбельная, полная любви и заботы. Маура часто вспоминала её, напевая, когда было грустно.
        Очередной порыв ветра едва не сбил её с ног. Она зацепилась за каменный выступ окровавленными пальцами, громко взвыв от боли. Её крик эхом разнёсся средь горных вершин. Ненадолго звериный вой прекратился, но в тот же миг возобновился с новой силой. "Проклятие!"  - выругнулась девушка про себя: "Только их мне ещё не хватало!". Она быстро взбиралась всё выше и выше, постоянно оглядываясь. Вервольфы преследовали её, догоняя с каждым мгновением.
        За спиной послышался рык. Маура обернулась, выставив окровавленные руки вперёд. Они были объяты синим пламенем. В нескольких шагах от неё стоял зверь. Его чёрная, как смоль, шерсть, блестела на солнце. Из пасти, полной зубов, стекала слюна, большими каплями падая на укрытую тонким слоем снега землю. Его глаза были абсолютно чёрными, лишь слабые блики выдавали их наличие. С длинных загнутых когтей стекала кровь случайной жертвы, неудачно оказавшейся на его пути.
        Маура швырнула несколько огненных сфер в вервольфа, но лишь одна из них достигла цели. Зверь взвыл от боли, прыгнув на свою жертву. Девушка создала волну пламени, отбросив агрессора, заметно подпалив его шкуру. Воспользовавшись его замешательством, она столкнула его кинетической волной в обрыв. Зверь выл всё падение, отчаянно пытаясь зацепиться хоть за что-то. Он так и упал, издав лишь хрип. Его кости сухо прохрустели, пробив органы. Теперь он больше походил на кусок отбивной, чем на грозного зверя. "Надеюсь, остальные меня не найдут"  - выдохнув, сказала девушка, облокотившись о скалу спиной. В голове опять всплывали странные, словно чужие, воспоминания.
        Память рисовала сцену бегства. Женщина и мужчина, которых она видела в прошлом воспоминании, держали её на руках. Позади слышался знакомый рык зверей. Полная луна на небе, лишь изредка закрываемая облаками, освещала тёмный лес. Вдалеке появились руины… Зелёный туман оплетает лицо…
        Её воспоминания были столь реалистичными, что казалось, будто она погружалась в пучину прошлого, наблюдая за событиями воочию. "Должно быть, это Древний так воздействует на меня"  - думала Маура: "Столь сильную сущность не удержать средь пещер и камней. Её сила будет вырываться сквозь любую преграду".
        С большим трудом, девушка развеяла все мысли, воспоминания и наваждения. По её щекам стекали тонкими линиями слёзы, превращаясь в льдинки. С пальцев капала алая кровь, оставляя яркий след на тонком белом слое снега. Ветер колыхал её волосы, развевая, играл с ними, словно запутавшись в них. Она, превознемогая боль, продолжила взбираться всё выше и выше. "Осталось совсем чуть-чуть"  - твердила она сама себе: "Скоро я проникну внутрь, и, если Акаар ещё верен учению Чистых, то он поможет мне. В противном случае сгину в объятиях боли".
        Она аккуратно подползла к трещине в скале, вглядываясь в неё. "Да, это здесь"  - прошептала она, увидев внизу слабый тусклый свет. Её руки болели от ран и мороза, а сердце бешено колотилось от страха и усталости, но она решила не делать себе привал. Осторожно цепляясь за острые каменные выступы, Маура спускалась в расщелине вглубь скалы, в самое её сердце - Академию Боли.
        "Некогда, в былые времена, здесь обучали великое множество адептов этого культа"  - вспоминала Маура рассказы Феорака: "Древний Бог, обитавший в этих горах, дарил им защиту и знания, они же поклонялись ему, как он и желал. А близость к Мёртвой земле позволяла обучаться некромантии, считавшейся в этом ордене второй наукой, вторым искусством. На первом месте у них всегда была Боль".
        Девушка ненадолго прекратила спуск, решив отдышаться. Со лба стекал пот, из-за которого волосы были мокрые. Они прилипали к одежде и лицу, словно нарочно стараясь залезть к ней в рот и глаза, оплетали их, мешая девушке спускаться вниз. Она взглянула себе под ноги и, лишь убедившись, что её никто не обнаружил, продолжила свой спуск. На поверхности метались вервольфы, выискивая жертву, истекавшую кровью. "Вы теперь не доберётесь до меня, звери!"  - со злостью думала Маура, продолжая свой опасный спуск.
        Осталось не более двух метров, как она вновь застыла. Там, внизу, кто-то шевелился, гремя цепями. Неизвестный практически стоял на одном месте, пытаясь сдвинуться с него хоть на шаг, но стальные кандалы не позволяли и этого. Он издавал лишь нечленораздельное бормотание, в котором читалась злоба. Маура максимально тихо продолжила свой спуск, стараясь шуметь как можно меньше. Её окровавленные руки соскальзывали с камней. Вокруг царила темнота, нарушаемая лишь слабым мерцанием огня снизу.
        Девушка спрыгнула вниз, сразу же приняв боевую стойку. В её руках потрескивала молния.
        - Повернись ко мне!  - приказала она незнакомцу.  - Медленно.
        Перед ней стоял темноволосый парень, испачканный кровью. Его правый глаз был вырван, а вокруг пустой глазницы был круг с потёкшей, уже запёкшейся кровью. Она с трудом узнала в нём Акаара.
        - Что с тобой?  - спросила она, снимая с него кандалы.
        - Кто ты? Тебя прислал Феерар?
        - Он мёртв. Ты же знаешь.
        - Откуда?  - спросил он, потирая кровавые следы на руках.
        - Избранный рассказывал.  - искренне не понимая, ответила Маура.
        - Я был тут полгода, может больше. Трудно считать дни, не видя света.
        - Но…
        - Я пытался повторить опыт Учителя, отщепив часть себя. Тёмную, злую часть. Так обрёл бы бессмертие. Но всё пошло иначе, чем планировал. Древний Бог исказил меня и его. Так моя часть обрела разум, заменив меня. Он стал лидером Ордена Боли, а меня заточили здесь. Убив меня, он умрёт сам. Да, я стал бессмертным, но не так, как хотел.
        - Так вот почему он хотел убить Махиору и Избранного.
        - Они не заметили подмену? Оно и не удивительно, ведь я всё ещё верен Ордену Чистых. Как я понимаю, ты пришла не меня спасать.
        - Я хотела, чтоб ты, точнее уже твоя часть, примкнула к нам в последней битве с Демонами.
        - Они точно не примкнут. Нам необходимо покинуть это место.
        Маура подняла голову вверх, смотря на расщелину, через которую проникла в храм.
        - Нет, этот путь открыт только сюда. Таково заклятие, созданное мною давно.  - угрюмо пояснил Акаар.
        - Тогда как нам выйти?
        - Через Боль. Пещеры. Иного пути нет.
        - Ты способен идти?
        - Поверь, я способен на большее!  - с усмешкой сказал он, покрываясь тёмной аурой.  - Долго же я копил силы! Пора им отомстить!
        С этими словами он разломил деревянную дверь, обрушив на неё магический удар.
        - Кандалы не позволяли использовать магию.  - пояснил он.
        Маура и Акаар стояли в коридоре, вслушиваясь в шаги. "Более трёх человек"  - поняла девушка, сжав молнии в руках. "Предатели!"  - выкрикнул Акаар, взмывая к потолку.

        Его тёмная аура искрилась множеством молний чёрного цвета, поглощая бесчисленные атаки противников. Они непрерывно шептали заклятия, которые, казалось, заставляли вибрировать всё пространство вокруг. Не было в этот миг ярких всполохов магии, сфер и взрывов. Была лишь огромная боль, сковывающая всё тело. Маура упала на четвереньки, издав громкий стон. Каждая клеточка её тела испытывала вселенские страдания. Кожа лопалась от напряжения, открывая всё новые и новые кровоточащие ранки. Всё тело девушки покрылось ужасающими, древними, таинственными символами. Её мышцы сводило от боли судорогой. Она упала лицом в пол, не в силах больше бороться с этой невыносимой болью. Всё, чему она обучалась, все уроки Феорака, касающиеся боли, оказались ничтожны и бесполезны. Её тело неестественно выгнулось, издав сухой треск костей. Девушка кричала от боли, умоляя остановить эту пытку. В коридоре всё пропиталось чистой болью, лишённой эмоций.
        Акаар, обучавшийся в этом Ордене, вполне достойно выдерживал их атаки, поглощая направленную на него древнюю магию, равномерно распределяя её в своей ауре и теле. Боль, которую он всё же испытывал, даровала ему волю к жизни, ощущение, что он ещё жив, а значит, должен бороться. Его губы беззвучно шевелилисть, произнося заклятия. Тонкие тёмные щупальца его ауры хлестали врага, словно кнуты. Они оплетали их, словно щупальца, проникая внутрь тела, причиняя огромную боль, граничащую с человеческим пределом. Никто из Ордена, кроме двойника Акаара, не знал, что он обучался у Древнего Бога, познав могучие таинства Боли. То, что он не применил их до сих пор - лишь дело времени.
        Акаар закрыл глаза, ослабив свою защиту. Огромная волна боли захватила его тело, поглощая разум. Это стало ошибкой. Роковой ошибкой других адептов. Он наслаждался болью, приходя в некий, ужасающий Мауру, экстаз. На его лице появилась хитрая, довольная, но полная боли улыбка.
        Он открыл глаза, широко распахнув их. Они были тёмные, как его аура. Сам же он больше походил на некоего безумного мага древних времён, о которых девушка знала лишь по рассказам своего учителя. Аура разрасталась, наполняясь чем-то живым, голодным, ужасным. Она скользила своими щупальцами, словно языками, по стенам. Адепты застыли в немом испуге. Все, как один, прекратили читать свои заклятия, пребывая в леденящем душу оцепенении.
        Боль постепенно покидала тело Мауры, словно вода, стекая с неё, растворяясь в воздухе, ставшем тяжёлым, гнетущим, плотным, словно свинец. На подкашивающихся ногах, девушка попыталась встать, опираясь на стены. Всё её тело истекало кровью, причиняя пульсирующую боль. Она посмотрела на Акаара, безумно хохочущего под потолком. Его практически не было видно из-за тёмной, почти чёрной ауры, плотно, словно кокон, обволакивающей его.
        "Шеер геол! Кафари эараш гаираф…"  - шептал Акаар. Его аура, словно живое существо, искала живых. Она охотилась за ними. Её голод чувствовался всюду. Незримо, неслышимо, но где-то внутри всё сжималось от страха перед ней и тем, во что превращал себя Акаар. Его тело ломалось, словно соломенная кукла, издавая ужасный хруст. "Нечто подобное происходило с Константином в Мёртвой земле, но здесь что-то иное"  - шептала Маура, опираясь о стену.
        Огромная тёмная бесплотная масса обрушилась на адептов, разрывая их на мельчайшие куски. Они неестественно выгнулись, а храм наполнился их криками боли. Они вопили, надрывая свои голоса. Их одежды истлевали за считанные секунды. Тела расщеплялись на пылеподобные частицы, кружащие в неком вихре.
        Лишь когда последний истошный крик умолк, когда частицы из тел осели на пол, огромная тёмная туча, недавно бывшая Акааром, начала сгущаться, принимая свой первоначальный вид.
        - Ты как, жива?  - спросил он, поглощая последние щупальца своей ауры.
        - Да, хотя не уверена.
        - Пошли, пока моя тёмная половина не явилась.
        - Боюсь представить, насколько он тёмный!  - испуганно сказала девушка.
        - Ты по мне судишь? Я не погружаюсь в тёмные бездны души. Лишь в боли черпаю силы, а она лишена понятий зла и добра.
        Они бежали по мрачным, тёмным коридорам храма, петляя средь них, скрываясь за поворотами.
        - Думаете, я не чувствую вас?  - раздался голос из каждой стены.  - Акаар, так сказать, брат мой, плоть и кровь моя, мы связаны с тобой едиными узами.
        - Не забывай, что знания многие я утаил от тебя!  - выкрикнул Акаар в некуда.
        - Да, но я время зря не терял. Этот храм, он живой. Никто из адептов не подозревал об этом до прихода Избранного. Он пробудил душу строения. Первого, кто ощутил Боль! И я управляю им!
        После этих слов из стен начало вытекать что-то серое, дурно пахнущее, неразборчиво что-то говорящее. Акаар застыл, словно кот, окружённый водой. Неожиданно он закричал так громко, как не может кричать ни один человек.
        - Пойдём, это, надеюсь, задержит…  - он замялся.  - Неизвестную мне форму магической жизни.
        Впереди они услышали громкий металлический хохот.
        - Скверна мира проходит всюду. Она в вас с самого рождения! Как и вы в ней!  - говорил ЛжеАкаар, стоя напротив них в длинном коридоре.  - Как насчёт поединка? Только ты и я. Хотя, правильнее сказать, я и я, не так ли?
        - Меня не убить, ты знаешь. Только Боги и Демоны, да разве что Избранный, способны лишить жизни любого из нас.
        - Именно. А кто, как не ты, знает об обитателе пещер? Древний Бог, одно из первых творений Демиурга Эохата. Проигравший - умрёт.
        - Глупец!  - воскликнул Акаар.  - Это убьёт обоих!
        - Не в нашем случае. Древний соединит наши сути, но сохранит разум лишь того, кто победит. Ты знаешь, что ему безразлично, кто из нас останется. Для него важно поглотить любого из нас, обречь на вечные муки проигравшего, истязая его тело и разум, насылая самые страшные, ужасные и болезненные видения. Эта девчонка может покинуть Храм Боли, я разрешаю.
        - Нет, я останусь с Акааром!  - выкрикнула она, бросая огннную сферу в противника.
        ЛжеАкаар без труда увернулся от атаки, злобно улыбнувшись.
        - Так что, Акаар, останется лишь один из нас. Иного пути нет.
        - Я принимаю вызов! Пробуждаем Древнего!
        - Он не дремлет после посещения Избранным этого места. Так что, всё готово.
        - Приступим.  - с этими словами Акаар вновь взмыл к потолку, растворяясь в своей ауре. Что было с его двойником, Маура не видела из-за мрака коридора.

        Акаар, точнее то, во что он превратился, устремилось по тёмному узкому коридору, скользя вдоль потолка, словно змея. Маура, всматривающаяся вдаль, заметила, как его двойник, издав громкий протяжный крик, превратился в такую же живую тёмную сущность. Девушка последовала за ними, дабы наблюдать за предстоящей битвой.
        Она бежала по петляющим коридорам, стараясь не отставать от них, но не успевала. В один миг девушка осталась одна, не зная, куда идти дальше. За спиной послышалось чьё-то тяжёлое, хриплое, надрывистое дыхание. Неизвестный был словно ранен в грудную клетку, будто его лёгкие были разорваны, а сам он готов был умереть в любой миг.
        Обернувшись, Маура увидела юношу, тело которого было покрыто глубокими рваными ранами, несовместимыми с жизнью. Его лицо истекло кровью, вяло капающей на пол. Один глаз был лишён века, отчего смотрел непрерывно, выпятившись до невозможности. Другой глаз зиял чернотой, самой тёмной, которую только видела Маура. Его руки были похожи на лапы вервольфа, покрытые редкой короткой серой шерстью. Некогда вполне приличная одежда превратилась в грязные рваные лоскуты, а от возможной брони не осталось и следа.
        Маура отпрыгнула в сторону от юноши, швырнув в него шар огня. Девушка была шокирована тем, что он был ещё жив. "Проклятая некромантия!"  - с ненавистью подумала она.
        - Где мой отец, чаровница?  - прохрипел он, объятый пламенем. Словно не чувствуя боли, он смотрел на девушку, тянув к ней свои лапы. Повсюду разносилась тошнотворная вонь горящей плоти, но он так и шёл к Мауре, ковыляя на едва гнущихся ногах.
        - Ты Лусар?  - спросила девушка, вспомнив, что он был схвачен зверями в пещере.
        - Лусар?  - растягивая звуки, словно смакуя слово, сказал он.  - Что-то знакомое. Да, так звали меня раньше. Давно, очень давно. Или нет? Не помню. Сколько я здесь? Целую вечность? Или лишь миг? Мой отец ещё жив? А сестра? Я должен доказать, что достоен быть первым!
        Маура поняла, что перед ней не простое умертвие, а нечто большее. "Некий безумный магический эксперимент, попытка создать новую форму жизни. Человек, извращённый собственными страхами и желаниями, болью и амбициями самим Древним Богом. Начальное обращение в зверя, прерванное смертью. Но его сразу же подняли из мёртвых. По-сути, не умертвие, а обычный живой, но недообращённый и пропитаннный Болью во всех её проявлениях"  - быстро поняла девушка.
        - Прошло три дня, не больше.  - сказала она, продумывая план борьбы против поступающего Лусара.
        - Где Константин?  - взвыл он, смотря на свои руки.  - Я желаю убить его! Это по его вине я такой!
        - Его здесь нет…
        - Тогда убью тебя, ведьма!
        С этими словами он набросился на неё, пытаясь разорвать на куски. Маура отбивалась кинетическими волнами, отбрасывая его в стороны. "Я долго не продержусь!"  - подумала она, снова отбросив Лусара в стену. Он врезался и падал, снова вставая и ковыляя на едва гнущихся ногах, больше похоживших на лапы зверя. Его сухой, сдавленный хрип пугал девушку…
        Две тёмные ауры переплетались, словно змеи, вокруг друг друга. Вокруг была густая чернота, наблюдавшая за исходом битвы. Древний Бог, чьё имя всеми позабыто, жаждал жертв. Он всё ещё помнил былые времена, когда смертные убивали друг друга ради его благосклонности самыми жестокими и болезненными способами.
        Ожесточённая битва, происходящая без единого звука, была похожа на безумный танец таинственных существ. Они нещадно били друг друга своими щупальцами, разрывая на части…
        Лусар сбил с ног Мауру, неуспевшую отбросить его в сторону. Он разрывал одежду на ней, болезненно царапая и без того израненную кожу. Девушка отбивалась руками, пытаясь оттолкнуть обезумевшего Лусара. Его окровавленный рот был необычайно близко к её горлу. Маура чувствовала его тошнотворное, гнилостное дыхание. В её голове всплывали воспоминания.
        Мужчина и женщина, нёсшие маленькое дитя, оставляют его среди тумана на камне, а сами возвращаются назад, туда, где слышен вой и рык зверей. Ненадолго всё умолкает. Немая тишина, кажется, длится вечно. Но она разрывается в один миг криками и воплями, обрываемая хрипами людей, захлёбывающихся собственной кровью. Звери застыли в невероятной близости к младенцу, но так и не ступили на территорию зелёного тумана. Они ждали всю ночь, слыша неустанный плач ребёнка.
        Маура теперь поняла, что этот младенец - она сама. Это были её родители, убитые вервольфами.
        В ней закипала злость. Девушка изо всех сил отбросила Лусара вверх, к потолку. Она сжимала его тело магией, наслаждаясь хрустом костей. Представляя, что именно он убил её родителей, она получала небольшое умиротворение. "Это тебя точно остановит!"  - сказала она, разрывая его на куски.
        Одна из теней неумолимо становилась всё меньше и меньше. И вот, когда от неё почти ничего не осталось, на землю упал юноша. Другая тёмная аура медленно приняла облик человека, властно возвышаясь над поверенным противником.
        - Твой путь окончен здесь.  - сказал победитель.
        - Я буду ждать тебя!  - с этими словами лежащий на земле встал на колени, раскинув руки в стороны.  - Всё же, ты сильнее меня, Акаар. Я лишь твоя тень, не более.
        Его тело было охвачено тьмой. Вокруг шептали тысячи голосов. ЛжеАкаар закричал, взвыл, взревел от ощущаемой боли. Его поглощал Древний, ибо таково было условие. Он проиграл в честном бою, а значит, впереди вечность, полная боли и страданий.
        Акаар угрюмо пошёл назад, ища Мауру. Девушка возвышалась над раскиданными останками Лусара, сотрясаемая дрожью страха.
        - Пойдём отсюда.  - сказал уставший Акаар.  - Нам никто теперь не помешает покинуть это место. Орден Боли уничтожен. Я последний адепт, не желающий восстанавливать это учение. Если переживу грядущую битву, сделаю всё, чтобы никто не нашёл это место и Древнего, укрывшегося здесь. Обещаю.

        Глава 26: "Кровавое гостеприимство"

        Фарка и Константин решили пройти до Проклятого леса напрямую, держась в стороне от многих городов и деревень. Девушка была в смятении.
        Изначально она хотела направиться на север, на поиски Драконов, но позже было решено отправить туда Махиору. И после этого ей пришлось выбирать, за кем следовать: отцом или Константином. И Фарка выбрала второй вариант, считая, что только она способна хоть как-то сдерживать его демоническую часть. Но внутри было неспокойно из-за того, что отец отправился в путь один.
        - Фарка, твой отец…  - не знал, с чего начать, говорил Константин.  - Он упоминал о свадьбе.
        - Я знаю.  - тихо ответила девушка.  - Он со мной уже говорил по этому поводу в академии. Если честно, не ожидала, что он одобрит.
        - Ты знаешь, что я не из этого мира. И, судя по всему, действительно, Избранный. Не знаю, что имел ввиду Феорак, когда говорил, что моя война продолжится за Вратами.
        - Ты хотел вернуться домой?
        - Да, именно так. Один маг нашёл меня в этом мире. Он же и сообщил, что только через Врата вернусь домой, а для этого необходимо обучиться магии. Так я и покинул Проклятый лес.
        - И именно так наткнулся на нас. Я помню. Так и не обучился ты магии, хотя и овладел ею.
        - Вот именно. Совсем недавно я жил совершенно другой жизнью. А теперь… Переживём ли мы последнюю битву? И мой путь за Врата.
        - Домой?  - вытирая выступающие слёзы, спросила Фарка.
        Константин задумался. Он не знал, куда хочет пойти дальше. Домой? Что его там ждёт? Жизнь простого парня из небогатой семьи? Учёба в ВУЗе, а потом ненавистная работа лишь потому, что платят деньги? Или, быть может, отправиться навстречу неизвестности, как он мечтал, будучи подростком? Но его тянуло к другому варианту. Начать новую жизнь здесь, в Эохате. В его голове роились вопросы, не находящие ответов.
        - Я отправлюсь за Врата. Моя война продолжается.  - ответил он наиболее серьёзным голосом.  - Поверь, я очень хочу остаться здесь, с тобой. Но есть враги сильнее, чем Тенер или Маркат. Тот, кто стоит за ними. Если его не остановить, то он направит сюда других Демонов. Необходимо остановить источник зла.
        Фарка остановилась. На её глазах сверкали слёзы, а руки мелко дрожали. Она подошла вплотную к Константину и, взглянув в его глаза, нежно, но крепко обняла за шею.
        - Пообещай, что вернёшься.  - прошептала она ему на ухо.
        - Обещаю…  - тихо ответил Константин, обняв её за талию.
        Они долго стояли, обнявшись, посреди пустой дороги. Фарка тихо плакала, уткнувшись Константину в плечо. Юноша прижимал её к себе всё крепче и крепче, целуя виски. "Я вернусь, обещаю"  - шептал он ей.

        Наступала ночь. Алые лучи заходящего солнца озаряли лес, тени деревьев которого тянулись в даль. Константин и Фарка подходили к одной небольшой деревушке.
        - Вокруг ни души.  - констатировала Фарка.
        Действительно, на улицах не было ни одного человека. Даже собаки не лаяли на пришедших чужаков. Лишь в нескольких домах тускло мерцали лампадки.
        - Нам нужно остаться на ночлег.  - предложил Константин.
        - Я не вижу тут трактира.  - задумчиво ответила Фарка.
        - Вы его и не увидите.  - сказал грубым голосом мужчина, стоявший в тени, словно появившийся из неоткуда.
        - Тогда, не пустите ли нас на ночлег? Мы можем заплатить.  - не показывая испуга, договаривалась Фарка.
        - Нет, чужаков мне не надо в доме. Мой вам совет - убирайтесь прочь из деревни. Вам никто здесь не будет рад. Спросите у старухи Могры. Она, быть может, ещё и пустит вас. Остальные менее приветливы, чем я.  - ответил мужчина, сжимая кулаки.  - Она живёт на краю деревни. Идите прямо, не ошибётесь.
        - Благодарю.  - вежливо ответил Константин, уводя за собой девушку.
        Действительно, на краю деревни, на самом её отшибе, стоял ветхий домик. Небольшой огород возле него уже давно порос травой, а забор был в крайне плачевном состоянии. На месте калитки была широкая, ничем не закреплённая, доска. Она служила защитой разве что от собаки, случайно захотевшей проникнуть во двор.
        - Мда, не лучший дом, в котором я ночевал.  - иронично сказал Константин.
        - Главное, что есть крыша над головой и четыре стены.  - ответила Фарка.  - Поверь, бывает и хуже.
        Они зашли во двор, поросший травой. Она была высокой, по пояс юноше, сухой и колючей. Слабые дуновения ветра колыхали пожухлую траву, отчего она мягко шелестела.
        Константин несильно, но уверенно постучал в дверь. Ни в одном из окон не было никакого света. Дом казался нежилым, пустым, заброшенным уже довольно-таки давно. Создавалось впечатление, будто сам дом тоже мёртв. Как некое живое существо, жившее множество лет, он умер вместе со всеми позабытой хозяйкой. Некогда живой дом гнил, разрушался. Уже никто не поддерживал его жизнь, забрав её с собой. От этих мыслей Константин невольно передёрнул плечами. "Побывал в Проклятом лесу, повстречал оборотней и вампиров, вполне неплохо сражавшись против них"  - думал про себя Константин: "Даже прошёл через пещеру, полную боли, а после сражался с Демонами, убив одну из них. И у меня мурашки от этого места!".
        Юноша хотел постучать в дверь ещё раз, только более громко и настойчиво. Он уже занёс руку, как дверь весьма резко открылась с протяжным, болезненным скрипом. В доме стояла невысокая пожилая женщина, слабо освещаемая одной из лун.
        - Кто вы?  - тянущимся, скрипучим голосом спросила она.  - Зачем пришли ко мне, чужаки?
        - Ночлега просим у вас.  - мягко заговорила Фарка.  - Оплатить можем, если это необходимо.
        - Не думаю, что вам понравится у меня, но старая Могра будет рада гостям, особенно, если они с золотом.
        Она ушла в дом, скрывшись во тьме. Лишь её мелкие, шаркающие шаги доносились из глубины дома.
        - Думаю, нас впустили.  - предположил Константин, первым входя вовнутрь.
        В хижине, иначе Константин не мог назвать это место, была кромешная темнота. Не было видно ни единого предмета, словно вокруг ничего и не существовало. За спиной Фарка закрывала дверь всё с тем же противным скрипом. "Как она здесь ходит?"  - думал Константин про старуху.
        Неожиданно перед его глазами вспыхнули несколько красных искр. В их свете юноша увидел безобразное, страшное, мерзкое лицо старухи. Огненные тени мелькали по её дряблой коже, покрытой глубокими морщинами. Длинный крючковатый нос имел большую, просто огромную бородавку, из которой росли несколько омерзительных волос. Её глаза были широко распахнуты. Они были пугающе чёрными от нечеловечески огромных зрачков. Её длинные грязные седые волосы висели, словно пакля, прилипая друг к другу и закрывая часть лица, что было не столько страшно, сколько омерзительно.
        Константин вздрогнул от увиденного. Лишь пары мгновений хватило, чтобы проникнуться липким страхом и жгучим отвращением к этой старухе. В её руках мерцала, слабо потрескивая, лампадка. В свете этого огонька она была не менее омерзительна.
        - Прошу к столу, дорогие гости.  - протянула она своим скрипучим голосом, направившись в одну из комнат.
        Константин и Фарка последовали за ней, не желая оставаться в этой кромешной темноте.

        В небольшой, покрытой пылью и паутиной комнате, стоял старый, подгнивший стол, размеренно покачивающийся, будто на нём кто-то сидел. Из него сыпались мелкие, трухлявые опилки, скапливаясь в небольшую кучку под ним.
        По спине Константина пробежали мурашки. Ему было не по себе от этого мрачного, пыльного, словно мёртвого дома. Но ещё больше он испытывал страха и отвращения к этой мерзкой старухе, словно сошедшей со страниц детских сказок.
        - Присаживайтесь к столу, поешьте с дороги.  - противным голосом говорила старуха, чем-то гремя в темноте.
        - Так садиться некуда, хозяйка.  - сказал Константин, не видя ничего, на что можно было бы сесть.
        Повернувшись к столу, он обнаружил два небольших, криво сколоченных, разваливающихся табурета. "Странно, что я их не заметил"  - подумал Константин, вглядываясь в темноту. Фарка же с невозмутимым лицом уселась за стол, словно всё было в абсолютном порядке, как и должно быть.
        - Вот и трапеза ваша.  - невероятно тянучим голосом сказала хозяйка, выходя из темноты с двумя глубокими глиняными тарелками.  - Не богато живу, но гостей с дороги угощу.
        В посуде было что-то, отдалённо напоминавшее суп. Некая серая жидкость, больше похожая по цвету, консистенции и запаху на гной. В ней что-то плавало. Круглое, крупное, но весьма лёгкое. Константин пытался вытащить это, неизвестно что, поймав кривой, ржавой ложкой. На дне тарелки были не то сырая, недоваренная крупа, не то некие черви.
        Константин, едва сдерживая рвотные позывы, разглядывал свой "удов". И, когда изучение содержимого тарелки было завершено, юноша с криком откинул её от себя. Он перекинул свой взгляд на удивлённо смотрящую Фарку, откровенно не понимавшую его поведение.
        - Это черви! Глаз человека! Ты разве не видишь?  - не выдержав, выкрикнул он.
        - Что?  - выплёвывая ещё не прожёванную похлёбку, возмутилась девушка.  - Это же овощное рагу!
        Константин, откровенно не понимая происходящего, взглянул в тарелку Фарки. Там было то же самое, что и у него. Некоторые черви ещё даже шевелились, медленно ползая в этой серой, словно гной, жиже. "Почему только я вижу это?"  - эхом звучали слова в его голове. Он искал старуху, дабы, схватив её за горло, выведать правду. Но её нигде не было. Вокруг царила холодная, сырая темнота.
        - Фарка?  - выкрикнул Константин, напрягая свой слух.
        - Её здесь нет, чародей!  - отовсюду доносился скрипучий голос старухи.  - Не узнала тебя сразу, виновата. Силён ты, раз морок мой не подействовал на тебя.
        - Верни мне её, ты, ведьма! Обещаю, что покинем тебя, не причинив вреда! Иначе я убью тебя, но найду свою спутницу.  - выкрикивал Константин, пытаясь создать сферу огня в руке.
        - Даже не пытайся, глупец. Это Храм Кшары! Только её последователи способны использовать магию здесь! Ха - ха - ха!
        Её голос умолк так же резко, как и появился. "Проклятие!"  - выкрикнул Константин, стоя неизвестно где, в абсолютной темноте. "Но, если я Избранный, то Кшара принимала участие в моём создании "  - думал юноша: "Если она Богиня, конечно. В таком случае, я буду расценен как её последователь".
        Константин снова попытался создать огонь в своей руке. В этот раз у него получилось, правда пламя тускло горело, будто вот-вот потухнет. Юноша осмотрелся вокруг. Он был в каком-то погребе, сыром, с осыпающейся по стенам землёй. Повсюду бегали бесчисленные многоножки.
        Их длинные тела метались по стенам, перебирая множеством мелких, цепких лапок. По телу Константина пошла мелкая дрожь. Ладонь, свободная от огня, обильно потела, как и лоб. Огромные капли холодного пота стекали на глаза юноши. Его главный страх - многоножки, воплотился в явь. Их было бесчисленное множество. И он с ними один на один, взаперти. "Только не это"  - прошептал он, жалобно поскуливая.
        Пламя в руке медленно угасало. Константин, снова погружаемый в темноту, трясся от страха. Его глаза наполнялись слезами. Многоножки уже ползали по нему, словно изучая новую жизнь. Их лапки царапали холодную кожу Константина, сотрясаемого от страха. Он начал задыхаться от некоего астматического приступа. "Я Избранный! Должен побороть свой страх!"  - выкрикивал он в своих мыслях. Но слёзы, стекавшие из уголков глаз, напоминали ему о его слабости.
        Эти ужасные, противные, омерзительные для Константина, твари, начали кусать его и жалить, причиняя боль. Юноша закричал, начав извиваться в попытке скинуть их с себя. С приходом боли исчезли страх и жалость к себе, уступив место чему-то жгучему внутри. Константин понимал, что начинает терять контроль над собой. В голове звучал тихий, едва слышимый шёпот на грани слышимости.
        Многоножки продолжали ползать по нему, заползая под одежду. Они вгрызались в его тело, отрывая куски кожи и плоти. Константин взвывал от боли, переходя на рычание. Жар объял его тело, наполняя силами. "Я Избранный!"  - выкрикнул он, выжигая тварей, грызущих его. Они с визгом и сухим треском лопались, падая с него. Те, что не успели забраться на юношу, убегали прочь, скрываясь в многочисленных норах.
        Помещение было озарено ярким пламенем, пылающим вокруг Константина. "Фарка!"  - прорычал он: "Я иду к тебе!".
        Девушка очнулась связанной и подвешенной над каким-то каменным алтарём. Вокруг была кромешная темнота, разрываемая лишь восемью свечами, размеренно потрескивающими. Последнее, что помнила девушка, это ужин у пожилой женщины. В памяти всплывали туманные образы того, как Константин что-то говорил про червей в еде и плавающих глазах. Голова девушки ужасно болела и кружилась.
        - Твой друг весьма сильный чародей, раз узрел истину, сокрытую моим мороком.  - протяжно говорила противно скрипучим голосом омерзительная старуха, появившаяся словно из неоткуда.
        - Кто ты? Отпусти нас! Ты не знаешь, что стоит на кону! Весь Эохат погибнет, если убьёшь нас!  - кричала Фарка, пытаясь развязать верёвки, связывающие её.
        - Имя моё давно мертво, как и я. Последние годы зовусь старухой Могрой. Служительница Кшары, в честь которой ты будешь убита!  - женщина достала большой, просто огромный нож, испачканный запёкшейся кровью. На её лице появилась ужасная, дьявольская улыбка, полная ненависти и безумия, желания причинить вред и боль связанной девушке.
        Фарка кричала и вопила, что было сил. Впервые в жизни ей стало действительно страшно. Она понимала, что они попались в западню какой-то безумной ведьмы.
        Нож уже коснулся запястья. Металл его лезвия был необычайно горячим, обжигая кожу девушки. Она закричала так сильно, как никогда не кричала, надеясь, что Константин сможет прийти ей на помощь. Старуха, схватив руку девушки, резко провела ножом. Кровь вялой струёй стекала с запястья.
        - Очень хорошо, что ты ещё не порочна, девчонка.  - прохрипела старуха, злорадно улыбнувшись. Она схватила Фарку за волосы, резко потянув назад.  - Твоя кровь должна пробудить всеми забытое Божество, первое творение Эохата, создателя иллюзий и страхов, надежд и страданий. То Древний Бог, что должен возродиться после всей пролитой крови!
        Обжигающее лезвие ножа коснулось шеи девушки, медленно, неспешно разрезая кожу. Могра явно испытывала непередаваемое наслаждение процессом, слушая громкие крики девушки. На её лице была зловещая улыбка, полная ненависти к Фарке.
        Свечи ярко вспыхнули и сразу же погасли. Комната лишь на миг погрузилась во тьму и мрак, но сразу же вспыхнула ярким огненным светом, сопровождаемым рычанием и грохотом падающих камней. Безумная старуха убрала нож от горла Фарки, быстро, с несвойственной для её возраста скоростью, повернувшись на того, кто прервал обряд.
        - Ты, старая мразь, убери от неё свои руки!  - рычал Константин, почти превратившийся в Демона.  - Обещаю, твоя смерть будет мучительной!
        С этими словами он набросился на неё, схватив за горло. Его когти впивались в её кожу, оставляя глубокие кровоточащие раны. Могра размахивала ножом, отчаянно пытаясь отбиться от напавшего на неё Демона, истошно крича.
        - Кричи громче!  - прошептал Константин возле её лица.  - Мне нравятся твои вопли!
        С этими словами он сжал руку, в которой был нож, выгибая её обратно к Могре. Его крылья царапали лицо старухи, разрывали на ней одежду, вонзаясь в дряблую, обвисшую кожу. Ведьма выла от боли, умоляя о пощаде. Она пыталась вырваться из цепких лап Демона, отбиваясь свободной рукой от него. Константин поднял её за горло, бросив на алтарь. В его руке был тот ритуальный нож, которым она хотела убить Фарку.
        - Пора тебе самой прочувствовать всё то, что испытывали твои жертвы!  - выкрикнул Константин, ударив старуху ножом прямиком в живот.
        Он наносил удары снова и снова, озлобленно рыча при этом. Кровь брызгами разлеталась повсюду, окропляя стены и Фарку, вопившую от ужаса увиденной сцены.
        Константин со всей силы вонзил нож в голову Могры, расколов алтарь на куски. Расправившись со старухой, он повернулся к висевшей Фарке. Его когти без труда разрезали верёвки. Девушка упала без сознания. Слишком большая кровопотеря и огромное количество страха сыграли свою роль.
        Константин, взяв её на руки, взвыл от горя. По его лицу стекали слёзы, а сам он снова принимал человеческий облик.
        - Нет-нет-нет! Только не ты! Только не сейчас!  - кричал он, прижимая её к себе.  - Потерпи ещё немного, я смогу исцелить!
        Фарка безвольно лежала на его руках, продолжая истекать кровью. Константин нараспев читал заклятия, пытаясь исцелить возлюбленную, но ничего не получалось. Любая магия разрушалась волей Кшары.
        В голове Константина зазвучал голос. Громкий, чёткий и ясный, будто принадлежал живому человеку, говорящему рядом. "Нож к ранам приложи"  - гласил он. Константин узнал этот, до боли знакомый голос. Это был Светород.

        Глава 27: "Сладкие мечты"

        Константин, не раздумывая ни секунды, направился к окровавленному алтарю. Тело Могры лежало безвольной обескровленной куклой, небрежно распластанной на сером камне. Из её пробитого черепа торчала лишь рукоять ножа, испачканная всё ещё тёплой кровью.
        Юноша дрожащей рукой потянул нож на себя, стараясь не смотреть на убитую им самим старуху. Лезвие с трудом выходило из камня, издавая протяжный, режущий слух, скрежет. С него стекала тёмная алая кровь, смешанная с мозговой жидкостью, звонко капая на каменный грязный, покрытый пылью, пол. Константин, на пошатывающихся ногах, как можно скорее направился к слабо, едва заметно дышащей, истекающей кровью из перерезаного запястья Фарке.
        Нож гудел и звенел в руке Константина, словно резонируя на некой, лишь ему самому известной, частоте. Время для юноши застыло, став не просто вязким, а плотным, словно камень. Все его движения, робкие, неуверенные, происходили с невероятной скоростью для стороннего наблюдателя. Константин знал, что на него смотрит кто-то незримый, но не желающий зла. Лишь несколько мгновений ему потребовалось, чтобы понять, что голос, слышимый им буквально только что, не принадлежал Светороду. Это была дешёвая, слабая, нелепая пародия на доброго старца, грубо скопированная из воспоминаний Константина.
        Кем бы ни был тайный наблюдатель, но его совет действительно помог. Раны затягивались на глазах, как только Константин приложил ритуальный нож к ним. По телу Фарки заскрились голубоватые молнии, оплетающие её, словно паутина. Её глаза слабо приоткрылись. В них читалась вселенская усталость, но с тонкой, едва заметной тенью благодарности. "Всё хорошо, любимая, ты спасена"  - прошептал Константин, прижимая её к себе.
        - Следуй к своей цели, Избранный. Я жду тебя уже давно.  - доносились отовсюду разные голоса.
        - Кто ты?  - спросил юноша, укрывая на всякий случай своим телом Фарку.
        - Имён моих множество, но истинное не доступно для слуха твоего и разумения. Зови меня Кшара.  - сказал юноша, отдалённо похожий на Константина, появившийся из неоткуда.
        - Почему я должен верить тебе?
        - Если бы зла желал тебе или ей,  - он уставился на Фарку,  - то позволил бы этой фанатичной прислуге убить вас. Но, если ты заметил, я, наоборот, помог вам.
        - Откуда ты знаешь про мою цель?
        - Я слышал всё, что здесь произошло. Эта старуха думала, что я мёртв. Мне выгодно было это, но незадолго до твоего появления в этом мире, я пробудился. Мы уже знакомы с тобой. Именно ко мне, в мою обитель, ты и шёл. Поспеши, я не собираюсь ждать тебя вечно.  - с этими словами туманный двойник Константина развеялся в воздухе, озарив помещение ярким белым светом.
        Возле одной из стен была лестница, не видимая до этого в кромешной темноте. Константин, привязав Фарку к себе той же верёвкой, которой она была связана незадолго до этого, начал тяжёлый для него подъём.
        Выбравшись из сырого подземелья, Константин, с некой обречённостью, констатировал для себя, что снова вернулся в омерзительный, целиком прогнивший дом старухи Могры. Фарка лежела на полу, совершенно не двигаясь, отчего было не понятно, в сознании она или же нет.
        Прежде, чем покидать это проклятое, ненавидимое Константином, мечто, юноша решил поискать хоть какую-то одежду взамен той, что сгорела на нём. Он обошёл весь дом, каждую комнату, но всё же нашёл внушительных размеров старый на вид деревянный сундук. Открыв его, юноша не поверил своим глазам. Там была одежда всевозможных сословий и броня самого различного качества. "Скольких же ты погубила, карга беззубая?"  - с посвистыванием сказал Константин, выбирая себе броню по размеру.
        Из всего найденного Константином ассортимента, ему подошла по размеру только старая, поношенная мантия тёмного тёмного, почти чёрного цвета. Она состояла из двух частей, соединяемых между собой на усмотрение владельца. Первая часть плотно облегала тело, совершенно не сковывая движений. Её материал был весьма прочным, способным выдержать удар ножа или кинжала, при этом достаточно лёгким и приятным на ощупь. Вторая часть была неким плащом с большим, глубоким капюшоном. В некое кимоно, как назвал Константин первую часть своего одеяния, между слоями можно было спрятать небольшое количество ножей и кинжалов, даже книгу или ещё что-нибудь, не слишком крупное. А украв это всё ещё и плащом, можно было не переживать за скрытность оружия.
        Константин продолжал рыться в сундуке, ища хоть какое-то оружие. Неожиданно его рука наткнулась на холодный, покрытый ржавчиной, металл. Юноша достал некое приспособление, весьма похожее на когти, надеваемое на руку. "Что-то похожее на сюко"  - подумал Константин, примеряя их, вспомнив коллекцию антиквариата у своего дяди: "Вполне неплохо, хотя драться ими вряд ли получится".
        Деревянные полы тихо скрипнули в комнате, находящейся позади Константина. Юноша, замерев, затаил дыхание, медленно, стараясь не издать ни звука, повернулся назад. Его глаза бегали из стороны в сторону, ища невидимого гостя. Невысокая, согнутая тёмная фигура плавно прошла в дальней комнате. Константин испугался не столько за себя, сколько за Фарку, которую он оставил на полу возле входа в подвал.
        Юноша плавно поднялся на ноги, стараясь не издавать звуков, направился к девушке, стараясь вспомнить, какие из досок скрипят, дабы случайно не наступить на них. Он то и дело оглядывался по сторонам, ожидая нападения. В голове прокручивались всевозможные заклятия защиты и нападения. "Почему я не догадался защитить её хотя бы парочкой заклятий?"  - винил в мыслях он сам себя.
        Подойдя к месту, где оставалась Фарка, Константин её не обнаружил. Он винил себя в произошедшем, здился и ненавидел самого себя за столь глупое, безответственное поведение.
        Позади снова послышались шаги. Тихие, плавные, словно человек парил над полом, а его ноги лишь изредка едва касались досок. Юноша не успел обернуться назад, как кто-то быстро схватил его, обвив руками вокруг тела.
        - Костя!  - выкрикнула Фарка.  - Вот ты где! Я тебя уже по всему этому дому искала!
        - Фарка?  - удивился Константин, с трудом поворачиваясь в её объятиях.  - Но как? Ты же была без сознания!
        - Пришла в себя, тебя рядом нет, звать побоялась, вдруг ещё кто есть в доме. Решила найти тебя самостоятельно.  - улыбаясь, сказала девушка.
        Константин отпрянул от неё, схватив в руку первое, что попалось. А этим нечто оказалась ножка практически сгнившего табурета.
        - Кто ты?  - спросил Константин, угрожающе размахивая полугнилой трухлявой деревяшкой.
        - Что с тобой? Это же я, Фарка!
        - Нет, ты не она! Я чувствую это! Куда ты её подевал?
        - А ты и правда силён, Константин с Земли.  - произнесла ЛжеФарка, принимая облик другой девушки с огненно рыжими волосами.  - Моё имя тебе знать не обязательно. Зови меня Анна.
        - Ты тоже с Земли?
        - И да и нет, но это не важно. Я знаю о твоей цели. Будь осторожен, пещера, куда ты направляешься - обитель Древнего Бога, его убежище. Там хранится могущественное оружие того, кто склонил перед собой не мало миров в былые времена. Но так же я знаю, что ты вернуться хочешь назад, домой. Это не твоя война, не твой мир. Я могу вернуть тебя на Землю, даже вместе с Фаркой, подарю много золота и камней драгоценных.
        - Но каков твой интерес? Ведь мир будет уничтожен Демонами!
        - Мои интересы тебя не касаются. И да, убери это нелепое недоразумение, по ошибке принятое тобой за оружие.  - сказала она, указывая на ножку табурета в руках Константина.  - Меня удовлетворит любой твой выбор, ведь мой план предусматривает всевозможные пути развития событий. Но гораздо лучше, если ты покинешь этот мир.
        - Я сделал свой выбор. Эта война - моя!
        - Да будет так! Не буду препятствовать. Ах, да, Фарка во дворе, седлает коня, подаренного мною. Поспеши, землянин, время на исходе, битва грядёт последняя.
        С этими словами она исчезла, покрывшись тёмными фиолетовыми молниями, образовавшими сферу вокруг неё. "Анна…"  - прошептал Константин, словно смакуя имя, выходя во двор. Возле входной двери стоял большой породистый жеребец, а Фарка уже закончила его седлать.
        - Фарка?  - удивлённо спросил Константин.
        - А? Конечно же я, чаровник!  - задумчиво ответила девушка, вяло улыбнувшись.  - Нам надо продолжать путь.
        - Ты уверена?  - юноша смотрел на кровавые пятна возле зяпястья.
        - В чём?  - не поняла сначала девушка, но проследив за взглядом, призадумавшись, добавила.  - Задание важнее. Не переживай, бывало и хуже.
        Они быстро мчались на лошади в сторону Проклятого леса. Небо озарялось рассветными красками, последние звёзды постепенно угасали, повсюду сверкали капли росы. Но Константин не обращал на столь красивую, живописную природу внимания. Его мысли были заняты той девушкой с огненно рыжими волосами, представившейся Анной. "Кто она и откуда?"  - спрашивал себя юноша: "Быть может, надо было согласиться на её условия и вернуться на Землю? Для чего мне эта война в чужом мире? Ведь, пока некий, возможно даже, несуществующий Кавес захватит миры, нас уже, скорее всего, не будет в живых. Зачем мне всё это?".
        Фарка, ведя коня, тоже начала погружаться в свои мысли. Прошедшие день и ночь, признания в любви друг другу, кошмар в ужасном подвале прогнившего дома омерзительной старухи, всё это всплывало в памяти снова и снова, заставляя сердце биться чаще. Но было то, что занимало её больше всего. Это появление странной девушки, предложившей тихую, спокойную, размеренную жизнь с Константином. Всё, что для этого было нужно, по её словам, это отступить от намеченной цели, прекратить войну, предав весь Эохат. И Фарка винила себя за то, что, пусть на миг, но готова была согласиться на это предложение. Всего лишь на миг её одолели сомнения правильности и необходимости войны, участия в ней. В этот миг Фарка готова была отдать хоть все миры Хаосу, лишь бы быть вдали от всего этого, рядом с Константином. Лишь миг, за который девушка возненавидела себя. "Как я могла допустить такие мысли?"  - с укором спрашивала она саму себя: "Бросить всё, предать всех ради своих целей! Я бы никогда не простила себя за это. Никогда!".
        В чистом голубом небе светило яркое полуденное солнце, даруя мягкое тепло, приятно разливающееся по телу. Слабый лёгкий ветерок нежно обдувал кожу, лаская её, едва касаясь. Природа жила своей жизнью, ей были безразличны все войны, смерти, Боги и Демоны. Высоко в небе летали крупные хищные птицы, охотившиеся на более мелких своих собратьев, щебетавших в высокой сочной, мягкой траве. Где-то вдалеке слышались ржание лошадей и блеяние овец, сопровождаемые звонким лаем собак. Крупная деревня неподалёку жила за счёт скотоводства, процветала, продавая мясо и шерсть проезжавшим торговым караванам. Фарка не раз закупалась с отцом и братом в этой деревне шерстью и пряжей, высоко ценившимися на рынке за своё неотъемлемое качество…
        Плавно, практически незаметно, день переходил в ночь. Небо вновь озарилось прекрасным закатом, лучи которого игрались в редких перистых облаках. На небе робко, словно чего-то боясь, появлялись редкие, тусклые, слабые звёзды, словно рассыпанный небрежной рукой бисер.
        - Эй, чаровник!  - весело окрикнула Фарка Константина.  - Может, сделаем привал немного?
        - Хм, пожалуй, я не против.  - ответил он, целуя её шею сзади.
        Девушка лишь улыбнулась, замедляя ход лошади.
        - Кость, скажи честно, ты боишься грядущей битвы?
        - Да, боюсь. Но не за себя, а за тебя и остальных. Знаешь, мне уже невпервой умирать.
        - А это больно? Умирать то есть.  - испуганно спросила Фарка.
        - Немного. Гораздо больше страха, чем боли. Осознание того, что это конец, что больше ничего не будет. Ты понимаешь, что ничего уже не изменить и не исправить, все обиды, ошибки, недосказанности… Всё это так и останется таким навсегда.  - Константин немного призадумался, практически сразу продолжив.  - Есть лишь миг, отделяющий нас между жизнью и смертью. Но в момент, когда ты умираешь, он растягивается до невозможности, стремясь стать вечностью. Все краски тускнеют и меркнут, звуки постепенно умолкают. Тепло, оно тоже покидает тебя. Всё, что с тобой остаётся - это темнота и холод, воспоминания и мечты, осознание неизбежности собственной кончины, утерянные возможности и страх неизвестного. Миг смерти, столь мимолётный для всего мира, но практически бесконечный для тебя.
        Фарка была настолько удивлена и шокирована, что не нашла ни единого слова для ответа. По её спине побежали мурашки, а всё тело пробила мелкая дрожь от услышанного.
        - Там, в твоём родном мире, у тебя есть семья?  - спросила Фарка.
        - Родители и брат, больше никого и нет.  - угрюмо ответил Константин.  - Хотя, уже не уверен, что они живы…
        - Уверена, с ними всё хорошо.  - сказала девушка, обнимая его за плечи.  - Ты ещё встретишься с ними.
        - Не знаю, честно, мало вертится. Хотя, надежда есть.  - ответил Константин, поцеловав Фарку в макушку.  - Ладно, давай продолжим путь. Хочу побыстрее завершить начатое.

        Была глубокая, тёмная, холодная ночь, когда Константин и Фарка добрались до заветной пещеры. Лес, находящийся неподалёку, размерено поскрипывал на холодном, пронизывающем до костей, ветру. Его порывы гудели и завывали в вершинах деревьев, словно дикие раненные звери. Всё небо заволокли густые чёрные тучи, спрятавшие за собой луны и звёзды.
        - Ты уверен?  - робко спросила Фарка.
        - Нет,  - честно ответил дрожащим голосом Константин,  - но у нас нет другого выбора. Если Феорак прав, то нам нужен этот меч. Ну или что здесь ещё может быть скрыто? Да и Кшара ждёт нас. Он может оказаться ценным союзником.
        - Или грозным врагом.  - мрачно добавила девушка.  - Быть может, дождёмся утра?
        - А смысл? В пещере всё равно темно, да и медлить нельзя.
        - Да, ты, пожалуй, прав.  - с этими словами девушка, сжав бледные от страха и напряжения губы, подошла вплотную к каменному входу в пещеру.
        - Мне будет спокойнее, если ты останешься здесь.  - возразил Константин, схватив её за руку.
        - Нет!  - выкрикнула девушка.  - Мы идём вместе! Я не отпущу тебя одного!
        Её слова были полны решимости, несколько напугавшей Константина. Понимая, что не сможет переубедить её, он неохотно согласился идти вместе, но только при учёте, что он идёт первый.
        Мрачная чернота почти прямого пещерного тоннеля озарялась одним единственным, мерцающим и потрескивающим, факелом. Константин решил не использовать магию, экономя силы. Его внимание пленили мелькающие по знакомым каменным сводам, украшенными гротескными фигурами, устрашающие длинные тени. Они скользили, обволакивая собой, человекоподобные каменные статуи, сопровождая юношу и девушку, испуганно идущих в центр душетрепещущего своей ужасной омерзительностью храма - обитель Древнего Бога.
        Повсюду стелился белёсый туман, густеющий с каждой секундой. Его тонкие языки оплетали статуи и людей, словно змеи, оплетая их. Повсюду слышались тихие, неразборчивые, быстро говорящие голоса. Они словно молились на непонятном, неизвестном никому из живых, языке. Будто жертва, стоявшая на коленях перед жестоким, кровожадным убийцей, чудовищем, унёсшим жизнь многих, в том числе и самых близких, умоляет забрать её жизнь, лишённую теперь всякого смысла. Сотни и тысячи голосов неумолимо шептали свои молитвы, слова которых, словно проникали в душу. Страх закрадывался в сердцах молодых людей, словно червь, выедая их изнутри.
        - Фарка, Фарка,  - доносилось эхо из глубины храма.  - Прости меня.
        - Кто ты?  - испуганно спросила девушка.
        - Ты разве не узнала меня? Я же твой брат, Лусар.  - сказала туманная фигура, сплетённая из нескольких белых языков.  - Идём со мной, здесь так хорошо.
        - Нет, этого не может быть! Ты умер!  - выкрикивала она, отступая назад.
        - Никто не умирает, доченька.  - сказали две фигуры, похожие на молодых Дароза и Элару.  - Пойдём с нами. Не будет больше боли, войны, скорби. Наконец-то мы будем все вместе, одной семьёй.
        По щекам девушки обильно стекали слёзы. Образы, явившиеся ей, были необычайно реалистичны, оттого и более болезненные. Семья, о которой она мечтала всю жизнь, была её слабой точкой, больной темой, вечно открытой глубокой раной, на которую приложили горячие угли. Фарка упала на колени, громко зарыдав, укрыв лицо руками. За последние несколько дней она испытала столько боли, сколько не испытывала за всю свою жизнь. Её сердце обливалось кровью, разрываясь на части.
        - Идём с нами, только протяни руку. Больше не будет никакого зла, только вечное наслаждение.  - шептали фигуры, приближаясь к девушке.  - Ну же, давай, сделай это.
        Внутри всё сжималось от боли и отчаяния. Фарка протянула руки к фигурам, продолжавшим приближаться к ней. В её глазах была огромная, почти вселенская тоска. Губы тихо, почти беззвучно шептали: "Простите, я не могу…". Языки тумана оплетали её тело, обвивая, словно клубок змей…
        Константин услышал до боли знакомый звук. "Кофейный аппарат!"  - воскликнул он, оглядываясь по сторонам, совершенно не понимая, откуда ему здесь взяться. Пещера вокруг начала меняться, становясь похожей на его старый дом, где прошло детство.
        Вот на кухне, как всегда, хлопочет мать. По дому разносятся приятные ароматы выпечки, кружащие голову. В зале отец, неизменно, чинит старый телевизор, доставшийся невесть от кого бесплатно, но вечно ломающийся. И звонкий, весёлый, задорный смех двух братьев, играющих во что-то.
        У Константина защемило в сердце от тоски. Ведь где-то там, на Земле, его семья. Самые близкие и дорогие ему люди неизмеримо далеко. Всё было столь реалистично, что он не мог поверить в происходящее. Его сознание не готово было воспринять две реальности, не уступавшие друг другу. Голова ужасно болела, будто раскалывалась на куски. Вокруг всё плыло и кружилось, мерцало и колебалось, вибрировало, словно некий мираж. Константин всем сердцем желал остаться в этой, столь реалистичной, иллюзии. Но он, сжав зубы до болезненного скрипа, протяжного скрежета, прошипел: "Нет!".
        Перед ним оказалась большая пещера с высокими каменными сводами. В её центре, на большом, светящемся камне, лежал чёрный, словно сама Тьма, меч. Константин неуверенно подошёл к нему и взял в руки. Рядом с ним, повсюду кружили тёмные нити, собираясь в некую бесформенную субстанцию.
        - Избранный, ты прошёл моё испытание! Этот клинок по праву твой!  - доносилось отовсюду.  - Его творили мои братья в стародавние времена.
        - Кшара?  - спросил юноша.
        - Да. Я первое творение Эохата. Вместе с ним мы создали всех остальных Древних и весь мир. Можно сказать, я младший Демиург.
        - Нам нужна твоя помощь!
        - Нет, не в этот раз. Кавес хитростью заточил меня здесь, а его печать не могу пройти, ибо подпитана она Хаосом. Срази его, а после я жду тебя здесь, в своей тюрьме, ставшей домом. Я многому могу научить, очень многому.
        - Благодарю,  - Константин склонил голову.  - Где Фарка?
        - Она в своих мечтах. Ей там лучше.
        - Прошу, верни её. Она нужна нам… Мне…
        - Хм, вернуть её? Лишь из-за моего уважения к тебе, Избранный, я выполню твою просьбу.
        Сразу, как он договорил свои слова, из неоткуда появилась Фарка, лицо которой было мокрое от слёз.
        - Поспешите. Скоро последние Боги умрут окончательно. Порождение безумной магии уже почти восстановилось в убежище Ашарима.
        Кшара растворился в воздухе, не оставив и следа. Вдали пещеры появился небольшой проход, ведущий на поверхность. Яркий белый свет лился через узкий тоннель.

        Глава 28: "Убийство Нерождённого"

        Константин и Фарка пробирались вверх по длинному, сужающемуся тоннелю. Его гладкие, с небольшими, редкими неровностями, каменные стены светились, ослепляя своей белизной.
        - Что ты видела?  - спросил Константин, уставший от затянувшегося угнетающего молчания.
        - Самое дорогое, счастливое, желанное, но не менее болезненное.  - ответила Фарка, съедаемая изнутри своими же мыслями.
        - Семья.  - полушёпотом констатировал юноша.
        - Как ты уговорил Древнего?  - решила сменить тему разговора девушка.  - И о что значат его последние слова?
        - Уговорить оказалось не сложно. Его иллюзии были неким испытанием, которое я, к счастью, прошёл, несмотря на внутреннюю боль. У нас с ним общий враг, именуемый Кавесом. А его слова…  - Константин немного призадумался.  - Ашарим, он же Светород и Феерар, это старец, нашедший меня в этом мире. Благодаря ему я выжил и получил первые знания. Именно он познакомил, пусть и косвенно, с Махиорой. Больше я о нём и сам ничего не знаю.
        - Он скрывался от всех в Проклятом лесу?
        - Да, так же, как и некоторые Боги. Только, как говорила Махиора, а теперь и Кшара, что-то угрожает им. Чем или кем бы ни была эта угроза, мы должны устранить её.
        - Если это некий убийца Богов, то нам он не по силам.
        - Не забывай, я Избранный. Во мне силы многих Богов и даже Демона. Очень надеюсь, что этого будет достаточно.
        Свет в тоннеле становился всё более и более тусклым, уступая место темноте. Мрак подземелья вступал в свои законные права, окутывая вторгшихся в его владения людей.
        Константин пробирался на ощупь, как и Фарка, следовавшая за ним. Стены невероятно узкого тоннеля становились влажными. По ним стекала холодная вода, сводящая пальцы ледяной судорогой. "Надеюсь, мы уже близко к поверхности"  - с надеждой думал Константин. Если было бы хоть немного света, он бы увидел свои побелевшие, онемевшие от холода пальцы, едва цеплявшиеся за мокрые, небольшие, гладкие каменные выступы. Вся одежда была прилично промокшей ледяной водой, неприятно прилипала к телу.
        Сверху доносилось слабое, едва слышимое, живое журчание бегущего ручья. В тоннель робко пробивались тонкие тёплые лучики мягкого света, нежно согревая изрядно замёрзших молодых людей. Наверху тихо шелестели деревья, колыхаемые лёгким летним ветерком, блуждавшим в их ветвистых кронах. Весело и жизнерадостно щебетали птицы средь ветвей, изредка подлетая к ручью.
        Из-под земли, меж камней, показалась рука Константина. Бледная, мокрая, со скрюченными пальцами, она ощупывала пространство вокруг, ища твёрдой, надёжной опоры. Мгновение спустя, быстрым рывком Константин выбрался из тоннеля и, упав на камни, протянул руку Фарке, помогая выбраться и ей.
        - Где мы?  - спросила девушка.
        - Добро пожаловать в Проклятый лес.  - ответил Константин.  - Место, откуда начался мой путь в вашем мире.
        - Я иначе себе представляла это место.  - сказала она, растирая свои плечи.
        - Не всегда реальность соответствует нашим ожиданиям.  - пробурчал он в ответ, создавая сферу огня в руках.
        Высушив одежду и согревшись от магического пламени, они направились на небольшой пригорок, обильно освещаемый яркими тёплыми лучами солнца.
        - Чудесное место.  - с ослепительной улыбкой на лице сказала Фарка.  - Быть может, когда закончатся все войны, останемся здесь?
        - Я не против.  - вяло улыбнувшись, ответил Константин, обняв девушку за плечи.  - Думаю, Боги не будут против.
        Блуждающий взгляд Фарки наткнулся на небольшой домик, одиноко стоявший на поросшей невысокой травой поляне. Он не выглядел заброшенным, но и жилым назвать его было весьма затруднительно. Проследив за взглядом девушки, Константин тяжело вздохнул.
        - Это дом Светорода. Здесь и я жил недолго. Пойдём, там есть печь и кровать, быть может, и еда.
        - Откуда там взяться еде?  - удивилась Фарка, едва ли не бегом догоняя Константина.
        - Ахтор, если ещё жив, будет рад нам.
        - Ахтор?  - ничего не понимая, спросила девушка.
        - Дух дома, его хранитель.
        - Невероятно! Ты действительно видел его? Они же вымерли после истребления Богов! Люди боролись со всеми непокорными духами и существами, а они были в их числе.
        - Он один из последних. Очень надеюсь, что ещё жив он.
        Константин с трепетом в замирающем от волнения сердцем прошёлся по двору. Воспоминания нахлынули волной. Его первые уроки владения магией и оружием проходили именно здесь. Эхар, клинок, подаренный Светородом, Эаран, посох, который вручила Константину Махиора, будучи ещё Богиней, легендарное оружие, уже утерянное в этой войне. "Так мало времени прошло, а так много событий"  - прошептал Константин, скользя рукой по плетённому забору. Он подошёл к двери, затаив дыхание, замер, словно ожидая чего-то. Позади, сохраняя абсолютное молчание, стояла Фарка, удивлённая и потрясённая увиденным. "Лес этот… Я иначе его представляла. Всегда думала, что он мёртвый, наполненный чудовищами и мертвецами. А оказывается, это самое чудесное место из всех, что я знаю! И кто же этот Светород?"  - говорила она сама с собой.
        Константин коротко и тихо постучал в деревянную дверь, отозвавшуюся глухим эхом и открывшуюся протяжным металлическим скрипом. Сердце юноши замерло от тихого, закрадывающегося страха неизвестности. Робкие лучи света проскользили в приоткрытую дверь, заиграв в витавшей в доме пыли. Повсюду была разруха, какой Константин никогда не видел.
        Вся мебель, находившаяся в доме, была сломана, раздробленна, превращена в щепки, разбросанные в разные стороны. Доски и брёвна были выломаны, обугленны и обожжены, словно после пожара. Казалось, будто все буйства стихий произошли именно здесь в один миг, превратив некогда уютный дом в большую свалку.
        Вдали небольшой комнаты что-то тихо зашуршало, приподнимая груду щепок. Тонкая рука с длинными загнутыми грязно жёлтыми когтями скребла то, что осталось от пола. Некое утробное рычание, смешанное с хриплым бульканьем, доносилось снизу, из-под оставшихся досок. Константин встал в боевую стойку, выставив вперёд невероятно чёрный меч, готовясь к сражению с неизвестным ему очередным порождением магии этого мира. Оружие приятно отозвалось теплом, одновременно слегка покалывая ладони, словно электрическими разрядами. Из-под щепок выглянули два ядовито жёлтых глаза, оценивающе осматривающих гостей.
        - Константин?  - прохрипело нечто.
        - Кто ты?  - спросил юноша, загородив собою Фарку.
        - Ты, должно быть, не узнал меня.  - раскидывая доски, говорил незнакомец.  - Это не мудрено, в таком то обличье.
        Лёгкая пелена покрыла грязного, волосатого, устрашающего на вид карлика. Дымка слегка подёрнулась, растворившись, слово туман.
        - Ахтор?  - радостно выкрикнул Константин, убирая меч.  - Ты даже не представляешь, как я рад видеть тебя!
        - И я, уж поверь.  - карлик сжимал левый бок.  - Крепко мне досталось после твоего ухода.
        - Кто тебя так покалечил? И что вообще произошло здесь?
        - Некоторое время было спокойно, но потом Боги решили уничтожить этот дом. Я же пытался помешать им. Глупо? Согласен. А потом явилось нечто. Сильное, лишённое всего, кроме жажды убийства. Оно убило одного из Богов. После этого и началось самое ужасное. Звери и нежить, они обезумели. Боги больше не в силах их контролировать и сдерживать. Их же творения восстали против них самих.
        - Убийца Богов?  - тихо переспросила Фарка.  - Но разве такое может быть? Только Демоны способны на подобное!
        - Это было что-то, имевшее след Богов и Демонов. Нечто не живое, но и не мёртвое. Не знаю, как объяснить, никогда не слышал о подобном. Боги нанесли ответный удар, но не убили его. Если прислушаться, то можно почувствовать боль этого места.  - Ахтор смотрел на улицу.  - Оно витает всюду, собирает силы. Боги же предпочли укрыться по своим мелким убежищам, словно жалкие трусливые детишки, не желая вмешиваться в войну.
        - Но его же можно убить хоть как-нибудь?  - почти истерично спросила Фарка.
        - Не знаю.  - понуро опустив голову, ответил Ахтор.  - Феерар придумал бы что-нибудь, быть может. Он мудрее многих Богов был.
        - Его больше нет.  - сурово сказал Константин.  - Но зато есть я и этот меч. Его отдал мне Кшара.
        - Ничего не знаю про оружие это, но то, что ты Избранный, должно помочь. Не знаю, что именно ты должен сделать и как, но, если кому-то и под силу убить это нечто, так только тебе.
        Живот Константина громко и протяжно заурчал, жалобно, но настойчиво требуя еды. Ахтор немного ухмыльнулся, и, едва заметно кивнув головой, скрылся в своём убежище под завалами. Там, внизу, где-то под домом, что-то громко гремело и звенело, билось и скрябалось. Сам же домовый дух ворчал и ругался на одном только ему, наверное, известном языке. Константин и Фарка недоумённо уставились друг на друга. Юноша, дабы сгладить неловкость ситуации, неопределённо пожал плечами и громко кашлянул.
        - Сейчас-сейчас! Минуточку подождите!  - заглушённо, но всё же довольно-таки понятно, донеслось из-под досок.  - Заходите, будьте как дома!
        Несколько досок поднялись на петлях, открыв вход в подземный этаж дома. Он ни в чём не уступал по размерам верхнему этажу, разве что был немного ниже. Земляные стены и пол были плотно утромбованы, старательно и тщательно примяты. Повсюду лежали, вернее небрежно разбросаны, кастрюли и сковороды, котлы и половники, самовары и утюги. Складывалось впечатление, будто это была некая большая кладовка, но никак не чьё то жилище. С потолка свисала небольшая сфера, похожая на кожаную, но довольно-таки прозрачная, хотя и мутная. Внутри неё быстро ползали ярко светящиеся насекомые.
        - Ты здесь живёшь?  - удивлённо спросила Фарка.
        - Да, уже более ста лет. Феерар был очень добр, что позволил жить в отдельной комнате, а не ютиться по грязным и пыльным углам, как мои собратья.  - карлик тяжело вздохнул, усевшись на дно одной из кастрюль.  - Умираю я вслед за хозяином. Не нужен никому более.
        - Когда война завершится, буду рада забрать тебя с собой, если хочешь.  - предложила девушка, пока Константин осматривал посещение.
        - Война никогда не закончится. Феерар всегда говорил, что, покуда есть зло внутренее, будут войны, беды и смерти. Горе всем нам, покуда не избавимся от зла в сердцах. А внешнее зло, мимолётное оно. Само умирает. Истребляют друг друга, да и время не щадит никого, даже Богов. Да, затишье будет, когда ваша война завершится. Но неизменно придёт иное зло, или родится здесь, в этом мире, оно.  - Ахтор ненадолго замолчал, беззвучно шевеля губами.  - Но благодарю за предложение. Буду рад пойти с тобой, если добра ко мне будешь.
        - Помолчите.  - тихо прошептал Константин, приложив палец к губам.  - Наверху кто-то есть.
        И действительно, по доскам шагал кто-то очень грузный, прогибая их под своей тяжестью. Протяжные скрип и треск древесины разносились по всему дому.
        - Тут есть другой выход?  - шёпотом спросил Константин, сжимая в руке меч.
        Ахтор жестом указал в сторону одной из земляных стен, в которой виднелась небольшая лестница. Константин незамедлительно побежал в ту сторону, стараясь не задеть небрежно разбросанной повсюду посуды.
        Лестница вывела его во двор, в нескольких метрах от плетённого забора. Юноша всматривался в дом через открытую дверь, небрежно оставленную им самим. Большая тёмная фигура неспешно бродила по дому, громко принюхиваясь. "Вервольф!"  - догадался Константин. Подняв меч над головой, он громко закричал, чтобы выманить зверя из жилища. "Надеюсь, моих навыков хватит, чтобы побороть его без превращения в Демона"  - прошептал он сам себе, приняв боевую стойку.
        Из дома вышло нечто, похожее на человека, но со звериными чертами. Густая бурая шерсть большими клочками опадала с него на землю, оголяя худое, болезненное на вид, человеческое тело.
        - Не враг я тебе.  - прохрипел незнакомец, будто у него пересохло в горле.  - Выслушай меня, прежде чем казнить.
        Константин был невероятно удивлён произошедшим, немного опустил меч, но не убрал его в сторону, ожидая нападения.
        - Мы уже знакомы с тобой. Я вожак одной из стай, что в этом лесу обитают. Не узнал?  - говорил, всё ещё сбрасывающий шерсть, юноша, подходя дёрганными движениями.
        - Это на твой разум я повлиял в прошлый раз?
        - Да, именно. И я хочу поблагодарить тебя за это. Напомнил мне о моей истинной природе. Знаешь, не все мы звери, есть и бывшие люди среди нас. Хотя, человек тот ещё зверь, уж поверь.
        - Что тебе надо?
        - Не мне, а тебе. Знаю я о войне идущей, застал её, хотя многое прошло мимо меня. Ты Избранный, так тебя Боги называли. И только тебе под силу завершить войну, не так ли? Слышал я, что битва была в Мёртвых землях, да и Корпус Ночи что-то затевает. Грядут последние битвы, я угадал?
        - Возможно. Что ты предложить можешь?
        - Войска. Не многочисленные, но в бою неистовые. Все стаи Проклятого леса пойдут за мной.
        - Но что взамен?  - осторожно спросил Константин, сжав меч.
        - Выживших в людей превратишь, открыв им разум. Ты снимешь с нас древнее проклятье Богов. Большего мы не смеем просить.
        - Если переживём битву, то сделаю это.  - сказал Константин, убирая меч.  - Как звать тебя?
        - Нет имени, забыто оно. Да и не к чему. Когда покидать будешь лес этот, мы за тобой последуем.
        - Что ты скажешь об Убийце Богов?  - решил разузнать Константин.
        - Нет эмоций, жизни, души. Он без запаха, почти не видимый обычными глазами, разве что магическим взором узреть его можно, но не дано мне это. Знаю лишь, что силён он неимоверно, да и не убили его Боги. Ничем помочь не могу в этом деле, тут ты сам, Избранный.  - сказал неизвестный юноша, высоко прыгнув вверх, снова обрастая густой шерстью.
        Константин задумчиво вернулся в дом, где уже сидели Фарка и Ахтор, слышавшие весь разговор.
        - За тобой следуют сильные войска.  - улыбаясь, сказал домовый дух.
        - Проблема не решена, а мы даже не приблизились к этому.  - пробурчал Константин, усаживаясь в угол.
        Вдали комнаты он заметил небольшой тряпичный узелок, покрытый толстым слоем пыли. "Что же это может быть?"  - спросил юноша сам себя, неспешно подходя к нему, в то время, как Фарка и Ахтор о чём-то беседовали.
        Подойдя к нему, Константин аккуратно ткнул в него мечом, словно опасаясь чего-то. Внутри что-то мягко зашелестело, словно сухая листва. В голове всё помутнело, закружилось и расплылось. В ушах гудела кровь, а тело становилось ватным. Последнее, что Константин запомнил, так это невероятно испуганное лицо Ахтора, бросившегося на юношу…
        Густая, плотная, влажная Тьма менялась с лёгким, почти не осязаемым, обжигающе сухим Светом. Они были словно живыми, меняя друг друга, словно борясь за что-то. Константин не знал, где он находится в данный момент. Да и какой момент? Он задавал один лишь вопрос: "Где и когда я?". Как бы юноша не старался, он не мог увидеть даже своих рук или ног, будто всё его тело исчезло или стало невидимым для него самого. Вокруг не было ничего, точнее сказать, было абсолютное ничто, меняющее свой цвет. И лишь когда Константин понял, что это не Свет и Тьма, а нечто иное, названное им Ничто, эта игра прекратилась. Вокруг был мягкий серый фон всевозможных оттенков, лишённый, казалось бы, на первый взгляд, жизни, но это была ложь. Жизнь была здесь, пусть иная, не в той форме, что мы привыкли, но она была.
        - Кто ты? Где я?  - спросил Константин, сам не поняв, было ли это вслух или в мыслях.
        - Слишком много вопросов…  - прозвучало отовсюду, заполнив всё пространство, если таковое имелось в Ничто. Даже Константин прочувствовал этот всеобъемлющий звук внутри себя, будто став его частью.  - Я то, что было сразу, но не появилось. Не плоть иная, ни прочие оковы вашего бренного мира, но суть высшая. Ты в себе, во мне, в ничто и нигде. Тебе решать.
        - Я не понимаю!  - ответил Константин, пытаясь до боли кричать, лишь бы почувствовать своё тело.
        Серый фон начал вращаться, перемешиваясь, словно пластелин. Спустя мгновение Константин оказался в большой комнате, стены которой были словно янтарные. Он взглянул на свои руки, которые стали заметно накачаннее, а на левом запястье красовались золотые, дорогие на вид, часы. Слегка опустив голову, Константин заметил, что на нём идеально белая рубашка и костюм цвета мокрого асфальта. "Ну и ну"  - с удивлением сказал он сам себе, немного присвистнув. Напротив него появился молодой человек с длинными прямыми чёрными волосами. Он был невероятно худой, больше похожий на вытянутый скелет, обтянутый кожей. Его впалые, бледные, просто огромные глаза словно кричали о неком страхе, безумии, голоде. Его рот был кривой, будто при сердечном приступе, а губы тонкими, бледными, практически не заметные на фоне кожи. Длинные худые руки, с которых омерзительными кусками свисала серая, омертвевшая кожа, заканчивались чёрными, гнилыми ногтями. Его одежда была представлена грязными повязками, словно у мумий, с которых стекал противно пахнувший серый гной.
        - Кто ты?  - спросил Константин, сжимая кулаки.
        - А ты разве не узнал меня? Ведь именно я тебе силы восстановить помог когда-то.
        - Не понимаю…
        - Тот, кого ты зовёшь Светородом, он говорил, что у напитка разум свой есть, душа. Так вот и я. Удивлён?  - омерзительный юноша хищно улыбнулся.
        - Но как? Что тебе от меня нужно?
        - Я не имею плоти, нет никакой определённой травы, в которой я обитаю. Лишь иногда снисхожу до вашего низменого уровня бытия, взаимодействуя с магами, даруя им силы, но извращая их души и тела. Что мне нужно? Хм,  - юноша плотно сжал губы.  - То же, что и тебе. Избавиться от Демонов и Нерождённого, именно так правильнее называть убийцу Богов.
        - Ты предлагаешь помощь?
        - Временный союз, не более того. Позволь мне слиться с твоим мечом, срази им врагов, а я заберу их суть, уничтожив окончательно. Чем больше ты убьёшь, тем сильнее будем мы с тобой.
        - Но в чём подвох?
        - А его и нет!  - расхохотался юноша.  - У меня нет формы, но есть силы. У тебя же всё наоборот. Но что нас объединяет, так это цели! Так что, по рукам?
        Константин долго обдумывал предложение, смотря на протянутую мерзкую мертвенную руку. В конце концов он всё же согласился, пожав её. В этот же миг Константин очнулся в доме Светорода, увидев над собой Фарку и Ахтора.
        - Сколько был без сознания?  - спросил юноша.
        - Ты только что упал.  - не понимая, ответил домовый дух.
        Константин с опаской, но стараясь не подать вида, взял чёрный меч в руки. В голове зазвучал мягкий голос: "Вот и славно. Иди в лес, туда, где руины храма. Там скоро появится Нерождённый".
        - Я знаю, куда мне надо идти.  - уверенно, с напором в голосе, сказал Константин.
        - Я иду с тобой!  - возмутилась Фарка.
        - Не в этот раз.  - сказал он, обняв её.  - Эта битва не для тебя однозначно. Нерождённый, именно так правильнее называть врага, слишком силён.
        - Ты не справишься один!  - пытаясь вырваться из объятий, протестовала девушка.
        - А я и не один.  - юноша взглянул на меч, увидев в нем двойное отражение себя и мертвенного союзника.  - Мы справимся.
        - Вы?  - удивился Ахтор.
        Но Константин не ответил на его вопрос, быстрыми шагами покинув дом. Он направился в лесную чащу, совершенно не испытывая страха. Впервые за всю свою жизнь он полностью был лишён этого чувства, мешавшего ему всё время. Теперь он отчётливо знал и понимал, что и как необходимо делать. Единственное, чего он не знал, так это причину своих изменений. "То ли сам иным стал, то ли ты меня изменил?"  - спрашивал он своего союзника, зная, что тот его слышит. В ответ лишь последовал короткий смешок, словно собеседник желал уклониться от ответа. "Ладно, пусть будет по-твоему"  - сказал Константин.
        Ветви назойливо лезли в лицо, так и норовя выцарапать глаза юноше, уже изрядно уставшему уворачиваться от очередной атаки деревьев. Вокруг царила мертвенная тишина, нарушаемая лишь сухим треском ломавшихся под ударами Константина ветвей. Юноша уже видел древние руины заброшенного, всеми покинутого и забытого храма. Всё те же камни, обильно поросшие мхом, несколько бурых пятен оставленных после ранения Светорода. Но было там что-то ещё. Что-то, чего Константин не видел, но ощущал всем своим естеством. Невероятная боль, словно густое облако, висела над камнями.
        - Это то, что осталось от убитого Бога?  - спросил Константин.
        - Правильно мыслишь, мой смертный друг.  - язвительно ответил голос в голове.  - Прислушайся, и ты увидишь нечто большее.
        - Что? Какой в этом смысл? Прислушаться и увидеть! Я не понимаю!
        - Эх, забыл, что ты не владеешь истинной магией, как и остальные в этом мире. Позволь, я покажу тебе истинный вид этого места.
        Глаза и уши Константина ужасно заболели. Он сильно закрыл глаза и зажал руками уши, надеясь остановить эту боль. "Не поможет тебе это"  - прозвучал голос в голове: "Не противься, а смотри и слушай!". Юноше ничего не осталось, кроме как последовать совету союзника и, преодолев вновь появившиеся страхи и боль, взглянуть на мир иными глазами.
        Вокруг был лес, но не тот, что прежде. По земле ползали, извиваясь, словно некие змеи или черви, длинные, светящиеся изнутри, почти прозрачные существа. Они оплетали деревья и камни, свисали с ветвей и сплетались в клубки. Сам лес теперь был ещё более живым, чем раньше. Вокруг было множество цветов и оттенков, которые Константин никогда не замечал. Он восхищался красотой, одновременно пугаясь этому, новому для него, миру. Мимо проносились тонкие длинные тени, лишь отдалённо похожие на человеческие. Они словно не замечали Константина, стоявшего в ступоре от всего увиденного. "Это души тех, кто умер здесь. Они заточены средь деревьев до тех пор, пока проклятье не падёт. А эти светящиеся змеи, как ты их назвал, они есть везде. Не смогу объяснить тебе их природу, слишком сложно это для твоего понимания"  - размеренно объяснял голос в голове.
        Среди камней что-то светилось ярким золотым светом, словно маня Константина к себе. "Возьми меч!"  - прозвучало в голове: "Это и есть Нерождённый. Он ещё восстанавливается, но уже смертельно опасный!". Юноша, последовав совету, взял оружие и тихо, стараясь не издавать ни единого звука, подкрадывался к цели. "Ты и правда думаешь, что он нас не заметил? Он не человек и не животное какое-нибудь, а сущность вне крови и плоти!"  - злобно шипел странный союзник Константина.
        Неожиданно среди камней появилась высокая худощавая фигура, укрытая переливающейся всевозможными цветами мантией. Если у него и имелось лицо, то оно было надёжно спрятано под капюшоном.
        - Избранный!  - заклокотало нечто.  - В тебе силы многих Богов и даже двух Демонов!
        - Одного! Но тебя это уже не касается!  - сказал Константин, замахиваясь клинком.
        - Ха! Глупец!  - ответил Нерождённый, растворяясь в воздухе и практически одновременно появляясь в нескольких метрах от юноши.  - Феорак Позорный принял участие в твоём создании, а на нём печать Кавеса! Частица слуги Хаоса в тебе!
        - Сразись со мной в честном бою!  - выкрикнул Константин.
        - А зачем? Быть может, тебя легче убить?  - с этими словами Убийца Богов выпустил множество чёрных игл из своего тела, устремившихся к юноше.
        "Позволь, я вмешаюсь!"  - прозвучал голос в голове. Тело Константина стало невероятно лёгким, практически невесомым, наполненным энергией, так и рвущейся на свободу. Те иглы, что настигли юношу, прошли сквозь него, не причинив ни малейшего вреда.
        - Этого не может быть!  - выкрикнул Нерождённый.
        - Ошибаешься.  - двумя голосами ответили Константин и его союзник.  - А теперь познай смерть без рождения!
        Юноша взмахнул левой рукой, сильно сжав кулак. Убийца Богов завис в воздухе, скованный мощнейшей магией из всех, что только могут быть - магией одного из младших Демиургов. Константин неспеша подошёл вплотную к противнику и, взглянув ему под капюшон, с самодовольной улыбкой на лице вонзил меч ему в живот. Тело Нерождённого покрылось мелкими, но многочисленными трещинами, начав рассыпаться, словно на песчинки, жадно впитываемые мечом.
        - Теперь ты понял, насколько я силён!  - шипел голос в голове.
        - Кто же ты?
        - Эохат, наш Творец, старший Демиург. После него Кшара и я, Аукар. Мы вместе творили многое из этого мира, но меня отвергли, изгнали в небытие. Туда, где нет пространства и времени. Изгнали в ничто. Лишь с бесследным исчезновением Эохата я смог вернуться в мир в том виде, который знаком всем вам.
        - Чего же ты желаешь на самом деле?  - с опаской спросил Константин.
        - Узнать истинную причину своего изгнания. Для этого мне необходимо покинуть мир, а без твоей помощи мне не справиться.
        - Вместе мы невероятно сильны. Мне понадобится твоя помощь в дальнейшей войне.
        - Я знаю, прочитал твои мысли и воспоминания. Наши пути разойдутся в этом мире. Не моя война это, один ты должен пройти его, без помощи моей.
        - Не смею настаивать.  - ответил Констаг, понимая, что излишняя напористость может быть весьма чревата.

        Глава 29: "Подземная встреча"

        Феорак сидел на земле в своём истинном облике, устало прислонившись спиной к высокому дубу. Его усталый взор был направлен в чистое ночное небо, усыпанное бесчисленным множеством ярких звёзд. Они были словно бисер, небрежно разбросанный чьей-то рукой по тёмному покрывалу ночного неба."Скоро война закончится, а значит, я приду к вам, мои давние друзья."  - шептал Демон, глядя на мерцающую звезду. Перед глазами всплывали воспоминания былых веков, славные битвы, великие победы и позорные поражения, верных друзей и горечь утраты. Всё это завладевало им, высводождаясь из памяти. "Столько времени прошло, а я всё ещё помню свою первую битву, едва не унёсшую мою жизнь."  - с печалью в голосе прошептал он.
        Феорак был печален и угрюм, полон гнетущих мыслей и тяжких дум. Прожить столько, сколько прожил он, считалось редкостью среди Демонов. Обычно они умирают на войнах или в дуэлях, устраиваемых практически по-любому поводу. Желание подняться по карьерной лестнице подталкивает к дульным поединкам, ведь есть одно древнее, как само Трёхмирье, правило: "Трофеи достаются победителю". Любые награды, титулы и имущество проигравшего всегда доставалось победителю, поэтому это был самый короткий путь ко всем благам, но и самый опасный и кровавый. Немало Демонов погибло, желая силой заполучить чужое, явно переоценив свои возможности. Так же поводом для дуэли могло стать оскорбление или любое обвинение, решаемое поединком, а не неким подобием Земного судебного разбирательства, не пользующееся в Аду популярностью и уважением.
        Он поднял с земли небольшой мешочек, и, порывшись немного в нём, вытащил большую бутылку с тёмно синей жидкостью. "Вот придёт скоро и твоё время. Разопью тебя с теми, кто переживёт эту битву. А потом…"  - Феорак резко замолчал, услышав чьи-то шаги. К нему подошёл Кхар и, усевшись рядом, постучал ногтем по бутылке.
        - Хорошая выпивка, но смертных убьёт.  - прокомментировал он.
        - Вы всё обсудили с Тиамари?
        - Даже больше, чем я планировал. От остальных вестей нет? Одних войск Паука не хватит, уж поверь.
        - С Избранным я могу связаться, возвав к той его части, что от меня досталась. К Киару могу возвать через дары Арафа, а вот остальные…  - Феорак сделал паузу.  - К ним придётся гонцов отправлять.
        - Не обязательно, ведь у меня есть это!  - с горделивой радостью сказал Кхар, вытаскивая из внутренного нагрудного кармана небольшой кристалл, тускло светящийся внутренним белым цветом.  - Думаю, ты всё ещё помнишь, как им пользоваться.
        - Откуда у тебя камень голоса?  - удивился Демон.  - Они же все уничтожены!
        - Тиамари сохранила один. Сейчас он нам нужен как никогда.  - с этими словами он вложил Феораку камень в руку и, встав, ушёл внутрь тоннеля.
        Вокруг снова воцарилась ночная тишина, нарушаемая лишь стрёкотом насекомых. Камень тускло мерцал в его ладони, маня к себе мотыльков. Закрыв глаза, Феорак тихо шептал: "Махиора Теель Наарг, Константин, Дароз, Киар, я жду вас в лесу недалеко от города Гфора. Среди деревьев небольшая каменная гора, разрушенная временем за долгие века. Вход в убежище Тиамари это, союзник она наш, тут и будем совет держать перед битвой". Камень медленно угасал, становясь прозрачным, как стекло.
        Ветер гнал редкие перистые облака по тёмному ночному небу. Они закрывали собой звёздную россыпь и изредка луны, отчего по земле скользили причудливые, порой страшные тени. Феорак, изрядно проголодавшийся за несколько дней, пошёл вглубь тоннелей, в надежде, что ему дадут хоть немного еды.
        Махиора неспешно шла по одному из северных городов. Шаур и Морло беседовали с местными торговцами, собирая последние слухи и сплетни. Все они говорили об одном - готовность к войне.
        - Какая красивая девушка, да ещё и воительница!  - слащаво говорил какой-то мужчина, смотря на Махиору.  - Мне бы в охрану такую красоту нанять не помешало.
        - Лучше не надо.  - сдерживая смех, сказал Шаур.  - Она выпотрошит тебя в первую же ночь, а потом поджарит внутренности, сказав, что так и было.
        Девушка никак не среагировала на их диалог. Она вслушивалась в тихий, едва уловимый, словно идущий из дали, шёпот. Он постоянно усиливался, становясь всё более громким и чётким. Её лицо было серьёзным, как никогда.
        - Что-то случилось?  - испуганно спросил Морло.
        - Нам надо идти. И как можно скорее. Далеко отсюда Гфор?
        - Примерно три четверти дня на конях. Если скакун хороший, то за половину дня можно успеть.  - ответил Шаур.  - Быстрее не получится уж точно.
        - А зачем нам туда? Городок маленький, ничего интересного там нет.  - удивился Морло.
        - Феорак собирает всех там для решающего совета.  - прошептала девушка.  - Нужно спешить.
        - Ну тут много торговцев.  - растягивая слова, сказал Шаур, осматривая торговые ряды.  - Быть может, кто-нибудь и продаст нам коней.
        - Тут есть три хороших скакуна?  - спросила Махиора у проходящего мимо мужчины, знатного, на вид, происхождения.
        - Смотря сколько вы готовы заплатить.  - расплывшись в довольной улыбке, сказал он, оценивающим взглядом осматривая девушку.
        - Называй цену.  - сурово сказала Махиора, придерживая мешочек золота.
        - Одну ночь с тобой, красотка!  - выкрикнул он, схватив её за талию, скользя рукой всё ниже и ниже.
        Махиора отбросила его от себя разрядом молнии, продолжая сокрушать его содрогающееся тело всё новыми порциями электричества. Мужчина кричал и визжал, умоляя о пощаде, а все остальные, кто были на улице, спрятались за всевозможные укрытия. Его тело уже начало дымиться, когда он, наконец-то, замолчал.
        - Мда, такими темпами мы не скоро найдём лошадей.  - расхохотавшись, сказал Шаур.  - И так, жители и гости этого города, если не хотите повторения судьбы этого бедолаги, доставьте нам три хороших скакуна. Мы заплатим щедро, а после покинем вас.
        Люди тихо перешёптывались, сидя в кажущихся им безопасными укрытиях. Некоторые из них, кто были посмелее, готовили оружие к бою.
        Недалеко послышался топот копыт. Позади Махиора и её спутников стояло несколько вооружённых всадников, укрытых тяжёлой серой бронёй. Они стояли, сохраняя редкостное спокойствие, не предпринимая никаких действий. Один из них выехал вперёд и, подняв забрало, широко улыбнулся.
        - Кажется, я успел вовремя!  - воскликнул Дароз.  - Эти трое под защитой Вурлоу!
        Всадники окружили Махиору и её спутников, защищая от возможного гнева крестьян, торговцев и их воинов. Люди вокруг начали роптать, ругаться и сыпать проклятия, обвиняя Вурлоу в связи с магами и предательстве независимости Серединых земель.
        - Коней им дайте!  - приказал Дароз всадникам.  - Ты тоже слышала призыв?
        - Да. Но как ты оказался здесь так быстро?
        - Видели тебя разведчики на севере, вот и решил, что помощь моя не помешает.
        - Ты как раз вовремя, кем бы ни был!  - радостно сказал Морло.
        Забравшись на приведённых всадниками коней, взятых для нужд государства, они все направились в сторону Гфора.
        - Мои переговоры прошли крайне удачно. БСльшая часть княжеств будет на нашей стороне, быть может, даже все.  - рассказывал Дароз.  - Поражаюсь своему везению!
        - У меня плохие вести.  - понуро склонив голову, говорила Махиора.  - Драконы на стороне Демонов. Наши шансы на победу заметно тают.
        - Тиамари наш союзник. Её дети используют тёмную магию. Так что, нам есть, что противопоставить Драконам. Да и дары Арафа у братьев Киара могут быть весьма ценными.  - успокаивал её Дароз.
        - Киар уже ведёт войска в указанное место. Они прибудут завтра ночью, не раньше.  - сказал Шаур.
        - Что же известно об Избранном?  - спросил Морло.
        - Узнаем, когда придём. Лично я уверена, что он справился со своей задачей.  - прищурив глаза, проговорила девушка.
        Так, за обсуждением последних новостей, возможных проблем и затруднений в битве, общей тактики и стратегии, они направлялись к Гфору.
        Константин, погруженный в собственные гнетущие мысли, возвращался в дом Светорода, где его ожидали Фарка и Ахтор. Лес вокруг него был наполнен новыми, невидимыми до этого, существами. Аукар же рассказывал ему о том, что есть множество миров, помимо Земли и Эохата.
        - Так называемое Трёхмирье, как ты уже понял, это Рай, Ад и Земля. Их создал самый первый Демиург. Его, условно называемые, братья создали другие миры. Эохат один из них. Я не являюсь Демиургом в привычном смысле слова, ибо не способен сотворить мир. Лишь помочь могу, да небольшую местность на некоторое время создать, как и Кшара создал пещеру на поляне для удобства взаимодействия с тобой.
        - А сколько всего миров?
        - Хм, этого я не знаю, уж извини. Встречал гостей из десяти миров иных, но думаю, их больше.
        - А везде ли так?
        - Как?  - вопросом на вопрос ответил Аукар.  - Отсталый, по сравнению с твоим, прогресс? Нет, не везде. Каждый мир развивался своим путём. Знаю, что, как минимум один из них, опережает Землю в технологическом развитии на десятилетия, а то и на века.
        - А где создатель этого мира? Есть идеи?
        - Знаю только, что в один миг Демиурги начали покидать свои миры, оставляя их на произвол. Что именно их сподвигло к такому поступку, я не знаю, так же, как место, куда они отправились.
        - С этим связан Кавес?
        - О, нет, поверь, он тут не при чём. Это произошло ещё задолго до его рождения. Если уж кто-то и причастен к этому, то это точно не Кавес. Хотя, возможно, он и знает ответ на этот вопрос, мучавший и меня.
        В этот момент, прямо посреди их диалога, Константин услышал шёпот. Юноша вслушивался в него, замерев на месте. Это были слова Феорака, словно нашёптываемые ветром.
        - Аукар, далеко ли нам до Гфора?  - спросил Избранный.
        - Пешком примерно половина дня, даже меньше. И да, я тоже слышал это послание. Не забывай, что у нас единый разум.
        - Сложно к этому привыкнуть, если честно.
        - Меня волнует другое.  - словно не слыша юношу, продолжил Древний.  - Феорак отправил это послание ещё ночью, а оно прибыло только сейчас. Что-то или кто-то блокирует всю пространственную магию.
        - Каковы твои предположения?
        - Ты всегда задаёшь одни только вопросы?  - всплылил Аукар.  - Это уже раздражать начинает! Возможно Тенер или Маркат предугадали то, что вы разделитесь. Соответственно для коммуникации будете использовать те или иные формы пространственной магии. Поэтому заблокировать их вполне логично. Посыл мысле-формы идёт крайне медленно, порой не доходя до адресата. Так нарушается координация отдельных отрядов. Старый, но действенный способ. Хотя, не думаю, что эти два Демона додумались до такого плана.
        - Возможно это Анна.  - предположил Константин.  - Она крайне странно появилась, предлагала отступить.
        - Анна?  - Аукар рассмеялся безумным хохотом.  - Это Моргана ле'Фей! Правая рука Кавеса! Её действия, не понятны даже мне. А уж про деяния её наставника говорить можно бесконечно. Самая страшная угроза за всё время моего существования! И первый, кто покинул Лимб после заточения в нём! После этого то он и начал свои войны под знамёнами Хаоса.
        Фарка с удивлением наблюдала издалека, как Константин, стоя на одном месте, говорил сам с собой, время от времени нервно подёргивая головой.
        - Что это с ним?  - удивлённо спросила девушка.
        - На лицо признак одержимости. Крайне редкое явление, на которое способны весьма сильные духи. Хотя в Избранного вселиться, я не знаю, кто способен.  - мрачно ответил Ахтор.
        Константин, придя в дом, устало рухнулся на грязный, покрытый пылью пол. Он не выпускал из рук чёрный, словно созданный из самой Тьмы, меч. Тяжело дыша, с влажным, болезненным хрипом, он лежал, практически не двигаясь.
        - Кость, с тобой всё в порядке? Что случилось там, в лесу?  - спрашивала Фарка, нежно гладя его по волосам.
        - Нерождённый мёртв, а остальное, для вас, не имеет значения.  - пробурчал он, содрогаясь всем телом, словно от удара электрического тока.  - Собирай всё, что может пригодиться. Мы уходим к Гфору. Феорак собирает всех там. Ахтор, ты остаёшься здесь. Больше никто не потревожит тебя. Если мы переживём эту битву и одержим победу, то ты обретёшь новый дом. В противном случае, ты всё знаешь.
        Юноша резко поднялся на ноги и стремительно покинул дом. Его руки тряслись, словно при лихорадке. Все цвета и каждый звук были ярче и громче, насыщеннее, чем обычно, в десятки раз.
        - Что со мной? Это ты так сделал?  - спрашивал он, вытирая пот со лба.
        - Отчасти это моя вина. Ты слишком силён, чтобы принять мою суть. Борешься, насколько позволяют твои силы. Меня можно расценить, если выражаться твоим языком, неким симбиотом, хотя явный паразитизм проявляется не меньше. Некоторые болезни на Земле имеют как отрицательные эффекты, так и положительные. Я, в некотором роде, проявляюсь так же.
        - То есть, это смертельно?  - испуганно спросил Константин.
        - Я не позволю тебе умереть, тем более из-за меня. Слишком многое на кону. Опять-таки, выражаясь твоим языком, игра приняла слишком большие обороты, пришло время идти ва-банк. Потерпи немного, это как некая аллергия, скоро пройдёт.
        - Кость, что с тобой?  - спросила Фарка, коснувшись его плеча.
        - Ничего,  - хриплым голосом ответил юноша.  - Пошли быстрее, путь не близкий. Ахтор, береги себя.
        Девушка обняла, на прощание, домового духа, охнувшего от неожиданности. Она побежала следом за Константином, быстро, едва ли не бегом, идущего из леса. В кронах и корнях деревьев, скрываясь от случайных посторонних глаз, бежали вервольфы. "Я должен покинуть этот мир!"  - думал Аукар, скрывая эти мысли от Константина: "Любой ценой!".
        Поздние вечерние сумерки окутали лес и прилегающее поле, по которому шли Константин и Фарка. Алые с тёмной синевой перистые облака, гонимые ветром, застилали небо, заволакивая его своей пеленой. Позади, хрустя ветвями, следовали вервольфы, присягнувшие на верность в битве Избранному.
        - Фарка,  - тихо прошептал Константин, будто боясь быть услышанным.  - Ты не задумывалась, что эта война, битва, является чьим-то планом? Что если мы являемся чьими-то пешками в сложной игре?
        - Ты думаешь, что Кавес предвидел всё это и у него имеется план?
        - Возможно так оно и есть. Но, что если не он ведёт игру? Ведь неспроста все Демиурги покинули свои миры. Даже не спрашивай, откуда мне это известно, просто прими как данность.
        - Ты решил отступить? В самый последний, решающий миг? Когда всё может решиться раз и навсегда, ты решил сдать назад?  - практически выкрикивала девушка.
        - Что если это некая ловушка? Или, быть может, наша победа именно то, что нужно неизвестному, но расчётливому истинному врагу? Что если нас ждёт нечто более ужасное, чем эти, уже два, Демона?
        - Если мы прекратим войну против них, они уничтожат всё и всех, и тогда не останется ничего. А победив их, перед нами предстанет некая неопределённость. А как по-мне, лучше будет неизвестность, чем абсолютное зло.
        - Избранный, твои опасения верны.  - тихо клокотал в сознании Аукар.  - Кавес крайне расчётливый, вдобавок один из лучших провидцев своего времени, возможно и за всю историю. Но, что бы ни ждало впереди, необходимо идти дальше. Любой простой или промедление смерти подобны.
        Впереди виднелись огни вечернего небольшого города, больше похожего на крупную деревню. Лишь высокие смотровые вышки с лучниками на них подтверждали статус города у этого небольшого, медленно, но верно увядающего поселения. Где-то вдали, завывая, лаяла собака, чувствуя приближающихся вервольфов.
        - Где-то здесь, неподалёку, в лесу, должна быть разрушенная гора.  - осматриваясь по сторонам, говорил Константин.  - Именно там вход в подземное убежище Тиамари.
        - Что? Тёмная Богиня? Ты, должно быть, сошёл с ума!  - испуганно возмущалась Фарка.  - Это же верная смерть, спускаться в логово Паука!
        - Она наш союзник, так сказал Феорак, а ему я верю, несмотря на то, что он Демон.
        Юношу и девушку окружали людо-звери, внимательно слушавшие весь разговор, переговариваясь между собой утробными рычаниями. Один из них коснулся своей большой когтистой плеча Константина, кивая головой в сторону леса. Его глаза словно были налиты кровью, сверкая алым внутренним светом.
        Константин последовал за этим вервольфом, ведущим вглубь лесной чащи. Там, среди высоких многовековых деревьев были небрежно лежавшие крупные камни, разрушенные временем. Среди нескольких из них послышались шорохи и тихий шёпот. Фарка сразу же выхватила из-за спины стрелу, готовясь к битве.
        Из-под земли появилась тонкая изящная рука, а следом и огненно-рыжие волосы.
        - Махиора!  - радостно воскликнула Фарка, заключив ещё не вылезшую на поверхность девушку.
        - Долго, однако, вы добирались. Мы уже заждались вас. Избранный, ты приручил моих старых зверушек? Очень умно, они могут пригодиться.  - улыбаясь, говорила Махиора.
        - Они сами присягнули мне, у них свой интерес.
        - Ты говорил с ними?  - бывшая Богиня удивилась.  - Неожиданно.
        - Это ты их прокляла на вечное скитание в шкуре зверя?
        - Отчасти и я. Такова была месть людям за их злодеяния, а так же хороший способ защитить Проклятый лес. Мы так и будем ворошить прошлое, которое, к слову, принесло некую пользу сейчас, или, быть может, обсудим недалёкое будущее, от которого зависит судьба мира? Спускайтесь вниз, все уже давно собрались.
        Константин решил промолчать, прекратив обвинение Махиоры в её прошлом, понимая, что есть проблемы гораздо более важные и серьёзные.
        Тоннели были грязными, узкими, низкими и тесными. На полу то и дело встречались лужи грязной, бурого цвета, воды. Первой шла Махиора, указывая путь, следом Константин и Фарка, а замыкал ряд темноволосый худощавый юноша, являвшийся вожаком зверо-людей. Он настоял на том, что ему необходимо присутсвовать на совете.
        Все они прошли в большую комнату, по внутреннему интерьеру похожую на огромный зал с большим круглым столом посередине. Повсюду стояли подсвечники с пылающими различными цветами свечами, а из стен торчали факелы. Из-за стола встала темноволосая безумно красивая и утончённая девушка с короной на голове, сделанной из острых обглоданных костей.
        - Тиамари,  - представилась она, коротко кивнув головой.  - Так же известная как Тёмная Богиня и Паук.
        - Кхар,  - представился высокий мужчина с ужасающе распахнутыми глазами без зрачков, расплываясь в злобной улыбке.  - Помню, как ты убежал от меня в месте, именуемом Поляной Ужаса.
        Константин лишь учтиво кивнул головой, поняв старые слова Феорака: "Враг моего врага мой друг".
        - Ты нашёл то, что искал?  - спросил Дароз.
        - Да, прошёл в пещеру и взял меч.  - с этими словами он продемонстрировал невероятно чёрный клинок.  - Сам Кшара мне его вручил лично. И ещё, Нерождённый Убийца Богов теперь мёртв.
        В голове Константина заговорил Аукар: "Им лучше не знать о моём присутствии в тебе, ибо боятся меня они все". Юноша едва заметно неосознанно кивнул головой, последовав совету своего тайного союзника.
        - Благие вести - отрада для моих ушей.  - растягивая слова, сказал Феорак.
        - Увы, моя весть дурная.  - встав из-за стола, начала Махиора.  - Драконы будут против нас.
        - Орден Боли уничтожен.  - сказал Акаар.  - То, что я не был верен им, раскрыто, поэтому пришлось убить их. Другого выбора не было. Но, уверяю вас, я один представляю немалую угрозу, а мои познания в тёмной магии и силы Древнего, текущие по моим венам, будут необходимы в битве.
        - Мой Орден ещё в пути, но мы все, безоговорочно, даже те, кто отправлены на дальние рубежи, будем в назначенном месте в нужный момент.  - не вставая с места, сказал Киар.
        - Все графства и княжества Срединных земель объединены и ждут приказа.  - сухо сказал Дароз, сжимая кулаки.
        - Ну что ж, могу сказать, шансы на победу невысоки.  - мрачно говорил Феорак.  - У Тенера самая большая армия. В ней немало магов, но, что ещё страшнее, так это наличие Демонов низшего ранга, последовавших за ним из Ада. Так же Маркат с остатками своих войск примкнёт к нему, возможно и последки армии Ширазы присоединятся. Драконы представляют огромную угрозу для всех нас, что заметно снижает шансы на победу.
        - Все мои дети владеют тёмной магией, к которой уязвим древнейший народ.  - вращая в руках кинжал, сказала Тиамари.
        - Да, и именно твои войска являются нашей надеждой. Начнём битву ночью, напав первыми. Дети Паука отдают предпочтение Драконам, нещадно убивая их. Мне плевать на то, что вымрет целая раса!  - Феорак был серьёзен и целеустремлён, как никогда.  - Против Демонов низшего порядка выступят Акаар, Кхар и Орден Ахтора. Воинов и магов сдержат обычные люди из объединённых войск. Я возьму на себя Марката. У нас с ним дуэль не завершена. Отвлеку его внимание от командования. Ты, Константин, должен сразиться с Тенером. Он мне не по зубам, но ты, я уверен, справишься. Вервольфы окажут поддержку людям и Корпусу Ночи. Тиамари, ты лично координируешь свои войска на поле боя. Кхар, тебя уже доставили на место грядущей битвы?
        - Достаточно близко, чтобы я мог нанести удар.  - утробно клокоча, ответил юноша без глазниц.
        - Это будет самая значимая битва за всю историю Эохата, и, пожалуй, самая масштабная. Целое бескрайнее поле кровоцвета вырастет на том месте, ознаменовав начало новой эры.
        - Позвольте ещё кое-что добавить.  - хищно улыбаясь, сказала Тиамари.  - Ваше, хм, обмундирование, оставляет желать лучшего. Для обычной драки в грязной придорожной таверне, конечно, подходит, но не для решающей битвы за мир. Мои слуги проведут вас в оружейную, где все вы, без исключения, найдёте что-нибудь подходящее для себя. Это будут мои дары вам, которые вы можете оставить себе, если переживёте эту битву, которую я назвала бы жатвой.
        Все лишь кивнули головами в знак согласия и благодарности, не проронив ни единого слова. Каждый из присутствующих был погружён в свои тяжёлые гнетущие мысли, переплетаемые страхами.
        - Кость!  - окрикнула Фарка юношу, уже покидавшего зал совета.  - Мы можем поговорить? Наедине.
        - Да, конечно.  - ответил он, смотря в стену, совершенно не моргая.
        - Что бы ни случилось завтра, хочу, чтоб ты знал, что я люблю тебя. И, прости меня за мою заносчивость.
        Константин, развернувшись, молча обнял девушку за талию. Он смотрел в её грустные, печальные, полные слёз глаза. В груди у него всё сжалось, а сердце защемило от боли. Он сильно, но в то же время нежно, с трепетом, прижал её к себе, покрывая поцелуями глаза и лицо, шепча, что всё будет хорошо и что он вернётся, обязательно вернётся.
        Они ушли в одну комнату, выделенную Тиамари для ночлега. Там они сидели всю ночь, заключив друг друга в нежных объятиях. Лишь под утро, когда робкие лучи восходящего солнца проскользнули в подземелье сквозь трещины в камнях, они уснули в объятиях друг друга.

        Глава 30: "Последние часы"

        Близился полдень, когда Константин и Фарка проснулись, заключённые в объятия друг друга. Там, за дверью, были слышны частые и быстрые, но необычайно лёгкие и воздушные шаги. Это слуги Тиамари суетились, бегая по узким земляным тоннелям, готовясь к предстоящей битве. Но здесь, в комнате, освещаемой мягкими лучами солнца, царил покой, столь желанный, сколь и хрупкий.
        Что-то промелькнуло на поверхности, прервав поток света в комнату. Эта тень промелькнула лишь на миг, необычайно краткосрочный, едва уловимый, но его оказалось достаточно для Константина и Аукара, чтобы встать, схватив меч в руки, и выбежать в тоннель.
        - Нас обнаружили.  - тихо прошептал Киар, наспех надевая наручи.
        - Чутьё не подвело меня.  - прищурив глаза, сказал Константин.  - Где остальные?
        - Я отправил слуг, чтоб созывали всех. Мы с тобой выступаем первой линией обороны, выиграем время.  - срываясь на бег, говорил Киар.  - Неплохая разминка перед грядущим сражением.
        - Интересно, почему вервольфы не среагировали?  - задался вопросом Константин, уже выходя на поверхность.
        Киар молниеносно разрезал животы нескольким воинам в кожаной броне. Их внутренности бесформенно упали на землюч покрытую различных размеров камнями. Эти воины даже не успели понять, что именно произошло, замертво упав на острые камни. В их угасающих глазах читалась лишь боль и ничего более.
        "Позволь мне сделать это"  - прошептал Аукар. По всему телу Константина разносились пульсации мягкого приятного тепла, наполняя его силами, но словно опьяняя разум. В голове звучали барабанные ритмы, напоминая юноше шаманское камлание. Казалось, будто сердце начинает биться им в такт.
        Меч в руках Константина покрылся светящимися магическими письменами, издавая некие мучительные стоны и ужасающие крики. На миг Константину показалось, что он стал един с клинком. "У него есть свой разум, чуждый для человека, но близкий для меня"  - пояснял Аукар: "Я связываю вас и души, заточённые во мне и в клинке. Великое и воистину невероятное сочетание, не находишь?".
        Несколько воинов, стоявших в стороне от Киара, набросились на Константина, умело орудуя всевозможным оружием. "Шеер геол! Киафар наурит!"  - выкрикнул Аукар, практически полностью захватив управление телом юноши. Воины мгновенно застыли, словно парализованные. Их кожа начала приобретать мертвенно серый оттенок, трескаясь, покрываться мелкими кровоточащими ранами. В их глазах застыли дикий первобытный ужас и агонизирующая боль. Они ещё были живы, но испытывали, по-мнению Константина, безвольно наблюдавшего за происходящим собственными глазами, невероятную, колоссальную боль. Аукар же, ловко орудуя чёрным мечом, который, словно сам кричал и стонал от боли, нещадно разрубал врагов. Их истекающие алой кровью тела невольно падали на землю, обильно пропитанную смесью крови и вываливавшихся внутренностей. Киар, остолбенев, с ужасом наблюдал за происходящим, поражаясь удивительным образом возросшим навыкам Константина и новой, неизвестной ему, магии.
        Когда из подземелья вылезли остальные участники совета, они лишь увидели более пятнадцати разрубленных на неравные части трупов и ещё не более десятка застывших, но ещё живых воинов.
        - Это…  - Феорак замялся, осматриваясь по сторонам.  - Сделал ты?
        - Да.  - сухо сказал Аукар, пытаясь подобрать голос, менявшийся при всякой одержимости.  - Не забывай, что мои силы не знают границ.
        - Воистину могучее творение, Избранный.  - хитро улыбаясь, будто что-то скрывая, сказала Тиамари.  - Это были разведчики Тенера.
        - Они благополучно мертвы.  - приговорила Фарка.  - Или это ещё хуже?
        - Их Господин проникает в сознание каждому из своих слуг. Поэтому наше убежище, скорее всего, раскрыто. Медлить более нельзя.  - пояснила Тёмная Богиня.
        - Сегодня всё решится, как и предвидел Феерар.  - добавил Акаар.  - Он предвидел и это. Вот строки его пророчества: "И в доме Паука соберутся враги давние и чужаки, союз заключив, но неучтённый один среди них. При свете мириадов свечей беда нагрянет, что решимость дарует, то битва будет".
        Все, выслушав пророчество, лишь молча направились вглубь тоннелей, завершать подготовку к сражению. И лишь Аукар, вернувший тело Константину, понял, что его тайное присутствие под угрозой…
        Константин быстро направился в оружейную комнату для завершающей подготовки к грядущей битве. Остальные члены команды уже были там, выбирая себе оружие и броню.
        Феорак и Дароз выбрали себе тяжёлую броню, заколдованную множеством чар. Киар же взял странную тонкую металлическую, больше похожую на одежду, плотно прилегающую к телу броню. В его голове раздались гул и визг, скрежет, словно некоего ржавого механизма.
        - Она делает невидимым на некоторое время.  - пояснила Тиамари.  - Не из нашего мира броня эта.
        Фарка взяла в руки странные наручи. Они были лёгкими, практически не весили, холодные на ощупь, гладкие, отполированные до сверкающего блеска. Надев их, она была несколько разочарована, ожидая некой магии.
        Девушка осматривала оружейную в поисках привычного ей оружия - лука и стрел. Наручи слегка завибрировали, уколов слабым электрическим разрядом. По рукам расходилось лёгкое покалывание. Ладони резко заболели, словно их окунули в кипяток, а вокруг наручей появились светящиеся дымчатые нити, плавно переплатавшиеся друг с другом. Они вытягивались и выгибались перед девушкой, приобретая странные, причудливые формы и очертания.
        - Представь любое оружие и получишь его.  - улыбаясь, снова сказала Тёмная Богиня.  - Эти наручи всё, что осталось от неведомого убийцы, пришедшего ко мне пару веков назад. Тоже, как я понимаю, не из Эохата. Буду рада, если эта скверна послужит благому делу.
        Фарка представила свой любимый лук с лезвиями по краям. Нити послушно сплелись по указанному им образу вокруг левой руки. В правой же была светящаяся магическая стрела, слабо потрескивающая разрядами молний. Девушка была крайне удивлена такому прекрасному артефакту, прекрасно понимая неограниченный потенциал в выборе оружия в зависимости от ситуации и неограниченному количеству стрел.
        Акаар взял себе лёгкую мантию, не желая обременять себя тяжестью доспехов, полагаясь исключительно на свою магию и расчитывая всё равно быть бестелесным на поле битвы. Махиора и Маура с интересом разглядывали изящные перчатки, украшенные множеством магических камней, переливавшихся на свету.
        Кхар стоял в стороне, зная, что смерть его тела ничего не изменит, ведь ему ничего не стоит захватить любое другое. Ему было важно лишь сохранить себя, а, будучи на безопасном удалении, он совершенно не волновался о собственной безопасности.
        Тиамари грациозно подошла к Константину, вручив ему чёрные, будто испачканные сажей, доспехи.
        - Избранный, мне сообщили, что ты, обращаясь в Демона, лишаешься всякой брони. Так вот, она останется на тебе. Некогда эти доспехи принадлежали Кавесу, во время его войн. Шпионы украли её из Ада, когда я ещё господствовала и внушала страх смертным. Давно это было.  - Тёмная Богиня немного задумалась.  - На них до сих пор его печать, будь осторожен.
        - Так вот что я ощущал долгие годы!  - воскликнул Феорак.  - Печать Кавеса, не менявшая своё местоположение. Константин, бери, это невероятно ценное приобретение для тебя.
        Юноша молча взял доспехи, лишь кивнув головой в знак благодарности. Он удалился в свою комнату, понимая, что в оружейной для него ничего нет. "Я владею магией и фехтованием, в крайнем случае обращусь в Демона."  - думал он: "Аукар поможет при любом раскладе. Никакой артефакт не даст мне то, что нужно. Самое ценное уже есть". Он взглянул на меч, отозвавшийся гулом множества голосов. Юноша чувствовал невыносимый голод и неутолимую жажду. Тело сводило судорогой, а в голове звучал голос: " Мне нужны души!". Аукар вновь завладевал телом Константина, желая поглотить нескольких слуг Тиамари. Он слишком долго терпел, не в силах больше бороться со своей природой…
        Тенер величественно восседал на своём троне. Его лицо было мрачным, как никогда.
        - Брат, этот Избранный, он необычайно силён. Я чувствую в нём мощь того, от кого мы отвернулись. Кавес в нём.  - едва ли не дрожа от страха, говорил Маркат.
        В тронный зал, спешно поклонившись, вошёл Аури'Каль. Он настолько спешил, что даже не застегнул до конца свою мантию, развевающуюся от ходьбы. Это была необычайная наглость с его стороны, которая могла бы стоить ему жизни. Но в этот раз Демонам было не до его внешнего вида.
        - Мой Господин,  - запыхавшись, заговорил он.  - Разведчики, отправленные Вами в этот умирающий город Гфор, были убиты. Там нашли убежище мятежники.
        - Это всё?  - едва ли не рыча, спросил Тенер, уже знавший о случившемся.  - Сколько ещё ждать до полной готовности объединённых войск? Моё терпение на исходе.
        - Не более четверти дня, Господин.  - Аури'Каль спешно поклонился и вышел из посещения, поняв, что Демоны были не в духе.
        - Ты бы видел, с какой жестокостью он убил Ширазу, при этом получая истинное, неподдельное удовольствие.  - голос Марката слегка дрожал.
        - Наше правление никто не остановит. Они последние, кто представляют хоть какую-то угрозу, но вскоре будут уничтожены.  - расплываясь в самодовольной улыбке, говорил Тенер.  - У нас есть великий и могучий союзник, древний народ этого мира. Все уже позабыли о них, но я знал, что они здесь, что не покидали этот мир. Сам Кавес поведал мне это в былые времена.
        - Кто наш союзник?  - сжимая в руке кубок вина, спросил Маркат.
        - Их было трудно найти, но довольно-таки легко уговорить.  - будто не замечая собеседника, продолжал Тенер.  - Драконы этого мира будут за нас.
        - Тогда перевес, скорее всего, на нашей стороне.  - Маркат отпил вино, присаживаясь на стоящий радом трон.  - Но не забывай, что среди них Позорный и эта назойливая Богиня. И, судя по всему, Паук тоже с ними заодно.
        - Это, уверен, не доставит излишних проблем. Я позволю им напасть первыми. Это будет нам на руку. Дадим им мнимую надежду того, что всё идёт по их плану.  - Тенер со скрежетом провёл ногтем по камню трона.  - Битва будет на нашей земле, что даст нам преимущество. Первыми выступят остатки войск Ширазы. Это будет проверкой врага, да и стрелы потратят знатно, если войска собрали они.
        - Следом выступят мои войска, подкреплённые твоими магами.  - поняв идею, продолжил Маркат.  - Практик сразу же можно выводить твоих воинов и младших Демонов. Драконы выходят на поле битвы после войск Безумной, подступая постепенно.
        - Именно, брат мой. Лучники и боевые маги будут удалённо атаковать нападавших. Несколько сотен воинов будут под землёй. Они выйдут в тылу врага, посеяв суматоху среди них, нарушив целостность рядов. Что с Орденом Боли, примкнувшем к нам?
        - Они все мертвы, а пленник сбежал. Думаю, не без помощи мятежников.
        - Что ж, никогда не любил этих фанатиков, хотя их помощь была бы весьма ценной…
        Они ещё долго сидели, обсуждая детали грядущей битвы. Тем временем Аури'Каль проводил окончательную подготовку войск. "Надеюсь этот Араф не подведёт меня"  - думал Верховный маг.
        - Воины и маги готовы!  - говорил один из генералов, идущий рядом с Аури'Калем.  - Демоны тоже завершили подготовку. Мы готовы к битве и даже к новой войне.
        - Войны не будет. Победа в битве окончательно уничтожит всякое недовольство, восстание среди непокорных. В противном же случае мы все сгинем.  - Аури'Каль призадумался.  - Строй легионы, уверен, сегодня решится судьба этого мира.
        Верховный маг тихо вошёл в тронный зал.
        - Господин, все войска готовы и ждут ваших приказов.
        - Ждите, скоро буду.  - устало ответил Демон…

        К пещере, возле Проклятого леса, в которой скрывался Кшара, подошла юная, хрупкая на вид, рыжеволосая девушка. Она скинула с головы капюшон, откинув его на свои изящные плечи. С её длинных, тонких, изящных пальцев стекали, струясь, чёрные нити, расплывавшиеся серым дымом. Сделав глубокий вдох, она практически запрыгнула внутрь, будто боясь передумать.
        Стены пещеры были мрачные и угнетающие, зловещие, подавляющие волю. Повсюду были слышны стоны и крики, мольбы о пощаде и об окончательной смерти, являвшейся единственным избавлением. Многие души, заточённые здесь, уже осознали безвыходность своего положения, прося лишь о том, чтобы некто убил их. Но были и те, кто всё ещё надеялся на избавление от мучений.
        Девушка размеренно шла вперёд по одной единственной тропе, склонив голову. Она испытывала жалость к этим душам, являвшимся здесь узниками. Но она понимала, что это было единственным способом запереть здесь Древнего Бога.
        - Не подходи ближе!  - завопил в глубине храма Кшара.
        - Ты узнал меня?  - ехидно улыбнувшись, спросила она, уже зная ответ.
        - Тебя трудно не узнать, Моргана ла'Фей. Ты посмела явиться в мою обитель, ставшую для меня тюрьмой. Это глупо с твоей стороны.  - по лицу девушки проскользила некая тень, зависшая под сводами пещеры.  - Где же твой господин? Что же он не спасает свою ученицу? Ведь мне ничего не стоит убить тебя.
        Туман окутал девушку. Её тело будто пронзили тысячи игл, разрывающих плоть и органы.
        - Если ты желаешь свободы, то не убьёшь меня.  - хрипя от боли, сказала Моргана.  - Ведь ты уже выполнил условие сделки, не так ли?
        - А быть может, я решил действительно помочь Избранному?  - заклокотала чёрная тень, скользящая по стенам, ослабив магические иглы.
        - Это не имеет значения. Главное, что клинок будет напитан душами. Это всё, что нужно Кавесу, который уже окончательно пробудился.
        - Меня не касаются ваши войны.  - практически шипя от злости, ответил Кшара.
        - Тебе важна лишь свобода, не так ли? Сегодня ночью твоя темница рухнет, а ты обретёшь столь долгожданную свободу. Но для начала я должна покинуть это место. Живой.
        Кшара ничего не отвктил, скрывшись в глубинах своего храма. Моргана с облегчением вздохнула, когда магические иглы покинули её тело…
        Аукар с наслаждением вгрызался в плоть упыря, смачно чавкая, жуя его внутренности. Душа бедолаги была же поглощена в момент смерти. Константин, невольно наблюдая за происходящим, испытывал лишь отвращение к своему союзнику, ставшему, по воле случая, соседом по телу.
        - Ты омерзителен!  - сказал юноша, заключённый в теле, не имея возможности управлять им.
        - И чем же?  - искренне не понимал Аукар.  - Когда вы едите чужую плоть, для вас это норма. Но когда кто-то ест вас или вам подобных, то это сразу ужасно и необходимо искоренить. Не кажется какой-то дискриминацией?
        - Но есть людей или даже упырей, это не есть норма!  - практически переходил на крик Константин.
        - Всего лишь ваши стереотипы. Чем отличаетесь вы от, скажем, кролика? Ничем. Но кролика съесть для вас норма, а вот себе подобного отвратительно. Да и вообще, я уже завершил трапезу, чего ты так развопился? Останки сам уберёшь, или лучше я?
        В небольшую комнату вошёл вооружённый воин, ища неизвестно что. Он увидел Избранного, довольно сидевшего рядом с выпотрошенным рабочим. Рот юноши был испачкан кровью.
        Воин хотел было вытащить боевой топор, но в тот же миг его прибило к потолку. Его кости сухо затрещали, не выдержав такого удара. Аукар лишь довольно ухмыльнулся, покидая комнату. Его секрет останется втайне, в этом он был уверен.

        Глава 31: "Праздник Смерти"

        Наступали лёгкие вечерние сумерки. Небо озарилось лёгкой синевой, смешиваемой с яркими алыми оттенками. Тонкая дымка стелилась вдоль земли, робко укрывая низкорастущую траву. Объединённые войска шли под предводительством Феорака, разделяясь на несколько крупных частей, уходящих в разные стороны, ведомые тактическими командирами.
        - Ну что, ты готов?  - спросил Феорак, уставившись в сторону владений Тенера.  - Избранный, ты видишь, что там происходит?
        - Слишком далеко.  - неопределённо ответил Константин.  - Как можно видеть что-то там?
        - Смотри не людским взором, а Демоническим.  - с ухмылкой сказал Феорак, указывая рукой куда-то вдаль.  - Это то, к чему ты так стремился. Врата межмировые.
        Там, вдалеке, практически у линии горизонта, была видна небольшая светящаяся точка, столб кроваво алого света, выходящего из неё, направлялся вверх, устремляясь высоко в небо. Неподалёку была не менее большой объект абсолютно чёрного цвета.
        - Это обитель Тенера.  - мрачно пояснил Феорак, проследив за взглядом юноши.  - Кавес поставил его хранителем Врат, единственным путём прихода в этот мир для обычных магов. Он знал о том, что Боги создали Избранного, поэтому принял меры предосторожности, уничтожив все Врата, кроме этих.
        - Но почему оставил их?
        - Для того, чтоб удобнее было вводить войска для дальнейшего захвата мира. Для него Эохат был необычайно важен, не знаю, почему. Именно сюда было введено наибольшее количество войск. Поэтому Врата были необходимы ему, а ради безопасности и защиты от Избранного, он и приказал Тенеру охранять их.
        - Но я пришёл иным путём.  - сухо констатировал юноша.
        - И этого никто не предвидел. Есть разные способы перехода между мирами. Тот, которым владею я, да и наиболее сильные маги, Демоны среднего порядка и некоторые сущности иных миров, отслеживать можно и даже блокировать при должном умении. Ты же прибыл иначе, даже я не знал такого пути.
        - Быть может, их много? Не обязательно идти к Вратам мне, чтобы найти Кавеса?  - спросил Константин, чувствуя нарастающую тревогу.
        - На их освоение много времени необходимо, а его нет.  - Феорак застыл, словно парализованный.  - Нас ждут.
        Теперь и Константин услышал слабый, но усиливающийся голос с лёгкими нотками рычания. "Как хорошо, что вы прибыли, господа. Нам не придётся искать вас и убивать по одному"  - звучало в головах.
        В небе появилось несколько Драконов, а под ними шли ровным строем остатки войск Ширазы.
        - Проклятие!  - выкрикнул Феорак.  - Сомкнуть ряды! Разделение по фронтам!
        Константин, вскинув меч вверх, бросился в атаку. Феорак же, подозревая о наличии западни, взмыл вверх, быстро устремившись на врага. Тиамари, приняв облик Паука, уже набросилась на одного из Драконов, вонзая в него свои клыки. Её воины, сопровождаемые верводьфами, нападали на других Драконов, отбиваясь от воинов Ширазы.
        - Вот и пришло наше время лишиться плоти.  - шёпотом сказал Акаар, стоя рядом с Кхаром.  - Они должны познать безумие боли и страха!
        Они оба начали растворяться, превращаясь в чёрные облака, похожие на клубящийся дым. Пару мгновений спустя две зловещие тучи неопределённой формы угрожающе зависли в воздухе, тихо клокоча, общаясь между собой. Они вихрем проносились по врагу, нарушив их ряды. Всевозможные заклятия срывались из глубин войск Тенера и Марката, но ни одно из них неспособно было навредить бестелесным сущностям, уничтожавшим воинов.
        Акаар разрывал гротескно уродливые остатки войск Ширазы, превращая их в прах, уносимый поднимающимся ветром. Они выли и кричали от невыносимой боли, несмотря на то, что всегда сохраняли тишину на протяжении всей жизни. Те, кто терпели боль от рождения, сохраняя абсолютное молчание, выли и кричали, умоляя о смерти. Их вопли разносились по округе, внушая страх подступающим войскам Марката.
        Кхар внушал ужасные видения каждому, до кого могли дотянуться его невидимые щупальца, проникающие в разум, оплетая его, словно червь. Он не мог ими схватить жертву, но проникнуть в его воспоминания и пробудить страхи было вполне реально. Те же туманные чёрные нити, способные сжимать жертв, жадно и озлобленно хватали их, разбрасывая в разные стороны, ломая кости, разрывая плоть, вырывая внутренности, небрежно разлетавшиеся по округе.
        Дароз уже был в гуще сражения, прикрывая спины Фарки, Махиоры и Мауры. Все вервольфы были направлены на защиту Корпуса Ночи и помощь им в убийстве Драконов.
        Маги и слабые Демоны уже вмешались в битву, быстрыми темпами убивая объединённые войска Срединных земель, ведомые различными графами и князьями. Акаар и Кхар, практически истребив и без того малые остатки войск Ширазы, нещадно набросились на более сильных врагов.
        Вся земля окропилась кровью, жадно впитывая её, словно пустынный песок воду. Вулканический пепел большими хлопьями покрывал всё вокруг, кружась, словно снег. Каждый участник битвы был покрыт серой сажей, смешивающейся с потом и кровью. Лязг оружия и грохот брони заглушали разве что безумные, полные боли и страдания крики и безумные, душераздирающие вопли. Повсюду сыпались всевозможные заклинания, взрывающие всё вокруг. Крики умирающих Драконов сотрясали камни, заставляя дрожать внутренности воинов и магов. Повсюду лежали убитые, истекающие кровью.
        С небес лились потоки огня и льда, испускаемые Драконами, парящими неимоверно высоко, дабы избежать атак Корпуса Ночи и Тиамари. Огромные каменные глыбы поднимались вверх магией Древнейшего народа, падая вниз уже раздробленными на мелкие острые обломки их криками, убивая всех без разбору. То была не битва, а самая настоящая бойня, забирающая множество жизней, не щадя никого.
        - Позорный!  - донеслось со стороны обители.  - Твой путь окончен будет здесь!
        - Это клеймо теперь твоё, Маркат!  - выкрикнул Феорак, ожидая атаки.  - Ты, как и я, предатель, но ещё и сбежал с дуэли! Величайший позор - бегство с честного боя, тебе это известно, равно как и мне. Ничтожнее и позорнее тебя нет никого во всём мироздании!
        - Скоро ты заткнёшься, человеколюбец!  - Маркат быстро бросил несколько десятков огненных сфер, чтобы отвлечь внимание.  - Мой позор уйдёт вместе с тобой, и больше никто не упрекнёт меня в предательстве.
        Два Демона сошлись в своей битве, скрестив клинки. Удары их мечей были подобны раскатам грома, разносящимся над головами сражающихся. Феорак был максимально собран, отчётливо понимая важность своей битвы. Ему было безразлично происходящее там, внизу, под ногами. "Моя задача отвлечь Марката от поля битвы, лишить его контроля над ситуацией, по-возможности убить его"  - твердил он сам себе в мыслях, парируя размашистые удары противника. Феорак не спешил переходить в атаку, подозревая, что это может оказаться ловушкой, обманным манёвром. Он предпочёл выматывать противника долгой изнурительной дуэлью, ловко и умело отводя и блокируя сильные и быстрые удары агрессора.
        Сам же Маркат закипал от своих злости и ненависти. Он надеялся на быструю лёгкую победу над Феораком, а следом и над всеми войсками. В его голове зародился хитрый и коварный план, в очередной раз нарушающий дуэльный кодекс. "Победа любой ценой, а позор и бесчестие будут погребены под телами поверженных!"  - твердил Демон сам себе. Он, умело орудуя мечом в одной руке, атакуя и блокируя удары, создавал в другой магическое плетение, парализующее жертву. Обычное заклятие могло не причинить никакого вреда Феораку, поэтому Маркат и делал плетение высоко концентрированной энергии, сплетая её, словно паутину.
        Тиамари и её Корпус Ночи, защищаемые вервольфами, атаковали Драконов. Тёмные воины и маги хором нараспев читали заклятия, разящие Древний народ. Потоки огня и холода нещадно убивали войска, неспособные защититься от чистой безудержной магии Драконов.
        - Кхар, Акаар, нужна ваша помощь!  - кричала Тёмная Богиня, стоявшая между двух огромных Драконов.  - Мне не одолеть их самой!
        Чёрные тучи, нещадно истреблявшие войска и слабых Демонов, молниеносно устремились к Тиамари. Один из Драконов громко взревел, словно обезумев. Он, расправив крылья, встал на задние лапы, устрашающе рыча на своего собрата. Паук, воспользовавшись моментом, напала на него, вцепившись ядовитыми жалами ему в шею, плотно обволакивая огромными когтистыми лапами. Акаар окутал другого Дракона, разрывая его на мелкие части. Они оба испытывали боль, но Магистр наслаждался ею, уповаясь, словно некий безумец.
        Махиора и Маура, встав спиной друг к другу, обрушивали град заклинаний, не жалея себя и своих сил. Они уже едва стояли на шатающихся, подкашивающихся ногах. Демоны, более неистребляемые Акааром и Кхаром, окружили девушек, подступая всё ближе и ближе. Один из них едва не попал смертельным ударом топора по Мауре, чудом увернувшейся от атаки, избежав смерти в очередной раз. Скользящий удар пришёлся по спине бывшей Богини, разрубив броню из чешуи Дракона. Девушка взвыла от боли, а из её глаз брызнули слёзы.
        Объединённые войска неумолимо редели, превращаясь в небольшую горстку воинов. Дароз, потеряв из вида девушек, пытался отбиться от десятка воинов. Его руки дрожали от усталости, едва выдерживая нескончаемые удары противника. Он, обессилев, упал на колени, блокируя очередной удар. Тело пронзила боль. В спину вонзился клинок, едва не вышедший в груди. В глазах мужчины начало темнеть. Тёплая алая кровь вытекала из спины, образовав под ним лужу. В следующую секунду несколько клинков пронзили его истекающее кровью, практически безжизненное тело.
        Фарка, издалека увидевшая смерть отца, в отчаянии упала на колени, громко зарыдав. Слёзы большими потоками лились из её глаз. На неё обрушился целый шквал ударов, едва сдерживаемых созданным ею щитом. Всполохи энергии были видны отовсюду, озаряя поле битвы ярким алым и фиолетовым цветом. Девушка рыдала, обессиленно опустив руки к земле. Наручи в тот же миг погасли, растворив энергию вокруг Фарки, оставив её беззащитной. Секира, поднятая для удара, неумолимо приближалась к ней.
        Время для Константина словно замерло, став вязким, как смола. Он лишь увидел смерть Дароза и отчаявшуюся Фарку, добровольно убравшую щит. Юноша тотчас бросился к ней, прекратив убивать по пути к Тенеру воинов и магов. Его тело начало метаморфозы, превращаясь в демоническое. Броня отозвалась приятным теплом, почувствовав в юноше родство со своим прежним хозяином. Схватив большой когтистой рукой секиру, практически упавшую Фарке на спину, Константин отбросил воина в сторону, одновременно разрубив его мечом.
        - Ты не имеешь права сдаваться!  - зарычал он, смотря на девушку глазами, пылающими огнём.
        Константин защищал Фарку, стоя возле неё, нещадно убивая подступающих врагов. Его переполняла злоба, которую он едва мог сдерживать, чтобы не обезуметь окончательно.
        Несколько воинов упали позади них, держась за перерезанные глотки. Из неоткуда появился Киар, вихрем кружась среди врагов.
        - Найди Тенера!  - выкрикнул он.  - Я смогу защитить её!
        Рядом появились ещё несколько легко вооружённых воинов Ордена Арафа. Они встали в круг возле Фарки, продолжая убивать наступавших врагов. Константин, убедившись в защищённости возлюбленной, взмыл вверх, направившись к чёрной обители.
        - Аукар!  - взревел юноша.  - Мне нужна твоя помощь!
        - Ещё не время, мой юный друг. Моё присутствие следует раскрыть в дуэли, не раньше.  - заклокотал голос в голове.
        Земля внизу зашевелилась, а из-под неё вышло несколько сотен воинов Тенера. Объединённые войска Срединных земель были окончательно отрезаны от вервольфов и Корпуса ночи, окружённые новоприбывшим подкреплением. Константин хотел было прийти им на помощь, но отступил, понимая, что его задача - убить Демона, выиграв тем самым войну, а не битву.
        - Избранный.  - послышался шёпот откуда-то сверху.  - Я ждал тебя.
        Константин, подняв голову, получил сильный удар ногой по лицу, после чего упал на землю, в лужу чьей-то крови.
        - Ты позор для всех Демонов!  - кричал неизвестный.  - Как ты смеешь принимать наше обличье, носить броню Кавеса, которую даже не заслужил?
        - Тенер!  - выкрикнул Константин.  - Твоя смерть не заставит себя ждать!
        Всё так же лёжа спиной на земле, юноша выставил меч вперёд, отведя удар. Противник лишь раскатисто засмеялся, глумясь над жалким видом Избранного.
        - Я убью тебя с наслаждением.  - ухмыляясь, сказал Тенер.
        Они сошлись в ожесточённой битве. Клинки едва выдерживали их удары. Воины, оказавшиеся рядом, погибали от попадавших на них ударов двух Демонов, не смотрящих, кто находится рядом.
        "Всё идёт по плану"  - довольно констатировал Феорак, краем глаза наблюдавший за происходящей дуэлью: "Надеюсь, больше никаких сюрпризов не будет".
        Аури'Каль вёл войска в бой, укрывая их магическим куполом. Он принял на себя командование по причине отсутствия Тенера, издалека наблюдая за дуэлью своего господина. Верховный маг ждал удобного момента, дабы, напав на Демона, убить его. Он надеялся на помощь некоего неизвестного ему союзника, общавшегося через древнюю, таинственную, загадочную книгу, представившегося Арафом.
        Маг ещё больше желал свергнуть Тенера, сражавшегося в данный миг с Избранным, принявшим обличье Демона. Аури'Каль прекрасно понимал, что лучшей возможности не представится больше никогда. "Необходимо лишь выждать момент, когда они оба будут вымотанные, после чего смогу убить их, тем самым никто больше не оспорит моё право на власть"  - беззвучно шептал он: "Если кто и останется в живых здесь, то можно пообещать им лживый мир, который они примут, словно рыба червя".
        Несколько Демонов, вооружившись магическими цепями, атаковали Акаара, сковав его. Адское пламя, которым они были оплетенны, выжигал мага, несмотря на его почти бестелесную форму. Огромная, неизмеримая боль пронзила его естество, приводя в неимоверную ярость. Он взвыл, набросившись на Демонов, разрывая цепи. Пламя срывалось с них всполохами кровавого цвета, искрилось зелёным и фиолетовым светом. Демоны, сковавшие Акаара, испугавшись его безумного гнева, попытались спастись бегством, снося на ходу прочих воинов. Тёмные щупальца схватили одного из них, высоко подняв вверх, швырнув в сторону, словно ненужную вещь. Кости Демона хрустели, ломаясь, разрывая кожу. Цепи взорвались, окончательно разрушенные Акааром. Адское пламя, сорвавшееся с них, выжигало своими пляшущими языками всех без разбору, не щадя никого. Воины и маги кричали, вопили от боли, за секунды сгораемые дотла. Они падали обугленными скелетами на пропитанную кровью землю, рассыпаясь в пепел. Акаар терял контроль над своим гневом и безумием боли, впадая в состояние ярости берсерка. Он наслаждался собственной и чужой болью, с удовольствием
убивая всех, до кого мог добраться. Ему уже было безразлично, кто перед ним, союзник или противник, лишь жажда большей боли, проводящей в экстаз, занимала его сознание.
        Маркат уже завершил своё магическое плетение, выжидая удобного момента, чтобы парализовать Феорака. Тонкие искрящиеся, еле заметные, призрачные нити стекали с его пальцев. Они шевелились, словно живые, готовые поразить любого, до кого смогут дотянуться.
        - Позорный, ты слепо верил Кавесу, примкнув к нему одним из первых. И первым же понял ошибочность своего выбора! Так давай же прекратим эту бессмысленную вражду, объединив усилия. Только вместе мы сможем остановить его!  - говорил Маркат, отвлекая внимание.  - Моргана явилась в этот мир, а ты знаешь, что это означает лишь одно - он вернулся!
        - Никогда не объединюсь с тобой!  - выкрикнул Феорак, блокируя очередной выпад, отведя его в сторону и ударив ногой противника.  - Ты лишь боишься его гнева, а не желаешь остановить его планы, полные безумия!
        В этот момент с руки Марката сорвались искрящиеся нити, оплетая Феорака, окутывая его, словно паутина. Поверженный Демон начал падать, словно камень, вниз. Громкий раскатистый хохот Марката раздался над обездвиженным телом, безвольно, словно кукла, лежащим в кровавой луже.
        - Твоя смерть такая же жалкая, как ты сам.  - он пронзил мечом грудь Феорака, пригвоздив его к земле и, провернув его, вырвал, оставив кровавую дыру в теле.  - Прощай, Позорный!
        Маркат, презрительно посмотрев на умирающего Феорака, довольно улыбнулся, предвкушая триумф. "Победив в битве, останется лишь убить Тенера, захватив всю власть в мире в свои руки!"  - радостно ликовал он в мыслях.
        Фарка, обливаясь слезами, всё же нашла в себе силы сражаться дальше, придя вместе с остатками Ордена Арафа на помощь Махиоре и Мауре. Бывшая Богиня могла лишь удерживать защитный купол, едва сдерживающий натиск ударов и заклятий. Ученица Феорака лежала без сознания, а из большой раны на животе стекала кровь. Киар, сжимая раненный бок, продолжал сражаться, из последних сил отбивая непрекращающийся град ударов. Он молился всем Богам, которые только способны были его услышать. Неизвестная рыжеволосая девушка, по виду, не участвовавшая в битве, коснулась шеи Киара. По его телу пошёл холод, которого он не испытывал никогда ранее.
        - Они должны умереть.  - тихо прошептала она.  - Но Избранный обязан победить.
        Киар, падая на землю, увидел, как незнакомка приняв его облик, направилась к Фарке. В её руке был небольшой кинжал, тускло светящийся синевой.
        - Твоя смерть необходима, подруга.  - сказал ложный Киар, перерезав горло Фарке.  - Теперь у него есть цель идти дальше.
        Константин умело проводил атаки Тенера, отводя его удары. Несколько ударов, пропущенных юношей, пришлись по броне, отлично выдержавшей их, защитив своего владельца.
        - Ты неплохо сражаешься, Избранный. Пожалуй, из тебя можно было бы сделать полноценного Демона.  - сказал Тенер, уворачиваясь от удара, одновременно атакуя молниями.  - Но тебе не хватает злости.
        Константин ничего не ответил, не желая отвлекаться от боя. В его сознании уже клокотал Аукар, указывая куда и как бить, заранее сообщая об атаках противника. Злость закипала в юноше, затмевая разум, пробуждая дикое демоническое безумие. Его тело охватывал жар. "Моё время пришло!"  - радостно проклокотал Аукар, частично завладевая телом Константина. Юноша застыл, неестественно выгнувшись назад, закричал от невыносимой боли. Из спины прорывались змееподобные щупальца, выламывающие броню. Его лицо исказилось гримасой боли и безумия, смешанных с наслаждением, граничавшим с экстазом. Тенер с испугом и изумлением наблюдал эти метаморфозы, пятясь назад. Он не видел ранее ничего подобного. В его голове была только одна фраза: "Это конец!".
        Константин посмотрел на Демона глазами, полными безумия и злости. Они были невероятно чёрными, отчего Тенер подумал, что их не стало вовсе. Но яркие всполохи адского пламени, рвущиеся из самых глубин его души, говорили об обратном. Его лицо покрылось тёмными серыми трещинами, словно некая маска. Чёрный дым, выходивший из них, водопадом стекал к земле.
        - Ваше правление окончено,  - проклокотал не своим голосом Константин.  - Наступает новая эра!
        Тенер едва успел блокировать неожиданный сильный удар, упав на спину. В его глазах был ужас. Он только сейчас понял, что ему не выиграть эту битву. Единственное, что он хотел - выжить. Демон пытался отползти в сторону, блокируя шквал ударов. Его меч едва выдерживал мощь атак, вылетая из рук. Впервые за свою столь длинную жизнь Тенер действительно испугался. Даже Кавес в гневе не внушал столь сильный ужас, заставляя содрогаться всё тело.
        Чёрный дым, выходящий из трещин на коже, коснулся брони Демона, отозвавшейся протяжным скрежетом. Она сминалась, разламываясь на куски, выворачивалась, словно консервная банка. Тенер кричал от боли, его тело покрывалось кровоточащими ранами. Он взмолился о пощаде, пытаясь встать с земли.
        Константин занёс меч для удара, но в этот же момент огненная сфера отбросила его назад. Молнии покрыли его тело и броню. Тенер из последних сил пытался спасти свою жизнь, атаковав юцветов. Он, истекая кровью, скинув покорёженные остатки брони, бежал, отбросив меч в сторону. В его памяти всплывала карта миров, а сам Тенер уже начинал прокладывать маршрут прочь отсюда. Он понимал, что делать это наспех, опасно, но до Врат ему было не добраться. Константин же рухнул на землю, объятый молниями всевозможных цветов.
        Кхар и Тиамари, окружённые Драконами, метались между них, уворачиваясь от атак. Тёмная Богиня сражалась из последних сил, лишившись нескольких лап. Чёрное тело Кхара разрывалось древнейшей магией, против которой он был неспособен противостоять. Акаар разрывал вдалеке воинов Тенера и Срединных земель, поглощённый безудержным безумием битвы, наслаждаясь причиняемой болью.
        Феорак, умирая, лежал на земле, истекая кровью. Его тело было парализовано, лишь сознание, заключённое словно в тюрьму в умирающем теле, пыталось связаться с Аури'Калем. "Твой миг настал! Он беззащитен! Убей его!"  - отправлял он мысленный посыл Верховному магу.
        Тенер, покрытый всполохами света и искрящимися молниями, открывал портал перед собой. В этот же момент его пронзило множество молний, а вокруг взорвались десятки огненных сфер. Аури'Каль бросил в него магические иглы, пригвоздившие беззащитного, израненного, ослабшего Демона, к земле. Он сдавлено захрипел, распластавшись безвольной куклой. Портал, более неподпитываемый, растворялся. Тело Демона окутали чёрные нити, а следом Константин пронзил его голову мечом. "Правлению Демонов пришёл конец!"  - прошипели Аукар и юноша.
        Маркат, нещадно убивавший Корпус ночи, был объят Акааром. Они оба ревели от неизмеримой боли. Демон предпринял попытку бегства, но его тело уже разрывалось на мелкие части, превращаясь в прах. Его броня истлела, рассыпавшись на покорёженные обломки. Издав последний неимоверно громкий крик, Демон пронзил себя клинком, предпочтя покончить с собой, нежели терпеть эту невыносимую боль. Он рухнул перекошенным от отчаяния и нестерпимой агонии лицом на землю. Из его рта стекала тоненькая струйка крови, а уже безжизненное тело разрывалось Акааром. Повсюду лежали мёртвые воины и маги, Демоны и Драконы. Земля была пропитана кровью, не в силах впитать её.
        Махиора, истекая кровью, ползла по земле, волоча за собой Киара, находящегося в бессознательном состоянии. Неподалёку лежало безжизненное тело Мауры и весь Орден Арафа. Их уже никто не атаковал. Немногие выжившие припали к земле, желая лишь одного - пережить эту бойню. Шум войны утих, уступив место мертвенной тишине. Лишь стоны и хрипы нарушали безмолвие, кажущееся безжизненным. Последние Драконы были убиты Кхаром и Акааром, а Тиамари, прислонившись к камню, тяжело дышала, будучи в обличии человека. Кхар, проникнув в сознание Акаара, принял на себя часть его боли, успокоив мага. Они оба, приняв людские тела, искали выживших. Вулкан, находящийся неподалёку, извергал потоки лавы, вяло стекавшей по камням. Пепел укрыл всё вокруг, а небо затянулось мглой. Запахи гари и крови разносились ветром по округе. Аури'Каль едва стоял на ногах, окружённый телами своих воинов и магов. К нему подошёл Константин, успокоивший Аукара в себе.
        - Ты, маг, предал своего господина. Зачем?
        - Я жаждал власти всю свою жизнь.  - еле выдавил он из себя.  - Прошу, не убивай.
        - Не я судить тебя буду, не я.
        Константин, всё ещё испытывая боль после всех своих метаморфоз, вёл главнокомандующего войсками противника на суд. Он считал, что его необходимо оставить в живых, дабы в землях, подчинённых некогда Демонам, был порядок.
        - Где Феорак?  - спросил юноша у Махиоры, сжимавшей раненный бок.
        - Мёртв, как и многие из нас.  - хрипя, ответила девушка.  - Фарка…она тоже мертва. Прости.
        Константин рухнул на колени, не в силах сдержать слёз. Его губы беззвучно шевелились. К нему подошёл Акаар, положив руку на плечо.
        - Эта битва унесла много жизней. Слишком много. Но будет и ещё другая война, которую нам не выиграть. Ты должен предотвратить её.
        - Я ничего не должен!  - выкрикнул Константин, схватив меч.
        - Нельзя допустить, чтобы эта победа оказалась напрасной.  - твердила Тиамари.  - Твой путь, как говорил Феорак, продолжится за Вратами. Предотврати то, что хочет сделать Кавес! Мы же постараемся сохранить этот мир, недопустив ошибок прошлого.
        Внутри юноши говорил Аукар: "Они правы, тебе необходимо идти дальше. Нельзя допустить, чтобы её и множество других смертей оказались напрасны".
        Константин молча, не говоря ни слова, направился к Вратам. Его переполняло горе. Он желал мести тому, кто стал первопричиной всего произошедшего - Кавесу…
        Стоя у ступеней Врат, к которым он стремился с первых дней пребывания в Эохате, Константин тяжело вздохнул. Столь длинный путь, пропитанный кровью и наполненный смертями. "Зачем?"  - тихо спросил он, не ожидая ответа. Его плеча коснулась тонкая прохладная ладонь. Рыжеволосая девушка, представившаяся ему некогда Анной, стояла позади него.
        - Это то, что тебе предначертано судьбою, Избранный.  - тихо прошептала она ему на ухо.
        - Я знаю, кто ты, Моргана. Что запланировал Кавес? Где он?
        - Так много вопросов, мой юный друг.  - девушка тихо рассмеялась.  - Ответы там, за Вратами. Мой повелитель скоро присоединится к тебе.
        - Мне стоило убить тебя раньше.
        - Это ничего не изменило бы, да и не сможешь ты этого сделать, меня здесь даже и нет. Проекция, если выражаться языком твоего мира.  - рука девушки коснулась меча.  - Он тебе не понадобится там, куда ведёт тебя твой путь. Иди и получишь ответы на все свои вопросы. Назад пути нет, ты потерял всё.
        Константин как заворожённый поднимался по ступеням, пристально смотря на Врата. Моргана, держа его меч в руке, растворилась, словно мираж. Лишь когда юноша коснулся подрагивающей глади статичного портала, морок исчез. "Аукар, что там?"  - спросил Константин, но ответа не последовало: "Я один, назад пути нет". Сделав глубокий вдох, он шагнул вперёд. Яркая вспышка света едва не ослепила его. В следующий миг Избранный оказался в странном месте. Повсюду был серый густой туман, плотно обволакивающий тело. Ноги обжигал холодный камень. Ощущение чьего-то присутствия не покидало Константина. В голове раздался шёпот: " Иди вперёд, я жду тебя". Вдалеке виделся чей-то силуэт, застывший, словно в почтительном поклоне. "Он не слышит нас, но нужно торопиться. Я жду тебя, Избранный"  - вновь повторился шёпот: "Мы в Лимбе, в сути Хаоса"…

        Эпилог

        …Тиамари мирно пила из кубка, сидя в своём троне. Тёмная Богиня законно властвовала южными землями, готовясь к очередным войнам. Она знала, что они неизбежны, как восход солнца даже самой тёмной ночью. Кровь Избранного, которую она незаметно получила, проколов ему ладонь, даруя ему броню, стала важной основой для создания нового Корпуса ночи. Теперь они стали сильнее и солнечный свет не вредит им. "Придёт время и предо мной склонится весь Эохат!"  - прошептала она, хитро улыбнувшись…
        Акаар отправился в добровольное изгнание, не в силах простить себя за совершённые убийства. "Я воплощение Древнего среди живых. Мне не место здесь. Прощайте"  - сказал он, покинув поле битвы следом за Константином. Никто не знал, где он скрывается. Последний Магистр двух Орденов, Чистых магов и Боли, скрылся, унеся древние знания за собой…
        Махиора вернула выжившим вервольфам их людские обличия, предложив стать добровольными стражами выживших Богов. Киар, единственный из Ордена Арафа, кто пережил битву, продолжил обучать новых воинов. Даже окончательная смерть его Бога и отсутствие Даров, не стали помехой. Новый орден был преобразован, как и учение, впитав в себя магические учения и практики. Магические академии, освобождённые от Демонов, оказали активное содействие возрождающемуся Ордену. Киар видел будущее ордена лишь в активном сотрудничестве с Богами, князьями и магами, впитывая только лучшее от них. "Мы достаточно долго жили изолированно от всех, настала новая эра. Новый Орден Константина, нашего освободителя, обязан стоять на страже мира"  - именно так он сказал первым новобранцам…
        Кхар, как и обещал, поселился на поле битвы, впитывая боль и страдания всех умерших, обгладывая их тела. Он расползался всё шире и шире, занимая всё большую территорию. На тех местах, где ещё не было его голодных щупалец, вырос кровоцвет, охотно собираемый смельчаками всех мастей. "Это ещё не конец, смертные"  - вторил он сам себе: "Моё правление не заставит себя долго ждать. Моя жизнь вечна, а сила вскоре вернётся, и никто не остановит меня!"…
        Аури'Каль, заполучив столь желанную власть, правил землями Тенера и Ширазы, расположенными неподалёку друг от друга. Земли же Марката были отданы князьям и прочим смертным правителям. Возле врат неустанно стояли стражи всех академий, княжеств и даже Орден Константина. Все боялись нового прихода Демонов или даже самого Кавеса…
        Эохат пытался возродиться, оправиться после стольких смертей. Жизнь возвращалась в тихое мирное русло, но многие понимали, что эхо войны будет слышно ещё очень долго, если оно вообще умолкнет когда-нибудь…

        1

 
Книги из этой электронной библиотеки, лучше всего читать через программы-читалки: ICE Book Reader, Book Reader BookZ Reader. Для андроида Alreader, CoolReader Библиотека построена на некоммерческой основе (без рекламы), благодаря энтузиазму библиотекаря. В случае технических проблем обращаться к