Важное объявление: В связи с блокировкой в России зеркала ruslit.live, открыто новое зеркало RusLit.space. Добавте пожалуйста его в закладки.



Сохранить .
Дыши огнём Алина Анатольевна Сычёва



        
        
        
        
        
        ГЛАВА 1
        ВСТРЕЧА.
        
        -- Да, надо решить вопрос с Советом, чтобы ни у кого больше не возникло сомнений по поводу необходимости его существования, -- сказал Арозон, далеко откинувшись в кресле.
        -- Угу, -- отозвался я, разглядывая чёрную столешницу стола.
        -- Ливви, ты меня услышал?
        -- Угу.
        Арозон усмехнулся и поднялся на ноги.
        -- Ладно, даю тебе время подумать. Если что, я буду у себя дома. Звони.
        Одёрнув свой пиджак, и высвободив из-под ворота туго заплетённую косу, Арозон направился к выходу. Я смотрел ему вслед, знал, что надо его остановить, но почему-то не произнёс ни слова. Как-то всё надоело, ужас!
        Минуту повертевшись в кресле, встал и подошёл к высокому окну. Подо мной, как на ладони, раскинулся каменный город. Машины, люди, торговые центры. Они даже не догадываются, что в эту самую минуту я наблюдаю за ними. Наивные. С высоты птичьего полёта я смотрю на землю, и мне не нравится то, что я вижу. Немногочисленные деревья между каменными зданиями на земле напоминали мне старую больную собаку с вырванными клочьями шерсти. Кое-где осталась зелень, но она уже не выглядит так привлекательно.
        XXI век... Ненавижу. Раньше всё было по-другому. А теперь? Теперь у людей другие ценности, их заботит только своё "Я". На то, что окружает их, они не обращают внимания. А если и обращают, то стараются быстрее вернуться в свой панцирь. Толстокожие твари.
        Я резко отвернулся от окна и осмотрел свой просторный вытянутый кабинет с длинным столом, с баром в углу, книжными полками с одинаковыми корочками книг, двустворчатые двери из красного дерева с позолоченными ручками. И я вот так живу. Нельзя сказать, что я отличаюсь от тех, кто сейчас идёт по городу. Я такой же, как они. Именно они поработили меня. Иногда я даже не догадывался, какое влияние они оказывают на меня.
        - Господин ЛеМарко, - донеслось из интеркома.
        - Да? - устало спросил я.
        - Вы заказывали билет на сегодняшнее представление в театр...
        - Да, я помню. И...
        Я замолчал.
        Опять театр, опять те же лица.
        - Спасибо, уже не надо.
        - Э... хорошо, господин ЛеМарко.
        Я вернулся за стол и снова уставился в столешницу. Жаль, что Арозон ушёл. Сейчас он был нужен мне. Спокойствие, которое друг наводил одним лишь своим присутствием, мне бы не помешало. Я хотел отвлечься от мыслей, перестать думать. Может быть, поработаю? Открыл лежащую перед собой папку и начал рассматривать бесконечные листы столбцы цифр. Раньше мне нравилось заниматься всей этой бумажной волокитой, зато сейчас - сонная глушь. Я давно не спал, уже около полугода. Надеюсь, сегодня мне удастся вздремнуть.
        - Нет-нет! Погодите! Без доклада нельзя! - услышал я голос секретарши за дверью.
        - Ой, да отстань!
        В следующую секунду двери распахнулись настежь, и в кабинет ворвалась высокая загорелая девушка с пышной гривой чёрных волос. Стуча своими высокими каблучками по паркету, она шла прямо ко мне. Следом за ней семенила невысокая пухленькая секретарша, пытаясь поймать гостью за локоть. Забавная смесь...
        - Ливви! - Латиша бросила передо мной свою маленькую сумочку. - Прикажи этой... вот ей меня не трогать! Я потом полгода не отмоюсь!
        Секретарша оскорблено уставилась на Латишу, а потом и на меня. Я вздохнул и поднялся с места.
        - Линда, прошу прощения, - извинился я. - Всё нормально.
        Латиша свысока посмотрела на секретаршу, которая доходила ей максимум до плеч, и улыбнулась. Линде пришлось покинуть мой кабинет, аккуратно закрыв за собой двери. Я тут же сел обратно, отгородившись от девушки папкой с бумагами. Но не тут-то было. Длинными аккуратными пальчиками она выхватила мою преграду и швырнула её в стену. Листы даже как-то жалобно разлетелись по кабинету.
        - Ливви, что это значит?! - взвизгнула Латиша.
        - Н-да?
        - Мне только что позвонила Памба и сообщила, что ты вместе с ней улетаешь в Австралию!
        - Да? - удивился я. - И когда?
        - Ливви, это не смешно!
        - А я и не смеюсь. Давно не был в Австралии.
        - Ну, Ливви!
        - Ну, что, Латиша? - передразнил её я.
        Она вспыхнула. Чёрные, как ночь глаза, загорелись диким пламенем, и через миг несколько листов, разбросанных по полу, задымились. Я закатил глаза.
        - Спокойнее. Тут работает система безопасности.
        - Да мне плевать! Зачем ты вообще работаешь на этих людишек?
        - А кто будет оплачивать твои счета, Латиша?
        Она улыбнулась, и улыбка показалась мне дикой.
        - Нам можно и не работать!
        - Чтобы умереть со скуки? Я вот уже, кажется, близок к концу.
        - Ты дурак?
        - Может быть.
        - Ливви, тебе дан такой дар, а ты... ты... работаешь! Расскажи об этом какому-нибудь новичку, и он помрёт со смеха! Легендарный Ливви работает!
        - Легендарный? Хм...
        - Будто сам не знаешь, что твоя репутация бегает быстрее тебя! Раньше ты не был таким важным. И скучным. Что с тобой случилось?
        - Неужели ты решила поговорить по душам?
        - А что? Тебя что-то не устраивает?
        Я пожал плечами. Когда мы в последний раз просто говорили с ней? Наверное, никогда. Латиша, схватив со стола свою сумочку, прошла и села в кресло, где недавно сидел Арозон. Скрестив ноги, она выжидающе посмотрела на меня.
        - И?
        - А что говорить? - удивился я.
        - Что-то случилось?
        Я откинулся на спинку, глядя на Латишу. Раньше она казалась мне нереально красивой, гибкой, как кошка, загадочной. А теперь я знаю её, как свои пять пальцев, и казалось, она больше ничем не сможет меня удивить.
        - Мне всё приелось, - сообщил я.
        - Что именно?
        - Я же сказал - всё.
        - Абсолютно?
        - Да, - раздражённо произнёс я.
        - И поэтому, ты больше не хочешь жить?
        - Я думаю, мне уже пора.
        Латиша нахмурилась.
        - Ливви, ты живёшь всего пятьсот лет. Как тебе может всё надоесть?
        - Вот так.
        - Ливви, я всегда думала, что ты дурак.
        Я закатил глаза.
        - Утешила.
        - Ну, разве я не права?
        - Не знаю.
        - Тебе нужна встряска!
        - Думаю, это не вариант.
        - Ты почти круглосуточно торчишь на своей этой работе! Мы давно не видели тебя! Развлекись! И как насчёт пения? Я соскучилась.
        Латиша улыбнулась и подалась вперёд. Я намеренно отвёл взгляд, так как знал, что она может одними глазами заставить меня подчиняться ей. Она всё поняла.
        - Ладно. Я уйду, если ты хочешь остаться наедине со своей работой!
        Сказав это, она гордо покинула мой кабинет, не забыв хлопнуть дверью. Почти сразу после её ухода ко мне заглянула Линда.
        - Господин ЛеМарко, всё хорошо?
        - Всё отлично, - буркнул я, упав лбом на стол.
        Как-то так получилось, что к пятой сотне жизни я успел попробовать всё, что хотел. По крайней мере, то, что знал. Я заглатывал все прелести этого мира махом, не наслаждаясь ими, не растягивая удовольствия. И, возможно, быстрая смена кадров в моей жизни привела меня к такому концу. Я насытился доверху только частичками благополучия и веселья, но не познал саму суть существования.
        А потом резко наступила пустота. Вначале я списал это на долгую и продолжительную зиму, редкостную в этих краях, но всё же присутствующую. Я надеялся, что с весной расцветёт не только вся природа, но и моя жизнь. Но ожидание затянулось, и я понял, что что-то изменилось. То, что раньше мне доставляло удовольствия, сейчас было приторным до тошноты. Как слепой, я тыкался во все двери, искал своё, пока не понял, что моего в мире нет ничего. Я пуст, как дыра, и во мне не залёживается что-то подолгу...
        Домой я ехал, пребывая в унынии. И даже любимый город, в котором я поселился несколько лет назад, не мог вытащить меня из этого состояния. Родные и знакомые улицы с висящими баннерами, горящие неоновыми огнями вывески на ресторанах и магазинах сейчас безлико украшали некогда красивый город. Я любил здесь жить, почти идеальное место для регулярных встреч с приятелями, для раскрутки собственного бизнеса, для просмотра отличного мюзикла или посещения изысканного ресторана. Ни какой город в мире не мог сравниться с тем, где я жил. Нью-Йорк? Париж? Москва? Токио? Рим? Нет, абсолютно. Этот город был моим. Не то, чтобы я был его главой или что-то в этом роде, просто я до ужаса любил его и только одна мысль, что когда-нибудь придётся отсюда съехать, приводила меня в ужас, даже теперь, когда уже нет ни регулярных встреч с друзьями, ни изысканных ресторанов.
        Отстояв в пробке два часа, вышел из себя и нечаянно подпалил переднее кожаное сидение "бентли". Только этого мне не хватало. Машина оставалась почти единственным предметом, который я любил и готов был провести в ней весь остаток бесконечной жизни. Моя территория, моя тачка! И теперь она дымит. От ярости вместо воздуха выдохнул дым, с наслаждением вдохнув его обратно. Мне бы сейчас действительно выпустить пар.
        Двухэтажный, обитый сайдингом коттедж, купленным мной сравнительно недавно, а если быть точнее, то одиннадцать лет назад, ждал меня горящими окнами и распахнутыми дверями. Заехав в подземный гараж, заглушил машину и прислушался. Музыка, весёлые голоса, топот ног - в моём доме снова вечеринка.
        - Ливви приехал!
        Стоило мне войти, как на меня обрушилось всё веселье. Запах алкоголя, табака, дыма и ещё чего-то сладкого навалились на меня, как стена. Несколько десятков раскрасневшихся лиц обратились ко мне, и я почувствовал себя бактерией под микроскопом. Я натянуто улыбнулся, проходя глубже в дом. Все расступались передо мной, приветственно били по плечу, со смехом спрашивали как дела на работе. Из них я чуть ли не единственный, кто вкалывал.
        - Ливви!
        - Ливви!
        - Ливви! - слышалось со всех сторон.
        Я шёл прямо, временами останавливаясь около одного или второго. Меня спрашивали, как я себя чувствую, и я по обыкновению отвечал "нормально". Улыбки сменялись друг другом, превращаясь в настоящий калейдоскоп, даже голова закружилась. Музыка била по ушам, дёргала мозг.
        - Ливви! - Ко мне подлетел Зойя. - Лив, мы украли такую тачку! Закачаешься! Аха-ха! Лука, иди сюда!
        Зойя и Лука, два брата, одновременно похожие и не похожие друг на друга. Короткие русые волосы, фиолетовые глаза, почти одна и та же широкая улыбка, плотно сбитое телосложение. Но вот по характеру они совершенно разные. Зойя всегда казался мне маленьким ребёнком, который говорит то, что думает и делает то, что хочет. Из-за его простодушия и желания наслаждаться бесконечной жизнью я мог спокойно повернуться к нему спиной и не ожидать удара. Чего не мог сказать о его брате, Луке.
        Он подошёл к нам, улыбаясь, как и Зойя, но всё же не так открыто. Казалось, он постоянно держит в голове план, как бы насолить окружающим.
        - Привет, Лив! - поздоровался он.
        Я кивнул.
        - Ливви, вот это тачка! - Зойя, перекрикивая музыку, нагнулся к моему уху и прижался почти вплотную. - Аха-ха! Нас чуть не сцапали! Лука поджёг им задницу! Ты бы это видел! Как они тушили друг друга! Вот это зрелище! Надо было записать на камеру и показать тебе! Ливви!
        Он сильно похлопал меня по спине, Лука загадочно улыбнулся, будто знал то, о чём я не имел понятия.
        - И где машина? - спросил я.
        - Мы сбросили её в озеро! - сообщил Зойя, сгибаясь от смеха пополам. - Сдалась она нам?
        - Как всегда, - пробормотал я, отходя от братьев.
        Они постоянно угоняли какие-нибудь самые навороченные и последние модели, специально попадались на глаза стражам порядка, гоняли от них по городу, а потом, когда погоня приедалась, спокойно избавлялись от дорогой машины каким-нибудь варварским способом и смывались. На их благо, их ещё ни разу не поймали, хотя похожие физиономии висели почти на каждом углу. Таких, как мы, поймать не просто.
        Стоило мне отойти от братьев, как ко мне подскочила Памба. Высокая, как каланча, фигуристая и кудрявая блондинка улыбнулась мне и повисла на шее, поцеловав в щёку накрашенными в три слоя губами. Я поморщился, когда она отодралась от меня, а на щеке осталось что-то липкое.
        - Ливви, - протянула она, глядя на меня из-под опущенных ресниц.
        - Привет.
        - Как дела?
        - Ты должна лучше меня знать. Мне кажется, или на самом деле мы уже купили билеты до Австралии?
        Памба даже не смутилась.
        - Так ты согласен?
        - Уже нет, - покачал я головой. - Развлекайся.
        И как можно скорее отошёл от неё. Свободное место нашлось в самом углу на диване. Устало бухнувшись, откинул голову назад, стараясь отделаться от всего мира. Безумного мира...
        
        Мир вокруг тебя мелькает
        И сложнее всё понять.
        Ты один, а их всех много.
        Мир сошёл с ума опять...
        - Не мог бросить тебя, - услышал я голос Арозона.
        Распахнув веки, поднял голову. Передо мной, засунув руки в карманы, стоял мой лучший друг.
        - Ты же сказал, что поедешь домой, - напомнил я.
        - Знаю, но я передумал.
        Он сел рядом со мной, положив ногу на ногу. На нём до сих пор был его безупречный чёрный костюм с таким же тёмным галстуком. Сама элегантность. Если бы не его косичка, которая нравилась всем подряд, кроме меня, я бы сказал, что Арозон был настоящим... настоящим демоном.
        Да... демон. Выдумали же люди нам имена...
        - Ты мог бы переночевать и на работе, - сказал Арозон.
        - Снова? Я давно не был дома.
        Арозон улыбнулся и обвёл глазами переполненную гостиную, где гости вели себя, как хозяева и извивались в танце как дождевые черви. Я закатил глаза и опять откинул голову назад.
        - Всё ещё хочешь закончить своё существование? - снова встрял Арозон.
        - Думаю.
        - А как же я? - спросил он с сарказмом.
        - А что - ты?
        - Бросишь меня одного?
        - Пошли со мной.
        Арозон не ответил. Приподняв голову, посмотрел на него. Он сидел, глядя на свои руки, и о чём-то думал. Он казался мне таким умиротворённым, и вся эта шумиха вокруг нас, танцы на столе, веселье, отскакивали от Арозона, как от стеклянного купола, который он натянул на себя. Даже бьющая музыка, казалось, сделалась тише и отошла на второй план.
        - Что? - спросил я его.
        - Странно.
        - Что именно?
        - Самосожжение.
        Я усмехнулся.
        - Не бери в голову. Тебе ещё далеко до сумасшествия.
        - А ты уже?
        - Я думаю - да.
        - Псих, - покачал головой Арозон и грустно улыбнулся.
        - Ливви, идём танцевать! - воскликнула издалека Памба. - Ну, же!
        Я никак не отреагировал на неё, и она, обиженно надув губы, скрылась в толпе.
        Тут я вспомнил:
        - Когда меня больше не станет, оплатишь все мои счета, особенно, этот банкет?
        - Договорились, - легко согласился друг, не глядя на меня.
        - Я хочу сейчас, - слова вырвались быстрее, чем я успел о них подумать.
        Арозон не удержался и повернул голову в мою сторону, но не смотрел в глаза, а прямо в лицо. На секунду мне показалось, что его губы дрогнули. Чёрные глаза, которые всегда казались мне такими глубокими, сейчас были пустыми.
        - Прости меня, но я больше не могу, - одними губами произнёс я.
        - Я понимаю, - так же ответил он.
        - Не ищи меня.
        - Не буду.
        Мне хотелось сказать Арозону ещё что-нибудь. Что-то, что он запомнит, и будет хранить в сердце до скончания веков или собственной жизни. Но все слова как назло исчезли из моей головы. Нам не дано любить, но нам подобные существа способны обожествлять другие чувства и эмоции. Наша дружба была не просто дружбой. Мы всегда были как единое целое, как две ветви на одном дереве. И теперь я бросаю его.
        Я поднялся на ноги. Арозон опустил голову.
        - Ливви, иди к нам!
        Не обращая ни на кого внимания, я направился к выходу. Меня так же цепляли за руки и локти, стараясь остановить, но я шёл и шёл вперёд.
        Оказавшись на крыльце, я задрал голову к небу, наслаждаясь прохладным ветром, тёмно-синим небом, утыканным белыми точками.
        Пока. Пока.
        Я долго брёл по дороге, не задумываясь, куда именно держу путь. Мне просто надо остаться наедине с собой, чтобы ни одна живая душа не попала под мой замысел и не отправилась со мной на тот свет.
        На тот свет. Так странно. Мне всего пятьсот лет, а жизнь так наскучила. Может быть, я живу не так, как надо? А как надо? Не понимаю.
        Ноги переставлялись сами собой, но я шёл с ясной головой, я знал, что мне предстоит сделать, и даже руки не тряслись от страха. Нет, конечно, я не боялся.
        Тупик. Завернув за очередной угол какого-то незнакомого дома, понял, что дорога кончилась. Я уперся в каменную стену без окон и дверей. Асфальт здесь был сырым, хотя в городе давно не было дождя. Должно быть, сюда не доходят солнечный свет, и горстку пепла тут соответственно тоже не скоро обнаружат.
        На секунду я прислонился спиной к влажной стене, ни о чём не думая.
        Воспламенение. Я хочу воспламениться и не стать в этом мире.
        Приятное тепло в моём теле усилилось, кровь быстрее побежала по венам. Моргнув несколько раз, вместо серой темноты увидел ярко-алые полосы и завитки. В голове загудело, как будто внутри меня очутился пароход. Локти и колени заныли, и я упал на асфальт. Кожа по всему телу защипала, внутренности свело судорогами. Лёгкие будто исчезли из меня, я попытался вдохнуть воздух, но вместо этого выдохнул густой дым, который почти полностью заволок моё лицо. Сознание на секунды покидало меня, и я выносился из тела, видя себя со стороны - жалкое, скрученное человеческое тело на грязной земле.
        - Подожди.
        Я не сразу понял, что кто-то что-то сказал, Я думал, что остался один.
        Огонь, охвативший моё тело, сразу потух. Некоторое время перед глазами стояли белые пятна, но вскоре снова навалилась темнота, и я почувствовал рядом с собой кого-то. Подняв голову, увидел очертания чего-то маленького. Глаза привыкли к темноте, и этим маленьким оказалась девочка, лет дести. Я замер.
        - Подожди, - повторила она слабым голосом.
        Даже удивительно, как я смог расслышать её. С трудом поднявшись на ноги, я подошёл к ней. Она была очень маленькой и худенькой. Присев перед ней на корточки, заглянул ей в лицо. Тонкие черты лица и ярко-янтарные глаза делали её похожей на сову.
        - Подожди, - повторила она.
        - Чего ждать? - спросил я.
        Она вздрогнула всем телом и начала озираться по сторонам, игнорируя меня, будто я стал невидимым. Я сам посмотрел на себя, уж не отделился ли я от тела на самом деле? Нет. Я видел себя, я всё ещё жил. Но девочка не замечала меня.
        - Кто здесь? - прошептала она.
        Её тонкий голос казался чужим в этой тёмной подворотне.
        - Я.
        Она затряслась всем телом, вжимаясь в стену.
        - Нет, не надо.
        - Чего не надо? - удивился я.
        Она застыла, кажется, даже перестала дышать. Я протянул руку и дотронулся до её плеча. Она была одной из нас, глаза выдавали в ней скрытый огонь. Странно, что она не видит меня. Мы видим в темноте.
        От моего прикосновения она вздрогнула сильнее.
        - Что с тобой?
        - Кто вы? - Она упорно не смотрела на меня.
        И я понял. Она не не видела меня. Она не видела вообще.
        Я пригляделся к ней лучше. Янтарные глаза были будто поддёрнуто сероватой дымкой.
        - Ты не видишь? - зачем-то спросил я, хотя знал это наверняка.
        Она не ответила.
        - Что ты тут делаешь?
        Снова тишина. Я огляделся по сторонам. Куда я вообще забрёл? Какие-то высокие здания без окон, напоминающие заброшенный завод. Я никогда здесь не бывал за всю свою многолетнюю жизнь.
        - Как тебя зовут?
        В ответ молчание. Она не шевелилась и дышала урывками.
        Как она здесь оказалась? Её же точно кто-то привёл. Не могла она, ничего не видя, дойти досюда. И она же звала кого-то. Теперь я понял, что она останавливала не меня, а того, кто был вместе с ней и бросил тут.
        Моя рука до сих пор лежала у неё на плече. И вопреки всем законам, девочка была еле теплая. Мы в одночасье умираем от холода. Не думая ни секунды, я нагнулся к ней и выдохнул в лицо тёплый воздух. Её голова дёрнулась навстречу, но этого явно было не достаточно.
        Не думая больше ни о чём, даже о том, что только что был готов расстаться с жизнью, я подхватил девочку на руки. Она была такой лёгкой, я не чувствовал её веса. Она вцепилась в мой пиджак изо всех сил, не проронив ни слова.
        - Идём, - сказал я.
        Я поспешил обратно. Но на полпути замер. Ведь я не могу вернуться домой. Там ей не место. Она одна из нас, но ей нужен покой и тепло, а мой дом не самый лучший вариант. Мелькнула мысль вернуться на работу, но тут я вспомнил о квартире Арозона. Да, туда.
        Мы долго шли по тёмным кварталам, и я диву давался, как забрёл сюда. Когда мы вышли на освещённую высокими фонарями улицу, вздохнул с облегчением. Наверное, была уже ночь. Не понятно как мне удалось поймать такси. Как только мы сели на заднее сидение, девочка словно ожила. Должно быть, почувствовала, что мы больше не на улице. Она вдыхала в себя воздух, вертела головой, прислушиваясь к чему-то. Водитель, глянув на нас, пробормотал себе что-то под нос, но я не стал вслушиваться. Назвав адрес, я постарался прижать к себе девочку, так как боялся, что она умрёт от переохлаждения. На ней было надето только платье, некогда голубого цвета с белыми лентами не подходившее для сезона. Как она оказалась на улице в таком виде?
        Всю дорогу девочка ёрзала на месте, и когда мы приехали и вышли из машины, она снова окаменела, крепко вцепившись в мой пиджак.
        Арозон жил в высотке почти в самом центре города. В лифте девочка снова начала вертеть головой в разные стороны и даже открыла рот, чтобы что-то спросить, но передумала. На 10 этаже мы вышли в белоснежный коридор и подошли к одиноко стоящей двери. Ключи и всякая мелочь до сих пор лежали в карманах, и я беспрепятственно вошёл в квартиру.
        Новые запахи и тихие звуки в пустой квартире произвели на девочку впечатление. Она мелко затряслась, рот то и дело открывался, но она всё ещё молчала. Я пронёс её по длинному коридору с неоновыми светильниками в гостиную и усадил на вытянутый белоснежный диван, не заботясь о том, что мы оба были грязными. Как только девочка почувствовала под собой что-то мягкое, то тут же забилась в подушки и замерла, как мышка в норке. Я наблюдал за ней молча.
        Так мы просидели около минуты.
        - Меня зовут Ливви, - решил представиться я. - А тебя?
        Она не ответила. Глаза слепо смотрели вперёд. Я решил не оставлять всё просто так.
        - Ты голодна? У меня есть еда. Может быть, ты хочешь спать? Давно ты ничего не видишь? Как зовут твоих родителей?
        Девочка всё так же молчала. Я нетерпеливо вздохнул. И откуда она взялась на мою голову?
        - Ладно. Тебе надо обязательно согреться.
        Я поднялся с дивана, прошёл к белоснежному шкафу у телевизора и достал оттуда плед. Развернув его, накрыл девочку. Она зашевелилась, ощупывая руками ткань. Съехав ниже, она свернулась калачиком, но глаз не закрывала, таращась в темноту. Некоторое время я стоял, не шевелясь, наблюдая за ней. Чёрные волосы сбитые в ком, закрывали почти всё грязное лицо, пальцы с обгрызенными ногтями цеплялись за плед. Такая худая и беззащитная! Почему она молчит и ничего не говорит? Ведь её кто-то оставил там. Зачем? Почему?
        Я устроился в кресле рядом, продолжая наблюдать за девочкой. Через некоторое время её веки задрожали, а ещё спустя время, она уснула. Но спала она тревожным сном, почти всё время, вздрагивая и постанывая. Я старался не шуметь, чтобы не разбудить её. Казалось, стоит мне только громче вздохнуть, как она сразу проснётся.
        
        Глава 2
        СОМНЕНИЯ
        
        На моё удивление, Арозон вернулся домой около четырёх утра. Я услышал его шаги в холле, его тихое бормотание... Когда он вошёл в гостиную и увидел меня сидящего в кресле, замер на полпути, не поставив ногу на место. Наверное, минуту он просто смотрел на меня.
        - Я думал, ты ушёл, - тихо сказал Арозон.
        От его голоса девочка вздрогнула и раскрыла глаза. Арозон только сейчас увидел её, и непонимающе нахмурился.
        Прошла всего секунда, как она подскочила на месте, сбрасывая с себя плед. Её маленькое тело снова задрожало то ли от страха, то ли от холода.
        - Где я? Где я? - надломленным голосом бормотала она.
        Я поднялся с кресла и сел рядом с ней, схватив за руки. Её будто током ударило. Она тут же окоченела, превратившись в статую, слепо глядя перед собой янтарными глазками.
        - Тише. Я Ливви, помнишь?
        В который раз она оставила мой вопрос без ответа. Арозон шагнул ближе к нам, и девочка повернула голову в его сторону.
        - Здесь кто-то есть? Кто-то ещё?
        - Да. Мой друг Арозон.
        Девочка вцепилась в рукава моего пиджака с такой силой, что её худенькие пальчики побелели.
        - Не отдавайте меня никому. Не отдавайте меня никому.
        - Всё хорошо. Успокойся и ничего не бойся.
        Я попытался обнять её за плечо, но она не дала, крепко держа меня за рукава.
        - Как тебя зовут?
        Она снова не ответила.
        - Что с тобой случилось? Если ты не расскажешь, то я не смогу тебе помочь.
        Девочка опустила голову, судорожно вдыхая воздух. Арозон подошёл ещё ближе и присел перед нами на корточки. Ничего не говоря, он схватил девочку за подбородок и поднял ей голову чуть ли ни к самому потолку. Она отцепилась от меня и схватила Арозона за руки.
        - Что ты де?.. - Я не договорил, так как он знаком велел мне замолчать.
        Арозон приблизил лицо почти вплотную к лицу девочки, вглядываясь ей в глаза. Один раз она попыталась вырваться, но конечно, у неё ничего не получалось.
        - Ты не слепая, - минуту спустя сообщил Арозон.
        На моё удивление она ответила ему:
        - Я не слепая.
        - Ты просто на время лишилась зрения.
        - Д-да.
        Арозон убрал руки от её головы и мельком взглянул на меня.
        - Как тебя зовут?
        - Джасмин.
        Я удивлённо уставился на друга. Как... как он сумел заставить её говорить с ним? Чем он заслужил её доверие? Я знал эту кроху всего несколько часов, но мне было немного обидно, что именно с Арозоном она начала разговаривать. К тому же девочка не просто начала отвечать на вопросы, было видно, как она успокоилась.
        - Что с тобой случилось? - чуть растягивая слова, спросил Арозон.
        - Не знаю. Я просто потерялась.
        - Потерялась? - переспросил я.
        От звука моего голоса она снова подскочила, как ошпаренная. Что я сделал ей такого, отчего она так реагирует на меня? Я поднялся с дивана и отошёл от них. Арозон сел на моё место и обнял девочку одной рукой за плечо. Я повернулся к высокому окну, глядя на сереющее небо. Что-то непонятное и жгучее растекалось внутри меня. Кстати, я ведь хотел умереть сегодня...
        - Всё хорошо, Джасмин, - спокойно проговорил Арозон. - А теперь скажи нам, кто твои родители?
        - У меня нет родителей.
        - Тогда с кем ты жила?
        - С Ярой.
        Я отвернулся от окна и с интересом посмотрел на девочку. С Ярой? Яра, девушка, с которой я не одиножды проводил время. Великолепная танцовщица...
        - Как ты к ней попала?
        - Я не знаю. Я всегда была с ней.
        - И где же Яра теперь?
        - Я не знаю. Наверное, дома...
        - Она оставила тебя там? - не удержался я.
        Джасмин не ответила, что в конец добило меня. Я красноречиво посмотрел на Арозона, и он спросил:
        - Так Яра оставила тебя, да?
        - Я не знаю. Мы гуляли с ней. Мне стало холодно, я попросила у неё шарф. Она всегда брала с собой шарф. А потом я перестала видеть. Мне было очень холодно. Я звала её, но она не отвечала. Я подумала, что она просто ушла дальше, а я отстала.
        Я вспомнил, как она говорила "подожди", когда встретила меня.
        - И ты не видишь ничего, как только тебе стало холодно?
        - Да.
        - Тогда, тебе надо отогреться. Как насчёт горячей ванны?
        Горячая ванна? Как я сам не додумался до этого? Идеальный способ вернуть зрение девочке. Конечно, было бы лучше бросить её в горящий камин, но не знаю, выдержит ли её маленькое тело такой нагрузки.
        Джасмин пожала плечами. Арозон попытался подняться с дивана, но она крепко вцепилась в него.
        - Не оставляйте меня!
        - Я просто пойду и наберу тебе горячей воды. К тому же, с тобой побудет Ливви.
        - Нет, пожалуйста!
        Арозон посмотрел на меня виноватыми глазами. Я махнул на него рукой, и сам прошёл в его ванную комнату. Там включил горячую воду, и пар в секунды окутал всё пространство.
        Когда я вернулся в гостиную, Арозон всё ещё сидел рядом с девочкой, но по глазам я понял - он ждал меня. Друг долго смотрел мне в глаза, изучал взглядом всё моё тело, и я понял, как он рад видеть меня сейчас целым и невредимым. Мне стало стыдно перед ним. Я не сделал то, что хотел сделать, зазря потревожил его, заставил волноваться и переживать. Возможно, он больше не отпустит меня.
        Взяв девочку на руки, Арозон понёс её в ванную, ловко открыл дверь ногой и скрылся из виду. Я бы не удивился, если он остался бы там и помог ей - такой уж он человек. Но на моё удивление он вернулся быстро.
        - Она не хочет, чтобы ей помогали, - сконфуженно улыбнувшись, сказал он.
        И почти сразу между нами возникла неловкая пауза, которую я и ожидал. Мне было стыдно всё же...
        Мы подошли к дивану. Арозон скатал плед в рулон и положил обратно в шкаф. По его лицу легко читались вопросы, которые он хочет задать, но не стал тянуть его за язык.
        - Почему ты не ушёл? - наконец, спросил он, врезавшись в меня взглядом.
        - Я хотел, но не получилось.
        - Не смог?
        - И да, и нет. Я увидел эту девочку, и не мог оставить её там одну.
        Арозон улыбнулся и посмотрел на дверь, отделяющую нас от Джасмин. Было слышно, как плещет вода.
        - Я ей благодарен. Как только ты ушёл, я хотел броситься за тобой и попросить остаться. Но не сделал этого, потому что это всё же был твой выбор.
        - Прости.
        - Не извиняйся. Это я слабак.
        Я не удержался и улыбнулся.
        - И это говорит один из самых сильных демонов, которых я знаю. На сколько лет ты старше меня? На сто-двести?
        - 249, если быть точнее.
        - Ну вот, видишь.
        Арозон грустно улыбнулся.
        - И ты ещё не сошёл с ума, - заметил я.
        - Без тебя дело пошло бы быстрее.
        Он произнёс это тихо, еле шевеля губами. Я почувствовал себя ещё больше виноватым. И о чём я думал? Конечно, в первую очередь о себе. А ведь есть ещё и Арозон. Мне захотелось извиниться ещё раз, но тут из ванной донёсся вскрик, и мы оба поспешили к Джасмин.
        Она сидела в огромной для неё ванной, погрузившись в воду по шею. Как только мы вошли, она повернулась к нам, глядя прямо на нас. Глаза сверкали так ярко, что было видно даже сквозь пар. Я мог поспорить, что из-за тепла, которое она получила, зрение снова вернулось к ней.
        - Ай! - ещё раз вскрикнула она, скрываясь в ванной по самый подбородок. - Что вы делаете? Выйдите!
        - Что такое? - испугался Арозон. - Ты кричала...
        - Потому что зрение вернулось. Выйдите!
        Она махнула на нас своей маленькой ладошкой, и я почувствовал себя так, будто меня выставили из собственного дома. Арозон усмехнулся и покинул ванную, потащив меня за собой. Плотно закрыв дверь, он повернулся ко мне с весёлой улыбкой. Казалось, этот инцидент невероятно развеселил его, тогда как я чувствовал себя никому не нужным и по-детски обиженным.
        - Странная девочка, - заметил Арозон.
        У меня не нашлось слов, и я только пожал плечами.
        Джасмин вышла из ванной через полчаса, завёрнутая в большой для неё халат Арозона. Подол волочился за ней по полу, и она аккуратно, как пышную юбку подбирала халат спереди. Увидев девочку, мне показалось, что её подменили. Лицо стало чистым, а влажные волосы длинной волной лежали на спине. Тонкие черты лица выглядели не по-детски взрослыми, особенно, глаза... они не могут принадлежать обычному ребёнку.
        Джасмин замерла напротив нас, глядя то на меня, то на Арозона. Мой друг довольно посмотрел на неё и шагнул ближе. Она чуть вздрогнула и отошла назад.
        - Что такое? - спросил он.
        Джасмин секунду о чём-то думала, и покачала головой. Возможно, только я понял, что к чему. Она слышала наши голоса, но не видела наших лиц, и не была уверена, кто из нас и был Ливви, которого она по неведомой причине избегала. Арозон с улыбкой указал на диван, но девочка прошла к креслу и села на него, поджав под себя ноги. Глядя на нас своими взрослыми глазами, она заставляла чувствовать меня под прицелом тысяч камер. Она будто просвечивала меня всего рентгеном.
        - Хорошо, что зрение к тебе вернулось, - нарушил тишину Арозон. - И нам надо связаться с Ярой, чтобы ты смогла вернуться...
        Джасмин испуганно посмотрела на нас, но ничего не сказала. Кажется, она не горит желанием возвращаться к Яре.
        - Ливви, ты этим займёшься? - посмотрел на меня Арозон.
        - Да-да, конечно.
        Джасмин поджала губы на мои слова, и это не понравилось мне. За кого она меня принимает? Что я ей успел сделать? Всего лишь спас жизнь. Как и она мою, возможно.
        - Вот и отлично, - было видно, как Арозон всеми силами пытается избежать неловких пауз. - Сейчас пять утра. Как насчёт раннего завтрака? Что ты любишь?
        - Оладьи, - опасливо глядя на нас, ответила она.
        - Какое совпадение! Я тоже.
        Я не удержался и закатил глаза. Арозон ненавидел оладьи. Сколько его помню, он всегда предпочитал на завтрак омлет. На что он только не пойдёт ради девочки. С чего такая любвеобильность с его стороны? Загадка.
        - Ты пока отдохни здесь, а мы с Ливви пойдём на кухню. Как только приготовим, то сразу позовём тебя, договорились?
        Джасмин кивнула, и мы покинули гостиную.
        В большой кухне было по-хирургически чисто. Арозон был самым заядлым поваром из всех, кого я когда-либо знал, он всегда держал зону своей работы в постоянной готовности. И сейчас, пройдя мимо чёрных столов, он, не рыская повсюду в поисках сковороды и всякой дребедени, нырнул головой в нижний ящик, достал оттуда тарелку, венчик и повернулся к металлическому холодильнику. Глядя на него, я устроился на высоком стуле за столом по другую сторону. Уж кто-кто, а я просто ненавидел готовить.
        - Оладьи? - спросил я.
        Арозон развёл руками и, спохватившись, снял с себя пиджак и кинул его мне. Быстро намешав тесто, он включил плиту и, дожидаясь пока нагреется на ней сковорода, повернулся в мою сторону.
        - Ну, и?
        Он говорил тихо, нагнувшись через стол ко мне.
        - А что? Всё это очень необычно и странно, - прошептал я. - Никогда не знал, что у Яры в доме живёт ребёнок. На мать она не тянет, не думаешь?
        - Ты ещё спрашиваешь? У неё ветер в голове, а тут - дитя. Надо всё у неё выяснить. Справишься?
        - Ты же велел...
        Арозон нетерпеливо покачал головой.
        - Ты ведь близко был знаком с Ярой. И ни разу не видел у неё Джасмин? Как такое могло случиться?
        Я улыбнулся:
        - Дорогой друг, ты сам понимаешь, зачем я ходил к Яре и, соответственно, должен понимать, что маленькой девочке там не место...
        Арозон брезгливо поморщился, и я тихо рассмеялся.
        - Я не про это. Почему Яра не говорила, что у неё растёт маленький демон? Ведь ты лучше меня знаешь Правила, Ливви, насчёт родственных связей. Нельзя, повторяю, нельзя не то, чтобы прерывать их, а даже вмешиваться!
        - Может быть, её родителей убили?
        - Мы бы знали это. В Совете должны знать всё обо всех.
        Я равнодушно пожал плечами:
        - Я давно уже там не был. Ты же знаешь, я решил покинуть этот мир, а тут... такое.
        - Мы должны выяснить всё.
        - Я спрошу у Яры, не беспокойся.
        - Я и не беспокоюсь. Только...
        - Что?
        - Ты заметил, что Джасмин не очень сильно хотела возвращаться?
        Я кивнул.
        - Тогда пусть Джасмин останется у меня.
        Мне показалось, что я ослышался. Я перегнулся через стол, схватил друга за рубашку и притянул ближе к себе.
        - Что ты сказал?
        - Тебе, правда, повторить?
        - Арозон, ты сошёл с ума!
        - Тише, не кричи, она услышит.
        - Я, может быть, тебя удивлю, но мне плевать.
        - Конечно, тебе не плевать, Ливви, - упрямо покачал головой Арозон. - Ты спас ей жизнь, а значит...
        - Это не значит, что я хочу её оставить у тебя. У нас. Ты не знаешь, кто она такая. Может быть, она нагло соврала нам про Яру. Может быть, она страшное существо, которое...
        - Постой! - Арозон тихо засмеялся. - Какое ещё страшное существо? Ливви! Она маленькая девочка. И тебе ли её бояться?
        - Надо хотя бы выяснить всё про неё.
        - Пока мы и будем выяснять, она поживёт у нас. У меня в квартире, если хочешь. К тебе в дом она соваться не будет.
        - Сделай милость, - прошипел я, вскакивая со стула.
        - Постой, ты куда?
        - Домой.
        - Подожди!
        Арозон обогнул стол и успел схватить меня за руку, прежде чем я покину кухню.
        - Ливви, ты что?
        Я недовольно уставился на него.
        - Ливви, неужели мы поссоримся из-за неё?
        Эти слова вернули мне частичку разума. Я вздохнул.
        - Нет. Просто... Твои слова как-то странно повлияли на меня. Даже самому удивительно.
        Арозон вдруг понимающе улыбнулся.
        - Я знаю. То же самое я чувствую, когда ты начинаешь рассказывать мне о своих любовных похождениях.
        - Их давно уже не было, - пробормотал я.
        - Да, - просто ответил Арозон.
        Сейчас я почувствовал себя настоящим дураком. Сам не знаю почему. Друг похлопал меня по плечу и вернулся к нагревшейся плите. Я минуту простоял в проёме двери, думая о чём-то. В голове всё путалось.
        Наскоро настряпав несколько лепёшек, Арозон достал из холодильника банку вишнёвого джема, мелко задрожав, когда холод коснулся его тела. Намазав большой ложкой каждый оладышек, он налил в высокий стакан чёрного чая, поставил всё на поднос и, прежде чем выйти в гостиную, попросил меня захватить бумажные полотенца. Чувствуя себя прислугой, я шёл следом за другом по узкому коридору и вначале не понял, почему он остановился. Выглянув из-за его плеча, увидел Джасмин. Она спала на диване, свернувшись клубочком. Её мокрые волосы разметались по белоснежной подушке, оставляя серые полосы. Большой халат служил ей ещё и одеялом, и она легко спряталась в нём.
        - Приятного аппетита, - пробурчал я, складывая полотенца на поднос Арозона.
        - Подумаешь, уснула. - Пожал плечами друг и развернулся обратно к кухне.
        Мы провели там всё утро. Арозон приготовил омлет, который мы быстро смели прямо со сковороды. Я всегда отдавал предпочтение недожарившемуся мясу, поэтому вслед за омлетом мне был подан бифштекс с кровью. Запив всё горячей водой, почувствовал, как жар с новой силой начинает бегать по моему телу. В носу защипало, и я с наслаждением выдохнул облако дыма. Арозон прибрал кухню после нашего завтрака и, глянув на часы, предложил отдохнуть, так как ночка действительно выдалась та ещё.
        - Иди, спи, - махнул я рукой.
        Я давно не спал, только дремал, но это не заменяло мне полноценный сон. Я чувствовал себя выжитым, как лимон, в котором ещё осталась кислинка. Да, я на что-то был годен, но силы покинули меня вместе со сном. И что мне нужно, чтобы снова лечь в постель и уснуть, не просыпаясь хотя бы как минимум три часа? Мне ужасно хотелось этого, но кто-то лишил меня такого удовольствия.
        - Удачи тебе в твоём нелёгком начинании, - сказал я на прощание Арозону, глянув на спящую Джасмин.
        - Ты помнишь про Яру?
        - Да-да, конечно. Сейчас прямо к ней. А потом на работу. А может быть и наоборот.
        Он проводил меня до дверей, и мы разошлись. Пока я ехал в лифте все 10 этажа в пустой кабине, мне казалось, что мысли мои остались в комнате с девочкой. Я всё думал и думал о ней. Кто же она такая? Как же оказалась у Яры? Единственным лекарством от этих назойливых вопросов был поход к девушке, которую я знал очень долго, но которая по неведомой причине скрывала существование у неё ребёнка.
        
        Глава 3
        ПОПЫТКА
        
        Я долго шёл по пустой дороге, глядя в светлеющее небо. Мне не предназначалось видеть очередной рассвет, и я не понимал, как должен отнестись к продолжению своей жизни. Что изменилось? Какова моя причина всё ещё нахождения в этом мире? Простой ответ на вопрос, конечно, девочка. Она не дала совершить мне самосожжение. Но теперь, когда она у Арозона, и он без сомнения позаботится о ней, почему я не могу вернуться обратно в глухую часть города и спокойно встретить свою смерть? Тяжёлый ответ на этот вопрос снова девочка. Я шёл и осознавал, что мне не очень хочется видеть Яру и всё расспрашивать у неё. Я делал это только ради самого близкого друга, но ни как из-за самого дитя. Она вызывала у меня противоречивые эмоции, я сам толком не мог понять, что я чувствую, когда вспоминаю её худенькое лицо, тёмные, чуть вьющиеся волосы и янтарные глазки. Она была очень красивой для ребёнка своего возраста. Да... Как-то по-взрослому привлекательна. Что-то было в её взгляде, движениях рук, повороте головы. Возможно, она вырастет очень обворожительной демоницей, и Арозон сойдёт от неё с ума. Если ещё не сошёл.
        До дома Яры, двухэтажного милого коттеджа с живописным садиком, который абсолютно не вязался с образом самой хозяйки, я дошёл на удивление быстро. Глянув в пустые окна, посмотрел на часы. Почти шесть утра. Хозяйка, должно быть, уже спит. Потоптавшись на месте, вошёл через низенькую белую калитку и, скрепя гравием, подошёл к двери, постучал в молоточек в вид головы льва и стал ждать.
        - Кого принесло?! - почти сразу раздалось за дверью.
        Послышался звук быстрых шагов, и через мгновение, дверь распахнулась настежь.
        Передо мной стояла высокая блондинка с неестественно большими губами в домашнем цветастом халате. Грозно глядя на меня из-под насупленных бровей, она напоминала мне рассерженную рыбку гуппи. Несколько секунд она не понимала, кто стоит перед ней и всё так же зло смотрела на меня. Но потом, как по взмаху волшебной палочки, её лицо вытянулось, губы расползлись в улыбке.
        - Ливви! - воскликнула она на всю пустынную улицу.
        Ничего больше не говоря, она крепко обняла меня без моего согласия. Её волосы закрыли мне весь обзор, несколько прядей попали в рот. Я брезгливо отпрянул.
        - Привет, - без особого энтузиазма сказал я.
        Она же наоборот была так рада меня видеть, что буквально источала сияние. Фиолетовые глаза загорелись внутренним огнём. Схватив мою руку, она затащила меня к себе.
        - Я так рада, - всё повторяла она.
        Я оказался в тёмной прихожей с обоями в цветочек и двумя абажурами над головой. Яра не стала задерживаться здесь и протащила меня в миленькую до тошноты и уютную гостиную с мягким диваном, кофейным столиком и большим камином, который погас, судя по тёплым углям, совсем недавно. Усадив меня, она повернулась к камину, взмахнула рукой, и огонь тут же запылал, озарив её фигуру тусклым оранжевым светом.
        - Я очень, очень рада, - в сотый раз повторила она, усаживаясь со мной рядом.
        Она не просто села около меня, Яра пододвинулась вплотную, положив одну ногу на мои колени. Её ладони уже нырнули под пиджак, но я успел остановить её.
        - Спокойнее. Я здесь не за этим.
        Яра замерла. Кажется, её никто и никогда так не удивлял.
        - Да? А зачем же тогда? - поражённо спросила она, хлопая своими большими глазами.
        Я решил перейти сразу к делу:
        - Кто такая Джасмин?
        Минуту я смотрел на её застывшее лицо. Она убрала свою стройную ногу с моих колен, поправила халат и волосы.
        - Джасмин? - наивно переспросила она. - А кто такая Джасмин?
        - Я это у тебя и спрашиваю.
        - Впервые слышу.
        - Ты уверена? Джа-смин.
        - Уверена.
        - И почему мне кажется, что ты врёшь?
        - С чего бы мне тебе врать?
        - Действительно.
        - Ливви, милый. - Она повернулась ко мне и ласково посмотрела на меня. - Ну, что ты спрашиваешь меня о чём-то непонятном? Может, пойдём наверх? Ты давно у меня не был...
        - Нет, Яра, - резко прервал я. - Ответь мне - кто такая Джасмин? Как она у тебя оказалась?
        - Да какая Джасмин? - Она вскочила на ноги, как ошпаренная. - У меня нет никакой Джасмин! Можешь обыскать весь дом!
        - Я знаю, что её сейчас у тебя нет.
        - Ну, конечно, нет!
        - Она у Арозона.
        Яра осеклась. Секунду она о чём-то думала.
        - Тогда иди и спроси у своего Арозона, кто она такая. Откуда я знаю?
        Я глубоко вздохнул. Как же не хочется обо всём этом разговаривать. Единственное, о чём я подумал с надеждой, это о входной двери Яры - скорее бы до неё добраться.
        - Я нашёл её сегодня ночью и привёл в дом Арозона. Она рассказала нам, что жила с тобой, что вы пошли гулять, и ты её бросила.
        - Что?! - взвизгнула Яра. - Ливви! Ты притащил в дом какую-то девчонку, которая невесть что наболтала тебе, и ты поверил?! Да может быть, она была специально подослана тебе кем-то!
        - Признаюсь, у меня была такая мысль, - честно сказал я.
        - Ну, вот видишь!
        - Но я почему-то не поверил самому себе. Ты знаешь, что девочка от холода ослепла?
        Яра никак не отреагировала. Я поднялся на ноги и подошёл к ней вплотную. Она чуть обмякла и томно посмотрела на меня. Я знал, какое впечатление произвожу на особей женского, да и мужского пола и не редко пользовался этим.
        - Яра. Ответь честно.
        Она схватилась за мой пиджак, не отрывая от меня глаз. Прикрыв веки, она потянулась ко мне с выпяченными губами, и я легко поцеловал её. Она расстроено простонала.
        - Джасмин не твоя дочь, - прошептал я ей на ухо.
        - Нет, не моя.
        - А чья? И как она к тебе попала?
        - Ливви... пойдём наверх...
        Я тут же отошёл от неё и снова сел на диван, скрестив ноги. Яра исподлобья посмотрела на меня. Догадавшись, наконец, что ничего от меня не получит, она прошла к креслу и села в него, утонув в мягких подушках.
        - Я жду.
        - Что именно тебе рассказать?
        - Я уже спросил - как она к тебе попала, и кто её родители? Почему ты молчала о ней?
        - Хм... - Яра задумчиво посмотрела на меня. - Я её нашла на улице. Ей было всего несколько дней от роду. Кто-то просто выкинул её, я думаю.
        - Ты просто так взяла её себе и растила все эти десять лет?
        - Ей девять. Да, а что? Тебя что-то удивляет?
        - Да. И за эти девять лет ты не привязалась к ней так, что легко смогла бросить на улице умирать?
        Яра сжала руки в кулаки. По её лицу было видно - она не намерена отвечать. Всё начало казаться мне утомительным и ненужным.
        - Я спешу, - сказал я. - Давай быстрее закончим с этим. Если ты нашла её на улице, то соответственно, не знаешь и родителей. Тут можешь не отвечать. Но я не уйду из твоего дома, пока ты не скажешь, почему оставила её одну на улице и почему молчала о ней.
        Яра покачала головой, глядя прямо перед собой. Казалось, она меня не слушала и в мыслях пребывала где-то в другом месте.
        - Яра!
        - Извини, Ливви, но я не знаю...
        - Не знаешь, почему бросила её? Яра, это не шутки. Если в Совете узнают, что у тебя всё это время жил ребёнок, тебе несдобровать.
        Она поднялась на ноги и отошла к пылающему камину. Бледными пальцами Яра ухватилась за деревянную полочку с мелкими сувенирами и долго смотрела на огонь.
        - Ливви, - наверное, спустя минут пять, позвала она. - Ты же знаешь, все без ума от тебя. Все. И я в том числе. Конечно, это не любовь, куда нам до неё? Но... но ты мне дорог. Очень. И я не хочу, чтобы эта девочка была рядом с тобой.
        Её голос немного дрожал, она продолжала стоять спиной ко мне, но я знал, что по её щекам скатились несколько слезинок. Не знаю почему, но это меня не тронуло, а скорее наоборот, вызвало какое-то отвращение от её сентиментальности.
        - Ну, во-первых, эта девочка находится не со мной, а с Арозоном; во-вторых, я всё ещё жду ответа на свои вопросы - почему ты скрывала её и почему оставила замерзать. И, в-третьих, ты должна знать лучше остальных, что твои... сострадания, да, назовём их так, мне не нужны.
        - Я так и думала, - пробормотала Яра. - Поэтому и не скажу тебе о ней больше ни слова.
        - Ты ведёшь себя, как пятилетняя девчонка.
        - Прости, Ливви. Делай со мной что хочешь, но я не скажу. Но, пожалуйста, держись от неё подальше. Доверься мне.
        - Ты поэтому оставила её на улице, да? Сама решила держаться от неё на расстоянии?
        Яра повернула ко мне голову и пристально посмотрела.
        - Я ничего не скажу.
        - Как хочешь.
        - Ливви, прости меня, но... я боюсь.
        Я махнул на неё рукой, и она тут же залилась слезами, как непризнанная актриса. Закрыв лицо руками, она прошла к дивану и упала на него. От этой дешёвой театральщины меня затошнило.
        Интересно, что скажет на это Арозон?
        Я покинул дом Яры, оставив её в слезах. Она до ужаса надоела мне, и я нуждался хоть в какой-то встряске. Может быть, работа поможет мне отвлечься?
        Линды, как и полагалось, не было ещё на рабочем месте. Я вошёл в свой кабинет, вспоминая о том, как вчера мысленно прощался с ним. Всё казалось мне новым, из другой жизни, хотя бумаги на столе лежали в том же порядке, в котором я - Я - оставил их. Включив компьютер, просмотрел вчерашние файлы, увидел пару ошибок, исправил. Мобильный телефон, оставленный мной здесь вчера, лежал не тронутым. Зато корзина с мусором под столом была пуста. Я замечал все мелочи, до которых раньше не было дела. Я ведь уходил отсюда, думая, что больше никогда не вернусь. И да, кстати, я в том же самом костюме, что был и вчера. Неудобно как-то. И сама мысль меня вдруг рассмешила. Я расхохотался в голос, громко ударив ладонью по столу. Потом прошёл к примостившемуся в углу бару и налил себе виски. Заглотнув всё целиком, я подошёл к окну и посмотрел вниз. Город просыпался. Скоро появится и Линда.
        Весь рабочий день прошёл рутинно. Правда, после обеда снова залетела Латиша, размахивая передо мной своей сумочкой и вереща, что я не имел никакого права ходить к Яре. Удивительно, как расползаются сплетни. Как отравляющий газ, не видящий преград. Хотя, я рад, что Латиша пришла. Она сумела вывести меня из какого-то странного ступора, и я немного оживился. В ответ на крики ревнивой демоницы, я схватил её за горло и хорошенько прожарил все её внутренности, и она вышла из моего кабинета, слегка дымясь. На вечер отпустил Линду пораньше, да и сам оставил несколько дел незаконченными. Домой пришлось добираться пешком. "Бентли" всё ещё был в родном гараже, и о нём на время забылось.
        Дома не было ни души. Удивительно! Я даже проверил номер дома - туда ли завернул? Раньше, лет десять назад, я бы очень огорчился, что в гостиной непривычно пусто, но теперь был рад, что никто не мешает мне преодолеть расстояние от входной двери до собственной спальни и никто не намеревается пойти в душ вместе со мной. Приведя себя в порядок, спустился на кухню и приготовил кофе. Лишь тогда, сел на диван и набрал Арозона.
        - Не прошло и года, - вместо приветствия произнёс друг.
        - Мог и не звонить вообще.
        - Ты был у Яры?
        - Сразу после тебя.
        - И?
        - Ничего. Она не захотела мне ничего говорить.
        - Давай серьёзно. Я целый день, как на иголках.
        - Я честен с тобой.
        Наверное, с минуту в трубке не было ничего слышно.
        - Ливви. Она просто сказала тебе, что не хочет с тобой о ней разговаривать?
        - Да.
        - И ты просто ушёл?
        - А что мне ещё оставалось делать?
        - О, Ливви, ты меня удивляешь! Ты мог бы вытрясти из неё всю правду!
        - Мне оно надо?
        - Оно надо мне! Я должен узнать о девочке хоть что-то! Она мне почти ничего не говорит и держится закрыто. У меня возникают странные мысли.
        - Ну, вообще-то, Яра посоветовала нам держаться от девочки подальше.
        - Яра так велела?
        - В самую точку.
        - Но почему? Что плохого в... погоди минутку. Что такое, Джасмин?
        Он отвернулся от трубки, но всё равно до меня доносился его приглушённый голос.
        - Ты не можешь достать до верхней полки? Сейчас я тебе помогу. Алло, Ливви? Я тебе перезвоню.
        И мой лучший друг бросил трубку. В шоке я просидел без движения целую минуту. Арозон прервал наш разговор из-за того, что какая-то неизвестная девчонка не смогла дотянуться до верхней полки? Что всё это значит? Я был оскорблен до глубины души, даже не знал, что так вообще можно обидеть человека. Во мне тут же взбунтовалась детская мстительность, и я поклялся себе, что как только Арозон мне перезвонит, я не буду брать трубку.
        
        Глава 4
        ОБИДА
        
        Расстроенный и подавленный я поднялся в спальню и переоделся в рубашку с джинсами. Лучше уйти из дома, чтобы не соблазнить себя разговором с лучшим другом. Когда я уже был на пороге, зазвонил домашний телефон, но я быстро покинул дом и поспешил к машине в гараж. Именно сейчас я почувствовал себя пятилетним ребёнком, который одновременно боится родителей, не хочет их ослушаться, но в тот же момент желает им насолить, так как они из-за своих взрослых проблем не замечают меня, маленького и беззащитного. Ужасное сравнение, я давно был маленьким, но больше ничего не шло в голову. Мобильный я, кстати, тоже оставил на столике перед телевизором, так что Арозону непросто будет со мной связаться.
        В родной машине я расслабился и целую минуту просто сидел и ничего не делал. Затем, обдумав планы на вечер, решил съездить в клуб "Дыши огнём". Давно там не был, и думаю, меня там будут рады видеть, тем более что в этом заведении часто собирались наши.
        "Дыши огнём" пользовался популярностью и среди людей, но попасть туда было очень не просто. Хозяином был мой друг Воурт. Мы родились с ним в один год, но он, в отличие от меня, жизнью только наслаждался, а не убивался по поводу её однообразности.
        Припарковавшись в центральной части города, я прошёл мимо длинной толпы неунывающих людей, которые не теряли надежду попасть в клуб, поздоровался с охранником и вошёл в чёрное здание с неоновыми светильниками. Оказавшись в узком красном коридоре, я почувствовал духоту и жар. Тело приятно расслабилось, и я поспешил в главный зал, где собрался народ. Пройдя по мягкому чёрному ковру, оказался около широкой мраморной лестницы, ведущей вниз. А там, у моих ног, между красными диванчиками и столиками теснились разгорячённые извивающиеся в танце тела. На постаментах танцевали неземной красоты девушки, а на главной сцене выступала Латиша, бросая из одной руки в другую яркое шарообразное пламя. Даже издалека я усмотрел, как в её чёрных пышных волосах искрится огонь, и как глаза сверкают неподдельным сиянием. Осмотрев всех, я медленно спустился с лестницы и прошёл к отдельно стоящим кабинкам. Почти сразу меня начали окликать с разных сторон, желая заманить к столикам. Но я шёл прямо, не оглядываясь, мечтая, чтобы они, наконец, сообразили - мне нет до них никакого дела.
        Стройная девица с накрашенным в три слоя лицом отодвинула для меня шторку, и я вошёл в тускло освещённую кабинку с мягкими диванами и круглым столиком с красной скатертью. Неоновые светильники были и тут.
        - Что-то будете заказывать, господин ЛеМарко? - спросила всё та же девушка.
        - Нет, ничего. Позови лучше Воурта.
        - Хорошо, сейчас.
        Она вышла, оставив меня одного, чему я был очень и очень рад. Развалившись на диване, впитывал в себя жар и духоту, слушал бьющую музыку, позволяя конечностям расслабиться. Кожа неприятно засаднила, и я провёл пальцами по руке, закатав рукава. Верхний слой кожи начал шелушиться, и я стряхнул тонкий слой пепла прямо на пол. Скоро снова придётся менять тело...
        Воурт пришёл довольно скоро. За ним следовала другая девушка. В руках она держала поднос с двумя бокалами и высокой чёрной бутылкой.
        - ЛеМарко, как я рад! - воскликнул Воурт, забирая у девушки ношу и ставя её передо мной на столик. - Давненько тебя не видел!
        Он сразу схватил бутылку и налил бесцветной жидкости.
        Воурт, демон в теле низенького старичка с длинными седыми волосами, разбросанными по плечам и с наглой ухмылкой, всегда был не прочь выпить с друзьями и без. Морщинистыми, но сильными пальцами он подхватил свой бокал и поднял его в мою честь. Я последовал его примеру, и мы выпили. Обжигающая жидкость приятно засаднила горло, и я уже сам налил по второй.
        - Как жизнь, ЛеМарко? - глядя на меня азартными блестящими глазами, спросил Воурт.
        - Всё так же. Стоит на месте.
        - Всё время стоит? - захохотал Воурт.
        Как всегда я пропустил его колкость мимо ушей и выпил ещё.
        Алкоголь - это что-то. Чуть ли не единственное изобретение человека, действующее на нас. Оно так же било в голову со страшной силой.
        - Ну, а в остальном? - спросил Воурт. - Арозон говорил, что ты не в духе.
        - А что ещё он говорил?
        - Что жизнь тебя поизносила.
        - Да. В этом он прав.
        Воурт посмотрел на меня, как на идиота.
        - И это говорит мне ЛеМарко? Слушай, друг, ты случайно его не подменил? Никак не узнаю вас в гриме. Неужели ты насытился всей своей славой, всеми прелестями жизни и всеми красотками земли? Зуб даю, что каждая индивидуальна! Уж поверь мне! Сейчас в клубе есть несколько человечков. Думаю, тебе они понравятся. Одну, ладно уж, даю на сожжение.
        - Заткнись, - отмахнулся я. - Ты думаешь только об одном.
        - И ты раньше тоже думал об этом! Что с тобой случилось? Сколько тебя помню, а это значит всю жизнь, девки сами вешались на тебя и им плевать было в каком ты теле. А... постой-постой! - Воурт откинулся на спинку дивана и издалека посмотрел на меня прищуренными глазами. - Постой-постой... Уж не хочешь ли ты сказать, что ЛеМарко, наконец, повзрослел? Хи-хи-хи! ЛеМарко вырос! Стал тем, кого так хотят видеть в Совете!
        - Я в Совете уже пять лет, если ты забыл...
        - Плевать! Зато теперь ты тот, кто будет не просто приходить туда для галочки, а что-то делать полезное для нашего мира! Сколько новеньких сейчас в клубе? И сколько из них знают, как вести себя? Они все полудурки и лезут на рожон! И именно ты их можешь усмирить! Знаменитый ЛеМарко, бывший бесшабашный ловелас, сейчас строгий смотритель! Хи-хи-хи! Расскажу Дорис, она ни в жизнь не поверит!
        - Ты болтаешь чепуху...
        - А вот ты спроси у Элли или Дафны! Насчёт последней не знаю, но Элли мне как-то обмолвилась, что все они ждут помощи только от тебя, но я тогда ей не поверил. Зато сейчас... Да-а... Зато сейчас ты покажешь им всем где раки зимуют! Ты Арозону говорил?
        - Я не хочу сейчас об этом разговаривать. Вы все просто-напросто болтаете невесть что. Я устал от всего. От всего! Мне нет надобности усмирять всех ваших новичков...
        - Наших? Почему они наши? Они и твои тоже! Ты тоже живёшь в этом мире!
        - Ещё вчера я хотел уйти из него, - буркнул я.
        Воурт, уже готовый выпить шестой по счёту бокал, замер, не донеся руку до рта. Его морщинистое лицо на миг разгладилось, и он посмотрел на меня, как будто перед ним сидел не я, а кто-то другой. Я понял, что сказал лишнего, но не подал виду.
        - Что ты сказал? - прохрипел Воурт, с громким стуком ставя бокал на место. - ЛеМарко, что ты болтаешь, кот тебя дери?!
        - Вот только не начинай, как старая жёнушка...
        - ЛеМарко! А, ну! Повтори!
        - Меняй тело на молодое со здоровыми ушами...
        - Ливви! Что это за новости? Ты хотел... ты... Самосожжение?
        Я вздохнул и развёл руками. Воурт подскочил на ноги так резко, что не вязалось с его старческим обликом, и заходил по кабинке взад и вперёд. Я выпил ещё, считая его шаги. Он не смотрел на меня, что-то бубнил себе под нос. Слова постепенно обретали смысл.
        - Вот это ты меня удивил! Я всегда думал, что ты будешь жить всегда. Вечно. Ты никогда не казался мне сломленным человеком, и теперь, слыша от тебя такие слова... Они ставят меня в тупик! Это значит, что... что я совершенно не знаю тебя, что ты скрываешься от меня по неизвестной причине. И теперь ты думаешь, что я спокойно отнесусь ко всему этому?
        - Я совершенно не думаю...
        - Мой друг и соратник. Мой... ЛеМарко, да как ты посмел об этом даже подумать?! А Арозон? Ты подумал о нём? Он хотя бы знал?
        - Да, знал.
        - И из-за этого ты ещё большее чудовище!
        Воурт остановился, глядя перед собой пылающим взглядом. Через минуту он сел рядом, схватил мою руку и держал так, пока не выпил залпом всю бутылку. Потом быстро обнял меня и покачал головой.
        - Вывел ты меня из себя, парень. Вывел!
        Я промолчал. Никак не думал, что Воурт так отреагирует.
        Весь оставшийся вечер мы просидели, болтая обо всём на свете, кроме моего недавнего поступка. Я старался изо всех сил отвлечь друга, чтобы он забыл о моей попытке самосожжения. Пришлось рассказать о Джасмин, и он долго смеялся, узнав, что девочка осталась у Арозона. Не знаю, что он нашёл в этом смешного, так как я до сих пор прибывал в довольно плохом настроении из-за неё. К тому же он не высказал никаких опасений по поводу самого существования девочки.
        - Ребёнок, он и в Африке ребёнок. А то, что твоя Яра его бросила, так это не единственный случай, когда детей бросают. Не заостряй внимания.
        - Я бы ничего про неё не узнавал, если бы она не была с Арозоном. Мне вообще не по душе идея, чтобы он её у себя держал.
        - Ну, в приют такую не отдашь - вмиг всё спалит.
        Спалит. Конечно, спалит. Тогда что же делать? А если Арозон захочет оставить её у себя на... насовсем? Я передёрнулся. Растить её как обычную девочку? Но какое к этому отношение имею я? Я за неё не ручался, не обещал ей, что позабочусь о ней. Я просто помог ей в трудную минуту, и всё. Что я могу ещё для неё сделать? В лучшем случае - вернуть обратно к Яре и взять с неё честное слово, что она больше не будет выбрасывать ребёнка на улицу, как не нужную вещь. А в худшем - позволить Арозону оставить её у себя. Глубокий вдох. Нет. Этого я не вынесу. Она не нужна нам. Мне не нравится, что какая-то непонятная особа будет жить с нами. Пускай в его квартире, но я же не могу из-за неё прекратить общение со своим другом. Мы будем встречаться, она всегда будет при нём (по крайней мере, пока не вырастит), я буду видеть её, а потом ей что-нибудь понадобиться, и Арозон переключит на неё своё драгоценное внимание. А я останусь один. Как такая перспектива? Да никак. Я не хочу этого. Я не хочу, чтобы девочка жила с Арозоном. Поэтому, надо вернуть её обратно Яре. Плевать, что она хотела избавиться от неё неизвестно
зачем. Не поверю, что Яра бесчувственная тварь, не сумевшая привязаться к ребёнку за столько лет.
        Домой я вернулся под самое утро, немного пьяный и воодушевлённый придуманной речью для Арозона на тему "Почему нельзя оставить ребёнка у себя". Завалившись в кровать, попытался уснуть, но ничего не получилось, и я несколько часов просто лежал, закрыв глаза.
        А потом снова работа, и я даже испугался, что возвращается моя повседневность, от которой я бежал без оглядки и достиг предела. Вопрос о самосожжении вернулся сам собой, и я встретил его, как старого друга. Он не застал меня врасплох, как в первый раз. Сейчас я не стал метаться по кабинету и нечаянно поджигать папки. Всё так же остался сидеть в кресле, и заново обдумывать старый план.
        - Господин ЛеМарко, - донеслось из интеркома.
        - Да?
        - На первой линии господин Леблан.
        - Хорошо. Спасибо.
        Протянул руку к трубке, но, наверное, с минуту не спешил отвечать, прокручивая в голове составленную речь.
        - Да?
        - Привет, - поздоровался Арозон. - Как жизнь?
        - Всё хорошо, - соврал я.
        - Ты приедешь сегодня ко мне?
        - Наверное. Да, скорей всего...
        Я не успел договорить, как друг перебил меня:
        - Ведь я же сказал, что перезвоню. Почему ты не брал трубку? Где твой мобильник?
        Он произнёс это на повышенных тонах, глотая слова, от чего мне стало стыдно, что он должен делать это из-за меня. Арозон нравился мне своим спокойствием, трезвым взглядом на все вещи и ситуации. И теперь, когда он вот так теряет контроль над собой, заставляет меня пристыжено признаться себе, что я вёл себя, как ребёнок.
        Я посмотрел на часы.
        - Я буду у тебя через тридцать пять минут. Нам надо серьёзно поговорить с тобой, ладно?
        Арозон на секунду замешкался.
        - Хорошо. Мы ждёт тебя.
        Он повесил трубку, но я ещё некоторое время сидел без движения. Он оговорился или сказал так специально? Мы ждём тебя... Мысли, подобно муравьям, снова начали заползать в голову...
        Сказав Линде, что я больше сегодня не вернусь, спустился в гараж, сел в "Бентли" и поехал к дому Арозона, думая, думая, думая.
        Как вести себя с девочкой? Поздороваться, дружелюбно улыбнуться, подарить конфетку? Или сразу показать ей, как я к ней отношусь? Так честнее, но всё же, я думаю, не надо травмировать ещё не сформировавшуюся психику дитя. Зато будет привыкать к миру, в котором мы живём, и не строить розовых иллюзий. Но тут же одёрнул сам себя. Её выбросили на улицу... О какой жизни она может думать? Маловероятно, что она вообще будет о чём-то мечтать, глядя на окружающих её людей. На её месте, я бы ждал подвоха ото всех подряд. Раз уж Яра, родное, по сути, существо, оставила её, то что могут сделать с ней остальные? Не удивительно, как она ещё не забилась в свой панцирь. Или забилась? Как она избегала меня, как не отвечала на мои вопросы... Но к Арозону же она потянулась. Я в тупике.
        Этот вопрос так сильно взволновал меня, что я пропустил нужный поворот, и угодил в пробку. Замечательно. Не хватало ещё опоздать. Пошарив по карманам, удостоверился, что снова забыл мобильный телефон на работе. Не могу к нему привыкнуть. Что же, придётся ждать. Откинувшись в кресле, включил радио и печку. Тело расслабилось, почувствовав тепло.
        - Эй! Привет! - услышал я.
        Раскрыв глаза, посмотрел налево и увидел рядом со своей машиной ярко-розовый "пежо". На водительском сидении находилась незнакомая девушка. Она смотрела прямо на меня и оживлённо махала рукой.
        - Привет!
        Возможно, она обозналась, так как я совершенно не помнил данную особу. Память меня пока не подводила, несмотря на мой возраст, и знать девушку я никак не мог. Я опустил окно.
        - Да?
        Девушка невероятно обрадовалась, что я пошёл с ней на контакт.
        - Привет! - в который раз повторила она, широко улыбаясь.
        - Привет.
        - Ливви, верно? - спросила она, перегибаясь через пассажирское сидение.
        - Э, да, - ответил я, думая о том, откуда же она меня знает.
        Девушка заразительно рассмеялась.
        - О, я угадала! Ну, то есть, я думала, что обозналась. Меня зовут Валери. Это, конечно, вам ничего не скажет. Но моя фамилия Ламбер!
        Ламбер... Ламбер...
        - Я сестра Линды. Она, кажется, работает у вас секретарём.
        - А! Да, конечно, - кивнул я, и пригляделся лучше к девушке.
        На меня смотрело худенькое лицо с бронзовым загаром и большими карими глазами. Чёрные волосы, собранные в высокий хвост, визуально делали голову ещё длиннее. И я вспомнил Линду - низенькая, пухленькая девушка.
        - Вы не похожи, - заметил я.
        - Мы сводные сёстры.
        - Понятно, - кивнул я, возвращаясь взглядом к стоящей дороге.
        Никакого движения.
        - Вот это пробка, - сказала Валери.
        Я кивнул.
        - Я недавно приехала из маленького городка. Так там пробок вообще в помине нет. Жаль, что машины не летают.
        - Да, жаль.
        Хотя, с таким темпом развития, как сейчас, не удивлюсь, что через ближайшие десять лет человек изобретёт некое скрещивание автомобиля и аэроплана.
        Девушка помолчала, наверное, с минуту и снова решила завязать разговор:
        - А я вас немного другим представляла.
        - И каким же? - не удержался я.
        - Ну, высоким. Хах! Вы же сидите. Точно. Ну, то есть, я вас видела только на фотографии. Вы же знаете, люди на фото совсем другие. Не такие, как в жизни.
        - У Линды есть моя фотокарточка?
        - Фотокарточка? - переспросила Валери и засмеялась. - Да. Есть фотокарточка с какого-то праздника в офисе. На вас был ещё надет чёрный костюм с кроваво-красной рубашкой. Вы там очень хорошо получились, хоть и на заднике. Мне показалось, что вы не любите фотографироваться.
        - Да, вы правы.
        - Почему так?
        Я пожал плечами.
        - А я люблю позировать. Я подрабатываю фотомоделью. Мне кажется, очень хорошая профессия. Правда, утомляет быстро, но это того стоит. А вам нравится своя работа?
        - Да.
        - Это очень редко случается, хотя все сплошь и рядом говорят, что работа должна приносить удовольствие. Конечно, не всё выходит так, как мы хотим, но это жизнь. Одно успокаивает - она не вечна.
        Я снова посмотрел на Валери. Она всё так же сидела, перегнувшись через переднее пассажирское сидение и глядя на меня широко распахнутыми глазами. Я не удержался и спросил:
        - Вам нравится думать о том, что скоро жизнь закончится?
        - Иногда. Когда проблемы наваливаются с головой.
        Перед ответом я помолчал:
        - Я думаю, не надо бояться проблем и думать из-за этого о конце. Не стоит выделять проблемы из общего. Надо просто идти и идти вперёд.
        - Легко говорить человеку, который ездит на "бентли" и занимает пост генерального директора. У вас вообще проблемы бывают?
        - Да.
        - Не верю.
        - Придётся.
        Валери покивала головой, но было видно, что она осталась при своём мнении.
        В этот момент дорога немного, но ожила. Моя полоса двинулась вперёд, и Валери крикнула мне на прощание:
        - Ещё увидимся.
        Я не стал ей ничего отвечать. Обогнув один фургончик, свернул с главной дороги и поспешил к Арозону.
        
        Глава 5
        СНИСХОЖДЕНИЕ
        
        Он ждал меня буквально около двери. Стоило мне только нажать на кнопку звонка, как он впустил меня в свою квартиру, пристально глядя на меня.
        - Что-то задержало?
        - Пробка.
        Не удивительно, что он так воспринял моё опоздание. Я редко бросал слова на ветер, и если сказал, что прибуду через тридцать пять минут, значит, так оно и должно было быть. Одна очень хорошая особа научила меня держать слово...
        Мы прошли через неоновый коридор в гостиную. C того момента, как я пересёк границу квартиры, мной завладела стальная напряжённость, что казалось, согни меня - я хрустну пополам. Я всё ожидал увидеть девочку. Мне лучше бы было не попадаться ей на глаза, но какое-то потаённое желание, дремавшее доселе внутри меня, вдруг дало о себе знать. Я шарил глазами по гостиной, когда мы вошли в неё, но ребёнка нигде не было видно. А может, это и к лучшему? Я сам себя не понимал, и чувствовал себя подростком.
        - Ливви, мне так много надо тебе рассказать! - стоило нам сесть, сообщил Арозон. - Но я, возможно, потерплю. Ты ведь по телефону сказал, что у тебя есть ко мне серьёзный разговор. Я слушаю тебя.
        Устроившись удобнее, я ещё некоторое время ждал появление ребёнка, и когда она всё равно не пришла, спросил:
        - Где... Джасмин?
        - Она в гостевой комнате, - с готовностью ответил Арозон, словно ждал именно этого вопроса. - Она великолепно рисует, и я дал ей альбом и краски! Она уже второй час от них не отходит. А ещё Джасмин... Ну, то есть... Я слушаю тебя. Моё дело может подождать.
        Он сложил руки на скрещенных ногах и внимательно посмотрел на меня. Я никогда не видел его таким... воодушевлённым. Он словно открыл новое солнце и хотел рассказать об этом всему миру.
        - Хорошо, - кивнул я. - Хотя, ты, должно быть, уже догадываешься, что я хочу сказать.
        - Это связано с Ярой?
        - Да. Немного. То есть, нет. Я говорю только о Джасмин.
        Арозон вдруг поджал губы и опустил глаза в пол, будто именно об этом он говорить и не хотел. Но я продолжил:
        - Ты уже знаешь, что Яра велела нам, а в частности тебе, держаться подальше от девочки. Я не знаю причины, и знать, если честно не хочу. Я просто принимаю во внимание сей факт, который, как ты догадываешься, меня напрягает. И то, что ребёнок до сих пор находится с тобой под одной крышей, приводит меня в замешательство. Зачем тебе она? Она незнакомка, от которой избавились другие. Почему ты её подобрал? Она что-то значит для тебя?
        - Ну, во-первых, - перебил Арозон. - Её нашёл ты и сам принёс в мой дом.
        - Это всё из-за неожиданного порыва. Возможно...
        Я замолчал. Эта мысль пришла ко мне только что.
        - Возможно, я просто ещё не был готов к самосожжению, и поэтому ухватился за единственный шанс отсрочить данное событие. Сейчас я жалею об этом. Особенно о том, что принёс её в твой дом. Ребёнка надо вернуть к Яре...
        - Чтобы она снова выкинула её?
        - Нет, такого уже не повторится...
        - Ливви, ты совсем не знаешь Джасмин. Она очень хорошая девочка. Очень умная и здоровая. Причину, по которой Яра оставила Джасмин умирать на улице, я не понимаю, даже не зная её. Хотя очень бы хотелось узнать, - добавил он, недовольно глядя на меня.
        Я покачал головой.
        - Но даже если Яра скажет мне, почему она отказалась от ребёнка, ты ведь всё равно закроешь на это глаза?
        - Яра тебе ничего не скажет, - покачал головой Арозон.
        - Почему ты так думаешь? Я готов вернуться к ней и всё...
        - Яры нет в городе.
        - Что? - переспросил я.
        - Её нет в городе, - спокойно повторил друг.
        - Откуда ты знаешь? - Я подозрительно посмотрел на него.
        - Воурт сказал. Я только что звонил ему, почти перед твоим приходом и спросил про неё. Мы же не были близко с ней знакомы, так что и телефона я её не знаю. Пришлось позвонить её начальнику. Воурт сказал, что она попрощалась только с ним и Дорис и уехала неведомо куда.
        Арозон говорил совершенно спокойно, глядя на свои руки. На секунду мне показалось, что он рад такому повороту событий. А вот мне это как-то не пришлось по душе.
        - И ты хочешь оставить всё так?
        - Как - так? - Арозон удивлённо посмотрел на меня.
        - Ничего не узнав о Джасмин?
        Он улыбнулся мне, как взрослые улыбаются ребёнку - с нисхождением и с пониманием.
        - Я знаю Джасмин. Повторю, что она очень хорошая. Даже если Яра вернётся, я всё равно не отдам ей девочку. Ливви! Послушай меня! - Он схватил меня за руки и пристально посмотрел в глаза, а я испугался, что мои самые страшные подозрения сбываются. - Ливви! Я так люблю Джасмин. Ты даже не представляешь как! Если бы ты провёл с ней хотя бы пару часов, она сразу покорила бы тебя! Она такая беззащитная, маленькая, но в ней огромная душа, которая завораживает своей многогранностью и разнообразием красок! Я наслаждаюсь проведёнными с ней минутами. Джасмин как солнце, которое греет и сияет, но не причиняет боли и не ослепляет. И иногда мне кажется, что это судьба! Да, Ливви, судьба, что она встретилась тебе... Не смотри на меня так недоверчиво! Я говорю от всего сердца. Ты должен меня понять. Только ты и никто другой. Это судьба, что вы встретились. Она может подарить тебе жизнь, о которой ты всё время мечтал! Она может помочь тебе. И поэтому прошу тебя, не переубеждай меня насчёт Джасмин. Ей нравится жить со мной, так же как и мне с ней. Хоть она и не говорит о жизни с Ярой, но и так понятно, что ничего
хорошего тогда не случалось. Иначе, я уверен, Джасмин бы всеми силами пыталась вернуться обратно. Но она не хочет! Она всегда замыкается, стоит только помянуть Яру! Нам хорошо друг с другом. Но было бы ещё лучше, если бы ты перестал избегать нас. Ливви, мне очень трудно смотреть на тебя, как ты мучаешься. Не мотай головой, я знаю! Я уверен, что ты почти ежеминутно думаешь о Джасмин и о словах, которые наплела тебе Яра. Но если бы ты, хотя бы попробовал закрыть на всё глаза, ты бы понял, каким дураком был на самом деле! Прошу тебя, Ливви, умоляю, перестань морочить голову и мне и себе. Просто попробуй.
        Арозон замолчал, глядя на меня пылающими глазами. Он до сих пор сжимал мою руку, и я чувствовал, как между нашими ладонями бьют искры.
        Я ничего не мог ответить на его слова. Просто понимал, что он хотел сказать.
        В этот момент, как будто поджидая под дверью, в гостиную спокойно вошла девочка в длинной для неё голубой мужской рубашке в мелкую полоску. Большие домашние тапки громко шоркали по паркету, и было видно, какие усилия затрачивает ребенок, чтобы удержать их на своих тонких ножках. Джасмин вошла, глядя на лист у себя в руках, и казалось, нас не замечала. Подойдя к дивану, она подняла вверх свои огромные янтарные глаза, и только тут увидела меня.
        Первую секунду мы просто смотрели друг на друга. Мне казалось, что сейчас передо мной стоит совершенно другая девочка. Не та, которую я видел в прошлый раз. Что-то изменилось в ней. Взгляд? Очень может быть. Она не смотрела на меня так испуганно и настороженно.
        - Вот, - пробормотала Джасмин, кидая Арозону на колени лист.
        Не дожидаясь, пока он возьмёт его, она развернулась и поспешила обратно к себе. Арозон не стал её останавливать.
        Проследив за ней глазами, я обернулся к другу. Он держал в руках рисунок и с улыбкой рассматривал его. Заметив мой любопытный взгляд, Арозон протянул мне листок, и я увидел изображение большого жёлтого подсолнуха на фоне голубого неба.
        - Очень красиво, - вынес я вердикт.
        - Я говорил, что для своих лет она рисует очень хорошо.
        Минуту Арозон помолчал, но потом предложил:
        - Пойдём, посмотришь остальные рисунки.
        Он поднялся на ноги и, не дожидаясь меня, направился к коридору, ведущему к спальням.
        - Постой! - остановил его я.
        Арозон обернулся.
        Я встал с дивана, всё ещё держа изображение подсолнуха.
        - А это не слишком, - неуверенно начал я.
        - Что - не слишком?
        - Я думаю, не стоит идти к ней. Она же меня... боится.
        Арозон широко улыбнулся и подошёл ко мне, обняв одной рукой за плечо.
        - Уж не больше чем ты её. Хватит трястись. Она ребёнок, а не монстр. К тому же, уживаешься же ты с Латишей!
        - Это другое...
        Арозон покачал головой и подтолкнул меня вперёд. Мы вышли из гостиной в коридор, обитый тёмными деревянными панелями, и остановились около первой двери слева. Раньше, я знал, эта комната была гостевой.
        - Джасмин. - Арозон постучался и открыл дверь.
        - Да?
        - Можно к тебе?
        - Да.
        Арозон открыл дверь шире, и мы оба вошли в некогда просто убранную комнату в зелёных тонах. Сейчас же спальня преобразилась. Повсюду лежали листы бумаги, некоторые изрисованные красками или карандашами, а некоторые до сих пор чистые. Баночки с водой и без, тюбики, бумажные полотенца занимали всё пространство небольшого стола из красного дерева около окна. Продолговатый комод служил хранилищем для кисточек. Они лежали на тёмной поверхности в ряд, как у хирурга лежат его инструменты перед операцией. Широкая кровать под балдахином была устлана рубашками Арозона, а книжный шкаф превратился в хранилище мелких предметов, таких как строгалка, ластик, палитра, линейка и подставка для ручки. С первого взгляда казалось, что в комнате страшный беспорядок, но присмотревшись, понял - каждая вещь лежала на нужном месте. Джасмин, которая по неведомой причине рисовала прямо на ковре, могла одинаково спокойно дотянуться и до чистого листа, и до карандаша, и до тюбика с красками. Она создала для себя почти образцовую мастерскую и знала, где именно находятся нужные ей инструменты. Это напомнило мне Арозона с его
почти маниакальной любовью к приготовлению пищи. Он всегда помнил, в какой шкаф положил венчик, а в какой поварёшку, хотя со стороны могло показаться, что предметы из одного обихода должны висеть на одном крючке.
        - Ещё раз привет, - поздоровался Арозон.
        Джасмин поднялась на ноги, держа в руке остро наточенный карандаш, словно готовилась к атаке. Она не ответила моему другу, уставившись на меня широко распахнутыми глазами. Я снова почувствовал себя так, будто меня просвечивал рентген.
        - Джасмин, ты помнишь Ливви?
        Девочка громко сглотнула и медленно кивнула. Арозон усмехнулся.
        - Джасмин, ты помнишь, о чём мы с тобой сегодня утром разговаривали?
        Прежде чем ответить, девочка мельком посмотрела на Арозона, а потом снова на меня.
        - Помню. Здравствуйте, Ливви.
        - Здравствуй, Джасмин, - немного запоздало ответил я.
        - Вот и хорошо. Что ты сейчас рисуешь, Джасмин?
        Она быстро посмотрела вниз на начатый рисунок, потом снова на нас.
        - Он ещё не готов.
        - И ты не скажешь?
        - Нет. Зачем? А вдруг я скажу, что рисую дом, а потом передумаю и нарисую море? Вы подумаете, что я соврала.
        Арозон улыбнулся. Я внимательно посмотрел на него и заметил, что когда он обращается к девочке, его лицо меняется. Несильно, но всё же заметно. Глаза, казавшиеся мне раньше спокойными и тихими, сейчас светились каким-то потаённым мягким светом. Он с любовью наблюдал за девочкой, и казалось, будь его воля, он бы смотрел на Джасмин вечно.
        - Тогда не говори, - кивнул Арозон. - Мы не будем тебе мешать, хорошо?
        - Хорошо.
        - Но ты потом покажешь нам свой рисунок?
        - Да, как всегда.
        - Отлично! Будем ждать.
        Мы тихо вышли из комнаты, притворив дверь. Не говоря ни слова, прошли в гостиную. Только там, Арозон посмотрел на меня и собрался что-то сказать, но передумал и покачал головой.
        Зато спросил я:
        - У тебя нет для неё нормально одежды? Почему она ходит в твоих рубашках?
        Арозон развёл руками.
        - Вот чего пока нет, так это одежды для девочек. Я даже подумать вчера не мог, какая гостья ожидает меня. А я не могу покинуть её даже на полчаса. Она боится оставаться одна, думает, что я брошу её здесь.
        - Попроси кого-нибудь купить ей одежду.
        - Кого интересно? Тебя если только.
        - Меня? - усмехнулся я. - Я ничего не понимаю в этом. Хочешь, я попрошу Латишу?
        - Вот только не её! - категорично заявил Арозон.
        Я не удержался и улыбнулся. Между ними двумя всегда существовала своего рода конкуренция. На моей памяти они вообще редко разговаривали и оставались в одной комнате наедине.
        - А может?.. - неуверенно начал Арозон.
        - Что?
        - Гм... Может быть, ты посидишь с Джасмин, а я сам схожу в магазин?
        - Мысль неудачная, - покачал я головой, хотя сама идея вызвала во мне какой-то всплеск эмоций. - Она меня боится, забыл?
        - Это всё ерунда, - отмахнулся Арозон. - Кстати, пойдём на кухню. Скоро ужин, а я ещё ничего не приготовил.
        - Почему же это всё ерунда?
        - Мы сегодня утром поговорили насчёт этого. Оказывается, ты для неё... хм... прости, Ливви, - тихо засмеялся Арозон. - Ну, то есть... Это вообще всё глупо.
        - Ты можешь сказать нормально? - недовольно спросил я, усаживаясь на привычное место за барной стойкой, чтобы не мешать другу в приготовлении.
        - Ты знаешь, что детишек пугают бабайкой? Что, если не будешь есть кашу, ночью эта самая бабайка и заберёт к себе.
        - Нет. Увы, ничего подобного не слышал.
        - Поверь мне. Так детей воспитывают. Сам был в шоке. Так вот. А Яра, как я понял, далеко ходить не стала, или из-за скудности фантазии пугала девочку... м-м... тобой.
        - Мной?
        - Да. Если не будешь спать после обеда, то страшный и коварный Ливви заберёт тебя к себе. Как тебе? Я, когда узнал, чуть не помер со смеху!
        - Ничего смешного не вижу.
        - Ну, да. Я тоже. - Арозон громко расхохотался, видимо увидев выражение моего лица. - Брось, Лив! Я сказал Джасмин, что всё это ерунда. Она же с тобой поздоровалась. Так что, ничего не будет страшного, если ты с ней посидишь. Как насчёт завтра?
        - Завтра я собирался в Совет.
        - Собрание не назначалось, - неуверенно проговорил Арозон.
        - Не назначалось. Просто мне нужно туда. Хочу попробовать узнать что-нибудь про родителей Джасмин.
        Арозон замер около холодильника.
        - Неужели ты никогда не успокоишься?
        - Послушай, я ничего больше не имею против того, чтобы она оставалась у тебя. Но позволь мне самому хотя бы узнать о ней чуточку больше? Считай это нездоровым любопытством.
        Секунду мой друг смотрел на меня исподлобья, но потом вдруг улыбнулся и подался вперёд, перегибаясь ко мне через стойку.
        - Это судьба.
        - Что? Причём тут это?
        - Любопытство, пусть и нездоровое, но всё же возникло у тебя.
        - Оно у меня и было...
        - Нет! Вот только не ври мне, пожалуйста! Я знаю тебя даже лучше, чем ты себя знаешь. Признай, что вы с Джасмин встретились неслучайно. Из-за неё у тебя появился хоть какой-то интерес к жизни. Ты понемногу оживаешь.
        - Это временное...
        - Да-да, конечно. - Арозон повернулся к холодильнику.
        Сегодня он что-то разошёлся и приготовил индейку с яблоками, а на десерт мой любимый лаймовый пирог. За всё время, что мы провели на кухне, Джасмин пришла только раз. Она показала нам свой рисунок (зеленоватое море, из которого торчит одинокая скала), взяла с полки яблоко и тихо вышла, не проронив ни слова. Ужинали мы втроём. Джасмин ела с аппетитом, но смотрела только себе в тарелку. Арозон хотел разговорить её, но кажется, Яра так сильно вдолбила ей бояться страшного Ливви, что девочка никак не реагировала на его попытки. Десерт она совсем не ела, пробурчав что-то под нос. Мы не стали её останавливать, когда она тихо встала и вышла из-за стола.
        - И ты хочешь, чтобы я посидел с ней? - спросил я в конце ужина.
        - Я больше никому её не доверю.
        - Она до сих пор избегает меня.
        - Джасмин очень скромная девочка, - неуверенно произнёс Арозон.
        Минуту я думал.
        - Ладно. Я попробую. Но ничего не обещаю...
        Сам не знаю, почему согласился, но всю дорогу домой я думал только о причине моего снисхождения к Джасмин. Может быть, из-за любопытства мне захотелось побыть с ней. Она так очаровала Арозона, что мне поневоле стало интересно, что она может сделать со мной. Она на самом деле такая солнечная? Или только на моего друга распространяется вся её яркость? В любом случае, завтра всё узнаю. А теперь я надеюсь, что очередная ночь не будет бессонной...
        
        - Ливви! Мне только что звонила Мохини! Она сказала, что ты вместе с ней улетаешь в Брюссель! Как это понимать?! - Голос Латиши звенел в голове, как сотня колокольчиков, от которых начинает болеть голова.
        Резко сев в кровати, увидел, что она стоит посреди комнаты и верещит на чём свет стоит. Я поморщился. А я ведь был уже готов! Готов, кот её дери, уснуть! Тихо зашипев, почувствовал, как накаляются ладони.
        - Ливви! Я тебя не понимаю! То ли ты устал ото всех, в том числе и от меня, то ли ты едешь с этой каргой в Европу! Определись уже!
        Жар накатывал на меня снизу вверх. Между пальцами на руках засверкали искры. Латиша не замечала этого, поглощённая своим триумфальным выступлением. Она больше внимания уделяла тому, каким тоном ей надо разговаривать со мной, и каким образом махать руками. То, что жизнь её тела повисла на волоске, её мало волновало.
        - И после всего, что между нами было, ты позволяешь себе так обращаться со мной! Я совершенно не могу понять тебя, Лив... Ливви?
        Она, наконец, замолчала, уставившись на меня. Уже не искры, а языки пламени скользили по моим пальцам. Я был готов подскочить к ней и подпалить её! Не понятно, как она довела меня так быстро, но я порядком был взбешен её поведением. То, что я терпел её присутствие в моём доме чаще, чем присутствие других (не считая, конечно, Арозона), она раздула до глобального понятия любви.
        - Ливви, что ты делаешь?
        - Если ты хочешь дойти до машины на собственных ногах, тогда сейчас же покинь мою комнату!
        Латиша смотрела на огонь в моих руках, не моргая. И не шевелясь, к сожалению. Должно быть, она думала, что я шучу.
        Не распинаясь больше ни на какие слова, я взмахнул рукой, и яркое пламя перескочило на Латишу, будто бешеная собака, вцепившись ей в руку. Громко вскрикнув, демоница попыталась потушить мой огонь своим собственным, но этим самым сделала себе только ещё больнее. Кожа на её руке становилась темнее на глазах, по воздуху поплыли кусочки пепла.
        - Ливви, помоги!
        Латиша бросилась из комнаты, поскуливая, как раненная волчица. Сомневаюсь, что после этого её тело будет служить ей. Скорее всего, ей придётся найти новое, а зная её привередливые вкусы, сделать это будет не просто.
        Я слышал, как она тушит огонь на кухне и как быстро покидает мой дом, уезжая на подаренной мной машине. Раньше я был снисходительнее к ней, даже позволял ей некоторые вольности. А сейчас всё изменилось. Не знаю, что она себе там надумает, как воспримет мой порыв поджечь её. Дела мне до неё нет. Жаль только, что утро началось с такой нехорошей ноты.
        Вчера я обещал Арозону подъехать к нему ближе к обеду, так что есть ещё время собраться не только самому, но и с мыслями. Постаравшись не думать о Джасмин как о ребёнке, которая практически отнимает у меня Арозона (а вчера перед тем, как лечь спать, я вдруг понял, почему так категорически к ней относился), решил воспринимать её, как обычную девочку. Есть она и только она. И мне надо примириться с мыслью, что она не желает моему другу зла.
        Во время завтрака я услышал, как к моему дому подъехала машина. И не одна, а целых три. Не удивляясь этому, так как мой дом напоминал мне проходной двор, в нём часто назначались свидания и празднования чьих-либо юбилеев, спокойно допил кофе и только тогда вышел на улицу.
        - Ливви!!! - С диким криком на меня налетел Зойя.
        Он крепко обнял меня, будто я пообещал ему золотые горы. Не всегда понятно, почему он так относится ко мне, но я уже давно решил, что из-за схожести с ребёнком, Зойя не нуждается в объяснении своих действий.
        - Ливви! Привет! - кричал он мне в ухо.
        - Привет.
        - Ливви! Мы угнали их из-под носа у владельцев! Аха-ха-ха!
        Зойя согнулся пополам, указывая рукой на машины. Три "lamborghini" жёлтого, чёрного и красного цветов в ряд стояли на моей подъездной дорожке. Около чёрной стоял Лука, по привычке скупо кивнув мне и таинственно улыбнувшись.
        - Ну, что ещё сказать? - пожал я плечами. - Молодцы. Только... машины три, а вас двое...
        - Аха-ха-ха! Ливви! - Всё никак не унимался Зойя, и мне показалось, что он что-то покурил либо выпил. - Мы пока ещё не можем разделяться, как амёбы, или кто там ещё? Грей, выходи, чего засел там?
        Дверца красной тачки отошла, и на свет вылез высокий, худой, как ветка парень болезненного вида с впалыми щеками и скудными сероватого цвета волосами. Неуютно засунув руки в карманы дешёвой кожаной куртки, он посмотрел на меня исподлобья ярко-сиреневыми глазами. Я чувствовал в нём огонь, но он был таким слабым и еле заметным, что не обрати я на парня пристального внимания, принял бы за обычного человека.
        - Ливви, это Грей! Он мечтал с тобой познакомиться! - громко объявил Зойя.
        Грей от этих слов поморщился, изучая землю у себя под ногами. Я отвернулся от него.
        - Зачем приехали ко мне?
        - Я же говорю, что Грей хотел с тобой познакомиться.
        - И это всё?
        - Он настойчивый парень, - усмехнулся Зойя.
        Я снова посмотрел на новоявленного знакомого. Настойчивым он мне не казался. Наоборот, по гуляющему взгляду, неловкой позе растянутого тела, было видно, что он хочет уехать отсюда поскорее.
        - Может быть, прокатишься? - Зойя бесцеремонно схватил меня за руку и потащил к жёлтой машине. - Умоляю, Ливви! Мы с тобой так давно не виделись!
        Он смотрел на меня, как побитая собака, считая, что расставание сроком в два дня для него считается нечто глобальным, и я невольно согласился. С его радостным вскриком, мы расселись по машинам и завели мотор. Лишь когда Зойя тронулся с места, я удивился сам себе. Если бы меня позвали гонять на угнанных тачках хотя бы три дня назад - я бы согласился? Вопрос поставил меня в тупик, но по своему обыкновению я не стал дальше капаться в себе и разыскивать другие пути принятия такого решения. Я просто откинулся на спинку сидения и решил насладиться моментом.
        Лидирующие позиции в нашей колонне занял Лука, почти сразу отрываясь от нас. Грей плёлся позади нас. Я не видел его за чёрной тонировкой стёкол, но чувствовал на себе его взгляд.
        - Откуда взялся твой новый приятель? - поинтересовался я.
        - Ты про Грея? - почти не глядя на дорогу, а всё больше на меня, уточнил Зойя.
        Я кивнул.
        - Да он приехал недавно откуда-то с юга. Ты же знаешь, мы не расспрашиваем.
        - Потерянный он какой-то.
        - Ага! Ты тоже заметил?
        - Да. Для этого лупа не понадобилась.
        Зойя громко рассмеялся.
        - Обожаю тебя, Лив!
        Прошло не менее минуты, пока он справился со своим смехом.
        - Грей мне бросился в глаза, когда он пришёл в "Дыши огнём". Все заметили, что он ведёт себя скромненько, по-тихому. Некоторые в штыки приняли, в том числе и Лука, думали, что он что-то вынюхивает или собирает сведения, как какой-то агент супер разведки, но я уговорил брата взять Грея под крыло. Грей, кстати, тачки угонять мастер. Тут мы сошлись.
        Мы выехали на автостраду и прибавили ход. Лука уже исчез из виду, зато новый приятель Зойи висел на хвосте, приближаясь почти вплотную. Да. Он водит хорошо.
        Мы гоняли по дорогам не меньше часа. В конце концов, как всегда, Зойе наскучило это занятие, и он пригласил меня вместе с ним избавиться от машины. На этот раз я отказался от его приглашения, а только попросил добросить до квартиры Арозона. Утренняя прогулка почти до конца вытеснила инцидент с Латишей, и я был полон энергии для совершения очередного подвига.
        
        Глава 6
        НЕУВЕРЕННОСТЬ
        
        В отличие от меня, Арозон был как на иголках. Зато моему спокойствию он немало обрадовался и даже спросил, как я себе переборол. Я ответил честно, что сам не догадываюсь, хотя причину бы узнал с огромным удовольствием. Это утро стало для меня совершенно новым, не таким, как в последние месяцы.
        Джасмин, как и вчера сидела у себя в комнате. Она только на минутку выглянула поздороваться со мной, а потом снова скрылась в своём "убежище".
        - Я вчера поговорил с ней ещё раз, - отведя меня в самый угол гостиной к высокой вазе, прошептал Арозон. - Она сказала, что больше тебя не боится. Так что... думаю, будет легко. То есть... Джасмин почти всегда сидит у себя, я иногда к ней захожу. Но я не знаю, ты... То есть... Смотри сам.
        Арозон непривычно волновался. Мне было странно видеть его таким.
        Похлопав меня по плечу, он пробормотал что-то о прощании с девочкой и прошёл к ней в комнату. Я проследил за ним глазами и уселся на диван, напряжённо глядя перед собой. Утреннее спокойствие временами начало меняться на волнение. Я прислушивался к их тихим голосам, но не мог понять ни слова, и это немного раздражало меня.
        - Лив! - Арозон появился в гостиной, обшаривая свои карманы. - Я, кажется, оставил бумажник у тебя на работе. Придётся заехать. Линда сегодня есть?
        - Суббота, забыл? У неё выходной.
        - Ладно, попробую так найти.
        А потом мы как-то быстро попрощались, хотя казалось, что он долго что-то говорил перед уходом. И я остался один. То есть один с ребёнком.
        Пройдясь по гостиной, выглянул в окно, но ничего не видел, так как мысли мои были в детской комнате. Зашёл на кухню, открыл холодильник, поёжившись от холода, достал первую попавшуюся тарелку и съел высокий бутерброд. Запил всё горячим кофе и снова вернулся в гостиную. Стуча пальцами по подлокотнику, не знал, как поступить дальше. На секунду поднялся с дивана, намереваясь пойти в комнату Джасмин, но потом передумал и сел обратно. Включил телевизор, посмотрел телепередачу, выключил.
        Сумасшедший дом какой-то!
        Шум в комнате Джасмин заставил меня стрелой полететь к ней. Не стучась, распахнул дверь и увидел всю ту же немного захламлённую комнату и девочку около книжного шкафа. На моё неожиданное появление она вздрогнула всем телом и уронила из рук стеклянную баночку. Грохот повторился. Я посмотрел на ковёр и заметил, что у её ног уже лежат несколько банок.
        - Э... - замешкался я. - Всё в порядке?
        Джасмин, в шоке глядя на меня, медленно кивнула. Я вздохнул.
        - Хорошо. А то я думал, что... Что... Ну, то есть, всё хорошо.
        Джасмин снова кивнула, и я позорно вышел из её комнаты, ненавидя сам себя. Вернулся на кухню, где неожиданно загорелась висящая на стене деревянная лопатка.
        - Чёрт! - зашипел я, хватаясь рукой за огонь, чтобы потушить его.
        Пламя перебралось на мою руку, уцепившись за локоть и следуя дальше на плечо. Я отбросил лопатку в раковину, включил воду и нейтрализовал очаг возгорания. Огонь продолжал гореть на мне. Секунду не шевелясь, я глубоко вдохнул, и вместе с воздухом, в мою кожу всосалось оставшееся пламя. Я сразу почувствовал в себе приятное тепло и из-за переизбытка жара в организме, выдохнул облако дыма. Лопатка в раковине чуть-чуть дымила. Надеюсь, Арозон не убьёт меня за порчу имущества.
        В гостиной зазвонил телефон. Я не успел взять трубку, как сработал автоответчик, и раздался низкий, чуть хрипловатый голос Дафны:
        - Арозон, здравствуй.
        Я замер.
        - Завтра у нас назначен сбор в полдень, очень хотелось бы, чтобы и ты пришёл. Тема очень важная и ты нам нужен. До скорой встречи.
        Она отключилась, а я сел на диван. Так значит, завтра сбор Совета. Должно быть, и мне на телефон пришло почти такое же сообщение.
        Тема очень важная... Нас давно не собирали по важным темам. К тому же раньше я не очень заинтересованно относился к Совету и к его работе. И зная мою привередливость в этой сфере, Дафна не всегда оповещала меня об очередных собраниях, только если они не были особо важными.
        Но что за тема? Будем надеяться, что ничего серьёзного не приключилось, и это только обычное негодование старшего поколения по поводу бесшабашной жизни молодёжи. Воурт говорил мне, что Совет надеется на меня, как на влиятельную особу, что для меня было сомнительно. Я давно не участвовал в жизни так называемого коллектива, не удивлюсь, если меня забыли в некоторых кругах. За последнее время я сделал многое, чтобы обо мне вообще не вспоминали.
        Послышался тихий скрип двери, а затем - громкое шорканье тапочек. Через секунду в гостиную вошла Джасмин. Наверное, она шла к кухне, но увидев меня, замерла. Я поднялся с дивана.
        - Привет, - улыбнулся я.
        Она в шоке уставилась на меня, а потом чуть ли не бегом направилась к кухне. Поколебавшись, я пошёл за ней, решив, наконец, преодолеть барьер, разделяющий нас. Джасмин подошла к холодильнику и раскрыла его. До меня холод не доносился, но я всё же поёжился. Девочка долго изучала содержимое битком набитых полок, не в силах выбрать что-то одно. Переломив инстинкт самосохранения, я подошёл ближе к Джасмин, и холод тут же дал о себе знать. Кожа покрылась мурашками, а внутри, будто всё обратилось в дым, потушив внутренний огонь.
        - Ты хочешь кушать? - спросил я девочку, глядя на висящие часы между шкафчиками.
        Время было уже послеобеденное.
        Джасмин подняла на меня янтарные глаза и кивнула.
        - И что ты любишь? - стараясь не обращать внимания на холод, поинтересовался я.
        Она, наконец, закрыла дверцу, но я всё так же чувствовал себя неуютно.
        - Арозон сделал мне большой бутерброд, - тихо проговорила она. - Он сказал, что вы не любите готовить.
        - Бутерброд?
        Тут я вспомнил, как съел его, ни о чём не подозревая.
        - Бутерброд? - повторил я уже совсем другим тоном.
        Джасмин снова кивнула.
        - Э... Боюсь, его больше нет.
        - Я так и поняла.
        - Да? Тогда, нам надо что-нибудь сделать для тебя ещё раз. Есть предложения?
        Она опустила голову в раздумьях, и мне пришлось сильнее наклониться к ней - она тихо говорила.
        - Оладьи.
        - Оладьи? - снова переспросил я. - Боюсь, я не умею их готовить...
        Только сейчас до меня дошло, что я должен сделать их разных продуктов что-то съедобное.
        - Может, что-то попроще?
        - Бутерброд, - пробубнила она, не поднимая головы.
        - Э, хорошо. Садись за стол.
        Глядя строго себе под ноги, Джасмин прошла к столу со стеклянной столешницей, за которым Арозон чаще всего устраивал праздничные ужины. Я думал, что она сядет за барную стойку, но до меня не сразу дошло, что круглый стул для неё был непомерно высоким. Интересно, для своего возраста, она нормального роста? Или слишком маленькая? А может, наоборот, высокая? В детях я совершенно ничего не понимаю.
        Набрав в лёгкие побольше воздуха, я открыл дверцу холодильника, быстро вытаскивая продукты, которые лежали ближе всех. Я не думал, сгодятся ли они для такого лёгкого с виду бутерброда. Мне просто очень хотелось быстрее закрыть эту холодильную камеру, которая легко сведёт в могилу любого.
        - Та-ак. - Я разложил целлофановые пакеты и коробочки перед собой.
        В них была завёрнута или упакована еда. И зачем так уродоваться? Разве нельзя было сложить всё просто так? О, чёрт, что это? Зачем Арозон завернул каждую мандаринку в отдельный пакетик? И нужны ли мандарины для бутерброда? Если только, Джасмин хочет какой-нибудь экзотики.
        Зато я легко узнал ветчину, сыр и веточку салата, которую не надо было резать. Майонез я терпеть не мог, поэтому не стал даже рассматривать его кандидатуру на присутствие в бутерброде. Хлеб... Где же хлеб? Я заметался по кухне, в поисках чего-нибудь мучного, и отыскал в верхнем ящике вместе с пакетиком муки. Мельком глянув на Джасмин, которая скромно сидела за столом, разглядывая свои руки, я достал длинный нож из магнитного хранителя и нарезал несколько ломтиков хлеба. Распаковав ярко-красные помидоры, нарезал и их, положил по всей поверхности продолговатого куска. Потом ветчина, сыр, снова помидор, веточка салата, снова ветчина и сыр. Глянув со стороны, понял, что чего-то не хватает. Но чего? Я попытался вспомнить бутерброды Арозона. Хм... Хм... Горчицы! Небольшую баночку я нашёл в самом дальнем шкафу спустя целых пять минут. Снова посмотрел на Джасмин, её поза не изменилась.
        - Последний штрих, - пробормотал я, укладывая поверх всей конструкции второй ломоть хлеба. - Прошу!
        Я поднёс ей результат своей деятельности на тарелке. Джасмин, мельком посмотрев на меня, сразу схватила бутерброд, и я заметил ещё один свой промах. Я положил слишком много ингредиентов, и девочка просто не сможет откусить. Она недолго думала, разделила бутерброд на две части и... одну протянула мне.
        - Спасибо, - с опозданием поблагодарил я, усаживаясь напротив.
        Но пришлось тут же встать.
        - Ты что будешь пить? Чай? Сок?
        - Чай.
        - Я тоже.
        Хотя на самом деле мне хотелось чего-нибудь покрепче. Я вспомнил Арозона, который в первую встречу с ней сказал, что тоже любит оладьи, тогда как на деле их ненавидел.
        Пока кипел чайник, мы сидели друг напротив друга. Джасмин смотрела в сторону, а я на неё. Сегодня она убрала волосы в хвост, открывая своё худенькое чистое лицо и чуть оттопыренные ушки с одной маленькой родинкой на виске. Она безостановочно кусала свои губы и смешно дёргала тонким носом, будто ей сильно хотелось чихнуть. Пили чай тоже в молчании, и по окончанию нашего скудного обеда, она взяла всю грязную посуду и вымыла. Прежде чем уйти, Джасмин сказала, не глядя на меня:
        - Я пойду.
        - Конечно.
        И больше я её сегодня не видел. Она заперлась у себя в комнате, временами доносился стук кисточки о баночку с водой.
        Арозон вернулся через два с половиной часа.
        - Я дома! - крикнул он.
        А через мгновение в гостиную ввалилось что-то большое, навьюченное пакетами и сумками. Я помог другу разложить всё на диване. Арозон выглядел уставшим, но счастливым. Нагнувшись ко мне, чтобы не услышала Джасмин, он прошептал:
        - Я купил ей подарок.
        Я осмотрел гору покупок.
        - Да, ей трудно будет его не заметить.
        - Да я не про вещи! Смотри...
        Он не договорил, так как в гостиную вошла Джасмин. Увидев моего друга, она улыбнулась, а я неожиданно почувствовал смесь радости и обиды.
        - Привет! - Арозон подошёл к ней и легко обнял.
        Я увидел, как её бледные ручки сцепились у него за шеей. Одной ладонью она обхватила его косичку.
        - Привет, - ответила она ему.
        - Как у тебя дела?
        - Очень хорошо, спасибо.
        Арозон чуть приподнял её над полом и поставил обратно. Не отрывая от неё взгляда, он взял её за руку и подвёл к дивану, около которого стоял я.
        - Я купил тебе одежды! На любой вкус и цвет! Я не знал, что ты больше любишь. Надо было спросить... Но мне помогала одна очень хорошая девушка. Думаю, тебе что-нибудь подойдёт.
        Арозон говорил с таким восторгом, с ярким блеском в глазах, и его радость частично перепрыгнула и на меня. Мне самому захотелось увидеть Джасмин в платье. Я посмотрел на девочку и к своему удивлению заметил, что она не так счастлива по поводу обновок. Разве ей не полагалось визжать от радости?
        - Что такое? - Арозон тоже обратил на неё внимание. - Ты не рада?
        - А зачем ты это купил? - тихо спросила Джасмин.
        От её голоса атмосфера в комнате стала чувствительно-напряжённой.
        - Чтобы ты носила, - в замешательстве ответил мой друг.
        - Мне больше нравятся твои рубашки.
        Арозон удивлённо посмотрел на меня, я пожал плечами. Было видно, что он не ожидал такого и не знал, что сказать.
        - Хм... Джасмин. Они ведь тебе большие и они мужские...
        - Тебе не нравится, что я ношу твою одежду? - перебила она.
        Лицо Арозона вытянулось.
        - Нет, конечно, нет...
        - Тогда, зачем ты купил это всё?
        - Чтобы ты носила... Ты ведь не можешь ходить по улице в мужских рубашках и домашних тапочках. Я хочу, чтобы ты выходила на воздух.
        Джасмин долго смотрела на не распакованные вещи и о чём-то напряжённо думала. На лбу появилась морщинка. Арозон и даже я ждали её решения, словно от этого зависела наша жизнь.
        - Ладно, - наконец, сказала она.
        Расставив руки, Джасмин схватила все пакеты и побежала к себе в комнату. Стоило за ней захлопнуться двери, как Арозон облегчённо вздохнул.
        - Я чуть с ума не сошёл. Какой она допрос устроила!
        - С характером, - усмехнулся я.
        - Не то слово. Надеюсь, ей придётся по душе мой подарок.
        - И что же он собой представляет?
        Прежде чем ответить, Арозон взял меня под руку и отвёл на кухню. Я сел за барную стойку, а он облокотился на столешницу.
        - Смотри.
        Он положил на стол что-то тонкое и блестящее. Нагнувшись вперёд, увидел маленький золотой браслет.
        - Как ты думаешь, ей понравится? - с волнением в голосе спросил Арозон.
        - Думаю, да, - пожал я плечами. - Вот только повремени с подарком. Боюсь, она швырнёт его тебе в лицо, заявив, что твои запонки нравятся ей больше.
        Арозон скривил губы.
        - Я хотел купить ей что-нибудь подороже, не просто браслет. Но потом подумал, что она может и не принять другое. Я тебе говорил, для своего возраста она чрезвычайно развита. Я с ней о многом разговариваю. Вот ты... чем вы сегодня занимались?
        - Я готовил ей бутерброд.
        - Кажется, я сделал ей...
        - А я его съел. Я не думал, что он для неё.
        Арозон усмехнулся.
        - Неужели, ты что-то сделал на этой кухне? Даже бутерброд! Надеюсь, ты хотя бы овощи помыл?
        - Что? - переспросил я.
        - Овощи надо мыть. Ты не мыл?
        - Нет...
        - Я так и думал. Тебе абсолютно нельзя поручать кух... Ливви, что это? - Во время своих слов, Арозон подошёл к раковине, чтобы вымыть руки, и увидел там обгоревшую деревянную лопатку.
        Брезгливо подцепив двумя пальцами, он показал её мне, будто я видел её впервые.
        - Извини. Сколько она стоит?
        Арозон не ответил, а только выкинул её в мусорное ведро.
        - А ещё чем занимались?
        - Джасмин рисовала. Она не выходила из комнаты.
        - И ты к ней не заходил?
        Я не стал рассказывать про глупый инцидент, когда я на секунду вломился к ней в спальню.
        - Нет.
        - Тебе надо было больше с ней общаться.
        - Интересно, как? Она замкнута в себе.
        - А ты попробуй. У меня же как-то получается!
        - Потому что тобой не пугали. В этом у тебя есть преимущество.
        Арозон поднял руки, якобы, защищаясь.
        - Да, тут ты прав. Кстати, на ужин останешься?
        Я согласился...
        Когда всё уже было готово, и я, наверное, впервые в жизни помог Арозону расставить тарелки на стеклянном столике, за которым сегодня сидела Джасмин в ожидании бутерброда, мой друг отправился к ней в комнату. Я сел за стол, дожидаясь их. Они долго не появлялись, и я уже подумал, что что-то случилось. И когда моя решимость окрепла, и я намерился отправиться за ними, Арозон и Джасмин пришли сами.
        - А вот и мы! - объявил мой друг, выпуская перед собой девочку.
        Низко, будто стыдясь, опустив голову, она вышла вперёд. На ней были надеты сочно-зелёная блузка и узкие джинсы с толстым ремнём. На ногах всё же остались тапочки Арозона, которыми она продолжала шоркать по полу. Не сказать, чтобы она выглядела элегантно, но всё же детская одежда ей была больше к лицу, чем мужская.
        - Эту кофточку мне посоветовала очень хорошая девушка по имени Валери, - сообщил Арозон, усаживаясь за стол. - Кстати, Лив, ты не говорил мне, что познакомился с ней в пробке.
        Всё это время, наблюдая за тем, как Джасмин садится за стол и одёргивает блузку, я не очень-то и слушал его. Когда до меня дошло, я удивлённо перевёл взгляд на друга.
        - Что? - не понял я.
        - Валери Ламбер. Ты не говорил, что познакомился с ней.
        - Э-э... Откуда ты её знаешь?
        - Я встретил её у тебя на работе. Я же тебе говорил, что забыл свой бумажник у тебя. Так как Линды не было, мне пришлось самому рыскать по твоему кабинету. А тут она. Хорошая девушка.
        Я встряхнул головой.
        - Постой, что она там делала?
        - Пришла к Линде. Она, как и я, тоже забыла, что сегодня суббота. Хотела было уйти, но встретила меня.
        В немом шоке я смотрел на него.
        - Мы с ней поговорили, и Валери любезно предложила мне помочь в выборе одежды. С ней вообще не соскучишься!
        - Да уж, - пробормотал я, вспоминая, как она болтала со мной, перегнувшись через пассажирское сидение своего розового "пежо".
        - И давно вы знакомы? - спросил Арозон.
        - А разве она тебе не сказала?
        - Сказала, что вы виделись всего один раз, но я не поверил.
        - Почему это?
        Арозон пожал плечами.
        - Она сказала правду. Мы познакомились в пробке. Они сёстры с Линдой.
        - Да, я знаю.
        - Ну, вот и всё. Просто странно, что вы вместе ходили по магазинам.
        - Ничего странного не вижу. Валери очень милая. Она говорила, что её отец был французом.
        - Как легко ты сходишься с людьми, - заметил я, мельком посмотрев на Джасмин.
        Она сидела, уткнувшись в тарелку, и, кажется, нас даже не слушала.
        - Увы, это не моя заслуга. Такие попадаются мне люди.
        - Да-да, конечно.
        Арозон ничего не ответил, и мы некоторое время ели молча. Когда пришло время подавать чай с печеньем, Джасмин снова не стала кушать десерт и ушла к себе. Только тогда я решил сообщить:
        - Прослушай свой автоответчик.
        - А что там?
        - Звонила Дафна. Завтра собрание в Совете. Что-то важное, и ты должен быть там. Скорее всего, и мне пришло такое же сообщение, но я не уверен.
        Арозон озабоченно нахмурился. Я догадывался, о чём он подумал в первую очередь. О том, как оставить Джасмин. Он сам говорил, что больше никому, кроме меня её не доверит, а если и мне нужно быть в Совете...
        - Хорошо, что я пригласил Валери, - сказал Арозон.
        Моя чашка с чаем чуть не выпала из рук.
        - Ты - что? - переспросил я.
        - Я пригласил её завтра к нам в гости. Я рассказал ей про Джасмин, и она очень хотела познакомиться с ней.
        - Даже так?
        - Ну, я подумал, - замялся друг, - что женское внимание девочке не помешает. А Валери такая хорошая...
        - Что-то ты во всех видишь одно хорошее.
        - В Латише особенно, - с сарказмом заметил Арозон.
        Я усмехнулся и рассказал другу об утрешнем событии. Он был рад, что я, наконец, приструнил демоницу.
        Распрощались мы вскоре после ужина. Джасмин не вышла меня проводить, да я и не ожидал ничего подобного. Уточнив ещё раз, что завтрашняя встреча в Совете назначена на полдень, я покинул своего друга.
        
        Глава 7
        СОВЕТ
        С утра пораньше встав с постели (как обычно не спалось), я приготовился к сбору и выехал за два часа до начала. Место встречи всех старейшин, как нас называл молодняк, было недалеко от моего дома, но я решил выехать раньше, чем прибудет туда Арозон. До его приезда мне нужно было решить одно немаловажное дело, от которого он попросил меня отказаться...
        Высокое здание гостиницы "Котва" располагалось напротив "Дыши огнём". Его хозяином был демон родом из Болгарии, который приехал вместе с Воуртом, когда тот путешествовал по миру вместе с друзьями. Красивое здание светло-розового цвета с высокими окнами и дежурившим лакеем около стеклянных дверей разительно отличалось от унылых серых домов вокруг. Стоило мне подъехать, как дежуривший лакей выпрямился по струнке и чуть поклонился.
        - Добро пожаловать, господин ЛеМарко, - поприветствовал он меня, пропуская внутрь гостиницы.
        Я кивнул ему в ответ, и его глаза полыхнули огнём. Мало кто догадывался, что в человеческих гостиницах в большинстве случаев работают демоны. Большая часть наших не используют документы, у них нет паспортов или страховки. Поэтому Совету приходится подстраиваться под своих "граждан", снабжая гостиницы и отели своими людьми.
        Я прошёл в ярко освещённый мраморный холл с большой люстрой над головой. На ресепшене сидели две молодые девушки в тёмно-бардовых пиджаках под цвет штор на окнах. Увидев меня, они одинаково улыбнулись и поздоровались. Я прошёл мимо них к лифтам и поднялся на шестой этаж. На выходе из кабины мне встретилась молодая пара. Запряжённые чемоданами, они, скорее всего, выезжали.
        - Люк, отойди с дороги, - громко прошептала девушка, толкая молодого человека под бок, чтобы он отодвинул с прохода большие чемоданы.
        Худенький человек позволил мне пройти и запихнул сумки в пустую кабину. Девушка всё время поторапливала его, напоминая, что до рейса их самолёта осталось всего немного времени. Они улетают отсюда. На секунду меня посетила мысль тоже куда-нибудь съездить. Так сказать, проветрить мозги. Можно взять с собой Арозона, а он возьмёт и девочку. Я улыбнулся, представив нас путешествующими...
        - Ты рано, - услышал я низкий голос Дафны.
        Оторвавшись взглядом от дверей лифта, которые уже закрылись за молодой парой, обернулся к просторному холлу бежевого цвета с высоким распахнутым окном. На длинном светлом диване в окружении больших растений сидела женщина в строгом бардовом костюме. Скрестив руки и ноги, она смотрела на меня холодными серыми глазами.
        - Привет, Дафна, - поздоровался я.
        - Ты впервые не опоздал, - заметила она.
        Я развёл руками, подходя к ней ближе. Она не шелохнулась, прибывая в своей замкнутой и строгой позе. Её волосы, собранные в шишечку на затылке предавала ей надзирательский вид.
        - Что-то привело тебя сюда?
        - Твоё сообщение, - усмехнулся я.
        Она нетерпеливо дёрнула тёмной бровью.
        - Я не про это.
        - А про что?
        - Что-то заставило тебя прийти раньше?
        Я подошёл к дивану, но садиться не стал. Дафна, недовольно нахмурившись, посмотрела на меня снизу вверх. Я знал, как она меня не любила, но была вынуждена терпеть. Ею руководили не собственные эмоции, а холодный расчёт. Я был ей нужен, и она принимала меня. Вот только чувствовалось, что она уже на пределе и придёт время, когда её последователи вышвырнут меня за дверь. Но тут же сам себя поправил - интересно, кто до сих пор на стороне Дафны? Только Заря, а что они могут вдвоём?..
        - Да, ты права, - согласился я. - Мне нужна Элли.
        Дафна не отрывала от меня глаз.
        - Зачем?
        - Я думаю, это тебя не касается.
        - Я должна быть в курсе всего...
        - Увы, нет, - перебил я её. - Не всего, а только дел, касающихся организации.
        Она сжала губы в тонкую полоску. Я усмехнулся.
        - Ты, наверное, мне не ответишь, пришла ли Элли?
        Дафна промолчала, что показалось мне ещё более смешным. Я махнул на неё рукой и свернул в левый коридор карамельного цвета с круглыми абажурами вдоль стен. Я шёл прямо к двери, видневшейся в конце коридора. Единственная из всех дверей, что не освещалась. Мои шаги утопали в мягком ковре, никто не мог слышать, что я иду. Не останавливаясь, я открыл дверь и вошёл в узкую прихожую с бежевыми обоями и бардовым полукруглым ковриком. Слева от меня находилась деревянная вешалка, на которой уже висела лёгкая курточка цыплячьего цвета. Я прошёл в первую из двух комнат, которая служила своего рода приёмной. Мягкие диваны с большими подушками стояли в полукруге перед кофейным столиком с журналами. На светлых стенах висели разнообразные пейзажи. Окно с тяжёлыми шторами было наглухо закрыто, и в комнате было до приятного душно. По обе стороны приёмной находились такие же тёмные двери. Левая вела в ванную комнату, а правая в комнату, где, собственно и собирался Совет.
        Стоило мне шагнуть к нужной двери, как она сама распахнулась и в приёмную вышла молодая девушка с копной мелких кудряшек рыжего цвета. Увидев меня, девушка замерла и широко улыбнулась.
        - Ли-и-иви-и-и! - протянула она, растягивая губы в улыбке.
        - Привет, Элли, - улыбнулся в ответ я.
        Невысокая девушка с кучей веснушек на круглом лице подошла ко мне и крепко обняла. Но не так, как Латиша или кто-то другой. Элли была моим другом, и я всецело мог доверять ей все свои тайны, не боясь, что назавтра все уже будут знать подробности. Элли была дорога мне почти так же, как Арозон, но как-то так получалось, что виделись мы нечасто. Она была фанатиком, предана своему делу, и стоило ей прийти в Совет, как она буквально исчезла изо всех клубов. Но не сказать, что она изменилась внешне. Всё такие же яркие одежды, многочисленные бусы и кольца на всех пальцах.
        - Я рада, что ты, наконец, притащился сюда! - сказала Элли.
        - Не мог же я пропустить Совет, - усмехнулся я.
        - Да-да, конечно! - Она толкнула меня в бок.
        Я улыбнулся ещё шире. Удивительно, как я мог провести без неё хоть день. Она обладала какой-то энергетикой, и я чувствовал себя заряженным, как батарейка.
        - Скажи лучше, что тебе просто нечем было заняться. Я поверю.
        - Ладно. Пусть будет по-твоему.
        Элли звонко расхохоталась.
        - Я повелительница Ливви. Ради этого стоило прожить все 334 года!
        - Ты только никому не говори, - громко прошептал я.
        - Подкаблучник! - крикнула Элли, отскакивая от меня, так как я готов был взлохматить и так пышную макушку.
        От смеха она согнулась пополам. Я наблюдал за ней, улыбаясь сам. Через минуту она поправила волосы и посмотрела на меня своими зелёными глазами.
        - Ладно, ладно. Никому не скажу. - Элли взглянула на свои внушительные наручные часы. - Всё равно ты рано. Есть дело?
        - Я всегда думал, что ты видишь меня насквозь.
        Элли подмигнула и кивнула в сторону дивана. Я прошёл и сел, тогда как она запрыгнула на подушки с ногами. Она приняла серьёзное выражение лица, которое совершенно ей не шло.
        - Я слушаю.
        - Нравится, как ты относишься к делу.
        Она благодарно кивнула и превратилась в статую, прожигая меня взглядом.
        Я устроился поудобнее.
        - Итак. Мне сказали, что ты сейчас занимаешься отслеживанием новых демонов. Держишь их координаты у себя и всё такое.
        - Да. А что? Решил куда-то переехать? - усмехнулась она.
        - У тебя есть мой адрес?
        - И дома, и работы.
        - То есть, адреса не только новых?
        - Новые все, а вот старенькие - нет. Я делю свою работу с Дорис.
        - Дорис? - переспросил я. - Спутница Воурта? Она в Совете?
        - Да, её недавно приняли. Неужели ты не знал? Она очень хорошая. Справляется со своей работой на высшем уровне. Мы напарники! А зачем ты спрашиваешь? Кто-то нарушил Правила? Ты теперь один из всадников Апокалипсиса и караешь всех подряд? - засмеялась она. Недолго она держала серьёзный тон.
        - Почти, - уклонился я от ответа. - Мне надо найти Яру.
        - Она уехала, - тут же ответила Элли. - Несколько дней назад. Я с ней не связывалась. Она говорила с Дорис. И отмечалась у неё, я думаю.
        - И причину, по которой она уехала ты тоже не знаешь?
        Элли печально развела руками.
        - Ладно, - вздохнул я. - Поговорю с Дорис. И ещё кое-что.
        - Я слушаю.
        - Ты только не подумай ничего. Просто нездоровое любопытство.
        - Заинтриговал!
        - Как у нас с рождаемостью? Давно появлялись новые демоны... естественным путём?
        Элли моргнула.
        - Лив, ты чего? Тебе, правда, интересно?
        - Если спрашиваю, значит интересно.
        - Ну-у... На моей памяти последними были Зойя и Лука. Это же сколько лет назад? Не помню точно. После них никто не рождался. Появлялись новые, но только из людей. А что?
        - Ничего, - отмахнулся я. - Не бери в голову. Просто бзик. Стало интересно.
        - Ладно. С кем не бывает? - хохотнула Элли.
        Довольно скоро начали подтягиваться и остальные. Первыми подошли Воурт и Дорис. Элли тепло встретила их. Воурт, сегодня зачесав свои седые длинные волосы в свободный хвост и переодевшись из джинсового костюма в брюки и рубашку, имел весьма презентабельный вид. Но я заметил, как неудобно он чувствует себя. Скорее всего, Дорис приказала ему снять рваную одежду и одеться прилично - Воурт всё время недовольно поглядывал на свою спутницу и жену.
        Да, именно жену. Трудно поверить, что развязный старик, содержащий ночной клуб, может быть мужем миловидной с виду женщины в обычном платье кофейного цвета и тонкой нитью жемчуга на шее. С королевской изысканностью она ответила на весёлое приветствие Элли, мягко улыбнулась мне, поправив каштановые волосы, сплетённые в тугую косу. Эта пара всегда ассоциировалась у меня с тихой гаванью и бушующим штормом. И до сих пор все удивляются, как они смогли прожить так долго вместе. Воурт обычно отвечал: "Любовь". И все проникались уважением к их паре. Нам полюбить очень не просто...
        Перед приходом остальных я хотел перекинуться парой слов с Дорис, но дверь в гостиничный номер снова открылась, и вошли два высоких молодых человека в деловых серых костюмах.
        - Антонио! Александр! - воскликнула Элли, и их встречая с завидным радушием.
        Антонио и Александр. Два кровных брата, рождённые такими, какие они есть сейчас. Они никогда не были людьми, как например, я или Элли и им не надо было находить новое тело по истечению срока его годности. Они всегда состояли из огня и жара, и легко справлялись со своей сущностью. Пламя им не только подчинялось, но казалось даже и приклонялось перед ними. Не взмахом руки, а тихим шёпотом они могли приказывать огню, делать с ним всё, что только вздумается. И я сомневался, что в мире существовал кто-то, кто мог бы переплюнуть их в этом деле. Высокие, стройные, с чёрными, как смоль волосами и бронзовым загаром они были похожи, как две капли воды. И временами не только внешнее сходство определяло в них братьев. Они двигались синхронно, а иногда и говорили в одно и то же время одни и те же слова.
        - ЛеМарко. - Антонио, считавшийся в их паре главным, пожал мне руку. Александр только кивнул.
        Они прошли и сели на диван, приветствуя Воурта и Дорис. Воурт скупо улыбнулся, по неведомой причине, недолюбливая братьев Карамазовых, как он часто их называл. Почему - неизвестно...
        - Добрый день. - Почти сразу вошла невысокая блондинка в голубом брючном костюме.
        - Здравствуй, Заря, - без улыбки поприветствовал её я, так как стоял ближе всех.
        Она смерила меня презрительным взглядом и молча прошла к Элли, которая, как пятиконечная звезда, стояла около Дорис и поджидала, когда же Заря попадёт к ней в объятия. Я закатил глаза и устало вздохнул. Я совсем не хотел встречаться с Зарёй. У нас с ней всегда были натянутые отношения, даже хуже, чем с Дафной. И частично в этом виноват я. Нет, даже не частично, а всецело. Ведь всем известно, что до Латиши у меня были и другие девушки, и Заря была одной из них. После нашего расставания она улетела в Сочи и то, что мы довольно долго не виделись, должно было положительно сыграть на нас. Но как оказалось, ненависть очень глубокое и цепкое чувство. Мы не преодолели барьер. Эта одна из тем, о которой я не люблю говорить. Но временами на меня набегают воспоминания, и я начинаю анализировать всё своё прошлое, несмотря на желания.
        Арозон тоже вскоре подошёл. Его я ждал с ещё большим нетерпением. Он спокойно поприветствовал всех, пожал руку Дорис, так как чуть ли не больше всех восхвалял Любовь, кивнул Антонио и Александру, улыбнулся Заре и Воурту.
        - Привет, Элли, - быстро посмотрев на неё, сказал он.
        Вот тут особый случай.
        Раньше, лет пять назад, они были парой. Не просто парой, а половинками чего-то одного целого. Все думали, в том числе и я, что они, наконец, нашли друг друга, как Воурт и Дорис. Но почему-то всё пошло не так, и они расстались. Арозон стоически перенёс разрыв, а вот Элли далось это трудно. Мне временами кажется, что она до сих пор хочет быть с Арозоном. Все видят, как она потухает, стоит ему появиться в поле её зрения.
        - Привет, Лив, - Арозон обнял меня за плечо.
        Я кивнул, пристально глядя ему в глаза. Он понял, что я хочу спросить.
        - Да, Валери уже на месте. Кажется, всё пройдёт хорошо.
        Я снова кивнул, не понимая, почему чувствую такой большой наплыв волнения. Я тоже переживал, как там Джасмин с Валери. Но, подобно другу, смог сдержать эмоции в узде.
        Почти все были в сборе. Не хватало только Дафны и самого старшего демона, без которого не проходило ни одно собрание. Никто не мог войти в главный зал Совета без него, и все терпеливо ждали его прибытия.
        Где-то далеко пробило ровно полдень. Антонио и Александр сидели вместе с Зарёй и Элли на диване, о чём-то тихо перешёптываясь. Арозон спрашивал Дорис о её самочувствии, а Воурт, подойдя ко мне, проскулил, что брюки ужасно натёрли ему промежность. В десять минут первого, дверь снова отварилась и вошла Дафна в сопровождении абсолютно лысого старичка в чёрном пальто. Маленькими, высохшими руками, он держался за лакированную трость с серебряным набалдашником. Голова с блестящей лысиной, словно опустилась ниже в туловище, и острые уши торчали чуть ли не на самом уровне плеч. Абсолютно белые глаза с чёрными точками смотрели вперёд, захватывая всё целиком, не выделяя какую-то часть комнаты. Со стороны могло показаться, что старик либо ослеп, либо совсем обессилил от старости. Замерев на пороге, демон осмотрел нас глазами с тяжёлыми веками и, не говоря ни слова, проковылял к правой двери. Дафна, как привязанная за ним. Все поднялись со своих мест и прошествовали следом за ними.
        Соседняя комната разительно отличалась от той, где мы находились до этого. Квадратная, с закрытым наглухо шторами окном, обитая тёмными деревянными панелями и висящей единственной люстрой в форме раскрытого цветка лотоса. Десять алых кресел на кривых ножках стояли в ровном кругу. В центре круга на паркете лежал небольшой овальный ковёр бардового цвета. Больше никакой другой мебели не было. Всё предельно просто и темно.
        Мы расселись в креслах в произвольном порядке. Каждый садился туда, куда хотел, кроме самого старого демона. Его место никто не занимал не из-за уважения перед старшим или из-за его какой-то сверхъестественной силы. Просто-напросто никто не хотел связываться с ворчливым стариком, который смотрел на мир белесыми глазами.
        Арозон сел от меня по левую руку, а Воурт по правую. Заря, как назло, села напротив, прожигая меня взглядом, словно это я сел специально перед ней. Я не удержался и закатил глаза - неужели, она никогда не будет нормально ко мне относиться? Я же веду себя с ней настоящим пай-мальчиком. Чего Заре ещё надо?! Если буду думать об этом достаточно долго, возможно и узнаю ответ, но не сейчас...
        Я перевёл взгляд на Дафну, которая села рядом с Арозоном. Она подалась вперёд, положив руки на мягкие подлокотники. Ей первое слово.
        - Друзья, - скупо произнесла она, почти не разжимая узких губ.
        Её холодный острый взгляд прошёлся по всем, в том числе и по мне. Встретившись с ней глазами, я понял, что она обращалась ко всем, кроме меня. Конечно...
        - Мы решили собрать очередной Совет сегодня по очень важным причинам. Они касаются каждого, и я надеюсь на ваше благоразумие. - Дафна снова посмотрела на меня, но на этот раз взгляд задержала, чтобы все заметили это и тоже посмотрели на меня.
        Я спокойно выдержал настойчивое внимание всех, кроме старика, который пялился на бардовый ковёр перед его ногами.
        - Вопрос касается молодняка, - сообщила Дафна.
        Воурт возвёл глаза к потолку и скривил губы в усмешке. Антонио и Александр, как по знаку, посмотрели друг на друга, не изменившись в лице.
        - Опять что-то стряслось? - спросила Заря.
        Дафна медленно кивнула.
        - Три дня назад под стражу людям попался новичок. Уверенный в своих немногочисленных силах, он устроил бойню прямо в камере временного пребывания и спалил дотла трёх сокамерников.
        Дорис тихо ахнула, испуганно посмотрев на Воурта, который равнодушно глядел вперёд. Он в своём клубе видел вещи и похуже, его таким лепетом не удивишь.
        - Охрана, - продолжила Дафна, - состоящая из двух человек, тоже была убита минуту спустя, а наш "малыш" скрылся. Пока никто не может его найти, даже наша поисковая группа.
        - Вы знаете кто? - тихо спросил Антонио.
        - Да. Его имя Ши. Стал хайшитом недавно.
        Все посмотрели на Дафну, даже старик. Она произнесла наше настоящее имя, что делалось довольно редко. Мы старались не трепать название нашего рода и привыкли вслед за людьми называть себя демонами, но старинное имя никогда не забывалось.
        - Он один? - спросил вслед за братом Александр.
        - В проблеме с пожаром в изоляторе - да. Но не один, когда дело касается всего происходящего. Наши приемники совершенно не опытные. Они не понимают, почему надо скрываться, не знают, как сдерживать себя, как вести себя с людьми. Они постоянно подвергают нас опасности! Новые особи неуправляемые. Похожи на диких варваров или зверей...
        - Скорее, не на варваров, - перебил Воурт, - а на детей.
        - Детей можно воспитать!
        - Сколько детей не воспитывай, всё равно не воспитаешь. Так просто дела не делаются.
        - Вы уже пробовали говорить с ними? - спросила Дорис Дафну.
        - Без толку, - пробормотала Заря, а Дафна ответила:
        - Их слишком много. Количество превышает норму.
        - Но попытаться же надо, - не унималась Дорис.
        - Милая, - обратился к ней Воурт. - Это как об стенку горох. Я часто встречаю их в клубе и...
        - И ничего не делаете! - перебила Заря, подавшись вперёд. - Вы имеете на них большое влияние, почему же?..
        - Я имею? - переспросил Воурт. - Вот уж не ожидал. Я для них никто, им до лампочки, кем я являюсь. Они радуются жизни и всё.
        - Убивать - это радоваться жизни? - нахмурилась Дафна. - Ты так это называешь?
        - Почему сразу убивать? Они молоды, в них бурлит кровь. Им не просто усидеть на месте. Они хотят узнать на что способны. Это естественно!
        - Ты их защищаешь? - сузила глаза Заря.
        - Я просто трезво смотрю на ситуацию.
        - Не надо смотреть, надо действовать!
        - И что ты сама предлагаешь?
        Заря замолчала.
        Несколько секунд стояла тишина.
        - Образумить мы их не можем, - сказала Дафна. - Они нас не послушают.
        - Тогда придётся показать наглядно, что бывает с провинившимися, - спокойно сказал Антонио.
        - Убийство? - подала голос Элли, брезгливо поморщившись.
        Краем глаза я заметил, как Арозон украдкой посмотрел на неё.
        - Одни раз, но наверняка...
        Неожиданно старик, который всё это время смотрел в пол, ожил и поднял на нас глаза.
        - Убийство, - сказал он твёрдым голосом, который абсолютно не вязался с его внешней немощностью, - а особенно убийство собрата карается по высшей мере. Я лично готов засунуть в морозильную камеру того, кто нарушит Правила.
        И он снова превратился в старика, которому ничто не интересно. Антонио ничего не ответил.
        - Вся проблема в том, - произнёс Воурт, - что молодняку не на кого ориентироваться. Не у всех есть наставники.
        Дафна презрительно усмехнулось.
        - Да уж. Новичкам не на кого ориентироваться. Конечно! - В её голосе слышался открытый сарказм. - Тебе назвать имена, которые ты, впрочем, знаешь лучше моего? Лир, Гисир, Мари, Дарий, Зойя, Юла! И это далеко не все! Их нельзя назвать молодняком, они перешли границу, но ведут себя, как стадо баранов, которые метаются из одного угла в другой! И новое поколение смотрит на них и видит, что так делать можно! Гисир ради забавы пришёл в цирк и прервал представление собственной выходкой - поджог кобыле хвост! Зойя угонят машины вместе с братом, и его лицо прекрасно известно охране порядка! Не на кого ориентироваться? В том-то и беда, что им есть с кого брать пример, и их не волнует, что идеал немного загноился и требует переработки!
        - Тогда, тут проблема не в молодняке, а в старшем поколении, - сказал Воурт.
        - И в них тоже! - Лицо Дафны покраснело.
        - Вас послушать, так мы все твари, - усмехнулась Заря.
        Антонио недовольно посмотрел на неё. Дафна поджала губы и посмотрела на меня:
        - А что скажет наш многоуважаемый Ливви?
        Все уставились на меня. Я скрестил ноги.
        - Что именно ты хочешь услышать, Дафна?
        - Ведь это твои... м-м... друзья. Что ты скажешь в их защиту?
        - С чего ты взяла, что они друзья Ливви? - не дав мне сказать, спросил Арозон.
        Дафна перевела взгляд на моего друга.
        - Он единственный, сидящий здесь, кто якшается с ними...
        Воурт тихо зашипел. Я нахмурился.
        - Почему же именно якшается? - спросил Воурт.
        - По-другому это назвать и нельзя.
        Старик перевёл взгляд с меня на Дафну. Он сидел так неподвижно, что его мельчайшее движение было заметно каждому.
        - Дафна, - произнёс он.
        - Мы слушаем тебя, Филарет. - Её тон изменился, из жёсткого превратившись в елейный. Я брезгливо поморщился.
        Но старик ничего не стал продолжать, снова замерев, как статуя. Воурт, воспользовавшись паузой, сказал:
        - Новому и старому поколению нужен тот, кто станет для них идолом. Нам нужен человек, который более-менее походит на эту роль.
        - Не сотвори себе кумира, - прошептал Александр, но на него не обратили внимания.
        - Один человек ничего не изменит, - покачала головой Заря.
        Воурт улыбнулся, на миг превращаясь из старейшины во владельца ночного клуба.
        - Готов спорить с тобой, Заря.
        Она нахмурилась. Арозон, почему-то вперился в меня взглядом. Воурт тоже, через секунду посмотрел на меня.
        - Ливви, - сказал он. - Что ты скажешь? Сумеешь?
        - Что? - одновременно воскликнули Заря и Дафна.
        Я в шоке уставился на Воурта.
        - Что ты имеешь в виду?
        - Что ты имеешь в виду? - эхом повторила за мной Заря.
        Воурт довольно улыбнулся, соединив кончики пальцев перед собой.
        - Дорогие мои, - протянул он, - Дафна только что поведала нам одну большую "тайну". Оказывается, Ливви якшается с новым поколением, знает его, как свои пять пальцев. - Воурт тихо захихикал. - Всем известны вечеринки у него дома. Демоны стремятся к нему даже сильнее, чем в "Дыши огнём". И не потому, что там веселее, или ещё что-то. Нет, конечно, нет. Их завораживает сама личность ЛеМарко. Они так много о нём слышали...
        - Ничего хорошего, - пробубнила Заря.
        - ... что хотят собственными глазами увидеть его. Репутация ЛеМарко, будем говорить начистоту, не сказать, чтобы идеальная. Есть пару грешков. Но этим он их и завлекает. Весёлый, бесшабашный парень, которому все чуть ли не поклоняются (Дафна закатила глаза), может служить для молодняка примером. Я говорил с ним недавно, он остепенился, на него можно положиться. Если он, проучит кого-нибудь из самых вертлявых. Только проучит, дорогой Филарет, не убьёт. Все пойму, что к чему. Раз уж наш Ливви не любит проказничать, значит, это не круто и не интересно. Надо взяться за ум и устроиться на работу. Вам не кажется, что молодняк будет думать именно так? Я вот думаю, что да.
        Я недоверчиво усмехнулся. Дафна и Заря скептически поджали губы. Элли кашлянула.
        - Э-э... Воурт, но ведь ты прекрасно знаешь, что Ливви... м-м... отошёл от такого рода деятельности, так ведь, Лив? Воурт, ты сам только что сказал, что Ливви остепенился и всё такое. Я согласна с тобой, я знаю его, но... м-м... тебе не кажется, что он как раз и потерял своё влияние из-за этого? Ливви, когда ты в последний раз общался с кем-нибудь кроме... Арозона?
        Я покачал головой.
        - Послушайте, - сказала я. - Не знаю, с чего это вдруг Воурт решил, что я могу как-то повлиять на молодняк или даже на Зойю с его братом. Это всё бред, вам не кажется?
        Дафна неопределённо пожала плечами.
        - Ливви, - недовольно позвал Воурт, - ты не понимаешь, не видишь ситуацию со стороны, так как являешься заинтересованным лицом, назовём это так.
        - Можно попытаться, - неожиданно сказал Арозон.
        Я посмотрел на него.
        Это всё казалось мне безумной затеей. Меня послушают? С чего ради? Кто я такой? Раньше, когда я на всю катушку наслаждался жизнью, знал почти каждого демона, ко мне прислушивались, только когда я предлагал очередную идею вечеринки. Но теперь? Я давно нигде не был. Даже моё последнее посещение "Дыши огнём" прошло спокойно в кабинке с Воуртом. Никаких феерических представлений и всё в таком духе.
        - Попытаться можно, - неуверенно пробормотала Элли, глядя на меня.
        По виду Дафны и Зари было понятно, что они против такого поворота событий, но тут Филарет снова ожил и сказал:
        - Добро.
        
        
        Глава 8
        ВОСПОМИНАНИЕ
        Никто, даже я, не хотел перечить старику, и по безмолвному голосованию меня выставили делегатом. Я не имел ни малейшего представления, что мне делать. Я не готов быть для кого-то... наставником. Бр-р! Это не для меня. Стараясь не переборщить с недовольным взглядом в сторону Воурта и Элли, постарался взять себя в руки и поразмыслить над возникшей проблемой позже. Сейчас не до этого, ведь как я понимаю, Совет на этом не заканчивается.
        Снова первое слово взяла Дафна. Но теперь, то ли от того, что ей не нравилась моя кандидатура, то ли из-за ещё каких-то проблем, но она заметно начала волноваться. На неё не очень похоже, и я вспомнил её вчерашнее сообщение о важности собрания. Сцепив руки в замок, она осмотрела каждого, кроме меня и произнесла:
        - Друзья. Ещё один вопрос стоит на повестке дня. И я бы не назвала его важнее проблем с молодняком, но он не менее значим для каждого из нас, а особенно Арозона.
        Все, в том числе и я, посмотрели на моего друга. Арозон удивленно приподнял одну бровь.
        - Два дня назад стало известно о возвращении одного демона. Он нелегально пересёк границу нашей страны и так же скрыто приехал в наш город. Друзья, я говорю о Гласе.
        Дафна замолчала, так как Элли и Заря удивлённо и рассерженно зашипели. Антонио и Александр недовольно переглянулись, а Воурт выругался сквозь зубы. Я посмотрел на Арозона. Тот не изменился в лице, только губы побелели, а вместо воздуха он выдохнул еле заметное облачко дыма.
        Не сказать, чтобы я тоже спокойно отреагировал на новость. Глас - демон, который давным-давно был одним из нас, сидел в этом же кругу и принимал участие в Совете. Но потом его выслали из страны и запретили возвращаться. На то, чтобы выгнать его из Совета были свои причины, и о них никто не любил вспоминать.
        - Как он посмел вернуться? - прошипела Заря. - Он нарушил Правила!
        - Всем это известно, Заря, - терпеливо произнесла Дафна. - И я уверена, никто не рад его возвращению.
        - Вы его уже нашли? - тихо спросила Дорис.
        - Конечно, нет. Он скрывается, но следы его пребывания видны повсюду. Я сама разговаривала сегодня ночью с несколькими очевидцами. Они уверены, что видели именно Гласа.
        - Я хочу поговорить с ними сам, - сообщил Арозон.
        - Как хочешь. Но не уверена, что ты выжмешь из них что-то ещё.
        Арозон промолчал.
        - На его поиски я направила самую лучшую группу, - продолжила Дафна. - В них я не сомневаюсь. Вот только что мы будем делать с Гласом, когда его поймают?
        - Убить мы не можем, - недовольно проговорил Антонио, посмотрев на Филарета.
        - Снова выслать? - спросила Элли.
        - Конечно, нет! - Заря ударила ладонью по подлокотнику кресла. - Посадить его в морозильный саркофаг! Пусть живёт там!
        - Вначале надо выяснить, зачем он приехал, - сказал Воурт. - Он прекрасно знает, что мы не встретим его тут с радушием, и он сильно рискует, возвращаясь обратно. Видно причины для него весьма вески, и их надо узнать, а лишь потом думать, что с ним делать.
        - Да, ты прав, - согласилась Дафна и посмотрела на Арозона. - Надеюсь, никто не будет совершать опрометчивых поступков.
        Я нахмурился, так как не любил, когда сомневаются в моём друге. Арозон ничего не ответил на её слова.
        - Попрошу вас всех быть очень внимательными. Вы прекрасно знаете, что он злопамятен. Возможно, он созрел для мести. Мы все выносили ему приговор, и все находимся в опасности. Не сказать, что Глас сильный демон, однако... Будьте бдительны.
        Дафна выдержала паузу.
        - И ещё, - вздохнула она. - Поступила новость о приезде трёх демонов. Дорис, Элли они должны быть зарегистрированы у вас.
        - Да, конечно. - Элли оживилась, так как была рада перемене темы.
        Для неё тоже болезненно сказывалось всё, что касается Гласа.
        - Это Юлий, Грей и Сума. Они все отметились у меня и не вызывают никаких подозрений. Сума некоторое время жила в Австралии, но вернулась. А Юлий и Грей у нас впервые.
        - Вот и шанс Ливви испытать себя, - сказала Дафна. - Надеюсь, он не подведёт нас. На этот раз.
        Она усмехнулась, а я сделал вид, что не услышал.
        Совет продолжался ещё некоторое время. Дафна снова рассказала нам о необходимости следить за молодыми и попросила Воурта не так часто устраивать в клубе наши посиделки. Он согласно кивнул, но я-то знал, что он как обычно пропустит её слова мимо ушей. Как управлять "Дыши огнём" его дело, и Воурт не любил, когда ему советовали.
        С того момента, как Дафна сообщила о возвращении Гласа, Арозон рядом со мной не шевелился, как Филарет, глядя только перед собой. Я вспомнил, каким был мой друг после того, как выяснилась причастность Гласа к громкому делу. Не часто мне доводилось видеть друга таким. Одновременно яростным и опустошённым. И как же я не хочу, чтобы всё повторялось снова. Это как страшный сон, который в любой момент может стать явью.
        Дафна закрыла очередное собрание, и все, кроме меня и Арозона вышли из комнаты. Я не шевелился, дожидаясь, пока друг первый что-то скажет. Но он словно не заметил, что мы остались одни и продолжал бездумно смотреть вперёд. Неужели вспоминает? Нет... Я не хочу, чтобы он снова видел это...
        - Арозон, - позвал я, поднимаясь с кресла.
        Он запоздало поднял на меня глаза.
        - Да?
        - Нам пора.
        - Да... Да, хорошо.
        Мы вышли в соседнюю комнату. Воурт, Дорис и Элли были всё ещё здесь. Я вспомнил, что хотел поговорить с Дорис насчёт Яры, но не смог бросить друга. Я нужен был ему, хотя он и сам не догадывался. Элли, увидев нас, грустно вздохнула, хотела что-то сказать, но передумала.
        Арозон не попрощался ни с кем, на автопилоте покинув гостиничный номер. Я шёл за ним тенью, дыша в затылок, и казалось, он меня не замечал. В пустой кабине лифта мы спустились на первый этаж и вышли из "Котвы". Лишь на парковке он замер около своего "Астон Мартин". Посмотрев вокруг и не помня, как он дошёл до машины, Арозон встретился со мной взглядом, и я испугался.
        - Арозон. - Я схватил его за руку.
        Он не ответил. Усадив его на пассажирское сидение, я сел за руль, но ехать никуда не собирался.
        - Арозон, - повторил я, встряхивая его. - Прекрати.
        - Что?
        - Хватит думать о... об этом.
        Он кивнул и только сейчас заметил, что я сижу на его водительском сидении.
        - Ты едешь ко мне? - спросил Арозон.
        Я неопределённо пожал плечами. Друг нахмурился.
        - Да, поедем вместе. Ты нужен мне там. Я пока ещё не собрался с мыслями. А я не хочу, чтобы Джасмин что-то заподозрила.
        - Хорошо, - согласился я и завёл машину.
        Мы ехали в молчании, и каждый думал о своём. Не знаю, как Арозон, но у меня перед глазами стояло лицо Гласа - нелицеприятный тип с широким ртом в постоянной усмешке. Бессмысленный вопрос - зачем он приехал? - вертелся в голове назойливой мухой. Что-то важное привело его туда, откуда его с позором выгнали.
        Выгнали... Лучше бы убили. Мелькнула мысль, что я сам готов его уничтожить, и пусть Филарет исполнит своё обещание и усадим меня в морозильный саркофаг до скончания веков. Главное, он больше не будет ходить по земле и портить жизнь окружающим.
        Я посмотрел на Арозона. Снова задумчивый вид. Такие же мысли одолевают его? Или он вспоминает... другую? Ту, из-за которой Гласа выслали?
        Вместо лица Гласа перед глазами возник облик миловидной девушки до ужаса похожей на Арозона - такая же бледная кожа, чёрные волосы и тёмные глубинные глаза. Добрая улыбка с ямочками на щеках. Лара - сестра моего друга. Ведь он тоже, как Антонио и Александр был рождён хайшитом, хоть и не хвастался этим направо и налево и предпочитал не упоминать о своём происхождении...
        - Я хочу купить что-нибудь для Джасмин, - неожиданно сказал Арозон. - Останови у этого супермаркета.
        Я послушно припарковался, и мы зашли в магазин. Глядя строго перед собой, Арозон направился к отделу с фруктами, я, как верный пёс, за ним. Нахватав всего понемногу, так как он не знал, что именно любит Джасмин, а что нет, мы прошли на кассу. Молодая продавщица в высоком зелёном колпачке улыбнулась нам приветливой улыбкой, но увидев выражение лица моего друга, скисла. Я проследил за её взглядом и увидел остекленевшие глаза Арозона. Даже сейчас, покупая вкусности для Джасмин, он думал о прошлом или может о будущем - что сделает с Гласом, когда того поймают. Мне не нравилось, что он так сильно на себя накручивает. Буду надеяться - дома он придёт в себя. Но всё же нельзя так углубляться в воспоминания и разрывать ещё не затянувшиеся раны.
        На парковке около дома Арозона ярким пятном выделился розовый "пежо". Остановившись рядом с ним, я вспомнил о Валери. Она показалась мне совершенно нелепой в моих мыслях. Не из-за того, что так настырно пыталась познакомиться. Нет. Просто из-за размышлений о Гласе, о Совете и всём остальном, мысль о простом человеке привела меня в лёгкое замешательство. Как она сюда попала? Во всём этом хаосе я ещё мог думать о ней.
        Все 10 этажей мы ехали в пустой кабине. Арозон теребил пакет с фруктами, и у меня возникло подозрение, что он забыл обо мне. Я не стал ничего ему говорить, надеясь на Джасмин.
        Когда мы вошли в квартиру, никто не вышел нас встречать. Из гостиной доносились чьи-то голоса, и только через секунду я понял, что работает телевизор. Судя по звукам, какой-то ужастик или что-то подобное. Крики, стоны, вопли и дикий смех. Вслед за другом я прошёл по неоновому коридору.
        - Арозон! - воскликнула Джасмин, вскакивая с дивана.
        Она налетела на него, словно нас не было целый день. Арозон обнял девочку и... улыбнулся. Я вздохнул с облегчением.
        - Привет, - донеслось с кресла.
        Обойдя друга с девочкой, увидел Валери. Она сидела, скрестив свои длинные ноги. Заметив меня, её лицо вытянулось, но тут же расплылось в улыбке.
        - Ливви, не ожидала!
        Я кивнул ей. Она поднялась на ноги и подошла к Арозону. Он отпустил Джасмин, которая буквально висела у него на шее, и посмотрел на девушку.
        - Всё прошло на высшем уровне. Никто не пострадал, все сыты и довольны! - военным тоном доложила она и рассмеялась.
        Джасмин вторила ей и схватила девушку за руку. Меня это покоробило. Они знакомы всего ничего, а уже так сдружились. Чем я хуже?..
        - Спасибо тебе, Валери, - поблагодарил Арозон, пожимая её руку.
        - Какой ты горячий, - захихикала девушка.
        Арозон усмехнулся. Я внимательно следил за ним, и вроде ничего не предвещало его меланхолию. Я оказался прав, и Джасмин поможет ему?
        - Гм, - кашлянул я. - Я пойду, наверное.
        Арозон и Валери посмотрели на меня. У обоих одинаковые взгляды - расстроенные. Арозон понятно, но девушка? Джасмин никак не отреагировала на мои слова, изучая кольца на пальцах Валери.
        - Может, останешься на ужин? - спросил друг. - И Валери тоже, ты согласна?
        Она кивнула, глядя на меня. По её лицу я понял, чего она хочет. Останусь я, останется и она. А если я уеду, Валери тоже откажется от ужина. Не знаю почему, но мне показалось это забавным.
        - Конечно, - согласился я.
        Оставшийся день прошёл лучше, чем я думал. Арозон и Джасмин пошли на кухню, а мы с Валери остались в гостиной. Сегодня она не казалась мне такой приставучей, и мы неплохо поболтали. Я был рад, что она приехала сюда, и не только. Я был благодарен, что она вообще каким-то образом сумела вписаться в мою жизнь, несмотря на то, что виделись мы с ней всего во второй раз. Болтая с ней невесть о чём, я забыл о сегодняшнем собрании и о возвращении Гласа. Интересно, Арозон чувствует то же самое, общаясь с Джасмин? Вытягивает ли его девочка из чёрного прошлого? Я всем сердцем надеялся, что да, и наверное, впервые был благодарен судьбе, что Джасмин повстречалась мне.
        Когда мы сидели за столом, говорили в основном Валери и Арозон. Девушка расспрашивала его о работе, и он охотно отвечал. Мало кто знал, что мой друг был хозяин крематория, и меня удивляло, как быстро он признался, как зарабатывает деньги. После обсуждения Арозона Валери плавно перешла на промывание моих косточек. Она избрала странную позицию, не говорила со мной лично, а задавала вопросы, на которые отвечал Арозон.
        - Арозон, а ты давно знаком с Ливви? Вы ходили в один детский сад? Вас связывает работа? Но какое отношение имеет Ливви к роду твоей деятельности? Скажи, каким он был в юности? На твой взгляд, у него есть слабые места?
        И всё в таком духе. Иногда Арозон не находил, что ответить и направлял Валери прямо на меня. Ужин превратился в игру "Вопрос-ответ", но не сказать, чтобы это сильно нас утомило. Джасмин так вообще слушала, раскрыв рот. И только когда я начинал что-то говорить, она утыкалась носом в тарелку или с особым усердием рассматривала вилку.
        Когда пришло время расставаться, Арозон не выглядел грустным или расстроившимся. Скорее всего, усталым. Я уходил уверенный, что с ним ничего не случится, Джасмин сумеет вытащить его из воспоминаний, и даже обрадовался, когда Валери предложила подвезти меня до дома, так как "бентли" остался стоять около "Котвы".
        - Арозон и Джасмин просто великолепны, - сказала Валери, когда мы вошли в кабину лифта, где помимо нас ехала ещё одна пожилая женщина в красивом манто.
        Я кивнул.
        - Это просто чудо, что мы встретились, - продолжила Валери. - Я имею в виду, вчера, когда забыла, что суббота и приехала к Линде в гости. А там Арозон. Мы отлично провели время в магазине. Не знаю почему, но с ним так легко. Почти так же, как с тобой. Это вообще судьба, что мы сегодня встретились!
        Дама в манто с улыбкой посмотрела на нас. Я не знал, что ответить. Временами, Валери ведёт себя так... открыто, что становится неловко.
        В "пежо" я чувствовал себя, как в футляре. Машина была такой маленькой, и я пожалел, что оставил "бентли" около гостиницы. Валери же привычно пристегнула ремень безопасности и резко тронулась с места. Я не боялся аварии, но мне было не по себе, когда я представлял, что может случится с человеком при столкновении авто.
        Валери спросила, где я живу, и стоило мне назвать адрес, как она удивлённо присвистнула, но потом добавила:
        - Ну, конечно, где же ещё жить генеральному директору...
        Ехали мы на бешеной скорости. Я и не думал, что эта машинка на такое способна. Валери была хорошим водителем. Всю дорогу она снова болтала, только теперь это начало надоедать.
        Когда мы покинули бизнес-центр города и въехали в жилую зону, машина сбавила скорость. Валери с любопытством рассматривала дома, вслух рассуждая, сколько потребовалось денег хозяевам, чтобы в своём саду устроить настоящий парк отдыха.
        - Вот тут остановись, - я указал на собственный дом, огороженный высоким забором, чтобы соседи не видели, чем занимаются по ночам демоны. - Спасибо, что подвезла.
        Я говорил искренне, и должно быть, она это почувствовала. Валери улыбнулась, и я понял, что хочу улыбнуться в ответ. Такая забавная...
        - Ещё увидимся, - теребя руль, сказала она.
        - Очень надеюсь. - Я не солгал. - Пока.
        - По...
        Она не договорила, так как ворота моего дома разъехались по сторонам, и я увидел Латишу. Вот только не она! Демоница стояла, уперев руки в бока, и недовольно смотрела на нас. На ней была чёрная водолазка и тёмные брюки, которые отлично скрывали все её ожоги. А я-то думал, что ей понадобится новое тело и она отстанет от меня. Как бы ни так.
        Увидев рядом со мной Валери, она грозно нахмурилась и направилась к нам. Я почувствовал, что жар в моём теле усилился и тут же задержал дыхание, чтобы не испугать девушку неожиданным дымом. Быстро улыбнувшись Валери, я вышел из машины и с облегчением выдохнул.
        - Ливви! Кто это такая?! - заголосила Латиша, видимо страдая кратковременной памятью.
        Она, кажется, забыла, что было с ней в прошлый раз.
        - Замолчи, - прошипел я, хватая её под руку.
        Она накалилась до предела, глаза пылали. Я потащил её к дому, не оборачиваясь на "пежо". Как только я закрыл ворота, по венам прокатился настоящий пожар, найдя своё выход через пальцы рук. Латиша вскрикнула, когда я оставил на ней очередной ожог.
        - Ливви!
        - Я не хочу больше видеть тебя у себя дома. Я закрываю тебе доступ ко мне, и если ещё раз ты повысишь на меня голос, обещаю - живой ты не останешься. - Мой голос на удивление был спокойным.
        Латиша смотрела на меня, морщась от боли. Я до сих пор держал её, дожидаясь, пока Валери отъедет от моего дома. Лишь тогда выпустил демоницу, и она сразу исчезла. Надеюсь, и из моей жизни тоже.
        Когда я вошёл в дом, ладони всё ещё горели. Новый слой пепла слетел с меня, оставляя позади след, подобно шлейфу. Проведя рукой по волосам, понял, что новое тело мне понадобится скорее, чем планировалось ранее. Я не ощущал воздуха, не дышал им, мои лёгкие закупорились дымом, который оседал на бронхах. Было одновременно приятно и неудобно. Тело рвалось от кашля, но я получал удовольствия от переполняющего меня жара. Помутнело в глазах, я не дошёл до дивана, свалившись на пол. Во мне горело не пламя, а разрастался настоящий пожар, стирающий всё на своём пути. Почему так рано? Это тело ещё должно существовать. Тело загнулось от боли, но я пока мог, наслаждался всепоглощающим жаром. Я ничего не видел, только чувствовал. Пальцы сжимались и разжимались, тело боролось за жизнь, но я знал, что время пришло.
        Почему именно сейчас? Неожиданно. Я даже не приготовил себе новое тело. Чем я буду, когда это сгорит?
        Мысли путались, и я понял, что на короткие мгновения освобождаюсь. Я видел себя со стороны. Точно так же, когда я решил закончить свою жизнь в унылом тёмном переулке. Я вылетал из тела. И снова скрюченная фигура показалась мне жалкой и недостойной меня. Кожа плавилась, по комнате разлетались серые пластинки пепла. Перед взором метались какие-то картинки, я пытался уследить за ними, но ничего не получалось.
        Неожиданная, давно забытая лёгкость, одолела меня, застала врасплох. И вместе с этим чувством я очутился не здесь. Где-то далеко. В другом месте.
        
        Лара Леблан была необыкновенно доброй женщиной. Она светилась изнутри добрым и чистым огнём. Пламя горело в ней всегда спокойно, никогда не пыталось вырваться наружу. Ему было хорошо внутри неё. Когда я смотрел на Лару, мне самому хотелось бросить все дела и тихо полежать на диване в окружении семьи и друзей, никуда не спешить, просто жить. Она помогала всем, кому только могла, отдавала себя миру без остатка и всегда расстраивалась, когда не могла помочь. Ей порой хотелось обнять весь мир, чтобы согреть всех своим теплом.
        К Ларе тянулись, у неё было много друзей, по крайней мере, она сама так думала. Одна только мысль, что кто-то может не любить эту женщину, была абсурдной!
        Арозон гордился своей старшей сестрой и любил её всей душой.
        Лара очень ответственно относилась к каждому делу. Если она давала обещание, значит, она обязательно его сдержит. Именно от неё я заразился такой хорошей привычкой всегда держать слово. Никто, даже простые люди, не были обделены её вниманием. Они захватили её тепло и душу.
        Люсина, молодая девушка, была одной из тех, кому требовалась помощь. Случайно наткнувшись на Лару в парке, она с одного взгляда поняла, что перед ней стоит тот, кто может ей помочь. Не знаю как, но люди чувствовали Лару. Они подружились, и Люсина призналась, что беременна. Но она не выглядела счастливой будущей матерью. Она не хотела этого ребёнка, и отказывалась отвечать почему. Лара думала, что в ней ещё не проснулся материнский инстинкт, и всеми силами пыталась предотвратить смерть ещё не родившегося ребёнка. Это был тяжёлый случай, даже мы с Арозоном были вовлечены. Лара познакомила нас в обычном уличном кафе. Люсине оказалось всего восемнадцать лет, она была худым и беззащитным существом, с которым случилась такая беда. Она ушла от родителей, жила в съёмной квартире, за которую давно уже не платила и со дня на день должна оказаться на улице. Лара предложила ей пожить у неё, но девушка упорно сопротивлялась. По ней было видно, что она хочет принять нашу помощь, но почему-то отказывалась. Лара переживала за Люсину, как за собственную сестру, приходила к ней каждый день и даже втайне от неё
заплатила за квартиру, чтобы хозяева не выгнали бедняжку на улицу. Мы с Арозоном, как могли, сочувствовали Люсине, и то, что она не принимала нашу помощь, нас очень расстраивало. Даже солнечная Элли не могла помочь Ларе справится с Люсиной - девушка чахла, таяла на глазах, тогда как живот становился всё больше и больше. Лара сама переехала к девушке и помогала ей по хозяйству, забросив все свои личные дела. А когда Люсина заболела, Лара чуть с ума не сошла от беспокойства. У бедняжки был сильный жар, она бредила, но в те ясные минуты, когда она могла говорить ровно и связно, просила не звать врачей.
        Я хорошо помню тот злосчастный день. Арозон и Элли переживали не только за человека, но и за Лару. Она давно не показывалась дома, день и ночь проводя у постели больной. И когда мы услышали, как к дому подъезжает машина, решили, что вернулась Лара, и очень обрадовались.
        Вот только радостным дальнейшие события не назовёшь. Приехала Дафна и сообщила, что Лара умерла.
        Нет. Она погибла.
        В квартире, где она была с Люсиной, произошёл пожар. Вначале эта новость показалась невероятной. Лара умерла из-за огня?! Арозон не хотел верить. Но вскоре стало ясно - её убили, и убийца был одним из нас. Её тело не тронуло пламя, всё вокруг сгорело, а она лежала белая, как восковая фигура. И была холодная. В ней не осталось ни единой искры. Чтобы сотворить с ней такое, были необходимы немалые силы, и не каждый был способен на это.
        Арозон был убит горем, смотря на каждого, как на убийцу сестры. Кто и главное, зачем сделал это? Лара, самое доброе и светлое существо в мире, не могла заслужить смерть. И если бы не случай, мы бы никогда не узнали, кто был убийцей.
        Гласа около квартиры Люсины в ночь убийства видел простой человек. Элли, как одна из лучших подруг Лары, пыталась что-то выяснить об убийстве и опрашивала соседей и даже ездила в полицию. Когда сомнений больше не оставалось, и все были уверены, что к смерти Лары причастен Глас, его вызвали в Совет, где он признался в содеянном. Но на вопрос Арозона, почему он это сделал, не ответил. Моему другу и остальным причины были уже не важны. Они жаждали мести, но только из-за Филарета и существующих Правил, сумели отпустить его, выслать из страны...
        Арозон не мог прийти в себя долгое время. Впервые за долгие годы дружбы между нами пролегла стена, которую мы преодолели с большим трудом. Он не хотел ни с кем идти на контакт, закрывался в себе, ненавидел целый мир, ведь именно из-за него Лары больше не было. Она отдала себя без остатка. И её больше не стало.
        
        
        Глава 9
        ПОЖАР
        Нет. Это тело ещё должно жить.
        Неимоверных усилий мне стоило снова заставить себя вернуться. Словно желаешь соединить два магнита. Воздух между мной и скрюченной фигурой на полу словно уплотнился, будто идёшь по дну океана, с трудом переставляя ноги и руки. Вот только вместо конечностей у меня была только сила, и ей я пользовался чуть ли не до изнеможения. С каждой секундой я приближался к телу, которое казалось мне не родным, бездушным, пустым. Я не узнавал себя и даже подумал, что обознался. Но нет. Кроме него в гостиной больше никого не было.
        Последний рывок, и мои другие глаза открылись. Без тела я не распознавал запахов и не чувствовал ни боли, ни жара, ни холода. Зато сейчас всё ощущалось в полной мере. Тело горело, в горле першило, а правая щека пульсировала от боли. Я не шевелился, приходя в себя. Глаза бегали по комнате, которая выглядела до смешного перевёрнуто. В носу кроме запаха деревянного паркета ощущался ещё запах чего-то горелого. Через миг я понял, что горю сам. Подскочив, отчего гостиная пошла кругом, осмотрел себя, в поисках выхода внутреннего огня. Не считая лёгкого дымления рук и тела, я был чист, ни одной искры. Но запах ел глаза. Рука сама собой дёрнулась к макушке, и ладони нащупали что-то горячее. Мои волосы горели! Лихорадочно пытаясь потушить пожар, забил руками по голове. Жар был одновременно приятен и неприятен. Я внутренне хотел, чтобы пожар не прекращался, но тело ныло от боли и страха. Мне удалось сбить огонь, впитав его через кончики пальцев в себя. Из-за небольшого переизбытка жара в организме выдохнул облако дыма, прибавляя его к уже витавшему по комнате.
        Ничего себе я. Что на меня нашло?
        Ещё раз досконально осмотрев себя и не найдя ничего вызывающего подозрения я, наконец, поднялся на ноги. Правая щека засаднила сильнее. Приложив ладонь к больному месту, вздрогнул - больно. Должно быть, ударился, когда неудачно упал.
        Тело всё ещё тряслось, и на нетвёрдых ногах я прошёл в ванную комнату. В зеркале на стене, отражающее меня в полный рост, увидел на щеке красное пятно, которое, судя по всему, будет увеличиваться. Надеюсь, не шишка, а просто ссадина. Но помимо травмы на лице моё внимание привлекли волосы. Не сказать, чтобы они очень пострадали, такие же лохматые и чёрные. Вот только... на макушке были абсолютно белыми, будто меня припорошило снегом. Встряхнув головой в надежде, что это просто пепел, удостоверился, что я поседел. Вот так вот. К чему только не приводят пожары внутреннего сгорания.
        Минут пять я вертелся у зеркала, рассматривая себя и отыскивая ещё какие-нибудь дефекты на теле. Но больше ничего не пострадало, только ладони сильнее прежнего раскраснелись и немного пульсировали. От моей одежды пахло подгоревшим мясом, и я скинул пиджак и рубашку прямо тут. Туловище тоже немного покраснело, словно я только что вышел из бани, и на уровне сердца вырисовывался ровный круглый ожог. Намочив руки, провёл прохладной рукой по ссадине на щеке, поёжившись от резкого перепада температуры. То же самое сделал и с ожогом на груди. Будем надеяться, что всё заживёт быстро.
        Подхватив одежду, чтобы отправить её в мусорное ведро, вышел из ванной комнаты и тут же замер, увидев на диване сидящую Элли. Она равнодушно щёлкала пультом, переключая каналы телевизора.
        - Привет, - грустно улыбнулась она, не отрываясь от телевизора.
        - Привет.
        Я был удивлён видеть её у себя дома. Она давно не приходила ко мне, и должно быть сегодняшнее присутствие обусловлено важными причинами. Глянув на пиджак и рубашку, я забросил их обратно в ванную, чтобы больше не дымили, и подошёл к дивану. Элли выглядела непривычно серьёзной, глядя на мигающий экран телевизора. Даже когда я сел рядом с ней, она не перевела взгляд на меня. Её, кажется, даже не заботил витавший дым в комнате. Мне стало тревожно. Случилось ещё что-то ужаснее, чем возвращение Гласа?
        - Элли? - осторожно спросил я.
        Она замерла, перестала щёлкать пультом, но не отрывала взгляда от экрана. Я взял её за руку, и только тогда она посмотрела на меня. Зелёные глаза, которые всегда искрились светом, сейчас как будто потухли. Мне показалось, что я опять приложил ледяную ладонь к лицу - по спине пробежали мурашки. В голове в один миг пронеслись самые ужасные вещи, которые могли бы случиться с Элли, Арозоном или кем-то другим.
        - Я волнуюсь, - наконец, произнесла она надломленным голосом.
        - О чём? - спросил я.
        Глупый вопрос. Элли, должно быть, имела в виду Гласа...
        - Об Арозоне.
        Я понимающе кивнул. Я тоже тревожился о нём, но успокаивал себя мыслью, что с ним Джасмин, которая лучше всех нас вместе взятых может помочь ему. Вот только Элли этого не знала. А должна ли?
        - Я хотела поговорить с ним, когда он уходил, но... он был таким расстроенным. Я не смогла. И теперь, я волнуюсь... Что с ним? Вы говорили? Он у себя дома? Когда вы расстались? - Её вопросы вырвались против её воли.
        Моя ладонь до сих пор сжимала её руку, и я погладил её мягкую кожу и улыбнулся. Элли чуть нахмурила свой гладкий лоб.
        - Не беспокойся. Я думаю, с ним всё хорошо.
        - Ты думаешь? - переспросила она.
        - Уверен.
        Элли непонимающе посмотрела на меня, а я задумался. Должен ли я говорить ей о девочке? Чем это опасно? И главное, кому. Нет, конечно, не опасно. Возможно, Элли даже что-нибудь знает о Яре...
        И я рассказал ей о Джасмин. Пришлось поведать ей и о моём плане самосожжения. При этих словах, она подозрительно осмотрела комнату, до сих пор слегка задымлённую и мой ожог в районе сердца. Я сделал вид, что не заметил её взгляда и продолжил. В моих словах встреча с девочкой и дальнейшее к ней восприятие звучало не так, как было на самом деле. Я не стал признаваться Элли, что ревновал Арозона к ней, и сразу сообщил, что я довольно сносно к ней отнёсся. Элли очень рассердилась, когда я рассказал ей о Яре, бросившей ребёнка умирать от холода. Она так возбудилась, что её глаза перекрасились из зелёного в ярко-алый цвет. Мне пришлось успокаивать её и продолжить дальше. Я сказал честно, что с первых минут общения с Джасмин, Арозон привязался к ней и мысль, как сделать её счастливее, стояла на первом месте.
        - Это хорошо, что она с ним, - сделала вывод Элли. - Только не понятно, кто её родители и почему Яра её бросила. Ты поэтому спрашивал про рождаемость?
        - Да, думал, что про Джасмин известно в Совете...
        - Я хочу её увидеть, - не дослушав меня до конца, перебила Элли.
        - Э-э... Я думаю, на сегодня поздновато. Я только что от них, и Джасмин, должно быть, скоро ляжет спать.
        - Это понятно... А сколько ей лет?
        - Девять.
        Элли озабоченно нахмурилась, приложив тонкий палец к подбородку. Проведя линию на шее, она закрутила и так кудрявый рыжий локон на пальчик.
        - Да. Я хочу её увидеть, - повторила она. - Как насчёт завтра?
        - Завтра понедельник и я работаю. Насчёт Арозона не знаю. Он же говорил, что хотел поговорить со свидетелями, которые видели Гласа. Не знаю, в общем. Надо договориться с ним. Думаю, против твоей встречи он ничего не будет иметь.
        - Я была бы очень тебе благодарна, если бы ты поехал со мной. Не обязательно завтра... Ты же понимаешь. - Она сконфуженно улыбнулась.
        - Да, понимаю. Вот бы у меня было с Зарёй так же, как у тебя с Арозоном - неловкость и только. Мне порядком надоели её ненавистные взгляды в мой адрес.
        Элли рассмеялась, должно быть, радуясь смене темы.
        - Мы с Арозоном расстались по доброй воле, а ты бросил Зарю ради Латиши.
        Я закатил глаза.
        - Ну, я и Латишу сегодня бросил.
        - Вот как? - удивилась Элли. - И ради кого на этот раз? Ради Памбы? Или Мохини? С кем ты там уезжал в Брюссель?
        - Вот только не говори, что ты веришь этим слухам.
        Элли рассмеялась, уткнувшись лицом в ладошку.
        - Всё равно, я рада, что ты отвязался от Латиши. Мне она никогда не нравилась.
        - Как и Арозону.
        - Да она вообще никому не нравилась, кроме тебя. Должно быть, она страшно верещала! Представляю её лицо. Её бросил Ливви ЛеМарко! Идол для всего молодняка!
        Тут же вспомнилось сегодняшнее собрание. Я сморщил лицо в болезненной гримасе.
        - Ну, вот спасибо вам с Воуртом, устроили вы мне жизнь!
        Элли сразу поняла, про что я.
        - Ты отлично справишься с этой ролью! - Она ободряюще похлопала меня по плечу. - А что? Что от тебя требуется? Снова ходи на вечеринки и усмиряй наиболее прытких. Всего-то делов!
        - Вот возьми и сама этим займись.
        - Куда мне до твоего авторитета! - Элли громко рассмеялась, согнувшись от хохота. - Особенно с таким белым чубом на макушке!
        Мы просидели в гостиной до самой ночи. Я никуда не торопился, так как вряд ли смогу уснуть, даже после сегодняшнего внезапного и неудачного самосожжения. Но Элли надо было завтра рано вставать, и поэтому она уехала из моего дома, пожелав мне спокойной ночи.
        Ночь и вправду прошла спокойно. Я лежал в кровати и пялился в белый потолок, дожидаясь пока тонкая светлая полоска, пробивающаяся через стык штор дотянет до двери. Восемь утра.
        До работы добирался пешком. Надо как-нибудь забрать машину домой, не вечно же ей стоять у "Котвы"? Зато было время подумать о создавшейся проблеме, а точнее о моей новой должности в Совете. Старший смотритель, если можно так назвать мой род занятий. Элли сказала, чтобы я посетил какое-нибудь сборище демонов. Самый оптимальный вариант это прийти в "Дыши огнём", но вряд ли Воурту понравятся, что я начну наводить порядок в его клубе. Хотя... он же первый настоял на моей кандидатуре, кот его дери! Пусть будет знать, как иметь дело со мной. При этих мыслях я рассмеялся, отчего прохожие с опаской на меня оглянулись. О чём они подумали, глядя на меня? Побитая физиономия, беспричинный смех и седая макушка. А что подумала бы Латиша? Я так ясно представил её ошеломлённую реакцию, что снова расхохотался. То ли дело в недавнем самосожжении и нервы совсем расшатались, то ли в чём-то другом. Одно могу сказать точно - сегодняшний день начался очень необычно. Да. Очень необычно. Я прошёл к своему кабинету, быстро поздоровавшись с Линдой, но только когда отошёл от её стола на несколько шагов, замер и изумлённо
повернулся.
        Линды не было. Зато была Валери.
        Хм. Что всё это значит?
        - Доброе утро, Ливви! - Она с широкой улыбкой поднялась на ноги. - Э... что у тебя с волосами? Твоё лицо! Тебя побили?
        - Э-э... привет. Что ты тут делаешь? - Я пропустил её вопросы мимо ушей.
        - Жду тебя, - сказала она таким тоном, будто я спрашивал о чём-то глупом.
        - А где Линда?
        - Сегодня я за неё.
        - Ты за неё?
        - Ага!
        Та-ак... Это что-то непонятное. Либо я плохой руководитель, раз мои подчинённые сами по себе решают, когда им брать отгул. Либо Валери показалось, что вчера мы с ней хорошо подружились, и она может не бояться моего гнева на её сестру. Пострадает, всё-таки, Линда. Это что-то с чем-то.
        - А у тебя есть... то есть, ты знаешь, что надо делать? - спросил я, вспоминая, что на сегодня было назначено совещание (обычное, человеческое).
        Валери хихикнула и взмахом головы убрала свои длинные распущенные волосы за спину.
        - А что? - Она схватила трубку со стола. - Алло? Это офис Ливви... Ливви... э-э... ЛеМарко. Что ему передать? Или чем могу служить? - Она посмотрела на меня и положила трубку. - Вот так. Линда говорила, что это не трудно.
        - Гм... Линда тебя учила?
        - Да.
        - И как долго?
        Валери замялась:
        - Ну, мы начали сегодня утром.
        - Звучит многообещающе, - выдавил я, поворачиваясь к своему кабинету.
        Я не представлял, зачем она пришла и тем более, выгнала Линду с рабочего места. А то, что она её выгнала, я был уверен на все сто процентов. Мне нравилась Линда. Она ответственная, пытливая, собранная и пунктуальная. Вот так просто бросить работу, не оповестив меня, она просто не могла. Валери умеет управлять людьми, в этом я уже убедился. Да взять, к примеру, Арозона! С первой минуты прибрала его к рукам и напросилась не только в магазин, но и в гости. Бойкая девушка, от таких просто не избавляются. Ну что же! Посмотрим, какая она в деле.
        Не успел я сесть в кресло и включить компьютер, ожил интерком.
        - Ливви? Э, то есть, господин ЛеМарко, не желаете кофе?
        Я поморщился.
        - Нет, спасибо.
        - Тогда чай?
        - Я позавтракал дома.
        - А протеиновый коктейль?
        Глубокий вздох.
        - Я тебя позову, если надо. Работай.
        - Что делать? - переспросила она.
        - Сиди тихо и не мешай!
        Сумасшедший дом какой-то! Надо срочно позвонить Линде, чтобы она приехала! Схватив мобильный телефон, нашёл её номер, но она, как назло не отвечала. Я, было, подумал, что в этом каким-то образом виновата Валери, но за неимением доказательств, не стал зазря чернить девушку.
        За утро я немного успокоился. Просмотрел документы, которые успела подсунуть мне Линда, сделал несколько обыденных звонков. Всё, как всегда. На послеобеденное время было назначено совещание, и я подготовился к нему, разложив нужные бумаги по столу...
        - Это я! - Двери распахнулись вовсю ширь с диким грохотом.
        Валери влетела в мой кабинет, подскочила к телефону, сняла трубку и сунула её мне.
        - Вам звонят!
        Ничего не понимая, я ответил. Звонил мой заместитель. Он что-то начал говорить, но я не понял ни слова, так как Валери, не шевелясь, смотрела на меня широко распахнутыми глазами, мешая сосредоточится.
        - Э... да, хорошо, - сказал я и повесил трубку.
        Валери облегчённо вздохнула.
        - Хух! Я так и думала, что звонок был очень важным! Хорошо, что я успела.
        Она не тронулась с места, рассматривая меня, словно намеревалась нарисовать портрет. Я нахмурился.
        - Зачем вы так вломились? - Я сразу решил поставить дистанцию. - Вы, кажется, уже научились пользоваться интеркомом...
        - Но он сломался! - воскликнула Валери.
        - Сломался?
        - Ну, да. С каждым могло случиться! Я пролила на него кофе, и теперь он, кажется, не работает...
        Это шутка? Линда и Валери решили так подшутить надо мной?
        Не смешно.
        - Выйдите из моего кабинета.
        Наверное, по моему взгляду она поняла, что шутки кончились. Не сказать, что у меня отсутствовало чувство юмора. Скорее наоборот. Но знать меру всегда полезно. Валери такая бесшабашная девушка, что кто-то уже должен поставить её на место и научить, что не всё дается так просто. Она печально вздохнула и, понуро опустив голову, вышла из моего кабинета, закрыв за собой распахнутые настежь двери.
        Но не успел я вздохнуть с облегчением, как...
        - Обед! - заверещал интерком.
        От неожиданности я вздрогнул и нечаянно подпалил длиннущую таблицу с прибылью компании, которая до сих пор была у меня в руках. Как полоумный, я замахал руками, пытаясь потушить маленький пожар, но он только разрастался, вцепившись в мои руки. Никогда мне ещё не доводилось бороться с собственным огнём. Обычно он слушался меня с малейшего прикосновения, но я, видимо, точно ослаб, раз теряю силу воли.
        - О, Боже мой! Ливви! Ты горишь! - услышал я голос Валери.
        Вот только её не хватало!
        В ту же секунду над головой запиликала система безопасности, компьютер на столе погас, а ещё через мгновение... полил дождь. Валери закричала, как полоумная, а я готов был подпалить её, чтобы она заткнулась.
        - Замолчи! - рявкнул я, пребывая на последней стадии бешенства.
        В мой кабинет залетела девушка из соседнего отдела:
        - Господин ЛеМарко, эвакуация! Быстрее!
        С распахнутыми глазами в пол-лица, она выбежала обратно в коридор. Валери подлетела ко мне, сняла свою тонкую, уже насквозь промокшую верхнюю кофточку и накинула её на мои дымящие руки.
        - Ливви, бежим!
        Она потянула меня к выходу, и мне ничего не оставалось делать, как бежать следом.
        В общем коридоре тоже шёл дождь, и кроме суетящейся Валери, все были относительно спокойны. Мне пришлось сжать её руки, чтобы она от паники не выпрыгнула в окно. Потоком мы продвигались к лестнице и спускались вниз. Здесь не было воды, и от мокрой прилипшей к телу одежды, стало холодно. Я задрожал всем телом, но никто этого не заметил, двигаясь вперёд и глядя строго себе под ноги, чтобы не навернуться. Рядом со мной кто-то вслух рассуждал о причине начала эвакуации. Мужчина предположил, что это, возможно, учения. Валери, стуча зубами больше от страха, чем от холода, этого не слышала. Будем надеяться, что она вообще ничего не поняла.
        Что она подумает об огне на моих руках? Не назовёшь его небольшим пожаром. Этого хватило, чтобы привести в действие пожарную систему безопасности. Не хотелось бы, чтобы она начала расспрашивать меня.
        Мы долго спускались по лестнице вниз. В сильно проветренном спуске лестницы мне было до ужаса холодно, даже человеческие тела, идущие в непосредственной близости, не спасали меня. Они были мокрыми и ледяными. И от этого я чувствовал себя только хуже. Руки тряслись, ноги подкашивались, а перед глазами начали плыть белые пятна. Я испугался, что так же как и Джасмин могу ослепнуть от холода. Внезапная паника накрыла меня с головой, но я сумел совладать с собой.
        То, что я не помню, как оказался на улице, привело меня в замешательство. Провал в памяти, хоть и такой небольшой, заставил меня сконцентрироваться на происходящем. Валери тащила меня дальше от здания. Всё равно нам туда нельзя возвращаться, так как всё залило водой. Встряхнув головой и разгоняя туман перед глазами, увидел перед собой ярко-розовый "пежо". Меня запихнули на пассажирское сиденье, а через минуту заработала печка. Как наркоман, я припал лицом к струе горячего воздуха, в надежде получить всю дозу целиком. Краем уха я услышал смех Валери, но не обратил на неё внимания. Мне нужно тепло!
        Машина тронулась, а я всё не разгибался, скрючившись над печкой в салоне. Я не видел, куда везла меня Валери, вдыхал тёплый воздух и чувствовал, как внутри меня ломаются ледяные глыбы льда, возвращая мой жар.
        - Приехали, - спустя некоторое время сказала Валери.
        Приподняв голову, выглянул в окно и увидел ворота моего дома. Хотел спросить, откуда она знает, где я живу, но опомнился.
        - Надеюсь, твоей жены не будет дома, - выдала Валери.
        Сильный поток тёплого воздуха влетел в горло, и я закашлялся.
        - Жены? У меня нет жены.
        - Тогда девушки.
        - У меня нет девушки.
        Валери задумчиво поджала губы.
        - Тогда, вылезай и пригласи меня к себе.
        Снова вернулась её настырность. Но деваться было некуда. Не выгонять же её, когда она так любезно подвезла меня до дома? Или точнее почти выкрала моё тело из рук моих сотрудников и полицейских.
        Глотнув напоследок тёплого воздуха, вышел из машины и мелко затрясся. Быстрее бы в горячий душ, а ещё лучше прямо в огонь! Не было бы Валери, с удовольствием посидел бы в камине, и плевать на тело! Она посигналила мне, и я открыл ей ворота. Розовый "пежо" быстро въехал на территорию дома.
        - Вот это нифига себе! - воскликнула Валери, выскакивая из машины.
        Я испугался, что она увидела что-то, что не должна видеть, но посмотрев на ней, понял - ей больше понравился мой сад. Забыв закрыть дверцу машины, она как загипнотизированная направилась по узкой мощённой камнем тропинке вдоль дома к заднему двору.
        - Если что, я внутри, - бросил я, вбегая по лестнице в дом.
        Не слышал, что она сказала, но меня это и не волновало. Стрелой промчался в ванную комнату, сбросил с себя всю мокрую и ледяную одежду и забрался в душ под кипяток.
        Не передать словами, что я почувствовал! С чем это можно сравнить? С завядшим цветком, который полили и он ожил? С голодным желудком, которому дали пищу, и он снова заработал? С перерождением? Не знаю. Неописуемый восторг! Мне казалось, что я весь превратился в ледышку, и теперь медленно оттаиваю.
        Я пробыл в душе не столько, сколько позволяет воспитание, а сколько мне было нужно, и вышел ровно через полчаса нашего с Валери приезда. Замотавшись в халат и обув домашние тапочки, в которых я обычно не хожу, вышел из ванной и позвал Валери. Она не отозвалась. Прошёл по всему первому этажу - заглянул на кухню, в гостиную, игровую, где царил страшный беспорядок, и даже в холл. Её нигде не было. Кутаясь в халат, вышел на улицу. Её "пежо" был на месте. Неужели она до сих пор торчит в саду?
        Спустившись с крыльца, прошёл по мощённой камнем тропинке, по которой доселе скрылась Валери. Обогнув дом, миновал невысокие цветущие кусты и попал в земной рай, который специально для меня сделала Латиша. Вот тут её можно похвалить, так как она была просто помешана на цветах.
        Небольшая квадратной формы территория была усеяна клумбами с многолетними цветами и низкими кустарниками. Несколько высоких деревьев вишни росли вдоль задней ограды, но на моей памяти они ещё ни разу не цвели. Прямо около задней двери дома располагалась беседка с москитной сеткой, а в ней - продолговатые диваны бежевого цвета. Идея Латиши вытащить мебель на улицу. Дождь в наших краях редкость, поэтому, помниться, я и согласился на это. Но и там не было Валери. Я ещё раз просканировал взглядом задний двор и увидел девушку в самом центре сада. Она сидела на траве, пушистые кусты почти полностью закрывали её. Прикрыв глаза, Валери сидела и не шевелилась, глубоко и размеренно дыша. Я замер на месте. Не хотелось тревожить её, раз уж она увлеклась йогой или ещё чем-то. Но и уходить я тоже не спешил. Вместо этого прошёл к беседке и сел на диван. Давно я здесь не был. Оказывается тут тихо и спокойно, то, что нужно для холостяка пятисотлетнего возраста...
        - Сад у тебя просто нереальный, - произнесла Валери.
        Я открыл глаза. Оказывается, я задремал. Девушка стояла надо мной, но продолжала смотреть на растения и, наверное, живность, обитающую здесь. Надеюсь, белочки-то были...
        - Сам смастерил? Или вызывал специалистов?
        - Ни то и ни другое.
        Валери перевела взгляд на меня.
        - Как это?
        - Одна... знакомая сделала. Я знаю, что это не в её духе, но уж чего не отнять, того не отнять.
        - А-а... Это которая ни жена и не девушка твоя, да?
        - Что? - не понял я.
        - Ну, вчерашняя особа, которая налетела на тебя? Такая жгучая брюнетка. Она испанка? Или кто?
        - Э-э. Латиша.
        - Лати-иша, - протянула Валери, снова оглядывая мой сад. - Это её рук дело?
        - Да.
        - Она твоя сестра?
        - Нет.
        Валери удивлённо нахмурила лоб.
        - Мама?
        - Что это за допрос? - ощетинился я.
        - Мне просто интересно, что связывает тебя и ту... Латишу. Латиша. Ну и имя.
        - Ничего. Она моя подруга. Сейчас, наверное, бывшая.
        - Вы поссорились? - не унималась Валери.
        - Можно сказать и так.
        - А из-за чего?
        - Это уже точно тебя не касается.
        Валери поджала губы. Некоторое время мы оба молчали. Она смотрела в сад, а я на неё.
        - Так можно я воспользуюсь твоим душем? - неожиданно сказала она.
        На ней до сих пор была мокрая, хотя с некоторых сторон и уже высохшая одежда. Валери многозначительно посмотрела на халат, в который я был завёрнут.
        - Да, конечно, - спохватился я. - Идём.
        На этот раз мы вошли в дом не по мощённой камнем дорожке, а через чёрный вход. Оказались мы сразу на кухне, где Валери остановилась на целую минуту, осматривая пустые столы и зеркальную плиту. Я терпеливо ждал, пока она наохается.
        - Ванная комната недалеко от игровой, - сказал я, когда девушка смогла сдвинуться с места.
        - У тебя ещё и игровая?
        - А что такого?
        - Можно нескромный вопрос?
        - А у тебя бывают скромные?
        Валери пропустила мои слова мимо ушей и спросила:
        - Кто были твои родители? Уголовники? Мафия? Кинозвёзды? Бизнесмены?
        Я ошарашено покосился на неё.
        - Нет.
        - А кем же они работали?
        - Какая разница?
        - Видно, что ты не привык жить в однокомнатной квартирке под чердаком.
        - Это преступление?
        - Красиво жить не запретишь, - пробормотала Валери.
        Я провёл её к ванной комнате и сказал, что принесу халат. Она кивнула и быстро юркнула внутрь.
        - Ой! Ну и напарил ты тут, - донеслось из-за двери.
        
        Глава 10
        РАЗГОВОР
        Я глубоко заблуждался. А самое странное, что я хорошо это осознавал. Я никак не мог понять сидящую передо мной особу, разгадать её мотивы, расшифровать её слова.
        Валери была настоящей загадкой, в прямо и переносном смысле.
        После того, как она приняла душ и приготовила на моей кухне очень вкусный кофе, мы сели за стол и начали разговаривать. Причём я совершенно не мог взять контроль в свои руки, беседой руководила Валери, словно в ней скрывался опытный интервьюер, и я чувствовал себя, как на допросе. С одной стороны мне было лестно, что она интересовалась моей жизнью, но с другой - мне совершенно не нравилось ей врать, а я вынужден был делать это почти каждый раз, когда она спрашивала меня о личной жизни.
        - Я сразу подумала, что ты единственный сын в семье, - уверенно кивнула Валери, хотя заблуждалась так, что страшно представить. - Всё состояние родителей перешло к тебе. Или, постой!.. Не хочешь ли ты сказать, что добился всего сам? Сколько тебе лет?
        - 28.
        - 28? И как к тебе попала в руки такая немаленькая компания? - удивилась Валери.
        - Благоприятное стечение обстоятельств и бесконечный труд, - ответил я.
        - А поподробнее? Какие-то влиятельные люди тебе помогли?
        Я усмехнулся.
        - Считай так.
        - То есть ты находишься под их влиянием?
        - Уже нет.
        - Ты их убил?
        - Заманчивое предложение, но - нет.
        - А ты единственный владелец?
        - Нет.
        - Назови мне имя счастливчика!
        - Ты его прекрасно знаешь.
        Валери на секунду задумалась, не донеся чашку кофе до рта.
        - М-м... Арозон?
        Я кивнул.
        - И сколько процентов его?
        - 35.
        - Почему не 50?
        - Арозон уже говорил тебе, что занимается... бизнесом, - усмехнулся я. - Думаю, это можно так назвать. Ему хватает на жизнь.
        - Крематорий, - пробормотала Валери, закатив глаза. - Но я всё же не всё понимаю... Ладно, признаюсь честно, я очень хотела вникнуть во все эти дела, но видно сразу, что это не моё.
        Я сочувственно развёл руками, а Валери отмахнулась.
        - Кстати, давно хотела у тебя спросить, - спохватилась она. - Какую музыку ты любишь?
        Я не удивился такому резкому переходу с одной темы на другую. Я уже понял, что дальнейшие планы Валери невозможно предугадать.
        - Я давно не слушаю музыку, - признался я.
        - Совершенно?
        - Абсолютно.
        - Но... почему?! - Она была поражена до глубины души.
        - Так получилось.
        Это была чистая правда. Я давно не слушал музыку, не считая битовых композиция, звучащих в клубе. Это не музыка, а жалкое подобие её. Не сказать, что мне надоела музыка; конечно, нет. Просто из-за последних событий она мне стала не нужна. Время, когда жизнь потеряла для меня интерес, было заключено в рамках абстрагирования от всякой музыки. Я даже перестал петь, что для меня считалось последней стадией отчаяния.
        - И ты не хочешь снова послушать какие-нибудь новинки?
        - Всё новое - хорошо забытое старое.
        - А тебе нравится ретро?
        - Не могу сказать точно. Мне нравится только то, что нравится. У меня нет любимых исполнителей или групп. Главная для меня песня, а не тот, кто её исполняет. Мне ещё ни разу не встречался певец, у которого нравились все без исключения композиции.
        - Ты же давно не слушал музыку, всё могло измениться.
        - Я был бы очень этому рад.
        - Тебе надо сходить на какой-нибудь концерт.
        - Не сейчас. Я очень занят.
        - О, я вижу, - улыбнулась Валери. - Потоп на работе... Возьми отпуск.
        - Из-за этого... инцидента работа не останавливается.
        - Инцидента, - эхом повторила Валери и хитро посмотрела на меня. - Ты говоришь так, будто прожил достаточно на этом свете. Кстати, а что это было?
        Я внутренне напрягся. До сих пор надеялся, что она забыла об этом или из-за паники ничего не поняла.
        Конечно... разбежался. Валери не так проста, в сотый раз повторил я себе.
        - А что это было? - сыграл я в дурака.
        - На тебе горела одежда, - не так уверенно произнесла она, и во мне всколыхнулась надежда.
        Я вытянул лицо от удивления.
        - На мне горела одежда? - переспросил я. - Разве?
        - Не прикидывайся.
        - А мне надо? И к тому же, если бы я горел, то не нужно ли мне сейчас быть в больнице с ожогами, а не болтал тут с тобой за чашечкой кофе.
        - Но я видела огонь!
        - Огонь был, - признался я. - Только горел не я, а папка с бумагами, которую я держал в руках.
        Валери на секунду опешила.
        - Тогда зачем ты её поджог? Ты же знал, что сработает система безопасности.
        Я смотрел на неё, и понимал, что обвести её вокруг пальца легче простого. От этого стало даже обидно. Она поверит всему, что я скажу.
        - Я держал в руке зажигалку.
        - Ты куришь?
        - Да, - соврал я. - Я держал её в руке, просматривал таблицы. Зачитался и на автомате начал щёлкать зажигалкой. Щёлк! И бумажка загорелась. Вот так.
        Валери вздохнула. Ей даже в голову не пришло со мной перепираться, и я очень расстроился из-за этого.
        - Я так испугалась, - минуту спустя сказала она и допила остатки кофе. - Впервые со мной такое, хотя в каких только передрягах я не побывала.
        Да уж, с её вечным любопытством и упором она могла бы пройти даже в Пентагон.
        Но как всегда, её уныние моментально улетучилось, и она задала очередной вопрос:
        - А как насчёт девушек?
        - А что с ними такое? - Я был рад, что она сменила тему, хотя зря себя так обнадёжил.
        Дальше пришлось врать на проломную.
        - Сколько их у тебя было?
        - Тебе точное число?
        - Было бы неплохо.
        К сожалению я помнил всех, но не мог сказать правду... Этот вопрос застал меня врасплох. А что сказать? Сколько обычно девушек бывает у парня, которому действительно 28 лет, а не 500? Если скажу одна, что Валери подумает? А если три? А пять - это уже много?
        - Ну-у, - протянул я.
        - Только правду!
        - Три, - ляпнул я.
        Валери прищурила глаза и пристально посмотрела на меня. Заметила ли, что я вру? Конечно, меня редко ловили на лжи, так как за столько времени я привык обманывать людей, да и понятно стало, что Валери легко верит неправде.
        - Три, - повторила она. - Расскажи о них.
        - Зачем? - удивился я.
        - Расскажи, - надавила она.
        - Зачем? - не унимался я.
        Валери поджала губы, схватила свою чашку, захотела отпить кофе, но заметила, что он кончился. С громким стуком поставив чашку обратно, она заговорила серьёзным тоном.
        - Давай разговор начистоту. Поклянёмся, что будем говорить только правду. Ты спрашиваешь меня, я тебя, через раз. Врать нельзя, иначе кого-то из нас постигнет небесная кара. Согласен?
        - Ладно, - усмехнулся я. - Но ты держись.
        Валери кивнула.
        - Ну, так вспомни о каждой своей девушке.
        - Хорошо. - Я решил рассказать о последних трёх.
        - Как звали первую и самую важную?
        - Наталья.
        Валери ещё раз кивнула, на этот раз удовлетворённо. Она откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди, словно готовясь к длинному рассказу.
        - И? Какой она была?
        Я призадумался. Очень сложный вопрос.
        - Брюнетка с голубыми глазами. Красивая.
        Валери нетерпеливо вздохнула.
        - Я не об этом!
        - А о чём?
        - Не прикидывайся дураком! Я о её внутреннем мире! Какие чувства ты к ней испытывал? Какие у тебя остались воспоминания?
        Она действительно хочет услышать об этом? Не понятно, зачем ей это знать? Или только мне не интересно слушать истории жизни других личностей? Я бы никогда не стал расспрашивать малознакомого человека о личной жизни, но... возможно, Валери как раз и хочет поговорить, чтобы мы познакомились поближе? Очень и очень подозрительно с её стороны.
        - Наталья была хорошей, - неуверенно начал я, - заботливой, весёлой. Любила праздники и всегда обожала выбирать подарки. Так пойдёт?
        Валери зло посмотрела на меня.
        - Ты совершенно не понимаешь меня!
        - Да, ты права, я тебя совершенно не понимаю, - согласился я. - Зачем тебе это всё?
        - А как ты думаешь?
        - Не вижу ни одного варианта ответа. Может быть, ты мне подскажешь?
        - Мы играем, забыл? - не ответила она. - Ответь на мой вопрос развёрнуто! Про каждую девушку! Наталья. Кто ещё?
        - Латишу ты видела.
        Валери кивнула.
        - А вторая Заря.
        - Заря? Это что за имя?
        - Твой вопрос к главному вопросу не относится. Имя не имеет значения.
        - Ну... ладно, - сдалась она. - Дальше!
        - С Зарёй мы сейчас не общаемся, а если случайно встретимся, то она прожигает меня ненавистным взглядом.
        - За что? - широко улыбнулась Валери.
        - За то, что я её бросил ради Латиши.
        - А-а... - понимающе протянула Валери. - И это того стоило? Тебе было хорошо с Зарёй?
        - Было некоторое время, но она ужасно злопамятна, и всё время промывала косточки остальным за их спиной, и чаще всего обсуждала всех со мной. Уж извините, но я не хороший слушатель. И когда подвернулась Латиша, я сразу ушёл к ней. Вот так.
        - А Латиша? Она какая? Злая? Добрая? Весёлая?
        - Ревнивая, - абсолютно точно определил я демоницу. - Шагу не ступить было, а мне это не нравится. Из-за этого мы и расстались.
        - Вы расстались? Или ты её бросил? - уточнила Валери.
        - Последнее, - подумав, ответил я. - Всё. Теперь мой вопрос.
        - Я слушаю.
        На секунду я задумался. О чём я хочу спросить её? Что мне интересно? Вопрос нарисовался сам собой, он уже давно вертелся на языке.
        - Зачем тебе это всё?
        - Что - всё? - не поняла Валери.
        - Зачем ты заставила свою сестру отдать ей место секретаря, если ничего в этом не смыслишь? Почему навязалась к Арозону за покупками? Почему ты так стараешься... м-м... закрепиться здесь?
        Последние слова могли прозвучать обидно, но я даже не думал как-то оскорблять Валери. Мне на самом деле было интересно.
        Некоторое время Валери обдумывала свой ответ, нахмурив гладкий лоб.
        - Не знаю, - неожиданно сказала она. - Честно, не знаю. Просто хочется делать то, что я и делаю.
        - Это не ответ.
        - Это правда! Я так живу.
        - Авантюристка.
        - Можно сказать и так. Мне нравится общаться с тобой, хоть ты и бука. - Я удивлённо приподнял брови, а Валери продолжила: - Иногда мне кажется, что тебе нужна помощь. Не материальная, а... другого рода. А иногда, меня к тебе тянет. Я не имею в виду ничего такого, просто мне нравится с тобой общаться, - повторила она.
        - Мне нужна помощь? - переспросил я.
        - Я так думаю. Иногда ты кажешься потерянным.
        - Мы виделись с тобой от силы два или три раза. Как ты смогла это заметить? Или помимо работы фотомоделью ты подрабатываешь и психоаналитиком?
        Валери сделала вид, что не услышала последнюю часть вопроса.
        - Помимо знакомства с тобой, я ещё знаю двух людей, которые имеют к тебе более-менее прямое отношение.
        - Арозон и?..
        - Джасмин. Я провела с ней целый день, а этого уже достаточно.
        - Ты хочешь сказать, - недоверчиво начал я, - что вы разговаривали обо мне?
        - А что такого?
        - Это невозможно, - заявил я.
        - Почему это?! - ощетинилась Валери.
        - Ну, я не могу тебе сказать... Считай, это личным делом.
        - Всё равно, ты ошибаешься! Мы с Джасмин неплохо провели время.
        Я не мог не согласится, особенно если вспомнить, как они спокойно держались за руки, и как девочка была рада, что Валери останется ещё и на ужин.
        - Я давно задалась целью узнать о тебе больше, - продолжила девушка. - Не думай, что я фанатичка или ещё кто-то. Просто так получилось. Мне нравится знакомиться с новыми людьми. Ну, так вот. А с Арозоном мы так удачно повстречались, и я подумала, что это судьба! Арозон немного рассказал мне о тебе, и я сделала вывод, что тебе реально нужна моя помощь.
        - И что же сказал тебе Арозон? - Я почувствовал себя преданным.
        - Он сказал, что ты общаешься только с ним, что у тебя кризис.
        - Он не мог так сказать.
        - Спроси у него сам!
        - Спрошу, не сомневайся.
        Валери обиженно надулась.
        - А Джасмин? - спросил я.
        - А Джасмин сказала, что ты хороший, но скованный.
        - Она не могла так сказать.
        - Да! Она сказала не так, но я уже перефразировала. Она сказала, что ты избегаешь её.
        Я в немом шоке уставился на девушку. И это я избегаю Джасмин? А разве не она, когда видит меня, стремглав пересекает оставшуюся часть комнаты и стремится скрыться в своём "убежище"? Или может, это я сам ничего не понимаю?!
        - А про "хороший"? - решил уточнить я.
        - Джасмин сказала, что ты её не обижаешь.
        - Спасибо на этом, - закатил я глаза.
        Валери вдруг тихо засмеялась.
        - Что?
        - Ты так интересно реагируешь на слова этой девочки. Кстати, что вас связывает? Арозон сказал мне, что Джасмин его племянница. Но ты? Ты же просто его друг...
        - Нас ничего не связывает, - перебил я. - Мы нечасто видимся.
        - Ладно, - сдалась Валери.
        Некоторое время мы сидели молча. Девушка вертела в руках пустую чашку, а я обдумывал слова Джасмин. Надеюсь, что Валери не врёт. Но зачем ей это надо? Она совершенно незаинтересованная сторона.
        - Ладно, - повторила девушка. - Следующий вопрос мой. Как ты относишься к девушкам, которые назначают свидания малознакомым парням?
        Она многозначительно посмотрела на меня, а я сделал вид, что не понял смысла.
        - Положительно, а при чём тут это?
        Валери на секунду замерла, а потом вскочила со стула и воскликнула:
        - Потому что я хочу назначить тебе свидание!
        - О-о, - протянул я, сдерживая улыбку. - И куда мы пойдём?
        Девушка хитро улыбнулась и посмотрела на халат, в который была завёрнута.
        - Моя одежда, вряд ли высохла, поэтому выйти из дома мы не можем. А я очень хочу посетить твою игровую. Так как? Ты согласен?
        - Моя игровая комната? - уточнил я.
        - Ага.
        - Боюсь, там страшный беспорядок. Несколько дней назад мои знакомые устраивали в доме вечеринку, а я до сих пор не успел нанять горничную.
        Валери это не смутило.
        - Да, ладно! - отмахнулась она. - Ты не видел мою квартиру. Идём.
        Не дожидаясь моих действий, девушка подхватила меня под руку и потащила их кухни в игровую. А там действительно было до ужаса не прибрано. Но Валери словно не замечала пустых пакетиков и банок, валявшихся по всему полу. Диван так вообще стоял без нескольких подушек, а половина ковра была залита непонятным мне веществом. Она подскочила к настольному хоккею, который был подарен мне Зоей, и вцепилась в ручки.
        - Начинай! - с улыбкой до ушей, воскликнула Валери.
        Мне ничего не оставалось делать, как послушно встать напротив и забросить в игру миниатюрную шайбу.
        И понеслось.
        Сам даже не догадывался, какая это увлекательна игра! И играл я в неё впервые в жизни! От азарта, застилающего мои глаза, пару раз не уследил за собой, и ручки, двигающие фигурки, еле уловимо дымили и слегка плавились под моими ладонями. Валери тоже была поглощена игрой, и на такие мелкие детали не обращала внимания.
        Затем на арену выступил дартс. И мы играли в него до того момента, пока Валери не попала в "яблочко", а именно после десяток неудачных попыток.
        Потом приступили к электронной игре "Крестики-нолики", где Валери продула все без исключения партии.
        И всё это время мы продолжали играть в "вопросы". Я спросил её о личной жизни, и она призналась, что парни всегда её бросали, а отношения не длились больше трёх месяцев. Валери говорила об этом, совершенно не смущаясь, но я как-то почувствовал, что ей неприятно вспоминать об этом.
        Она же задала вопрос, касающийся моей семьи. И я ответил честно, что помимо меня, в семье было три мальчика и пять девочек. Конечно, они все давно умерли, но мне пришлось слукавить и сказать, что мы давно не общаемся по забытой причине. Родителей тоже нет в живых, я действительно был сиротой.
        Семья же Валери жила во Франции, а она сама приехала в наш город, чтобы попробовать себя в каком-то новомодном проекте для моделей. Я о нём ни разу не слышал, чем очень удивил Валери. По её мнению, я должен был знать о таких вещах, так как моя компания являлась одним из спонсоров проведения данного мероприятия. Лишь после её напоминания, в голове всплыло что-то знакомое, но что именно, не мог сказать. И сам себе удивился в этот же момент - как я отношусь к своей работе? За моей спиной работали сотни людей, и все они знали, что делать. Я был у них просто головой, а ещё лучше волосами, которые находились выше всех, но толку от них было не очень много. От такого озарения стало не по себе, и мелькнула мысль кинуть к чертям такую работу.
        После последовали вопросы проще. Например, в каком месте я впервые поцеловал девушку. К моему великому стыду, я не мог вспомнить, а вот Валери в красках описала, как мальчик, предложивший ей прогуляться после школы, обслюнявил ей щёку под яблоней в школьной оранжереи. Так же она спросила про мои увлечения и любимую марку наручных часов. Я же поинтересовался содержимым её аттестата (Валери пробормотала что-то неразборчивое) и каких животных она держала у себя дома (черепаха, попугай, кот и палочник).
        Потом мы опять пошли пить кофе, и Валери неожиданно спросила очень серьёзным голосом:
        - А как ты относишься к смерти?
        - Никак, - покачал я головой.
        - Ты её не боишься?
        - Абсолютно. - Ведь я сам когда-то стремился к ней...
        Девушка на минутку замолчала, разглядывая свою кружку.
        - А я боюсь, - тихо произнесла она. - Что же нас ждёт там?
        - Думаю, что-то хорошее, - предположил я, чтобы не расстраивать Валери.
        - Хорошее, - повторила она.
        Валери как-то резко погрустнела или просто стала нормальной, без её почти сумасшедшей активности. Она вздохнула.
        - Я пойду. Доиграем в следующий раз. Следующий будет твой вопрос.
        - Ты уходишь? - удивился я.
        Я никак не ожидал, что она так быстро решится покинуть мой дом. Её решения иногда заставали меня врасплох, хотя я и делал скидку на то, что Валери непредсказуемая, как погода.
        - Да, мои вещи, наверное, высохли, а мне домой пора. - Она поднялась из-за стола. - Было приятно на тебя работать, хоть и несколько часов. Извини, что так получилось.
        А потом мы быстро распрощались, что даже наши действия не отложились в памяти. Просто Валери была, а потом её не стало. В доме образовалась тишина, и я задался себе вопросом - почему она так внезапно решила уехать?
        
        Глава 11
        НЕУДАЧА
        
        Ровно две недели понадобилось мне, чтобы проанализировать возникшую ситуацию. Всё изменилось, моя жизнь превратилась из мирно текущей или даже унылой в настоящий потоп красок, звуков и впечатлений. Всё навалилось на меня в один миг, будто испугавшись, что я на самом деле смогу уйти из жизни, и теперь всеми силами упрашивало меня остаться. Я завертелся, как белка в колесе, стараясь разобраться во всём, где был нужен. И оказывается, я нужен был везде. Я почувствовал, что во мне просыпается что-то давно забытое, но моё новое существование нельзя назвать тем, что уже было. Это новая стадия, а не шаг назад. Я был вовлечён во всё шумное и людное, но это были отнюдь не праздники, веселья и беззаботные времяпрепровождения. Это были серьёзные дела, требующие глубокого вмешательства, и не всегда они заканчивались на положительной ноте.
        Гласа до сих пор не поймали. Его видели несколько раз, и на этом обычно поиски заканчивались. Арозон тяжело переживал это время, и только Джасмин могла вырвать его из глубокой задумчивости и меланхолии. Она была для него личным солнцем; всегда, каким бы он ни был, могла взбодрить его, не прилагая к этому особых усилий. Она просто была, а это уже не малого стоило. Мой друг привязался к ней, как ни к кому другому. И в один прекрасный день я понял, что уже сам не могу состязаться с Джасмин в борьбе за внимание Арозона. Он выберет её, но не потому, что она для него важнее, а потому, что она маленькое и беззащитное существо, которое требует постоянной заботы и ухода. Но не только она так действовала на него, Арозон тоже был по-своему важен для неё. Они стали родственниками, и каждый раз, когда я видел их вместе, в комнате становилось по-домашнему уютно только из-за их присутствия. Атмосфера вокруг них всегда была расслабленной, не напряжённой, и каждый, кто попадал под их влияние, не мог больше спокойно наблюдать за ними со стороны. Так, к примеру, случилось и с Элли. По её просьбе, мы приехали к
Арозону, и Джасмин сразу и навсегда покорила демоницу. Не прошло и часа, как они засели в детской комнате и до поздней ночи о чём-то разговаривали, а когда пришло время прощаться, то пообещали друг другу встретиться на следующий день. С этого момента их встречи стали регулярными и однотипными с моей точки зрения. Элли и Джасмин запирались в комнате и подолгу что-то там делали. Арозон не проявлял беспокойства по этому поводу, так как он доверял Элли, так же как и мне, но я всё же был одолён любопытством, и когда поехал провожать Элли, спросил, наконец, о цели частых посещений Джасмин. Ответ оказался таким очевидным, что я не мог сдержать удивления.
        - Мы занимаемся математикой, историей, литературой, - ответила Элли. - Джасмин уже девять лет, но знает она не много. Хотя глупой её не назовёшь. Схватывает на лету и интересуется новым. Завидная ученица. Видно, что Яра с ней не занималась, иначе результаты были бы просто ошеломляющими. Кстати, ты поговорил с Дорис? Прости, у меня не было времени самой спросить...
        Разговор с Дорис состоялся несколькими днями ранее, когда я смог в прямом смысле поймать её в клубе мужа, куда она не так часто наведывалась. Услышав о Яре, женщина сразу призналась, что знает не больше Элли об её отъезде.
        - Мы давно знаем Яру, - мягко молвила Дорис, - поэтому по её поводу даже не волновались. Я не задавала никаких точных вопросов. Она просто сказала, что хочет отправиться в путешествие, но потом вернётся обратно. Она клятвенно обещала, что зарегистрируется в других городах. О, Ливви, мне так жаль, что я не до конца выполнила свою работу! Обещаю, я попытаюсь узнать, куда она отправилась!
        Она молитвенно сложила руки, и мне пришлось успокаивать её, чтобы она не расплакалась. Иначе, Воурт меня бы расчленил...
        Вот так мы и очутились на распутье, но Арозона это не сильно расстраивало. Помимо заботы о Джасмин, он был занят вещами и посерьёзнее. Вопреки просьбе не лезть не в свои дела, мой друг всё же решил начать собственный поиск Гласа. После опроса свидетелей, которые якобы видели Гласа, Арозон удостоверился, что вернулся именно тот, кого мы не ждали. Оставляя девочку на попечение Элли, он целыми днями пропадал где-то в городе, и если бы не моя работа, я с огромной радостью присоединился бы к нему. Во-первых, вдвоём у нас было больше шансов отыскать демона, а во-вторых, хотелось по-мальчишески пойти наперекор Дафне. Но пока было так, как было и ничего в этом плане не менялось.
        Из-за работы в офисе, восстановления некоторых утерянных документов в связи с пожаром и последующем потопом, я почти забыл о своём новом назначении без точного самоназвания. Идол? Авторитет? Местная звезда? Жуть... Пробирало от отвращения до косточек. Но надо было подчиниться и взять в свои руки молодняк. Задача по своей сути нереальная и глупая! Без помощи Элли и Воурта я бы никогда не решился начать "благотворительную" деятельность. Для первого раза засветился то в одном месте, то в другом. Старался не скрываться от глаз по старой и въевшейся привычке. И постепенно вокруг меня начала образовываться старая компания, некоторые в новых телах, но ничуть не изменившиеся. Зойя с братом и новым другом Греем, Памба, Мохини и ещё несколько демонов. Они приняли меня так, словно я не отсутствовал несколько месяцев. Всё было, как обычно. Чувство сродни тому, как возвращаешься домой, где давно не был. Привычки до конца не исчезли и просыпались заново, и вскоре я понял, что начинаю ощущать себя, как рыба в воде. Это моё. Пока никто не отнимал.
        - Вот это я понимаю! - В один из вечеров в клубе ко мне подсел Воурт. - ЛеМарко понемногу втягивается! Так держать! Расскажу малышке Элли, вот она обрадуется!
        - Да уж, просвети.
        - Вижу, ты рад возвращению! Косточки поразмял, что-то с макушкой своей дурацкой сделал! Красавец! А когда возьмешься вправлять мозги?
        - А у тебя есть варианты, как это сделать? - спросил я.
        - Вот уж нет! Тебе поручили, ты и решай!
        - По твоей инициативе!
        Воурт хрипло рассмеялся и развёл руками - мол, ничего не поделаешь. Прекрасно! Великолепно!
        - Не могу же я прямо здесь начал проповедовать?
        Воурт резко перестал смеяться.
        - Э, нет! Только не в моём клубе! Пока я тут хозяин, и я позволяю ребятишкам малёк поразвлечься!
        - Временами я тебя не понимаю. У тебя случайно нет раздвоения личности?
        Старик неопределённо пожал плечами.
        Я понял, что никто помогать мне не будет, да я и не старался показывать молодняку, кто я есть и зачем пришёл. Я просто решил плыть по течению, а там, где потребуется моё вмешательство, сразу покажу себя во всей красе. Бр-р... Умора.
        Но как оказалось, случай дал о себе знать довольно скоро, я даже сам удивился.
        Оказывается, молодняк завёл себе привычку развлекаться в многолюдных местах среди бела дня. Совет об этом не знал, так как молодые демоны избрали совершенно простую тактику - если хочешь что-то спрятать, или спрятаться сам, выбери самое наглядное и очевидное место. Торговые Центры, парки отдыха, кинотеатры и так далее. То, что я узнал об этом, стало для меня совершенным открытием. Зойя поведал мне, что по воскресеньям они любят проводить время в Торговых Центрах в самый разгар человеческих покупок. Беситься, как дети и вести настоящий разбой им нравилось, и они не видели в этом ничего зазорного. Уже то, как Зойя рассказывал мне это, ясно давало понять, что демоны совершенно не боялись ни человеческой власти, ни собственной. Меня это порядком задело, так как я относил себя к последним, и тогда решился хотя бы посмотреть, что же вытворяют молодые.
        Как оказалось, всё было гораздо хуже, чем предполагалось. Я даже удивился, что об этих выходках не печатают в газетах и не показывают по новостям. Если я, который газет и не читал, мог не знать, но Дафна! Она настолько въедливая и вездесущая, должна была быть в курсе всех событий.
        Зойя по своей наивности поделился местом следующей сходки, и я был уже во всеоружии.
        Четырёхэтажное здание из стекла и бетона с многочисленными вывесками и баннерами, располагалось в самом центре города. Торговый Центр "Европа", один из самых популярных в городе, принимал тысячи покупателей в день. И не было ничего удивительного, что в воскресенье тут собралось большое количество народа. Уже на подземной стоянке я удивился такому большому количеству машин и расстроился - не будет возможности усмирить молодняк подобающим образом. Один я не справлюсь. Неплохо было бы позвать Арозона, но я больше чем уверен, что он не пойдёт. С замиранием сердца я прошёл к главному входу, где мне сразу всунули путеводитель по Центру и рекламу с отделом парфюмерии.
        - Добро пожаловать, - мило улыбнулась мне молодая девушка с бейджиком на груди.
        Я благодарно кивнул и прошёл глубже в зал. Высокие потолки, стеклянные стены делали первый этаж почти похожим на улицу. Имелись даже отдельные дорожки для проезда торговых машин. Кафе с многочисленными столиками теснились в углу, отдавая остальное пространство для овального катка, где визжа и крича, катались дети в синих шлемах. Во всём помещении стоял гул, как в улье, заглушая спокойную музыку на заднике.
        Лестница на второй этаж располагалась слева от входа. Широкая, с металлическими периллами, она пропускала через себя поток посетителей. Влившись в людское течение, я последовал на второй этаж, где по всей площади раскинулись магазинчики. Не успел я и шагу ступить, как из соседнего отдела прямо на меня вылетела высокая, выше меня девушка в красном платье.
        - Ливви! - воскликнула она, кидаясь мне на шею.
        - Э, привет, Памба, - замешкался я.
        Вслед за ней выскочила Мохини, а ещё дальше Нано - брюнетка с вечно прикрытыми в истоме глазами.
        - Ливви! - заголосили они, обвивая меня, как змеи.
        - Вы забыли заплатить! - раздалось им вслед.
        Нано отцепилась от меня и повернулась к отделу с обувью, из которого появились девушки. В проёме начищенных стеклянных дверей стояла молодая продавщица, робко глядя на нас. Нано презрительно уставилась на неё.
        - Запиши на мой счёт...
        - Э-э... простите, мисс, - пролепетала продавщица, густо покраснев. - Но кто?..
        Она не договорила, как Памба закричала на неё.
        - Чего уставилась? Видишь, мы заняты?
        Проходящие мимо люди некоторые с изумлением, а некоторые со смехом посмотрели на нас. Бедная девушка резко из красного оттенка перешла в белый. Я нахмурился.
        - Нано, заплати, - велел я.
        Демоницы уставились на меня, широко распахнутыми глазами. Наверное, минуту они думали о смысле моих слов. Продавщица, застыв статуей, смотрела то на меня, то на Нано.
        - З... Заплатить? - переспросила Мохини, скривив лицо. - Нам платить?
        - Так обычно делают в магазинах, - пожал я плечами, поражаясь их наглостью.
        Всё ещё хуже, чем я предполагал.
        Нано вдруг улыбнулась.
        - О, Ливви, ты, должно быть, не знаешь кое-чего, - протянула она, поворачиваясь к продавщице. - Идём со мной, милая.
        Она уже оторвалась от меня, но я не дал ступить ей и шагу, схватив за руку. Она дёрнулась и непонимающе уставилась на меня.
        - Заплати и уходи отсюда, - прошептал я.
        - Ливви, что ты делаешь? - одновременно спросили Памба и Мохини.
        - Вас это тоже касается. Заплатите.
        Нано недоверчиво фыркнула, решив, что я шучу. Я вздохнул, и жар в моих руках усилился. Нано вздрогнула, когда почувствовала боль. Не сильную, но ощутимую.
        - Заплати и уходи, - повторил я.
        - Отпусти, мне больно, - прошипела Нано.
        - Я очень не люблю повторять.
        - Хорошо-хорошо, - пролепетала она, испуганно глядя на мою ладонь, лежащую у неё на плече. - Я заплачу, Ливви...
        Я отпустил её, и демоница зашла обратно в отдел. Мохини и Памба секунду смотрели на меня, и последовали за подругой. Продавщица, вздрогнув, поспешила к кассе. Я видел, как Нано расплачивается за туфли, которые уже успела обуть. Всё это время она поворачивала голову в мою сторону, чтобы убедиться, стою я здесь или нет. По завершению всего дела, демоницы вышли из отдела, юркнув мимо меня. Я проводил их взглядом, чувствуя себя хуже некуда.
        Это было ужасно. Да, именно ужасно. Гнусно, раздавлено, никчёмно, униженно. Мне не нравилось то, что я сделал. От этого пробирало до костей. После свершения доброго дела не хотелось петь и хвалиться на весь мир. Захотелось спрятаться где-нибудь, чтобы никто не видел такого позора.
        - Спасибо, - услышал я.
        Продавщица с улыбкой смотрела на меня, но я отвернулся и побрёл подальше отсюда.
        Нет уж. Это не моё! Не хочу, я отписываюсь!
        На кого я был похож? Будто дрессировщик в цирке.
        - Уж не Ливви ли это? - донёсся до меня голос Луки.
        Подняв глаза с пола, увидел его, выходящего из отдела спорттоваров. С присущей ему хитрой улыбкой он подошёл ко мне и кивнул в знак приветствия. Я запоздало ответил тем же. Не привык я с ним общаться. Обычно Зойя говорит без умолку...
        - Как дела? - просто спросил Лука.
        - Лучше не спрашивай, - пробормотал я.
        - Что-то случилось?
        Я подозрительно посмотрел на него. Очень, очень на него не похоже. Поймав мой взгляд, Лука широко усмехнулся, блеснув глазами.
        - У тебя ко мне дело? - сообразил я.
        - Угадал, - кивнул он.
        - Ты никогда у меня ничего не просил.
        - А с чего бы это мне у тебя просить?
        - Что тогда?
        Лука поджал губы и осмотрелся вокруг. Мимо нас ходили люди, играла музыка, гудела толпа... Было видно, что он не хотел говорить сейчас.
        - Ливви! - следом за братом из отдела вышел Зойя. - Я рад! Как же я рад!
        Оттолкнув в сторону Луку, он налетел на меня и крепко обнял. Я усмехнулся. Лука выругался сквозь зубы и отошёл в сторону, недовольно поглядывая на нас. Вот это уже становится интереснее.
        - Ты пришёл как раз вовремя! - воскликнул мне на ухо Зойя. - Мы присмотрели такую тачку! Укачаешься! Грей её уже одобрил. Он в этом деле мастер!
        - Какая тачка? - не понял я.
        - "Феррари", друг! Хочешь, я подарю её тебе?
        Во мне всё напряглось. Опять. Не хочу...
        - Снова решили угнать? - спросил я.
        Зойя на секунду перестал улыбаться, но потом снова растянул губы.
        - Нет, конечно, возьмём напрокат, а ещё лучше - купим! - Он согнулся пополам от хохота. - Лив, что за глупые вопросы?
        Я нахмурился. Посмеявшись, Зойя посмотрел на меня блестящими глазами, и улыбаться перестал окончательно. Не знаю, что увидел он в моём лице, но он вдруг даже как-то виновато вжал голову в плечи и прошептал:
        - Что?
        - Никаких угонов, - сказал я.
        Краем глаза я заметил, как Лука заинтересованно посмотрел в мою сторону.
        - Никаких угонов? Это почему? - удивился Зойя.
        - Никаких угонов, - повторил я. - Я не хочу тебе что-то доказывать или давить своим... гм... авторитетом, - при этих словах всё внутри скукожилось от отвращения, - но я хочу, чтобы вы перестали угонять машины и легли на дно. Ваши физиономии и так известны человеческим стражам порядкам, да и Совет не в восторге от ваших выходок. Считай меня послом доброй воли, и я предупреждаю тебя бросить, или оставить на время это занятие. Тебе понятно, Зойя?
        Я старался говорить спокойно, как друг, каким меня считал Зойя. Я знал, что меня он никогда не предаст, и хотелось быть с ним предельно честным и безобидным.
        Он смотрел на меня широко распахнутыми глазами. Сейчас он был похож на ребёнка, которому сказали, что Деда Мороза не существует. Но самое главное было то, что он понял. Удивительно, что так быстро. Даже не стал перепираться. Просто поверил. И за это я был ему благодарен. Сейчас мне даже стало легче, и я был рад, что сумел разрулить такую ситуацию с наименьшими потерями.
        - Как вам такой вариант?
        Из отдела спорттоваров вышел ещё один демон. Но этот был мне незнаком. Высокий, но не долговязый, с растрёпанными чёрными волосами в костюме для игры в бейсбол. Не видя меня, он подошёл к Зойе и повернулся вокруг своей оси, как модель на подиуме. Выпученными, как у рыбы глазами неизвестный скользнул по мне взглядом и только после своеобразного дефиле решил познакомиться.
        - О! А это кто такой? - громким басом спросил он.
        Зойя встрепенулся, хотя взгляд до сих пор был каким-то потерянным.
        - Да, кстати, Ливви, это Ши. Ши, это Ливви.
        При упоминании этого имени в моей памяти что-то всколыхнулось, но я не мог вспомнить, откуда я его знал.
        - О! Так это ты Ливви? - воскликнул Ши. - Сколько я о тебе слышал! Да ты легенда! Мечтал с тобой познакомиться!
        - Действительно? - Во мне всё поникло от этих слов.
        Ши громко рассмеялся.
        - О, да! Твоя идея была приехать на светскую вечеринку верхом на лошадях и походить так между столами? Кстати, мне говорили, что праздник был на пятом этаже! Как вы их туда протащили?
        - Это было двадцать пять лет назад, - заметил я.
        - Ну, да! А какая разница? А помнишь, как ты устроил на вручении какой-то литературной премии концерт народной музыки австралийский аборигенов? Зойя ведь тоже был тогда с тобой? Вы выскочили на сцену прямо посреди какого-то номера из зала в смокингах! Аха-ха-ха! Мне Зойя рассказывал! То-то смеху было!
        Я сморщил лицо. Да уж... было время. Конечно, мне сейчас не стыдно, но как после этого вправлять другим мозги?
        Перестав смеяться, Ши посмотрел на Зойю.
        - Ну, как там твой друг? Грей, кажется? Готов подать карету к выходу?
        При этих словах Зойя замешкался, поглядывая на меня.
        - Не сегодня, - пробурчал он.
        Ши удивлённо вскинул широкие брови.
        - А чего? Мы же сегодня планировали как следует повеселиться! Я уже заказал столик в ресторане! - Ши снова громко рассмеялся. - Звони своему Грею, и едем. Ливви ты с нами?
        - Нет уж, - вздохнул я.
        - Как хочешь, - пожал плечами демон, хватая под руку Зойю.
        Тот вёл себя как кукла, не зная, что делать. По глазам было видно, что он хочет пойти с Ши и одновременно выполнить мою просьбу. Мне даже стало его немного жаль, и я решил вмешаться.
        Ши уже отошёл от меня на несколько шагов, но я успел схватить его за плечо. Он чуть обернулся.
        - Передумал?
        - Не сегодня.
        Демон повернулся всем телом, задумчиво глядя на меня. Я решил не тянуть резину и сказать прямо:
        - Вашим праздникам конец. Объявлен комендантский час.
        - Чего это ты говоришь?..
        - Я говорю, чтобы вы все разбежались по своим норам и не показывали носа, - грубее сказал я, как и в прошлый раз, чувствуя себя не ахти как хорошо.
        - И ты купил этот бейсбольный костюм? - Я указал глазами на его белую в полоску рубашку.
        Ши фыркнул.
        - Вот ещё! Подпалил продавцу одно место и всего делов. Или ты так не умеешь? - расхохотался Ши.
        Зойя, стоящий с ним рядом, напрягся и отошёл от него ближе ко мне. Я мысленно усмехнулся, параллельно становясь горячее и злее. Зато вспомнил, где я слышал это имя. Ведь именно этого типа разыскивает Совет за то, что он сжег в камере временного пребывания своих сокамерников и стражу порядка. Какая неожиданная и в некоторых местах приятная встреча. Теперь-то он от меня точно не убежит. Интересно, что скажет Дафна, когда я приведу его к ней?
        Моя рука до сих пор сжимала его плечо. Я дал небольшой выход своему жару, и почувствовал, как рука Ши нагрелась. От неожиданности демон вздрогнул всем телом, выпучив ещё больше глаза. От улыбки не осталось ни следа. Теперь его дерганое лицо искажало ярость.
        - Вот ты как... - прошипел он.
        Ши резко дёрнулся и схватил второй рукой меня за плечо. И теперь мы стояли посреди толпы, чуть обнявшись, как старые друзья. Зойя и подошедший ближе Лука внимательно смотрели на нас.
        - А я вот так... - Ши от напряжения сжал губы.
        Его рука нагрелась до того, что я почувствовал на коже тепло. Но больно мне не было. Я не сдержался и улыбнулся. На секунду мне показалось, что глаза Ши сейчас вываляться из орбит. Такого он явно не ожидал. Я хихикнул неожиданно для себя. Лука непонимающе скривил лицо.
        - Интересно, да? - Настроение вдруг улучшилось, когда стало понятно, что Ши не может даже причинить мне боль своим огнём, не то, чтобы опалить и сбежать с обгоревшей кожей.
        Он хотел сделать со мной то же, что я делал с Латишей. Вот только просчитался, надеясь, что встретил такого же слабого и неопытного демона.
        Лицо Ши побагровело, когда он обрушил на меня всю свою силу. Я спокойно принял тепло в себя, выдыхая через нос накопившийся дым. Ши зашипел от усердия, а Зойя хихикнул вслед за мной.
        - Надеюсь, ты не хочешь продолжать в таком же духе? - спросил я.
        Он не ответил.
        - Ты хочешь, чтобы я подпалил тебя?
        Снова молчание. Он так сильно вцепился в мою руку, что костяшки его пальцев побелели, а я подумал, что он всё же оставит на мне хоть какой-то след, пусть это будет даже не ожог, а обычный синяк.
        Приятное тепло на моей руке исчезло, а в следующую секунду Ши так резко дёрнулся, что наша связь распалась. Никто ничего не успел понять, как он стремглав бросился от нас. Лука и Зойя поражённо уставились ему в след, а я не захотел бросать начатое дело. Тем более, по неведомой причине Ши не очень мне и понравился.
        Сбивая всех, кто не удосужился уйти с его с дороги, Ши нёсся вперёд со скоростью пули, благо природа-мать наградила его длинными ногами, и подобно антилопе, он улепётывал всё дальше от меня. Не замечая ничего вокруг, я бежал за ним, жалея, что не удосужился заниматься спортом хотя бы раз в неделю. Через несколько секунд дышать стало тяжелее, а Ши бежал так, словно только что стартанул.
        - Отстань от меня! - крикнул он через плечо.
        Я экономил силы, и не ответил ему. Ши, проскочив весь коридор с отделами, повернулся к эскалатору, намереваясь выбежать к выходу. Но лестница шла только наверх, а та, что вела вниз, находилась совершенно в другой стороне, и ему ничего не оставалось делать, как подняться на этаж выше, сбивая людей, которые кубарем падали вниз. Этим он здорово осложнил мне задачу, и, ощущая себя супергероем из мультиков, я вскочил прямо на двигающийся поручень и, балансируя, побежал вверх. Помимо общего гула и фоновой музыки раздались вскрики и ругань. От этого адреналин в огненной крови побежал быстрее, прибавляя дикого азарта. Невероятно, как мне понравилось играть с Ши в пятнашки, как бы глупо это не звучало.
        Третий этаж располагался под большим стеклянным куполом. Народа тут было ещё больше, чем на первых двух этажах. На секунду я потерял Ши из виду, но там, откуда донёсся чей-то вскрик, я увидел хаотичное движение и высокую макушку демона. Он мчался прямо к одному из отделов. Глубоко вздохнув, я последовал за ним.
        По мере моего приближения, крики людей становились громче. Не останавливаясь, я влетел в отдел, в котором, судя по всему, продавали кухонную мебель. А в следующую секунду в меня влетело что-то большое. От боли и силы удара ноги подкосились и я упал на пол, на секунду потеряв ориентацию. Земля подо мной дрожала, словно мимо меня проносилось стадо буйволов. Встряхнув головой, я попытался подняться, но снова что-то острое и большое упало на моё лицо и грудь. А потом ещё и ещё. И я понял, что это что-то не падает, а меня бьют. Я машинально сжался в комочек. Отчётливо был слышен громкий хруст, и я испугался, что сломался мой позвоночник. На секунду удары прекратились, и я почувствовал, как меня поднимают за грудки в воздух. Тело ломило, я чувствовал, как по рукам стекает кровь, в глазах помутнело.
        - Как тебе это? - услышал я над самым ухом голос Ши.
        Стараясь абстрагироваться от боли, сжил зубы, поднял руки и схватил его за шею. Не церемонясь, пустил ошеломляющий жар по рукам. Ши выпустил меня, но я повис на нём, как жук, вцепившись в одежду. Зрение начало возвращаться, и я смог рассмотреть совсем близко лицо Ши. Красное, искажённое. Он сдерживал крик, чтобы не закричать от боли, которую испытывал. А мои ладони не просто источали жар, они горели, яркое пламя перескакивало с пальцев на шею Ши. Он попытался отдёрнуть меня, но боялся прикоснуться ко мне.
        - Отцепись! - прохрипел он.
        Сильный удар пришёлся мне прямо в живот. Охнув от боли, сам выпустил его и мешком свалился к его ногам на какие-то дощечки. От боли снова помутнело в глазах. Звериный рык, и что-то горячее прошлось по лицу, и на этот раз я почувствовал обжигающую боль. Силы порядком покинули меня, и теперь Ши мог сделать со мной то же, что и я с ним. Похоже, он и сам это понял. Жар вокруг меня усиливался, и на секунду мне показалось, что я горю с головы до ног. В ушах стоял страшный шум. Неожиданно за место пожара меня обхватил воздух, и я запоздало понял, что лечу. Нет. Конечно, не лечу, просто падаю. Я врезался спиной во что-то. Снова послышался хруст, и на этот раз я понял, что это ломается не мой позвоночник, а что-то деревянное. Я попытался прийти в себя, хотел заставить себя шевелиться, но я будто превратился в куклу.
        - Ненавижу, когда мной командуют и приказывают, - услышал я голос Ши. - И ненавижу, когда меня поджигают!
        Удивительно, как я расслышал его в этом гаме. Я до сих пор не мог хорошо видеть, но каким-то образом почувствовал его слева от себя. Тело слушалось с огромным трудом, и мне на секунду показалось, что я сейчас вылечу из него. Такая перспектива меня не радовала. Хрипя от боли и крови, заполонившей мой рот, я передвинул руку к самому полу, чтобы касаться его всей ладонью. Не знаю, заметил ли это Ши или понял, что я хочу сделать, но я успел пустить огонь по венам, по пальцам, по полу. Я чувствовал, как пламя змеёй вьётся по паркету, подбираясь к демону. Какой-то еле уловимый звук, а затем крик Ши. От его голоса в голове прояснилось, и я увидел, как он подскочил на месте, когда огонь обхватил его за лодыжки. Но на этот раз я не стал отступать. Ладонь распласталась по полу, почти вдавливалась в него. Огонь волнами проходил через нервные окончания. Ши заревел, как раненный медведь, хватаясь за всё подряд. Под его руки подворачивались кухонные стулья, столы, он пытался швырнуть их в меня. В воздухе запахло жареным мясом и горящей одеждой. Огонь охватил всю нижнюю часть туловища Ши. Он извивался, корчился
в муках, изо рта вырывалось собственное пламя. Все мои оставшиеся силы уходили на поддержание пожара.
        - Нет! Нет! - взвыл он, бросаясь из одной стороны в другую.
        Не знаю как, но он собрал последние остатки самообладания и полетел на меня, сшибая всё на пути. Я отдёрнул руку и попытался вскочить на ноги, но один из стульев кухонного гарнитура полетел в меня. Я не успел пригнуться, и табуретка разлетелась на щепки об моё плечо. На этот раз я точно услышал хруст кости.
        - Ливви! - донёсся до меня чей-то голос.
        Перед глазами что-то замелькало.
        - Ливви, быстрее, уходим! - завопил мне в ухо Зойя.
        Он схватил меня под руки, и от резкой боли я почти ослеп. Рот раскрылся в беззвучном крике.
        - Давай же! - торопил откуда-то издалека Лука.
        Я боялся потерять сознание от боли, раздирающей меня изнутри, но кажется, я проиграл.
        Я никак не ожидал, что сегодняшний день завершится именно так. Мало того, что меня избил кухонной мебелью какой-то сумасшедший, так ещё я с треском провалил задание.
        Лука и Зойя волокли меня куда-то; задним умом я думал о людях в Торговом центре. Что они видели и что подумают? Мы не рассчитали силы и совсем забыли о том, что нас видят, что мы находимся в переполненном здании.
        - Ливви, ты держись. Сейчас всё будет хорошо. Сейчас всё будет хо...
        
        
        Глава 12
        УБЕЖИЩЕ
        Дафна вся покраснела от гнева. Она сжимала и разжимала кулаки, в мыслях ломая мою шею. Я спокойно сидел перед ней, сам прекрасно понимая всю ситуацию.
        - Ты... ты не представляешь, что натворил, - гневно шипела она. - Из-за тебя началась настоящая шумиха! Тебя разыскивает полиция, твоё фото на каждом столбе! Элли и Антонио с Александром носятся по всем высшим инстанциям, стараясь умять это дело. Драка в Торговом центре на глазах у сотни свидетелей! И все, как один утверждают, что ты поджог человека! Ты думаешь, можно сказать, что они все ошибаются? А СМИ? Ты видел первые полосы ведущих газет?! Там твоё фото и имя! Ливви ЛеМарко, генеральный директор компании!..
        - Ну, хватит, - перебил её Воурт.
        Дафна поражённо уставилась на него.
        Дело происходило в Совете, где присутствовали все, кроме Элли, братьев Карамазовых и Арозона. Заря, сидящая передо мной, прожигала на мне рубашку яростным взглядом, Филарет бездумно пялился вперёд, а Дорис печально вздыхала.
        - Ты защищаешь его? - вступила Заря, подавшись вперёд в кресле.
        Дафна села на своё место, уступая место своей соратнице. Она почти всё высказала, сейчас очередь другой.
        - Я его не защищаю, - ответил Воурт. - Ливви напортачил, не отрицаю, но делал он это по нашей наводке! Ведь мы возложили на него такую миссию, как усмирить...
        - Ты возложил! - не дослушала Заря. - Я была против сразу! Я знала, что он провалит это дело и даже не рассчитывала на положительные результаты!
        - Если не надеялась, зачем тогда ворчишь? - Воурт нахмурил седые брови.
        - Чтобы знал на будущее! - Заря посмотрела на меня самым презрительным взглядом, на который была способна.
        Я нахмурился, но никак не отреагировал на её слова, подобно Филарету, глядя строго перед собой. Всё тело ныло, швы наложили только час назад, шина на руке лишала меня нормального движения. Голова раскалывалась на сотни частей...
        - Ему 500 лет! Хватит его учить! - открыто начал защищать Воурт.
        - 499, - уточнила Заря.
        - Какая разница? У него есть своя голова на плечах.
        - Но эта голова совершенно не соображает! - воскликнула Заря. - Я сегодня видела Нано! Так она сказала, что он напал на неё прямо посреди Центра!
        Я поражённо приоткрыл рот, но боль в челюсти напомнила мне, чтобы я не шевелился.
        - Он не обуздан! Такой же, как и его дружки!
        - Поддерживаю, - кивнула Дафна. - ЛеМарко не место в Совете.
        - Что?! - одновременно переспросили Воурт и Дорис.
        Филарет на секунду поднял белесые глаза.
        - Да, - усмехнулась Дафна. - Ему не место в Совете.
        - Ты не можешь выгнать ЛеМарко, - сказал Воурт. - Он достоин этого места, ты лучше меня знаешь! И сама говорила, что он нужен нам!
        Дафна сжала губы в тонкую полоску, недовольно покосившись на Воурта.
        - Это было давно. Времена изменились.
        Воурт громко хохотнул.
        - Да что ты говоришь? Изменились времена?! Вернулся Глас, кот тебя дери! Если его отыщут, что ты будешь с ним делать? Натравишь на него сотню молодых, чтобы задавили массой? ЛеМарко один из единственных, кто может ему противостоять! Ты сама говорила, что удивляешь его силе, что он, не рождённый хайшитом, достиг запредельных высот! И теперь ты говоришь, что ЛеМарко нам не нужен.
        - Запредельных высот, - презрительно усмехнулась Заря. - Его побил "малыш"! Смотри, на нём нет живого места!
        Дафна торжествующе улыбнулась. Дорис печально посмотрела на меня.
        - Я не буду перед вами оправдываться, - покачал головой Воурт. - Вы сами не понимаете, что говорите. Личные дела не должны мешать делам рабочим. Дафна, я тебя не понимаю. Ты всегда отдавала отчёт в своих действиях, но теперь я смысла в них не вижу. Чего ты добьёшься, если Ливви вылетит отсюда?
        - Я хочу, чтобы в Совете была сила! - одержимо выпалила Дафна. - Мне не нужен балласт, который тянет нас всех вниз.
        - Один промах! И из-за этого ты решила, что ЛеМарко нам больше не нужен? Что ты будешь делать с молодняком, когда Ливви уйдёт?
        - То же, что и всегда.
        Воурт рассмеялся.
        - Всё это бред. Пока нам удаётся избежать сложных ситуаций со СМИ и телевидением. Делать такие скорые решения... И потом, сегодня с нами не все. И я почти уверен, что остальные не проголосуют за отставку ЛеМарко...
        - Ладно, - неожиданно сказал я.
        Все посмотрели на меня. Я говорил немного невнятно, морща лицо от боли, но я хотел произнести хоть слово, чтобы иметь даже малое отношение ко всему происходящему.
        - Мне надоело слушать ваш бред. Спасибо тебе, Воурт, но тут я уже сам. Я не хочу принижаться или распинаться перед вами, так как вы этого явно не заслуживаете, но одно я скажу точно. Я ухожу. И не надо принимать всё на свой счёт. Надеюсь, у вас хватить хоть капли ума, чтобы понять, что я делаю это не из-за трусости или своей неудачи...
        - Ливви, ты невесть что болтаешь, - покачал головой Воурт. - Не надо идти на их поводу...
        - Я уже сказал, чтобы вы не принимали всё на свой счёт! - перебил я, злясь больше от боли, чем на слова демона. - Мне чертовски неудобно и больно говорить, поэтому дайте мне закончить и не задавайте никаких вопросов. - Я глубоко вздохнул. - Я давно задумывался о своём уходе, и сейчас, думаю, выдался благоприятный момент. Я не хочу больше быть связанным по рукам и ногам Советом. Я хочу уехать куда-нибудь...
        - Тебе надо лечь на дно, иначе полиция посадит тебя за решётку. Ты в розыске, - жёстко сказала Дафна.
        - Я хочу проветрить мозги, - не слушая её, продолжил я. - Мне надоело это всё. Надоели Дафна, Заря, Антонио и Александр с вечными и несбыточными желаниями поджарить кого-нибудь. Надоели эти посиделки.
        Не знаю, зачем я это сказал. Просто захотелось. Мне бы сейчас лечь в постельку, принять таблетку от боли и уснуть... Но я не могу спать... От этого захотелось расплакаться! Я не потерял сознание даже когда Лука и Зойя волокли меня из Торгового Центра. Я отключался на мили-секунды, но слышал весь шум и гам...
        Я смотрел на лица, обращённые ко мне. Даже старик Филарет поднял свою голову. Неужели, я достучался и до него? Плевать.
        - Я пошёл.
        - Ливви, погоди! - Воурт поднялся за мной следом. - Я ничего не понимаю! Из-за какого-то незначительного события всё повернулось с ног на голову. Ведь Антонио и Александр всё утрясут. Не в первый раз! И из-за этого делать?..
        - Если он хочет, пусть уходит, - пожала плечами Заря.
        - Из Совета просто так не уходят, - зло выпалил Воурт. - ЛеМарко, ты думаешь, что надо просто встать с кресла, сказать "я пошёл" и всё? И потом, кот вас всех дери, я тебя не отпускаю. И не от Дафны с Зарёй зависит, будет с нами Ливви или нет. Он остаётся.
        Я закатил глаза, сожалея, что Воурт действительно меня не понимает. Однако я и сам с трудом мог разобраться в собственных действиях. Ещё совсем недавно я был центром чего-то, я был нужен и ко мне прислушивались. Мне не нравилось быть в Совете, но то, что я всё же здесь присутствовал иногда положительно сказывалось на мне. Я не мог понять, что я чувствую сейчас, говоря, что хочу уйти. Или это из-за тупой боли в теле, или я действительно на распутье. Что делать?..
        - Ливви, - обратился ко мне Воурт. - Тебе нужно время. Возьми отпуск, тебе надо подлечить тело. Или, в конце концов, возьми новое. Но ты нам нужен.
        Дафна фыркнула, нарушая все законы приличия. Никто не посмотрел на неё.
        - Воурт прав, - поддержала мужа Дорис. - Тебе нужен отдых.
        От усталости я не захотел с ними больше спорить. Я только махнул рукой и вышел из комнаты. В первой комнате на диване перед кофейным столиком меня поджидал - вот те раз! - Лука. Лениво пролистывая глянцевые журналы, он развалился во все стороны, сложив ноги в грязных ботинках перед собой. Заметив меня, он поднялся на ноги и внимательно, словно дожидаясь чего-то, уставился на меня.
        - Что ты тут делаешь? - удивился я.
        - Жду тебя, - просто ответил он. - Тебя надо доставить домой. Или уже не домой, а куда-нибудь в другое место. К твоему дому теперь и близко не подступиться.
        Я всё ещё не привык к его общительности, и ощущал себя неловко. Без Зойи было как-то странно...
        - А где твой брат? - спросил я.
        Лука улыбнулся знакомой улыбкой.
        - В Совете не очень терпимо относятся к нему, и он решил, что не стоит тут засвечиваться. Мне повезло больше.
        - Понятно. - Наоборот. Я ничего не понимал.
        Некоторое время стояла тишина. Не знаю, о чём думал Лука, но меня больше волновала ноющая челюсть.
        - Так, куда тебя отвезти? - спросил демон.
        - Гм, - кашлянул я. - Не знаю... Наверное, куда-нибудь.
        - Отлично! У меня есть на примете одна квартирка! Можешь пока пожить там. Главное, чтобы тебя не видели. Едем туда.
        Я, похоже, туго соображал, поэтому без лишних слов, последовал за Лукой. Мы спустились на первый этаж гостиницы, но вышли через заднюю дверь на всякий случай. Нас проводили несколько служащих отеля, сверкнув в знак приветствия и одновременно прощания глазами. Лука, подхватив меня за здоровую руку, подвёл к чёрной неприметной машине, посадил на заднее сидение и сам юркнул за руль. Была ночь, и нас никто не заметил.
        - Вперёд! - жизнерадостно произнёс Лука, вжимая педаль газа в пол.
        Мы резко тронулись, и выехали на пустую улицу. Я откинулся на спинку и съехал вниз, но не потому, что боялся быть замеченным, а просто-напросто в такой позе тело меньше реагировало на боль. Машина заворачивала то влево, то вправо. Через окно я видел только тёмное небо и освещённые редкими фонарями карнизы зданий. Хотелось спать, но сон не шёл.
        - Лука, - позвал я, возможно, впервые обратившись к нему по имени.
        - Что такое? - Обернулся демон.
        - Мы не договорили. - Мне хотелось молчать, но я решил воспользоваться нашим уединением. - Помнишь, в Торговом центре?
        Лука кивнул.
        - Конечно, помню.
        - И? Тебе что-то от меня нужно?
        - У меня к тебе есть дело, - чуть поправил Лука.
        - И? - повторил я.
        Некоторое время он не отвечал. Я терпеливо ждал.
        - Сотрудничество, - наконец сказал Лука.
        Я напрягся. Интересно, интересно.
        - Мне надо, чтобы ты помог мне укорениться в Совете.
        От услышанного я громко фыркнул.
        - Прости, Лука, но ты опоздал.
        - В каком смысле?
        - Я ушёл из Совета. Ну... почти ушёл. Мой голос там абсолютно ничего не значит.
        - Не значит? - переспросил он.
        - Да.
        - Ты уходишь из Совета? Почему?
        - Это моё личное дело, - уклонился я, сам не зная ответа.
        - Но... Гм... - Лука почесал нос. - Но ты мог бы замолвить за меня словечко?
        На этот раз я не просто фыркнул, а рассмеялся.
        - Это не в моей власти. И потом, зачем тебе это нужно?
        Лука хочет пробиться наверх? Укрепиться во взрослом поколении и сидеть в кругу со старыми демонами и обсуждать молодняк? У него все дома? Или он просто не знает, что обсуждают в Совете?
        Лука не отвечал на мой вопрос, напряжённо глядя перед собой, плотно сжав зубы.
        - Ну, а насчёт сотрудничества? Что ты хотел мне предложить? - напомнил я.
        - Я... гм... Хотел бы быть твоим... соратником.
        По интонации было слышно, что он хотел сказать "другом". Хорошо, что одумался.
        - Арозона мне хватает.
        - Да, я знаю, но... гм... Ливви. Ладно, ничего такого, - отмахнулся он.
        Было видно, как ему неловко со мной обсуждать что-то. Мы ещё не привыкли друг к другу, хотя были знакомы давно.
        Я не стал на него давить и выспрашивать дальше. Тем более, я всё равно бы не смог ничего решить для него. Так уж получилось...
        Машина неожиданно замерла. Кряхтя, я поднялся с сидения и выглянул в окно. Мы остановились у пятиэтажного жилого дома с широким каменным крыльцом. Одинокий высокий фонарь освещал небольшую зелёную лужайку перед домом и выскобленную лавочку с витыми ножками. Судя по виду, довольно приличный район.
        - Что это за место? - спросил я.
        - Улица Пикк, дом 7. На пятом этаже есть квартира-студия. Она моя. Я купил её давно, но не жил здесь.
        - Точно купил? - уточнил я.
        - Точно.
        Я попытался открыть дверь, получилось с третьего раза. Лука всё же помог мне выбраться из машины. Ночной прохладный воздух сразу забежал под пуловер, и я поёжился.
        - Идём. - Лука подхватил меня под руку и повёл по крыльцу наверх.
        В подъезде бежевого цвета мы не спеша преодолели все лестничные пролёты и остановились только около одиноко стоящей двери с номером "10" - последняя в этом блоке. Лука отпустил меня на минутку, присел перед ковриком и достал из-под него маленький ключик. Открыв дубовую дверь, он вошёл первый и включил где-то сбоку свет.
        - Прошу!
        Я прошёл за ним, и очутился сразу и в прихожей, и в кухне, и в гостиной, и в спальне.
        - Вот такая вот квартира-студия.
        Ну, что же. Я ожидал чего-то похуже, однако всё было вполне прилично. Вся квартира в тёмно коричневых тонах, ассоциировалась у меня с Африкой. Наверное, из-за шкуры зебры лежащей на кровати или из-за большого количества широколиственных растений между предполагаемой спальней и кухней. Три высоких окна выходили на одну сторону, я подошёл к одному и увидел главную улицу, на которой стояла наша машина, а напротив точно такой же пятиэтажный дом.
        - Здесь кто-то жил? - спросил я.
        Всё было убрано, нигде ни пылинки, цветы политы.
        - Ну, да. Две молодые демоницы, но они уехали отсюда. Путешествие и всё такое. Я эту квартиру временами сдаю. Жить-то на что-то надо.
        - Ясно, - кивнул я.
        Я отошёл от окна и остановился около тёмного дивана. Подумав, сел, огляделся.
        - Спасибо, - поблагодарил я.
        - Всегда пожалуйста, - ответил Лука. - В холодильнике пусто, я привезу что-нибудь поесть к утру, договорились?
        - Нет, спасибо. Я позвоню Арозону.
        - А... Ну, хорошо. Тогда я пойду. Отдыхай. Телефон на стойке. - Лука указал на высокую столешницу около разделочного стола на кухне.
        Я кивнул на прощание, и он сразу покинул квартиру.
        Вот так. Тишина и покой, которого я так долго желал. Всё успокоилось, по крайней мере, во мне. Не было вокруг никаких злых взглядов, суетливой беготни, жужжание голосов. Без этого становилось легче. Наконец-то. На секунду мне показалось, что я вернулся в прошлое, когда так же мечтал о покое. Сегодня выдался тяжёлый день. И неудачный, к тому же. Ши всё же сумел сбежать, где-то взял силы и исчез, стоило Луке и Зойе появиться на горизонте. Трусливый тип. Молодняк... И я действительно проиграл. Если бы мне не помогли, демон, которому всего несколько месяцев отроду, смог бы добить меня. Я слабак, и не понимаю, почему меня считаю сильным? Воурт сказал, что я справлюсь с Гласом? Я в этом не уверен. Меня одолел молодой хайшит - срам.
        Вдоволь настрадавшись, поднялся с дивана, схватил трубку с радиотелефона и набрал номер.
        - Да? - почти сразу раздался голос Арозона.
        Несмотря на час, он не спал - слышалось по интонации.
        - Это я.
        - Ну, наконец-то ты позвонил. Где ты?
        - Улица Пикк, дом 7, квартира номер "10". Лука любезно предложил мне своё жильё.
        - Лука?
        - Сам в шоке, - хмыкнул я.
        - Как ты себя чувствуешь? - сразу спросил друг.
        - Хуже некуда, - честно ответил я.
        - Ты выпил обезболивающее?
        - Нет. Его у меня нет.
        Арозон немного помолчал.
        - Я не могу к тебе приехать. Утром только. Что там с Элли?
        - Насколько я знаю, она выполняет за меня всю чистку. Вместе с Антонио и Александром гоняет по городу, заминает это дело. Не знаю, когда она освободиться.
        - Тогда возможно, я приеду с Джасмин.
        - Хорошо, - согласился я. - Буду вас ждать с нетерпением. И ещё купите чего-нибудь поесть.
        - Разумеется.
        - Тогда хорошо. Я спать. До завтра.
        - Ладно.
        Я нажал на кнопочку отбоя и положил телефон на кофейный столик из тёмного дерева. Потом кое-как снял с себя одной рукой пуловер, бросил его на диван и лёг на широкую кровать, предварительно сбросив шкуру зебры. Каждая конечность, почувствовав под собой мягкость, медленно начала расслабляться. Я закрыл глаза, надеясь хоть на короткое время уплыть в дальние страны...
        
        
        - Ключ под ковриком, как это банально, - услышал я голос Арозона. - Осторожно, Джасмин, не споткнись, там высокий порог.
        Я открыл глаза и увидел белый ровный потолок. Сбоку послышались шаги, а через секунду потолок заслонила голова Арозона.
        - Я тебя разбудил?
        - Нет, я не спал. - От долгого молчания в горле першило.
        - Тогда поднимайся. Уже двенадцать часов. Мы привезли тебе лекарства и еды.
        - Складывать в холодильник? - услышал я голос Джасмин.
        Не удержавшись, сел в кровати и увидел её тёмную макушку из-за кухонной стойки.
        - Да-да, - ответил Арозон.
        Медленно поднявшись на ноги, я, наконец, увидел девочку. В тёмно-синем платье по колено и распущенными волосами она напоминала мне маленькую ведьмочку, только лицо было милым и добрым. Увидев меня, она быстро улыбнулась и отвернулась к холодильнику. Арозон подошёл к ней, и они оба начали распаковывать пакеты, что принесли с собой. Я же прошёл в душ, но не успел я закрыть дверь, как заглянул друг, протягивая мне стопку свежей одежды.
        - Спасибо, - поблагодарил я.
        Утренние процедуры из-за временной ликвидации одной руки заняли больше времени, чем всегда, и когда я вышел из ванной комнаты, по всей квартире уже витал аппетитный аромат. Арозон стоял у плиты, а Джасмин, поджав под себя ноги, сидела на диване и смотрела телевизор.
        - Через десять минут будем обедать, - не оборачиваясь, сказал Арозон.
        Я кивнул, но потом, сообразив, что он меня не видит, сказал:
        - Хорошо.
        Недолго думая, подошёл к девочке и сел рядом. Она мельком посмотрела на меня, но потом снова повернулась к телевизору. Показывали какую-то телепередачу про пингвинов. Люблю этих животных, сам не пойму почему. Вроде такие крупные и неповоротливые, но стоит только им оказаться в воде, как они буквально превращаются в нечто великолепное. Если бы нелюбовь к холоду, поехал бы изучать этих прекрасных созданий в естественной среде их обитания.
        - Ну, так что там в Совете? - спросил Арозон. - Как Дафна и Заря? Промыли они тебе косточки?
        Я усмехнулся.
        - Не в первый, но в последний раз.
        - Решил больше не косячить? - хохотнул друг.
        - Нет. Решил уйти из Совета.
        Арозон на секунду замер, а потом медленно обернулся.
        - Ты это серьёзно?
        - Абсолютно. Вчера всю ночь думал о том, как хочу покинуть Совет. Надоел он мне. Правда, Воурт просит остаться.
        - И я прошу.
        - Всё равно уйду, вы меня простите.
        Арозон скептически поджал губы, но больше ничего не сказал, чему я был очень рад. Мне бы не хотелось с ним перепираться по этому поводу. На экране показали, как папа-пингвин высиживает яйцо...
        - Элли ещё не освободилась? - спросил спустя некоторое время я.
        - Освободилась, - кивнул Арозон. - Только она очень устала, поэтому мы с Джасмин приехали к тебе.
        Я посмотрел на девочку и понял, что оказывается, она тоже смотрит на меня.
        - Больно? - тихо спросила она, указывая на мою руку, с торчащей шиной.
        - М-м... нет.
        - Вы упали?
        - Несколько раз, - усмехнулся я.
        - Вам должно быть больно, - уверенно заявила Джасмин.
        Арозон тихо засмеялся.
        - Да, ты права, мне больно. Было. Но сейчас полегчало.
        Джасмин кивнула чему-то и снова повернулась к пингвинам. Я не удержался и улыбнулся.
        - Да, кстати, - спохватился Арозон. - Звонила Валери.
        - Кто?
        - Валери. Она хочет с тобой поговорить. Мне сказала, что дело серьёзное.
        - Ну, да, конечно, - хмыкнул я. - Моё фото на всех углах. Вряд ли она предложит мне сходить куда-нибудь попить кофейку.
        - Не знаю, - пожал плечами Арозон, прочёсывая кухню в поисках тарелок. - Но голос у неё был встревоженный.
        - Ну, вот видишь.
        Через пять минут, мы втроём уселись за кухонный стол. Арозон приготовил домашние котлеты с толчёным картофелем и соус. Я ел с аппетитом, вкуснятина была невероятная. После обеда мы с Арозоном уселись за телевизор, а девочка подошла к высокой книжной полке, что стояла в самом углу квартиры и достала первую попавшую книгу. Забравшись в кресло, она открыла её и принялась читать. Было так спокойно и хорошо. То, о чём я мечтал.
        Когда стемнело, Арозон и Джасмин начали собираться домой, но обещали приехать и завтра. Девочка попросила взять с собой книгу, чтобы дочитать её дома. На секунду мне захотелось поехать с ними, очутиться в знакомой квартире друга, чувствовать себя свободно, но тут же поправил себе - нельзя, чтобы меня видели рядом с ними. Я должен переждать некоторое время. Или очень долго. Не знаю, насколько это всё затянется. На прощание Джасмин напомнила мне, чтобы я снова выпил обезболивающее, и её слова невероятно взбодрили меня. Наивно, конечно, но кто-то, помимо Арозона за меня волновался.
        Когда за ними закрылась дверь, я повернулся к пустой квартире, прошёл к дивану и стал ждать нового дня, когда они приедут снова.
        
        Глава 13
        ИЗВЕСТИЕ
        Целая неделя прошла монолитно, слившись в один большой день. Я сидел в квартире с одной большой комнатой, как в футляре, закрывшись от внешнего мира, и только Арозон с Джасмин были маленьким перешейком с моего необитаемого острова на большой переполненный континент. Однообразные занятия, однообразные телепередачи. Я уже, как заправская домохозяйка, смотрел на часы, в ожидании, когда начнётся телесериал, и с интересом смотрел кулинарные передачи, чтобы научиться хоть чему-нибудь, а не окончательно застрять на месте. Ночи стали для меня самыми нелюбимыми. Если раньше я мог позволить себе выйти куда-нибудь, то теперь я был заперт в клетке, одолённый бессонницей. Я стал ненавидеть одиночество, тогда как недавно сам к нему стремился. И только с Арозоном я рождался заново, взахлеб разговаривал с ним, слушал все новости из внешнего мира, даже начал болтать с Джасмин обо всём подряд. Я интересовался её мнением о книге, которую она взяла из этой квартиры, расспрашивал о её рисунках, и однажды, она привезла мне одну картинку - попугай в клетке. Я долго смеялся над этим сравнением. Я попугай? Джасмин,
покраснев, сказала, что с белым чубом на макушке, я очень похож на эту птицу. Ну, что же, хорошо, что она вообще нарисовала меня, пусть и в такой странной форме.
        Арозон каждый день рассказывал мне о делах в Совете. Он сам туда не ездил, но через Элли мы оба поддерживали связь. Дафна и Заря продолжали продвигать идею моего ухода, а Воурт всё так же стоял на своём, желая, чтобы моё место оставалось занятым только мной. Пару раз Арозон вспоминал Яру. Дорис продолжала искать её, связывалась с соседними городами, но пока местоположение демоницы не было установлено.
        Так я и жил, питаясь новой информацией, переваривая её, раскладывая по полочкам в моей голове.
        А за первой неделей пошла вторая, за второй - третья.
        - Валери снова звонила, - сообщил Арозон в один из своих приездов, - и всё так же встревожена, но мне ничего не говорит. Хочет слышать только тебя.
        - Не надо мне с ней связываться, - уже не так уверенно проговорил я. - Будет хуже и для неё и для меня.
        Но с каждым днём я всё ближе склонялся к разговору с ней, однако знал точно, что всё равно не позвоню. Кем мы были друг другу?
        Когда рука зажила достаточно, чтобы можно было снять шину, я безумно обрадовался такому событию. Надумав за несколько дней своё будущее, решил заниматься спортом. Включал спортивный канал, попадал на какую-нибудь разминку и скакал по квартире, как заведённый. Один раз ко мне присоединилась Джасмин, и наверное, впервые с нашего знакомства, она смеялась открыто и без стеснений. Арозон довольно наблюдал за нами, а мы бесились как дети. Но потом, когда передача заканчивалась и мы оба устало бухались на диван, снова возвращалась неловкость, которая немного, но присутствовала между нами. Мы всё ещё были по разные стороны баррикад, хотя я и радовался, когда она приходила вместе с моим другом. В такие моменты я вспоминал слова Арозона насчёт девочки, как он говорил мне о ней с таким воодушевлением и радостью, как хотел, чтобы я понял его, понял его чувства по отношению к Джасмин. Неужели, этот момент настал? Иногда я был уверен в этом. Джасмин покорила меня только одним своим присутствием. Она действительно была маленьким солнцем, и мы вились вокруг неё, как планеты. Однажды поймал себя на мысли, что
скучаю по ней, и это странно сказалось на мне. В первую секунду даже испугался, но потом чуть не растаял от гордости, что она присутствовала не только в жизни Арозона. Пусть и немного, но она заняла своё место и в моей жизни тоже.
        - Карточные фокусы? - удивлённо округлила глаза Джасмин, когда я нечаянно обмолвился, что по юности увлекался ими. - Вы можете показать?
        Колода как раз лежала в книжном шкафу, куда так часто заглядывала девочка. Стоило мне кивнуть, как она подлетела к полке, схватила карты и поднесла их мне. Я ещё осторожно двигал зажившей рукой, но всё же решил порадовать девочку. Арозон, устроившись в кресле, довольно наблюдал за нами, как отец семейства за своими чадами.
        - Такие подойдут? - спросила Джасмин.
        - Пойдут любые. - Я, как следует, их перемешал и гармошкой перекинул с одной ладони на другую.
        У Джасмин загорелись глаза.
        - Так. - Я протянул ей колоду. - Вытаскивай и загадывай.
        Маленькими пальчиками он вытащила карту, ладошкой закрыла её от меня, чтобы я не увидел, напряжённо посмотрела на масть и кивнула.
        - Что дальше?
        - Клади её обратно. Куда хочешь.
        Джасмин долго выбирала место. Арозон усмехнулся, пряча улыбку в ладонь.
        - Готово.
        - Отлично!
        Я схватил колоду и перемешал её, потом приник к ней губами, что-то прошептал, больше для вида, и бросил карты на пол. Они рассыпались по всему ковру перед телевизором. Джасмин заворожено смотрела то на меня, то на карты.
        - Так, - протянул я, в раздумьях поглаживая подбородок. - Какая из них? Хм... Вот эта!
        Я схватил с пола даму пик и посмотрел на Джасмин.
        - Нет, - растерянно покачала она головой.
        - Хм... Тогда вот эта? - Валет треф оказался в моих руках.
        - Нет!
        - А эта? Нет? Тогда точно эта!
        Джасмин, наконец, поняла, что я дурю её, и вместо того, чтобы обидеться, громко рассмеялась, упав лицом на ковёр. Когда она подняла голову, оказалась, что одна карта прилипла ко лбу.
        - Десятка черви? - Я отклеил карту с её лица.
        Девочка на секунду осеклась.
        - Верно, - выдохнула она, хватая карту из моих рук.
        - Та-дам! - Я развёл руками.
        Арозон громко расхохотался, а Джасмин прыснула от смеха.
        - Шулер, - выдавил друг.
        - Эй! - Я толкнул его в бок.
        После такой неудачи, Джасмин всё же попросила меня показать ей настоящий карточный фокус, и тут я не прогадал. Оказывается, пальцы что-то помнили, и я смог удивить девочку. Но вскоре она сама поняла, в чём суть, и я подивился её сообразительности. Элли была права, когда говорила, что у неё огромный потенциал.
        После развлекательного вечера, Арозон по старой привычке пошёл на кухню. И на удивление всех, я последовал за ним.
        - Сегодня я смотрел одну кулинарную передачу, - сказал я, надевая на шею фартук. - Выглядело вкусно. Хочу попробовать.
        Арозон в шоке смотрел на меня, а Джасмин устроилась за столом, в ожидании чего-то грандиозного. Я заглянул в холодильник, который периодически набивал Арозон и достал оттуда нужные ингредиенты. Памятуя о некогда сделанном мне выговоре, я сперва вымыл все овощи, и только тогда принялся за их чистку и резку.
        - Как же это называется? - вспоминал я. - Что-то с овощным связано... Хм...
        - Рагу? - подсказал Арозон.
        - Да! Точно! Овощное рагу! Арозон, ты сегодня у меня в подмастерьях.
        - Слушаюсь и повинуюсь! - Он картинно поклонился.
        Но оказалось, не только он горел желанием мне помочь. Вскоре Джасмин вызвалась чистить лук, а затем, когда я начал жарить мясо, она нырнула мне под руку и выхватила деревянную лопатку.
        - Я перемешаю?
        - Пожалуйста!
        Арозон, нарезав тонко перец, достал откуда-то снизу большой и круглый казан. Мы засыпали в него все овощи, вместе с немного подгоревшим мясом, добавили специй и немного соуса. Простенько, но пахло очень вкусно. Джасмин нарезала зелени, и когда блюдо было уже готово, посыпала его укропом и петрушкой.
        - Вот так, - довольно произнесла девочка, сверкающими глазами глядя на наш шедевр.
        Так же дружно мы накрыли на стол и смели всё под чистую.
        - Мы молодцы, - сделал в конце дня вывод Арозон. - Ливви, ты превзошёл все мои ожидания! Из тебя мог бы выйти когда-нибудь отменный повар.
        Я отмахнулся от него. Я уже понял, что всё зависит только от хотения. Если будет нужно, я вряд ли снова встану за плиту.
        В половине девятого вечера Арозон и Джасмин начали собираться домой. И как обычно в это время на меня накатило маленькое и легкое отчаяние - так хочу пойти с ними! По-детски как-то прозвучало, но всё же... Даже захотелось предложить им остаться, но в моём жилище не очень-то и развернёшься, и я с грустной улыбкой проводил их до двери.
        - Почитай что-нибудь, - напоследок сказал Арозон. - Мы принесли тебе свежие газеты и журналы.
        - Да-да, конечно.
        - Пока!
        - Ага.
        И снова ночное одиночество. Я уже даже не делал попыток уснуть, просто переоделся в майку с шортами, посмотрел более-менее нормальный сериал, передачу "На ночь глядя" и какой-то фантастический боевик, суть которого не понял. Возможно из-за того, что я ходил разогревать рагу и варил кофе. Когда глаза устали от экрана, выключил телевизор, походил по квартире, разбросал некоторые вещи по местам и вытер пыль. Затем в ход пошли кроссворды (я разгадал все без остатка), и анекдоты (смеялся только над одним). Потом скатал все прочитанные газеты, отложив в сторону глянцевые журналы, которые невесть зачем мне принесли, свернул каждый лист в тонкую трубочку, отыскал на кухне пустую банку и поставил в него бумажный букет. Водрузив всю конструкцию на кухонный стол, отошёл в самый конец комнаты, чуть не уронив цветок в горшке, и сосредоточился. Итак, только силой мысли... силой мысли... только силой мысли... Я специально сжал руки в кулаки, чтобы не провоцировать себя. Только силой мысли... Я представил, как огонь тонкой ниточкой вьётся от меня по полу к столу и банке, как поджигает хотя бы одну бумажную
трубочку. Это ведь так просто! Я закрыл глаза, а когда открыл их, увидел, как дымят все без исключения трубочки. От радости взмахнул рукой, и газеты вспыхнули, как порох.
        - Чёрт! - вскрикнул я, подбегая к банке.
        Накрыл огонь рукой, почувствовав, как он всасывается через ладони. Внутри стало так приятно, и я специально долго не выдыхал дым, наслаждаясь щекочущим эффектом.
        Потом попытался снова, накатав новые трубочки. Газет скопилось столько, что впору ими было печку топить. На этот раз скрестил руки на груди, чтобы они ненароком не выскочили. Надо только смотреть на банку. У Антонио же с братом получается, и плевать, что они родились хайшитами!
        Я простоял, не шевелясь ровно десять минут, а газеты только слегка дымили. Психанув на самого себя, рассерженно взмахнул рукой, и бумага вспыхнула в одну секунду. Недовольный, повалился на диван и уставился в потолок.
        Это уже никуда не идёт. Я в тупике! А всё Воурт виноват! Кто, как не я, может справиться с Гласом? Понапридумывал что-то, а я из-за этого мучаюсь! Я слабак, каких поискать! Даже огонь не могу зажечь одним взглядом, а мне уже 500 лет! 499, если быть точнее...
        Или дело в другом? Возможно, тело мне уже не подходит и мне надо искать новое и обживаться в нём? Раньше я мастерски управлял пламенем, а сейчас оно меня не слушается. Я обидел его чем-то? Я не осквернял огонь ни разу в жизни, не топтал ногами. Я люблю то, что живёт внутри этого тела, люблю то, из чего состою, но вот пламя начало меня избегать... Пуская это пока не самая последняя стадия предательства, но я чувствую, что что-то изменилось. Я уже не тот. Может быть, я... потухаю?
        Я резко вскочил на ноги от этого открытия. Перед глазами само собой нарисовалось старое воспоминание - Лара Леблан, белая, как восковая фигура лежит на полу, и в ней нет искры, чтобы снова зажечь. Она умерла. И неужели со мной тоже случится такое? Пусть с ней это произошло насильственно, но вдруг я не вечен, как остальные?
        Нет! Конечно, нет! Я заходил по комнате, сцепив руки в замок. То, что молодой Ши одолел меня, не имеет никакого отношения к огню. Он избил меня, как человек! И значит, ослабло тело, а не я сам. Не раздумывая, стянул с себя майку и подошёл к зеркалу. Какой я? Худой или это называется жилист? Я глубоко вдохнул, грудная клетка приподнялась. Повернувшись вокруг себя несколько раз, всё же не смог понять, какое моё тело. Это нормально для человека? Я не занимался спортом, сколько себя помню, ни в одном из тел! Я не люблю его! Пот, усталость, ноющие мышцы... Это не для меня. Я отошёл от зеркала и сел на диван. На глаза тут же попалась стопка глянцевых журналов. Не думая, я схватил лежащий сверху и начал быстро пролистывая. Не то, не то, не то... Вот это!
        Я развернул журнал и уставился на фото молодого человека в одних джинсах. Реклама какого-то дезодоранта, но это не важно! Важно то, что я теперь хотя бы мог понять, каким должно быть моё тело. Вместе с журналом подошёл к зеркалу и сравнил нас.
        Хм... Ну, что тут можно сказать? Я не далёк от идеала, только всё же надо подкачаться. И потом, чем мне ещё заниматься?
        В меня тут же вселилось неодолимое желание как следует побегать и поразмяться. Делать не то, что я обычно делаю с Джасмин, просто бегаю по квартире, как угорелый, а что-то более значимое! Вот только не знаю с чего начать, поэтому решил начать со всего сразу. Первый в ход пошёл пресс, за ним отжимания, наклоны, прыжки, растягивания, даже немного потанцевал, включив музыкальный канал. Несмотря на усталость, настроение всё же улучшилось. И в половине четвёртого утра, я бухнулся на кровать, долго лежал и глубоко дышал. Пот градом скатывался с меня, и кое-как переставляя ноги, я прошёл в душ. После, всё же решил попытаться уснуть, лёг в кровать и захватил с собой один из скучных глянцевых журналов. Разглядывая разноцветные картинки, которые казались мне приторными до тошноты, быстро пролистывал почти всё. Диета, фитнес, гороскоп, мода, женские секреты, Валери, отпуск...
        Я замер, а потом вернул обратно. Со страницы на меня смотрела Валери. Какое совпадение. Накрашенная до ужаса с какой-то сумасшедшей причёской, но всё же это была она. Уж её-то я узнаю. На минуту я пришёл в ступор, не понимая, как она сюда попала, но потом вспомнил, что она подрабатывала фотомоделью. Странно так её видеть. Она выглядела неестественно, фальшиво и капельку противно. Я сразу вспомнил её лицо визуально вытянутое за счёт высокого хвоста, напористый характер, вопросы, которые она так настойчиво задавала, и её звонки. Она хочет поговорить со мной. Но по какой причине? Провела какую-то неясную смысловую нить с пожара в офисе до моего поджога Ши? Что-то узнала? Или просто хочет увидеть меня и спросить, как я поживаю? Глаза сами собой дёрнулись к телефону, но я не повернул голову в нужную сторону. Тем более, её номера я не знаю, не могу позвонить. И не буду спрашивать у Арозона, как с ней связаться! Отбросив журнал в сторону, накрылся одеялом с головой, уже не надеясь уснуть...
        - Да, ты меня уговорила. Мы будем пить только детское шампанское.
        - Элли говорила, что пить вообще плохо.
        - Я так сказала? Я не говорила, что пить плохо! Вода эта жизнь! Не всегда, правда, но всё же... Эй! Ливви, ты поможешь занести сумки?
        Я только что вышел из душа, как раз успел к приходу гостей.
        - Элли? - удивился я, увидев её в проёме входной двери.
        Рыжеволосая девушка весело улыбнулась мне и подмигнула блестящим зелёным глазом.
        - Привет-привет, узник!
        Я подошёл к ней и вместо того, чтобы выхватить из её рук тяжёлые с виду пакеты с едой, крепко обнял. За прошедшие недели я вижу её впервые, и я жутко по ней соскучился!
        - О! Я тоже рада тебя видеть, Лив! - звонко рассмеялась Элли. - Как дела?
        - Ты ещё спрашиваешь? - не дал мне ответить Арозон, проходя на кухню. - Он тут сидит круглые сутки. Я удивляюсь, как Лив ещё не отскакивает от людей, завидев их!
        Я отпустил Элли и посмотрел на неё. Такая маленькая и солнечная! Её дико мне не хватало.
        - Проходите! Чувствуйте себя, как дома!
        Джасмин уже привычно подбежала к телевизору и переключила на канал про животных. На этот раз показывали про каких-то жуков, но и это было ей интересно. Арозон проверял содержимое холодильника, вытаскивая на свет пустые банки, которые я всегда ставил обратно на полку. Элли прошла глубже в квартиру, осматривая всё пространство.
        - Ассоциируется с Африкой, - сказала она.
        - У меня тоже, - усмехнулся я.
        - Не хватает только шаманских масок. У меня дома завалялись пара штук. Думаю, Лука не будет против, если мы подправим ему интерьер. Ого! Это настоящая шкура зебры? Ливви, как тебе не стыдно на ней спать? Это же когда-то было живым существом! Красиво, конечно, но...
        - Ты же у нас нелегальный "Гринпис", - закатил я глаза.
        - Да! И горжусь этим!
        - Ливви, я же ещё вчера выбрасывал пакеты с китайской едой! - услышал я голос друга из холодильника. - Она уже пропала, её нельзя есть!
        - Я её и не ел. Ты просто забыл выбросить в мусорный пакет, я и поставил обратно...
        - О, Ливви...
        Джасмин тихо засмеялась. Элли подошла к девочке, села рядом и испытующе посмотрела на меня.
        - Ну, что у тебя нового, Лив?
        - Всё стабильно.
        - Ну, конечно... Зато у меня есть что тебе рассказать.
        - Я весь во внимании.
        Я и вправду превратился в одни уши, желая услышать что-то новое. Арозон отложил разборку холодильника на потом и тоже сел рядом с нами. Элли вдруг стала серьёзной.
        - Ну, что же. Дела в Совете всё хуже и хуже. Дафна, мне кажется, совсем сошла с ума.
        - Что на этот раз она задумала? - недовольно спросил я. - Решила выгнать вслед за мной ещё кого-то? Надеюсь, Филарета?
        Я рассмеялся над собственной абсурдной мыслью. Уж кого-кого, а его она просто лелеяла, как что-то сверхъестественное. Но на моё удивление ни Арозон, ни Элли, ни даже Джасмин не улыбнулись.
        - Да, ты прав, - кивнула Элли.
        - Э-э... что? - не понял я.
        - На последнем сборе Филарет имел глупость спросить про тебя. Не знаю, что нашло на него, но он перебил Зарю на полуслове и спросил - где ты?
        Я в шоке уставился на неё, краем сознания надеясь на шутку, но было видно, что они не намерены играть в игрушки. Элли говорила серьёзно.
        - И что дальше?
        - А что дальше? Дафна взбесилась. Все, конечно, были в шоке, но она стала вести себя так, будто главная там. Только Воурту удалось утихомирить её. Он тоже был не в духе.
        - А с ним что?
        - Так же причина! Он хочет видеть тебя, и Дорис уехала. Короче, он в последнее время на взводе.
        - Постой, а Дорис куда уехала?
        - До сих пор ищет Яру. Ты же знаешь, какая она пытливая. Всё бросила и обещала, что найдёт демоницу.
        - Короче, все по тебе соскучились. - Арозон хлопнул меня рукой по плечу.
        - Да уж, - вздохнул я. - Особенно Филарет. Он меня удивил.
        - Да брось! - отмахнулась Элли. - Старик любит тебя! Ты вспомни, как он был рад, когда ты попал в Совет!
        - Тебя ещё тогда не было, - заметил я.
        - Арозон рассказывал. Но это не важно. Ты любимчик Филарета, и Дафна, наконец, это поняла.
        - Не знаю, - протянул я. - Его любви я что-то не замечал.
        - Конечно! - хмыкнула Элли. - Так всегда и бывает. Все это видят, а счастливчик нет. Филарет всегда за тебя заступался, особенно в те времена, когда ты кутил по-чёрному и не появлялся в Совете. В этот раз он последовал своему старому приёму, но Дафна рассердилась и сказала, что если кто-то ещё произнесёт твоё имя в Совете, то пусть катиться на все четыре стороны.
        - Она не могла так сказать! - ахнул я.
        Дафна не могла так далеко зайти.
        Элли развела руками.
        - Я свидетель. Это было ужасно. Воурт и Дафна чуть не подрались, а Александр и Антонио слиняли, представляешь? Сказали, что им надоело находиться в этом хаосе, и они подумывают уехать в другой город. Заря, конечно, поддержала Дафну, но делала это уже не так открыто. Наверное, и ей не понравилось, как Дафна начала себя вести. Вот точно, в неё словно кто-то вселился! Никогда не замечала в ней такой холодности и жёсткости! Последний сбор побил все рекорды по скандалам. Короче, Ливви, нам надо, чтобы ты хотя бы один раз наведался в Совет и показал им, кто в доме хозяин. Лучше, конечно, с Арозоном, но... - Элли красноречиво посмотрела на девочку, которую полностью захватила передача про жуков.
        Я вздохнул.
        - Боюсь, я ничего не смогу сделать.
        - Это ещё почему? Всё началось из-за тебя. Знаешь, иногда полезно показать свою силу! Заря и Дафна уже порядком достали, вспоминая, как тебя побил Ши. При каждом удобном случае щебечут об этом, как старушки на лавочках! Ливви побил малыш! Очень смешно.
        - В этом-то и дело, - поморщился я. - Я не такой сильный, во мне не столько много энергии...
        - С чего это? - Элли округлила свои глаза.
        - Меня одолел молодой демон, на что я могу быть способен?
        - О! - всплеснула руками Элли. - И из-за этого ты не хочешь приезжать в Совет? Ты нужен! И потом, Арозон, скажи ему, что он не такой слабый, как кажется. Ливви, ты один из самых сильных хайшитов, что я видела за всю свою жизнь, а мне, кот тебя дери, 334 года! Ты должен прийти и подпалить этой Дафне хвост!
        - Воурт справится с этим лучше, чем я.
        Арозон решил тоже вступить.
        - Ливви, с чего это такие пессимистические взгляды на собственную силу? То, что Ши одолел тебя отнюдь не связано с твоей силой! Ему просто повезло. И потом, когда тебя бьют табуреткой по лицу никому не прибавит силы и воинской спеси.
        - Не знаю, - нахмурился я. - Огонь... То есть... Он меня не так хорошо слушается.
        - В каком это смысле? - не поняла Элли.
        - Я с трудом осваиваю его. Он иногда ведёт себя так, как захочет. Помните, я рассказывал вам про пожар в офисе, когда Валери заменяла Линду? Так вот, огонь вспыхнул на мне против моей воли, и я не сразу смог его потушить. Это-то меня и тревожит.
        На моё удивление Арозон снисходительно улыбнулся.
        - Дорогой Ливви, это не потеря твоей силы, а потеря хватки. Скажи, пожалуйста, когда ты в последний раз выпускал пламя на полную мощность?
        - Когда поджигал Ши. Я выложился на полную.
        - Из-за того, что ты не тренируешься, объём клеток, пропускающих пламя, уменьшается. Это как с человеком, который мало ест - желудок скукоживается. То же самое и с тобой. Из-за отсутствия тренировок, огонь потерял способ выйти наружу. Ему просто-напросто надо помочь. Надо делать это регулярно.
        - Ты так делаешь? - усомнился я.
        - А как же? Верно, Джасмин?
        Девочка на секунду отвлеклась от экрана.
        - Да.
        - Вот видишь? В тебе полно силы, Лив. Мы все это чувствуем. И если ты выложишься на полную мощь - действительно выложишься, а не то, что ты делал с Ши - тогда, огонь будет слушаться тебя, как родного.
        Я поджал губы.
        - Но раньше я такого не замечал...
        - Да потому что, - воскликнула Элли, - раньше ты поджигал всё подряд! Делал это не из-за необходимости, а чтобы выпендриться перед остальными! Помнишь, как заигрывал с Латишей? Намеревался поджечь здание Администрации! Арозон тебя кое-как образумил!
        Только сейчас я начал вспоминать. Давным-давно огонь горел на мне, практически не переставая. А потом, в период кризиса, я замкнулся в себе.
        Ну, конечно! И как я раньше не додумался? Такое объяснение показалось мне до ужаса простым, и я почувствовал себя тупым, как пробка.
        - Откуда вы это знаете? - спросил я.
        - Мне 698 лет, - как бы между прочим напомнил Арозон.
        - Это всё объясняет.
        В этот момент в подъезде послышались чьи-то быстрые шаги, а через секунду задолбили в дверь. Джасмин от неожиданности вскрикнула и подскочила на месте. Элли мягко обняла её, а Арозон поднялся на ноги. Не успел кто-то из нас спросить, кого это принесло, как раздался голос Луки.
        - Откройте! Это я, Лука! Откройте быстрее!
        Я первый подошёл к двери и распахнул её. Лука, белый, как смерть, влетел в квартиру и захлопнул дверь.
        - Что такое? - спокойно, как всегда в таких ситуациях, спросил Арозон.
        - Дорис... - выдохнул Лука. - Дорис... умерла. Её убили.
        
        Глава 14
        ПЕСНЯ
        -Что ты сказал? - переспросил я.
        Элли медленно поднялась на ноги.
        - Убили Дорис, - тяжело дыша, повторил Лука.
        - Когда? - спросила Элли.
        - Не знаю. Её нашли час назад в машине. Она мертва.
        В квартире стало тихо, только Лука громко и глубоко дышал, пробежав к нам всю дорогу. Не понятное чувство поднималось во мне, разливалось и обжигало внутренности, пускало мелкую дрожь по коже. Сердце забилось громче, отдаваясь эхом в ушах. Дорис умерла? Глухие слова по сравнению с тем, что пульсировало внутри. Странное чувство дежа вю. Такое уже было.
        - Где Воурт? - выдохнула Элли.
        Воурт? У меня будто землю выбили из-под ног. Воурт! Что же с ним?!
        - Я не знаю, я его не видел, - ответил Лука. - Мы с Зоей и Греем были там, когда её нашли.
        Арозон кашлянул.
        - Где это случилось?
        - Её нашли около "Дыши огнём", но Заря предположила, что её могли убить не здесь, а только подбросили...
        - И Воурт не знает, что у него под носом... Дорис? - Мой голос дрогнул.
        - Его не было в клубе.
        - Надо найти его! - Элли сорвалась с места, схватила свою сумку и накинула куртку цыплячьего цвета. - Мы должны быть с ним! Я в клуб. Арозон ты должен поехать в Совет.
        Мой друг не шелохнулся. Я посмотрел на него, он спокойно стоял, уставившись в пол. Но от его фигуры почти зримыми волнами расползалось что-то чёрное, гневное, яростное и бессильное. Я увидел, как Джасмин съёжилась на диване. Не знаю, о чём он думал, но, похоже, тоже склонялся к мысли дежа вю.
        - Ливви, побудь с Джасмин, - сказала Элли. - Мы свяжемся с тобой, как только сможем! Арозон, пожалуйста! Мы должны ехать.
        Арозон медленно поднял голову и пустыми глазами посмотрел на Элли. Я замер.
        - Арозон! - позвала она.
        Он кивнул и последовал за ней, на прощание улыбнувшись Джасмин, но я видел каких усилий ему это стоило. Лука топтался на месте, не зная, ехать ему с ними или остаться, но Элли сама подхватила его под руку, и они первыми покинули квартиру.
        - Ливви, - уже выйдя за порог, позвал Арозон.
        Я схватил его за руку. Мы оба поняли друг друга. Тогда тоже были я, Элли и Арозон. И Дафна приехала сказать, что Лара погибла... Чудовищное совпадение.
        Мы не сказали друг другу ни слова. Я закрыл за ним дверь, оставшись с Джасмин один.
        Оказывается, ноги меня плохо слушались. Я кое-как прошёл к дивану и упал на него.
        Дорис умерла? Её больше нет? Но это невозможно! Не возможно, кот всех дери. Она была неприкосновенна больше, чем мы все вместе взятые. Если бы на землю обрушился страшный холод, хайшиты бы спасали в первую очередь именно её. И Воурта. Их обоих. Ведь они любили.
        Мы очень редко, почти в исключительных случаях, находим того, с кем готовы прожить остаток вечности. Никто не знает почему, но любовью нас создатель обделил. Нам полюбить очень сложно, мы тяжело привыкаем к другим, однако это не распространяется на друзей или родственников. Это совершенно другое, не то же самое, что и вторая половина. У нас нет понятий "он мой парень", "она моя девушка". Спутник или спутница жизни, твой любимый и верный друг в одном лице. Хайшит, который, наконец, нашёл того, ради которого готов дышать, становится для нас в некотором роде святым. Любой, кто посягнёт на влюблённого демона, уже однозначно карается смертью. Но если убьёт... Это даже страшно представить, что сделают с виновником такого действия.
        Но ещё хуже тому, кто потерял. Воурт лишился Дорис. Я не знаю, и не хочу знать, что он испытывает в этот момент, но Элли безусловно была права, когда в первую очередь подумала именно о нём. Если он сломается, никто и ничто не сможет вернуть его к жизни. Самое страшное, что мы можем испытать и пережить. Воурту уже никогда не найти свою спутницу, он обречён и ему нужна помощь...
        - Дорис умерла? - раздался рядом голос Джасмин.
        Я на минуту забыл о её существовании. Посмотрев на неё, попытался улыбнуться, чтобы зазря не тревожить девочку, но лицо словно онемело. Я только кивнул.
        - Она была человеком?
        Я прокашлялся.
        - Нет. Она была одной из нас.
        - Но как она умерла? Арозон говорил, что мы живём вечно.
        - Не во всех случаях.
        Наверное, минуту в комнате стояла тишина, не считая приглушённого звука телевизора, по которому до сих пор показывали жуков.
        - Значит, я тоже умру? - неожиданно спросила девочка.
        Этот вопрос буквально выбил меня из колеи.
        - Умрёшь? Нет, конечно, нет! Ты рождена хайшитом, тебе нечего бояться.
        - Но Дорис же умерла.
        - Её убили, Джасмин. А это разные вещи.
        - Значит, меня тоже могут убить?
        - С чего ты взяла? - немного рассердился я. - Ты ещё слишком молода, чтобы думать о смерти.
        Она пристыжено опустила глаза, и мне стало неловко. Я не хотел её обижать.
        - Яра говорила мне, что я могу умереть.
        Таких слов я не ожидал.
        - Что? - переспросил я.
        - Яра говорила, что я могу умереть, - тихо повторила Джасмин.
        Я замер, не зная, что сказать. Как Яра могла говорить об этом с маленькой девочкой?
        - Она не разрешала мне далеко уходить от дома, иначе я могу умереть. И не разрешала говорить с чужими.
        Впервые я слышал из уст девочки о том, как она жила вместе с демоницей. Насколько мне было известно, с Арозоном она тоже не откровенничала.
        Джасмин низко опустила голову, скрывая лицо за длинными волосами. Я нагнулся к ней, испугавшись, что она сейчас расплачется, но она только грустно смотрела в пол своими янтарными глазами. И снова Джасмин показалась мне не по-детски взрослой.
        - Почему она так говорила? - осторожно спросил я.
        Джасмин пожала плечами, и стало понятно, что она больше не будет отвечать. Я только вздохнул и облокотился на спинку дивана, бездумно уставившись в телевизор. Безусловно, Арозону будет интересно узнать об этом, вот только ему сейчас немного не до этого. Как и мне, возможно. Мне хотелось быть сейчас вместе с Воуртом, и наплевать, что меня разыскивает полиция. Вот только девочку я оставить не могу. Посмотрев на неё, ждал раздражения, от того, что она держит меня, но на удивление я был спокоен. Возможно, из-за того, что мне было хорошо с ней. Ей нужен кто-то рядом, и я буду вместе с ней.
        Программа про жуков закончилась, и начали показывать про диких кошек. Джасмин уставилась в телевизор, но уже не с таким энтузиазмом. Она просто занимала себя, а не получала удовольствие от чего-то нового. Я больше не мог сидеть, встал и прошёлся по квартире. В какую-то секунду я почувствовал себя в клетке, но на этот раз её словно кто-то уменьшил, было тесно до ужаса. Мне, как никогда, захотелось быть на свободе. Я был нужен!
        Элли и Арозон не звонили. И от этого было ещё хуже. Пару раз я порывался сам им набрать, но никто из них не брал трубку. Уж не специально ли они это делают? Может, что-то случилось и нужна моя помощь? В голове в одну секунду нарисовались страшные картинки, и я с трудом отделался от них.
        Джасмин ожила только к обеду. Поднявшись с дивана, она выключила телевизор и прошла к холодильнику. Достала оттуда какие-то овощи и разложила их на кухонном столе.
        - А где нож? - спросила она.
        Я не стал ей отвечать, а решил помочь, в надежде, что какая-то физическая деятельность займёт не только меня самого, но и мозги. Я подошёл к ней, разглядывая то, что она вытащила.
        - Обычный овощной салат, - пробормотала Джасмин.
        - Отлично.
        На пару мы быстро соорудили себе скромный обед и поели. Потом Джасмин снова засела за телевизор, а я развалился в кресле, одолённый страшными сомнениями. Руки иногда мелко начинали дрожать. Возможно, так себя чувствует студент на экзамене, хотя точно я не был уверен, так как никогда не приходилось им быть.
        Почти весь день мы просидели в оцепенении. Один раз я попробовал снова показать Джасмин карточные фокусы, но они её не сильно развеселили. Она выглядела задумчивой, немного апатичной, будто тоже горевала по Дорис. Вот только они никак не могли быть знакомы, и причина грусти девочки мне не была известна.
        Когда пробило десять вечера, и Джасмин широко зевнула, я понял, что ей пора ложиться спать. Проблемы с кроватью не было, мне сон был не нужен, однако она не могла спать в той же одежде, что и пришла.
        - Гм... Джасмин, - позвал я. - У меня нет для тебя ни одной детской пижамы и рубашек Арозона тоже...
        Она внимательно посмотрела на меня, и мне показалось, что она видит меня насквозь и знает, что я хочу предложить.
        - Я могу дать тебе одну из своих футболок, ты не против? Я думаю, Арозон или Элли не вернуться даже к утру, так что... Хорошо?
        Джасмин молча кивнула, а я прошёл к шкафу и достал оттуда более-менее чистую майку с нелепым человечком на груди - мою любимую.
        - Вот.
        Она взяла её из моих рук и тут же прошла в ванную. Через минуту я услышал, как заработал душ. Пока она мылась, я решил приготовить кровать, скинул шкуру зебры на пол, а потом, подумав, затолкал её под кровать. Постельное бельё ни разу не менялось за этот месяц из-за отсутствия запасного, и я очень огорчился этому факту. Может быть, где-нибудь есть плед? Но он ни разу мне не встретился, пока я тут жил. Что же, придётся Джасмин спать так.
        Дожидаясь девочку, я сел на диван, но не обратил на телевизор внимания. Вода в ванной комнате перестала шуметь, и через некоторое время появилась Джасмин. В моей майке, которая свисала с неё ниже колен, она выглядела куклой, на которую дурашливый мальчишка нацепил большую одежду. Мокрые волосы были заплетены в длинную и тугую косу, как у Арозона, а маленькие ноги неуютно чувствовали себя без домашних тапочек.
        Я поднялся с места.
        - Я расправил тебе кровать.
        Джасмин снова молча кивнула и прошла к постели. Она долго устраивалась на месте, вначале взбила подушку, потом укрылась одеялом чуть ли не с головой, а затем раскрылась и перевернулась на другой бок. Всё это время я старался хотя бы делать вид, что смотрю телевизор, жалея, что в квартире нет ещё одной комнаты. Должно быть, ей неловко засыпать, когда кто-то сидит поблизости. Не сразу я сообразил, что надо погасить свет. Неслышно встал, прошёл к выключателю, и через миг стало темно, не считая голубоватого света от экрана телевизора. Я вернулся на место, переключил канал на круглосуточные новости и стал смотреть про всё подряд. Джасмин ещё некоторое время ерзала, но наконец, успокоилась. Я тоже внутренне расслабился. По старой привычке попытался задремать, но лишь целый час пролежал на диване с закрытыми глазами, прислушиваясь к звукам. Раньше я не замечал, что с улицы доносятся чужие голоса, урчание машины, лай собак. Сейчас же я улавливал всё. Наверное, это было связано с Джасмин, так как боялся, что её могут разбудить. Когда за окном оглушительно взвыла сирена, я вскочил с дивана и подошёл к окну.
Выглянув с пятого этажа, увидел проезжающую мимо карету скорой помощи. На кой им сдались посреди ночи мигалки? Сокрушённо покачав головой, развернулся и услышал:
        - Ливви.
        Вначале даже подумал, что мне это показалось. Но через секунду снова:
        - Ливви.
        - Джасмин? Ты не спишь? - прошептал я, не уверенный в этом. Вдруг она разговаривает во сне?
        - Не могу уснуть, - сказала она, и я увидел, как она села в кровати, закутавшись по самую шею.
        - Эм... выключить телевизор?
        - Нет.
        Я замешкался. Возможно, ей не хватает Арозона и она скучает по нему?
        - Гм... Не волнуйся ни о чём. Арозон скоро прибудет.
        - Я боюсь темноты, - не дослушав меня, сообщила девочка.
        - Боишься темноты? - переспросил я. - Включить свет?
        - Со светом я не усну.
        Я совсем растерялся. Ночника здесь не было...
        Но тут меня словно молния ударила. Я даже чуть не вскрикнул.
        - Ты хочешь, чтобы я посидел с тобой?
        Она не ответила, но я увидел, как она отчётливо кивнула. Я шмыгнул носом.
        - Хорошо, я посижу.
        Прежде, чем подойти к ней, я выключил телевизор, решив, что так она уснёт быстрее. Потом добрался до кровати и сел рядом. Джасмин тут же легла на подушку, отвернувшись от меня. Я замер.
        Не знаю, сколько времени прошло, но моя спина довольно быстро устала. Из-за последней сумасшедшей тренировки, она ещё не до конца восстановила свои силы, и я сидел с ноющей болью, боясь пошевелиться. Когда терпеть было уже не возможно, я тихо привстал, и комочек под одеялом шевельнулся. Я сел обратно. Как-то же она почувствовала, что я собираюсь уйти. Неужели, Арозон сидит с ней всю ночь напролёт?! Подумав немного, я аккуратно начал опускаться на кровать. Когда голова коснулась самого края подушки, я весь расслабился, и матрас подо мной продавился. Джасмин тут же странно дёрнулась, а потом повернулась ко мне лицом. Я захотел встать, но резкая боль пронзила мою спину, и я остался лежать. Встретившись глазами с девочкой, подумал, что она сейчас залепит мне пощёчину, за то, что я вторгся к ней в постель, но тут же одёрнул себя. Ей всего девять, а не двадцать девять...
        - Привет, - виновато улыбнулся я.
        Джасмин не ответила, глядя на меня сверкающими в темноте глазами. Её лицо ничего не выражало. Должно быть, она подумала, что это сон.
        - Я ведь не умру, - неожиданно сказала она.
        Я опешил. Она точно не разговаривает во сне? Джасмин смотрела на меня осмысленными и серьёзными глазами.
        - Нет, ты не умрёшь, - ответил я.
        - Правда?
        - У тебя же есть Арозон, - сказал я и, помедлив, добавил, - и я.
        Лицо Джасмин исказилось в жалобной гримасе.
        - Яра тоже так говорила...
        Не знаю, что я почувствовал в этот момент. Моё сердце и так было полно боли из-за потери Дорис и горя Воурта, а тут ещё это.
        - Я говорю правду. Арозон никогда тебя не бросит.
        - Почему же Яра бросила?
        - Я не знаю. Я не могу у неё спросить, ведь она уехала.
        Джасмин закрыла глаза, а меня пронзила одна мысль. Если она начала говорить...
        - Ты не знаешь, куда могла уехать Яра?
        Два янтарных глаза вперились в меня, и девочка ещё сильнее стала похожа на сову. Она долго смотрела на меня, и я подумал, что она не будет отвечать.
        - Она никогда не говорила со мной о том, что хочет сделать или куда пойти, - очень тихо произнесла Джасмин.
        - А о чём вы обычно разговаривали?
        - Не знаю. Но мы не говорили так, как с Арозоном.
        - Что ты имеешь в виду? - не понял я.
        Девочка задумалась.
        - Она говорила мне, чтобы я меньше гуляла вдали от дома, и чтобы поднималась к себе в комнату, когда приходили другие...
        Джасмин резко замолчала и испуганно посмотрела на меня. Я ничего не успел понять, как она отвернулась от меня, скрывшись с головой под одеялом. Она испугалась? Но чего? Я поражённо привстал, поморщившись от боли в спине, но она уже не так волновала. Чем я мог обидеть девочку?
        - Джасмин? - позвал я, кладя руку поверх одеяла. - Джасмин, что с тобой?
        Она не ответила.
        - Джасмин, я не хотел тебя обижать. Прости меня. - Я даже сам не имел понятия за что извиняюсь.
        Она шевельнулась, а потом развернулась обратно.
        - Я видела вас, - произнесла она.
        - У Яры? - сразу догадался я.
        - Да. Яра заметила, что я выглядываю из комнаты и сказала, что...
        - Что?
        - Что вы плохой.
        - Я плохой? - переспросил я и вспомнил, как Арозон говорил мне, что Яра пугала девочку страшным и коварным Ливви.
        - Нет. Вы не плохой. А Яра говорила, что плохой.
        Я не удержался и улыбнулся.
        - Значит, я не плохой?
        - Нет.
        - И ты теперь меня не боишься?
        - Нет.
        - Это меня радует, - искренне сказал я.
        На моё удивление, Джасмин улыбнулась и закрыла глаза. Я не шевельнулся рядом с ней, дожидаясь, пока она уснёт...
        - Ливви?
        - Ты почему не спишь?
        - Не могу уснуть на новом месте.
        - А ты закрой глаза и представь, что ты дома.
        - Не могу.
        - И что же нам делать? Тебе надо поспать, иначе завтра будешь ползать, как сонная муха.
        - А вы почему не спите?
        - Зови меня на "ты", ладно? Арозона же ты так называешь.
        - Ладно, - сразу согласилась Джасмин. - Так, почему же ты не спишь? Не хочется?
        - Нет, не хочется.
        - И будешь сидеть всю ночь?
        - Обычно, я так и делаю, даю телу отдохнуть.
        - Вы не спите? - округлила глаза Джасмин и даже приподняла голову над подушкой.
        - Увы, не сплю.
        - Но как?
        - Не знаю, так получилось.
        - Всю жизнь не спите?
        - К моей радости, когда-то я спал, и мне нравилось видеть сны, но потом всё изменилось.
        Джасмин долго смотрела на меня.
        - Когда ты был человеком? - робко спросила она.
        - Тебе Арозон сказал, что я был человеком?
        - Да, - совсем смутилась девочка.
        Я усмехнулся.
        - Да, я был человеком, но спать мог и хайшитом. Несколько месяцев назад, если даже не год, что-то поменялось, и я потерял сон.
        Как легко я говорю с ней об этом! Словно на её месте сидел Арозон. Обычно я не поднимаю эту тему, но теперь, когда меня спрашивали и действительно желали знать ответ...
        - А как это быть человеком? - с любопытством спросила Джасмин.
        - Если честно, я уже и забыл. Наверное, просто жить. Ощущать сильный голод, когда долго не ел или валиться с ног, когда долго не спал. Не чувствовать внутри себя тепло, и не гибнуть от холода. Вот, как-то так. Я не помню, это было больше четырёхсот лет назад.
        - Арозон говорит, что я родилась такой.
        - Да, он прав.
        - Это значит, я никогда не была человеком? Даже маленькой?
        - Да, это значит, что ты родилась такой, твои родители были хайшитами, - я запнулся на полуслове, испугавшись, что девочка, услышав о родителях, замкнётся в себе. Было интересно говорить с ней.
        - А если бы я родилась человеком, тогда бы меня не оставили?
        - Э-э... - Я совсем запутался. - Я не знаю, Джасмин. Не думай об этом, у тебя есть Арозон и я. Мы позаботимся о тебе, не беспокойся.
        - Хорошо.
        - Тогда попытайся уснуть. Время уже позднее.
        - Расскажи мне что-нибудь, чтобы я уснула. Арозон рассказывает мне сказки. Это самое интересное, что я слышала в жизни!
        - А Яра рассказывала тебе сказки? - спросил я.
        - Нет. Никогда. Я даже не знала, что про Белоснежку можно прочитать книгу, а не только посмотреть мультфильм.
        - Хм, - задумался я. - И что же тогда ты хочешь услышать?
        - Арозон говорил, что ты не знаешь ни одной сказки.
        Я удивился - как часто они обо мне вспоминали. Это даже немного польстило мне.
        - Да, я не знаю ни одной сказки, но... гм... может быть, я тебе спою?
        Сам не знаю, зачем это предложил. Я давно, очень давно не пел. Не удивлюсь, что мой голос - мой, а не тела - ничего не сможет воспроизвести. Но так хотелось сделать что-то для Джасмин.
        - Спой.
        На минуту я задумался. Что спеть? За всю жизнь я придумал, написал и спел тысяч мелодий и песен. Каждая была для меня любимой по-своему и очень много подошли бы для колыбельной. Конечно, я не сочинял детских композиция и не все они могли подойти для данного случая. Но что же?
        На ум пришла только одна. Та, которая сама собой напелась в период кризиса, когда я хотел отойти от мира сего, забиться куда-нибудь, чтобы никто меня не тревожил. Мельком посмотрев на девочку, начал:
        - Всё вокруг меняет краски
        Ты пытаешься уснуть
        Безмятежность не находит
        Спать спокойно не дают.
        
        В темноте не одиноко
        Ищешь ты покой и сон,
        Одиночество не гложет
        Растворяешься ты в нём.
        
        Мир вокруг тебя мелькает
        И сложнее всё понять.
        Ты один, а их всех много
        Мир сошёл с ума опять
        
        В жизни нету больше цели
        Не пытайся ты найти.
        Не цепляйтесь за меня вы
        И позвольте мне уйти.
        
        Я пел медленно, ещё не уверенный в себе. Я не боялся сфальшивить, однако голос мог меня подвести. Первая песня за столько времени. Неужели я возвращаюсь?
        - Очень грустная песня. - Вместо того чтобы закрыть глаза, Джасмин приподняла голову и посмотрела на меня. - Ты сам её сочинил?
        Я кивнул.
        - А куда ты хотел уйти?
        - Если я её написал, это не значит, что она относится ко мне, - увернулся от ответа я.
        Джасмин минуту подумала.
        - Она тебе подходит.
        - Что ты имеешь в виду?
        На этот раз она не ответила, забилась под одеяло, но не отвернулась от меня. Вскоре её веки задрожали, и девочка уснула. Тёплое размеренное дыхание доносилось до моего плеча. Я лежал, повернувшись к ней. Наверное, прошёл ещё один час, звуки на улице уже не так отвлекали. Джасмин начала ёрзать во сне и раскрылась, а через некоторое время её кожа покрылась мурашками. Моя рука сама дёрнулась к одеялу, чтобы укрыть её, но девочка, не раскрывая глаз, как-то ухитрилась поймать мою ладонь и положить себе на маленькое острое плечо. Я перестал дышать. Я подумал, что она проснётся, но укрытая моей рукой, она быстро согрелась и не пробуждалась. Я и сам расслабился, даже закрыл глаза.
        И уснул.
        
        Глава 15
        СЕРДЦЕБИЕНИЕ
        Яркие краски, ярче, чем в жизни. И всё крутиться вокруг тебя одного, но это не мешает, не надоедает. Ты чувствуешь себя центром Вселенной, ты значим, и тебя ждут. Одна картинка сменяется другой так быстро, что не успевает взмахнуть своими крыльями птица, но ты замечаешь всё! Каждую деталь, мелочь, всё целиком. Глаз захватывает пространство, которое не в силах преодолеть самый быстрый хищник на земле. Ты видишь всю планету, замечаешь её горы и реки, океаны... Ты властелин в этом мире, но тебе не подвластно ничто.
        А потом белый потолок и ноющее тело. Я долго смотрю перед собой, не понимая, что случилось. Рядом что-то шевельнулось, я дёрнул головой и увидел всё ещё спящую Джасмин. Миллионы мыслей пронеслись в голове за одну секунду, и я резко сел.
        Я спал? Я уснул?! Я уснул?! Будь я полноценным человеком, меня бы прошиб ледяной пот. Я дёрнулся в кровати, ноги сами собой хотели понести меня по всей квартире. Эйфория и шок одновременно налетели на меня, я не знал, что и думать. Громадных усилий потребовалось мне, чтобы не шевельнуться с места. Я уснул? Я уснул! Я спал и видел сны, а не просто дремал. И чувствовал себя полным энергии и тепла. Я отдохнул впервые за несколько месяцев полноценно. И я пропустил рассвет, а это тоже не маловажное событие! Когда в последний раз комната вначале была тёмной, а потом, когда открываешь глаза - сразу освещенной солнечным светом? Обычно я видел, как вещи меняют свои цвета под воздействием солнечных лучей, а теперь... Это казалось мне чудесным и сказочным.
        Аккуратно, чтобы не разбудить девочку, я поднялся с кровати и размял спину. Продолжая находится в воодушевлённом состоянии, прошёл в душ, а потом сварил кофе. Всё это время вспоминал свой сон. Я его точно видел, но образы начали теряться в голове и вскоре, ни один эпизод я бы при всём желании не смог воссоздать даже в мыслях.
        - Доброе утро, - произнесла Джасмин.
        Отвернувшись от плиты, увидел её сидящую на кровати. Волосы разлохматились, глаза до сих пор были сонно прикрыты.
        - Доброе утро! - весело отозвался я.
        Для меня на самом деле утро, а не следующий день, плавно перетёкший из предыдущего.
        - Ты пьёшь кофе? - спросил я.
        Она кивнула, слезая с кровати. Подойдя к окну, Джасмин выглянула на улицу и посмотрела на солнце, словно приветствуя его. Потом, как лунатик, прошла в ванную и вернулась полностью одетая в свою одежду.
        - Печенье и сыр. - Я достал из холодильника принесённые вчера продукты.
        Не успел я закрыть дверцу, как что-то изменилось. Внешне оставалось всё как прежде - солнце, пробивающееся через окно, городские звуки, Джасмин, насыпающая в чашку сахар, та же самая квартира. Но что-то изменилось.
        Вначале я списал всё на холод из холодильника, но когда я подошёл ближе к столу, гнетущее чувство никуда не делось. Воздух словно изменился, стал гуще и краснее.
        - Джасмин, - позвал я.
        Она с любопытством посмотрела на меня, явно ничего не замечая.
        Было не так, как раньше.
        Тух... тух...
        Мои глаза расширились от шока. Я услышал чьё-то сердцебиение, глухое и еле слышное. И словно накатывало что-то густое. Первой моей мыслью было - кровь бежит по венам, но потом отчётливо раздался глухой треск, а за ним ещё один. Я осмотрел квартиру, всё было, как всегда и Джасмин ничего не слышит, всё ещё не отрывая от меня глаз. Треск повторился, было похоже на то, как дрова искрятся в камине. Стало теплее в несколько сот раз, в меня словно закачали новую порцию огня, но я не чувствовал его переизбытка.
        - Ливви? - позвала Джасмин.
        Мысли пронеслись в моей голове за одну секунду. Всё встало на свои места. Я понял каждый звук.
        - Джас, ложись! - неожиданно для себя закричал я.
        Она, конечно, не шевельнулась с места, и мне пришлось скинуть её со стула на пол. И вовремя. Я упал рядом с ней, а вся квартира вспыхнула в одно мгновение. Казалось, рядом с нами взорвалась водородная бомба, сметая предметы взрывной волной. Джасмин вскрикнула, пряча лицо в ладони, я обнял её, чувствуя, как невыносимый жар скользит по моему телу, как ест кожу, намеревается затмить мой внутренний огонь. Это не было случайностью, это пламя создал другой хайшит, сильный, возможно сильнее меня и Арозона вместе взятых. В ушах стоял страшный треск, всё рушилось, под нами дрожал пол, угрожая разрушить весь дом. Если я что-нибудь не сделаю, огонь съест вначале меня, а потом и девочку. Я попытался выпустить своё пламя, но оно терялось на фоне громадного пожара. Я вспомнил слова Арозона, что надо использовать как можно больше выходов, распластал ладони по горячему паркету и пустил силу на полную мощь. Джасмин изрядно мне мешала, я боялся ненароком задеть и её. Мой огонь вырывался из-под сжатых досок, захватывал чужие искры и языки пламени, подчинял их мне. И через минуту, а может и больше, я мог заставить
некоторые очаги потухнуть. Я переполнялся дымом и дышал только им. Неужели я победил?
        Я сумел открыть глаза, только когда почувствовал относительное спокойствие. Пожар уже не полыхал по всей квартире, а только на отдельных и незначительных предметах. Всё было в дыму и пыли, но дышалось не тяжело.
        - Джасмин?
        Оказывается, она обняла меня за пояс, спрятав лицо на груди. Она вся мелко дрожала и не хотела от меня отцепляться, поэтому я поднялся на шатающиеся ноги с ней на руках.
        Всё было разрушено. Абсолютно. Окно и часть стены полностью снесены и если бы не дым, можно было бы рассмотреть противоположный дом. Обугленные и разнесённые в щепки вещи валялись под ногами, а туалетная комната была полностью стерта и откуда-то снизу разбрызгивалась вода.
        - Джасмин, ты слышишь меня? - Я поднял её голову.
        Два янтарных глаза в пол-лица испуганно смотрели на меня. Не считая грязи на лице, она, кажется, не пострадала.
        - Всё хорошо, - сказал я, но не был уверен в своих словах.
        В голове звенело, а ноги мелко дрожали. Надо выбраться отсюда, пока люди не нашли нас здесь. Где дверь?..
        Конечно, взрыв в квартире всполошил весь дом и в проёме двери на нас налетели люди. Они что-то начали говорить, но я не слышал их из-за нарастающего гула в голове. Кажется, я перетрудился, выпустил слишком много сил, и теперь еле стою на ногах. Кто-то попытался выхватить у меня Джасмин, но она так пронзительно закричала, что от нас отпрянули.
        - Быстрее! - только и различил я.
        Меня подхватили под руки и пустили вниз по лестнице, засыпанной белой извёсткой. Джасмин почти до боли прижималась ко мне.
        На улице царил настоящий кошмар. Беспорядок, люди бегали в разные стороны, а на земле валялись части стены и битое стекло. Где-то вдалеке слышался вой сирены. Кто-то что-то кричал. Шум невообразимый. Нам надо уходить отсюда.
        - Сейчас мы уйдём, - прошептал я Джасмин. - Закрой глаза.
        Я не хотел, чтобы она что-то видела. Я постарался отойти с дороги, но ко мне подбежал мужчина и закричал:
        - Вы в порядке? Что случилось?
        Он уже протягивал руки, чтобы взять ребёнка, но я отпихнул его от себя, крепче обнимая девочку. Нам срочно надо уйти!..
        Тух... Тух...
        Я покачнулся, словно налетел на невидимую стену. Опять этот звук. Чьё-то сердцебиение.
        Тух... Тух...
        И тихий скрежет, как искры. Я поднял голову и осмотрел переполненную улицу, наш полуразрушенный дом и соседний целый. Кто-то поджог квартиру, в которой я был. И этот кто-то ещё здесь. В многоликой толпе были только люди, но демон всё ещё где-то поблизости. Я поднял голову и сквозь витавшую в воздухе белую пыль посмотрел на соседний дом. Почти из всех окон выглядывали люди.
        - Ливви! - позвала Джасмин, всё ещё не раскрывая глаз, пряча лицо у меня на плече.
        - Да. Мы сейчас пойдём к Арозону, - продолжая осматривать всех, сухими губами проговорил я.
        Я заставил себя идти дальше. Ноги продолжали мелко трястись, но я постепенно набирал ход и вскоре покинул безумную улицу. Словно очутился в другом мире, докуда ещё не дошёл хаос.
        Когда мы сели в первое попавшее такси, водитель испуганно отпрянул от нас.
        - Что с вами такое?!
        Я посмотрел в зеркало заднего вида и тоже ужаснулся. Вид у меня был тот ещё! Лицо в пятнах от копоти, а волосы, наоборот, из-за извёстки стали абсолютно белыми. Одежда на мне в сожженных дырках больше была похожа на старый мешок, но самое главное - глаза. Ярко-красного цвета с ядовито-жёлтыми проблесками, как у безумца. Я поспешно опустил их в пол и назвал адрес Арозона. Водитель секунду поколебался, но потом развернул машину и поехал в нужную сторону. Джасмин всё это время не шевелилась, и я быстро осмотрел её. Оказывается, она всё же была ранена. Помимо грязи на одежде, по правой руке от плеча до локтя шла длинная царапина. Наверное, задела за что-то, когда я сбросил её со стула. Крови было немного, но всё же, она пострадала. Её длинные волосы местами были обуглены и продолжали слегка дымить. Я провёл по её голове рукой, она не шевельнулась, и я испугался, что девочка потеряла сознание.
        - Джасмин! - Я отстранил её от себя.
        Нет, всё хорошо. Она просто оцепенела от страха. Я обнял её, прижимая крепче к себе. Не хочу, чтобы между нами пролегал хоть сантиметр. Так я уверен, что она в безопасности.
        В спокойно едущей машине было неуютно и одновременно спокойно. Вдали от шума, грохота и гама, всё же казалось, что что-то забыл или упустил. Дорога успокаивала, но навевала странные мысли. Кто-то поджог мою квартиру, но кому я сдался?..
        Тух... Тух...
        Я словно оказался под толщей воды, уши заложило. Опять этот звук. Тело напряглось, Джасмин приподняла свою голову.
        Это чувство возвращается. Кто-то поблизости.
        - Прибавьте скорость, - сказал я.
        Водитель посмотрел на меня, как на сумасшедшего. Или я первый из клиентов, кто его об этом попросил, либо он привык ползать со скоростью черепахи. Гнетущее чувство накатывало, и мне не нравилось его ощущать. Словно в тебе оказался кто-то чужой, который диктует тебе, что именно ты должен испытывать.
        - Прибавьте скорость, - повторил я. - Пожалуйста.
        - Купите свою машину и ездите на здоровье, - пробурчал мужчина, не намереваясь нажимать на педаль газа сильнее.
        Сиденье подо мной странно задрожало. Я провёл одной рукой по обивке. Подо мной точно начал разрастаться жар. Или не жар. Словно вода закипела. Или не вода, а...
        - Останови машину! - закричал я. - Из неё, быстрее!
        Водитель ошарашено уставился на меня, забыв про дорогу. Я открыл дверцу, и вместе с Джасмин вывалился на асфальт, благо машина действительно ехала медленно. Однако больно ударился спиной, а девочка вскрикнула, до крови вцепившись в меня. Машина катилась дальше, а потом... оглушительный взрыв смёл меня с ног, как пешку. Тонна гари, пыли, огня накрыли нас, и меня снова охватил жар. Я накрыл девочку собой, слыша, как куски такси разлетаются во все стороны. Стоящие рядом здания странно загудели, голова раскалывалась на сотни кусочков...
        Что же это за такое?!
        Ноги на этот раз меня почти не слушались. И чтобы встать, я затратил все силы.
        - Джасмин... - срывающимся голосом позвал я.
        Она не открывала глаза. Из-за дыма я ничего не видел, кроме её лица. Девочка была без сознания.
        - Джасмин! - Я легонько встряхнул её.
        Я не понимал, что происходит, и было страшно потерять сознание. Я держался изо всех сил, но они были на исходе.
        Сквозь шум снова раздался странный звук.
        Тух... Тух...
        Только не он. Что ему от меня надо? И главное - кто это всё делает?
        - С вами всё в порядке? Вы целы? - раздался чей-то голос прямо около уха.
        Нет. Я не в порядке, но мне не нужны люди. Почему они все, как один навязывают свою помощь? Они могут пострадать из-за меня!
        Дрожащей рукой я схватился за чью-то куртку. Джасмин чуть не выпала из моих рук, её попытались выхватить у меня, но я вцепился в неё со страшной силой.
        Тух... Тух...
        - Ложитесь, - прохрипел я.
        Конечно, меня не послушались, или не услышали. Я не видел, но ощущал всем телом, что на меня направлена страшная порция силы. Я могу вспыхнуть, как соломинка, если не приду в себя, если не смогу контролировать собственные силы. Я должен сделать это хотя бы ради Джасмин. Иначе, Арозон меня убьёт.
        Пламя от взрыва машины начало увеличиваться, разрастаться в разные стороны. Люди разбегались, прикрывали голову руками или куртками. Девочку снова захотели выхватить из моих рук. И им это удалось.
        О ней позаботятся, уверял я себя, но тело порывалось за ней. Но сейчас надо всё же принять всю силу на себя, иначе не знаю, что произойдёт ещё.
        Но не успел я сконцентрироваться, как что-то мощное подхватило меня под ноги и уронило лицом на асфальт. От боли всё побелело перед глазами, а во рту отчётливо проступил вкус крови. Я вспомнил, как Ши избивал меня кухонной табуреткой. Только не опять! Я должен постоять за себя, кот всех дери!
        Распластав руки на земле, пустил через ладони поток пламени, на который только мог быть способен. Асфальт резко вздыбился и отчётливо раздался хруст и стон земли. Горящее рядом пламя всасывалось в пущенный мной огонь, начинало слушаться меня.
        - Ливви!
        Откуда меня позвали, я не знаю, да и голос был мужским и незнакомым. Я оглох от разрастающегося шума и почти потерял сознание от усердия затушить всё пламя и направить его в нужную сторону.
        Тух... Тух...
        Слева!
        Зажмурившись от почти ощутимой боли в ладонях, уткнулся лбом в землю, поцарапав лицо об крошки асфальта, и пустил змеёй пламя в нужную сторону. Теперь казалось, мои руки вытянулись на несколько метров в сторону. Через огонь я чувствовал всё, до чего не мог дотянуться. Пламя превратилось в мои нервные окончания. Чья-то нога, невероятно горячая и нечеловеческая попалась в мой капкан. Рванул изо всех сил, и до ушей донёсся чей-то вскрик, а потом наплыв чужого пламени, который изо всех пытался перетянуть через установленную мной связь мой внутренний огонь. Я отчаянно сопротивлялся, пытался узнать через ощущения - кто же нападает на меня, но энергетика была мне не знакома. Заскрипев зубами от натуги, рванул демона за ногу и почувствовал, как он грохнулся на землю. Языки пламени накинулись на него, но он всасывал их в себя, подчиняя себе. Не понятно, откуда я у меня появились силы, и я вскочил на ноги, не видя ничего перед собой, кроме чёрного дыма. Надо идти влево, пока он ещё лежит! Спотыкаясь обо всё подряд, я помчался в нужную сторону, и в ушах уже отчётливо стучало чужое сердцебиение. Я уже близко.
Дым должен разойтись хотя бы на секунду, чтобы я увидел того, кто так отчаянно хочет меня убить.
        Он близко. Моё пламя пока держит его, он не одолеет меня в одну секунду, надо только поднапрячься и не потерять сознание, а я уже близок к этому. Несколько раз я чувствовал попытки сбить меня с ног, но вволю натренировавшись и ощутив в себе огонь, как нечто родное, я смог противостоять чужому напору.
        Тух... Тух...
        Дым разошёлся от дуновения ветра, и я увидел Гласа.
        Распластавшись на треснутом асфальте, скованный огненными верёвками, он смотрел на меня широко распахнутыми чёрными глазами. Широкая, безумная улыбка расползлась по очень худому лицу, на лысом черепе искрились огоньки...
        - Глас! - воскликнул я, меньше всего ожидая его увидеть, хотя причины его нападения были очевидны.
        - Привет, Ливви! - прорычал он, пытаясь вырваться из моих пут.
        Услышав его голос - грубый, хриплый, низкий - во мне всколыхнулись самые неприятные и чёрные воспоминания. Будто и не было того времени, что мы не виделись. Он сохранил своё тело, как и я, но всё же он изменился. Исхудал, стал больше похож на того, кого люди называют демонами. Чудовище, которое способно убить собрата. Захотелось уничтожить его тут и сейчас, раз он нападал на меня, даже видя ребёнка на руках! Как пожар в сухом лесу, я воспламенился в одно мгновение. Стереть его с лица земли! Убить, уничтожить!
        Хрипло расхохотавшись, Глас снова попытался вырваться из огненных верёвок или хотя бы переманить пламя на свою сторону. Но оказывается, мой огонь был ему не по силам. Я злорадно усмехнулся.
        - Зачем ты вернулся? - спросил я.
        - Какая разница? Особенно, если ты сейчас меня убьёшь? - фыркнул Глас. - Ты стал сильным, Ливви!
        - Ответь, и твоя смерть не будет мучительной.
        - О! Ливви Милосердный!
        Впервые в жизни пламя послушалось не моего взмаха руки, ни даже моего голоса. Я только успел подумать о том, чтобы задушить его, как огненные путы, подобно змее, начали сдавливать его тело, впиваться в кожу, душить и резать на части. Глас перестал улыбаться и громко зарычал.
        -- Зачем ты вернулся? -- повторил я.
        -- Не жди, что я отвечу!
        Тух... Тух...
        Его сердцебиение увеличило скорость, стало непонятным, хаотичным, словно ему больше не принадлежало. На секунду я заслушался, до сих пор не понимая, почему я слышу стук именно его сердца, но потом до меня дошло. Слишком поздно я понял, но всё же...
        В спину влетело что-то большое и огненное. Не удержавшись на ногах, я повалился на землю, и меня накрыло чёрное облако. В горле запершило. Я сразу почувствовал второго хайшита, который и сбил меня. Не успел я подняться, как стало ясно - Глас убежал. Ему помогли, и теперь я при всём желании не смогу его догнать. Как легко он исчез! Как легко он дал себя отпустить! Я оглядывал полуразрушенную улицу, чёрный дым, горящую машину, но не видел, куда он скрылся и того, кто ему помог это сделать. Его сердцебиение тоже пропало, и я потерял Гласа.
        -- Нет... -- выдохнул я, в отчаянии поджигая ни в чём не повинную землю. -- Нет!
        Он был так близко, почему я медлил? В чём причина того, что я не убил его сразу?
        Но долго стоять на месте я не мог. Джасмин... где она?
        Я рванул с места, спотыкаясь почти о каждый камень и трещину в асфальте. Несколько раз я сбивал с ног людей, но ни у одного не было девочки. Куда её понесли?
        -- Джасмин! -- набрав полные лёгкие дыма и грязи, закричал я. -- Джасмин!
        -- Ливви! -- услышал я издалека.
        Из-за криков остальных, работающих сигнализаций и приближающихся вой сирен, я не мог понять, откуда доносится голос.
        -- Джасмин!
        -- Ливви! Ливви! Ливви!
        Я бежал куда-то вперёд до тех пор, пока меня не схватили за руку. Перед глазами всё мешалось.
        -- Ливви!
        Я ничего не видел, кроме тёмного силуэта, для Джасмин слишком высокого. Но голос я узнал.
        -- Валери?
        -- Ливви, идём со мной.
        Она потянула меня за руку, но я не сдвинулся с места.
        -- Джасмин...
        -- Она в машине, быстрее! Сейчас сюда приедет полиция. Они узнают тебя.
        Я не слышал окончания её предложения, так как вздохнул с облегчением, что Джасмин в безопасности. Меня даже не волновало в эту минуту, по какой такой случайности Валери оказалась здесь. Я тут же пошёл за ней, и когда увидел вдалеке наспех припаркованный розовый "пежо", обрадовался знакомой машине, как сумасшедший. В конце концов, за последний месяц я впервые вырвался на свободу, пусть и не таким приятным способом.
        Джасмин ждала нас на заднем сидении. Стоило мне сесть рядом с ней, как она крепко обняла меня и заплакала. Валери ничего не стала спрашивать или говорить, что очень не было на неё похоже. Она просто завела машину и поспешила скрыться с места пожара.
        
        Глава 16
        ХАЙШИТ
        Арозона не было дома, и трубку он не брал, однако он должен уже знать, что в городе произошли два взрыва, и оба их устроил один демон. В родной квартире Джасмин почувствовала себя лучше, но продолжала крепко держать меня за руку, словно и тут на нас могли напасть. Обессиленные мы свалились на диван и лежали, глядя в потолок столько сколько требовалось. Девочка тут же уснула, тело ребёнка само хотело отстраниться от всего произошедшего. Она положила голову на моё плечо, а я не спешил вставать с дивана. Валери настояла на том, чтобы помочь нам, однако в её взгляде ясно читалось, что она знает слишком много и хочет в своих знаниях разобраться. Я ждал от неё вопросов, но пока Джасмин спит в непосредственной близости от меня, я мог не волноваться по поводу внезапной атаки со стороны девушки.
        -- Ливви, -- тихо позвала Валери спустя целых полчаса.
        Она сидела в кресле и наблюдала за нами.
        Я посмотрел на неё, и я её глаза округлились от страха. Или удивления. Наверное, она увидела то, что я пытался скрыть от всех людей. Алые глаза с ядовито-жёлтыми вкраплениями. Что же... сейчас у меня нет сил маскировать их под чёрные. Аккуратно поднявшись, подошёл к зеркалу, чтобы удостовериться в своей правоте. Да, действительно, горящие глаза, а плюс к этому, покрытое копотью лицо и дырявая одежда, через которую видно обожженную кожу. И я продолжал дымить. Белые завитки поднимались с моих плеч и рук, и оказывается, я дышал не воздухом, а серым дымом.
        Я повернулся к Валери. Она смотрела на меня широко распахнутыми глазами, но я чувствовал, что ей не было страшно. Медленно поднявшись с места, она подошла ко мне и осторожно дотронулась до моей щеки. Я не шевелился.
        -- Горячий, -- прошептала она.
        Было странно слышать её тихую и спокойную интонацию. Она и вправду не боялась.
        -- Как ты нашла нас? -- спросил я.
        Лицо Валери на миг скрылось за лёгкой занавесью дыма из моего рта, но она не отстранилась назад, а только слабо улыбнулась.
        -- Кто же ты такой?
        -- Как ты нашла нас? -- повторил я. -- В совпадение я не верю. Меня только что хотели убить, и теперь, сама понимаешь, круг моих друзей резко сужается.
        -- Я проезжала мимо.
        -- Неправда.
        -- Но это так. Я услышала взрыв, и подумала, что возможно, нужна кому-то помощь. Намеренно я туда не ехала. А когда увидела Джасмин на руках у какого-то мужчины, сразу взяла её к себе. Она сказала, что ты где-то поблизости, и я пошла искать тебя. И увидела...
        Она замолчала.
        -- Что ты увидела?
        -- Как ты горишь. Не так, как человек, который корчится в муках. Ты... -- она замялась. -- Я не знаю. Объясни мне. Если ты не человек, то кто ты?
        Я отвернулся от неё.
        -- Ты должна уехать.
        -- Уеду, когда ты мне всё объяснишь.
        Валери попыталась развернуть меня к себе, но только с тихим вскриком отдёрнула обожженную руку. Обойдя меня, она посмотрела мне в глаза.
        -- Ливви, я не дура. Я помню, как в офисе огонь горел на тебе, и как твои глаза из чёрного стали ярко-красными. Я тебе тогда не говорила этого, думала, что сама сошла с ума. Но сегодня... сейчас... Я верю тому, что увидела. Кто ты такой? Почему ты не хочешь мне отвечать? Мне кажется, я имею право знать.
        -- С чего это? Кто ты мне?
        Она на минуту задумалась.
        -- Да, ты прав, я тебе никто, но всё же...
        -- Валери, -- вздохнул я. -- Прости, конечно, но мне кажется, тебе надо уйти. Меня только что хотели убить, и я не намерен...
        -- Я никуда не уйду!
        Если бы не спящая Джасмин, Валери топнула бы ногой. Она смотрела на меня уверенным и требовательным взглядом, но самое главное было то, что она не боялась. Не убегала с криками "Демон!", принимала тот факт, что я продолжаю дымить, мои глаза поменяли цвет и выдыхаю я не просто углекислый газ. Не зря Валери казалась мне другой, и даже то, что я пошёл с ней на контакт там, в пробке, когда она окликнула меня по имени, делало её иной. За столь короткий срок она сумела каким-то непостижимым способом отвоевать место в моём сознании, и она действительно была права, заявляя, что имеет право знать, кто я такой.
        -- Валери, это безумие.
        -- Ты не человек, я права? -- напрямую заявила она.
        -- Я человек, -- нахмурился я. -- У меня есть руки, ноги, голова и сердце...
        Её глаза загорелись, когда она поняла, что я начал говорить. Однако продолжать я не собирался.
        -- Ливви, что плохого в том, если ты мне скажешь, кем являешься? Тебя могут убить?
        -- Нет.
        -- Меня могут убить?
        -- Нет.
        -- Так в чём же дело?
        Я не ответил, так как ответ на вопрос не был известен. Просто не хотелось, чтобы она знала. Закрыв глаза, чтобы не видеть упорного сжатых губ Валери, отвернулся от неё, а когда распахнул веки, увидел сидящую на диване Джасмин. Она устало смотрела на меня, подобрав под себя ноги.
        -- Прости, не хотели тебя будить. -- Я подошёл к ней и сел рядом.
        Валери обречённо вздохнула и села в кресло, недовольная пробуждением Джасмин. Девочка взяла мою руку в свои и спросила:
        -- Почему ты не хочешь сказать Валери, что мы хайшиты?
        В квартире стало так тихо, казалось, выключили все на свете звуки. Валери вся окаменела, даже, кажется, забыла выдохнуть, врезаясь в меня взглядом, а я же сам не понял, что почувствовал. Словно очутился в узком шланге, где сдавило все внутренности.
        -- Хайшити? -- зачарованным голосом переспросила девушка.
        Джасмин выжидающе смотрела на меня, и по её взгляду было понятно, как она хочет поделиться с человеком нашей тайной. Вот только причины я не знал. Неужели Валери так понравилась ей? Для меня не повод выдавать все наши секреты и рассказывать, кто мы и как появились на свет. Конечно, есть люди, которые знают о нас и живут с нами бок о бок, но... с Валери я не хотел откровенничать! Сам не знаю почему. И дело не в доверии, а в чём-то другом. Я только что пережил чудовищное нападение, испытал стресс, который уже давно не ощущал... Я запутался.
        -- Что значит - хайшиты? -- спросила Валери. - Что-то с Индией связано? Какая-то секта?
        Я остолбенел, а у Джасмин вытянулось лицо.
        -- Я ошиблась? -- поняла девушка.
        -- Ливви, расскажи ей. -- Джасмин потрепала меня по плечу.
        Я посмотрел на неё.
        -- Зачем?
        -- Она наш друг.
        Каким тоном было это сказано! У меня даже сердце перестало биться. Джасмин, преданная всеми, включая собственных родителей, верила этой девушке, простому человеку, с которым виделась всего несколько раз! Джасмин боится потерять единственного друга, который к её роду-то и не относится...
        Я глубоко вздохнул.
        -- Хайшит, значит - дышу огнём.
        Я скорее почувствовал, чем увидел, как округлились глаза Валери.
        -- Дышу огнём? -- переспросила она.
        -- Да.
        -- С какого языка это переводится?
        -- С нашего.
        -- У него есть название?
        -- Нет. Наш язык. Это и так понятно.
        -- А ты можешь сказать что-нибудь на нём?
        -- Нет. На этом языке невозможно говорить.
        Валери замолчала на минуту. Джасмин тоже замерла, возможно, слыша это впервые в жизни.
        -- А кто это "мы"?
        -- Хайшиты, -- закатил я глаза. -- Так называется наш... м-м... народ. Вы люди, а мы хайшиты.
        Как часто я произнёс наше имя за последнюю минуту! Обычно, это не приветствуется, а тут...
        -- Ты же сказал, что человек! -- заметила Валери.
        -- Ну, да, я человек, по крайней мере, был им и теперь нахожусь в человеческом теле.
        У Валери с интересом вспыхнули глаза, как у дотошной журналистки. Она подсела ближе и внимательно уставилась на меня, словно намеревалась написать книгу по моим словам. Джасмин непроизвольно тоже подсела ближе, начисто забыв о том, в каком виде мы оба находимся.
        -- Что значит - был им?
        Я молчал.
        -- Ливви, пожалуйста, раз уж сказал "а", говори и "бэ"! -- взмолилась Валери. - Помнишь, в прошлый раз мы играли в игру вопрос-ответ? Сейчас моя очередь задавать вопросы, так что ты должен отвечать! И это не обсуждается! Так что значит - был им?
        -- Это значит, что я был таким же, как ты, до двадцати семи лет, а потом стал хайшитом, -- сказал я, понимая, что вынужден капитулировать.
        Кот её дери, как ей это удалось?!
        -- Подожди, какая разница между человеком и хайшитом?
        -- Ты сама уже знаешь.
        -- Скажи, пожалуйста, -- надавила она.
        Я нетерпеливо взмахнул рукой, и на ладони вспыхнуло пламя. Валери отпрянула назад, но не от страха, а скорее от неожиданности. Но потом она потянулась к огню на моей руке и дотронулась до него пальцем.
        -- Айч! -- взвизгнула она.
        -- А ты думала бутафорское? -- ухмыльнулся я, убирая пламя. -- Хайшит, значит - дышу огнём. Я состою из огня, тело живёт не благодаря душе, а огню. Поняла?
        -- Конечно, не поняла! Внутри тебя огонь?!
        -- И внутри Джасмин.
        -- Как?! Вы жертвы научных исследований?
        -- Не говори ерунду, -- закатил я глаза. -- Мы не верим в науку.
        -- А во что же тогда верите?
        -- В существование высших сил. Мы считаем, что бога нет, а есть только сила, которая строит мир, как пожелает. Захотелось сделать людей - пожалуйста! Хайшитов? Да на здоровье!
        -- О, боже мой!
        -- В бога верят немногие, -- пожал я плечами.
        Валери покачала головой.
        -- Я ничего не поняла, но ты продолжай говорить. Что ты ещё можешь? Это ты взорвал ту машину?
        -- Это не Ливви! - вступилась за меня Джасмин. -- На нас напал другой демон! Ливви никогда бы так не поступил.
        Я улыбнулся, довольный её словами, а Валери напряглась.
        -- Демон?! -- чуть ли не взвизгнула она.
        -- Так называют нас люди, -- объяснил я. -- Им кажется, что мы похожи на них. Ну, и мы друг друга иногда называем демонами. Само слово "хайшиты" мы не теребим.
        -- Демон... -- выдохнула она. -- Ты можешь управлять огнём?
        -- Да, немного. И всё. Летать и исчезать в воздухе, увы, не в наших силах.
        -- Ну и что? Огонь - это же... это же... невероятно! Покажи ещё что-нибудь!
        Ещё чуть-чуть и она захлопает в ладоши, как ребёнок в цирке. Губы сами собой расползлись в улыбку, я поднял руку и пустил тонкой ниточкой яркое пламя вниз по запястью к локтевому сгибу до плеча, а там по шее к лицу. Валери не дышала. Когда огонь потух, она прошептала:
        -- Внутри тебя огонь. Как это? А печень или почки?
        -- Всё на своих местах, только обожженное и обугленное. Я живу, как человек, только долго могу обходиться без сна и еды, однако мы не ставим себя в жёсткие рамки. Едим тогда, когда хотим, спим тогда, когда клонит в сон. Всё просто.
        -- И ты всегда горячий?
        -- Тёплый. Горячий, только тогда, когда слишком долго выпускаю пламя наружу.
        -- И как ты стал таким? -- По тону слышалось, что она давно хотела задать этот вопрос. -- Человек, и вдруг хай... демон.
        На какую-то долю секунды я сделал паузу, собираясь с духом.
        -- Никто точно не знает, по какому принципу выбираются люди. Как я уже сказал, есть сила, именно она и выбирает пригодных. Я подошёл по неизвестному стандарту, и стал демоном. Если честно, я не очень хорошо помню, как это всё происходило. Давно это было.
        -- Сколько лет назад?
        -- Э-э... 472 года, вроде.
        -- Что? -- переспросила Валери.
        -- 472 года назад я стал хайшитом.
        Валери вскочила на ноги, как ошпаренная. От неё почти ощутимо расходились волны удивления, недоверия, шока, ещё чего-то. Глаза, казалось, вывалятся из орбит.
        -- Ты дурак? -- воскликнула она.
        -- Прошу прощения?
        -- Ты дурак? -- повторила Валери. -- Тебе... 489 лет?
        -- Нет, 499, -- поправил я.
        Она начала громко глотать воздух ртом, как рыба. Я испугался - не сердечный приступ ли это?
        -- И... И ты вот так это мне заявляешь?! Так просто?
        -- Ты же сама попросила просто говорить. Ты задала вопрос, я ответил. В чём моя вина?
        -- Надо было меня подготовить!
        -- К чему? Ты и так подготовлена.
        На самом деле я специально сказал о своём возрасте будничным тоном, не задерживая на нём внимания. Хотелось, чтобы Валери показала действительно удивление, а не нездоровый интерес. Кажется, получилось. Обычно, так люди и реагируют на нас - махая руками, изумлённо глядя на нас, глотая воздух.
        Валери посмотрела на Джасмин.
        -- А тебе?
        -- 9, -- ответила она.
        -- Джасмин рождена такой, -- пояснил я. -- Она растёт, как обычный ребёнок. Когда придёт время, её тело перестанет меняться.
        -- А когда должно прийти время? -- спросила Джасмин.
        -- Никто не знает. У всех по-своему. У Арозона это случилось в тридцать два года. У тебя может в девятнадцать.
        -- А в шестьдесят? -- замерла Валери.
        Я недовольно покосился на неё. Да, конечно, это может произойти и в 60, но зачем Джасмин знать об этом?
        -- Не знаю, -- отвертелся я.
        -- Но вы всё равно одинаковые? -- Кажется, Валери успела прийти в себя. -- У вас одинаковое количество огня внутри?
        Она спросила настоящую глупость, но я не стал смеяться.
        -- Огонь не измеряется ни по какой величине. Он просто есть. Кто-то может управлять им лучше, кто-то хуже. Обычно рождённым демонам пламя подчиняется, как родному. А таким, как я, приходится учиться. Но не всегда так.
        -- Это невероятно, -- еле слышно пробормотала Валери. -- Но всё же, я не поняла, как ты стал таким? Ты просто шёл и... всё?
        -- Говорю же, не очень хорошо это помню, хотя память у нас отменная. Наверное, все не запоминают, как происходит данное событие. Это как с рождением - никто же не помнит, как появился на свет. Наверное, в самом начале у нас у всех была кратковременная память. Помню только, что был на рынке. Вроде. Людей вокруг меня было много.
        -- Ты умер?
        Я долго не отвечал, вспоминая. Никогда не задумывался над этим. Всё казалось мне нормальным и естественным, особенно в то время, когда костры инквизиции были в самом разгаре. Неужели, меня действительно посетил дьявол? И иглы инквизиции, оказывается, действительно колют ведьм безболезненно? Помню, когда понял, что больше не человек, первым делом попытался ущипнуть себя до крови. Было больно до слёз.
        -- Я никогда не умирал, -- покачал я головой. -- Даже когда тело переставало служить.
        -- Как это понять?
        -- Так и понимать. Те, кто не рождён демоном, не может долго прибывать в одном теле. Наши органы испепеляются, и мы сгораем изнутри, как птица феникс. Я становлюсь... душой. Не знаю, как это назвать точно. Вижу всё со стороны, но сам себя - нет. Но недолго. Мы перестаём существовать без тела, не можем контролировать себя. Если я сейчас покину это тело, то возможно, ты увидишь в воздухе красные волны или ещё что-то.
        -- У тебя было другое тело? - почему-то шёпотом спросила Валери.
        -- Да, другое.
        -- Какое?
        -- Похоже на это. Как правило, мы выбираем тех, кто более-менее похож на нас. Но даже если я вселюсь сейчас в тебя, Джасмин узнает меня в тебе. Поменяется цвет глаз, мимика, интонация голоса, движения рук и так далее. Мы те, кем родились и не меняемся под воздействием другого тела. - Я чувствовал себя преподавателем на лекции.
        -- Вы убиваете людей?
        Я поджал губы.
        -- Приходится. Тело требуется раз в сорок лет, может чуть подольше. Исключение, когда мы умираем. То есть, тело умирает от болезни или от несчастного случая. Мы вылетаем наружу и ищем новое тело.
        -- И вас нельзя убить?
        -- Убить всегда можно, -- пробурчал я.
        -- Как?
        -- Решила покончить со мной? -- усмехнулся я.
        Валери откинулась на спинку дивана.
        -- Глупости ты говоришь.
        -- Это одна из моих нелюдимых тем.
        -- Но всё же? Пожалуйста, Ливви.
        -- Мы можем замёрзнуть, -- нехотя ответил я.
        Особенно, я не хотел, чтобы это слышала Джасмин. Ведь буквально вчера мы разговаривали с ней о смерти, и я видел, какие чувства вероятная погибель вызывает у девочки. Быстро посмотрев на неё, увидел заинтересованный взгляд. Ей действительно интересно и она не вспоминает то, о чём мы говорили?
        -- Люди тоже умирают от холода, -- заметила Валери.
        -- Но не так быстро. Даже долгое прибивание около открытого холодильника сведёт нас в могилу. Огонь внутри тела погаснет и всё.
        -- А если отрубить голову?
        -- Мы не умрём, а просто переселимся в другое тело. Ты чем слушаешь?
        -- Ну, прости, я пытаюсь вникнуть в суть дела! Думаешь, это всё так легко запомнить?
        Я скептически поджал губы.
        -- И больше никак вас нельзя убить?
        -- Есть ещё один способ.
        -- И какой же?
        -- Не хочу о нём говорить.
        -- Ну, Ливви, ну пожалуйста! -- с привычной настырностью надавила она.
        -- Даже не проси, -- категорически замотал я головой.
        -- Это что-то ужасное? Какие-то магические формулы?
        -- Что за бред? Конечно, нет!
        -- Расскажи! Я не буду пользоваться этим способом, если ты мне надоешь, -- ляпнула она.
        -- При всём желании ты им не воспользуешься, так как это под силу только демону.
        -- Тем более! Что в этом плохого?
        -- Ничего плохого для тебя. Гм... ну, в общем, у меня не самые приятные воспоминания по этому поводу.
        -- Тебя уже пытались убить таким способом?
        -- Нет, меня не пытались. А убили одну мою хорошую подругу.
        Валери открыла рот, но вовремя его захлопнула, о чём-то подумав. Джасмин опустила голову. Она, должно быть, подумала про Дорис. Но я имел в виду Лару.
        Некоторое время в гостиной стояла тишина.
        -- Нам подчиняется любой огонь. Каким бы он ни был. Обычная искра, или настоящий пожар, но это уже зависит от способностей. Прежде, чем что-то делать с огнём -- приказывать ему или тушить, мы переманиваем его на свою сторону, делаем его частью себя. Мы состоим из чистого пламени, и если один демон сильнее другого, он способен починить себе весь его огонь, тем самым уничтожив самого хайшита. Если перевести на человеческий язык, то это можно назвать людоедством. Вот так.
        Валери с ужасом смотрела на меня, возможно, сожалея, что настояла на этом ответе. Я не старался делать вид, что меня это не волнует. Наоборот, я глубоко переживал из-за воспоминаний.
        - Но ведь... - неуверенно начала Валери. - Это ведь очень страшно! Неужели, кто-то может такое сотворить?
        Я не удержался и усмехнулся.
        - Почему ты так это воспринимаешь?
        - А как ещё? Убийство собрата... - У неё больше не было слов.
        - Но ведь люди тоже убивают друг друга. Мы те же самые существа, так же относимся друг к другу. Убийство - это страшно, ты права, но не надо так глубоко переживать из-за тех, кого ты вообще не знаешь.
        Она недовольно нахмурилась.
        - Ты говоришь сущие глупости! Да, я не отношусь к вам, но лишение жизни как таковой задевает меня. И даже смотря простые новости, я глубоко переживаю каждое несчастье. Что в этом такого?
        - Так ты быстрее времени себя изведёшь. Не траться на других людей.
        - Если ты заметил, или как ты помнишь, я привыкла помогать другим людям.
        - А-а, - вспомнил я. - Я же из категории людей, которым нужна помощь.
        Валери кивнула, и добавила:
        - Но не всё так просто!
        - Ты считаешь?
        - Ты же вовсе не человек! А я хотела помочь именно ему!
        - Извини, что разочаровал, - с улыбкой сказал я. - Но всё же постарайся меньше вмешиваться в проблемы других людей.
        - И не подумаю.
        - А я знал одну девушку, которая отдала себя миру и погибла. Ты просто безумно на неё похожа, и мне не хочется, чтобы ты повторила её судьбу, даже, несмотря на то, что она была демоном.
        Валери спокойно приняла мои слова.
        - У каждого своя судьба. И потом, жизнь же не вечна всё равно.
        - Да-да. Ты говорила, что это и привлекает тебя в ней. Не жить всегда - твоя мечта.
        - В этом-то вся и прелесть!
        - Мне этого не понять.
        - Хочешь сказать, что ты вечен? - с сарказмом спросила она.
        Мой красноречивый взгляд ответил на все её вопросы.
        - Не может быть! - воскликнула она. - Вы живёте вечно?!
        Я кивнул.
        - Не повезло.
        - Да уж, - закатил я глаза.
        - Но могут убить, - напомнила она. - Кстати, а за нарушение закона вас сажают в какую-то специальную тюрьму? И какие у вас, кстати, законы? Или вообще ничего нет? У вас демократия или монархия?
        - Тебе, правда, интересно?
        - Нет, я спрашиваю просто так.
        - Я отвечу, но только после небольшой паузы.
        Я указал на себя и на Джасмин, которая почти с благоговением слушала нас и совершенно не шевелилась. Валери непонимающе нахмурилась, но потом до неё дошло, что мы всё ещё сидим грязные, в копоти, белой каменной крошке, в прожженной одежде.
        - О, боже! Да-да, конечно! - спохватилась она, полностью увлёкшись моим рассказом.
        Последующий час мы с Джасмин приводили себя в порядок. Девочка быстро выскоблила себя в ванной, одела одно из своих платьев, и почти ничто не указывало на её не слишком доброе утро. А вот мне пришлось изрядно постараться, чтобы выглядеть человеком. Глаза продолжали быть насыщенного красного цвета, и горели на лице, как два рубина. Смыв с себя грязь, только тогда понял, что под слоем копоти скрывалась в некоторых местах обожженная, абсолютно чёрная кожа. Некогда небольшой ожог в районе сердца увеличился в несколько раз, и теперь половина грудной клетки была покрыта неприятным серым цветом. Лицо не пострадало, если не считать небольших царапин на щеке и лбу. Ладони покрылись загрубевшей кожей, а вместо углекислого газа из носа и рта вылетали небольшие порции дыма.
        Свою дырявую одежду я выбросил в мусорное ведро, а взамен её надел белую майку Арозона и мои шорты, невесть как оказавшиеся в его квартире. Выгляжу я вполне сносно, "неправильная" кожа скрыта от посторонних, а глаза скоро вернут свой первоначальный цвет.
        Пока я наводил марафет, Валери с Джасмин успели позавтракать, а вот мне есть как-то не хотелось. Дожидаясь, пока они закончат, позвонил Арозону, Элли и даже Воурту, но ни один из них не ответил. Как всегда в таких случая, неприятные мысли одолели меня, и если бы не надоедливая Валери, я бы понапридумывал себе что-то грандиозное...
        - Закон, - напомнила она, усаживаясь на своё место на диване.
        Джасмин подсела к нам, и они уставились на меня таким взглядом, что я невольно почувствовал себя учителем на уроке.
        - А что закон?
        - У вас же есть свой закон, по которому вы наказываете тех же самых убийц?
        - Не закон, а Правила. Им мы следуем.
        - И что это за правила?
        - Обычный свод. За нарушение одного из них - наказание. Но не убийство. Убийство себе подобным не разрешается даже как наказание. Нас не очень много, и если мы будем убивать каждого провинившегося, то наш род быстро сгинет.
        - И что вы делаете вместо наказания? Что телу не сделай, дух вылетит из него, верно?
        - Верно. Но есть один вариант. Это запечатать тело в комнате, и накрыть это комнату морозильным саркофагом. Внутри не холодно, но если попытаешься вырваться наружу - верная смерть. Мы сами по себе можем преодолевать такие преграды, как стены, но если эта стена ледяная, ничего не поможет выбраться. И ты сидишь там, в одиночестве вечность, сходишь с ума. Разве это не страшно? Конечно, можно закончить жизнь самосожжением, но мало кто решается на это.
        - И вы так делаете? - ахнула Валери. - Запираете навечно?
        - Нет. Где мы возьмём подобную конструкцию? Можно, конечно, построить, но в мире слишком много демонов, которые нарушают Правила. Поэтому чаще всего демоны посильнее промывают косточки тем, кто набедокурил, а ведь нарушают правила в основном слабые, новые демоны, которые по зубам всем, кому за триста. Старшее поколение понимает, как важно жить в изоляции от людей, и что не надо привлекать внимание к нашему существованию. Молодёжь наоборот, хочет показать, на что они способны. Наша жизнь - это противостояние молодых и старых.
        - Ты старый?
        - Да.
        - А ещё какие правила есть?
        - Их много.
        - Но хотя бы некоторые, самые важные!
        - Все важные.
        - Ливви!
        Я посмотрел на Джасмин.
        - Есть одно правило, которое немного противоречит с другим. Все это понимают, но ничего поделать не могут.
        - И какое же?
        - Рождённые демоны попадаются очень редко. Каждый из них уникален. - Я улыбнулся Джасмин. - Поэтому настоящее родство у нас почти неприкосновенно.
        Валери непонимающе захлопала глазами. Я решил пояснить.
        - Семья демонов автономна, в ней не действует большинство наших Правил.
        - И какое же противоречие?
        - Все ценят эту связь, а родитель может пойти наперекор остальным. Он вправе убить своё дитя, и не отвечать за свои действия перед Советом.
        - Что-о?! - У Валери вытянулось лицо. - Как так?!
        - Вот так.
        - И никто ничего не сделает?
        - Нет. Неприкосновенность. Правило, касающееся убийство собрата на них не распространяется. То же самое, если ребёнок убьёт своего родителя.
        - Но зачем?! Неужели у вас не существует материнского инстинкта?
        - Конечно, он есть, так как мы всё же люди, по крайней мере, живём в их телах. Но здесь есть одно маленькое "но".
        - Никаких "но" не может быть!
        - И всё же. Когда рождается демон, он перенимает к себе часть силы отца и матери. Родители отдают больше, чем на половину своё естество ребёнку, и соответственно, становятся слабее. Не всем это по нраву, и они убивают ребёнка, возвращая свой внутренний огонь к себе.
        - Мерзость!
        Я развёл руками.
        - Это надо прекратить! Одно радует, что не все демоны такие плохие.
        - С чего ты взяла? - удивлённо приподнял я брови.
        - Джасмин жива, - просто ответила Валери, указав на неё.
        Девочка посмотрела на меня, я на неё, и никто из нас ничего не сказал. Валери не поняла наших переглядок и осталась при своём мнении, а мы не стали её переубеждать.
        - Но всё равно, это ужасно.
        В этот момент входная дверь громко хлопнула, кто-то быстро пробежался по неоновому коридору, и в гостиную ввалился, по-другому и не скажешь, Арозон.
        
        Глава 17
        РЕШЕНИЕ
        
        - Ливви, - одними губами произнёс он.
        Вид у него был донельзя растрёпанный, тугая коса за спиной наполовину расплелась, щёки и глаза горели нездоровым блеском. Продолжая тяжело дышать, он сделал несколько шагов в нашу сторону.
        - Арозон! - воскликнула Джасмин и вскочила с дивана.
        Расставив руки в разные стороны, она понеслась к нему, и когда он подхватил её, по всей квартире разнеслось её глухое рыдание. Валери медленно поднялась с дивана, с тревогой глядя то на Арозона, то на меня. Она понимала, что к чему, так как сама буквально вытаскивала нас из-под завалов, но всё равно во взгляде мелькало непонимание.
        - Ливви, - повторил Арозон, вместе с девочкой подойдя ко мне.
        Он крепко обнял меня, зажав между нами девочку.
        - Всё хорошо, - прошептал я.
        Я почти уверен, что на словах произошедшее с нами звучит страшнее, и догадываюсь, как мой друг испугался за Джасмин. Да я и сам, оглядываясь назад, не понимаю, как нам удалось остаться целыми и невредимыми.
        - Джасмин, как ты? - сиплым голосом спросил Арозон, осматривая её.
        - Хорошо, - ответила она, заливаясь слезами.
        Не понятно, как она сидела с нами, продолжая испытывать всепоглощающий страх. Я думал, что она забыла обо всё, ан нет же! Я её абсолютно не понимал!
        - Ты не пострадала?
        - Нет, всё хорошо.
        Арозон улыбнулся улыбкой человека, который в одну секунду испытал все беды, которые вообще могут приключиться во Вселенной. Облегчённо вздохнув, он поцеловал девочку в щёку и замер - только сейчас заметил Валери.
        - Здравствуй.
        - Привет, - ответила она и красноречиво посмотрела на меня.
        - Да, он тоже демон, - кивнул я.
        Арозон непонимающе нахмурил брови, но ничего спрашивать не стал. Его взгляд вернулся к Джасмин. Он смотрел на неё почти влюблёнными глазами, продолжал изучать её, искать какие-нибудь повреждения, и когда заметил на руке порез, долго рассматривал его.
        - Тебе не больно?
        - Нет.
        - Ливви, что случилось? Расскажи мне всё!
        - Вначале сядь. - Я кивнул в сторону кресла.
        Арозон послушно выполнил мою просьбу, усадив девочку себе на колени. Она продолжала плакать, но молча, закусив губу, цепляясь за моего друга, словно он намеревался уйти от неё.
        Валери потопталась на месте.
        - Э-э... - протянула она.
        Мы посмотрели на неё.
        - Я, наверное, пойду. - В её голосе слышалось, что она не прочь остаться, но приличия, наконец, взяли в ней верх.
        - Спасибо тебе, - поблагодарил я и за то, что она довезла нас до дома, и что смогла преодолеть свою настырность. Представляю, как трудно ей было сделать это.
        - Не провожай, - отмахнулась она и покинула гостиную.
        Когда хлопнула входная дверь, Арозон откинулся на спинку кресла, но продолжал прибывать в напряжённом состоянии.
        - Ливви, я должен знать.
        - Да, конечно.
        Я не мог стоять, поэтому сел на диван, сцепив руки в замок.
        - Арозон. Это Глас.
        - Что - Глас?
        - Это его рук дело. И поджог в квартире, и в машине.
        В гостиной стало на градус холоднее от взгляда моего друга. Не хотел я говорить ему, не хотел причинять ему боль, но не всегда всё выходит по нашей воле.
        - Ты его видел? - тихо спросил Арозон.
        - Да. И говорил с ним. Он не пожелал ответить мне, зачем вернулся, а потом... ему помогли. Кто-то отвлёк меня, и Глас сумел сбежать.
        - Кто-то? Он нашёл себе соратника? - брезгливо поморщился Арозон. - Кто вообще способен выбрать его? Он изгнанник.
        - Но сильный. Он устроил такой взрыв в квартире, что снесло стену! Если бы... - Я замолчал.
        - Что - если бы?
        - Не знаю, как это назвать, но я почувствовал его приближение. Точнее, я вначале ничего не понял. То есть, - слова путались. - Я услышал сердцебиение и понял, что поблизости находится демон, а потом как-то почувствовал, что в нашу сторону направлен поток силы, и только так мы смогли с Джасмин остаться целыми. Но я слышу не именного его сердцебиение. Когда я готов был уже убить Гласа, снова раздался знакомый звук, и меня сбили с ног. Я думаю, я слышу звук сердца того, кто применяет свою силу.
        Я говорил какую-то чепуху, даже сам толком не понимал, но Арозон, кажется, был умнее меня, или уже встречал подобные случаи. Но разве такое возможно? На его месте, я бы не поверил себе.
        - Ливви. - Арозон усадил на своё место Джасмин, и подошёл ко мне. - Ты уверен в том, что слышал именно сердцебиение?
        Я тоже встал и посмотрел прямо в чёрные глаза друга. Я всегда доверял Арозону, он мудрее меня. Он знает всё, и надо быть с ним честным.
        - Я думаю, да. Очень похоже.
        - Ливви, это очень серьёзно. Не каждый может слышать другого демона, а особенно чувствовать. Я никогда подобного не встречал, но слышал довольно много. Филарет рассказывал мне когда-то давно, что был такой хайшит, который чувствовал других, слышал их и знал, где они находятся. И ничем хорошим это не закончилось. Звуки, которые слышал демон, свели его с ума.
        Джасмин соскочила с места и подбежала к нам.
        - Но ведь с Ливви это не случиться?
        Я опустил голову и посмотрел на её опухшее от слёз лицо. Её реакция почему-то совсем не удивила меня. Рука сама дёрнулась, и пальцы пробежали по её макушке. Арозон пожал плечами.
        - Я не знаю. Надо поговорить с Филаретом.
        - Если он ещё на что-то годен, - закатил я глаза.
        Арозон вздохнул, и на меня повеяло печалью. Что ещё случилось, и что я пропустил?
        - Теперь твоя очередь, - серьёзно сказал я. - Как Воурт? Что с Дорис? А Совет?
        Мой друг сморщил лицо в недовольной и жалостливой гримасе. Пройдясь по комнате, он скинул с себя пиджак и размял спину. Мы с Джасмин спокойно ждали его ответа. Девочку, оказывается, тоже интересовали все эти дела, хотя я бы на её месте закрылся бы в комнате и играл в игрушки. Или в её случае, рисовал. Пускай она нарисует меня на этот раз не в виде попугая, а чего-нибудь более достойного. Ведь я всё же выступил перед ней таким героем...
        Мысли потекли в другое русло, и когда Арозон заговорил, мне пришлось легонько встряхнуть головой.
        - Не знаю, в чём причина, но Совета временно не существует. Теоретически, - добавил он. - Не пойму, когда всё вышло из-под контроля, но Дафну так и хочется временами подпалить, но по какой-то причине сдерживаюсь, - горячо выпалил он.
        - Не понимаю, - покачал я головой.
        - Элли говорила, что Дафну словно подменили. Она в чём-то права. Дафне как будто кто-то что-то на ухо шепчет. Но зная её, могу предположить, что она сошла с ума. Да и ты сыграл свою роль.
        - Вот тут поподробнее, - попросил я.
        - Как хочешь. Вчера Элли рассказывала тебе, что Дафна пригрозила Филарету вышвырнуть его из Совета за то, что он просто упомянул тебя. Это распространяется на всех. А буквально сегодня ночью случилось невероятное. Перед "Котвой" столпился народ. И кто бы это мог быть, как ты думаешь?
        - Нет вариантов.
        - Молодняк. Молодняк, представляешь? Это уже никуда не шло.
        - Постой, - замотал я головой. - Я ничего не понимаю. Причём тут всё это. Объясни толком.
        - Они как-то узнали, что ты ушёл из Совета, и им это не понравилось. Ты у них был своим мальчиком, - грустно улыбнулся Арозон. - Свой человек в чужой, противоположно настроенной организации. И тебя там не стало. Это никому не понравилось.
        Я с размаху ударил себя по лбу. Это же я проболтался Луке, что больше не в Совете, когда он вёз меня в ту самую "африканскую" квартиру. Арозон понял мои действия и развёл руками.
        - И конечно, весь молодняк скандировал "Ливви! Ливви!". Как ты думаешь, что сделала Дафна?
        - И что же?
        - Приказал им убраться прочь, разумеется. И пригрозила... смертной казнью. Как тебе это?
        - Она сошла с ума!
        - Обычно так перевороты и делаются. Ты же сам прекрасно знаешь. Один безумец желает подмять всех под себя, даже путём нарушения Правил. Я не знаю, что будет дальше.
        - Но почему никто ничего не делает?
        - Ливви, ты меня удивляешь! Кто будет противостоять Дафне? Заря? Так они два сапога пара. Заря прячется за Дафной, но держатся они одного пути. Антонио и Александр отстранились от дел, заявив напоследок, что не желают участвовать в этом хаосе. Филарет? Да он уже еле говорит, не то, что управляет огнём! Элли? Ты сам прекрасно знаешь, что у неё не достаточно сил, да и характер у неё не такой. Кто ещё? Воурт подавлен смертью Дорис, а я сам рисковать не могу. - При этих словах он посмотрел на Джасмин. - От моей жизни сейчас зависит жизнь другого. Больше никого нет, Ливви. Молодняк ничего не понимает. Они чувствуют, что что-то происходит, но...
        - Есть ещё я, - перебил я.
        - Ты же покинул Совет, разве нет?
        - Воурт сказал, что из Совета просто так не уходят. Фактически, я всё ещё там. Я могу противостоять Дафне, прижать её к стенке и как следует прожарить. Мне это по силам.
        - Это слишком рискованно. Дафне много лет, она может одолеть тебя. Плюс будет Заря. Я поддержу тебя, но ты сам должен понимать...
        - Ты не должен в это ввязываться, ты прав, - снова не дал договорить ему я. - Считай это дело принципа. Дафна порядком меня взбесила своим поведением. И потом, разве у меня нет за спиной молодняка, который по неведомой причине продолжает меня любить?
        - Он тебя не просто любит, а обожает, - усмехнулся Арозон. - Но рискованно доверять им...
        Я замотал головой.
        - Наоборот. В них как раз и сосредоточена сила, и если грамотно научиться ими управлять, может получиться нечто грандиозное. А что на стороне Дафны? Только Заря и всё.
        Арозон замолчал. Скрестив руки на груди, он задумчиво прошёлся по комнате, остановился около выключенного телевизора и внимательно посмотрел на меня.
        - Ты уверен, что её больше никто не поддерживает?
        - Что ты имеешь в виду?
        - То и имею. Может быть, помимо Зари кто-то стоит за её спиной? Кто-то более могущественный?
        - И кто бы это мог быть?
        - А ты подумай.
        Я наморщил лоб, так как в голову совершенно никто не шёл. Мы знаем всех сильных и старых демонов, молодняк Дафну не переваривает и никто не станет её поддерживать.
        - Глас, - выдал Арозон.
        Я поперхнулся.
        - Ч-что?
        - А что? Можно просто рассмотреть, как вариант. Насколько я понял, он хотел убить тебя, скорее всего по приказу или просьбе Дафны. Ты ей мешаешь, единственный в Совете, кто может противостоять ей. Наплевав на Правила и даже на собственные суждения, обратилась к Гласу и... заключила сделку. Как тебе это? Всё, лишь бы избавиться от тебя. Ведь, насколько ты помнишь, Дафна переменила свои взгляды на тебя, как только возвратился Глас. Раньше как-то переваривала, зато сейчас...
        Я тупо уставился перед собой. На словах складывалось всё идеально...
        - Нет, - покачал я головой, - хотя возможно. И что, если это так на самом деле?
        Арозон развёл руками.
        - А что ещё можно сделать в данном случае?
        - Убить?
        Он усмехнулся и пробормотал:
        - Жаль, что у нас нет морозильного саркофага.
        Больше всего меня поразила Джасмин. При этих словах она неожиданно рассмеялась, чем ввела Арозона в ступор. Я же понял её - буквально несколько минут назад мы с Валери разговаривали об этом. Её реакция ощутимо разрядила обстановку.
        - С тобой всё хорошо? - заботливо спросил Арозон.
        - Да. Спать хочу, - кивнула она, и, не дожидаясь ответа, убежала к себе в спальню.
        Без неё стало сразу тихо, хотя и до этого она молчала, как рыба, следя глазами то за мной, то за Арозоном.
        - Это ужасно, - покачал головой друг и медленно выдохнул.
        - Что? - не понял я.
        Он внимательно посмотрел на меня.
        - Я очень благодарен тебе, Ливви, что вы оба остались целы и невредимы. Не знаю, что со мной было бы тогда. Когда узнал о взрыве, я...
        Он не договорил, отмахнувшись рукой. Я подошёл к нему ближе.
        - Не переживай из-за этого сейчас. Всё позади.
        - Но может и повториться.
        - Может, - не смог не согласиться я. - Но мы будем готовы.
        - Элли тоже очень переживала. Надо ей позвонить и сказать, что всё хорошо.
        - А где вы были? И что с Дорис? Вы видели её?
        У меня давно вертелся этот вопрос на языке, но при девочке я не решался спросить.
        Арозон нагнулся к брошенному пиджаку и достал из кармана мобильный.
        - Мы были с Воуртом в клубе. Вначале съездили к нему, потом приехала Заря и вызвала нас в Совет. После того, как поругались с Дафной, поехали обратно к Воурту и там встретили Зойю. Он сказал, что на улице Пикк произошёл пожар. Он сам не видел ничего, но его друг Грей сказал, что взорвалась именно твоя квартира.
        - Да уж, повезло.
        - А Дорис, - вздохнул он. - Ничего не понятно. Мы пытались поговорить с Зарёй, но она явно была не в духе, и сам понимаешь, ничего мы не узнали. Но снова выручил Грей. Он сказал, что Дорис лежит на первом этаже гостиницы. Никому до неё не было дела. Убили демона, но кто и почему - ни Дафну, ни Зарю это не волновало. Да и некому этим заниматься сейчас. Элли хочет организовать ей похороны в нашем склепе, но пока не знает когда. Воурт убит горем. Он видел Дорис только один раз, говорит, что Дафна не пускает его. Как будто бы не хочет травмировать его психику, - с сарказмом добавил он. - Но нам с Элли она не смогла препятствовать, и вместе с Греем мы спустились на первый этаж в ту комнату.
        Арозон замолчал, разглядывая телефон у себя в руке, а когда он поднял глаза, я увидел в них горе, словно он потерял не Дорис, а самого важного человека на свете. Например, Джасмин... Я помнил этот взгляд. Когда погибла Лара, Арозон выглядел точно так же. По спине побежали мурашки.
        - Дорис убили так же, как и Лару - потушили её огонь, и её не стало. Белая и безжизненная как восковая фигура. И только сейчас я начинаю догадываться, что её убил Глас. Не знаю, зачем и почему, но...
        Он не договорил, отвернулся от меня и быстро набрал чей-то номер. Я не стал больше давить на него расспросами, прошёл на кухню и съел лежащее на столе яблоко, даже не думая о своих действиях. Я больше напоминал самолёт, летящий на автопилоте. До меня доносился голос друга из гостиной, подавленный и немного угрюмый.
        - Да, с ними всё хорошо. Они дома. Послушай, Элли, нам надо встретиться. Прости, я понимаю, что все мы измотаны, но это очень важно. Дело касается Гласа. Это его рук дело... Да-да, Элли, успокойся. Ты могла бы приехать ко мне? Хорошо, через два часа. Ладно, я посплю, но только... Хорошо, Эл, не волнуйся, мы не будем перетруждаться. Я не обману.
        Я усмехнулся и точным движением отправил огрызок яблока в мусорное ведро. Всё же они созданы друг для друга - Арозон и Элли. Даже после расставания сумели сохранить крепкую дружбу и заботу друг о друге. Хотя неловкость иногда проскальзывала между ними. Удивительно, как в этом хаосе я мог ещё думать о светлой любви, о паре, которой не суждено быть вместе. Единственный лучик света в этой темноте.
        - Элли скоро приедет. Ей будет интересно послушать о Гласе, - сказал Арозон, проходя следом на кухню. Облокотившись о стол, он посмотрел на меня. - Всё очень запутано.
        - Не переживай. Я поеду в Совет и разберусь с Дафной.
        Арозон поморщился.
        - Прошу, не говори так уверено. Я, конечно, доверяю тебе, и я знаю, на что ты способен, но Дафна... Ты просто не видел её в тот момент, когда она разговаривала с нами. Безумие так и сверкало в её глазах. Признаюсь, на какой-то миг мне показалось, что она чего-то выпила или обкурилась. Бредовые мысли, конечно, но только такое сопоставление смог выдать мой мозг.
        Я фыркнул. До сих пор слабо верилось, что Дафна так изменилась. Но лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать.
        - Завтра, - сказал я. - Завтра я отправлюсь в Совет. А теперь, спать. Не надо врать Элли. Она попросила нас отдохнуть. А я сегодня вымотался до предела.
        - Подслушивал, - усмехнулся Арозон.
        Я пожал плечами, но тут замер.
        - Арозон, - позвал я.
        Он сразу почувствовал перемену интонации в моём голосе.
        - Что такое?
        - Сегодня я спал и видел сны.
        Я совсем забыл об этом из-за последующих событий, но, кот всех дери, я же спал!
        - Спал? - переспросил друг. - Серьёзно?
        - Абсолютно! Видел сны, но уже не помню, про что они, но... Это было чудесно!
        На лице Арозона расплылась восхитительная улыбка, которую до ужаса было непривычно видеть на его осунувшемся за последние дни лице.
        - Поздравляю! Но, что случилось? Как так получилось?
        - Не знаю. Просто лёг и уснул! Только перед этим спел Джасмин колыбельную...
        - Постой-постой! - замахал руками Арозон. - Ты ещё и пел? Кот тебя дери, Ливви, ты пел! И меня не было рядом! Это не справедливо!
        - В следующий раз обязательно позову, - пообещал я, радуясь, что сумел вывести друга из мрачного состояния и хоть как-то повысить ему настроение. - А теперь действительно мне нужен послеобеденный сон. У меня такое ощущения, что прошло не утро, а целый день.
        Я махнул ему рукой и прошёл в гостиную. Лёг на диван с тихим предвкушением. Услышал, как из кухни вышел Арозон. Он не стал останавливаться, а направился через коридор к себе в спальню. Сегодня мы все измотаны и нуждаемся в отдыхе. Слишком много событий. Нападение Гласа, Валери с вопросами, ещё собственное и непоколебимое решение прижать хвост Дафне. Надо отдохнуть.
        Знакомая слабость одолела меня, и на минуту я испугался, что не смогу уснуть, но когда в следующую секунду открыл глаза, понял - спал. В комнате было темно, тёмные шторы закрыты, мелькает только голубоватый свет от телевизора. Рядом в бок упирается что-то маленькое и теплое, а тело немного ныло от долгого пребывания в одной позе.
        Шевельнувшись, поднял голову и увидел рядом с собой Джасмин. Как всегда она смотрела канал про животных, и на моё пробуждение только быстро улыбнулась, снова вперившись взглядом в экран. Кряхтя, свесил ноги с дивана и посмотрел на подсвеченные часы на длинной полке с замысловатыми фигурами. Девять вечера. Ничего себе! Я проспал по меньшей мере 8 часов.
        - Где все? - спросил я.
        - Элли уже уехала, а Арозон в комнате, - быстро прошептала Джасмин, не отвлекаясь от программы про кенгуру.
        - Элли уехала? - переспросил я.
        Девочка кивнула, а я не стал ей больше мешать.
        Дверь в комнату друга никогда не закрывалась, наверное, потому, что он был уверен - я постучу. Тёмная дубовая дверь в конце коридора была чуть приоткрыта. Прежде чем войти, я пару раз ударил по створке.
        - Да, - разрешил Арозон.
        Я вошёл в его спальню и словно вернулся на один век назад.
        Комната Арозона отличалась от всей остальной современной квартиры со всевозможными информационными технологиями. А здесь же не было даже компьютера и розетки! Помещение было визуально разделено на спальню и кабинет. В левой части центральное место занимала широкая кровать с высокой лакированной спинкой, а за ширмой из резного дерева скрывался старинный чёрный шкаф с витыми ручками. Правая часть комнаты около окна служила своего рода кабинетом, огороженная кофейным столиком. За ним располагался массивный стол, высокие книжные полки и несколько кресел на кривых ножках в полукруге. Повсюду, где только было можно, стояли почерневшие от времени канделябры с воткнутыми свечами. Сейчас они были зажжены, и комнату освещал тусклый оранжевый свет.
        - Привет, - услышал я голос из одного из кресел.
        Я подошёл и сел напротив, откинувшись на мягкую атласную спинку. Арозон прикрыл книгу в кожаном переплёте и, потянувшись вперёд, положил её на кофейный столик. Я успел заметить на обложке: "Божественная комедия" Данте. На мое памяти Арозон читал данное произведение уже седьмой или восьмой раз.
        - Перечитываешь? - спросил я.
        - Да. Решил освежить память.
        - Почему не разбудил? - сразу поинтересовался я.
        - Боялся. Думал, что лучше тебе отоспаться сейчас, чем потом спать урывками. И потом, Элли была уставшая от бессонной ночи, и мы недолго разговаривали.
        - О чём?
        - О Гласе, конечно. О его попытке тебя убить и о возможном его сотрудничестве с Дафной. И о том, что ты решил пойти в Совет. Короче, ничего нового. Кроме одного.
        - И что же?
        Арозон несколько секунду молчал, строго глядя на меня.
        - На завтра назначены похороны Дорис в склепе. Элли хочет быстрее со всем разобраться, чтобы Заря и Дафна не успели, да и не смогли препятствовать. Мало ли, что у них на уме. И Воурт ждёт тебя сегодня ночью. Хочет видеть только тебя одного, и никого больше.
        - Меня одного? - переспросил я, внутренне поёжившись.
        Отчего-то стало страшно видеть его в разбитом состоянии, горевавшим, унылым, отчаявшимся. Я точно не знал, что говорить в таких ситуациях, и был на похоронах всего один раз за 500 лет!
        - Да, тебя одного, - кивнул Арозон.
        - Значит, я пойду к нему, - вздохнул я.
        - Постарайся его утешить. Когда мы с Элли говорили с ним, он почти ничего не соображал, но думаю, сейчас ему стало легче. Так странно, - задумчиво протянул он.
        - Что странно?
        Арозон минуту не отвечал, рассматривая свой потолок, к слову сказать, очень красивый, украшенный плафоном с изображением ангелочков на небесах.
        - Смерть, Ливви. Странно ощущать смерть, ты так не думаешь? В голове почти как искра надежды бьётся мысль, что ты вечен, но потом - бац! - и тебя нет. Странно.
        Я кашлянул.
        - Арозон. Я хочу тебе кое-что сказать.
        Он перевёл взгляд с потолка на меня.
        - Вчера перед сном мы с Джасмин разговаривали. Она не могла уснуть и... Короче, она сказала мне, что Яра говорила с ней о смерти. Что Джасмин всё равно умрёт.
        Слегка рассеянный или задумчивый вид друга в одну секунду сменился на какие-то новые и непонятные эмоции. Лицо побелело, брови нахмурились.
        - Что?
        - Сам такого не ожидал. Но Джасмин это сказала сама. Яра не разрешала ей далеко уходить от дома, иначе она может умереть. Вот это странно, ты не находишь? Или это просто родительское волнение?
        Я смотрел на него в надежде, что с ним Джасмин обсуждала это тоже, но мои первоначальные догадки были верны, и девочка откровенничала только со мной.
        - Яра говорила с ней о смерти? - сухим тоном переспросил Арозон.
        - Да. Не знаю, почему.
        - Действительно, с чего это ей говорить с бессмертным ребёнком о смерти?
        Я развёл руками.
        - Честно, не думаю, что Джасмин скажет что-то ещё, - пожал я плечами. - Смерть Дорис так повлияла на неё, и ей стало страшно. Она боится умереть, но я заверил, что мы о ней позаботимся.
        Лицо Арозона разгладилось, и он натянуто улыбнулся.
        - Всё же я верю в судьбу, - пробормотал он, снова задумчиво уставившись в потолок.
        Я не стал его переубеждать, и некоторое время мы просто сидели в тишине. С ним было спокойно и надёжно. Я был более чем уверен, что сейчас нам ничего не грозит.
        - Ливви, - нарушил тишину Арозон. - Я тут думал, пока ты спал.
        - О чём ещё?
        - О Валери.
        - Хм, - удивлённо протянул я. - И что?
        Арозон задумчиво почесал подбородок.
        - Ты ей рассказал.
        - Да.
        - Это был не вопрос, а констатация факта. А вот теперь вопрос - зачем?
        - Эм... - протянул я. - Не знаю. Она попросила. Она уже многое видела и сопоставила некоторые моменты.
        - Всё же ты ей рассказал.
        Я пожал плечами.
        - Не знаю, так получилось. И потом, Джасмин сама попросила сказать Валери правду. Думаю, они подружились.
        Арозон тихо засмеялся.
        - Давай сейчас не о Джасмин, а о тебе.
        - И?
        - Не юли, прошу, и признайся - Валери тебе понравилась.
        По его тону снова было слышно, что это он утверждает, а у меня не нашлось слов.
        - Мне сейчас не до этого, - покачал я головой. - Глас и Совет...
        - Не переводи тему! - перебил Арозон. - Ведь, правда? Валери тебе понравилась? Я имею в виду, как девушка, а не как простой человек, не как друг.
        - Не знаю.
        - Ты подумай.
        - Почему ты спрашиваешь?
        - Ты не каждый день открываешь обычному человеку свою настоящую жизнь. Для того чтобы признаться ей, тебе нужны были причины, и веские.
        - Не знаю, - повторил я. - Об этом я не думал. Она просто человек, даже не друг. Я не знаю.
        Арозон снова тихо рассмеялся.
        - Она тебе понравилась.
        Я не стал ничего ему говорить, однако его вопросы засели в моей голове.
        - Не будем об этом. У нас есть дела поважнее.
        Арозон не переставал улыбаться, но хорошо, что больше не задавал вопросов.
        
        Глава 18
        ЖАЛОСТЬ
        Свитер Арозона был немного великоват, зато джинсы пришли в пору. Стоило только пробить два часа ночи, как я покинул квартиру и спустился в подземный гараж, пряча лицо от камер видеонаблюдения. Быстро просмотрев в тусклом свете потолочных фонарей ряды машин, нашёл небольшую чёрную "Тойоту карми" 2007 года выпуска. Арозон ей почти не пользовался, так как был без ума от своего "Астон Мартин". Не понятно, конечно, зачем он купил вторую машину, зато теперь она нам очень пригодилась. В свете известных причин я не мог вернуться к родному "бентли", который находится теперь непонятно где. Моя тачка...
        Машина завелась с первого раза, и я сразу выехал из гаража на дорогу, освещённую фонарями. Город спал, но огни сигнализаций и жёлтые подмигивания светофоров немного оживляли знакомые улицы. Почти не глядя на дорогу, всё больше думал о том, что мне предстоит сделать. Я боялся увидеть Воурта, не знал, какие слова сказать ему при встрече, и очень обидно, что я не спросил у Арозона, о чём он с ним разговаривал. Давно я не делал что-то впервые в жизни, и неопределённость пугала. Проезжая мимо гостиницы "Котва" попытался вспомнить о том времени, когда умерла Лара. Я не утешал Арозона, мне самому было нелегко, и никто не спешил сказать мне каких-то важных слов.
        Шины взвизгнули, когда я резко нажал на тормоз около не горящей вывески "Дыши огнём". Минуту продолжал сидеть в машине, разминая руль, но потом заставил себя выйти и направиться к парадным дверям. Ничем не освещенный коридор я преодолел медленно и бесшумно, утопая ногами в мягком ковре. Остановился только у спуска мраморной лестницы, которая вела в главный зал. Везде было темно, не считая скудно освещённую барную стойку. На высоком стуле, сгорбившись, сидела тёмная фигура. Схватившись за толстые перилла, спустился вниз и, огибая круглые столики с низкими диванчиками, подошёл к стойке.
        - Привет, - тихо произнёс я.
        Голос эхом разлетелся по всему большому и высокому помещению. Даже жутко стало.
        Фигура рядом со мной ожила, подняла голову, и на меня уставились чёрные глаза. Седые растрёпанные волосы обрамляли очень старое лицо с глубокими чёрными морщинами. Я не узнавал лицо друга, словно мы не виделись не месяц, а целый год, но это точно был он.
        - Ливви, - хрипло позвал Воурт.
        Его голос был тихим, но крепким. Арозон говорил, что возможно, Воурт уже пришёл в себя, и я облегчённо вздохнул. Я боялся остаться один на один с ним и его горем. Я уже знал, что не был годен для сочувствия, но не то, что я был чёрствым. Просто я не самый лучший в мире утешитель.
        - Я приехал.
        - Да, я вижу. Полиция?
        Я понял, что Воурт имеет в виду мой розыск. Даже странно, я о нём почти забыл...
        - Они меня мало волнуют.
        - Конечно, - усмехнулся Воурт, а у меня по спине неожиданно побежали мурашки.
        - Как ты? - осторожно спросил я. - Мне очень жаль...
        - Не спрашивай, - сквозь зубы прошептал он. - Иначе... иначе...
        Он замолчал, уставившись вперёд на подсвеченные бутылки за барной стойкой. Я вздохнул.
        - Я позвал тебя не для этого.
        - Я слушаю.
        Воурт же замолчал, то ли собираясь с духом, то ли просто не мог больше говорить. Лицо исказилось в гримасе, руки мелко задрожали. Приоткрыв рот, он начал глотать воздух, пытаясь справиться с резко налетевшими чувствами. Мне захотелось его как-то успокоить, но я не знал, за что взяться, что сказать, что делать. Но этот неожиданный приступ закончился так же внезапно, как и начался. Воурт открыл глаза и так же бездумно уставился вперёд на бутылки. Со стороны казалось, что он нажал какую-то кнопочку внутри себя и отключил в один миг все эмоции.
        - ЛеМарко, мы родились с тобой в один год, - зачем-то сказал он. - 1561 год. Ты помнишь?
        - Конечно, - осторожно ответил я.
        - А нашу встречу? Ты помнишь, как мы познакомились? - прохрипел он, не отрывая взгляда от бутылок за стойкой.
        Я не понимал, зачем он говорит об этом, но учитывая сложившуюся ситуацию, решил не задавать лишних вопросов.
        - Да, я помню, как мы встретились.
        - Расскажи, - попросил Воурт.
        - Эм... - протянул я.
        Неужели, он забыл? Что с ним происходит?
        - Твой отец отдал тебя моей семье в знак уплаты долга.
        - Да, - растерянно закивал головой Воурт. - Батрачил я на вас, мама не горюй.
        Я не уверенно улыбнулся.
        - Дальше, - попросил он.
        - Ты с лошадьми хорошо управлялся...
        - Да, только отец твой с братом твоим Мишкой меня не очень-то и хвалили. За каждый промах штаны спускали и по заднице лупасили!
        Я молча смотрел на него. Раз уж он сам помнит, зачем тогда просить меня об этом рассказывать?
        - Да, - кивнул я.
        - А ты меня всегда выручал. Брал вину на себя, когда можно было. До сих пор не понимаю, почему ты так делал. Задирой же был тем ещё, никого не признавал! А со мной подружился, Алёшка.
        Голова дёрнулась на забытое имя, а Воурт тихо рассмеялся.
        - Да, ЛеМарко. Не нравится мне твоё нынешнее имя. Какое-то тягучее.
        Я не знал, что сказать.
        - Ты мне помог, и всегда помогал. Только тебе я доверяю. Только тебе, ЛеМарко. До сих пор, ты мой единственный друг, пусть и я тебе не как Арозон, но...
        Он не закончил и покачал головой. Весь наш разговор Воурт не смотрел мне в глаза, избегал, таращился в темноту. Это я заметил лишь тогда, когда он, наконец-то, посмотрел на меня прямо, и я словно лишился всех органов, не считая сердца. Чёрные, глубокие, как колодец глаза были доверху наполнены бессилием, горем, ненавистью, жалостью... Всего не перечесть. Настоящий вихрь безумия выплеснулся на меня, и если бы я не сидел, у меня подогнулись бы ноги.
        После глубокого вздоха, Воурт продолжил:
        - Я могу довериться только тебе. Я знаю, что ты не предашь. Это сложно, однако... Я хочу, нет, я должен нарушить Правила и убить того, кто сделал это с моей женой. И я прошу у тебя помощи.
        - Воурт, я готов на всё, но я не понимаю...
        Неужели он знает, кто убил Дорис?!
        - Когда Арозон и Элли приезжали ко мне, они думали, что я ничего не понимаю. Наверное, я и вправду был похож на сумасшедшего, но... гм... это не важно. Я слышал, о чём они переговаривались, и Арозон вспомнил о смерти своей сестры. Очень были похожи убийства, и он назвал имя Гласа. Конечно, это его рук дело, я уверен.
        Воурт снова набрал полные лёгкие воздуха и медленно выдохнул.
        - Я хочу его смерти, и плевать на Филарета и Дафну. К ней у меня длинный список претензий. Она не хочет знать, что случилось с Дорис, хоть и прикидывается, что сожалеет. Она позволила мне увидеть жену всего один раз. Ты это понимаешь? Всего один раз! Я готов был свернуть ей шею! Если бы не Арозон и Элли, Дафна бы уже валялась мёртвая. И Заря вместе с ней, будь они трижды прокляты!
        Воурт как-то странно хныкнул и шмыгнул носом, а я испугался, что он сейчас разрыдается. Он снова стал избегать моего взгляда, словно стеснялся своих чувств. Было видно, какие усилия он затрачивает, чтобы не порвать собственноручно возведённую преграду и не сломаться от натиска эмоций.
        - Помоги мне, ЛеМарко. Помоги мне стереть их с лица земли.
        - Воурт, нам надо со всем этим разобраться. Вначале похороним Дорис.
        - Но...
        - А потом, я тебе помогу, - быстро закончил я. - Обещаю. Я убью Гласа. Особенно, после того, как он пытался убить меня.
        Воурт дёрнулся на эти слова и изумлённо уставился на меня. Он хорошо соображал и сумел в одну секунду сопоставить все события.
        - Так это Глас устроил пожар в квартире где ты был? Я слышал от Зойи, что взорвалась квартира, в которой ты остановился.
        - Да, это был Глас.
        - Ты уверен?
        - Я видел его лицо и даже говорил с ним, хотя не надо было этого делать. Не знаю, чего я медлил, но ему пришли на помощь, и Глас исчез.
        - Сообщник?
        - Я думаю, да. Глас не один.
        Воурт покачал головой.
        - Невозможно.
        - Однако это так.
        - Но кто?
        - Может быть, ты уже знаешь, но Арозону, да и мне пришла в голову мысль, что Гласу помогает Дафна и наоборот.
        Демон никак не отреагировал, должно быть, действительно, думал об этом.
        - Ведь всё началось, когда вернулся Глас, - продолжил я. - Стоило ему объявиться, как Дафна, а за ней и Заря потянули власть в Совете на себя.
        - Они решили перебить нас, - неожиданно сказал Воурт.
        - Что?
        - А разве не так? Начали с Дорис, пытались тебя. Кто-то следующий. Дафна хочет устранить всех старых руками Гласа. Как тебе такая идея?
        - Об этом я тоже думал, - согласился я. - Но мы всё же не уверены на сто процентов, что Дафна с Гласом. Возможно же временное помешательство.
        - Не смеши меня! - воскликнул Воурт. - Дафна хитра и глупа одновременно. Затеяла игру против нас всех. Против тебя.
        - Вот только, пожалуйста, не начинай говорить о моей силе, будто знаешь меня лучше, чем я.
        Не думал, что разговор повернётся в данное русло. Но всё же я был немного рад, что Воурт не сломлен окончательно навалившимся горем. Он держится.
        - Я уверен в тебе. Поэтому и попросил тебя о помощи. Мне самому с Гласом не справиться.
        - Его надо сперва найти.
        - Спросим у Дафны.
        Я вздохнул.
        - Да, я собирался наведаться к ней, чтобы прояснить ситуацию с Советом и... Дорис.
        Воурт вмиг поник. Он должен это пережить, и пусть я буду рядом. Седая голова демона низко опустилась. Помешкав, я положил руку ему на плечо.
        - Поговори со мной, - попросил я, стараясь не обращать внимания на внутреннее противоречие. - Ты должен выговориться.
        - Элли мне помогла, - хрипло ответил Воурт. - И Арозон.
        Я, было, уже обрадовался, что ничего за этим не последует, но демон продолжил:
        - Это ужасно больно, ЛеМарко. Словно тебе вырвали сердце ледяным ножом, а рана не затягивается. Не знаю, как быть дальше. Стараюсь не думать о случившемся, но мозги работают сами по себе. Всё ещё вижу её лицо, чувствую запах... Я дырявый. Хожу с дыркой в груди, и так больно.
        Чёрные глаза зажмурились, но когда Воурт снова посмотрел на меня, на сухих губах возникла слабая улыбка.
        - ЛеМарко, я же тебя знаю. Ты не хочешь этого слышать.
        Я открыл рот, чтобы возразить или соврать, но демон оттолкнул меня.
        - Иди домой. Я хочу побыть один. Как и ты, хочу побыть один. Увидимся завтра на похоронах. Я приду.
        - Воурт.
        - Уйди, пожалуйста.
        - Мы толком и не поговорили. - Теперь я сам всеми силами пытался подбить его на разговор. Мне хотелось услышать его.
        - Нет, пожалуйста, - упрямо замотал головой Воурт. - До завтра.
        Он буквально пихнул меня в плечо, а я и не знал, что мне делать. Такая резкая перемена, не похожая на друга, будто его подменили. Я замешкался. Мы так мало поговорили. То, что он доверяет мне, не означает, что от меня не надо строить стену, а ведь именно сейчас он и провёл черту. Это не было сказано вслух, но чувствовалось в воздухе и напоминало то время, когда умерла Лара, и мы с Арозоном так же невидимо отдалились друг от друга. Возможно, человеку иногда надо дать побыть один на один со своим горем? Воурт больше не стал обращать на меня внимания, упал головой на скрещенные на стойке руки и не шевелился, не считая тяжёлого дыхания. Я почувствовал себя самым ужасным другом.
        Какой-то стук в темноте отвлёк меня. Отвернувшись от освещённой стойки, посмотрел в сторону круглых столиков с алой скатертью и увидел, как с мраморной лестницы спускается тёмная фигура. Приглядевшись, сначала не поверил, но прямо ко мне быстро шла Латиша. Знакомый взгляд чёрных глаз, упругая походка, но другое тело. Кажется, ожоги, оставленные мной, не зажили, и ей пришлось найти замену. Не сказать, что она изменилась, однако простой человек ни за что бы не узнал в ней её прошлую.
        Увидев меня, она застыла на месте. Слегка высокомерное выражение лица вмиг переменилось на растерянное, а потом на испуганное.
        - Ливви, - выдохнула она и в секунду преодолела расстояние разделяющее нас.
        Я не успел ничего сделать, как Латиша крепко обняла меня, обдав облаком дорогих духов.
        - Я так волновалась, - быстро заговорила она. - Я боялась, что больше не увижу тебя. Что с твоими волосами? Ливви, пожалуйста, прости меня. Ты нужен мне. Я так рада, что ты здесь. Ливви.
        Она отстранилась на секунду для того, чтобы поцеловать. Я отдёрнул голову, и её губы коснулись моего подбородка, но она, кажется, этого не заметила и стала целовать всё моё лицо. Я снова дёрнулся назад, и на этот раз получилось отойти от неё на пару шагов. Латиша застыла с нелепо расставленными руками.
        - Ливви?
        Воурт поднял голову с барной стойки и уныло посмотрел на нас.
        - Я, кажется, просил тебя ко мне не приближаться, - напомнил я, но как-то не очень уверено.
        Неудобно признаваться даже себе, но я скучал по Латише, хоть и не вспоминал о ней, казалось, целую вечность.
        - Ливви, - пробормотала она, заломив руки. - Пожалуйста, прости меня! Ты мне нужен! Я была неправа, я больше никогда не буду вести себя так. Умоляю, прости меня!
        Ещё чуть-чуть, и она упадёт передо мной на колени, а мне на сотую долю миллисекунды действительно захотелось её простить, но что-то не дало это сделать.
        Я посмотрел на Воурта, кивнул ему в знак прощания и прошёл мимо девушки к выходу. Она посмотрела на меня самым жалостливым взглядом, на который только была способна. Когда я поднимался по лестнице, услышал стук её каблуков за собой. Не удержался и глубоко вздохнул, возвращая себе внутреннюю уравновешенность.
        - Ливви, погоди! - крикнула Латиша, когда я уже дошёл до машины.
        Всё же не удалось привести чувства в порядок. Из-за неполученного разговора с Воуртом и неожиданным появлением демоницы я как-то быстро разозлился на весь мир.
        - Чего тебе? - довольно грубо спросил я.
        Латиша чуть не разрыдалась, скорчив физиономию.
        - Ливви, скажи, что ты прощаешь меня. Пожалуйста!
        - Тебе станет от этого легче?
        - Да. Очень.
        - Я тебя прощаю, но всё равно от своих слов не отказываюсь.
        Я сел за руль, но не успел закрыть дверцу, так как Латиша буквально вцепилась в неё.
        - Ливви! - воскликнула она, и её голос эхом разлетелся по безлюдному ночному городу. - Пожалуйста, не бросай меня!
        - Прекрати...
        - Ливви, я так больше не могу! Я не могу без тебя! Пожалуйста!
        Неужели, я застал тот момент, когда Латиша пролила свои скупые слёзы? Я дожил до этого дня? Не верю. Но она, правда, плакала. Я растерялся, и от моей грубости не осталось и следа. И, кажется, она это заметила.
        - Ливви, не оставляй меня! Ливви! Я сделаю для тебя всё, что хочешь, всё, что пожелаешь! - Она упала передо мной на колени и схватила за руки, вытаскивая из машины.
        Я никак не ожидал от неё такой реакции, и усомнился - Латиша ли передо мной или это обман зрения? Нет, конечно, это она, но другая. Влюблённая? Влюблённая безответно?.. Сердце сжалось.
        - Латиша. - На этот раз я сам взял её за плечи и поднял на ноги. На меня тут же уставилось залитое слезами лицо. - Не надо.
        - Пожалуйста, Ливви, - одними губами произнесла она. - Пожалуйста.
        Больше не говоря ни слова, Латиша снова поцеловала меня, но на этот раз не промахнулась. Я почувствовал чужие губы, но так целовалась только она. Я и сам не подозревал, как отношусь к ней. Она для меня не никто, но я не чувствую к ней то, что испытывает она ко мне. Она мне не чужая, но и не заняла место в моём сердце.
        Я не понял, что произошло дальше, я просто повёлся на собственные эмоции и поцеловал Латишу в ответ.
        
        Глава 19
        ПЕРЕД ПОХОРОНАМИ
        - Ну и как её звали? - спросила Латиша.
        Я удивлённо обернулся к ней, не натянув левый носок вслед за правым.
        - Что?
        - Ту девчонку в розовой машинке, - пояснила она, замотавшись в простыню и придвинувшись ко мне.
        Я поднялся с её кровати, захватив левый носок, подошёл к большому пуфу и надел его там. Латиша с непонятной улыбкой наблюдала за мной. Я не стал смотреть на неё в ответ, а оглянулся в поисках свитера Арозона. Не думаю, что он будет доволен, если я скажу ему, где потерял его. Но злосчастной вещи не было видно.
        - Не это ищешь? - Она выудила из-под подушки искомый предмет.
        Помятый, с белыми пёрышками... Арозону точно не понравиться... Я протянул руку, чтобы взять свитер, но Латиша спрятала его за спину. Конечно, я могу его легко забрать, но...
        - Как её звали?
        - Не начинай, ладно?
        - Имя.
        - Что на тебя нашло?
        Латиша соблазнительно улыбнулась, но на этот раз я не поддался. Нагнулся и резко выхватил одежду из её цепких рук.
        - Чего тебе стоит просто назвать её имя? Просто скажи.
        - Зачем тебе знать? - натягивая свитер, спросил я.
        - Любопытство.
        Я покачал головой, полностью оделся и вышел из её спальни. Домик Латиши до ужаса напоминал дом Яры, такой же небольшой с милыми обоями в цветочек, камином в гостиной и ажурными абажурами, что совершенно не совмещался с их характерами. За спиной, как и в клубе, я услышал быструю поступь ног. Когда Латиша меня нагнала, я выходил уже за порог.
        - Постой! - Она ухватила меня за рукав и потянула, но я не дался, и девушка, завёрнутая в одну простынь, оказалась на улице. Благо время было половина шестого утра, и в жилом районе пока никто не спешил покидать свои дома.
        - Вот только не начинай снова плакать, - поморщившись, попросил я. - Я уже понял, что ты на это не способна. Искренне.
        - Это было искренне! - заверила Латиша. - Я скучала без тебя! Я жить без тебя не могу...
        - Стоп! Замолчи. Я уже понял, что тебе нужно было от меня. Получила? Распишись, и прощай.
        На этот раз она так сильно вцепилась мне в руку, что вырваться не было возможности.
        - Ливви, я волновалась за тебя, когда узнала про тот случай в Торговом центре. Я знаю Ши, он настоящий сумасшедший. И то, что вы подрались на глазах у всех людей. - Она покачала головой. - И когда по новостям объявили тебя в розыск, и когда твоя компания потеряла руководителя и потерпела крах. Ты разорился...
        - Ты сама прекрасно знаешь, что моя часть перешла к Арозону. Ничего она не потеряла.
        - Я не видела тебя целый месяц! - будто не слыша меня, продолжила Латиша. - Я не знала, куда себя деть! Лука и Зойя всё твердили мне, что с тобой всё хорошо, но кто верит этим братьям?! Лука так вообще говорил, что знает, где тебя искать! Как ты думаешь, что я чувствовала? Тебя выгнали из Совета, из-за тебя молодые демоны подняли мятеж, и я была среди них! И неужели мои слёзы тебя не переубедили?
        Я вздохнул.
        - Пока, Латиша. Меня ждёт Арозон.
        - Ливви, пожалуйста. Неужели ты не понимаешь меня?
        Я молчал.
        - Ливви, я же люблю тебя! - наконец, вскричала Латиша. - И ты не видишь этого? Я не могу без тебя. Если ты сейчас уйдёшь, я не знаю, что со мной будет.
        Я прикрыл глаза. Только не это. Безответная любовь... Как и в прошлый раз, сердце защемило от боли. Я посмотрел на девушку совершенно другими глазами. Ведь она этого не заслуживает, пускай и ведёт себя неподобающим образом.
        - Мне очень жаль, - честно сказал я. - Прости меня.
        Я развернулся, чтобы уйти, но Латиша снова заголосила:
        - Позволь мне просто быть рядом! Только рядом! Я ничего не буду требовать взамен. Просто позволь!
        - Ты думаешь, тебе станет от этого лучше?
        - Я знаю.
        - Ладно.
        Латиша расцвела прямо на глазах и даже снова полезла с поцелуями, но я быстро спустился по ступенькам крыльца, сел в машину Арозона и поехал к нему, стараясь не думать, что же сейчас испытывает Латиша. Безответная любовь... Я содрогнулся.
        В квартире было тихо. Миновав неоновый коридор, увидел гостиную, тускло освещённую восходящим солнцем. Заглянул в комнату друга, увидел его, спящего на своём царском ложе прямо в брюках и рубашке поверх покрывала. Вышел, затворив за собой дверь, и прошёл на кухню. Неплохо было бы подкрепиться перед сегодняшним визитом к Дафне, но ничего, кроме кофе руки сделать не смогли. Усевшись перед высоким окном в гостиной, наблюдал, как поднимается солнце, как оно лениво освещает землю, как пробивается сквозь постройки, и потягивал из стакана чёрную, горькую жидкость.
        Первой проснулась Джасмин. Она вышла из комнаты в семь часов и прошла в ванную, не замечая меня. Лишь когда она вернулась обратно, я махнул ей рукой, и она с улыбкой мне ответила тем же.
        - Доброе утро, - услышал я Арозона спустя ещё некоторое время.
        Он тоже вышел из ванной комнаты, гладко выбритый в свежей рубашке. Джасмин сидела рядом со мной, как и я, наблюдая за солнцем.
        - Как Воурт? - спросил Арозон.
        - Держится. Даже склоняется к мысли, что Дафна и Глас по одну сторону баррикад, - сразу ответил я. - Ну и решил с ними кончить. Ты понимаешь, в каком я смысле? - Я мельком посмотрел на девочку.
        - Понимаю, - вздохнул Арозон. - Этого и следовало ожидать.
        - Надеюсь, ты не против?
        - Хотелось бы вначале всё прояснить.
        - Да, мне тоже, - согласился я. - Ведь мы до сих пор не знаем, зачем вернулся Глас. Не ради же Дафны?
        Арозон усмехнулся и прошёл на кухню, а через пятнадцать минут мы втроём уплетали вкусный и полезный завтрак.
        - Так странно, - пробормотал я и усмехнулся, вспоминая точно такие же слова Арозона.
        - Что?
        Прежде чем ответить, я посмотрел на Джасмин.
        - Помнишь, раньше всё было спокойно? Никаких переживаний. Так странно.
        - Ты хочешь вернуть то время, когда тебе всё надоело?
        - Нет. Просто жизнь как-то быстро поменялась с отрицательного на положительный знак.
        - Не думай об этом.
        Я кивнул, но не был уверен, что у меня это получиться. Покончив с завтраком, спросил у Арозона про одежду. Не могу же я в самом деле отправиться на похороны Дорис в растянутом и помятом свитере?
        - Да, в центральном шкафу костюмы твоего размера, - ответил друг.
        Я быстро встал из-за стола, и в дверь позвонили. Арозон удивлённо посмотрел вначале на меня, потом на девочку и пошёл открывать дверь. Я сел обратно и улыбнулся Джасмин. Из коридора донёсся изумлённый голос друга.
        - Валери?
        Я не удержался и зажмурился. Вот только её не хватало!
        Не прошло и секунды, как в столовую ввалилась девушка с покрасневшими щеками с лихорадочным блеском в глазах. Я поднялся ей навстречу.
        - Ливви, - выдохнула она, а потом крепко обняла меня.
        Арозон зашёл за ней следом, а Джасмин перестала жевать, непонимающе глядя на наши объятия.
        - Э, Валери? Что случилось?
        Её желание обнять меня никак не было связано с тем, что она соскучилось. Девушка была чем-то встревожена или даже испугана. Это чувствовалось по тому, как она жалась ко мне и мелко дрожала.
        - Ливви, ты же говорил! - воскликнула Валери срывающимся голосом.
        - Что такое?
        - Ты же говорил, что мне ничего не будет, если я узнаю!
        Арозон в одну секунду оказался около нас, отцепил от меня девушку и пристально посмотрел ей в глаза. Через какое-то время её дрожь исчезла, она немного, но расслабилась.
        - Что случилось? - чуть растягивая слова, спросил Арозон.
        - За мной следили, - сухими губами пробормотала Валери. - И не просто человек. Я в этом уверена. Я видела его глаза. Такие чёрные...
        Арозон быстро посмотрел на меня серьёзным взглядом, а потом провёл Валери к дивану и попросил сесть. Джасмин соскользнула со стула и села вместе с девушкой, а мы встали перед ними.
        - Валери, расскажи поподробнее, - попросил Арозон. - Кто за тобой следил?
        - Я не видела лица, он скрывался за капюшоном, - пролепетала она. - Только глаза блестели. Боже, так страшно... Кто это был? Почему за мной следят?
        - Откуда ты так уверена, что именно следят?
        - Потому что, когда я уходила отсюда вчера, увидела его, но не придала значения, даже не удивилась, что за моей машиной поехал на своей какой-то чёрной. А сегодня утром выхожу из дома, и снова он. Так близко стоял. А потом за мной пошёл. И "пежо" мой, как назло сломался. Я на работу не пошла, а сразу сюда! Он шёл за мной всю дорогу! Почему он за мной шёл?
        Я сел рядом с Валери по другую руку и обнял за плечо. Она сразу уткнулась лицом мне в шею, но не заплакала, чему я был рад. Минуту в комнате было тихо. Арозон напряжённо смотрел перед собой, а я даже не мог предположить, кто и главное, зачем следил за Валери. На ум пришла только Латиша. Мы встретились с ней вчера в два часа ночи, но перед этим она спокойно могла проследить за Валери, так как она выходила из квартиры Арозона в послеобеденное время. Считай, больше двенадцати часов прошло. И сегодня утром, как только я покинул её, она могла быстренько натянуть на себя чёрный капюшон и снова прилипнуть к Валери. Неужели поэтому она так настойчиво пыталась узнать её имя?
        - Ты уверена, что был мужчина? - спросил я.
        Валери быстро закивала.
        - Да-да! Такой высокий. Куртка у него кожаная была поверх ветровки с капюшоном, так он оба рукава и закатал. Руки волосатые были, худые, правда.
        - Ты это заметила? - удивлённо вскинул бровь Арозон.
        Валери снова закивала головой, как китайский болванчик.
        - Сегодня от меня так близко стоял, я даже испугалась, что схватит. Посмотрела на руки, а они скрещенными на груди были.
        Значит, не Латиша.
        - А машину описать можешь? - спросил Арозон, но по взгляду было видно, что думает он о чём-то своём.
        - Не знаю. Обычная, чёрная. Таких сотни по городу.
        - И ты говоришь, что вчера, когда уходила, он за тобой поехал?
        - Да. Стоял около входа на автостоянку. Вы знаете, кто это был?
        Мы с Арозоном покачали головой.
        Часы в гостиной пробили восемь утра. Я машинально посмотрел на циферблат, пора собираться...
        - Что же мне делать? Я боюсь его! - воскликнула Валери.
        - Не стоит бояться, - покачал головой Арозон. - Если бы он хотел причинить тебе вред, то сделал бы это. Ему, возможно, надо что-то другое.
        - Но что? У меня не так много денег...
        - Нет, я не про деньги.
        - А про что?
        Арозон нахмурился, прошёлся по гостиной и остановился перед нами, заложив руки за спину.
        - Он ждал тебя около моего дома, значит, видел, как ты к нему вчера подъезжала, и соответственно, видел в машине Ливви и Джасмин. Может быть, ему нужен Ливви, а не ты?
        - Тогда зачем ему ходить за мной?
        - Просто узнать, кто ты такая.
        - Я ничего не делала, - всхлипнула Валери невпопад. - А вдруг он опять за мной пойдёт, решит, что я не одна из вас и убьёт?
        Я покачал головой, а Арозон объяснил:
        - Мы сразу чувствуем себе подобных. Он наверняка знает, что ты человек. Но ты же ещё жива? Скорее всего, я прав, и ему нужен Ливви, а за тобой он ходил, чтобы узнать, кто ты такая.
        Валери посмотрела на меня.
        - Почему ты?
        - А кто же ещё? - не дал мне ответить Арозон. - В последнее время всё вокруг Ливви и вертится, да? Может быть, этот вообще был посланный Гласом, или сам Глас.
        - Кто такой Глас? - не поняла Валери.
        - Очень плохой демон, - как пятилетней девочке объяснил друг. - У нас есть предположение, что он хочет убить Ливви.
        - А следом за мной весь Совет, - озвучил я мнение Воурта.
        Арозон задумчиво кивнул и посмотрел на часы.
        - Нам пора, - сказал он.
        Валери вся встрепенулась.
        - Пора? Куда? А как же я? А если он всё ещё на улице?
        - Было бы не плохо, - протянул я. - Может быть, мы его знаем.
        - А если он сейчас ушёл, а потом вернётся, когда вас не будет? - похолодела Валери.
        Не успел я или Арозон что-то сказать, как подала голос Джасмин.
        - Пускай останется здесь со мной.
        - С тобой? - переспросил я. - Разве ты не идёшь с нами?
        - Джасмин хочет остаться здесь, - ответил Арозон. - Я не стал препятствовать. Что же. Пускай Валери останется здесь, пока мы не вернёмся.
        - Вам обязательно уходить?
        - Да.
        Она вся поникла, но девочка ободряюще улыбнулась ей, и Валери выдавила ответную улыбку.
        Пока мы переодевались в спальне Арозона, я всё время думал о словах Валери. Следили. За ней следили. И кто-то из нас. Из-за меня? Я почувствовал себя сильно виноватым перед девушкой. Ведь знал же, что не надо впутывать её во все наши дела, не надо было вообще приближать её к себе. Арозон тоже выглядел задумчивым, и никто из нас не произнёс ни слова. Когда мы вернулись в гостиную, Валери, глянув на нас, ляпнула:
        - Кто-то умер?
        По очередному молчанию, она поняла, что попала в самую точку.
        Когда мы прощались, Арозон просил Джасмин никому не открывать дверь и не брать трубку телефона, даже если будут звонить долго и упорно. Я бы сказал то же самое, пусть считают, что в квартире никого нет.
        Весь путь на лифте мы тоже преодолели, не проронив ни слова. Отыскав на подземной парковке "Астон Мартин", сели в него и поехали.
        Только в пути я начал понимать наше молчание. Внутри было всё пусто, никто уже не думал о произошедшем с Валери. Не знаю, как Арозон, но в моей голове была только Дорис. Мы ехали проводить её в последний путь. Всё внутри застывало при мысли о Воурте. Что нам предстоит увидеть? Кто прибудет? Дафна и Заря? Не было времени спросить у Элли, которая, как белка в колесе, носилась со всеми приготовлениями.
        Городское кладбище располагалось на окраине города у небольшого возвышения, где стояла белая часовня, в окружении надгробных плит. Дорога была неблизкая, так как пришлось пересечь почти весь город, зато место люди выбрали идеальное. Со всех сторон кладбище было огорожено не только витиеватым чёрным забором, но и раскидистым вечнозелёным лесом. Издалека всегда казалось, что часовня на своём возвышении как будто парит над лесом в воздухе, а в сегодняшнее утро, когда на небе не было ни облачка, и солнечный свет так необычно ярко освещал землю, место покоя усопших по-настоящему казалось волшебным.
        Машина въехала на узкую мощёную булыжниками дорогу, проехала вдоль ограды и остановилась только на автостоянке, где уже находились несколько машин, среди которых узнал автомобиль Элли. Значит, она уже приехала.
        - Воурта ещё нет, - тоже оглядывая машины, пробормотал Арозон.
        - Наверное, он ещё в "Котве", - предположил я. - Приедет вместе с Дорис.
        - Да, возможно.
        Мы вышли из машины и направились к главному входу. Высокие ворота были распахнуты, а за ними виднелись просторы кладбищенской территории. Так много памятников. Я содрогнулся.
        Продолговатый склеп из серого камня с двумя колоннами у входа располагался недалеко от входа, в тени раскидистого и тяжёлого дуба. Его построили около ста лет назад по указу Филарета, который уже тогда начал сдавать позиции. Он хотел, чтобы его похоронили в особом месте, а вслед за ним его собратьев. Но так пока получалось, что Филарет жил, а кто-то, вроде Дорис или Лары, уже отошли в мир иной.
        - Леблан, ЛеМарко, - стоило нам подойти ближе, как раздался голос Александра.
        Он вместе с Антонио стоял недалеко от входа в склеп. Меньше всего я ожидал увидеть здесь именно их. Арозон сдержанно кивнул в ответ, а я никак не отреагировал на своеобразное приветствие братьев Карамазовых. Они стали для меня никем, когда Элли сказала, что они отошли от дел в Совете до тех пор, пока там не придёт всё порядок. Но, кот их дери, кто, как не они, должны регулировать дела?
        Помимо Александра и Антонио, прислонившись плечом к стене склепа, стояли Лука и Зойя. Увидев нас, Зойя тут же пошёл мне навстречу. Такого серьёзного выражения лица я никогда ещё у него не видел.
        - Ливви! - Зойя замер около меня.
        Арозон прошёл дальше.
        - Ливви, что это значит? - прошептал демон.
        - Ты про что? - не понял я.
        - Тебя нет в Совете?
        - Я думаю, сейчас не лучшее время...
        - Ливви, как тебя могли выгнать?
        - Меня никто не выгонял. Я решил взять тайм-аут.
        Зойя непонимающе нахмурился и мельком посмотрел на лукаво улыбающегося Луку. Лукавый Лука... Я встряхнул головой.
        - Ты помог нам. Предупредил о намерениях Совета прищемить нам хвост!
        Я опешил.
        - Э-э... Что? Ты про что?
        О чём он говорит?
        Зойя опять оглянулся, но на этот раз на Антонио и Александра, но им, кажется, вообще не было до нас никакого дела. Наклонившись ко мне, он быстро прошептал:
        - Помнишь, в Торговом центре ты попросил нас лечь на дно? Чтобы мы больше не угоняли тачки.
        - И?
        Зойя глупо моргнул.
        - Разве ты нас не предупредил об опасности? Я думал, тебя выгнали из Совета за то, что ты помог нам.
        Я не сразу всё понял, а когда до меня дошло, выдохнул. Оказывается, я задержал дыхание.
        - А, ты про это...
        - Ну, да.
        - Это была просьба, чтобы вы действительно не зарывались. Совет не готовил против вас ничего особенного.
        Зойя непонимающе нахмурился.
        - Тогда почему тебя выперли из Совета?
        - Да я говорю же тебе, что взял тайм-аут! И ваше выступление перед "Котвой" со скандированием "Ливви!" было лишним. Я, конечно, очень польщён, но не надо было этого делать.
        Зойя недоумённо посмотрел на меня. Я ободряюще улыбнулся ему и похлопал по плечу.
        - Сейчас, правда, не время для таких объяснений.
        - Ливви, я не знал. Никто не знал...
        - Кроме меня, - усмехнулся Лука и подошёл к нам. - Я им сразу сказал, чтобы они не поднимали шум, так нет же! Кто-то мне поверил? Как же.
        Зойя улыбнулся старшему брату.
        - Да, - кивнул он. - Лука всем говорил, чтобы не волновались, но никто, даже я, его не послушал. Сейчас мне стыдно за это.
        - Брось, - отмахнулся я. - Зато мне очень приятно, что за мной есть кто-то ещё, кроме Арозона.
        - Конечно! - горячо заявил Зойя, а мне стало неловко. - Мы за тебя, Ливви, горой!
        - И чем же я это заслужил?
        - О! - закатил глаза Лука. - Вот только не начинай. Будто не знаешь.
        Я развёл руками.
        - Да все любят тебя, потому что ты "наш" человек. Что тут может быть непонятного? Ты "наш", молодняка, пусть тебе и перевалило за полтысячелетия. Ты единственный представитель в Совете среди всех этих стариков от нас, как мы можем тебя не любить?
        Я не удержался и усмехнулся. Странно слышать такие слова, особенно от Луки. Конечно, они не правы. Не знаю в чём, но они смотрят на ситуацию не так, как надо. Разве я когда-нибудь в Совете заявил права молодняка? Встал на их сторону? Если только в редких случаях. А кто, как не я, пошёл усмирять зарвавшихся демонов? Они ничего не знают, а мне не захотелось их переубеждать. Кот их всех дери, но мне всё-таки было приятно, что за мной такая сила. Какой я эгоист...
        - Ливви, привет! - услышал я голос Элли и отвернулся от братьев.
        Двери склепа были чуть приоткрыты, и до меня доносился холодный воздух. Я поёжился, стараясь не думать о том, что будет с нами, когда мы войдём под землю. Придерживая одну створку, на пороге стояла Элли. Бледная, не выспавшаяся, вся в чёрном, без её любимых колец и разноцветных шарфиков. Такая другая. Рядом с ней стоял Арозон, который, как никогда был похож на бывшую девушку.
        - Привет, - я подошёл к Элли и обнял её. - Как ты?
        - Замучилась, - ответила она, потирая не накрашенные глаза. - Устала. Сегодня в шесть утра заехала за Воуртом, его не было дома. Нашла его в клубе. Фух... Я думала, он уже пришёл в себя. Но ему так сложно. Не знаю, приедет ли он сегодня или нет. Сказал, что будет. Фух...
        Она обняла меня за пояс и прислонилась ко мне, чтобы не упасть.
        - Надеюсь, Дафна и Заря ничего не будут говорить во время погребения, - пробормотала Элли. - Если они вообще что-то скажут, я оторву им головы.
        - Что ещё они успели натворить? - нахмурился я.
        - Всё по-старому. Им не нравится, что мы делаем всё, как хотим. Заря так вообще сказала, что хотела организовать похороны сама. Ага, как же. Если бы не я, они бы с Дафной тянули до неизвестно которого времени. Не знаю, что с ними делать. Может быть, их вообще не замечать?
        Она снова глубоко вздохнула, но потом резко подняла голову и посмотрела мне в глаза.
        - Ливви, а ты как? Как Джасмин? Я не видела вас после того пожара...
        - Не беспокойся. Сейчас не до этого. Всё хорошо и со мной и с Джасмин. Она сейчас дома с Валери.
        - Валери, это которая человек?
        - Ага. За ней кто-то следил, она забеспокоилась, и Джасмин предложила ей остаться с ней.
        - Кто-то следил? - переспросила Элли.
        Я сразу пожалел о своих словах. Она и так была замучена, так и я сейчас валю на неё сверху лишней информацией.
        - Не беспокойся, - повторил я, но по Элли было видно, что она не оставила эту тему.
        
        Глава 20
        ПОД ЗЕМЛЁЙ
        - А вот и они, - произнесла Элли, устремив свой взгляд к воротам сквозь чащу.
        Мы посмотрели в ту же сторону и увидели, как на территорию кладбища въезжает продолговатая машина чёрного цвета с тонированными окнами. Александр и Антонио немного оживились, отошли от дуба и встали недалеко от нас.
        Следом за машиной, только на своих двоих, шли Латиша, Грей и Филарет со своей незаменимой тростью, а замыкали ход Дафна и Заря. При виде их внутри меня всё так и вскипело. Я не видел их целый месяц, зато слышал о них, каждый день. Идут так, словно всё в порядке, будто Совет не перестал существовать... На меня взглянули, как на злейшего врага.
        Машина остановилась прямо на пяточке около склепа, и из неё вышел Йанар, 206-летний демон, близкий друг Дорис. Я не часто видел его. Мне говорили, что он любит одиночество и не терпит вокруг себя суеты. Высокий, со светлыми волосами и яркими голубыми глазами он не был похож на демона, однако в нём чувствовалась сила. Он чем-то внутренне был схож с Арозоном - такой же терпеливый и рассудительный. Йанар поприветствовал нас скупым кивком, мы ответили тем же.
        Элли оторвалась от меня и прошла к машине, из которой уже выходил Воурт. Ещё бледнее и старее, чем вчера, он держался на ногах хуже Филарета. Я поспешил к нему, и его сухая рука с вздутыми венами обхватила меня за плечо.
        - ЛеМарко, - выдохнул он.
        - Я здесь, - зачем-то сказал я, придерживая его.
        Элли встала по другую руку от него и что-то быстро зашептала ему на ухо. Судя по тону, что-то успокаивающе. Арозон тем временем попросил худосочного Грея и Зойю помочь вынести из машины гроб. Лука уже стоял около Филарета, придерживая его за локоть, но старик, кажется, его не замечал. Вообще удивительно, как он добрёл до кладбища и не потерялся.
        Руководить процессией взял на себя смелость Арозон, так как мы с Элли не могли отойти от шатающегося Воурта, а поручать это Дафне или Заре не имело смысла.
        Обычный чёрный гроб с серебристыми ручками несли Грей, Зойя, Йанар и Антонио. Они вошли в распахнутые двери склепа, и мы последовали за ними в жуткий холод. Я задержал дыхание, а тело непроизвольно прижалось к Воурту, как к единственному источнику тепла. Но как оказалось, страхи были напрасны. Стоило нам войти, сразу стало понятно, что в темном прямоугольном помещении не так холодно. На стенах, обвитые паутиной, горели хорошо просмоленные факелы, освещая стоящих на каждой стороне стены каменные статуи в скорбящих позах. Прямо посередине комнаты вниз, под землю уходила старая лестница, по которой уже спустили гроб. Воурт отцепился от нас и первым прошёл вслед за Дорис. Элли схватила меня за руку, и по её выражению лица я понял, какие усилия она затрачивает, чтобы не расплакаться. Растрескавшийся камень под нашими ногами начал крошиться, стоило нам ступить на него.
        Под землёй тоже горели факелы, освещая большое круглое помещение с надгробными плитами на стенах. На одной из них было выбито имя Лары Леблан...
        Гроб уже поставили на центральный постамент и открыли крышку, а Воурт стоял над ним, низко наклонив голову. Все, кто был наверху, спустились сюда, но никто не решался подойти к телу Дорис, давая возможность мужу проститься с женой. Элли рядом со мной тихо всхлипнула, и я тоже почувствовал, как в носу защипало.
        Было тихо, не считая треска огня. Воурт долго стоял около Дорис, время от времени наклоняясь к ней, целуя в лоб или щёку. Я не видел его лица, однако был уверен, что он не плачет. Его мелко трясло, но он держался, не давал себе слабину даже теперь, когда навсегда прощался с любимой.
        Я вдруг понял, что скучаю по Дорис, пусть мы и не были лучшими друзьями. Нас связывал только Воурт, но я всё равно относился к ней с симпатией. Такая милая, спокойная женщина с незаменимым жемчужным ожерельем на шее. Единственная в мире, кого смог полюбить Воурт. Звучит как-то не серьёзно, но я хотел, чтобы она была живой.
        Воурт отошёл от гроба и встал около меня. Элли и Арозон прошли к Дорис, а я почувствовал, как Воурт сдавливает мою руку. Я перевёл взгляд на него. Очень старое лицо была опустошено, ни единой эмоции, лишь глаза сверкают адским пламенем. Я сжал его руку в ответ.
        Следом за Арозоном и Элли двинулся Филарет. Его до сих пор поддерживал Лука, чему я немало удивился. Помниться, Лука хотел попасть в Совет. Уж не для этого он так и вьётся вокруг старого демона?.. Затем с Дорис пошли прощаться Антонио и Александр, Зойя, и Грей с Латишей, которая держалась так, будто никого из присутствующих не знала. Заря и Дафна, не мешкая, подошли к гробу и долго смотрели на Дорис. Воурт снова сжал мою руку, будто боролся с внутренними чувствами. Последними остались я и Йанар. Я пропустил его вперёд, но он быстро поцеловал подругу и вернулся обратно. Странно, что я последний.
        Мне пришлось приложить силы, чтобы вырвать свою ладонь из сжатых пальцев Воурта. Он, кажется, даже этого не заметил, таращась перед собой. Моё место заняла Элли, обняв демона, а я приблизился к Дорис.
        Она лежала на белоснежных подушках, укрытая в простыни, как в кокон - было видно только лицо. Белое, словно слепленное из воска и безжизненное, но очень красивое. Добродушное выражение лица никуда не делось. Да... она словно уснула. Но всё же это была не Дорис. Это было тело, которое она занимала. Той, которой она была двести лет назад, конечно, уже нет, но мне отчего-то хотелось, чтобы в этом гробу находилась Дорис настоящая.
        Но какая разница? В этом теле Дорис тоже нет. Её вообще нет. Она исчезла, испарилась, потухла. Какой смысл сейчас смотреть на бездушное тело? Она была совершенно другой. Она занимала несколько тел. Была и брюнеткой и блондинкой, а такой, которая лежит передо мной Дорис стала всего пятнадцать лет назад. Почему мы должны хоронить это тело? Чем оно отличается других? Только тем, что приняло на себя смерть?
        Я покачал головой. Ведь это уже бессмысленно. Это просто ритуал, обычные действия. Такие же бесполезные, как переплюнуть три раза через плечо и постучать по дереву. Вроде и верим в своеобразную защиту, но догадываемся, что это никак не поможет нам избежать настоящей смерти или каких-то катастроф. Самовнушение. Бессмысленно тратить на это время и провожать Дорис в "дальний путь". Её здесь вообще нет. Для кого мы всё это затеяли? С кем прощаемся?..
        - Пока, Дорис, - прошептал я, даже не надеясь, что она услышит.
        Я вернулся обратно к Воурту, а Йанар, Грей, Антонио и Зойя захлопнули крышку гроба и подняли его с постамента. Элли уже стояла у стены с углублением, куда и должны были поместить тело Дорис. Всё было сделано с ювелирной точностью. Элли закрыла деревянную вогнутую плиту, на которой уже было вытеснено:
        ДОРИС
        1810-2010
        И так на всех табличках. Просто имя, и просто года. Ничего лишнего.
        - Я помню, - нарушил тишину Арозон, - как познакомился с Дорис.
        Все взгляды обратились к нему, но он смотрел только на плиту с именем женщины.
        - Был сильный дождь с грозой и молнией. Я ехал на работу и вдруг увидел, как под ливнем спокойно стоит девушка. Несмотря на то, что вокруг неё были бистро и закусочные, она не пряталась там, а просто стояла под дождём. Я сразу почувствовал, кто она и остановил машину. Было холодно, и я испугался, что незнакомка хочет покончить с жизнью. Или была глупа. Но как оказалось, она просто наслаждалась резкими перепадами температуры в собственном теле. Она не боялась ледяных капель и никогда не думала, что может умереть от холода. Однако я настоял на своём, и посадил её в машину, а потом просто поехал вперёд. Она сразу мне понравилась. Улыбка у неё была мягкая. И глаза добрые. Мы долго болтали. Она сказала, где и когда стала хайшитом, как приехала в наш город, где поселилась и с кем уже успела познакомиться. А потом мы отправились в ресторан, а когда прошёл дождь, я проводил её до дома, который она снимала. Я пообещал ей, что познакомлю её со своими друзьями. И она так обрадовалась, что я до сих пор помню её радостный смех. Это было в 1952 году. И с тех пор я ни разу не разочаровался, что встретил её под
дождём.
        Арозон замолчал. Он сосредоточенно смотрел на года жизни Дорис и что-то бормотал под нос.
        - Я помню, - подала голос Элли. Она чуть-чуть хрипела, словно осипла, - как мы с Дорис отправились к новоприбывшим демонам. Она никогда ещё такого не делала и очень волновалась. Но я сказала, что всё пройдёт отлично. Что мы просто запишем их и уйдём. Но когда мы пришли на место, то оказалось, что там идёт вечеринка. Нас затащили в квартиру и сразу сунули по какому-то напитку. Дорис растерялась, а мне было это не в первой. Я отыскала новичка, записала его имя и город из которого он приехал и уже собралась уходить, как вдруг поняла, что Дорис куда-то пропала. Я очень испугалась и подумала, что Воурт мне шею свернёт, если узнает об этом. Но оказывается, всё было не так уж и плохо. С Дорис успели познакомиться и предлагали ей сыграть в дартс. Она согласилась, а я не могла заставить её уйти с вечеринки. Она выиграла несколько партий подряд и была жутко рада этому. Я впервые увидела её не такой, как всегда. Дорис была ответственной и немного скованной. Я так думала, но оказывается, я была неправа. Дорис умела веселиться.
        Элли шмыгнула носом и больше ничего не говорила. Шаг вперёд сделала Латиша.
        - Я помню, как Дорис выручила меня. Как помогла мне, когда до меня не было никому дела. Она бросила всё, лишь бы увидеть меня, вернуть домой. Она всегда знала, что говорить и что делать. Но никогда не приказывала и не лезла с советами, как правильно жить. Она помогала, и мне её очень не хватает.
        - Я помню, - почти сразу произнёс Лука, - как Дорис однажды пришла в "Дыши огнём". Она редко там бывала, но знали её все. И не потому, что она была женой Воурта. Она была известна своей добротой и своим пониманием. Она одна из немногих, кто благосклонно относился к молодому поколению демонов. Я уверен на сто процентов, что она никогда не осуждала наши действия. Она понимала нас, как ни кто другой. И тогда я познакомился с ней лично. И этот день стал для меня самым светлым в жизни. Она зарядила меня своей энергией. Она была живой и горячей, как открытое пламя.
        Минуту стояла тишина. Я сделал шаг вперёд.
        - Я помню, - начал я, - как Дорис сказала мне "Не отчаивайся, всё ещё впереди". Казалось бы, такие обычные слова, и поначалу я не придал им никакого значения. Что она имела в виду, когда сказала, что всё впереди? Только сейчас я понимаю смысл сказанного. Не всё кончается тогда, когда ты сам об этом думаешь. Жизнь, как время, всё равно будет идти дальше, будешь ли ты его замечать или нет. Сейчас я рад, что услышал то, что она не сказала, но о чём подумала. Если бы не её слова, я бы здесь не стоял. Я благодарен ей за то, что она жила во время нашего существования. Дорис единственная в своём роде. Она упорная, трудолюбивая и старательная. Она никогда не сдавалась. Искала и находила выход из любой ситуации. Ей можно было верить.
        Я вздохнул и сделал шаг назад. После меня никто не торопился говорить, даже Йанар. Те, кто хотел - сказал, а заставлять не в наших правилах.
        Несколько минут мы стояли в тишине в круглой комнате под землёй и смотрели на деревянную табличку. Я думаю, сейчас нам будет лучше уйти, и оставить Воурта попрощаться, но никто не двигался с места. Даже Дафна. Она стояла со своей напарницей дальше всех и вроде бы даже скорбела. Не время для выяснения отношений, несмотря на то, что я жаждал встречи с демоницей долгое время.
        - Дорис.
        Я посмотрел на Воурта. На шатающихся ногах он подошёл к стене и поцеловал вытесненное имя жены, провёл дрожащим скрюченным пальцем по году рождения, не тронув год смерти. Все затаили дыхание. Отличный повод оставить его одного. Никто не шелохнулся.
        - Я знаю, что тебя убили, - тихо прошептал Воурт, однако все услышали его слова. - И я обещаю отомстить. Ты только помоги нам. Намекни, кто сотворил такое с тобой?
        Моя голова сама собой дёрнулась в сторону Дафны - как отреагирует. Но каменная физиономия не изменилась. Стального цвета глаза, как и минуту назад, пусто смотрели вперёд.
        - Давайте оставим его, - предложила Элли.
        Оказывается, никто не был против. Лука сразу подхватил Филарета, и они первые поднялись вверх по крошившейся каменной лестнице. Мы с Арозоном задержались на секунду. Друг сочувственно посмотрел на скрюченную фигуру Воурта и похлопал меня по плечу.
        Тух... Тух...
        Я замер на месте. Арозон сделав пару шагов по направлению к лестнице, оглянулся и что-то увидел в моём лице.
        - Ливви?
        Тух... Тух...
        Сознание начало работать быстрее меня, в голове уже сложилась картинка, но я не сразу понимал то, что видел.
        - Эй, осторожно! - донеслось сверху.
        Латиша, Зойя, Грей и Элли стояли на лестнице. Что-то тёмное загородило проём наверху и полетело вниз, сбивая тех, кто не успел отойти. Большая куча живых тел свалилась к нам под ноги, и мы увидели тот самый тёмный предмет - Филарет в чёрном плаще. Кто-то спихнул его вниз, и теперь старик лежал, распластав руки в разные стороны, но, кажется, был жив. Элли со стоном приподнялась с пола и схватилась за плечо. Латиша потирала ушибленные ноги. Воурт оторвался от плиты и посмотрел в мою сторону.
        - Лука! - закричал Зойя, бросаясь к лестнице.
        Тух... Тух...
        - Стой! - воскликнул я, но не успел схватить его.
        Зойя вбежал на этаж выше, где остался его брат, но вернулся обратно, несколько раз перекувырнувшись по лестнице. Следом за ним последовал Лука с разбитой губой. Кряхтя, они поднялись на ноги. Арозон и Йанар одновременно сделали шаг к лестнице, но я загородил им дорогу. Антонио и Александр последовали их примеру, но я прошептал:
        - Подождите.
        Все, кто был под землёй, непонимающе уставились на меня. Я же прислушался.
        Тух... Тух...
        Сердцебиение. Знакомое сердцебиение.
        - Глас, - одними губами произнёс я.
        Латиша и Элли тихо ахнули, но никто больше не проявил эмоций. И в эту же самую секунду над нами раздался отвратительный, низкий, хриплый голос:
        - О, Ливви Милосердный не даёт своим друзьям жертвовать собой. Очень благородно.
        Стоящий рядом со мной Йанар побагровел от злости. На кончиках его пальцев заиграло небольшое, но сильное пламя. Я покачал головой. Я точно знал, мы не должны ничего делать. Не знаю почему, но это так! Я чувствовал.
        - Как там Филарет? - рассмеялся Глас. - Не рассыпался?
        Я посмотрел на старика. Его придерживала Элли, но он был невредим. Смотрел вперёд белесыми глазами, но замечал всё. Крепкий орешек. Я перевёл взгляд наверх к видневшемуся проёму, но, как и предполагалось, Гласа я не увидел. Стоит, наверное, около выхода из склепа.
        - Что тебе надо? - спросил я. От одной мысли, что придётся с ним разговаривать, тянуло на изнанку.
        - Не знаю, - ответил Глас. - Убить вас всех, наверное.
        - Нас здесь много.
        Ядовитый смех эхом разлетелся по всему склепу.
        - Да ты что? Вот удивил! О, Ливви Тупоголовый!
        - Ты думаешь, что сильнее всех нас вместе взятых?
        - Конечно, нет! О чём ты?
        - Тогда почему бы нам не подпалить тебя? Тебе прекрасно известно, что огонь пройдёт через камень.
        - О-о... Боюсь, вы этого не сделаете.
        - Отчего же?
        Воурт неожиданно ожил. С несвойственной для старика прытью, он пересёк всё подземелье и схватил за горло Дафну. Никто, даже она, ничего не успели понять, как он начал душить её.
        - Ему нужна она! - не своим голосом зарычал Воурт.
        Зойя и Грей повисли на его руках, оттаскивая в сторону. Сейчас не время шуметь. Кот их дери, Глас не такой глупый, чтобы держать нас здесь только на словах. У него есть в руках козырь, это ежу понятно!
        - О ком это вы? - с любопытством спросил Глас, стоило звукам улечься в замкнутом помещении. - О Дафне? Фи... Она мне не нужна.
        Я посмотрел на неё. Вид она имела крайне ошеломлённый. Сухими губами она что-то бормотала, и я мог расслышать только отдельные слова:
        - Не я... подумать... имеет в виду...
        - А вот Зарю я бы хотел получить обратно, - закончил Глас. - Она мне очень помогла, и мне не хочется терять такого ценного соратника.
        Антонио и Йанар быстрее пули кинулись на блондинку, но Заря была уже готова. Она ринулась на меня, невероятной силой сбила с ног и взметнулась вверх по лестнице. Лука, перепрыгнув через меня, бросился следом, но не успел добежать до отверстия в потолке, как кто-то хорошенько приложил его чем-то тяжёлым. Его тело странно обмякло и безжизненно скатилось по стёртым ступеням. Зойя успел подхватить брата, прежде чем тот рухнет на пол. Арозон помог мне приподняться. Я встряхнул головой. Сумасшедший дом какой-то.
        - Ну, что за народ пошёл? - произнёс Глас. - Разве не понятно, что вам лучше сидеть внизу и не высовываться? Ох, Заря, как ты с ними уживалась? Не хотел я этого делать, но придётся убить вас.
        - Откуда такая самонадеянность? - спросил я.
        - Ты уже спрашивал, - засмеялся Глас, а мне, как никогда захотелось сделать с ним что-нибудь эдакое. Оторвать его лысую голову, например.
        - Всё же, обоснуй, - вступил в разговор Арозон.
        Около минуты сверху не доносилось ни звука. Антонио с братом и Йанар сделали попытки подойти к лестнице, но я снова не дал им этого сделать. Ещё не время...
        - Арозон? - удивлённо произнёс Глас. - Вот уж встреча! Как дела? Как жизнь? Как сестрёнка?
        Я заскрежетал зубами. Это был низкий приём.
        Тух...
        Лестница вспыхнула в одно мгновение. Ленточка огня поползла вверх к отверстию. Я замотал головой, и увидел лицо друга, сосредоточенное на пламени.
        - Арозон, нет! - вместе с Элли крикнул я.
        Я успел схватить его за руки и отвлечь внимание, прежде чем огонь дойдёт до Гласа. В один миг все страхи вырвались наружу. Арозон не справился с собой...
        Огонь потух в одно мгновение. Зойя, приводивший в сознание брата, даже ничего не успел понять. А сверху снова донёсся хриплый смех ненавистного демона.
        - Зачем ты держишь нас здесь? - крикнул я, не отпуская Арозона.
        - Я вас тут не держу. Пожалуйста, выходите. Можете даже убить меня! - Йанар первый сделал шаг к лестнице, а Глас продолжил: - Только боюсь из-за моей смерти, кому-то будет очень плохо.
        - Что ты имеешь в виду?
        - А я думал, вы догадались. Как вам известно, я очень умный и хитрый хайшит. У меня всегда есть план действий. Уж не думали ли вы, что я дал осечку? Что годы подкосили меня, как нашего дорогого старого хрыща Филарета? Я к тому же и ясновидящий. Ливви, ну ты и вправду Ливви Тупоголовый!
        Я старался не обращать внимания на его оскорбления. Меня интересовало лишь одно - что он задумал и почему так уверен, что мы не нападём на него? Под землёй, кот его дери, три рождённых хайшита, а это немалого стоит. Они способны в одно мгновение стереть его с лица земли. Почему же он уверен в своих силах?! Я постарался не выпускать эмоции из-под контроля, но это плохо получалось.
        - Не тяни время, - звенящим голосом произнёс я. - Иначе, ты доиграешься.
        - О! Всего пару минут, господа и дамы! Пару минут, и наши дорогие гости подъедут. Осталось ждать немного. Я уже слышу звук подъезжающей машины. Заря, дорогушечка, иди-ка, посмотри, они ли это? И вели отвезти вторую... он знает куда.
        До нас действительно донеслось гудение машины. Заскрипели шины, мотор заглох, какие-то шаги. В голове роем заметались мысли. Кого он привёз? Кто?! От напряжения стало не уютно.
        - О! А вот и наша дорогуша! - воскликнул Глас. - Иди сюда. Не бойся! Да-да, ты. Иди сюда! Эй, там внизу! Ловите! А-то как бы не расшиблась!
        - Нет, не надо! - взвизгнула девушка.
        Я не успел понять, кому принадлежит голос, как проём в потолке закрыла женская фигура, а в следующую секунду она полетела вниз. Я только протянул руки, но уже знал, кто передо мной. Мне удалось поймать её, чтобы она не сильно ударилась о лестницу, но под её тяжестью мы вместе завалились на пол.
        - Нет! - захныкала Валери.
        - Валери? - выдохнул я, поднимаясь на ноги.
        Она вцепилась в меня, обливаясь слезами. Половина её лица была покрыта красным волнистым ожогом. Она вся дрожала, плакала и еле стояла на ногах. По комнате прошлось волнение. Не все понимали, кто свалился им на голову и почему из-за простой смертной девушки они должны сидеть под землёй.
        - Где Джасмин? - не своим голосом произнёс Арозон. - Где она?!
        Я окаменел.
        - О! Джасмин! - протянул Глас.
        Из-за рыдания Валери его было плохо слышно.
        - Её зовут Джасмин? Хм... Какое-то дурацкое имя. Мать хотела назвать её Жасмин. Откуда взялась "Д"?
        Я чувствовал себя оглушённым.
        Где Джасмин? Что с ней? Где она?!
        - Что ты с ней сделал? - прошипел Арозон.
        - Так она тебе дорога? - фальшиво удивился Глас. - Не знал... не знал... Тогда, думаю, этой девочки будет достаточно, чтобы вы остались под землёй навечно. Объясняю для Ливви Тугодумного. Ой, простите! Ливви Тупоголового. Ведь если вы убьёте меня, я не смогу прийти в назначенное время. И её убьют. Умно я придумал, верно?
        К лестнице подошёл Антонио. Задрав голову к отверстию, он сказал:
        - Нам нет никакого дела до какой-то там девчонки. Молись, чтобы твоя смерть была быстрой!
        - О! - воскликнул Глас и, кажется, даже зааплодировал. - Интересно! Очень интересно! Это кто там такой умный оказался? Заря, кто это там? Не знаешь? А чем ты слушала?! Ну, это не важно. Так вот, самый умный, я думаю, что дорогие Арозон и Ливви не дадут тебе меня убить. Надеюсь, объяснять не придётся.
        Антонио опустил голову и посмотрел вначале на меня с прижимавшейся ко мне Валерии, а потом и на Арозона. По лицу друга было видно, что он пойдёт на всё, лишь бы сделать так, как сказал Глас.
        Антонио снова задрал голову:
        - Нас больше. Я и мой брат сначала убьём ЛеМарко и Леблана, а потом доберёмся до тебя. Ты об этом думал?
        - Интересно будет посмотреть на потасовку сверху. Может быть, вас убьют? Насколько мне известно, там внизу есть ещё Воурт. Да? Так вот, мне доподлинно известно, что Воурт никогда не пойдёт против своего придурка Ливви. Кстати, Воурт, мои соболезнования. Мне было очень жаль убивать Дорис. Но этого требовал долг!
        Я весь напрягся, ожидая от Воурта выходки наподобие Арозона. Но он лишь тихо скатился по стене и, уткнувшись в колени, сухо заплакал. Не знаю, насколько ещё моя ярость будет разрастаться, и сколько я смогу её сдерживать. Он специально это говорит. Глас специально распаляет нас!
        - Так-так. Заря, кто там ещё есть?
        Нам не был слышен голос Зари, только невнятное бормотание.
        - Латиша? О, здравствуй, моя дорогая! Неужели, ты до сих пор вместе с этим никчёмным ловеласом? Фи, бросай его и переходи ко мне! Смотри, какую он себе красавицу нашёл. Хм... хотя думаю, её шрамик на всю жизнь останется. Тут мои сподручные как-то перестарались.
        Валери тихо завыла.
        - Элли? Малышка Элли. Лучшая подруга Лары. Как же помню-помню. Заводная такая. Тебя не прошу переходить на мою сторону, ведь ты с Арозоном, да? О! Уже нет? Заря говорит, что нет! Как так? Такая пара распалась! Жаль... Переходи ко мне.
        Элли обняла себя руками, сдерживая слёзы.
        - Кто ещё? Зойя и Лука? О, эти преданные псы глотку порвут ради Ливви. Грей? Эй, Грей! Как ты там? Не скучно тебе рядом с сильными демонами? Не задавили ещё авторитетом? Что 66 лет против половины тысячелетия? Ладно уж... Иди сюда.
        Худой нескладный парень сделал шаг по направлению к лестнице. Зойя тут же отскочил от лежащего без сознания брата и схватил его за грудки.
        - Ты куда собрался? Он убьёт тебя! Выманивает!
        Грей весь посерел, не зная, что ему делать. Смех Гласа разнёсся по всему подземелью.
        - Конечно, выманиваю. А кто выманивал у вас ценные сведения насчёт Джасмин? Уж не Грей ли? Только благодаря ему, дорогому, я и узнал, что девчонка с Ливви. Без него, любимого и незаменимого, дела пошли бы не так хорошо. Правда, Грей? Иди сюда, поднимайся!
        Демон не двигался с места, потому что его буквально прибили к месту взглядом. По его бегающим глазам сразу стало ясно, что Глас не врёт. Зойя выпустил из рук его куртку и отошёл назад, но не для того, чтобы дать дорогу, а чтобы с разгона дать ему в нос.
        Неприятный хруст заставил меня поморщиться.
        - Гнида! - закричал Зойя.
        - Эй! Тише вы там! - повысил голос Глас. - Мне он нужен живым. А-то ненароком не досчитаемся нескольких пальчиков у нашей девочки.
        Зойя его не слышал, замахиваясь во второй раз.
        - Стой! - Арозон обхватил его сзади и оттащил подальше.
        Грей, белый с покрасневшим носом на шатающихся ногах побежал к лестнице, пару раз споткнулся, но достиг отверстия. Зойя от бессилия зарычал, как разъярённый тигр.
        - Ливви! Ливви, я не знал! - запричитал он. - Я не знал!
        - Конечно, ты не знал! - захохотал Глас. - Зато твой братец должен был догадаться. Грей кругами ходил вокруг вас, чтобы разузнать о девочке, с кем она, кто её видел. И какова была удача, когда Лука нечаянно оборонил в разговоре с нашим дорогим Иудой, хотя он и первоначально был на моей стороне, что с Ливви в съёмной квартире осталась какая-то девчонка. Что Арозон и Элли уехали к Воурту и что он остался с ней совсем один. Ведь именно Лука принёс страшную весть о смерти Дорис. Я-то думал, что мы погорим, когда Лука что-то заподозрит в нездоровом любопытстве Грея, но как оказалось - все вы настоящие идиоты!
        - Зачем тебе она? - морщась от внутренней боли, спросил Арозон.
        - А почему я должен вам рассказывать?
        - Насколько я понял, ты всё равно хочешь нас убить, так почему бы тебе не ответить?
        - Так вы решили принять свою учесть? Эти Антонио и Александр не будут бросать вам вызов? Кстати, кто там ещё с вами? Филарет ни на что не годен, а кто ещё? Заря!
        Снова послышалось её тихое бормотание.
        - Йанар? Кто таков? Ни разу не слышал. М-м... Одиночка, отшельник. Не хочешь перебраться на мою сторону?
        Йанар не ответил. Он стоял, превратившись в каменную статую, и казалось, мыслями был где-то далеко.
        Глас, не дождавшись ответа, продолжил.
        - Дафну я даже не рассматриваю. Она настоящий фанатик своего дела. Даже странно, что наш дорогой Воурт решил, что именно она находится на моей стороне. Очень и очень глупо. И кто же ещё? Никого больше? И все готовы умереть ради какой-то девочки? Похвально... Очень похвально! Мои аплодисменты и нижайший поклон вам, господа. Ну, раз так, тогда, я думаю, вам будет полезно узнать, какие вы идиоты на самом деле. Ладно уж, смилуюсь и отвечу.
        
        Глава 21
        "Я ОТВЕЧАЮ"
        
        - Начнём с Арозона. К сожалению, я пока не готов ответить на твой вопрос по весьма веским причинам, однако, признаюсь, вернулся я в мой родной город именно из-за девочки. Вам это кажется странным, не так ли? Но всё, что я делал, было сделано ради неё, ради какой-то незамысловатой девочки, которая, как снег на голову свалилась на Ливви и как я уже понял на Арозона. Открою вам правду, господа. Для меня последнее слово - закон, а раз уж вы пожелали знать всё, ваша воля. Итак, по порядку.
        Сверху раздался размеренный стук, и стало ясно, что Глас начал мерить комнату шагами.
        - Думаю, сообщить вам сразу, что девочка по имени Джасмин мне не никто, а как есть кровная родственница, а если быть точнее - дочь. Да-да, господа и дамы, мой отпрыск, моё чадо, с которым я не виделся девять лет. Я даже не имел счастья видеть её с момента рождения. Её мать сумела сбежать от меня, когда узнала, что я не человек, и что внутри неё растёт настоящий демон. Я долго и упорно искал её. На её поиски были подняты все мои силы. Как вы помните, братья мои, тогда я был среди вас, в Совете, имел некоторые полномочия и даже капельку уважения всесильного молодняка, который и двигает историю. Тогда мне всё было по силам, и я, как сумасшедший, направлял юных демонов на разведку отыскать, наконец, мою драгоценную жёнушку. То есть, простите, не жену. Я не мог жениться на ней, так как не был влюблен, но это не меняет дело. Вскоре до меня донёсся слух, что она наткнулась на других демонов, что её видели в компании очень неожиданных хайшитов. Но как известно, слух и сплетни не имеют своего начала, рождаются из ничего посреди пустого, и выяснить кто и зачем это говорит, не было возможности. Но всё же, в
каждой шутке есть доля правды, и я поверил. Наверное, никогда в жизни я не старался так найти человека, как носительницу моего ребёнка! Даже теперь, когда я искал Джасмин, я не затрачивал столь много усилий. Это ещё, конечно, связано с ограниченностью моих действий и полномочий, и плюс ко всему я сам в розыске! Так что, та длительная охота на Люсину осталась в моей памяти надолго. До сих пор, можно сказать. Да, Люсина была необычной девушкой; наверное, поэтому я её и заметил. Трудно не заметить, однако. Худенькая, миниатюрная с красивыми чёрными волосами, немного вьющимися, словно она недавно вышла из душа. Ах! Что-то на сентиментальность меня понесло, но не будем отвлекаться. Люсина меня заинтересовала, я выделил её из толпы, а она уже давно бегала за мной. Обычный человечек, покоренный моим обаянием. Да я сразил её наповал! А потом была жизнь! Райская, можно сказать! Я уж подумал, что она моя спутница на всю жизнь, но конечно, это было не так. Она не одна из нас и никогда уже не станет. Я её не любил, но чувствовал что-то, до сих пор не могу понять что именно. Когда она сказала, что у нас будет
ребёнок, ей сразу показалось, что я возьму её в будущие жёны, и мы в старости будем сидеть в собственном саду среди гладиолусов, пить чай с малиновым вареньем и рассуждать о плаксивом сериале, который посмотрели накануне. Ей так казалось. Но неужели она так плохо меня знала, что могла даже вообразить себе такое?! Я очень рассердился и впервые накричал на неё, рассказав всю правду о себе. А на следующее утро она сбежала. Представляете? Сбежала от меня!!! Я поджог от ярости наш дом, где мы предавались сладкой жизни. Я сразу бросился её искать, но Люсина словно канула в лету. Я был настоящей собакой-ищейкой, которая носом роет землю в поисках добычи. Я не останавливался ни перед чем, даже убивал, чего уж греха таить.
        А потом - бах! Мне доносят, что Люсина познакомилась с демонами. Я капнул глубже, и всплыло интересное имя. Кто бы вы подумали? Ну, конечно! Лара Леблан! Наша добрейшая демоница, которая готова расцеловать и осчастливить весь мир. Мне всегда приходило в голову, что она искупает свои грехи таким способом. Разве нет? Эта мания помочь всем желающим со стороны казалась наигранным спектаклем. Иисус Христос в юбке! Все быстренько на неё молимся и целуем пяточки! Кому же, как не к ней, прийти бедной беременной Люсине? Как я был глуп, признаю. Но я решил больше не делать ошибок и решить всё дело до конца.
        Я долго выслеживал Лару и Люсину, даже пару раз видел в их компании наших Ливви и Арозона с Элли. Неужели, вы тоже хотели помочь этой девушке? Благородно. Я даже стал вас уважать в тот момент. Самоотверженный поступок, если учесть ваши характеры. Я имею в виду Ливви. Бесшабашный демон, любящий гулять не по-детски, вдруг помогает какой-то неудачнице! Кот вас дери, я прослезился! Однако насколько я знаю, вы отошли от дел, предоставив Люсину только Ларе.
        Я достаточно провёл времени в наблюдении и понял, что больше нельзя тянуть. Надо забрать Люсину к себе. Даже не понятно, почему я не сделал этого раньше.
        Набравшись смелости (как-никак прошло около девяти месяцев с нашей последней встречи), я направился к матери моего ребёнка. Я долго подбирал слова, что скажу ей. Но как оказалось, в квартире, помимо Люсины, была и Лара. Вот тут возникла загвоздка. Все мои упорные попытки найти нужные слова, чтобы сразу и бесповоротно расположить к себе Люсину пошли насмарку! Я только успел сказать, зачем пришёл, как встряла вечная затычка! Наша умная Лара сразу всё поняла и не позволила мне забрать Люсину. Они обе сопротивлялись. Вначале на словах, а потом в дело пошли иные силы. Лара сражалась не по-детски. Однако я сумел её одолеть, даже несмотря на то, что она была рождённым демоном. Ах! Вот это были муки! Бедняжка лежала на полу вся белая. Я не мог поверить, что умертвил сестру Арозона. Но на тот момент я был рад, что она отошла в сторону, так как главной целью была Люсина. Со своим большим и разгорячённым животом она не могла сдвинуться с места, к тому же её дико лихорадило, и мне пришлось вынести её на руках из пылающей квартиры и доставить к себе домой. Я даже захватил какую-то одежду и полотенца, которые
она приготовила для своего демонического чада вместе с Ларой. Кто бы мог подумать?
        Кое-как мы дошли до моего дома. Несмотря на моё к ней уважение, она была дико огромной и тяжёлой. Я сразу уложил её под одеяла и дал каких-то лекарств, завалявшихся в доме, который я тогда снимал. Она не шла на поправку. Вы представляете, как я горевал! Ребёнок в её утробе мог умереть! Или заразиться какой-то гадостью! Я тут же сорвался с места и решил пойти в аптеку. Несмотря на то, что она была человеком, она носила под сердцем демона, огненное существо, которое жарило её изнутри. Я не мог просто так отправиться к врачу или вызвать скорую помощь! Они сразу бы забрали её для выяснения всех обстоятельств, а когда бы она родила, то выдвинули бы какую-нибудь идиотскую гипотезу о мутантах. Или более того - рождение дьявола смертной женщиной. Миссия. Ха-ха-ха! Наши безропотные люди могут придумать и не такое, и им наплевать, что после такого заявления большинство бездумно верующих решат отправить бедное дитя на костёр, а вслед за ней и её мать за якшанье с самим Сатаной. Я не мог рисковать их жизнями, они были мне нужны.
        Несколько дней я ухаживал за Люсиной. Она должна была уже родить, но ребёнок почему-то не горел желанием вылезать из неё! Прошу прощения за такой каламбур. Я был дико зол. Мне нужен был этот отпрыск. Жар у Люсины усиливался. Её тело уже не выдерживало такой температуры. Внутри неё горел огонь! Она теряла сознание, пила много воды и почти ничего не ела! А как ей хотелось мороженого! Я не знал, можно ли ей есть его, не обморозит ли она бедного ребёнка? Конечно, оно таяло у неё в руках от жара, но мне было страшно.
        А когда, наконец, начались схватки, маленькая пронырливая Элли как-то выяснила, что я убил Лару! Как не вовремя! Разбирательство в Совете мне совершенно было не нужно. Ах, если бы этот проклятый ребёнок родился на несколько дней раньше! Мы бы были уже далеко и нас не смогли бы найти самые опытные искатели! Но нет! Эта Джасмин словно в воду глядела.
        Перед самым отбытием под конвоем в Совет ко мне совершенно случайно пришла Яра. В то время мы были с ней вместе, и кажется, она даже любила меня! Наверное, она об этом не сильно распространяется, так как стыдиться меня. Ха-ха! Я же не испытывал к ней совершенно никаких чувств. Она была самой доступной, к тому же отлично танцевала и никогда не капризничала, чего я терпеть не мог. Мы неплохо проводили время. Этой мелочной девчонке было всё равно, что я убил какую-то Лару. Я знал, что меня варварски вышлют из страны в этот же день и возможно, я в последний раз вижу свою ещё больше покрасневшую от схваток Люсину. Я приказал Яре помочь принять ребёнка и сохранить его у себя. Тогда-то у неё впервые и раскрылись глаза. Она, возможно, поняла, какой я есть на самом деле. Но на ребёнка согласилась. До сих пор не знаю, что творилось у неё в голове, почему она решила взять к себе чужого отпрыска. Может быть, потому что это был мой отпрыск... Не знаю. Женщины для меня по-прежнему остаются загадкой.
        Яра пообещала мне, что оставит ребёнка у себя до тех пор, пока я не вернусь за ней. Наверное, она решила, что и за ней самой я вернусь тоже. И конечно, я не собирался этого делать.
        Через минуту поле нашего разговора меня уже увезли в Совет. Я не переживал за себя, я больше волновался из-за ребёнка, которого должна принять неопытная Яра! Чем я думал? Надо было пригласить опытную повитуху, а потом убить её, чтобы она не сказала никому ни слова. Из-за этого я почти не помню, что было в Совете. Кажется, я сразу признался, что убил Лару или ломался... Мне надо было быстрее покинуть эту гостиницу, поклясться, что уеду, что больше никогда сюда не вернусь. Но вы оказались такими умными, что провожали меня буквально до трапа самолёта. У меня не было возможности скрыться, и я был дико зол. В самолёте я несколько раз пытался дозвониться до дома, но ни Яра ни даже Люсина трубку не брали. Меня съедало безудержное любопытство. Я был готов развернуть самолёт, но знал, что добром это не кончиться. Дьявол, Шайтан, Сатана! Бес!!! Даже сейчас, рассказывая вам всё это, меня переполняет гнев. Я хочу прямо сейчас поджечь вас и дать вам умереть! Ху-у-х... Мне надо успокоиться и закончить всё.
        Когда самолёт сел в Сочи, я возобновил попытки дозвониться и только тогда Яра ответила. Она сказала, что в момент моих предыдущих звонков не могла отойти от Люсины. Роды были очень сложными, даже она это заметила. Я спросил, кто родился, и мне ответили "девочка". Мне было без разницы, мальчик или девочка. Главное родила. Люсина лежала без сознания и возможно скоро должна была умереть. Я попросил Яру закопать её на заднем участке.
        "Когда ты заберёшь ребёнка?", - спросила Яра, и я рассказал ей, что со мной случилось. Что меня выслали, и что я нескоро смогу вернуться обратно. Как это её расстроило. Она уже думала, как будет растить ребёнка. Я пожелал ей удачи.
        А потом начались мои девять лет в ссылке. Не сказать, чтобы сильно горевал. Я старался жить, как обычно, даже был благодарен Совету за предоставленный отпуск. Нашёл много демонов, которые с самого начала переместились на мою сторону. Я был честен с ними, и они это оценили. Даже предлагали вернуться и отомстить всем вам. Конечно, я был рад ссылке! Мы строили планы захвата и мести. Известность Ливви переросла все границы, и его хорошо знали в Сочи. Я даже познакомился с некоторыми девицами, которых он охмурил, а потом бросил. Они были рады мне помочь при условии, если я дам им на растерзание ЛеМарко. Вы бы знали, что они ему готовили! Смерть - самое лёгкое, чего он достоин.
        Но, как часто это бывает, все храбры и полны решимости лишь на словах. Не многие согласились отправиться следом за мной, когда окончательно стало ясно, что я возвращаюсь. Только двое. Только двое последовали за мной. Заря и Грей.
        С Зарёй мы встретились совершенно случайно, на пляже. Я выбрал лежак рядом с её лежаком. Какая была встреча! Она меня чуть не убила на месте, когда узнала, кто перед ней. Но потом, видно почувствовав что-то, мы негласно стали партнёрами. Вначале дружно поливали Ливви грязью, а вместе с ним и его новую девушку Латишу. Затем перешли на других знаменитых демонов, промыли косточки Арозону и Элли, даже Дафне! Стальная и холодная женщина, которая верит только в силу! Ей оказалось легко манипулировать, а Заря была в этом профи. Кто, как не она нашептала Дафне, что Ливви тянет Совет на свою сторону? Доносила, будто ЛеМарко готовит переворот в главную очередь против самой Дафны. Любящая власть и порядок демоница сразу приняла всё в штыки, как и предполагалось. Заря превзошла саму себя. Мои ей аплодисменты. Ведь Дафне дай только повод, и она сразу растопчет конкурентов и лишний балласт. Наша идея прекрасно реализовала себя! Даже горд сам за себя!
        А что касается Грея, то тут встречу нельзя назвать случайной. Ходил слух, что я прилетел в Сочи. И Грей сам искал меня. Забитый, серый, худощавый парнишка, невесть как ставший хайшитом, искал сильного покровителя! Его не любили и всегда гнали с места, как старую мышь. Он нуждался во мне, как и я в нём. Мне нужны были дельные соратники, а не те, кто бросает слова на ветер. Признаюсь, я не хотел его приближать к себе. От него так и веяло скрытностью, словно он вынашивал в голове убийственный план. Но довольно скоро Грей сумел доказать, что достоин моего внимания и он стал один из приближённых, а когда мы вместе вылетели обратно, я удостоверился, что он крепкий орешек и пойдёт до конца. Ну, кто не желает о таком бойце?! Я был рад, что он нашёл меня.
        По прибытию мы сразу разделились. Я настоял, чтобы он сразу же отправился отмечаться в Совете как новоприбывший демон, дабы создать благоприятное впечатление. Мне пришлось скрыться. В городе, где каждый знает меня в лицо, не безопасно. И пока я бездельно сидел в съёмной квартире, Грей выполнял за меня всю работу. Он наведался к Яре и сказал, что я готов забрать ребёнка. Яра была на седьмом небе от счастья, так как никогда не любила Джасмин и была готова отдать девчонку прямо в руки Грею. Однако бестолковая Яра поселилась в таком месте, где все соседи знают о тебе больше, чем ты сам! Было бы странно, если бы Грей уехал с девчонкой, и её больше никто бы не увидел. Тогда мы решили сделать всё по-другому. Яра сказала девчонке, что отправиться с ней на прогулку, а соседям можно приврать, что отправила ненаглядную в детский лагерь. Мы договорились о встречи, где я заберу девочку себе. Лучше это было сделать ночью, когда меня не так легко заметить. В назначенном месте Яра должна была оставить Джасмин, а я подобрать. Но тут вмешался наш неблагодарный Ливви! Это я знаю теперь, но тогда, стоило мне прийти
на место и, не дождавшись Яру с девочкой, я был готов поджарить весь город. Яра меня обманула? Как так? Она же хотела избавиться от неё! Почему так вышло?! В бешенстве я вернулся обратно на квартиру, где был вынужден переждать день. А потом ночью я наведаюсь к Яре сам! Но как оказалось, она была не дурой. Я не застал её дома на следующую ночь. По обстановке в доме было видно, что она собиралась в спешке и взяла только самое необходимое. Сбежала! И неужели взяла с собой девчонку? Я не мог поверить. Куда пропала Джасмин? Она не могла бесследно исчезнуть. Я должен был найти её, чего бы мне этого не стоило! И тут в голову пришла мысль. Можно убить двух зайцев одним выстрелом! Помочь и себе, и Заре. Я хочу найти девочку, а Заря поквитаться с Ливви. Ливви знает всё и всех, он уж должен слышать про маленького хайшита в городе. Надо только набиться к нему в друзья или обожатели и следовать за ним, как верный пёс. Благодаря Заре, которая была своей в Совете, мы узнали, что за Ливви бегают два брата-акробата Зойя и Лука. Любители угонять тачки и избавляться от них через несколько часов. Что может быть проще? Я
приказал Грею отправиться в "Дыши огнём" и завести с ними разговор. Насколько я знаю, не всё прошло удачно. Грея даже здесь приняли в штыки, но стоило ему сказать, что тоже поклонник угона, Зойя и Лука смиловались над ним. Ах! Как удачно! Ловушка понемногу захлопывалась! Зойя (в особенности он) и Лука по пятам ходили за Ливви, даже познакомили его с Греем. Через них я узнавал, что делает Ливви, куда он собрался, о чём узнал. Пока о девочке не было слышно, и я всерьёз испугался её исчезновения. Не сквозь землю же она провалилась? Мне нужно было больше людей для поддержания самого себя в городе. Мне необходимо было ещё несколько пар глаз и ушей. Но не мог же я спокойно выйти на улицу и позвать первых попавшихся демонов? Конечно, нет. Глупо бы было, вы не находите? И тут снова мне помогла Заря. Она начала нашёптывать Дафне о проблеме с молодняком, чтобы Совет окончательно взбеленился из-за их проделок. Как известно, молодняк вездесущ. Новички узнали, как обсуждают их старики и что они хотят сделать с ними. Перевоспитание? Ливви должен их обуздать?! Аха-ха-ха-ха! Я сейчас умру от смеха! А поумнее вы не
могли что-нибудь придумать? А потом неудачный случай в Торговом центре, где ЛеМарко был побит кухонной табуреткой! Я знаю эту историю от начала до конца, ведь именно Ши стал моим приемником. После такого как Ливви нагло обошёлся с ним, он сразу поддержал меня, хоть и не клялся идти за мной до конца. Вездесущий, немного сумасшедший, но гениальный помощник! Он почти придумал всю эту историю, которая не закончилась по сей момент. Мы идеально подошли друг к другу. С его помощью всё пошло намного быстрее. Его хаотичность сыграла мне на руку. Ши знал, что происходит на другом конце города, был настоящим сплетником, его интересовали даже мелочи. Жаль только, что он подвёл меня, правда всего один раз и быстро искупил свою вину.
        Через Зарю мы узнали, что Дорис разыскивает Яру. По какой такой причине, ещё не было известно, но я попросил Ши устроиться за демоницей хвостом. У Дорис было больше полномочий. Не искать самому, а бросить удочку через неё. Всё гениальное просто!
        Несколько дней стояла тишь да гладь. Никаких новостей, что, конечно же, начало раздражать. Зато потом... Всё завертелось и закружилось, я едва поспевал за событиями. Как же слеп я был! Через месяц молчания мне звонит Ши и заявляет, что Дорис только что встречалась с девушкой по имени Яра. Совсем в другом городе, не понятно где, но она нашла Яру! У них состоялся очень важный разговор. Яра призналась Дорис о существовании девочки, о том, что была в сговоре со мной. Оказывается, Яра оставила девчонку в нужном месте, но там неведомо как оказался Ливви! Он забрал её к себе, а на следующее утро заявился к ней для выяснения всех непонятностей. Она ему, конечно, не рассказала, чья дочь эта девочка, промолчала. Струсила, наверное. Но когда поняла, что Джасмин не попала ко мне, быстро собрала вещички и упорхнула из города. Как вам это?! Просто блеск, кот вас всех дери! Ливви встал на моём пути. Теперь не только у Зари, но и у меня появились личные причины его уничтожить.
        Получив неожиданную информацию, наша Дорис помчалась обратно домой, чтобы поставить Совет в известность. Нет! Я не мог этого допустить! Моё сердце щемило от боли, когда я приказал Ши убить бедняжку Дорис. Можно сказать, что я сделал это сам. Нажал на кнопку, так сказать. Но того требовало ситуация. Я пока не был готов раскрыться.
        Мысли о невечном существовании Дорис заменились куда более продуктивными. Девчонка живёт у Ливви? По крайней мере, он забрал её к себе. Но вдруг он сдал её в другое место? Ливви не такой, чтобы содержать девятилетнюю девчонку! Мне нужно было больше информации. Ещё больше! И тут мне пригодились неугомонные Зойя и Лука. Грей всё это время был на страже. Как же легко оказалось выяснить, где скрывается Ливви. Но я не мог просто так прийти к нему и спросить, где находится девочка. Не скрою, ЛеМарко сильный демон. Голыми руками его не возьмёшь. Придётся потерпеть, придумать что-нибудь. И тут снова помог случай! Ах, как мне везло!
        Принести весть о смерти Дорис взял на себя Лука. По возвращению сконфуженно или даже удручённо обмолвился про какую-то Джасмин, с которой остался Ливви. Грей тут же сорвался с места, помчался ко мне и доложил, что девчонка осталась в квартире с ЛеМарко. Она там! Она у него! Как так? Он оставил её у себя?! Я попытался не думать об этом, а просто прийти и забрать дочь себе, предварительно умертвив Ливви. Для этого мне понадобилась помощь Грея и Ши. Вместе с ними мы подожгли квартиру, выманивая их на улицу. Пожар получился такой силы, что даже я удивился.
        И вот момент истины! У меня дрожат руки и голос. Я увидел свою дочурку! Мельком, неясно на руках у гнусного Ливви! Он несёт её, трогает её! Как он смеет уносить мою дочь от меня?! Когда они скрылись в каком-то такси, я решил больше не мешкать, а свалить ЛеМарко одним точным выстрелом! Он закроет собой девчонку, я был в этом уверен. Я заставил бензин в машине бурлить и кипеть, поджог его, и такси разлетелось на куски! А они успели вырваться на воздух. Мешкать нельзя! Я навалился на ЛеМарко, деря его своим огнём, переманивая его внутреннее пламя к себе на сторону! Я был готов убить этого низкого демона, который ломает мне жизнь. Он скрывал у себя мою дочь. Ему нет прощения!
        Но у меня не хватило сил. Я был побеждён. И только преданность Грея помогла мне. Он напал со спины на ЛеМарко. Признаю, это было низко. Но я остался в живых.
        Я клокотал от ярости. Я не мог дать им уйти. Я почти накричал на Ши, приказал ему проследить за Ливви и Джасмин. Они не могли далеко уйти.
        Так и вышло. Приметный розовый "пежо" увозил их к дому Арозону.
        И тут моя пьеса подошла к финалу.
        Заря сообщила дату похорон. Мой бенефис назначен на сегодня и прошёл довольно успешно. Остался открытый финал.
        Ну что? Я утолил твоё любопытство, Арозон? Мне нужна Джасмин и только она. Она моя дочь и никто не встанет между нами, даже ты и твой вечный друг Ливви.
        Пожалуй, всё. Дамы и господа, вот и конец. Ваш конец.
        
        Глава 22
        ИЗО ВСЕХ СИЛ
        Глас замолчал.
        Ничего больше, кроме уличных звуков, не было слышно. Я не шевелился.
        - Зачем тебе Джасмин? - тихо спросил Арозон.
        - А ты ещё не понял? - язвительно отозвался Глас.
        Арозон побелел. Я внимательно смотрел на него и видел, как напряглись мышцы его лица. Он понял, а вот я как-то ещё не очень. Хоть в чём-то Глас оказался прав, и я действительно тупоголовой.
        - Ты этого не сделаешь, - выдавил Арозон, глядя перед собой.
        - Ты так думаешь? И почему же? Кто посмеет мне перечить? Кто пойдёт против Правил? Ведь там ясно сказано, что никто не может встать между родителем и ребёнком. Я хочу убить Джасмин, вернуть силу, которая перекочевала к ней. Вот и всё. Именно поэтому я так упорно искал её. Я просто хочу вернуть то, что было украдено у меня.
        Меня словно окунули в воду с головой. Всё встало на свои места. Тело продолжало пребывать в покое, хотя внутри всё так и бушевало и кричало в полный голос. Нет. Это невозможно.
        - Не понимаю. Джасмин умрёт в любом случае. - Голос Арозона дрогнул. - Если мы отпустим тебя и дадим себя убить, ты поедешь к ней и убьёшь её. И если ты не приедешь в назначенное место в назначенное время, она всё равно погибнет.
        Сверху раздался тихий смех.
        - Да, друг мой Арозон. Ты прав. Но признай, тебе станет легче, если я скажу, что умрёт она быстро и безболезненно, чем знать, что она скончается в страшных муках. Разве не так?
        Элли тихо ахнула, Валери рядом со мной всхлипнула, до боли вцепившись в меня.
        Александр рядом со мной шевельнулся.
        - Ты забыл о нас. Для меня и брата какая-то девчонка не играет никакой роли. Мы тоже умрём в любых случаях, поэтому попытаться стоит.
        Он даже не договорил, как его руки вспыхнули добела накалённым пламенем. Огонь бешеной собакой бросился на лестницу и в одно мгновение оказался у отверстия в потолке. Антонио взмахнул рукой вслед за братом, и его собственное пламя в несколько раз увеличило огонь брата.
        А потом как-то быстро всё произошло.
        Мне казалось, что Арозон снова пойдёт наперекор братьям, но он пустил своё пламя змеёй следом, увеличивая в стократ силу братьев Карамазовых. В тесном и тёмном подвале резко стало жарко. Тускло горящие факелы вдоль стен потерялись на фоне мощного взрыва. Лестница, ведущая наверх, задрожала, когда кто-то наверху попытался дать нам отпор. Конечно, у них не получалось. И не получится, потому что Элли и остальные не стали ждать приглашения. Они высвободили свои силы, направляя их на Гласа и остальных. Моя рука дёрнулась вверх, когда я почувствовал на ладони приятное покалывание, но я был вынужден остановиться, так как со мной всё ещё была Валери. Немеющими пальцами она вцепилась в меня с такой силой, что не было возможности оторвать её от себя. Но признаюсь честно, не очень и хотелось. Представить даже невозможно, что она чувствует в этот момент... Я обнял её, стараясь максимально защитить от дикого жара, и не сразу понял, что сам и являюсь источником невыносимой духоты.
        - Ливви, помоги Валери! - услышал я чей-то голос. Кажется, Элли.
        В этой суматохе и гаме я не знал, как это сделать. У неё не было здесь укрытия, огонь был повсюду!
        Что-то тяжёлое ударило меня в плечо, и, не удержавшись на ногах, я вместе с Валери упал на каменный пол. Она взвизгнула мне прямо на ухо, и мне показалось, что я оглох окончательно.
        - Только не Дорис! Только не она!
        Голос Воурта перекрыл весь шум в замкнутом помещении. Я поднял голову, стараясь найти его среди мечущихся и борющихся тел. На секунду окружающий нас ярко-оранжевый свет пропал, открывая чёрную брешь у стены склепа. Скрюченная мужская фигура стояла около мемориальной таблички "Дорис", стараясь защитить её от полыхающего огня.
        - Воурт! - крикнул я, не слыша самого себя.
        - Ливви, наверх! Он отступает! Вытаскивай Валери отсюда!
        Я увидел Арозона, он махал мне рукой у подножия лестницы, покрытый весь копотью. Антонио и Александр уже взбежали вверх, следом за ними спешил Йанар. Я подхватил девушку с земли. Казалось, что дрожит не она, а я сам. На негнущихся ногах я преодолел расстояние, разделяющее нас от лестницы, закрывая Валери голову.
        - Всё хорошо, - прохрипел я. - Всё будет хорошо.
        Скорее всего, она меня не слышала, но я хотел, чтобы с ней действительно было всё нормально.
        От лестницы почти ничего не осталось. Разбитые ступени единым слоем взмывали вверх. Наверху всё время что-то вспыхивало, однако оставаться здесь, внизу, где почти не осталось кислорода, было нельзя. Взяв разбег, с Валери на руках я вбежал наверх. Было страшно оступиться и рухнуть обратно.
        - Давай! - увидел я Йанара.
        В склепе никого, кроме нас, не было. Антонио и Александр, должно быть уже выбежали на улицу. Я не стал прислушиваться к звукам их борьбы. Главное, что Валери сейчас ничего не угрожает.
        Йанар помог нам выбраться. Вслед за мной появился Арозон. Бегло осмотрев покрытое копотью и слегка задымлённое помещение, он издал какой-то странный звук и ринулся на улицу.
        - Выведи её на воздух, - сказал Йанар, указывая на Валери.
        Она находилась в полуобморочном состоянии, наверное, даже не понимала, что происходит вокруг неё. На секунду я прислушался, что же твориться на улице. И не сразу понял, что там тихо. В голове продолжало звенеть, и неожиданная тишина пугала.
        Арозон...
        Он вышел за ними следом.
        Подхватив Валери, я выбежал на освещённую солнцем поляну перед склепом. Я не почувствовал разницу между воздухом, однако Валери вдруг закашляла, сгибаясь пополам. Я остановился на месте, не зная куда податься. Около склепа никого не было. Куда подевались Глас, Заря и Грей с Арозоном было не понятно. Может быть, они направились к стоянке?..
        - Ливви... - прохрипела Валери.
        Из склепа один за одним вышли Дафна, Латиша под руку с Филаретом и Зойя с до сих пор не пришедшим в сознание братом.
        - Где Воурт и Элли? - испугался я.
        Ответила мне Дафна:
        - Устраняют пожар внизу. Воурт не уйдёт оттуда пока не будет уверен, что с Дорис ничего не случиться. Элли ему помогает.
        Было так непривычно слышать её нормальный сдержанный тон. Что она сейчас испытывает? Заря, её соратница, оказалась не тем, за кого себя выдавала...
        Нет, не сейчас надо об этом думать.
        Я посмотрел на Валери.
        Там, внизу, полутьме я не увидел её сразу. Зато теперь...Сердце сжалось.
        Половина её лица было некрасиво сжата, в тошнотворно розовых красках, складках и полосках. Я не мог долго смотреть на Валери. В голове сразу забилась мысль - моя вина...
        - Валери, - позвал я.
        С большим трудом она подняла веки. Уголки её губ поползли вниз, из глаз хлынули слёзы.
        - Больно! - выдавила она.
        Солёная влага попадала на её ожог, отчего становилось хуже. Моя рука дёрнулась к её лицу, но я тут же одёрнул себя. Я весь пылаю от жара, не хватало ещё и мне обжечь её. В этот момент я возненавидел себя и то, из чего состою!
        - Прости меня!
        - Ливви, - захныкала она. - Так больно!
        Что мне делать? Что делать? Нужна "скорая" и немедленно.
        Из склепа выбежала Элли, придерживая Воурта. За ними шлейфом тянулся дым, но огня не было.
        - Куда побежал Арозон? - сразу спросила Элли, оглядывая до сих пор непривычно пустую и тихую улицу.
        Я помотал головой. Элли зашипела сквозь зубы и побежала к воротам. Должно быть, подумала так же, как и я, и Арозон направился к стоянке.
        - Он забрал её, - прохрипела Валери.
        - Что? - не понял я.
        Превозмогая боль, девушка быстро прошептала:
        - Тот человек, что следил за мной. Помнишь? Это он. Он ворвался в квартиру. Я ничего не могла сделать. Это он...
        Валери снова заплакала, и я понял, что она имела в виду. Следил за ней Ши, это и ежу понятно. И именно Ши сотворил такое с её лицом. Меня так же, как и внизу в склепе начало распирать от ярости. Валери этого не заслужила.
        - Кто кого забрал? - не понял Зойя.
        Положив брата на землю, он недоумённо смотрел на нас.
        - Он забрал Джасмин, - выдохнула Валери.
        Джасмин...
        Только не она!
        Сам не помню, как подскочил на ноги, как передал Валери Латише и велел отвезти её в больницу. Я забыл всё на свете! Единственное, что билось в моей голове - я должен помочь Арозону спасти Джасмин! Он, наверное, уже далеко, но я не отстану! Я найду их.
        Никогда в жизни я не бегал так быстро. Деревья и надгробные плиты проносились мимо меня с такой скоростью, что я не успевал разглядеть даже их очертания. Остановился я лишь на стоянке. Машины Арозона не было. Я чуть не завыл от горя и готов был бухнуться на колени. Но тут увидел вдалеке на дороге прямо перед поворотом знакомую машину. Элли. Она увидела, куда они направились, и если я поеду следом за ней, тогда сумею нагнать и их.
        Я сел в первую попавшуюся машину, даже не знал, кто её хозяин, главное, что ключи были на месте. С силой вдавив педаль газа в пол, рванул за уже исчезнувшей из виду машиной Элли. Я успею, успею - билось в моей голове.
        И снова моя фантазия дала себе волю. Я старался не думать о том, что произойдёт, если я не успею, но словно кто-то чужой залез мне в голову и сломал все преграды. Я чуть не ударился в панику из-за этого.
        Машина Элли скоро появилась в поле моего зрения. Воодушевлённый такой маленькой победой, я начал выжимать из собственной тачки последние силы. Стрелка спидометра скрылась справа, но мне было этого не достаточно.
        Не сразу я сообразил, что едем мы в сторону города. Машин на дороге становилось больше, и это как никогда начало раздражать. Элли то скрывалась, то снова возникала передо мной.
        - Ну, давай же, - сквозь сжатые зубы, выдавил я.
        Расстояние между нами сокращалось. Ещё чуть-чуть, но мощности у машины не хватало.
        Перед резким поворотом, нам всем пришлось затормозить. Загородные пейзажи остались позади, мы выезжали на дорогу, ведущую прямо в сердце города. Это не могло не огорчать. Среди кучи машин и толпы людей затеряться раз плюнуть.
        На первом же светофоре чуть не угодил под чужие колёса, но хода не сбавил. Сейчас не до этого. Машина Элли петляла из стороны в сторону, обгоняя еле едущие автобусы, такси и трамваи. Я поспевал за ней, как мог, надеясь, что она видит перед собой авто Арозона.
        Сколько продолжалась наша погоня, неизвестно, но когда автомобиль Элли вдруг резко затормозил посреди дороги, возрадовался этому как какому-то чуду! Я видел, как она выскакивает из машины и бежит дальше. Не выдержав, застонал - только не исчезай из вида! Я затормозил прямо перед задним бампером машины Элли, выскочил на улицу, не захлопнув дверь. Сразу на меня обрушился недовольный шквал гудков и человеческая ругань. Я даже не заметил, что мы устроили настоящий затор на дороге. Впереди меня мелькнула рыжая грива волос, которая тут же скрылась в толпе.
        - Элли! - крикнул я и бросился следом.
        Как назло передо мной, откуда ни возьмись, появлялись зеваки, которые не удосужились убраться с моей дороги. Я сбивал их с ног, может быть даже обжигал. Для меня перестало что-либо существовать, кроме бегущей впереди девушки. Я видел её всего дважды, она бежала строго по тротуару и когда свернула куда-то за угол, даже не сразу понял, что это была именно Элли. Краем сознанием я заметил, что мы вбежали во двор жилого дома, где перед подъездами на качелях играли дети. Я не увидел Элли, зато услышал, какая именно дверь хлопнула. На последнем издыхании ринулся туда, вбежал по лестнице, очутившись в прохладном подъезде. Быстрые шаги этажом выше гулко разносились по пустому помещению.
        - Нет, не надо! - Нечеловеческий крик прорезал тишину.
        Я вздрогнул и на секунду остановился. Кричала Элли. Меня прошиб ледяной пот. Вцепившись в поручень, взлетел на этаж выше. На лестничной площадке располагалось только две двери, около одной и стояла Элли. Она дёргала дверную ручку, но такой маленькой было не по силу взломать преграду.
        - Элли!
        Услышав меня, она обернулась.
        - Ливви!
        Элли бросилась ко мне и вцепилась в мой пиджак.
        - Арозон там... Глас туда вбежал... Он там... - задыхалась девушка. - Джасмин тоже... Они все там... Что делать?..
        Я ничего ей не ответил, потому что сам не имел понятия, что предпринимать. Конечно, надо взломать дверь. Она мне не преграда. Но что будет, если мы войдём? Не станет ли от этого хуже? Там Глас, Грей, Заря и Ши. И один Арозон с беззащитной Джасмин. Я обязан им помочь и готов даже... расстаться с жизнью.
        Не думая больше ни секунды, отодвинул Элли в сторону и что было сил, ударил ногой по двери. На моё удивление она поддалась с первого раза, заскрипела, застонала, почти слетела с петель. Попробовал ещё раз, и проход был открыт. Вместе с Элли мы вбежали в просторную прихожую, миновали узкий коридорчик и очутились хорошо осветлённой гостиной.
        - Ну, вот и вы! - раздался откуда-то сбоку голос Гласа.
        Я не успел обернуться, как что-то тяжёлое ударило меня по затылку, и я отключился.
        Всё-таки в том, что я, наконец, снова могу спать есть и свои минусы. Раньше, когда меня били по голове, я не терял сознание, тогда как сейчас легко ускользнул в темноту и очнулся только спустя время.
        Пришёл в себя я резко, без каких-то переходов. Сначала был без сознания, и вдруг очнулся, лёжа на полу. Затылок саднил, в нос ударял резкий запах свежего дерева. Встряхнув головой, попытался приподняться. Стало хуже. Перед глазами всё поплыло...
        - Не прошло и года, - услышал я.
        Замерев на месте, изо всех сил попытался унять головокружение. Получилось наполовину. Перед собой, в неясных очертаниях, я увидел сидящего на обычном деревянном стуле Гласа. Позади него маячили Грей и Ши, которого я почти успел забыть. Один только его ехидный взгляд заставлял меня клокотать от ярости. Должно быть, эмоции отразились у меня на лице, так как Ши улыбнулся ещё шире и подмигнул одним глазом. Я скрежетнул зубами.
        - Ну, и что мне с вами делать? - словно не замечая наших переглядок, спросил Глас.
        Я посмотрел на него, вид он имел весьма задумчивый, поглаживал свою лысину, смотрел куда-то в пустоту. Было странно видеть его спокойным, особенно если учитывать его недавнее бегство.
        Приподнявшись ещё немного, медленно сел, обхватил руками колени и тут же увидел в стороне тёмную фигуру. Мне потребовалось не меньше минуты, чтобы узнать Арозона. С каменным лицом, он стоял словно восковая фигура, не глядя никуда. Рядом с ним в мягком кресле сидела Элли. Она сжалась в такой маленький комочек, что заметить её сразу было невозможно. Глаза машинально стали шарить по комнате в поиске ещё одного человека, и когда я наткнула на Джасмин, у меня чуть не вырвалось сердце. Она сидела на стуле рядом с Зарёй, беспокойно глядя по сторонам.
        - Что делать? - словно сам себе пробормотал Глас. - Верьте или нет, но я так хочу избавиться от вас. Но что-то мне не даёт это сделать.
        Резким движением он поднялся со стула и прошёлся передо мной, заложив руки за спину.
        - Как вы гнались за мной, - покачал головой Глас. - Словно я украл у вас все сокровища мира. Антонио и Александр сдались быстро, а вы... Интересно. Вы пойдёте на всё ради девочки. Это я уже понял. Интересно.
        Остановившись, Глас свысока посмотрел на меня и улыбнулся. Я не отвёл взгляд.
        - Ливви. Мой дорогой Ливви. А вот это уже интересно.
        Глас присел передо мной на корточки. Его пристальный взгляд заставил меня поёжиться, но я сумел справился с собой. Возникла мимолётная мысль схватить его за горло и хорошенько прожарить все внутренности.
        Словно не замечая моих внутренних замыслов, Глас всё так же задумчиво протянул:
        - Ведь ты знаешь, Ливви, зачем я вернул себе Джасмин?
        Я молчал.
        - Знаешь. Конечно, знаешь. Я убью её, и сила, которая перекочевала к ней при рождении, вернётся ко мне. Я не стану сильнее, но полноценнее. И смогу избавиться не то, чтобы от Арозона и остальных. Главное - от тебя! Я убью тебя, Ливви, и никто тебе не поможет. Или...
        Глас замолчал и улыбнулся ещё шире.
        - Или мы поступим по-другому. Скажи мне, Ливви, на что ты пойдёшь ради девчонки?
        Голова Арозона дёрнулась в мою сторону, Элли как-то странно посмотрела на меня. Мне показалось, или в её глазах я прочитал недоверие?..
        - Чего ты молчишь? Отвечай.
        Я нахмурился.
        - Что ты хочешь этим сказать?
        Глас скривил сухие губы, поднялся на ноги и осмотрел всех присутствующих.
        - То и хочу. Посмотри вокруг, Ливви. Рядом со мной мои соратники, они пойдут за мной до конца. Но есть одно маленькое "но". Их мало. Только трое. Разве можно свернуть горы, когда за твоей спиной верные, но слабые? Очень в этом сомневаюсь. Когда я драпал с кладбища, мне в голову вдруг пришла одна гениальная идея, которая, однако, может потерпеть крах. Вы только подумайте, как хорошо при беге работает мозг. Наполняется кислородом! Ну, это не важно! Ты ещё не догадался, Ливви? Молчишь. А давай спросим у Арозона.
        Демон повернулся к Арозону, который не изменился в лице и стоял так, словно пытался отрешиться от мира сего.
        - Скажи прямо, - подал я голос.
        Глас, не дождавшись от Арозона слова, повернулся обратно ко мне. Я решил подняться на ноги, так как надоело сидеть на полу перед остальными.
        - Перейди на мою сторону, - сообщил Глас. - И Джасмин останется живой.
        Я замер.
        - Ты думаешь, я соглашусь?
        - А разве нет?
        Я замолчал. Глас знал, куда бьёт. Рука непроизвольно сжалась в кулак.
        - Зачем тебе это? - тихо спросил Арозон, но в возникшей тишине его было хорошо слышно. - Ливви убьёт тебя всё равно.
        - Думаешь, я такой идиот?
        Я скривил губы.
        - Моя голова работает отлично. По крайней мере, я на неё не жалуюсь. Пока бежал, всё продумал. Если с моей головы упадёт хотя бы волос, а это будет не просто сделать, так как я всё равно лысый, - усмехнулся Глас, - один из моих верных людей найдёт девчонку и закончит её существование. Как вам такой расклад? Кто именно это будет, вам знать не обязательно, сами понимаете почему, иначе его вы убьёте в первую очередь. Если первый потерпит провал, возьмётся второй. И так до того момента, пока девчонка не покинет наш бренный мир. В остальном же всё предельно ясно. Мне нужен человек, который поможет мне вернуться, окрепнуть не только на территории, но и в Совете. За любую чужую провинность - смерть. Изменить Правила тоже в моих планах. Поэтому вместе с Ливви у меня будет больше шансов. Молодняк его уважает. Всё пойдёт как по маслу.
        Глас замолчал, сверкающими глазами глядя то на меня, то на Арозона. А я не знал, что сказать. Несколько минут в комнате было тихо, все молчали и почти не шевелились.
        Не дождавшись ни от кого ответа, Глас глубоко вздохнул и повернулся к Джасмин. Девочка словно окаменела, когда встретилась с ним глазами. По моим рукам побежали мурашки.
        - А что скажет наша малышка?
        Медленными, тягучими шагами он подошёл к ней и присел на колени.
        - Отойди от неё, - прошипел Арозон.
        Глас захихикал:
        - Она моя дочь. В ней течёт моя кровь. Если бы не я, её бы тут вообще не было, так что заткни свой рот, Арозон.
        От его слов внутри меня всё начало закипать, как на быстром огне. Ладони защипало, и стало казаться, что я не дотерплю до конца беседы и поджарю всё вокруг. Перед глазами замаячили красные круги.
        - Ну, Джасмин? Что ты об этом думаешь? Хочешь умереть? Или тебе нравится жить? Кстати, как тебе было с Ярой? Я слышал, она не любила тебя, поэтому так быстро рассталась с тобой и даже не попрощалась.
        Лицо Джасмин исказилось, а мне по сердцу словно провели ледяной бритвой.
        - Заткнись, - произнёс я.
        Вместо воздуха я выдохнул густой серый дым. Даже сам не догадался, как быстро распалился. Глас вскинул брови и недовольно покосился на меня.
        - Отчего мне кажется, что ты, Ливви, не согласишься на моё предложение? И не надо мне тут устраивать показательных выступлений. Сам знаешь, я успею свернуть девчонке шею быстрее, чем ты скажешь "а". Не стоит рисковать.
        Я попытался урегулировать огонь внутри себя, но он будто перестал меня слушаться. Я не контролировал его, он угрожающе разрастался, намереваясь вырваться наружу. Тела становилось мало, будто меня в одночасье посадили в тесную клетку. Что происходит?
        Мой недоумённый взгляд понял только Арозон и, может быть, Элли. Глас же и остальные смотрели на меня так, словно я бросил им вызов. Заря придвинулась ближе к Джасмин. Эта демоница не пожалеет девочку...
        - Сказал тебе - прекратить, - повысил голос Глас. - Остановись, пока не поздно...
        Ши и Грей внезапно вспыхнули, как соломинки. Два больших столба огня озарили комнату. Нечеловеческий крик резанул по ушам. Не сразу я догадался, что огонь принадлежал не им, а Арозону. Заря и Глас на секунду остолбенели, но когда и до них дошло, Джасмин была уже в руках Элли. Страшное лицо Гласа исказилось в бешеной гримасе. Он кинулся к девочке.
        Я выпустил пламя из себя с большим облегчением, и оно заполнило комнату, сметая всё на своём пути. Я не знал, что способен на такое. Впервые в жизни я выпростал из себя такой большой поток энергии, и по ощущениям это было невероятно. Сейчас мне и море по колено! Ши и Грей в одну секунду скрылись на общем фоне, я подчинил их себе, и демонов больше не существовало. Элли, Арозона и Джасмин сбило с ног, но Глас остался стоять на месте; скрепя зубами, он противился мне.
        - Я убью тебя, - я скорее почувствовал, чем услышал в страшном треске голос демона.
        - Не быстрее, чем я, - прошипел я.
        На этот раз было решено не тянуть, как в прошлый раз. Быстро, молниеносно, без каких-то разговоров. Глас должен быть убит. И это должен сделать я.
        Я переполнялся приятным теплом, меня рвало наружу огненными языками. Что Глас против меня? Я сильнее его, я справлюсь с ним, не прибегая к изощрённым методам. Почему же раньше ему удавалось одолеть меня? Что-то повлияло на меня самого...
        Невнятный стук, почти не уловимый в шуме.
        - Элли! - услышал я голос Джасмин.
        Спиной я почувствовал присутствие Зари. О ней почти забылось!
        Я не успел ничего сделать, как что-то изменилось. Я остолбенел, я видел бесчувственное тело Элли среди выбрасываемого мной огня, видел Зарю и беззащитную Джасмин. И ничего поделать не мог. Уже началось. Это тело не может больше служить мне. Нет! Только не сейчас! Где Арозон?!
        Я впал в настоящую панику. Я начал вылетать из тела, видеть всё со стороны, как бывало несколько раз. Нет! Не сейчас! Мне нужны руки! Я всеми силами пытался вернуться, но тело поизносило себя окончательно.
        - Ливви! - закричала Джасмин.
        Моё тело безвольно упало на пол. Огонь по всей комнате начал убывать, так как его хозяина временно не стало. Но не прошло и секунды, как снова возродились очаги возгорания. Уже не глазами, а чувствами, я увидел Гласа, Зарю и Арозона. Двое против одного. Если бы мог, заскрипел зубами от отчаяния. Это невозможно!..
        - Ливви!
        Голос Джасмин заставил меня отвернуться от всего происходящего в горящей комнате. Я увидел девочку около моего мёртвого тела, и в который раз попытался вернуться обратно. Я не хотел, чтобы она видела меня таким, чтобы она вообще что-то видела!
        "Беги!"
        Конечно, она меня не услышала. Она должна бежать, пока Арозон отбивается от Гласа и Зари. Мой друг должен выстоять! Он сумеет.
        - Ливви, не умирай! - заголосила Джасмин, хватаясь ручками за мой пиджак. - Ливви!
        "Я не умер!"
        - Ливви, не умирай!
        "Беги, Джасмин. Элли сейчас придёт в себя, и вы убежите отсюда!"
        Рыжеволосая демоница действительно зашевелилась на полу, и я, было, вздохнул с облегчением, вот только лёгких у меня не было.
        Сильный взрыв снёс меня в сторону, накрыл моё прошлое тело и Джасмин сильным потоком огня. Я больше ничего не видел, порядка больше не существовало, всё превратилось в настоящий хаос. Я терял себя. Как не пытался я найти хоть что-то, всё исчезло...
        Но я не испугался. Стало спокойно. Потом...
        
        
        Глава 23
        НОВЫЙ Я
        Хотелось выть от отчаяния. Но у меня больше не было ни горла, ни рта, ни даже тела. Я вился в воздухе, не видел, а только ощущал вокруг себя бесконечную пустоту.
        Где я? И... я ли это?
        Сколько я ни старался, я никак не мог найти возможности укрепиться хоть где-нибудь. Я вспоминал свои прошлые разы, когда покидал старое тело и искал новое. Как же было тогда? Сейчас у меня не было головы, и воспоминания давались слишком сложно. Я даже думал через силу, потому что не было мозгов.
        Я ничто. Я лёгкая красноватая дымка в воздухе. Я паразит, которому нужно живое тело.
        Ничего не было видно...
        Странные колыхания вокруг стали сигналом для перемен. Пустота неожиданно исчезла. Взамен неё я ощутил кое-что новое. Густота и... знакомый запах? Я что-то чувствую? Невозможно!
        Дальнейшие события пронеслись в один миг. Инстинкт выживания нашёл то, за что можно было зацепиться. Всеми имеющимися силами я нырнул в узкое, не привычное вместилище, тёплое и приятное. Вначале возникло небольшое сопротивление, но потом я почувствовал СЕБЯ...
        Ужасно громкая музыка била по ушам. Руки - РУКИ! - взметнулись вверх, закрывая ушные раковины. В нос ударил запах человечьего пота, лицо сморщилось от отвращения. А потом распахнулись веки.
        Уж это место я узнаю. Я был в клубе. Прямо в центре танц-пола. Вокруг меня танцевали обычные люди, не замечая чудесных перевоплощений. Мысли в моей голове пронеслись в одну секунду. Я повернулся на месте и встретился взглядом со стоящим рядом Арозоном. Родное лицо друга. Его я узнавал. Красные и синие всполохи света отражались от его бледного и сосредоточенного лица. Глаза одновременно узнавали и не узнавали его.
        - Наконец-то, - вздохну Арозон.
        Я не услышал его голоса из-за грохота музыки, зато прочитал по губам слова. И почувствовал, как начинаю улыбаться. Хотя было ещё рановато.
        Ладони до сих пор были прижаты к ушам. Я оторвал от них руки и посмотрел на раскрытые ладони. Незнакомые.
        Арозон взял меня под руку и повёл с полной площадки. Я поплёлся следом. Мы миновали незнакомые мне помещения, прошли узкими коридорами и вышли через парадный вход на ночную, но полную людей улицу. Свежий ветер приятно защекотал лицо. Я осмотрел высокие кирпичные дома, но не узнавал место.
        - Идём! - Арозон кивнул в сторону парковки.
        Синий "шевроле" покоился около выезда. Стоило мне сесть на переднее сидение, я опустил козырёк и уставился в узкое потайное зеркальце. Арозон, устроившись за рулём, усмехнулся и выехал со стоянки.
        Я же не мог оторваться от лица, что видел в отражении. Моё лицо.
        Это был я. Сто процентов. Но новое тело.
        Первое, что бросилось в глаза - длинная тёмная чёлка до бровей. Отсеку первым делом, когда представиться случай. Круглое лицо с выдающимися скулами, прямой нос и широкий подбородок. Тёмные слегка раскосые глаза и вздёрнутые брови, с которыми я не мог ничего поделать. Я пригляделся получше. Под левым глазом чуть белее основной кожи, тянулся тонкий шрам, плюс две родинки на правом виске...
        - Красавец, - с улыбкой в голосе сказал Арозон.
        - Сколько мне лет?
        - 22. Ровно. Сегодня праздновал день рождения в компании друзей.
        - 22, - повторил я. - Как я молод. Прошлому было 27.
        Я больше не мог смотреть на новое отражение, захлопнул козырёк и уставился в пустую дорогу с высокими фонарями по бокам. Больше ничего видно не было.
        Внутри тела до сих пор чувствовалась какая-то неудобность. Я устраивался в нём, проверял различные мышцы. Несколько раз собрал в кулак пальцы обеих рук. Провёл ладонью по шее, по груди, волосам и лицу. Кончики пальцев были немного шершавыми.
        Я посмотрел на Арозона. Он ни сколько не изменился. Наверное. Всё тот же профиль, сосредоточенный взгляд на дороге.
        - Куда мы едем?
        - К остальным.
        - Кому?
        - К Элли, Джасмин и Валери.
        Я дёрнулся на месте.
        - Что?..
        - Упокойся, - Арозон успокаивающе поднял руку. - Всё хорошо.
        Его слова никак не повлияли на меня. В голове роем завертелись мысли и я обрадовался старой, но не любимой привычке навыдумывать у себя в голове всякие небылицы.
        - Глас...
        - Ливви, пожалуйста, не произноси его имени. Его больше нет. Сейчас у нас всё хорошо, и я не хочу вспоминать то, что произошло больше месяца назад.
        - Меня не было месяц?
        - Около того. Ты прости меня, что я так долго тянул. Проблемы навалились с головой, и не было времени найти тебе новое тело, о котором ты заранее не позаботился.
        Я кивнул головой.
        Всё закончилось? Гласа больше нет? Сама мысль не укладывалась в моей голове и казалась абсурдной. Я упустил момент истины, когда самолично мог бы удостовериться в услышанном. А сейчас казалось, что меня просто успокаивают, не хотят нервировать, как малолетнего ребёнка. Но я не мог сомневаться в словах Арозона. Значит - всё.
        - Как это произошло?
        - Не знаю, - помолчав, ответил друг. - Я как-то сумел сделать это, отправив на тот свет и его, и её.
        - Заря тоже?
        - Первая. Силы взялись из ниоткуда. Я до сих пор размышляю об этом. Может быть гнев, который я испытывал, помог мне, а возможно, ещё что-то. Пару раз думал, что ты помог мне. Не знаю, как это объяснить. Второе дыхание, знаешь? А потом когда всё закончилось, увидел тебя. Не тело, над которым плакала Джасмин, а тебя лично. Красные сгусток, паривший в воздухе и не знающий, куда себя деть. Ты уж прости, но я запихал тебя в банку из-под вишнёвого джема, чтобы самому подыскать тебе тело. Вот только меня опередили.
        Арозон усмехнулся, что-то вспоминая.
        - Мне некогда было заниматься поиском подходящего кандидата из-за восстановления Совета, разговора с Дафной, срочного ремонта склепа. Ещё и Валери была.
        - Как она? - с тревогой спросил я. Я чувствовал за неё ответственность.
        - Сейчас уже лучше. Она молодец. С ней круглосуточно Элли и Джасмин, помогают ей справиться с пережитым. Ей бы нанять неплохого психотерапевта, но боюсь, после того, как она честно расскажет о своих проблемах, её упекут в психушку. Я не мог этого позволить, иначе ты бы меня убил.
        Я удивлённо приподнял брови. Арозон, покосившись на меня, улыбнулся, но ничего больше не сказал.
        - А что касается твоего тела, то на удивление всех к этому вопросу серьёзно подошла Валери. Именно она выбрала этого парня. Мы не могли ей препятствовать, потому что и не надо было. Она точно представляла твои желания. Всё же нормально?
        - Да, - кивнул я, снова открывая козырёк с зеркалом. - Оно мне подходит. Только молодое. Я не смогу работать в своей конторе.
        - В этом больше нет необходимости, - не дал мне договорить Арозон. - Ты разорён. Никому до неё не было дела. Мне несколько раз звонили твои заместители, но я не брал трубку. Ты не сердишься?
        - Нет, - искренне ответил я. - Это уже в прошлом, и думаю, я никогда должным образом не интересовался работой. Кажется, даже хотел уйти.
        - Что верно, то верно, - согласился Арозон. - Будешь начинать новое дело?
        - Не думаю. Отчего-то хочется просто провести некоторое время лентяйским образом. Поселюсь у тебя на квартире, буду приглядывать за Джасмин, пока ты будешь торчать в Совете, научусь готовить...
        - Постой. Так ты не возвращаешься в Совет?
        - И не подумаю. Как я уже сказал, это в прошлом. Мне больше не хочется видеть лицо Дафны, пусть ей и запудрили мозги. Она вела себя так, как вела, и ничего с этим не поделаешь. Её обращение не только с Воуртом, но и с покойной Дорис было не допустимым.
        - Согласен, - кивнул Арозон. - Однако она всё ещё остаётся в Совете...
        - Главное - меня там не будет.
        - Погоди. Почему мне кажется, что ты хочешь повернуть время вспять?
        - Что?
        - Не работаешь, не в Совете, лентяйничаешь... Тебе не кажется, что ты готов начать старый образ жизни, когда ты круглые сутки пропадал на вечеринках и менял девушек, как перчатки?
        - Конечно, нет! У нас сейчас есть Джасмин. Надо заняться её воспитанием.
        - Будешь учителем?
        - А что?
        - Да так. Ничего.
        Я усмехнулся.
        Дорога всё вилась перед глазами, словно не было ей края. Мы ехали уже очень долго. Начали сбавлять ход только когда начало светать, а пейзаж за окном, состоящий из бесконечных деревьев, начал меняться. Двухэтажные милые коттеджи теснились по обе стороны дороги, чередовались с вытянутыми гаражами и раскидистыми садами. Небо над головой без единого облачка освещалось ранним солнцем, и казалось, что мы в другой стране, где местные жители живут только своей жизнью и их не интересует, что происходит за их миром.
        Машина замерла около розового дома с острой крышей, низким забором красного цвета и цветастой клумбой вдоль всей территории.
        - Куда мы приехали?
        - Это загородный дом Элли. Она купила его полгода назад и согласилась принять нас на некоторое время.
        Мы вышли из машины, громко хлопнув дверцами. Лёгкие наполнились свежим и приятным воздухом.
        Белая дверь домика тут же распахнулась и на маленькое крылечко выбежала девочка в зелёном воздушном платье.
        - Ливви! - взвизгнула Джасмин и сбежала с лестницы прямо ко мне в объятия.
        Я обнял её так крепко, что у Джасмин затрещали кости, но она не отстранилась. Невероятно, но я скучал по ней. Конечно, время в банке из-под джема для меня пролетело незаметно, но я словно на самом деле долго не видел девочку. Что же она пережила? Она узнала, кто был её отцом, понимала всё, что произошло, в этом я был уверен. Но Джасмин держится. С ней всё будет хорошо. Я больше никому не позволю не то, чтобы дотронуться до неё пальцем, а даже просто угрожать! Ради неё я бы запросто отдал собственную жизнь и ничуть об этом бы не пожалел. Только сейчас я понял, что значит для меня этот ребёнок.
        Следом за ней из дома появилась Элли, а потом Валери.
        Когда я увидел девушку, внутри меня всё похолодело. Её лицо... Красивое с одной стороны и зверски изуродованное с другой. Она скромно стояла, вцепившись в веранду. Элли грустно улыбнулась мне.
        - Привет, - поздоровалась Валери.
        Я поставил Джасмин на землю и подошёл к лестнице, ведущей к входной двери. Элли спустилась вниз и прошла мимо меня, давая мне дорогу. Я же занял её место, поднявшись по скрипучим ступенькам.
        - Привет, - тихо ответил я.
        Валери встала ко мне боком здоровой стороной.
        - Не смотри на меня, я страшная.
        Не знаю почему, но мне захотелось взять её за руку, что незамедлительно было сделано. Её мягкие руки утонули в моих ладонях, и по нервным окончаниям пролетел лёгкий заряд тока. Валери не шевельнулась. Я потянул её к себе.
        - Ты не страшная. Ты прекрасна.
        Мои слова могли показаться оскорбительными, но я и вправду так считал. Никогда я не осознавал, что Валери действительно так красива. Я будто открыл новую планету. Теперь всё встало на свои места. Я понял, наконец, почему откликнулся Валери тогда, в машине, стоя в пробке, когда она позвала меня по имени. Ещё тогда она показалась мне не такой, как все. Только сейчас я всё осознал...
        - Ты ведь не серьёзно.
        - Более чем. Посмотри на меня.
        Валери покачала головой, но потом передумала и повернулась ко мне лицом. Я улыбнулся, но улыбка тут же растаяла.
        Осторожно я поднял руку и провёл кончиком пальцев по её ещё не зажившему ожогу. Она прикрыла глаза.
        - Прости меня, - сказал я полным раскаяния голосом. - Это моя вина, и ни чья больше.
        - Я не сержусь на тебя, - помедлив, проговорила Валери. - Скорее, виновата я со своим настырным желанием узнать всё.
        Я не удержался и усмехнулся. А потом подошёл к ней ближе и обнял. Она обхватила меня руками, уткнувшись носом в плечо. Такое родное и тёплое.
        - Это ты, - прошептала она.
        - Спасибо за тело.
        Она покачала головой.
        - Хочу, чтобы ты всегда был рядом, - призналась Валери.
        - Буду, - легко ответил я, потому что хотелось того же, быть с ней...
        - И тебя не смущает моё лицо? Старое и сморщенное?
        - Мне кажется, я люблю тебя, так что не выпендривайся, - сказал я.
        - Уговорил, - хихикнула девушка.
        
        ЭПИЛОГ
        В тишине отчётливо был слышен звук шагов. Молодая девушка напряглась, посмотрела на часы, нахмурила лоб, постучала ручкой по столу. Кого принесло в такой час? Сейчас, кроме неё, в офисе только охранник, но шаги Стёпки она узнает из тысячи - как-никак работают вместе уже два года, а девушка любительница задержаться на работе подольше. Дома никто не ждёт, а в тишине просматривать длинные столбцы цифр намного легче...
        Кто-то остановился на секунду и двинулся дальше. Судя по звуку, некто идёт прямо к её кабинету. Девушка, поджав губы, быстренько разобрала бумаги на столе, собрала ручки в один ряд и сложила руки перед собой.
        Три шага, два шага, один...
        Тук-тук-тук!
        - Да? - подала голос девушка.
        Дверь приоткрылась, из коридора дунуло прохладным ветерком, и вместе с ним в кабинет вошёл высокий молодой человек в чёрном брючном костюме, судя по виду, очень дорогом. Девушка внутренне подобралась, и, встретившись с неизвестным взглядами, окаменела.
        - Добрый вечер, - тихо произнёс молодой человек. - Людмила Михайловна Дедкова?
        Девушка заставила себя кивнуть, во все глаза уставившись на незнакомца.
        "Такой красивый", - пронеслось у неё в голове. Глаза, обладая собственной волей, осматривали правильные черты лица, чёрные густые волосы, красивые синие глаза.
        - Я к вам, - сообщил молодой человек, закрывая за собой дверь. - Меня зовут Ливви ЛеМарко.
        Людмила больше наслаждалась голосом, чем слушал, что он говорит. До неё даже не сразу дошло, что ей только что представились.
        - Э, да... Я вас... гм... слушаю.
        Человек в дорогом костюме потоптался на месте, на его лице промелькнуло замешательство, которое, впрочем, потом сменилось обворожительной улыбкой.
        - Разрешите? - спросил он, указав на кресло перед её столом.
        - Что? О! Ну, конечно! - спохватилась Людмила, чувствуя себя хуже некуда.
        Незнакомец (как же его имя?) не спеша сел, скрестив ноги. Около минуты ничего не происходило. Оба смотрели друг на друга, причём молодой человек не отрывал взгляда, а Людмила, краснея, старалась не смотреть ему прямо в глаза, иначе - она догадывалась - пропадёт.
        - Людмила Михайловна, я пришёл к вам по очень важному делу, - произнёс незнакомец (как же? Как же его имя?!). - Может быть, даже необычному делу.
        Людмила кивнула, чтобы он продолжал. Она заставляла себя слушать его, а не просто наслаждаться его голосом. Таких мелодичных и приятных баритонов она никогда ещё не слышала. Теряешь просто голову...
        Молодой человек замолчал, пристально глядя на Людмилу.
        - Я вижу, вы не узнаёте меня, - неожиданно сказал он. - Ливви ЛеМарко, не припоминаете?
        Ливви? Что за имя? Девушка в замешательстве пожала плечами и покачала головой. Она была уверена, что запомнила бы такого необыкновенного парня. Что-то в нём было такое, что сразу бросалось в глаза.
        - Ливви ЛеМарко, - протянула она. - Нет, что-то не припоминаю, простите.
        - Ну, ничего страшного, - отмахнулся он. - Я сильно изменился, я знаю. Однако вы должны помнить одно немаловажное событие.
        - И какое же? - Людмила начала чувствовать, что может контролировать свои эмоции.
        - Для начала ответьте мне, пожалуйста, на один вопрос.
        - Конечно, - с готовностью произнесла Людмила.
        Она даже не спросила саму себя, почему должна ответить. Ей просто хотелось угодить ему, и понимала она это только частью своего сознания. Другая же половина была отключена и не поддавалась воле девушки.
        - Десять лет назад, я знаю, вы были за границей.
        Сказал и замолчал.
        Людмила не шевелилась.
        Наверное, минуту в кабинете стояла оглушительная тишина. Атмосфера переменилась. Девушка вдруг резко встала на ноги и свысока посмотрела на ЛеМарко.
        - Кто вы такой? - тихо спросила она.
        С её глаз словно упала завеса. Она больше не видела умопомрачительно красивого молодого человека. Перед ней сидел некто, кто знал.
        - Ливви ЛеМарко, - терпеливо представился парень в третий раз.
        - Ливви... Ливви... - пробормотала Людмила. - Нет. Этого не может быть.
        - Вы ведь знаете, кто я. Поэтому, так быть может.
        Голос Ливви переменился. Из мягкого и располагающего он стал деловым и собранным. Людмила дёрнулась с места и подошла к невысокому столику с графином. Она никогда не пила из него воду и держала только для посетителей, но сейчас в горле неожиданно стало сухо. Дрожащими руками налив себе стакан прозрачной жидкости, Людмила залпом выпила. Внутрь будто уронили одну большую сосульку, и девушка передёрнулась.
        - Что вам нужно? - спросила девушка, крепко сжав пустой стакан, словно намереваясь в следующую секунду кинуть его в сидящего напротив красавца.
        - Напомнить вам.
        - О чём?
        - О том, что где-то до сих пор живёт ваша дочь.
        Людмила как-то странно всхлипнула, но сумела взять себя в руки. Поставив стакан на место, она прошлась по кабинету и остановилась прямо у кресла ЛеМарко.
        - Что вы говорите?
        - То и говорю. Ваша дочь до сих пор жива и ждёт вас.
        Сказано было таким тоном, будто ничего простого в мире и не существовало. Людмила нахмурилась, сжав губы в тонкую полоску. Он врёт... Конечно, он врёт. Её не может быть...
        - Ждёт? - одними губами произнесла девушка.
        - Да.
        - Вы лжёте.
        - Не имею привычки.
        - Но... Нет. Это не правда. Кто вы такой? Зачем вы приехали? Откуда узнали?
        - Добрые люди подсказали, где можно вас найти, а приехал я сюда по просьбе моего друга. Быть может, вы помните его? Арозон Леблан.
        Людмила никак не отреагировала, а ЛеМарко продолжил:
        - Мы с ним очень долго обдумывали - стоит ли вас искать или нет. Почти целый год потратили. Но однажды, одна очень хорошая особа заявила нам, что попытаться стоит, что у девочки должна быть мать, и мы решились. Поиски были не трудными. Я здесь; и говорю вам, что ваша дочь жива. Она хочет видеть вас, пусть и не произносит об этом вслух. Однако это факт. Вообще-то, моя главная миссия была сказать вам об этом и посмотреть на вашу реакцию. Мы заранее не говорили Джасмин о том, что разыскиваем вас. Сами понимаете, её бросали несколько раз, новый удар она не вынесет.
        - Джасмин? - тут же спросила Людмила.
        - Да, так её зовут.
        Девушка вдруг грустно улыбнулась.
        - Её должны были звать Жасмин. Мой любимый цветок.
        ЛеМарко тоже улыбнулся, довольный, что начал налаживаться контакт.
        - Красивое было бы имя. Ей подходит.
        - Вы видели её?
        - Да.
        - И... как она?
        - Сейчас нормально. Она счастлива.
        - Хорошо, - только и сказала Людмила.
        Ливви минуту помолчал и продолжил:
        - Я знаю, что я вам, как снег на голову, но иначе нельзя. Ответьте честно - что вы чувствуете?
        Ей снова понадобился стакан воды. Быстро выпив его, Людмила повернулась к Ливви.
        - А что я, по-вашему, должна чувствовать? Когда-то я была беременна, да. И не от простого человека, а от... демона. Он обманул меня. Когда он мне всё рассказал, было поздно. Я не знала, что мне делать. А вот он...
        - Глас, - подсказал Ливви.
        Людмила дёрнулась, будто её ударили по щеке.
        - Да. Глас. Не надо было напоминать. Я специально забывала всё это время... Он сказал, что всё будет хорошо, что он знает, как быть дальше. Я поверила ему, - девушка тяжело вздохнула. - Тогда я любила и потому поверила. И хотела быть матерью его ребёнка. Ведь поначалу всё было нормально. Я имею в виду своё самочувствие. Головокружение и тому подобное. Но потом...
        Она не договорила, отвернулась и ещё раз глубоко вздохнула. ЛеМарко терпеливо ждал.
        - Всё же я забыла. Сумела это сделать. То, что было тогда - не моя жизнь. Помню только, что было плохо, очень. Особенно, когда я разочаровалась в Гласе. Я не была ему нужна. Ему вообще никто не был нужен. И он хотел убить ребёнка. Я не понимала, что он мне там говорил. Твердил, будто так нужно и мне и ему. И на этот раз я не приняла его сторону. Наверное, впервые в жизни пошла против него. Поймите, хоть тогда мне и было всего восемнадцать, я имела свою голову на плечах и многое понимала. Я знала, что с рождением ребёнка моя жизнь сильно перемениться, и большинство девушек в моём тогдашнем возрасте с радостью бы сделали аборт. Но не я. Ведь то, что... горело внутри меня, было живым существом, и оно не было ни в чём виновато. Я не любила его так сильно, как настоящая мать, но всё же оно было частью меня. И я боролась за него. Конечно, проиграла. Куда мне до вас?
        Роды я совсем не помню. Вышибло из памяти. Не знаю, как осталась жива. Просто очнулась, а ребёнка и нет. Даже полотенца и пелёнки, которые я приготовила для него, исчезли. На них я, кстати, всё время вышивала цветок жасмин и надеялась, что будет девочка, которую я так и назову. Хотя... я догадываюсь, почему её назвали Джасмин.
        - И почему же? - с интересом спросил Ливви.
        Он слушал, не отрывая от неё взгляда.
        - Сейчас покажу.
        Людмила подошла к высокому книжному шкафу, приподняла несколько книг и достала из-под них круглую вышитую салфетку. Улыбнувшись, она поднесла её ЛеМарко.
        - Вот, посмотрите.
        Ливви аккуратно взял её в руки. На светло-коричневой основе гладью был вышит белоснежный цветок жасмина в обрамлении каких-то завиточков. Вначале он ничего не понял, пристально рассматривая вышивку, но потом, когда отодвинул её подальше от глаз, увидел, что вокруг цветка были не просто красивые завитки. Жасмин строго вписался в большую изящную букву "Д".
        - Моя подпись, - усмехнулась Людмила. - Моя фамилия Дедкова. "Д" и жасмин. Может быть тот, кто украл пелёнки и моего ребёнка решил так связать символы. Я не знаю...
        И снова печальный вздох. ЛеМарко долго смотрел на работу, думая о своём. Наконец, он спросил:
        - Так вы хотите увидеть её?
        - А вы ещё не поняли? - грустно усмехнулась Людмила.
        Он в растерянности пожал плечами.
        - Она моя прошлая жизнь, - пояснила девушка, забирая свою работу обратно. - Как бы сильно я не сожалела о том, что у меня украли ребёнка, я не хочу возвращаться к тому... кошмару. Мне очень жаль. Вы сказали, что она счастлива. Так чего же ещё нужно? Не надо ей ничего знать, вспоминать. Не знаю...
        Она многозначительно замолчала. Ливви без слов поднялся на ноги и быстро улыбнулся.
        - Мне не надо повторять. Я вас понимаю, и не думал, что наш разговор протянется дольше.
        - Постойте! Не поймите меня неправильно. Я не... не могу. И всё. Я не чёрствая, просто я... боюсь. Я не люблю свою дочь, но и не ненавижу... Поймите.
        - Не беспокойтесь, я понимаю.
        Людмила смотрела на него так, словно не верила ни единому его слову. ЛеМарко ободряюще улыбнулся.
        - Не беспокойтесь. И прощайте.
        Он спокойно направился к двери, а девушка стояла, сжимая в руке вышитый жасмин.
        - Так и уйдёте?
        Ливви обернулся.
        - Что?
        - И всё?
        Парень замешкался.
        - Я вас вспомнила. Вы были другим, сильно изменились. Но всё такие же глаза. И Лару я, конечно, помню. Мне жаль...
        - Мне тоже.
        - Погодите! - Людмила подошла к нему и схватила за горячую руку. - Погодите. Вот, передайте ей.
        Она всунула ему скомканную салфетку с вышитым жасмином.
        - Не говорите от кого это. Просто пусть будет у неё.
        - Хорошо, - кивнул Ливви.
        Он аккуратно сложил её и спрятал в нагрудный карман пиджака. На секунду их взгляды пересеклись.
        - Она похожа на вас, - тихо сказал ЛеМарко. - Очень. И я рад этому. Прощайте.
        Больше не говоря ни слова, он покинул кабинет Людмилы Михайловны и сразу же глубоко вздохнул.
        Очень похожа...
        
        
        КОНЕЦ
        
        Бердск - Пярну
        2010-2011 гг.

 
Книги из этой электронной библиотеки, лучше всего читать через программы-читалки: ICE Book Reader, Book Reader BookZ Reader. Для андроида Alreader, CoolReader Библиотека построена на некоммерческой основе (без рекламы), благодаря энтузиазму библиотекаря. В случае технических проблем обращаться к